Михаил Щукин

Майя: Семья

© Михаил Щукин, 2020

© ООО «Издательство АСТ», 2020

Серия «Современный фантастический боевик»

Выпуск 201

Иллюстрация на обложке Бориса Аджиева

Выпуск произведения без разрешения издательства считается противоправным и преследуется по закону

Глава 1

Для кого праздники…

После встречи на самом высоком уровне капитан смог ознакомиться с делом брата подруги ее высочества. В общем-то мальчишку трудно было не узнать. Эта фотография часто мелькала в новостях, став своеобразным символом разбитых цепей. Только вездесущая пресса все еще не могла докопаться, кто именно нанес этот снимок на стену скорби. Как теперь назывался куб, установленный над развалинами рынка рабов. Этот скандал, похоже, будет еще впереди. Материалы ему были предоставлены прямо там, в кабинете лорд-мастера теней. Без права выноса и даже обсуждения за его стенами. Даже его секретари были уверены в том, что совещание касалось исключительно его служебной командировки, со всеми выводами о недовольстве начальства, выразившемся в срочном направлении на почетную поправку здоровья.

После внимательного ознакомления с делом он в общем согласился со сделанными выводами. Мальчишка лежал в яме, в полуподвале каких-то развалин на краю столицы. По словам его хозяина, парень возился с лопатой на ее верху. Оступился и неудачно упал, при этом свернул себе шею. Фотография вроде этот рассказ подтверждала. Но в деле настораживало отсутствие снимков перед кремацией. Хотя в том нашумевшем деле над судьями Морста и не такое бывало.

Вторым сомнительным моментом были материалы допроса самой Майи, очень обстоятельно описывавшей обстановку. И опять-таки, если в деле замешан мнемик, приходится учитывать возможность наведенной памяти. Тогда из всего описания остаются только наиболее эмоционально окрашенные элементы. Сам брат и яма. Все остальное могло быть наведено. Да и сама девчонка тогда отсутствовала так долго, что ее пришлось искать. Так что было время, чтобы ее отвезти до окраины и вернуть обратно.

Незнакомый Дролнову дознаватель зачем-то добавил еще одну странность к этому делу, при этом не включив ее в общий перечень. Объяснительную записку некоего врача, проводившего осмотр переломов и установку экзоскелетов. Капитан тогда не поленился перечитать всю записку, заинтересовавшись пометками коллеги. Больше всего его заинтересовал жирный знак вопроса около описания характера переломов с короткой подписью «балка?». Сказал бы он, что думает о таких врачах, да воспитание не позволяет. Даже не позаботился о сохранении медицинского дела.

Дролнов несколько раз тогда перечитал краткий раздел, но, как и предшественник, остался в недоумении. Продольные, мелкооскольчатые и даже игловидные обломки! Из своего опыта он не припоминал таких характеристик переломов от падения чего-то такого крупного. Но девчонку нашли именно под балкой, лежащей на ее ступнях. Так что, по словам лорд-мастера, сомнения разбивались о рассказы свидетелей. Приходилось с этим мириться. Только вот у Дролнова оставалось ощущение, что он уже где-то когда-то слышал о таких вот повреждениях. Но вот когда и в связи с чем, вспомнить никак не получалось.

Тогда же лорд-мастер согласился с его мнением, что лучше не привлекать больше местные подразделения. Причем не только городской стражи, но и теней. Это была единственная гарантия от возможной утечки. Так что он тут только отпускник, причем опальный.

Капитан с видимым удовольствием потягивал пиво в очередном баре в компании с недавним знакомцем. Свои законные отпускные дни в курортном местечке он отбыл не без пользы для своего здоровья. Легенду надо было соблюдать. Но время от времени он выезжал сюда, в знакомый и уже порядком поднадоевший городок. Для этого он нашел себе развлечение в виде местной компании бомжеватых завсегдатаев ипподрома. Те охотно приняли его в свою компанию. Тем более что чудаковатый немолодой столичный отпускник с жаром обсуждал с местными достоинства скакунов, не забывая угощать своих оппонентов пивком и совершенно не обижаясь на их подколы после очередного проигрыша. А уж местная манера смешанных скачек, в которой участвовали наряду с лошадьми и скакуны из разных миров, была прекрасным предлогом для регулярного приезда и заведения знакомств. Для его целей это было идеальное место. Ипподром привлекал к себе не только добропорядочных жителей городка, но и жителей окраин и даже трущоб.

У него сложилась своеобразная традиция. После скачек заходить в ближайшие бары и вести задушевные беседы, как о своем проигрыше, так и о местных новостях.

– Ты вот поясни, – приставал к нему очередной знакомец, – сколько раз ты будешь проигрывать? Тебе же умные люди говорили, что на старлита ставить на длинных дистанциях нельзя.

– Почему? Красавец, длинные ноги, такая шейка, а как ходит! – высказывал сомнения капитан. – Старлиты всегда славились на конных скачках.

– Красавец, согласен, да только это лошадь. А в забеге участвует лариша из мира Риаети.

– Так ведь они в одном классе, – упорствовал столичный отпускник. – А лошади быстрее.

– Но не на этой дистанции! В рывке да, скаковая лошадь будет первой. А на восьми кругах нужна выносливость. Лошадь просто сдыхает по сравнению с ларишей.

– Ну не знаю, мне лошадь больше нравится. Слушай, а что это они?

Капитан недоуменно посмотрел на группу посетителей, угрюмо наблюдающих трансляцию похорон на ближайшем голографическом экране. Запись шла явно любительская.

– Мотоглайдеры. – Вздохнул мужик. – Вчера разбился один из них. Сегодня вот прощаются. Гоняют почем зря. Этот вот в хлам. Говорят, смотреть было страшно.

– Да вроде целенький, по виду не скажешь, – выразил недоумение капитан, разглядывая издали картинку на экране. Впрочем, по примеру своего соседа по столу делал он это, стараясь не привлекать внимание. Чтобы не вызвать раздражение у подвыпившей компании.

– Да ты что, не в курсе, что ли? Если есть деньги, тебе в морге такого красавчика сделают, краше любого живого.

– Вот как? – вяло заинтересовался капитан. – А ты откуда знаешь?

– Так сам сталкивался. Когда свою хоронил. – Мужчина слег погрустнел. – Только наоборот.

– Это как?

– Повздорил с одним, в морге, перед выносом. Так эта сволочь не поленилась вызвать одного стилиста. Заделали так, что без содрогания на лицо и не взглянешь. И придраться не к чему. Вроде все хорошо.

– И что же ты? – из вежливости поинтересовался отпускник. Просто так, чтобы поддержать разговор. Со стороны не было заметно, но капитан внутренне насторожился. Об этом бизнесе ему было уже хорошо известно. Официально он проверял причастных к нему людей еще вместе со всеми стражниками.

Но во время своей неофициальной миссии решил рассматривать это как одно из направлений расследования. За все время ему удалось выйти уже на нескольких нелегальных стилистов. Как тут считалось, высокого класса. Но все это было не то. Снимки их работы, отосланные в столицу, браковались один за другим.

– Да как, пришлось найти этого стилиста. И заплатить в два раза больше. Эти же сволочи чужую работу не берутся переделывать. Солидарность.

– Что-то я не пойму. А пожаловаться не пробовал?

– Да кому? Морги таких услуг не оказывают. Официальные стилисты только слегка подретушируют и все. Все равно ведь хоронить не будешь, через пару часов сгорит и все. Иди потом доказывай. А эти за определенный взнос и лицо приберут, волосы покрасят и нарастят, как надо. И даже тело, если хочешь. Разве что кости не срастят. Но могут как-то зафиксировать, чтобы казалось все нормальным.

– И что, так везде? В местном морге-то вроде не шибко богатые.

– Не шибко? Да сюда со всех трущоб свозят, – хохотнул мужик. – Тут иногда такие похороны закатывают для какого-нибудь главаря, не чета богатым районам.

– Понятно. – Капитан поднес кружку с пивом ко рту и медленно, растягивая удовольствие, сделал несколько маленьких глотков. Он судорожно пытался сообразить, как выманить у знакомца контакт стилиста. Глядишь, одного из тех, кого пока еще не проверил. Их и осталось-то вроде всего ничего. Человека три, да еще один гном. А контакт был очень нужен. Уже Новый год приближался, а результатов было пока мало. Его официальный отпуск подходил к концу. Предлога задерживаться тут больше не будет.

– Да не, стилист классный, работу делает качественно. Этого у него не отнять, – продолжал тем временем собутыльник.

– Да ну. Хороший, говоришь? – прокашлялся Дролнов.

– Берет только дорого. И говорят, крышует его кто-то из городской стражи. Причем из местного отделения. Уж очень часто он в местном морге работает. А еще, когда я его уламывал, этому прощелыге пришлось оплатить проход через межмировой портал.

– Так он что, не местный? – удивился Дролнов, сочувствующе покивав болтуну.

– Местный, местный, – обрадованно закивал тот. – Только его частенько в другие миры вызывают, когда надо все сделать неофициально. Он, наверно, и в столичном мире бывает.

– К бандитам, что ли? – разочарованно протянул отпускник, теряя интерес к разговору.

– И ничего не к бандитам, – обиделся мужичок. – Надо ему только с бандитами связываться. Всякое ведь бывает. А когда провожаешь дорогого тебе человека, хочется, чтобы он ушел в полном порядке. Он даже объявления о своих услугах дает. Вот, смотри.

Мужичок выдернул из кармана местную бумажную газетенку и развернул на странице объявлений, тыкая пальцем в одно из них.

– Скажешь тоже, да бандиты к нему сами обращаются, когда кого из вожаков надо прибрать. А он и не отказывает.

– Да, ну может быть, – равнодушно протянул Дролнов. Брошенный вскользь взгляд выцепил контактный номер. Больше ему и не надо было.

Перед праздниками Майе было не до развлечений. С легкой руки наместника к ней потянулись и остальные провинции восточной грозди. Отказать было неудобно. Тем более что они с Иллис были заинтересованы в скорейшем завершении этого периода отчетности. Преподаватель по экономике наседал. Требовал объединенный анализ по фактическим материалам. А аналитики клялись в своей перегруженности и стонали о нехватке кадров, выделить которые в обход утвержденного плана никак не получалось. Пришлось впрягаться не только Майе, но и лично Иллис. Даже Вирт вынужден был принять участие. Но на его компанию Майю хватило только на один вечер. Послушав его ворчание, а главное посмотрев на результат, она даже шипеть начала от возмущения.

– Ну что ты шипишь? – постарался ее успокоить Вирт. – Ну не мое это. Сидеть, сравнивать цифры, копаться. У меня этим два аналитика занимались с прошлого года. Но одного сейчас перепроверяют, а второго забрали в центральный отдел. Все равно сводки все они там делают. Вот если есть что-то конкретное сделать…

– Да что ты понимаешь? – шипела Майя. – Ты уже сдал этот зачет. А нам с Илькой только предстоит его защищать. А тут ты с этим бардаком. Привык со своими аналитиками по верхам скакать. Лучше не лезь. Я сама посижу, если не возражаешь.

– Я-а-а? Да я только за. – Вирт даже не скрыл удивления, но тут же прищурился. – Майка, а давай ты заберешь себе весь этот отдел аналитиков. После Нового года восточная гроздь будет укомплектована уже пятью специалистами. Вводи свои правила, пусть работают так, как тебе нужно. Я только поддержу.

Иллис заинтересованно приподняла бровки. Идея ее явно заинтересовала. Хоть она и не спорила с подругой и в делах не отставала от нее, но копаться с отчетами ей тоже не доставляло удовольствия. Куда лучше иметь на руках уже краткую сводку, предоставленную с анализом и общими вопросами. А тут ведь приходится заниматься их работой, формировать вопросы. А потом эти вопросы все равно выдает Майя. Принцу с принцессой как-то не по рангу работать на уровне отделов подчиненных провинций. Ситуация получалась донельзя смешной. Но на что не пойдешь ради хорошего отзыва уважаемого преподавателя.

– Я подумаю, – сердито буркнула Майя, решив пока отложить интересный вопрос. – А пока нам, благодаря тебе, надо еще один отчет переделать.

Вирт весело скрылся за дверью. Иллис с тоской проводила его взглядом.

– Может, ты зря его прогнала. Пусть бы посидел, закончил хоть как-то.

– Да еще полчаса его нытья, и я за себя не отвечаю, – агрессивно заявила Майя.

Иллис только удивленно покосилась на нее. Подруга как-то слишком нетерпимо стала реагировать на брата. Даже на тренировках все время злилась, если в чем-то ему уступала.

– Жаль, что в этом году не получится с ребятами отпраздновать, – вздохнула Иллис, вспоминая прошлогодний Новый год.

– Да, неудачно все как-то. С этими отчетами из столицы не вырвались. А теперь еще эта твоя поездка.

– Традиция, – уныло протянула Иллис. – В первый год после представления правящая должна явить себя и провести в каждой провинции официальный прием. Только не бросай меня, хорошо?

– Куда я денусь. Я еще мальчишек прихвачу с собой. Не только нам страдать.

Иллис весело заулыбалась.

– Кстати, раз ты уже отправила девчонок к Гринде, и больше нет приема, может, разомнемся?

– А пошли, – весело кивнула Майя. Вспомнив, как едва не пинками выгоняла будущих подданных империи Арден. Ученицы до последнего момента не верили, что Майя останется непреклонной и отправит их на подтверждение звания подмастерья. Лера, уж как наловчившаяся сохранять невозмутимость, и та не могла сдержать смешков, глядя на них.

Сейчас она только облегченно выдохнула, радостно предупреждая по связи дежурную служанку, что надо принести воды и полотенца в спортивный зал.

К возвращению своих подопечных Лера успела уже заказать ужин. Так что, выходя в гостиную после душа, Майя с удовольствием подалась к своей привычной лежанке.

– Вот все равно не пойму, зачем нужна такая куча странных ударов, – завела неоконченный разговор Иллис. – Вот взять этот удар бедром. Он же бесполезен.

– Не скажи. – Майя с удовольствием втянула аромат свежезаваренных трав. – Если противник слишком близко и тебе потребуется разорвать дистанцию, и такой сойдет.

– Это не удар, а какое-то пихание получается, – бурчала Иллис.

– Папа учил, что в рукопашной за удар может сойти все, что поможет вывести противника из равновесия. У горцев вообще есть очень веселые приемы.

– Например? – живо заинтересовалась Иллис. Не забыв благодарно кивнуть Лере, вовремя подавшей вазочку с вареньем.

– Ну этот же удар бедром, ему аналогичный плечом. Короткий, но если выполнить правильно, заставит противника сделать шаг назад. Тогда можно будет и нормальный удар сделать.

– А еще?

– Например, можно поцарапать.

– Как это? – Даже Лера удивленно подняла брови. Царапающийся грозный воин горного клана, это звучало как-то не очень.

– А так. Лапа рыси называется. Пальцы разводятся и сгибаются. Удар наносится по открытому участку тела, чаще всего по лицу.

– Да-а-а. – Лера озадаченно покрутила головой. – Для такого удара нужно специально отращивать ногти.

– И ничего не нужно, – обиделась Майя на хихикающих подруг. – Зато если достанешь, противник отступит, какая бы у него подготовка ни была. А еще такие удары хороши для детей. Они не требуют силы.

– Ты чего? – Иллис озадаченно посмотрела на Майю, настроение которой вдруг резко испортилось. – Мы не хотели тебя обидеть.

– Ничего. – Майя с усилием проглотила подкативший к горлу комок. – Лютик считал этот удар девчачьим. Поэтому придумал свой. Он его назвал коготь дракона. Сжимал все пальцы и выставлял средний крючком. Вот так.

Майя вытянула руку, показывая фигуру и сгибая вытянутый вверх средний палец. Если бы не грустное выражение лица Майи, девочки бы снова посмеялись, но сейчас постарались даже не улыбнуться.

– Только ему не хватало растяжки пальцев и координации. Поэтому он придерживал указательный палец большим. Папа ему все время втолковывал, что это неправильно. – Майя снова вздохнула. – Лютик считал, что этим ударом можно не только царапать по щеке, но и в глаз попасть или, скажем, за ухо зацепить.

– С ним что-то случилось? – правильно догадалась Иллис, имея в виду сны подруги. Кошмары ее посещали теперь намного реже. Но они уже давно привыкли говорить о погибшем брате как о живом.

– Да нет, только вот отошел слишком далеко от дома и попал в туман. Ты же знаешь, ему нельзя.

Иллис сочувствующе кивнула. Даже Лера тяжело вздохнула.

О том, что после тумана у Лютика появляются язвы на лице и всем теле, они обе хорошо знали. Индерский не раз объяснял, что так в сознании преломляются попытки чужеродного мнемоблока добраться до этого тихого уголка. И продолжал настаивать на продолжении совместных тренировок. Считая, что это позволяет укреплять ее двойника, созданного подсознанием Майи. Иллис даже настаивала на аналогичном приеме в своей защите.

– Давай ты покажешь мне, как работать с этим когтем, – предложила Иллис.

– Хорошо. Только он бесполезен. Резкого удара не получается. Площадь для поражения мала. Только внезапно разве что, действительно за ухо зацепить.

– Все равно. Это ведь его собственный удар, и никто о нем не знает, кроме нас.

Майя с благодарностью посмотрела на подруг и кивнула.

Гринда занималась разбором бумаг. Эта часть ее работы занимала немало времени в ее расписании. Молодой Этариол, да будет благословен жизненный путь императора, все ближе подбирался к вольной обители Альтер. Он уже не скрывал своих планов прибрать в свои загребущие лапки всех адептов и контролировать мастеров альтер.

В прошлые годы ему удалось повязать клятвой лучших выпускниц. Теперь молодой император требовал от обители разорвать древние договора с горными кланами. Убрать неподконтрольные ему отряды защитников. А вместо них пристроить своих воинов.

Было бы неплохо прекратить все это. Но куда уходить? В горных кланах жизнь будет не в пример спокойнее. Они не нарушали своих обязательств по договорам с Альтер вот уже несколько столетий. В горах имеются мелкие приюты Альтер, для странствующих мастеров и подмастерьев. Но в горах центральная обитель будет недоступна пациентам. Условия жизни там куда суровее, чем в долинах большинства миров. Организовать школы для адепток из мест с более благоприятным климатом будет очень сложно. Так что это не выход. Скорее, земли горных кланов могут служить убежищем, которым уже воспользовались некоторые молодые мастера из подданных Этариола, не пожелавшие принять его предложение. Защитники постарались перевести их через границы. Уже оттуда мастера смогли заняться вопросом выбора нового места проживания и сменой подданства. Но этот путь хорош для тех, у кого нет большой семьи в империи.

Перенести все школы с малолетними ученицами в другой мир, построить новые корпуса, расселить адепток и мастеров. Возможно, но только в крайнем случае. Сейчас это все-таки не выход. Когда-то одна из ее предшественниц допустила уже подобную ошибку. Доверилась правителю одной-единственной империи, положившись на письменные и устные договоры. И пока соглашение соблюдалось, все было хорошо. В империи построили пять школ альтер и центральную обитель. Им удалось вырасти из небольшой по численности группы энтузиастов в целое направление в области работы с телом разумных. Хоть их и не признавали долго официальные медики, это никому не мешало. Но предыдущий император решил, что своеволие придворного мастера его не устраивает. Он изменил тогда пункт этого договора и подчинил себе тех, кто по соглашению традиционно направлялся во дворец. Вроде небольшое отступление. Но уже тогда надо было задуматься о последствиях. После его смерти к власти пришел молодой император Этариол. Сын пошел дальше отца. Альтер и их услуги стоили дорого. Популярность этой техники резко возросла после того, как они научились брать под контроль синдром измененных, пусть всего лишь низких уровней. Но таких было большинство. А обитель пользовалась существенными льготами по налогам и совершенно не подчинялась правительству империи. Даже охрану и порядок на ее территории обеспечивали собственные защитники из других миров.

Гринда прекрасно понимала логику действий императора. Зачем ограничивать себя малыми крохами? Если все школы расположены в границах империи и, по сути, могут быть переподчинены его правительству. Если изменить правила и принимать в ученицы исключительно подданных империи, то можно стать единоличным хозяином альтер и диктовать свои условия всем желающим воспользоваться их услугами. Заманчивая возможность, учитывая, что измененные продолжают играть существенную роль в жизни всех соседних государств. Вот молодой император и ухватился за нее.

Сделать все сразу он не смог. В обители обучались и подданные других государств. Ссориться из-за этого с соседями смысла не было. Проще действовать постепенно. Например, за счет ограничения приезда подданных других государств в конкретные районы. В трех из четырех школах, расположенных в глубинке империи, уже нет иностранных подданных. А их охрана обеспечивается имперскими структурами. К адепткам Центральной обители он тоже нашел подход. И некоторые из ее учениц уже заключили контракт с империей на постоянную работу после выпуска. В качестве подмастерьев. А куда им деваться? У многих есть семьи, которые и рассчитывали перебраться в империю. Этариолу всего-то и требовалось – обеспечить им условия и связать будущих учениц договорами.

Гринда тяжело вздохнула. Своих учениц она понимала. И в былые времена даже поддерживала такие решения. Молодому подмастерью после выхода из обители требовалось время, чтобы встать на ноги. Набрать пациентов, обосноваться на новом месте. Обитель помогала, как могла. Но сидеть у себя на шее не позволяла. Государственная служба была хорошим началом. Но теперь император требовал первоочередного и исключительного права заключения таких договоров с подмастерьями. Со своими поданными он решил вопрос вне стен обители, за счет их семьи. Теперь требовал, чтобы в договор с опекунами поступающих кандидаток входил пункт об обязательствах и для поданных других государств.

Гринда только поморщилась, размышляя о непростых переговорах. Этариол не хотел ничего слышать о традициях Альтер. Он добивался полного подчинения. Если бы задуматься над этим тогда, когда старый император решил изменить отдельные пункты соглашения. Досадно, что слишком поздно спохватилась. Теперь уже нельзя звать сюда мастеров для постоянного проживания. Приходится приглашать на семестр, не больше. А перспективных адепток всеми правдами и неправдами отправлять в ученичество за пределы империи. Альтер начали свою тайную борьбу за свои свободы. Но об этом знали пока только руководящие члены совета мастеров. И такое положение требуется сохранить как можно дольше.

Они больше не могут довериться исключительно одному государству. Рано или поздно кто-то из них захочет изменить правила в угоду своим интересам. А значит, надо не ликвидировать созданные школы, а сделать так, чтобы Этариол признал свои планы несбыточными. Это признавал весь совет мастеров. Но только трое из них знали о планах Гринды. Еще несколько догадывались, что мастер-настоятельница неспроста пошла на сделку с семьей императора империи Арден. Остальные не желали оправдывать ее поддержку мастера, согласившейся практиковать в ошейнике. Тем более предоставлять ей адепток в обучение.

Но это уже не имело значения.

Девочка смогла найти выход из положения и избавиться от рабства. Жизнь во дворце императора, да еще рядом с принцессой оказалась мало похожа на сказку. Пришлось даже пережить покушение. Но и отдача оказалась очень большой. Майя умная девочка. Из разговоров по связи, ее оговорок и недомолвок она наверняка уже поняла, какие планы строятся здесь.

А с Адилой они уже давно все обговорили лично. Императрицу более чем устроила идея школы подмастерьев при императорском дворе. Куча маленьких девочек, носящихся по дворцу, никого не могла устроить. Выделять изолированные помещения для такого количества детей наряду с дворцовой школой и академией теней было нецелесообразно.

А вот взрослые адептки, прибывающие для продолжения обучения из обители, совсем другое дело. Эту идею Адила поддержала с большим энтузиазмом. Пообещала даже, что если все получится, выделить под их нужды не один-два этажа, а целое крыло рядом с больницей дворца. Тем более что Индерский не возражал. Но пока хватало и одного этажа в крыле принцессы.

Гринда невольно вспомнила двух подобранных ею лично адепток для дочери своей подруги. Майя заявляла, что смогла подготовить их за эти полгода на звание подмастерья. Сомнительно, конечно. Девочки не безнадежные, но большого энтузиазма к учебе не показывали. Но Майю она понимала. Учитывая все, что у нее там творится, без признанных подмастерьев ей будет не обойтись. Так что надо будет немного подыграть.

В кабинет вошла мастер Риниара. Быстро пройдя к столу, она без приглашения устроилась в кресле и требовательно посмотрела на хозяйку кабинета.

– Прибыли адептки этой, как ее, мастера Майи. – К удивлению Гринды, женщина не выделила интонацией звание Майи, как это часто делали недовольные мастера.

– И что? – Гринда недоуменно пожала плечами, видя возбуждение обычно спокойной женщины. – Майя уже давно подала заявку на подтверждение звания подмастерья. Заверяла, что девочки готовы. Девочки и должны были прибыть сегодня. Что-то с ними не так?

– Они и прибыли, – как-то напряженно кивнула Ринара. – Я встретила их в воротах. Пока суть да дело, попросила их на пару часиков поработать в приемном покое. Сегодня поток измененных даже больше, чем вчера.

– Ну, это и так понятно. Зимний сезон. У многих обострение синдрома, – заметила Гринда очевидную для всех вещь.

Проблемы сезонных обострений вошли в жизнь обители прочно и в полный рост. В отличие от Арден, в их мире, кроме весеннего, был еще зимний период. Зимний сезон, конечно, не сезон бурь в мире Майи, но тоже не сахар. Особенно когда начинаются метели. Его особенностью было то, что реагировали на непостоянство климата в основном дети. Для взрослых низшего уровня изменения приступы вообще были не самой большой проблемой. Плохое самочувствие, слабость. Конечно, кое у кого во время переходов могло дойти и до судорог. Но они наступали раз в несколько лет, причем значительно реже, чем у измененных высшего уровня. После разработки процедур для измененных низшего уровня состав пациентов в обители поменялся кардинально. Решение использовать прибывших адепток на приеме было нормой. И, как правило, никто не отказывался помочь.

– Они что, отказались? – попробовала угадать Гринда.

– Нет. Хоть и устали с дороги. Ты лучше сама посмотри, что там происходит.

Гринда послушно запустила монитор. Возникшая картинка была вполне обычной для этого зимнего сезона. Несмотря на то что полдень еще не наступил, для пациентов в приемных покоях уже пришлось вынести дополнительные стулья. Гринда отметила, что мастера выставили на прием девочек третьего года обучения. Все правильно. Они мало что умели, еще меньше им позволялось делать самостоятельно. Но принять пациента, заполнить формуляр и провести первый осмотр вполне по силам.

Она сосредоточилась на двух своих протеже. Отметила их уверенные движения, твердые взгляды. Понаблюдала, как они перемещаются среди пациентов и встречают их. Ничего не поняв, перевела вопросительный взгляд на мастера.

– Вроде все обычно. Девочки заметно выросли, это видно по тому, как они держатся. Но это не удивительно. У Майи очень большая практика. Это всем известно.

– Гринда, – окончательно отбросила гостья официальный тон, – в приемных покоях восемнадцать измененных, семь детей, трое из которых в возрасте до шести лет, из остальных двое в стадии перехода.

Гринда еще раз внимательно всмотрелась в экран. И только после сделанных намеков наконец поняла, на что не сразу обратила внимание. В покоях была ТИШИНА. При детях, испытывающих все прелести синдрома, этого не могло быть. Не было возмущений родителей, никто не кусал судорожно губ, сдерживая очередной приступ и пытаясь показать, какой он мужественный. А родители самого младшего и вовсе собирались домой. Причем мальчонка все время норовил обернуться на Лирину, давно уже занимающуюся другим пациентом.

Появление нового пациента немного смазало эту идиллию. Мальчика отец буквально втащил в двери на руках. У него уже начинались судороги. Очень плохо, родители тянули с приходом непозволительно долго, или переход начался внезапно и лекарства перестали действовать. Гринда узнала отца. У него был третий уровень изменения. Но сам он уже не мог пользоваться даже полной блокадой, иногда используемой Альтер, чтобы дать пациенту отдохнуть. Она потеряла для него эффективность, еще когда Гринда была подмастерьем. Похоже, теперь настал черед его сына. К вошедшим подошла Риана. Если быть точнее, она просто лениво приблизилась, едва не позевывая. Девочку, видно, очень клонило в сон с дороги, тем более у них там сейчас почти полночь. Все ее поведение говорило о том, что происходящее для нее не в новинку. И даже скучновато. Мельком осмотрев новичка, она выпрямилась, мимоходом сунув руку куда-то под плечо. Гринда успела рассмотреть, как пальцы почти отвернувшейся адептки сложились в незнакомую комбинацию и на мгновение вдавились в тело.

– Завтра, в семь приходите, сможем заняться, – буркнула она отцу и, не обращая больше на него внимание, направилась дальше.

Гринда не успела возмутиться таким равнодушием бывшей ученицы. Маленький пациент вдруг резко обмяк, как будто ему поставили общую блокаду, но при этом недоуменно закрутил головой и резко сел. Никто и не пытался предупредить мальчика вести себя осторожнее, что обязательно при этом приеме. Но что удивило, малыш, морщась, начал разминать правую руку, видимо была неловко подвернута. Этого не могло быть при общей блокаде. Он вообще не должен был чувствовать своего тела.

– Не поняла. Это что она сделала?

– Во-во. И я о том же. Они обе так могут. Я понаблюдала за их работой на всякий случай. Представляешь, просто мимоходом идут и выключают. А потом назначают, когда приходить на прием. Оставили пока только троих, с ними сейчас работают мастера. Еще трое будут ждать приема. Остальные не уходят, потому что не могут успокоить детей, чтобы увести. А этот и вовсе третьего уровня, я помню его. Смотри, какие большие глаза у мужика. Уж он-то точно знает, каково это бывает. Ты говорила, что девчонка собирается продолжить дело матери. Но как-то упустила возможность сообщить, на какой стадии у нее работа.

– Лера не докладывает об ее экспериментах. Знаю только, что в распоряжении Майи несколько пациентов третьего и четвертого уровня изменений. – Гринда не сводила задумчивого взгляда с экрана. Еще два посетителя послушно направились на выход. – Надо все же было мне принять девочек и предупредить их.

– Что? Получается, ты все-таки знала.

– Риана, ты же знаешь мать девочки. – Гринда укоризненно покачала головой. – Она никогда не заявляла неоконченной разработки, как бы ее ни укоряли архивариусы. За что мы и поплатились. Записи, что она везла с собой, были повреждены грязью и водой во время аварии. Ничего восстановить не удалось. Была одна надежда, что в голове этой девочки что-то осталось.

– И ты позволила ей там остаться? – возмутилась мастер. – Ее надо было вытаскивать.

– Куда? На радость Этариолу? – усмехнулась Гринда.

Мастер Риана резко осеклась, осознавая, что в чем-то Гринда права.

– У них там по-другому все организовано, – решила сменить тему Гринда. – Девочки у Майи занимаются исключительно приемом. У каждой при этом есть помощница из служанок. Все записи ведет она. Есть секретарь, он занимается регистрацией и отслеживанием очереди. А адептки их только консультируют и ведут прием несложных случаев. Допуск вообще отслеживает старшая служанка покоев принцессы. Ей выданы такие полномочия, что даже высшая аристократия предпочитает не спорить.

– Гринда, ты посмотри, как они работают! – снова прервала ее мастер. – Они же дают отсрочку до следующего утра или до полудня. Даже не сомневаются, что все будет нормально. Мы в лучшем случае на час-два откладываем под общей блокадой, да еще под присмотром подмастерьев. А эти их домой посылают. А что это за прием? Я такого не видела, а какая эффективность!

– Придется с ними поговорить сегодня. Очень интересная техника, – правильно поняла Гринда причину возбужденного состояния мастера. Ее и саму заинтересовала странная фигура, что использовала бывшая адептка. Девочки сильно изменились за каких-то полгода.

Линара вяло махнула рукой, прощаясь с очередным пациентом. Спать хотелось все сильнее.

Когда они прибыли к воротам обители, их уже встречала мастер Ринара. После приветствий они узнали, что об их прибытии было сообщено заранее. Но сейчас только утро и в доме учениц мастеров отдохнуть с дороги не удастся. По утрам там творится сплошной бедлам. Так как вот уже третий день, как начался вал пациентов. В связи с чем она очень просит оказать посильную помощь хотя бы в одном из приемных залов обители. Там сейчас задействованы только адептки первого года практики. Все, кто постарше, привлечены в помощь мастерам.

Это тоже было обычно. Линара знала, что в такие дни привлекают к работе всех кого возможно. Особенно в приемных покоях. Дети не отличались особым терпением. А родители оказывались на взводе еще со времени начала синдрома. Так что пару часиков почему бы и не помочь? Из дворца они добирались больше семи часов. Путешествие, конечно, было более комфортным, чем в первый раз. Деньги позволяли. Но все равно во дворце сейчас стояла глубокая ночь, и мастер Ринара не могла об этом не знать.

Так что третий час в приемной со стороны мастера было уже настоящим свинством.

Линара покосилась на подругу. Та тоже откровенно клевала носом. К тому же приходилось много практиковать. Она уже и забыла, каково это делать все самой. Вести запись, осматривать, назначать очередь и даже пытаться ее отслеживать.

Хорошо хоть две адептки, что тут заправляли до них, были из первогодков.

Линара только улыбнулась, вспомнив полные надежды глазки девочки едва ли десятилетнего возраста. Она не знала, что делать с орущим мальчиком, не позволявшим к себе прикоснуться. И провести его к занятому мастеру тоже не могла. Увидев молодую, но все же ученицу мастера, она с такой надеждой смотрела на нее.

– Ничего страшного. Это всего лишь первый уровень, – даже не для нее, а скорее для заламывающей руки матери ребенка сообщила она. И сразу обратилась к ней: – Наверно, первый приступ?

– Да, в нашей семье вообще мало измененных. Только его прадед. Мы не ожидали приступа, а он с утра начал жаловаться.

– Это переход. Первый. Самый болезненный. Но ничего страшного. – И вспомнив интонации и манеры своего мастера, обратилась к адептке: – В этом случае самым лучшим решением будет применить кошачью лапку. Вот смотри.

Под взглядом сосредоточенной девочки она демонстративно прижала подушечки пальцев в основание шеи на нужные точки и плавно повела вниз.

– Точки аль, рани и викра. Не давить, просто положить и вести по линиям рианы вниз, как будто котенок гладит. Заканчивать надо на точках группы винса. И там фиксировать. Тоже не сильно Ты ведь третий год?

– Да, первая практика, – сообщила девочка, не сводя глаз с пальцев своей нежданной наставницы.

Мальчик замер и перестал кричать. Под конец движения он вдруг заулыбался и даже попытался податься под руку девушки. Линара поспешно убрала ладонь.

– А вот этого опасайся. Воздействие на точки винса не только снимает стресс, но и притупляет чувство усталости. А мальчику сейчас лучше поспать. Так что при фиксации следи, чтобы не перебрать с воздействием.

Мать мальчика поспешно отодвинула сына, уже потянувшегося за рукой ученицы мастера, и замерла в ожидании дальнейших указаний.

– Вы можете прийти завтра, только с утра? Народу будет еще немного, и мастера смогут вами заняться.

– Конечно, госпожа мастер, я приду, когда вы скажете. – Женщина с готовностью закивала головой.

– Вот и отлично. – Линара еще раз протянула руку и произвела несколько более сложных движений на шее и плечах мальчика.

– Это ты пока не запоминай, – заметила она адептке, подавшейся вперед. – Эти приемы вам еще не дают. Запиши их на утро и пусть идут отдыхать в гостевые дома.

Девочка поспешно схватилась за стилос и внесла нужные пометки. А потом неуверенно осмотрелась. Число пациентов в приемной явно не уменьшалось.

– Если хочешь, мы можем поработать вместе. Я буду вести осмотр и первичные процедуры. Заодно постараюсь тебе объяснять, что смогу. А ты будешь вести записи, – предложила тогда Линара. – Правда, я еще не очень хорошо объясняю. Мне самой приходится учиться и приехала только для сдачи подтверждения.

Линара не очень удивилась, что ее идея пришлась по душе не только новой знакомой. Вспоминая свою первую практику, она могла только посочувствовать девочкам.

Молоденькие адептки с радостью свалили все, что касается ответственных решений, на них, а на себя взяли ведение записей. И все оставшееся время бегали за ними хвостиком, ведя регистрацию и с восхищением наблюдая, как очередной пациент направляется к выходу. Сразу не уходили только дети. Многие из них, особенно если им пришлось почувствовать судороги, банально боялись повтора приступа. Они устраивались в сторонке и, вместо того чтобы слушать уговоры сопровождающих родителей, с беспокойством следили за передвижениями самой Линары и ее подруги. Ради того, чтобы не терять их из виду, они даже пытались иногда вывернуть шею. Что выглядело весьма комично. Иногда приходилось повторно возвращаться и уверять особо беспокойного ребенка в полной безопасности, и что до завтра они свободны и могут пойти поиграть и даже поспать. Это тоже отнимало время и силы. Так что третий час был уже перебор. Если их тут оставят еще на час, она поднимет бунт. Или точно заснет прямо на полу, посреди пациентов.

– Линара. – Мастер-настоятельница, как всегда собранная, строго смотрела на нее.

Линара даже забеспокоилась, что опять что-то натворила.

– Мне кажется, вам на сегодня хватит. Идите к себе и отдыхайте. В столовой о вас уже знают. Так что накормят.

– Хорошо, мастер-настоятельница. – Облегченно вздохнула девушка. Про себя она с легкой досадой вспомнила, что в обители придется ходить в столовую. В комнаты им никто ужин не принесет. Она уже как-то отвыкла от таких неудобств.

– А вечером нам придется встретиться. Расскажете новости из Арден, – добавила Гринда. Заметив, что Лирана осматривается, только усмехнулась. – Вещи уже отнесли. Вас поселили в доме подмастерьев. Среди учениц вы, похоже, отдохнуть не сможете. Так что поживете вдвоем. А с подружками встретитесь в свободное время.

Лирана тащилась по дорожкам к дому подмастерьев, почти не глядя по сторонам. За полгода тут мало что могло измениться. Рин шла рядом и устало пыталась поправить непослушную прядь волос. Призвать ее к порядку кардинально у подруги сил просто не было.

– Я столько не практиковала даже во дворце, – сердито жаловалась она. – Еще эти бумаги, успокаивай каждого. Если бы не твоя идея с адептками, не знаю, как бы дотянула до конца.

– Да уж. Где там наши девочки? – поддакнула Лирана.

Они уныло переглянулись, вспомнив свою команду служанок, которые все лишние обязанности делали сами и без подсказок, не мешая им. Даже маленьких пациентов успокаивали без их участия. А тут все пришлось делать самим.

– Линка, Рин! – Удивленный возглас исходил от их бывшей одногруппницы. Ее в числе прочих лучших выпускниц приняла в личные ученицы одна из мастеров обители. Полгода назад она с искренним сочувствием возмущалась несправедливостью Гринды, решившей отправить ее подруг по детским играм в обучение к мастеру-рабыне.

– Вы откуда здесь? – Инна радостно закрутилась вокруг них.

– Из приемного. – Сладко зевнула Линара. – Три часа там проторчали.

– А я с утра в восточном торчу, – возвестила подруга. – Мастер меня совсем загоняла. Приходится работать помощницей и в приемных покоях приглядывать. Совсем замоталась. Хорошо хоть половину дня всего. А вы просто соскучились или на стажировку прибыли? Вас куда поселили? Давайте к нам, у нас как раз есть свободные койки.

– Они поселены в дом подмастерьев, – послышался голос мастера Ринары. Она сурово осмотрела троицу, но комментировать ничего не стала. Ученицы мастеров были взрослыми девушками и сами могли оценить свои силы.

– Но почему туда? Они же ученицы. – Недоумение Инны легко читалось на лице.

– Потому что они прибыли всего на несколько дней, для подтверждения звания подмастерья. И времени на развлечения у них будет очень мало. Это решение мастера-настоятельницы.

Инна проводила мастера и с удивлением взглянула на подруг.

– У меня подтверждение только через два месяца. И я из наших была первой, – с некоторой обидой заявила она. – Вы действительно на подтверждение?

– Ну да. – Линара небрежно пожала плечами. Подружка – подружкой, а удивление одной из десятка лучших адепток на курсе было приятно.

– Ну, вы даете! Подождите, так это о вас сейчас все говорят, – вдруг сообразила Инна. – Первогодки в полном восторге.

– Ну да, было дело, – вяло кивнула Линара. – Слушай, очень спать хочется, а вечером нас вызывает Гринда со своим консилиумом. Давай мы к вам после заскочим.

– Отлично, я всех наших соберу, – обрадовалась идее Инна и тут же позавидовала: – Но вам повезло. Подмастерья живут по одному-два в комнате. Не то что у нас, по двое или даже трое. Сможете нормально пожить.

Девушки непроизвольно скривились, спрятав лица за прощальным кивком. И уже проходя дальше, грустно переглянулись.

– Комнатка. А душ общий, я знаю, бывала там как-то, – протянула Рина.

– Знали бы они, что значит нормально жить, – поддержала стон подруги Линара.

Здорово вернуться в обитель. Здесь все свое, все знакомые и подруги. Но, похоже, о своих апартаментах со спальней, гостиной и собственной ванной они начнут скучать раньше, чем представляли себе перед отъездом.

Глава 2

Новогодние праздники

Встреча с очередным стилистом откладывалась несколько раз. Со времени разговора за кружкой пива прошел не один день. Новый год неумолимо приближался. Как и завершение его официального отпуска. Разрушать легенду не хотелось. Она еще могла пригодиться. Потому он предпочел вообще не поддерживать связь с сестрой. В конце концов, он тут был не только вроде как в опале, но и отдыхал от проблем с племянником, на которые так часто жаловался при разговорах за кружкой пива.

Но именно с этим стилистом для трупов возникло много затруднений. То он оказался в другом мире, то был слишком занят. В общем, все время откладывал разговор. Так что Дролнов был вынужден назвать в качестве причины для встречи не личный интерес, а неофициальную просьбу следователя из столицы.

После этого встреча была назначена. И буквально за пару дней до Нового года и своего отъезда он направился в кафе, расположенное в одном здании с прокатом водных скутеров. Он хорошо знал этот пляж и само здание, так как частенько изображал из себя большого любителя покататься на этих водометных аппаратах, не снабженных даже намеком на силовую защиту. В принципе, он сам назначил место встречи именно здесь. Хоть курортное местечко и находилось далековато от интересующего его района.

Он аккуратно открыл дверь кафе, уже украшенную к празднику.

В отдельном кабинете, почему-то расположенном в дальнем конце коридора второго этажа, ему предложили чашечку кофе и подождать. Почему бы и нет. Стилист был весьма любезен и сам предупредил, что задержится минут на десять. Капитан аккуратно поднял принесенную чашечку ароматного кофе и с удовольствием сделал глоток. Окно этого кабинета выходило во внутренний дворик, и смотреть, в общем-то, было не на что. Он подумал, что расследование пока только прибавило вопросов. Правда, совсем провальным назвать его было нельзя. Все же удалось выяснить того, кто в участке стражи прибегал к услугам стилиста не только ради служебного рвения. Один из дознавателей охотно оказывал определенные услуги выходцам из трущоб. Особенно когда требовалось обеспечить исчезновение на теле одних следов и появление других, более подходящих для нужных выводов. Но для доказательств требовались показания стилиста. И капитан не сомневался, что сможет заставить его их дать. Он сделал еще один глоток, осушая маленькую чашечку до дна, и расслабленно откинулся на спинку дивана.

Франтовато одетый мальчишка лет шести никак не вписывался в пейзаж свежевспаханного поля и кустов, что отделяли его от тракта. И его чумазый ровесник весьма скептически осматривал нежданного встречного. Впрочем, щеголь тоже не оставался в долгу. Он гордо вздернул нос к небу, осмотрел выползшего из кустов парня и решил все-таки завязать разговор.

– Ты кто такой и чего здесь прячешься? – поинтересовался он.

Уловив мирные нотки, паренек заметно расслабился. Но агрессивности не утратил.

– А ты кто такой, чтобы я тебе отвечал?

– Как кто? Я Риндан, сын графа Винтурийского, – почти возмутился мальчишка.

– Это графа нашего, что ли? – стушевался паренек.

– Ну да. Так от кого ты прячешься?

– Да я из местной деревеньки тут недалече, километрах в пяти, – уклончиво протянул мальчишка. – Меня Антуан зовут. Можно Анту.

– Погоди, это из той, рядом с которой временный раскол открылся?

– Ой, да что там за раскол. Так, маленькое пятнышко, даже кошка с трудом пройдет. – Принял небрежную позу новый знакомый. – Я бегал, смотрел. Ничего особенного. А шуму, как будто настоящая волна пошла. Армию нагнали, везде заставы понаставили.

– А как же ты тут оказался? – удивился сын графа.

– А я своими тропками. На спор, что пройду, – похвалился мальчуган. И вдруг чихнул. – Ну вот, в овраге, наверно, ноги замочил.

– Риндан, ты где? Нам пора ехать, – раздалось за кустами.

– Это меня. Мы тут остановились. Отец разговаривал с начальником заставы. – Вздохнул сын графа. И тут же свысока посмотрел на чумазого выходца из деревни. – Ее высочество дает прием. Мы должны быть там через полчаса. Так что надо торопиться.

– Ух ты! Это наша новая правящая, что ли? – Уважительно присвистнул простодушный парень. – Тогда понятно, чего ты так вырядился. В замках все одеваются не как люди. Мне в деревне рассказывали.

– Мы до телепорта, а потом прямиком в замок, – зачем-то оправдался мальчишка.

– Ну, если там застава, то я, пожалуй, пойду. Слушай, мне бы что принести с собой, чтоб в деревне поверили, что я дошел до тракта.

Подумав, Риндан покопался в карманах и извлек на свет какой-то карандаш.

– На, в лесу такой не найдешь. Это папа из поездки в столицу привез. Так что поверят, что был тут и разговаривал со мной.

– Вы что там так долго делали? – запричитала служанка, как только непоседливый сын графа появился из кустов.

– Так, с местными зверушками общался, – весело откликнулся паренек, видя, что к разговору прислушиваются отец и начальник заставы. Новый знакомый, конечно, был из деревенских, но должна же быть мальчишеская солидарность. Особенно против этих взрослых, любящих все запрещать.

– Ладно, заскакивай быстрее, – поторопил отец. – Нам еще до перехода минут десять, а потом после минут сорок лёту. Уже опаздываем, нехорошо получается. Как бы не пришлось ждать аудиенции.

Официальный визит, это такая скука! Еще с момента первого выхода из телепорта Майя поняла эту простую истину. Торжественная встреча, вежливые протокольные улыбки. Представления и даже приемы. Всем этим Иллис пришлось заниматься самостоятельно и в качестве главного актера. Официальный визит не предполагал решения каких-то вопросов. Это было чисто протокольное мероприятие. Так что Майя, вынужденная сопровождать подругу, старалась от скуки как могла. В чем ей охотно помогала ее личная пятерка.

Парни быстро уяснили правила игры. Или им их подсказали ребята из пятерки Вирта, который осуществлял сейчас официальный вояж по другим провинциям.

Но факт оставался фактом. Ее ребята оставались на связи постоянно. Комментируя происшествия и поведение тех или иных гостей и без лишних разговоров исполняя распоряжения своего тактика.

В общем-то, особой нужды в личной пятерке не было. Кир не собирался полагаться только на курсантов-стажеров. Основное прикрытие осуществляли целых две пятерки бойцов теней, не считая тех, что призвали в провинцию заранее. Рисковать Кир больше не собирался, как и мелочиться. Обложил сразу обеих девочек. И Майя тут выполняла ту же роль стажера-тактика. С основным тактиком прикрытия она находилась в постоянном контакте.

– Майя, ты слишком гоняешь свою пятерку. Вот скажи, зачем погнала Жейрана в другой конец зала? – донесся по связи голос старшего.

– Так там какая-то заварушка, – не разжимая губ, сообщила она.

– Майя, любопытство не порок, но думать все же надо. Обычная перебранка двух аристократок, не поделивших место. Они далеко, угрозы не представляют. Тем более что вас закрывает толпа.

– Вам хорошо, а мне тут скучно, – поныла Майя, сидя с каменным лицом немного позади Иллис.

– В общем все. Отправь их в гостевую комнату. Пусть часок передохнут. А потом я их к делу приставлю. Подменят ребят на банкете. Им тоже отдых нужен.

Вздохнув, она с тоской проводила фигуры парней, отнюдь не расстроившихся тем, что их прогоняют.

Ее статус куратора провинций никак не повлиял на положение во время приемов. Точнее теперь император бросил даже задумываться о традициях и подборе для нее удобного предлога.

Ее присутствие рядом с принцессой теперь никого не удивляло, как и то, что обе они были при оружии. Покушение раскрыло многие карты. В том числе и тот факт, что Майя учится на тактика, командует личной пятеркой и пользуется абсолютным доверием императорской семьи. Раньше это были слухи, теперь вполне официальное положение.

Майя еще раз вздохнула.

Но такой подставы от подруги она все же не ожидала. Нет, то, что ее статус куратора имеет некоторые обязательства, она понимала. И это обсуждалось при подготовке. Но одно дело разговоры. А прочувствовать на себе совсем другое. Это турне началось как раз с одной из ее провинций, и посидеть в сторонке не получилось. Ее не просто посадили рядом с принцессой. Ей еще пришлось принимать участие в этом представлении. Слава Единой, этот кошмар продлился недолго. На балу тоже пришлось изображать из себя официальную особу. Но это было к лучшему. Со слов охраны, она имела представление о количестве интересующихся ее танцами. А вот потом, как она ни возмущалась, никто не обратил внимания на ее нежелание сидеть на виду у всех. Тактик охраны и вовсе был в восторге. Заполучить охрану в непосредственной близости от объекта, это, наверно, предел мечтаний любой пятерки.

– Чего ты маешься? Осталось минут двадцать, – донеслось до нее по закрытой связи с Иллис.

– Ничего не маюсь. Просто мне никто не говорил, что приемы это часть работы куратора, – сердито буркнула она, все так же не разжимая губ. – Тактик вон сидит себе в уголочке и сок попивает. А мне тут статую приходится изображать на пару с тобой. Заканчивай уже. Пить хочется.

Майе хорошо видна была фигура, в которую сложились пальцы Иллис.

– Издеваешься! Да я бы лучше еще одно покушение приняла. Тут скоро со скуки сдохнешь! О, еще один. О, опять заверять в своем почтении. Иль, столько здоровья, сколько тебе за один визит пожелали, не бывает. Такими здоровенькими только к Единой отправляются. Может, это можно принять за покушение?

– Майка, прекрати, это местный граф с семьей. Я должна быть серьезной.

– Ты серьезной, а я каменной. – Майя вздохнула и действительно замолчала. – И чего он так поздно. Графы вроде все вначале были.

– Не ворчи. Он немного опоздал. Но по уважительной причине. На его землях раскол нарисовался.

Майя сочувствовала подруге. Той приходилось не только сидеть, но еще реагировать на все происходящее. И не как-то, а благожелательно, вежливо и с благосклонностью. Попробуй нарушить протокол в общении, например, с этим графом. Никто даже не подумает о том, что принцесса устала. Все сделают свои выводы. А в результате в местной опале может оказаться и сам граф, и его семья. А мужик вроде ничего, раз ради дела даже позволил себе опоздать на такое мероприятие. Даже речь толкнул такую короткую. О, уже заканчивает.

«Граф, да в такого и влюбиться можно! А его сынок и вовсе душка. Так и норовит слинять отсюда, вон как зыркает», – Майя вздохнула.

Протокол не собирался идти ей навстречу. Как бы граф ни сокращал свою речь, правила требовали от Иллис задать ему хотя бы пару ничего не значащих вопросов. Именно совсем бесполезных вопросов. Если Иллис начнет приставать по делу, то окружающие воспримут это как знак недовольства новой правящей. Что ее чем-то заинтересовали дела собеседника. А что может быть важным, чтобы заняться ими прямо на празднике? Только проблемы. Благосклонность на приеме проявляется в приглашении остаться на бал в честь принцессы. Пришедшие сюда и так останутся, конечно, но быть личным гостем правящей намного престижней. А еще нужно обратиться к сопровождающим членам семьи графа. Тоже ничего не значащие фразы.

Майя прекрасно знала теперь всю эту мутотень. Кроме инструкций и объяснений ей как тактику, они с Иллис еще прошли целый курс придворного этикета и приемов. Иллис его повторяла, а Майя так, за компанию, ну и как куратор, разумеется. Ей-то приемы не вести. Это она так думала тогда, наивная.

Наконец, Иллис перевела взгляд на мальчика лет шести и улыбнулась.

– Я рада познакомиться с наследником достойного графа. Надеюсь, ты будешь достоин своего отца.

Мальчик открыл рот для ответа. Но в этот момент не сдержался и чихнул. Майя невольно улыбнулась, глядя, как совсем не аристократически мальчишка ладонью потер нос. А когда он отнял руку, между ним и троном уже возникла быстро сгущающаяся пелена силового экрана, сквозь которую можно было рассмотреть размазанную по верхней губе мальчишки кровь.

Противный сигнал биологической тревоги прозвучал громко и резко оборвался. Из своеобразного кокона Майя могла наблюдать, как опускается защита вдоль стен приемной залы, наглухо перекрывая все двери. Это могло означать только одно. Система биологической защиты запустила процедуру полного карантина. Пришедшие гости оказались в ловушке, из которой смогут выйти только здоровые.

Граф Давийнский, хозяин замка, стоял прямо перед защитным экраном принцессы. Он оказался заперт здесь вместе со своими гостями. За прошедший час ситуация в зале изменилась разительно. Вирус действовал неумолимо и с ужасающей скоростью. Большинство гостей уже лежали или сидели с первыми признаками болезни. Кроме мальчика и его родителей, в дальнем углу лежало еще несколько тел. И пока обнадеживающих результатов не было. Переданная, с помощью всех мыслимых мер предосторожности, вакцина оказалась неэффективной.

– Мы связались с соседними замками, ваше высочество. – Граф и сам уже чувствовал себя не важно, но отказался разговаривать с правящей сидя. – Через них весть о карантине уйдет в столицу. Но помощь от соседей придет только через два или три часа.

– Почему не сообщили сразу в столицу? – Майя хмуро смотрела на хозяина замка.

– Сообщили, но раскол, ваше высочество. – Граф развел руками. – Он создает слишком много помех. Мы не получили подтверждения. Но соседи сообщили об усилении сигнала маяков. Их идентификаторы должны быть в вашем браслете.

– Граф, я благодарю вас за заботу. – Иллис слегка поежилась. – Но правила карантина касаются всех. Вы знаете об этом не хуже меня.

– Ваше высочество, вам обеспечат карантин. Ваш браслет сможет использовать ретранслятор замка.

– Это невозможно, граф. – Осторожно покачала головой Иллис.

– По правилам, эвакуация принцессы была бы возможна в ее покои во дворце. Они оборудованы всей необходимой защитой для карантина такого уровня, – столь же мрачно заметила Майя. – Но наших браслетов не хватит, чтобы дотянуться до маяков портала. Помех действительно слишком много.

– Будет лучше переместить вас к соседям. Риск минимален, вы не успели заразиться и вы…

Иллис невежливо провела пальцем под носом, заставив графа замолчать. Он расширившимися глазами смотрел на продемонстрированную кровь.

– Мы с вами под одним колпаком, граф, – мрачно заметила Иллис и устало откинулась на спинку кресла. – Но обо мне не беспокойтесь.

Майя также слегка расслабилась и криво улыбнулась, встретившись взглядом с тактиком охраны. Бравый офицер, одетый в щеголеватый костюм, выглядел неважно.

– Обстановка? – обратилась к нему Майя. Но тот не принял неловкой шутки.

– Боеспособность сорок процентов и продолжает падать. Трое без сознания, еще двое сильно ослаблены. Один лежит в углу. Оставшиеся вместе со мной на грани, но пока держимся.

– Жаль. Не знаете, как в гостевых комнатах?

– Заражению подвергся парадный двор, коридоры и приемная. Гостевые комнаты вроде успели блокировать. Так что ваша пятерка изолирована.

– У меня нет связи, – заметила Майя.

– Все помещения дворца закрыты щитами максимальной плотности, – пояснил тактик. – Так что это не у вас, а у ваших бойцов сейчас нет связи.

Иллис тихо вздохнула и, не выдержав, пересела с кресла на пол. Майя поспешно последовала ее примеру и осторожно обняла подругу, укладывая ее голову себе на колени.

– Майя. – Тактик тревожно всмотрелся в лицо принцессы. – Вакцина придет в лучшем случае часа через два.

– И что вы предлагаете?

– Вспомни курс режимов эвакуации. У тебя ведь тоже действует портал.

– Да, император после покушения активировал его.

– Можно сложить два портала. Их энергии будет достаточно для пробития канала к местным генераторам через все помехи. А значит, попытаться выйти на постоянный маяк ваших покоев. Достаточно всего несколько секунд устойчивой связи. Техники смогут ее обеспечить.

– Я не знаю как. Нам говорили о такой возможности. Но до практики еще не дошло. – Майя с надеждой посмотрела на офицера теней, и тот не подвел.

– Программа стандартная. Есть у каждого тактика на случай экстренного прорыва. Нам с ребятами нельзя уходить. Но вы-то сможете.

Тонкий писк вживленного браслета показал, что нужная программа принята.

Иллис, лежащая у нее на коленях, вдруг заелозила и открыла глаза.

– Надеюсь, вы еще сможете нас догнать, офицер.

– Я тоже на это надеюсь, ваше высочество. – Вирус наконец взял свое, и он, как мог, аккуратно опустился на пол.

– Слушай, Майя, вот скажи, – обратилась Иллис к подруге. – Почему когда тебе становится скучно, нам приходится драться за свою жизнь. Других развлечений ты не признаешь?

Тактик удивленно вскинул брови, на большее у него, похоже, не оставалось сил. Но способность принцессы шутить вселяла надежду.

– Я не специально, – сердито проворчала Майя, запуская программу синхронизации браслетов. – Но сегодня я честно пыталась развлечься тихонько. Только кое-кто отослал моих ребят отдыхать. Надеюсь, что вовремя.

Лера, устроившись в гостиной, занималась бумагами. Она продолжала исполнять обязанности старшей служанки и оставалась тут, чтобы контролировать работу служанок. А бумаг скопилось много. Особенно много времени стала отнимать канцелярия принцессы и Майи. Даже больше, чем доклады лечебницы Альтер. Впрочем, она не протестовала. Просто в отсутствии девочек тут было как-то тихо. Даже две служанки, деловито смахивающие пыль, не болтали между собой. Пока девочек нет, Мегера присылала сюда исключительно новеньких. Для тренировки. Своих стерв она старалась держать подальше от старшей служанки покоев ее высочества.

Громкий сигнал тревоги раздался как всегда внезапно. Сигнал биологической угрозы в столичном мире был настолько редок, что Лера даже не сразу его узнала. За всю свою жизнь в столичном мире она слышала его только в школе и на курсах служанок, во время обязательных учений. Вспыхнула предупреждающая надпись прямо в воздухе. А в дверях, ведущих в спальню принцессы, возникла и начала сгущаться пелена силового щита, специально подкрашенная красным цветом. Рядом возник экран, передающий изображение изнутри комнаты.

Значит, дело плохо. Карантин высшего уровня. Щиты выходят на полную напитку. Быстро осмотревшись, Лера решительно схватила за плечи обеих растерявшихся служанок.

– Ты чего? Это же учения, – удивилась одна из них.

Но Лера уже грубо пихнула их к выходу из гостиной.

– Вон. Сейчас закроется второй эшелон. – Она все еще надеялась, что глупая служанка окажется права. Но не помнила, чтобы во время учений запускался весь комплекс высшей биологической защиты. Когда силовые экраны, как в подводной лодке, последовательно опускались, отсекая комнаты и коридоры, оставляя минимальное время для тех, кто еще мог их покинуть.

– Бегите по коридору, система активировала пять эшелонов. Не успеете, будете куковать там, где попадетесь.

– А ты? – служанки замялись.

Но Лера уж осознала главную особенность тревоги, выданную экраном оповещения. Карантин был направлен не вовне, а внутрь. В спальню девочек прибывал кто-то подавший такой сигнал тревоги. И это могли быть только двое. Не обращая больше внимания на двух блондинок, она побежала к экрану, что обеспечивал теперь связь со спальней. В дверях все равно уже стояла непроницаемая пелена силового щита.

Посредине комнаты неподвижно лежали две обнявшиеся фигурки.

Позади полыхнул аварийным цветом портал внутреннего перехода. Развернувшись, она не сразу узнала Индерского в защитном костюме. Врача можно было увидеть сосредоточенным, когда он работал, обычно расслабленным и добродушным. Даже приятным для беседы. Но сейчас, в сопровождении двух помощников, появился человек, привыкший и умеющий отдавать приказы и не терпящий задержек с их исполнением. Макс задержался, осматривая Леру, и подал сигнал помощнику. Тот уже доставал шприц.

– Это вакцина. Она совсем не избавит от симптомов. Но и слечь в постель не даст. Зря осталась.

– Там девочки, – то ли проинформировала, то ли пояснила Лера, подставляя плечо под укол.

– Значит, будешь при них. Только позже. С их состоянием вакцина тебе может не помочь. Придется выждать.

Лера молча проследила, как группа из трех врачей пересекла красную пелену. Система карантина настроена была не открывать щиты, а просто снижала уровень напитки. Врачам пришлось по очереди продавливаться через нее. По экрану она следила, как подняли на кровать сначала Иллис, потом Майю. Индерский что-то озабоченно колдовал с аппаратурой кровати, сверяясь с данными ручного сканера. Помощники разбирались с принесенными ампулами и шприцами. Их разговоров слышно не было. Через скафандры высшей биологической защиты наружу пробивалось только невнятное бормотание.

По данным системы оповещения, Лера могла себе представить масштаб проводимых мероприятий. Пять зон карантина с центром в спальне принцессы. Вторая ограничивалась смежными комнатами, включая гостиницу, в которой она находилась. Третья зона захватывала следующие комнаты и разрезала коридор. Остальная его часть, вместе с нижними этажами и даже чердаком составляли четвертую зону. В ней застряла охрана дворца на своих постах. Беднягам предстояло оставаться на месте минимум дней шесть. Пятая и шестая зоны были самыми легкими. Попавшие в нее отделаются несколькими часами и кучей анализов. Может быть, проведут пару дней под наблюдением врачей. Пределы дворца они смогут покинуть уже через два дня. А в целом карантин охватил все крыло ее высочества. Это еще хорошо, что в нем не так много народу пока обитает. Повезло и ученицам, отбывшим в обитель.

Лера невольно покосилась на горящие значки связи на экране. Судя по всему, сейчас за происходящим следили все, кто имел доступ к внутреннему монитору.

Индерский задержался в спальне почти на час. После чего карантинный щит с дверей спал. Зато налился красным светом выход в коридор.

Макс вышел уже без шлема. Отправив двух своих помощников, он устало присел на диван и самолично отдал команду на разблокировку голосовой связи.

Лера даже отшатнулась, когда рядом с нею без всякого предупреждения возникло столько народу.

– Все нормально, – поспешил успокоить сразу всех Индерский. – Вирус очень похож на красную лихорадку. Но этот его вариант действует в десятки раз быстрее. Потому и успели распознать сразу. Система сработала с запозданием.

– В Вирлинии до сих пор гибнут люди, – резко прервал его Димир.

– Вакцина уже на месте. Локализовать эпидемию во дворце удалось, – возразил Макс. – Проблема с территорией вокруг раскола. Увы, там придется действовать более жестко. Повторения трагедии Морста нам, надеюсь, удастся избежать.

– Если все так плохо, то почему ты говоришь, что с девочками все хорошо? – Адила решила прервать разгорающуюся полемику.

– Вакцина, которой удачно выманила нас два года назад Майя, – вроде как напомнил главный врач. Но, заметив недоуменный взгляд императрицы, решил прояснить: – Миовакцина не выводится из организма и находится в спящем состоянии. Вирус опередил ее развертывание. Потому у девочек и возникли первые симптомы. Но угрозы жизни нет. Такая интенсивная атака потребовала мобилизации ресурсов всего организма. Вакцина практически высосала их силы. Отсюда и потеря сознания. Пока вакцина выходила на рабочий режим, поле все равно нельзя было включать. Местные врачи не смогли бы обеспечить нужную поддержку. Так что, останься они без помощи, пришлось бы очень туго. Особенно Майе. А вот Иллис, как измененная, перенесла все легче.

– Сейчас поле можно задействовать? – Адила сердито смотрела на неуместно довольного врача.

– Безусловно. Но немного позже. Когда спадет температура и они придут в себя.

– Я могу пройти к ним, раз все так хорошо?

– Для девочек все нормально, ваше величество. Но для посетителей это не безобидное мероприятие. Два моих помощника прямо отсюда отправились в Вирлинию. Там они будут полезнее. Сам я пока задержусь здесь. Надеюсь, Лера найдет мне местечко.

– Конечно, лорд главный врач. – Лера безупречно исполнила реверанс. И сразу перехватила взгляд Индерского.

– Я смотрю, вас уже достало, – заметил он, глядя на проступившую испарину. – Это не надолго. Через полчаса слабость начнет отступать.

– Надеюсь только на это. – Лера осторожно стерла проступившие капельки.

– Не сомневайтесь. – Кивнул Макс. – А пока вам лучше занять место на диване. Я смогу обойтись это время без вас.

Заметив, что Лера замялась, Адила решила вмешаться.

– Ложись, – отдала она приказ. – Ты нужна здоровой. Так что делай, что говорят. Но я не поняла, Макс, ты тоже заражен?

– У меня миовакцина, как у девочек и у тебя с Димиром и Виртом. Перед входом я ее заранее пробудил. Так что в моем случае все будет проще. Но вас сюда я пущу только после того, как вирус потеряет активность. И даже в этом случае на ваши покои будет наложен карантин. Пусть и не такого высокого уровня.

Лера неловко пристроилась на диванчике. Лежать в присутствии хозяев дворца было неудобно. Но слабость наваливалась все сильней. Надежда была только на обещание Индерского.

Встреча немного отдохнувших учениц с мастерами, до сих пор почитаемыми как свои наставники, состоялась перед ужином. К удивлению Линары, их приняли в небольшой комнате или большом кабинете, по центру которого находился стол, за которым сидело не больше десятка наиболее уважаемых мастеров во главе с мастер-настоятельницей обители. Это был малый совет обители Альтер. Что сильно удивило обеих бывших адепток. Подтверждение заявленного звания подмастерья как-то не вязалось со столь высоким уровнем приема. Уже на входе девушки могли видеть кадры видеозаписи приема, что просматривали уважаемые мастера. Значит, дневной прием был все-таки частью их испытания. Теперь будет первый разбор полетов.

Линара обреченно вздохнула. В теории у нее все еще оставались прорехи, за которые Майя постоянно выговаривала и досадливо морщилась. И то, что наставница младше своей ученицы на четыре года с хвостиком и жила под крылышком принцессы, совсем не спасало. Эта девчонка имела ТАКОЙ опыт общения, в том числе и в трущобах, что можно уши в трубочку свернуть от комментариев, если она была очень недовольна. Особенно когда дело касалось ее любимых занятий. В такие моменты они с Аритой радовались только тому, что на этаж никого из посторонних не пускали. Ну не давали им в обители такой материал. По измененным вообще были только основы. И касалось все почему-то только первого и второго уровней. А у их мастера пациенты третьего и даже четвертого уровня изменений в ходу.

Так что было о чем забеспокоиться. Ведь она надеялась, что будет несколько дней для повторения. А тут получается сразу, да еще на таком уровне!

К удивлению обеих кандидаток в подмастерья, их пригласили за стол.

После вежливых приветствий и ничего не значащих фраз Гринда перешла к делу:

– Ученицы, со своего года вы первые, кого мастера представили на подтверждение звания подмастерья. Нас это радует, а на вас накладывает дополнительные обязательства. Мы внимательно ознакомились с записями работы в первый день пребывания в обители. Должна признать, неплохо, весьма неплохо.

Сидящие рядом с председательствующей мастера согласно закивали головой. Линара даже поймала несколько одобрительных взглядов тех, кто не был склонен к излишней похвале. Что не могло не приободрить. Может, не все так плохо, и их не будут валить только за то, что их наставница когда-то носила ошейник.

– Но что это за странные названия приемов? Линара, особенно ты этим увлекаешься, – заинтересовалась сидящая напротив Гринды мастер.

– Прошу прощения, мастер Велина. Наша наставница дает нам названия по официальной классификации. Но в разговорах часто использует аналоги с известными животными и их поведением. Так действительно легче запоминается. И я по привычке использовала их в разговорах с адепткой. На уроках в обители часто при описании движений использовался такой способ. Мастер Майя привязала его к приему в качестве альтернативного названия. Вроде это не запрещено.

– То есть вы знаете название приема в системе официальной классификации, например, для того, что был вами обозван «кошачьей лапкой».

– Ринтари эль квери, винтас, – послушно оттарабанила Линара. – По типу давления Ларн каври. Мастер Майя очень щепетильна в этом вопросе.

Мастер Велина довольно кивнула и что-то пометила у себя.

– Арита, ты умудрилась использовать совсем страшный термин, пасть хола. Которую почему-то еще рано применять адепткам первого года практики. Девочка приняла твое утверждение на веру, но наверняка захочет узнать, что это за прием в справочнике. А мы даже не можем понять, о чем идет речь. Хол это, кажется, хищник, похожий на волка, но с зубами, не помещающимися в пасти. Помесь волка и твари из бездны. Можешь пояснить?

– Альтар рев алкир, семиточечный, – также на полном автомате откликнулась сидящая рядом подруга. И добавила еще длиннющую фразу, описывающую тип нажатия для каждого пальца.

Линара вспомнила, с каким трудом она запоминала ее. Веселые были времена! Майя билась с ними почем зря. И попробуй пикни. Сразу наваливались принцесса и Лера.

Тем временем Ари уже вытянула руки перед собой, по направлению к возникшей над столом голограмме человеческой головы. Сложив вместе запястья, переплела пальцы, а затем развела их в стороны, демонстрируя хват за шею, не отрывая рук друг от друга. Вид наведенных и согнутых пальцев, вставших точно на нужные точки в районе шеи, по четыре с каждой стороны, действительно смахивал на названную пасть с клыками.

– Используется для снятия напряжения мышц в шейном отделе и локального отключения болевых симптомов, а также запуска дополнительного энергопотока в канале вирры, с перенаправлением энергии из канала лан. При необходимости возможно использование восьмой точки для перекрытия обратного тока. Так как тут ведется работа на энергетическом уровне, использовать его адепткам до пятого года не рекомендуется вообще. Но прием использует два канала одновременно с возможностью выхода на третий. Поэтому адепткам применять его можно только под наблюдением мастера или обученного подмастерья. Этим приемом достигается дополнительная подпитка активных новообразований. Что позволяет…

– Достаточно. Дальше вроде как понятно, – притормозила разошедшуюся ученицу еще один мастер. – Идея использовать альтернативные названия не нова. Просто возведение этого в систему как-то необычно. Хотя, если есть результат и он не вредит основным знаниям, то вполне допустимо. Претензий нет, замечаний тоже.

– Верно, но хотелось бы узнать, какие еще приемы изучили наши выпускницы за это время. И раз уж у их наставницы столь необычная методика, вместе с альтернативными названиями. Во-первых, не удержатся, и у адепток все равно будут вопросы, на которые придется отвечать. Во-вторых, почему бы не использовать успешный опыт. По мне, так весьма запоминающееся название. Хол, насколько я знаю, именно так и нападает на свою жертву, сзади и за шею.

Так как пожелание вызвало одобрение среди всех мастеров, девушки послушно начали сыпать названиями. Время от времени им приходилось по очереди демонстрировать тот или иной прием по выбору мастеров.

Линара с удивлением отметила, что за полгода ее арсенал пополнился почти на три десятка приемов. И это не считая вариантов упрощения известных ей с обители отдельных приемов и целых комплексов, которые Майя неумолимо заставляла их отрабатывать. А ведь были еще приемы, не предоставляемые на рассмотрение мастеров. Майя была недовольна качеством их исполнения и требовала не распространяться без ее одобрения. Таких было еще десятка полтора.

– Ясно. Арита, твое замечание насчет пасти наводит меня на мысль, что вы уже имеете практический опыт работы с энергетическими потоками.

– Наставница начала нам давать самые азы теории, мастер Велина, на практике мы работали всего несколько сеансов.

– Вы можете сказать почему? Или нам надо обратиться за пояснениями к мастеру Майе? – продолжила дотошный мастер.

– У нас пока низкий резерв. Наставница говорит, что это нормально, и считает, что мы сможем его развить при условии постоянной тренировки. Но пока для эффективных занятий нужен донор, даже для начальных приемов. А ее высочество не всегда имеет свободное время днем, когда проходят мастер-классы.

– При чем тут принцесса Арден? – недоуменно нахмурилась мастер Велина, выражая общее недоумение присутствующих.

– Ну как же, принцесса Иллисиана донор для наставницы и иногда соглашается помочь нам на тренировках. – Линара удивленно посмотрела на застывших мастеров. Неужели они считали, что принцесса будет заниматься с ученицами постоянно?

– Ясно, – поспешила взять слово Гринда. – Девочки, на сегодня вы свободны. Надеюсь, завтра утром вы будете отдохнувшими. Ваш рабочий день начнется рано.

Гринда дала понять, что понимает планы девушек на этот вечер, но сильно не возражает. Когда смущенно попрощавшиеся ученицы покинули комнату для совещаний, за столом некоторое время хранилось молчание.

– Гринда, я как-то пропустила информацию о том, что принцесса Арден дающая.

– Для меня самой это сюрприз. Я считала, что она выполняет только роль наблюдающей. У Майи с этим проблемы, – не без иронии заметила мастер-настоятельница. Имея в виду, что этой проблемой страдают все увлеченные своим делом мастера.

– Да, но дающая! Она же из правящих. До сих пор такого не случалось.

– Да просто никому в голову не приходило так использовать правящих. – Хмыкнула Велина. – Вечно у этих Толнойских все не так. Вот и тут выкрутилась. Нашла себе персональную дающую и обучила, как смогла.

Найти своего личного дающего удавалось далеко не каждому из мастеров. И удача девочки их взволновала, не без примеси добродушной зависти. Впрочем, все заодно согласно посмеялись насчет реплики своей коллеги. Род Майи по линии матери славился нестандартными выходками и странными решениями.

– Но сейчас не об этом, – вернулась к теме совещания Гринда. – Что скажете, мастера, по поводу услышанного.

– А что тут говорить, – начала мастер Дилна, преподаватель общего курса Альтер. – В части общих приемов девочки очень сильно продвинулись. Практикуют на уровне автоматизма. Мы все это видели. То, что приемы упрощены больше, чем обычно, так я тоже часто это делаю и стараюсь передать удачные варианты ученицам. Майя, похоже, возвела это в систему. Прослеживаются целые комплексы. И похоже, очень удачные. Но для этого у нее очень веские причины.

– Еще бы. С таким потоком пациентов у нее просто выхода другого не было, – проворчала еще один мастер. – А чтобы свалить все это на двух выпускниц, ей пришлось еще и систематизировать все свои наработки.

– Девочка вся в мать, – опять заворчала мастер Велина. – Лирана была отличным Альтери, с системным научным подходом. Счастье, что она передала дочери свои способности. Но вот к обучению адепток ее допускать было нельзя, все сваливала в кучу. И дочь и в этом следует за ней. Просто вываливает все, что знает по очередной теме, на головы учениц, а потом смотрит, как те выгребают. Только не учитывает, что ее учила мать и сама она из рода Толнойских. Разгребать ворох информации для них что-то вроде семейного хобби. Чем больше и запутаннее, тем лучше и интереснее. Адептки и захлебнуться могут.

– Да уж. Общий курс с вариантами упрощения стандартных приемов, теория энергетических потоков и практика индивидуальной работы одновременно с теорией преобразования энергий. Да еще и практическая работа с дающей.

– Еще теория контроля синдрома измененных низкого уровня, – закончила Дилна и добавила: – Тоже с практикой. Некоторые приемы я с трудом узнала. Девочка не просто восстановила разработки матери, а сильно их развила. Мы не можем заниматься упрощениями в этой области именно в силу слабого понимания теории. До этого просто не доходят руки.

– Если бы только это. Не знаю, как ты, Дилна, но я услышала минимум шесть наименований, с отсылкой на незнакомые теоретические предпосылки. Как я понимаю, это уже относится к новым разработкам. Лирана применила один из них на том мальчике, с третьим уровнем.

– И как применила! – Дилна кивнула. – Четыре из этих шести являются модификацией используемых на низком уровне. А вот два совершенно новые. И Арита применила, кстати, один из них. Поразительный эффект. Только что я буду делать завтра с этим мальчонкой, даже не знаю. Третий уровень все-таки.

– Вызовешь Лирану, – буркнула Гринда.

За разговорами чувствовалась не озвученная проблема. Обе ученицы были подданными империи. И Этариол очень быстро узнает, если уже не узнал, как просчитались его осведомители.

Дилна правильно поняла испортившееся настроение начальницы. Девушки с навыками лечения синдрома измененных третьего уровня, пусть и только начальными, были лакомым кусочком для молодого императора. Это была уже явная возможность контроля знатных семейств, составлявших большинство в среднем звене управления империи.

– Их надо предупредить. Пусть сами решают, – предложила она. – Защитники, если что, смогут вывести их в убежища на свои земли. А там уже будет легче. Конечно, может возникнуть конфликт с Арден, если они после этого там появятся. Но до серьезных последствий не дойдет.

– Так-то оно так, но жалко терять таких перспективных учениц. Как мы сами-то пропустили девочек. Полгода в таком режиме, и ничего, выплывают. Даже результат выдают.

То, что бывшие адептки получат подтверждение и станут подмастерьями, ни у кого из присутствующих сомнений не вызывало уже. Скорее уж наоборот, им самим придется внимательно наблюдать, задавать вопросы и учиться у своих собственных учениц. Ведь Майю сюда и подавно нельзя приглашать. Их император от такого подарка точно не откажется. А за возможность взять под контроль синдром измененных среднего уровня можно пойти и на конфликт с соседней империей. До войны не дойдет. Зато поторговаться будет можно.

А обсуждаемые особы в это время вместе со своими старыми подругами уже весело вспоминали веселые моменты из бурной жизни адепток, устроившись в комнатке общежития учениц на четыре кровати. Хозяйки накрыли стол, а прибывшие не остались в долгу и притащили несколько бутылочек вина из привезенных с собой. При виде того, что было выставлено на стол, у подруг приподнялись брови. Они и сейчас, будучи уже ученицами мастеров, могли позволить себе такое не чаще бутылочки в пару месяцев, и то вскладчину. А тут сразу пять бутылок. И ведь не скажешь, что ученицы обители мало зарабатывают.

– Судя по маркировке, вы ограбили подвалы дворца Арден, – с видом обвинителя заявила Сина, разглядывая маленький значок на этикетке.

– И ничего не ограбили, – немного обиделась Лирана. – Просто попросили принести, надо же было что-то на гостинцы прихватить. И для вас, между прочим, тоже.

– Попросили? – Сина скептически осмотрела обеих. Все не без ехидства вспомнили, как их ловили в подвалах обители именно за этим занятием. Там тоже был небольшой винный погребок. В котором хранилось не дешевое вино, в лечебных целях, разумеется.

– Ну да. И, между прочим, все официально. В день отъезда вместе завтраком и принесли, – поддержала подругу Арита.

– Ты еще добавь, что завтрак вам приносят в вашу комнату, – весело подначила Сина и, заметив неловкое переглядывание смутившихся подруг, удивленно вскинула брови. – Что, правда?

– Ну, иногда так не хочется идти в столовую с утра, – решила завуалировать правдивый ответ Ари.

– Ничего себе! Да тебе в последний раз с утра хотелось куда-то идти лет пять назад, – рассмеялась Сина. – Все время ворчала, что мы рано встаем. Лирана, она по-прежнему ворчит, если ванную до нее занимаешь?

– Да нет, мы обычно в коридоре встречаемся. Зачем ей моя ванная. – Лирана тоже не хотела врать. Но к желанию похвастаться новыми условиями жизни примешивалось и чувство неловкости. В обители подруги жили, конечно, не как адептки. Комнаты у них были на трех-четырех человек, а не на восемь. И кроме тумбочек, оставалось место для личных шкафчиков, в которых помещалась новая одежда. Вот станут подмастерьями, тогда им будет положена отдельная комната в другом доме. Но ванная, точнее душевая, все равно будет располагаться в конце коридора. Так что Лирана постаралась не поднимать глаз от стола. А просто начала разливать вино.

– У вас что, отдельные комнаты? – наконец нарушила всеобщее молчание Сина. – С отдельным душем?

– Ванной, – призналась Арита. – Вы даже не представляете, какой это кайф! Только не завидуйте. От занятий и работы продыху нет. А покои расположены в защищенной части крыла принцессы. Никого в гости не приведешь. Приходится заранее спрашивать согласия ее высочества. А то Майку не допросишься.

– Покои? Значит, у вас не по одной комнате?

– Спальня и гостиная, – призналась Арита.

– Ну, вы даете, – растерянно протянула Сина. – Апартаменты во дворце, завтраки приносят. Еще скажите, что служанки убираться приходят.

Подруги недоверчиво смотрели на смущенно потупившихся гостий.

– Ну, нам сказали, что уборка это способ отлынивать от работы в лечебнице. А после работы и учебы точно не хочется убираться.

– Да кто б мне такое сказал! – Сина восхищенно покрутила головой. – Я уже самостоятельно веду прием по общим болячкам. Мой мастер даже доверяет прием измененных с простыми синдромами. В день до пяти человек принимаю. А такого что-то не слышу. Вот скажи, Лирана, ты сколько в день принимаешь?

– Ну, человек девять как-то было. Если не считать тех, что принимаются под присмотром наставницы.

– Подожди, я имею в виду, что сама принимаешь, – не поняла Сина.

– Ну да. Майя занимается с нами в режиме мастер-класса. Днем показывает и дает задания. А вечером семинар по ранее пройденному. А днем мы ведем прием сами. В рамках того, к чему получили допуск. Например, синдром измененных мы сами пока еще не работаем. Только первичный прием и завершение процедур.

Слушавшие подруги несколько растерянно переглянулись.

– Так вы сюда приехали не только потому, что соскучились?

– Мы очень соскучились, вы даже не представляете как, – горячо заверила подруг Арита. – Просто нашему мастеру позарез нужны подмастерья. Без официального признания она не может нас допустить до постоянной практики. Это еще и ей надо для подтверждения звания мастера. Мы ведь у нее первые, и нужно подтверждение совета мастеров. Об этом Гринда сразу предупреждала, когда только отправляла нас к ней.

– Почему она меня к ней не отправила? – взвыла Сина. – Я тоже хочу жить в своих апартаментах с личной ванной. И чтоб я не отлынивала от работы под предлогом уборки, пусть присылают служанок.

Компания весело рассмеялась.

– Так, Давайте вы нам сейчас все подробно расскажете. А еще о принцессе и об этом мастере Майе. Тут столько слухов про них ходит. Как вы пережили то ужасное покушение?

Ниэл Риндол привел своего сына в обитель за два часа до назначенного времени. Он хорошо знал, что такое приступ синдрома измененного, тем более в этом возрасте. Лекарства для сына были приготовлены, и они готовились ко второму переходу заранее. Но как это часто бывает, все пошло прахом. Приступ начался раньше на два дня. Вначале микстуры помогли, хоть сын с трудом сдержал рвотный позыв. Но вчера они вдруг перестали действовать. Врачам требовалось время для разработки нового состава, с учетом происходящих в организме изменений. А его уже не было. И Риндол пошел проверенным путем. Альтер могли помочь только общей блокадой. Но адаптация организма сильно ограничивала этот метод. И что хуже всего, перерывы практически не играли роли. Так что приходилось экономить и обращаться в обитель только в крайнем случае. Альтер должны были продержать ребенка до разработки нового рецепта. Пусть и с перерывами, но давать ему отдых. Он помнил, с какой надеждой сам смотрел на строгих мастеров, тщательно отмеривавших время до следующей блокады. Сейчас это ему уже было недоступно. Но и приступы взрослого тела воспринимались иначе.

Вчера, когда он буквально внес на руках сына в приемный зал, он еще думал возмутиться равнодушием молодой ученицы. А потом просто забыл. Она даже не захотела оставить его мальчика под наблюдением и отправила домой. Точнее в гостевой дом. До дома все же было далеко, и Риндол не решился подвергать сына риску повторного срыва.

Остаток дня и вечер прошел спокойно. Ночью он весь извелся, просыпаясь от каждого шороха со стороны кровати мальчика. Да и мать все время пыталась выйти с ним на связь, не находя себе дома места от беспокойства. Так что утром отдохнувшим оказался только сам виновник переполоха, казалось забывший даже о вчерашних проблемах. На бутылек с ослабляющим боль лекарством он посмотрел с таким отвращением, что Риндол не решился настаивать и отложил его до встречи с мастером. Все же тут что-то сильно изменилось со времени его последнего посещения. И решил прийти заранее до назначенного часа.

В приемном покое его встретила другая ученица. Он ее тоже видел вчера. Она просмотрела записи и недоуменно перевела взгляд на замершего ниэла.

– Вам назначено через два часа, зачем пришли так рано?

– Я боюсь, что приступ может повториться. Он уже долго не жалуется, хотелось бы попасть к мастеру, – он попытался настаивать.

– У вашего сына обычный третий уровень изменения, самый простой вариант. До полудня вам вообще можно не беспокоиться. Мастер примет в назначенное время, а сейчас вам здесь делать нечего. До свидания.

Ниэл Риндол не привык к такому обращению. Пусть он не принадлежит к высшей аристократии, но наследное дворянство тоже к чему-то обязывало окружающих. А не самая низкая должность в управе приучила к куда более почтительному отношению к своей особе. Ладно еще мастер или подмастерье. У Альтер свой кодекс поведения, и они могут позволить себе некоторую бесцеремонность. Но ученице с ним точно надо быть вежливее.

Возмутиться он не успел. То ли сказалось полузабытое чувство уважения к обители, в которой ему в молодости сильно помогли, то ли просто замялся. Но его опередили. На девушку, можно сказать, наехал молодой отпрыск семейства баронов Ландхнеров. Видный парень прибыл всего лишь по поводу вывиха, полученного на играх неделю назад. Сустав вправили, но сейчас он воспалился и явно болел. Насколько знал Риндол, дом этой семьи располагался на соседней улице, и парень не нашел ничего лучше, как притащиться сюда, вместо того чтобы воспользоваться услугами обычного врача. Возражения встретившей его молоденькой адептки он не принял, причем в довольно резких выражениях. И девчушка, едва сдерживая слезы обиды, обратилась к более старшей ученице, назвав ее по имени.

Риндол с интересом наблюдал, с каким равнодушием отнеслась эта Арита ко всем титулам парня, а заодно и к информации о положении его отца и тому, что он сможет сделать, если она, если они…

Поймав паузу среди громких реплик, она наконец-то прервала его и пожала плечами.

– Уважаемый барон, мое воспитание не позволяет мне продолжать разговор в таком тоне. К тому же мне попадет от моей наставницы. Не будете ли вы любезны пройти в помещение, расположенное на заднем дворе, и обсудить вашу проблему с находящимися там специалистами. Уверяю вас, они вас выслушают со всем вниманием. А мне, ничтожной ученице, не пристало разговаривать с сыном сановника столь высокого уровня.

– Охотно, – высокомерно задрал нос парень. Риндол про себя только хохотнул. Любой регулярно общавшийся с Альтери знал, что они никогда не применяли к мастерам термин «специалист». Так что девчонка явно решила отыграться на заносчивом посетителе. – Как туда пройти и к кому обратиться?

– Сразу за выходом, направо, по дорожке, присыпанной белым песком. Не ошибетесь, она ведет прямо к дверям этого здания. А к кому обратиться? Даже не могу посоветовать. Не знаю, кто там сейчас заведует, но кто-то там всегда есть. – Арита обратилась к своей помощнице: – Кстати, Инира, ты не знаешь, какая сейчас кличка у главного в стаде? Прошлого, насколько я помню, пустили на мясо перед моим отъездом.

– Э-э-э, нет, ученица Арита. Но я могу узнать. – Девчушка уже и думать забыла о своих слезах и с восхищением смотрела на свою старшую коллегу.

– В смысле на мясо? – озадачился барон, уже собравшийся повернуться к двери.

– А, господин барон, вы еще здесь? Это мы о своем. Когда я уезжала, в свинарнике зарезали одного хряка, которого мы с подружками считали главным. Хотела узнать, кто вместо него. – Ученица невинно пожала плечами. А вот Риндол вспомнил некоторых язвительных учениц, с которыми пересекался в своем детстве.

– Так вы что, послали меня к свиньям? – взревел оскорбленный барон.

– Я-а-а? – искренне возмутилась девица. – Как вы могли обо мне такое подумать? Да я воспитана в лучших традициях дворянской семьи, и ваше заявление я должна принять как оскорбление на свой счет. Я всего лишь посоветовала вам обратиться к кому-нибудь из обслуживающего свинарник персонала. Мастера обители сейчас все заняты. А в свинарнике работают квалифицированные ветеринары, для которых вывихи и воспаления самая обычная работа. Уверяю вас, у них очень большой опыт в этих вопросах. Когда я была адепткой, никогда к мастерам не обращалась по таким пустякам. Лично я бы посоветовала старшего конюха, он отличный мастер по вопросам вывихов и припаркам. Но есть ли он там сейчас, я не знаю.

Барон застыл, растерянно открывая и закрывая рот.

Риндол поспешно отвернулся, чтоб бедняга не увидел его улыбку. Ученица сделала барона так, что не подкопаешься. Вежливо выслушала, никак не оскорбила, послала вроде к тем, кто действительно в обители мог помочь. И он был уверен, что она ни в одном слове не солгала. Этот навык девочки-адептки любили оттачивать вне стен обители в общении со своими ровесниками. Но этот барон, похоже, был не из их числа.

В конце концов, это личное мнение девушки, основанное на ее детском опыте и высказанное в искреннем желании хоть как-то помочь посетителю, не пожелавшему почему-то обратиться к нормальным врачам. А то, что по этому адресу проживают свиньи, так это просто совпадение. Так что никакого оскорбления нет. И что там сам себе выдумал барон, никого не касается.

Ученицу мастера Альтер парень не тронет. Впрочем, как и малолетних адепток. В дверях приемной залы уже маячил охранник. Защитник обители, в облике которого легко угадывались черты воина горных кланов. С таким не поспоришь. Да и к ответу не привлечешь. На территории обители они были в своем праве. К тому же девушка уже озвучила подозрение в оскорблении ее чести. А в этом случае защитник мог действовать от ее имени.

А вот попытаться сорваться на свидетелях заносчивый отрок мог.

Все же хорошо, что он не успел устроить скандал. Память подвела, как тут разбираются со слишком нетерпеливыми пациентами. Девчонка эта, похоже, имеет богатый опыт общения со знатью. И успела нахвататься от своей наставницы.

Развернувшись, Риндол предпочел тихонько направиться к двери. Ссориться с Альтер было в любом случае глупо. Об этом его предупреждал еще покойный ныне отец. Если одна из них обоснованно откажет в приеме, то к остальным мастерам можно вообще не обращаться. Ученица еще не подмастерье, конечно. Но никто, кроме защитника, не вышел на разгоревшийся скандал. И для умеющих делать выводы это кое-что значило. Барон был из неизмененных. Переживет, конечно. Но дорога в обитель ему теперь, скорее всего, будет заказана надолго. Такими мелкими травмами мастера вообще не занимаются. Парню все, что надо было, это попросить позвать кого-то из старших девочек, имеющих право самостоятельной практики. Вежливо попросить, и ему бы не отказали.

Выходя, он еще успел услышать попытку благодарности от восторженной адептки.

– Не бери в голову, Инира, – резко оборвала ученица поток слов. – Знаешь, сколько таких «знатных» будет в твоей практике? Просто запомни, никто не может диктовать условия мастеру Альтер.

– Но как же, ведь твоя наставница… Она же?

– А вот моя наставница тут очень яркий тому пример, – нравоучительно прервала девочку старшая. – Она смогла сделать так, что даже высшие аристократы обращаются к ней исключительно с просьбой и в о-очень вежливой форме. Сама слышала. Все, кто с этим не согласен, просто к ней не подходят.

Риндол задумчиво постоял на крыльце. Сын, не оглядываясь, побежал во двор гостевого дома. Там он мог провести оставшееся до приема время с пользой для себя. Интересно, кто наставница у этой ученицы. Судя по ее ухваткам, она ничего не придумала. Может даже преуменьшила. Но современные придворные мастера не отличались такой решительностью. Правда и умениями они тоже не блистали. Даром, что по утверждению обители считались лучшими выпускницами. Видимо, в обители были разные лучшие выпускницы. Ведь эти ученицы не имели даже знака отличницы, которым так гордились подмастерья придворные. И их не оставили при обители как лучших. Ведь наставница Ариты явно жила где-то в другом месте. А с приступом его сына разобрались, можно сказать, прогуливаясь от одного пациента к другому.

На крыльцо вылетел взбешенный барон в сопровождении защитника. Уже спустившись с крыльца и не обращая внимания на свидетелей, он резко обернулся к немолодому мужчине.

– Я не позволю так обращаться со мной. Если другой управы нет, я вызову эту наглую ученицу в круг равных. И защитники ей там не помогут, – запальчиво заявил парень.

Риндол понял, что барон все же сумел дозваться до кого-то из дежурных мастеров. И получил уже по полной программе. Маленькая адептка точно получила продолжение урока по укрощению пациентов. А защитник только пожал плечами.

– На круг равных нужно разрешение личной наставницы. И она может выйти за свою ученицу. Причем согласие на это даже спрашивать не будет.

– Это даже лучше, хороший урок будет для ее ученицы.

К удивлению Риндола, рассмеялся не только защитник, но некоторые из невольных свидетелей из числа защитников, оказавшиеся во дворе.

Барон растерянно замер, осматриваясь вокруг.

– Что случилось, Кайэн? – К месту назревающего скандала поспешно подошел защитник со знаками командира подразделения.

– Да вот, собрался вызвать в круг равных ученицу мастера Майи. За отказ допустить его к мастерам.

Командир задумчиво окинул взглядом барона и тоже недоуменно пожал плечами.

– Я знал отца этой наставницы. И кое-что слышал о ней самой. Поверь, парень, тебе лучше сойтись со мной, чем связываться в круге равных с наставницей этой ученицы. Не думаю, что будет легче, но зато быстрее. Ведь наставницы должны еще давать уроки своим ученицам. А у этого мастера их целых две. Может долго провозиться с тобой.

Барон судорожно сглотнул. Защитник не шутил. И не запугивал. Он говорил так, как будто констатировал факт.

– Она не назвала свою наставницу, – неуверенно заявил хлыщ.

– Значит, не спросил, – снова пожал плечами старший. – А ученица отчитывается только перед своим мастером. Ее наставница вольный мастер Майя. Ученица вчера прибыла из дворца императора Арден для подтверждения звания подмастерья.

Риндол искренне посочувствовал попавшему впросак барону. Имя бывшей рабыни не знал разве что ребенок. Да и то вряд ли. Личная подруга и тактик принцессы Арден! Получившая свободу в день своего рождения. Их схватку во время покушения крутили во всех новостях почти месяц. То, что она еще и практикующий мастер Альтер, тайной тоже не было. А вопрос об отсутствии у нее защитника был снят новостью о личной боевой пятерке курсантов из элитной военной академии, в которой она, оказывается, тоже училась.

Пресса нет-нет, но до сих пор смаковала разнообразные слухи о ее жизни. Особенно любили побеги и разного рода скандалы с ее участием. Понятно, откуда у этой ученицы такие навыки общения. Судя по всему, ее мастер не избегает разговоров с заносчивыми аристократами. Просто делает это так, что второй раз они к ней уже не подходят.

Глядя в спину поспешно удаляющегося барона, Риндол только покачал головой. Этот день точно не задался у парня.

Глава 3

Переезды

Ее величество в сопровождении Церы прибыла спустя несколько часов. Сразу, как Индерский разрешил посещение. Его датчики к этому времени уже горели зеленым цветом. Но Лера знала, что куковать ей в покоях принцессы еще несколько дней. Императрица вернется к себе порталом. И в ее покоях тоже будет установлен карантин. Император для себя лично такой возможности не мог позволить. Поэтому он оставался на связи, о чем свидетельствовал сигнал на экране оповещения. Следом за ними в гостиной проявилась голограмма леди Мегерианы. Но Адила уже проходила в спальню, и первая фрейлина не позволила отвлечь императрицу к неудовольствию управляющей замком.

Адила появилась в спальне дочери, когда та уже очнулась и сидела в кровати. Принимать успокаивающие она наотрез отказалась. И спать пока не собиралась.

– Как ты себя чувствуешь? – Мать внимательно осмотрела девочку.

– Нормально. – Иллис только отмахнулась от ее руки в извечном жесте всех нетерпеливых подростков и тревожно покосилась на подругу.

– Почему она не просыпается?

– У нее сильная доза снотворного. – Индерский извиняюще развел руками. – В отличие от вас, ей не приходится отказываться.

– Точно только снотворное? – Иллис недоверчиво осмотрела всех присутствующих.

– Точно. – Макс даже позволил себе улыбнуться.

Лера заметила, что главный врач дворца, несмотря на показную браваду, расслабился только меньше часа назад. Просто в какой-то момент, после очередного подхода к больным, его лицо разгладилось, а сам он позволил себе даже отдохнуть с полчаса.

Адила осторожно обошла кровать и всмотрелась в лицо спящей девочки.

Майя спала неспокойно. Жар спал совсем недавно, и не просохшие от пота волосы все еще прилипали к лицу. Подчиняясь порыву, женщина протянула руку и осторожно убрала челку со лба девочки и погладила по голове.

Та завозилась, как щенок потянулась к руке, но глаз не открыла.

– Мама, что, уже пора? Можно я еще посплю. Мне такой кошмар приснился! Представляешь, вы с папой разбились, Лютик погиб, а я в долговых рабынях.

Адила испуганно отдернула руку. Поняв, что Майя говорит в полусне и не открывая глаз, она замерла.

– Конечно, еще рано, можешь поспать немного. – Женщина постаралась произнести фразу негромко и как можно мягче. В надежде, что дремлющая девочка не распознает подмену.

Будто дождавшись этих слов, больная повернулась на бок и громко, как ребенок, засопела.

Уже укрывая девочку одеялом, Адила обернулась на свидетелей происшествия.

Напряженный взгляд Иллис ее не удивил. Улыбнувшись дочери, она быстро вышла из спальни в сопровождении Индерского.

– Пока все идет к тому, что мы легко отделаемся, – оптимистично отчитывался лорд-врач. – Но карантин с покоев принцессы я сниму только через неделю. Ваше величество, теперь это касается и вас.

– Безусловно, Макс. Все, как мы договаривались.

– Хотелось бы кое-что уточнить, ваше величество. Оборудование спальни ее высочества, конечно, имеет значительный запас по мощности и может вытянуть двух пациенток. Но бывают случаи, когда девочки нуждаются в разных настройках регенерирующего поля. И сейчас именно такая ситуация. Иллис не требуется интенсивной терапии. В связи с этим я бы хотел просить вас, ваше величество…

– Макс, да все уже готово. Ты можешь заняться настройкой прямо сейчас. Лера, у Мегеры есть несколько служанок, изъявивших готовность разделить с тобой весь срок карантина. Скажи, кто больше подходит, и забирай.

– Благодарю, ваше величество, но жилые комнаты служанок расположены во внешней зоне карантина.

– У Иллис есть комната служанок покоев. Вот и возвращай ей прежнее назначение. А Майю пора переселять, – отрезала Цера.

Лера осторожно кивнула. Зная свою подопечную, она только улыбнулась про себя, представляя ее реакцию.

– Такое решение потребует забрать из дворцовой прислуги сразу несколько служанок. Леди Мегериане это может не понравиться. Ведь ни одной из тех, кого она рекомендует, среди них не будет.

– Цера, что скажешь?

– Решение проблемы уже давно обсуждается. – Хмыкнула первая фрейлина. – Но Ликсандра до сих пор не отпускает Аниту. Ты бы вмешалась, что ли. Очень перспективная девушка, да и Майя с Иллис неплохо к ней относятся. Кандидаток, которых гарантированно примет ее высочество, не так много.

– Через несколько лет из нее выйдет хорошая управляющая, а пока сможем усилить штат дворца опытными помощницами. – Адила спокойно кивнула. – А Мегере пора уже заняться более спокойными делами, под руководством моей старшей сестры. Займись этим вопросом с завтрашнего дня.

– Лера, после карантина жду от тебя предложения по штату, как покоев принцессы, так и крыла в целом, – спокойно отдала распоряжение Цера уже на пути к порталу.

Лера только наклонила голову в знак того, что все поняла. Во дворце начинались перемены, в которых ей и ее подруге отводилось не самое последнее место. Ведь, в конце концов, подопечная принцесса станет главной хозяйкой всего дворца. Майя вряд ли будет сосредоточена на его нуждах в той же степени, что и Цера. С интересами бывшей рабыни явно собирались считаться в той же мере, что и с интересами принцессы. Так что первая фрейлина ее величества не в первый раз давала понять, кого она видит в качестве замены себе. И раз императрица не вмешивается, этот вопрос уже не обсуждается. Лера с улыбкой подумала, что Майя продолжает играть свою роль в ее судьбе, и далеко не самую худшую.

Майя открыла глаза только через сутки. Легкая слабость в хорошо отдохнувшем теле было все, что осталось от болезни. Она пошевелилась, привлекая к себе внимание сидящей рядом подруги.

Иллис обернулась и весело заулыбалась.

– Наконец-то. Между прочим, с твоей стороны это не очень вежливо. Сама спишь, а меня даже лекарствами не поят.

– Попить дай, – попросила Майя.

– Рядом с тобой поднос стоит, – хмыкнула Иллис.

Вздохнув, Майя поднялась с кровати. Точнее попыталась.

Вошедшая Лера уже несла завтрак.

– Э-э, мне надо… – Майя по привычке смутилась. Леру она все равно продолжала воспринимать как старшую подругу. И ее прислуживание принимала не без труда, как та ни пыталась убедить ее в обратном.

– Девушек сейчас лишних нет. – Правильно поняла та ее реакцию. – В зону карантина, кроме меня, допустили только Лирну. Она сейчас устраивается.

Кивнув, показывая, что услышала, Майя подошла к дверям в свою спальню. Несколько секунд рассматривала знакомую служанку, разбиравшую свои вещи и при открытии дверей несколько смущенно присевшую в легком приветствии. Потом перевела вопросительный взгляд на Леру.

– Твои вещи уже перенесли. Извини, но дожидаться пробуждения не стали. Лирне надо где-то устроиться, – развела та руками.

– Этажи сейчас доступны? – Майя с грустью подумала о своей уютной комнатке, в которой прошло столько приключений.

– Да, но лечебница тоже под карантином. Так что там никого нет. Твои две ученицы с подачи Гринды мне тут всю связь забили, но я их пока заставила сидеть по домам.

Согласно кивнув, Майя вышла в гостиную и направилась к выходу.

– Майя, не туда, – снова остановил ее голос Леры.

Недоуменно обернувшись, она проследила, куда показывает старшая служанка.

Эти двери, сколько помнила Майя, были всегда закрыты. Что-то по поводу их назначения объяснялось, когда ее пятерка знакомилась с обстановкой. Но Майя в тот момент как раз отвлеклась или выкинула из головы. В одну дверь можно было видеть обстановку кабинета, очень похожего на кабинет Иллис. А рядом располагались полузакрытые двери, на которые и показывала старшая служанка.

Майя недоуменно осмотрела с порога новую, похоже, недавно отремонтированную спальню и не уступающую размерами спальне Иллис. И вопросительно перевела взгляд на стоящую рядом Леру.

– Это твои покои. Если хочешь спорить, то, пожалуйста, к ее величеству, – поспешила с объяснениями та.

– Мамочка в своем репертуаре, – заявила Иллис, без особых церемоний впихивая Майю в спальню. – Мне давно надо было подумать о покоях первой фрейлины.

– Это что, шутка? – Майя совсем растерялась.

– Какая шутка. Ты же сама задавала вопросы о переезде и слухах. Вот мама и решила проблему в своем духе. Время потребовалось для оборудования медблока, такого же, как у меня. Макс утверждает, что с твоей склонностью поскучать это единственный выход из положения.

Майя разглядела на спинке кровати, куда кивнула Иллис, знакомый пульт. Судя по его показаниям, Индерский уже поколдовал над ним.

Она обернулась на появившуюся в голограмме Адилу.

– Зачем? Я могла переселиться на этаж Альтери.

– Нет уж. Оттуда тебя далеко вытаскивать. Да и медблок там оборудовать сложнее. Кроме того, ты согласилась быть первой фрейлиной Иллис. Так что теперь эти покои твои по праву.

– Карантин с вас никто не снимал, – усмехнулась Адила. – Так что, Майя, тебя это в первую очередь касается. Иллис восстановилась, а тебе рекомендован постельный режим.

Майя осторожно осмотрелась, но послушно забралась на свою кровать. На Иллис она только покосилась.

– Это кошмар какой-то. Меня так не опекали даже в детстве. Если так пойдет, я вас мамой звать буду. – Заметив переглядывания Леры и заулыбавшейся Иллис, она пораженно замерла. – Что? Это не было сном, да? – совсем сникла она.

– Не-а. Но ты не переживай. Мама не обиделась, – весело просветила ее подруга.

– Майя, я жалею о нашем неудачном знакомстве. Но может, ты перестанешь искать во мне личного врага, – подала голос Адила и развела руками. – С тех давних пор многое произошло. Забыть не предлагаю. Наверно, это невозможно. Давай попробуем отодвинуть то, что было в прошлом, и постараемся начать нормальное общение.

– И что вы теперь хотите от меня? – Майя напряженно, даже с опаской, смотрела на женщину.

– Ничего. Просто если есть сомнения, подходи с ними ко мне лично, а не придумывай себе всякие ужасы. Договорились?

Несколько секунд девочка с сомнением смотрела на нее, но потом, неуверенно улыбнувшись, согласно кивнула.

– Много погибло? – спросила Майя у Иллис, когда голограмма Адилы растворилась в воздухе.

– Несколько человек в замке. Из тех, что были на приеме. – Иллис грустно вздохнула. – Удару Раскола подверглась только маленькая деревенька. Там вовремя ввели карантин. Люди будут под наблюдением еще полгода, но угрозы уже нет. Раскол закрылся, даже территорию уже начали обрабатывать. А утечка произошла только в нашем направлении.

– Как вообще сын графа смог заразиться? – Майя недовольно поежилась. Слабость в теле никак не желала проходить.

– Они останавливались на санитарном кордоне. Пока отец разбирался с офицером, мальчишка пообщался в кустах с местным ровесником. Он поспорил с друзьями, что обойдет оцепление и доберется до тракта. От него все и узнали. Паренек пострадал сильнее всех в деревне, потому что ушел до получения вакцины. До сих пор в лазарете находится. А вот семье графа не повезло. Сын, отец и мать не выжили.

– Хорошо хоть успели перехватить эпидемию, – пробормотала вошедшая Лера.

– Что-то еще? – Майя внимательно посмотрела на мнущуюся подругу.

– Понимаешь, Кир сообщил, что капитан Дролнов пропал. Вроде как поехал кататься на водном скутере без защиты и пропал. Нашли только машину, разбитую о подводные камни. А его самого, похоже, унесло течением. Оно там сильное. Ищут, но безрезультатно.

– И что, в это поверили? – хмуро поинтересовалась Майя.

– Никто не верит, – согласно кивнула Иллис. – Но в море не остается следов. Официальное расследование там сейчас ведет следователь из местной стражи. А для контроля к нему приставили одного из не самых лучших дознавателей. У него задача проследить за ходом дела, сделать вид, что во все поверил, и помогать с официальными бумагами тем, кто ведет расследование под прикрытием. Кир выставил туда целую группу. Каждый из них будет отрабатывать по направлению, в котором Дролнов действовал.

– Так он нашел что-нибудь? – оживилась Майя.

– Все материалы у тебя в браслете. Кое-что есть. Но он действовал сразу по нескольким версиям. Искал специалиста, способного сделать подделку в морге. Потом мы все приняли версию, что пытались подделать на погибшем лицо бродяги, попавшего на глаза Вирту. А ведь кто-то мог быть заинтересован просто в изменении лица самого погибшего. Капитан пытался найти заинтересованных сразу по обеим версиям. И знаешь, по второму варианту он вышел на одного местного стражника из дознавателей. Наши по его запросу установили список контактов, в котором оказались совсем странные люди. Даже графы. А еще он вышел на заправил тотализатора на местном ипподроме. Это произошло случайно.

– Но у них есть интерес. И исчезновение Дролнова может оказаться никак не связанным с его основным заданием, – закончила за подругу Майя. – И много чего еще он там накопал?

– Порядком. Правда, больше по мелочи. Все время крутился около проката скутеров. В докладе прочтешь его соображения. А если вкратце, то он пытался понять, как можно нелегально вывезти человека. Диких постоянных переходов в районе города нет. А на существующих стоят камеры, а переходы делаются пешком.

– Порталы транспортной системы имеют защиту высшего уровня и через них можно пройти даже на глайдерах, – предположила Майя.

– Так-то оно так. Но он далековато. И случайного бродягу быстро туда не отправить. В общем, он проверял слухи о существовании морских порталов. Как раз в районе скальных рифов есть один такой. Только он нестабильный. То открывается, то закрывается. И размер у него маловат. Да и находится на высоте почти полутора метров над уровнем моря. Но если использовать скутер, можно что-нибудь туда закинуть. Этим путем контрабандисты иногда пользуются.

Жейран задумчиво рассматривал знакомые трещины на потолке. Меньше чем за полгода он уже второй раз изучает потолок лазарета академии. Это перебор. Спасибо хоть только на карантине. Их перевели сюда сразу, как врачи дали добро. И то переброска происходила в скафандрах высшей защиты.

Риттл вяло пошевелился на своей койке и сел.

– У меня такое впечатление, что бывать нам тут регулярно, – просветил он всю пятерку.

– Да уж. Достался нам тактик. Как заскучает, так мы в лазарет, – лениво зевнул Лэндор.

– Зато не скучно, – брякнул Жейран. Все заулыбались знакомой присказке.

Им предстояло провести тут несколько дней. Парни жалели только о том, что из-за карантина к ним даже еду приносили исключительно в защитных костюмах. Так что даже не пообщаешься с местным персоналом.

Гринда не стала откладывать неприятный разговор. Уже с утра защитник на западных воротах сообщил о появлении инспектора от Этариола. Пока ей удавалось избегать встречи с ним. Наплыв пациентов был велик, и чиновник не рискнул нарываться на отповедь мастера-наставника обители при свидетелях.

Но его неурочное появление говорило о начавших уже распространяться слухах.

Девушки пришли по ее вызову сразу после утреннего дежурства. Оказавшись в знакомом кабинете, они осмотрелись и, немного помявшись, послушно присели в предложенные кресла. Адепткам Гринда такого внимания не оказывала и вызывала в кабинет только для очередной выволочки, во время которой кресла обычно не предлагались.

Линара и Рина слушали краткий рассказ о сложившейся для обители ситуации и происходящих изменениях внимательно, но не пытались перебивать. Гринда думала, что девушки будут шокированы ее предложением смены гражданства, но ошиблась.

– Саму обитель все это не коснется сильно, – закончила она рассказ. – Наш император неглупый человек. К тому же он нуждается в наших выпускницах. Но вот для перспективных адепток наступают трудные времена. Дошло до того, что мы стараемся специально занижать оценки у одних и выпячивать успехи тех, кто сам высказывает желание пристроиться среди придворных в ущерб своей свободе. – Гринда грустно улыбнулась, давая понять, что не желает обсуждать подобных желающих. – Даже приставка «придворный» будет теперь у нас официальной.

– Ясно. – Сдержанный тон Линары удивил Гринду. Как и спокойный сосредоточенный взгляд Рины. Девочки сильно изменились за эти полгода. Стали увереннее, что ли. А еще, похоже, для девочек все сказанное не было такой уж большой новостью. – Дом моей семьи находится в протекторате империи, а не в основных провинциях. Так что серьезных неприятностей для них не будет. Что до Ари, ее родители вообще безземельные. И они уже продали дом в империи, чтобы переехать в Арден.

– Вы хотите сказать?.. – Гринда недоверчиво всмотрелась в лицо смутившейся девушки.

– Мы подали прошение на имя императора Арден о смене подданства. И перед отъездом нам дали понять, что оно будет удовлетворено. Только не говорите пока Майе. Мы сделали это тайком от нее и ее высочества. Она может обидеться, что узнает все последней.

– Вот как? – Гринда с некоторым облегчением откинулась на спинку своего кресла.

Принятое девочками решение меняло ситуацию в корне. Если прошение на рассмотрении, то они автоматически находились под патронажем принимающей империи. А если прошение еще лично императору… Просто так обнадеживать в таких вопросах никто не будет. Значит, канцелярия уже получила ответ от государства, где девушки проживали до этого. И ответ этот положительный. Впрочем, это легко проверить.

– Что касается общения с вашим мастером, то она сейчас вместе с принцессой на карантине. Попали под удар эпидемии. – И тут же поспешила успокоить встрепенувшихся девушек: – Ничего страшного. Угрозы для них никакой нет. Но вот в карантине будут долго. Так что вы после экзаменов навестите свои семьи в сопровождении защитников. А уже оттуда отправитесь в Арден или в Горные кланы. Как получится. Лучше скажите, у вас есть с собой хоть какие-то документы насчет положительного ответа?

– Да, извещение дворцовой канцелярии, что прошение принято и находится на рассмотрении. И официальное сообщение о начале процедуры смены подданства, в связи с отсутствием возражений со стороны империи Арионты.

– Молодцы, – похвалила Гринда. У нее действительно прямо гора свалилась с плеч. – Сейчас вам бы уже не удалось так легко получить отказ от нашей империи. Но задерживаться вам тут все же не стоит. Незачем провоцировать местных чиновников.

– Но как же наше подтверждение? – Арита с беспокойством смотрела в глаза настоятельнице. – И неужели мы больше не сможем приезжать в обитель?

– Малый совет в курсе проблемы. Так что с вашим вопросом мы сделаем все за несколько дней, как бы нам ни хотелось пообщаться с вами подольше. Думаю, вы справитесь с экзаменами и без подготовки. Хоть и будет тяжело. А когда вы станете полноправными гражданками Арден, сможете приезжать сюда в любое время, как и прежде. Этариол не рискнет ссориться с соседями.

– У вас будут неприятности, – сердито буркнула Линара.

– Ценю вашу заботу, – улыбнулась Гринда. – Но это все-таки моя забота.

Настоятельница обернулась к распахнувшимся дверям, в которых замер наконец прорвавшийся к кабинету инспектор императора.

Похоже, в этот раз он нашел то, что искал. Его долго держали там, где он очнулся, в какой-то комнате без окон и при тусклом освещении. Так что счет времени он мог вести только по времени кормления, да и то приблизительно. Так как промежутки между кормежками были неодинаковыми. А в качестве еды приносили остатки с праздничного стола. Но выбирать не приходилось. Его пленители вообще не слишком беспокоились на этот счет. По его прикидкам, в таком состоянии он провел не меньше недели, а то и две. За все это время с ним вообще ни разу не заговорили. Не ответили ни на один вопрос и практически не снимали наручников. В последний раз, похоже, в еду подмешали снотворного. Потому что очнулся он лежа на заднем сиденье глайдера. Водитель вел машину, не отвлекаясь на пассажиров. А вот его сосед сразу учуял слабое движение позади себя.

– Я смотрю, вы проснулись? – Незнакомый мужчина не без издевки осмотрел пленника. – Надеюсь, были приятные сны.

– Ничего кошмарного. Можно все-таки узнать, кто вы такие? – Пока он не видел вариантов, как выпутаться из ситуации, и приходилось принимать чужие правила игры.

– Долетим, все объяснят, – хмыкнул мужик, отворачиваясь. – Провозились с тобой на портале, теперь опаздываем. А так ты должен был проснуться уже на месте.

– Не слишком ли много ты болтаешь? – дернулся водитель.

– Да что с него будет? Такие отсюда уже не выходят. Ты куда правишь-то?

– На восточную, – буркнул водитель. – Центральная занята гостевыми глайдерами. Хозяин не хочет этого светить. А восточную площадку из замка практически не видно.

– Зато тащиться оттуда с ним, – недовольно заворчал пассажир.

– Сам пойдет, все равно проснулся, – отрезал пилот, делая вираж.

В стекле кабины мелькнули заснеженные вершины гор, голые скалы и густая зелень леса с непривычным синеватым оттенком.

Его привели в небольшую комнату, по прикидкам на втором этаже, и оставили одного. Правда, после всех этих лестниц и поворотов немудрено было и ошибиться. Оставшись в одиночестве, он осторожно осмотрелся. Наручники с него сняли. Но напрасными надеждами капитан себя не тешил. Во всем теле чувствовалась заторможенность. Видимо, пока спал, его хозяева позаботились ввести ему еще какую-то гадость. Из тех, что замедляют движения и снижают реакцию.

Капитан пристроился на одиноком диване у стеночки и некоторое время лежал, давая возможность возникшей головной боли утихнуть. Все-таки его легенда оказалась неудачной. Или его вычислили по интересу к стилистам в целом, или, что скорее всего, его сдал последний стилист. Теперь уже не важно. Эта сделка, скорее всего, будет последней в его карьере. Успокаивало только то, что он не зря заключил ее. Девчонка оказалась верной своему обещанию. За этот месяц она поставила племянника на ноги и даже приступила к закреплению успеха. Правда, это все со слов сестры. Но и он нашел ее брата.

Толком осмотреться ему не дали. Да особо и не на что было смотреть. В комнате мебели практически не было.

Дверь снова открылась, явив мужчину, в котором без труда можно было узнать графа Контрийского собственной персоной. Личного знакомства с ним не имелось, до сих пор. Но в последнем деле этот персонаж пару раз всплывал по спискам контактов стражников. Его дом был в фешенебельном районе курортного города. Но ничего особенного за этим человеком не значилось. Проведенная проверка не дала результатов. Разве что был любопытен факт, что данный господин состоял на службе охраны дворца. Но всего лишь в рядовой должности межведомственного отдела по обеспечению взаимодействия с тенями, рубежниками и прочими ведомствами. Но этот человек ушел в отставку более полутора лет назад. В числе тех, кто попал под имперскую гребенку после первого побега некоей рабыни, похитившей саму принцессу. Так что, получив материалы, Дролнов отметил для себя странный факт несоответствия столь низкой должности и титула, но решил переключиться на разработку более перспективных направлений.

– Добрый день, ваше сиятельство, чем обязан такому гостеприимству? – постарался вежливо поинтересоваться капитан, скрывая досаду от своей ошибки.

– Своему неуемному любопытству, капитан. Недаром в столице вас считают одним из лучших в своем деле. Вот чего именно вам не хватало в деле с мальчишкой? – столь же любезно и светски откликнулся хозяин положения. – Вы уж извините, что заставил вас ждать. Дела, знаете ли, праздничные балы, приемы.

– Не люблю, когда меня водят за нос, – покаялся капитан, игнорируя вторую часть реплики.

– Что ж, как мне думается, я могу дать вам возможность познакомиться с мертвецом, – усмехнулся мужчина, входя в комнату.

Спустя несколько минут, в сопровождении слуги, в комнату вошел мальчишка. В шаркающей походке паренька и во всех его движениях угадывалась полная апатия к окружающей обстановке настолько, что смотреть на него капитану стало даже неприятно. Но поражало даже не это, а его лицо. Слегка опухшее, с впалыми глазами и шрамами, тянущимися в застывшей улыбке от уголков в направлении мочек ушей. Он равнодушно глянул на гостя и повернулся в сторону хозяина.

– Бегунок, познакомься, это капитан теней Дролнов, дознаватель. Прибыл специально, чтобы повидать тебя, – издевательски представил гостя хозяин.

Мальчишка повернул ничего не выражающее лицо к гостю и бездумно уставился на него абсолютно пустым взглядом. Офицер еще раз внимательно всмотрелся в чем-то знакомое лицо и постарался сдержать эмоции, решив попытаться скрыть свое личное знакомство с Майей, благодаря которой он и продолжил это расследование.

Хоть и с трудом, но в мальчике можно было узнать лицо, до сих пор мелькавшее в газетах. Только там это был живой, искренне смеющийся мальчуган, стоящий над сломанным символом рабства. А перед ним был угрюмый мальчишка с тупым неподвижным лицом, реагирующий только на команды хозяина. В потухших глазах не было даже намека на мысль. И все же капитан вспомнил краткое пояснение лорд-мастера о сестре этого мальчугана. Главным сейчас было то, что отец с детства обучал ее в традициях горных кланов. Скорее всего, мальчишка тренировался вместе с сестрой. А горцы многое изучают с пеленок. Например, язык жестов они используют даже в детских играх. За свою немаленькую карьеру он не раз сталкивался с выходцами этого народа, как с коллегами, так и с бойцами поддержки. Иногда были разговоры и о разнице в обучении. Капитан впервые пожалел, что дознавателей не обучают даже языку жестов теней империи, только общий курс. Но за время работы он все же запомнил несколько сигналов. Трудно предположить, что это растение способно хоть о чем-то думать, не то что вспомнить. Но Дролнов все же решил рискнуть. Раз уж у него самого нет шансов, хоть будет знать, что попытался.

– Я не совсем понимаю, вы выкрали меня для этого знакомства? Зачем такие сложности? Можно было организовать встречу где-нибудь на площади. – Сделав ударение на последнем слове, он тщательно соединил на опущенной руке указательный и большой пальцы в колечко, после чего сразу их расправил и как бы в нетерпении похлопал ладонью по правой ноге. Опущенная вдоль тела рука была скрыта от наблюдателя, но хорошо видна мальчику. Только вот тот остался безучастным к его стараниям. Даже глазом не моргнул в ожидании приказов хозяина.

– Я решил сделать вам одолжение, капитан. Так сказать напоследок, – хмыкнул граф.

Капитан, скривившись, повел головой вправо, отворачиваясь от неприятного зрелища. Потом подняв левую руку и неловко почесал за правым ухом.

Хозяин промолчал, явно приняв это за попытку пленника скрыть свою реакцию на вид мальчика.

– Всё, Бегунок, иди к себе. Леди Ниара наконец прибыла, займется тобой через пару часов.

Все так же безучастно мальчик чуть замялся, но послушно повернулся и зашаркал к двери. Все, что еще успел сделать капитан, это выбросить в опущенной руке два пальца и прижать их к ноге. Но уверенности, что мальчик вообще обратил внимание на его действия, это не прибавило.

– Что вы с ним сделали? – с трудом продолжил разговор капитан. Надо еще некоторое время отвлекать разговорами хозяина.

– Это не я. – Граф равнодушно пожал плечами. – Одной из моих клиенток захотелось сделать для себя смеющегося карлика. То, что вы видите, это результат применения гормональных препаратов. Осталось немного. Несколько операций – и карлик готов.

– Он же недолго проживет, – невольно воскликнул мужчина. Глядя, как дверь тихо закрылась, отрезая мальчишку от них, он, наконец, перевел взгляд на собеседника.

– Он и так мертв, – рассмеялся граф. – Лучше бы о себе подумал, капитан. Тебе-то сейчас никто не позавидует. Даже родная сестричка не вспомнит. На нее новые заботы свалились. Надо своего сынка-уродца в замок каждый день таскать, на опыты. Забавно, ты работаешь практически на эту бывшую рабыню. А она твоего племянничка себе для экспериментов прибрала. Настоящих аристократов не рискнула взять, а этого вроде как не жалко. Рано или поздно посадят в интернате, как растение в грядку.

Капитан прикрыл глаза. Его собеседнику незачем видеть реальные эмоции пленника. Как мнемик, хозяин замка был способен заметить отнюдь не огорчение или растерянность пленника и понять, что тут что-то не так. Так что он поспешно загнал как можно глубже мысль о том, что девчонка до сих пор держит данное ему слово и продолжает заниматься с мальчиком. А раз так, то все это не зря. Если бы ее брат еще разобрался в знаках… Не сбежать, так догадаться, что пленник тут по делу, которое может касаться его. Может, найдется способ дать знать теням. Звания и фамилии, прозвучавшие после официальной гибели офицера, да еще из другого мира будет вполне достаточно, чтобы начать новое расследование и определить направление, в котором надо копать.

– Вас тут не должно быть, капитан, – продолжал тем временем шипеть граф. – По официальной версии, вы без вести пропали, катаясь в море на скутере, который так полюбили. Очень неосторожно с вашей стороны кататься так близко от рифов, немолодой все-таки были. Тем более рядом с нестабильным переходом. Спасатели прибыли через десять минут после сигнала со скутера об отсутствии пассажира. Сам аппарат нашли разбитым на камнях. А тело вот куда-то унесло. Течения там сильные, а места гиблые. Я отправлю вас подальше, в долину туманов. Есть тут у меня такое местечко. Зато там отличная россыпь драгоценных камешков. – Граф с удовольствием полюбовался своим перстнем. – Всю добычу ведут машины. Туда представители власти не добираются. Официально там нет ручного труда. Не буду рисковать с вашей мнемозащитой. Какая-то она не похожая на защиту обычных стражников и полицию. Может, поясните?

– Вряд ли я чем могу помочь. Мне подробностей на службе не давали.

Капитан постарался как можно жестче контролировать эмоции и мысли. Вот когда пригодились бессмысленные тренировки с мнемиками, начиная с общей школы. В конце концов, он сказал только правду. Деталей проводимых усовершенствований в мнемоблоках никому не сообщают. А вот о том, что основные изменения были внесены в последнее время, если быть точнее, то в течение последнего года, у него не спрашивали. Офицер тихо выдохнул, увидев, что граф поверил ему. Он уже понял, что общается с тем, из-за кого многие из его сослуживцев и он сам были вынуждены по нескольку часов провести в обществе мнемиков империи, задержанных по результатам изучения мнемоблоков рабыни и других. Пожалуй, впервые за всю свою жизнь он с благодарностью вспомнил о тех, кто работает с его головой. До этого момента все рассказы о мнемовойнах казались чем-то вроде древнейшей истории. И казалось, что мнемики даром едят свой хлеб.

– Я так понимаю, это брат той девочки, подруги принцессы, – задал он почти риторический для себя вопрос.

– Да, жаль, девчонка выскользнула у меня из рук. – Граф не сдержал легкой досады. – Если бы не этот дворецкий со своими играми. Девчонка ему пяткой нос свернула. Так он решил отыграться, а я повелся. Поспорили, сколько девчонка сможет простоять в босоножках наслаждения, если от этого будет зависеть жизнь ее братца. Кто же знал, что эта идиотка доведет игру до раздробления стоп? Если бы не это, у принцессы сейчас не было бы подружки. Даже эпидемии ее не взяли. Что в Ирбинске, что эта. Поразительная живучесть.

– Но я слышал, что расследование по делу о его гибели проверялось, – протянул недоуменно пленник, содрогнувшись от услышанного.

Его похититель не скрывал своей уверенности, что пленнику некуда деться. И в самое ближайшее время он исчезнет. Может, это и так. Но почему бы не попытаться воспользоваться возможностью и не вытянуть новую информацию.

– Да что там они проверяли. – Хозяин замка громко расхохотался, а потом хвастливо продолжил: – Мне нужно было спровоцировать у них обоих стресс. А что может быть лучше, чем смерть единственного родного человека? Мальчишка должен был всего лишь немного подровнять яму в подвале. Там вынули колонну и собирались поставить новую. Он действительно упал туда случайно. Стукнулся головой о стенку и потерял сознание. Очень эффектная поза получилась. Вот я и решил воспользоваться. Мальчишке вкололи кое-что, чтобы не очнулся раньше времени и не пошевелился. Очень уж эффектно лежал, а главное естественно. И привели ее. Врач, естественно, ряженый был. А девчонку в яму допускать и не собирались. Да этого и не потребовалось. Она сразу вырубилась. Как вошла в этих босоножках, увидела братца и попыталась побежать. Вот тут и вырубилась от боли.

– Потом?

– А потом?.. Стресс и болевой шок очень благодатная почва для разрушения любой защиты и постановки надежного блока. Это моя самая удачная разработка. Увы, не могу до сих пор ею воспользоваться. А мальчишку привели в чувство, чтобы посмотрел, как ее вытаскивали. Я приказал сделать это за ноги, как труп. Очень наглядно получилось.

– Но расследование? Ведь документы, свидетели? – продолжал подначивать дознаватель слишком самоуверенного графа.

– Да какие свидетели? – неподдельно удивился граф. – Ряжеными были мои гости. Они с удовольствием сыграли сценку. Протокол о трупе составили по описанию и, естественно, не во дворце. Иногда сам удивляюсь, что можно сделать за несколько десятков золотых. Лучше любого мнемовоздействия. Инспектор подтвердил и заверил все, вообще не выходя из кабинета. Он и был единственным, кто якобы опознал труп. А сам труп? Так их безымянных в столичных моргах всегда достаточно. Только выбирай.

– Что, тоже сделали подлог сканера?

– Зачем? Скан настоящий. А в области шеи металлический держатель, чтобы голова на сломанной шее держалась, – хохотнул мужчина. – Надо было всего лишь усыпить мальчишку. Пробы тоже настоящие. И волос, и кожи. Даже из полости рта. Все, что захотели, то и получили. А на сжигание тело с головой пеленают. Да и сверяют-то их по номерам, а не по лицам. Так что когда пришли проверять и нашли пробы, неизвестный трупик и обрел свое имя. А заодно и подтвердить родство с этой девкой.

– Не завидую я вам, когда она об этом узнает, – презрительно бросил капитан, глядя на светящегося самодовольством хозяина замка. – Да и друзья у нее не сахар, могут позаботиться и без нее. – На подошедшего сзади слугу он не обернулся и укол почти не почувствовал. Просто отключился.

Лютик напряженно думал. Со времени, когда он проснулся в этом замке, прошло уже больше месяца. Ему так и не удалось найти способ покинуть его. Более того, после того, как его в очередной раз застали во дворе около ворот, ему на шею надели какой-то другой ошейник. Вместо обычного поводка, который он планировал сломать, как и все предыдущие. Теперь в шею впивался какой-то шунт. Он уходил глубоко и, похоже, проникал между позвонками. По крайней мере, ему так казалось, когда попытался прощупать его. К тому же и сам ошейник оказался недоступным, заключенным в непроницаемое силовое поле.

Новое приобретение было не просто неприятным. Его контролировал компьютер замка. Даже наказывал без обращения к хозяину. Так что пришлось отказаться от поисков выхода там, где ему запрещалось находиться. А на нижнем этаже ему было запрещено ходить практически везде. За исключением прачечной. Даже мусор он относил к специальному спуску на этаже, где жил. Так что волей-неволей пришлось искать другие пути.

В замке было довольно много народу. Среди служанок даже нашлось несколько сердобольных женщин, тайком подкармливавших его. Правда, случалось это не часто. Только когда его заставляли что-то сделать вне своей комнаты. Слуг у него не было. Так что убираться приходилось самому. Естественно, что вынести мусор или отнести белье в прачечную посылали его. Вот там ему иногда и перепадало пиршество, заранее припрятанное служанками. Правда, им самим приходилось прятаться от таких же служанок. Так что припасенное он находил в тайком указанном месте и очень быстро съедал, прямо там. Поначалу ему удавалось общаться то ли со служанкой, то ли с пленницей в этом замке. Она приходила сюда в самом начале, когда после приема лекарств он не мог за собой ухаживать. Ошейника у нее не было. Но по ее рассказам, она пыталась сбежать отсюда. Правда, неудачно. Из этих рассказов и видов из окна он и составил представление о местности вокруг замка.

Замок располагался в центре узкой межгорной долины, упиравшейся одной стороной в тупик с гигантским водопадом. Когда-то он создавался как последнее убежище от волн Раскола, расположенного на перевале. Но уже несколько столетий как Раскол существует, но никаких волн не выбрасывает. Силовой щит полной напитки продолжает его закрывать. Так положено. А для контроля работы генераторов и наблюдений на перевале продолжает дежурить застава, из людей хозяина.

Собственно, этот узкий перевал был единственным выходом из долины. Со всех других сторон ее окружали горы, заснеженные вершины которых были хорошо видны изо всех окон замка. Единственный ближайший город располагался как раз за перевалом. Вот только даже дойти до него пешком было не простым делом. Связь с внешним миром тут осуществлялась исключительно по воздуху. В замкнутой долине никто не пытался следить за дорогами. Густая растительность за пару сотен лет полностью их поглотила. Поход до перевала мог занять несколько дней. Это не было чем-то опасным. В долине практически не было хищников. Но вот обойти узкий, ровный как стол и абсолютно без растительности перевал было невозможно. Здание заставы и генератор силового щита занимали всю его площадь. А системы контроля, настроенные на случай проникновения тварей, исправно оповещали о любом движении вне периметра охраны. Именно на этом попалась та служанка. Лютик старательно запомнил тогда ее имя, Нияла Варленти. Скорее по привычке, а еще потому, что она очень быстро исчезла. Из-за случайно услышанных разговоров или потому, что много ему рассказывала. Ее убрали сразу после того, как она рассказала историю о странной девчонке-рабыне, сбежавшей из императорского дворца, прихватив в заложницы дочь императора. Ее долго ловили, а когда поймали, приговорили к казни, но она выжила и совершила второй побег. Правда, неудачный. По рассказам Ниялы, она дралась как зверь и перебила почти целый отряд теней. Ее снова казнили, но она опять выжила и пообещала сбежать снова. Император, пораженный таким упорством, дал ей свободу и снял ошейник. А еще она спасла принцессу во время недавно случившегося покушения. И теперь живет во дворце свободная, как принцесса.

Лютик завороженно слушал эту сказку. Он и сам не понимал, чем именно она его заворожила. Но даже ее имя, Майя, казалось чем-то родным.

«У меня тоже была сестра, – поделился он тогда с девушкой воспоминанием, навеянным последней фразой. – Когда мы попали в рабство, она пообещала, что снимет с меня ошейник, даже если для этого ей придется стать принцессой. Ее тоже Майей звали. Только они убили ее».

«Ты не отчаивайся. – Помолчав, девушка сочувственно погладила по голове его. – Знаешь, иногда людям удается исполнить свои обещания, даже уйдя за грань. Ты только верь, что она это сделает».

Тогда, во сне, случился настоящий праздник.

Рыська радостно улыбалась и хлопала в ладоши. Отец с мамой стояли в сторонке и не мешали их разговору.

«Вот видишь, я же говорила, что ты сам все вспомнишь. Только зря ты рассказал об этом вслух».

«Она надежная. Не расскажет».

«Она да. А стены? За тобой должны наблюдать. Да и за нею тоже. Ты лучше сделай запасные кирпичики памяти и спрячь их. Чтобы не нашли. На всякий случай. И скрой, что ты помнишь свое имя».

«А та девочка, это можешь быть ты?» – Лютик хорошо помнил, с какой надеждой он тогда ждал ответа.

«Если ты видел меня мертвой, то вряд ли. Но я же с тобой».

Служанка исчезла сразу после этого разговора. И он так и не узнал, куда.

Лютик досадливо подавил воспоминания, к которым старался не возвращаться. Это было опасно для эмоционального фона, который он старательно демонстрировал своему хозяину. Но встреча с дознавателем теней ненадолго выбила его из колеи. Сначала он принял это за розыгрыш. Хозяин любил иногда развлечься таким образом. Гости обычно не возражали, даже подыгрывали ему. Зато всплески эмоций выдавали с головой. Так что пришлось быстро научиться не реагировать на такие представления.

Но в этот раз несколько услышанных фраз показали, что офицер тут действительно такой же пленник, как и он. К тому же он находился под действием чего-то затормаживающего. Это Лютик определил с первого взгляда.

И хозяин замка намерен избавиться от него в самое ближайшее время. Про долину туманов он ничего не знал, только слышал. Но судя по всему, это конечная остановка для офицера. Но зная своего врага, можно предположить, что этот капитан как-то связан с ним, раз хозяин захотел напоследок полюбоваться этой встречей. А значит, и сигналы пальцами были не случайны. Правда, сигналы незнакомые, и исполнял он их как-то неловко. Как будто знал только отдельные жесты и фигуры.

Лежа на своем топчане, Лютик продолжал сохранять на лице давно отработанное апатичное выражение. Про себя он сосредоточился на разборе этой странной встречи, стараясь не думать об обещанной скорой встрече с леди Ниарой.

«Кольцо из пальцев может означать круг или кольцо. В разговоре при этом прозвучало слово “площадь”. Если это как-то связано, то что-то круглое и плоское. Капитан дважды показал на правую сторону. Сначала по правой ноге похлопал, вроде как нетерпеливо, а потом почесал левой рукой за правым ухом. Не очень удобно вообще-то, да и хозяин мог заметить. Хорошо, что разговор его отвлекал. Если так, то плоская площадка справа. Отчего? Что за площадка и почему она важна? Стоп, а если это стороны света? Право – это восток. Площадка в восточном крыле замка».

Лютик старательно зажмурился, пытаясь вспомнить что-то еще. В памяти всплыло, как мужчина зачем-то разгладил складки на своей рубашке. Странный жест, учитывая обстановку. Бездна, ну почему этот офицер не знает толком языка жестов? Вот что может означать это разглаживание ладонью. Да что угодно! А может, не показывал он ничего, а просто гладил? Гладить! Глайдер!

Лютик замер, стараясь не открывать глаз. Глайдер в восточном крыле. Наверно, тот, на котором его привезли. А для своих прихлебателей хозяин не спешил приобретать дорогие машины. Уж он-то успел их разглядеть! Самые простые модели. А дешевки не имеют средств защиты от угона. Посадочные площадки на краевых башнях почти не охранялись. В этом не было необходимости. Замок давно не использовался в оборонительных целях. Даже внешние щиты не поднимались.

Основной приемной площадкой тут была центральная, во дворе. Обычно именно туда прибывали гости хозяина и большинство глайдеров замка. Но иногда задействовались и другие площадки, расположенные на крышах замковых башен. И это была единственная возможность попытаться добраться до аппаратов. Проблема была в том, что таких площадок было несколько. По одной на крыло. Естественно, ему никто не докладывал о случаях их использования. А глайдеры там долго не задерживались. Но за время пребывания в замке Лютик тщательно разведывал пути доступа к каждой из них. На случай, если случайно узнает о такой вот посадке.

Несколько минут Лютик еще лежал неподвижно. Заодно решив, что выкинутые дознавателем два пальца могли означать знак, очень похожий на команду бежать одному. У кланов другой язык жестов, но отец показывал кое-что из сигналов имперцев.

Осторожно повернувшись на кровати, он улегся лицом к стене и укрылся тонким одеялом.

Стараясь больше не суетиться, он потянулся к тумбочке, на которой стоял полный кувшин с водой. Но взял так неловко, что полный кувшин опрокинулся прямо в кровать, намочив ее всю. Досадливо зашипев, он осторожно сгреб под собой не первой свежести простынь и отвернулся к стене. Дальше, уже стараясь не делать движений локтями, скрутил ее в тугой жгут, а потом начал собирать в узел, морщась, незаметно опустил штаны и смочил мочой места недостаточно промокшие. Затем начал собирать в узел. Через некоторое время у него в руках оказался довольно увесистый комок из мокрой, туго стянутой ткани с небольшим хвостиком.

Осторожно выдохнув, он зажал этот хвостик в руке и вдруг забился в судорогах так, что наполовину свесился с кровати. При этом сбившееся одеяло закрыло руку с приготовленным снарядом.

Ждать пришлось не долго. Уже через пару минут в комнату вбежал надсмотрщик. Наблюдатель всегда был один, и ему поручалось постоянное наблюдение за не слишком ценным, но приносящим деньги товаром. И Лютик уже был причиной выговора для одного из них, когда случайно споткнулся и разбил о стол себе лицо. Он был тому свидетелем и хорошо запомнил его.

Вбежавший слуга поспешно нагнулся, подхватывая ноги мальчишки в попытке положить их на кровать. И Лютик открыл глаза.

Тяжелый импровизированный снаряд с глухим шлепком пришелся точно в висок. Не останавливаясь, он нанес еще один удар в затылок упавшего мужика. Хоть и видел, что слуга упал без сознания.

Прихватив с его руки браслет связи, он поспешно замкнул его на своей руке. Затем выбежал из комнаты и уже на месте дежурного торопливо налил стакан горячей воды и переместил его на него. Датчик будет работать, пока вода в стакане не остынет совсем. А значит, у него есть несколько дополнительных минут.

Охрана замка была организована не слишком тщательно. Тщательно охранялся только внешний периметр. А коридоры были отданы на контроль замковому искусственному интеллекту и отслеживались людьми только в ключевых точках, на лестницах и крупных пересечениях коридоров. Да и то не очень старательно. Так что если знать, как обойти, можно оставаться какое-то время незамеченным. А Лютик знал. Этот коридор он хорошо изучил.

Впрочем, он особо не беспокоился, что его маяк заметят. Все давно уже привыкли, что его посылают то вынести мусор, то отнести белье в прачечную. Конечно, могли попытаться связаться с надсмотрщиком, который никого не поставил в известность. Но на это, наверно, потребуется время. К тому же, раз леди Ниара собиралась его вызвать, то могли не озаботиться нахождением раба в коридоре.

Первое препятствие, которое было не обойти, это караул из двух охранников, дежуривших на входе в коридор, где его держали. Как только дверь открылась, первый из них сразу недовольно осмотрел тупого мальчишку.

– Куда? – нехотя поинтересовался он.

Бегунок равнодушно протянул намотанный на руку комок, в котором можно было угадать простыню. Мужчина невольно отшатнулся от вонючей тряпки.

– Проходи побыстрей, нечего тут, – прикрикнул второй, не спеша приближаться.

Оба скривились, провожая взглядом послушно зашаркавшего по полу ногами мальчишку.

До лестницы, по которой можно было спуститься в прачечную, его никто не остановил. Но на этом его везение кончилось. Он выбрал лестницу, ближе всего находящуюся к дверям прачечной. Замковый компьютер имел для нее исключение и не наказывал через ошейник, только предупреждал. И именно на верхней лестничной площадке оказалась его мучительница, леди Ниара.

Женщина стояла, положив руку на перила, и о чем-то приветливо разговаривала с бароном Горнийским, часто сопровождавшим эту скульпторшу. Увидев вышедшего из-за поворота мальчишку, она недовольно нахмурилась. Но почти сразу не без гордости осмотрела свое будущее творение. Сегодня была запланирована первая из целой серии операция. Сначала она изменит конечности. По очереди, руки и ноги. А потом грудную клетку, чтобы она выдавалась колесом. А потом дойдет очередь и до самого сложного. Деформировать позвоночник и устроить такой небольшой горбик. Тогда голова будет все время задрана вверх, и все будут видеть это забавное личико.

– Вот идет мой будущий шедевр, – громко сообщила она своему спутнику. – Только не пойму, почему он идет так рано, я его еще не вызывала.

Паренек не останавливаясь прошаркал до стоящей парочки своей обычной походкой, с низко опущенной головой.

– Эй, тебя куда отправили? И что это ты несешь? – громко спросил барон веселым тоном.

Мальчишка сделал еще пару шагов, как будто не сразу поняв, что обращаются к нему. Затем резко поднял голову. Никто не успел удивиться вдруг появившейся твердости в глазах вечно апатичного раба. Вонючий комок тряпки прилетел в лицо настолько внезапно, что барон поймал его на чистых рефлексах. Бегунок, не останавливаясь, прыгнул и головой и руками даже не ударил, а толкнул леди Ниару.

Возмущенный крик барона она услышала в полете, уже осознавая, что позади нее осталась только крутая лестница.

Стоящий неподалеку слуга попытался схватить мальчишку, но барон, избавившись от комка тряпок, успел увидеть только, как щенок вывернулся из-под его руки, использовал ее в качестве опоры и ударил барона. Ударил ногой, с разворота подъемом стопы, используя для этого всю инерцию своего тела.

Громкий визг мужчины, хватающегося за колено и чудом удержавшегося наверху лестницы, совпал с грохотом катящегося тела и заставил растеряться ретивого слугу. Бегунок метнулся вниз по лестнице, перепрыгнул через лежащее тело и скрылся за дверью прачечной.

Он воспользовался служебной дверью, где обычно для него делали заначку, заворачивая ее в фольгу, которую приходилось тщательно прятать там же. Сейчас это пригодилось. На бегу расправляя листки, он судорожно старался замотать ошейник как можно тщательнее. А следующим слоем всю шею. Прятаться уже было поздно, а попытаться изолировать ошейник и шунт надо было срочно.

Служебная каморка служила своеобразным местом сбора белья из разных крыльев дворца. Служанки приносили или привозили на тележках белье на этаже и просто сбрасывали его в специальный спуск. Лютик давно приметил это место, парочку таких спусков даже опробовал по случаю. Пролезть было можно. Но главное, тут не было камер. А еще в каморке было несколько дверей, каждая из которых вела в свой зал прачечной. Так что Бегунок не стал долго раздумывать, а открыл дверь, ведущую в зал, из которого можно было попасть в западное крыло, бросил на пороге несколько обрывков фольги и торопливо залез в спуск восточного крыла замка.

До посадочной площадки пришлось продираться уже перебежками. Благо отверстия для сброса белья и сам спуск были оборудованы рядом с узким коридором, ведущим до нее. Это было для него моментом истины: правильно ли он разгадал сигналы, или все оказалось плодом воображения. Грузовая машина стояла на месте. Даже дверца оказалась незапертой. Как и предполагалось, запустить генератор было просто. Спасибо папе, а щиты они поднять не сообразили. Похоже, его уловка с дверью все-таки сработала и преследователи потеряли время, пытаясь найти его в западном крыле.

Он несся в единственно возможном направлении. К перевалу. В замке перехватчиков не было. И пока работают щиты, его вряд ли смогут достать с преследующих гражданских глайдеров. Но надо успеть раньше, чем подготовятся к встрече на перевале. Если удастся прорваться через заставу хозяина, то в городе есть переход. А еще там есть тени. Хоть один из них. Если назвать имя капитана Дролнова, то будет шанс, что его все же выслушают до того, как вернут хозяину. А если нет, все равно захотят с ним переговорить позже.

Грузовой глайдер не обладал скоростными возможностями обычных машин. Чтобы спрятаться от возможных преследователей, Бегунок старательно прижимал тяжелый и неповоротливый аппарат как можно ниже к зеленому ковру леса. Сначала даже пытался следовать его неровностям. Но быстро отказался от этой затеи. В свободном полете он вел машину впервые. Вообще, весь его опыт заключался в симуляторах и нескольких поездках над автотрассой с отцом и сестрой. Да и машина была не личным транспортом, а скорее грузовой платформой. Управление летящей низко над лесом машиной отнимало все внимание, и белесую дымку он увидел, только вынырнув из-за очередного холма. О том, что для тумана она имеет слишком резкие очертания, сообразил поздно. Бегунок еще попытался уйти вверх, где граница тумана казалась ближе. Но тяжелая машина не пожелала делать столь резкий маневр. Ее занесло, и задравшийся было нос лихо вошел в туман.

Легкий шум от генератора перешел в злобный визг и резко оборвался сразу, как серая пелена накрыла лобовое стекло. Попавшему в ловушку Бегунку еще удалось увидеть красновато-серое небо, по которому неслись странные облака с зеленовато-желтым оттенком. По стеклу ударили капли дождя. А в следующий момент нос машины клюнул, и взгляду нарисовались безжизненные горы, чадящие конусами вулканов, расположенных сразу в нескольких местах.

Неуправляемый аппарат резко завалился вправо. Высота на выходе из раскола оказалась небольшой, а попытка маневра перед расколом все же сильно сбросила скорость. Поэтому чиркнув боком по камням, машина не перевернулась, а проехалась днищем, принявшим на себя основной удар. Внизу что-то треснуло и сильно ударило по правому колену. На мгновение в глазах потемнело, но Лютик почти привычно отключился от боли, не до этого. Воздух из кабины начал улетучиваться вместе с хрустом лобового стекла и появившимися первыми трещинами. Парень едва успел вдохнуть и поспешно задержал дыхание, почувствовав, как перехватило горло от неприятного запаха. А когда лобовое стекло осыпалось осколками, в лицо попали мелкие брызги от дождевых капель, разбившихся о капот машины. Щеки, лоб будто обожгло огнем. Глаза начали слезиться. Судорожно пошарив по лицу ладонью, он сделал только хуже. Теперь начала гореть вся кожа. Не рискуя выдохнуть, Бегунок в панике осмотрелся, насколько это позволили набежавшие слезы и уцелевшее после аварии стекло кабины.

Глайдер, проехав несколько метров, уперся в какое-то нагромождение крупных камней. Некоторые из них неплотно примыкали друг к другу, образуя своеобразные гроты, зияющие в местном освещении чернотой. Вывалившись из разбитой кабины, удерживая самый большой осколок лобового стекла над головой, он проковылял к одному из них. Навал глыб, размером в насколько метров, образовывал своеобразную пещеру с извилистым узким ходом, в который оказалось можно протиснуться. Лежащие сверху камни играли роль крыши, прикрытой песком и шлаком настолько, что влага почти не проникала внутрь. Тут было сухо, желтоватая дымка тумана, поднимавшаяся от каждой капли, упавшей на теплые камни, оставалась снаружи. Чувствуя, что воздуха уже не хватает, он судорожно выдохнул и, зажмурившись, через силу удерживая желание, осторожно потянул в себя воздух.

Глава 4

Лютик, бездна

Свой приезд домой Линара предпочла не афишировать. Встреча Гринды с инспектором, свидетелем которой она стала, была не из приятных. Предъявленные документы вызвали у него такое кислое выражение на лице, что даже противно стало. Только сделать инспектор ничего не смог. Страна, власть которой он привык олицетворять, отказалась от каких-либо претензий к двум бывшим адепткам, о чем свидетельствовало официальное согласие на смену гражданства. Так что девушек оставили в покое. Только после той встречи им приходилось ловить на себе взгляды недовольного чиновника, который явно что-то задумал. А через два дня в обители появилась имперская комиссия.

Линара в числе прочих присутствовала при их появлении во дворе. Гринда встречала трех человек, стоя на крыльце, даже не захотела к ним спуститься. Знакомый инспектор с торжествующей улыбочкой протягивал ей правительственный указ.

– Ваши привилегии наносят вред государству и интересам императора. Вопрос об этом будет рассмотрен императором в ближайшее время. А перед этим я должен провести ревизию всей деятельности обители, – громко заявил он.

– Возможно. Но это ваше мнение. – Гринда брезгливо поморщилась, даже не прикоснувшись к документу. – Однако действующее соглашение имеет еще один пункт, который ваш император почему-то не учитывает.

– Вы не посмеете, – взвизгнул чиновник, явно упустивший сказанное при планировании своего прихода.

– А кто мне помешает? – Гринда усмехнулась, глядя на мужчину. Сзади к ней неторопливо приблизились два вооруженных защитника. – Я перевожу обитель на осадное положение, как это предусмотрено пунктом о кризисных ситуациях. Советую посторонним покинуть территорию.

Городские стражники, пришедшие вместе с комиссией, неуверенно осматривались. Их подготовка никак не предусматривала боевые действия с воинами горных кланов.

За многие годы существования обители Альтер численность ее защитников, оговоренная соглашением, не воспринималась как угроза. У городской стражи никогда не было неприятностей с ними. Даже наоборот. Стражники не отказывались от их помощи на прилегающих улицах, даже устанавливали порядок совместного патрулирования. Но сейчас городские оказались в обширном дворе обители против вооруженных хорошо обученных воинов. Они как-то вдруг сообразили, что обитель строилась во времена расколов и с учетом возможных оборонительных действий. И в отличие от многих современных домов аристократов, защитники обители явно помнили об этом до сих пор.

А ведь соглашение повсеместно изучали в школе, в качестве примера взаимовыгодных документов. И как-то сразу всплыло в памяти, что обитель, а не сами горные кланы, в случае необходимости выступают в качестве союзника войск императора. Точнее защитники, состоящие на службе обители. Это была одна из завуалированных причин такой покладистости императора, правившего в те времена. Обитель и ее школы были размещены в наиболее уязвимых и наименее значимых в те времена городах империи. Одним этим договором император смог высвободить весьма значительные силы, уходившие на их оборону. Тогда горные кланы, никогда не выступавшие на чужой территории всеми силами, выполнили условия договора в соответствии с их обязательствами перед обителью. С тех пор договор оставался неизменным. А об отдельных его пунктах, обеспечивавших исполнение боевых действий, за давностью перестали беспокоиться. Но согласно именно им, при необходимости, мастер-настоятельница или командир охраны имеют право вызова помощи из горных кланов. Для этого вполне официально существуют одноразовые телепорты с жесткой привязкой от портала на двор обители. Сам портал с миром горных кланов имел оборудованный стационарный телепорт и оставался под контролем тех же воинов, в соответствии с тем же договором. И в кризисные для империи времена Альтер этим правом пользовалась.

– Я думаю, император будет недоволен вашим решением и сделает правильные выводы, – заявил раздосадованный чиновник. Он уже понял, что сейчас придется уйти.

О возможности такого варианта событий он как-то не подумал. Глядя на стареющую мастера-настоятельницу, всегда выдержанную и с доброжелательной улыбкой, не трудно забыть о том, что в ее распоряжении находится до сотни воинов, постоянно проживающих в обители. А еще есть вольные одиночки, разбросанные по городу, готовые прийти на выручку своим товарищам без всякого договора.

Кризис в отношениях обители и правительства продлился всего пару дней. Гринда не мелочилась и действительно воспользовалась заготовленными телепортами. Только не для прибытия воинов, а для эвакуации адепток и мастеров.

В обители остались только подданные империи и защитники. Адепткам было выдано указание не спорить с представителями власти и, если что, уходить с территории обители по домам. Но этого не потребовалось.

До императора «вдруг» дошло, что эвакуация началась не только в обители, но и в других школах. Уходили мастера, способные учить, уходили и вольные мастера, практикующие на местах. Справиться с защитниками штурмом обители, если бы до этого дошло, армия империи, конечно, могла. Но Этариол рисковал остаться с плохо обученными адептками и несколькими придворными мастерами на всю империю.

И он поступил так, как обычно в таких случаях поступают все правители. Провинившийся чиновник был найден, показательно и шумно уволен за самоуправство. Все пошедшие на поводу опального инспектора получили понижение в должностях. А Гринда ознакомилась с официальной бумагой, из которой выходило, что всему виной слишком самоуверенный служащий, действовавший по собственной инициативе и введший в заблуждение свое непосредственное начальство. А сам император никогда, ни при каких обстоятельствах, ни сном, ни духом, и прочее, и прочее.

Возврат из земель горных кланов происходил обычным порядком. Наземным транспортом, за счет казны империи. Гринда не была бы сама собой, если бы не воспользовалась ситуацией в интересах обители. Но Линары с Аритой среди вернувшихся уже не было. Подтверждение своих званий подмастерья получили в небольшом приюте Альтер, расположенном на окраине городка в мире горных кланов. В присутствии почти всех подруг и мастеров обители. Гринда присутствовала в виде голограммы. Она оставалась в обители, в окружении защитников. И это необычное подтверждение запомнится всем подружкам, радостно и не без зависти поздравлявшим их. Ведь теперь две из них стали полноправными членами Альтер. И могли рассчитывать на соответствующее к себе отношение как со стороны пациентов, так и других мастеров. Им почему-то даже защитников выделили. Хоть подмастерьям они полагались только в исключительных случаях.

Семья Линары встречала ее на пороге дома. Защитника вежливо и не без любопытства проводили до выделенной ему комнаты. А объятия с дочерью закончились только с входом в холл, где родные наконец смогли увидеть знак подмастерья, скрытый до этого плащом.

В отличие от Арден, здесь мастера пользовались заслуженной популярностью, добившись авторитета десятками лет тяжелой работы. Это была еще одна причина, по которой императору приходилось считаться с ними. Прямой конфликт, грозивший уходом мастеров из империи, в первую очередь грозил возмущениями среди измененных. А низшие уровни изменения были еще к тому же и самыми массовыми. Но и неизмененные часто прибегали к их услугам. В конце концов, помощь адепток обители часто оказывалась дешевле обычной медицины. А мастера, имея обширные связи, не только среди аристократов, но среди трущобных авторитетов, часто принимали участие в разного рода конфликтах в качестве независимой стороны.

– Линара, поздравляю, – первой заговорила мама. – Ты стала взрослой. Мы очень беспокоились о тебе. Особенно когда началась эта эвакуация из обители.

– Не переживай, мама. Теперь я подмастерье. А еще я теперь гражданка империи Арден.

– Так-то оно так, но там тоже есть свой император.

Линара весело рассмеялась на высказанное родителями опасение. Ну как им объяснить, что такая ситуация там сейчас невозможна. Ведь отношение к Альтер имеет не только личная подруга принцессы, но и сама принцесса.

– Вы можете приезжать ко мне в гости, – заверила она. – Правда, в мои покои вас не пропустят. Но в городе есть великолепные гостиницы.

Все дни, что пролетели дома, омрачались только беспокойством из-за дворцовых вестей. Хоть Лера и заверяла их всех, что с мастером все нормально. А Гринда подтверждала это со слов лорд-врача Гиндзорского. Девушки каждый день поддерживали друг с другом связь. Линара даже позавидовала подруге, занятой хлопотами по переезду родных в новый мир. И узнав, что та уже прибыла на место, тут же сорвалась из дома.

Смрад никуда не делся. Воняло чем-то протухшим, как яйцами, и кислым. К горлу подкатила тошнота. Но рвотный порыв Лютик постарался сдержать, судорожно выдохнув и снова сделав короткий вздох. Главное, что горло больше ничего не раздражало.

Продолжая делать мелкие и частые вдохи, он поспешно сорвал с себя остатки рубашки и осторожно приложил вроде как чистый обрывок к горящему месту на щеке. После осторожного промокания жжение вроде слегка утихло. Но ткань пропиталась кровью. Бежать, в общем-то, было некуда. Снаружи усиливался кислотный дождь. Разбивающиеся в мелкую пыль капли образовали на входе импровизированного убежища отчетливо видимую туманную пелену. Разглядев желтовато-зеленый оттенок, не сразу различимый в красном свете местного дня, потерпевший крушение сморщился, поняв наконец, что именно чувствует его нос. Сера и серная кислота. Извечные спутники вулканов, которых тут было множество. А с ними и все соответствующие запахи. Осторожно подобрав ноги, он еще раз осмотрелся. Извилистый проход между камнями уходил дальше. Но лезть в темноту с начавшей распухать ногой не хотелось. Бегунок подвинулся так, чтобы оказаться прямо под нависающей глыбой, и некоторое время тщательно выскребал мелкую канавку вокруг себя, на случай, если дождь пойдет сильнее и кислота найдет способ просочиться по стенкам убежища. Наконец, дело было сделано, и усталый мальчик осторожно устроился прямо на песке. Холода он не чувствовал. Если быть точнее, то было даже жарко и душно. Ровный шум дождя клонил ко сну. Этому не мешала даже постоянная мелкая дрожь теплого камня под спиной. Несмотря на разбитое колено, Бегунок задремал.

Проснулся он от резкой боли в бедре. Не сразу сообразив, где находится, он опустил руку, накрывая какого-то мелкого зверька, размером с крупную крысу, и сжал его шею. Тонкий писк впившегося в бедро животного прервал хруст позвонков. Лютик с отвращением осмотрел почти безволосую тварь, что пожелала им поужинать. Маленькие когтистые лапки, похожие на лапы землеройки, говорили о том, что это скорее норная тварь, и днем пряталась в местном песке. Вокруг зубастой пасти висело несколько щупальцевидных отростков. Картину дополняли теперь уже мертвые глазки-бусинки, непропорционально маленькие по сравнению с вытянутой мордой, и полное отсутствие ушей, вместо которых можно было разглядеть плотно прикрытые отверстия на задней стороне головы. Вид твари вызвал такое отвращение, что первым порывом Лютика оказалось выбросить ее под продолжавший идти кислотный дождь. Но громкое урчание живота заставило замереть в замахе. Подумав, он осторожно отложил трупик в сторонку и огляделся. Других желающих пустить его на обед не наблюдалось.

«Есть одно правило, которое следует помнить, – всплыли в голове слова отца. – Любое живое существо должно питаться. Если это травоядное, то оно питается травой, если хищник, то он должен на кого-то охотиться. Иногда бывает, что нам выбирать не приходится. И тогда лучше всего не только съесть хищника, но и постараться найти то, на что он охотится. Не всегда это бывает полезным. Но если животное съедобно, и его мясо не вызывает отравления, скорее всего будет съедобна и его добыча. Проблема многих попавших в безвыходную ситуацию заключается в том, что пробовать они начинают слишком поздно, когда ослабленный организм уже не может побороть отраву. А после нескольких дней голодовки едят слишком много».

Лютик недобро осмотрел свою добычу. Аппетита от ее вида не прибавилось. Но лучше попробовать сейчас. Вздохнув, он подтянул к себе обломок стекла, послуживший ему зонтиком, и аккуратно отбил с краю осколок поменьше. Отведать сырое мясо он не решился. Смазав пальцы в крови твари, заставил себя облизать их и стал ждать, глядя наружу.

Он чувствовал, что проспал довольно долго. Дождь успел наполнить небольшие канавки. И теперь веселые мутные ручейки текли повсюду. Где-то вдали даже мелькнули молнии и донеслись раскаты грома. Похоже, в этом мире не было смены дня и ночи. Сейчас было только немного темнее, чем тогда, когда он рухнул на камни перед входом. Лютик еще раз пошевелился, пристраивая удобнее больную ногу. Поморщился и задремал снова.

В этот раз он вполне сознательно ушел в свои сны. Родители всегда молчали в доме. Но так намного легче вспоминались моменты учебы. А ему надо было срочно вспомнить все, чему хоть как-то обучал их с сестрой отец по вопросам выживания.

«Спонтанные или, как еще их называют, временные порталы, по представлениям наших ученых, возникают в результате накопления в межпространстве избыточной энергии, которая пронизывает всю нашу вселенную. Ее сброс создает прокол между границами двух миров. И существует он ровно столько, насколько хватает этой энергии. – Тихий голос отца, пытающегося объяснить сложные вещи доступным для детей языком, зазвучал в сонной голове. Во сне они даже сидели на газоне во дворе дома, рядом с тренировочной площадкой. – Источником энергетических потоков служат все окружающие нас звезды, но в разной степени. В идеале, это было бы сплошное энергетическое поле, которое можно зарегистрировать только очень чувствительными приборами. Но наложение потоков от разных источников, не только расположенных на больших расстояниях друг от друга, но постоянно движущихся, создает волны и потоки в этом поле, на которые очень сильно влияют и пассивные объекты, типа нашего мира. Межмировые проколы не могут существовать сами по себе и возникают между пассивными объектами вселенной достаточно большой массы, например, таких, как наша планета или значительно больше. Поэтому считается, что прокол может вести только с одной планеты на другую. Он никогда не выведет на поверхность звезды, потому что она является энергетическим источником. И не будет открыт в космосе, потому что там нет массивного тела. Но вот все другие ограничения отсутствуют. Правила, по которым соединяются те или иные планеты, изучаются до сих пор. Но, насколько я понимаю, единого мнения на этот счет не существует.

Проколы между мирами, пригодными для жизни, у нас обычно называются порталами. Если он ведет в один из враждебных миров, где людям и подобным нам не выжить, мы его называем расколом. А все такие миры объединены под одним названием бездна. Это могут быть миры с гигантской гравитацией, способной нас раздавить, или с ядовитой атмосферой, выброс которой в наш мир способен уничтожить все живое в округе. Но самыми страшными для нас являются миры со сходными условиями, населенные неразумной жизнью. Нам там без средств защиты жить нельзя. Местная живность, адаптированная к куда более суровым условиям, оказывается слишком агрессивной и при формировании проколов способна мигрировать через них. Так и возникают волны тварей из Раскола».

«Почему не пойти в те миры и не убить всех тварей?» – припомнился свой собственный наивный вопрос.

«Это не так просто, сын. Любой прокол сам по себе очень мощное поле, разрушающее любую электронику. Причем питающееся из самой вселенной. Его воздействие может выдержать только поле высшего уровня напитки. Даже щиты третьего и четвертого уровней, применяемые на глайдерах, не выдерживают. Так что через неорганизованные проходы могут пройти только живые организмы и вещи, изготовленные из естественных материалов, для которых эти поля не критичны. Еще можно пронести отдельные уязвимые предметы, под защитой щитов высшего уровня. Например, торсионные замкнутые поля, такие, как на специальных сейфах или в силовых мечах, могут выдержать такое воздействие. И то, если они в активном состоянии. Попади генераторы таких полей в проход в пассивном состоянии, тоже превратятся в металлолом. Но такие поля можно создавать вокруг небольших предметов».

«Значит, мы в любой момент можем попасть в такую ловушку?»

«Не все так грустно. Одиночные временные порталы сами по себе случаются не часто. А время их существования ограничено. Но на планетах Объединенных миров, как правило, имеется по нескольку стационарных порталов, время существования которых насчитывает сотни лет. В результате катаклизмов вселенского масштаба или просто из-за изменения положения звезд такой прокол может исчезать, но рано или поздно восстанавливается на прежнем месте. А вот любой нерегулируемый стационар создает свои производные. И в районе его нахождения вероятность встречи с упомянутой тобой ловушкой повышается. На этом основан один из методов поиска стационарных порталов. Производный прокол всегда формируется поблизости от главного портала и имеет противоположное направление. То есть, если стационар обеспечивает проход в наш мир, то попав в такую ловушку, человек окажется рядом с входом главного прохода. Это как-то связано с законами сохранения баланса энергий. Поэтому стационарный прокол называют еще центральным, а его производные, соответственно, спутниками».

«Что-то я не слышал о спутниках наших порталов».

«И не услышишь. Порталы Объединенных миров оборудованы генераторами силовых полей высшего уровня напитки и обеспечивают проход как людей, так и мелких предметов. А транспортная сеть эксплуатирует проколы, в которые легко проходят целые контейнеры, например. И естественно, мы научились собирать излишки энергии и отводить ее от постоянного прокола. Тем самым решается сразу две задачи. Предотвращаем возникновение случайных порталов-спутников, а заодно имеем источник дешевой энергии, превосходящий по мощности все, что разумные придумывали раньше».

Его разбудила наступившая после дождя тишина. Небо оставалось затянутым тучами. Похоже, оно тут никогда чистым и не было. Осторожно сев, Лютик невольно сморщился. Разбитое при падении колено распухло, не позволяя ноге нормально сгибаться. Все так же морщась и стараясь не высовываться совсем далеко из-под крыши, он осмотрелся.

Поверхность, доступная обзору, уже успела подсохнуть. Даже мелкие ручейки, бежавшие во время дождя, были теперь просто мелкими влажными бороздками в песке и шлаке. Даже из своего убежища можно было разглядеть вдали два столба дыма от извергающихся вулканов, подтверждающих то, что успело запечатлеться в мозгу при падении. Наверняка есть и еще. Те, что он видел, были слишком далеко для такой дрожи камней.

Неуправляемый глайдер рухнул на навал камней, лежащий на склоне гряды, разделяющей два каньона. Не слишком больших, глубиной всего в несколько метров, зато с почти отвесными стенками и речкой на дне, в быстро спадающем русловом потоке, в котором уже появились камни. Здоровым он смог бы перебраться через любой из них за несколько минут. Но с больной ногой это сделать невозможно. На противоположной от него стороне каньона, прямо рядом с обрывом висело мутное пятно стационарного портала. Лютик мрачно осмотрел его и отвернулся. Туман, поднимавшийся от подсыхающего песка, снова начал разъедать лицо, а в горле запершило. Нечего и думать, с больной ногой добраться до Раскола. Мысль том, что этот проход ведет на перевал с хозяйской заставой, он постарался отогнать пока. Сейчас надо думать, как выжить и выбраться отсюда. А остальное потом.

Он осмотрел валяющиеся в паре шагов от входа остатки глайдера. Кислотный дождь сделал свое дело. За один заход он практически съел всю краску везде, куда сумел добраться. Даже на металлических частях можно было разглядеть первые язвенные признаки будущего растворения. Но уцелевшие при падении боковые стекла кабины оставались целыми. Да и кое-что из железа могло пригодиться. Достав многострадальный обрывок ткани, Лютик осторожно закрепил его на лице и выбрался наружу.

Добыча оказалась невелика. Несколько крупных осколков стекла и часть пластиковой обшивки, которыми удалось хоть как-то прикрыть вход. Обломки металлических стержней можно было использовать как заточку, резать ими не получится, а заточить нечем. Пожалуй, это и все. В машине не оказалось даже аптечки. Зато уцелели ремни. С помощью осколка стекла он смог их обрезать. Генератор был мертв. Но его пластиковый кожух смог защитить аккумулятор. И он был заряжен. Так что, используя проволоку и некоторые металлические детали, удалось смастерить своеобразную электрическую печку. Как это делали они с сестрой в детстве, играя в исследователей и первопроходцев. И Лютик даже улыбнулся, вспомнив ватагу старших мальчишек. Сестра всегда его брала с собой. И они всей гурьбой воображали себя первопроходцами подземного мира, исследуя тоннели транспортной системы. Дров в тоннелях транспортной системы, естественно, не было. Да и датчики могли учуять дым. Зато в избытке было электричество. Как использовать толстую проволоку, скрученную в спираль, и изготовить примитивную плиту, им показал старший мальчишка, живущий на окраине трущоб.

Тряпка не спасла, и туман добрался до лица. Так что улыбка вызвала болезненные ощущения на всем лице, напоминая реалии дня. Поежившись, мальчик осторожно уложил на раскалившуюся проволоку тонкие кусочки мяса. Времени прошло много. От пробы крови ничего страшного не произошло. Теперь можно было попробовать кое-что еще.

Противно запахло горелым. Запах не походил даже на запах жареного мяса. Скорее на сгоревшую резину вперемешку с серой. Но это было единственное спасение на сегодня. А в тепле добыча может быстро испортиться.

Потребовалось несколько дней, чтобы нога начала сгибаться. За это время ему удалось поймать еще одну крысу. Видимо, только эта пара и жила в этом месте. Собственно, она же и подсказала, на что тут они охотятся. Псевдокрыса настолько увлеклась выкапыванием чего-то в вулканическом шлаке, выстилавшем дно пещеры, что так и не заметила приближающейся угрозы. Лютик только с отвращением осмотрел то ли червей, то ли личинок, гнездо которых разворошила его добыча, и прикопал их обратно.

Ничего другого добыть он не смог. Даже следов других животных не было. Лютик постарался растянуть добытое мясо как можно дольше. Противное мясо сильно отдавало серой даже после жарки, превратившей его скорее в угольки. Его пришлось порезать на мелкие кусочки и брать по одному или два в день. Эти кусочки он заставлял себя долго пережевывать, преодолевая тошноту. Но есть хотелось все сильнее. И Лютик уже всерьез стал вспоминать о гнезде червей. Отметил даже появление этих ползающих тварей еще в нескольких местах.

Ковыляя на больной ноге, он смог обследовать довольно значительное пространство вокруг. Гряда оказалась остывшим лавовым потоком, тянущимся от расположенного неподалеку вулкана. Именно его дрожь и ощущалась постоянно в пещере. А нагромождение камней, в которое уткнулся глайдер, оказалось обвалившейся частью вулканической трубы, внутри которой когда-то шла лава. Глыбы обвала были настолько большими, что ему удалось проникнуть внутрь без особого труда. А когда нога начала слушаться, даже обследовать ее. Сама пещера тянулась всего на несколько десятков метров вниз по склону и выходила внизу каньона. Внутри было даже сухо и не сказать что бы темно. Кроме его собственного обвала, в сводах пещеры было еще несколько крупных отверстий, в которые попадали дождевые капли. На теплых камнях они испарялись. В общем, если дождь был длительным, то в самой пещере Лютик предпочитал не находиться, пока все испарения не выветрятся.

Выбравшись в редкий день, когда ветер разогнал дымку и пепел в воздухе, через один из обвалов на вершину гряды, удалось разглядеть окрестности. Отсюда насчитывалось сразу пять вулканов, считая те, что он рассмотрел в первый день. Но что интересно, кроме своего раскола, он смог разглядеть еще минимум две знакомые тени. Громадные, над ними постоянно крутилась пыль и дождевые тучи. А почти посередине между ними высился останец из скалы, в виде двугорбого жителя пустыни. Лютик долго разглядывал необычную скалу, оказавшуюся самым примечательным местом среди лавовых полей. Но те расколы были совсем далеко. Учитывая, что тут постоянно гуляли кислотные дожди, ему вряд ли удастся пройти по такой пересеченной местности пару километров. Да еще в таком состоянии.

А уходить было надо. Нога еще плохо слушалась, но за эти дни появился кашель и сделался постоянным. А проснувшись день назад, он ощутил после нового приступа привкус крови во рту. Мальчик тяжело вздохнул. Прожевывая последний кусок противного мяса, он мрачно в последний раз осматривал со своего места давно намеченный маршрут. Мелкие тучки, сыпавшие кислоту с небес, продолжали бродить вокруг. Но вроде у него будет с полчаса, чтобы преодолеть полусухой каньон. Лишь бы нога не подвела. С той стороны его, конечно, схватят люди хозяина. Но это ведь застава. Там нет карцера. Если не называться, возможно, они не сразу разберутся, что к чему. И даже если не удастся сбежать, останется шанс повторить попытку побега позже. Только из замка надо будет уйти пешком, запастись респиратором и чем-нибудь для защиты от кислотного дождя. А там дождаться спутника центрального портала и постараться в бездне сразу уйти в другой раскол. Если будет хоть какая-то защита, пару километров он сможет пройти.

Выждав, когда после очередной полосы мелкого дождика сойдут ручейки, он решительно отряхнулся и вышел из-под свода тоннеля. Надеясь, что обувь сможет продержаться то время, что ему потребуется на преодоление той грязи, что оставалась на дне каньона.

Он замер на мгновение перед чертой, за которую до сих пор не заходил. Нервно огляделся. Но внизу каньона, хоть и неглубокого, ничего кроме стен видно не было. Решившись, он ступил на первый камень. Подготовленной заранее каменной дорожки ему хватило до русла, которое после каждого затяжного дождя разрушало все его попытки наладить переправу. Дальше, напрягшись, он оттолкнулся здоровой ногой и прыгнул. Но при приземлении не удержался и упал на руки. Поспешно выпрямившись, как мог быстро сделал оставшиеся шаги до стены, сбросив намотанные на ладони тряпки, вцепился в первые трещины. Трехметровую стенку преодолел с третьей попытки. Мелкие камни не держали и норовили вывалиться из нее при всяком удобном случае. И он дважды сползал обратно, почти полностью лишившись одежды. Но отдохнуть наверху противоположной стенки канона не смог. Его глазам предстала редкая полоса дождя от очередной тучки, подкрадывающейся из-за склонов вулкана. Всхлипнув, он подхватился и как смог побежал, уже не обращая внимания ни на боль в колене, ни на саднящие ожоги от первых капель. До раскола он добежал почти вслепую. Струйки дождя успели хлестнуть по спине, а ветер забросил мелкие брызги в незащищенное лицо. Уже ничего не видя, он споткнулся и по инерции, боком влетел в пелену раскола. И почти сразу ощутил удар плечом. Живительный воздух, почти чистый, ворвался в легкие, и Лютик сполз по стене силового щита.

Где-то над головой прошелестел жгут залетевшего из бездны дождя. Лютик невольно дернулся и вскинул руки, беспомощно защищая лицо от брызг. Попытался судорожно отползти, но силовой щит не дал ему этого сделать. Внезапно стена, служившая опорой, исчезла. Его подхватили и куда-то понесли. Послышались непривычно резкие мужские голоса. У него что-то спрашивали. Кто-то обратил внимание на ошейник.

В помещении его положили на что-то твердое, а сверху выплыло лицо молодого мужчины.

– Он живой? – Недоуменный голос вырвал мальчика из провала накатывающего забытья.

– Вроде шевелится, глаза даже открыл, – заметил кто-то сбоку.

– Паренек, тебя как зовут? Ты вообще кто?

– Видать, из беглых. Смотри, на нем ошейник раба. Не простой, хозяин на нем не экономил, видать, – снова послышался голос сбоку.

– Слышь, малец, если не можешь отвечать, просто закрой и открой глаза, в знак того, что ты понимаешь меня. Отлично! Я – курсант-стажер академии теней, старший боевой пятерки его высочества и его личный представитель Альнар.

Карантин продлился даже больше недели. Индерский остался глух к уговорам двух девочек. И при полной поддержке императрицы только менял настройки восстанавливающих полей. Но все когда-нибудь заканчивается. И первыми, кто смог поприветствовать девочек лично после снятия карантина, были две ученицы, с гордостью демонстрировавшие свои знаки подмастерьев.

Майя только кивнула, посмотрев на них, как будто и не ожидала ничего другого.

– Только мы не поняли, – смущенно задала вопрос Линара. – Мастера почему-то очень интересовались этими новыми комплексами, что ты показываешь для третьего уровня.

– Это комплексы моей мамы, – недовольно поежилась Майя. – Я их восстановила, но даже Гринде не показывала. Я же предупреждала, чтобы вы их не слишком демонстрировали.

– Да мы немножко. Совсем чуть-чуть. И только те, что ты нам разрешила использовать самостоятельно.

– А о других вы рассказывали? – Иллис даже прищурилась, в ожидании ответа.

– Ну да. – Арита растерянно захлопала глазками. – Мастера постоянно нас этим доставали. А что, не надо было?

– Да нет, правильно все сделали, – вздохнула Майя. – Сама виновата, надо было заранее предупреждать. То-то Гринда так странно все это время ведет себя во время связи.

– Жди теперь делегации из обители, – хмыкнула Иллис. – А чего это она на меня все время косилась? Вы там меня, что ли, обсуждали?

– Нет, что вы, ваше высочество. – Линара даже руками развела. – Только когда нас спрашивали о работе с дающей. Тогда приходилось ссылаться на вас.

– Что? – вскинулась Майя. – Для подмастерья этот раздел необязательный. С чего это вдруг они прицепились к вам.

– Ну, мы же давали обзор о своей работе. Вот и…

– Теперь они не только ко мне приедут, – не без злорадства просветила Майя подругу.

Занятия в академии еще не начались. Но ее учебная пятерка в полном составе замерла в холле, куда была вызвана лично Киром. Причем инструктировал он их весьма необычным способом.

– Лазарет не надоел? – спросил он вместо приветствия.

– Есть немного, – согласился Риттл за всех.

– В таком случае очень советую не допускать, чтобы эти две занозы опять заскучали, – добил всех Кир. – Хоть клоунские костюмы надевайте. Но чтоб они не искали приключений на свои… В помощь вам будет придана пятерка Вирта. У них богатый опыт по развлечению принцессы. Славные времена были! Никаких тебе соревнований с тенями, ни проверок системы охраны дворца. Хотя у некоторых посетителей парка в то время на этот счет, наверно, другое мнение было.

Вот так они и познакомились с тренировочной полянкой в дворцовом парке. Неглубокий снег всегда убирался с прогулочных дорожек. А специально для них небольшая полянка в удалении от основных аллей и окруженная густыми кустами была всегда к их услугам. Вирт принимал участие в общих тренировках только по утрам. Днем у него не всегда находилось время.

В распорядке двух учебных пятерок выработалось вполне приемлемое правило. Одна пятерка всегда была в непосредственном контакте с объектами охраны. А вторая занимала позиции по дальнему периметру. И все они подчинялись тактику, в качестве которого выступала чаще Майя, за отсутствием принца.

Если днем все-таки собиралась вся троица охраняемых объектов, то они шли гулять по парку, заставляя других посетителей поспешно освобождать прогулочные дорожки. Пересекаться с расшалившимися детьми правящих и их подругой никому не хотелось. Так что несколько дней после снятия карантина прошло весело и не без пользы. Правда, к ним присоединился еще и Виттор. Когда он в первый раз подошел к ним в парке, Иллис подхватила под руку и посмотрела на всех с таким смущенным видом, что всем стало понятно, как парень оказался тут. И все это время они держались вместе, несколько смущенные вниманием остальных.

Выход из парка за стену был спонтанным. В этой стороне, вместо охранной зоны внешнего периметра располагалась гостевая зона. В небольших домиках обычно размещались вызванные по делам или приглашенные на праздники гости. Майя не любила тут бывать. Почему-то эта часть дворцового комплекса вызывала у нее неприятие, тем более непонятное, что обихоженная территория была предметом умиления и восторженных отзывов всех, кто тут побывал.

Но ей надо было ознакомиться с несколькими домиками, выделенными под проживание пациентов лекарни Альтер. Если предполагается, что они с Иллис могут сюда регулярно заходить, ее пятерке необходимо изучить местность с целью организации прикрытия. На этом теперь непрерывно настаивал Кир.

Уже после осмотра заснеженных достопримечательностей и пока пустых помещений они возвращались даже не по аллее, а какой-то тропинке. Напряженно о чем-то задумавшаяся Майя вдруг резко остановилась, глядя на ничем не примечательную дверцу в стене декоративных развалин.

– Что случилось? – Иллис не на шутку встревожилась, видя, как побледнела подруга.

– Не знаю. Вдруг почему-то страшно стало. Эта дверь напугала.

Виттор недоуменно осмотрел ничем не примечательное сооружение и первым сошел с тропинки в неглубокий снег.

За незакрытой дверью оказалось узкое заброшенное помещение, вдоль стен которого тянулись пустые длинные полки, кое-где разобранные. Как это ни странно, но оборудованные вдоль стен светильники загорелись при появлении нежданных гостей тусклым, каким-то сумеречным светом.

Хмыкнув, Виттор прошелся до противоположной стены и вернулся.

– Тут ничего нет. Просто заброшенная каморка. Наверно, раньше тут хранили инструменты по уходу за территорией. Давно не используется. Смотрите, такие светильники были в ходу лет сто назад.

Парень весело кивнул на ближайший вычурный светильник, по виду из металла.

Вирт, прогулявшись по тому же маршруту, только согласно хмыкнул и вопросительно глянул на Майю.

– Показалось просто, – развела руками Майя, заметив, что у кавалера подруги намокли брюки. – Пошли в нашу беседку. Там, наверно, уже организовали что-нибудь поесть.

Радуясь возвращению хорошего настроения, они поспешно вернулись в дворцовый парк.

Майе было весело. Она со смехом смотрела на Виттора, рассказывающего очередную шутку, и думать позабыла о происшествии в гостевой зоне. Пока Иллис отлучилась по своим надобностям, он пытался отшучиваться по поводу своего намерения пойти по стопам отца и рассуждал о предмете выбранной профессии.

– Виттор, я понимаю, что твоя семья уже несколько поколений занимается именно отслеживанием запретного списка. Но ты ведь не можешь быть сейчас в этой области специалистом.

– Почему? – Парень обиженно посмотрел на Майю. – Ты же занимаешься техникой Альтер с детства. Меня тоже кое к чему приучали. Разница только в том, что для тебя это как вторая натура. И не обязательно станет основной работой. А я собираюсь посвятить этому всю жизнь. Это долг моей семьи.

– Почему? – удивилась Майя, не заметив, как отвели глаза все остальные. В этот раз ей компанию за столом составляли Альнар и два его товарища из пятерки Вирта. Тема явно была не для широкого обсуждения, но все здесь присутствующие, кроме нее, были в курсе.

Виттор помрачнел и уставился в стол. Уловив, наконец, изменение настроения, Майя растерянно обвела всех взглядом.

– Я что-то не то спросила? Извини, это не мое дело.

– Все равно это кто-нибудь расскажет тебе, – через силу улыбнулся одноклассник. – Доброжелателей у моей семьи много. Лучше уж от меня. Что ты знаешь о списке запрещенных технологий?

– Ну, что он существует. С одним предметом из него я даже лично познакомилась. – Майя постаралась легкомысленно погладить чистую шею.

– Так вот. Когда этого списка, да и самого закона, не существовало, моя семья имела непосредственное отношение к разработке и производству некоторых из вещей этого списка.

– Как? – Майя недоверчиво посмотрела на Вирта. Но тот только мрачно кивнул головой.

– Это правда, – продолжил Виттор. – Мы не были сторонниками сенти. К счастью. Просто тогда это был выгодный бизнес. На том, в общем, и погорели. – Виттор криво усмехнулся. – Сенти захотели получить некоторые из наших разработок в свое исключительное пользование. Для этого они захватили замок в провинции Рицнар. Там была центральная лаборатория и архивы. В их руках оказалась практически вся семья. Но мы никогда не хранили все архивы в одном месте. Так что захватчики получили доступ исключительно к сырым наработкам. Захват продлился больше двух недель. Поняв, как опростоволосились, сенти попытались шантажировать тех, кто оказался вне их контроля. Для этого они использовали весь арсенал, что оказался в захваченных лабораториях. Они записывали сцены пыток и отправляли их моему прадеду с одним и тем же требованием. Так погибли его жена, сестра и дети от первого брака. Когда все закончилось, мой прадед лично разработал первый запретный список вместе с законом. Он не успокоился, пока не добился его утверждения. И стал первым руководителем службы контроля. К себе в команду специально подбирал таких же одержимых, как и он сам. А основой списка стал полный перечень всего, что моя семья производила на тот момент.

– И что? Вы и это разработали? – Майя снова осторожно провела пальцем по своей шее. Называть предмет вслух ей очень не хотелось.

– Нет, нейроконтролем занимались другие. Но прадед сумел убедить и их в необходимости таких запретов. – Виттор старался не встречаться глазами с Майей, когда она осторожно перевела дыхание.

– А что же было у вас? Если хочешь, можешь не говорить, – поспешно заметила она.

Виттор молча вызвал на стол голограмму изящных босоножек. Майя, вздрогнув, широко раскрыла глаза и уставилась на них.

– Это была одна из последних разработок. Сенти ее очень полюбили. Называется поступь наслаждения. – Виттор с отвращением поморщился, но продолжил, не поднимая глаз: – Когда в них стоишь, подъем стопы начинает давить на специальные выступы, которые подгоняются под каждую лучевую косточку. Под весом человека они медленно сжимаются. Если вовремя не снять нагрузку, косточки будут по очереди расколоты вдоль, на очень тонкие, словно иглы, осколки. Есть несколько модификаций, эта самая дерьмовая. Она еще имеет лезвия в подошве, в районе пяток. Человек невольно пытается встать на носочки и делает себе еще хуже.

Виттор наконец обратил внимание на застывшую Майю.

– Тебе плохо? – Вернувшаяся Иллис недоуменно осмотрелась. Как-то уж резко произошла смена настроения у подруги. И второй раз за такое короткое время.

– Д-да, как-то нехорошо. Наверно, я пойду, прилягу. Все в порядке, сама доберусь, – как-то апатично отказалась она от сопровождения друзей, неловко поднялась и побрела по аллее во дворец.

– Что это с ней? Может, проводить? – забеспокоился Вирт.

– Впервые вижу ее в таком состоянии, – задумчиво протянула Иллис. И обернулась к брату. – А знаешь, это у нее началось перед тем входом. Такое ощущение, что она чего-то испугалась. Это Майка-то.

– Да, точно. – Вирт озабоченно нахмурился. – Но у нее это быстро прошло. А вернулось при виде этих босоножек.

– Да перестаньте. Босоножки были уничтожены полностью, а технология их изготовления и вовсе в первую очередь. – Виттор недоуменно пожал плечами. – Прадед лично контролировал уничтожение архивов.

– А давайте сходим и осмотрим этот закуток еще раз, – предложил Вирт. – Что-то мне там показалось странным.

Полутемный коридор среди пустых полок, казалось, тянулся в саму бездну. Но сделав всего несколько шагов, группа снова увидела выступившую из тени стену. Остановившись перед ней, они с разочарованием осмотрелись. Ничего интересного тут не было. Никакой тайны не светило. Только пустые полки с многолетним слоем пыли. Кладовая явно была заброшена уже несколько лет назад.

– Ну вот. Никаких тебе колонн и ям, – попытался пошутить Виттор.

– Погоди. А вот металл этого светильника выглядит иначе. Такое ощущение, что раньше его часто трогали. – Альнар протянул руку и смахнул пыль с указанного предмета. Он даже положил руку на его основание так, как, по его мнению, должна была лечь ладонь неизвестного пользователя, и демонстративно надавил.

Тонкий стержень поддался неожиданно легко. Где-то под ним что-то хрустнуло или скорее щелкнуло. Тупиковая стена поддалась, открывая вход.

Обернувшись на друзей, Альнар неуверенно переступил порог первым, и яркий свет залил все помещение.

Сделав всего несколько шагов от входа, группа молодых исследователей в недоумении застыла. Вирт опомнился первым, чисто механически послав сигнал вызова не только родителям, но и Киру с Церой.

– Вот тебе и колонны с мраморной стенкой за ними, – осторожно пробормотала Иллис, показывая характерную деталь интерьера.

Посередине комнаты были расположены две декоративные колонны, подпиравшие потолок. Между ними находился своеобразный стеллаж с экраном недешевого визиофона. При появлении посетителей на его панели высветился индикатор готовности к воспроизведению записи. Видимо, бывший владелец оставил кристалл в гнезде аппаратуры. А электричество включалось при открытии двери.

Почти не раздумывая, Альнар протянул руку и щелкнул на кнопку.

– Прекратите, не надо. Сестренка, не делай этого, они все равно это сделают.

На экране появилось заплаканное личико вихрастого мальчишки, смотрящего на кого-то позади камеры. Он стоял на краю какой-то глубокой ямы с лопатой в руках и продолжал то просить, то угрожать кому-то за кадром.

Наконец, камера начала отодвигаться, а откуда-то сбоку раздался низкий мужской голос, как будто продолжавший давно начатый разговор.

– Вы совершенно правы, уважаемый. Эта девчонка очень упряма. Думаю, что будет интересно посмотреть, сколько она продержится. Готов поспорить, что не больше пары минут.

– Принимаю. Ставлю на то, что она продержится весь оговоренный срок, – послышался второй, немного гнусавый, но заинтересованный голос.

В кадре появились чьи-то маленькие ноги, на которых красовались изящные босоножки, очень похожие не те, что совсем недавно обсуждались в беседке. Из-под пальцев на пол медленно стекали капельки крови, постепенно собираясь в лужицу.

– Надеюсь, ты помнишь, девчонка, твой брат останется жив, если ты простоишь ровно пять минут, – прозвучал второй голос с угрозой.

В кадре было видно, как закрылась дверь, отрезая замершего мальчишку и его голос. Все невольно покосились в сторону проема справа. Похоже, это была именно та дверь.

– Да, мой господин. Не трогайте его. Он еще маленький. Прошу вас.

Иллис до этого смотревшая с таким же ужасом, как и остальные, невольно вздрогнула. Голос был знаком, но заставить себя вспомнить сейчас, чей он, казалось немыслимым.

Изображение качнулось, сдвинулось вверх и высветило лицо.

– Майка, – тихий вскрик Иллис заставил очнуться остальных.

Позади послышались тихие проклятия Кира и Димира. Вслед за дочерью выдохнула и мать. Обернувшись на звуки, молодые люди увидели голограммы вызванных Виртом родителей.

– Где она? – Адила с тревогой осмотрелась.

Иллис поспешно сделала вызов, но в ответ появилась только встревоженная Лера.

– Майя не отвечает, ваше высочество. Я ничего не понимаю. Она пришла полчаса назад чем-то очень расстроенная. Не ответила ни на один вопрос. Выгнала всех нас из своей спальни с приказом ее не трогать. Ваше высочество, у нее оружие активировано. Индикаторы на сенсоружии показывают полную активацию. А сейчас свернулась калачиком на диване и, такое ощущение, что не дышит. Она включила высший уровень карантина.

– Апатия? – Глаза Иллис широко раскрылись. Ей припомнился давний разговор с Индерским. – Немедленно убирай всех служанок. Оставайся в гостиной и не приближайся к Майе. Я сейчас.

Иллис метнулась к выходу прямо через голограммы родителей.

В проеме ярко сверкнула вспышка телепорта, и она появилась в изображении гостиной своих покоев. Поспешно проскочив в спальню, она осторожно попыталась разбудить Майю, а когда это не удалось, резко повернулась к застывшей Лере.

– Вон. Эдди, карантинный режим. Полная блокада. Допуск закрыть для всех. Телепорты перекрыть. Личная учебная пятерка. Здесь Иллис, взамен тактика, красный. Задача. Занять ближний периметр покоев. Блокировать доступ для всех, включая моих родителей. Посторонних задерживать. Вплоть до применения оружия. Всё.

Лера, выслушивая жесткие команды, отдаваемые ее госпожой совершенно непривычным голосом, медленно пятилась к входу. И едва успела переступить порог, как дверь автоматически захлопнулась и прямо по ее поверхности начала растекаться густеющая пелена щита полной напитки. Похоже, ее госпожа не шутила. Такое ощущение, что она готовится к самой настоящей обороне. Только вот от кого?

Сзади полыхнули вспышки индивидуальных телепортов, пропуская пятерых встрепанных курсантов при полном вооружении. Они тащили какие-то чемоданы. Узнав девушку, Риттл слегка расслабился.

– Прошу прощения, ниэла Лера. Но у меня приказ перекрыть периметр. Вам придется выйти за границу контрольной зоны.

– Конечно, старший пятерки. – Лера поспешно направилась по коридору. Ее комнаты располагались дальше по коридору, за зоной объявленной закрытой. Но получив вызов от императрицы, послушно прошла мимо своих дверей.

Старший пятерки недоуменно осмотрелся и кивнул на полуоткрытую дверь напротив гостевой принцессы.

– Обустраиваемся. Все как на тренировках. Жейран, за тобой оборудование. Переключай все показания на нас. Выход сигналов наружу закрыть.

– Ты уверен? Что-то мне все это не нравится. Может, связаться с командованием?

– Красный код от объекта номер один, да еще от имени тактика. Тебе это что-нибудь говорит? – Старший криво улыбнулся. Скрывать свое напряжение перед друзьями он не счел нужным. – Не знаю, что там случилось, но сейчас ясно одно. Подчиняемся только инструкциям ее высочества и нашему тактику.

– Думаешь, опять покушение? – Жейран уже активировал свой браслет и взялся за принесенные с собой чемоданы с оборудованием. Взглядом он проводил спины остальных, направившихся в первый обход подконтрольной территории.

– Возможно. – Риттл только пожал плечами. – Сам знаешь. В таких условиях на связь я могу выйти только после полного перекрытия подступов. Так что чем скорее все сделаем, тем быстрее все узнаем.

Адила нервно прошла к стационарному телепорту в своих покоях. Но код вызова гостиной дочери не откликнулся. Повтор также ничего не дал. Она снова вернулась в кабинет. Иллис заблокировала даже свой браслет. Майя сделала это еще раньше. Стационарная связь откликнулась как-то неохотно. Камеры работали только в гостиной и только те, что располагались под потолком.

Одновременно прошел вызов от бойца пятерки теней. Адила ответила автоматически.

– Ваше величество, здесь курсант Риттл, старший личной учебной пятерки тактика Майи. Получил приказ от ее высочества без подтверждения тактиком занять ближний внешний периметр в покоях принцессы и принять на себя полный контроль, включая телеметрию внутренней охраны. Доступ в покои ее высочества закрыт, в том числе и для вас. Прошу прощения, но у меня инструкция вплоть до применения оружия.

Адила несколько секунд обдумывала сказанное. По поводу закрытия доступов она уже поняла. Димиру и Киру парень скорее всего уже сделал доклад. А с нею связался для объяснений, увидев ее попытки прохода. На связи появился встревоженный Индерский. Он нервно покосился на ожидающего ответа курсанта.

– Адила, ситуация критическая. Я потом все объясню. Но Иллисия в очень большой опасности. У вас с Димиром есть возможность обойти ее запреты? Необходимо перебросить боевую пятерку для эвакуации принцессы.

Изображение лица старшего пятерки, при последнем предложении врача, на глазах насупилось и упрямо сжало губы.

Рядом уже высвечивался мрачный Димир.

– Насколько все серьезно?

– Практически без шансов, – развел руками Макс. – Мне неизвестны случаи снятия этого блока. Считается, что он дает стопроцентный результат. По крайней мере, в части самоуничтожения носителя.

– Один раз я уже пыталась действовать вопреки воле моей дочери и едва не потеряла право называться ее матерью. Не говоря уж обо всем, что потом последовало, – медленно проговорила Адила. – Кроме того, Иллис уже пробудилась. Макс, ты хочешь залить кровью всю гостиную? Она добровольно не уйдет от своей подруги.

– Можно попробовать газ, но на это потребуется время. Другого выхода я не вижу.

– Нет, – резко прервала Адила. – Старший, выполнять полученные инструкции.

– При попытке проникновения в санитарную зону и, тем более, взлома щита задерживать любого, – резко добавил Димир. – Подчинение в соответствии с указанием моей дочери. Связь только в исключительных случаях со мной или моей супругой, до особых указаний.

– Принято, ваше величество. – Еще больше помрачневший курсант исчез из кабинета.

Жейран растерянно смотрел на старшего. Остальные тоже ждали его слов.

– Похоже, поддержки мы долго не дождемся, – подвел грустные итоги парень после только что оконченного сеанса связи. – Что у нас с питанием?

– Стандартный сублимированный набор, – отчитался Жейран. – На двое суток.

– Надо позаботиться о воде, пока она еще подается. И растяни рацион в два раза.

– Принято, – кивнул Жейран. – На входе я заметил индикатор ядов. Похоже, им давно не пользовались. Надо бы сюда притащить. У меня есть несколько внешних рецепторов. Поставим над входом в гостиную. Получится еще один сканер. Да и воду заодно проверим.

– Хорошая идея. Эльвиш, займись.

– Принято.

Цера тревожно осмотрелась. В кабинете кроме нее и Адилы оставались только Димир с Виртом, да еще Кир.

Кир уже несколько минут делал доклад о происходящем во дворце, когда сюда же прошла Лера.

Прибыв в крыло Адилы по вызову, она какое-то время провела в комнатах, отведенных для близнецов. В общем-то в ее присутствии необходимости не было. Из чего Лера пришла к выводу, что ее просто решили не отпускать на нижние этажи и не оставлять в зоне действия пятерки Майи. Имея слишком жесткие инструкции, они были вынуждены реагировать на любое движение поблизости от охранного периметра.

Она хоть и удивилась, что оказалась на таком закрытом совещании, но послушно замерла в сторонке, внимательно слушая докладчика.

События во дворце разворачивались подобно цепной реакции. Катализатором для нее послужили слухи о вскрытии тайника.

– Таким образом, на данный момент пробудились двое спящих из числа слуг. Из тех, кого Макс попросил не трогать, а обеспечить наблюдение.

– Все правильно. – Макс кивнул головой. – Мнемику нужен прямой контакт для внеплановой активации блоков. Был шанс выйти на него в этот момент. Так что было важно обеспечить наблюдение за ними, да и за новыми спящими.

– К сожалению, слухи о вскрытии тайника сработали в качестве кода. Возможно, так и было задумано. – Вздохнул Кир.

– Были новые спящие? – Димир смотрел на докладчика, не отводя взгляда.

– Да, я докладывал тебе о них. Двое из слуг, допущенных на жилые этажи. Они постоянно проживают в городе. Еще один из охраны дворца. Всего трое. Было подозрение еще у двоих, из прислуги на нижних этажах. Все они поступили еще до покушения и оставлены под наблюдением. После покушения поставки спящих прекратились полностью.

– Изменения в поведении у всех? – Димир не вдавался в подробности действительно уже обсуждаемой темы. Только уточнял детали возможных изменений.

– Да, – Кир снова кивнул. – Целенаправленные действия, обычно с использованием своего положения. Установка на уничтожение Майи. К сожалению, нашелся еще один.

– Выявить возможно только при наличии мнемовоздействий, – снова вмешался Макс. – Один из дворовых слуг оказался сторонником графа Торленди. Служащих и рабочих двора проверяли по обычной процедуре. Этот ничем себя не проявлял. Но, по его словам, он имел инструкции именно на сработку блоков у спящих.

– Какие именно? – Димир продолжал сохранять спокойствие.

– Яд. Он хранил компоненты яда, безобидные по отдельности. В случае пробуждения слуг он должен был заложить дозы в заранее оговоренные места и убедиться, что пробужденные их оттуда взяли. К сожалению, его вычислили при передаче сообщения в открытую сеть.

– Кто-нибудь пострадал?

– Похоже, один из пятерки Майи. – Кир отвел глаза. – Парень глотнул прямо из-под крана, чтобы не терять времени. Риттл вызвал медиков и передал пострадавшего на входе. Больше никого. Ввод порошка был произведен только в систему крыла ее высочества.

– Ваше величество, я прошу согласия на прохождение полного сканирования личности по ускоренной схеме, – раздался голос со стороны Леры. Она смотрела на Димира даже с вызовом.

– В этом нет необходимости. – Адила резко развернулась к ней. – Мы доверяем тебе.

– Есть. – Лера только голову наклонила, избегая встречаться с нею взглядом. – Если есть возможность обойти мнемозащиту, значит, под подозрением все, кто не проходил контроля. Это поняла и Иллис, раз смогла довериться только личной пятерке Майи. Ведь они проходят регулярное сканирование по стандартной процедуре, а возможно и углубленное. Ведь так? – Лера дождалась согласного кивка Кира. – Лорд-мастер и ваша первая фрейлина проходили эту процедуру сразу после покушения и не нуждаются в повторе. А я избежала этого. Я благодарю вас за доверие, но считаю, что не должно быть никаких сомнений. Причем не только у вас, но и у Майи, когда она очнется.

Лера даже не допускала мысли, что с ее подопечной может произойти что-то иное. Ну не укладывалось у нее в голове, что после всего пережитого Майя так легко погибнет, а Иллис ей позволит это сделать.

– Я даю согласие, – кивнул Димир и обернулся к Адиле. – Какое-то время нам придется действовать ограниченными силами. Наши советы тоже придется проверить. Часть из них проходили стандартную процедуру контроля.

Глава 5

Лютик, возвращение

Изображение босоножек, выведенное Виттором над столом, вызвало эффект как от удара по голове. У этого устройства было другое, официальное название. Но спутник Иллис использовал обиходное выражение, используемое теми, кто любил такие игры. И это оказалось последней каплей.

«Эти босоножки давно считаются уничтоженными, а в Запретных списках они имеют совсем другое название, да и изображена там не эта модель, хоть и похожая. Эта модель уцелела всего в пяти экземплярах и все они у меня. – Ехидный голос буквально врезался в уши, заглушая все звуки вокруг. – Смотри внимательнее. Вид этой модели и наше их название станет ключом к твоему концу».

Воспоминания буквально захлестнули ее. Крики, боль, все, что происходило в детстве, поглощало сознание с чудовищной скоростью. Она с трудом вынырнула из их пучины. Но только для того, чтобы осознать, насколько далеко она сейчас от этих людей, которых начала считать своими друзьями. Они наверняка вернутся к тому входу, чтобы разобраться, что ее там так напугало. И найдут записи. Граф и его подручные любили записывать свои развлечения. Графу это было еще нужно для развития своего дара мнемика. И когда они увидят, что ее сломали, у нее больше не останется друзей. Нужно уходить сейчас, чтобы не видеть их реакции.

Стараясь держать себя в руках, она нашла в себе силы спокойно попрощаться и даже что-то ответить вернувшейся Иллис. Но идти к себе по коридорам дворца было уже выше ее сил. Лучше воспользоваться телепортом. Все равно теперь он больше не потребуется. Можно было бы использовать его по-другому и покончить со всем сразу. Но где-то во сне еще оставался ее дом и родители. Там был Лютик, он знал все и заслуживал, чтобы она с ним попрощалась.

Умом, где-то на грани сознания, Майя понимала, что это не ее мысли, что она так не может думать.

«Мнемоблоки этого типа заставляют носителя отгораживаться ото всего, что может быть тебе дорого в этой жизни. Навязывают страх, отчаяние и желание избавиться от всего раз и навсегда и самым кардинальным образом. А главное, крайнюю степень агрессии на все, что будет пытаться мешать тебе это сделать, – зазвучал где-то на краю сознания голос деда. – Здесь мы тебе ничем не сможем помочь. Удар будет сильным. Единственный совет, это постараться максимально контролировать свои эмоции, вызвать хорошие воспоминания, как бы это ни было трудно. Иначе ты станешь угрозой для всех, кто стал тебе дорог. Я заложу этот разговор как можно ближе, на случай запуска блока и буду надоедать тебе, сколько смогу. Граф Индерский один из лучших специалистов в этой области, он будет заниматься с тобой самоконтролем. Надеюсь, когда придет время, это поможет».

Майя судорожно сглотнула и попыталась вспомнить все, чему ее учил Макс. Но сопротивляться натиску становилось все труднее. Выставленные им с таким трудом барьеры рушились, как картонные коробки под сильным ветром. А зов деда становился все менее различим на фоне поглощающих воспоминаний.

На выходе из телепорта она столкнулась с удивленными взглядами Леры и служанок, приводивших гостиную в порядок.

– Уходите. Все. – Сдавленный голос показался чужим.

Реакция замявшихся девушек вызвала раздражение. А попытка старшей служанки приблизиться и вовсе привела в бешенство. Тихой дрожью на эмоции отозвался сенсконтроль силового меча, следом предупреждающе вспыхнули индикаторы в рукоятках ножей, оставленных в стойке. Сбежавшие дуры-служанки и явный испуг Леры принес нелогичное удовлетворение. Это позволило оставить оружие на месте и забыть обо всем не важном.

Больше уже не обращая ни на что внимания, она прошла к себе и аккуратно прилегла на кровать. Вот так хорошо, можно забыть обо всем, свернуться калачиком и пройти к себе домой. Там никто не будет смеяться или презирать ее. Они это не умеют делать. А потом будет можно уйти за грань не просыпаясь. А если кто приблизится, есть меч и ножи. Они остановят, достаточно поставить команду.

Рваные клочья тумана расползались в стороны. Знакомый, родной дом эффектно смотрелся на фоне багряных всполохов. Но дойти до него не было возможности. Сломанная мальчишеская фигурка валялась прямо на тропинке, ведущей к крыльцу. А вокруг клубился туман, в котором пропало все, что восстановилось за этот год.

Темная пелена в глазах резко отступила от пронзительной и подзабытой боли в ногах. Она сверлом прошла через все тело и рассыпалась в голове, не дав даже закричать.

Судорожно всхлипнув, Майя нагнула голову, но только для того, чтобы увидеть так надоевшие за время своих кошмаров босоножки, вдруг ставшие явью.

– Ты оказалась не такой крепкой, как казалось. Твой братец расплатился за это.

Мужчина весело рассмеялся. Тонкий зеленый лучик от перстня на пальце его правой руки кольнул глаз. Майя, не раздумывая, сжала появившуюся рукоятку меча и попыталась ударить. Но цель исчезла, чтобы разразиться смехом где-то сзади. Новое движение, мелькнувшая тень и новый смех. В какой-то момент ноги от нестерпимой боли резко свело судорогой. И получив толчок в спину, она упала ничком.

– Бездна. Ты что творишь? – прозвучало прямо над ухом.

Вслед за этим злорадный мужской смех сменился вскриком. А над головой просвистел клинок.

Подняв голову, сквозь слезы Майя увидела свою напарницу. Зло отрезав клинком изрядный шмат вязкого тумана, она обернулась к ней.

– Вылезай, надо поговорить.

– Зачем, уходи. Я его хоть здесь достану.

– Поторопись, Майка, мне самой здесь не справиться, вылезай оттуда. – Больше не разговаривая, Иллис вернулась к своему занятию, и новый кусок подступающего тумана растворился в воздухе.

Адила не находила себе места. Она выслушивала короткие отчеты, что-то отвечала. Чисто механически дала добро на переход мужа, который тут же задействовал щиты ее покоев и перевел все управление в этот кабинет. Вирт оставался в своих покоях, так же под щитами и прикрытием единственной пятерки своих друзей. С родителями он оставался на связи и принимал активное участие в действиях отца. Но все это было как-то на втором плане. Главным для нее оставалась голографическая картинка, в которой на кровати, свернувшись калачиком, лежала девочка. И сидящая перед ней на корточках дочь.

Иллис непрерывно пыталась растормошить Майю. То трясла за плечи, то обхватывала голову, заглядывала в лицо и непрерывно звала. В какой-то момент у лежащей девочки начались судороги. Адила слышала, что такое бывает у нее. Но до сих пор как-то не доводилось видеть. Иллис тихо ругнулась и поспешно потянулась к ногам. Но судороги повторялись с завидным постоянством.

– Это крайне опасно. Теперь, когда блок сработал, можно со всей уверенностью сказать, что Майе был поставлен скорпион.

Адила покосилась на подошедших Церу и Макса.

Индерский тяжело вздохнул и поспешно воспользовался молчанием императрицы.

– Адила, у Майи все признаки скорпиона. Это очень опасно.

– Ты это только сейчас выявил? – с сарказмом поинтересовалась та.

– К сожалению, такие блоки определяются только после активации. В спящем состоянии они все на одно лицо. А методы снятия совершенно разные. Я надеялся, что это что-то другое.

– Можешь пояснить подробнее?

– Существует отдельная группа всего из пяти блоков, разработанных еще до времен мнемовойн. Их часто использовали в качестве скрытой казни. Четыре из них приводят к немедленной смерти и отличаются только способом. Один вызывает запредельные судороги в шейном отделе, вплоть до перелома позвонков. Другой…

– Я так понимаю, ты пытаешься сказать о пятом. Макс, у меня нет времени на лекцию. – Адила нетерпеливо повела плечами.

– Да, конечно. Скорпион в этой группе стоит особняком. Его использовали для контроля людей. Срабатывает на заранее запрограммированное событие, например картинку или фразу. При активации развивается депрессивное состояние с навязчивым желанием уйти за грань. Практически полностью подавляется инстинкт самосохранения, для чего активно используются реальные образы из памяти, с негативным оттенком. Человек просто впадает в отчаяние и уходит в себя. Очень быстро наступает состояние, при котором запускаются процессы гормональных вбросов, и внутренние органы идут вразнос. Жертва испытывает сильнейшие боли, но не предпринимает никаких мер к избавлению от них. Очень мучительная смерть наступает через несколько часов.

Адила судорожно сглотнула, пытаясь представить сказанное.

– Ты сказал, что это опасно для Иллис?

– В этом и есть отличие от остальных. – Индерский вздохнул. – Процесс замедленный. Жертва приходит в себя только урывками. Но контакт с внешним миром все же возможен. Поэтому в него заложен особый предохранитель. Жертва с крайней агрессивностью бессознательно относится ко всем, кто оказывается в непосредственной близости и пытается отвлечь от развивающейся агонии. При этом она сохраняет все свои навыки. Учитывая подготовку Майи, ваша дочь находится в большой опасности. Во времена мнемовойн таким образом было организовано несколько покушений на известных людей.

– Ты можешь снять блок?

– Мне не известны случаи, когда это вообще кому-то удалось. Считается, что блок дает стопроцентный результат.

– Иллис, ты слышала? – Адила обернулась к экрану.

Принцесса продолжала осторожно гладить волосы лежащей подруги и что-то нашептывать ей в ухо.

– Слышала. Плевать. В этот раз я ее никому не отдам. И не лезьте сюда. – Отмахнулась та от матери.

Адила тревожно переглянулась с мужем. Но тот только отвел глаза. Прорываться в покои дочери силой он тоже считал бессмысленным. В конце концов, вся защита покоев делалась именно для обороны под контролем владельца. И Иллис имела неплохую подготовку в этом вопросе.

А принцесса вообще ни на что не обращала внимания. На всякий случай она выставила дополнительный щит напротив телепорта, чтоб даже если родители решат пройти, то недалеко.

При виде бледнеющего лица подруги ее все больше охватывало отчаяние. Разозлившись, она снова зло затрясла ее за плечо.

– Майка, вылезай оттуда, мне самой здесь не справиться. Надо поговорить.

Майя судорожно всхлипнула. Ее личико исказилось от злости. Где-то за спиной раздался предупреждающий сигнал запуска силовых ножей. Иллис только сердито покосилась на два лезвия с синими индикаторами, скользнувших к ней от стойки и угрожающе замерших на расстоянии вытянутой руки. Тихо взвизгнул сигнал опасности, поданный ЭДИ. Но Иллис снова только отмахнулась.

– Ты слышишь? Нам надо поговорить. Я не продержусь тут долго без тебя.

Несколько мгновений ничего не происходило. Потом оружие вдруг выключилось, и рукоятки глухо стукнулись о пол.

Тоскливый взгляд подруги заставил Иллис вздрогнуть. Но все-таки это был первый результат за столько часов, казалось бы, бессмысленной борьбы.

– Наконец-то! – обрадовалась она.

Открыв глаза, Майя встретилась взглядом со своей сердитой подругой. Принцесса сидела на корточках и, удерживая ее голову за виски, в упор смотрела в глаза.

– Наконец-то. Сестренка, ты чего удумала? Уже утро, а ты никак не откликаешься.

– Сестренка? – Майя горько усмехнулась. – Они убили Лютика. А потом сломали меня. Ты ведь все видела? Зачем тебе сломанная кукла, ползающая на коленях, вместо сестренки?

Иллис недоуменно нахмурилась. Что-то сообразив, зло выругалась и сильнее сжала ладони на висках начавшей закрывать глаза Майи.

– Ты про ролик, что ли? Да кто вообще выстоит на ногах в этом? Твой брат бы гордился, что ты продержалась ради него столько!

– Но недостаточно. А потом я ползала перед ними и умоляла, просила, чтобы они хоть как-то его вернули.

– Да я за своих братиков еще ноги бы им вылизала. Что за чушь ты несешь? Решила вот так просто уйти? А как же Лютик? На меня одну оставишь? Нет, я, конечно, могу притащить эту тварь к местечку, где развею твой прах, и прирезать по-тихому. Но может, лучше самой?

– Кто позволит бывшей рабыне вызвать родича императора в круг равных? – Майя снова горько усмехнулась, пытаясь перебороть волну отчаяния. – Совет аристократов легко отклонит вызов без всякого ущерба для его чести.

Руки Иллис еле заметно дрогнули.

– Кто? Ты можешь сказать? – тихим голосом задала она вопрос, зло сузив глаза.

– Граф Контрийский, провинция Ринсия, – с горькой иронией откликнулась Майя. – У него еще перстень фамильный, с изумрудом. Довольна?

– Я лично вызову его и отдам тебе в круге равных, – не обращая внимания на враждебный тон, заверила Иллис. – Замену он выставить не сможет. Делай с ним все, что захочешь. А если решишь обуть его в эту гадость, надеюсь, позволишь мне его подержать. Нашла родственничка!

– Не позволят, я…

– Это не ты. Это работает блок мнемика. Ты только сломай его, а потом мы разберемся с этой тварью. Будь он трижды моим родичем, а не седьмая вода на киселе.

Майя на мгновение замерла, недоверчиво глядя на подругу. Затем вдруг резко перехватила ее за плечи и сильно сжала. Та даже не поморщилась.

– Ты правда это сделаешь для меня? – с какой-то горячечной надеждой спросила она.

«Вирт, выдвигаешься в провинцию Ринсию, – донесся по связи голос отца. – Туда направляются две сотни теней из тех, что прошли полное мнемосканирование еще во время покушения. Больше, извини, выделить пока не смогу. Полковник Раскалов опытный командир и, если потребуется, сможет провести штурм замка. А вот для разборок с графом в его отрядах у него не хватает титулов. Так что он командует, а ты поддерживаешь его своим статусом».

«Принято».

– Вирт, тебя, кажется, к этому «родичу» в гости направляют, – вместо ответа подруге позвала принцесса. – Все слышал?

– Да, сестренка. Сделаю, что смогу. Эту тварь доставлю живой, постараюсь целой. Но если что, подлечим перед поединком. За остальных, кого найдем, не ручаюсь. Там сейчас две сотни бойцов, из тех, кто сами настояли на полном сканировании после покушения. И они очень хорошо теперь знают, кого надо благодарить за такое удовольствие.

– Все равно. Достань этого «родича».

– С удовольствием. И если что, я сам бы обувку подал.

– Слышала? – обратилась Иллис к молчащей Майе. – Я могу поклясться, что эта тварь будет только твоей, пока сама не решишь обратного.

– Не надо. Но смотри, ты обещала, а я слышала. – Майя еще сильнее сдавила плечи принцессы.

– Мы все это слышали. И я выступаю гарантом словам Иллис, – раздался по связи тихий голос Адилы.

– Ну, тогда держи меня крепче, сестричка, и не отпускай. – Майя все же закрыла глаза и выпустила плечи подруги.

Холодная жухлая трава колюче ткнулась в щеку. Майя поспешно подняла голову и обернулась на свистящие звуки. Иллис стояла в шаге от нее и все так же устало отбивалась от лоскутов подступающего тумана, ставшего за время ее отсутствия почти черным. В сгущающихся сумерках еще можно было различить дом родителей и скорченную фигурку мальчика.

– Подвинься, моя очередь. – Майя встала рядом с фантомом подруги, но та только фыркнула, неопределенно мотнув головой в сторону.

– Тебя тут поклонник заждался. Со мной драться не хочет. А это мне оставь.

Еще один отрезанный клок тумана растворился, не долетев до травы. Откуда-то сбоку выступила темная мужская фигура с изумрудно-зеленым пальцем. Его узнаваемое лицо исказилось в злобной гримасе.

– Ну, вот мы и встретились, как ты и хотела, около трупа твоего братца. Вы двое за это время достали меня своим упрямством. Но ничего, быстро сдохнуть я тебе не дам.

Звон металла показался оглушительным. Майя отступила, не удержав клинком удар противника. И почти тут же ощутила знакомые лопатки своей боевой пары. Начинался знакомый, хорошо отработанный парный танец. А остальное, конечно, вернется потом. Но сейчас главное этот танец и бой, который надо обязательно выиграть. Ведь она пообещала вернуться. Ради того, чтобы поквитаться, это стоило сделать.

Адила молчала, наблюдая, как ее дочь пытается удержать на кровати судорожно выгнутое тело девочки. Майя судорожно всхлипывала, стонала.

Сразу после перехода его встретил полковник Раскалов. И хоть и в вежливой, но все же настойчивой форме попросил воздержаться от поспешных действий. Впрочем, не указывая прямо о полученном от отца разделении полномочий.

Вместо этого он устроил что-то вроде совещания. А на деле постарался отвлечь венценосного курсанта, чтобы тот не светился среди бойцов. Это могло отвлечь их от подготовки, да и распустить слух о его прибытии раньше времени. Но это он понял позже. А тогда внимательно слушал доклад командира когорты теней.

– Застава оборудована многоуровневой силовой защитой. Ее основой, естественно, является постоянно действующий силовой щит полной напитки, запирающий раскол. К счастью, его конфигурация неуправляема, – начал объяснения полковник, развернув над столом голографическую карту местности. – Так что для нас он опасности не представляет. Второй уровень – это силовой щит управляемой конфигурации. Перекрывает весь перевал и отсекает долину от раскола. Вогнутый, создает нечто вроде козырька над расколом, с тем, чтобы принудить летающих тварей двигаться в нужном направлении. Предназначен для задания движения волны, в случае прорыва основного щита. Он работает в качестве отбойника и принуждает тварей двигаться в единственном свободном направлении, в сторону от долины. Имеет управляемый контур проникновения для глайдеров, нижняя граница которого расположена на высоте трех метров. Проход в пешем порядке отсутствует. Уровень напитки до четырех. Имеет собственные накопители, рассчитанные на обеспечение работы генераторов минимум в течение месяца. При необходимости, возможна вторая позиция щита, по линии минимального расстояния между естественными скальными барьерами.

Полковник провел рукой над столом с картой, показывая линию.

– В этом случае автономного режима хватит месяца на три.

– Но тогда пульт управления окажется вне его защиты, – заметил Вирт.

– Верно, ваше высочество, на этот случай и задействуется третий уровень. Щит полной напитки с минимальным диаметром, который накрывает исключительно операторскую. Также имеет собственный генератор и источники автономного питания. Этих хватит минимум на полгода. К счастью, система обороны предусматривает пересечение всех щитов лицами, введенными в базу как особо доверенные. К таковым относятся представители командования, заранее проверенные офицеры и все члены императорской семьи или их доверенные лица. К сожалению, в моей когорте таких нет.

Вирт задумчиво кивнул. Он уже понял, к чему клонит полковник, и обернулся к Альнару.

– Пойдешь со штурмовым отрядом. В качестве моего представителя. Вводить в базу новых доверенных лиц сейчас нет времени, да и нет уверенности, что до их системы сейчас что-то дойдет. А ты там значишься.

Альнар недоуменно приподнял брови. Известие о таком уровне доступа было сюрпризом. Вирт, заметив недоумение друга, только поморщился.

– После покушения было решено создать независимый список лиц для прохода через личные щиты. У Иллис это Майя и ее пятерка, естественно. У меня вы. В известность не ставились, еще поработать надо.

– Ясно. – Альнар предпочел не обсуждать эту тему.

– Что еще, полковник?

– Кроме многоуровневой силовой защиты, застава оборудована системой эшелонированной обороны, сейчас предназначенной на случай выхода из строя щитов. Эта система создавалась еще во времена до эпохи силовых щитов. В первую очередь, это секторальные лучевые орудия веерного боя. Бьют по площадям в пределах зоны прямой видимости, могут вести огонь как точечным лучом, так и расфокусированным сектором до тридцати градусов. Перекрывают все подступы к заставе, предназначены для борьбы с волной в активной фазе и ограничены только зоной прямой видимости.

Альнар тихо присвистнул.

– А пороховых орудий там случайно нет?

– Семь, – кивнул полковник. – Заставы этого типа, наверно, единственные в Объединенных мирах, где такие орудия не просто сохранились, а поддерживаются в исправном состоянии и с полным боекомплектом. По сути, на заставах около расколов никогда не демонтируют оружие, которое показало хоть какую-то эффективность. Второй вопрос, что пороховые орудия способны вести активный бой в автономном режиме не более двух-трех суток. В зависимости от боезапаса. Зато они эффективны против крупных тварей, которые луч пробивает, только если держать его в одной точке. Для нас более важным является возможность стрельбы навесом, по целям, расположенным в укрытии. Кроме того, снаряды имеют дозвуковую скорость. Щиты глайдеров для них неуязвимы, только потреплют немного. А вот индивидуальные щиты вполне, особенно для осколков.

– Что-то еще? – Вирт невольно поморщился. Описание предстоящего штурма заставы становилось все менее привлекательным.

– В дополнение к пороховым орудиям существует система огнеметов. – Вздохнул полковник. – Предназначены для уничтожения мелких тварей вплоть до выжигания поверхности на глубину до полуметра. Обеспечивают полную санацию территории на случай биологической угрозы. В свое время весь этот комплекс пороховых орудий, огнеметов и огненных полос имел свое собственное название и значился как Выжженная земля.

– Очень точное название. – Хмыкнул Вирт. – Полковник, обрадуйте нас, что все это в нерабочем состоянии.

– Увы. Каким бы ни был граф как человек, но свое дело он знал. Проверки и учения проводились регулярно, в том числе и всех древних систем обороны. Тем более что производство боеприпасов сосредоточено именно в его замке. – Полковник с досадой развел руками. – Полгода назад проведены комплексные контрольные стрельбы в рамках легенды рассинхронизации всех щитов разом. Работу всех интересующих нас систем можно наблюдать по записи.

– И как вы предлагаете штурмовать это двумя пятерками? – Вирт недоуменно рассматривал карту.

– Наземная группа из пяти бойцов скрытно выдвинулась к границе обнаружения радарами. Ближе пока не рискнули. Я придал в поддержку штурмовой группе четырех снайперов. Они выдвинулись на позиции, расположенные на скалах. К счастью, убежище не предназначено для обороны от войн разумных. Поэтому радары не рассчитаны на обнаружение засад. По крайней мере, настолько удаленных. Но первые же выстрелы будут засечены системами наблюдения, замкнутыми на контрольный пульт. Главная задача снайперов не дать операторам поднять щиты в режиме ручного управления. Тогда автоматика примет код и пропустит вашего представителя.

– Это возможно?

– Да. Здесь, к счастью, не бывает холодов. Поэтому операторская представляет собой здание с панорамным обзором. Оба оператора будут хорошо видны снайперам. Так что вывести их из строя вполне реально. Вопрос только, надо или нет.

– Вряд ли они сдадутся. Учитывая вероятность такой же обработки, что и у нападавших во время покушения.

Полковник мрачно кивнул.

– К сожалению, рассчитывать на внезапность не приходится. Из столицы зафиксировано несколько сообщений. Думается, о происходящих во дворце событиях. Прибытие такого количества теней скрыть невозможно. Тем более что графу по положению положено знать о происходящем в этом городе. Так что местные чиновники успели уже ему доложить. Остается только вопрос, за кем и с какими полномочиями мы прибыли. Ваше появление я постарался скрыть, насколько это возможно.

– Думаю, это ненадолго. – Вирт даже не спрашивал, а констатировал факт.

Действия отца, принявшего решение о его отправке в последний момент, становились очевидными.

– В нашем распоряжении не более получаса. – Согласно кивнул полковник и повернулся к двум офицерам, до сих пор хранившим молчание. – Это бойцы местного подразделения теней. Я привлек их в качестве консультантов.

Два человека в форме слаженно приветствовали принца. Тот ответил по уставу, как курсант академии. Что не мог не отметить полковник.

Альнар чисто механически отметил отсутствие оружия и щитов у обоих представленных бойцов. В восторге те не были от своего положения, но и не пытались спорить. Понимая, что при задержаниях такого уровня до полной проверки отстраняются все, кто мог бы иметь контакты с противником. При необходимости такие бойцы привлекались для предоставления информации. Но только под контролем, без оружия и любого вида связи.

– Основные сведения по боеготовности заставы и убежища предоставлены ими. Через них же осуществляется доступ к местной базе данных.

– Ясно. – Вирт только вздохнул. – Как быстро могут поднять щиты на заставе?

– Есть два режима. Автоматический срабатывает при разрушении щита или в случае тревоги, поданной от сканеров или датчиков контроля. Это не наш случай. Люди просто не числятся в базе опасных существ, – начал доклад один из консультантов по кивку полковника. – Но есть и ручной режим. Для его использования требуется код доступа. Им располагает командир заставы. Факт ввода кода запуска ручного режима будет передан сразу на все контрольные пункты, в том числе и в столичный мир. Думаю, офицер не станет этого делать, пока не будет уверен в том, что мы атакуем заставу.

– Кроме того, нет полной уверенности, что они подвергнуты мнемообработке. Все-таки на учения прибывают и мнемики. У графа был риск быть обнаруженным.

– На это не приходится надеяться. – Вирт знаком отпустил Альнара и проводил его напряженным взглядом, но речи не прервал: – Эти блоки при поверхностной проверке воспринимаются как обычная защита. Даже глубокая проверка выявляет их, только если знать, что именно ищешь. Но я с вами согласен, полковник. Внезапности все равно нет, если есть шанс оставить защитников заставы живыми, надо его использовать. Щитами еще надо кому-то управлять и после захвата заставы.

– На этот случай со второй пятеркой пойдет гражданский. Специалист по системам управления силовых генераторов. Я вызвал его от фирмы, поставляющей генераторы и проводящей их эксплуатационное обслуживание.

Вирт послушно развернулся к человеку, на которого показал полковник, и кивнул. Потом перевел взгляд на еще одного благообразного мужчину в возрасте, сделавшего шаг вперед.

– Профессор Ниялейского университета ниэл Ротнири, ваше высочество, – поспешно представился тот.

– Профессор любезно согласился принять участие в штурме заставы. – Уважительный тон полковника в отношении гражданского лица, да еще в пенсионном возрасте, заставил Вирта промолчать в ожидании пояснений.

– Профессор специализируется на мирах Бездны, ваше высочество. Длительное время изучал мир Чистилища, с которым мы и будем иметь дело. Как все эксперты в этой области, он является специалистом по противодействию прорывам через раскол. Профессор Ротнири прибыл к нам с целым багажом на все случаи возможных прорывов. Я очень надеюсь, что эта часть его знаний нам не потребуется и багаж останется не распакованным.

– Да, это очень хорошая надежда, полковник. – Профессор покладисто кивнул. – Но все же лучше, если я буду на месте событий, а не здесь.

– Ваш глайдер ожидает у выхода, профессор. – Согласно кивнул полковник. – У пилота задача держаться вне зоны обстрела. Прибытие на заставу по команде тактика двух пятерок.

Вирт снова вернулся к карте, раскинутой на столе.

– Если такая защита на заставе, что же ожидать от замка?

– Тут все и хуже, и одновременно не так страшно. – Полковник подал знак своим консультантам продолжить доклад.

– Изначально замок строился как база и одновременно последнее убежище, для укрытия уцелевших жителей. На случай прорыва в долину предусматривался отход в зону горных ледников. Для этого была оборудована канатная дорога от замка к вершинам скал. Как правило, волна идет понизу все-таки. С появлением глайдеров в массовом количестве необходимость в ней отпала. Канатку забросили, а позже демонтировали. Но оборудованные убежища в скалах под ледниками до сих пор используются в качестве резервных хранилищ. Со стороны долины туда можно добраться на глайдерах и существует пешая тропа. А убежище имеет тоннельный выход на противоположную сторону хребта. Там склоны более пологие и есть возможность подлета даже грузовым платформам. Появление силовых щитов позволило рассматривать в качестве убежища не только замок, а всю долину целиком. Для защиты от летающих тварей поставили систему силовых щитов, которую обозвали пеной. Тогда еще не умели управлять конфигурацией силового поля. Поэтому сфера с центром в замке выступает в качестве основной. На нее опираются меньшие полусферы от генераторов, расположенных на окружающих скалах. Получатся своеобразный потолок из сфер, опирающийся непосредственно на скалы. Конструкция весьма громоздкая и ненадежная. При повреждении любого из генераторов защита долины разрушается. Напитка щитов не более третьего уровня. Но для крупных неразумных тварей этого достаточно. Глайдер может зависнуть над щитом и просто продавиться через него. Биологической безопасности такой щит, естественно, не обеспечивает. Система действует до сих пор в неизменном виде, так как в последние годы, из-за изменения условий на Чистилище, серьезных прорывов не предполагается. Кроме того, система очень энергоемка и может действовать только при постоянной подпитке от энергонакопителей замка.

– Ясно. Что дальше? – Вирт нетерпеливо передернул плечами, заметив заминку докладчика.

– Сам замок имеет эшелонированную систему пороховых орудий и огнеметов, аналогичную той, что на заставе. Но в отличие от нее, она законсервирована. Замок оборудован мастерскими по производству боеприпасов. И считается, что будет время для их расконсервации. Так что эта часть защиты нам неопасна, по крайней мере в ближайшие часы. Лучевое оружие может доставить хлопот на ближних подступах, если двигаться в пешем строе. Но для глайдеров, даже гражданского типа, со щитами третьего и четвертого уровня, оно не представляют серьезной проблемы. Максимум может временно сбить с курса. К тому же питание дистанционных установок осуществляется также от замка.

– Локальные щиты? – напомнил Вирт.

– Замковые щиты работают в постоянном режиме. К счастью, пять лет назад была проведена реконструкция системы питания генераторов. Собственные накопители законсервированы и, согласно регламенту, обеспечивают двадцать процентов потребности всей обороны замка. Запуск, даже кратковременный, щитов долины, а тем более активация лучевых орудий, сожрет практически всё. Полную напитку щитов накопители замка выдержат не более получаса.

– Это что же, в случае прорыва замок окажется беззащитен?

– Не совсем. – Офицер из местного отделения покачал головой. – Теперь все локальные накопители замкнуты в единую энергетическую систему. На перевале создан аккумулирующий источник, по мощности раза в полтора превосходящий тот, что расположен в замке. Убежище рассчитано все же на волны раскола, и боевые действия с разумными считаются второстепенными. Но даже в последнем случае вывод резервных накопителей за счет сброса энергии с перевала происходит в течение нескольких часов.

– Понятно теперь, почему в первую очередь вы решили захватить заставу, – проворчал Вирт, покосившись на полковника.

– Так точно. Можно было бы все сделать одновременно. Но старт всех глайдеров будет немедленно зафиксирован в замке. Преодолеть хребет смогут только боевые машины. Остальным придется все равно ожидать захвата заставы. Конечно, замок не успеет перекачать все, но время возможной работы щитов будет увеличено. Резервные накопители при полном заполнении рассчитаны на поддержку щитов замка в течение двух месяцев.

– Возможные пути эвакуации? – все же решил уточнить Вирт, хоть и был уверен, что и этот пункт уже рассмотрен без него.

– С этим все проще. – Полковник не сдержал довольной улыбки. – Единственный вариант отхода для глайдеров такого типа это убежище в зоне горных ледников. Естественно, если не считать перевал. От выхода на другой стороне хребта уже возможна эвакуация посредством местного телепорта, стационар которого расположен в городе Кариниск, или глайдерами. Перед переброской когорты была выслана группа в гражданской одежде, в задачу которой входило взятие под контроль стационара телепорта. Часть группы телепортом ушла на хребет и взяла под контроль всю трассу эвакуации. Она хорошо просматривается со склонов.

– Почему нет стационара в самом замке? – недоумевал Вирт.

– Система телепортов первая теряет стабильность работы в момент прорыва, ваше высочество. – Вздохнул опять консультант. – А замок вообще расположен слишком близко к расколу. Так уж сложилось исторически, когда не было этих систем. Да и сейчас телепорты никогда не рассматриваются как вариант эвакуации из убежищ. Даже в эвакопункте это всего лишь точка выхода или входа. Основным остается вариант глайдеров.

– То есть, если я правильно понимаю, вы рассчитываете, что в случае захвата заставы сможете обесточить энергосистему и оставить замок без щитов? – уточнил Вирт

– Щиты замка в полной боевой готовности, – мрачно откликнулся тот. – Как и все старье, они практически не управляемые и сферические. Уровень напитки пятый. По данным наших консультантов, центральная часть замка находится под постоянным прикрытием. Энергии на это не жалеют. Крылья закрываются только на учениях и при проверках. Скорость активации не более пары минут. Так что даже с частичным заполнением накопителей они могут продержаться довольно долго.

– Есть предложения? – Вирт уже представлял, к чему клонит командир, но хотел услышать подтверждение своих догадок.

– До сих пор немного, – признался полковник. – Замковая защита не переводится в ручной режим. Точнее, для этого необходимо подтверждение из центра управления убежищами, расположенного в столице этого мира. А вы, ваше высочество, можете пройти щиты по коду полного доступа. Это одна из причин, по которой я просил прислать сюда кого-то из семьи императора. Сначала было непонятно, как этим воспользоваться, но если ваша пятерка имеет такие же полномочия в качестве личных представителей…

– Я понял. Но в центральный пункт замка нам впятером не прорваться, – заметил Вирт. – Он слишком хорошо защищен.

– Этого не требуется. Достаточно дойти до любой коммуникации с доступом к системам управления. У нас есть оборудование, способное подключиться к ней и запустить вирус. Этот план хорош уже тем, что генераторы уцелеют и могут быть возвращены в строй сразу после захвата замка.

– Как далеко надо пробиться? – Вирт деловито осмотрел выведенную над столом голографию замка.

– В восточном крыле линия связи подходит непосредственно к посадочной площадке. Там раньше располагалась платформа канатной дороги. На площадке предусматривался резервный пульт управления всей обороной замка.

– Значит, восточный, – кивнул Вирт. – Когда выступаем?

– Сейчас. – Полковник выпрямился. – Основные штурмовые группы будут ожидать результата захвата заставы. У нас только шесть боевых глайдеров, способных преодолеть горные хребты. Это всего три десятка человек. Кроме того, они имеют четвертый уровень щитов. В воздухе, тем более после продавливания, машины окажутся легкой мишенью для лучевых орудий. Я решил не рисковать.

– Всего шесть? – удивился Вирт.

– Две выделены для штурма заставы, – пояснил полковник. – Это все, чем располагало местное подразделение. Для обеспечения хоть какой-то внезапности глайдеры из других соседних городов были вызваны только после прибытия сюда и еще не подошли. В крайнем случае ими воспользуются основные силы.

– Принято. – Тяжело вздохнул Вирт.

– Так вот. Ваша пятерка пойдет на отдельном глайдере с задержкой относительно остальных. Атака будет отвлекающим маневром, чтобы противник сосредоточился на обороне других площадок. Задача пилота скрытно подвести машину как можно ближе, имитируя атаку следом за остальными машинами. Посадка будет затруднена. Опередить щиты шансов нет. Так что вашей пятерке придется прыгать, в расчете на то, что автоматика пропустит.

– Принято. Детали, как я понимаю, в полете?

– Точно так, ваше высочество. Но должен заметить, что вам надлежит остаться в моем глайдере.

– Это не обсуждается. Я тактик своей пятерки. – Вирт резко выпрямился.

– Должен заметить, что ваш отец не будет в восторге от вашего участия в штурме, – заметил командир операции. Со своей стороны он выполнил полученные инструкции и даже попытался настоять на них. А то, что принц решил проигнорировать его приказ… Что ж, он не только курсант-тактик теней, но правящий.

Приказ начальства, как бы он не нравился подчиненному, требовалось выполнять. А Вирт все же был его прямым начальником. Его бы воля, он своего тактика вообще не выпустил из виду. Но в чем-то Вирт прав. Перевал был серьезной проблемой, и полковник решил именно так, как было нужно. А присутствие личного представителя принца могло остановить горячие головы. Конечно, если это не обработанные головы бойцов.

Лейтенант на переднем сиденье поддерживал связь со своими людьми. И видимо получив нужные известия, обернулся к нему.

– Четыре снайпера заняли позиции и готовы открыть огонь. На площадке особых движений нет.

Офицер не был обязан докладывать какому-то курсанту. Сработал его статус личного представителя правящего. Но замечание делать было глупо. Лучше поддержать разговор.

– Четыре снайпера?

– Да. Кроме двух штурмовых пятерок, я получил усиление для прикрытия.

– Понятно. Как вы думаете, нам удастся прорваться?

– Если они успеют поднять щиты, вряд ли. Придется идти через горы. А это потеря времени. – Лейтенант досадливо поморщился. Из-за этого перевала ни ему, ни его людям не светило принять участие в штурме замка. А очень хотелось. Металлический привкус во рту после давнего мнемосканирования нет-нет да появлялся до сих пор.

Сейчас его пятерка открыто выдвигалась к заставе. А вторая уже располагалась на границе обнаружения радарами и готовилась к началу штурма.

– На площадке расположена операторская для управления щитами. Это здание с панорамными окнами кругового обзора, – тем временем продолжил офицер. Все равно пока делать нечего. – Бойцы обычно дежурят по двое. Всего две пары плюс начальник заставы. Так что нам противостоит пять человек. Постоянно действует только щит, закрывающий раскол.

– Это понятно. – Альнар вздохнул, услышав уже знакомую информацию. – Снайперы видят операторов?

– Да, вполне отчетливо, – кивнул офицер, предварительно справившись по связи. – Пока резервные генераторы не запущены.

– Успеть бы, – пробормотал Альнар, наблюдая, как цель полета появляется после очередного поворота.

И безо всякого предупреждения оттуда что-то сверкнуло. Щит выдержал прямой удар луча, но машина ощутимо вздрогнула.

– Застава, прекратить огонь. Вы ведете огонь по глайдерам когорты теней императора. На борту личный представитель его высочества Альнар, высылаю коды опознания.

Торопливый говор офицера привел к обратному эффекту. Следующий залп был сразу по обоим глайдерам и заставил их сбиться с курса.

– Да что они творят? – возмутился офицер. – Луч не может пробить щиты даже гражданских глайдеров!

– У них логика сейчас подчинена приказу защищать перевал. – Альнар досадливо поморщился. – Больше уже ждать нечего. Убирайте операторов и никого не подпускать к пульту ручного управления щитами. Еще не хватало остаться без защиты перед расколом.

Альнар тоже был сильно раздосадован. Здесь он находился в роли первого лица и свадебного генерала. Так что ощущение собственной ненужности и даже помехи было очень острым. Пилоты вели машины. Офицер руководил боем. Два бойца деловито готовились прикрывать посадку, когда щиты будут сняты. В общем, все были при деле. Кроме него.

Снайперы успели снять операторов. Но командир заставы оказался умнее, чем хотелось бы. Он не стал прорываться к пультам управления щитами с уцелевшей сменой. Поняв, что это бесполезно, перенаправил двоих к установкам лучевой обороны. Какими бы эти бойцы ни были людьми, но их командир свое дело знал хорошо. И оборудование, вот уже полторы сотни лет задействовавшееся исключительно на выездных проверках, увы, оказалось не только в исправном состоянии, но и в полной боеготовности. Снайперы не успели. Или промахнулись. Одно из орудий заговорило. Луч, рассчитанный не на точечный выстрел по конкретной цели, а на прореживание тварей, идущих сплошной стеной широкой полосой, лег на небольшую скалу.

Вскрик бойца прервался на первом же звуке. Второй выстрел накрыл площадку на скале справа. К счастью, уже пустую, и задел второй глайдер. Удар пришелся сбоку и заставил резко отклониться в сторону. К счастью, уцелевший снайпер сумел уложить стрелка. А дальше глайдер уже пошел на посадку. Альнар выскочил из машины, когда все уже было кончено. Лейтенант четко выполнил полученные от командования инструкции и не собирался зря подвергать опасности личного представителя принца, что бы этот курсант о себе ни думал.

Командир заставы оставался жив еще после захвата орудий. И вместо того, чтобы сдаться, принял свой последний бой. Альнар только со злостью сжал зубы, разглядывая его тело. Еще один счет для предъявления пресловутому мнемику. Из-за его развлечений тут полегли бойцы в совершенно бессмысленной схватке. Не известно, что это были за люди, но свой долг, как они его понимали, выполнили до конца.

– Тактику от старшего. Цель под контролем, – коротко доложил он Вирту. – У нас минус один.

– Принято. Принять глайдер со специалистами. Твоя задача прежняя. Пройти под купол и передать им управление, – донеслось в ответ.

– Принял. – Альнар мрачно двинулся к мутной занавеси щита, развернутого над операторской.

Он внимательно осматривал помещение заставы.

– Они даже камеры от щитов отвернули. – Прибывший гражданский показывал на пустой экран, привлекая внимание тактика штурмового отряда. Тот молча посторонился, подпуская к пульту Альнара. Хоть и стажер, но личный представитель принца. И не из тех, кто долго раздумывает над решениями, как выяснилось.

Боец тем временем начал крутить верньер на пульте, возвращая камеру визуального наблюдения в положение, из которого можно видеть раскол и часть щита, его закрывающего.

– Наверно, чтобы проверяющие не сильно беспокоились, когда подается сигнал тревоги. Проверили, все спокойно, есть ложное срабатывание. А датчики реагируют только на серьезный прорыв, – тем временем пояснял парень. – Такое нарушение часто случается на таких заставах. Что за?..

На экране неспешно высветился овал раскола и закрытого легкой дымкой стационарного щита полной напитки. Изнутри, по стене щита стекали капли дождя, занесенного порывом ветра с той стороны. Стекая вниз, они смывали полоску чего-то красного, под которой лежала какая-то бесформенная фигура. Новый жгут чужого дождя ударил прямо над нею. Тело дернулось и не осталось на месте, человек только вскинул голую руку, пытаясь закрыть голову.

– Щит снять. Рит и Варин, вынести тело. – Тактик не стал дожидаться реакции представителя принца и уже через несколько секунд отдал следующую команду: – Оператор, восстановление щита.

Альнару и тактику штурмовой группы было хорошо видно, как два бойца поспешно волокут пострадавшего в помещение. Но выскочивший им наперерез профессор заставил остановиться и не подпустил любопытных ближе. На время осмотра и проверки какими-то своими коробками ушло всего несколько минут. И только после этого раненого внесли в комнату.

– Угрозы биозаражения нет. Угроза отсутствует, – кратко доложил профессор. – Но у пострадавшего нет живого места на теле.

Перед Альнаром лежал почти голый мальчишка, все тело которого было изъедено мелкими язвами. Лицо отекло настолько, что можно было рассмотреть разве что губы и щелочки глаз.

– Они что, посадили мальчишку под щит? – Профессор растерянно осмотрел столпившихся бойцов.

– У него ошейник. Наверно, сбежал, – протянул кто-то неуверенно.

Заметив, что парень очнулся, Альнар осторожно наклонился так, чтобы мальчик смог разглядеть его лицо. И только поморщился, видя, как мальчишка напрягся. Не в испуге, а как будто готовился сопротивляться. Это ему напомнило кое-кого.

– Он живой? – недоуменно поинтересовался кто-то.

– Вроде шевелится, глаза даже открыл, – зашептал кто-то поближе.

– Паренек, тебя как зовут? Ты вообще кто? – Альнар старался говорить, не повышая голоса.

– Видать, из беглых. Смотри, на нем не простой ошейник раба. Хозяин на нем не экономил, видать, – снова послышался голос какого-то бойца. – Странный какой-то ошейник. Под полем, что ли? Как же тут его снимать?

Альнар обратил наконец-то внимание на то, о чем говорил боец, пытавшийся помочь профессору. Тот осторожно пытался прощупать тускло поблескивавшую полоску на шее мальчишки. При этом оттягивал ее, чтобы можно было тампоном протереть под ним. А ВОТ такое он уже видел.

– Отставить. Ошейник не снимать, – остановил он действия бойца.

– Но как же? – тот недоуменно поднял глаза. – Надо же под ним все сделать.

– Это предмет из Запретного списка, – пояснил Альнар сразу для всех. – Если неправильно отключить ошейник, носитель погибнет. Снимается специальным ключом, который еще изготовить надо.

– Вы уже с такими встречались? – Командир штурмового отряда подал знак бойцу, чтобы он продолжил помогать профессору.

– Да, такой был на моей знакомой, – не вдаваясь в подробности, кивнул Альнар и снова наклонился над парнем.

– Слышь, малец, если не можешь отвечать, просто закрой и открой глаза, в знак того, что ты понимаешь меня. – Альнар выждал, пока веки медленно опустятся. – Отлично! Я, курсант-стажер академии теней, старший боевой пятерки его высочества и его личный представитель Альнар.

Несколько мгновений казалось, что мальчишка ничего не ответит. Но он открыл рот, точнее то, что сейчас должно было бы им быть.

– Тени?

– Да. Я из бойцов теней, – подтвердил Альнар, отбрасывая все остальное.

– Я знаю капитана Дролнова, – последовал странный ответ.

– Кого? – Альнар недоуменно посмотрел на тактика отряда.

Тот переглянулся с остальными бойцами и пожал плечами.

– Похоже, бредит мальчонка. Список местного отделения всего полтора десятка человек. Там такого нет. Его бы к медикам.

– О, нашел! – Оператор от пульта радостно ткнул пальцем в строчку на экране. – По идентификатору ошейника. Было сообщение почти две недели назад. Зовут Бегунок, хм, странная кличка. Личный раб графа. Сбежал из замка. При побеге напал сразу на двух аристократов, один из которых ранен, второй убит. Похищение грузовой платформы. В общем, приказ поймать и доставить в замок.

– До замка ближе всего, – заметил профессор. – И там есть нормальный стационар.

– Грузите на глайдер. Со мной полетит до замка, – решил Альнар.

Он опустил взгляд и невольно вздрогнул, увидев в глазах мальчишки обреченность и какое-то презрение. Но это исчезло настолько быстро, что он решил, будто это ему показалось.

– Ничего, парень, – нарочито бодро обратился он к раненому. – В замке тебя подлечат.

В глазах мальчишки снова что то промелькнуло, похожее на презрение.

– Я раб его сиятельства. Он будет рад меня увидеть. – Каркающий голос прозвучал негромко, но его услышали все стоящие рядом.

– С сегодняшнего утра ты свободный человек. Это указ императора в отношении всех рабов графа.

Снова мелькнула насмешка, и глаза мальчишки остались пустыми. Он не выразил никаких эмоций. Только прикрыл глаза. Сделанный профессором укол начал действовать.

Посадка на центральную площадку прошла без приключений. Альнар облегченно выбрался из глайдера и проследил, как выносят спящего мальчишку. Повязка, закрывающая лицо, немного сбилась. Впрочем, отек все равно закрывал все лицо.

– Смотри, Бегунка поймали, – раздался неподалеку голос.

Альнар резко обернулся к немолодой женщине, служанке, стоящей рядом с еще несколькими под присмотром бойца теней.

– Вы его знаете?

Женщина поспешно поклонилась, чем заставила парня невольно поморщиться. Сильно же этот граф тут всех выдрессировал, если даже вроде как свободная женщина оказывает ему такие почести.

– Да, ниэл. Это Бегунок. Его так прозвали за частые побеги. Последний раз он сбежал почти две недели назад. Что с ним случилось.

– Поймали на перевале, – кратко ответил Альнар.

– Мимо заставы не пройти, мы его предупреждали. – Вздохнула женщина.

– Его засунули под щит на расколе, – сердито пояснил Альнар.

– Ужас! Что ему будет теперь?

– Не понял? – Альнар даже замер, не закончив разворота.

– Ну как же, он раб его сиятельства. Во время побега напал на леди Альнару, которая скончалась. Покушался на прибывшего с нею барона. Не скажу, что они этого не заслуживают. Но все-таки раб напал на свободного.

– Долговой раб, а не вещь, – недовольно заметил парень. И резко повернувшись, прошел следом за носилками.

Глава 6

Возвращение. Завершение

Вирт зло осмотрелся в коридоре. Раньше в замке этого родича он никогда не бывал. Но сейчас совсем не жалел об этом. Операция по задержанию графа, как отец и предполагал, превратилась в настоящий штурм хорошо укрепленной крепости, защитники которой не собирались сдаваться и сопротивлялись с упорством, внушенным хозяином. Дальний родич не был дураком и постарался обеспечить оборону замка, в надежде, что успеет скрыться. Все блоки у его людей были активированы еще в момент прихода первых сообщений.

Наверно, у него получилось бы уйти, начни он командовать штурмом. Но офицеры когорты теней имели не только стимул добраться до цели. У них был еще богатый боевой опыт. Вирт хоть и с неохотой, но на устроенном импровизированном совещании решил не настаивать на немедленном штурме и дать полковнику вести дело так, как считает нужным. Не произойди этого, графа пришлось бы ловить по всем Объединенным мирам.

Полковник оказался прав даже больше, чем можно было ожидать. Но от этого не было легче. Альнар доложил о полном провале так и не начавшихся переговоров. Защитники заставы дрались до последнего. Так что при захвате пришлось задействовать снайперов. Но хоть удалось вовремя перехватить управление энергосистемой. И граф не смог покинуть замок, понимая, что перевал не пройдет. Зато он смог сохранить контроль над своими людьми до самого конца.

Сейчас Альнар уже докладывал, что на заставе все нормально. Управление взято под контроль. Специалисты проверяют системы и обстановку вокруг щита. Так что скоро старший его пятерки присоединится к ним в замке.

А вот захват замка превратился в настоящий штурм и потребовал полной отдачи сил от всех его участников. Даже ему не удалось избежать схваток в коридорах. Как бы этого ни старались избежать его друзья. И это несмотря на то, что полковник сделал все возможное для прикрытия принца. А он в свою очередь старался не мешаться под ногами у более опытных бойцов. Но свою пятерку пришлось-таки разбить еще больше. Кроме отосланного Альнара, еще двоих пришлось направить в качестве своих представителей с отрядами, бравшими западное крыло замка. Туда отступили последние из защитников. Сам он, по настоянию полковника, остался с основными силами, бравшими центральную часть замка. Его командиру так было спокойнее и проще прикрывать принца. И потом, самого графа видели именно здесь. И полковник стремился сделать все, чтобы арест представителя рода высшей аристократии прошел с соблюдением всех мылимых и немыслимых протоколов. С последним Вирт был согласен. Здесь и сейчас это не важно. Но приходилось думать о дальнейшем. Так что он терпеливо шел с остатком своей пятерки позади выделенных бойцов. Но несколько раз противник выскакивал уж совсем из неожиданных мест. Даже из расположенного на перекрестке мусоропровода вывалились буквально им под ноги. Пришлось отбиваться самим. После этого случая лейтенант, командовавший прикрытием, отдал команду о тотальной зачистке. И теперь бойцы простреливали все щели, какие только могли разглядеть тут. Благо те, кто мог сдаться, уже это сделали. Это замедлило продвижение, но позволило лейтенанту выполнить поставленную задачу. Вирт особо не вмешивался. Наблюдая эту бессмысленную бойню, устроенную мнемиком, он все больше понимал, что выполнить данное сестре и Майе обещание будет непросто. Даже не из-за бойцов, начавших звереть от потери своих товарищей. У его самообладания, тренируемого с самого детства опытными наставниками, похоже, наметились границы. Так что он стремился ускорить встречу, насколько это было возможно.

И встреча, наконец, состоялась.

Вирт мрачно рассматривал хозяина замка, уже зажатого двумя бойцами теней. Несколько порезов на одежде, уже наливающихся кровью, и неловко подвернутая рука показывали, что пленник не захотел сдаваться без боя. Впрочем, как и большинство защитников этого гадюшника. Причем к большому удовольствию штурмующих. И среди них были не только обработанные мнемиком охранники. Были тут и истинные последователи сенти. Все они прекрасно понимали, что шансов нет. Присутствие принца ясно показывало уровень штурмующих, а судьба нескольких глайдеров, все же покинувших посадочную площадку, была наглядным уроком. Щиты гражданских машин все же не могли противостоять боевым возможностям глайдеров теней.

– По праву правящей семьи, я объявляю вас арестованным. – Вирт не стал скрывать отвращения, произнося традиционную фразу в отношении человека, считавшегося его дальним родственником.

– Дай мне меч, мальчишка. Это будет лучше для твоей семейки, – сделал попытку мужчина.

– Возможно, и лучше. И я бы с удовольствием дал «вам» его, – заметил Вирт, с досадой глядя на арестованного. – Только в этой очереди я не первый. К сожалению, подвинуть ее тоже не могу. Так что в столицу мы вас доставим живым. А там уже решать будет кое-кто другой.

– Рабынька? – Граф зло сузил глаза. – Еще не сдохла, значит, упрямая. Ну, ничего, она недолго продержится.

– Для себя ты такой возможности не предусмотрел. – Удовлетворенно хмыкнул Вирт, подавая знак стоящему позади арестованного бойцу.

Тот охотно поднял прибор и сделал укол. Впрочем, постаравшись сделать это не слишком аккуратно. Глядя, как граф оседает на пол, Вирт только предупреждающе покосился на второго конвоира. Без охоты, но тот все-таки подстраховал его падение.

– Ничего бы не случилось, сломай он что себе, – при этом проворчал тот.

– Наверно, нет. Но моя знакомая имеет куда больше оснований что-нибудь ему сломать, – мрачно пояснил Вирт. – Спящим будет надежнее. Упакуйте и передайте его кому-нибудь из моей пятерки.

Лютик очнулся в знакомой комнате. Точнее, почти знакомой. Насколько он понял, это был импровизированный лазарет, причем для него одного. Незнакомый врач уже закончил обработку пораженной кожи. Его, похоже, и в чувство привели только для того, чтобы наложить пластыри на лицо. Эта операция была ему знакома по действиям леди Ниары. И она делалась на человеке, находящемся в сознании. Иначе защитный пластырь мог слишком стянуть кожу на лице. Заметив, что пациент смотрит на него, врач ободряюще улыбнулся.

– Ничего, парень, все заживет. И думаю, тебя удастся поправить. Не совсем понял, откуда у тебя такое дикое нарушение гормонального баланса, но и это поправим.

Не дождавшись ответа, он завершил операцию, сделал укол и поспешил покинуть комнату, избегая сонного, какого-то пустого взгляда мальчишки.

– Как он? – послышался голос знакомого, представившегося Альнаром. Хотя с чего бы ему ожидать врача под дверью?

– Все нормально. Несколько дней ему полежать придется. Похоже, что-то с ним делали тут. Такое ощущение, что мальчишка ничего не соображает.

– Мне так не показалось, – возразил этот голос. – Говорил он вполне отчетливо. Не проснется?

– С такой-то дозой? У него, конечно, нарушен гормональный баланс, но не настолько. Думаю, до вечера будет в полной отключке. Да и что можно у него узнать? Бойцы говорят, что он бредил.

– Я не уверен. Мне показалось, что он вполне осознавал, что говорит. Но пусть поспит. Я зайду попозже поговорить с ним.

Лютик сквозь пелену навязанного сна с досадой вспомнил, как он проговорился, купившись на сказанное этим курсантом. Этот боец представился всего лишь курсантом. А хозяин ломал защиту даже офицера Дролнова.

Снотворное не страшно. Это он уже проходил после наказаний или операций «леди». И знал, что гормональные изменения, вызванные скульпторшей, все же сильно сокращают его действие. Так что сопротивляться не было необходимости, поспать было надо. Да и встретиться с сестренкой хотелось.

Около дома все оставалось по-прежнему. Родители, завидев его, только приветливо улыбнулись. Они так никогда и не заговорили с ним. А сестренка радостно побежала навстречу.

Весь рассказ о происходящих событиях она выслушала молча. Лютик, в общем-то, и не рассчитывал на реакцию родителей. Просто рассказывая как можно подробнее, ему было легче анализировать ситуацию и делать выводы самому.

Майя грустно покачала головой, когда он закончил.

– Значит, они все-таки и тебя достали. Но это ничего. – Глаза сестры смотрели серьезно и немного грустно. – Я не могу тебе посоветовать чего-то, что ты сам не придумаешь. Все-таки я программа в твоей голове, предназначенная для защиты твоей памяти. Но помнишь одно наше правило. Там, в наших уличных приключениях?

– Нет безвыходных положений?

– Точно. А если такое положение нашел, надо этот выход сделать. – Майка улыбнулась. – Мы всегда рады тебя видеть. Но сидя тут, выхода не сделать.

Лютик тихо вздрогнул, просыпаясь, и с удивлением посмотрел на чистый плед, укрывающий его. Сжав зубы, чтобы случайно не застонать, он осторожно повернулся. Оказалось, что это вполне возможно. Боли не было, только неудобство от повязок и наложенных на кожу защитных пластырей. Колено, правда, ныло, но как-то приглушенно. Ощутив что-то в кулаке, он поднес руку к глазам и раскрыл пальцы. Некоторое время с удивлением разглядывал тонкий заостренный стержень, который использовал в бездне в качестве основного универсального орудия труда. А при восхождении на стену каньона приспособил засовывать в мелкие трещины. Так оказалось удобнее цепляться ослабевшими пальцами. Они его даже не обыскали! Точно чужие. Местные бы сделали это в первую очередь. Они хорошо знали инструкции хозяина.

Вздохнув, он сжал кулак, медленно поднялся с кровати и осмотрелся. Как это ни странно, но боли по-прежнему почти не было. На этот раз эти лекарств не пожалели. Хоть это и странно, учитывая то, что он услышал, перед тем как отключиться на перевале. Значит, кого-то он все-таки достал. Хорошо бы скульпторшу. Впрочем, и барона неплохо. Вот и объяснение присутствия тут теней и щедрость хозяина на лекарства. Они расследуют смерть высшего аристократа, а граф показывает, какой он заботливый хозяин, даже для приговоренного раба-убийцы ничего не жалеет. Так что следствие признает вину раба, со всеми вытекающими последствиями.

Мальчик еще раз с досадой подумал, как неудачно все получилось. Он рассчитывал, что его все же доставят в город. Даже проговорился на перевале для этого. Там, без контроля хозяина, был шанс, что тени обратят на его слова внимание. А тут все произойдет так, как хочет владелец замка – мнемик. Ему не трудно будет убедить чужих дознавателей не обращать внимание на бред мальчишки.

Скульпторша, скорее всего, мертва, уж очень здорово летела. По крайней мере, он на это надеялся больше всего. А барончик отделался выбитым коленом, конечно, если сам сдуру не прыгнул с лестницы. Поражение должно быть сильным. Воспоминание о визге взрослого мужчины вызвало улыбку. Кожа под наложенными пластырями неприятно натянулась. С недельку барон вообще ходить не сможет, потом месяц похромает и все пройдет. Жаль, что не удалось прихватить и его. Он часто сопровождал эту мучительницу и охотно обсуждал, как его переделать. Даже был готов быть помощником на операциях.

Лютик осторожно доковылял до стены, где должно было быть окно.

В подвалах давно не строили темниц. Если быть точнее, то никто не строил подвалов. Расколы отучили от этой привычки. Замки возводились скорее на каменных или бетонных плитах, способных защитить от вторжения мелких и не очень грызунов снизу. И в глубь планет строения не уходили. А тюрьмы, если требовались, организовывались снаружи, в технических дворах или в полуподвальных комнатах. Правда, в комнате, где его содержали, оставалось окошко под потолком, тут даже оно было заложено.

Лютик осторожно нащупал нишу и поскреб стержнем. Несколько кусочков упало в подставленную ладошку. Мальчишка угрюмо усмехнулся. Камер в небольшой комнатке он не увидел. Никто не прибежал, когда он встал, значит, нет и датчиков слежения. Двигаться, конечно, трудно, боль в колене начала пробиваться даже сквозь лекарства, но можно попробовать. Он постарался опереться плечом о стенку, чтобы было удобнее, и сделал первый скребок по углу внизу ниши. Там борозду будет труднее увидеть от двери.

Дел в этом замке оказалось столько, что не то что к мальчишке, со своим тактиком он толком не смог увидеться. И все дела были срочными. Организовать отправку одних задержанных, помочь разобраться с допрашиваемыми. Вылететь с отрядом в качестве моральной поддержки как личный представитель принца. Последнее тут было основной работой пятерки. Так что друзья сейчас действовали порознь. В крайнем случае парами. Из дворца наконец была получена обнадеживающая весть. Майя выжила. Смогла удержаться на грани, хоть никто и не понимает как. Весть пришла уже под вечер, и только тогда он вспомнил о мальчугане с ошейником и потащился вниз.

В комнате лазарета ничего не изменилось. Только мальчишка при его появлении подобрал ноги на кровати, как будто защищая живот, и выпрямил шею. Альнар скорее почувствовал, чем увидел то, чего не заметил доктор. Несмотря на кажущуюся неподвижность и апатию, мальчишка следил за ним. На появление нового лица он никак не прореагировал, но кулак, который не раскрылся даже во время транспортировки, снова что-то скрывал. О непонятном стержне Альнар знал, но во время транспортировки решил не забирать его. А доктор, по-видимому, просто не заметил.

Осторожно обойдя кровать, он внимательно осмотрелся и приблизился к нише, видимо бывшей когда-то окном, а теперь заложенной кирпичом. Снизу и по бокам самого первого ряда шов цемента был выбран. И хоть следы работы отсутствовали, не трудно было догадаться, когда и кем. Мальчишка, поняв, что раскрыт, молча перебрал пальцами зажатого кулака. Альнар уже не сомневался, что острый кончик пресловутого стержень теперь расположен очень близко к краю ладони.

– Я так понимаю, ты вряд ли скажешь мне что-нибудь еще, – заговорил он. – Давай я тебя с принцем познакомлю. Только ты уж извини, пойдешь впереди меня. Повторять судьбу леди Ниары я не желаю.

Мальчонка вздрогнул и перевел свой взгляд на него.

– Умерла она. Не довезли с переломом шеи.

Несколько мгновений мальчишка еще пытался сохранить апатичный вид. Но поняв, что игра раскрыта, вдруг расслабился и радостно рассмеялся, глядя с вызовом на посетителя.

– Я рад. Жаль только, что быстро.

Соскочив с кровати он, не оборачиваясь, захромал к двери.

Альнар недоуменно тряхнул головой. В том, как мальчишка двигался, показалось что-то знакомое. Но хромота и скрывающие почти все лицо медицинские пластыри не позволили продолжить мысль.

Вылететь сразу не удалось. В замке оказалось не только несколько неучтенных гостей с высокими титулами. Пришлось разбираться со слугами. Требовалось разобраться, кто из них знал, но не вмешивался, кто сам принимал участие в преступлениях, а оказались еще и те, кто тут удерживался против воли. Нашлись и рабы. Причем не только официальные. На некоторых красовались уж слишком знакомые ошейники. Так что пришлось вызвать и специалистов Гиндзорского, с которыми прибыл Виттор.

К первичным допросам приступили сразу. Местные дознаватели сейчас сами проходили полную проверку. Так что для этого вызвали следователей из столичного мира. Некоторые прибыли сразу из вотчины Индерского и щеголяли даже не бледными, а синюшными и зеленоватыми лицами. Чем несказанно пугали допрашиваемых слуг.

Вирт, как ни хотел смыться отсюда, вынужден был задержаться. Во-первых, для соблюдения установленных правил с арестом и допросами знатных гостей. А во-вторых, пришлось разбираться и с назначением временных управляющих вместо владетеля. Передавать власть его родственникам никто не собирался. Новых, без проверки, отец прислать не мог. Только выдал по связи общие рекомендации по имеющимся в распоряжении сына офицерам. Командиров Вирт отмел сразу. Командовал штурмом полковник, разыскавший в списках жертв сенти давно пропавшего племянника. И сейчас от него самого приходилось охранять задержанных. Особенно учитывая тот факт, что у сенти оказалась целая база данных с фотографиями и видеороликами того, что делалось с их жертвами. А ведь были еще и рядовые.

Полковник выслушал принятое решение о передаче управления одному из своих тактиков без возражений. Только сжал зубы и с ненавистью покосился в окно, где на посадочной площадке готовились к отправке первые задержанные.

– Надеюсь, это не отказ мне в доверии? – поинтересовался он.

– Нет. Но сейчас нужны живые преступники, полковник. И желательно целые. Если у них появится основание подать жалобу по процедуре ареста или допроса, будет не очень хорошо, – сдержанно ответил Вирт.

– Ясно, ваше высочество. Я постараюсь держаться от допросов подальше, – тяжело вздохнул Раскалов.

– И проследите за остальными. К сожалению, к базе данных оказалось допущено слишком много людей. – Вирт досадливо поморщился, вспомнив первые возгласы рядовых бойцов, находивших знакомые имена. Их было не много, но ведь каждый состоит в боевом подразделении и имеет товарищей.

В зал скорым шагом вошел чем-то озабоченный Альнар, прибывший несколько часов назад и носившийся по дворцу с поручениями от него.

– Вирт, на пару минут. Тут такое дело… – замялся он.

– Говори уж. – Вирт устало кивнул. Хороших новостей в этом замке он не ждал. А этой фразой Альнар всегда предварял новые неприятности. Как бы хотелось, чтобы это были разборки с родителями очередной его пассии.

– Да вот. Во дворце находятся несколько рабов.

– Знаю. Отец уже воспользовался поправками. Теми, что были приняты по делу Майи. Они все получили свободу с этого утра. И мне уже сообщили, что у троих на шее скорпионы, такие же, что были у нее. К счастью, оборудование для производства ключей в полной исправности, благодаря одной любительнице побегов. Так что ждать им немного, к вечеру снимут.

– Не трое, – возразил Альнар. – Тут, в общем, такое дело. На заставе парнишку обнаружили с таким же украшением. Эти твари, видимо, поймали и не нашли ничего лучше, как засунуть до особых распоряжений под щит, что закрывает раскол. Не знаю, сколько времени он там провел. Пока несли в лазарет, его тут местные служанки узнали, из прачек. Они его Бегунком называют.

– За что? – Вирт только вздохнул. – На обыск замка потребуется не один день. Сколько еще таких сюрпризов тут обнаружится.

– За побеги. Представляешь, мальчишке не больше десяти лет, а за ним несколько побегов. После праздников он решил сбежать снова и напал на кого-то из гостей. Умудрился что-то отбить одному, даме свернуть шею, угнать глайдер. В общем, этот… – Альнар сморщился, не желая называть хозяина замка по имени, – его собирался кончить.

– Достали же. – Вирт решил не оборачиваться на звук втягиваемого полковником воздуха. – Так в чем дело? Отведи его к остальным и дело с концом.

– Достали. Ты представляешь? За расколом, видимо, дожди идут. Мальчишку струями сильно посекло. Даже одежда вся в клочья расползлась. Он весь в кислотных ожогах, док утверждает, что повреждены легкие. Мальчишка долго голодал и находится на грани обморока. В лазарет его принесли спящим. Положили в комнату, где есть заложенное кирпичами окошко. Думали, если даже очнется, не сможет встать. Так за это время он умудрился почти выковырять нижний ряд кирпичей. Каким-то стержнем. Я не стал его у него забирать при задержании. Все пальцы в ссадинах. А крошку цементную в отходное ведро ссыпал, чтоб не заметили. – Альнар восхищенно покрутил головой.

– И что? Пусть врачи глянут, что да как. Если что можно поправить, моя семья оплатит. Отец на этот счет однозначно выразился. Объясни ему, что он уже с утра свободный человек. Только дождаться ключа и все. Может, родных удастся найти.

– Говорил. – Альнар горестно махнул головой. – Да только не верит он. По рассказам все тех же служанок, тут с ним очень любили разыгрывать всякие сценки. Во время побегов его несколько раз ловили, представляясь то стражниками, то бойцами теней. А перед самым побегом даже целый спектакль разыграли. С приездом дознавателя, как представителя от теней. Так что ему мои заверения нипочем. Смотрит только на всех волком и молчит. И знаешь, мне кажется, что он меня принял за одного из этих.

Альнар обиженно засопел.

– Не пойму что-то, можешь сказать конкретнее, чего ты хочешь от меня? – не сдержался Вирт. Нахождение в этом замке не лучшим образом влияло на них всех.

– Тут, в общем, такое дело, – все еще неуверенно протянул старший пятерки. – У него лицо сильно отекло и в ожогах. Но я вроде разглядел шрамы, как будто улыбку сделали до ушей. Помнишь того парня при переходе? Только у него был один такой шрам. В общем, паренек с теми же скульпторами, похоже, имел очень тесное знакомство. И что интересно, мне все время кажется что-то знакомое в его поведении. А что, не пойму.

Вирт, уже понимавший, что придется согласиться, насторожился. Полузабытое чувство неверно принятого решения в день покушения снова напомнило о себе, ясно показывая, что связано оно именно с эпизодом того бродяги, а не отъездом от Кира.

– Ты бы поговорил с ним, – продолжал тем временем Альнар. – Пацан больше недели без еды. Другой бы на его месте уже лежал и мечтал о конце, а он смотрит так, что подходить жутко. Нашему эскулапу пришлось ему ввести какую-то гадость. Говорит, желудок у него сейчас заработал, и без нормальной пищи парень долго не протянет. А этот только посмеялся и отказался есть. Ну не вязать же его и трубку вставлять. Хоть док уже и приготовил все для этого. Когда его из-под щита вытащили, первое, что он заявил, что знает какого-то капитана Дролнова. Но местные не слышали такой фамилии.

Альнар с удивлением глянул на мгновенно подобравшегося друга. Глаза в упор уставились на друга и сощурились.

– Я чего-то не знаю? – неуверенно поинтересовался старший пятерки.

– Это дознаватель, что вел дело по личному поручению Майи. Вроде как погиб, – медленно откликнулся Вирт. – Зови его.

Еще пять минут в этом гадюшнике с него не убудет. Тем более, если появился шанс разузнать хоть что-то о странном исчезновении капитана. Во дворце уже навели порядок. Отец передал оперативное управление проверенным аналитикам, и работа министерств восстанавливается. В провинциях все продлится несколько дольше. Но это уже работа служб империи и ему там больше не принимать участия. Так что можно задержаться немного.

В комнату вошел мальчишка, возраст которого угадывался скорее интуитивно, чем по угрюмому опухшему лицу человека, принявшего для себя какое-то окончательное решение. Парень шел, стараясь держать спину прямо и не опуская голову. Хоть давалось это ему с трудом. Спавший отек позволил мальчишке уже свободно открыть глаза. Его лоб пересекала дорожка мелких язвочек, видимо кислотных ожогов, а всю нижнюю часть лица прикрывали медицинские пластыри. Даже шрамы, о которых говорил Альнар, не сразу можно было рассмотреть под полупрозрачной защитой.

Вирт смотрел на мальчишку немного разочарованно. Нет, его было жалко. Но он подспудно ожидал увидеть лицо, как у того бродяги, а тут… Шрам на щеке да, был похож. Но оставшаяся отечность и пластыри не позволяли сложить черты лица. Хотя был похож вроде.

– Ну, надо же, кто соизволил снизойти до меня. Что, высочество, тоже решил поиграть? Так напрасно, – заговорил вошедший с порога.

– Да как ты смеешь! – полковник, продолжавший стоять позади принца, все же не сдержался, хоть вид мальчишки и на него произвел впечатление. – Его высочество лично принимал участие в штурме этого замка.

– Да-а-а? – деланно удивился мальчишка и с интересом наклонил голову, как будто пытаясь что-то разглядеть за спиной Вирта. И с сожалением вздохнул. – Не видать что-то графчика. В прошлый раз рядышком стоял, правдоподобнее было.

Вирт резко мотнул головой, останавливая новую попытку офицера достучаться до разума готового на всё мальчишки. Он неотрывно смотрел на слишком знакомую полоску силового поля, охватившую его шею.

– Кто это сделал с тобой? – невольно задал вопрос Вирт. И тут же с досадой понял ошибку, ощутив в своем голосе жалость.

Мальчишка зло ощерился и сжал изуродованные кулаки, на костяшках которых виднелись обработанные ранки. В правом появился кончик стержня, о котором предупреждал Альнар.

– А то ты не знаешь, кто у вас тут в скульпторши записался. – Мальчишка и не думал заискивать. И на сочувствие или понимание не рассчитывал.

Едва неуловимое движение стопы можно было бы принять за неловкое или небрежное движение пытающегося удержать равновесие тела. Но Вирт невольно бросил взгляд на напрягшегося Альнара. Движение было слишком знакомым. С подачи Стилета, и при молчаливом согласии деда, Майя работала со своими курсантами в технике горских кланов. Не то чтобы обучала, скорее, показывала технику боя увлеченному лорд-преподавателю. А тот уже пытался что-то с этим придумать для курсантов. Так что как выглядят базовые стойки, Альнар с Виртом знали очень хорошо. Тем более что переходы между стойками и движение в них девчонка использовала на уровне рефлексов, недоступных для курсантов академии, начавших изучать ее уже подростками. Короткий круговой пируэт левой ногой был слишком хорошо знаком обоим. Не раз на него попадались во время тренировочных поединков. Обманчиво высокая стойка с высоким центром тяжести, полностью освобождала ногу, выдвинутую немного вперед для удара в любом направлении передней полусферы и одноименного бока. А опорная нога со стороны, противоположной от Альнара.

Его старший все понял правильно и неспешно обошел мальчишку, как будто его что-то привлекло с той стороны.

Мальчишка даже глаз не отвел от принца и не перестал щериться. Но как только Альнар оказался по другую руку, опорная нога была немедленно поменяна. Причем опять под видом неловких движений.

Пользуясь тем, что мальчишка не смотрит на него, Альнар сделал большие глаза, глядя на своего тактика. Тот молча опустил веки, соглашаясь с невысказанным мнением. Язык жестов он предпочел не использовать, хорошо запомнив, что Майя с детства могла пользоваться им. А значит, мальчишка способен сообразить, что значат странные движения пальцев. Похоже, подруга сестры оказалась права, и мальчишка имеет отношение к горным кланам. Сейчас главное как-нибудь заставить его отказаться от идеи последнего боя, рассказать про капитана и поехать с ним. А там пусть Майка разбирается. Да и Индерскому надо показать мальчишку.

– Это хорошо, что ты меня узнал, – наконец заговорил Вирт. – Знаешь, во дворце живет девочка, которая носила такой же ошейник, что и у тебя. Сейчас она живет вместе с моей сестрой, почти как принцесса.

– Я тоже жил в твоем дворце. – Мальчишка презрительно фыркнул. – Правда, не долго. Мне там не понравилось, и я сбежал. Даже могу показать один подвальчик, с потайными комнатками. В них мне иногда позволяли встречаться с сестрой. У игрушки принцессы, наверно, жизнь действительно лучше, чем в том подвале.

– У тебя есть сестра?

– Была. – Мальчишка равнодушно пожал плечами. – Я видел, как ее убили в том подвале.

– Как тебя зовут?

– Меня не зовут, я сам прихожу, – буркнул мальчонка. Вирт при этих словах недоуменно нахмурился, пытаясь сообразить, что за беспокойство его накрыло. – А тут кличут Бегунком. Сам знаешь за что.

– Что ж. Вряд ли ты поверишь, что я обо всем этом не знал. – Назвавшийся Бегунком только криво усмехнулся и покрепче сжал кулаки. А у Вирта появилось вдруг чувство дежавю. Как будто все это уже происходило с ним. – Но я предлагаю тебе сделку. Ты на время отказываешься от голодной смерти и поешь со мной. А я устрою тебе встречу с той девочкой. Может, ей удастся уговорить тебя передумать. Да и на подвальчик твой я не прочь взглянуть. Один уже увидел.

Бегунок только рассмеялся в ответ и замотал головой. При этом продолжая бдительно следить за каждым человеком в комнате. Вирт даже поймал совсем дикую мысль, что эти осторожные, едва заметные покачивания головы что-то напоминают ему. Впрочем, почему что-то? Майя при бое с несколькими противниками действовала так же. Как-то она даже пыталась объяснить свое поведение. По ее словам, вот такие легкие, на два-три градуса, повороты головы позволяют уловить звуки, исходящие от тех, кто стоит сзади. При определенной тренировке можно достаточно точно определять, насколько далеко противник и начало его движений.

– У меня такое чувство, что мы встречались, – не сдержался он.

– Ага. – Вирт снова вздрогнул, краем взгляда отметив, как в свою очередь нахмурился Альнар. – На переходе в провинцию Вирнар. Ты там по каким-то делам был. Из-за твоего прилета тогда всех отодвинули от перехода. В том числе и меня. Что-то припоминаю, – пошел на уловку Вирт. – Ты еще ударил стражника. У тебя тогда шрам совсем свежим был.

– Ага. – Снова ухмыльнулся мальчишка. – Леди Ниара очень хотела для себя вечно улыбающегося карлика. С улыбки она и начала. Меня тогда поймали. Из-за тебя, кстати. Я уже почти пристроился к толпе каких-то туристов. Мог бы и уйти.

– Ну, извини. – Развел руками Вирт. – Так как насчет сделки?

– Не-а. Есть не буду. Хочешь, пусть искусственно кормят. Не впервой. С девчонкой поговорил бы, а уж после, так и быть, подумаю. Да только ведь мне уже обещали беседу с самим лорд-мастером теней. Теперь уже не помню, почему встреча не состоялось. То ли он уехал, то ли я проспал.

Вирт медленно перевел дыхание, пытаясь унять волну раздражения. Мальчишка в этом точно не виноват. Но действительно, не кормить же его искусственно.

– Хорошо. Сейчас полетишь со мной. Если она хорошо себя чувствует, то я постараюсь тебя с нею познакомить уже через пару часов. Может, хоть расскажешь, где ты познакомился с Дролновым.

– Да здесь же. Меня ему зачем-то представили. Он тогда подсказал, где глайдер сел. Слышал, что его собирались в долину снов послать. Может, еще жив. Не знаю. – Мальчишка снова индифферентно пожал плечами.

Майя открыла глаза, когда уже прошел обед. Она осторожно оторвала тяжелую голову от импровизированной подушки и посмотрела на завозившуюся Иллис.

– Проснулась? Спящая красавица. У меня уже спина затекла.

Майя рассмотрела синюшные потеки на плече и запястьях подруги.

– Это все я? – Она виновато посмотрела в глаза Иллис.

Та только сердито поправила рукава и воротник.

– Ерунда. Главное, ты вылезла.

– Это правда? То, что ты мне пообещала? Не передумала? – Майя с беспокойством осмотрелась.

– Нет. Вирт уже взял его живым и заверил, что лично доставит в тюрьму. Благо теперь есть где держать. Вирт к вечеру будет здесь и обо всем расскажет.

– Ничего не хочу слышать. Ты только выполни обещание, – мрачно потребовала Майя.

Иллис с болью отметила пустой голос непривычно мрачной подруги. Она апатично пошевелилась и поднялась на ноги.

– Хорошо. Но твой граф пока не готов к этой встрече. Если ты, конечно, не хочешь его просто прирезать. Вирт говорит, его немного помяли. Бойцы не слишком церемонились.

– Нет, я хочу нормального боя. – Майя хищно сощурилась, на мгновение превратившись в прежнюю девчонку.

– Ну вот. Его сегодня привезут. Пару дней, чтобы подлечить. Регенерационные средства, как ты понимаешь, на него никто не хочет тратить. Разве что ты будешь настаивать.

– Нет, – Майя снова впала в апатию и вяло мотнула головой.

– Тогда неделя. А потом он твой. Его будут очень тщательно охранять, и только проверенные люди. Э-э-э, нет. Одну я тебя не оставлю. Давай ты со мной походишь, – заявила Иллис, видя намерение подруги снова уползти к себе на кровать.

– Хорошо, – Майя послушно кивнула.

Иллис невольно отвела взгляд. Ей вспомнились дни, когда Майя впервые появилась в покоях в статусе личной рабыни. Только «моей госпожи» не хватало. Промолчав, Иллис сняла щиты.

– Старший, мы на связи.

– Принято. Тактик? – В усталом голосе парня чувствовалась тревога.

– Тактик здесь, – откликнулась Майя. Это было тяжело, но выработанная за время обучения в академии привычка помогла ей сосредоточиться на привычном деле. – Доклад.

– Внутренний периметр под контролем. В пятерке двое раненых, один эвакуирован в лазарет академии. Ограничение в передвижении один. Боеспособность оцениваю в семьдесят процентов.

– Приняла. Периметр передать дворцу. Один на контроле. Троим движение. Кто в лазарете?

– Жейран. Отравление. Водички из крана черпнул. Прогноз на возврат сутки.

– Принято. Может, и вам?

– Мы в порядке, Майя. И мы рады тебя слышать, – искренне откликнулся Риттл.

– Вы… Видели? – Голос Майи вдруг прервался.

– Конечно. И никто не понял, что ты там себе напридумывала. То, как ты боролось за брата, заслуживает только уважения. И если для тебя важно разобраться с этой тварью, мы прикроем.

Целый день Майя послушно следовала за Иллис. Больше всего она молчала. Отвечала на все вопросы исключительно односложными фразами и ни на кого не поднимала глаз. В отсутствие Вирта и урезанных отделов, сотрудники которых проходили проверку, Иллис пришлось заняться рутинной работой, которой всегда хватало. Майя послушно замирала рядом и даже вела какие-то записи. Но делала это чисто механически. Взгляды посторонних сильно утомляли ее. Разбираться, кто сочувствует, а кто скрыто злорадствует, ей не хотелось.

Ближе к вечеру они, наконец, добрались и до кабинета императрицы. Авральный бедлам тут уже перешел в нормальную рабочую обстановку. В приемной находилось несколько человек, занятых своими делами или в ожидании приема. Иллис прошла в кабинет матери не останавливаясь. Майя послушно проскользнула следом.

Императрица поспешно вышла из-за стола и, обняв дочь, обернулась к ее подруге.

– Я рада, что ты снова с нами, Майя.

– Благодарю вас. – Майя неловко попыталась поклониться.

Но Адила поспешно перехватила ее за плечи.

– Я слышала ваши разговоры. Если для тебя это важно, то я тоже видела записи. И для меня ничего не изменилось. Надеюсь, мы справимся и с этим.

– Мама, я еще нужна?

– Да, Иллис. Хотелось бы, чтобы ты присутствовала здесь. В ваших покоях сейчас перепроверяют щиты и ставят активную защиту, такую же, как в коридорах.

– Зачем? – Иллис недоуменно нахмурилась.

– Пока вы сидели взаперти, было две попытки проникновения. Вас пытались отравить через воду и взорвать, перебросив через портал взрывное устройство от телепорта вне дворца. Причем в последнем случае по коду Вирта. Видимо, не знали, что в такой ситуации система все выбрасывает перед щитом. Ваши ребята молодцы, хорошо сработали. Но были потери. Так что сейчас техники возятся с системой контроля воды и воздуха, оказавшиеся слишком уязвимыми в нашей защите. Нужно распространить ее и на периметр внешнего контроля.

– Майе нужно отдохнуть. – Иллис растерянно осмотрелась.

– Я могу подождать, – попыталась возразить Майя, но Иллис только отмахнулась.

– Зачем? Идите в мою гостиную. Там сейчас никого нет, – удивилась Адила. – Девочек моих вы знаете. Они проследят, чтоб вас никто не побеспокоил.

Адила и Цера проследили, как девушка с поникшими плечами послушно прошла к двери. Со стороны кабинета диван в центре гостиной был виден со стороны спинки. И когда Майя устроилась на нем, наблюдателям в кабинете остались видны только ее щиколотки. Адила невольно вспомнила, как эти стопы совсем недавно скручивала судорога. Иллис устроилась в кресле, лицом к дверям кабинета. Матери было хорошо видно напряженное лицо дочери.

– Хотелось бы мне поговорить с этим графом, – проворчала Цера, наблюдая все это со стороны.

– Пока его приходится лечить. Из тюрьмы сообщают о переломе ребер и вывихе руки. Похоже, Вирт все же не уследил.

В это время из приемной вошел сын и услышал брошенную фразу.

– Не успел. Кто-то ему уже при перегрузке, после перехода ногой заехал, – подосадовал принц. – Хоть и на спящем, но отыгрались. Виновных вряд ли найдут.

– Людей можно понять, – заметила Цера.

– Ты выглядишь устало, Вирт. Не смог отдохнуть во время перелета?

– Отдохнешь тут. – Вирт даже поморщился. – Я забрал из замка всех, кто узнал о своем личном счете к сенти. Только полковника оставил и еще нескольких офицеров, вроде контролирующих себя.

– Думаю, тебе надо отдохнуть, сын. – Адила замолчала, увидев, как принц мотнул головой.

– Я привез с собой одного паренька, из рабов замка. Представляешь, он утверждает, что видел капитана Дролнова живым. Сам сбежал, но на заставе его перехватили и засунули под щит. Никому не верит, смотрит так, как будто готов кинуться. Считает, что освобождение это очередной розыгрыш. Или что мы все в одной банде, просто перессорились. Я подумал, что Майя смогла бы его убедить в обратном. А то его уже сегодня придется принудительно кормить. Сам есть отказывается.

Иллис посмотрела, как Майя при последних словах старательно натянула плед себе на голову и постаралась зарыться в подушку. Перехватив взгляд матери, она огорченно покачала головой.

– Не выйдет. – Адила развела руками. – Она только что прилегла. Но давай я сама попробую с ним поговорить. Позови его.

Вид паренька по прозвищу Бегунок заставил растерянно замереть не только ее и Церу. Пока он проходил приемную, там воцарилась абсолютная тишина. Мальчишка шел прямо, стараясь не хромать и не размахивая руками. Но внимание привлекали пластыри, полупрозрачной маской закрывавшие всю нижнюю часть лица.

– Что-то тут не видно девочки-рабыни, – вместо приветствия провозгласил он, осмотрев присутствующих. Кинув взгляд на видимую в дверях принцессу, он равнодушно отвернулся и уставился на императрицу.

– Майя сейчас устала и спит. Может, поговоришь со мной? – Адила постаралась говорить ровно.

– Ха, – Мальчишка торжествующе вскинул голову и презрительно глянул на принца. – Я же говорил, что встречи не будет.

Иллис с недоумением увидела, как Майя вдруг дернулась и замерла при первом возгласе, а потом даже выпростала голову из-под покрывала. Скользнув каким-то невменяемым взглядом по своей венценосной сиделке, она вдруг подобрала ноги, встав на колени, взялась за спинку дивана и медленно выглянула из-за нее.

Адила тоже заметила, как ноги Майи исчезли из поля видимости, а потом над спинкой медленно появились макушка и лихорадочно блестящие глаза подруги дочери. Девочка недоверчиво осматривала посетителя, оказавшегося к ней повернутым боком. Адила все же решила продолжить разговор, не отвлекаясь на тон, которого решил придерживаться мальчишка.

– Я обещаю, что как только она отдохнет, вы встретитесь.

– И что, я и теперь должен верить? Зачем? – Мальчишка вдруг нагнул голову к плечу.

Блестящие над диваном глазки расширились, и из-за спинки высунулось уже все личико, на котором было написано недоверчивое выражение.

Иллис обратила внимание на движение кисти несчастного паренька и тихо ахнула. Выставленный средний палец в знакомом изгибе. Большой палец напряженно лег на указательный, удерживая его в кулаке. Все в точности, как описывала подруга при рассказе о смешной придумке младшего братишки, названной им «коготь дракона».

– Лютик? – Недоверчивый голос Майи привлек внимание всех.

– Что еще? – Мальчишка рефлекторно обернулся на голос и осмотрел уже высунувшуюся на полторса девушку. – Я вас не… Рыська?!

Гибкое тело выметнулось прямо из-за спинки дивана. Не обращая на окружающих внимания, Майя с возгласом, в котором угадывалось имя брата, в несколько прыжков подлетела к брату и дрожащими руками начала его ощупывать, словно не доверяя своим глазам и пытаясь проверить его существование на ощупь. Мальчишка тоже в полном шоке осматривал сестру и осторожно придерживал ее за плечи.

– Но как? Тебя же убили у меня на глазах? – воскликнула Майя. – Я видела тебя мертвым, в могиле.

– А я видел, как тебя вытаскивали мертвую за ноги, – парировал Лютик. – Мне сказали, что ты умерла.

Пальцы Майи наткнулись на ошейник и замерли. Она осторожно осмотрелась и уставилась на Адилу.

– Ваше величество, ведь у меня есть счет. Я могу выкупить брата и дать ему свободу? Пожалуйста.

– Майка, что ты говоришь? – тихо ахнула Иллис.

– Просто ведь по новым законам… – Голос пресекся, но Майя уже стояла спиной к брату, как будто пытаясь его прикрыть ото всех.

Гиндзорский, вошедший следом за мальчишкой, осторожно сделал пару шагов веред.

– Прошу прощения, ниэла Майя, но ваш брат свободен с момента захвата замка. То есть почти сутки. Никакого выкупа не требуется.

Майя недоверчиво покосилась на него, но стойки не изменила.

– А ошейник?

– Это скорпион. Такой же, как был у вас. Только нейрошунт никто не вынимал. Вы сами знаете, что может произойти, если попытаться взломать замок.

Майя замерла, потом так же недоверчиво повернулась к брату и осмотрела ошейник еще раз. Потом, не удержавшись, вдруг схватилась за него в попытке просто его переломить.

Гиндзорский с минуту растерянно наблюдал за бессмысленной попыткой. Никто не пытался ей помешать.

– В замке обнаружено четыре ошейника. Благодаря вашему терпению, оборудование для изготовления ключей сейчас в полном порядке. За процессом их изготовления сейчас следит мой камердинер. Он лично доставил необходимые данные от ошейников в Приморский замок. Я распоряжусь, чтобы ключ от ошейника вашего брата был доставлен сюда. На это потребуется часа два, не больше.

Лютику наконец надоело стоять истуканом, и он мягко перехватил запястья сестры.

– Майя, им можно верить?

– Да. – Майя замерла, глядя ему в глаза. Но ответила твердо.

– Два часа, – задумчиво проговорил брат как взрослый. – По сравнению с годами это не много. Я подожду.

– Правда? – Наивный вопрос заставил всех облегченно улыбнуться.

– Вы бы накормили своего брата, а то он решил помереть голодной смертью, – заметил Гиндзорский.

Все невольно обернулись на сигнал из гостиной, в которую вошла кухонная служанка. Система контроля все еще не была выключена и отслеживала все нарушения охранной зоны, громко оповещая о приходе любого, даже известного человека.

– Прошу прощения, ваше высочество, но на кухню пришел запрос на куриный бульон, – обратилась женщина к остававшейся в гостиной принцессе и недоуменно осмотрелась, удерживая в руках поднос с супницей.

Майя растерянно перевела взгляд на Иллис. Но та только пожала плечами.

– А что? Кто-то после голодовок неплохо его уплетал.

– Ставь на столик. Сейчас разберемся. – Появившаяся следом за разносчицей Лера, начала командовать служанками. Причем личные служанки ее величества отчего-то даже не возмутились такому ее поведению.

– Ты сколько не ел? – Развернулась Майя к брату.

– Ну, я вроде не хочу пока, – неопределенно протянул тот. Но живот явно решил не соглашаться со словами своего хозяина. – Просто утром что-то вкололи.

– За стол. – Фраза прозвучала как приказ. Майя даже рукой показала на накрытый столик.

– Может, потом, не здесь же. – Лютик неуверенно замялся перед диваном, куда был почти притащен сестрой. Но та только сердито пихнула его. Сама устроилась сбоку в кресле и потянулась к супнице.

– Куда? – Лера была начеку и даже пришлепнула ее по запястью.

Майя от неожиданности отдернула руку и жалобно обернулась.

– Я что, не могу поухаживать даже за своим братом?

– Вот и ухаживай. А поварешкой работать тут есть кому. Лучше сама поешь. Ведь со срыва ничего в рот не брала, – заявила Лера под одобрительные взгляды оставшихся в кабинете.

Майя сердито проследила, как тарелка с бульоном опустилась перед Лютиком. Тот, уже с изменившимся настроением и с веселым недоумением, наблюдал происходящее и явно ждал разъяснений.

– Тут из меня пытаются настоящую леди сделать, – пожаловалась та в поисках его поддержки.

Брови брата удивленно приподнялись, и он скептически осмотрел ее.

– И как? Получается? – поинтересовался он вдруг прямо у Леры.

– Не очень, – честно призналась та, опуская чашку чая перед своей подопечной. – Но мы стараемся.

– Безнадежно, – неожиданно просветил тот. – Даже мама отказалась.

Майя сердито замахнулась, но у Лютика оказалась отличная реакция, и подзатыльник только взъерошил волосы на макушке.

– Ешь давай. Я тут у него сочувствия ищу, а он ехидничает.

Майя резко осеклась, увидев, как парень перехватывает ложку поврежденными пальцами.

– Не обращай внимания, это я во время побега, еще первого. Сорвался в подземном городе и раскроил ладонь. Наверно, заразу занес.

– Ты бежал из дворца через подземный город? – тут же переключилась Майя.

– Ага. Помнишь закладку папы? Я ее нашел. Только она уже пустая была. А вокруг шныряли тени. Я сначала подумал, что меня ищут. Но оказалось каких-то двух девчонок. Пришлось уходить. Там меня и словили тогда, а потом передали графчику.

– Это меня ловили. – Майя от возбуждения даже поперхнулась глотком чая и поспешно поставила чашку обратно на блюдце.

Лютик философски пожал плечами. Для него это был всего лишь неприятный и полузабытый эпизод.

– Разминулись, значит. Надо было мне сорваться раньше. Ты, похоже, тогда недавно ушла. Тени очень сердитыми были. Из-за моего побега такого переполоха не было. Ты с кем бежала? Вроде других рабов во дворце не было.

– Я тогда принцессу в заложницы прихватила. – Хмыкнула Майя. Сидящая на диване девушка, одетая так же, как и сестра, только весело кивнула, подтверждая ее слова в ответ на вопросительный взгляд мальчишки.

– У-у, а я не догадался. Думал, одному уйти легче. Расскажешь, как это у тебя получилось? Тебя же к ней не пускали.

Вирт заинтересованно приподнял бровь. А мальчишка-то неплохо осведомлен о жизни сестры в тот период.

– Конечно, но потом. Сначала поешь. И только в обмен на твои рассказы. Сколько у тебя побегов?

– Пять, – не без гордости заявил мальчишка, охотно опуская ложку в суп. На свидетелей разговора ни он, ни Майя совсем не обращали внимание. – Последний вот опять неудачно закончился. Хотел в лес уйти, но не успел. А из-под щита куда уйдешь?

Лютик говорил, не переставая работать ложкой, и не видел, как у зрителей вытянулись лица.

– За щит поэтому попал? – Майя осталась внешне спокойной. Только Иллис заметила, с какой силой она сжала тонкую ручку ни в чем не повинной чашки.

– Не-а. Тут вообще веселая история. – Лютик благодарно кивнул служанке, заботливо подлившей бульон в тарелку. – Меня там скульпторша собиралась на первую операцию тащить. Перехватила, когда я уже в коридоре был. Я понял, что по-другому мне не уйти. И решил прихватить ее с собой. В общем, спихнул ее сверху лестницы. С нею барон был, так я ему колено выбил, копытом. Помнишь удар копытом, что отец нам показывал?

– Конечно. – Майя неотрывно смотрела на брата.

– Тогда я маленьким был. А сейчас он у меня получился. Ты бы слышала, как этот барон верещал. Жаль, не сломал ему ногу. Только чашечку выбил. А то, что ее прибил, совсем не жалею. Если надо, пусть судят. – Лютик с вызовом осмотрелся и растерянно захлопал глазами, не обнаружив ни возмущения ни осуждения на лицах окружающих.

Иллис даже сочувственно опустила руку и пожала ладошку Лютика.

– Как его зовут? Рингли? – вкрадчиво поинтересовался приблизившийся Вирт. – Он ушел из замка за несколько дней до штурма.

– Ну да. – Мальчишка весело кивнул. – Только не сам ушел, ему пришлось помощью воспользоваться. А так бы ползал не хуже меня. Я уверен.

Вирт молча кивнул и поспешно вышел через кабинет в приемную. Адила заметила, как к нему подскочил Альнар и, выслушав что-то, поспешно исчез.

– Мне надо отойти, – вдруг спохватилась Майя. – Умыться и кое-что сделать. Лера, на Ильку я не надеюсь, проследи, чтобы она ему не давала пирожных, пока все не доест.

– Хорошо. – Лера охотно кивнула и строго посмотрела на смущенного мальчика.

Тот неохотно вынул вторую руку из-под стола и осторожно положил пироженку, которую неизвестно как успела подсунуть Иллис.

Та, ничуть не раскаявшись, улыбнулась.

– Ты, между прочим, и сейчас не прочь только ими питаться.

– То я. А Лютику нужно нормально питаться, – нравоучительно заявила Майя.

Лера покосилась на открытую дверь в кабинет императрицы, но там уже старательно делали вид, что заняты чем-то важным и совсем не обращают внимания на происходящее в гостиной. Правда, народу в кабинете оказалось больше, чем обычно. Да и дверь никто не закрывал. Майя решительно выскочила в кабинет, не глядя на присутствующих, почти выбежала в приемную, начав что-то втолковывать секретарю.

– Она всегда была такая серьезная. И все время пыталась командовать. – Лютик, послушно работая ложкой, с откровенным интересом косился на вазочку с пироженками, одно из которых у него отобрали. Потом задержался, захваченный какой-то мыслью, и встревоженно обернулся к стоящей Лере. – А тут сильно наказывают?

– Что? – Лера переглянулась с Иллис, но та тоже недоуменно посмотрела на чем-то встревоженного мальчика.

– Ну, она же вышла не поклонившись, даже без разрешения. Это ведь, наверно, неуважение. В замке двух свободных девушек наказали при мне. Очень сильно.

– Ты не отвлекайся. – Лера мягко отодвинула вазочку и постаралась через силу улыбнуться. – Майя поручила нам проследить, как ты поешь. И ссориться с твоей сестрой здесь никто не будет. Тем более наказывать. Ты же видишь, никто даже внимания не обратил.

– Точно, тут скорее напугаются, если она кланяться начнет. После такого во дворце обычно у всех настроение портится, – совершенно серьезно заметила Иллис, а потом проказливо хихикнула, что-то вспомнив.

– Да, этот принц говорил, что Майя живет в покоях принцессы, – вспомнил Лютик. – А самой принцессы не видно. Это ее покои?

Сбоку снова хихикнули. А Лера, покосившись в ту сторону, решила ответить.

– Для начала это покои императрицы, ее гостиная. Покои ее высочества сейчас приводят в порядок. А принцесса вообще-то сидит рядом с тобой и опять пропихивает тебе пироженку.

Лютик недоуменно посмотрел на соседку, гордо задравшую нос к потолку. Руку от подвинутой пироженки она все-таки отняла.

– Ну да, я то самое высочество. Майка меня тоже так зовет, когда сердится. А ты ешь, не отвлекайся. А то пирожных мало достанется. Майка все слопает.

Лютик неловко поерзал. Но потом вернулся к главному занятию.

Майя обернулась быстро. Весело устроилась на своем месте и, схватив пироженку, потянулась к остывшей чашке. Лютик только покосился на девушек и невольно ухмыльнулся.

– Я с Индерским связалась. Он сейчас подойдет, – заявила сестра и тут же обратилась прямо к брату: – Это главный врач здесь. Пусть осмотрит тебя. Хорошо?

– Да пожалуйста, мне не жалко. Если ты ему доверяешь.

Лютик удивленно посмотрел на вспыхнувший портал, из которого выходил Макс. Происходящие события не способствовали улучшению его самочувствия. Но о Лютике уже гудел весь двор. Вызов своей коллеги от Альтери он не собирался игнорировать. Но все же для начала предпочел осмотреть именно сестру. И только успокоившись на ее счет, обернулся к сидящему мальчику. Макс даже не отвел глаз, разглядев сквозь маску его изуродованное лицо. Только скептически хмыкнул.

– Резали насквозь? – деловито уточнил он.

– Один раз пробили, вот тут. – Лютик ткнул пальцем в щеку ближе к уху. – Графчик сильно ругался. Она язык подрезала, было много крови.

Макс запустил свой портативный анализатор и начал осмотр.

– Ну, все не так страшно, как могло показаться вначале, – наконец нарушил он тишину через полчаса. – Дело поправимое. Потребуется время, возможно несколько операций. А потом задействуем комбинацию из поля и средств регенерации. Есть повреждения внутренних органов. Наверно, часто били?

– Ага. Особенно когда ловили, – буркнул недовольно Лютик. Он вдруг заметил, что кроме сестры за осмотром наблюдает еще целая куча народу.

– Не страшно. Не понял, как тебе легкие повредили?

– Так это не они. Атмосфера бездны, что за расколом кислотной оказалась. Ею и пожгло, – пояснил мальчишка, как будто речь шла о каком-то веселом приключении.

– Вылечим. Вот со шрамами сложнее. Потребуется время, да и задействовать придется опять-таки поле.

– У меня есть деньги, – тихо произнесла Майя. Иллис только зашипела на нее.

– Убирай все, – прозвучал резкий голос Адилы от закрытых дверей кабинета. Она быстро подошла и осмотрела всю компанию. – Макс, все счета мне на стол. И этой занозе не вздумай показывать даже.

Майя, вполне справедливо рассудив, кто именно тут сегодня заноза, возмущенно вскинулась, но заговорить не успела.

– И не шипи тут, – пресекла все ее попытки Адила. – Деньги тебе еще пригодятся. Другие семьи уже подают претензии на компенсацию. А такие, как вы, даже не заикнетесь. Хоть имеете на это не меньше оснований. Знаю, что ничего от меня не примешь, так что и спрашивать не стану.

Майя растерянно замерла. Ее выручил аккуратный стук в дверь, и из кабинета вышел Гиндзорский.

– Ниэла Майя, я уверен, что эту возможность вы никому не захотите уступить. – С этими словами он протянул ей тонкую полупрозрачную пластинку, так похожую на ту, что когда-то держала в руках ее подруга.

Сглотнув, она схватила ключ и обернулась к замершему с высоко поднятым подбородком Лютику. Осторожно поднеся пластинку к месту, где должен был быть замок, аккуратно провела по ошейнику в направлении шунта.

Тихий щелчок возвестил об отключении поля. Ошейник распался сам, упав ей на руки. Она растерянно посмотрела на него и брезгливо отбросила. Гиндзорский поспешно его подхватил и, сломав посередине, аккуратно завернул в заранее подготовленную ткань.

– На всякий случай, – пояснил он всем свои действия. – Чтобы больше не исчез.

Все обернулись на тихий, радостный смех. Лютик смеялся. Счастливо потирая шею, он восхищенно смотрел на сестру.

– А помнишь, что ты мне обещала в той каморке под крыльцом, когда нас привезли на служебный двор?

Майя через силу улыбнулась и кивнула.

– Ты пообещала, что снимешь с меня ошейник, даже если для этого тебе придется самой стать принцессой. Я всегда верил, что ты выполнила бы обещание, будь живой.

Судорожно выдохнув, Майя обернулась к Гиндзорскому и с трудом проглотила комок.

– Спасибо.

Грозный начальник отдела по контролю только смущенно развел руками. Как бы показывая, что тут его заслуги совсем немного.

Глава 7

Альнар

В гостиной было не так много свидетелей, предпочитавших не делать лишних движений, чтобы не мешать двоим вести беседу.

Адила закрыла дверь кабинета, тем самым не только отменила все текущие дела, но и отрезала любопытных посетителей и служащих. Димир оставался на связи, он предпочел пока не вмешиваться лично в ситуацию и сохранить контроль над происходящим в империи. Кир, просочившийся вслед за Церой из кабинета, по совету Димира вызвал на связь двух дознавателей с приказом вообще не светиться, а все вопросы сообщать ему. Да и Вирт решил не оставлять в неведении своих друзей, а заодно и личную пятерку Майи. Уж они-то должны были знать, что происходит с их тактиком. На что дала согласие Иллис, а Майе просто было все равно. Она вообще забыла о месте и окружении. Перед нею был ее Лютик. Ну а Лютику и вовсе все окружение было не интересно, и даже на дворцового врача обращал внимание только потому, что за этим следила Майя.

Главный дворцовый врач не ограничился поверхностным осмотром и по просьбе Майи приступил к более детальному изучению его тела. И с каждым новым показателем мрачнел все больше. А Майка следила за его действиями и все приставала к брату с вопросами, дотошно добиваясь деталей, как он получил тот или иной шрам.

– Ну что, сама не знаешь, что ли? – возмущался брат, отдергивая голову. – У тебя такая же звездочка на виске должна быть.

– Обруч? – уточнила она, действительно что-то вспоминая.

– Ну да. Только им со мной не повезло. Я сразу сознание терял. Так что они быстро отстали. Даже особой крови, как у тебя, не было.

Майя рассеянно потерла висок, нащупывая шрамы, которые считала до сих пор результатом падения и случайной встречи с головками гвоздей на ящиках.

– А это откуда? – ткнула она в новый шрам на руке, пока Индерский столь же деловито осматривал ее голову, как будто видел впервые.

– Да руку подставил. – Пожал плечами Лютик.

– Плеть? – зашипела Иллис.

– Не-а, стек. Это такой металлический тонкий прут. Просто попался в коридоре под горячую руку. Он гибкий, если ударить сильно, то может до кости разрезать.

– К-кто? Граф? – Майя даже заикаться начала.

– Не, один из охранников, его Гарном все время называли. Граф тогда даже наорал на него. Ведь меня пришлось лечить. – Лютик рассмеялся, вспоминая эпизод. Но его веселый смех никто не поддержал. Только вымученно поулыбались, чтобы не отвлекать мальчишку.

– Ногу тоже кто-то выбил? – продолжал допрос Макс.

– Нет. Это при посадке. Майка, я глайдер угнал, правда грузовой. Шел прямо над поверхностью, а потом попался в эту дыру и на маневре у него все разом отказало. Грохнулся так, что одни обломки остались. Во! – Он гордо вытянул вперед руку и раскрыл ладонь, на которой лежал обломок какого-то стержня. – Это из фонаря. Даже направляющие не выдержали. Вот тогда колено и разбил.

– Как же ты на заставу-то дошел?

– Так отлежался несколько дней. Все равно из-за дождей не вылезти на открытое пространство было. Даже охотился на карачках. Только там почти не на кого было, но все равно двух зверушек завалил. А готовил я их на плите. Помнишь, как мы в первооткрывателей играли?

– Да. – Майя через силу улыбнулась, пытаясь представить себе, как ее брат ползком пытается в лесу добыть что-то съестное, попутно прячась от дождя.

Заметив, как Лютик поморщился, двинув больной ногой, она быстро потянулась к нему.

– Ух ты! – Облегченный выдох показал, что ее действия принесли результат. – Я уже и забыл, что ты так можешь.

Мальчишка даже зажмурился от удовольствия. Он уже настолько привык к этой боли, когда сильной, когда слабой, но постоянной, что ее исчезновение казалось даже нереальным.

Индерский тем временем добрался донизу и недоуменно осмотрел странно искривленные выступающие косточки стопы. Казалось, некоторые из них даже срослись вместе.

– Это что такое? – Такое даже его поставило в тупик.

– А, это босоножки. Ну, помнишь, такие же, как те, в которых ты якобы умерла. Мне их надели после третьего побега. Только я в них и минуты не простоял, потерял сознание. А когда падал, получил переломы. Из-за того, что они так срослись, я теперь не могу быстро бегать.

Иллис с интересом нагнулась, рассматривая вместе с Индерским.

– Да уж. На таких копытах не больно-то побегаешь, – заявила она вставая. – Отлучусь на минуточку. Вы без меня тут не веселитесь.

Адила в шоке проследила за весело упорхнувшей дочерью и перевела взгляд на задумавшуюся Майю.

– Майя, ты не подумай, она тоже переживает за твоего брата.

– Что? – Девушка недоуменно нахмурилась, стараясь понять, к чему этот разговор.

– Ну, мне показалось, что тебя задело равнодушие Иллис при виде ног твоего брата.

Несколько мгновений Майя смотрела на мать Иллис, потом на ноги Лютика и, что-то поняв, вдруг весело рассмеялась.

– Перестаньте, ваше величество.

Лютик, следивший за разговором, снова дернулся, как будто собирался вмешаться, но недоуменно замер, пытаясь разобраться в реакции окружающих на столь свободное общение его сестры. Точнее, на ее полное отсутствие.

– На Иллис все это потому и не произвело впечатления, – продолжала тем временем Майя, – что она ЗНАЕТ, как все это выглядит в свежем виде.

– Что? – Адила растерянно перевела взгляд на хмурого Индерского. Но тот сам ждал объяснений.

– Ну, вы же знаете, что она собирала мне ноги. Теперь-то понятно, что никакая балка мне на них не падала.

– Так вот что это за странная мозаика у тебя из костей. – Индерский покачал головой. – Мне все не давала покоя странная форма этих осколков.

– Ну да. Я тогда не только слишком долго простояла, но еще и начала двигаться. – Весело кивнула Майя. – Так что нечего тут Ильку выгораживать. Для нее это всего лишь упрощенный вариант того, что было.

– А зачем меня выгораживать? – Иллис, в этот момент вернувшаяся в гостиную, недоуменно замерла.

– Они решили, что ты слишком равнодушно отнеслась к виду этих копыт у братца, – тут же сдала окружающих Майя.

Иллис недоуменно осмотрелась. И сообразив, о чем идет речь, мечтательно закатила глазки.

– А что, классное времечко было. Мам, представляешь? Какая-то каморка в подземелье, полумрак такой, что почти все на ощупь делать приходится. Майка все время сознание теряет. У нас обезболивающие закончились как раз на середине операции. И я, копающаяся в том месиве всеми своими пальчиками.

– Ага. А когда она грохалась в обморок, я приходила в себя и тормошила ее нежную душеньку, – легко поддержала веселые воспоминания Майя.

Кир с досадой дал добро на просьбу дознавателя прервать на время связь. Запись разговора велась сразу с нескольких браслетов. И потом можно будет все детально просмотреть заново. Но дознаватели оставались на связи все время и старались передавать через него уточняющие вопросы по ходу беседы с мальчиком. Таким образом, удалось даже уточнить несколько новых имен, не привлекая особого внимания мальчика, говоря уже об отдельных эпизодах, немедленно взятых в раскрутку. Но внезапные воспоминания принцессы и Майи привели к весьма неожиданной реакции даже у бывалых дознавателей. Да сам Кир поспешно старался задавить подступающий приступ тошноты.

Адила судорожно сглотнула. Остальным было немного проще. По крайней мере, они только присутствовали и в разговоре активного участия не принимали.

– Ладно, дети. Сегодня уже поздно, – наконец совладала она со своим голосом. – Давайте все эти воспоминания вы оставите на завтра. Да твоему брату надо поспать.

Адила немного растерялась, увидев, как мальчик снова напрягся и судорожно вцепился в сестру. Впрочем, Майя тоже только покрепче прижала брата, явно не собираясь его отпускать.

– Он может переночевать со мною? Пожалуйста.

– Ясно. Сразу отдельную комнату для брата ты искать не желаешь? – сделала она правильный вывод.

– Ну, а у меня в покоях его поселить нельзя? – Майя ожидающе помотала головой.

– Майя, в крыле Иллиссианы, даже на одном с вами этаже множество комнат, ожидающих заселения. Да и вы с Иллис уже не маленькие девочки. Парень в ваших покоях?

– Ну-у. Мне бы так было спокойнее, – пробормотала Майя. И тут же привела новый аргумент: – И ему нужно поле.

– Постоянное поле ему сейчас нельзя. Слишком много повреждений разного характера, – заметил Индерский. – Придется лечить последовательно, по частям. В режиме курса процедур в больничном крыле. Да и переломов у него много. И почти все срослись неправильно. Придется переделывать. Сегодня можно использовать поле только для первоочередных дел, таких как легкие, например. Ну и то, что можно излечить без опаски. Эти вот язвы, ожоги. Организм очень ослаблен, гормональный баланс нарушен. Нет, регенерационное поле в данном случае только как вспомогательный инструмент. И то на полчаса-час в день. Даже ногу лучше оставить в покое и не трогать сейчас. Блокада ведь продержится до завтра?

– Да, до обеда. – Майя сердито покосилась на Индерского, не поддержавшего ее желание поселить брата рядом. – Значит, все-таки ему нужно поле. Не в больницу же его отправлять.

– У тебя есть личная пятерка. И вся дежурная охрана крыла дворца, – заметил сочувственно Вирт. – Ты же тактик, вот и организовывай контроль. Хоть круглосуточный.

– Ну, хоть на сегодня? – Брат с сестрой только еще крепче прижались друг к другу и осмотрелись в поисках поддержки.

– На сегодня так и быть, – вздохнула Адила. – Пусть он поспит у тебя. Но при условии, что ты переночуешь с Иллис. Вам тоже надо отдохнуть. И как я понимаю, тоже под контролем медиков?

– Да. – Индерский решительно кивнул, и Майя радостно заулыбалась и начала суетливо собираться.

– Вот у вас сегодня возможны одинаковые настройки для поля, – продолжил Макс. – А парню только очень щадящий режим. С его истощением даже этого было будет много, но деваться некуда. Кошмар какой-то, ты сколько под щитом-то проторчал?

– Да недолго. – Лютик, поняв, что немедленно его с сестрой никто не разлучит, снова заулыбался, насколько позволяли пластыри. – Я как влетел под него, помню только, что ударился в щит. Мне показалось, что меня почти сразу и вытащили.

Адила смогла сохранить видимость спокойствия, только пока телепорт пропустил в покои счастливую парочку, а заодно ее дочь с Лерой и Индерским. Как только переход закрылся, она бессильно рухнула на диван. Отмахнувшись от помощи служанок, императрица некоторое время помолчала.

– Ты знал об этом? – обратилась она к Киру.

– У меня были некоторые соображения, ваше величество. Ее высочество, так же как и Майя, очень неохотно делятся подробностями о тех днях.

– Они еще и веселятся, вспоминая об этом, – сдавленно пробормотала Цера, старательно отворачивая лицо от собеседников.

– И сколько еще у них таких «веселых» эпизодов, без ваших «подробностей»? – Адила уже взяла себя в руки.

– Немало. Но вряд ли имеет смысл заставлять их все рассказать. Разве что попросить ее высочество о разрешении побеседовать с Лерой, – пробормотал Кир.

– Думаешь, она обо всем знает?

– Может, и не обо всем. Но этот эпизод для нее не был новостью, – проворчал Кир. – Иначе как объяснить ее спокойствие. У меня сейчас двое дознавателей вспоминают, что ели на завтрак. Да вам, ваше величество, придется служанок на сегодня поменять.

– Я поговорю с девочками. Позже, – решила Адила. – Вирт, очень удачно ты привез этого паренька. Такое окончание последних дней иначе как чудом Единой назвать нельзя. Надеюсь, других сюрпризов у тебя нет?

– Нет. Только Альнар напросился на охоту за этим бароном. Вот думаю, не поторопился ли я. – Вирт вопросительно глянул на Кира. – Он еще на заставе слишком близко принял на себя судьбу мальчишки. А теперь еще и эти рассказы.

– Думаешь, может сорваться? – Лорд-мастер теней задумался только на мгновение и махнул рукой. – Пусть. До исполнителя все равно придется доводить всю эту грязь. Альнар достаточно подготовлен и постарается взять его живым. А что до остального… Не волнуйтесь, если сорвется, что-нибудь придумаем для вашего друга. Курсанта легче прикрыть, чем действующего офицера. Активного бойца пришлось бы увольнять, а за курсанта отвечает Академия. Вы ему только побольше свободы дайте при задержании, чтобы мог самостоятельно действовать, но и далеко от бойцов не отходил. Если что, даже нарушение процедуры ареста можно будет на него списать.

Лютик с интересом осматривал новую комнату. Телепорт внутри дворца, конечно, необычное явление. Но этому он не удивился. Обстановка комнаты тоже не заинтересовала. А вот стойки сразу заинтересовали.

– Это что, сенсоружие? – удивился мальчишка, наблюдая, как Иллис деловито пристраивает свой меч на место.

– Ну да. Полный комплект, – улыбнулась Майя. – Метательные ножи, меч и даже малые щиты. Я у Иллис оруженосец.

Лера только переглянулась с Индерским, который довольно улыбнулся и многозначительно ей подмигнул. Он тоже уловил невольные хвастливые нотки, прорезавшиеся в голосе девушки, верный признак того, что последствия срыва блока наконец стали отступать под давлением нахлынувших эмоций и забот о брате.

Лютик с интересом осмотрел вторую стойку, в отличие от первой, тут было оружие с синими индикаторами, и она была полной.

– Так, Майя, ты с Иллис. Люти… э-э… мир. – Лера нерешительно замялась, не зная, как правильно обращаться к пареньку. – Может, тебе помочь принять душ, пока его сиятельство настраивает тебе поле.

Оторопелый взгляд мальчишки сменился искренним возмущением, как только он понял, о чем она говорит. Но Лера уже поспешно подняла руки, признавая за ним право решать самому.

– Все-все. Я просто спросила. Пошли, покажу, где что. А ты куда? – Старшая служанка взглядом остановила Майю.

– Ну, я хотела проводить. – Смущенно замерла та.

– Справимся без твоей опеки, – категорически отрезала та. – Тебе что сказано? Ванну вам сейчас вряд ли стоит принимать. Душ и спать. Надеюсь, моя помощь вам не требуется?

Девушки поспешно замотали головой.

Принимать душ было нелегко. Индерский помог избавиться от повязок, даже на лице снял пластыри. В душе пришлось действовать очень осторожно. Из-за болезненных ожогов и даже мелких язвочек пришлось ограничиться только осторожным нанесением мыльной пены. Было неудобно, особенно на спине. Но пользоваться посторонней помощью Лютику очень не хотелось. Хоть Лера и оставалась за дверью, терпеливо дожидаясь завершения процедуры.

Она даже виду не подала, насколько ее поразил вид вышедшего в одном полотенце мальчишки, на теле которого начали кровоточить уже поджившие было ранки. Она только весело улыбнулась ему и протянула мягкий халат, что одобрил Индерский.

– Мазать ничем не будем. А завтра это все уже подживет.

– Да? – Лютик недоверчиво осмотрел себя. Но решил не спорить. – А где я буду спать?

– В смысле? Да здесь и будешь, – удивилась Лера.

Лютик еще раз осмотрелся. Но кроме гигантской шикарной кровати, никак не вязавшейся с его представлениями о том, что положено служанке принцессы, пусть и на правах ее подруги, он ничего не нашел. Лера тем временем аккуратно откинула край покрывала и вопросительно посмотрела на удивленного парнишку.

– Мне же разрешили поспать на месте Майи. А это чья спальня? – нерешительно напомнил он.

– Это покои Майи, – улыбнулась Лера. – А это ее собственная кровать. Забирайся, или она сейчас придет и рассердится на меня.

Все еще подозревая, что его разыгрывают, Лютик осторожно лег на спину прямо в халате и позволил себя укрыть.

– Уже устроился? – Майка влетела, даже не успев высушить волосы. – Отлично. Тебе удобно? Если что надо, не стесняйся, только скажи. А если понадобится что ночью, нажми вот эту кнопку. Я ее перепрограммировала на свой браслет и сразу отвечу.

– Это еще что за новости? – возмутилась Лера. – Немедленно все верни обратно. Майка, в покоях две дежурные служанки бездельничают всю ночь. Одна у тебя, другая у Иллис. Я уже не говорю о том, что тоже буду на связи. А ты собираешься сторожить его вызовы?

– Ну, это же…

– Вот завтра и будешь с ним возиться. А ночью спать. Кому говорю, перепрограммируй все обратно. Или ты кому-то из нас не доверяешь? Девчонки, между прочим, тоже могут обидеться.

Ничего не ответив, но сердито сопя и кидая жалостливые взгляды на непреклонную Леру, Майя неохотно потянулась к руке, выполнять распоряжение.

Глаза Лютика широко раскрылись при виде проступившего на коже узора браслета. Он озадаченно сглотнул, проследил за манипуляциями сестры и отвел глаза, только когда браслет снова исчез.

– Вот. Опять мне ничего не дают делать, – пожаловалась Майя, по-своему поняв его взгляд.

– Ага. Тяжелая у леди жизнь, – согласился тот.

Глаза уже слипались. Не иначе как в последней чашке что-то подмешали. Он еще слышал тихое шипение Леры, выпроваживающей сестру, а заодно и принцессу. Успел даже удивиться столь беспардонному обращению служанки покоев. Все-таки принцесса.

В эту ночь спалось на удивление спокойно. Хоть он и не попал к себе домой. Несколько раз он выныривал в полудрему от того, что кто-то осторожно подходил и поправлял на нем одеяло. Но просыпаться не хотелось. Почему-то казалось, что опасности нет, и он снова засыпал. Под утро приснились даже какие-то голоса, о чем-то спорившие.

«Ну что ты все время около него вьешься? Дай поспать мальчишке», – шептал кто-то сердито.

«А вдруг это плохо, что он так долго спит? Уже утро, а он не просыпается!» – возражал смутно знакомый голос.

«Майка, прекрати психовать. Кошмар какой-то. Я сейчас тебя саму уложу спать. Система следит за каждым его дыханием. И вообще, кому я все это рассказываю. Пошли завтракать».

«Тебе хорошо говорить, а у меня тут братик появился».

Надоедливые голоса стихли, и удалось какое-то время еще подремать, наслаждаясь непривычно мягкой постелью.

ПОСТЕЛЬЮ?

Лютик широко распахнул глаза и обвел взглядом незнакомую комнату. Он лежал на огромной кровати. Можно сказать, что он потерялся на ней. Поверх теплого покрывала струился какой-то странный золотистый туман, струями ускользая в изголовье. Из-за него в первый момент казалось, что странный сон продолжается.

Он счастливо заулыбался, наконец осознавая реальность всех событий прошлого дня.

В полуоткрытую дверь донесся знакомый голос сестры, бурчащий что-то в ответ на чьи-то упреки. Судя по голосу, Леры. Послышался сигнал вызова.

– Вирт, вообще-то у меня сейчас нет настроения. – Сердитый голос зазвучал громче.

– То есть ты боишься, что я тебе сегодня наставлю плюх больше, чем обычно? – прозвучал ехидный ответ.

– Что? Что значит «обычно»? – Возмущенный голосок был прерван веселым смехом принца.

– Ах, так! Ну, погоди, твое высочество. У меня есть полчаса. Посмотрим, как ты заговоришь.

Через щель можно было видеть, как в гостиной полыхнуло что-то синее. Последовавший за этим желтоватый всполох портала был уже знаком. Лютик подхватился с кровати и поспешно выскочил из спальни. Все равно, кроме халата, одежды у него больше не было.

Лера что-то просматривала в своем браслете. Служанка наводила порядок на чайном столике. И больше в комнате никого не было. Не обращая внимания на удивленные взгляды, Лютик торопливо осмотрелся. Он хорошо помнил, что в гостиной находились две стойки оружия с сенсконтролем. И сейчас смог убедиться, что гнездо меча в той, что имела индикатор синего цвета, пустует.

– Где Майя? – Взгляд заполошно переместился от портала к Лере, которую он уже знал.

Та, все так же недоумевая, поспешила вызвать экран с изображением поляны. Выйти на прямую связь она все же не решилась. Майя с Виртом тренировались все-таки с настоящим оружием, и отвлекать их в этот момент очень не рекомендовалось.

А мальчик, скорее всего, испугался, что не видит сестру.

Лютик в ужасе смотрел, как Майя сцепилась с САМИМ принцем, пытаясь его достать НАСТОЯЩИМ силовым мечом, и, похоже, в боевом режиме. А тот отбивался и отступал. И ведь вокруг никого не было!

– Что ей за это будет? – Лютик с каким-то отчаянием поглядел на все еще удивленную Леру.

– За что? – Лера действительно тормозила, как и стоящая рядом служанка. Происходящее стало для всех во дворце такой рутиной, что требовалось немного времени, чтобы разобраться, чего именно испугался мальчик.

– Она взяла сенсоружие принцессы.

Лера обернулась назад, туда, где располагалась вторая стойка.

– Фу, ну у вас и шутки, Лютимир. У принцессы камень красного цвета. И свой меч она уже забрала. Майя взяла только свой меч. Но вы правы, она вышла без щита и даже без ножей. А девочкам запрещено покидать покои без малого комплекта. Наверно, все-таки получит выговор от Адилы или Кира.

– Да? – Лютик замер на мгновение, пытаясь осмыслить сказанное, но беспокойство за сестру подтолкнуло к новой мысли. – Но она подняла боевое оружие на принца.

– И что? Она это делает каждый день. Еще и парочку синяков на нем оставит. Принцу это полезно бывает.

Лютик недоверчиво осмотрел обеих девушек. Но служанка, стоящая около столика, только фыркнула, сдерживая смех под укоризненным взглядом Леры, и поспешно выставила на столик чистую чашку и блюдце.

– Садитесь лучше завтракать, ниэл Лютимир. Девочки уже давно поели.

Все еще с беспокойством поглядывая на экран, Лютик осторожно присел на диванчик.

– Можно просто Лютик и на ты, как Майя меня зовет, – заметил он, кивком поблагодарив служанку, наполнившую чашку. Ему было страшно неудобно, как будто он сам не может налить чашку. Но та только улыбнулась и забрала чайник со стола. Давая понять, что такой роскоши ему тут не дадут.

– Ты ешь. На девушку не обращай внимания. У нас тут идет война за право исполнять свои обязанности. А то кое-кто в этих покоях совсем уже игнорирует присутствие служанок.

– Э-э… – замялся Лютик.

– Лера. Кажется, я уже представлялась тебе, – учтиво подсказала та.

– Да, но непривычно. Ниэла?

– Она самая, но давай тоже по имени. А что непривычно, так надо привыкать. Главное «госпожой» тут не обзывайся. Это слово у нас используется в качестве крайнего неуважения.

– Хорошо. Но вот я не пойму. Майя вроде была здесь рабыней, но кланяться не умеет, я заметил. Ее величество ее за это не наказывает, ты сама так сказала. У нее собственное сенсоружие. Да еще браслет, я таких даже не видел. И ты говоришь, что они вот так… – Лютик показал на экран, где завершался тренировочный бой, – уже давно. Майя, она кто здесь?

– Знаешь, на этот вопрос я тебе ничего не отвечу. – Задумчиво хмыкнула Лера. – Мы тут уже привычные, а постороннему все сразу трудно понять. Сам разберешься постепенно. А что касается рабыни… Ну не повезло дворцу с такой рабыней.

– Очень не повезло, – проворчала служанка, подливая в опустевшую чашку чая.

– Похоже, из вас с сестрой рабы такие же, как из моего дедушки балерина, – рассмеялась Лера. – В чем твой граф тоже убедился на твоем примере.

Полыхнул портал, пропуская взмыленную, но довольную Майю.

– Уже позавтракал? Отлично, сейчас я в душ, а потом к Индерскому в больницу.

– Майя, там Иллис зашивается, – вмешалась Лера. – Наместники ждут аудиенции по связи, и отменить не получается. Может, примешь парочку. А за Лютика не беспокойся. Мы с ним подружились. Я сама его провожу, а ты через часик подтянешься.

Майя с сомнением посмотрела на брата. Но тот осторожно пожал плечами, показывая, что не возражает, и с интересом ждал продолжения. Как-то «аудиенция» в отношении сестры у него в голове не укладывалась. Но вопросы решил придержать.

– Хорошо. Риттл, – со вздохом обратилась она прямо в пустоту.

– На связи, тактик, – послышался незнакомый голос.

– Двоих в ближний периметр. Объект Лютимир выходит в сопровождении Леры. Принять на выходе из покоев и охранять как объект номер один. Везде. Даже на процедурах.

– Принял.

– Так. Мне действительно надо немного разгрузить Ильку. А то потом нам не расхлебаться будет. Лютик, ты пойдешь с Лерой. Вас будут охранять два моих бойца. Лера знает их в лицо и покажет тебе. Только она лично, больше никто. Из-под контроля чтобы ни шагу. Понял?

Лютик недоуменно похлопал глазами, но послушно кивнул головой.

– Отлично. А я сейчас разберусь тут немного и подойду.

Лютик только вопросительно посмотрел на Леру, когда Майя исчезла в дверях спальни.

– Она личный тактик принцессы. В ее подчинении личная пятерка теней и охрана этого крыла. – Развела та руками. – Так что в этих вопросах лучше подчиниться.

– Аудиенция? – вычленил оставшееся непонятным Лютик.

– Майя курирует парочку провинций из восточной грозди. Из тех, что подчиняются их высочествам. Вот и напрашиваются к ней на аудиенцию. Причем не только ее наместники. Вирт так вообще частенько спихивает на нее все эти совещания.

Лютик осторожно сглотнул. Сложившаяся было кое-как картинка снова расползлась, пытаясь вобрать в себя новую информацию.

– Ну, если с вопросами все, то держи одежду. Это на первое время. Переодевайся и пошли. Тебя уже заждались. – Лера ободряюще улыбнулась парню, пытающемуся как-то сложить у себя в голове все полученные части мозаики под названием «сестра».

В больничном крыле его уже ждали. Индерский лично встречал своего нового подопечного. На этот раз его уже запустили на полную диагностику и лишних вопросов не задавали. Может быть, медсестрам и врачам и хотелось узнать об обстоятельствах получения ранений, но сейчас более важным было составить программу работ. Так что его провели в отдельную комнату, напичканную разной аппаратурой, и сосредоточились на получаемых показаниях. Хорошо хоть Индерский согласился пропустить с ним Леру и обоих парней, приставленных Майей. Эти двое вообще не лезли к нему с разговорами или сочувствием, что несказанно порадовало мальчишку. Внимание посторонних начало его утомлять еще в коридорах дворца.

Медицинский осмотр завершился в приемной, где Индерский довольно отложил последние данные.

– Ну что ж. Давненько я не встречал такой помойки. А уж в одном теле и подавно. Не возражаешь, если на ты?

– Не возражаю, все равно уже, – буркнул Лютик, пребывающий уже на взводе.

– Отлично. Я тоже не возражаю, чтобы ты опускал некоторые обязательные титулы, – улыбнулся Макс. – Вылечить тебя сразу не получится. Даже в том коктейле, что развалил твой гормональный баланс, мы еще не полностью разобрались. А уж восстанавливать его придется не один месяц.

– А его можно восстановить? Скульпторша говорила, что он таким и останется. А я больше не вырасту.

– Дилетант твоя скульпторша. – Поморщился Индерский. – О ней мы попозже поговорим, за чашечкой чая и в компании тех, кто очень бы хотел побеседовать если не с нею, то с ее компанией.

– С нею нельзя. Я ее убил, когда еще был рабом. – Лютик с вызовом осмотрелся, ожидая реакции окружающих. Но ее почему-то не последовало. – Меня, наверно, за это судить будут. Но я не жалею.

– Кхм-м. Не уверен, что тут есть проблема, – заметил Индерский. – На мой взгляд, она еще легко отделалась. Ну, так вот. В первом приближении нам удалось кое-что составить и выработать первоочередные меры. И да, ничего необратимого у тебя, к счастью, нет. Лечение будет долгим и сложным. Это да. Иногда болезненным. Но ты этого не боишься. Да и Майя поможет. К сожалению, в голову к себе ты вряд ли позволишь влезть. Так что с этим придется разбираться еще дольше.

– А зачем в голову лезть? – тут же напрягся парень.

– Да каша у тебя там. – Вздохнул Индерский. – Да снять некоторые острые углы хотелось бы. Но пока ты не согласишься, никто этого делать не будет. Так что давай-ка мы для начала займемся твоим коленом. Трещина в чашечке не самое лучшее приобретение. Тем более что блокада Майи скоро закончится. И начнем курс восстановления баланса.

Лютик обернулся на движение медсестры и увидел несколько заполненных шприцов, аккуратно лежащих на подносе. Он вскочил, отшвыривая стул, осмотрелся, оценивая количество людей, столпившихся на входе, и, зло ощерившись, отступил в дальний угол, попутно пытаясь принять оборонительную стойку, что больная нога явно мешала сделать.

К его удивлению, два бойца Майи почти одновременно решительно перекрыли периметр перед ним, встав к нему спиной, и даже демонстративно активировали щиты.

– Спокойно, парнишка. – Один из них, кажется Жейран, обернулся на мгновение к нему. – Держись за нами, а остальное наше дело. Без твоего согласия никто не подойдет.

Второй уже давал кому-то сообщение по связи. Лера осторожно проскользнула к мальчику и, помявшись, тоже замерла рядом, не решаясь прикоснуться.

– Ну, ты чего? Ведь тебе лечиться надо. – Встревоженный, но почему-то успокаивающий голос сбил боевой настрой мальчика.

– Уколы.

– Ты боишься уколов?

– Вряд ли, – наконец отмер растерянный Индерский. – Скорее того, что в них.

– Неудивительно, – проворчал кто-то из врачей, осторожно помогая навести порядок в комнате.

– М-да, это будет еще сложнее, чем я думал. – Вздохнул Макс.

Никто и не пытался потребовать у бойцов уйти. Прекрасно понимая, что мальчишка держится сейчас только за счет этой нежданной защиты. В его глазах озлобление сменилось неуверенным испугом. И он теперь старательно прятался за спиной Жейрана. Впрочем, по-прежнему сохраняя готовность драться.

– Что здесь происходит? – Прямо посредине комнаты появилась голограмма Майи, а следом и Иллис. Они, похоже, были в движении, что не помешало им осмотреться и оценить обстановку.

– Да вот. – Индерский смущенно развел руками. – Похоже, ваш брат против использования препаратов.

– Без меня? С ума сошли? Лютик, ты там держись, мы сейчас будем. Пара, держать периметр.

– Принято.

Майя устроилась на диване в гостиной покоев и обнимала прижимающегося к ней Лютика. Иллис замерла рядом, и ее неодобрительный взгляд заставлял мелькавших в открытых дверях любопытных служанок поспешно отворачиваться. Переговоры на самом высоком уровне длились уже полчаса. В общем-то, Майя прекрасно понимала Индерского. Альтернативы лекарствам не было. Но и нервировать Лютика ей очень не хотелось. Так что в этих переговорах она скорее занимала место посредника, пытающегося свести к одному знаменателю совершенно несопоставимые вещи.

– А если я буду рядом, Лютик, ты как на это посмотришь?

– Ты Альтери, а не врач. Откуда ты знаешь, что в этих шприцах, – упрямо бурчал тот, впрочем, не отрываясь от сестры.

– М-да. Нужны новые идеи. Подожди. – Майя занялась чем-то в браслете. – Иль, Лера, помогите с завесой.

В центре начал формироваться экран, в котором высветилось знакомое лицо. А сама гостиная, к разочарованию всех, кто находился снаружи, накрылась пологом звуковой защиты.

– Деда? – Лютик радостно выдохнул и подался к возникшему изображению знакомого лица.

Майя вызвала не голограмму, а двумерный режим, разделив его надвое. В возникшем окне нарисовались сразу два лица. Правда, изображение Гринды сразу отодвинулось на второй план. Мастер-настоятельница обители только поприветствовала присутствующих и решила в разговоре родственников участия не принимать.

– Лютик! Майя! Наконец-то. – На лице деда расплылась радостная улыбка, но сразу же сменилась тревожным выражением. – Макс, ты просил повременить до вечера со связью, что-то случилось?

Краткий пересказ событий он выслушал молча. Только время от времени поднимал брови или хмыкал.

– Вот я и подумала. Дедушка, ведь это ты ставил нам мнемозащиту. И благодаря ей нам удалось выжить. Может, тут тоже есть что-то остаточное.

– Нет, Майя. Это не имеет отношения к мнемоблокам. – Лицо на экране участливо посмотрело на Лютика. – И на его месте, после всех коктейлей, что в него влили, я бы тоже не хотел иметь с этим ничего общего. Возможно, и не в столь категоричной форме. Есть другое, более логичное решение. Лютик. Ты боишься, что специалисты дворца снова начнут тебя травить и ставить эксперименты или их ошибки?

– Майя доверяет главному врачу, – буркнул мальчишка. – Но ошибиться и он может. А его подчиненные побоятся сделать замечание или поверят на слово.

Индерский озадаченно почесал затылок. С такой точкой зрения он как-то сталкивался впервые.

– Лютик, а если ты приедешь ко мне для прохождения этого курса?

Паренек немного подумал, потом чисто рефлекторно прижался к Майе.

– А что там изменится? Там ведь тоже будет один главный и все остальные его слушаются. И ты не специалист в этом, – пробурчал он. – Не хочу.

– Хорошо. Если вместо доказательств и всего прочего я пришлю специалиста, которому доверяю я лично. Он не будет подчинен графу Индерскому. Будет полностью от него независим. И любые препараты будут вводиться не только по согласованию с ним, но и в его присутствии. Это тебя может успокоить?

– Чужак в чужом дворце. – Мальчик с сомнением осмотрелся.

– Ему будет гарантирована полная неприкосновенность, – теперь уже вмешался Вирт. – Папа, ты не возражаешь?

– Нет. – В голограмме нарисовался Димир. Ничуть не смущаясь, что о своем присутствии заранее никого не предупреждал. – Но доступ его все же будет ограничен гостевой частью дворца и больничным крылом. Так что все процедуры там.

– Если так будет, то я, наверно, соглашусь. Рыська, ты будешь присутствовать? – Лютик вопросительно глянул на сестру.

– Конечно. – Та ласково взъерошила ему волосы. – С полным вооружением и обязательно под прикрытием ребят.

– Отлично, – с облегчением выдохнул Индерский. – А я еще могу немного сократить количество препаратов. Ведь обезболивающие можно исключить, при вашем участии, Майя.

– Непременно сделайте это, Макс. – Майя решительно поднялась. – Спасибо, дедушка.

– Так легко вы от меня не отделаетесь, – рассмеялся мужчина. – Я сейчас сильно занят тем же делом, что и Кир. Только в масштабах горных кланов и наших соседей. Но по вечерам смогу выкроить часок-другой, послушать о ваших приключениях. И это касается не только Лютика, Майя. Судя по записи ваших спонтанных воспоминаний, тебе тоже есть что рассказать.

– Ну, я не думала, что это будет кому-то интересно, – смутилась Майя.

– Конечно, тебе не в чем оправдываться. Но мне точно будет интересно.

Приказ принять курсанта в отряд в качестве доверенного лица принца не привел в восторг капитана теней. Но в сложившихся обстоятельствах выказывать свое возмущение он не пытался. Бурные события последних месяцев как-то обошли стороной провинцию Лирнар. Здесь не оказалось ни заговорщиков, если не считать нескольких второстепенных дворянчиков, ни пресловутых сенти. По какой-то причине обошедших своим вниманием местную аристократию. Проверку его люди, естественно, проходили. Причем двойное сканирование сознания никак не улучшало их настроения. Но до этого момента они оставались в резерве. И вот прибывает какой-то юнец. Пусть и старшего курса столичной академии, но все же курсант, и передает этот странный приказ. По связи пришло только подтверждение его полномочий. Причем лично от его высочества, заверенное императором.

– Что надо делать? – наконец произнес офицер, стараясь скрыть недовольство.

– Тут неподалеку проживает барон Ривери, – спокойно заговорил парень.

– Да. Только он куда-то убыл. – Офицер только поморщился. Запрос на этого барона пришел буквально за час до прибытия юнца. Причем заниматься этим пришлось самому.

– Это мне известно. – Альнар только кивнул в ответ. – Рядом с его баронством есть дикий переход?

– Есть. Только небольшой, лошадь в поводу еще пройдет, да и то без груза. Местные им пользуются очень редко. Так что там нет дорог, только тропы. До дома барона оттуда полдня конного ходу.

– По нашим данным, он воспользуется этим проходом сегодня вечером. Моя задача его пере- хватить.

– Сколько с ним людей? – немного напрягся капитан. Уж очень зло сощурились глаза парня. Для почти выпускника академии проявление таких эмоций было необычным.

– Около пяти. Вооружение легкое, скорее всего на конях. Барон не может передвигаться самостоятельно.

– Ясно. Будет сопротивление?

– Капитан, у меня приказ доставить живым этого барона. А про его целостность ничего не говорится. Что до остальных, тут как получится.

Курсант еще раз зло ощерился. Но на офицера это не произвело впечатления.

– Это как-то связано с происходящим сейчас в империи?

– Напрямую.

Вирт собирался дать команду на розыск барона по обычным каналам теней. Альнар должен был только проследить за отправкой приказа. Поняв, почему именно этот барон так заинтересовал принца, он приложил немало усилий, чтобы уговорить друга отправить за этим бароном его самого.

– Нам он нужен живым, – мрачно возражал Вирт. – А ты слишком близко принял историю этого парнишки.

– Вирт, если бы ты видел его сразу после щита! Да и вообще. Ведь он принял меня за одного из них.

– И я об этом. – Вирт не отводил взгляда. – При штурме замка была захвачена обширная база видеозаписей. Да только там практически нет исполнителей. Только жертвы. Хорошо если Индерскому удастся снять блоки у выживших, и они смогут вспомнить имена. В замке найдена такая коллекция из Запретного списка, что можно засунуть владельцев под суд прямо сейчас. Но с графом будет решать Майя. И отсутствие приговора для него еще придется объяснять. Эта «леди», о которой говорит Лютимир, сдохла. А на сегодня что можно представить на общественный суд? Нескольких дворян, гостивших в замке, простолюдинов, часть из которых, скорее всего, обработаны мнемиком, да парочку аристократов, связи которых с сенти будут доказаны. Альнар, этот барон нужен нам живым. Кроме того, через него можно выйти на других. Да даже с этим парнишкой… Ведь к операции готовились, закупали препараты и инструменты. Барон может знать о связях этой «леди».

– Я понял. Вирт, дай мне взять этого барона.

Альнару потребовалось тогда еще минут двадцать, чтобы уговорить друга. А потом почти двое суток на то, чтобы проследить за перемещениями барона. От графа этот аристократ ушел еще до штурма. И провел время в одной из закрытых клиник, приводя в порядок свою ногу. Штурм он пересидел там же и даже красочно расписывал медсестрам, как он упал с лошади и выбил себе колено. Но все же не усидел. Альнар опоздал на несколько часов. Вот теперь он прибыл в эту провинцию с тем, чтобы перехватить беглого барона. Встретивший офицер не скрывал неудовольствия от такого надзора, но на это ему было плевать. Очень уж хотелось встретиться хотя бы с одним из тех, кто так обошелся с пацаненком. По рассказам ребят, брат Майи даже сейчас никого к себе не подпускает, кроме сестры и Иллис с Лерой. И с окружающими общается только в присутствии одной из них.

Вся операция по перехвату беглого барона прошла, можно сказать, даже скучно. Альнар не без иронии вспомнил побеги одной бывшей рабыни. Из-за которых вот уже который год всех теней буквально натаскивают на подобные операции. Но тут даже сравнивать было нечего.

Барон не потрудился даже продумать, чтобы воспользоваться другими тропами. Так и пер по основной. Так что наблюдатели, выставленные капитаном на других тропах, смогли неторопливо подтянуться и блокировать отход, пока кавалькада доползала до поджидавших их бойцов.

В сгущающихся сумерках фигура скособоченного барона была хорошо различима. Будущий пленник свою жизнь ценил очень высоко и явно считал, что до него не доберутся. Ну, действительно, ну общался с графом, иногда гостил у него. Но никогда и ни в каких съемках не участвовал. Он был очень аккуратен и не любил компанию в своих развлечениях. Своих жертв он убирал сам. Единственно, что связался с Ниарой. Но и тут повезло, что мальчишка сбежал и сгинул в расколе бездны. А все остальное просто досужие разговоры. Так что на суде его оправдают.

Альнар бессильно смотрел на своего противника. Но тот отказал ему даже в удовольствии сорвать злость. Барон просто отбросил свой меч и развел руки.

– Я сдаюсь. Надеюсь, вы имеете достаточный титул для моего задержания.

– Вполне. Но для вас мне хватит полномочий от моего тактика, – процедил он.

– В таком случае, может, вы разъясните мне, в чем моя проблема? – Барон насмешливо улыбнулся и, сделав неловкое движение, взмахнул руками, чтобы удержать равновесие на здоровой ноге.

Альнар не сдержался. Сделав шаг, он без замаха нанес удар ногой по колену стоящего человека. Вскрикнув, тот упал.

– Капитан! Ваш подчиненный напал на меня, когда я уже сдал оружие, – возмущенный вопль жертвы несправедливости разнесся над поляной.

Подошедший офицер мрачно осмотрелся, остановил взгляд на отброшенном мече и обернулся к Альнару.

– Согласно уставу, следствие по вашему заявлению будет проведено немедленно, барон. О его результатах я сообщу.

По кивку, Альнар послушно отошел следом за капитаном в сторону и замер, уже понимая, что натворил.

– Курсант, я понимаю, что требую больше, чем положено. Но, может, объяснитесь? Ваш поступок ставит крест на всей вашей карьере.

– Плевать. Пойду в охотники, – зло прошипел Альнар. – Зато хоть буду знать, что не зря.

– И все-таки, – продолжил настаивать удивленный капитан. Эмоции выпускников академии редко вмешивались в их профессиональные дела. А тут боец личной пятерки принца.

Вместо ответа Альнар запустил на браслет офицера запись, которую по связи увидели и остальные, допущенные к импровизированному расследованию проступка.

Веселый смех изуродованного мальчишки, радующегося, что ему удалось так подшутить над своим палачом, заставил офицера перевести задумчивый взгляд на барона, устроившегося в отдалении под присмотром двух бойцов. Поврежденную ногу уже вправили. Но стоять барон больше не мог, не говоря уж о том, чтобы ходить.

– Лично я не видел происшедшего, разбирался с задержанием других. Леран, ты был ближе всех.

– Так точно. Я видел, как барон отбросил меч. Но разговора слышно не было. Парень загородил его от меня. Не могу утверждать, что это не было самозащитой. – Густой баритон раздался откуда-то сзади Альнара. У него даже брови начали подниматься от удивления. Но курсант все-таки сумел сохранить равнодушное выражение на лице.

– Мира, что у тебя? – продолжил опрос Капитан.

– Так же. Темновато уже. Но мне показалось резкое движение со стороны барона. Был замах рукой, это точно. Похоже, парень просто среагировал. Ну, немного переборщил, так говорю же, сумерки были.

– Ясно. Есть еще свидетели?

На поляне повисла тишина, которую прервал голос откуда-то из дальней стороны поляны.

– Да все так и было. Парень ведь только остановил его. Убить не пытался.

– Что? Да я только оступился, у меня было повреждено колено, и я не устоял на ногах!

Барон Ривери был полон возмущения. Обмен видеороликом прошел мимо его внимания, по внутренней связи. И сделанные офицером выводы его откровенно возмутили.

– Значит, вы не отрицаете, что начали движение в сторону бойца при задержании. В условиях плохой освещенности он принял ваши действия как угрозу нападения. Барон Ривери, вынужден вашу претензию отклонить.

– Я буду жаловаться.

– Это ваше право. Но только после прибытия к месту назначения.

Офицер отошел от пленников и замер перед курсантом.

– Если барону удастся доказать факт неправомерных действий с вашей стороны, это пойдет как смягчающий фактор во время суда. Ваш поступок, курсант, мог привести если не к оправданию барона, то к значительному смягчению приговора.

– Я не подумал об этом, – заметно расстроился Альнар.

– Я навел о вас справки, курсант, – признался офицер. – Оказывается, это вы утопили мастера Альтер в наказание за второй побег?

– Ну, было дело. – Альнар досадливо сморщился. Сколько лет этот розыгрыш одной глупой курицы будет еще за ним тянуться?

– Неплохая шутка. – Капитан вдруг рассмеялся и дружески хлопнул его по плечу. – Только этот случай все же запомни. Таким, как этот барон, только и надо, чтобы спровоцировать нас на что-то подобное.

– Что теперь будет?

– Не бери в голову. – Капитан отмахнулся. – Мы в провинции, и в столицу нам не светит. Так что получу выговор за допущение инцидента. А на тебя мне придется послать докладную. Не обессудь. Так что готовься. Говорят, у вас в академии в таком случае сурово приходится.

– Переживу, не впервой. – Альнар криво улыбнулся. – Передай всем мои извинения. Просто пацану десять лет, а с ним такое вытворяли.

– Да ладно, служи. Правильно, что сразу не показал эту запись. Я и сам бы мог не сдержаться. Мой племянник как раз такого возраста. Ты лучше скажи, мальчишка сидел рядом с этим мастером Альтер. Это просто по ее части или не случайно?

– Он ее младший брат. Сенти ее убедили, что он убит. И его, кстати, тоже в отношении нее.

Капитан вдруг посерьезнел.

– Так это правда то, что сообщалось. Она тоже побывала в их лапах?

– Капитан, в этом нет секрета. У меня есть несколько роликов, правда для доведения только до офицеров. Но не советую смотреть то, что я увидел с ее участием.

– И все-таки. Пока летим, тебе придется рассказать нам немного больше. Ребята все же должны получить хоть какую-то компенсацию за предстоящие разборки с начальством и грядущие штрафы.

К переходу в столичный мир пленники подходили, стараясь уже не провоцировать своих конвоиров. И судя по взглядам, сильно сожалели, что на полянке так мирно обошлись с ними.

Встречающий незнакомый полковник выслушал краткий доклад и подал знак своим бойцам увести пленников. Проводив взглядом носилки с бароном, он обернулся к ожидавшему его решения капитану.

– Что ж, свои выговоры вы получите в штабе, капитан. Курсант Альнар, вам придется отправиться в академию. Думаю, ваш преподаватель Стилет захочет с вами побеседовать.

– Принял, полковник. – Альнар сдержанно кивнул и направился в сторону перехода.

Майю он увидел только спустя две недели. Стилет был действительно недоволен. Докладная капитана ничуть не интересовала опытного преподавателя.

– Я прекрасно понимаю ваши мотивы, курсант. Но для старшего личной боевой пятерки его высочества такое поведение недопустимо.

– Согласен с вами, лорд-преподаватель. – Альнар стоял прямо и не отводил взгляда в ожидании вердикта.

– Две недели дополнительных углубленных тренировок, начиная с сегодняшнего дня. То, что вы, курсант, нанеся такой удар, даже не смогли толком сломать ногу этому индюку, является оскорблением мне, как вашему преподавателю.

Альнар недоуменно заморгал. Как-то двусмысленно это прозвучало. Конечно, дополнительных занятий со Стилетом избегали даже лучшие курсанты.

– А также полный курс самоконтроля со сдачей дополнительного экзамена на боевом симуляторе в конце года.

– Принял. – Альнар недоверчиво смотрел на Стилета.

– Что, удивлен? – усмехнулся преподаватель. – Да тут мало кто бы сдержался на твоем месте. Но так подставиться недостойно для выпускника столичной академии. Тем более с твоим стажем огребать неприятности. Если б не этот капитан, адвокаты барона вцепились бы в этот эпизод, что крысы в кусок гнилого мяса.

Вот так Альнар и появился в дворцовом парке только по истечении двух недель. Сюда он пришел для встречи с Виртом. Но войдя в беседку, застал там только Майю и ее брата. Мальчишка, явно после очередного посещения вотчины Индерского, отдыхал и откровенно пользовался своим положением, выпрашивая ласку у сестры. К тому же Майя, составляя ему компанию, еще и контролирует его боль. По разговорам с друзьями он знал, что восстановление здоровья парнишки проходило не так благополучно, как хотелось бы. Гормональный баланс, нарушаемый в течение нескольких лет, одним уколом восстановить нельзя. Регенерационное поле удавалось использовать только в очень дозированном режиме. К тому же у мальчишки оказалось несколько плохо заживших переломов, которые требовали работы хирургов. Такой букет лечить одновременно и здоровый бы организм не выдержал. А тут еще и крайне отрицательное отношение ко всякого рода уколам со стороны пациента. Майе приходилось постоянно контролировать блокаду у брата.

Оторвавшись от разговора, девушка с интересом посмотрела на вошедшего в беседку.

– Лютик, познакомься. Это тот самый Альнар, который приговорил меня к утоплению и которому я обязана приятными минутами в роли утопленницы.

– Да?

Мальчишка легко поднялся и подошел к Альнару.

– А это правда, что ты выбил баронику вторую ногу? Для симметрии, так сказать.

– Ну, вроде того, – замялся парень.

– Спасибо. – Серьезный взгляд сменился восторженным. Как будто мальчишка получил давно ожидаемый подарок.

– Лютик, я, между прочим, сказала, что он меня казнил, – с деланой обидой надулась Майя.

– Ой, Рыська, да ладно тебе. Я его понимаю. Ты иногда такой занудой бываешь. – Мальчишка весело вернулся на свое место и прижался к сестре. – Но все равно ты самая крутая сестра в мире.

– И вообще. Я же уже извинился. Майка, ну сколько можно! – наконец возмутился и Альнар.

– Ладно, садись уж. Вирт скоро подойдет.

Мальчишка весело подмигнул. Опальный курсант явно был зачислен им в друзья. Майя, глядя на это, только укоризненно покачала головой. Но тут же поймала себя на надоевшей мысли.

– Лютик, я все время откладывала это дело, пока ты слаб был. Дел навалилось. Но завтра я собираюсь вызвать графа в круг равных. Его уже давно подлечили.

Лютик, сразу став серьезным, переключился на сестру.

– Меня туда пустишь?

– Если хочешь. Только это не будет приятным зрелищем.

– Это хорошо. – Лютик зло сощурился. – А можно я с тобой, того?

– В круге равных может быть только поединок. – Майя ласково провела по волосам помрачневшего мальчишки. – Но я постараюсь за нас двоих.

– Идет. А ты будешь? – Мальчишка повернулся к Альнару.

– Нет, – ответила вместо него Майя. – Поединок объявлен закрытым. Будет только Иллис – как вызвавшая, Вирт – как представитель семьи и правящий. И ты, если захочешь. Даже врач будет ждать за дверью зала. Записей не будет. Не хочу. Правда, я ничего не могу сказать об императоре с императрицей. Они могут подключиться по связи. Но думаю, это их право.

– Это правильно. – Лютик недобро ухмыльнулся. – Незачем там врач. Я сам могу засвидетельствовать, когда он сдохнет.

Альнар осторожно поежился, слушая рассуждения мальчишки, и в очередной раз пожалел, что сдержал тогда удар. За эти две недели ему даже показалось, будто и преподаватели гоняли его именно по этой причине, с досады, что ли. Стилет так уж точно.

Глава 8

Поединок

Большой тренировочный зал дворцовой академии казался пустым. В его полном освещении отсутствовали даже тени. Сейчас тут было все убрано. По центру только цветом высвечивалась площадь круга равных, с небольшой группой молодых людей и двоих, замерших по краям внутри.

Вирт мрачно пересек вспыхнувшую черту круга. Слова формальной попытки примирения были произнесены и больше от него тут ничего не требовалось. Ни он, ни даже родители, подключившиеся с молчаливого согласия Майи к камерам зала, даже не рассматривали вариант иного ответа. Так что отказ Иллис, прозвучавший из-за черты, вместо Майи, был простой проформой.

Низкая стенка силового экрана отгородила зрителей от двоих, оставшихся внутри. За всю стандартную процедуру начала смертного поединка Майя, казалось, даже не слышала ничего из того, что говорил Вирт. Только взглядом пыталась добраться до своего противника. Ее из-за черты поддерживал своим сопением Лютик. После подъема защиты мальчик молча приблизился вплотную к черте и замер.

– Не волнуйся, Майя ему не по зубам, – тихо произнесла Иллис.

– Я и не волнуюсь. Жаль, что мне не останется. – Повел плечом Лютик.

Граф в этот момент сделал шаг вперед.

– Ну что, рабынька, я получаю больше, чем ты. Если удастся тебя убить, то я получу свободу. А заодно и удовольствие.

Майя все так же молча проводила взглядом врага и удобнее перехватила металлический меч, выкованный еще ее отцом. Он был уже слишком мал для подросшей девушки. Но от другого оружия она отказалась. Даже от меча Иллис. Хоть та и пыталась настоять на нем. «Иль, я бы вообще не хотела, чтобы ты смотрела этот бой. После того, что я хочу с ним сделать, тебе еще придется подумать, нужна ли тебе такая подруга». Иллис тогда поморщилась только. Они слишком хорошо знали друг друга, чтобы совсем уж не иметь представления о ее намерениях.

Какое-то время девушка почти не шевелилась и поворотом головы отслеживала осторожные перемещения графа. На его оскорбления она вообще не реагировала. Контрийский не был опытным воином, но и от дуэлей не бегал. А репутация Майи была известна всем. Правда, многие из посторонних предпочитали считать, что она слишком раздута. Так что он тоже осторожничал и пытался вывести из себя девчонку руганью и оскорблениями.

В какой-то момент Майя сместилась в сторону. Они несколько раз сошлись для обмена короткими ударами, но только для того, чтобы снова разорвать дистанцию и продолжить кружиться в круге. Все это время был слышен только голос графа и его попытки вывести ее из себя. Так продолжалось еще несколько минут, пока Майя, наконец, не замерла. Она выпрямилась, продолжая удерживать взгляд на графе.

– Смерть от благородного клинка для тебя слишком легкая будет. Достаточно того, что пришлось допустить тебя к поединку, что сохранит тебе честь.

Глухой звук голоса девушки сопровождался звоном отброшенного за барьер круга меча. И Майя решительно двинулась на сближение с вооруженным противником.

Мгновения растерянности графа стоили ему нескольких шагов отступления. Зло оскалившись и забыв обо всех правилах мечного боя, он нанес удар наискосок, на вытянутой руке. И только в последний момент понял, как ошибся.

Длинный, затяжной замах был хорошо виден противнику. А выпад с выносом ноги далеко вперед лишил его хоть какого-то маневра. Классическая ошибка, от которой стараются отучить начинающих учеников, но все равно встречающаяся во время боев. Майя легко ушла с линии атаки влево, подтолкнула руку с мечом, еще больше закручивая и сбивая противника с оси атаки. Но это оказалось только видимостью.

Граф ощутил короткий захват тонких девичьих пальцев в районе запястья и только спустя мгновение осознал, что егоипальцы безвольно выпустили рукоятку клинка. Майя, заканчивая движение, резко крутанулась, вскидывая руку, и согнутый средний палец нацелился в глаз переставшего смеяться мужчины. Тому еще удалось на рефлексах отдернуть голову и отступить, но ухоженный и не слишком длинный ноготок зацепился за нижнее веко, рассекая тонкой бороздкой щеку почти до губы.

Вопль раненого совпал с радостным выдохом мальчишки.

– Это же мой «коготь дракона»!

Майя резко разорвала дистанцию и зло ощерилась.

– Три года назад ты предлагал поиграть. Теперь я согласна.

Она не стала мешать врагу добраться до меча. Но намеренно сблизилась с ним со спины и нанесла сдвоенный удар в район правой лопатки, одновременно проведя простую подсечку. Слабые удары кончиками пальцев никак не вязались с силой нового вопля. Но, похоже, именно из-за них грузный мужчина не смог уйти от простейшего приема и, споткнувшись, пролетел мимо цели.

Граф поспешил неловко подхватить оружие и подняться, принимая стойку. И только теперь стало понятно, что его правая рука висит плетью вдоль тела.

Ему было объявлено все сразу, как только привели в чувство. Эта наглая рабыня не только смогла случайно выжить после его блока, но и вообразила, что сможет с ним справиться в поединке. Он тогда даже порадовался такому исходу и дал согласие.

Конечно, он допустил непростительную ошибку и слишком задержался с отходом из замка. Надо было это сделать сразу после получения известия об активации мнемоблока, как и планировал. Но кто же знал, что эти недалекие тени так вот сразу поверят во все, что она там расскажет. Думалось, что у него еще есть время подчистить все в замке. Да и блок, им поставленный, не должен был позволить ей выжить. Но все произошло слишком быстро. Но это не его вина.

Когда принц объявил об аресте, хотелось все закончить разом. А вот подумав здесь, понял, что ничего страшного не произошло. На свободе есть еще его сторонники. И не только в этой империи. Есть хорошие адвокаты. Они постараются выгородить и его и всех, кто попался. По сути, единственными свидетелями остаются только эта рабынька и ее братец. Тоже непонятно как выживший. Послал Единый слуг! Это же надо! Поймать мальчишку и запереть под щитом, вместо того чтобы доложить ему.

Остальные свидетели знают только отдельные эпизоды. В основном в замке. А там он лично не участвовал в развлечениях гостей. Так что предстоящий поединок был самым лучшим выходом и способом лично убрать одного из главных свидетелей. А там и до мальчишки дело дойдет. Кое-кто из подготовленных бойцов для бывшего недалекого заговорщика сохранился. А без живых свидетелей и записи их показаний будут смотреться в совсем ином свете.

Две недели он провел не в самых лучших условиях. Его лечили, конечно. Но не особо церемонились. А еще ему было смешно. Недалекий Индерский приставил к нему каких-то своих мнемиков. Ну, разве они могут его контролировать? Но все равно приходилось быть осторожным в ожидании обещанного поединка.

Вызов был сделан по всем правилам. Принцесса изволила явиться к нему в камеру лично, в сопровождении Индерского и своего брата. Совет аристократов вынужден был признать право поединка. Еще бы, ведь сам император дал согласие на его проведение при условии выставления подмены.

Репутация противницы его ничуть не смутила. Спасибо отцу. В отличие от нее, он не только обучался у лучших мастеров империи. Но еще имеет немаленький опыт реальных поединков. Настоящих схваток, а не кабацких драк с пустоголовыми наемниками и подставных схваток. А второй поединок до оправдания в суде уже не успеют сделать.

В круге принц зачем-то устроил показательное шоу с отказом в примирении. Только еще больше его разозлил. Выходка девчонки, отбросившей меч, его только повеселила. Точно дура. Он-то в своем праве и не собирался отказываться от оружия. Так даже легче.

Потеряв меч, он еще решил, что это случайность или следствие плохого лечения. Девчонка не успевала избавиться от его меча. Почему-то замялась и поспела только сзади. Смогла дотянуться только слабыми ударами пальцев, больше похожих на тычки. А потом была боль… Она раскаленной проволокой прошла прямо по центру правой руки, заставив ее выпрямиться. На мгновение в глазах потемнело, и это помешало заметить детскую подсечку. Его поймали как ребенка. Но меч оказался рядом. Вот только принять оборонительную стойку не удалось. Правая, его основная рука больше не слушалась и висела плетью. Пришлось поднимать меч левой рукой. А он редко тренировался с мечом в этой руке.

А девчонка смотрела с презрением и ожидала чего-то. Где-то в глубине начал разрастаться страх. Только сейчас начала по-настоящему доходить мысль, что эта рабынька осмелилась прийти сюда, чтобы убивать. Причем не быстро, а как можно медленнее. А умирать не хотелось. Да и девчонка все же сделает ошибку. Но это потом. Сейчас подождать, пока рука отойдет. Надо только потянуть время.

– Что, граф, вы готовы? – Ненавистный голос заставил его сосредоточиться. – Как вам моя игра? Продолжим? Я хочу проверить одну свою идею. Уверена, она вам понравится.

Его, казалось бы, стремительная атака была встречена пренебрежительным смехом. Зрителям было видно, как Майя плавно, даже лениво скользнула под косой удар. Вирт успел подумать, что зря граф не уделял должного внимания бою с левой рукой. Потом она почти ласково, как-то поглаживающе дала ему подзатыльник и снова разорвала дистанцию.

На результат этих действий никто бы не обратил внимания, если бы не восклицание Лютика.

– Жгучка? Зачем?

– Что? – Иллис даже недоуменно отвлеклась на него.

– Это прием Альтери. Повышает чувствительность нервных окончаний в коже, – со знанием дела объяснил Лютик. – Мама не любила использовать лекарства, и когда я простывал, применяла греющие средства, такие как пластыри.

– Знаю. А при чем тут это?

– Ну, так они жгутся, и лежать с ними надо подолгу. Я этого не любил. Вот мама и придумала использовать этот прием. Кожа становилась чувствительной и пластыри надо держать всего несколько минут. Только потом обязательно надо сделать наоборот. Сначала снизить чувствительность, а уже потом отодрать пластырь. Я один раз попробовал сам снять. Ногтем только зацепил, так орал, что соседи слышали. Вон, точно жгучка, у него на шее уже краснота пошла, это ее признак.

– А зачем? – Иллис недоуменно переглянулась с внимательно слушавшим их разговор Виртом. Но тот только пожал плечами.

На нечто вроде подзатыльника можно было не обращать внимания. Видимо, эта дрянь хотела ударить со сей силой, но просчиталась. Он успел уйти. Не такая уж у нее хорошая подготовка, правы те, кто считает ее дутой. Куда же эта тварь ушла? Когда же рука отойдет? Странное какое-то ощущение на шее. И почему так врезается воротник рубашки? О, опять атакует, да что с этим воротником?

Девчонка снова стремительно атаковала, легко увернулась от его неловкой защиты и резко махнула рукой. В глазах потемнело от обжигающей боли в шее.

Тонкий, похожий на поросячий, визг буквально ввинтился в уши зрителей. Мужчина, еще секунду назад уверенно стоящий на ногах и даже вроде заставивший Майю изменить траекторию атаки и всего лишь оцарапать шею, вдруг выронил меч, судорожно схватился за царапины и рухнул на колени. Не переставая визжать, он попытался протереть шею, но от этого только еще сильнее согнулся, почти ударившись лбом о пол, и отдернул руку.

Майя замерла, мрачно наблюдая за противником. Затем сделала несколько шагов, быстро коснулась головы графа в нескольких местах и снова отскочила.

Поросячий визг медленно перешел в какой-то скулеж. А граф хоть и с усилием, но поднял меч и встал на ноги.

Перехватив его ненавидящий взгляд, Майя деланно удивилась:

– Ваше сиятельство, вам разве не нравится моя игра? Помнится, вы получали искреннее удовольствие, развлекаясь с друзьями за счет одной маленькой девочки.

– Тварь, ты даже дерешься как плебейка.

– Вы желаете классического боя? – почему-то обрадовалась Майя. – Ну почему бы и нет. Я даже предупрежу вас, согласно вашим правилам игры. Я хорошо их усвоила. Сейчас я вам сломаю левую руку. Вы готовы?

Граф дернулся и попытался атаковать первым. Резкий уход, маятник. Словив запястье нападавшего в нижней точке его траектории, Майя с силой нанесла удар коленом по локтю. Хруст и новый вопль вызвал радостный вскрик мальчишки.

– Так его!

Майя позволила себе отвлечься, только отступив от мужчины на пару шагов. Пока тот отходил от болевого шока и пытался устоять на ногах, она мельком глянула на брата и улыбнулась.

– Граф, вы помните, как Лютик выбил колено у барона Ривери? Сейчас я сделаю то же самое. Только уже правильно. И сломаю вам ногу, – как-то буднично поставила противника в известность Майя.

Не дожидаясь ответа, она сделала первый шаг.

Вирт отстраненно отметил, что Альнар все же где-то не доработал. Такого эффекта у него не получалось на тренажерах. Хоть бил с гораздо большим усилием. Майя, казалось, выполнила всего лишь замысловатый пируэт и почти не прикладывала усилий. Но мужчина почти в два раза крупнее нее не устоял на ногах. Хруст и неестественно вывернутая левая нога ясно обозначили полноценный перелом. В себя граф пришел только спустя пару минут, которые он потратил на тихий скулеж, контролировать который уже не мог.

Майя все это время оставалась на месте, наблюдая за ним. Обреченный и теперь уже полный ужаса взгляд почему-то не принес того удовлетворения, которое вроде бы она должна была испытывать. Было какое-то опустошение и брезгливость. Молчал и Лютик. Он теперь не улыбался, а только поджимал губы.

Вирт вспомнил виденные записи развлечений с участием Майи и ее брата и только отвел глаза. Зрелище было неприятным. Граф, мнивший себя выше других, продержался намного меньше любого из них. Даже на запись бы не хватило.

– Пора заканчивать, – ни к кому не обращаясь, устало пробормотала Майя, двинувшись к своей жертве. Ей уже было противно то, что предстояло сделать.

Граф только снова заскулил и попытался отползти, что, впрочем, ему не помогло.

– Майя, подожди! – Голос брата заставил ее замереть над беспомощно сучащим уцелевшей ногой мужчиной.

– Лютик, я устала. И это оказалось не так интересно, как я думала. Давай с ним просто покончим.

– Подожди. Послушай, если его прикончить, то получается, что мы ведь с ним только за себя отомстим. Для всех других он умрет в круге равных, даже сохранив свою мерзкую честь. Никто ведь даже плюнуть в него не сможет.

– Что ты предлагаешь? – Голос Майи звучал устало и как-то вяло.

– Оставить его живым и отдать под суд. Пусть он там послушает все, что о нем говорят. А если приговор будет мягким… Ну что ж. – Мальчишка грустно улыбнулся. – Когда его освободят, ну после приговора, ведь нам никто не мешает вызвать его на поединок еще раз. Ведь правда?

Лютик вопросительно обернулся к Вирту.

– Да. – Тот задумчиво кивнул, не сводя с него взгляда. – Правда, не факт, что вы успеете это сделать раньше других.

– Ну вот. А на суде ему хоть в рожу кто-нибудь плюнет. Все хоть что-то.

– Ты правда так хочешь?

– Ага. – Паренек вдруг опять стал серьезным. – А еще я не хочу, чтобы его вот так, как он нас собирался. Я думал, что хочу, и даже радовался. А теперь не хочу. Это, наверно, плохо, да? Слабость?

– Нет. – Иллис осторожно погладила по голове брата подруги. – Просто ты еще раз показал, что отличаешься от таких, как этот…

Майя мрачно смотрела в глаза лежащего мужчины.

– Что ж, жить тебе или сдохнуть, сегодня решил твой бывший личный раб, граф. Он хочет, чтоб тебе дали возможность побеседовать с каждым, кто пожелает этого. Я с ним согласна.

На полу блеснуло что-то зеленое, и Майя перевела взгляд на перстень, почему-то оставленный при аресте. С каким-то садистским удовлетворением она наступила на него каблуком и с силой надавила до отчетливого хруста.

Кольцо уцелело, но, вывернувшись под давлением, переломило палец и теперь лежало рядом с обрубком. Граф несколько мгновений недоуменно смотрел, пока до него не дошло, что ничего не чувствует из-за блокады руки, поставленной девчонкой еще в самом начале.

Под его вскрик Майя удовлетворенно отпихнула кольцо в сторону и вдруг облегченно выдохнула и расслабилась.

– Это все здорово, конечно, – проворчал Вирт. – Только за этой тварью в тюрьме четыре мнемика наблюдают. После приговора придется целый штат специально для него заводить. Препараты не имеют длительного действия и подавляют способности мнемиков не надолго.

– Не придется.

Майя снова развернулась к своей жертве. Вирт еще успел заметить голубоватое свечение вокруг пальцев девушки, на краткое время шлемом растянувшееся вокруг головы графа. А потом она отвернулась и спокойно вышла из круга. Позади нее на одной ноте нарастал какой-то безысходный вой.

– Что ты с ним сделала? – Иллис только морщилась, глядя на валяющегося мужчину.

– За способности мнемика отвечают несколько отделов головного мозга. Это врожденная способность. Ее можно блокировать лекарствами, но Вирт сказал, что это не эффективно. К тому же он измененный. Так что будет еще хуже. Но в наших организмах все связано энергетическими потоками. И можно поставить блокаду методами Альтери.

– А чего он так воет? – Иллис снова поморщилась.

– Я не управляла потоками, а полностью их перекрыла. Это как лишиться одного из органов чувств. Например, внезапно ослепнуть.

Иллис внимательно осмотрела подругу, поглаживающую прижавшегося к ней брата.

– Тебе легче?

– Да. Этот зеленый палец меня достал. Даже когда просыпалась, не выходил из головы. А теперь его нет. – Майя радостно улыбнулась и совершенно искренне рассмеялась.

В разблокированные двери торопливо входили Индерский с Киром. Их удивление было связано скорее с тем, что пленник до сих пор жив, чем со звуками, которые он издавал. Краткие пояснения взял на себя Вирт.

– Как долго продержится такая блокада? – вычленил для себя главное Индерский.

– Пока не будет снята. – Майя равнодушно пожала плечами. – Если этого не сделать, то через полгода начнутся необратимые процессы. Способности выгорят, а граф начнет испытывать приступы сильных головных болей.

– Кто-то кроме тебя это может еще сделать?

– Для этого нужно быть мастером моего уровня, – просто ответила девушка. – Те, кого я знаю, вряд ли захотят вмешиваться в мою печать. Это у нас не принято. А среди отступников о таких я не слышала.

– Отлично. – Индерский с нездоровым любопытством посмотрел на продолжавшее то ли выть, то ли скулить тело. – На всякий случай мы за ним присмотрим.

Майя только пожала плечами.

– Ты, я смотрю, удовлетворен? – поинтересовался Кир, глядя в спину удаляющейся девочки.

– Да, получилось даже лучше, чем я ожидал. Не то чтобы мне жалко этого. – Легкий кивок на носилки показал, кого он имеет в виду. – Я опасался последствий убийства именно для Майи. А с таким исходом могу с уверенностью сказать, что обоих детей сможем вернуть к нормальной жизни. Хотя мальчишке придется нелегко. Но главное Майя. Она в этой паре ведущая, и Лютимир будет тянуться за ней. Сейчас бы как-нибудь закрепить этот результат. Что-то положительное, с хорошо знакомой, но недостижимой ей целью. Это позволит ей не изводить себя сомнениями о принятых решениях.

– Есть идеи? – Кир подозрительно прищурился.

– Есть одна. Да лучше ее сначала обсужу с ректором академии. Он должен меня поддержать.

– Хорошая? – продолжал настаивать Кир, явно почуявший неприятности.

– Просто великолепная. Есть всего несколько минусов.

– Это какие же?

– Ну, тебя она в восторг не приведет. А Димир с Адилой так нас с тобой разорвут на части. Так что нужна поддержка.

– Вот за что я не люблю, это когда ты начинаешь говорить в таком тоне, – проворчал Кир. – Вас, ученых, иногда трудно понять. А уж мнемиков тем более. Мог бы хотя бы предупредить, к чему готовиться.

– Это что же, ты так можешь со всеми? – устраиваясь у себя в гостиной, поинтересовалась Иллис.

– А ты решила, что наши правила только для галочки? – вопросом на вопрос откликнулась Майя, мельком глянув на подошедшего Вирта.

Тот только кивнул служанке, разливающей чай. Лера продолжала строго отслеживать исполнение указаний императрицы и больше не подпускала своих подопечных и их гостей к такому важному делу, как обслуживание за столом.

– Вы можете отозвать свое согласие в любой момент, – закончила Майя.

– Если еще раз мне об этом напомнишь, я тебя все-таки поколочу, – рассердилась Иллис.

– Я помогу. И ребят еще позову, – поддержал сестру Вирт. – Майка, твое недоверие немного обидно для нас.

Лера с любопытством прислушивалась к разговору этих троих. Лютик сидел с краю и беспардонно пользовался расположением обслуживающей стол служанки, осторожно подпихивавшей ему очередную пироженку. Вообще, мальчишка пользовался большой популярностью у служанок в этом крыле и медсестер в больнице. Все они, при каждом удобном случае, пытались что-нибудь ему всучить. Причем почему-то из сладкого. Счастье еще, что неизбалованный таким вниманием паренек хоть и не отказывался, но к сладостям оставался равнодушным. А вот знаменитые пироженки дворцовой кондитерской оказались его слабостью. Правда, из-за цены заполучить их он мог только в покоях Майи. А тут уже приходилось прятаться от сестры, решившей следить за его питанием лично.

Линара внимательно следила за действиями своего мастера. За пролетевший месяц произошло столько потрясений, что она вообще сомневалась в возможности продолжения занятий. Несколько раз только вмешательство и поддержка Гринды спасала двух новоиспеченных подмастерьев от самой настоящей паники. Особенно когда в лечебницу обращались измененные с незнакомыми осложнениями. Но сейчас это было не важно. Майя вернулась к работе еще до дуэли. Если быть точнее, ее тогда за руку приволокла сюда Лера. Пожалуй, единственный человек, от которого их мастер не только терпела приказной тон, но и даже подчинялась, как старшей сестре. Вообще, за эти полгода Линара так и не разобралась в отношениях этих троих. Старшая служанка покоев почему-то могла наводить свои порядки как в самих покоях, так и во всем крыле дворца ее высочества. Она принимала участие и в составлении дневного расписания, как принцессы, так и Майи, а значит, и в процессе обучения ее учениц. Но при этом девочки оставляли за собой возможность настоять на своем. И это не оспаривалось. Во всем дворце, если не считать императрицу, Лера была единственной, кому вообще позволялось спорить с этими двумя. Даже Димир и Вирт не имели такой свободы в отношении Майи.

Недаром Индерский начал действовать через нее. После того, как у мастера объявился брат, он лично прибыл в лечебницу, вызвал Леру и под звуконепроницаемой защитой провел инструктаж. Индерский требовал, казалось бы, невозможного.

«Поймите, – убеждал он их, – ей сейчас ни в коем случае нельзя оставаться наедине со своими мыслями. Этот блок очень коварная штука».

«Но, может, лучше оставить ее с братом?»

«Лютимир и забота о нем имеет большое значение, – соглашался Макс. – Но нельзя позволять ей зацикливаться на чем-то одном. Остатки блока будут пытаться навязать ей апатию, разные мысли, что ее презирают друзья и близкие, и не только. Ее необходимо тормошить, заставлять верить в свою значимость для окружающих. И вам, девушки, легче всего это сделать. Обращайтесь к ней за советом как можно чаще. Не за учебой, пока Майе это трудно. За разъяснениями, лечением пациентов, просто поддержкой. Пусть работает с тем, что ей интересно и что она умеет делать лучше всего. Она сильная девочка и справится со всем сама. Просто немного надо помочь. Я уже переговорил с Церой, она пообещала заняться тем же по своей линии. Вирт с Иллисианой будут нагружать ее по кураторству. Там всегда есть много работы такого рода. Пусть ее и наместники теребят».

Указания Индерского было нетрудно выполнить. Хотя мастер-классов не хватало.

А после поединка Майя не только вернулась к лечению пациентов, возобновились и полноценные занятия.

– Вот здесь и здесь надо замкнуть каналы. А третий оставить, используя точку кари и фирс, видите?

Линара с подружкой поспешно закивали головами. После занятий они разберутся с теорией, и завтра вечером каждая доложит результаты. А пока надо только смотреть.

– Вопросы есть? – Майя отпустила пациента, как всегда ушедшего довольным.

– А это правда, что ты графа уложила нашими приемами? Покажешь? Мы тоже хотим научиться боевой Альтери.

Майя только закатила глазки к потолку, а потом скептически осмотрела обеих девушек, уставившихся как дети на нее.

Утаить подробности поединка не удалось. И виноватым в том оказался не кто-то из зрителей или даже сделанные все-таки записи, а лично сам граф Контрийский.

Потеря способностей мнемика оказалась для него последним потрясением в ряду тех, что произошли в круге равных. В первый день он просто ныл. Точнее, выл на одной ноте, несмотря на снятие блокады с правой руки и лошадиную дозу обезболивающих. Подмастерья наотрез отказались идти к этому измененному. К Майе, понятное дело, никто не обращался. Блок с руки ушел сам, равно как и повышенная чувствительность на шее. А лекарства пришлось дать. В надежде, что арестованный утихнет. Но его вой продолжался до утра. Вот из его нытья в последующие дни и узнали все подробности поединка. Как «поганая» Альтери отказала благородному в праве честного поединка. Отбросила меч и как плебейка кинулась на него с голыми руками. Как, используя нечестные и подлые приемы, лишила его руки, а потом издевалась над ним. Сломала руку и лишила возможности стоять на ногах. А потом и вовсе сотворила ужасное.

Индерский со своей аппаратурой подтвердил пассивное состояние отделов мозга преступника, что отвечали за способности мнемика. Это вызвало облегчение у охраны тюрьмы. Правда, дежурных специалистов главный дворцовый врач и по совместительству начальник мнемоконтроля все же оставил для наблюдения.

А еще все узнали, почему это существо осталось живым. Граф сам же и проговорился, когда на следующий день немного пришел в себя и высказался насчет того, что зря в свое время не добил мальчишку.

Так что Майе оставалось только развести руками, выслушивая от расстроенного Кира пояснения, а заодно и краткий пересказ слухов, разрастающихся как снежный ком, разом выплеснувшихся за пределы дворца. Тогда и появилось впервые словосочетание «боевое Альтери». Якобы сверхсекретная техника боя, которой обучают только мастеров высокого уровня.

– Нет никакой специальной техники боя. Уж вы-то должны это понимать. Можно любую процедуру использовать для обороны, – попыталась вразумить своих подмастерьев Майя.

– Да как же! Для полной блокады нужна вся спина. Кто нам ее предоставит?

– Для полной блокады да. Но чтобы отключить кисть, достаточно двух точек на запястье, вполне доступных для захвата одной рукой, – улыбнулась Майя. – Для руки сложнее, но можно использовать пальцы с двух рук при атаке сзади. Ведь достаточно пробить одежду и попасть в нужную точку. Вы же из обители! Вам должны были объяснять.

– Это только подмастерьям рассказывают, – обиженно пробормотала Линара. – А можно мы тоже немного потренируемся?

– Спортзал вам никто не закрывал. – Пожала плечиками Майя. – Там и манекены есть. Можете подойти, когда мы с Иллис там бываем, я покажу некоторые движения. А еще лучше попросите своих кавалеров. В охране дворца неплохие бойцы. Только сами их не учите нашим приемам. А то натворят дел. А исправлять, между прочим, придется вам.

– Да уж, с их-то силой и по точке Ривил угодить, – рассмеялась Линара.

Лера неодобрительно покачала головой и озабоченно обернулась к мастеру.

– Майя, у тебя через полчаса занятия в академии. А ты еще даже чая не пила.

– Да, точно. У нас сегодня распределение на летние практики, – закивала головой Майя. – Потом буду свободна. Иллис когда освобождается?

– Через два часа. У нее занятия в этом вашем кружке. Решила сама подменить отсутствующего преподавателя по культуре.

Лера недовольно фыркнула. Курсы церемониймейстеров, которые с ее легкой руки иначе как кружком по церемониям и не называли, развивались полным ходом. И сделать с этим ничего не смогла даже Мегера. Впрочем, управляющая дворца уже вообще ничего не могла сделать. Она паковала чемоданы в ожидании назначенного срока отбытия к новому месту службы. Назначения на работы служанок сейчас проводила одна из ее заместительниц, что не всегда радовало. Во дворце уже нарастал ворох мелких проблем и неразберихи, которые обычно находились в ведении управляющей дворца. А новую управляющею пока никто не видел. Даже еще имени не было объявлено.

– И да. На вечер я отменила все дела. Ну, ты знаешь.

Линара с интересом отметила радостную улыбку мастера. После поединка она вообще часто улыбалась. И стала похожа на прежнюю девочку, которая их встречала меньше года назад. Но так радоваться прибытию инспекции?

После обеда ожидалось прибытие мастера-настоятельницы Гринды с несколькими мастерами. Как было им заявлено, с инспекцией лечебницы. Последние дни пришлось даже побегать. Майя и не подумала забыть о своих намерениях устроить пункты приема в городе. И сильно возмущалась, что до сих пор они даже не присмотрели варианты размещения. А тут еще и Гринда подлила масла в огонь, отметив, что было бы неплохо подыскать место для проживания адепток в городе.

– Майя, мы просмотрели несколько вариантов, предложенных леди Цериандрой. Кое-что из этого очень даже подходит. Но все они расположены в центральных районах столицы. Тут цены просто ужас, – пожаловалась Линара. – Я не уверена, что Гринда одобрит такие расходы.

– А ты не беспокойся о Гринде, – проворчала Майя. – У нее сейчас своих хлопот выше головы. Их властитель не рискует больше действовать прямо. Но вот ограничить платежи или наложить лапу на новое имущество ему вполне по силам. Я сама заплачу. Обитель войдет на правах совладельца с совещательным голосом. Так что не беспокойтесь о том, что скажет Гринда, ни о своих назначениях. Ваша задача будет работать над техникой, обучать адепток и других подмастерьев. А решение хозяйственных вопросов возьмут на себе те, кого пришлет Гринда. Она же возьмет на себя и часть текущих расходов. Это их императора не заинтересует.

– Но защитники? Разве они смогут действовать в империи Арден так же свободно?

– Линара, ты хочешь получить ответы на все вопросы сразу? – легко рассмеялась Майя. – Вопрос защиты ортоб встанет позже. И защитникам из горных кланов хватит работы в любом случае. Мне пора бежать.

Линара только похлопала глазами на закрывшуюся дверь.

– Чего ты к ней пристала, – укорила подмастерье Лера. – Пора бы уже на своей шкурке понять, что Майка найдет решение сама или того, кто решит проблему за нее.

– Нет, ну я все понимаю. Но как-то даже года не прошло после обители, – промямлила Линара. Ее подруга смущенно кивнула.

– Так что вам не нравится? – удивилась Лера. – Или вы хотите сидеть на завалинке где-нибудь в провинции и лечить вывихи у крестьян?

– Теперь? Не-е-ет. – Обе девушки заулыбались, явно вспомнив свои мысли в первые дни после назначения.

На занятие в академию она все-таки успела. В последнюю минуту и под недовольным взглядом Стилета.

– Что ж. Хоть и с опозданием в этом году, – Стилет недовольно покосился на замершую Майю, – мы все-таки проводим это занятие.

Преподаватель недовольно осмотрел класс тактиков. Майя с недоумением покосилась на лорд-ректора академии, присутствующего на занятии в виде голограммы.

– По традиции и согласно учебному плану, распределение второго курса тактиков академии происходит в начале первого триместра, сразу после Нового года. Этот триместр дается вам для сбора информации и подготовки к будущему месту практики. В этом году мы ждем от вас результативной работы, анализа работы отделов, в которые будете распределены, и грамотных выводов о качестве работы, как своих групп, так и системы в целом. Благодаря не зависящим от нас событиям, это занятие проходит только сегодня. Но потеря почти месяца не будет учитываться при оценке вашей самоподготовки. Не рассчитывайте.

Майя только опустила глаза, как будто принимая последние слова на свой счет.

– Курсант Майя. Мы все рады видеть вас в этих стенах, но учитывая ваше непосредственное участие в последних событиях, руководство академии с пониманием отнесется к вашей просьбе об отмене практики для вас лично. Думаю, его высочество согласится приостановить действие вашего пари.

Вирт недоуменно приподнял брови. Он далек был от мысли, что Стилет способен допускать такие психологические ошибки. Но зная характер одной особы, последняя его фраза предполагала вполне однозначный ответ с ее стороны.

– Нет, – подтверждая его предположение, решительно заявила Майя. – Я не буду подавать прошения.

– Что ж. Ваше право. – Развел руками Стилет. А еще Вирт отметил удовлетворенную улыбку, промелькнувшую на лице лорд-ректора.

– Итак. Курсанты Рив и Картон, вашим местом практики станет оперативное отделение района Валейро нашего столичного мира. В ваши обязанности будет входить руководство оперативными пятерками в качестве стажеров и под наблюдением опытных тактиков. При подготовке обратите внимание, что это подразделение будет направлено в одну из граничных провинций, для взаимодействия с транзитными переселенцами, которые попросили временного убежища на территории империи Арден. Вам предстоит более подробно ознакомиться с их культурой и обычаями. И мы ожидаем от вас всестороннего анализа возникающих сложностей и путей их решения в работе ваших боевых пятерок.

Стилет перевел взгляд на следующего курсанта.

– Ваш товарищ направляется в отдел связи. Мы договорились с командованием, что он будет стажироваться в вашем секторе. Так что темы у вас будут смежные. Заодно сохраняется возможность оценить уровень вашего взаимодействия.

На этот раз грустный выдох издала уже троица курсантов.

– Курсант Вирт. Вас как всегда ждут в отделе аналитиков столичного сектора. Надеюсь, в качестве оперативного аналитика вы сможете быть более эффективны.

Вирт скосил взгляд на Майю и только дернул уголком рта в усмешке.

– Принято, лорд-преподаватель.

Майя недоуменно посмотрела на отвлекшегося Стилета.

– А я?

– А вы, курсант Майя, займетесь своим любимым делом. А именно анализом систем охраны, с целью выявления в ней точек уязвимостей и разработки способов их использования на случай возможной внезапной эвакуации объекта охраны до одного из пограничных порталов столичного мира в условиях враждебного окружения. В качестве обоснования и доказательства обоснованности сделанных выводов вам предстоит реализовать свою разработку на практике.

– А-а-а? – Майя недоуменно захлопала глазками.

Стилет закатил глаза, но ответил серьезно:

– Ваша задача осуществить побег из дворца, конечным пунктом которого должен стать один из пограничных порталов столичного мира по вашему выбору.

– С объектом номер один, это с Иллис, что ли? – уточнила Майя. – А как же охрана?

– Обеспечение безопасности объекта с вас и вашей пятерки никто не снимал. – подтвердил Стилет. – С этой целью пятерка Риттла будет выведена из планируемых учений служб империи и поступит в ваше полное распоряжение.

– Прошу прощения, лорд-преподаватель, если я правильно поняла, мне ставится задача осуществить побег из дворца с похищением принцессы, в сопровождении личной пятерки теней. Насколько я понимаю, против меня будут действовать все дворцовые службы, а не только охрана дворца.

– Именно так, – подтвердил Стилет. – Все подразделения уже поставлены в известность о готовящихся учениях и начали разработку мер противодействия. В период реализации плана вам также будет противодействовать и курсант Вирт. Имейте в виду, что реализация побега должна быть не ранее уже назначенного вами срока.

– Это какого? – совсем растерялась Майя.

– Так вы же сами назначили дату следующего побега прошлым летом, – невинно отметил лорд-ректор. – Мы рассчитываем, что вы не сильно от него отклонитесь и не будете нарушать учебный процесс. Кроме того, будет нелишне предупредить, что лорд-мастер, с целью стимуляции личной заинтересованности охраны дворца и оперативных подразделений теней, предупредил о готовящейся ротации оперативных кадров, причем не только дворца, но всей столицы. Все бойцы с неудовлетворительной оценкой по результатам этих учений будут направлены в удаленные провинции, причем с формулировкой о непригодности к обучению по результатам сразу двух проверок, учитывая прошлогодние. Остальным обещаны круглогодичные учения с целью повышения взаимодействия с вновь прибывшими подразделениями.

Позади Майи кто-то из одногруппников нервно хохотнул. Майя растерянно посмотрела на Вирта, но тот сам недоуменно пожал плечами.

– Только до пограничного портала? – решила все же уточнить Майя.

– Я тебе дам! Только попробуй пройти дальше, – сразу напрягся Стилет.

– Принято. – Хмыкнула Майя. Хоть как-то задеть преподавателя. Мелочь, а приятно.

– Нет, ты вообще представляешь эту картину? – возмущалась она, стоя перед хохочущими Иллис и Лерой. – Я бегу с тобой. За нами гуськом Риттл со своей пятеркой. Уверена, что Кир нас одних не отпустит. Так что дополнительная кавалькада из когорты боевых пятерок обеспечена. Не удивлюсь, если еще и с воздуха прикрывать будут. И все это тайком, «незаметненько» от охраны дворца, всей службы теней столичного мира и под носом имперской полиции и городской стражи. Как они себе это представляют? Да тут не норка, тоннель будет нужен!

– Майка, ну чего ты заводишься. – Иллисиана присела на диване, вытирая слезы. – Ну доложишь, что не нашла такой большой норки, и все.

– Ну уж не-е-ет, – зловредно протянула Майя. – Сами напросились, я их за язык не тянула. И даже телепортацию использовать не буду. Обойдутся.

– У тебя что, есть идеи? – живо заинтересовалась Иллис.

– Есть. Но пока не скажу. – Хитро улыбнулась Майя, сразу напомнив Лере ту занозу, какой она была в первые годы. – Только пока не поняла, как покинуть дворец и пройти в город.

– А-а. Понятно. Тогда осталось дело за малым, – фыркнула Иллис. – А я уже раскатала губу.

– Так их, сестренка, – подал голос Лютик. – Жаль, что я в такой развлекухе не смогу поучаствовать. Индерский меня из больницы не выпустит.

– Еще чего! Хватит с тебя и пяти побегов, – сердито шикнула на него Майя при дружной поддержке обеих подруг.

Мальчик обиженно надулся, но тут же поднял просящие глаза.

– А хоть в подготовке участвовать я смогу? Ты мне ничего не рассказывай, только говори, что делать. А когда вернешься, сверим мои догадки и твои планы.

– Договорились, братишка, – улыбнулась Майя.

– Ты меня тоже со счетов не сбрасывай, – немного ревниво заметила Иллис.

– Я так поняла, подготовка к новому побегу началась, – сделала вывод Лера. – Опять Гард будет целый год на учениях.

– Побегать ему всяко придется, – заметила Иллис. – Так что ты у нас на подозрении будешь.

– Ваше высочество, да я… – Лера даже задохнулась от обиды.

– Да шучу я, шучу, – засмеялась Иллис. – Но Гарда твоего придется отправить пока на какие-нибудь курсы.

– Ага. А то Майка сбежит, а твоего гвардейца отправят в захудалый замок, – буркнул Лютик. – Но он же не виноват, что охраняет мою сестренку.

Лера все же рассмеялась вместе с девушками над замечанием Лютика.

Гринда прибыла вовремя. В сопровождении сразу трех мастеров, убеленных сединами женщин, она сразу после визита вежливости к Адиле прошла в лечебницу, где вполне официально приветствовала Майю и своих бывших адепток. После чего был чопорный осмотр всех помещений. И только потом она отпустила своих мастеров для подробного ознакомления с делами, документами и организационных вопросов. Так что даже Лере пришлось присоединиться к подмастерьям в качестве докладчицы. И наконец, прошла в гостиную, где все так же чопорно и официально приветствовала принцессу в качестве принимающей стороны. Одновременно через портал прошел и тот, кого так ждали Майя с Лютиком. Звуковая защита едва успела опуститься, как мальчишка радостно обнял мужчину. На тех, кто прошел вместе с ним, он вообще не обратил внимания. Сразу начав забрасывать того вопросами.

С улыбкой проследив за этой сценой, Гринда обернулась к Иллис.

– Мне кажется, их надо оставить на некоторое время. Вы не возражаете, если побеседуем пока без Майи?

– Конечно. – Иллис слегка усмехнулась, оставив без внимания столь резкий переход от абсолютного официоза к вполне неформальной беседе. – Я так понимаю, вас заинтересовал рассказ Линары о моем участии в процедурах в качестве дающей?

– Несомненно, ваше высочество. Вы должны понимать всю необычность ситуации.

– Я не претендую на звание подмастерья, – заметила Иллис.

– Тем не менее вы ведь не откажетесь пройти тесты?

– Было бы интересно знать свой уровень, – задумчиво кивнула Иллис, покосившись на прислушивающуюся к разговору мать. – Жаль, что мастером мне не быть.

– Дающий не менее важная специализация в наших кругах.

– Конечно, но все-таки. – Иллис даже немного смутилась под понимающим взглядом женщины.

Майя отвлеклась наконец от семейного разговора и осмотрелась. Несколько смущенно отметив, что кроме Иллис и Гринды в гостиной присутствуют Адила с Церой и Кир, также тактично обсуждающие что-то между собой почти шепотом. О том, что дед, как обычно прибыл во дворец в качестве защитника Гринды, она прекрасно знала. Как и то, что остальные защитники при полной поддержке дворцовой охраны, сейчас старательно скрывают от возможных наблюдателей его отсутствие в гостевых помещениях. Необычайно доверительные отношения со старейшиной горных кланов предпочитали не афишировать ни с той, ни с другой стороны.

– Извините. Это было не очень вежливо с нашей стороны, – повинилась девушка.

– Вполне вежливо, – возразила Гринда. – Сейчас…

Портал снова вспыхнул, пропуская Димира и Вирта.

– Все же я был прав, дорогая, когда предлагал нам задержаться, – вместо приветствия с порога заявил Димир.

Майя недоуменно осмотрелась. Их с Иллис гостиная была не маленьких размеров. Но такое количество официальных лиц вместе тут собиралось не часто.

– Здесь что-то должно произойти? – уточнила она.

– Уже произошло. – Вздохнул Кир. – Теперь надо решать, что с этим делать. Суд над сенти будет через месяц. Это первый суд из многих нам предстоящих. Но именно он касается непосредственно вас с братом.

– А что не так? – Недоуменно нахмурилась Майя. – Мы же вроде все уже рассказали.

– Рассказали и даже записали на все, что возможно, и прочее, – проворчал Кир. – Да только вы с Лютимиром свидетели практически по всем эпизодам и засветились во всех провинциях Арден. Особенно ваш брат. А по части подвалов дворца и вовсе единственные. Одно дело записи показаний, и совсем другое личное присутствие свидетеля на суде под контролем целой толпы мнемиков, способных отследить любое воздействие. К сожалению, это понимают и с другой стороны.

– На нас объявлена охота, – даже не сделала вывод, а просто констатировала очевидное Майя.

– Да. Причем задействованы будут все варианты, включая самые кардинальные. Аналитики считают, что выявлены были не все, кого этот… готовил к покушению. Такой человек не мог не оставить кое-что и для себя. Кое-что нам к размышлению подкинули и горные кланы. Так что сейчас в этом крыле заново запускают индикатор ядов, – неловко пошутил лорд-мастер.

– Да, грязная история, как, впрочем, и всегда с этими сенти. – Прокашлялся дед, смущенно отвлекшись от разговора с внуком. – У нас тоже выявлены целые гнезда этих крыс. Мы, конечно, знали о многом. Но когда начали ворошить, такое полезло, что впору за голову хвататься. Аресты до сих пор идут. А кое-где дошло до открытых столкновений. Да и соседям пришлось помогать. Вам вот информацию привезли. Кстати, угроза в отношении вас подтверждена и по моим данным. В ваших судах это уже вряд ли кого спасет. Разве что только повлияет на приговор. А вот обвинения кое-кого в других государствах строятся исключительно на ваших воспоминаниях. И тут уж сама понимаешь, терять вас нам никак нельзя. Вместо личного присутствия наши суды будут согласны принять вас по голосвязи, в целях безопасности, так сказать. Но никак не в записи.

– И что же нам теперь делать? – мрачно поинтересовалась Майя.

– Лечиться, учиться и заниматься своими делами. Их у вас немало. К тому же ты тут вроде как тактик. И вполне можешь поработать в этом качестве. А через месяц-другой, когда пройдут первые суды, станет легче.

– Да? Деда, ты еще не знаешь, что мне дали в качестве практики, – тут же наябедничала Майя.

– Это уже лето будет, – добродушно отмахнулся тот. – Наслышан уже. Не очень понимаю, как ты собираешься вывернуться в этот раз. Но будет любопытно посмотреть. Ведь телепорт тебе запрещено использовать.

– Да, ей развлекаться, а меня не выпустят, – тут же встрял обиженный Лютик.

– Индерский говорит, что тебе лечиться не меньше года. И наш врач это подтверждает. Но зато ты будешь здоров. Так что придется потерпеть, – пресек попытку дед.

– Ага. Только я хотел к тебе. Заберешь меня в кланы?

– Я бы с удовольствием, но боюсь, что не получится. – Грустно улыбнулся тот в ответ.

– Дед, что случилось? – встревожилась Майя.

– Ты же знаешь, что в нашем мире стало слишком много временных расколов? Прорывы следуют один за другим. И с каждым разом все сильнее.

– Слышала, но я думала, вы справляетесь, – растерялась Майя.

– Мы тоже так думали когда-то и рассчитывали продержаться до улучшения обстановки. – Грустно кивнул головой тот. – Вот только анализ ситуации за последние годы показал, что наш мир ждет судьба других погибших миров. Вплоть до разрыва стационарных порталов и полной изоляции от Объединенных миров. Правда, мы надеялись, что еще есть время. К сожалению, ошиблись, и ситуация грозит выйти из-под контроля в самое ближайшее время. Для империи Арден или другого многомирового государства это вполне решаемая проблема даже без привлечения помощи извне. Но для одного-единственного независимого мира полная эвакуация населения превращается в вопрос сохранения государства. К счастью, в Объединенных мирах есть незаселенные в силу разных причин планеты, пригодные для колонизации. Нам даже согласились уступить некоторые из них, на выбор. Но колонизация чистого мира грозит слишком большими потерями. Ведь колонистами будут не специально подготовленные люди, а все население, со стариками, детьми и прочими.

– Какой же выход? – Майя нахмурилась, пытаясь осознать масштаб проблем, о которых дед до сих пор даже не упоминал.

– В прошлом году открылся проход в мир Калмеков.

– Погибший мир, – тихо пробормотала Майя.

– Да, первые экспедиции обнаружили всего несколько сотен тысяч почти одичавших разумных, разбитых на изолированные группы. Ниже порогового уровня для воспроизводства популяции. Вымирание там практически уже закончило свою работу. Зато в горных районах и кое-где даже на материках сохранилась инфраструктура. Есть уцелевшие заводы, частично законсервированные. Правда, технологии времен последнего Великого раскола. Но это мы уже сможем принести с собой.

Дед сделал паузу, наблюдая, как заскучавший Лютик оторвался от него и направился к столику с фруктами, затем продолжил с улыбкой:

– Сейчас этот мир имеет только один переход из королевства Спаррелы. Но в ближайшие годы восстановятся еще четыре портала. К этому есть все признаки. Не всякий мир может похвастаться пятью выходами в разные миры. Это большой плюс для нас. А то, что там еще сохранились расколы, нам не привыкать. К тому же они стационарные, и мы сможем их блокировать щитами. Этим уже занимаются первые колонисты.

– Что же тогда тебя беспокоит? Если все уже спланировано?

– Время. – Коротко вздохнул мужчина. – Его у нас оказалось гораздо меньше, чем мы рассчитывали. Мы старались не афишировать этого, но за последний год вскрылось сразу несколько расколов, которые не желают закрываться. При этом они не фиксированы на местности, что не позволяет надежно закрывать их щитами. Есть даже гипотеза, что открытие портала в мир Спаррелы и активизация расколов у нас являются следствием одной цепи. С волнами тварей еще можно было бы справиться. Но атмосфера и биологическая угроза требуют щитов. Так что в материковых долинах нашего мира уже практически нет жизни, Майя. Всех разумных пришлось эвакуировать в горы и на острова. Мы, конечно, называемся горными кланами и гордимся своими предками, но горы не то место, где возможно длительное выживание сотен миллионов разумных.

Майя не отрываясь смотрела на деда. А тот сделал паузу, но не дождавшись вопросов, продолжил сам:

– Королевство Спаррела дало согласие на переселение. Даже согласилось принимать транзитных переселенцев. Но в районе портала можно организовать площадки для временного проживания ста, от силы двухсот тысяч человек. Этого явно недостаточно. Мы просто не успеваем провести эвакуацию такими темпами. Да и порталы Спаррелы не смогут обеспечить пропуск большего количества людей. Больно уж мелкие и маломощные. А еще оборудование, снаряжение, да и много чего. Транспортной системы-то туда еще не налажено.

Майя вопросительно перевела взгляд на Димира. Но на ее невысказанный вопрос все равно ответил дед:

– Димир не отказал в помощи своим союзникам. Он согласился уже помочь и принять переселенцев. У нас даже есть на выбор два места для организации перевалочного пункта. Одно из них в провинции Диллиан. Оттуда есть прямой переход в Королевство Спаррела. Правда, это не очень удобно. Точка выхода в мире Спаррелы расположена на другом континенте, и необходимо организовывать транспорт для переселенцев целого мира. Королевству просто нет необходимости в транспортной системе таких масштабов. Так что придется делать все за наш счет. Но все же это хоть какой-то выход в сложившейся ситуации. Вот только в провинции Диллиан такое количество народу можно разместить только в степях, на пространствах, полностью открытых для всех мыслимых ветров. Более удобным оказался второй вариант, провинция Ринсия, о которой вам с Лютиком вряд ли хочется вспоминать. – Грустно улыбнулся дед, наблюдая, с каким наслаждением внук вгрызся в выбранное яблоко, одновременно украдкой пряча в карман очередное пирожное. Похоже, он получал удовольствие даже не от самого яблока, а от того, что может вот так, никого не спрашивая, подойти и взять его. А пирожное надо было стащить тайком от Майи. Все остальные старательно делали вид, что ничего не замечают.

– Портал перехода прямо перед перевалом, – вклинился в разговор тем временем Димир. – Есть инфраструктура для массовой эвакуации в убежище через перевал. Она сохранилась со времен волн раскола. Убежищем, по сути, является вся замкнутая горная долина, способная вместить не один миллион разумных. И при необходимости даже худо-бедно обеспечить их питанием. Плюс замок и его окружение для первых переселенцев, резервные убежища в скалах. Все это можно быстро расконсервировать. Есть открытые территории для возведения нового жилья. Раскол на перевале практически безопасен и находится под стационарным щитом. Да и не планируют они там задерживаться. Так, перевалочный пункт и накопитель на несколько лет. Ну и для нас тут есть свои плюсы. Для тех же ближайших городов, что будут обеспечивать инфраструктуру для переселенцев. Это же не на один год.

– Правда переход в королевство Ринсии будет таким же сложным в транспортном отношении. – Дед снова вздохнул. – Но тут теперь главное выиграть время, чтобы эвакуировать разумных из нашего мира как можно быстрее и дать возможность нашим колонистам хоть как-то подготовить почву для массового переселения. Профессор Ротнири, что участвовал в захвате перевала, является ведущим специалистом по миру Чистилище. И он утверждает, что этот мир Бездны является своеобразным природным перекрестком миров. В том числе там есть и раскол в наш новый мир. Причем недалеко от раскола, что ведет на перевал.

Дед прямо над столом вывел трехмерную карту мрачной местности с обозначенными местами расколов и пометками, куда они ведут. Все с интересом осмотрели участок горного плато, испещренный мелкими и глубокими каньонами и окруженный многочисленными вершинами, по всей видимости, вулканов.

– Он утверждает, что еще после Великого раскола там была кислородная атмосфера. И исследователи пользовались этим миром для переходов. В защите, естественно, и без электроники. Но все же тогда там можно было находиться в респираторах. К сожалению, сейчас это мир иначе как Чистилище и не называют. Из-за усиления вулканической деятельности сейчас там постоянно идут кислотные дожди, а атмосфера стала полностью не пригодной к дыханию.

– Хм, не знал. – Лютик, с хрустом доедая свое яблоко, приблизился к заинтересовавшей его картинке и теперь с любопытством рассматривал знакомые холмы в центре плато, похожие на двугорбого верблюда. – Мне, получается, надо было просто лапки сложить, а я еще барахтался.

Присутствующие замерли, как-то заторможенно осознавая сказанное.

– Что? – Медленно подняла голову Майя.

– А что? Как я, по-твоему, оказался под щитом? – Лютик недоуменно осмотрелся, будто приглашая окружающих присоединиться к его недоумению.

– Альнар доложил, что стражники заставы тебя поймали и поместили под него, – медленно произнес Вирт. – Они пришли к такому выводу.

– Поймали бы меня, как же. – Пренебрежительно фыркнул мальчишка. – Я влетел во временный раскол-спутник в день побега. Не успел увернуться.

– Ну, знаешь! А почему ты мне ничего не рассказал? – возмутилась Майя.

– Как не рассказал? – удивился мальчишка. – Я же тебе про охоту рассказывал, как сделал печку из блока питания, и все такое. Там костер негде развести было. Про пещеру рассказывал.

– Я думала, что ты это все в лесу делал!

– Да какой там лес! Под дождем разве что вырастет? Повезло, что пещеру сразу нашел.

– Так ты простым дождем кислотные осадки называешь? – вконец возмутилась сестра. – А мне догадываться предлагаешь?

– А что еще? – возмутился парень.

– Так, стоп! Потом разберетесь, кто, что да как понял и о чем догадался, – прервал разгорающиеся разборки дед и уже мягче обратился к насупившемуся Лютику: – Так ты, получается, провел на Чистилище больше десятка дней?

– Да, – все еще сердито косясь на сопящую сестру, буркнул мальчик.

– Можешь показать где? – продолжил допрос дед, только предупреждающе покосившись на внучку.

– Вот здесь. – Палец, все еще со следами ожогов, уверенно ткнулся в склон самого большого вулкана, прикрытый тенью. – Там полка, глайдер на ней разбился. А с полки вход в пещеру. Это вулканическая труба. Там вообще-то их несколько и они пересекаются или соприкасаются стенками. Целый лабиринт, можно сказать. А вот тут выход в каньон. Только в нем по дну после каждого дождя речка течет, и лучше не высовываться. Мне пришлось ждать, когда она пересохнет. Вылезал наверх вот здесь, по стене. Можно было бы подняться выше, но я боялся, что дождь накроет или туман. А укрыться будет негде. А если с респиратором и под плащом, то можно, наверно, и дальше пройти.

– Пещеры большие? – поинтересовался в полной тишине дед.

– А то! В некоторых местах такие, что потолок почти не видно. Только вывалов много. Но если поставить силовые купола, наверно, целый город можно разместить. Я их все не облазил, только то, что смог со своей ногой.

– Но это значит, что если протащить мобильные силовые щиты через раскол, тут можно создать прямой силовой тоннель прямо до выхода в мир Калмеков? – заметил Кир.

– Наверно. – Мальчик решил, что вопрос к нему. – Щит нужен только, чтобы защитить от дождя и капель с потолка и испарений. Тоннель защитит от вулкана. Для этого достаточно слабых щитов. Только наверху плато лавовые поля, а между ними много таких же вот каньонов. Здесь это плохо видно и карта не совсем точная.

– Это вообще не карта. Просто реконструкция старых пленочных снимков, – пояснил дед. – Других у нас нет. Раньше через расколы посылались механические автоматы без электроники. Они сделали несколько снимков, запустив по таймеру пленочные фотоаппараты на чем-то вроде воздушных шаров, и взяли пробы воздуха. Потом их оттуда просто вытащили. И то тросы оказались сильно повреждены кислотой. После анализа воздуха в Чистилище больше никого и не посылали. Незачем. Тварей нет, и ладно.

– А про остальное не волнуйся, внук. Ты главное нам поподробнее про эти пещеры расскажи. А с дорогой мы что-нибудь придумаем, – заговорил он с внуком как со взрослым.

– Во-во. Именно что поподробнее, – все еще сердито проворчала сестра. – И с самого начала. И желательно этого умника притащить. Это же надо! Сделать такие выводы, а задать простой вопрос мальчишке даже не удосужился.

Лютик слегка пожал плечами. Потом прижался к сестре.

– Не сердись. Он, наверно, просто забыл, что не спрашивал. Там не до этого было. А теперь я тут и смогу все рассказать.

– Да, но прожить в Бездне столько времени! И ты молчал!

– Да не молчал я! Просто не подумал как-то, что никто не понял, как я оказался под щитом, – фыркнул брат и внаглую засунул в рот припрятанную пироженку. На что даже Майя не рискнула сделать замечание.

Уже проводив всех, включая Лютика, напросившегося с дедом, Майя расстроенно устроилась на своей любимой лежанке.

– Майя, ну что ты опять расстраиваешься? – наконец не выдержала Лера, только что введенная в курс последних новостей.

– Лерка, ну как ты не понимаешь? Столько времени! Один, в Бездне! Да еще и с разбитой ногой!

– Но сейчас-то все в порядке, – резонно заметила та. – А ты не веселилась в это время на балах, а боролась. В том числе и за него.

– Так-то оно так. Но все равно. Что ты там все с ним переписываешься? – переключилась Майя на Иллис, украдкой помечавшую что-то в браслете. – Давно хотела спросить. Вот объясни мне, чем я обидела Виттора?

– Чего? – Смущение Иллис разом сменилось полным недоумением.

– А то! Думаешь, я не замечаю, что он меня избегает. Даже в классе старается появляться перед уроком и сразу сбегает.

– Майка, ты чего? Да он просто думает, что тебе неприятно с ним общаться. Ведь эти босоножки выпускались на их предприятии.

Майя только глаза закатила.

– И что? Это когда было! И его предки вполне расплатились за этот факт, насколько я помню его рассказ. Причем не только своей жизнью. Если уж на то пошло, для меня куда важнее то, что его дед и отец, и он сам посвящают свою жизнь борьбе с этим. Стараются исправить то, что натворили их предки, а не отнекиваются, как некоторые.

– Ты правда так думаешь? – Иллис неуверенно смотрела на подругу.

– Да нормальный парень этот твой Виттор. И если он не против, я вполне могу с ним общаться. Так что приводи, и переставайте уже бегать по углам, – фыркнула Майя. – Только вот я одного не пойму. Он же из Гиндзорских. А они измененные.

– С этим как раз все в порядке. Ты же знаешь, что в боевой паре его отца ходит дворецкий? – Тема рабства в любом выражении была ей неприятна.

– Конечно, это до сих пор обмусоливают. – Поморщилась с досадой Майя.

– Ну, так вот. У него была сестра, которая, получив свободу вместе с братом, предпочла выйти замуж за простолюдина и жить самостоятельно. Все бы ничего, да при родах она скончалась. А папаше новорожденный ребеночек оказался не нужен. Такие вот тоже бывают.

– Ты хочешь сказать?.. – Майя вопросительно приподняла бровки.

– Ага. Гиндзорский-старший не просто взял опеку над племянником своей боевой пары. Он усыновил его с правом передачи титула. Тогда был огромный скандал. Дед Виттора ни за что не хотел признавать приемного внука. Да только потом узнал, что у самого Гиндзорского не может быть детей вообще. Переболел он чем-то в своих походах. Так что пришлось дедушке смириться. Он даже потом начал общаться с Виттором.

– А дядя?

– Так он стал названым отцом своему племяннику. Согласись, это тоже необычно. Особенно если учесть отношение Гиндзорских к социальному статусу в целом. – Хихикнула Иллис. – Только, девочки, это строго между нами. Виттор не очень распространяется о семейных делах. А большинство подробностей, как вы понимаете, я знаю от Кира. Он, как вы понимаете, всю эту историю по долгу службы знает. Меня ведь, как породистую кобылку, не к каждому подведешь, – грустно пошутила Иллис. – А тут такой шанс. И титул, и неизмененный, и все вместе взятое. Гиндзорские даже в интригах двора в сторонке стоят. Не нужно им это. Со своей бы напастью, что на себя взвалили, разобраться.

Об отношении своей подруги к этому вопросу Майя знала из их девичьих обсуждений слухов и сплетен. Героем их был в основном старший брат принцессы. Да и сами они все же принимали посильное участие в его приключениях. Поэтому она только понимающе кивнула и предпочла не продолжать скользкую тему.

Глава 9

Каждому свое

Лорд-преподаватель Петрион размеренно ходил от своего стола до двери в класс и обратно.

– Наш курс робототехники будет продолжен в следующем учебном году. А сегодня у вас зачетное занятие, которое покажет, чему вы научились. Оценок тут вам не выставляется, но незачет засчитывается десятью штрафными баллами к годовым итогам.

Петрион внимательно осмотрел класс. Курс робототехники был новым в Дворцовой школе. В школе с техническим уклоном, где он преподавал раньше, появилось сразу несколько преподавателей по смежным предметам. И дирекция не стала затягивать вопрос с переизбытком кадров, предложив ему поискать новое место работы. Так что год назад, как и положено соискателям, он подал заявку с программой своего наиболее удачного курса робототехники, рассчитанной на два года. Он считал ее наиболее удачной своей разработкой, так как она предусматривала двухэтапный подход к обучению и позволяла выявить перспективных учеников в конце первого года обучения.

Для чего вообще нужны практические навыки робототехника в элитной школе, ему вразумительно не объяснили. Еще большее удивление вызвал факт того, что этот курс включили в программу класса правящей. Правда, тут он сделал выводы уже сам. По его мнению, правящим вообще каждый подсовывал вот такие уроки из самых разных неосновных тематик с одной-единственной целью. Чтобы выявить их склонность в разных направлениях. Часть из этих курсов становились основными и начинали изучаться углубленно, другие так и оставались на уровне факультативных знаний для общего развития.

Он прибыл в школу только в начале учебного года. С самого начала наслушался немало ужасов о классе принцессы. Но так и не убедился в их справедливости.

Конечно, один раз, в самом начале, был инцидент. Забывшись, на вводном уроке он сопоставил по привычке роботов и рабов. В классе тогда мгновенно воцарилась не просто напряженная, а по-настоящему враждебная тишина.

Только спустя пару минут до него дошло, по какой причине на него смотрят враждебно все без исключения ученики класса. А взгляд прищуренных глазок ее высочества сразу заставил вспомнить все рассказы коллег о ее характере. К счастью, он не рискнул переводить все в шутку, а обратился прямо к ученице, единственной не смотрящей на него. Тогда она еще носила ошейник. Извинения были приняты, правда без восторга. И хоть и не без труда, но напряженность в классе удалось снять.

Только вот эту парочку не удалось заинтересовать своим предметом. Вообще, это был единственный раз, показавший, насколько большим авторитетом пользуется здесь эта девчонка. Преподаватель про себя снова подосадовал на свою оплошность. Ведь знал, насколько важно вводное занятие в вопросе заинтересованности учеников. И ведь его действительно предупреждали насчет особого отношения как принцессы, так и всех учеников к упоминанию ошейников. Но его не особенно обеспокоил этот вопрос. Ведь робототехника никак не связана с социальным устройством общества. И вообще аналогия использовалась только в одном-единственном предложении на вводном уроке. И вот, попался.

Он перевел взгляд на сидящую в дальнем уголке класса парочку. Принцесса, к великому сожалению, так и не проявила особого интереса к его предмету. Но хуже обстояло дело с ее подругой. Она была полностью равнодушной к такой интересной дисциплине. И даже не скрывала, что присутствует тут только номинально. Впрочем, это не сильно сказывалось на их успеваемости. Петрион сильно подозревал, что высшие оценки у принцессы стоят только потому, что ее обязывало к тому положение в кассе. А так она бы давно махнула рукой на всякие там законы робототехники, уравнения движения манипулятора в объемном пространстве и прочего. В общем, она шла только по программе курса и никуда от него не отклонялась.

Похоже, ученица Майя учила предмет за компанию со своей подругой. И особенно не заморачивалась насчет своего места в негласном табеле класса. Впрочем, и среди отстающих учеников она не значилась. Ее опережали всего с пяток одноклассников. Жаловаться, в общем-то, грех. В этом классе не было отстающих по определению. И в отличие от других классов школы, ни один из учеников не пытался подойти и договориться насчет оценки. Ни сам, ни через родителей. И даже оценки принцессы были честно заработанные. Вообще непонятно, чего с такой опаской относятся к классу. Здесь никогда не возникало проблем. Никто из учеников не пытался выделиться сверх меры. С мест глупых реплик не подавал и не пытался напомнить о своем происхождении. А все рассказы коллег про регулярно возникающие сюрпризы от принцессы и ее подруги казались сильно преувеличенными.

Лорд-преподаватель за своими размышлениями закончил вводную часть и решил перейти к делу:

– Ваша задача – собрать за время урока простейшего робота. Много от него не требуется. Он должен выполнять одну полезную функцию по вашему выбору. Простота конструкции должна обеспечивать сборку робота из имеющегося комплекта деталей. Главное, это создать работоспособную схему и воплотить ее в жизнь. Простота и функциональность главное. В качестве осложняющего фактора вам предлагается сделать вручную три копии. Будем считать это основным доказательством простоты схемы. Пользоваться сетью на зачете запрещается. Но если у кого есть заготовки, можно использовать и их.

Иллис с интересом следила за манипуляциями Майи. Нет, ее подруге действительно не нравились уроки этого препода. Хоть она и приняла его извинения, осадок остался. Да и сам предмет ее не очень заинтересовал. Но на зачете она не пошла по пути Иллис. Сама она решила воспользоваться одной из схем, приведенных в учебнике, и собрать нечто вроде грузового манипулятора в ограниченной среде. Он двигался от одной стопки груза, в качестве которой сейчас выступали незадействованные плоские детали, к другой и по очереди перекладывал груз. Всего один манипулятор, один захват и даже колес не требуется. Пространство-то ограничено.

Но Майя учебники читала по диагонали, лишь для ознакомления. А часто и вообще ограничивалась ее разъяснениями. Видимо, схем не помнила и занялась чем-то непонятным. Вытащив из набора деталей какие-то скорлупки, устроила сборку странного механизма. Засунула туда готовый микроблок по воспроизводству деталей, запас массы для его работы, что-то добавила из деталей и сложила скорлупки вместе. Так что к концу урока перед нею лежал маленький шарик размером с ноготь.

– Что это у вас? – Петрион недоуменно осматривал предъявленный объект. – Я вроде просил сделать три робота.

Вместо ответа, Майя нажала на шарик. Тот полежал мгновение, а потом разделился на две части, которые сразу же закрылись новыми полускорлупками. Следом распались и они, полностью повторив процесс. Четыре шарика аккуратно выстроились в шеренгу и замерли.

– Саморазмножающиеся роботы, – вежливо пояснила Майя. – Количество циклов размножения зависит от запаса материала для воспроизводства деталей, заключенного при создании. Перемещение за счет смещения центра тяжести и ограничено несколькими сантиметрами. Еще есть микрозацепы, для закрепления и передвижения по наклонной поверхности.

Подняв один из шариков, она аккуратно поднесла его к рукаву, и тот повис на ткани как какой-нибудь репейник.

Петрион продолжал недоуменно осматривать шеренгу странных роботов. Но, похоже, так и не смог понять что-то, а потому задал следующий вопрос:

– А какая у них полезная функция?

– Размножение. Вы ведь просили только одну функцию. – Майя равнодушно пожала плечами.

– Да, но все же полезную функцию. Например, у вашей соседки робот исполняет функцию перемещения груза. А у вас?

– Я не думала об этом. Но, наверно, где-то можно их использовать.

– Несомненно, – согласно кивнул лорд-преподаватель. – Но смысл задания как раз создать робота под конкретную задачу, а не бегать и подыскивать ее к готовому изделию. Боюсь, я не могу принять у вас зачет. Давайте сделаем так, на первом занятии в будущем году вы или продемонстрируете нам вариант использования вашего робота с размножением, или принесете конструкцию, исполняющую минимум три функции. Для чего вам придется самостоятельно разобрать соответствующие темы. Только полезные функции, – поспешно уточнил учитель.

– Хорошо. – Майя снова пожала печами.

– Чего это на тебя нашло? – Иллис недоуменно смотрела на подругу по окончании урока. – Не могла использовать схему из учебника? Мы же разбирали кое-что.

– Да ну его. Не помню я ничего. Да и забыла я об этой полезной функции. – Досадливо поморщилась Майя. – У Вирта два приема в комплексе самоконтроля не выходит. Никак не могу придумать, как выкрутиться. У тебя-то с этим проблем не было, все точки доступны. А вот Вирту надо замену разрабатывать. Иначе не получается. И с комплексом для девчонок не все получается. Ну как его на время летней практики оставить без контроля? А тут еще этот со своими роботами!

– М-да. Совсем плохо?

– Да нет, справлюсь. Просто зациклилась немного. Нужно будет обход отработать. В крайнем случае, если не получится с обучением служанок, выдам комплекс служанок подмастерьям. Правда, они могут сообразить, что это не простая профилактика. Да и заняты они. Подготовка ортоб уже полным ходом идет. Еще этот суд отвлекает.

– Ну, с этим-то уже вроде всё. На следующей неделе начнется, – заметила Иллис. – От вас с Лютиком только на первом заседании потребуется личное присутствие.

– Знаю. – Уныло кивнула Майя. – Но ведь и потом могут вызвать. И дедушка говорил, что потребуется выступать на их судах.

– Так там нужен в основном Лютик, – резонно заметила Иллис. – Иностранцев во дворце, к счастью, вроде не было.

– А от этого что, легче? – сразу обозлилась Майя. – Лютику надо лечиться. Индерский с ним каждый день возится. Еще даже шрамы не все сошли. А еще ноги, гормональный баланс и все остальное.

– Ну да, не легче, – поспешно поддержала подругу Иллис. Про себя правда вспомнила, с каким боем заставляла саму Майю сводить следы на спине.

Майя подозрительно покосилась на нее.

– И нечего тут фыркать. У меня всего лишь были мелкие следы на коже. А у Лютика совсем по-другому.

– Ну да, ну да. Только возражения у вас одинаковые. И ты что, мысли уже читаешь?

– Как будто не ясно, о чем ты думаешь, – пробурчала Майя и без перехода переключилась на браслет связи. – Старший, выход из школы.

– Принято. Двое ближний периметр, три на дистанции, – донеслось до Иллис.

– Кстати, не объяснишь мне один странный запрос. От Шрама пришел запрос на покупку малого силового генератора до четвертого уровня напитки. Не знала, что наемники так хорошо зарабатывают. И вообще. Почему запрос идет через меня?

– Ой, забыла совсем. – Майя торопливо осмотрелась, убеждаясь, что поблизости находятся только Джейран с напарником. – Понимаешь, у них там активизация раскола. Шрам хочет провести зачистку своими силами, чтобы не привлекать охотников. Для деревни-нанимателя это дорого будет.

– Естественно, не бесплатно, – сделала замечание Иллис.

– Конечно, какой же наемник о себе забудет. – Вернула Майя улыбку. – В общем, решение я считаю правильным, но требуется выкидной лагерь в зону распространения тварей. Вот он и обратился ко мне по старой памяти. Я же сама ему предлагала обращаться.

– Это ты для него столько времени сидела в сети?

– Ну да, пыталась выяснить, какие вообще есть варианты. А деньги он обещает вернуть. Тем более что деревня входит в долю.

– А две штуки-то зачем?

– Так они же собираются без поддержки действовать. – Майя невинно пожала плечиками и многозначительно повела глазками к потолку. – Вдруг один выйдет из строя.

– Подожди, а доставка? – Иллис поспешно переключилась на новый вопрос, правильно поняв намек.

– Так я заодно и с транспортной системой поработала. Туда есть силовая линия, правда не совсем к деревне. Но там уже будут их проблемы. Главное, что есть возможность доставить и приостановить контейнер. Станции там нет, но ведь можно контейнер просто остановить на краю линии на время разгрузки.

– Ладно, поняла. – Вздохнула Иллис. – Дам добро. Могла бы и сама. Ты же куратор. Да и расходы с твоего счета.

– Так пришлось бы официальные бумаги через канцелярию протаскивать. Сама знаешь, какие зануды у Церы сидят. Почему наемники, зачем и как, а может быть другие модели. Зачем новые, для этого ведь надо согласие правительства, а может, какие списанные генераторы им подойдут? Шрам спорить не будет, они всегда на списанном оборудовании работают. Но, Илька, ты бы посмотрела на цены и характеристики этих генераторов. Вся разница на расходе энергии за полгода отобьется. Коммерсанты ведь подставят ребят. А если через нас, то быстрее будет. Цере, если она заинтересуется, я сама все объясню.

– Ладно уж, интриганка, сделаю, – засмеялась Иллис, не забыв подать сигнал, обещающий более подробный разговор под защитным куполом.

Суд происходил в центральном здании суда многострадального города Морст. Совсем не далеко от ставшего знаменитым куба рабов. В судебный зал были допущены только непосредственные участники заседания. Кроме группы адвокатов защиты и обвинителей, на местах слушателей расположилось всего несколько десятков родственников тех, кто должен был выступать в качестве свидетелей. Особняком располагалась небольшая группа родственников обвиняемых. Они старались не осматриваться по сторонам, чтобы не встречаться глазами с остальными участниками. На верху полукруглой залы находился балкон, проход на который был надежно блокирован бойцами теней. Все участники заседания были предупреждены о присутствии их высочеств Вирта и Иллисианы, изъявивших желание лично присутствовать. Ведь в свидетелях должны были выступать личная подруга принцессы и ее брат. Они перед началом заседания прошли в отведенную для свидетелей комнату в сопровождении полной пятерки теней. И вообще, охрану суда на время заседаний сменили полностью.

Но малое количество зрителей было обманчиво. Наверно, сторона защиты и рада была бы настоять на закрытом заседании. Но в данном случае это оказалась невозможным. Система видеонаблюдения в зале суда была переключена на внешние сети. И зрителей было не просто много. Экраны с изображением зала суда находились даже на городских площадях имперских городов. А на площади с развалинами рынка рабов голографическая копия суда проецировалась прямо вовнутрь стеклянного куба. Так, что казалось, будто полупрозрачные портреты осужденных, изображенные на его гранях, парили над ним и собирались наблюдать за самим процессом наряду с остальными.

С самого начала было понятно, что первый процесс станет одним из наиболее показательных. И ниэл Ингнейри, служивший в адвокатской конторе Арит, был этому несказанно рад. Контора числилась в числе десятка лучших в империи. А он считался перспективным адвокатом, которому уже доверяли самостоятельные дела. Но спустя пять лет практики хотелось уже больше, чем быть всего лишь перспективным. И этот процесс мог стать для него отправной точкой. Тем более что он взялся за защиту самого безнадежного обвиняемого, от которого отказались все его коллеги.

Молодой человек мысленно перебирал варианты защиты, стараясь продумать последние штрихи своей задумки. Его непосредственный начальник, руководивший группой защиты, был полным идиотом. Как и те, кто вообще отказался от дела его подзащитного. Его не особенно интересовали их рассуждения, равно как и закон о предоставлении защиты даже таким преступникам, как этот граф.

Пусть тех, кто не может заплатить, защищает государственный адвокат. А ему интересны именно такие вот безнадежные клиенты. И чем страшнее их преступления, тем дороже им обходятся услуги адвоката, его услуги. И чем скорее они выйдут на свободу после наказания, тем быстрее прибегут к нему снова. И будут платить еще больше, чем в прошлый раз. Так что, кроме прямой выгоды, у него был и дополнительный интерес в защите своего подопечного.

Увы, тут все получалось непросто. И завалить обвинение полностью не получится. Кто-то засветился на своих собственных видеозаписях. Кто-то пошел на сделку и признал свою вину. С такими работать было вредно для его целей. А вот граф совсем другое дело. Этот был осторожен. Ни на одной записи не засветился. Даже запись его голоса отсутствует. А то, что много эпизодов в принадлежащем ему замке, так он всего лишь хозяин и не обязан знать все, что творят его гости. Ведь во дворце тоже нашли нечто подобное. И никто не тащит на суд императора. Да и управляющие проходят исключительно как свидетели.

По эпизодам во дворце вообще все строится только на показаниях двух детей. В других местах свидетелей больше, но это ведь в основном прислуга. Мнемосканирование сильный довод. Но, во-первых, результаты принудительного сканирования в суде можно легко оспорить. Другое дело добровольное. Но для этого нужно еще обладать навыками по взаимодействию с мнемиком. Во-вторых, даже слуги из замка не смогли показать, что видели, как их хозяин лично принимал участие в том, в чем обвиняют его гостей. Так что тут можно было бы все свести к укрывательству и всего-то к лишению свободы на несколько лет. А если бы еще не эти дети, то и вовсе к домашнему аресту. Жаль, что до этих двоих нельзя добраться. Купить их невозможно. Девчонка зарабатывает столько, что сама может купить кого угодно. А мальчишка ей в рот смотрит. Устранить их у тех, кто оплачивал его услуги, тоже не получилось. Нет, заказчиком он не был и даже ничего не знал об этом. Только обмолвился как-то, что если бы не эти двое или хотя бы один из них, было бы легче. Но… Но в прессе были заметки о попытке отравления. Глупая, кстати, попытка. Эти двое живут в крыле принцессы. А там наверняка стоит защита. О короткой схватке во дворе какого-то городского особняка говорилось не в пример больше. И смаковались подробности захвата группы рядовых бойцов, уцелевших после покушения на принцессу, а теперь зачем-то прибывших в столицу. Он и не обратил бы на эту информацию внимания, но именно после нее получил краткое извещение, что выходов на детей заказчик не нашел. Значит, остается одно. Под контролем мнемиков свалить все на ложную память или внушенные воспоминания не получится. Придется дискредитировать самих свидетелей. И в первую очередь эту девчонку. Его коллеги по группе защиты совсем из ума выжили, если не собираются использовать этот шанс. Так что он начнет действовать сам. Слава Единому, защиту своего клиента каждый адвокат ведет лично. Другие ему только помогают и консультируют. То, что его действия будут противоречить линии всей группы, так что ж, когда он выиграет, уже будет поздно.

– Скажите, вы попали во дворец в качестве долговой рабыни. Можете пояснить свои обязанности? – решился наконец пойти в атаку молодой адвокат.

– Я находилась под патронажем леди Ританы. По условиям аренды помещений дворец предоставлял ей прислугу. В этом качестве меня и приобрели по ее заказу, – тихо ответила девчонка. – В мои обязанности входило помогать ей на занятиях и после обучения.

– Чему именно она вас обучала? – продолжал настаивать парень.

– У леди Ританы был специфический род деятельности. Она обучала молодых людей личным взаимоотношениям и хотела подготовить меня для прислуживания определенному человеку.

– А вам известно, для кого именно она вас готовила? – Адвокат даже дыхание затаил от такой удачи. В деле присутствовала очень скудная информация на этот счет. Но он навел некоторые справки, и если выяснится, что девчонка готовилась именно для того, что он заподозрил, да еще под конкретного заказчика, это будет просто находка для него. Вон как замялась. Даже покраснела.

– Не понимаю, к чему эти вопросы? – вмешался обвинитель. – Леди Ритана проходит по другим делам. И уже доказано, что к деятельности обвиняемых она имеет косвенное отношение.

– Тем не менее специфическая подготовка рабыни могла повлиять на свидетеля. В частности, случайно несколько раз увидев моего подзащитного, беседующего с леди Ританой, связать эти случаи с тем, что происходило позже.

– Вы хотите сказать, что свидетель выдумала все? В том числе и видеозаписи?

– Ни в коем случае! Но почему именно граф стал фигурантом по этим роликам? Девочка пострадала от деятельности сенти, и в этом нет сомнений. Но ее сломали, она получила психологическую травму, и потрясение могло повлиять на ее отношение к людям, которых она видела рядом с виновниками. Вот эта сцена не могла пройти бесследно для психики ребенка.

Посередине зала на всеобщее обозрение высветилась знакомая Майе сценка, которая не раз обсуждалась на допросах. До сих пор эта запись вообще не демонстрировалась в зале. И обвинение, и защита только ссылались на нее. В крайнем случае демонстрировались отдельные кадры. Но всю целиком решил продемонстрировать именно этот молодой адвокат.

Иллис видела, как Майя вспыхнула и как-то потерянно сжалась, в ожидании реакции зала. А ролик, где ее подруга падает на колени перед невидимым оператором, продолжался и все не хотел заканчиваться.

– Сестренка, не смей, – не сдержавшись, подала она голос. – Для желающих можем попросить службу контроля. У них найдется парочка образцов в исправном состоянии. Пусть попробуют постоять, а там и комментарии можно послушать.

– Ну да, было бы неплохо, чтоб адвокат повторил свое выступление, стоя в них, – раздался чей-то голос из зала. – Интересно, речь будет столь же длинной?

По залу прошел легкий шорох, сопровождаемый явно одобрительными смешками. Что заставило судью поспешно призвать всех к порядку. Майя тем временем расслабилась и снова выпрямилась, глядя прямо на него.

– И я что-то не поняла, – не унималась Иллис. – Это обвинение Майи, что свидетель была мой личной рабыней, или в том, что я не достойна такой сестрички?

– Ваше высочество, я вынужден напомнить вам о порядке в суде, – все же решился сделать замечание судья. – Уверен, что уважаемый адвокат сейчас нам все объяснит.

Но выступление растерявшегося адвоката все же пришлось прервать из-за поднявшегося в зале ропота. И суду пришлось объявлять внеочередной перерыв.

Назначенный руководитель группы защиты возмущенно смотрел на своего молодого подчиненного. Тот, сбитый с толку провалом в зале, замер посередине комнаты под прицелом взглядов своих старших коллег.

– И как понимать вашу выходку, молодой человек? – вопрошал руководитель. – Ваше поведение идет вразрез с заранее разработанной программой защиты.

– Можно узнать, чего вы прицепились к теме клиента этой Ританы?

– Но ведь ясно, для чего ее готовили! – Парень снова вскинулся. – Если ее будущим клиентом должен был стать кто-то из высшей аристократии…

– Единый, да он вообще о чем думает! – простонал кто-то из старцев. – Расследованием занимаются тени. Если они этот вопрос не отразили в материалах, значит, есть на то веские причины. И это даже не дальние родственники императора. Эти сейчас на скамье подсудимых как раз. Леди Ритана еще когда была под следствием! А потом, по-тихому, исчезла из столицы без всякого суда?

– Я подумал, что дискредитация свидетеля в глазах суда будет более выгодной политикой, – снова попытался объясниться стоящий перед руководителем группы адвокат.

– Бывшей рабыни, прошедшей все то, о чем говорится в материалах дела? Мастера Альтер, пользующегося вниманием всех аристократов столицы, что дружат с головой? Вы к ним не относитесь, причем в обоих случаях. В конце концов, боевой пары и личной подруги принцессы, которую та публично считает своей названой сестрой. Причем при явной поддержке императора? Молодой человек, вы идиот?

– Э-э, ваш тон оскорбителен для меня. И при чем тут все вами сказанное? Если удастся доказать, что сказанное девчонкой есть плод ее фантазии…

– Точно идиот, – простонал кто-то из устроившихся около стеночки.

– Не вызывает никаких сомнений. – Выдохнул руководитель, явно пытаясь сообразить, как это недоразумение вообще оказалось в его команде. – Молодой человек, вам известно такое понятие, как полное добровольное мнемосканирование?

– Да, это метод мнемиков для получения информации. На добровольное сканирование идут редко. И оно требует не только согласия, но полного содействия испытуемого. А для этого необходима определенная подготовка, которой обладают далеко не все даже из высшей аристократии. – Ингнейри счел возможным ответить подробно на чисто риторический, по его мнению, вопрос.

– Вы всерьез полагаете, что девчонка, выдержавшая мнемоблоки атакующего уровня, пережившая вместе с братом такие ужасы и выжившая после всего этого, будет страдать по такому пустяку, как допуск в свою голову специалистов империи? Или, может, вы предполагаете, что она после тесной работы с Индерским и его мозгоправами на протяжении минимум двух лет не обладает необходимыми навыками?

Саркастический тон начальника коробил молодого человека, но ответа на вопрос никто и не ждал.

– Ее брат, может быть, и поспорил бы, учитывая то, что с его головой делал ваш клиент. Но сестра с ее знаниями, опытом и волей согласится не задумываясь. И в ее навыках взаимодействия с сильнейшими мнемиками империи сомневаться не приходится. А уж по ее примеру и младший брат так же поступит. Можете не сомневаться.

– Но в материалах дела сведений о результатах этой процедуры нет, – попробовал спорить парень, начав покрываться холодным потом от одной только мысли, что такая процедура действительно была проведена.

– Да потому их там нет, гениальный вы наш, что результаты такой процедуры защищаются специальным законом об охране личности. Да и нужны эти материалы только в процессе следствия, а никак не на суде, – трагически возопил начальник. – Поэтому в материалах есть информация о самом факте проведения такой процедуры, и то исключительно вводной части. С которой ВЫ, похоже, вообще не пожелали ознакомиться. А вот для получения результатов, а уж тем более деталей процедуры, нужен отдельный запрос. Причем исключительно в ознакомительных целях и индивидуально, чтобы снять заранее все возможные сомнения. Даже для публичного оповещения о самом факте проведения этой процедуры нужен веский предлог. А вы, молодой человек, своей выходкой его предоставили. После перерыва нам очень любезно и публично сообщат как о процедуре, так и о ее положительном результате. Иначе бы этих свидетелей тут не было.

– Гнать его надо, – снова подал голос кто-то от стены. – Теперь вся разработка защиты тварям под хвост. Мало того, что показания этой девчонки и так принимались на веру. Если выяснится, что она еще и настаивала на этой процедуре, такие свидетельства даже в мелочах не получится отклонить. А Индерский не упустит такой игры.

– Да уж, молодой человек, мало того что вы подставили своего клиента. Сделать ему хуже все равно не получилось бы. Что, вы удивлены? Неужели вы всерьез считали, что можно выиграть дело графа? – удивился начальник изменившемуся выражению лица провинившегося. – Граф вообще дожил до суда только потому, что в последний момент так решил этот мальчишка. Иначе никто из семьи императора даже пальцем бы не пошевелил, несмотря на все политические выгоды такого решения. Его величество с самого начала признал право мастера Альтер на личную месть. По сути, только по этой причине граф еще не лишен титула. Так вы всерьез захотели потягаться за это чудовище?

Молодой человек растерянно осмотрелся, но сочувствующих взглядов не встретил. Все его коллеги смотрели даже не с укором, а с откровенным возмущением.

– Своей выходкой вы похоронили и всех остальных наших подзащитных. Теперь уже проиграно даже то немногое, что можно было бы сделать для второстепенных фигурантов. Да кто вам нашептал еще и эту запись показывать? Чему вас вообще учили? Участие в этом ужасе сразу двух свидетелей обвинения! Да еще детей! Не удивлюсь, если сейчас господа обвинители кусают себе локти. Они-то решили не заставлять свидетелей еще раз переживать эту сцену, тем более что для обвинения это не нужно. Вы не просто отобрали у них работу, а выполнили ее виртуозно. Прокурору теперь осталось просто лапки сложить и помалкивать. Можно даже вздремнуть на заседании.

– Надо что-то решать, – вздохнул кто-то. – Перерыв закачивается.

– Я не думаю, что теперь вы сможете в нашей конторе даже кофе подавать. Да и другие офисы вряд ли заинтересуются вашими услугами, молодой человек. В здании суда вам делать больше нечего. – Руководитель раздраженно отвернулся от собеседника. – Уважаемый Варленти, надеюсь, вы согласитесь представлять интересы этого безнадежного графа. Я помню, что вы не хотели участвовать в этом процессе иначе как консультантом, но сейчас у меня нет другого выхода.

– К сожалению, и я ничего иного не могу предложить. – Убеленный сединами мужчина, сидевший несколько в стороне от основной группы, поморщился. – До конца этого заседания придется согласиться.

– Как руководитель, прошу уважаемый суд, свидетелей и ее высочество принять наши извинения за неподобающее поведение бывшего представителя со стороны защиты. – Речь произносилась ровным голосом, стараясь не выдать своих эмоций. – А также принять к сведению, что адвокат Ингнейри больше не входит в группу защиты. Вместо него интересы графа Контрийского теперь представляет адвокат Варленти.

– Ваше заявление принимается, – судья также ответил без эмоций. Он в чем-то даже сочувствовал сейчас защите. – Надеюсь, все участники процесса понимают свою ответственность. Прошлое выступление могло спровоцировать беспорядки в зале суда и на улицах города. Ваше высочество, также вынужден особо обратить на это ваше внимание.

Иллис вежливо наклонила голову.

– Принимаю и в свою очередь приношу свои извинения за свою несдержанность уважаемому суду и всем участникам процесса. Постараюсь такого больше не допустить.

В центр зала в этот момент выходил офицер службы дознания.

Адвокаты выслушали ожидаемое сообщение о том, что свидетели прошли процедуру полного добровольного мнемосканирования, согласно которому воспоминания брата и сестры признаны полностью достоверными.

Никто не пытался возразить против приобщения к делу оглашенной информации. Все равно это уже не имело значения.

Иллис покосилась на свободное кресло. Майя заканчивала формальности в комнате свидетелей и должна была появиться в их ложе с минуту на минуту.

– Хотелось бы проследить за этим пареньком, – повернулась она к Виттору.

– Поздно, – хмыкнул тот.

– В смысле?

– Во время перерыва ему было велено покинуть здание суда. Так этот не совсем умный пошел к стоянке глайдеров прямиком через площадь. Его там и узнали.

– Там много народу?

– Пострадавшие, не включенные в процесс, их родственники, друзья первых и вторых, друзья друзей. В общем, праздные любопытные предпочли другие площади.

Заметив, как нахмурилась Иллис, Виттор поспешно поправился:

– Да ты не беспокойся, полиция успела его выхватить из толпы. Так что парень сейчас направляется в больницу с переломом носа.

– А ты откуда знаешь?

– Так наши ребята из класса своих наблюдателей к окнам подвесили.

Иллис с любопытством подняла глаза. Городская стража приняла решение не препятствовать самодельным летающим камерам в районе здания суда. Только установила дополнительную защиту на окнах. И сейчас рябь из многочисленных мелких и не очень летающих роботов-наблюдателей мельтешила в каждом окошке.

– Это те, что мы в школе делали? – уточнила она, естественно, не пытаясь вычислить поделки одноклассников.

– Ну да, на робототехнике. Запас времени у них небольшой, конечно, так ребята по нескольку штук сотворили.

– Вот не понимаю. Ведь тут целая система голографической съемки с прямой трансляцией. Полно аппаратов в продаже. Зачем эта кустарщина?

– Тебе и не надо понимать. Это будет своя, личная запись. Для кого-то в этом главная прелесть. – Пожал плечами Виттор и обернулся, приветствуя уставшую Майю.

Та аккуратно опустилась на приготовленный стул, ответила на молчаливое пожатие названой сестры и с беспокойством уставилась вниз, где новый адвокат взялся за брата.

А Лютик был спокоен. Весело комментировал короткие эпизоды, подробно объяснял, как сбегал и как его ловили. Даже описывал глайдер, что угнал во время побега. По ходу описал и причину гибели своей мучительницы.

– Прошу прощения. – Прокурор поспешно встал со своего места. – Действия ниэла Лютимира в сложившейся ситуации признаны самообороной. Все обвинения с него в покушении на убийство сняты, а дело о гибели леди Ниары закрыто. Барон Горнийский в качестве обвиняемого предстанет перед судом на следующих заседаниях.

Адвокат кивнул, принимая к сведению сделанное заявление, и решил перейти к другому эпизоду, обратившись за пояснениями к офицеру дознания. Но прокурор продолжил, поясняя некоторые темные пятна в показаниях Лютика:

– Кроме того, услышанная свидетелем фраза графа Контрийского позволила возобновить поиски капитана Дролнова и определила их направление. К сожалению, поисковой службе удалось найти его только спустя две недели после описываемых свидетелем событий. По личному приказу обвиняемого, его не только похитили, но и имитировали гибель на курорте, где он отдыхал. Его поместили в тупиковое ответвление долины. Своеобразный местный заповедник для уцелевших тварей и мутировавших животных после давних расколов. На момент обнаружения, в результате полученных ранений, он находился без сознания. В настоящее время он проходит лечение и по состоянию здоровья не может присутствовать в здании суда лично. Надеемся, что он примет участие в последующих процессах. Тех, что касаются исполнителей поручений.

– Но в деле значатся его показания. – Адвокат пролистал несколько страниц в своих пометках.

– Да. Капитану удалось узнать подробности самого первого эпизода, связанного с мнимой гибелью свидетеля Лютимира. Так как исполнители дали признательные показания, обвинение сочло возможным учесть состояние здоровья свидетеля и не вызывать.

Защитник нехотя кивнул. Собственно, это был действительно очевидный процесс. Сторона обвинения могла себе позволить любые рокировки и даже отказываться от вызова свидетелей. Материалов было столько, что один-два эпизода вообще не играли роли для подзащитных. А уж для его графа и вовсе было достаточно этих двух свидетелей. Он еще раз вздохнул и обратился к продолжавшему стоять мальчику с очередным вопросом:

– Свидетель, в замке, как следует из материалов дела, к вам относились плохо все его жители?

– Почему. Совсем не все. Просто меня все время спрашивали про таких людей. А так были служанки, которые мне приносили еду. В прачечной две таких было. Но мы не разговаривали. Их за это могли наказать. Поэтому женщины прятали еду в разных местах и оставляли знак. А пока я ел, старались отвлечь остальных, чтобы не донесли хозяину.

– Вы их можете назвать.

– Говорю же, мы не разговаривали. И имен я не знаю. Но я показал на изображениях, которые мне показывали.

– Хорошо. И это всё?

– Были еще охранники, они делали вид, что меня не замечают. – Неуверенно пожал плечами Лютик. – Когда они дежурили, я мог спрятаться где-нибудь и поспать. А они даже нарочно топали, чтобы я заранее проснулся. Или посылали с поручением, которое не спрашивали потом.

Лютик несколько мгновений морщил лоб, пытаясь вспомнить что-то еще. А потом радостно заулыбался.

– Ах, да, еще была девушка. Она тоже пыталась сбежать, еще до меня. Но ее поймали. Это она мне рассказала про заставу и много чего по замку. А также про мою сестру. Только я тогда не знал, что Майя моя сестра. Как же ее имя? – Он снова на мгновение задумался. – Ее еще из-за разговоров со мной тоже отправили в ту долину, что и капитана Дролнова. А, вспомнил, Нияла Варленти, она еще говорила, что ее отец столичный адвокат. Ой!

Лютик испуганно посмотрел на побледневшего и как-то сразу постаревшего мужчину.

– У меня больше нет вопросов к свидетелю. – Адвокат с усилием оперся о стул. – И прошу позволить мне удалиться.

– Я же не знал! – оправдывался перед Майей спустя какое-то время Лютик, сидя в той же ложе. – Я вообще не помнил ее имени. Меня никогда не спрашивали о таком.

– Все хорошо, – старалась успокоить Иллис расстроенного брата. – Ты ни в чем не виноват. Ведь тебе показывали фотографии задержанных в замке. А ее среди них не было.

– Ну да. Только это была хорошая девушка. Она очень помогла мне.

– Она погибла еще до того, как началась операция. Даже до твоего побега, – мрачно сообщил Вирт, копаясь в информации, выданной браслетом. – В базе есть только имя. Фамилию, естественно, никто не сохранял. Так что если бы не твой рассказ, она так бы и осталась неузнанной.

– Как она погибла? – Иллис осторожно заглянула через плечо Вирта.

– Ее сбросили во время женских проблем. Нарвалась на оритэсса. Эти твари, как акулы, идут на запах крови. Так что в этой долине у женщин нет шансов продержаться дольше месяца.

– Ужас.

Иллис тоже осторожно коснулась Лютика.

Она была хорошим человеком. Но ты не мог ей помочь. По крайней мере, теперь о ее судьбе знают родные.

– Защита просит уважаемый суд принять замену в своем составе группы. Учитывая вновь открывшиеся обстоятельства и состояние здоровья, адвокат Варленти подал прошение об исключении его из группы защиты. Интересы обвиняемого графа Контрийского временно буду представлять я лично.

Руководитель группы защитников недобро покосился на сидящего графа и отвернулся.

– Хм. Похоже, им не удалось найти нового защитника, – протянул Вирт. – Всего первое заседание, а в рядах защиты такие потери. Как бы процесс не затянулся.

– Почему? – удивился Лютик. – По мне, так чем меньше этих защитников, тем лучше.

– Не совсем. По закону каждый подсудимый должен иметь защитника. Своего или от государства. Если подсудимых несколько, то формируется группа защиты. Каждый из ее членов выступает в защиту одного конкретного обвиняемого, остальные действуют в его поддержку. Выступления на суде определяются внутри такой группы самостоятельно. Но всегда есть адвокат, представляющий интересы одного из подсудимых. И он не может защищать одновременно более двух обвиняемых. Так что если группа станет в два раза меньше, чем количество подсудимых, суд придется останавливать.

– Это что же, если эти захотят, могут просто подать такие прошения об исключении из группы? – удивился Лютик.

– Улавливаешь суть, – одобрительно кивнул Вирт. – Только не все так просто. Сокращение группы не ведет к остановке самого процесса. Просто количество подсудимых будет разбито на две или более группы. А их дела будут рассматриваться раздельно. Соответственно, потребуется больше заседаний, а значит, времени для разбирательства схожих дел.

– Ужас. Это нам придется снова выступать, – сообразил мальчишка.

– Не волнуйся. Защита всегда формируется с расчетом на сокращение. Им тоже не выгодно такое разделение. Просто в этот раз запас, похоже, исчерпан. – Хмыкнул Вирт, проверяя список суда.

Завершение первого суда наступило только спустя несколько дней. Но перед вынесением приговора перед судом выступил высокий мужчина лет восьмидесяти.

– Председатель совета традиций, – тихо шепнул Вирт удивленному Лютику. – А по совместительству член совета чести у высшей аристократии.

– Прошу уважаемый суд принять во внимание следующее, – начал тем временем выступающий. – На основании предъявленных на суде фактов и учитывая несовместимость поступков обвиняемых с понятиями чести и достоинства аристократии, совет чести поддержал обращение императора Арден о лишении титулов с отказом в родстве и лишении имени всех фигурантов настоящего дела. Совет традиций, с согласия заинтересованных родов, просит не учитывать сословного положения данных лиц, при вынесении приговора использовать их личные имена без соотнесения с родами, к которым они принадлежали.

– Попробовал бы кто возражать, – тихо прошипел Виттор. – За половину того, что упомянуто в деле, можно лишить привилегий любой род.

– Так что теперь Индерскому приходится проверять на осведомленность каждого в этой самой родне, – хмыкнула Иллис.

– Как же так? – Майя живо обернулась к подруге. – Ведь это лишает их права претендовать на наследство. У этого графа, например, целая долина в собственности. Ведь конфискации не было.

– А указ о конфискации здесь не нужен. При лишении титулов и отказе в имени рода все имущество автоматически отходит империи до особого распоряжения, – ехидно пояснил Вирт. – Родственники могут, конечно, поспорить, но теперь сильно рискуют лишиться права и на свое собственное имущество.

– Да уж. У ребят Индерского сейчас работы на годы вперед, – поддакнул Виттор.

– Кстати, насчет того судьи, что ты спровадила, – продолжил тем временем Вирт. – Все-таки удалось доказать, что он не только подозревал, но и знал, на что обрекает людей. По крайней мере, в отдельных эпизодах удалось доказать связь. В том числе и Лютимира. Про планы насчет себя ты знаешь.

Мальчишка живо обернулся к сестре.

– Как это сбагрила? Ты не рассказывала.

– К слову не пришлось, – рассеянно откликнулась та, продолжая следить за происходящим в зале. – Да и ни при чем здесь я. Я только проследила, чтобы приговор исполнили, как надо. Его продали на том самом рынке перед его уничтожением, а наемники по моей просьбе проследили за честным торгом и чтобы он прибыл к месту новой работы.

– Ух ты! Я все больше хочу увидеть этот куб, – восторженно произнес мальчишка. – Судья в ошейнике. Это даже круче, чем просто его убить.

– Ты бы видел его во время торгов, – хихикнула Иллис. – Надо тебе запись показать.

Тем временем судья уже вышел из зала для подготовки к объявлению приговора.

Выслушать приговор Лютик захотел стоя в первых рядах зрителей. Никто не стал с этим спорить. Но из-за охраны, выставленной тенями, получилось, что Майя с братом стояли не в середине первых рядов, а впереди всех.

Последние прозвучавшие слова судьи были встречены в зале гробовым молчанием. Даже после объявления о завершении заседания какое-то время никто не пошевелился, как будто все чего-то ждали. Наконец Лютик не выдержал и первым сделал шаг. Ему никто не препятствовал приблизиться к стеклянной стенке, за которой все еще оставались приговоренные. Он аккуратно, почти вплотную подошел к бывшему графу и без улыбки осмотрел его.

– Помнится, ты говорил, что оставишь на мне след. Что я никогда не вспомню свое имя, зато буду всю жизнь помнить тебя. Видишь, на моем лице уже почти ничего нет из твоих следов. Мне сказали, что лечиться придется почти год. А потом я буду здоров. Значит, и следов твоих на мне не будет. Свое имя я вспомнил, а тебя я запомню. Только не как графа Контрийского. Тебя вообще больше никто не вспомнит по имени. У тебя его просто нет, только кличка. Знаешь, как я тебя назвал про себя? Графчиком. Вот им ты и останешься в моей памяти. Теперь ты сидишь в коробке вместе со своей стаей. А я?

Лютик обернулся к замершей у него за спиной сестре.

– Так мы пойдем смотреть куб рабов?

– Конечно, Лютик. – Майя улыбнулась и приобняла его, глянув на молчащего бывшего графа. – Мы можем делать все, что захотим. И гулять там, где пожелаем. Мы с тобой свободные.

Лютик еще раз посмотрел на своего бывшего хозяина.

– А если ты захочешь вернуться из земель забвения, я буду ждать. Очень буду ждать и встречу тебя, графчик. Ты только не сразу возвращайся. А то Майка опять мне запретит в дуэли участвовать.

Контрийский бессильно смотрел на удаляющуюся в окружении охраны парочку. Приговор был вынесен. И теперь он не мог рассчитывать даже на отсрочку. Земли забвения не тот приговор, который принято откладывать в империи Арден. Ему не дадут даже дождаться приговоров по другим делам. Но может, это и к лучшему. Пока все внимание сосредоточено здесь, в землях забвения легко исчезнуть с помощью тех, кто не оставил его. И затеряться в других мирах.

Майя внимательно осматривала куб. Точнее грань, перед которой они стояли. Длинная вереница разнообразных портретов занимала две трети высоты куба. Прибор, оставленный когда-то Виртом, мог рисовать трехмерные изображения не только вблизи поверхности грани, но и на некотором удалении, в глубине куба. Прозрачные трехмерные или двухмерные изображения как бы парили внутри пространства над развалинами рынка рабов. А над всем этим стоял один смеющийся мальчишка. Только знак смерти над ним теперь обзавелся несколькими дополнительными линиями, трансформировавшимися в общепринятых письменах Арден в знак Бездны.

– Когда успел? – Майя покосилась на замершего сбоку Альнара.

– Так я проверял дорогу, – с беспокойством откликнулся тот. – Не возражаешь?

– Нет. Лютик, что скажешь?

– А мне нравится. – Паренек проказливо улыбнулся. – Только, Рыська, почему я один?

– Мне подумалось тогда только о тебе. – Развела руками Майя. – Давай не будем переделывать.

– Как скажешь. Все равно здорово. Тут столько портретов.

– Да уж. Устроители куба сами не ожидали такого результата и собирались через несколько лет очистить площадь, – задумчиво объяснил Виттор. – Теперь это официальный мемориал.

– Точно, только как бы нам отсюда исчезнуть? – подал по связи голос обеспокоенный Риттл. – Тут вас, похоже, начали узнавать. Лютик ведь без маски.

– Все, уходим в то кафе, – решительно потянула в сторону брата Майя. – А на будущее надо тебе маску придумать.

– А почему Рыська? – нагнувшись к увлеченному вазочкой с мороженым парню, тихо поинтересовался Вирт, когда они все уже устроились за своим столиком.

– О, это длинная история, – заулыбался тот. – Сейчас расскажу.

Майя недовольно покосилась на брата, но ничего не сказала. Только улыбнулась. Она предпочитала не думать о недавно закончившемся суде. Таких судов еще будет много. Но результатами этого она была даже удовлетворена. Земли забвения. Это лучше, чем смерть в круге равных. Чистилище было бы, конечно, еще лучше. Но сейчас хочется посидеть с друзьями в кафе. И пусть Лютик покапризничает, как в детстве, выбирая себе мороженое. Он маленький, ему можно.

Рассказ о том, как она забралась на дерево, спасая котенка, и там застряла, в изложении Лютика развеселил всю компанию. Так что можно сказать, что вечер удался. Даже необходимость отвлекаться на доклады пятерок прикрытия не мешали.

Путешествие в закрытом фургоне закончилось. Ему было странно, что для этого потребовалось его усыплять. Обычно это делается при многодневных перевозках заключенных. Но, в конце концов, это не главное. В Арден тех, кто мог бы ему помочь, не осталось. Даже родственники предпочли отвернуться от него. Ну да это ладно. В других мирах есть те, кто захочет ему помочь. Так что для начала он проведет время на островах, рядом с Землями забвения. А позже за ним смогут прислать транспорт. В Землях забвения исчезновение заключенного означает его гибель. И на этом весь этот фарс будет закончен. Останется только найти какую-нибудь Альтер, которая снимет с него блок этой девчонки.

Графчик, а иначе его теперь с легкой руки Лютика не называли, осторожно приподнялся в капсуле и осмотрелся, начав понимать, что столь долгий путь был неспроста.

– Доброе утро, лишенный имени. – Перед ним стояли двое. Одного он узнал. Это был его бывший адвокат, про дочь которого так некстати проговорился мальчишка. И в руках его находился пульт от поводка, закрепленного у него на шее. А рядом стоял незнакомый статный старик с лицом человека, привыкшего отдавать команды. На оператора станции он тоже никак не походил.

– Ну вот, ваше путешествие закончилось или только начинается. Это уж кому как нравится, – усмехнулся Варленти. – Я смотрю, вы удивлены? Все верно, это не станция островов Рианнар. Окончательное распределение заключенных по станциям высадки производит оператор. Обычно он руководствуется рекомендацией о высадке осужденного в районе сложившихся поселений вынужденных колонистов. Все-таки замена смертной казни на высылку сюда имеет вполне прозаические цели по восстановлению мертвого континента. Ваши люди все правильно рассчитали. Не учли только одного. Среди операторов есть немало тех, кто еще пострадал от дела судей. А сенти более низкого ранга по сравнению с вами предпочитали не рисковать и подбирать своих жертв именно из числа высылаемых на этот континент. А ведь без права возврата, как у вас, приговоров не много. Те, кто смог продержаться на континенте оговоренный приговором срок, поселяются на островах. Многие из них впоследствии идут в обслуживающий персонал наблюдательных станций или рабочими в научные экспедиции. Другой работы тут немного. Самое смешное, что мне не пришлось даже никого искать. Наоборот, с рассказами о потугах ваших дружков на меня выходили сами работники станций. Мы с вами находимся на девятой автоматической станции наблюдения.

– Это же… – еле сумел выдавить из себя приговоренный.

– Да, все верно, – почти доброжелательно закивал головой бывший адвокат. – Это самый центр Забытых земель. Здесь даже не пустыня. Пустошь, в которой выживает не всякая тварь. Но вот мы думаем, что вам тут самое место. Причем оператор станции распределения с большим энтузиазмом нас в этом заблуждении поддержал и решил ради такого случая не обращать внимания на служебные рекомендации. Людей здесь нет. Такие, как вы, обычно прибывают в капсулах, и после пробуждения автоматика их выставляет за дверь. Но мы вот решили вас проводить и лично проинструктировать. Это, пожалуй, единственное служебное нарушение, допущенное оператором. Все-таки тут небезопасно. Но как имперский инспектор, я прощу ему эту небрежность.

В общем так. До ближайших колоний, расположенных на побережье, не одна тысяча километров. С севера на этом пути стоят молодые горы, возникшие во время Великого раскола. Говорят, там еще хуже, чем в пустоши. От восточного и западного побережья вас отделяют крупные реки, пересекающие весь континент. Они безжизненны, чего не скажешь о побережье. На юге пустыня. Воды там нет. Зато водятся выходцы из раскола, ведущего в безводный мир, ну и местные мутанты, естественно. По воздуху сюда не всякий глайдер долетит. Да и следят за полетами над этими землями довольно тщательно, причем в автоматическом режиме. Тут все еще остаются летающие твари.

Стоящий старик, не произнеся ни слова, поднял лежащий около его ног небольшой рюкзак и бросил под ноги графчику.

– Лично я бы тебе не дал и этого. Но таков уж в этой империи мягкий закон. И таких, как ты, надо обеспечивать минимальным набором выживания. Здесь холодное и огнестрельное оружие, с комплектом боеприпасов, средства для добывания огня, аптечка и даже несколько таблеток на период адаптации. Весь набор прививок тебе сделан. Неплохо, учитывая, что моему внуку пришлось обходиться только жалким обломком от глайдера. Здесь хотя бы дышать можно без респираторов.

– Внуку? – В голосе слышалось явное недоумение.

– Майя и Лютик дети моего младшего сына, – криво улыбнулся старик.

– Не беспокойтесь, уважаемый, – тихо заговорил Варленти. – Он вряд ли сможет выйти из Земель забвения. Я за этим постараюсь проследить. Слышишь, графчик. Я больше не адвокат, а инспектор наблюдательных станций. Специально перешел сюда, чтобы следить за такими, как ты. И особенно за тобой. Ты уж сразу-то не помирай. А то мне скучно будет. А хорошую кличку придумал ему ваш внук. Но да ладно. Надо закончить инструктаж.

Бывший адвокат недобро усмехнулся, так ни разу и не отведя взгляда от обреченного.

– В общем так. Здесь нет и не будет персонала. Для обслуживания иногда прилетает глайдер, но всегда с охраной. И уж поверь, я буду лично присутствовать во время таких посещений. У тебя только полевая аптечка и минимальный набор боеприпасов. Это плохая новость. Зато есть хорошая. Ты сможешь все это пополнять. В обмен на принесенные образцы местной флоры и фауны. Их надо складывать в специальный приемник-анализатор. Не подумай только ничего хорошего. Там нет никаких телепортов или чего-то еще. Станция проведет все необходимые анализы и съемки автоматически, отберет образцы для сохранения до прибытия обслуживающего персонала, а остатки утилизирует. Так что сам в приемник лучше не лезь. Если тварь окажется слишком крупной для переноски, можешь притащить ее часть. Инструкции, как и что брать в первую очередь, в твоем рюкзачке есть. Заодно оставишь координаты, где лежит туша. Не забудь прочитать об этом в той же инструкции. Если потребуется, за нею прилетят автоматы и перетащат к станции. Все это относится к этой и ближайшим в округе автоматам. Их всего четыре. Тут пока довольно редкая сеть и среднее расстояние между ними что-то около полусотни километров. Остальные станции тебя не примут и ничем не помогут. Впрочем, все это тебе знакомо. Ведь именно такую систему ты применил у себя в долине смерти. Ты уж прости, но драгоценности и прочие камни местным ученым пока без надобности. Так что их приносить не надо. В отличие от того, что ты уготовил для моей дочери, на этой станции даже есть блок первой медицинской помощи. Как мне пояснил один биолог, новые виды болезней тоже полезная информация, необходимая для дальнейшей колонизации континента. Так что если дотащишься сюда в случае ранения или болезни, тебя подлечат и даже попробуют разработать сыворотку. А потом выставят обратно. Если выживешь, конечно.

Глядя, как одинокая фигура поспешно удаляется от станции, бывший адвокат повернулся к своему спутнику.

– Благодарю вас за помощь. Одному бы мне не удалось справиться со всем этим.

– Не за что. Желающих вам помочь оказалось гораздо больше, чем вы можете подумать. Так что это я вам должен быть благодарен.

– У вас могут быть неприятности? Вы рискуете недовольством империи, предоставившей убежище всей вашей стране.

– С этим сложностей не будет. – Мужчина равнодушно пожал плечами. – Во всей этой истории я не лучшим образом показал себя в глазах своих внуков. Тому было много не зависящих от меня причин. От простого незнания до ограничений, связанных с моим статусом. Майя и, надеюсь, Лютик это понимают. Но вот самого себя оправдать как-то сложнее. Даже на поединок пришлось выходить внучке. Меня бы не допустил ваш совет чести, а выставить вместо себя подданного другого государства для принцессы как-то не очень. Да и Майя вряд ли бы уступила. В общем, можете считать мое участие в этом деле моим личным оправданием перед самим собой. Наверно, недостойно меня?

– Я так не считаю, – возразил инспектор. – Иногда приходится довольствоваться тем, что остается. У вас сложностей точно не будет?

– О моем участии в происходящем знаем только мы с вами. Внучку я не собираюсь посвящать во все это. Хватит ей уже мараться в грязи. А правящие Арден дали понять, что будут смотреть в сторону столько, сколько смогут. И других попросят отвернуться. Так что лорд-мастер теней где-то тут поблизости, не без этого. Но его люди вряд ли появятся без крайней нужды.

– Это хорошо, – удовлетворенно кивнул собеседник, выводя на экран изображение со спутника.

Удаляющаяся одинокая точка была хорошо видна на фоне пустынной местности. Около нее все время вспыхивали цифры с показаниями о жизнедеятельности организма.

– Этот графчик только первая ласточка. После этих судов центральные земли забвения будут весьма интенсивно заселены. И это будет интересное кино лично для меня.

Мужчины только кивнули друг другу, направляясь к глайдеру. Старейшина горного клана не пытался выказывать сочувствие отцу погибшей девушки. Как и не собирался одобрять или осуждать за его действия и слова. Он только помог ему, немного используя свое служебное положение в том, что и сам считал справедливым. Такие, как этот «графчик», не должны иметь шанс вернуться к людям. Они недостойны круга равных с его внуком. Хоть и пришлось все делать по-тихому, соблюдая приличия. Можно было бы и убрать их всех, конечно. Воины клана предлагали это сделать, даже от наемников пришли сообщения о готовности поучаствовать в таком святом деле. Но предложение бывшего адвоката оказалось намного привлекательней. Более того, теперь есть возможность вычислить сторонников сенти из тех, кто уцелел в других мирах. Даже сейчас уже есть чем заняться. Арден и другие крупные империи справятся сами. Киру вообще достаточно будет сбросить информацию, если такая появится. А вот отсталые миры, а тем более внешние, это уже работа для воинов ЕГО клана.

Глава 10

Побег

Лера с интересом наблюдала за действиями своей подопечной. Та, притащив в покои портативный сканер, старательно водила им вокруг себя и Иллис. Заставляла Лютика обматывать свой браслет связи разными материалами – от фольги разной толщины до каких-то обрывков тканей.

– Это сканер маяков, что ли? Зачем он тебе? – наконец не выдержала Иллис.

– Хочу кое-что проверить. – Майя задумчиво возилась с данными сканера.

– Может, с Виртом поговоришь. Он все давно уже проверил. Ничего не помогает. – Снова вздохнула Иллис, с сочувствием глядя на подругу. В последние дни она билась над своей проблемой все свободное время, которого и так почти не оставалось. Но отговаривать, следуя советам Индерского, не пыталась.

Кир с интересом слушал доклад своего начальника оперативного отдела. Детальные разработки текущих дел были позади. Но на повестке оставался один вопрос, который всегда вызывал оживление у всех присутствующих. А именно доклад аналитического отдела о текущем состоянии дел по наблюдению за объектом, готовящим побег из дворца. Точнее, обобщающий доклад из трех отдельных независимых групп аналитиков, созданных специально на время учений. К ним уже больше месяца стекалась вся информация по наблюдению.

Идея учений на данном этапе была проста. Каждая группа получала всю информацию и выстраивала свои гипотезы и меры по предотвращению готовящегося побега. Чьи действия окажутся наиболее эффективными, та и победит. Так что тайный тотализатор действовал уже в полную силу. Но у прямых участников учений были свои ставки. Никто из них не сомневался, что по итогам учений будет нешуточная ротация кадров в столичной группировке. И не только среди теней.

Так что действия объекта, недомолвки и оговорки, ее странности в поведении, даже необычные увлечения или просчеты в школе и академии рассматривались разве что не под лупой. Но пока ничего определенного не вырисовывалось.

– Выявленный запрос и покупка мобильных генераторов подтверждены командиром наемников, – с досадой завершал доклад офицер. – Мы выслали оперативника к месту их дислокации под прикрытием внеочередной проверки. Хоть это и связано с определенными трудностями. К сожалению, он подтвердил факт получения генераторов и их разгрузку в точке приема вместе со всем оборудованием. Наемники обеспечили транспорт и доставку генераторов до деревни. Наш агент даже проследил передвижение первого из них вплоть до места дислоцирования наемников. Запасной генератор оставался на месте разгрузки под прикрытием пары наемников и прибыл спустя несколько часов, что согласуется со временем транспортировки первого генератора. Полевой отряд наемников покинул деревню в тот же день. Очень уж они спешили. В деревне осталась небольшая группа для прикрытия периметра. С такими генераторами это более чем достаточно. Больше ничего интересного не обнаружено.

– Лагерь точно установили?

– Так точно. Отслежено со спутников, вплоть до активации силового поля в карантинной зоне. Там действительно есть серьезные твари. Так что четвертый уровень напитки вполне оправдан и стоит понесенных затрат.

– Значит, все-таки пустышка? – поинтересовался Кир. Ему самому было интересно, что же придумала на этот раз эта язва. В конце концов, по условиям учений он не мог настаивать на ее докладе даже себе лично. Хоть эта язва и могла бы поделиться своими соображениями. Хорошо хоть не стала оспаривать условия о постоянных докладах во время активной фазы учений. Не будь этого, ни за что бы не допустил такой аферы с участием этих двоих.

– Да. И в любом случае непонятно, как бы она ими воспользовалась, – проворчал тем временем кто-то из офицеров. – До наемников еще добраться надо. Легко перехватим. А что это за коробка, что была вложена в контейнер?

– Послана объектом в качестве подарка, содержала только значки, с предложением использовать в качестве отличительного знака их отряда. В письме-запросе командир наемников упоминал о расширении отряда и затруднениях с идентификацией селян. Вполне оправданно. Отряд этого Шрама сильно разросся. Новичков с первого раза можно и не запомнить. А сами новички привлекаются к охране периметра и не сразу запоминают в лицо своих селян. Идентификаторы не всегда срабатывают, особенно в условиях возникновения близкого раскола-спутника.

– Наблюдение позволило выявить несколько потенциальных норок в системе контроля периметра дворца, – вмешался в доклад начальник охраны, возвращая всех к теме обсуждения. – Но не критичные. Есть предположение, что она как-то собирается вывести критичность на уровень, достаточный для прохода. В двух случаях это связано с перегрузкой системы. В одном может быть использован экран, возможно крупный транспорт по типу прошлого года.

– Можно подумать, она будет повторяться, – снова чья-то реплика.

– Позавчера она запросила универсальный идентификационный сканер, – продолжил докладчик. – По нашим наблюдениям и по полученным с него данным, она пытается отрабатывать экранирование маяков. В частности, вчера экспериментировала с металлической фольгой разной толщины. Сегодня в академии пыталась воспользоваться скафандрами полной защиты.

– Хм, Вирт, ты не просветил ее на этот счет? – поинтересовался Кир.

– Просветил, – пожал тот плечами. – Но я бы на ее месте тоже проверил.

– Что ж, значит, пока она идет проторенными путями, – сделал вывод докладчик.

Кир несколько скептично покосился на него.

– Ну-у, по условиям учений, я не могу вмешиваться непосредственно в ход работы подразделений. Так что решение за руководителями групп.

– Так точно, лорд-мастер.

– Вот не пойму, чего ты возишься с этим микроскопом. Да еще под куполом, – бурчала Иллис, глядя на подругу, когда наконец оторвалась от прибора.

Майя задумчиво покрутила получившуюся горошинку микросхемы, поместила ее перед сканером и, в чем-то убедившись, со вздохом раздавила.

– Кажется, я нашла вариант, как нам с тобой уйти, – улыбнулась Майя, запуская в очередной раз свою саморазмножающуюся игрушку. Та как обычно распалась на две части. Майя осмотрела обе и запустила одну в утилизатор. Картинка, ставшая уже привычной для Иллис.

– Снимай защиту, там Вирт уже на подходе, – скомандовала Майя Лере.

Парень вошел в гостиную и подозрительно осмотрелся.

– Все готовишь побег, – констатировал он, обнаружив остатки фольги и сканер на столе. – Майка, ну нет возможности экранировать все, что на нас навешено. Говорю же, я все испробовал. Это у нас семейное хобби, можно сказать.

– Проверить никогда не помешает. – Та только философски пожала плечами. – Ты не отлынивай. На время побега остаешься один. А служанки еще не готовы к самостоятельной работе. Так что придется самому.

Вирт послушно устроился на краю дивана и начал первую из разученных процедур.

– Правильно, вторую. – Майя смотрела, не отрываясь от его пальцев.

Иллис весело грызла яблоко. Все это она уже проходила и теперь с удовольствием наблюдала за мучениями брата.

– Ты рассчитываешь все-таки обмануть систему? – тем временем продолжил тот разговор.

Майя ехидно осмотрела своего пациента.

– Ты даже не рассчитывай. Это, между прочим, против условий учений и вообще нечестно. Выпытывать у бедной меня планы на побег.

– У тебя выпытаешь! Честно, сам бы с тобой удрал. Может, похитишь? Сопротивляться сильно не буду.

Не выдержав, все трое весело рассмеялись.

– Майя идет по коридору. – Доклад дежурного звучал в комнате спокойно. Даже монотонно. Но его никто не прерывал.

Старший напряженно всматривался в экран, на котором эта зараза шлепала по направлению к центральному выходу.

Шла весело, здоровалась со знакомыми служанками, даже отвечала на приветствия охранников. Сволочь. Вот по всему видно, что что-то задумала. И дата соответствующая. Вот запретить бы им посещение этой мадам Рози. Так нет же, нельзя вмешиваться в ее действия, до момента нарушения заявленной программы.

– Объект спускается по лестнице в центральный холл.

– Зачем она туда спускается? – простонал заместитель.

– Где принцесса? – прервал стоны старший смены.

– Закончила аудиенцию с наместником. Выходит из покоев.

– С-сволочи. Опять всех на уши ставить.

– Отставить, вы говорите все-таки о правящей, не забывайтесь. Аналитики считают, что они только нервы нам треплют. И в этот выход, как и в прошлые разы, не собираются уходить.

– Объект встретился с объектом охраны номер один. Она вызвала пятерки сопровождения. Фиксируется беседа через браслет.

– Еще и улыбаются. Хорошее у них настроение.

– А с чего это у них хорошее настроение, – продолжал ныть помощник. – Вот чую, что они что-то задумали.

Перед самым выходом ее догнала возбужденная Иллис.

– Ну что, ты уверена, что хочешь это сделать? – Вопрос по браслету, неслышимый для других, напомнил другие времена и вызвал озорную улыбку.

– Ну, знаешь! – возмутилась Майя. – Почему они все утверждают, что у нас ничего не получится? Даже Вирт не верит. Нет уж, пусть побегают.

Две заговорщицы со смехом ответили на приветствие охраны и переступили линию дворцовых ворот. Ученические будни завершились, так что вперед, к новым приключениям!

– Таким образом, наблюдается увеличение мелких расколов-спутников в северо-восточных провинциях, как минимум в полтора раза, – заканчивал еженедельный доклад министр по чрезвычайным ситуациям. – Пока это расколы продолжительностью два-три дня. Но по прогнозам это ненадолго. Ожидается крупный прорыв в ближайшие два-три года. Предположительно это провинции Дейл, Ратери. В качестве подтверждения этой теории приводится появление активности расколов-спутников на перевале Риндор.

– Риндор? – переспросил Кир.

– Да, к сожалению, наш столичный мир тоже под ударом, – вздохнул докладчик.

– Этот перевал часто оказывался на пути тварей в прошлом, – заметил Димир. – Надеюсь, замок Риндол обеспечен всем необходимым?

– Да, на прошлой неделе закончили инспекцию. Последние лет пятьдесят он практически бездействовал. Но нынешний герцог очень добросовестно относится к своим обязанностям. Правда, за мирное время там сильно разрослись деревни. Но с современными щитами это не должно стать проблемой. А с прикрытием окрестностей пока справляются наемники.

Кир невольно покосился на красный огонек вызова своего браслета. Димир с интересом подождал его реакции. Но поняв, что друг медлит, вмешался сам:

– Может быть, ответишь? Такие вызовы в начале лета заставляют напрягаться в последние годы.

Согласно хмыкнув, Кир потянулся к браслету. Остальные члены совета следили за его движениями с каким-то нездоровым интересом.

– В прошлом году она удрала именно в эти дни, – пробормотал кто-то.

– В этот раз она не сможет этого сделать, – уверенно заявил Кир. – В учениях задействовано три независимых группы аналитиков. Посмотрю, какая из них наиболее эффективна.

– По какому критерию?

– Они работают с одной и той же информацией. Посмотрим, у кого будет наиболее удачная версия ее побега, а кто сможет выработать наиболее эффективные меры по ее поимке. – Пожал плечами лорд-мастер. – Каждая имеет своих бойцов. А что до побега… Ее ведет пятерка лучших бойцов. И это не считая…

– Лорд-мастер, здесь диспетчер. Докладываю, оборудование слежения полностью выведено из строя, – торопливый доклад прервал пояснения.

Через полчаса кабинет Димира походил на копию диспетчерской теней. Только, вместо нормальных экранов, повсюду висели голографические мониторы, показывающие совершенно невероятную картину. Две пары красных точек, начав свое движение от дворцовых ворот, непонятным образом раздвоились. Спустя минуту каждая размножилась еще раз, потом еще. При этом видеонаблюдение показывало две удаляющиеся фигурки. Девочки решили прогуляться. А одновременно с этим сразу в нескольких местах вне стен дворца расцветали еще несколько точно таких же точек, начавших роиться и множиться. К моменту наблюдения на всех мониторах города происходило броуновское движение из десятков пар точек, старательно доказывающих, что именно она и есть принцесса и ее подруга. Некоторые из них уже начали выбираться за пределы городских мониторов.

– Жанер, доложить обстановку, – в очередной раз обратился Кир к старшему пятерок наблюдения.

– Без изменений. Объекты охраны остаются в мастерской леди Рози. На выходе не появлялись. Пятерка сопровождения беспокойства не показывает.

– Надо бы проверить, – нервно потребовал дежурный боец.

– Как? У меня нет девушек. Да и куда они могут деться?

– Я где-то это уже слышала. – Язвительный голос прозвучал от дверей, в которых стояла Адила.

Кир обеспокоенно покосился на вспыхнувший индикатор, извещающий о приходе письменного сообщения. Прочитав, он расслабился и с иронией осмотрел присутствующих.

– Ну что ж, офицеры. Как я понимаю, побег прошел успешно. Вы тут все его прошляпили. В вашем распоряжении максимум три недели на выяснение всех обстоятельств, поиск и перехват объекта. Завершением учений будет прибытие беглянки на одну из станций пограничного перехода. Насколько понимаю, личная пятерка тактика Майи уже разделилась, и каждый из них направился на свою станцию. Так что вам предстоит серьезная работа. Вызывайте всех своих отпускников.

– Это же?.. – Иллис недоверчиво осматривала знакомый интерьер контейнерной комнаты.

– Ага. Наша комнатка-выручалочка. – Майя деловито закрыла дверь и включила пульт контроля.

– А этого тут не было, – обратила внимание на новую деталь Иллис.

– Точно. Пульт управления мобильным силовым щитом четвертого уровня. – Хмыкнула Майя.

– Так все-таки для чего потребовался второй генератор? – Иллис весело улыбнулась. – А все хотела уточнить, куда наемники свои старенькие денут. Засекут. На контейнерах щиты с такими показателями не ставят.

Майя только вернула проказливую улыбку.

– Матрешка. Снаружи контейнера ничего не изменилось. Там по-прежнему стандартное поле и обычные системы контроля. Новое поле настроено так, что расположено внутри.

Иллис провела по стене. Пальцы остановились буквально в паре миллиметров от нее.

– А я еще спорила, что им не нужны системы замкнутого жизнеобеспечения. У них есть свое оборудование и можно сэкономить.

– Извини, мне нужен был этот спор, чтобы они поверили. Потому и не стала предупреждать даже под щитами. Представляешь, они засунули датчик в сканер. А после снятия щита получали запись всех наших разговоров.

– Я догадывалась. – Хмыкнула Иллис. – Не в обиде. Но ты мне должна. Как мы вообще ушли? Я поняла, что ты ребят там оставила. Но ведь датчики…

– Система слежения выведена из строя. По крайней мере, в отношении нас. – Подождав, пока глазки подруги расширятся, она весело рассмеялась.

– Мне сканер был нужен для другого. Я и не собиралась гасить маяки. Я создавала их эмуляторы. Так, чтобы на всех частотах, во всех диапазонах и прочее. Пришлось повозиться, чтобы схемка поместилась в моего школьного робота. А дальше дело техники. Размножить, зарядить по новой и так далее.

– С размножением понятно. Но они у тебя даже по столу едва ползают.

– А я их на техническом дворике на курьерские глайдеры рассадила, – засмеялась Майя. – Запуск размножения происходит теперь по сигналу, а не нажатием, как я делала это в классе. И после деления они просто раскатываются и цепляются за все, что движется. А режим эмуляции сигнала и вовсе запускается, только если есть достаточно энергии в батарейке. Вначале и твой и мой эмуляторы сидят вместе. А когда запаса массы становится мало, то в новых роботах создаются по одному.

– Что это ты делаешь?

– Время. Я оставила сообщение на месте посадки об успешном начале активной фазы учений. Проверяю сработку.

– Не вычислят?

– Так до сих пор не вычислили, – фыркнула Майя.

– Погоди, а как ты вообще все это провернула. Шрам же сообщил, что была проверка.

– Так они видели, что отряд ушел. Контейнер пришел спустя несколько дней. Шрам второй генератор запрятал на базе в деревне. Оттуда отделение его быстренько и доставило к силовой линии. Монтаж потребовал несколько дней. Ну еще обновить запасы. А еще…

Майя с улыбкой нажала пару кнопок, открывая панели. Иллис с удивлением осмотрела нововведения.

– Извини, ты собралась перебить всю армию Арден или захватить соседей?

– Илька, мне же надо будет обосновывать уровень твоей безопасности в отсутствие пятерки сопровождения, – рассмеялась та в ответ. – Сейчас уровень защиты нашей комнатки соответствует всем стандартам мобильного бункера класса А для прикрытия императора.

– А у наемников что-нибудь осталось?

– Конечно. Второй комплект автоматической обороны полевого лагеря в дополнение к тому, что у них есть. Наемники не армия и отчитываться, что с собой берут, а что нет, ни перед кем не обязаны. Хотя твоя идея насчет соседей не лишена смысла.

– Не надо. Представляешь, как будет скучно поодиночке.

– Точно, вместе веселее. А пока нас ждут выходные.

– Ух, и отосплюсь.

Иллис весело растянулась на своем месте. Майя последовала ее примеру и запустила пассивные камеры обзорного наблюдения. Контейнер уже нырнул в подземные тоннели и двигался к границе столицы.

Риттл был недоволен. Да и все его подчиненные нервно переглядывались, ощущая некоторую напряженность. Их тактик только поставил задачу. Но ничего толком не объяснил. Что произошло в салоне мадам Рози, стало понятно, только когда началась паника на частоте теней.

До этого Риттл не верил, что им удастся уйти из салона через черный ход и даже без масок. Но это произошло. Девчонки переоделись в платья помощниц Рози, скрыли лица вуалью и ушли в их компании. Предварительно раздарив им свои «значки». Так что первая волна атаки на систему наблюдения вызвала растерянность у полевых наблюдателей. Пару минут, чтобы принять решение. Но и их оказалось достаточно.

Они сидели в своем контейнере уже вторую неделю. За это время успели отоспаться, наболтаться, разучить несколько новых приемов в дополнение к курсу самоконтроля Альтер для Иллис. И в конце концов заскучать.

Так что новости и разного рода передачи стали для них основным развлечением.

Текущая передача была посвящена временам Великого раскола. А именно одному эпизоду, происходившему в районе перевала Риндор.

«Замкнутая долина в горах оказалась недостаточно надежным убежищем во время раскола, – вещал диктор. – Но будучи окруженной со всех сторон естественными барьерами, в ней установился благоприятный климат для земледелия, что наряду с плодородной почвой позволило снимать по три урожая в год. Объемы урожая оказались сопоставимы с объемами продуктовых хранилищ. Благодаря этому удалось начать возрождение целой провинции. К сожалению, в те времена еще не было надежных систем силовых щитов. Равно как и телепортационных систем. А доступ к долине и сейчас затруднен карантинной зоной расположенного неподалеку раскола. Так что в скорости долина оказалась незаслуженно забыта, несмотря на ее относительную безопасность».

– Слушай, а давай посмотрим на эту вот долину. – Иллис даже загорелась от этой идеи. – А что, она должна быть великолепна.

– Нас вычислят, – с сомнением пробормотала Майя. Видно было, что ей самой надоело сидеть в этом контейнере.

Рассказы об убежище в виде горной долины, из которого Лютик прорывался на свободу, вызвали у нее не только злость, но и восторг. Братик оказался весьма талантливым рассказчиком, к тому же, в отличие от некоторых, охотно подтверждающим свои слова видеороликами и фотографиями. Так что посмотреть на ее аналог в столичном мире очень хотелось. Тем более что в этом мире он существует не один миллион лет.

– Ну, Майка, мы тут уже столько торчим. Я отоспалась, отъелась и отдохнула. Бока уже болеть начинают, – заныла Иллис и сложила ладошки в просящем жесте. – Уверена, что у тебя есть запасной вариант.

– Вообще-то есть. – Вздохнула та. – В этой зоне есть раскол. И он часто сбивает настройки.

– Вот! А у тебя еще остались те волшебные шарики? – подхватила провокаторша.

– Есть, но на кого их повесить?

– А давай наемников привлечем.

– У них они и так есть, – проказливо улыбнулась вечная головная боль лорд-мастера теней.

– Когда успела? – озадачилась Иллис. – А-а, генераторы!

– Ну да, я туда целую партию засунула, в качестве значков. Еще не все запущены.

Ехидный смешок двух не совсем маленьких девочек не был слышен за пределами контейнера, мирно плетущегося по силовой линии в числе прочих.

Лютик, склонив голову, без улыбки смотрел на мнущегося офицера отдела дознания.

К нему редко приходили лично. Охрана дворца имела на этот счет очень точные указания. И прежде чем пропустить даже знакомого дознавателя, обязательно спрашивала его согласие. Этот был незнаком. Но Альнар сказал, что новости могут заинтересовать его. И любое решение будет за ним. Вирт занят, но нашел время, чтобы подтвердить слова старшего своей пятерки. Так что он согласился.

Сестра все равно где-то в бегах. Связи с нею нет. А Альнару он верит. И заверил Рыську, что будет его слушаться.

Паренек с любопытством выслушал офицера, задумался и обернулся к Альнару.

– А ты пойдешь со мной?

– Без меня ты вообще никуда высунешься, – весело кивнул тот. – Я еще ребят вызову, если ты пойдешь. Только Вирта, наверно, не получится выдернуть.

– Не надо. Пусть ловит Рыську, – проворчал мальчишка. – Глядишь, поймает.

Альнар не удержался от улыбки, уловив двусмысленность фразы, и потянулся к браслету связи.

В комнате для дознания Лютик только фыркнул на предложение провести процедуру опознания скрытно. Встретиться со старым обидчиком он совсем не возражал. И пройдя в комнату, не задумываясь ткнул в него пальцем.

На полузабытое лицо мужчины, замершего в числе прочих перед ним, он смотрел без эмоций, чему сам был удивлен. Ведь перед ним стоял первый человек, который познакомил его и сестру с поводком. Но эта встреча не вызывала в душе ничего, кроме удовлетворения от вида своего врага. Заметив знакомый ошейник, он только улыбнулся.

– По мне, так ВАМ идет этот ошейник, не очень мною уважаемый, – обратился он к бывшему дворецкому. – Вы так старательно показывали нам с Майей его действие. Уверен, что ВАМ совсем просто его носить.

Дворецкий судорожно сглотнул и отвел взгляд. Стоящий в стороне стражник явно был знаком с деталями первого процесса, когда Лютик объяснял дорогу во дворец. Он молча покосился на пульт от поводка в своих руках и вопросительно глянул на замершего рядом со свидетелем курсанта. Тот понял его взгляд правильно.

– Если хочешь, мы можем отойти. Пульт останется на столе, – тихо предложил Альнар.

– Не, не надо. – Лютик правильно понял намек и с отвращением отрицательно замотал головой. И так же тихо пояснил: – Не хочу. Я же знаю, каково это. Просто в первый раз хорошо запомнилось. К тому же это не самое страшное, что с нами было. В этой шеренге стоят и другие. Вон тот, из охранников, что меня ловили.

– Мы знаем. – Тяжело вздохнул дознаватель, проводивший опознание. – Но вставать рядом с ними даже обычные преступники не хотят. Вот и приходится выкручиваться. Этому уже вынесли приговор. А вот господина дворецкого только что доставили из внешних миров. Так что еще идет следствие.

– Вот если бы я с ним в круг вышел, пока Майи нет, – протянул мечтательно мальчишка. – За Рыську. Ведь он ее хотел…

Альнар поспешно замотал головой. Ему еще только этого не хватало!

– Ну вот, знаю, что нельзя. Да и ноги еще плохо слушаются, – вздохнул Лютик. – Что ему присудили?

Лютик разговаривал о присутствующих так, как будто их не было в комнате, и имел в виду охранника.

– Земли забвения, – ответил офицер. – Правда, ему повезло, отправят на поселение, там легче выжить. А про этого тоже не беспокойтесь. На нем есть и другие эпизоды. Так что бывший дворецкий уже лишен титулов и имени и после суда догонит всех остальных.

– Тоже неплохо. Там маленьких девочек не будет, – кивнул мальчик.

– Там много чего не будет, – пробормотал офицер. – Благодарю за помощь, ниэл. От вас потребуется еще ответить на несколько вопросов, при каких условиях вы с ним контактировали. Запись ваших показаний у нас есть. Но процедура, сами понимаете.

– Мнемосканирование будет? – деловито поинтересовался Лютик. – Тогда только в присутствии Майи.

– Нет. Только подтвердить под запись, что ранее упомянутый вами эпизод относится к этому человеку. Есть еще эпизоды в показаниях вашей сестры. Но вы давали показания вместе, и вашего личного подтверждения будет достаточно.

– Отлично. Пошли. – Лютик еще раз покосился на дворецкого и отвернулся. Для него он уже перестал существовать.

Альнар сумрачно осмотрел опознанного мужчину, как будто старался запомнить, и пошел следом за мальчиком.

Дворецкий непроизвольно переключил внимание на охранника с пультом от его ошейника. Тот сверлил его недобрым взглядом и непроизвольно поглаживал пальцем кнопку.

– В отличие от этого мальчишки, я слабо себе представляю, каково это быть в таком ошейнике. Может, посмотреть? – спросил он сам у себя.

– Не стоит, – вмешался второй охранник. – Только испачкаешься. Даже паренек решил не связываться с этой гадостью.

Альнар проводил брата Майи до покоев, где его приняла Лера в сопровождении охраны дворца. Мальчишка весело попрощался и направился к дверям, рассказывая о недавнем происшествии.

Альнар тяжело вздохнул. Судьба мальчишки почему-то по-прежнему очень близко отзывалась в душе. Сам про себя он подумал, что вряд ли бы смог удержаться и не схватить этот тварев пульт.

Надо попросить Леру передать предложение позаниматься завтра на площадке с парнишкой. Пока нет операций, Индерский даже настаивает на таких тренировках. Мальчишке надо как можно больше общаться с теми, кому он доверяет. А ровесников он к себе не подпускает.

Оператор мрачно рассматривал карту. От многочисленных точек одинакового цвета рябило уже в глазах. Программа делала, что могла, и фильтровала вновь возникающие точки, насколько вообще было возможно отследить связь их появления. Но пока что все безрезультатно. Опытная беглянка, случайно или нет, нашла оригинальное решение проблемы алгоритма запуска своих роботов. У нее просто не было этой функции. Ее роботы сами по себе часто включались не сразу после разделения, а спустя какое-то время. Будь в них программа или хотя бы таймер, можно было бы вычислить алгоритм. Так нет же. Тут не нашлось места даже для самого простого интеллектуального чипа, или она о нем не подумала. Просто их аккумулятор быстро разряжался и запитывался от пассивных преобразователей дневного света. И если первые разделенные образцы еще имели запас энергии для включения маяков, и программа легко вычисляла возникновение двух пар точек вместо одной, то последующие циклы маяки начинали работать после подзарядки. Ну как можно вычислить пару, если один из возникших маяков работает непрерывно, а второй включается в неизвестно какое время. А если робот еще и в тень заползет, то и вовсе спустя несколько дней.

Старший смены наблюдателей покосился на откровенно довольное лицо лорд-мастера, частенько теперь заглядывающего сюда. Этот точно знает, что учения идут, как надо. Но вот попробуй что-то выяснить. Слежка за пятеркой этой занозы ничего не дала. Парни разделились и сидят по одному на каждом переходе. Правильное, в общем, решение. У них разовые телепорты. Учения ограничены именно зоной действия телепортационной сети. Так что по сигналу соберутся где угодно. А встретивший на это время прикроет девчонок. Приставать к парням запрещено. По легенде, они вне интересов учений и обеспечивают прикрытие объекта номер один на случай непредвиденных обстоятельств. Для этого же из учений исключено еще несколько боевых пятерок. Личный оперативный резерв лорд-мастера, находящийся в постоянной связи с этими курсантами.

Оператор еще раз посмотрел на забитый красным экран. И ведь вывела из строя всю систему контроля. З-зараза… Пятно роботов-имитаторов мало того что расползалось красной кляксой с центром в столице. Эта заноза умудрилась устроить еще несколько сюрпризов. Например, использовала для своих целей те пресловутые генераторы силового поля. Аналитики искали подвох в их покупке или использовании. А она просто отправила с ними маленький презент из коробочки «значков». А сколько было паники, когда те сработали! Целую группу захвата отправили. Думали, девчонка нарушила условия учений и телепортировалась. Как же! Такого подарка эта зараза не предоставит!

Наемники с помощью этих генераторов смогли взять под контроль почти всю площадь вероятного появления порталов-спутников раскола. Все что им и надо-то было, это выносной лагерь, который в зоне без надежных щитов малыми силами не удержать. А это прибыль. Постоянная, и если учесть наличие готовых платить соседних деревень, совсем не маленькая. И это не считая доходов от убитых тварей. Ведь их тоже по частям можно продать. Деревни на этом неплохой бизнес делают. И наемники участвуют в доле с продаж. В ход идет всё. Всякую мерзость, вплоть до внутренностей животных и мутировавших растений, скупают на корню разномастные ученые. Если успевают раньше, то разного рода коллекционеры, маги. Многие твари имеют очень красивую шкуру, высоко ценящуюся в мире высокой моды. Если учесть, что большинство тварей Бездны проживает в мирах, где условия далеки от идеальных, то можно понять и ценность шкуры крупных хищников для более серьезных заказчиков. Тут главное знать, чья шкура от чего может защитить. Недаром охотники на тварей некоторые образцы вообще отказываются продавать. Некоторые твари обитают в таких условиях, что их шкуры имеют поистине универсальные защитные свойства. Говорят, способны выдержать даже прямой удар силового меча. Хотя это больше похоже на сказку.

А тут какая-то коробочка. Наемникам вообще не впервой выполнять непонятные и даже странные приказы со стороны заказчика. А уж за новенькие генераторы силового поля четвертого уровня они и не то сделают. Всего-то и надо было достать коробочку, по нескольку штук раскидать на проходящие мимо контейнеры, а остальные по одному таскать с собой в кармане или прицепив куда-нибудь на себя. А тут генератор, да еще с полным комплектом автономного жизнеобеспечения и комплектом автоматической защиты. Наемники эти значки не только сами разобрали, еще новобранцам раздали, в качестве опознавательного знака. И даже деревенским навешали.

Нелюбовь между регулярными войсками и наемниками была обычным делом. Как и совместная их всех нелюбовь, смешанная с уважением к теням. Так что на удивление наемников, когда им на голову свалился целый спецназ теней с требованием выдать в очередной раз похищенную принцессу и ее похитителя, стоило посмотреть. Этот Шрам, прискакавший из полевого лагеря, полчаса не мог поверить, что командир спецназа в своем уме. А когда тому вынужденно объяснили, что к чему… Вот тут уже впору было забеспокоиться самому офицеру и дознавателям теней. Да только аналитики далеко были. А у отряда совсем другие заботы. Так что приказ о секретности пришел с запозданием, когда этот Шрам успел уже разъяснить все своим подчиненным. Через них слухи уже поползли по всем смежным отрядам. И веселье началось. Как только наемники поняли, что к чему, спрос на эти несчастные «значки» превысил все, что можно было ожидать. Жители деревни еще умудрились и навариться на этом. Ведь приказ сдать имитаторы можно отдать армии. Кто-то из наемников еще подчинился. И то только поначалу. А вот за остальными пришлось гоняться со сканерами. Сосредоточились сначала на наемниках. А про то, что соседние отряды наемников захотят принять участие в таком веселье, не подумали. Деревеньку даже посыльные навещали, говорят. Им-то местные свои «значки» приносили сами. За денежку.

Естественно, нашлись умельцы, которые еще и заново заряжали опустевший запас имитаторов и запускали процесс размножения повторно. Наемники до сих пор веселятся. Кто-то додумался даже на тварей их подвесить. И теперь в карантинной зоне, под контролем спутников, можно наблюдать пути миграции самых разных представителей Бездны. Что-то, видимо, сидело на одном животном, что-то на парах и «принцесса» с похитительницей часто пересекались друг с другом. А где-то бегали и поодиночке. Пару дней назад имитаторы сработали прямо в лаборатории одного из уважаемых научных заведений, куда доставили свежеубитую тварь. Активировались при вскрытии желудка. Так что эти роботы, даже будучи съеденными, оставались в рабочем состоянии.

– Зафиксирована активация новой пары в зоне контроля, – уныло сообщил дежурный заинтересовавший его факт. – На месте разгрузки генераторов.

Старший смены не удержался от крепкого словца. Опять что-то сработало. Вроде по нескольку раз уже там прошли.

– Что там у тебя? – На экране появился капитан Дэрни. Оперативникам сейчас точно не позавидуешь. Вон как осунулся.

– Опять что-то сработало на месте перегрузки контейнеров. Вы вроде по нескольку раз уже там прошли?

– А, не напоминай. – Капитан с досадой поморщился. – Не поверишь, у меня до смешного дошло. Очередь на боевое дежурство образовалась. Парни готовы заступать хоть в соседние провинции. Лишь бы удрать с этих учений.

– Может, все же пошлешь кого?

– Послал уже, куда я денусь. Да толку-то. Наемники, как расчухали этот вариант доставки, так устроили там целый приемный пункт. Регулярно что-нибудь заказывают и принимают по мелочевке. Так что там всегда есть двойка или больше. Они же и подкидывают эти сюрпризы. Просто так, веселья ради.

– А в деревне все ак же?

– Ты сам подумай. За каждый такой шарик они получают денежку. Шарики просто делятся. Только массу в них добавляй. Какой идиот откажется от такого бизнеса? В тех посылках, что получают, как раз эту массу и заказывают. Не, пока выкупать не начнем, так и будем бегать за каждым «значком». Их же спрятать раз плюнуть.

– Да, сложно вам. Наверняка наемники веселятся.

– Ага. Клоунада и только. – Офицер тоскливо вздохнул. – Представляешь, давеча три часа гонялись за одной шавкой в той деревне. Мои парни думали, что обманка на ней закреплена. Собачка дрессированная, по первому свисту прибегает. Ее обыскивают и ничего не находят. И что интересно. Как подзовешь, сигнал пропадает. Как удерет в кусты, так опять появляется и носится по всем окрестностям.

– И что оказалось? – заинтересовался старший.

– Какой-то умник засунул обманку в тапок, с которым эта собака любила играться. Все бы ничего, да собаку приучили носиться с этим тапком, не выпуская из пасти, причем по всем кустам. А в цепь воткнули датчик движения. Он же еще и дополнительно энергию вырабатывал.

– Он же большой?

– Так тапок же! Они его там пришили внутри вместе с двумя обеими обманками. Собачку подзывают, она тапок выплюнет и бежит за подачкой. Обманка перестает работать. Пойди, найди его в траве. Собака свое получила, тапок хвать и опять носится.

Старший смены не выдержал и расхохотался.

– Во-во. Там вся деревня потешалась. И хоть бы кто подсказал. Пока тапок не оказался случайно на дороге, так за нею и гонялись. Ничего понять не могли. Она же на открытой местности со своей игрушкой почти не появлялась.

Они спрыгнули прямо из проходящего контейнера, там, где Майя организовывала выгрузку генераторов. Как оказалось, их встречали. Двое наемников выдвинулись от кустов навстречу и радостно приветствовали Майю как своего тактика. Иллис поспешила на выручку замявшимся парням, явно ее узнавшим, и первой подала знак наемницы.

Те несколько смущенно ответили, как принято.

– Я тут инкогнито, – весело пояснила Иллис. – Так же как Майя. Вы ведь знаете наши псевдонимы.

– Конечно, – улыбнулся один из встречающих. – Мы были при заключении договора. Шрам других к этой информации не подпускает. Так что не волнуйтесь, он специально нас предупредил о сигналах и необходимости дежурить тут. Новички ничего не знают о вашем прибытии.

– И не надо. Честно говоря, мы ненадолго. Очень захотелось посетить одно место. Это недалеко, часа три ходу на глайдере.

Наемники растерянно переглядывались. Разобраться, куда именно собирались две Бешеные кошечки, было нетрудно.

– Вообще-то это небезопасно, – промямлил один из них. – Может, все же привлечем новичков в сопровождение?

– Тогда наблюдатели точно заинтересуются, – усмехнулась Майя. – Вся моя игра насмарку. Не надо. Свяжитесь со Шрамом. Пусть выделит отряд в две пятерки из полевого лагеря. Вам ведь все равно надо патрулировать местность.

Шрам тоже не был в восторге от идеи допустить в карантинную зону правящую, да еще с ее куратором провинций в качестве личного тактика. Но и отказать не мог. Во-первых, это все-таки была принцесса, а не сумасбродная знатная особа. Задавать вопросы активной правящей не принято даже во дворце. Если она считает, что надо посетить эту долину, значит надо. Сейчас, может быть, она сама посчитает это личной блажью, а как оно повернется через несколько лет, еще не известно. Во-вторых, он обязан этим двум кошкам. И немало, если учесть перспективы, что у его отряда были до встречи с ними. И это не считая оборудования, полученного сейчас. Деньги деньгами, но получить новые генераторы с полным комплектом жизнеобеспечения и периметром защиты наемнику практически невозможно. Это не армия. Да и Майя настоящий тактик, хоть и курсант. И не отказывает в помощи, если требуется. А для наемника потерять тактика роскошь даже больше, чем для регулярных войск. Его ребята, из тех, кто в курсе, естественно, его не поймут. Подумаешь, сопроводить пару девиц через не самую опасную зону до какой-то долины. Тем более Бешеных кошечек, подготовленных не хуже любого из них. Не работа, прогулка выходного дня!

Хорошо бы поставить в известность теней, но подводить своих совсем нехорошо. Лучше уж самим все обеспечить. Отказывать, в общем, не хочется и самому интересно, чего они там хотят найти. Но все-таки лучше выделить три пятерки. А то вчера неподалеку от лагеря ниахару под обрывом нашли со свернутой шеей. Неудачная охота даже у них бывает. Шрам передернул плечами, представив себе возможную встречу с голодным хищником из Бездны. А ведь ниахары поодиночке редко ходят. Хоть эту как раз фиксировали в единственном числе. Лучше уж он сам пойдет с этой парочкой, раз им так приспичило.

Окрестности живописной долины не оглашались человеческими криками, наверно, уже несколько десятков лет. Долина, открывшаяся взору двух непоседливых девчонок и их сопровождению, впечатляла. И прежде всего своими размерами. Достаточно широкая, обрамленная со всех сторон зубцами не самых высоких гор, она зеленой полосой терялась где-то в голубоватой дымке. Под зеленым ковром угадывалась широкая речка. На склонах лес сменялся сплошным чехлом кустарников, который выше переходил в горные тундры, пятнами заползавшие на темно-серые гольцы. Кое-где в расщелинах можно было даже разглядеть тонкие нити водопадов, как будто внезапно начинавшихся посередине скал. Но белоснежных вершин, как у Лютика, не было видно. Горы для этого были все же низковаты. И нигде ни тропинки или следа человека.

Майя с восторгом смотрела вокруг.

– Красота!

– Точно, – поддакнула Иллис. – Если тут после Великого раскола снимали по три урожая в год и в таких объемах, как говорилось в статье. Это же самое настоящее продуктовое хранилище, да еще возобновляемое. У нас в империи есть централизованная сеть хранилищ на экстренный случай. На постоянные обновления запасов и их содержание такие деньги уходят! И их все равно регулярно приходится опустошать. А тут достаточно поставить автоматическую агростанцию и законсервировать ее. Если потребуется, всегда можно запустить. Если что, можно и щитом прикрыть по периметру. Раньше-то таких технологий не было. Вот и ушли отсюда.

– Только надо санитарный кордон ставить на перевалах, – хмыкнула Майя. – Такая станция лакомый кусочек. Даже карантинная зона не спасет.

– Так наемников и поставить. – Весело тряхнула головой Иллис. – Они бы на перевале и стационарный лагерь оборудовали для себя, и проходы перекрыли. Конечно, для перекрытия карантинной зоны место выкидного лагеря удобнее, но ведь на то он и выкидной.

Иллис заинтересованно двинулась вниз по склону. Майя, заметив между камнями какое-то движение, поспешно двинулась следом. Не забыв для остальных подать успокаивающую команду. Все-таки у них с Илькой были активные щиты. Первые секунды атаки они сдержат, а бойцам этого хватит, чтобы сориентироваться. Для наемников такое снаряжение было не по карману.

Две девичьи головы осторожно заглянули за нагромождения глыб и с недоумением уставились на пару котят размером чуть больше ладошки. Они, шатаясь и неловко переступая лапками, выползали из грота, образованного прислоненными друг к другу глыбами. Их белоснежные шкурки никак не вязались с окружающим серым камнем. По шерстке в ярких лучах солнца каскадом пробегали мелкие искры, иногда образуя настоящие солнечные волны.

– Это кто? – шепотом поинтересовалась Майя.

Но подруга также недоуменно пожала плечами, восторженно глядя на это чудо.

Услышав голоса, котята замерли, а потом обернулись. Причем одна пара зеленых кошачих глазок уставилась на одну девочку, вторая встретилась глазами с другой.

Сдвоенный мяв прозвучал слаженно, и движения котят приобрели целенаправленность. Они начали пытаться забраться на камни, стремясь добраться до девочек.

– Ой, какая прелесть! – Майя торопливо подхватила покатившееся с крутой стенки существо на руки.

Иллис поспешно подстраховала своего. И только после этого обратили внимание на предупредительный окрик Шрама.

Тот торопливо подбежал к ним и растерянно замер в паре шагов.

– Вы знаете, кто это? Неужели такая красота может быть опасна. – Иллис восторженно протянула котенка Шраму. Но тот отшатнулся.

– Это ниахара, – обреченно простонал командир наемников. Его подчиненные поспешно замерли, заслышав название твари, и прекратили сближение. – Теперь понятно, почему их мать охотилась одна и так неосторожно. Видимо, самец где-то погиб еще до перехода.

– Не поняла. – Майя недоуменно посмотрела на уже свернувшегося у нее на руках котенка. – Можете объяснить?

– Куда уж теперь я денусь, – пробурчал Шрам. – Только вы не двигайтесь пока. Вам-то ничего не грозит. А вот нам лучше быть подальше.

– Хорошо, стоим, – покладисто кивнула Иллис.

– Ниахара, другое ее название демон перехода. – Объяснения из уст мужчины, больше привыкшего отдавать команды, могли бы вызвать улыбку. Уж очень он не походил на лектора. Но обстановка и предельно серьезные лица его подчиненных заставляли сосредоточиться на смысле слов. – Животное из отряда химер, подтип полиморф. Родной мир неизвестен. Исходные эволюционные условия не известны. В настоящее время считается, что живет между мирами. Специализируется на охоте на крупных тварей разного происхождения. Но не брезгует и мелочью. Просто идеальный пример эволюции и приспособляемости к необычным условиям. Ее мех не только красив и мягкий на ощупь. Он одинаково хорошо защищает как от холода, так и от жары. Выдерживает перепад температур до трехсот градусов. Устойчив к большинству кислот. Так что крайне высоко ценится не только в модных домах объединенных миров, но и у профессионалов. К тому же шерсть обладает способностью к поглощению большинства известных видов излучений, в том числе и боевых лучей. Шкура в чистом виде может быть пробита крупным калибром, но даже наличие короткого ворса на животе делает это затруднительным. Клыки и когти из рагонита. Что роднит ее с животными из миров кремниевого типа. Естественно, их клыки способны пробить такую шкуру, а заодно и аналоги композитных бронежилетов. Если учесть, что ворс твари поглощает любое излучение, в том числе и солнечное, и как-то способен взаимодействовать с силовыми полями, за исключением щитов напитки четвертого и выше уровней, не трудно догадаться об отношении к ниахаре охотников. К счастью, это не просто редкая, а чрезвычайно редкая тварь. Ей все равно где жить. Она способна питаться как белковой пищей нашего мира на основе углеводородов, так и животными из бездны вплоть до кремниевой составляющей. Причем предпочитает именно последних. И попадает в наши миры случайно, разве что вместе с волнами. Поэтому об образе их жизни известно очень мало. Живут всегда семейными парами. При рождении способны к запечатлению.

– А это что такое?

– Котята рождаются слепыми. А первое подвижное существо, которое они увидят, воспринимается как мать, с которой устанавливается что-то вроде эмпатического канала связи. Потому родители почти никогда не оставляют детенышей одних. Таким образом, они не только выживают, но и обучаются. Есть предположение, что связь не исчезает у взрослых и позволяет иногда действовать сообща. Нечто подобное иногда наблюдалось при совместной охоте или во время схватки с другими хищниками. Естественно, что такое взаимодействие возможно только между родственными парами. Случаи эмпатии с разумными известны преимущественно из истории охотников на тварей. Последний из них был лет пятьдесят назад.

– И никто не пытался их разводить?

– Такой возможности ни разу не представилось, ваше высочество. Для размножения нужна пара. А запечатление возможно только с котятами. Ниахары защищают свое потомство до конца. Умирающие родители могут их даже уничтожить.

Шрам с опаской покосился на мирно спящего на руках принцессы котенка. В ответ на ее ласку он потянулся, блестящая шерстка сверкнула в свете солнца. Зеленые зрачки сонно обвели пространство вокруг. Обнаружив командира наемников, широко раскрылись, а вокруг головы резко вспухла грива, как у маленького льва, в которой утонули пальцы девушки. Угрожающее шипение немедленно подхватил и второй котенок.

– Эта грива ядовита, – флегматично сообщил мужчина. – Попадание на кожу приводит к мгновенному параличу. Но на партнеров по эмпатии, а также тех, кому они доверяют, яд не действует вообще. Как это у них получается, никто не может объяснить. Но факт остается фактом.

– А с виду не скажешь. Такая мягкая шерстка. – Майя с удивлением перебирала волосы у своего котенка.

– Каждый волосок полый. А яд содержится в волосяной сумке, – пояснил мужчина. – И осторожней с хвостом. Ниахара имеет не только убирающиеся когти, но хвостовые щитки, которые могут использоваться как в бою, так и для удержания добычи. Для охоты на тварей с разнесенными жизненно важными органами неплохое приспособление.

Иллис задумчиво прощупала маленький пушистый хвостик. Майя с интересом осмотрела выдвинутое то ли лезвие, то ли пластинку, но проверять на своем не стала.

– Во время игр маленькие котята могут нанести царапины хвостом даже самим себе.

– А тот охотник что с ними делал?

– Ниахара, как живущая между мирами, способна чувствовать появление любого перехода в радиусе нескольких километров. Кроме того, основной ее пищей являются не белковые, а именно твари из Бездны. Точнее, она как-то различает тварей, недавно пришедших через раскол. В общем, это идеальная ищейка. Находит, ловит и еще приносит своему партнеру по эмпатической связи. Не говоря уже о том, что она идеальный боец для боя внутри волны. Во взрослом состоянии ее трудно отличить от кошки-переростка. При обилии еды может увеличиваться в размерах почти в три раза. Если добычи мало, то постепенно возвращается к исходному состоянию и довольствуется всякой мелочью типа мелких грызунов. Потому и числится в полиморфах. При этом будет чувствовать себя сытой и довольной. Извините, вы уверены, что хотите оставить котят при себе.

– А что ты предлагаешь? – сердито поинтересовалась Майя.

– Эмпатическую связь перехватить нельзя, а без контроля они чрезвычайно опасны. Так что вариант только один.

– Эту красотулю? – возмутилась Иллис.

– Эмпатия действует в двух направлениях, – проворчал Шрам. – Хоть ниахара и признает свое подчиненное положение разумному полностью и на всю жизнь.

– Все равно. Не отдам.

– Воля ваша, ваши высочества, но что скажет его величество?

– Это моя забота, – отмахнулась Иллис.

– Как ты нас назвал? Я не высочество. – Майя весело фыркнула.

– Это тебе только кажется, – хмыкнул Шрам. – Ознакомься со статусом доверенного куратора провинций.

– Что? Иллис? – Майя подозрительно посмотрела на подругу.

– Ну, ты же действуешь не просто от моего имени, а как бы вместо меня. Вот и получается, что официальное обращение к тебе должно быть по моему титулу. – Смущенно отвела глазки принцесса. – Просто при знакомстве ты несколько раз делала замечания наместникам, и все предпочитают не спорить. Пока. Но мама уже начинает шипеть.

– А пояснить никак? – возмутилась немного растерянная Майя.

– Тебе пояснишь. Вон, твой уже шипит. Так что успокойся.

Майя рассеянно погладила своего котенка, демонстрирующего всему свету клыки и когти, пытаясь заодно найти, кто же именно вызвал раздражение его хозяйки.

– Просто я думала, что они все оговариваются, по привычке обращаются как к тебе.

– Конечно, оговариваются. Нас со спины даже новенькие служанки путают. Шрам, ты много знаешь о них? – вернулась Иллис к основной теме. – Довольно много информации для наемника, не связанного с охотой на тварей.

– Тот охотник был дедом моего хорошего знакомого по детским играм, – пояснил наемник. – Самого его я уже не застал. А ниахара после потери связки быстро погибает. Но тот парень просто бредил идеей найти такого вот котенка, когда станет охотником. Так что об их воспитании он знал всё и готов был говорить часами на эту тему.

– И где он сейчас?

– Погиб. Как я говорил, ниахары очень трепетно охраняют свое потомство и не оставляют его до момента запечатления. Не знаю уж, что случилось с самцом этих котят. Мы его не фиксировали. Через раскол она одна прошла и, видимо, беременная, потому и вынуждена была самостоятельно охотиться. И логово устроила так далеко от мест охоты, чтобы защитить потомство. Вчера ее нашли под обрывом. Видимо, сорвалась во время охоты.

– Разве не вы ее? – удивилась Иллис.

– Нет. – Шрам даже рассмеялся. – Зачем? Ниахары предпочитают охоту на тех тварей, с волной которой пришли. Знакомая пища, знакомые повадки, плюс их ослабление из-за смены мира.

– А потом?

– Говорю же, это межмировой хищник. В наших мирах для нее не самая лучшая охота. Да и белковые организмы уступают тварям из бездны по питательности. Так что дикая ниахара предпочитает искать раскол и уходить обратно, особенно если охота ей не нравится. Конечно, мы ее отслеживали и имели кое-что наготове из тяжелого вооружения. Но пока наши интересы совпадали. Поселение она не трогала, в защитные контуры для скота не лезла и даже не приближалась. В общем, смысла связываться с нею не было. Тем более что обратный раскол тут постоянный и находится недалеко. И передвижения ее были именно в том направлении. Теперь понятно, почему задержалась. Ждала, когда котята на лапы встанут.

– С нами поедут, – окончательно определилась Иллис.

Майя согласно кивнула и с благодарностью притянула к себе осторожно поданную одним из наемников куртку. Пора было отправляться к конечной цели своего путешествия. А то Кир начинал нервничать и присылать сообщения с намерением прекратить это рискованное мероприятие.

– Для того чтобы обезопасить близких, достаточно дать им обнюхать руку, в крайнем случае долго носимую часть одежды. Ниахара запоминает запах, может слизнуть капельки пота. Причем установка «свой» может меняться. Котята пока воспринимают только эмоции. Так что при знакомстве надо их у себя контролировать. Смена происходит тоже по эмоциям, совмещенным с мысленным образом. Взрослые вроде могут воспринимать и голосовые команды. И даже однократный допуск чужого.

Лекция была тут же и проверена на самом командире и его наемниках, которые не смогли скрыть облегченного выдоха после завершения процедуры.

Шрам скептически осмотрел устраивающих свое приобретение девушек. Свои мысли о том, что теперь скрыть от теней этот поход не удастся, и что именно вместо благодарности выскажет ему лорд-мастер, он придержал при себе. В конце концов, наемники не подчиняются теням. И одним разговором больше, одним меньше – роли не играло.

Риттл не находил себе места с момента прибытия на станцию пограничного перехода. Памятуя способность их тактика находить приключения, он с самого начала очень неодобрительно отнесся к идее этих учений. Он даже попытался довести свое мнение до руководства академии. Тем более что с ним были солидарны все бойцы личной пятерки Майи.

Но ректор только выслушал и оставил все без изменений. Так что пришлось выполнять приказ своего тактика, выдвинуться в одиночку на эту пограничную станцию и ждать. Спорить с тактиком не хотелось. Можно было испортить всю ее игру. А этого она бы не простила. Но теперь уже все равно. Контрольный срок пройден, учения закончились, и пора бы ей проявиться. Лорд-мастер теней появился тут с утра. Значит, ожидание действительно закончилось, и Майка уже послала начальству весточку о месте прибытия.

К станции приближался пассажирский глайдер. Судя по сообщениям, арендованный в деревне на границе карантинной зоны. Понятно, там же ее наемники окопались. Отличное решение охраны объекта номер один. Эти выполнят любую просьбу нахалки. Наемники за своих тактиков зубами держатся. А уж эти и вовсе удавят кого угодно.

Из машины вышли двое. Индикаторы щитов и сенсоружия показывали их полную активацию, как и положено. Но руки у обеих были заняты какими-то свертками. Так что пришлось спешно отдавать команду на прикрытие. Кир только одобрительно хмыкнул, заметив слаженные движения курсантов. Не то чтобы ожидалась какая-то опасность. Для встречи принцессы он притащил сюда едва ли не весь резерв, не задействованный в учениях. Но так было положено.

Кир сделал шаг навстречу парочке и улыбнулся в ответ на их ехидные ухмылки. Что ж, этим язвам было над чем веселиться. Пусть и с третьего раза, но Майе удалось прорваться через заслоны теней и обыграть его аналитиков. Только одной группе из них удалось решить заданную Майей задачу и вычислить местонахождение пары в полевом лагере. Но выставить перехват до окончания учений уже не успели. Слишком поздно узнали, в каком именно глайдере ушла беглянка. А о том, что их может быть несколько, не подумали, высылая такой маленький отряд на захват. Так что следующий год будет не менее насыщен в его службе. Тем более что отделы обновятся на две трети. Но в целом результатами учений он был доволен.

Он вежливо наклонил голову и собрался пристроиться рядом с идущими девочками. Даже протянул руку, предлагая забрать ношу у принцессы. И тут же поспешно отдернул ее.

Из свертка живенько высунулась любопытная мордочка и уставилась на него предупреждающим взглядом. Со стороны свертка Майи уже слышалось угрожающее шипение. Растерянно осмотрев предъявленные на обозрение гривы, и как они аккуратно укладываются обратно под лаской девушек, Кир осторожно отступил.

– Извините, они еще маленькие и всего пугаются, – вежливо пояснила Майя.

– Ниахара, – выдохнул лорд-мастер, пропуская комментарий насчет испуга. – И почему я не удивлен?

– Ну. Так получилось, – уклончиво пояснила Майя. А Иллис солидарно с ней кивнула.

– Если вы еще скажете, что лично угробили их родителей, то я со спокойной совестью сниму с вас всю охрану, – мрачно пообещал начальник теней.

– Нет. Их мать сорвалась с обрыва и ее нашли наемники. А отца вообще в нашем мире не было.

– Слава Единому, – серьезно оповестил Кир. – Теперь понятно, почему этот Шрам отвечал на мои вопросы настолько уклончиво. Девочки, вы хоть знаете, кого держите в своих руках?

– Просветили уже, – сердито буркнула Иллис. – И, Кир, мы их не отдадим.

– Тогда придется вам нести котят самим, – мстительно заключил тот. – А специалиста по дрессировке будем искать во всех Объединенных мирах. Принимай командование своей пятеркой.

Риттл выступил из-за спины начальства и с опаской покосился на свертки в руках своих объектов. Кто такая ниахара, он не помнил. Но реакция лорд-мастера настораживала. Так что он тоже предпочел замереть на удалении. Правда, это не спасло ни его, ни его бойцов от обнюхивания двумя любопытными мордочками. Майя заставила их постоять спокойно и только после завершения процедуры вкратце пояснила, что это за «милые» создания. Риттл впечатлился. И пообещал самому себе повторить курс ксенологии, что им давали в академии.

Глава 11

Третий пациент

Вирт находился в той стадии раздражения, которая обычно заставляла всех, кто его хорошо знал, держаться подальше. Даже Альнар с ребятами предпочитали сейчас оставаться в приемной.

А всему виной целая цепь накладок, в которых приходилось винить только себя. Начиная с этих, недавно завершившихся учений. Ведь, действительно, мог и сам додуматься, что Кир не ограничится созданием трех учебных групп аналитиков. Тем более что лучшие и наиболее опытные из них под предлогом поддержания боеготовности были выведены в оперативные отделы контроля теней, не принимающие участия в учениях. Конечно, это была обычная практика в учениях такого типа, но ведь что-то невнятное он чувствовал. Самое смешное, что он увлекся подкинутой задачкой настолько, что совсем перестал следить за своим восприятием. Даже когда командование начало по одному выдергивать из отделов аналитиков, он совсем не озаботился таким поворотом. Предлог, естественно, был один. Еще до второй фазы из первой группы убрали парня, выдвинувшего идею о возможности создания имитаторов. Таких умников было несколько и в разных группах. Но именно этот смог настоять на ее разработке. Увы, поздно. Эта нахалка даже не подумала переносить сроки своего побега, как думало большинство из аналитиков. Интересно, если бы она год назад озвучила час и минуту, тоже удрала бы?

В общем, можно было задуматься, когда парень оказался в дежурной группе, исключенной из провозглашенного соревнования. Потом была парочка, вспомнившая о контейнере-призраке и активно попытавшаяся разобраться, а куда собственно он вообще делся два года назад. Эти исчезли уже после второго запроса. И всплыли в отделе транспортной полиции в обществе целой толпы программистов и спецов по логистике транспортной компании. Судя по всему, разбирались с системой отслеживания контейнеров. Но судя по попыткам Кира выудить секрет у Майки, до сих пор безрезультатно.

А вот ему действительно было впору головой постучаться обо что-то. Ведь вообще ни на что не обращал внимания. Бился над этой задачкой и все. Отец по результатам учений устроил ему очень знатную выволочку. Хорошо хоть только в присутствии доверенных лиц. Кир с детства ему и не такое выговаривает. Ему можно.

Вдали, за окном громыхнуло. И по телу проскочила уже подзабытая дрожь. Вирт тяжело вздохнул и тоскливо глянул на ящичек, где рядком стояли пузырьки, припрятанные от Индерского. Вот еще одно следствие его глупости. За время проведения учений он увлекся настолько, что ни разу не вспомнил о комплексе Альтер, что Майя создала для него. А ведь она предупреждала, что личный комплекс надо делать дважды в день. Еще этот сезон бурь.

Вирт снова раздраженно поморщился, заметив, как кто-то из друзей поспешно прикрыл дверь. Казнись или нет, но придется на что-то решаться. Первая гроза в этом сезоне бурь уже подходит. И вместе с нею нарастали признаки подступающего синдрома. Так что хочешь не хочешь, а придется идти.

Вирт неохотно открыл дверь кабинета и покосился на Альнара.

– Я к Иллис собираюсь. Пойду через телепорт, так что не теряйте меня.

– Принял. – Альнар сочувствующе посмотрел на друга. – Не переживай ты так. Ну, получил выволочку от отца. В первый раз, что ли?

– Все нормально. – Вирт хлопнул друга по плечу. Друзьям позволялись некоторые вольности даже в такие моменты.

Получив разрешение, он пересек черту портала, оказываясь в знакомой комнате.

В гостиной, к его счастью, кроме сестры и Майи, была только Лера. Так что ему не пришлось разыгрывать визит вежливости и притворяться, что все нормально. Майя все поняла сразу, только увидев его виноватую мордашку. Иллис опоздала на несколько секунд, но враз ставшее серьезным лицо подружки сыграло роль подсказки. А вот Лере потребовалось некоторое время. Видеть принца в таком виноватом виде приходилось немногим.

– Сколько дней пропустил? – без предисловий заинтересовалась Иллис.

– Как вы сбежали, в общем. – Вирт снова сокрушенно развел руками.

– Что? Все учения? Ты совсем спятил? – поразилась Иллис.

– Потом, гроза подходит. – Майя решительно кивнула Лере. – Давай стол. Илька, придется подстраховать.

Вирт послушно устроился на освободившемся столе и только покосился в сторону раздавшегося шипения. Для двух новых жителей покоев принцессы соорудили нечто вроде искусственного грота. Котята одобрили сие сооружение и оба устроились в нем, не пожелав разделяться. Гостиная стала для них общей территорией, где они вместе играли, по-хозяйски обходили все углы и с удовольствием совместно устраивали бардак. Но вот в спальнях своих хозяек каждый из них чувствовал хозяином себя. И что странно, второй котенок не пытался спорить, а явно выказывал подчиненное положение. Но стоило им оказаться в покоях другой хозяйки, и все менялось на противоположное. Найденный охотник на тварей, знакомый с повадками запечатленных ниахар, подтвердил, что это их обычное поведение. Родственные пары могут жить очень близко друг от друга, особенно если позволяют пещеры, в которых обычно обустраивают свое жилище ниахары. Территория вне своей пещеры или грота защищалась сообща или под руководством старшей пары. Сейчас в этом качестве воспринимались хозяйки. А вот в своем помещении все подчинялись его владельцу. Между собой родственные ниахары никогда не разбирались. А вот описание пары схваток между прайдами, по окончании очередной волны, легким чтением никто бы не назвал.

Сейчас две любопытные мордочки почти полностью высунулись из грота. Подчиняясь эмоциям, ухваченным от хозяек, они неотрывно смотрели на него и тихонько шипели. Впрочем, свои гривы они не пытались распустить. Так что это было скорее не грозное шипение, а как бы укоризненное.

– Вирт, как ты вообще мог не делать процедуры? – возмущалась тем временем сестра.

– Ф-ф. – Ее котенок согласно фыркнул и то ли пригнул голову, то ли кивнул. Второй тихо поддержал брата шипением.

– Майка столько времени потратила на то, чтобы уложить комплекс в десять минут!

– Ф-ф-ф.

– Ш-ш-ш.

– Нет, ну как так можно! Это же почти месяц! А у тебя не закончен цикл Альтери.

– Ф-ф-ф.

– Ш-ш-ш.

– Ты хоть понимаешь, что натворил? Майка уже провела прием пациентов на мастер-классе.

– Ф-ф-ф.

– Ш-ш-ш.

– Ей теперь придется выкладываться полностью. Хоть бы предупредил с утра.

– Ф-ф-ф.

– Ш-ш-ш.

Если бы не он был объектом и причиной этого монолога, наверно, сам бы повеселился от такой согласованной поддержки котятами праведного возмущения сестры. И даже в этой ситуации Вирт не сдержал улыбки, что, естественно, завело Иллис еще больше.

– Майка, давай ты не будешь ему ничего исправлять.

– Ладно тебе издеваться над братом. – Майя отмахнулась от предложения подруги. – Сейчас гроза навалится. Начинаем.

Вирт расслабился, как только тонкие пальчики легли на плечи, и даже прикрыл глаза. Мама даже сейчас иногда просила Майю о курсе массажа. Причем именно просила. И он прекрасно ее понимал.

Два котенка, пошипев еще для порядка, деловито развернулись и, потешно подталкивая друг друга, забрались обратно к себе в грот. Там они переплелись в один комок и заснули.

Адила не находила себе места и оставалась в гостиной мужа. Из спальни, даже через дверь, были слышны его стоны. По его требованию, она пока воздерживалась заходить. Димир не любил, когда близкие видели его во время приступа. Сезон бурь как всегда начался с очень сильной грозы. И все бы ничего, если бы не совпадение бури, приступа правящего и начавшегося перехода. Лекарства, много лет помогавшие в такие моменты, разом перестали действовать. Индерский делал что мог. Но для выработки нового лекарства нужна была информация о происходящих изменениях в организме. А для этого требовалось время. А потом время на изготовление. Немного, но ближайшие сутки для Димира будут очень длинными. Если б хотя бы смягчить боль! Адила замерла от промелькнувшей мысли и потянулась к браслету связи.

Иллис любовалась грозой. Майя больше не паниковала при вспышках молний, но все равно предпочитала полулежать на своей лежанке спиной к окнам, делая маленькие глоточки чая, все же ежилась от вспышек. Ее Бари, чувствуя эмоции хозяйки, стоял, опираясь передними лапками на ногу девушки, и воинственно шипел на каждую вспышку в окне. Чем, собственно, выдавал истинное ее состояние.

– Ты посмотри, вон там, – восторженно призывала Иллис брата и показывала рукой на осветившийся кусок неба и силуэты далекого города. – Здорово! Вирт, ты видишь?

– Вижу. Действительно красиво. – Принц осторожно подвинул вазочку с пирожными поближе к Майе. Он все еще испытывал чувство вины за недавнюю процедуру.

– А ты смотри, смотри, – нравоучительно заметила младшая сестра. – У меня б на месте Майи ты одними пироженками не отделался. Это же надо так запустить процесс. Сейчас бы потолком у себя любовался, вместо городского пейзажа.

– Я же извинился, Иллис. Ну, действительно закрутился и забыл. – Сокрушенно разводил руками Вирт, в который раз оправдываясь.

О пробившихся несколько часов назад полузабытых ощущениях он вспоминал с содроганием. За прошедший год уже стало привычным проводить время, наблюдая грозу. Стало казаться, что Майя перестраховывается, а то и вовсе набивает себе цену. А Иллис идет у нее на поводу. И вот, стоило им исчезнуть на месяц, все пошло именно так, как ему объясняли. Хорошо еще, что эти две язвы вернулись вовремя. А то пришлось бы снова пить эту гадость. При воспоминании о пузырьке, лежащем в ящичке рабочего стола, к горлу подкатил тошнотворный комок.

Сестра, поняв причину происходящего, была не просто возмущена. Он и сам понимал, что наломал дров. А отдуваться пришлось подружке сестры. По словам Иллис, этот перерыв отбросил его минимум на несколько месяцев. После двухчасовой процедуры Майя выглядела уставшей. Но травяные чаи подняли ей настроение настолько, что Вирту было разрешено составить им компанию при встрече первой грозы бурь.

Правда, Майя оставалась молчаливой и не принимала участия в их разговорах. Лера пристроилась поудобнее и медленно расчесывала ей волосы. Похоже, это ее успокаивало.

Вызов по общей связи и появление голограммы императрицы привлекло внимание всех.

– Что это вы обсуждаете? – Адила подозрительно осмотрела открывшуюся сцену. Не найдя ничего интересного, кивнула в ответ на приветственный реверанс Леры и сразу обратилась к подруге дочери: – Майя, мы с Димиром старались не вмешиваться в твои дела. Хоть Индерский частенько напоминал нам, что Вирт с Иллис предпочитают твою компанию в такие бури.

– Мама, что-то с папой? – Иллис встревоженно поднялась на ноги.

– У него приступ совпал с переходом. Да еще эта гроза. Индерский ничего сделать не может, ему нужно время. Нам остается только фиксировать судороги. – Адила, не удержавшись, судорожно перевела дыхание. – Майя, я знаю, что ты не можешь ничем помочь с самим синдромом. Но если можно отключить тело, то хотя бы судороги не будет. Ведь так?

– Мы сейчас придем, ваше величество. – Майя только кивнула принцессе, и та торопливо активировала телепорт.

– Дай подтверждение.

– Отец не очень обрадуется вашему с Виртом приходу, – выразила сомнение мать. Но завершила фразу, уже обращаясь непосредственно к появившимся детям.

Не обращая ни на что внимание, Иллис решительно прошла в спальню отца.

Димир лежал на кровати и только недовольно посмотрел на вошедших. Говорить ему было трудно. Лежа на спине, он судорожно комкал простыни в кулаках, в ожидании следующего приступа. Рядом находился Кир, готовый в любой момент его подстраховать. Индерский возился со своей аппаратурой тут же, около пульта и тихо ругался сквозь зубы.

– У тебя есть несколько минут, судя по моим показаниям.

Макс тоже покосился на вошедших. Вирт замер, проделав всего несколько шагов от входа. Иллис подошла к самой кровати. Вид беспомощного отца заставил и ее замереть в растерянности.

– Я подумала, что, может быть, Майя сможет снять боль. А эти пришли сами. Извини уж.

Димир досадливо поморщился. Говорить ему точно не хотелось.

– Илька, ты уже закончила объяснения? Согласие получено? – Майя деловито прошлепала мимо Адилы и водрузила небольшой саквояж на столик.

Адила помнила, что в таком она приносила мази, используемые при массажах, а иногда и при процедурах.

– Что, ты хочешь?.. – Иллис живо обернулась и недоверчиво замерла, глядя на нее.

– Ясно. С тебя сейчас толку мало. Илька, это не подвал в Ирбинске и переход не с тобой. Так что соберись, ты мне будешь очень нужна. Вирт, ты помнишь, что там твоя сестра в самый первый раз говорила?

– Э-э, ну да, хранить тайну там…

– Вирт, ты вроде отдохнул на столе. Какие уж сейчас секреты? Давай объясняй вместо Ильки. У нас мало времени.

– А, ну, в общем, так, папа. – Вирт, получив более конкретные указания, сразу перешел к делу. – Майка работает над контролем правящих. Мы с Иллис у нее в подопытных кроликах. Я, например, с осени прошлого года. Иллис вроде с первого побега. В общем, если хочешь присоединиться, тебе придется дать согласие, такое же, как на доступ процедур. Майя к этому очень серьезно относится. Сейчас она проведет пробную процедуру. Это не общая блокада. Она снимет приступ, и ты сможешь отдохнуть и принять решение. У меня для этого было два часа. Майя?

– До завтра, часов до двенадцати, – сердито буркнула девчонка, торопливо смазывая мазью пальцы. Иллис только мельком глянула на брата и торопливо перехватила баночку.

Адила с интересом отметила, что раньше ее дочери мазь не требовалась. Хотя Гринда как-то обмолвилась, что дающие делают это в случае, если предстоит отдавать очень большой объем энергии.

– Ну вот. Если ты передумаешь, то завтра откажешься подтвердить доступ и вернешься к лекарствам, – как-то радостно возвестил Вирт и закончил себе под нос: – И кому я это говорю. Хотел бы посмотреть на такого идиота, кто откажется.

Димир ничего не понял, но решил подробности выяснить потом. Сейчас он только кивнул и перевел вопросительный взгляд на Майю.

– Хорошо, пусть это будет вашим согласием. Мне нужна ваша спина.

Все так же не проронив ни слова и не отводя недоверчивого взгляда от мастера, Димир перевернулся с помощью Кира на живот, заодно пододвинувшись ближе к краю кровати.

Майя поморщилась, все-таки постель была не очень удобным местом. Но решительно протянула сложенные руки над лопатками и резко развела их в стороны. Адила замерла, наблюдая, как под руками девочки над спиной мужа развернулась голубоватая дымка. Иллис уже стояла рядом и, подчиняясь короткому сигналу, послушно коснулась запястья подруги. В месте касания голубоватое поле сменило цвет на желтый. Но Майя как будто размешала что-то пальцем, и в этой точке появился насыщенный фиолетовый цвет. После чего мастер переключилась на область ключицы. А Иллис продолжала удерживать руку на месте. С ее пальца продолжала идти желтоватая волна, постепенно перетекающая в фиолетовую область. Вскоре потребовалась и вторая рука дочери. А потом она начала следить сразу за несколькими точками. При этом дочь все с большим беспокойством посматривала на подругу.

Так продолжалось десять минут, потом двадцать. Тишину прерывали только тихие команды и ответы двух девушек.

Индерский перевел взгляд на показания экрана. Свой растерянный возглас он сумел сдержать. По своему общению с Майей он отлично понимал, что сейчас ей лучше не мешать.

Несколько раз за время процедуры Иллис уже касалась плеча Майи в знакомом жесте подпитки мастера. Но даже это, похоже, не помогало. Майя слабела прямо на глазах. Но что хуже всего, Адила отчетливо видела, как осунулось лицо дочери. Но та упрямо продолжала контролировать точки, переданные ей Майей. Наконец Иллис решительно махнула рукой перед лицом Майи.

– Я закончу, прекращай немедленно.

– Хорошо. – Майя послушно кивнула и через силу улыбнулась подруге.

Отодвинуться от пациента она не успела. Начала сразу оседать на пол. Индерский кинулся ее подстраховывать. Вирт поспешно подошел к сестре. Ее тоже заметно качало.

– Кто там в приемной? – сделал он вызов по браслету.

– Капитан Сален, старший дежурной смены. Прошу прощения, ваше высочество, тут Гард, присланный старшей служанкой покоев ее высочества. Утверждает, что прибыл за Майей.

– Принято, пусть заходит. – Вирт торопливо подхватил сестру под руку, так же устало откачнувшуюся от постели отца – И еще кого-нибудь.

– Через телепорт нельзя, – пробормотала Иллис. – Один раз воспользовались в таком состоянии, так потом неделю отходили.

– Сален, второго – отбой, сопровождение до покоев принцессы. Обеспечить проход, на вопросы не отвечать, любопытных убрать. Если потребуется, хоть с лестницы спускайте. Всех бойцов предупредить о неразглашении до особого указания.

– Принято, ваше высочество.

– Вирт, когда я приду в себя, я на тебе лично отыграюсь. И за себя, и за Майку. Это же надо так подставить! – Иллис обессиленно оперлась на предложенную юношей руку, а потом и вовсе повисла у него на плече.

Вошедший офицер охраны дворца собрался было приветствовать присутствующих, но Вирт нетерпеливо остановил его:

– Гард, я потом лично передам твои приветствия всем присутствующим. Майю на руки и выходим.

Димир, все так же лежа на животе, задумчиво проводил взглядом всю компанию. А потом посмотрел на Индерского.

– Лучше не спрашивай. – Правильно понял тот его взгляд. – Я понятия не имел, чем они занимаются. Как ты себя чувствуешь?

Вместо ответа император перевернулся на спину и осторожно прислушался к себе.

– Нормально. Даже боли нет.

– Забавно. По моим данным, у тебя сейчас полным ходом идет судорога, – любезно сообщил Макс таким голосом, как будто сожалел, что не видит этих самых судорог.

Димир насмешливо покосился на него и вдруг сладко зевнул.

– Извини, тебе лучше поспать, – спешно вернулся к своим обязанностям врача Индерский.

Адила прошла к постели мужа, показывая, что не собирается никуда уходить. А вот остальным пришлось оставить спальню его величества.

Она проснулась посреди ночи, от ощущения холода. Не обнаружив рядом мужа, встала и, застегивая на ходу халат, вышла в гостиную.

Димир сидел перед открытым окном и любовался отсверками молний.

– Не спится?

– Нет. Проснулся и больше не смог заснуть, – задумчиво откликнулся Димир. – Ты посмотри. Большинство людей живут и даже не замечают этой красоты. А я впервые в жизни вижу настоящую грозу без ожидания очередного приступа.

– Если бы эта девчонка хотя бы намекнула, – простонала Адила.

– До того, как появились близнецы, ей никто бы не поверил. А после… Мне кажется, что Иллис давно не принимает лекарств Индерского. Он уже несколько раз упоминал, что не может разобраться с ее реакциями. А в последнее время и с Виртом. Кстати, где он?

– Все завтра, дорогой. Сейчас еще ночь.

– Я еще посижу. – Димир отрицательно качнул головой. – А утром надо разобраться, чем именно он так разозлил Иллис.

Лера в который раз попробовала воду в бассейне. Необходимости в том не было, автоматика поддерживала температуру. Но так было спокойнее. Время давно ушло за полночь, но девочки продолжали только вяло шевелиться и устало улыбаться. В таком состоянии отправлять их спать очень не хотелось. А Индерскому сейчас хватает своих потрясений. Так что оставалось смотреть на эти мордашки да коситься на двух подмастерьев, поднятых по тревоге.

Те были ошарашены таким диким состоянием своего мастера, да еще на пару с дающей. Майка хорошо их обучила. Так что кое-что смогли сделать с помощью своих точек. Потом помогали как могли с травяными настоями. Но теперь уже сами начали клевать носом. Пришлось их отправить к себе. Хотя Линара и норовила обернуться. Но что тут можно еще делать? В травяной ванне этим двоим еще часа два отмокать придется. А потом отсыпаться.

– Мы тебя совсем загоняли, Лера. – Майя виновато посмотрела на подругу.

– Сидите уж, – проворчала та. – А ты опустись ниже, а то скоро наполовину вылезешь.

– Жарковато, – пожаловалась Майя.

– А ты видела глаза папы? – Иллис вяло махнула рукой и тихо засмеялась.

Лера снова покачала головой. Эти двое опять довольны совершившейся проказой. А завтра весь дворец будет стоять на ушах, пытаясь понять, что же все-таки происходит.

В комнату деловито протопал Бари и, приблизившись к краю бассейна, укоризненно уставился на хозяйку.

– Что? Знаю, что не любишь воды. А зря. – Майя подняла руку, в вялой попытке погладить котенка, но бессильно опустила ее на бортик.

Тот задумчиво обнюхал конечность и осторожно лизнул пальчик. Некоторое время Майя с интересом следила за его действиями, потом перевела взгляд на довольно жмурящуюся Иллис.

Брат Барика проделывал то же самое с ее рукой. Вот только Майю заинтересовало совсем другое. На пальцах подруги за язычком котенка оставалась желтая полоска, затухающая и снова вспыхивающая после очередного касания. У нее такого не было.

– Интересно. – Майя задумчиво перевела взгляд на своего Барика и сосредоточилась. Тот несколько мгновений стоял неподвижно. Потом сердито фыркнул и деловито перебрался к братику. Там он начал сосредоточенно вылизывать соседние пальцы. Иллис недоуменно приоткрыла глаза и осмотрела их. Впрочем, руку решила не отнимать.

– Как ты себя чувствуешь? – поинтересовалась Майя, наблюдая, как желтоватые полоски то возникают, то затухают, следуя за язычками котят.

– Лучше. – Принцесса недоуменно прислушалась к себе и только теперь сообразила: – Они меня подпитывают! Точнее пытаются, очень слабый поток.

– Ну да. Похоже на то. Они еще котята, да и взрослыми вряд ли будут полностью восстанавливать твои потери. Масса тела у них не та. Поделишься?

– Конечно. – Иллис охотно подняла свободную руку и коснулась плеча подруги. Та только благодарно улыбнулась. – А почему твой?..

– Похоже, напрямую они могут отдавать энергию только тебе, – улыбнулась Майя. – Мастер может преобразовывать энергию, но, похоже, только дающей.

– Ясно, но ты никогда не говорила, что такое вот возможно.

– Сама не знала, – пробормотала Майя и перехватила взгляд Леры. – Давайте пока об этом никому не будем говорить.

Служанка невежливо фыркнула.

– Майка, ты вообще без тайн можешь пару дней пожить?

– Могу. Наверно, – улыбнулась та. – Я только хочу посоветоваться с Гриндой сначала. А потом видно будет.

– Уверена, мама уже связалась с нею. И Гринда завтра будет присутствовать при нашем допросе, – авторитетно заявила Иллис. – Все, малыши, хватит. Большое вам спасибо.

Иллис решительно забрала руку. Оба котенка недовольно пофыркали, но выглядели они теперь непривычно устало. Их белая шерстка практически лишилась электрических искорок. Лера безбоязненно подхватила обоих и вышла в гостиную.

– Я хочу тебе кое-что показать. – Адила начала без предисловий, зная, что у Гринды тоже уже глубокая ночь. Поэтому она просто включила видеозапись с камеры, бывшей в распоряжении Индерского.

Недоумения мастер-настоятельницы хватило до момента, когда над спиной Димира развернулась голубоватая дымка.

Она подалась вперед, всматриваясь более внимательно. Когда в дело вступила Иллис, тихо ахнула.

– Я не знала, что ваша дочь продвинулась так далеко. Это уровень подмастерья.

– Спасибо, но сейчас меня интересует немного другое.

– Со всем остальным нам придется выслушивать разъяснения вместе. Конечно, если вы не возражаете, ваше величество.

– Затем и связалась. И прекрати эти любезности. – Вернула та улыбку. – Жду тебя утром.

– Конечно, теперь мне даже спокойная ночь не светит, – проворчала Гринда. – По записи трудно что-то понять. Но ведь не отвяжется. Буду теперь сидеть и разгадывать ее шарады. С вашего позволения, со мной будет еще два мастера.

– Без проблем, – подтвердила Адила. – Защитников как обычно?

– Да, с каждым мастером один защитник, так что три бойца с оружием. Деда Майи в этот раз не будет. Я с ним потом свяжусь. Сначала сама разберусь с этой чертовкой. Такое скрыть от старой настоятельницы!

Кир прекрасно понимал стоящих перед ним парней. И предполагал их реакцию, когда они узнают все до конца.

А Риттл, стоя перед лорд-мастером теней, недоумевал вместе со своими парнями. Ну ладно Вирт и его пятерка. У них тактик и объект номер один в одном лице. Не удивительно, что второй объект добавляют. А их-то зачем вызвали? Не в усиление же. Тогда получится три объекта охраны на две личные пятерки. Перебор! Особенно если один из объектов без навыков взаимодействия. А все к этому идет. Вон Кир как мнется. И почему тут нет Майи. Вообще-то подобную информацию обычно до своих пятерок доводят тактики, в объемах того, что посчитают нужным.

– Не совсем понимаю, лорд-мастер, а когда он прибывает и уровень его подготовки? – донесся голос старшего пятерки Вирта.

Риттл недоуменно отметил досадливое выражение принца. Это что получается? Его парни тоже не в курсе?

– Э-э. Да объект охраны, в общем-то, здесь и никуда не девался. Надо его принимать с утра, – как-то странно замялся начальник теней и покосился на Риттла. – И надо сделать это скрытно.

Тот насторожился еще больше. Согласно определению, объектом номер один мог быть только император или члены его семьи. Все остальные могли назваться как угодно, обычно просто под номером приоритета. Очень редко, в качестве исключения, главы других государств или их прямые наследники. Но только в случае, если император принимал на себя его безопасность, например пребывание на чужой территории инкогнито. Но это точно не их случай. Такое бывает крайне редко, не курсантам же подобное поручать. Получается, во дворце откуда-то взялся тут «бесхозный» правящий, причем подросток. Хотя, может, близнецы? Но их ведь двое. Разве что есть проблемы и потребовалось разделить детей? Скрытое прикрытие они отрабатывали как личная пятерка тактика ее высочества, ясно, для чего нужны.

Риттл так и спросил. Но лорд-мастер только улыбнулся.

– Нет, с объектом номер один вы знакомы и полностью сработаны. Это, в общем, ваш персональный тактик. Проблема в том, что она не знает о принятом решении.

Риттл несколько секунд оценивал информацию. Потом скептически приподнял бровь.

– Майка? Скрытое наблюдение?

– Вам надо продержаться всего лишь до обеда. Пока его величество не объявит ей о принятом решении лично, – нехотя пояснил Кир. – Вы ее знаете лучше всех. Думаю, можете сами предположить реакцию своей бестии.

– Удерет, – убежденно произнес Жейран. – А нам потом объясняться. У нее точно пара норок сохранилась. Ей без них жизнь не мила. Может, еще и какой сюрприз с учений оставила.

– Ну вот, надеюсь, желания устроить вторые учения, да еще с собственным участием нет?

Альнар покосился на своего бойца, возбужденно подергавшего его за китель. Добившись внимания командира, он показал три пальца и одними губами произнес только одно слово «часа». Тот, недолго думая, показал два пальца. На том и сошлись.

Кир видел проскочивший обмен ставок. Но предпочел отвести глаза. Задача для личной пятерки действительно была необычной. Но уж очень не хотелось объясняться с девчонкой, возмущенной таким контролем. Для нее это будет похлеще, чем ошейник. Так что лучше провести беседу при поддержке всей семьи правящих. А то действительно потом лови ее.

– Полчаса, – донесся до него убежденный шепот Риттла, явно нацелившегося на розыгрыш своего тактика. – И то если удастся ее отвлечь. А потом будем договариваться.

Майя поднялась рано. За ночь не удалось полностью отдохнуть. В теле чувствовалась усталость. Лера сочувственно смотрела на подопечную. Она дала ей поспать сколько смогла. Но понятно, что этого мало. Девушка со вздохом присела на стул, поставленный около десертного столика, и с благодарностью приняла наполненную чашку из рук служанки. Вторая уже принялась приводить в порядок ее волосы. Обе девушки все утро провели тут в ожидании выхода Майи. И теперь с недоумением косились на Леру. Оказывается, она даже не будила свою подопечную. Но вопросов не задавали. Раз Лера молчит, значит так надо.

– Я отменила сегодня мастер-класс, – тем временем докладывала Лера. – Обед сегодня планируется здесь и в расширенном составе. У вас будут их величества, его высочество, лорд-мастер теней и первая фрейлина императрицы, а также мастер-настоятельница обители Альтер. Все дела во второй половине также отменены. И лучше не спорь. Тебе надо отдохнуть.

Майя только кивнула, не обратив внимания на дрогнувшую руку служанки с расческой. Все же не каждый день вся императорская семья собирается в покоях принцессы.

– Как у них настроение?

– Боевое. – Хмыкнула Лера. – Песочить тебя будут очень старательно. Для усиления эффекта, в поддержку вызвали Гринду.

– Ожидаемо, – констатировала, вставая Майя. И только улыбнулась, увидев, как любопытство в глазах служанок перемешалось с азартом.

Для нее не было тайной, что в их среде существовал своеобразный тотализатор, насчет того, что и когда выкинет в очередной раз бывшая рабыня, и как долго продлятся спокойные деньки во дворце. Сборище всей семьи императора говорило о том, что в этот раз она продержалась всего пару дней. Причем эти двое были чуть ли не первыми, кто об этом узнал. Но это уже были их заботы. Лерка на их расспросы будет молчать.

В академии ей надо было появиться для сдачи отчета о проведенной стажировке. Это обычно делалось курсантом лично. Конечно, можно было воспользоваться ситуацией и отослать его по сети. Но кто же знал, что все так произойдет? Да и интересно послушать доклады остальных курсантов. Сегодня будут анонсы сразу нескольких из них. В том числе Вирта, а также тех, кто работал в группах обеспечения переселенцев. Очень хотелось послушать о работе деда с точки зрения теней. По пути она не забыла заглянуть в комнату Лютика. Но того уже не было. Прибирающаяся служанка сообщила, что братик с утра на процедурах у Индерского, а во второй половине дня он на тренировках с Альнаром. Ему все-таки позволили заниматься с новым тренером, присланным дедом. Так что теперь они увидятся только за обедом или вечером.

На выходе ее встречали двое. Она недоуменно покосилась на оружие, прикрытое кителем. Но ведь не от того, кого обучают такие вещи подмечать. Бойцам Вирта позволялось таскать с собой боевой комплект по дворцу и на территории академии. Но ее парни такой чести удостаивались только при выходе принцессы, которая пока бессовестно дрыхла, пользуясь свободой. Все совещания и аудиенции она отменила еще ночью.

Риттл приветливо улыбнулся, подавая положенный жест приветствия синхронно с Жейраном.

– Не поняла. А чего при оружии?

– Дали вводную, – неопределенно оповестил тот. Майя только пожала плечами. У боевиков часто были разные вводные. Четвертый курс как-никак.

Но вот размещение своей пятерки в зале она не заметить уже не могла. Хоть парни и попытались сделать это, немного нарушив порядок. Да только действия пятерки Вирта она наблюдала постоянно. Так что было с чем сравнивать. И сложить две детали совсем не трудно. Дождавшись момента, она притянула к себе Риттла, на свою беду устроившегося рядом.

– Не поняла, я объект номер один? Это и есть ваша вводная?

– Ну, в общем да, – смущенно прошептал парень. – Ты только не психуй, хорошо.

– Совсем спятили? А почему меня не предупредили?

Майя с интересом отметила, как парни обменялись между собой сигналами и заухмылялись.

– Бездна, это не учеба. Ты же сказал, что боевая. А предупредить никак?

– Кир решил, что давить на тебя надо с применением всей тяжелой артиллерии, на обеде.

– А еще меня заразой обзывает, – протянула Майя, поспешно сделав спокойное личико под взглядом преподавателей. – А вы, значит, разыграть решили. Кто хоть выиграл?

– Я ставил, что ты расколешь нас меньше чем за полчаса, – признался старший пятерки. – Сюрпризы нам ждать или нет?

– Ладно, Единый с вами, – усмехнулась та. – Побуду пай-девочкой. До обеда. Но работаете подо мной.

– Само собой. – Парень заметно расслабился. – А что ты опять натворила? Я Кира таким растерянным никогда не видел. Даже когда он разбирался с придумкой Альнара.

– Потом все узнаешь, – фыркнула та. – Про удовлетворение вашего любопытства я не договаривалась.

По рядам пошел легкий шорох. Курсанты уже начали делать новые ставки, пытаясь угадать, чем именно на этот раз она достала грозного лорд-мастера.

Майя все-таки успела перед обедом забежать в больницу и перекинуться парой слов с Лютиком. Тот как раз отдыхал после процедур. Индерский вежливо постоял в сторонке, пока они общались. Братик был веселым в ожидании очередных процедур и не собирался приходить на обед. Его ему частенько притаскивали прямо сюда. Так что посмотрев, как его опять опутывают какими-то проводами, она обернулась в Максу.

– Не беспокойся. Будет здоров. У него много терпения. И не ворчи на парня за тренировки. Они ему сейчас действительно не помешают.

– Я и не беспокоюсь. Просто я помню его таким беззаботным, – грустно протянула она.

– Этого уже не будет. – Индерский с сочувствием посмотрел на Майю. – Ты знаешь, что он попросил у Гиндзорского?

– Да. Пройти обучение в академии и поступить к нему на службу. Он хочет охотиться на Запретный список. Мне это не очень нравится.

– Это его выбор. И знаешь, Гиндзорский пообещал ему место. При условии, что он закончит не только академию, но и дворцовую школу. И естественно, что если не передумает.

– Хороший ответ, – задумчиво кивнула Майя. – Надо будет его поблагодарить.

– А вот со мной объясниться у тебя времени нет. – Показательно обиженный тон привлек ее внимание.

– Извини. Я не хотела ничего говорить. Сначала боялась, а потом… В общем, это все, что осталось от мамы. Я хотела все сделать сама.

– Раз все закончила, как насчет дальнейшего сотрудничества, – гнул свое Макс.

– Обязательно. Только у меня сейчас долгий разговор намечается. Так что сейчас только один вопрос, – улыбнулась Майя. – А позже я вся в вашем распоряжении.

– Я в курсе. Ты хоть скажи, Иллисиана когда перестала лекарство принимать?

– Так с момента первого похищения. Она его на тумбочке забыла, – рассмеялась девчонка, видя сосредоточенное лицо главного врача.

Чета императора и сопровождающие лица появились в гостиной за полчаса до назначенного времени. Следом за ними пришел с опущенной головой и Вирт. К счастью, Лера озаботилась этим обедом заранее. Так что служанки смогли отступить.

– Так, пока ждем Майю, хотелось бы хоть немного войти в курс дела, – без предисловий приступил Димир. – Вирт, начнем с тебя. То, что ты с осени в этой «программе», мы уже поняли. С чего это на тебя Иллис взъелась?

Сестра сердито отвела взгляд, предоставляя брату возможность отдуваться самостоятельно.

– Ну, в общем, Майя до побега разработала для меня курс для самоконтроля синдрома. А я во время учений о нем забыл. Иллис вон почти два месяца без него была, и ничего.

– Да я, если уж на то пошло, прошла полный цикл. Майка меня с Ирбинска вытаскивала, – взвилась Иллис. – Спешила, и до отхода едва успела. Только с курсом самоконтроля тогда у нее ничего не получалось. И что ты вообще знаешь о том, как она меня потом вот тут вытаскивала.

– Подожди, Иллис. Об этом позже. Сынок, поправь меня, если что не так. Получается, что ты, имея контроль и готовый курс, перестал или забыл выполнять упражнения, что тебе были прописаны?

– Вроде того, – удрученно признался Вирт.

– Как много времени надо его выполнять?

– Минут десять. Утром и вечером.

Димир озадаченно смотрел на сына и явно чего-то не понимал.

– Насколько эффективно то, что делает Майя? Я чувствую, что блокада работает великолепно. Но насколько продолжителен эффект?

– Полностью. – Вирт еще ниже опустил голову, понимая, к чему клонит отец. – И это не блокада. Майка сразу берет синдром под контроль. А потом уже разбирается со всем остальным. Это вон с Иллис она сначала все вырубала, когда еще только приступала к работе.

– Я думал, что ты умнее, сын, – мрачно заметил Димир. – То, что вы пошли на поводу у Майи и скрыли все от нас, еще можно понять. Я так понимаю, клятва?

– Родовая, – подтвердила Иллис, с интересом разглядывая отца с братом.

– Но чтобы «забыть» ТАКОЕ дело! Ты хоть понимаешь, что означает подобная техника для всех правящих Объединенных миров?

– Я увлекся учениями, – покаялся Вирт.

– Во-во. Он увлекся. Хоть бы с утра предупредил. Майка бы тогда не стала мастер-класс проводить для девчонок на энергетическом уровне. А тут, только закончили, и этот красавчик заявляется! Гроза только на подходе, а его уже корежить начало. Вот и получилось, что на тебя, папа, вышли уже почти пустыми. Мы после таких процедур обычно на своих двоих выходили. Гарда Лера по привычке присылает.

– Я вообще не пойму, почему он не страхует вас постоянно, – возмущенно взвилась Адила. – И вообще, скажи-ка мне, с какого времени ты сама в этой «программе»?

– Так с Ирбинска, – смешалась Иллис от резкой смены темы. – Вчера, можно сказать, юбилей был. Начало первой грозы в сезоне бурь. Как вспомню, так до сих пор бррр-р. Вот, папу увидела и растерялась.

– Что? – Адила зависла, пытаясь осознать сказанное.

– Что-что. Мама, я лекарство тогда забыла. За время побега ни разу не принимала. А в Ирбинск попали аккурат перед началом сезона. У меня тогда переход начался, такой же, как у папы, вместе с синдромом. – Иллис зябко поежилась и вдруг рассмеялась. – Представляете, мы в каком-то подвале, в окно под потолком молнии сверкают. Майка спит, а меня корежить начало. Позвать некого. До стражников далеко. Сознание уже начала терять. И вдруг – ничего. Ты была права, мама, общая блокада вырубает всю боль. Судороги могут проходить, только их не чувствуешь. Но есть разновидность блокады, при которой мышцы становятся как кисель. Противно, но во время приступа очень полезно. А потом тебе обычным таким тоном объясняют, что со всем этим можно справиться. Только потребуются эксперименты. Вирту повезло. Майя уже знала, что делать и говорить. Ему она даже два часа на раздумья смогла дать. А у меня всего пара минут была, – обиженно закончила свою речь Иллис и с беспокойством посмотрела на мать.

Адила сидела, прикрыв рот ладонью и с ужасом глядя куда-то в себя.

– Дорогая, ты в порядке?

– Нет. Я подумала о том, что сделала тогда. А при захвате? Если бы тот снайпер не сообразил, что Иллис ему показывает…

– Мам, ну ведь все хорошо, – всполошилась Иллис. – Вы ведь нормально общаетесь. Да и парень тот умничкой оказался.

– Наверно. – Адила, отходя, горько усмехнулась. – Но если бы все было по-другому, может, она согласилась бы все рассказать еще тогда.

– Мама, да она нам вообще не доверяла. Я даже сейчас не уверена, что она мне верит до конца.

Сидя лицом к дверям, она первой заметила входящую Майю. Та замялась, не совсем понимая, что делать при виде всей честной компании. Лера же подала сигнал, и служанка отодвинула для нее стул. Так что пришлось просто садиться.

– Доверяю я тебе, сестричка, – пробурчала она, отвечая на услышанную реплику. – Просто хотелось все самой, и чтобы ни от кого не зависеть. Глупо, правда?

– Нет. Все нормально. Мы рады, что ты включила нас в число доверенных лиц.

– Если не возражаете. Майя, добрый день, – заговорила, наконец, и Гринда. – Всего пара уточняющих вопросов по технике. Если следовать логике, то раз есть техника для правящих, то как насчет пятого уровня?

– Можно сказать, я его закончила. Основную линию, конечно. С осложнениями еще копаться и копаться. – Майя виновато посмотрела на мастер-настоятельницу.

Но та только удовлетворенно кивнула.

– Ваши величества, мне придется просить вас о допуске во дворец еще и мастеров. Это слишком серьезно. И надо бы обеспечить ее безопасность.

– Безусловно. Причем мы сами настаиваем на увеличении количества присылаемых с вашей стороны специалистов. – Димир любезно наклонил голову и потянулся к бокалу с вином.

– Между прочим, меня тут уже обеспечили. Ваше величество, Кир определил меня как объект номер один. Это же не по правилам.

– Иногда приходится менять правила, – улыбнулся Димир. – Кому как не тебе об этом знать.

– Но я не член императорской семьи! Я против, – воскликнула Майя.

– Боюсь, что мы с этим смиримся, – заметила уже пришедшая в себя Адила.

– Майя, ну подумай сама… – начал Димир успокаивающим тоном. – Пока вы работали втроем, прошу прощения, вчетвером, это еще можно было скрывать. Но вчерашние события видело слишком много народу. Так что о существовании мастера Альтер, способного работать с синдромом измененных любого уровня, вплоть до правящих, узнают очень скоро.

– Пара дней, – вклинился Кир и тяжело вздохнул. – Здесь, по сути, вопрос контроля всех измененных в масштабах Объединенных миров. За такое можно и повоевать.

– Вы же не собираетесь! – Майя резко выпрямилась.

– Мы – нет. – Димир успокаивающе приподнял руку. – И с Гриндой этот вопрос уже обсудили. Она присылает подмастерьев для обучения. А теперь еще и мастеров. Все они будут подданными разных государств. Если потребуется, мы признаем за ними даже статус неприкосновенности.

– Мне нужны мои ученицы. Иначе сорвутся работы по созданию сети ортоб в столице.

– Они остаются полностью в твоем распоряжении, – поспешила успокоить Гринда. – Они уже что-то умеют?

– Только четвертый и начало пятого. Еще я их начала натаскивать на проходные процедуры для Вирта и Иллис, на случай если надолго отлучусь.

– Я тебе отлучусь. Только со мной, – тут же встряла Иллис, но под взглядом родителей замолчала.

– Еще я подумала, что процедуры для самоконтроля могут делать обычные служанки. Им даже удобнее. Я начала даже обучать троих. Они сами попросили научить их общим приемам. Ну, я и воспользовалась. Только вот не успела. А теперь вот даже не знаю. Они ведь должны будут настаивать на режиме. Это правящим-то.

– Не беспокойся. Вирт и я будем самыми послушными подопечными у этих служанок.

– Ну вот. А еще у меня нет опыта работы со старшими правящими.

– Найдем. – Димир только хмыкнул, делая глоток. – Скорее будет проблема включить кого-то из своей родни. Соседи будут настаивать на равном участии всех династий.

– Майя, а как насчет младенцев?

Мастер грустно посмотрела на Адилу.

– Я наблюдаю за ними. Но, к сожалению, что-то начать делать можно только после первого перехода. Как мне пояснил Индерский, даже он не может предсказать характер возникающих новообразований. Извините, но от первого перехода я не могу избавить близнецов. Как и все остальные уровни. Измененные все равно будут иметь полное представление о том, что это такое, их синдром.

– Но когда начнется первый переход?..

– Можно будет перехватить в самом начале, – кивнула Майя. – Общую блокаду в три года ставить не рекомендуется. Но взять под контроль вполне. По крайней мере на втором и третьем уровне у меня уже получалось.

– Дорогой, а не маловато вы с Киром выделили охраны? – задумчиво обратилась Адила к мужу.

– Вот и я тут сижу и думаю, – поддержал ее Димир.

– Не надо. Мы с Илькой будем очень аккуратны, – испугалась Майя. – Ну, пожалуйста. За мной и так уже боевая пятерка таскается в усиление к личной. А еще у нас подрастают ниахары.

– Очень вовремя, – серьезно кивнул Кир. – Если бы они еще побыстрее росли.

– Кстати, Гринда, ты не слышала о передаче энергии от животных к дающим.

– Есть такие техники, – удивилась Гринда. – Да только они бесполезны. Животные, как правило, имеют минимально достаточный уровень жизненной энергии. Переход черты обычно приводит к гибели животного. При этом забранная на смертном уровне энергия начинает разрушать ауру дающей. В чем дело?

– Да вот вчера выяснилось, что наши котята могут делиться своей энергией. Причем только с дающей. Со мной не получилось. Так что пришлось Барика к Ильке послать, – немного обиженно пожаловалась Майя.

– Вот как? Хм, надо же, когда всплыла гипотеза Шинары.

– Кого?

– Шинара. Была такой мастер. Ушла за грань в преклонном возрасте лет пятьдесят назад. Она всю жизнь носилась с теорией забора энергии у неподготовленных животных. С людьми ей запретили работать сразу после первых экспериментов. Тогда добровольцев еле откачали. А вот с животными она работала много. От домашней мелочи до гигантских ящеров мира Лантози. Все бесполезно. Под конец она пришла к выводу, что некоторые из тварей Бездны, особенно часто пересекающих расколы или порталы, могут обладать способностью к накоплению жизненной энергии. Что-то вроде естественной защиты от природного воздействия. Была еще гипотеза о животных, живущих в высокоэнергетическом мире. Но там возникли те же проблемы. Такие животные не приспособлены к жизни в наших мирах и быстро умирают.

Гринда сожалеюще вздохнула.

– С волнами к нам приходят хищники, среди которых известно сейчас несколько таких животных. У Шинары возникла другая проблема. Животные, обладающие способностью к накоплению энергии, еще способны и управлять ею на уровне инстинктов. И делиться ни с кем, естественно, не желают. Так что работа с тварями тоже не была успешной. Последняя ее гипотеза касалась именно тварей, способных к запечатлению. Но по вполне естественным причинам проверить ее она уже не успела. Зато у вас это получилось.

– Получилось, но очень мало. Только чтобы взбодриться.

– Майя, они же не батарейки! – развеселилась Гринда.

– Никто и не говорил о полном восстановлении баланса, да еще у двоих сразу. Это возможность работать без оглядки, можно сказать подстраховка для вас двоих. Вам надо тренироваться с котятами и очень их беречь.

Кир невольно закашлялся, представив, как это можно беречь ниахару, способную выжить даже в условиях активной волны.

– По поводу сопровождения, – вернулся Кир к теме разговора. – Тут до меня дошли некоторые забавные слухи.

Майя насторожилась. Уж очень ей не нравилось, когда лорд-мастер теней занимался какими-то слухами, да еще решал ими поделиться.

– В провинциях и даже в столице появились проповедники Единого, которые возвещают, что мы прячем святого защитника избранной.

Озадаченно рассмотрев устремленные на нее взгляды, Майя растерялась.

– А я при чем? Я точно ничего такого не рассказывала. Я даже не знаю, кто она.

– Ну да, – ехидно усмехнулся Кир. – Эта святая защитница дважды вернулась из-за грани. В первый раз Единый уберег ее от людского приговора, но не от происков неназываемого. Но она чудом выжила. А во второй он не успел, и ее утопили. О чем есть видеозаписи и свидетельства очевидцев. Да Единый возмутился и послал новый знак, воскресив защитницу в образе утопленницы прямо в коридорах дворца.

– Э-э-э. Не поняла. – Майя несколько секунд похлопала глазками. – Альнар. Убью гада.

– Подожди, что-то мне подсказывает, что это еще не все. – Иллис подозрительно уставилась на кусающего губы Кира. – Единый святую защитницу посылает только для своей избранной.

– Точно, – кивнул лорд-мастер. – И совсем в ином свете предстает теперь битва защитницы с воинами, чей разум помутил неназываемый, произошедшая прошлым летом на семи холмах.

– Подождите. Не поняла. Я же вроде как сбежала и похитила принцессу, и за это меня казнили, – совсем запуталась Майя.

– Нет, это ты ввела всех нас в заблуждение, – на полном серьезе просветил ее Кир. – На самом деле избранной требовалось место для общения с Единым. И она отправилась в место, им указанное.

– На семи холмах? – уточнила Майя.

– Точно. – Кир кивнул и продолжил: – Так как избранная может объявлять о себе только после того, как узнает о порученной ей миссии, тебе пришлось бежать и взять на себя всю вину защищаемой.

– Кошмар какой. – Майя даже голову наклонила из интереса.

– Это точно. Да вот только неназываемый, главный враг Единого, замутил помыслы славных воинов и их лорд-мастера, да подсказал им истинный путь избранной, дабы сорвать предстоящую медитацию и встречу.

– О, так теперь это так называется! А ты все шашлыки да шашлыки, – укорила Иллис Майю. – Медитация это, оказывается, была. А что дальше было?

– Да все просто. Обхитрила защитница теней, и они опоздали. Избранная уже отправилась на встречу с Единым. А прерывать разговор, ну то есть медитацию, никак нельзя. Ибо непредсказуем гнев Единого и неминуемы беды на народ, посягнувший вмешаться в дела его. И встала защитница над избранной в неравной схватке, одна против сотни.

– Класс. Вроде поменьше было. – У Майи даже нос зачесался.

– Так ты тогда и святой не была. А они меньше чем с круглым числом не связываются, – пояснил Вирт, с трудом сдерживая смех.

– Точно. В помутнении своем во главе со своим командиром. Это, видимо, со мной, бились сутки, но святая защитница выстояла. А Единый, в своей заботе о разумном, и чтобы отвратить гибель заблудших да направить их на путь истинный, прервал разговор и позволил своей избранной вернуться в свое тело и остановить битву.

– О как. Оказывается, ты не просто валялась в отключке, а болтала с Единым. И мне ничего не сказала.

– Сама не знала, – ошарашенно ответила Иллис.

– А что за миссия тебе поручена?

– Понятия не имею.

– Какая-то ты неправильная избранная, – посетовала Майя. – Мало того что не даешь мне положить лишнюю сотню заблудших, так еще и про миссию свою не узнала. Только не поняла. Она вас просветила и обратила или что-то там еще, а вы меня все равно утопили?

– Нет. Наверно, тебя сначала утопили за побег, а потом уже мы сбежали.

– Несправедливо, – пожаловалась Майя. – Меня утопили. А бегали, получается, обе.

– Не поверили мы сразу избранной, – вздохнул сокрушенно Кир. – Потому и приговорили святую защитницу как беглую рабыню. И только последний знак Единого отверг нас от пелены разума, насланного неназываемым. Описание эпической битвы опускаю. Во-первых, оно есть в сети. Во-вторых, если не считать цифр, полностью соответствует фантазии наших общих знакомых.

– Альнар, я… – попыталась повторить свое намерение Майя.

– Подожди, сначала я его лично прикопаю, – прервала подругу Иллис. – А потом спрошу у Единого. Может, это и есть моя великая миссия.

– В общем, после судов и всех историй, пока неизвестно, кто именно есть святая защитница и избранная Единого, – закончил Кир.

– А почему нас прячут во дворце? – мрачно поинтересовалась Майя. – Вроде не логично.

– Как же. – Хмыкнул развеселившийся Вирт. – Сестричка-то прервала беседу, чтобы спасти по просьбе начальника пару десятков душ. Так что о своей миссии она не успела узнать. А значит, ей еще рано объявляться. Да и миссия настолько серьезная, что защитнице нужно время на подготовку к предстоящим битвам. А где как не в академии теней такую подготовку получить?

– А ты не веселись, – проворчал Кир. – Ты у нас проводник воли Единого, который и направил тебя для заключения того пари. Чтобы скрыть истинные цели от неназываемого.

Вирт поперхнулся глотком вина и закашлялся под смешки Иллис. Она-то прекрасно знала, кто именно направил брата в нужном Майе направлении.

– Так это что выходит? Поклонники Единого меня сейчас в лицо знают, – ужаснулась Майя.

– В точку. В столице пока таких немного. Всего несколько сотен. Но их число увеличивается. Особенно после того, как появились свидетели твоего воскресения. Одна из тех служанок, что удрали из этой комнаты при твоем эффектном появлении в образе утопленницы. Теперь их визг – это славная песнь просветленных в честь Единого.

– Так, предложение об усилении сопровождения еще в силе? – Майя испуганно смотрела на ухмыляющегося Кира. – Я согласна.

Не выдержав, все за столом рассмеялись. Даже Лера не выдержала. А служанкам пришлось поспешно удалиться за дверь по каким-то срочным делам.

Летние учения в академии использовали в качестве основного выпускного экзамена. Так что выпускной бал проходил после подведения всех итогов. Уже знакомая процедура объявления оценок вызывала меньше ажиотажа. Майя могла бы рассчитывать на победу в своем пари. И многие на это рассчитывали. Но тут вмешался не сданный зачет по робототехнике. Задолженность резко снизила ей итоговые баллы по сравнению с Виртом. А успешная реализация своей игры на учениях позволила их сравнять. Так что совсем не огорченный Вирт предложил продолжить пари. В согласии бывшей рабыни никто и не сомневался. И почти сразу начали делать ставки на предстоящие приключения.

Она все-таки не отказала себе в удовольствии подпортить настроение кое-кому и приняла предложение принца быть здесь фавориткой. Правда, платье все же выбирала сама. В отличие от украшений. В этот раз их доставили от имени Димира. Пришлось принять, иначе пришлось бы объясняться с Адилой.

Майя с удовольствием кружилась в паре с Виртом. Времена, когда она не любила танцы, казались далекими и какими-то нереальными. Иллис, когда их с Виттором пара сближалась, весело подтрунивала над подругой. Но это только добавляло настроения. И совсем не хотелось думать о пятерке парней, находящихся на празднике по службе. В конце концов, она тоже здесь в качестве тактика сразу двух объектов номер один. Будущее не представлялось больше в мрачных тонах. Оно не было безоблачным. Но теперь она не одна. И кроме брата, маячившего где-то около дальнего стола, рядом есть друзья.

Эпилог

Равнинные степи мира Риалан были покрыты низкой жухлой травой. Небольшие холмы кое-где плавными волнами нарушали ровную линию далекого горизонта. Казалось, кроме травы, в этом мире ничего и нет. Даже на возвышенностях, видневшихся на горизонте, не было видно ни одного кустика. Со времен Великого раскола этот мир не заселялся разумными. Хоть и был признан пригодным для проживания. Зато тут были относительно близко расположенные стационарные переходы в разные миры. Порталы располагались настолько близко, что становились доступными для гужевого транспорта и пеших переходов. Своеобразный перекресток миров для торговых караванов всех типов. Как легальных, так и нет. Это была нейтральная территория, неподконтрольная ни одному государству Объединенных миров. Ну, а от разного рода джентльменов удачи торговцы могли защититься и сами. Для чего они объединялись в караваны и нанимали охранников. Груз они перевозили на разномастном гужевом транспорте. Тому было много причин. Основная, это невозможность пройти через переход электронике, не имеющей сильной и дорогостоящей защиты. А, кроме того, многие торговцы шли в окраинные миры, где лошадь и ее аналог оставались основным видом транспорта.

Торговый караван остановился на дневку прямо посередине степи. Разношерстная компания состояла из групп, мало связанных между собой в обычной жизни, а иногда и враждующих между собой. Сейчас их объединяли только правила наемной охраны. Точнее цена найма самой охраны. Для сопровождения торговцев наемники не стеснялись назначать высокую цену и не допускали конкурентов. Тем более если речь шла об окраинных, диких мирах. Впрочем, основная работа наемников начнется позже, когда сбитый конгломерат из случайных попутчиков начнет распадаться по мере прохождения мимо очередного дикого портала. Караван втянется в холмы, что пока скрыты за горизонтом, и начнет уменьшаться за счет отколовшихся групп. Зато появятся засады промышляющих тут джентльменов удачи. Здесь в степи они встречаются все-таки редко.

Торговцы из центральных миров, что везли разные товары цивилизованных миров, свысока посматривали на своих коллег, редко появляющихся в центральных империях. Они вряд ли признались бы даже самим себе, что транспортная силовая сеть с каждым столетием вытесняет их все дальше от центра или вынуждает менять традиционную торговлю.

Группа из четырех человек не вписывалась в привычные рамки даже такой разношерстной компании. Но командиру наемников, охранявших караван, было все равно. Он только отметил для себя, что двое мужчин из них явно охранники и сопровождают старика с молодым парнем, скорее его родственником. При формировании каравана он должен был знать о таких вещах. Поэтому он переговорил с парнями и заручился согласием старика, что может при необходимости рассчитывать на их поддержку. Так что эту группу он на длительных стоянках определял немного отдельно, как и остальных торговцев, имеющих своих собственных охранников, основная работа которых начнется после того, как хозяин покинет караван.

Старик, сидящий около костра, был главой небольшой чисто мужской компании, состоящей из молодого парня и сопровождающих.

Пара наемников, это все, что требовалось для доставки невеликого, но дорогого груза необработанных камней к ювелирам Винтарии. Заказ был срочным и не совсем легальным. К тому же надо было поспеть до предстоящей в том мире ярмарки. Так что пришлось воспользоваться не совсем традиционными путями.

Перехватив очередной неодобрительный взгляд старшего в сторону расположившихся на удалении торговцев живым товаром, молодой паренек все же не выдержал.

– Наверно, тоже пойдут на ярмарку. Торопятся.

– Ты что? Какой работорговец рискнет сунуться в империю Арден? – удивился старик такой наивности своего внука.

– А что не так? Я знаю, что там не признают рабство, но ярмарка-то общемировая. Купят и увезут к себе.

Компания весело рассмеялась такой наивности своего попутчика.

– Рано я позволил тебе забросить учебу, – заворчал старик. – Иначе бы не задавал таких глупых вопросов. Арден не просто не признает рабства. Они его ненавидят лютой ненавистью и не признают права собственности на разумного ни под каким видом. По их законам, любой раб, беглый или прибывший с хозяином, ступив на территорию Арден, становится свободным. А рабовладелец, если будет упорствовать, рискует лишиться головы или здоровья. У арденцев самосуд над торговцами живым товаром не считается серьезным преступлением. Так, небольшой штраф наложат в счет компенсации родне, и тот еще выплатят соседи. Да еще и гордиться будут.

– Не понял, почему так? – Парень недоуменно покрутил головой. – Ведь везде, даже если нет рабства, признается закон другой страны, подданным которого является разумный.

– Ты что, не знаешь истории Совета контакторов? – удивился один из охранников.

– Я вообще-то не в пещере родился, – обиделся парень на вопрос своего старшего соседа по костру. – Совет контакторов, или наблюдательный совет, создан сразу после последнего Великого раскола. Больше шестисот лет назад. В результате последнего Великого раскола пострадали почти все центральные миры. В схватках погибло подавляющее большинство генетически измененных. А правящих осталось критически мало. Единственной, удержавшей свои позиции, вообще осталась как раз эта империя Арден. У них в императорах ходили сами правящие. Совет создали с целью восстановления пострадавших миров и их возрождения. Но почти сразу их функции были расширены. Контакторы и сейчас выступают в роли посредников при спорных вопросах между мирами, помогают в сложных ситуациях и могут даже вмешиваться в ход войн. Правда, на уровне переговоров. Во времена образования совета самым сильным доводом стало согласие императорской семьи императора Арден поддерживать и следовать рекомендациям контакторов. Сейчас большинство крупных империй Объединенных миров признают полномочия Наблюдательного совет контакторов и гарантируют исполнение его решений на своих территориях.

Парень выложил заученный в школе материал на одном дыхании и победно осмотрел своих спутников.

– А как звали первых контакторов и кем они были, знаешь? – не без ехидства поинтересовался дед.

– Конечно! Триада из их высочеств Иллисианы, Вирта и его супруги Майи, последняя к тому же еще мастер-основатель направления Альтер.

– Молодежь! Я спросил, кем они были, а не кто, с кем и как.

– Ну-у, вроде из императоров.

– Эх. Сам виноват, надо было тебя в школе оставить. Слушай уж, внучок. – Старик поудобнее устроился на своей сидушке. – До последнего раскола контакторов как раз и называли правящими. И они не были объединены Наблюдательным советом. В каждом государстве по-своему решался вопрос их применения. Их высочества Иллис и Вирт были детьми императора Димира и Адилы. А это династия измененных правящих империи Арден.

– Да я знаю. Они правили этой империей во время Великого раскола. И тогда же появилась мастер Альтер.

– Не перебивай, – сердито буркнул старик. – Майя попала во дворец после гибели родителей в качестве долговой рабыни и будущего подарка принцу. Хоть он в этом не нуждался, а когда узнал, принял за личное оскорбление.

– Ничего себе, – поразился парень.

– Да, вот так бывает. Его высочество тогда был молод и воспринял саму мысль о таком подарке как намек на определенные обстоятельства. Что там было с теми, кого посетила такая гениальная мысль о подобном подарке, я уже не знаю. Но из некоторых оговорок в воспоминаниях современников следует, что с тех пор принц очень отрицательно относился к потомкам отдельных представителей знатных родов. Это отмечают многие. Причин такого отношения никто не объясняет. Но это уже не интересно.

Старик принял протянутую чашку с чаем и кивком поблагодарил наемника.

– Главное, что тогда в империи еще существовало долговое рабство. И Майя вместе с братом была продана за долги погибших родителей. Во дворце, по преданиям, она и потеряла своего брата. Как он погиб и почему его признали таковым, не знаю. А сама она попала в руки небезызвестных сенти.

Парень, припомнив некоторые сведения, что давали в школе, зябко передернул плечами. Двое воинов автоматически исполнили защитный знак, сразу выдавший в них если не поклонников Единого, то как минимум выходцев из земель, где эта религия имеет большое влияние. Впрочем, этим жестом пользовались в разных вариациях не только они.

– А вот с принцессой они познакомились чуть позже, – спокойно продолжил старик. – И дружеским это знакомство не назовешь. Майя захватила ее высочество в заложницы при первом побеге из дворца. А потом ее долго ловили вместе с принцессой. В общем, после этого побега ее в первый раз приговорили к смертной казни.

– За что?

– Как за что? За угрозу жизни ее высочества. За то, что она ее похитила. За то, что почти год ее не могли поймать. Но это не главное. После захвата она попала в аварию и выжила только благодаря покровительству Единого. Принцесса забрала ее к себе в качестве личной рабыни.

– Ух ты! – восхитился парень. Такие подробности в школе не рассказывали. Там все было так, но как-то прилизано. Без таких вот ухабов. – А что было потом?

– Всего у нее было три побега. За второй ее тоже приговорили и даже казнили, через утопление. А после третьего досрочно присвоили звание. Она в то время обучалась в академии теней.

– Дед, я что-то не понял. Ты действительно веришь в эти россказни с утоплением?

– Тут верь не верь, а есть неоспоримые доказательства. Хоть объяснить их я и не могу.

– Показания очевидцев? – Скептически хмыкнул парень.

– Если бы! Есть достоверная видеозапись, как два пловца заводят ее в озеро при скоплении зрителей. Запись сделана с нескольких камер. Видно даже, как она сопротивляется. А потом на поверхность выплыл только один из палачей. Второго, видимо, она прихватила с собой. Мастер Майя уже тогда была хорошим бойцом.

– Но как же так? Она же потом еще долго жила.

– В том то и дело. – Рассказчик поднял указательный палец. – Есть еще одна запись, с камер наблюдения, установленных в коридорах дворца. Судя по времени, она сделана спустя десять минут после утопления. На ней Майя в той же одежде, с нее течет вода. А рядом идет довольная принцесса. Нет ни одной записи или свидетельства, как она вынырнула из озера или прошла к крыльцу. Да и времени недостаточно для этого. По утверждениям свидетелей, просто возникла из-за поворота в коридоре и все.

– Поэтому поклонники Единого почитают ее за святую? – догадался парень.

– И не только они, – кивнул дед. – Кроме чудесного воскресения, за ней еще немало действительно великих дел. Она основатель целого направления в технике Альтер. До нее с измененными начинала работать только ее мать. Но она погибла в самом начале этого пути, успев передать свои знания дочери. Измененные и сейчас готовы на нее молиться сразу, как прочувствуют свой первый приступ. Она, вместе с принцессой, разработала и организовала создание системы резервных продуктовых хранилищ империи, за счет этого спасла от голода целые провинции империи. Да и жителей других государств Объединенных миров. Вместе со своим мужем встала во главе разорванной Великим расколом империи, организовала оборону столичного мира и ближайших провинций. Ее муж является основателем тактических приемов борьбы с прорывами, которые используются и сейчас. Но гораздо меньше упоминают о том, что стратегию обороны строила именно она. Его высочество Вирт был вынужден все время находиться на месте событий. В момент разрыва империи шла эвакуация столичного мира. И в распоряжении четы правящих оказалось слишком мало войск.

– Ну да, а после раскола к императору Димиру обратились с предложением организовать Наблюдательный совет контакторов. Который бы объединял всех или большинство правящих. И наделить его полномочиями совещательного уровня в делах любого государства, признавшего его власть.

– Точно. Да только правящих после Великого раскола, как я уже сказал, практически не осталось. Династия Толнойских была единственной уцелевшей в полном составе, если не считать побочных ветвей. К тому же у нее была перспектива в виде малолетних близнецов и детей будущей триады. Сама империя сумела восстановиться быстрее других, несмотря на то, что оказалась в эпицентре раскола. Естественно, эти два факта были связаны всеми заинтересованными государствами. Так что Димиру предстояло столкнуться как минимум с завистью соседей со всеми вытекающими отсюда последствиями. Вплоть до прямого противостояния в международных переговорах и даже войн. Так что его согласие было отчасти вынужденным. Это потом уже полномочия Совета были расширены, и вместо совещательных полномочий Великая триада получила возможность прямого вмешательства. Для этого потребовалось несколько мелких войн на окраинах Объединенных миров, которых можно было бы избежать, прислушайся правители этих королевств к советам контакторов. Так что очень быстро стало понятно, что реакция местных правительств на простые советы недостаточна. Аргументация правящих никогда не отличалась большой проработкой и на этом кое-кто попытался сыграть.

– И тогда появилась служба контроля?

– Нет, – улыбнулся старик. – Службу на уровень Совета перетащил уже брат Майи, гораздо позже. Тогда сформировалась та структура, что существует сейчас. Император Димир обеспечил Наблюдательный совет силовой поддержкой. По сути, он согласился передавать свои войска контакторам в полное подчинение.

– Естественно, ведь там были его дети.

– Это тебе сейчас естественно. А тогда это был вопрос независимости отдельных государств и даже империй. Поэтому остальным ничего не оставалось делать, как присоединиться к гарантиям Димира. Иначе бы через Совет на их территориях смогли хозяйничать войска. Очень хитрый был ход. Историки и сейчас спорят, кто именно его автор. Но большинство склоняются к тому, что именно Майя. Многоходовые комбинации с результатом, становящимся очевидным в самом конце, в ее духе. Она еще в детстве была мастером использовать людей втемную так, что они потом не обижались на нее.

– Я видел их групповой портрет, – задумчиво протянул парень. – Тот, где Майя и Иллисиана сидят, а Вирт стоит у них за спиной и держит руки на плечах девушек. Красивый портрет. Там еще две белые кошки изображены.

Сдавленный смех закашлявшихся наемников заставил его замолчать и недоуменно оглянуться.

– Никогда не повторяй такой глупости, – усмехнулся дед. – На этом не заостряют внимания в официальной версии. Все-таки Бездна и ее отродья наши исконные враги. Тот факт, что многое из того, что используется сейчас, в свое время попало к нам из Бездны или послужило толчком к развитию новых направлений науки и техники, как-то не очень вяжется с непримиримой войной.

– А при чем тут кошки? Нет, я знаю, что они какие-то особенные. Даже имена их слышал. Кажется, эта порода может делиться энергией с дающей Альтер.

– Их никто не выводил, не знаю, кто тебе такую чушь сказал. Это вообще не кошки, парень. – Охранник все же решил вмешаться, предварительно заручившись молчаливым приглашением старика. – Это ниахары. Одни из наиболее опасных тварей Бездны, если не сказать самые опасные. Точнее, от них шарахаются даже твари волны.

– Как это?

– А вот так. При описании разрыва империи, так уж получилось, что его высочество Вирт с небольшим отрядом оказался без прикрытия и на земле. Его супруга единственная, кто смог выдвинуться ему на выручку со своей личной пятеркой.

– Слышал. Историк рассказывал, что она тогда придумала способ перемещения крупных войск.

– Не тогда. – Мужчина поморщился, но не стал делать замечания. – Тогда она его только применила в таком масштабе. А придумала она этот прием раньше и доводила им аналитиков теней до полного облысения. Но разговор не об этом. С воздуха принца эвакуировать было невозможно. Единственным шансом оказалась станция-отстойник транспортной системы, где был генератор силового поля пятого уровня напитки. Только вот поле там генерировалось для создания пути, а не защиты. Источники питания располагались вне периметра. Вот их-то ее высочество и вынуждена была защищать со своей пятеркой до подхода принца. Известно минимум три случая, когда волна прорывала оборону, и ее бойцы сходились в рукопашной.

– Я об этом что-то слышал. Историк сетовал, что видеозаписи неполные.

– Все верно. На вырезанных кусках записаны наиболее тяжелые для восприятия людей эпизоды. В школе такого не показывают. Бой ниахары внутри волны вообще зрелище не для слабонервных. А тут она дралась в паре со своей хозяйкой. Ее бойцы прикрывали второстепенные, более узкие проходы, и то получили серьезные ранения. Записи не секретные, в сети есть на них ссылки. Можешь посмотреть на эту кошечку в боевом угаре. Там даже есть запись камеры видеонаблюдения, как его высочество преодолевает горы мертвых тварей, чтобы добраться до станции. Только малышей прогони, если рядом будут. Незачем им такое смотреть.

– Никогда бы не подумал, – растерянно пробормотал парень, припоминая вид обсуждаемого существа с картины. Но от обычной, пусть крупной, кошки он смог вспомнить только одну бросающуюся в глаза деталь, необычайно длинный хвост, судя по картине, раза в полтора превышающий длину тела кошки. О чем и не преминул сказать.

– Так никто и не думает. О тварях или плохо или ничего. А что до хвоста, так охотники давно знали, что ниахара может использовать его как вспомогательную конечность и удерживать жертву или даже бить сверху на манер скорпиона. У него на конце что-то вроде убирающегося шипа есть.

– Ядовитого? – живо поинтересовался парень.

– Нет, тут неназываемый что-то недодумал или Единый вмешался при создании твари. А вот о том, что это настоящая булава, не просто сбивающая с ног, а ломающая лапы тварям размером даже крупнее самой ниахары, узнали именно по этим записям. Внутри волны ниахара использует хвост как основное оружие. Лапы и зубы становятся всего лишь средством добивания. А все остальное ты сказал верно. Энергией они делятся. Когда принцесса Иллисиана оказалась за разрывом, мастеру Майе пришлось очень непросто без дающей. Использовать энергию своего «котика» она не могла. А работать в качестве мастера Альтер приходилось часто. Хорошо в столице уже были обученные подмастерья дающих. Я слышал, что потом они долго отвыкали от того, что этой живой батарейки под рукой нет.

– С этим понятно. – Вздохнул парень, явно сожалея, что надо отвлечься от интересной темы. – А где тут рабство?

– А при том. Еще до раскола Майя получила свободу, а потом нашла своего брата, Лютимира.

– Это что же, тот, который непримиримый? – сообразил парень, вспомнив еще одно имя из школьного курса по истории.

– Он самый, – кивнул благосклонно дедушка. – Уж очень им обоим досталось от запретных технологий. Настолько, что ниэл Лютимир посвятил охоте на все, что значится в Запретных списках, всю свою жизнь. И действовал он в конце от имени Наблюдательного совета контакторов и при полной его поддержке.

– А рабство? Его они тогда отменили?

– В империи Арден да. Тогда император Димир, отец Вирта и Иллисианы, просто отменил. У них были другие заботы. А вот близнецы-императоры, младшие братья Иллис и Вирта, позаботились обо всем остальном. Так уж получилось, что первый приступ у них случился раньше, чем предполагали. Им в то время едва три года исполнилось. Мастер Майя оказалась в отъезде, по делам своих провинций. Ее ученицы не смогли справиться с возникшей ситуацией. В то время с младенцами правящих их мастер только начинала работать. Майе пришлось срочно прерывать поездку и возвращаться. Но на это все равно потребовалось время. Так что принцам пришлось выдержать несколько часов в ожидании мастера. Говорят, после того случая они больше месяца отказывались отходить от мастера Альтер дальше чем в соседнюю комнату.

– Могу себе представить, – пробормотал парень. – Я как-то видел начало приступа у нашего соседа. Мастер прибыл за пять минут. И то потом мальчишка цеплялся за него полчаса.

– Именно об этом я и говорю. Так что сам понимаешь. Толнойские никогда не отличались смирным нравом, а их дети славились детскими шалостями и каверзами. На этом некоторые из СМИ даже специализировались. Специально корреспондентов держали поблизости от дворца. Про детства Иллисианы и Вирта можно такого начитаться, что вообще странно, как туда гости осмеливались захаживать. А тут два близнеца заполучили в свое полное распоряжение благородную миссию. Они решили, что всякий, кто доставил их мастеру неприятности, является их личным врагом. Так из дворца исчезло несколько знатных родов. Некоторые из них вообще сгинули из истории. Последователи Единого тут полностью оказались на стороне принцев-близнецов и два рода вообще назвали проклятыми. До сих пор даже дальнее родство потомки этих родов скрывают с максимальной тщательностью.

– Про род неназываемого я знаю. Его родичам пришлось полностью отречься от фамилии, – заявил парень.

– Да, а еще был род проклятой Мегерини. Управляющая замком часто доставала рабыню Майю во дворце. Им было отказано в отречении. Ничто не спасло. Всех, кто был с ними связан родством, под разными предлогами удалили с государственной службы. Дальше – больше. В империи Арден измененных и тогда было много. Высшая аристократия занималась не только государственной службой. Практически все имели свои экономические интересы в разных сферах. Ну, а как иметь дела с представителями рода, которому отказано в услугах Альтер? А Майя училась в классе ее высочества, еще будучи ее личной рабыней. Их одноклассники и стали ядром будущей элиты Арден, а впоследствии и Наблюдательного совета контакторов Объединенных миров. Как ты сам понимаешь, все они очень хорошо знали о мелких проблемах своей одноклассницы. Особенно тех, о ком ей не хотелось даже вспоминать. Ее нежелание и было принято за правило. Всех, кто мог хотя бы косвенно напомнить о Мегерини, старались не допускать к ней. Предлогов для этого было хоть отбавляй. Протекционизм в отношении этого рода стал опасным и воспринимался как их поддержка, со всеми последствиями для покровителя и его родственников. Причем началось это даже до восхождения на трон близнецов. Никаких законов или указов на этот счет, естественно, не было. Но уже императорская чета Димира и Адилы были полностью на стороне такой политики. Так что род проклятой Мегерини очень быстро опустился до уровня жителей трущоб. Но и там их не приняли. В трущобах об Альтери знали намного раньше аристократов. Хоть измененных там не так уж много. А то, что Майя и Иллисиана были своими среди наемников, быстро перестало быть тайной. У них там были даже свои личные псевдонимы. Они пользовались среди наемников заслуженным авторитетом, и не только среди них.

– Еще и там? Как это? Принцесса и наемники? – Парень недоуменно покосился на одного из охранников. Но тот только усмехнулся и промолчал.

– А вот так, внучок. Во время первого побега Майя, вместе с принцессой, оказала какую-то очень большую услугу наемникам или контрабандистам, настолько, что они признали их членами своего сообщества. А потом они не отказались от знакомства и поддерживали связь. Тем более что Майя соглашалась оказывать услуги тактика тогдашнему командиру отряда наемников, с которым встретилась позже. Это позволило ей без труда привлечь на свою сторону лучшие отряды гильдии во время раскола.

– Шраму. – Кивнул все тот же охранник. – После раскола он объединил гильдии наемников Арден и возглавлял их до самой смерти.

– А сейчас контакторы поддерживают с вами связь? – заинтересовался парень.

– Ну, ты даешь, парень, – развеселился тот. – Кто же тебе ответит, даже если и так?

– Сейчас не так много контакторов в Совете. Практически все они узконаправленные. – Грустно вздохнул дед. – Триады рождаются хорошо если раз в двести лет. И для их образования необходима природная правящая, причем универсальная. За всю историю Совета, кроме Великой, известно еще две триады, действовавших почти одновременно и ушедших за грань более ста лет назад. Так что сейчас Совет делает именно то, для чего был создан. Координирует работу контакторов разной специализации. Во времена триад по типу Великой в этом нет необходимости. Они универсальны сами по себе. Тогда Совет выполняет функции обеспечения их работы.

– Да, насчет рабства. Теперь ты понял, что к чему? – вернулся дед к началу разговора.

– Ну да. В Ардене поклонники Единого особенно сильны. Если их проклятья совпадают с мнением императора, то рабовладельцам точно не поздоровится.

– Так и было. Близнецы объявили охоту на рабовладельцев. Особенно на торговцев живым товаром. Любой сбежавший раб и тогда и сейчас может рассчитывать на помощь, пересекая границу империи. Для любого верующего это стало делом служения святой защитнице Майе и избранной Единого. А значит, их сподвижнику Лютимиру. Тем более что брат Майи прославился именно своей непримиримой позицией к любому, кто пытался пользоваться запретными технологиями. Особенно в вопросах порабощения и пыток.

– Он тоже закончил Академию Арден? – сообразил парень.

– Точно. Он окончил ту же академию теней при дворце Арден. Еще курсантом начинал работать, вначале в паре с Виттором Гиндзорским, спутником ее высочества Иллис. Но он погиб во время Великого раскола. У герцогов Гиндзорских не осталось наследников, чтобы передать дело, которое они считали родовым долгом. Поэтому он согласился передать полномочия ниэлу Лютимиру, для чего провел обряд его усыновления. Так что брат Майи продолжил работу самостоятельно в качестве руководителя контроля над Запретным списком. За что его и прозвали сначала Охотником, позже к этому добавилось Непримиримый охотник, а в конце слово охотник отпало. Кроме самого списка, парень ненавидел все, что связано с сенти, и преследовал их даже в окраинных мирах. В нашем караване тоже есть парочка из этой службы.

Все дружно покосились на двух человек, сидевших на удалении ото всех и уже устраивавшихся на ночлег.

– Они не выглядят фанатиками, – заметил молодой человек.

– О нет. Это не фанатики. – Дед даже рассмеялся. – Они прекрасно понимают, что бороться с рабовладельцами здесь бессмысленно. Да и в караван их берут только на условиях перемирия. Но Лютимир, создавая свою службу при Совете контакторов, собирал ядро лично. И преимущественно из тех, кто лично ненавидел рабство и Запретный список. Так это делается и теперь. Охотники Совета очень опасные противники. С ними стараются никогда не связываться, даже на территориях, не признающих полномочия Совета. Но в дела чужих государств эти ребята не вмешиваются. Только и Совет таким государствам не часто помогает. Если есть возможность, охотники забирают рабов на территорию, где их можно освободить. Если нет, оставляют все как есть. Но не дай Единый, они увидят у работорговца что-то напоминающее предметы из Запретного списка. Вот тогда уже никакая охрана не спасет. Бывали случаи, когда эти предметы применяли к самим владельцам. Но это редко. Сам Лютимир не одобрял таких методов и всегда отдавал виновных под суд.

– Ну да, отдавал, – проворчал охранник. – А я слышал, что им лучше было получить пожизненный приговор и ссылку на выживание. И лучше весь срок отбыть до конца. Иначе второй встречи с Непримиримым работорговец не переживал. Кодекс круга равных с тех пор не изменился.

– Ну, не без этого. Находил, выяснял, кто именно им помог и оказал протекцию в суде, и устраивал новую охоту. Теперь уже на всех сразу. – Усмехнулся дед. – Ему в этом целая триада контакторов помогала. Это не считая горных кланов.

– Понятно. Значит, наши торговцы с рабами пойдут сразу на рынок Арнилы? – сделал вывод парень, вспомнив расположение ближайших переходов и маршрут каравана.

– Пойдут. Да только не сразу. – Посмурнел наемник. – Они задержатся здесь на пару дней. Неподалеку есть переход в один из окраинных миров, объявленный запретным. Он практически полностью изолирован и заселен исключительно людьми.

– Зачем?

– Неплохой мир. Расколов там нет. По крайней мере, не зарегистрировано. Чистые растения, редкие животные, которых можно содержать в домашних условиях. Ну а если не повезет, то рабами разжиться можно с чистым геномом.

– Не повезет?

– Точно. Тамошнее население ничего не знает об Объединенных мирах. А те, кто знает, помалкивают. Выходцы из него считаются опасными рабами. Нет, они умны, обучаемы. Их цивилизация технически уже довольно развита. Вот только эти ребята все равно рано или поздно срываются. Среди них наибольшее количество бунтов, причем с угрозой жизни хозяину.

– Зачем же такие рабы? – Парень недоуменно осмотрелся.

– В основном их берут в окраинных мирах, – пояснил дед. – Там рабы недолго живут. И везде ценятся их женщины. Чистый геном, незамутненный никакими волнами и генетическими изменениями, ценный товар. Кроме того, что они привлекательны, их детей все же можно воспитать как надо. Так что свой покупатель на них найдется.

– Да. Только туда идут все же не за рабами, – заметил наемник. – Захватывают только тех, кто оказался случайным свидетелем перехода. Чтобы сохранить его втайне от местных. Если происходит стычка, торговцы вынуждены утаскивать даже трупы и бросать их здесь.

– Зачем такие сложности? Какая разница, узнают дикари о караване или нет?

– Давняя история. – Наемник поправил горящие дрова и пристроился поближе к костру. Все-таки дрова они везли с собой, и посидеть около костерка могла позволить себе не каждая группа. Тем более наемник из охраны. – Лет этой истории, наверно, больше чем Единому. Но есть документы, подтверждающие ее подлинность.

– Расскажи, – попросил парень. – Все равно делать нечего.

– Мне-то известно немного. Были охотники за рабами. Они решили поживиться в этом мире и собрали целую экспедицию. Разведали и выбрали переход. Не этот. Из мира Ацтельнари. Тогда он по-другому назывался и не был заселен. Все чин по чину. Переход вел на один из континентов того мира. И был он населен в те времена сущими дикарями. Они еще даже с деревянными копьями бегали и убивали друг друга дубинками. Чтобы избежать осложнений, вышли к деревне, когда взрослое боеспособное население было на охоте или на очередных разборках с соседями. Этого я уже не помню. Захватили детей и женщин. Кто сопротивлялся – убили. Оставили только нескольких стариков. И ушли.

– И что? – разочарованно протянул парень. – Пленники взбунтовались, что ли? Так это обычное дело.

– Хуже. Старики смогли выследить место перехода и сообщить тем, кто был в отлучке. Охотники за рабами рассчитывали, что место перехода находится в запретном по верованиям дикарей месте. Типа проклятого, где обитают чудовища, равные богам. Так вот, эти дикари просто наплевали на свои собственные запреты и чихать хотели на каких-то там тварей, поедающих их богов. Да и на своих богов положили сразу, как дело коснулось сородичей. Об этом наши охотники за головами узнали на третий день, когда ущелье, через которое они вели пленников к своему переходу, оказалось завалено.

– Пфе, что могут сделать дикари против лучевого оружия. Да еще, наверно, против щитов.

– Точно. Силовые щиты были тогда дорогим удовольствием, но у этой экспедиции они были. И работорговцы думали так же, как и ты. Только эти дикари об этом вообще не думали. Что такое силовой щит, они не знали. Зато быстро поняли, что когда противник стреляет, он снимает щит. И в этот момент стрела, пущенная даже из лука, легко достанет врага. А еще они вычислили, что со щитами можно только стоять. Тогда поясных генераторов еще не было. А вот двигаться вверх по завалу надо без щитов. Не было тогда еще наших щитов. Да и сейчас не больно попрыгаешь по камушкам с ним. В общем, дикари завалили ущелье сзади. Благо камешков для этого было достаточно на верху каньона. И такие ловушки дикари умели строить. А потом обрушили обвал прямо на торговцев. Рассудили дикари вполне здраво. Если что-то включается и выключается, значит, это надо держать. А держать вечно не может даже бог. Об источниках питания они не знали, но разницы, согласись, в этом и нет. Они придавили всех охотников камешками, чтобы не смогли двигаться. А заодно и снять щиты тоже уже не могли. И преспокойненько устроились рядом, ожидая, когда этот невидимый устанет.

– И что? Чем закончилось?

– Продержались пару суток. Да толку-то. Дикари там охоту организовали на местных животных. Недостатка в продуктах не знали. Погода стояла просто великолепная. Так что могли ждать хоть до скончания веков. Пришлось договариваться.

– Договорились?

– Нет. – Наемник только хмыкнул. – У дикарей нет понятия парламентера. Да и не собирались они никого из них отпускать. Попытка переговоров только убедила их вожака, что у захватчиков есть слабые места. В общем, через пару недель индивидуальные щиты начали отключаться. Кого-то придавило, другие пытались прикрыться пленниками. Выжило тогда немного. А у дикарей, оказывается, уже было понятие рабства. И то, что в экспедиции были не только люди, их совершенно не остановило. Своих они освободили. Кое-кого из выживших добили. Остальных повязали тем, что сняли со своих сородичей. Они же и показали, как всем этим пользоваться. Пленные, чтобы только живыми остаться, поведали о базарах, ярмарках и прочем. В общем, продали этих охотников за головами. И не в центральных мирах, на что те надеялись, а на окраинах.

– И что потом?

– Ничего. – Наемник ухмыльнулся. – Как я и говорил, мир, в котором все это произошло, не был колонизирован. Разумных там не было. И претендовать на него оказалось некому в то время. Зато этим дикарям понравилось там охотиться и климат. Они вернулись к себе, но только для того, чтобы провести через переход все свое племя. А рабами стали делать тех, кто приходил поживиться за их счет. Так что теперь этот мир называется Ацтельния.

– А их мир?

– Они практически утратили с ним связь. Но до перехода чужих не допускают до сих пор. В общем, с тех пор есть правило: прибирать за собой в том мире. Во-первых, чтобы не выследили местные. А во-вторых, чтобы не выследили ацтельны.

– Никогда о таком не слышал, – недоуменно покрутил головой парень.

– Так в школах о таком не рассказывают. С дикарями было еще несколько войн. Но переходов к ним не много. А их вожди оказались совсем неглупыми. И быстро выстроили оборону по типу выжженной земли. Все стационары перехватили и обустроили ловушки. А что до их родного мира… То в нем есть всего три перехода. Один недоступен из-за ацтельнов, второй нестабильный, из одного из окраинных миров. И этот. Сейчас сами жители окрестили свой мир весьма забавно. Свою планету они называют Земля. В переводе с одного из их языков название переводится как грязь.

Content

Михаил Щукин
Майя: Семья

Глава 1 Для кого праздники…

Глава 2 Новогодние праздники

Глава 3 Переезды

Глава 4 Лютик, бездна

Глава 5 Лютик, возвращение

Глава 6 Возвращение. Завершение

Глава 7 Альнар

Глава 8 Поединок

Глава 9 Каждому свое

Глава 10 Побег

Глава 11 Третий пациент

Эпилог