Диана Кинг - Мишки-Гамми и преступление века

Литературно-художественное издание

Диана Кинг

МИШКИ-ГАММИ И ПРЕСТУПЛЕНИЕ ВЕКА

Повесть-сказка

Ответственный за выпуск Л. М. Шейко

Пролог

Преступление века

Давненько в Нью-Йорке не было такого горячего лета. Словно шоколад, плавился асфальт под ногами. Теплая кока-кола цветом и вкусом напоминала сбежавший черный кофе. Термометры в витринах аптек угрожали превратиться в яростные фонтанчики ртути.

Жарко было всем, но особенно – стражам порядка, потому что городские преступники даже в такую погоду не собирались прохлаждаться.

...Три полицейские машины, развлекая детей мигалками и глуша взрослых сиренами, промчались по Пятой авеню через весь город. Они направлялись к юго-западной окраине.

– Интересно, за каким головорезом охотятся на этот раз? – спросил какой-то мальчишка приятеля.

В ответ раздалось:

– Еще интересней, скольких тот уложит перед арестом!

Машины, визжа тормозами, повернули на улицу, ведущую к предприятиям знаменитой корпорации «Айс Бокс». Эта корпорация производила холодильные агрегаты.

Район не был застроен высотными зданиями, по один дом все же выделялся – и как! Это было пятидесятиэтажное белоснежное здание главного офиса корпорации, выполненное в рекламных целях в форме гигантского холодильника.

За главным офисом располагалась огромная территория холодильных заводов.

У белого небоскреба улица заканчивалась. Там же затормозили автомобили.

Полицейские вышли из машин и, отбиваясь от репортеров, прошли в здание. Журналисты бросились было за ними, но у входа уперлись в невозмутимые физиономии и широкие подбородки рядового полицейского состава и отхлынули, как волна от берега.

А на крышах покинутых автомобилей продолжали работать мигалки, словно не имея в себе сил успокоиться.

...Полиция пробыла в здании не более получаса.

Затем послышался неясный шум, и возле входа, к которому снова устремились газетчики, возникла небольшая свалка. Широкоплечий высокий мужчина в сером пиджаке, этакий мускулистый супермен, быстро проторил себе путь. Он действовал руками, как снегоочистительная машина, включенная на полную мощность.

Оставив журналистов позади, мужчина в сером пиджаке прыгнул на место водителя в один из автомобилей и захлопнул дверцу.

– Держите его! – послышались крики. – Держите, его нужно остановить!

Из толпы журналистов вынырнул другой мужчина, в изрядно помятом костюме, гораздо ниже и плотнее первого. Он озабоченно пропыхтел:

– Его просто... Необходимо... Задержать! – Толстяку было трудно не только разговаривать, но даже дышать. Пот катил с него градом.

Все устремились к автомобилю с беглецом, но – поздно! Машина дала задний ход, резко развернулась и, чихнув на людей едкими газами, устремилась вперед.

– За ним! – истошно заорал толстяк.

Полицейские мгновенно заняли два оставшихся автомобиля и бросились вдогонку.

...И снова полиция мчалась по улицам Нью-Йорка только в обратном направлении.

Те самые мальчишки, которые недавно спорили о головорезе, повернули головы и застыли с широко открытыми ртами.

Мимо них пронеслась одна полицейская машина, за ней – две остальные.

– Ну и ну! – выкрикнул один. – Это же погоня!

– А потрошитель не промах! – возбужденно отозвался другой. – Он – настоящий головорез, надо же – захватить полицейский автомобиль!

Приятели переглянулись. В глазах обоих мелькнуло явное сожаление: автомобилей уже и след простыл, а мальчишкам так хотелось присутствовать на финальной перестрелке.

Но финальной перестрелки не было и никто не стрелял.

А было вот что.

Автомобиль с беглецом остановился у полицейского управления. Широкоплечий супермен покинул машину и побежал по ступенькам в здание. В этот момент рядом с первой машиной замерли две другие. Полицейские выскочили на улицу и приготовились для стрельбы. По меньшей мере пять револьверов глянули своими черными зрачками на мужчину в сером пиджаке, который был уже у парадного входа. Но в эту минуту из салона вылез низенький толстяк.

Он перевел дух и поморщился.

– Отставить! – бросил толстяк подчиненным и закричал, обращаясь к беглецу: – Инспектор Джонс! Я приказываю! Остановитесь! Так нельзя!

Но серый пиджак уже скрылся в здании.

Проклиная все на свете, толстый мужчина захлопнул дверцу и, прихрамывая, засеменил к управлению. На ходу он обмахивался газетой.

– Ну и пекло! – на ступеньках толстяк сложил газету и сунул в карман. – Проклятье, кто бы мог подумать, с ней еще жарче... – Он оглянулся на стрелков и приосанился: – Вы свободны! – Толстяк выдвинул вперед нижнюю челюсть и важно добавил, тыча себя большим пальцем в грудь: – Теперь он мой!

В здании, оборудованном кондиционерами, было гораздо прохладнее.

– Где?.. – выдохнул бравый толстячок в лицо дежурному.

Тот втянул голову в плечи и молча указал пальцем на потолок.

Толстяк нашел широкоплечего мужчину в одном из кабинетов на втором этаже. Перед недавним беглецом находился раскрытый дипломат, мужчина бросал туда какие-то мелочи, извлекаемые из ящиков стола.

Толстяк решительно приблизился к мужчине и остановился перед ним, широко расставив ноги и сжав кулаки.

– Инспектор Джонс, что это значит? Побег через весь город – что за ребячество?

– Я собираю вещи, – инспектор Джонс резко опустил крышку дипломата и прихлопнул ее своим огромным кулаком. – Сегодня же подаю в отставку!

– Но почему? – начальник изобразил непонимающую улыбку.

– Потому что не хочу заниматься этим убогим делом, которое вы мне навязываете, шеф! – инспектор схватил дипломат и устремился к выходу.

Но низенький толстячок решительно загородил путь огромному Джонсу.

– Выпустите пар, инспектор, – гневно произнес толстяк. – Я приказываю... Вы отличный работник, и я ни при каких условиях не подпишу рапорт о вашей отставке! – И тут же толстяк заговорил другим тоном: – Послушайте, на сегодняшний день все, кроме вас, заняты – вот почему дело о краже в корпорации «Айс Бокс» поручается вам...

– Пропустите меня, – тихо сказал здоровяк.

– Ни за что! – прозвучало в ответ. – Отойдите от двери и сядьте!

Широкоплечий сделал движение, но толстячок поднял руки и храбро уперся в собеседника. Он хотел толкнуть мужчину в грудь, но надавил на живот... Тем не менее плечистый мужчина поддался, отступил на несколько шагов, а потом скрипнул зубами и опустился на стул.

– Обычная кража! – уныло протянул он, опуская дипломат на колени, а затем на пол. – Им нужно было лучше организовать охрану, шеф!

– А теперь нам придется лучше организовать расследование! – строго произнес начальник полиции. – Инспектор Джонс, кончайте разыгрывать из себя ребенка! Или вы спутали себя со своим сыном?

Двухметровый громила-инспектор даже в сидячем положении мало напоминал ребенка. После слов начальника он покраснел и попытался взять себя в руки.

– Подумать только, более полусотни холодильников! – Инспектор потер виски. – Ну и кража... Почему так много? Кому и для чего понадобилось?

– Это вы и установите, Джонс! – начальник ткнул в инспектора похожим на сардельку пальцем. – И не говорите, будто вам это не по плечу... А кроме того, вам необходимо ответить на основной вопрос: где эти холодильники! Именно это интересует «Айс Бокс»!

Инспектор Джонс встрепенулся, развернул широкие плечи и жалобно посмотрел на собеседника голубыми глазами.

– Можно подумать, их не интересует имя преступника!

– Их интересует все, – сказал начальник и тут же поднял руки, предупреждая следующую реплику: – Знаете что, инспектор Джонс? Продолжим нашу беседу в моем кабинете! Я вас приглашаю!

Инспектор покорно дал себя увести в соседний кабинет и там совсем приуныл. Куда только девалась его недавняя решимость!

– Вы мне все же даете эту кражу, шеф? – спросил Джонс дрожащим голосом. – После ряда успешно завершенных расследований я считал себя вправе надеяться на более... рискованное дело!

– Рискованное дело, – шеф задумчиво смотрел в окно. Он вспомнил, как три дня назад инспектор Джонс, этот силач, этот от-важный супермен в облике полицейского, в одиночку разобрался с целой бандой Кривого Чарли, полгода наводившего ужас на весь город; как полторы недели назад тот же Джонс всего с одним помощником перепотрошил сомнительное заведение одноногого Тома-Нюхача, куда полиция боялась сунуться, чтобы не вспугнуть крупную рыбу; как месяц назад этот инспектор с триумфом вернулся из Лас-Вегаса, столицы азартных игр, куда ездил со специальным заданием...

Да уж, обитатели не одной сотни тюремных камер с наслаждением согласились бы метать колючки в фотоснимок инспектора Джонса, укрепленный на стене, если бы такое им кто позволил. В последнее время разные газеты опубликовали немало фотоснимков инспектора, возвысив его славу почти до небес.

Надписи под снимками гласили: «Гордость Америки», «Парень с такой простой фамилией Джонс», «Суперполицейский и любящий отец» – и так далее, и тому подобное.

– Я поручаю вам неплохое дело, инспектор, – четко проговорил начальник.

– А я бы хотел покруче!

– Да, Джонс, да! Я вас понимаю, – толстый начальник кивнул. – Значит, вы нацелены на преступление века, Джонс, и на меньшее не согласны?

– Естественно, сэр!

– Это и есть преступление века! – с торжеством в голосе воскликнул шеф. – По своей абсурдности! Именно так эту кражу назовут журналисты. Хотите и дальше мелькать на первых полосах газет?.. Идите и работайте, инспектор Джонс!

Строгая логика начальника ошарашила Джонса. Преступление века! Неужели этой краже репортеры дадут такое громкое название?

Некоторое время в кабинете стояла тишина.

– В одном вы правы, шеф, – с обидой заговорил инспектор. – Это дурацкое дело, хоть в нем и скрыта какая-то тайна. В один прекрасный день с холодильного завода всемирно известной корпорации «Айс Бокс» пропадает крупная партия готового товара – пятьдесят с лишним холодильников. Я в полном недоумении... Тут с ума сойдешь, запрыгаешь, как эти мультяшные медведи, не помню, как они называются –- ими просто бредит мой сын... Как вы думаете, шеф, может, здесь действовал маньяк?

– Холодильный маньяк? – толстячок усмехнулся. – Это что-то новое в нашей практике! Нет, не мелите чепухи, Джонс.

– Это маньяк! – уверенно повторил инспектор. – Я это чувствую. И я найду его! – Инспектор потянулся за пистолетом, чтобы показать начальнику, как он будет искать преступника.

– Это хорошо, Джонс, что вы так любите сына и смотрите вместе с ним мультфильмы! – повысил голос начальник. – Но не всегда в жизни нужно действовать подобно персонажам детективных историй. Так вот, инспектор, спрячьте пистолет, потому что прыгать вам не придется. Забудьте на время свои привычки супермена...

– Как это забыть? – ахнул Джонс. Ведь благодаря им он был замечен!

– ...и посидите в офисе корпорации...

– Для чего?! – инспектор распахнул изумленные глаза. Ведь супермен стал знаменит именно потому, что не сидел на месте!

–    ...чтобы как следует разобраться с документацией!

– Что?!! – Джонс вскочил. – Мне – копаться в бумажках? – Бравый полицейский разбушевался, словно ураган. – Как это называется?

– Лучший в мире инспектор должен уметь делать все, – ледяным тоном проговорил шеф. – В том числе и терпеливо копаться в бумажках! Вы поняли, какая работа вам поручается? Приступайте!

Инспектор Джонс понял: дальнейший разговор бесполезен. Он покинул кабинет начальника с высоко поднятым подбородком и большой досадой. Но инспектор обуздал свой пыл, и только очень внимательный слушатель мог различить, как поскрипывают у Джонса зубы...

Глава 1

Как отправиться в путешествие, не сходя с места

Итак, для инспектора Джонса мишки-гамми были всего только мультяшными персонажами, названия которых он в нужный момент даже не смог вспомнить. Да, немного же знал о гамми-семействе занятой инспектор Джонс!

Бравому полицейскому это было простительно, потому что он, инспектор, мало смотрел телевизор, а все больше ловил преступников.

Люди, которые бандитов не ловили и гораздо чаще сидели перед экраном, а порой даже читали книжки, прекрасно знали веселую семейку медведей-гамми – Малыша и Толстяка, Ворчуна и Солнышко, Бабушку и Колдуна. Но они были знакомы с мишками-гамми, так сказать, заочно, по историям из их прежней жизни.

А вот те, которые хотя бы раз удосужились посетить чудесный парк Диснейленд, видели там сегодняшнюю жизнь мишек-гамми. Потому что во время описываемых событий вся гамми-семья в полном составе, то есть Малыш, Толстяк, Ворчун, Солнышко, Бабушка и Колдун, жила и работала в Диснейленде, где у медведей было нечто вроде семейного аттракциона.

Следует заметить, это нечто пользовалось большой популярностью среди посетителей, солидная часть которых отправлялась в Диснейленд именно для того, чтобы полюбоваться на гамми-аттракцион.

Мишки добились славы, но она пришла не сразу.

Когда-то было вовсе не так. Когда-то было совсем даже наоборот.

У дирекции Диснейленда сперва вышел конфликт с гамми-семейкой. Это было давным-давно, когда мишки-гамми впервые появились в парке – никому не известные, только что прибывшие иммигранты. Это потом о них стали снимать мультики, писать книжки и заговорил весь свет, а тогда... Нет, решительно никто о них тогда не знал!

Мишки не унывали. Они, как говорится, были лишь в начале своего длинного и славного пути, а в Диснейленд они пришли просто устраиваться на работу.

Так вот, медведи настаивали на том, чтобы им отвели место, где они смогли бы сделать собственный аттракцион. Мишки хотели оборудовать его по своему усмотрению.

А дирекция имела другое мнение и настаивала на присоединении мишек к одному из аттракционов, уже проверенных и оправдавших себя.

Мишки отчаянно возражали и были настолько упорны, что дирекция пустилась на хитрости.

– Отлично! – кричала дирекция. – У вас будет аттракцион! Устраивайте все, что хотите, а мы даем вам комнату! Целую комнату – и только вам! Никому больше!

– Где же будет эта комната? – осторожно поинтересовался Ворчун.

– В аттракционе «Тоннель ужаса»! – с восторгом ответила дирекция. – Там, да!!! У вас там будет собственная комната! И делайте в ней все, что хотите!

Нечего и говорить, мишки снова уперлись.

– А если мы в этой комнате вообще ничего не захотим делать?! – возмущался Малыш. – Подумать только, «Тоннель ужаса»!

– Точно, это просто ужас какой-то! – поддерживала его Солнышко.

Дирекция делала вид, что не слышит возражения, а умудренный огромным житейским опытом Толстяк шептал Малышу на ухо:

– Помолчи. Ведь нам надо где-то жить, а тут нам дают отдельную комнату. Она будет под землей, словно в нашей старой пещере!

Конечно, это было хорошо, это было привычно, если комната находится под землей. Это так напоминало собственный подземный замок мишек-гамми, который остался на просторах далекой покинутой родины.

– Но! – не унимался Малыш. – Но!!! – он хотел многое сказать, но не находил слов.

– Какой ужас! – вздыхала Бабушка. – Как я смогу в этом ужасном тоннеле варить варенье и готовить сок из гамми-ягод?

– У вас будет электричество, – торопливо заверяла дирекция, – и вообще все удобства! Вам надо согласиться, вам просто необходимо согласиться! Да на вашем месте любой бы сказал «да»!

Все медведи – Малыш, Толстяк, Солнышко, Ворчун и даже Колдун – переглянулись и посмотрели на Бабушку, которой и доверили принять решение.

– Ладно уж, – сказала Бабушка. – Только уговор, так уговор. Мы делаем в пределах этой комнаты все, что захотим...

– Что сочтем нужным! – тяжело бросил Ворчун и сжал кулаки.

– Хорошо! – вскричала дирекция. – По рукам!

Силачу Ворчуну было поручено в торжественной обстановке ударить с дирекцией Диснейленда по рукам, потому что Бабушка наотрез отказалась это сделать.

...Вот так дирекция настояла на том, чтобы поместить медведей в «Тоннель ужаса». Но мишки-гамми потом взяли свое. Конечно, они и не думали пугать посетителей «Тоннеля ужаса», ведь тем и так доставалось немало. Когда тележка с посетителями приближалась к гамми-комнате, мишки принимались петь песни, скакать, корчить рожи и вообще потешать испуганную публику всеми доступными средствами.

Больше всего посетителям нравились песни. Это были не просто какие-то там песенки, а преотличные песни, старинные медвежьи гамми-гимны, которые передавались на родине медведей из одного гамми-поколения в другое. Ничего подобного Америка просто не знала и теперь восхищалась до слез.

И правда, как можно было не восхищаться, например, песней под названием «Эге»? Эту песню в далекую медвежью старину обычно исполнял хор из тысячи задумчивых медведей. Да-да, именно из тысячи – не больше, не меньше. Песня потрясающе звучала именно в том случае, когда вся тысяча исполнителей была погружена в собственные мысли. В условиях Диснейленда мишки-гамми не могли собрать тысячный хор и потому исполняли песню «Эге» в четыре голоса. Бабушка и Солнышко молчали, потому что женщинам петь не полагалось.

Аттракцион мишек скоро стал пользоваться шальным успехом. «Эге», «Угу», «Трулюлю», «Траляля» – эти и другие шлягеры занимали первые места в списках популярности, успешно конкурируя в пределах Диснейленда со шлягерами Майкла Джексона и ему подобных.

Правда, ситуацию несколько испортила все та же дирекция, настояв на включении в репертуар медведей нескольких рекламных песенок, прославляющих Диснейленд.

Как мишки могли протестовать? Они пели эти песенки ужасной скороговоркой, а озорник Малыш даже несколько раз сфальшивил.

Однажды Колдуну надоело сидеть под землей. И он сказал, что временно изменяет место работы.

В ответ на это все заворчали. Особенно, понятное дело, Ворчун.

– Не нужно на меня сердиться, – сказал Колдун, блестя очками. – Я ведь от вас не убегаю. Просто я некоторое время поработаю вверху – в десяти футах по вертикали. Вовсе не так далеко от вас! Вы еще не знаете, что я придумал!

– Догадываемся, – хмуро бросил Ворчун.

– А трудиться я буду для общего дела!.. – заверил Колдун и ушел.

Его идея заключалась вот в чем. Он стал у входа в «Тоннель ужасов» и принялся раздавать разноцветные карточки собственной нарезки и раскраски. На каждой было написано, что через тридцать три года карточка превратится в тысячедолларовую купюру, если ее обладатель за это время совершит тысячу добрых дел.

– На все аттракционы продают билеты, а я изобрел совершенно новый вид аттракциона, – хвалился вечером Колдун. – Наш аттракцион сам раздает билеты на себя! Ну, в моем лице, конечно...

От желающих получить карточки не было отбоя. Все это увеличивало популярность гамми-мишек в народе.

Колдун заверял каждого посетителя, что все будет именно так, как написано на карточках, а в доказательство раскрывал свою Волшебную Книгу.

– В ней написано все! – говорил Колдун и даже позволял тому, кто интересовался особо, заглянуть в Книгу.

Желающие заглядывали. Правда, из этого ничего не получалось, потому что Книга была написана на родном языке медведей-гамми, а в Америке, как мы знаем, живут в большинстве не медведи, и уж совсем не гамми, а люди. Кроме как по-английски, эти люди не читают.

– Не беда, – говорил в утешение Колдун. – Вы можете выучить наш язык! – Видя в ответ гримасу, Колдун предлагал иное решение: – А если не хотите, не надо! Тогда вам нужно подождать тридцать три года – и за это время тысячу раз услышать спасибо! – От гениальности найденного решения очки прыгали на носу Колдуна. – Ха! И все дела!

В тот самый день, когда в далеком от Диснейленда Нью-Йорке ограбили холодильный завод, а точнее, ближе к вечеру, кто-то сзади дернул Колдуна за лапу.

Карточки, которых оставалось совсем немного, едва не рассыпались от такой шутки.

Колдун еще не успел испугаться, а над его ухом уже звучал знакомый голос:

– Бежим скорее!

Колдун вздрогнул и оглянулся. Так и есть: этим «шутником» оказался Малыш.

– Малыш, ты когда-нибудь сделаешь меня калекой и заикой! – обиженно пробасил Колдун. – Разве так можно?

– Можно еще и не так! – заверил Малыш. – Но сейчас не будем об этом... Ведь нам нужно бежать!

– Что-о-о? – не понял Колдун. – Почему это?

– Точнее, нам нужно торопиться! – поправился Малыш.

– А почему нужно торопиться? – снова не понял Колдун.

– Потому что нам дали отпуск!

Колдун покрутил головой:

– Отпуск – это хорошо! Значит, не надо целыми днями торчать под жарким солнцем в Диснейленде? Не надо раздавать карточки? Не нужно распевать рекламные песни «Мы, медведи-гамми, рады встрече с вами»? – Колдун заулыбался. – Отпуск – это во всех отношениях хорошо, но зачем нам торопиться?

– Это моя новая теория, я ее только что придумал! – возбужденно отозвался Малыш. – Я утверждаю, что торопиться нужно только в отпуске, чтобы не терять лишнего времени на дорогу! Вот так, и попробуй переспорь меня!

– Э-э-э, – Колдун снял с носа очки и задумчиво вытер их о шерстку на груди. – Интересная теория, откровенно говоря, очень интересная... Трудно переспорить. Ладно, сейчас начнем торопиться.

Колдун вежливо остановил какого-то мальчишку и сунул ему стопочку оставшихся карточек:

– Вот, здесь одиннадцать штук и я все отдаю тебе! А что это значит? Тебе страшно повезло, парень. Внимательно прочитай, что на каждой написано, и через тридцать три года ты получишь ровно одиннадцать тысяч долларов!

– Ну, как я? – улыбнулся Колдун Малышу по дороге к семейному гамми-аттракциону.

– Ты забыл сказать, что ему придется сделать одиннадцать тысяч добрых дел, – с иронией заметил Малыш.

– Паренек это и сам сосчитает, – спокойно ответил Колдун. – А теперь, как ты говорил, поспешим! – И он, схватив Малыша за лапу, потянул его за собой.

До семейного гамми-аттракциона Колдун и Малыш не дошли. Мишки-гамми сами спешили навстречу: Бабушка, Толстяк, Ворчун, Солнышко.

Малыш и Колдун встретили их у служебного входа в «Тоннель ужасов» – этим входом пользовались те, кто убирал в тоннеле выброшенные упаковки от сердечных таблеток и протирал чудовища от пыли.

– Ах, вот вы где! – недовольно произнес Ворчун. – Столько времени из-за вас потеряли...

На его слова никто, впрочем, не обратил внимания. Вперед выбежала Солнышко и схватила Малыша за лапы.

– Ты нашел Колдуна? Нам нет смысла возвращаться к аттракциону, – сказала она. – Все, что нужно, мы имеем при себе, а комнату уже заперли...

– Все при себе... Ты имеешь в виду сок гамми-ягод? – спросила Бабушка.

– Конечно! – кивнула ей Солнышко. – У каждого из нас есть карманы, в карманах – бутылочки, и они не пусты... Ведь так?

– Так, – кивнул в ответ Толстяк. Нащупав в кармане бутылочку и встряхнув ее, он порадовался, что сока в ней – до самой пробки. – Мы можем отправляться! – Но тут Толстяк спохватился и осторожно добавил: – А может быть, сперва пообедаем?

– Это мы еще успеем, – ответила Бабушка.

– Итак, у нас отпуск! – сказал Колдун. – Как мы его проведем?

– Что значит как?! – воскликнул Малыш. – Мы сейчас же, немедленно, не сходя с места, отправляемся в путешествие!

– В путешествие! В путешествие! – Солнышко запрыгала и захлопала в ладоши.

Эта идея ей очень понравилась.

– Но ведь нельзя отправиться в путешествие, не сходя с места, – веско заметил Ворчун.

– Откровенно говоря, я давно мечтала посмотреть мир, – откашлявшись, сказала Бабушка. – Только как мы сможем это сделать? Гамми-сок нам помогает прыгать, но этого недостаточно для больших расстояний...

– Колдун, наверняка, знает какое-нибудь заклинание, которое сможет перенести нас всей семьей в другую точку земного шара, – с уверенностью предположил Малыш. – Ведь так, Колдун?

Тот важно посмотрел на маленького медвежонка сквозь свои очки.

– Гм... Гм... – ответил Колдун. – О чем разговор... Конечно, я знаю такое заклинание! Гм... Мне ли его не знать, это такой пустяк... Сейчас... Сейчас... Оно называется Дорожным... – и он закатил глаза, задумавшись.

– Когда Колдун вспомнит Дорожное Заклинание, – Малыш стукнул локтем Ворчуна, – мы сможем отправиться в путешествие, не сходя с места! Ты понял?

Тем временем Колдун смотрел куда-то на небо и беззвучно шевелил губами. Было понятно: он пробует различные варианты заклинаний.

Иногда удавалось расслышать:

– Абра... Нет, не так... Ру-ту-ту... Снова не то... Трум-такатум...

Не удержавшись, ему начали подсказывать – и скоро перепробовано было все, что только могли вспомнить. Все это имело свои результаты, но они Колдуна не удовлетворяли: пошел было дождь, но прекратился, а не успевшие упасть на землю капли развернулись и унеслись обратно на небо; Солнышко на несколько минут превратилась в Бабушку, а Бабушка – в Солнышко; затем у Ворчуна вместо носа выросла третья нога, а вместо ушей – две лишние ладони... Потом все вернулось на свои места.

– Нет, – сказал Колдун. – Это все не то.

Мишки переглянулись. Они стояли на прежнем месте и ни в какое путешествие не отправлялись.

– Все ясно, – выдавил из себя Ворчун, потирая нос, – у Колдуна дырявая голова.

Стало окончательно ясно, что Колдун просто забыл нужное заклинание.

– Склероз! – сочувственно отметил Малыш. – Это ужасная штука.

– Это не склероз, просто подвела память! – бросилась в защиту Солнышко. – Это же так обидно – забыть Дорожное Заклинание. Правда, Колдунчик?

– Колдун, у тебя нет в запасе какого-ни-будь заклинания против склероза? – деловито осведомился Толстяк.

После того, как Колдун отрицательно покачал головой, Бабушка сказала:

– Выход один: Колдуну нужно как следует порыться в своей Книге.

– Правильно, – сказал Колдун. – Давайте я так и сделаю. Тому не страшен склероз, кто умеет читать, трум-тарарум!

– Но как долго нужно ждать? – спросил Малыш. – Отпуск ведь не резиновый!

Колдун достал Волшебную Книгу из-под своего плаща и продемонстрировал всем, какая она толстая.

– В крайнем случае, я прочитаю все, – сказал он. – Это не так долго. –- Он отошел в тенек и сел на траву с раскрытой Книгой на коленях.

Мишки присели рядом. Все молчали, чтобы не мешать чтению.

Так прошло целых пятнадцать минут.

– Нет, так нельзя! – воскликнул Малыш, он не выдержал первым. – Мы просидим весь отпуск!

Никто не спорил. Все понимали, что в отпуске находиться на одном месте не полагается.

– А как можно? – спросила Солнышко. – Может, нам ходить вокруг?

– Кто-то говорил, лучше год обождать, затем за миг догнать, – Колдун на минуту оторвал взгляд от Книги.

– Но нам не выделили год на отпуск! – быстро возразил Малыш.

– Что ты предлагаешь? – спросила Солнышко.

– Отправиться в путешествие другим, обычным способом! – пояснил Малыш. – Лучше проводить время в дороге, чем на одном месте.

– Как мы отправимся? На конях? – поинтересовался тугодум Толстяк.

– Нет!

– Тогда, быть может, на ослах?

Но и это предположение Толстяка было неправильным.

– Попробуй угадать в третий раз! – хитро прищурился Малыш.

– Тогда... не знаю! Честное слово, не знаю, – Толстяк развел лапами.

Малыш посмотрел на всех весьма торжественно.

– Мы воспользуемся услугами какой-ни-будь авиакомпании! – Маленький медвежонок даже слегка подпрыгнул от возбуждения. – Их сейчас столько развелось!..

– ...не то, что тысячу лет назад! – подхватил глупый Толстяк. – Ура!

Идея всех очень и очень заинтересовала, особенно после того, как медведи вспомнили: ведь так удобно рассматривать мир с высоты.

Но Солнышко, как всегда, задала резонный вопрос:

– А билеты?

Билеты были настоящей проблемой. Для билетов нужны были деньги. Дирекция парка расплачивалась с мишками-гамми тысячами различных способов: дарила ужасно ценные вещи, такие, как шоколад и кока- колу, но расчета наличными деньгами не сделала ни разу.

– Ничего, сейчас я схожу и поговорю с дирекцией! – Ворчун при этих словах стал засучивать рукава. – Нам положены отпускные!

Малыш вытянул лапу вперед:

– Не волнуйся! Все уже продумано! Мы полетим под видом игрушек – так ведь гораздо интереснее!

– Как это? – послышались вопросы со всех сторон.

– Очень просто! – продолжал Малыш. – Любому из нас ничего не стоит некоторое время оставаться в полной неподвижности! Ну, это только на земле. А в самолете, представляете, как будет весело! Мы будем путешествовать в отделении багажа!

– Гениально, – покрутил головой Толстяк. – Нет, правда, гениально. И ссориться с дирекцией не надо – вот что самое ценное!

– А жаль! – недовольно пробормотал Ворчун и опустил рукава.

– Тогда быстро в аэропорт! – подпрыгнул от восторга Малыш.

– А куда мы полетим? – снова поинтересовалась Солнышко.

– Как куда? – удивился Малыш и пояснил: – Посмотреть мир! Что вы думаете насчет первого попавшегося самолета? Мы выберем самый ближайший по времени рейс – неважно куда, – и полетим на нем!

Медведи заулыбались. Это было так романтично – лететь неважно куда! Этого так хотелось – посмотреть мир! У всех мишек, кроме Колдуна, который читал, и Бабушки, которая была слишком благоразумна для подобных несерьезных восторгов, загорелись глаза.

– Проверьте еще раз, – сказала Бабушка. – У всех ли с собой бутылочки с гам- ми-соком?

– У всех! – торопливо закричал Толстяк.

Будучи голодным, Толстяк тайком уже отпивал несколько раз сок из своей бутылочки и теперь был озабочен тем, чтобы не делать резких движений. Иначе он мог взлететь над землей без самолета. Кроме того, он опасался, что Бабушка перед путешествием заставит каждого показать ей свою бутылочку.

Но Бабушка ограничилась словесными напоминаниями.

– Очень важно не забыть сок! – озабоченно нахмурилась Бабушка. – Мало ли в какую передрягу нам придется попасть...

Малыш посмотрел на Колдуна, который, не участвуя в обсуждении, все искал и искал нужное заклинание в своей Книге. Забывчивый маг шелестел страницами, переворачивая их сразу по несколько штук то в одну, то в другую сторону, читал строчки по порядку и наугад, но все без толку. О том, что происходило вокруг, он, понятное дело, забыл.

– А еще важно захватить Колдуна! – внезапно заорал Малыш. – И его Волшебную Книгу, раз уж Колдун без нее не может произнести ни одного заклинания!!!

Все, включая Колдуна, расхохотались и тут же пошли по дороге в аэропорт искать первый попавшийся самолет.

...И вышло так, что первый самолет перенес их в Нью-Йорк. Мишки-гамми не возражали: Нью-Йорк так Нью-Йорк. Давненько они там не бывали.

Глава 2

Картинки оживают

Сына бравого инспектора Джонса звали Тимоти, отец называл его Тимми, а ровесники обращались к нему еще проще – Тим. Тим Джонс был худым мальчишкой с конопатым носом и непослушным вихром на макушке.

В будущем он мог стать таким же силачом, как его отец, а мог и не стать. Пока Тим был, как все.

На следующий день после того, как в корпорации «Айс Бокс» была обнаружена кража, а мишки-гамми получили отпуск, Тим Джонс направлялся в местный супермаркет за продуктами. День, как всегда, стоял горячий. На Тиме была майка и джинсовые шорты, но в душе у него была прохладная и совсем несимпатичная погода. Тим грустил.

Отец перед тем, как отправиться на работу, поручил ему сделать покупки на следующую неделю. «Ну и ладно, – думал Тим, это ведь и не трудно вовсе, не переработаешься...» Нет, не поход за продуктами был причиной обиды Тима.

Причина заключалась в другом. Тим всегда чувствовал себя не лучшим образом, когда отец пребывал не в духе, а сегодня утром отец был раздражен до крайности. Впрочем, как и вчера вечером.

Все дело было в том, какое расследование отцу поручили на этот раз.

Когда у отца есть настроение, он первый приятель Тиму. Отец его даже машину водить учит, да-да, в самом деле! Джонс-старший пускал сына за баранку, когда нужно было заехать во двор или выехать из гаража – если улица была пуста. И у Тима неплохо получалось, правда!

А вот сегодня Тиму посидеть за рулем вряд ли удастся. И вообще, его ожидает одинокий вечер, впрочем, как и одинокий день.

Утром произошло следующее.

Отец собирался на службу, а Тим в это время приканчивал завтрак. Тим увидел, как отец взял в руки кобуру с револьвером, и весело спросил:

– Пап, а пап... Расскажи, кого ты сегодня будешь ловить?!

Отец напрягся, но Тим не обратил на это внимания. Как выяснилось через минуту, совершенно напрасно.

– Ты снова будешь бегать с пистолетом по улицам и по крышам домов? – продолжал Тим все с той же улыбкой на лице. – Или будешь гоняться на машине и вертолете, а потом применять приемы кунг-фу? – Тим даже пару раз махнул руками, изображая эти самые приемы.

Обычно отец на его вопросы реагировал спокойно, что-то рассказывал, о чем-то молчал, а тут – взорвался, чего с ним прежде никогда не было.

– Замолчи, охламон! – перебил отец, и эти слова были самыми выдержанными из всего, что Тим услышал в последующие четверть часа.

Джонс-старший сильно накричал на сына. До крайности раздраженный, инспектор орал, что все не так, как себе думают всякие там мальчишки, и уж совсем не так, как это показывается в фильмах различными режиссерами-простофилями.

– Например, сейчас я поеду не гоняться за преступниками, а копаться в документах! – кричал инспектор на сына. – Понимаешь ты это?

Мальчишка молчал, вжав голову в плечи.

– Что, съел? – спросил инспектор Джонс.

Тим кивнул – он как раз прикончил последний сэндвич... Но осталось впечатление, что отец подразумевал что-то другое.

...Инспектор закончил тем, что ему все – абсолютно! – страшно надоело.

– Возвращайся пораньше, папа, поиграем... – тихо сказал Тим в паузе.

– Нет, черта с два, – снова загремел Джонс-старший, – я буду сидеть на работе, Тимми, пока не обнюхаю каждый контракт, каждую записку! Мне надо как можно быстрее разделаться с этой проклятой кражей!

– Понятно, папа, – убитым голосом произнес Тим.

На этот раз инспектор не ответил. Он в напряженном ожидании смотрел в окно.

– Ну, папа, а, может, все-таки... – уже с обидой в голосе сказал Тим, и тут же понял: напоминать о себе еще раз просто не следовало. Потому что увесистый кулак отца загремел по столу... А вскоре точно так же грохнула дверь, и отец ушел. За ним приехала машина, которая повезла его на завод холодильников корпорации «Айс Бокс» копаться в бумажках.

Тим остался один. Вот если бы он мог помочь отцу с расследованием этого дела! Неужели ничего нельзя сделать? Тим подумал и решил дождаться информации в газетах, чтобы на ее основе составить собственную версию, которая, может быть, пригодится отцу.

...Ему было грустно, потому что у него в этом районе не было знакомых. Не то, чтобы Тим был от природы замкнут в себе, нелюдим, нет, он не успел еще ни с кем подружиться.

Менее месяца назад они с отцом переехали сюда, в довольно зажиточный, тихий район на окраине большого города. Здесь не было насыщенного уличного движения, загазованности и того столпотворения, которое наблюдалось, например, в Манхэттене. Здесь все было по-другому, этот район больше походил на загородный: белые аккуратные особняки здесь тихо стояли на зеленых лужайках и застенчиво смотрели на мир чистыми окнами, а голубые небеса и плывущие по ним облака отражались в водной глади маленьких бассейнов, которыми обзавелись многие хозяева.

Отец давно мечтал жить в таком районе, да и Тим не был против. И вот это удалось после служебных успехов инспектора Джонса и соответственной прибавки к его жалованию.

Сперва Тим радовался: здесь было так красиво, вокруг зелень, у них перед домом тоже был бассейн, но скоро загрустил.

Осенью Тим должен был пойти в новую школу – и тогда у него неминуемо появятся новые друзья, а пока... У Тима складывалось жуткое подозрение, что весь район заселен исключительно стариками.

– Папа, куда мы попали? – спрашивал сын с недоумением и даже страхом. – Неужели у всех этих людей просто нет внуков?

Отец объяснял Тиму, что в этом районе наверняка живут дети, они найдутся позже, а сейчас они, скорее всего, разъехались по летним лагерям.

– Следовательно, Тимми, тебе стоит потерпеть с новыми знакомствами до осени, – уверенно подвел итог отец. – Осталось всего два месяца, так что потерпи.

Тим кивал, но настроения у него от этого не прибавлялось. Ничего себе – всего два месяца! Разве это – всего? Это целых два месяца!!!

Но делать было нечего, и Тим терпел. Как следствие, он часто приставал к отцу с просьбами во что-нибудь поиграть. Отец когда соглашался, а когда резко отказывал. Вот как сегодня утром.

...Супермаркет находился недалеко, у ближайшего перекрестка. Тим, даже когда шел медленным шагом, все равно доходил туда менее чем за десять минут.

Тим взял корзину на колесиках и покатил ее перед собой по торговому залу. В это время покупателей в супермаркете было мало. Нужные продукты были выбраны быстро, и Тим расплатился за них у кассы.

Он отошел от кассы, толкая корзину перед собой. У администрации супермаркета с местными жителями существовала договоренность: покупатели могут использовать корзины даже для того, чтобы доставить покупки домой. После этого, конечно, необходимо было вернуть корзину в магазин, и Тим всегда это аккуратно проделывал.

Так и сейчас Тим решил катить корзину до своего дома, потому что покупок было столько, что в руках их унести было весьма трудно, если не сказать невозможно. И тут взгляд Тима упал на прилавок, который располагался у кассы и на котором были расставлены всякие вещи, вызывающие большой интерес у детей: жевательные резинки, сок, конфеты, небольшие игрушки, запаянные в полиэтиленовую упаковку таким красивым способом, что их так и хотелось купить...

Среди всего прочего Тим увидел несколько журналов с комиксами. Первый был о космических пиратах, он интереса не вызвал, а вот второй...

Тиму было целых двенадцать лет. Он воображал, что начал уже охладевать к комиксам, но тут не удержался.

– Разрешите, мисс? – сказал Тим и протянул руку. – Я хотел бы вот этот, с мишками-гамми!

Девушка, которая сидела за кассовым аппаратом, подала ему журнал.

– Что, парень, покупаешь его? – обратилась она к Тиму.

Тиму польстило, что его назвали почти по-взрослому «парнем», но он отрицательно покачал головой.

– Я сперва посмотрю, мисс, если позволите, – осторожно сказал мальчишка.

Девушка не возражала и согласно кивнула. Перестав обращать внимание на Тима, она уставилась на нового покупателя, который как раз подошел к кассе.

Тим принялся переворачивать страницы.

Мишки-гамми... Веселая медвежья семейка. Плохой герцог Икторн, который хоть на первый взгляд и умен, но всегда остается в дураках. Нахальные и глупые гоблины...

Не раз Тим мечтал, чтобы у него была вот такая же семейка из веселых братьев или сестер... Сколько бы интересных дел они вместе могли совершить!

Но Тим был один у родителей. А когда заболела мать, стало еще хуже. Врачи делали все возможное, чтобы ее спасти, однако...

– Вы позволите, молодой человек?

Тим слегка посторонился, пропуская к выходу покупателя, который только что расплатился. Краем глаза Тим увидел, что это высокий седоволосый мужчина в мексиканской широкополой шляпе – сомбреро, с каким-то слегка ошарашенным взглядом. Этот взгляд сохранялся у мужчины одинаковым, куда бы тот ни смотрел. Человек в сомбреро казался одновременно симпатичным и жутковатым.

Вся тележка мужчины была завалена морковью, ее было никак не меньше десяти килограммов. Тима это озадачило: неужели мужчина так любит морковь? А если нет, то какая причина заставила его покупать столько? Тим хотел об этом спросить, но не решился.

Тут человек, купивший десять килограммов моркови, подмигнул ему. Сомбреро качнулось на его голове. Тиму показалось, что шляпа должна упасть... Но, присмотревшись, мальчик понял, почему этого не случилось – сомбреро к голове мужчины притягивал черный тонкий шнурок, проходящий под подбородком.

Тим нахмурился. Ему вдруг пришло в голову, что этого человека он наверняка уже где-то видел... Только где?

А тот неожиданно усмехнулся и бросил:

– Спасибо, Тимми!

Ну и ну! Тим вытаращил глаза. Откуда незнакомец знает его имя? Усилием воли Тим превратил свой испуганный взгляд в вопросительный. А мужчина смотрел с явной насмешкой и через секунду снисходительно произнес:

– Ты удивлен? Нечему!.. Или напуган? Зря!.. Я всего лишь твой сосед, понимаешь? Мой дом стоит напротив, через улицу. Да?

Странная у мужчины была манера говорить.

Тим глубоко вздохнул. Теперь он вспомнил! Однажды отец позволил ему поставить машину в гараж, пустил за руль, а сам пошел открывать ворота. Тим осторожно развернул машину поперек пустынной улицы, потом дал задний ход... И тут услышал позади негромкий испуганный возглас.

Тим заглянул в зеркало заднего вида и похолодел. Он очень внимательно смотрел по сторонам, чтобы вовремя заметить автомашины, которые могли появиться слева или справа, а назад посмотреть забыл. Багажник отцовской машины почти касался густой невысокой стены кустов за тротуаром, а над кустами торчали ноги. Они тут же исчезли, и вместо них появилась взлохмаченная голова.

Тим запомнил этот ошарашенный взгляд, который и сейчас видел перед собой.

Сосед не стал ругаться, только покачал головой и захромал прямо по газону к себе в дом. У него был коттедж с очень высокой крутой крышей. В окнах коттеджа почему-то стояли темные стекла.

– Простите, я тогда... – пролепетал Тим.

– Пустяки! – качнул шляпой сосед. – Значит, ты – Тимми?

– Да.

– Ага!

Стало понятно, откуда мужчина знает его имя: не раз слышал, как Джонс-старший зовет сына.

– А мое имя – мистер Хлойд! – пред-ставился мужчина, протягивая широкую ладонь. – Мистер Хлойд Сноу, – добавил он и смешно нахмурился. – Ну, это если официально... А если просто так, то можно звать дядюшка Хлойд или дядюшка Сноу... Это, как тебе нравится, попросту, по-соседски. Так?

– Хорошо... э-э-э... Мистер Хлойд! – запинаясь, но все же воспитанно ответил Тим. Он растерянно переложил журнал из правой руки в левую и пожал ладонь соседа.

Возникла пауза. Тим чувствовал неловкость от воспоминаний о том, что когда-то произошло. И он выпалил:

– До свидания, мистер Хлойд!

– До свидания, мистер Тимми, – серьезно ответил мистер Хлойд Сноу и покатил тележку со своей морковью к выходу.

Тим вздохнул, наблюдая, как чинно вышагивает за тележкой излишне прямой мистер Сноу, немного напоминающий Шерлока Холмса...

Тим снова сосредоточился на сборнике комиксов в руках. Купить или не купить?

Если бы сегодняшний утренний разговор с отцом получился другим, Тим, не задумываясь, купил бы журнал с комиксами. Но отец сказал:

– Вот тебе деньги для серьезного дела!.. Но только попробуй сунуть нос в отдел игрушек! Я-то тебя насквозь вижу, дорогуша, тебя всегда туда тянет...

Тима действительно тянуло в тот отдел супермаркета, где продавались игрушки, но он мужественно прошел мимо, хоть это было ужасно трудно. Если бы отец видел, как Тим сжал зубы, как напряг все мускулы, как собрал силу воли, как переборол себя, то наверняка позволил бы ему в качестве небольшой компенсации купить журнал с комиксами о мишках-гамми.

Очень жаль, но отец об этом не знал! А Тим внезапно почувствовал: больше всего на свете ему хочется купить этот журнал. Почему? Потому что в двенадцатилетнем возрасте вспоминаешь героев любимых тобой прежде мультфильмов с легкой грустью, поскольку понимаешь, детство начинает расставаться с тобой... И его очень хочется задержать.

Тим любил смотреть истории про мишек- гамми, но это было год-два назад, когда он предпочитал сказки. Теперь ему больше нравилось смотреть по телевизору, например, автогонки.

Тим бросил задумчивый взгляд сквозь витрину магазина и остолбенел. Он зажмурился и быстро-быстро замотал головой. Потом открыл глаза – и едва не вскрикнул.

То, что он посчитал видением, не исчезло. Оно и не думало исчезать, потому что существовало реально.

Тим увидел на улице возле супермаркета живых мишек-гамми – всех шестерых. Они словно сошли со страниц журнала, который Тим держал в руках.

Он бросил взгляд на страницу и снова за окно. Мишки были и там, и тут. Они не сошли со страницы, на улице они появились самостоятельно.

– Так ты берешь журнал? – спросила кассирша, внимательно глядя на мальчика.

– Нет, мисс, – страшно волнуясь, пробормотал Тим. – Вот, возьмите, пожалуйста... – Он протянул журнал дрожащей рукой.

Тиму в голову пришла вдруг жуткая мысль: неважно, откуда взялись мишки-гамми в Нью-Йорке, наверняка, они появились, чтобы встретиться с ним, с Тимом!

Но в таком случае их нельзя упустить! Второго случая может и не представиться, ведь Нью-Йорк такой большой город, который, к тому же, плавно переходит в Филадельфию и так далее, вплоть до Вашингтона...

Тим, толкая перед собой тележку с купленными продуктами, пересек пространство между кассами и витриной и прижался к прохладному стеклу носом.

Его любимые мультперсонажи, как ни в чем не бывало, двигались по улице куда-то в сторону дома Джонсов. Тим принялся тихо считать:

– Один, два, три...

Он досчитал до шести. Все были на месте: Малыш, Толстяк, Ворчун, Солнышко и Бабушка, которая вела за руку Колдуна, уткнувшего нос в здоровенную книгу прямо на ходу.

Взаправдашние медведи-гамми, не подделка какая-нибудь, не маскарад! Мишки были похожи на кучу разноцветных мячей разной величины, которые, подпрыгивая, катились по улице.

Тим, не забыв тележку с продуктами, выбежал из магазина.

– Это невероятно! – сразу же закричал он. – Живые гамми?

Вся компания при возгласе Тима затормозила. Колдун нырнул головой в книгу, налетев на спину Бабушки.

Тим быстро догнал мишек, то и дело рискуя перевернуть коляску.

– Привет... – растерянно произнес он, глубоко дыша и чувствуя, что все слова и мысли предательски выветрились из его головы.

Ну-ка подумайте, какими словами лучше всего начать разговор, если случайно встретился на улице с любимыми мультперсонажами? Да еще, если ты всю жизнь представлял их рисованными, а они вдруг оказались живыми? То-то и оно, думать над приветственной речью можно долго, а Тиму нужно было сообразить за то время, пока он бежал от магазина до тротуара.

К тому же Тим был порядочно ошарашен. Ведь ему выпал шанс познакомиться с ожившими картинками.

От компании медведей отделились Малыш и Ворчун. Малыш с любопытством смотрел на мальчика, но молчал, зато Ворчун дернул за шапку, глубже насаживая ее на голову, и уверенно прогудел:

– Да, мы живые и, между прочим, очень даже здоровые!

Не слишком вежливо это у него получилось... Но Ворчун гордо выпятил грудь и сжал кулаки. Он готовился дать отпор, если бы этот незнакомый мальчишка, который внезапно бросился вдогонку, напал на них или стал бы дразнить.

Но мальчишка держался дружелюбно.

– Ворчун! – очень ласково проговорил Тим. – Живой Ворчун...

– Ну да, это я, – ответил хмурый медведь, – а дальше что?

Тим перевел дух и спросил о другом:

– Как вы оказались в этом районе?

– Странно, его не интересует, почему мы вообще в этом городе! – проворчал Ворчун.

– Как мы оказались в этом районе? –- переспросил Толстяк, который сделал шаг к Тиму. – Очень просто: мы заблудились! А кроме того, проголодались, – добавил Толстяк, выразительно глядя на тележку перед мальчиком.

– Ах, – кивнул тот. – На, возьми. – Тим протянул руку и выудил из кучи купленного гроздь бананов. – Ешь, мне не жалко!

Толстяк не очень-то смущался. Он бросил на мальчишку благодарный взгляд, что-то пробормотал и забрал бананы, с которыми расправился очень быстро.

Как только Толстяк прикончил последний банан, он облизнулся и вновь стал очень внимательно поглядывать то на тележку, то на Тима. Бедному медвежонку хотелось, чтобы мальчишка угостил его еще чем-нибудь, но попросить снова было стыдно. Толстяк пыхтел, желая, чтобы Тим сам догадался, но тот был занят разговором.

Тим слушал Малыша, который объяснял появление медведей именно на этой улице, именно в этот день и час.

– Нам сказали, что Нью-Йорк – большой город, и мы были готовы к этому, мы шли и шли, а улица была длинная, – говорил Малыш.

– Мы запаслись терпением, чтобы достичь центра! – добавил Ворчун.

Вперед вышла Солнышко и смущенно проговорила:

– А вообще-то, мы прибыли в Нью- Йорк, чтобы отдохнуть, и нам нужен кто- то, чтобы показал нам город.

Тим просиял. Ну разве не прав он был, когда подумал, что мишки-гамми появились здесь только для того, чтобы встретиться с ним?

– Отлично, я буду вашим проводником! – сказал Тим. – С чего начнем осмотр?

– А ты сам с чего предложишь? – спросил Ворчун.

– Ну... Ну... – Тим покосился на корзину на колесиках. – Давайте начнем с моего дома. Я там это оставлю... – Тим просто захлебывался от счастья. – А затем я отведу вас дальше, к станции, там подземка, мы попадем по ней в центр города...

– Извините, молодой человек... Но ведь мы так и не познакомились, – сказала Бабушка.

– Ой! – Тим округлил глаза. – Это я виноват, потому что я вас отлично всех знаю, вот у меня и сложилось мнение, что вы знаете, как меня зовут... Я – Тимоти, по фамилии Джонс.

– Тимоти по фамилии Джонс, – повторил Малыш. – Отлично сказано, я так и буду тебя звать, Тимоти по фамилии Джонс.

– Лучше зови меня Тимом, – сказал Тим. – И без фамилии, хорошо? Длинные имена оставим взрослым, они любят длинные слова...

– Очень приятно, Тим! – Малыш подпрыгнул. – Значит, у нас появился еще один друг, и его имя Тим! Тим, ты покажешь нам город?

– Я ведь уже сказал, что да, – ответил мальчишка. – Пойдемте все со мной!

И они всей шумной и разноцветной компанией направились к дому инспектора Джонса.

Часы на руке Тима показывали половину двенадцатого утра. На улице в такое время совершенно никого не было, Тим и мишки встретили лишь мистера Хлойда Сноу, который катил навстречу пустую корзинку – он возвращал ее обратно в магазин.

На голове соседа снова покачивалось сомбреро. «С такой шляпой не то, что солнце, с ней любой дождь не страшен», – подумал Тим.

– Хелло, мистер Тимми! – дядюшка Хлойд поднял руку в приветственном жесте. – Куда? Домой? Вы приобрели шесть радиоуправляемых игрушек, мистер Тимми?

Тим замедлил шаг и смутился. Тот, кто никогда в жизни не видел мультфильм о мишках-гамми, действительно мог принять их за Бог знает что. Неужели мистер Хлойд Сноу не видел знаменитый мультик?

– Хм... – произнес Тим, выразительно поглядывая на маленьких прыгающих друзей. – Это вовсе не...

Но стоило ли объяснять мистеру Таинственному Соседу, кто такие эти медведи, умеющие разговаривать на человеческом языке?

– Обзываться?.. – с угрозой в голосе прошипел Ворчун, грозно поглядывая на мистера Хлойда из-под низко насупленных бровей.

Тим, чтобы не дать разгореться ссоре, решил отплатить мистеру Хлойду той же монетой: спросить о чем-нибудь, все равно о чем, лишь бы вышло повоинственней!

– А вы уже скормили всю морковь? – выпалил Тим.

– Как? – не понял сосед. – Кому?

– Тому, кто у вас ее ест! – весело пояснил Тим. – Так вы уже скормили ее?

– Нет, – озадаченно ответил сосед. – У меня ее никто не ест!

– А кого вы прячете за темными стеклами в вашем доме? –. продолжал наступать Тим.

– Морковь... – донесся взволнованный шепот Толстяка. – Красная, сочная, свежая...

– А что, твои маленькие друзья едят морковь? – спросил мистер Хлойд, высматривая, кто из медведей сказал о красной и свежей моркови.

– И не только, – быстро проговорил Толстяк. – Мы и вас можем съесть, это точно.

Тим, озабоченный тем, чтобы мистер Хлойд не испугался слов Толстяка, быстро достал из своей тележки кокос.

– Лучше возьми это, – сказал мальчишка, протягивая кокос. – И не надо пугать прохожих!

Список продуктов, купленных Тимом, уменьшился еще на один пункт. Но не жадничать же было Тиму, если кто-то рядом с ним так хочет есть, что просто изнывает от голода!

А Толстяк, от волнения забыв поблагодарить нового знакомого, сразу занялся кокосом. Тим успел заметить, что медведь не знает, с какой стороны приступают к уничтожению этого продукта. Для того, чтобы не портить Толстяку радость познания мира, Тим решил не вмешиваться. К тому же он понял, что Толстяк, занятый кокосом, будет на определенное время выключен из жизни, а значит, не станет мешать.

Тем временем мистер Хлойд продолжал рассматривать соседского мальчишку и его странную компанию.

– Не хотите ли представиться, молодые люди? – спросил наконец мистер Хлойд.

– А мы - не люди, – покачал головой Малыш. – И тем более – не молодые.

– Нам не одна тысяча лет, – зловеще прошептал Ворчун и добавил, вытянув губы: – ...у-у-у-у-у!

– А кто вы? – поинтересовался мистер Хлойд и даже присел на корточки перед мишками.

– Мы – медведи! – сказал Ворчун.

– Мишки-гамми! – пискнула Солнышко. – Неужели вы не слышали о нас, мистер...

– Да, мистер, а как вас зовут? – спросил Малыш.

– Ох!.. – сосед хлопнул себя по лбу. – Ведь это я должен был первым начать. Конечно! Меня зовут Хлойд Сноу. Да!

– Очень приятно! – Солнышко сделала реверанс. – А меня – Солнышко.

– Малыш, – представился Малыш.

– Ворчун, – сказал медвежонок в шапке, надвинутой низко на глаза.

К мистеру Хлойду Сноу подошла Бабушка.

– Очень приятно, сударь, – сказала она. – Я – Бабушка, а это, – она обернулась и указала рукой, – Толстяк и Колдун... И напрасно от них ждать каких-то слов! Эй- ей-ей, – она сокрушенно покачала головой. – Оба они одинаково хороши – одного хлебом не корми, только дай сунуть нос в книгу, а другого... Другого...

– Другого как раз наоборот! – закончил Малыш. – Другого можно не заставлять читать, потому что все равно будет думать о еде.

– Да-да, – сказала Бабушка. – Толстяка нужно кормить с ночи до утра, а потом с утра до ночи... А книги от него нужно держать подальше, чтобы он их не хватал жирными пальцами, да! Так что пусть Колдун читает, а Толстяк ест, никакого толку от них все равно не будет...

Мистер Хлойд церемонно протянул каждому из новых знакомых руку и торжественно заметил:

– Вот и познакомились!

– Мммм, – неожиданно произнес Толстяк. – И все-таки, как насчет моркови?

– Ничего себе! – выпучил глаза Тим. – Как? Ты уже успел его съесть?

Это не укладывалось в голове. Толстяк стоял и лучезарно улыбался. При этом он довольно поглаживал себя по животу, показывая, как ему понравилось угощение. Он действительно уже уничтожил кокосовый орех, но как он это сделал, понять было нельзя. На земле, в том месте, где Толстяк возился с кокосом, не осталось даже скорлупки.

– Я съел! – гордо кивнул Толстяк. – Откровенно говоря, это была трудная работа, но, полагаю, мне удалось справиться с ней. Гм, гм... Так как насчет моркови, мистер?..

– Хлойд Сноу! – сказал странный сосед, удивленный воспитанностью прожорливого медвежонка.

– Толстяк, – наклонил голову аристократическим движением медвежонок. – Очень приятно, мистер Сноу. Так вот, мистер Сноу, будьте любезны рассказать, где вы там храните свою морковь и кому вы ее скармливаете.

Прежде чем ответить, мистер Хлойд Сноу обвел всех торжественным взглядом.

– Итак, вас всех интересует тайна моего дома! – сказал мистер. – Кто-то хочет знать о судьбе моркови, кто-то спрашивает, что творится за затемненными стеклами... Но все сводится к тому, что вам, как я понимаю, просто стоит побывать у меня!

– Тайна его дома, – прошептала Солнышко. – Как интересно. Я очень хочу побывать у вас, мистер Хлойд! Скажите, а когда это можно будет сделать?

– И мы хотим! – добавил Малыш.

– А я в первую очередь! – облизнулся Толстяк. – Когда мы пойдем к вам?

– Через несколько минут, друзья мои, всего через несколько минут. Сейчас я откачу эту тележку в магазин, и тогда...

– Тайна! – со значением повторила Солнышко. – Я их обожаю!

– Если только они не вредят здоровью, –- назидательно ответила Бабушка.

– Моя тайна не страшна, – сказал мистер Хлойд. – Я просто расскажу и даже покажу, для чего мне нужна эта морковь! И еще могу вас заинтриговать. Тимми подтвердит, что мне недавно привезли целый грузовик угля... Тимми, было такое?

– Да, – кивнул мальчишка. – Только не понимаю....

Он в самом деле не понимал. Ну, привезли машину угля соседу, ну и что? Наверное, для камина, что в этом такого?

– Зачем мне понадобилась целая машина угля? – спросил мистер Хлойд Сноу. – Я ее за неделю использовал... Нет, не отвечайте сейчас, не нужно гадать! Вы обо всем узнаете, побывав у меня дома. Я вас всех приглашаю к себе! Хотите посмотреть, чем я занимаюсь?.. – И поскольку все затаили дыхание, он продолжил, словно диктор, читающий рекламный анонс фильма ужасов: – Один, в пустом доме, за темными стеклами. А вокруг лежат кучи моркови... И кучи угля...

– Ой, – снова сказала Солнышко. Ей теперь стало страшно.

– Мистер Сноу, вы должны гарантировать, что ваши тайны не вредят здоровью, – твердо потребовала Бабушка. – Сейчас же обещайте мне!

Хлойд Сноу задумался. Он не хотел разгонять туман таинственности, который только что сам напустил, но ему нужно было успокоить пугливых.

– Дамам я гарантирую полную безопасность! – дрожащим голосом объявил Хлойд Сноу. – Ну что, друзья, желаете сходить в гости?

– Желаем, – ответил за всех медведей Толстяк и облизнулся.

– Желаем, – кивнул Тим.

Мистер Хлойд Сноу расправил плечи.

– Отлично! – сказал он. – В таком случае, Тимми, пока я вернусь, тебе нужно будет кое-что сделать, – мистер Хлойд Сноу посмотрел на Тима очень и очень пристально. Мальчишка даже вздрогнул от этого ошарашивающего взгляда, который прожег его.

Тим поспешно сглотнул.

– И что мне надо сделать, мистер... э-э-э... Хлойд Сноу? – голос мальчишки был сдавлен, как кролик в объятиях удава, и прозвучал очень жалобно, по-девчоночьи.

– Пока я вернусь, Тимми, запасись теплыми вещами: шубой, шарфом... – распорядился сосед. – Тебе понадобится зимняя одежда!

Тим изумился, вокруг такая жара, что хочется вывернуться наизнанку, высунуть язык ниже подбородка, а тут нужны зимние шмотки. Зачем? Настоящая зима была очень давно... А недавно был переезд в новый дом, после такого события трудно найти что-то из вещей.

– А если нет? – спросил Тим.

Взрослый собеседник пожал плечами.

– Ты сам пожалеешь, парень, – сказал он вроде бы равнодушно.

– А нам? – влез Малыш. – Нам тоже надо?..

– Вам не надо, – сказал мистер Хлойд. – Вы и так тепло одеты!.. Ну, так как, договорились?

– Хорошо, мистер Хлойд, – процедил сквозь зубы Тим. – Я согласен, я возьму одежду, а потом мы все осмотрим ваш дом.

«Он всего лишь ненормальный, – мелькнуло в голове у Тима. – Мистер Хлойд Сноу ненормальный и поэтому с ним нужно во всем соглашаться. Это же так просто!»

– Давай, Тимми! – прокричал Малыш. – Спеши, а мы пока тебя все здесь подождем! Давай быстрей!

«Похоже, они ничего не понимают!» Тим кивнул и отправился домой. «Ладно, – сказал он себе по дороге. – Посмотрим, что из всего этого выйдет. Это даже интересно – сумасшедший сосед! Ну, конечно, а какой же еще, если у него такой взгляд. Человек с таким взглядом может быть лишь сумасшедшим и никем иным.»

Глава 3

Таинственный дом мистера Хлойда

Мистер Хлойд направился к супермаркету, а компания мишек во главе с Тимом – в обратную сторону, к домам Джонсов и их Таинственного Соседа.

– Ух ты! – воскликнул Малыш, увидев белое здание с аккуратными ставнями на окнах. – Тим! Значит, здесь ты и живешь?

– Да, – ответил Тим, гордясь. – Мы с отцом недавно приобрели этот дом.

– Значит, вы купили его?

– Да, – кивнул Тим, гордясь еще больше.

– А где же твоя часть дома? – спросил Малыш.

– Какая такая моя часть? – не понял Тим.

– Ну, твоя, – повторил Малыш. – Неужели непонятно? Если вы с отцом купили дом, значит, в нем должна быть твоя часть!

Тим смутился.

– Понимаешь... – начал он, но Малыш уже забыл разговор о доме и во все глаза рассматривал маленький голубой бассейн.

– А здесь ты купаешься? – поинтересовался медвежонок.

– Угу, – ответил Тим и затараторил: – Купаюсь – не то слово, я просто из воды не вылезаю: ведь такая жара! Это сегодня я в магазин пошел...

– А где же она? – перебил Малыш.

– Кто?

Вода! В бассейне нет воды!

И снова Тим был смущен.

– Это отец, – вздохнул он. – Перед тем, как уйти на работу, он выпустил всю воду из бассейна.

– Для чего?

– Он боится, чтобы я не утонул!

Малыш промолчал, а Тим подумал: «Давно пора сделать так, чтобы отец доверял ему больше, чем доверяет сейчас. Чтобы не было досадных недоразумений, как с этой водой. Но как добиться доверия отца? Надо показать себя самостоятельным, взрослым...»

– Малыш, вы подождите меня здесь, хорошо? – торопливо проговорил он. – Или там, на той стороне... Смотри! Вон он, дом мистера Хлойда Сноу!

Медвежонок бросил взгляд через улицу.

– Стало быть, это и есть тот самый дом, – задумчиво повторил Малыш. – Дом как дом... Смотри ты, там тоже есть бассейн, ура! И он полон воды! Ладно, Тимоти по фамилии Джонс, – заторопился Малыш. –I Иди за тем, что тебе надо, а мы будем там, – медвежонок указал лапой на дом и бассейн. – Мы будем на участке мистера Сноу.

Мишки попрыгали через дорогу. Тим, вздыхая, затолкал коляску с продуктами на веранду по специально предусмотренному въезду, который называется пандусом. На кухне он выгрузил покупки, а затем отправился искать теплую одежду.

– Шубка, шапка, – бормотал Тим, рассматривая шкафы и картонные коробки, которые они с отцом еще не успели распаковать. – Шубка, шапка... – Он не заметил, как стал повышать голос и вскоре перешел на крик: – Шубка, шапка!!!

Понятное дело, Тим был весьма озадачен просьбой мистера Хлойда Сноу. Неужели мистер Хлойд – сумасшедший? Тим зажал рот рукой: что, если все это не так, а... гораздо хуже?

– Быть может, он даже маньяк, – прошептал Тим.

«А почему бы и нет, – подумал мальчишка. – Почему такого не может быть?»

Во всяком случае, надо все рассказать отцу. Или он, Тим, справится сам? Он проверит, является ли мистер Хлойд Сноу маньяком.

Тим стал вспоминать свои прежние встречи с соседом. Правда, их, таких встреч, было не слишком много. Тима и раньше пугало в соседе многое, или по крайней мере настораживало. На первом месте стоял, конечно, ошарашивающий, дикий взгляд. Потом – затемненные окна, выглядевшие, словно черные очки на лице шпиона...

Эти впечатления сохранились в памяти Тима еще с тех пор, когда они с мистером Хлойдом не были знакомы. А сегодня, после знакомства, к старым впечатлениям добавились новые – и какие!

Это странное сомбреро на голове.

Эта странная манера разговаривать.

Эти странные рассказы о морковных и угольных кучах, которые будто бы лежат где-то в его доме.

Эта странная просьба захватить с собой зимнюю одежду.

Тим решил: хватит бояться. Он отправится вместе с мишками к мистеру Хлойду Сноу и выведет его на чистую воду. Вот так.

Тим остановился у большого зеркала в спальне и гордо выпятил грудь.

– Мистер Хлойд Сноу! – проговорил он, грозно щурясь на свое отражение. – Вы думаете, что втерлись в доверие? Вы думаете, мы вас не опасаемся? Думаете, мы от вас без ума? А попробуйте, например, ответить на такой вопрос, мистер Хлойд Сноу... О, это очень маленький, но весьма заковыристый вопросик! Что, скажите, является в вашем имени именем, а что – фамилией? Хлойд – имя, Сноу – фамилия? Или наоборот?!

Отражение подмигнуло Тиму. Такой вопрос неминуемо должен был припереть к стенке страшного и таинственного обитателя дома напротив, мистера Хлойда Сноу, лишить его твердой почвы под ногами и наполнить его душу смятением. Это был прекрасный вопрос, вполне достойный сына знаменитого полицейского инспектора.

– Итак, я начинаю свою игру, мистер Сноу! – торжественно произнес Тим. – Еще посмотрим, кто кого!

Он посмотрел в окно. Мишки-гамми, как ни в чем не бывало, резвились перед домом мистера Сноу, бултыхались в бассейне. Они, похоже, вовсе не испугались мистера Хлойда, а просто обрадовались новому знакомству и новому способу поразвлечься.

Тим решил не поддаваться своему страху. Как бы там ни было, он сделает то, о чем просил мистер Хлойд Сноу, а потом понаблюдает. Если что, у него будет мощная поддержка в лице мишек-гамми, которые, как он помнил из мультфильмов, друзей никогда в обиду не дают.

Порвав несколько коробок, Тим, наконец, нашел куртку «Аляска», длинный полосатый шарф, лыжную шапочку. Сунув все это под мышку, он поспешил назад.

И еще один предмет Тим обнаружил в картонной коробке и захватил с собой. Это была книга, которая, по его мнению, должна была очень помочь мишкам-гамми в путешествии.

На кухне его взгляд упал на магазинную тележку. Тим решил, что ничего страшного не будет, если она постоит тут до вечера или даже до завтрашнего дня. Потом он обязательно закатит ее в магазин.

Если, конечно, с ним самим до того времени ничего не случится.

Пока Тим размышлял дома над таинственной сущностью мистера Сегодняшнего Знакомого, мишки-гамми время даром не теряли. В конце концов, у них ведь был отпуск!

Расположившись на лужайке перед домом мистера Хлойда Сноу, они начали отдыхать – кто как.

Солнышко, как всегда в последнее время, воспитывала Ворчуна.

– На твоем месте я бы не злилась, – говорила Солнышко. – Мы отправились в путешествие и уже не только попали в первый выбранный нами пункт, но и сделали первую остановку! По-моему, прекрасное место, а город мы еще успеем посмотреть!

– Здесь жарко, очень жарко, – упрямо повторял Ворчун. – Это плохо, очень плохо.

Солнышко просияла хитрой улыбкой и подошла на несколько шагов ближе к бассейну.

– Иди сюда, – позвала она Ворчуна. – Здесь тоже жарко?

Ворчун приблизился.

– Да! – сказал он, едва не плача. – Какой ужас... – Из-под его шапки текли маленькие струйки соленого медвежьего пота.

– А здесь? – спросила Солнышко, становясь на самый край бассейна.

Ворчун осторожно подошел ближе.

– Да! – его глаза упрямо сверкнули, в них отразились солнечные лучи. – Это место напоминает знаешь что? Центр сковородки!

Солнышко перевела дух и...

– А там?! – воскликнула она, изо всех сил толкая Ворчуна в бассейн. – Там как?

Ворчун беспомощно взмахнул лапами и плюхнулся в прозрачную голубую воду.

– Спасите!!! – закричал он. – Тону!!!

– Вот зануда, – вздохнула Солнышко и тоже прыгнула в бассейн. – Знаешь, что надо сделать, чтобы не утонуть? – спросила она в воде.

Ворчун отчаянно молотил всеми четырьмя лапами, поднимая вокруг себя настоящий шторм и осыпая брызгами Солнышко, а также Колдуна, который недалеко от бассейна читал под кустом свою Книгу.

– Что? – отплевываясь, спросил Ворчун.

– Вытяни ноги и стань на них! – крикнула Солнышко что есть силы.

Ворчун так и сделал. Вода, как оказалось, доходила ему до пояса.

...Колдун, получив от Ворчуна добрых полведра брызг на себя и столько же – на Книгу, обиженно забормотал:

– Дуралеи! Мокрая Книга теряет силу...

– А мокрый Колдун? – рассмеялась Бабушка, которая присела рядом. – И потом, зачем нам нужна Волшебная Книга, даже сухая, если ты никак не можешь найти нужное заклинание? Неужели для каждого случая ты будешь перечитывать всю Книгу от начала до конца?

Колдун обиженно запыхтел и ничего не ответил. Вместо этого он еще внимательнее стал просматривать строку за строкой.

...А Малыш гулял по проезжей части. Бабушка этого не видела, потому что Малыша скрывали кусты. По краю тротуара, словно боковой футбольный судья, бегал Толстяк и жутко волновался за приятеля.

– Ну, скажи, скажи, зачем ты это делаешь? – спрашивал Толстяк.

– Потому что все всегда и всюду утверждают, будто маленькие не должны играть на проезжей части! – ответил Малыш. – Только поэтому!

– Но ведь это правда! – кричал Толстяк. – А что думаешь ты?

– Я думаю, все зависит от игры! – кричал Малыш. – На свете существуют игры, в которые поиграешь только на проезжей части... А если в другом месте, то как же в них играть?

На улице как раз показался автомобиль.

– Вот посмотри, – воскликнул Малыш. – Одна из таких игр, кажется, сейчас начнется...

Толстяк засуетился.

– Это скверная игра! – в ужасе закричал он.

– Это знаменитая гамми-игра, – спокойно крутил головой Малыш. – Она не для слабонервных... – И он нахально плюхнулся на асфальт.

Машина приближалась, и ее скорость была достаточной для того, чтобы Малыш улепетывал во все лопатки, но медвежонок и не думал этого делать. Он сидел на прежнем месте, прямо посередине проезжей полосы.

Водитель за рулем машины протер глаза, он заметил впереди кем-то выброшенную на проезжую часть плюшевую игрушку – медвежонка или собачку. Ну да, это была чья-то игрушка, можно было не волноваться... Маленький плюшевый мишка. Водитель не стал притормаживать, а лишь немного повернул руль так, чтобы игрушка проскочила между колесами, под днищем.

И тут Малыш поднялся на ноги.

– Ты что? – ужасно громко закричал Толстяк. – Беги! Спасайся!

...Когда до машины оставалась примерно сотня футов, Малыш быстро выхватил из кармана бутылочку с гамми-соком и отпил глоток.

Водитель вытаращил глаза от ужаса – медвежонок вдруг вскочил, поднес лапу ко рту, запрокинул голову. Он оказался живым! Автомобиль пронзительно засигналил, водитель ударил по тормозам... Но машина была слишком близко от Малыша и не могла остановиться. Да только Малыш не стал ждать, когда машина его собьет. Он сунул бутылочку в карман и резко оттолкнулся от земли ногами.

Волшебная сила гамми-сока подбросила его высоко в воздух.

– Оп-па! – воскликнул Малыш. – Это было замечательно!

Пока медвежонок находился в воздухе, автомобиль пронесся дальше. Под ногами Малыша мелькнули капот, крыша, багажник, а полет все продолжался... Наконец озорник плавно полетел к земле.

– Вот так гамми-игра! – крикнул Малыш, разыскивая взглядом Толстяка. – Эй, где ты, трусишка?

Приятеля нигде не было, и Малыш озадаченно пожал плечами. Но тут он увидел Бабушку, Ворчуна и Толстяка, спешащих к нему с гневно нахмуренными лицами, которые не предвещали ничего хорошего.

– Прекрасная игра, – пробормотал Малыш, пускаясь наутек. – Ох, какая прекрасная... Ох! – Ворчун в два прыжка настиг его и схватил за штаны. Малыш затрепыхался в воздухе в ожидании первого шлепка и философски заметил: – Нет, девочки и мальчики, никогда не делайте, как я!

Малыш принял наказание мужественно, а в конце пообещал никогда больше в такие игры не играть. Ему поверили и даже оставили при нем бутылочку с гамми-соком.

Тут раздался голос:

– Эй! Мишки! Ми-ишки-и!

– Это Тим, – сказал Малыш. – Он возвращается.

И правда, это был Тим. А кто же еще, если все ребята в этом районе разъехались по летним лагерям?

Тим тащил под мышкой сверток с полосатым хвостом. Это была куртка с почти выпавшим из нее шарфом. Мальчишка с победным видом размахивал книжкой в блестящем мягком переплете, которую держал в свободной руке.

У Толстяка мгновенно загорелись глаза, но когда он увидел, что вещи под мышкой и в руке Тима несъедобны, то мигом потерял всякий интерес. Остальные, за исключением читавшего Колдуна, обступили мальчугана.

– Что это? – спросил Малыш, показав на сверток.

– Это все вместе: куртка, шапка, шарф, – ответил Тим. – Правда, я так и не понял, зачем они. Ой! – Тим нагнулся и поднял шарф, который, наконец, целиком выпал из куртки. – Ворчун, так это ты! Ты почему наступил на мой шарф?

Ворчун смущенно убрал ногу.

– Разве это шарф? – удивился он. – Извини, я подумал, что ты держишь под мышкой какую-то ящерицу с разноцветным хвостом! – Ворчун с виноватым видом развел руками. – Я наступил ей на хвост – и вот, пожалуйста, она его отбросила!

– Кто? – не понял Тим. – Кого отбросила?

– Ящерица! – деловито пояснил Ворчун. – Свой хвост!

Все заулыбались, включая Тима, который подобрал шарф и сунул его внутрь куртки.

– А это что? – Малыш протянул лапу к книжке.

– A-а, это! – воскликнул Тим. – Это я взял у отца! Отличная книжка!

Малыш взял ее у Тима и прочитал:

– «Тысяча и один способ обучения скорочтению»... Зачем это?

– Это для Колдуна, – объяснил Тим. – Чтобы он быстрее искал забытые заклинания!

– Прекрасно! – воскликнула Солнышко и хлопнула в ладоши. – Скорочтение, высший класс!

Но Малыш сморщил нос:

– Сомневаюсь, что это подойдет!

– Но почему? – удивился Тим. – Это же от чистого сердца!

– Нет! – с жаром возразил Малыш. – Спасибо, Тимми, нет вопросов... Только, знаешь, возьми эту книжку назад. – Он оглянулся на Колдуна, сидящего под кустом, и добавил потише: – Ее даже не стоит показывать.

– Да почему? – набросились на Малыша со всех сторон.

– Поясни, – сказал Тим.

Малыш обвел всех взглядом, а затем потряс учебником скорочтения.

– Потому что Колдун сперва должен будет прочитать ее, эту твою книжку, Тимми! Ты представляешь, сколько времени это у него займет?

Мистер Хлойд появился, когда все, включая Тима, успели по разу окунуться в бассейне и обсохнуть после этого.

– Друзья мои! – сказал мистер Хлойд. – Вы здесь? Да! Вы меня заждались? Неужели!

Малыш хотел сказать, что, мол, не беда, и все такое. Но Тим отстранил его и со значением ответил:

– Совершенно верно, мистер Хлойд!

Сосед опешил:

– Что ты имеешь в виду, Тимми?

Тим смотрел так, словно хотел тут же, не сходя с места, вывести мистера Хлойда на чистую воду.

– Мы вас заждались, – многозначительно произнес мальчишка. – А вы – опаздываете. Что же вас задержало, мистер Сноу или как вас там?

– Да ерунда! – махнул рукой мистер Хлойд, не обращая внимания на концовку вопроса. – Просто разговорился с той мисс, которая сидит в кассе. Она мне рассказывала, по какому графику завозят в их магазин морковь...

«Опять морковь», – мелькнуло в голове Тима.

– А ты, Тимми, запасся тем, чем я просил? – осведомился мистер Хлойд.

«А он неплохо держится», – отметил про себя Тим и молча показал куртку, шарф и шапку:

– Вот!

Мистер Хлойд кивнул с удовлетворенным видом.

– Что же, все здесь, и все готовы! Тогда пойдемте! – Тут его взгляд остановился на читающем Колдуне. – А этот приятель с нами?

– С нами! – ответил Малыш. – Просто он так увлекается чтением, что его всегда надо возвращать к жизни. Сам он не умеет. Погодите минутку...

Малыш подкрался к Колдуну, тихо опустился возле него на колени и просунул обе ладони под Книгу.

В следующее мгновение бедный Колдун вздрогнул, потому что Книга, как ему показалось, сама собой поднялась и тихо поплыла над травой...

– Ой! – воскликнул Колдун и вытаращил глаза так, что они стали больше стекол его очков. – Что это?

– Это Волшебная Книга, которая умеет летать! – дрожащим и очень страшным голосом объявил Малыш под общий смех.

И правда, Книга летела!

Колдун вскочил.

– Ах, так это ты, маленький проказник! Это твои штучки?!

– Отлично! – Малыш захлопнул Книгу и протянул ее Колдуну. – Вот это от тебя и требовалось, чтобы ты, наконец, поднялся. Держи, и пойдем!

Колдун взял Книгу, но вдруг подпрыгнул на месте и испустил вопль.

– Но страница! – кричал он. – Как я теперь найду страницу?

– Вот ужас-то, он вновь станет читать с самого начала, – всерьез испугался Толстяк.

– Ты найдешь ее запросто! – торжественно произнес Малыш и поднял вверх палец: – Ее номер сто восемьдесят шесть, запомни!

У всех вырвался вздох облегчения, а Бабушка, взяв Колдуна за руку, сказала ему:

– Хватит, пойдем. Сколько можно ждать?

...Мистер Хлойд извинился перед гостями и сказал, что пойдет первым.

«Так, так», – подумал Тим, – вот оно, начинается. Он пойдет и все подготовит».

Но Тим решил принять первый удар на себя. Остановив шустрого Малыша, бросившегося было к мистеру Хлойду, мальчик твердо сказал ему:

– Вслед за Хлойдом пойду я. Ты – только за мной. – Что-то такое было в его тоне, что заставило Малыша не спорить.

– Хорошо, – прошептал Малыш и, оглянувшись, с таинственным видом обратился к Толстяку:

– Я иду за Тимом. Ты – только за мной. Передай дальше!

Толстяк, сбитый с толку серьезностью этого приказа, тотчас посмотрел назад и повторил сказанное Колдуну, тот – Бабушке, а Бабушка – Солнышку.

– Ой! – только и пискнула Солнышко, округлив глаза.

– А девчонок я бы вообще не брал, – важно заявил Малыш.

Солнышко обиженно засопела и спряталась за Бабушкину спину.

Мистер Хлойд не слышал этих перешептываний, поскольку возился с замком. Но вот непослушный ключ повернулся, и мистер Хлойд вздохнул с облегчением.

– Прошу за мной! – сказал он и растворился в темном прямоугольнике дверного проема.

Тим собрал в кулак все свое мужество сына знаменитого инспектора полиции и шагнул следом.

И тотчас на него что-то обрушилось.

– Извини, Тимми, – прозвучал в темноте виноватый голос мистера Хлойда. – У меня тут такой беспорядок...

В то же мгновение вспыхнул свет, и Тим понял, что удар ему нанесла швабра, которая валялась на полу и на которую он наступил.

– Ты не ушибся, приятель? – захихикал Малыш за спиной Тима, но, поймав обиженный взгляд мальчишки, замолк.

– Тим, у тебя там дыра или шишка? – пробасил Толстяк, который в этот момент стоял на пороге и тоже попытался засмеяться. Но Ворчун дал ему сзади такого тумака, что Толстяк потерял охоту подражать Малышу.

– Шевелись, – сказал Ворчун, – за тобой очередь!

Мишки-гамми один за другим, словно играя в паровозик, вошли в дом. Солнышко, которая замыкала шествие, прикрыла за собой дверь.

– Нечего смеяться, – сказала она, – это так обидно. Тимми, не плачь... – Она подошла к мальчику и погладила его по голове.

Тим не плакал. Он изо всех сил зажмурил глаза, чтобы из них высыпалось поменьше искр. «Ничего, все нормально, голова цела, а это главное», – думал Тим.

Мишки-гамми обступили мальчишку. Мистер Хлойд убрал злополучную швабру. Огромной мексиканской шляпы на нем уже не было.

– Я как раз мыл пол, – взволнованно объяснял он, – и мне в голову пришла мысль. Какая? Не пополнить ли запасы моркови! Я пошел наверх и не увидел ничего! И как раз в магазин привезли новую партию... И что? Там я познакомился с соседским мальчиком!

Слушать мистера Хлойда было такое мучение! Тим поморщился и переложил сверток куртка-шапка-шарф под мышку другой руки.

– Пойдемте, мистер Хлойд! Где тут ваши кучи угля и моркови? – спросил Тим. – Да не обижаюсь я из-за этой швабры... Наоборот! – Тим вздохнул и неожиданно предложил: – А хотите, мы поможем вам убраться в доме?!

– Я... Я... Что же, буду очень благодарен! – растерялся мистер Хлойд Сноу.

– Уррра! – закричал Малыш, энергия которого давно искала выхода. – Уборка! Вперед!

К хозяину особняка подошла Бабушка.

– Мы с удовольствием поможем вам, мы это умеем... Вы только скажите, что делать?

– Хорошо... – вконец растерялся мистер Хлойд. – Надо вымыть до конца пол, стереть пыль, снести в чулан старые вещи...

– Понятно, – сказала Бабушка и обвела взглядом остальных мишек. – Ну, что же, причина, я думаю, уважительная! – добавила она.

– О чем разговор! – отозвался Малыш и хитро посмотрел на Тима.

«Сейчас что-то произойдет», – подумал мальчик.

Так и случилось. Малыш вытащил бутылочку с гамми-соком и отпил глоток. Остальные быстро последовали его примеру.

– Готово! – улыбнулся Малыш.

Их сразу будто включили в розетку. У всех загорелись глаза, сжались кулаки, а на мордашках появились деловые улыбки. Мишки вздохнули и расправили плечи.

– Теперь мы все сделаем в десять раз быстрее! – объяснил Малыш и подпрыгнул до потолка.

Через минуту работа кипела. Малыш и Толстяк таскали вещи, Бабушка и Солнышко вытирали пыль, а Ворчун, всех удивив, вымыл совершенно самостоятельно весь пол на первом этаже.

Тим и мистер Хлойд помогали мишкам, как могли, но частенько за ними не успевали. А вот от Колдуна было мало проку, поскольку он при каждой возможности все норовил заглянуть в Книгу. В конце концов его усадили на диване, строго наказав хотя бы не мешать. Радостный Колдун сразу же бросился искать сто восемьдесят шестую страницу... Наблюдательный Тим пришел к выводу, что из-за действия гамми-сока Колдун переворачивает страницы раза в полтора быстрее.

– А на втором этаже убирать? – воскликнул Толстяк, притормозив перед широкой деревянной лестницей, ведущей наверх.

Мистер Хлойд преградил Толстяку путь и довольно твердо сказал:

– Спасибо, но не нужно...

Ох, как не понравился его ответ Тиму! А ведь он, Тим, уже стал забывать о своих подозрениях. Он уже почти поверил, что мистер Хлойд – просто чудаковатый сосед...

Но почему этот сосед преградил путь на второй этаж? Чего испугался?

Он обещал показать дом, но показывает не все.

Что он прячет?

– Мистер Хлойд, а почему у вас так темно? – вдруг спросил Тим.

Неожиданно после этого вопроса наступила тишина. Мишки-гамми еще секунду назад крутились, как маленькие моторчики, теперь же все остановились и посмотрели на мальчика.

– Я что-то не так сказал? – улыбнулся Тим. – Я просто спросил, почему в доме мистера Хлойда днем темно, словно ночью! Посмотрите, мы зажгли электрический свет, но за окном светит солнце! Не проще ли открыть настежь окна? Если бы здесь не было темно, я бы не разбил лоб! – он дотронулся до бугра над правым глазом.

Мистер Хлойд сделал шаг вперед и ответил:

– Да-да, Тимми. Ты вправе об этом спросить... Тут нет ничего такого. Дело в том, что излишний солнечный свет... э-э-э... вреден для этого дома...

Тим вздрогнул. Перед его взором сразу пронеслось множество книжек, фильмов и просто жутких историй о вампирах и всякой прочей нечисти, которая боится солнечного света.

– Неужели... – подумал Тим и похолодел. Он вспомнил свои рассуждения в пустом доме отца. Тогда он предполагал, будто мистер Хлойд – маньяк. Как наивны были эти рассуждения!

И еще Тим вспомнил – на улице Мистер Хлойд носил мексиканскую шляпу с широкими полями. Она надежно закрывала лицо от солнца!

Чувствуя, как по спине стекает холодный пот, Тим посмотрел по сторонам. Недалеко от себя он увидел окно, прикрытое занавеской. В тот же миг Тим понял, как надо поступить.

Он осторожно сделал шаг к окну.

Пауза затягивалась. Все продолжали смотреть на него. Мишки-гамми бросали недоуменные взгляды, но Тим этому не удивлялся – мишки просто ничего не понимали.

А вот мистер Хлойд с какой стати поднял брови? Почему тоже округлил глаза? Неужели и он удивлен? Неужели думает обвести Тима вокруг пальца? И почему мистер Хлойд не пробует его остановить?

Тим сделал очередной шаг к окну.

Он замер у самого окна и, подняв руку, зажал край занавески в кулаке.

– Что ты хочешь делать, Тимми? – улыбнулся хозяин особняка.

Мальчика испугала эта улыбка.

– Мистер Хлойд, – медленно проговорил он, – оставайтесь на месте. Сейчас на вас упадет луч солнечного света, и мы посмотрим, что с вами станет!

– Ти-и-имми! – изумленно протянул Малыш. – Что ты задумал? Что с тобой?

– Тимми, это на тебя не похоже! – воскликнула Солнышко. Хозяин особняка в этот момент сделал какое-то движение, и Тим, боясь, как бы его ничто не остановило, отдернул занавеску.

Но солнечный свет не проник внутрь дома!

Тим уставился на окно. Почему?..

Через секунду Тим с досадой стукнул себя по лбу, прямо по шишке – как он мог забыть, что стекла на окнах дома мистера Хлойда затемнены!

Куртка-шапка-шарф вылетели из-под руки и развернулись на полу. Тим не стал их поднимать.

– Погоди, – сказал мистер Хлойд и направился к мальчику. – Погоди-ка, Тим, я тебе помогу...

– А-а-а-а! – закричал тот. – Не надо! Только не надо мне помогать!!!

Тим вскочил на подоконник и дернул верхнюю задвижку. Затем соскочил на пол и толкнул вверх нижнюю. А потом резко ударил по оконной раме...

Мистер Хлойд находился уже совсем рядом. Тим открыл окно перед самым его носом.

И широкая полоса солнечного света упала на мистера Хлойда!

Хозяин особняка зажмурился, словно крот, извлеченный из норы.

И только. Сверх этого ничего не произошло.

А у Тима закружилась голова, и он осел на пол.

– И часто это с тобой бывает, Тимми? – озадаченно поинтересовался мистер Хлойд Сноу. – Я начинаю бояться разговора с твоим отцом.

Тим лежал на диване, на том самом, где недавно читал книгу Колдун. Теперь Колдун стоял за спинкой дивана и вовсю подмигивал Тиму, как и остальные мишки-гамми.

– Что с тобой Тимми? Что случилось? – сыпались на него вопросы.

Тим лежал молча. Что он мог ответить? (Я ждал, что от вас пойдет дым, мистер Хлойд или как вас там... Да-да, именно – от вас и именно – дым! А после этого я ждал, что вы растаете... вы скрутитесь в трубочку... вы расползетесь по швам...)

– Простите, мистер Хлойд, – слабо улыбнулся Тим. – Не понимаю, что на меня нашло.

– Это я виноват, – вздохнул чудаковатый (именно чудаковатый и никакой другой, в этом Тим был теперь уверен) сосед. – Все та проклятая швабра... Знаете что? Мы сейчас же пойдем на второй этаж!

Поднялся шум.

– Да-да, пойдем! – сказал мистер Хлойд. – Второй этаж вам показался особенно темным и таинственным? Ха-ха! Я не я, если это не так! Я вам там покажу такое... – Он хитро посмотрел на мишек и мальчика, лежащего на диване. – Поднимайся, Тимми, пришла пора тебе напялить все, что ты принес с собой.

Тиму было очень жарко, он хотел попросить воды, а тут ему говорят: одевайся, мол, в зимнее. С ума сойти!

Жара особенно усилилась после того, как Тим распахнул окно. Было такое впечатление, что он открыл кран с горячей водой, да что с горячей, с настоящим кипятком, и этот кипяток наполнил весь дом до краев.

Тим осторожно поднялся. Он был в порядке. Его все ждали.

– Ладно, оденешься на втором этаже! – рассмеялся мистер Хлойд, глядя на напряженное лицо гостя.

Пока поднимались по лестнице, мишки- гамми молчания не хранили, но разговаривали как-то приглушенно, словно в музее.

Мистер Хлойд остановился перед железной дверью, усыпанной заклепками. Дверь имела посередине штурвал, как у банковских сейфов.

– Что это? – спросил Тим.

– Это та самая дверь, за которой находится решение всех вопросов!

Мистер Хлойд не стал отпирать замок, которого в двери не было. Он просто повернул штурвал.

– Тимми! Ты оделся?

– Что, уже пора?.. – Тим набросил на себя куртку, быстро обмотал шею шарфом и напялил шапку. – Ну, вот, мистер Хлойд, я готов!

Тим заметил на мистере Хлойде Сноу теплый свитер и короткую куртку. И когда тот успел переодеться? Видимо, пока Тим лежал на диване.

– Ну-ка, застегни молнию до горла! – скомандовал мистер Хлойд и потянул на себя дверь. – А теперь всех прошу в мою мастерскую!

Край двери тяжело проплыл мимо Тима, и мальчик смело шагнул в проем, откуда веяло холодом.

Глава 4

Зима в летнее время

Когда мистер Хлойд присоединился к гостям и закрыл за собой дверь (которая глухо сказала «бумм»), на него с разных сторон смотрели семь пар совершенно круглых глаз.

Гости были изумлены и сбиты с толку, потому что в мастерской царила настоящая зима, а под ногами лежал снег, которым был укрыт весь пол помещения.

Но мало того – в мастерской стояли снеговики, много снеговиков. Тим принялся считать, но после трех десятков сбился.

Он присмотрелся. Во всем, что касалось внешности, снеговики были самыми обыкновенными. Такими их лепят дети, если стоит подходящая зима, такие фигуры лепил когда-то и сам Тим. Два-три-четыре снежных шара, поставленных один на один, самый верхний изображает голову, угольки вместо глаз, морковка вместо носа... Пара маленьких снежных комьев, прилепленных к низу самого большого шара, изображает ноги, словно обутые в большие клоунские башмаки. Руками служат кривые ветки деревьев. У нескольких снеговиков на головах были ведра, у одного – абажур от торшера...

Так вот для чего нужна была морковь, понял Тим. Не осталось у него сомнений и относительно угля, о котором говорил мистер Хлойд.

И все-таки, что-то в этих снеговиках было. Может быть, не в самих снеговиках, а в их количестве или в том, как они были расставлены. Что-то такое, что Тиму совсем не нравилось. Что-то зловещее.

Тим хмурился, а в голове у него плясали мысли одна страшнее другой. Самая настойчивая утверждала, будто мистер Хлойд – сумасшедший. Вот сейчас он свистнет, говорила мысль, а может быть, подаст другую команду – и снеговики оживут, задвигаются, замашут своими руками- ветками, а потом нападут всем скопом. А человек, которому принадлежит этот странный дом, будет хохотать в стороне и показывать на потасовку пальцем. Но мальчик вздохнул и решительно прогнал дурацкую мысль.

...Тут первые признаки жизни подал Толстяк.

– Гм, холодновато, – поежился он.

Малыш и остальные мишки-гамми, а также Тим посмотрели на него так, словно хотели сказать: «Только это и заметил? В таком случае, ты безнадежен!»

– Вот это да! – воскликнул Малыш. – Неужели у вас тут настоящая зима, мистер Хлойд! Откуда вы ее взяли?

– Просто открыл форточку в последний зимний день, впустил немного зимы, а потом закрыл все наглухо, все окна и двери, – пошутил мистер Хлойд. Он смотрел на гостей взглядом торжествующего фокусника.

– Можете в этой комнате называть меня Мастером! – внезапно объявил он.

– Мистером? – не удержался Малыш.

– Мастером! – уже сердито повторил хозяин особняка.

Малыш едва слышно прошептал: «Мистер, мастер...» – и затих.

Гости таращились по сторонам, изо всех сил стараясь переварить быструю смену погоды.

Уж очень все было неожиданно. Ходишь- ходишь по улице, едва дышишь от ужасной жары, а затем тебя приглашают в таинственный дом, и через четверть часа ты уже подрагиваешь от холода.

В одном углу помещения лениво шел снег. Снежинки падали из специального аппарата, укрепленного под потолком. Аппарат напоминал кухонную вытяжку, и под этой вытяжкой медленно вырастал сугроб.

– Ну и ну! – воскликнул Тим. – Что это?

– Я уже сказал, – отозвался мистер Хлойд. – Это моя мастерская.

– Обалдеть! – закричал Малыш. – Смотрите! Ну и болваны!

Он стал ходить между снеговиками, стоящими тут и там, и рассматривать их.

– В Нью-Йорке сто лет не было такой красивой зимы, как у вас, мистер Хлойд, в этой мастерской, – сказал мальчик. – Так и хочется взять лыжи или что-то в этом роде!

Слишком холодно не было. Температура держалась, что называется, на границе легкого мороза, переходящего в оттепель. При такой температуре снег был липким, но не таял.

– Давайте поиграем в снежки! – предложил Малыш, быстро слепил снежок и запустил им в Толстяка.

– Вот я тебе! – обиженно взревел тот.

– Тихо! – воскликнул Хлойд Сноу. – Я прошу вас не швыряться, иначе вы... испортите мои творения!

– Не беда! – кричал Малыш, снова прицеливаясь в Толстяка. – Слепим новое... творение!

Между словами «новое» и «творение» Малыш размахнулся... Шлеп! Снежок сбил Толстяку шапку набекрень и осыпался за шиворот.

– Малыш! – завопил Толстяк и принялся гоняться за смеющимся шалопаем. – Ты не слышал, что тебе сказал мистер Хлойд?!

Малыш вместо ответа снова запустил снежком... Но на этот раз он попал в Ворчуна.

– Ага, ты швыряться? – закричал тот.

Миг – и Ворчун бросил ответный снежок, но Малыш спрятался за спину Колдуна.

– Я тут при чем?! – воскликнул Колдун. – Это кто в меня бросил? Это Ворчун безобразничает?

– Да-да, это он! – быстро поддакнул Малыш.

Колдун сунул Книгу куда-то под плащ и нагнулся, чтобы зачерпнуть снега...

– Берегись! – захохотал Малыш. – Если уж Колдун берется за дело, тогда все прячьтесь!

Колдун размахнулся, но не удержал равновесия и повалился на Малыша, все еще прятавшегося сзади. К ним подскочили Ворчун, Толстяк, Солнышко...

Поднялась суматоха, в которой были слышны крики:

– Ой!

– А я при чем?

– Ах, ты так?!!

Тим бросился разнимать мишек, но и его повалили на пол, а точнее – на снег...

– Сейчас же прекратите!!! – громко кричал мастер. – Остановитесь! Вы нанесете большой урон!

Его никто не слышал.

Малыш, наконец, вывернулся. За ним погнался Толстяк, обиженный раньше всех. Остальные остались на месте – выпутываться из того узла, который напоминал трижды по три морской...

– Прекратите! – уже просил мистер Хлойд. – Ну, пожалуйста...

Неожиданно Малыш поскользнулся и, упав, поехал по полу, присыпанному слоем снега. Перед ним оказался снеговик, а затормозить у Малыша не получилось.

Послышалось что-то вроде звука «рррупп-бух!» – Малыш на полной скорости врезался в снеговика. Тот качнулся и обрушился на медвежонка.

Мистер Хлойд застонал и схватился за голову.

– Пять тысяч... – услышал Тим. – Заказ Мадридского музея...

Мальчишка вскочил на ноги – и морской узел сразу развязался.

В наступившей гробовой тишине было слышно, как повизгивает Малыш. Он барахтался в снежной куче, которая еще недавно была творением мистера Хлойда.

А что Толстяк? Он благополучно затормозил, как ни в чем не бывало улыбнулся и спрятался куда-то за спины остальной компании.

– Пять тысяч? – поразился Тим. – Мистер Хлойд, вы сказали пять тысяч?

Великий мастер горестно кивнул.

– Именно такую цену установил Мадридский музей современного искусства, – ответил он. – И я уже готовил этого снеговика к отправке...

– Но зачем музею снеговик? – ничего не понимая, спросил Тим.

– Если вы успокоились, то мне пора вам кое-что показать, – грустно ответил хозяин особняка.

Он подвел гостей, имевших виноватый вид, к стене, на которой в рамках висели какие-то красиво написанные документы.

– Вот, полюбопытствуйте, – мрачно произнес Хлойд и кивнул на стену.

Тим и мишки вчитались. Документы оказались различными дипломами и свидетельствами.

– Ага! – значительно произнес Малыш и оглянулся на Хлойда. – Ага! Ага-ага-ага! Так вот почему вы лепите снеговиков!

...Через несколько минут чтения Тим понял, что чудаковатый сосед, хозяин этого особняка, был не сумасшедшим, а человеком творчества. (Впрочем, одно не исключало другого.) Сосед был не просто мистером Хлойдом Сноу, а ужасно знаменитым мистером Хлойдом Сноу. Он был широко известен в определенных кругах. Может, это и меньше, нежели быть знаменитым среди всех слоев населения, но все- таки... Тим подумал, что быть знаменитым в определенных кругах достаточно романтично.

И еще мальчик вычитал, что слово Сноу было не именем или фамилией, а псевдонимом.

– Так вы скульптор, мистер Сноу, – сказал Тим.

– Нет! – возразил Хлойд Сноу. – Я не скульптор. Я леплю снеговиков, это совсем другое. Это совершенно особый вид искусства!

Что-то я о таком не слышал, подумал Тим.

Но тут он вспомнил, что ужасно ценные творения мистера Хлойда, как было написано в документах на стене, приобретены лучшими музеями мира, и подумал, что еще мал и многого не знает.

Повисла гнетущая пауза.

– А как вам удается сохранить холод? – спросил Тим у хозяина особняка, чтобы скрасить неловкость.

– Очень просто! – ответил мистер Хлойд. – Стены этой комнаты оборудованы специальными холодильными элементами! Находиться здесь – все равно, что влезть в огромный холодильник, даже морозильник!

Тим кивнул. Так вот что скрывал в себе этот дом! И вовсе это оказалось не страшно!

Мистер Хлойд как будто забыл свою обиду. В нем проснулся дух экскурсовода.

– А в том углу устроен аппарат, который обеспечивает меня снегом, – гордо сказал он и повел гостей к кухонной вытяжке. – Не правда ли, замечательно?

– Неправда! – ответил с утвердительной интонацией и кивком Малыш, но моментально сник под осуждающим взглядом Бабушки.

– Я сгребаю этот снег лопатой, – увлеченно объяснял мистер Хлойд, при этом показывая гостям и снег, и лопату. – Я катаю шары и делаю снеговиков. – Он посмотрел в сторону Тима. – Именно по этой причине мой дом снабжен затемненными стеклами, понятно?

Тим кивнул.

– Чтобы зря не поднималась температура внутри него?

– Совершенно верно! – сказал мистер Хлойд. – Из-за снеговиков я и закупал в большом количестве морковь, потому ко мне приезжал грузовик с углем...

Слушать было так интересно, что все стояли, не шелохнувшись.

А мистер Хлойд тем временем пустился в пространные рассуждения о своем творчестве.

– Это вам не какая-то снежная скульптура, – насмешливо рассказывал он, – это особый вид современного и в то же время очень древнего искусства! Вот посмотрите! – он подскочил к одной из снежных фигур. – Классические снеговики из снежных шаров, угольков и морковки!

Все обратили взоры на предмет гордости мистера Мастера.

– Этому искусству десять тысяч лет и больше!.. – захлебывался мистер Хлойд.

– Почему?

Мистер Хлойд озадаченно посмотрел на Толстяка, задавшего вопрос.

– Ну, – сказал знаменитый мастер Хлойд Сноу и продолжил, подумав: – У первобытных людей были первобытные дети, которые лепили снеговиков...

– Разве уже тогда шел снег? – спросил Толстяк.

– Конечно, а то ты не помнишь! – с иронией пробурчал Ворчун. – Можно подумать, что ты младше меня...

– Где-то у меня была газетная вырезка о результатах недавних раскопок, – нахмурился мистер Хлойд. – Там обо всем этом сказано более подробно и связно... Ну ладно, о ней потом.

– Гм, а вот я не понимаю! – неожиданно заявил Колдун. – Если я, скажем, или Малыш, или Тим, также вылепим снеговика, неужели этот снеговик выйдет у нас не таким, как у вас, мистер Сноу?

– Боюсь, что да, – после паузы ответил хозяин дома. – Ведь я художник... И потом, знаете, какой у меня опыт? Я долго занимаюсь снеговиками...

– Десять тысяч лет, – прыснул смехом Малыш.

– Не верю! – решительно заявил Колдун и покрутил головой, – Я не верю, что у нас снеговик выйдет не таким, как эти! – Колдун показал на стройные шеренги творений мистера Хлойда.

К Колдуну присоединились Ворчун и Толстяк:

– И я ни за что не поверю!

– И я! Ни за что!

– А давайте слепим снеговика! – неожиданно предложил Малыш. – Мистер Хлойд потом посмотрит и оценит. А вдруг у нас получится?

Малыш обвел друзей хитрым взглядом.

– А можно? – спросил Тим.

– Отчего же нет? – улыбнулся знаменитый мастер. – Попробуйте!

– Тем более, что я одного испортил, – прибавил Малыш. – У меня перед вами долг, мистер Хлойд!

Хозяин особняка нерешительно произнес:

– Только я вас попрошу...

– О чем? – спросила Бабушка.

– Не надо для этого пить ваши гамми-капли!

– Гамми-сок! – обиженно поправила Бабушка.

– Гамми-сок, – кивнул мистер Хлойд. – Боюсь, как бы вы тут... снова не набедокурили.

– Ладно, мы не будем, – сказал Малыш. – Мы и так справимся, без гамми-сока. Поехали!

И вновь закипела работа. Снежный аппарат в углу комнаты был включен на полную мощность. Когда сугроб вырос до подходящего размера, аппарат выключили.

Толстяку вручили лопату и попросили разбросать снег. Толстяк смело взялся за дело и при этом не ударил лицом... куда? Конечно, не ударил лицом в снег.

После того, как сугроб был рассыпан ровным слоем по полу, Толстяк и Ворчун быстро скатали три снежных кома. Тим помог мишкам водрузить комья один на один.

Солнышко принесла морковь для носа и угольки для глаз, Малыш занялся головой снеговика и его лицом. Бабушка и Колдун воткнули ветви рук...

– Готово! – подвел итог Малыш и отряхнул лапы. – По-моему, неплохо. А вы как думаете, мистер Хлойд?

Скульпторы с гордостью осмотрели свое творение и обратили взоры на мастера. Все заметно волновались: какую оценку тот им поставит?

Мистер Хлойд долго молчал. Он скрестил руки на груди, затем принялся задумчиво тереть подбородок, потом прищурил один глаз и что-то невнятно промычал, так и этак разглядывая только что созданное произведение, прищурил второй глаз, а первый открыл...

Наконец он вздохнул и обратился к гостям:

– Знаете что? Подойдите сюда и посмотрите. Вы все увидите сами.

Мишки-гамми и Тим подошли. Тим попробовал посмотреть на только что слепленное творение так же, как мистер Хлойд – одним глазом и скрестив на груди руки.

– Ну как? – спросил мистер Хлойд.

– Мммм...угу, – грустно промычал за всех мальчишка.

Он увидел все то, о чем не сказал мистер Хлойд.

Новоиспеченный снеговик был похож на остальные, но... все же он был каким-то не таким. Что-то в нем упрямо выдавало работу, проделанную не великим Мастером, а компанией пусть старательных, но все же новичков.

Впечатление особенно усиливалось, потому что недавно слепленный снеговик стоял среди настоящих произведений искусства.

Мишки переглянулись. И где они дали маху?

Что это было? Голова? Может быть. Нос? Не исключено. Туловище? Вероятно. Криво воткнутые ветки-руки? Возможно.

– М-да-а, – разочарованно протянул Тим и оглянулся на мишек.

У его приятелей также были кислые физиономии.

– Вот что значит настоящее искусство, – прошептала Солнышко и с уважением посмотрела на снеговых дел мастера, а потом – на его работы. – Оказывается, не все так просто.

– Оказывается, ваши работы невозможно подделать, мистер Хлойд! – добавил Тим.

– Мистер Хлойд, – сказал Колдун. – Я беру назад свои слова. Вы – настоящий художник, мистер Хлойд.

Тим был готов присоединиться к словам Колдуна, которыми тот высказал всеобщее мнение.

– Я растроган, – объявил мистер Хлойд. – Знаете что? Я больше не сержусь на вас. Я, правда, не сержусь! И более того, я хочу оставить вашего снеговика здесь, пусть он составит компанию моим.

– Им вместе будет веселее! – сказала Солнышко и покраснела, когда на нее все посмотрели.

– Вы слепили неплохого снеговика, – сказал мистер Хлойд. – Не беда, что он пока не дотягивает до моих. Если будете тренироваться каждый день, то через двадцать лет научитесь!

Все рассмеялись, а потом Тим спросил:

– Если у вас в мастерской находятся очень ценные творения, почему на двери нет замка?

– А зачем он? – ответил мистер Хлойд.– Запирается весь особняк, мне этого хватает. И вообще, разве мой дом привлекает к себе внимание?

– А разве нет?

Мистер Хлойд улыбнулся.

– Даже если кто-то заинтересуется моим домом, захочет узнать, что находится внутри, ему помешают темные окна...

Тим не ответил. Он думал не так, как мистер Хлойд. Он думал, что темные стекла на окнах, наоборот, привлекают любопытных к дому мистера Хлойда. Еще как привлекают.

Но мальчик не сказал об этом вслух.

В таких ситуациях он предпочитал отмалчиваться, потому что не был уверен в себе.

Глава 5

Все снеговики украдены!

А в конце мистер Хлойд отвел всех на кухню, где предложил превкусное угощение.

...Сказать, что мишки-гамми и Тим Джонс вышли от мистера Хлойда под впечатлением – значит, не сказать ничего. Они вышли под сильным впечатлением. Особенно Толстяк, которому больше всего понравился ужин. Остальные вспоминали мастерскую Хлойда Сноу и то, как им посреди лета удалось побарахтаться в снегу.

– Мистер Хлойд – это класс! – то и дело восклицал Малыш. – Сегодняшний день прожит не зря!

– Как знать! – после очередного восклицания не удержался Ворчун. – Ведь если бы твоя голова, Малыш, не была такой дырявой, ты вспомнил бы, что мы думали днем посмотреть Нью-Йорк, а вечером лететь дальше...

Тим и мишки-гамми лениво перешли улицу и остановились. Не то, чтобы день клонился к вечеру, скорее, уже вечер клонился к ночи.

– Куда вы хотели лететь? – спросил Тим.

– Как куда? – удивился Малыш. – Мы же тебе говорили. Вот я говорил!

– Мы собирались посмотреть мир, – сказала Солнышко, потому что у нас отпуск...

– А-а-а! – вспомнил Тим. – Но сейчас поздно его смотреть, не так ли? – осторожно спросил мальчик и бросил взгляд туда, где за горизонтом медленно затухало солнце.

– То-то и оно! – недовольно отозвался Ворчун.

– Вам нужно переночевать, – предложил Тим. Ему очень не хотелось расставаться с новыми друзьями.

– Правильно, вернемся к мистеру Хлойду! – обрадовался Толстяк, еще раз вспомнив об ужине и почувствовав себя проголодавшимся.

– Я бы лучше отправился в аэропорт, – мрачно возразил Ворчун. – Надо делать так, как задумали.

Тим обиженно посмотрел на мишек. Неужели такое прекрасное знакомство, которое началось сегодня утром, с минуты на минуту закончится? Ему-то казалось, будто они подружились навечно...

– Решайте, – сказал Тим, внутренне напрягаясь. – Пожалуйста, я могу помочь вам найти дорогу в аэропорт. Но... если вы захотите переночевать, я не буду против и приглашу вас к себе!

Оставаясь на тротуаре, медведи задумались. Один путь лежал налево, где-то в той стороне была станция подземки. Второй путь вел прямо к дому Тимми.

– А отец тебя не заругает? – спросил Толстяк.

– Нет, – помедлив, но все же с большой уверенностью ответил Тим. – На этот счет не беспокойтесь!

Тим видел: окна в его доме темны, значит, отец еще не пришел с работы. Но Тим решил об этом не распространяться, чтобы мишки думали, будто он взрослый.

– А мне кажется, отец его заругает! – заявил Ворчун. – Почему-то мне очень сильно так кажется. И если это будет так, то отец заругает нас вместе с Тимом! А это очень и очень...

– Больно? – выдохнул с круглыми от страха глазами Толстяк.

– ...неприятно! – закончил Ворчун, косясь по сторонам. – Эй! Я для всех говорю, Колдун!

Колдун, как только медведи остановились, раскрыл Книгу и что-то стал выискивать в ней.

– Давно уже глаза испортил, очки носит, а ему все мало! – ругался Ворчун. – Глядишь, скоро совсем читать не сможет!

Колдун рассеянно оторвался от Книги.

– А? Ах, вот оно что! – понял он. – Пора бы знать, Ворчун, что в Волшебной Книге каждая страница сама светится в темноте! Так что читать можно и ночью! А если ты забыл, могу показать! – И Колдун повернул Книгу так, чтобы все увидели – страницы и в самом деле светились.

К Тиму приблизилась Солнышко и, озабоченно взяв за руку, спросила:

– Но если тебя отец заругает, Тимми, как же ты завтра покажешь нам город?

– Ох, если он заругает нас всех, – продолжил свою песню Толстяк, – то мы завтра вообще не сможем встать с постели!

– Тихо! – крикнул Тим. – О чем это вы все? Вы совершенно не знаете моего отца! Пойдемте со мной! – Он кашлянул и добавил: – Хотя я, конечно, не навязываюсь...

– Ребята, пойдем к Тимми! – сказала Солнышко. – У него наверняка славно!

– У меня очень много игрушек! – подтвердил Тим.

И они пошли к Тиму.

...Игрушек действительно оказалось много. Гости стали играть после того, как Тим вторично накормил тех, кто этого желал, ужином. Желающих оказалось не так много, всего один Толстяк.

– Теперь показывай игрушки, – попросил медвежонок.

Остальные мишки уже были в детской. Малыш вовсю возился в игрушках Тима. У медвежонка то и дело загорались глаза, потому что у Тима были по меньшей мере пять различных конструкторов, с полсотни машин, альбом с марками, почти настоящий бинокль, модели самолетов и космических кораблей...

– А куклы? – разочаровано спросила Солнышко. – Тимми, разве у тебя их нет?

Конечно, куклы Тима не интересовали, ведь он был мальчишкой. Но Тим, покопавшись в шкафу, нашел маленькую фигурку... самой Солнышко!

– У меня тут есть все вы! – похвалился Тим. – Вот, смотрите!

Тим достал и отдал Солнышко маленькие куколки всей семьи-гамми.

– Вот уж не думал, что когда-нибудь подарю этих медведей самим медведям! – восхищался Тим.

– Но если ты даришь их нам, во что ты сам будешь играть? – забеспокоилась Солнышко.

Тим вздохнул.

– Если честно, я уже редко играю с игрушками, – признался он.

– Почему? – спросил Малыш. Ему трудно было понять, как можно не играть с такими игрушками. Эти игрушки Малыша полностью удовлетворяли.

– Наверное, потому, что мне уже двенадцать, – с грустью сказал Тим.

– Совсем старик, – покачал головой Толстяк.

– Кто бы говорил! – рассмеялся Малыш. – Нам, если признаться, гораздо больше, чем тебе, Тимми! А я, посмотри, играю как ни в чем не бывало. Так что ты зря!

– И правильно! – воскликнул Толстяк, ныряя в игрушки и выныривая где-то рядом с Малышом. – Присоединяйся к нам! Не пожалеешь!

У Тима сперва была мысль дождаться отца, но дело зашло далеко за девять вечера, и Тим вспомнил: если ждешь отца, когда тот приходит так поздно, потом всегда об этом жалеешь. Детям полагается ложиться в девять!

Решено было спать.

Тим отвел гостей в спальню. Мишки-гамми вшестером расположились на кровати мальчика, они легли поперек, и места как раз хватило. Сам Тим улегся на диване в гостиной.

Из спальни некоторое время слышались шепотки, сдавленный смех и какая-то возня. Потом наконец все стихло – мишки заснули. Заснул и Тим.

...Инспектор Джонс пришел поздно ночью. Он включил лампы сначала на веранде, потом – на кухне, и в их свете увидел Тима, лежащего на диване под пледом.

У инспектора Джонса снова было плохое настроение. Не только весь день, но и вечер инспектор провел в офисе корпорации «Айс Бокс», он копался в бумажках. Делать это оказалось в триста раз хуже, чем ловить бандитов, гоняясь за ними с пистолетом.

«Негодный мальчишка, – подумал усталый инспектор, – почему он улегся в гостиной? Небось, глаза закрыл, и только».

Но Тим спал.

Инспектор заглянул в комнату сына, и лицо его вытянулось.

– Он все-таки зашел в игрушечный отдел! – прошептал инспектор Джонс. – Несмотря на мой запрет, он накупил себе игрушек и уложил их в постель вместо себя.

Инспектор хотел было выбросить эти покупки и отправить сына спать туда, где ему полагалось это делать, но... передумал.

«Ну, задам я ему перцу утром!» – решил инспектор Джонс и отправился отдыхать.

Тим проснулся от жаркого шепота:

– Тим... Тимми!..

– Что такое? – он поднял голову и увидел озабоченную физиономию Малыша, которая выглядывала из приоткрытой двери детской.

Медвежонок махал лапой – делал Тиму знаки, чтобы тот зашел в спальню.

– Быстрее! – встревоженно шептал Малыш.

Тим вскочил и прошлепал босыми пятками к приятелям. Мишки, как оказалось, проснулись давно. Они не покидали спальни, но и не играли, а очень чинно сидели на убранной постели Тима, словно первоклашки на уроке.

– Что слу... – начал Тим, но Толстяк сделал страшные глаза и приставил палец к губам.

Малыш прикрыл дверь.

– Что такое? – встрепенулся мальчишка.

– Слушай, твой отец уже проснулся, – прошептал Малыш.

– Ну и что?

– Он заглядывал сюда.

– И что же? – Тим также перешел на таинственный шепот.

– Мне совсем не понравилось его лицо... – сказал Малыш. – Он сердится.

– Похоже, он тебя все-таки заругает, – добавил Толстяк.

Тим махнул рукой.

– Спасибо за предупреждение, – сказал он. – Я сейчас пойду и поговорю с ним! И я уверен, завтракать мы будем вместе, за одним столом.

...Но отец уже заканчивал свою ежеутреннюю яичницу с беконом. Даже при положительном исходе разговора Тиму и мишкам пришлось бы завтракать без него.

– Явился! – сказал отец с набитым ртом, когда в кухне появился сын.

Тон отца не предвещал ничего хорошего.

– С добрым утром, папа! – сказал Тим. – Почему ты сердишься?

Отец сначала довольно долго молчал, а потом приказал:

– Сядь.

Это простое слово прозвучало, словно выстрел. Тим невольно вспомнил, что у него отец – полицейский.

Тим опустился на табурет.

– Расскажи, как ты вчера провел день, – угрюмо приказал отец.

Он не просил, он приказывал! У Тима душа ушла в пятки. «Это похоже на допрос», – подумал он. Но делать было нечего, и Тим, запинаясь, стал рассказывать о вчерашнем знакомстве с мишками-гамми и о последующем визите к мистеру Хлойду.

– Это к какому такому мистеру Хлойду? – прищурился инспектор Джонс.

– К мистеру Хлойду, папа! – сказал Тим. – К тому, что живет через дорогу, к нашему соседу.

– Понятно, – кивнул отец. – Давно я к нему присматриваюсь. Подозрительный субъект.

–- И вовсе он не подозрительный, – горячо стал возражать Тим, вспоминая собственные вчерашние мысли по поводу мистера Хлойда. Видимо, отец думает о нем так же, как думал Тим вначале. – Мистер Хлойд очень даже хороший человек.

– Споришь со мной?! – рявкнул отец. – Расскажи лучше, с какой это стати ты вчера накупил себе вагон новых игрушек!

«Он имеет в виду мишек-гамми», – подумал Тим.

– Это не игрушки! – воскликнул он.

– Нет, игрушки.

– Это не игрушки, папа!

– Ты что, издеваешься? Я сам видел, как они лежали у тебя в постели!

Тим наморщил лоб. Ну как доказать отцу, что мишки-гамми живые?

– Они двигаются, папа!

Реакция отца была неожиданной. В ответ он взорвался, словно за завтраком ел не яичницу с беконом, а глотал динамит.

– Так ты купил радиоуправляемые игрушки?! – орал Джонс-старший. – Это переходит все границы! Представляю, какой пришлют счет!

Тим втянул голову в плечи. Он не столько боялся отца, сколько чувствовал большой стыд перед гостями, которые наверняка все слышали.

Инспектор Джонс бушевал. Плохи дела на работе, а тут еще сын... Неизвестно, где он бывает и чем занимается днями напролет. Скорее бы осень, думал инспектор, парня можно будет отдать в школу, а там его приструнят.

Но скоро инспектор затих и стал размышлять. Он вдруг понял, что в рассказе сына есть что-то такое, что вызывает в нем профессиональное волнение. Это что-то имеет отношение к самому последнему делу. Да-да, к делу об ограблении... Что это сын видел у мистера Хлойда?.. И тут Джонса озарило.

Комната, оборудованная как большой холодильник, снеговики, странный мистер Хлойд Сноу, затемненные окна в его доме, кража в корпорации «Айс Бокс» – все это мгновенно выстроилось в одну стройную цепочку!

– А не преступник ли твой мистер... Флойд?! – с крайним подозрением спросил отец.

– Мистер Хлойд... Что ты, он – честный человек!

– Это мы еще посмотрим!

– С чего ты взял, что он может быть преступником? – изумился Тим. – Он же знаменитый художник, он лепит снеговиков!

– Весьма подозрительное увлечение – ледяным тоном заявил отец, – лепить снеговиков летом! И потом... – отец наморщил лоб. – Сколько, ты сказал, у него этих... снеговиков?

– Пятьдесят шесть, – сын пожал плечами. – А что? Было пятьдесят семь, но Малыш одного разбил... И мы вылепили нового снеговика, но он не понравился мистеру Хл...

– Стоп!!! – вскричал отец. – Вот оно! Вот!

Профессиональное волнение подхватило инспектора с табурета и заставило бегать по кухне.

Мысли инспектора крутились вокруг цифры пятьдесят семь. «Пятьдесят семь снеговиков находилось в мастерской мистера Глойда или как его там, – думал Джонс- старший, – а украдено холодильников было сколько? То-то и оно, что пятьдесят семь! Ровненько!»

– Это как дважды два, – сказал отец, внезапно остановившись. – Твоему мистеру Плой... Проклятье, ну неважно! Ему понадобились холодильники! Это он украл их! – инспектор хлопнул себя по лбу в большой радости, что додумался до такого. – Он просто маньяк, этот мистер Хлойд, и он опасен для общества! Тим! Ты говоришь, сперва боялся его? Быть тебе полицейским! Ты знаешь, что я расследую дело о громадном ограблении, о преступлении века? На днях с завода «Айс Бокс» украдено ровно пятьдесят семь холодильников!!!

Инспектор быстрым шагом вышел из кухни, и Тим, вскочив, бросился за ним.

– Папа, ты куда?

Отец не ответил. Сосредоточенный, он залетел в свою спальню, некоторое время пробыл там и вышел оттуда в своем знаменитом сером пиджаке.

В этом пиджаке, как отлично знал Тим, его отец ходил на работу.

Но сегодня было воскресенье. Так куда же задумал отправиться отец?

– Папа, ответь, куда ты?! – снова воскликнул мальчишка.

Но отец прошагал мимо него. Через секунду инспектор Джонс был уже на веранде.

Дверь детской отворилась, и мишки-гамми всей семьей, кроме Колдуна, выглянули в гостиную. Но Тим не обратил на них внимания и снова окликнул отца. На этот раз в голосе мальчика появились слезы, ведь он заметил, что пиджак под мышкой отца оттопыривается, а там, Тим это знал, отец всегда носил пистолет. И Тиму стало страшно.

...Он догнал отца уже на улице.

– Куда же ты? – Тим схватил отца за рукав.

– Как куда? – удивился тот. – Ты указал мне на преступника, и я иду, чтобы сейчас же, немедленно, его арестовать!

– Что? – Тим не поверил своим ушам.

– Я арестую этого Хлойда! – послышалось в ответ.

– Но папа! У тебя пистолет, зачем он тебе?

– Я произвожу задержание преступника! – быстро процедил мистер Джонс. – Не мешай мне! Что, если преступник окажется вооружен? Что, если он окажет сопротивление? В таком случае, Тимми, я буду знать, как поступить!

Тим страшно испугался за мистера Хлойда и вцепился в отца обеими руками.

– Папа, папа, пойдем домой!

– Не мешай мне, Тимми! – железным голосом произнес инспектор Джонс. – И вообще, отправляйся домой, играй в свои радиоуправляемые игрушки. Так и быть, прощаю тебе их покупку... Уходи!!!

Мистер Джонс решительно освободил руку от цепких пальцев сына и стал переходить улицу. Он и в самом деле решил быстро закончить дело об ограблении, которым его наградили вопреки его согласию.

– И сделаю это я в своем стиле, – бормотал себе под нос инспектор. – Я все сделаю по-своему, что бы вы там ни говорили, шеф!

Тим секунду простоял на тротуаре, глотая слезы, но потом сорвался с места и припустил за отцом.

В одном из окон дома Джонсов отодвинулась занавеска и появились мордашки медведей-гамми. Мишки сочувственными взглядами наблюдали за тем, что происходит на улице, но вмешиваться пока не решались.

...Инспектор Джонс тем временем вытащил свой видавший виды пистолет и крутанул его на пальце. Сейчас мистер грабитель, скрывающийся под личиной добропорядочного и чудаковатого соседа, получит свое!

К дому Хлойда Сноу вела посыпанная желтым песком дорожка, и инспектор Джонс вовсю дырявил ее каблуками.

Внезапно полицейский замер и часто-час-то заморгал глазами. Он отказывался верить тому, что видел сейчас перед собой!

Мистер Хлойд, этот преступник, сам спешил навстречу! Он выскочил из дома, словно ошпаренный, и с какими-то странными возгласами побежал по дорожке. При этом мистер Хлойд махал руками, словно ему приходилось отбиваться от каких-то невидимых насекомых.

– Инспектор! – звал Хлойд Сноу. – Инспектор!!!

Джонс-старший до того удивился, что почувствовал настоящую растерянность. Из-за этого он едва не выронил свой пистолет. Но вспомнив о том, что он служит в полиции, инспектор быстро приободрился. Он широко расставил ноги, чуть присогнул колени и направил оружие на мистера Хлойда.

Тим услышал резкий окрик отца:

– Оставайтесь на месте!

Мистер Хлойд замедлил бег и через пару шагов замер как вкопанный. Взгляд его стал совершенно диким, когда мистер Хлойд увидел, что полицейский взял его на мушку.

– Вы мистер Хлойд, не так ли? – спросил инспектор Джонс, выглядывая из-за пистолета.

– Да, это я, – отозвался сосед. – А вы? Ко мне? Нет? Куда? – У бедного Хлойда Сноу от волнения стал, как всегда, заплетаться язык.

Инспектора Джонса, которому раньше не приходилось общаться с соседом, сильно озадачила такая манера ведения разговора. «Типичные речи маньяка», – тут же решил полицейский.

– Именем закона я вас... арестую! – громко заявил инспектор, но в его голосе была слышна какая-то неуверенность.

Тим бросился через улицу. На противоположной стороне он услышал, как Хлойд Сноу сказал:

– Мистер Джонс... Мистер Джонс... Но я сам шел к вам за помощью...

Инспектор Джонс нахмурился. Он всегда так делал, если чего-то не понимал.

– Что? – грозно воскликнул инспектор. – За помощью? Как это? Для чего это?

Он приблизился к Хлойду Сноу, все еще стоящему на прежнем месте.

– Понимаете, меня ночью обокрали, – пролепетал мистер Хлойд. – Обобрали вчистую, все унесли. Я совершенно не знаю, кто это мог...

Инспектор отказывался верить своим ушам. Тот, кого он считал преступником, сам стал жертвой – или это всего лишь хитрая уловка?

– Что? Что? – несколько раз переспросил Джонс.

Мистер Хлойд в нескольких предложениях рассказал, что проснулся сегодня и решил зайти в мастерскую, но там было пусто, и самое главное, там было тепло.

– Они выпустили весь холод! – жаловался мистер Хлойд.

– Взломали замок? – быстро спросил инспектор.

– Замок цел! – ответил мистер Хлойд. – Я даже не знаю, что предположить... Они украли снеговиков! Они унесли все мои творения!

Инспектор Джонс неожиданно рассмеялся.

– Ваши уловки ни к чему не приведут, мистер Хлойд, – заявил он. – Сначала мы осмотрим ваш дом, а потом вы отправитесь со мной. Понятно?

– По... по... понятно, – ответил, заикаясь, снеговых дел мастер.

«Ерунда все это, – обретал уверенность инспектор Джонс, – как пить дать все подстроено». Он решил быстренько найти в доме мистера Хлойда холодильники, и дело будет закрыто, уфф! Не могло такого быть, чтобы краденый товар не оказался в доме!

– Пойдемте, – сказал инспектор Джонс и подтолкнул мистера Хлойда к особняку. – Полюбуемся, как можно было вынести ваших снеговиков...

Джонс-старший вел по дорожке мистера Хлойда, подталкивая его пистолетом, а сзади бежал Тим и кричал:

– Папа, он не виноват, он не такой, каким ты его представляешь!

У крыльца отец резко развернулся и приказал:

– А ты тут останешься! Нечего тебе там делать!

Тим уселся на ступеньках.

...Инспектор Джонс осмотрел дом сначала бегло, потом – более внимательно, а после этого – обнюхивая каждую мелочь. Все три осмотра привели к одному и тому же результату, а точнее, не дали ничего.

Инспектор мрачнел с каждой минутой. Холодильников не было. Снеговиков тоже, если верить этому Хлойду. Неужели вместо завершения одного дурацкого дела инспектор нашел себе другое? Перед его глазами возникло видение – маленький и толстенький шеф обращается к нему, бравому инспектору: «У нас все заняты, инспектор, так что сами понимаете... Пропавшие снеговики – ваши».

Джонс покрутил головой и произнес:

– Бррррр!

После этого видение исчезло.

Инспектор Джонс, чернее тучи, вышел на крыльцо. Мистер Хлойд семенил за ним.

Тим вскочил, как ужаленный, и вопросительно уставился на отца.

– Ну как, папа? – поинтересовался мальчик с замершим сердцем.

– Он считает, что все подстроено, – почти неслышно прошептал мистер Хлойд из-за спины инспектора.

– Да, все подстроено! – сверкнул глазами инспектор Джонс.

– А по-моему, – храбро сказал сын, – ты должен был убедиться в том, что ошибаешься!

– Да ты просто послал кого-то из этих своих маленьких шалопаев! – раскричался отец. – И они предупредили преступника!

– Какого преступника?

Инспектор Джонс указал пистолетом в сторону мистера Хлойда Сноу:

– А вот его! Но не думай, я докажу... Сейчас здесь будет полиция, – с угрозой в голосе сказал инспектор. – Они снимут отпечатки пальцев повсюду, где только можно, и сравнят с теми, которые мы получили в корпорации! – Джонс-старший с досадой тряхнул головой. – Жаль, что я, вызывая полицию, оставил на телефонной трубке свои пальцы ... А ваши пальцы, мистер Хлойд? Как вы думаете, они найдутся среди тех, что мы сняли в корпорации?

Мистер Хлойд пожал плечами.

– Вполне возможно, инспектор. Ведь я накануне приобрел в «Айс Бокс» аппарат для производства снега...

Тим схватился за голову, а инспектор закричал:

– Отлично, мистер Хлойд! Позвольте сюда ваши руки! – Инспектор вынул из кармана пиджака пару зловеще блеснувших на солнце наручников.

В это время с улицы донесся неслыханный в этом тихом райончике вой сирен. Через секунду Тим увидел свет мигалок, и две полицейские машины затормозили у подъезда к дому мистера Хлойда.

Из одной выскочил низенький начальник отца, Тим узнал его.

– Ну что, Джонс? Случилось что-то из ряда вон выходящее? Иначе я не прощу вам того, что вы побеспокоили меня в выходной день!

– Вот он, – инспектор лениво показал на человека в наручниках, – украл эти проклятые холодильники. Я его... сделал, шеф!

Мистер Хлойд Сноу втянул голову в плечи и стоял ни жив ни мертв.

– ...А потом он наспех придумал историю, будто холодильники у него самого украли! – закончил свой короткий рассказ инспектор Джонс.

– Господи! – воскликнул мистер Хлойд. – Что за чушь! Инспектор, скажите хотя бы, зачем же мне эти ваши холодильники? Глупость несусветная!

– Хорошо, отправимся в управление, там обо всем поговорим, – сказал шеф. – Устроим этому голубчику допрос по всем правилам. Если мы его расколем, он у нас получит не один десяток лет!

Мистера Хлойда сунули в машину и повезли в управление. Люди из второй машины остались, чтобы провести обыск в доме арестованного.

Инспектор Джонс умолчал о том, что уже три раза безрезультатно осматривал этот особняк.

– Где украденные тобой холодильники? – то и дело спрашивал он у мистера Хлойда, оборачиваясь к нему с переднего сиденья.

Глава 6

Ворон Кристофер, начальник нью-йоркских птиц

– Эх ты, а еще Колдун! – ворчала Бабушка. – Вокруг нас происходят такие страшные дела, а ты до сих пор не предложил ничего путного из своей Книги!

– Он еще не вычитал, – сказал Малыш.

– Если память пуста, никакая Книга не поможет, – выразил свое мнение Ворчун.

Колдун, как мог, делал вид, будто эти слова к нему не относятся. А рядом сидел Тим и глотал слезы.

Мальчик и мишки-гамми находились в доме Тима, в гостиной на диване. Они размышляли, как быть дальше.

В окне был виден особняк мистера Хлойда. Полиция давно уехала, и дом стоял теперь совсем пустой. Его даже забыли запереть. «А зачем? – насмешливо сказал полицейский сержант Тиму после окончания обыска. – Если из дома уже все, как утверждает этот Сноу, украдено?»

– Не плачь, Тимми, – сказала Солнышко. – Конечно, мы поможем тебе!

– Ага, поможем! – со злой иронией передразнил Ворчун. – Хотел бы я знать, как!

– Помогать надо не мне, а мистеру Хлойду, – всхлипнул Тим. – Он арестован несправедливо и, вдобавок, по моей вине.

– Что за ерунда! – удивился Малыш.

– Это не ерунда, потому что мне об этом сказал отец! – Тим обвел притихших мишек большими глазами. – Выходит, во всем виноват лишь я.

– Не только! – буркнул Ворчун.

– Но моя вина – самая основная, – упрямо возразил мальчишка.

– Гадкий Ворчун, – сказала Солнышко. – Перестань расстраивать Тима. У-у-у, Тимми, маленький.

Тим глотал и глотал слезы. Но почему- то, сколько ни глотай, меньше их не становится. Придя к такому выводу, Тим неожиданно успокоился.

– Знаете что? – сказал он. – Если бы здесь сидел мистер Хлойд...

– Который сидит в другом месте! – вставил Ворчун.

– Ох! – после этого возгласа что-то промелькнуло мимо Тима – это Малыш вскочил со своего места и прыгнул на Ворчуна.

Малыш махал кулаками и вовсю кричал:

– Ты просто... Ты просто...

– Он просто несносен, – сказала Бабушка. – Но, как мне кажется, он больше не будет. Малыш, успокойся, дай Тиму договорить.

– Отстань, – мрачно подтвердил Ворчун. – Я больше не буду. Отлипни.

Малыш отпустил Ворчуна и обернулся к Тиму:

– Извини, я перебил тебя. Продолжай.

– Ничего, – сказал Тим. – Так вот, если бы здесь был мистер Хлойд, – твердо повторил он, – я бы пообещал ему. А так я обещаю вам...

Все затихли и насторожились.

– Что ты обещаешь? – тихо спросила Солнышко.

– Выпутать его! – воскликнул Тим и сжал кулаки. – Выпутать мистера Хлойда. Раз я его запутал, я его выпутаю! Я обещаю вам, что стану искать настоящих преступников.

– Мы поможем тебе, – сказал Малыш. – Ты правильно решил, Тимми. Нельзя, чтобы человек страдал напрасно. Тюрьма – это так страшно, особенно, если незаслуженно. – Малыш посмотрел на приятелей. – Поможем?

И все хором ответили:

– О чем разговор!

Ворчун на этот раз промолчал. У него не хватило духу напомнить остальным, что их задумка провести отпуск, путешествуя по миру, летит вверх тормашками.

Первым делом Тим и мишки отправились в дом мистера Хлойда. В пустом доме было как-то жутковато.

– Нам нужно найти следы! – снова и снова повторял мальчик. – Такие, которых никто не заметил, даже полиция. Это помогло бы мистеру Хлойду. И нечего бояться, потому что здесь никого нет!

Медведи-гамми согласно кивали, но по сторонам посматривали с большой опаской и предпочитали держаться одной компанией. Тим то и дело поддразнивал спутников, называл их трусишками. Но голос мальчика при этом слегка дрожал. В ответ слышалось гробовое молчание и мрачное сопение.

Но уже через полчаса Толстяк и Ворчун настолько осмелели, что стали наперебой высказывать желание увидеть здесь, в доме, грабителя и хорошенько потолковать с ним.

На первом этаже не было замечено ничего, что можно было бы назвать следом.

– Ну что? – спросил Тим, стоя у лестницы. – Теперь на второй этаж?

– Ой, – отозвалась Солнышко. – Может, не надо?

– Надо, надо! – возразил Ворчун и, отодвинув Тима в сторону, стал подниматься первый. – Мы осмотрим все! – храбро заявил он. – Потому что мы не какие-то там... хлюпики!

– Вот видишь, – тихо сказала Тиму Бабушка. – Я же говорила, он исправится.

Мальчишка кивнул.

Они поднялись на второй этаж. Ворчун подошел к двери в мастерскую и повернул штурвал.

Дверь легко открылась, и друзья не смогли сдержать разочарованных возгласов.

– Да тут пусто! – крикнул Малыш.

– Как жаль! – добавила Солнышко. – Здесь было так красиво.

– Гм, – произнес Ворчун. – Гм...

– Ну, – быстро повернулся к нему Малыш, – поделись, что там такое пришло тебе в голову.

– Я подумал, – начал Ворчун и запнулся. – Я подумал... А что если мистера Хлойда никто и не обворовывал?

– Что-о-о? – от таких слов у всех по- вытягивались физиономии.

– Ты хочешь сказать, никого и не было? – спросил Малыш.

– Нет, кто-то мог быть, – покачал головой Ворчун. – Но этот кто-то мог всего лишь выключить холодильные элементы! Он выключил – чик! – и все творения мистера Хлойда вместе с нашим снеговиком растаяли! Кстати, это мог сделать и сам мистер Хлойд. Например, случайно.

Повисла тишина. Никто не ждал такого поворота мыслей.

– Нет, – возразил Тим. – Такого не могло быть, иначе здесь осталась бы морковь... Потом, угли, ветви... и всякое такое. Понимаете?

– Понимаем, – хмуро кивнул Ворчун.

Он больше не настаивал на своем предположении, которое Тим разбил одним замечанием.

Все покинули дом несказанно разочарованными.

– Итак, мы ничего не нашли, – убитым голосом подвел итог Тим. – Никаких улик.

Друзья двинулись к бассейну. Несмотря на жару, никто не хотел лезть в воду.

Компания уселась на скамейку в теньке.

– Как же мы сможем помочь? – осторожно спросил Толстяк.

Тим оглядел мишек. Все молча пожимали плечами.

– Я придумал! – неожиданно воскликнул Малыш. – Давайте вспоминать, кто что видел или слышал! Вчера мы были у мистера Хлойда, и снеговики были на месте. Так?

– Так, – кивнул Тим.

– Сегодня их нет, – продолжал Малыш. – Значит, все произошло ночью. Вот и давайте вспоминать...

– Гм, а почему это вы все на меня смотрите? – неожиданно прервал Малыша Толстяк.

– Да ладно, Толстячок, все знают, что ты вставал и куда-то ночью выходил, – рассмеялся Малыш. – Давай, признавайся, сколько пирожков стащил у Тима на кухне.

Толстяк до того смутился, что покраснел, как показалось Тиму.

– Ладно, я скажу. Просто я был голоден...

Тим с трудом сохранил серьезное выражение лица. Да и медвежата, как он видел, прятали улыбки. Когда бывало так, чтобы Толстяк не чувствовал голод? Толстяк был сыт в течение десяти минут после окончания еды, и не дольше.

Неужели его неукротимый аппетит сейчас послужит спасению мистера Хлойда Сноу?

– Я отправился на кухню, – едва не плача, продолжал Толстяк. Он слез со скамейки и заходил взад-вперед перед ней. – Но сказать, будто я что-то заметил такое, я не могу. Я только видел...

– Да что ты тянешь? – накинулся на Толстяка Ворчун. – Что ты видел, что?!

– Я видел через окно пару больших фургонов на улице! – Толстяк остановился и развел лапы в стороны. – Больше ничего!

Все замолчали и посмотрели друг на друга.

«Вот оно», – подумал Тим.

Ну, конечно, для Толстяка это была всего только пара фургонов на улице.

– Толстяк, как ты глуп! – стал ругаться Ворчун. – Ты до сих пор молчал. Мы перекопали этот дом... Прошло полдня... Что ты еще видел?

– Да ничего! – затравленно посмотрел на него Толстяк. – Фургоны отъехали! Вот и все!

– А еще?

– В доме мистера Хлойда погас свет!

– Так, значит, он там горел?

– Значит, горел...

– Все ясно! – сказал Малыш. – Снеговиков мистера Хлойда увезли на этих фургонах. Это проще простого. Только где их найти?

– Тимми, – произнесла Солнышко, – скажи, Нью-Йорк – большой город?

– Ага, – кивнул мальчик. – Огромный! Пара фургонов – такой пустяк. Их найти очень сложно, если не знаешь примет...

– Приметы! – обрадованно воскликнула Солнышко.

– Толстяк, какие приметы были у фургонов? – спросил Малыш.

– Номера, цвет?.. – подсказал Тим.

Толстяк посмотрел такими испуганными глазами, что Тим вздохнул:

– Похоже, остались мы без примет.

– Вспомнил! – вдруг заорал Толстяк. – Я вспомнил цвет! Это были синие фургоны с желтыми полосами по всей длине! Точно говорю! – медвежонок даже принялся плясать от радости.

– Синие фургоны с желтыми полосами, – повторил Тимми, – Вы не представляете, как этого мало, чтобы найти такие фургоны в Нью-Йорке...

– Что надо сделать? – озадаченно спросила Солнышко, ни к кому не обращаясь.

– ...хахахахаха, – послышалось в эту минуту. – ...хахахахаха...

Все вздрогнули.

Тим округлил глаза, вслед за ним то же самое сделали мишки. Кто издал эти странные звуки?

Колдун, вот кто. Он, как всегда, читал свою Книгу, но теперь еще и смеялся. Тихим, непривычным смехом.

– А ведь я могу вам помочь! – сказал Колдун.

– Это что-то новое, – покрутил головой Малыш. – Давненько от него не поступало никаких предложений.

– Как я только что об этом вычитал, – важно изрек Колдун, – оказывается, здесь, в Нью-Йорке, последние сто двадцать лет живет мой давнишний приятель! Это ворон, его так и зовут – Ворон Кристофер. – Колдун торжествующе посмотрел по сторонам.

Тим нахмурил брови.

– Почему-то мне кажется знакомым это имя, – пробормотал он.

– Не знаю. Может быть, – быстро, почти не разжимая губ, проговорил Колдун. – Так вот, Ворон Кристофер является... Ну, кем-то вроде начальника над всеми здешними птицами. Естественно, ему подчиняются и городские птицы. Голуби, вороны, воробьи...

– И что? – спросил Толстяк.

– Как что? – удивился Колдун. – Вот я держу палец на том месте в Книге, где написано нужное заклинание. Я могу вызвать Ворона Кристофера, и он нам поможет!

– Пусть его подчиненные выследят фургоны с грабителями! – воскликнула Солнышко.

Тим просто расцвел.

– Только надо спешить, – сказал он. – Чтобы грабители далеко не смогли убежать.

– Давай, тараторь свое заклинание! – Малыш легонько ткнул Колдуна кулаком в бок.

Колдун послушно затараторил.

И хоть из произнесенного Колдуном никто не запомнил ни единого слова, все сразу же, с самого первого звука, сообразили: это именно заклинание, а не какая-нибудь поддельная абракадабра.

Послышалось хлопанье крыльев, и перед скамейкой на землю упали две большие капли.

– Ой, – сказала Солнышко. – Идет дождь.

– Это не дождь, – сказал Колдун. – Это слуги Ворона Кристофера. Я забыл сказать, он никогда не появляется без слуг. Так они обычно обозначают свое приближение...

Тим и мишки задрали головы.

Слуги Ворона Кристофера оказались парой обычных сизых голубей. Они с большим напряжением махали крыльями, потому что в своих клювах за два конца держали палку толщиной в человеческий палец.

На палке восседал огромный черный ворон. Глаза его были закрыты – ворон подремывал.

– Ворон Кристофер, – прошептал Малыш.

Тим скосил глаза и увидел, как горят глаза Колдуна.

– Хррр, – вполне отчетливо произнес Ворон Кристофер.

Тим впервые слышал, чтобы птица храпела. Но он рассудил, что с мишками-гам- ми еще и не такое можно встретить, а потому успокоился.

Голуби умудрились опустить палку со своим странным пассажиром на землю так аккуратно, что старый повелитель пернатых даже не проснулся.

Голуби-слуги отлетели к кустам, где занялись какими-то поисками в густой траве.

Ворон Кристофер неожиданно открыл глаза.

Мишки смущенно посмотрели друг на друга. Они совсем растерялись, потому что не могли представить, как себя вести с этой странной птицей.

Да и Тим проглотил язык... И тут Колдун показал себя во всем великолепии.

– Привет, Кристофер! – уверенно сказал он и подошел к птице. – Это сколько мы не виделись?

– Колдун!!! – радостно завопил Ворон Кристофер. – Что ты здесь делаешь?

Старые приятели обнялись и тут же перешли на какой-то непонятный Тиму язык. На этом языке было сказано несколько длинных и заковыристых фраз.

– Я все понял, – сказал Ворон Кристофер по-человечески. – Что ж, Колдун, ради старой дружбы я помогу. Нет вопросов.

– Спасибо, – расплылся в улыбке воспитанный Колдун.

Птичий повелитель посмотрел по сторонам.

– Кажется, здесь хватит места, – озабоченно пробормотал он. – Ну что же, тогда поехали...

– Отойдите, спрячьтесь! – набросился на приятелей Колдун.

– Почему? – спросил Тим.

– Потому что сейчас здесь будет все птичье население Нью-Йорка! Он всех вызовет!

– Но как?

– Он знает, как!

Напуганные словами Колдуна, мишки и Тим вскочили со скамейки и спрятались сначала за нее, а потом – под нее.

– Нет, так не пойдет! – покачал головой Колдун. – Давайте-ка через улицу! Вон туда, к дому Тимми!

Друзья послушались совета и отправились на противоположную сторону. На середине пути Тим оглянулся и увидел, как Ворон Кристофер развернулся к солнцу и развел в стороны крылья.

– Ну, дает, – прошептал мальчик.

Кристофер издал какой-то звук, не карканье, а что-то иное, неповторимое, этакий клич начальника всех птиц. Через какую- то секунду послышалось хлопанье множества крыльев, похожее на бурные и продолжительные аплодисменты... Небо потемнело.

– Ничего себе! – кричал Тим. – Я в жизни столько птиц в одном месте не видел!

На призыв Ворона Кристофера откликнулись сотни и даже тысячи его подчиненных. Они кружились над Вороном Кристофером и Колдуном, высматривая место для посадки. Быстро были заняты все окрестные деревья, лужайки, кусты и скамейки, а затем птицы стали опускаться на тротуар и даже на проезжую часть.

– А ну, бегом! – скомандовал Малыш. – Не то они и на нас сядут!

Компания припустила бегом и едва успела унести ноги.

Пернатые обитатели Нью-Йорка все прибывали и прибывали. Шутка ли – ведь город был огромен, и для того, чтобы собрать всех, требовалось порядочное время.

– Вот теперь уж точно пойдет дождь, – заметил Малыш, посмотрев на небо из-под крыши дома Джонсов. – Правильно нам Колдун сказал спрятаться...

Тим и мишки увидели, что на противоположной стороне дороги, перед домом мистера Хлойда, Ворон Кристофер и Колдун устроили что-то наподобие грандиозного митинга.

Сонный начальник городских птиц взмахнул ленивыми крыльями и взлетел на нижнюю ветку. Через пять минут туда же по стволу забрался Колдун, и мероприятие началось. Сначала заговорил Колдун, потом Ворон Кристофер, потом снова Колдун и опять Ворон Кристофер. Затем Колдун чуть не упал с дерева, но птицы его подхватили и вновь водрузили на ветку...

Птичье собрание тянулся недолго – до того момента, когда Ворон снова вскинул крыльями... Поднялся ветерок, который долетел даже до мишек и Тима.

Этот ветерок унес пернатое войско. А Ворон Кристофер удовлетворенно кивнул и... снова погрузился в дрему прямо на ветке.

Колдун посмотрел по сторонам, убедился, что никого из подчиненных Ворона Кристофера близко не осталось, и столкнул своего престарелого знакомого вниз.

Тот моментально проснулся, успел сделать на лету несколько взмахов крыльями и величественно совершил мягкую посадку.

Колдун лихо сиганул следом.

Черная фигура ворона замерла в неподвижности, а Колдун принялся делать знаки приятелям, чтобы те подошли. Тим и мишки поспешили к дому мистера Хлойда.

– Ну, что здесь нового? – спросил Тим. – Получилось? – Мальчик с сомнением посмотрел на похрапывающего ворона. – Как он показал себя?

– Парень потрудился на славу, – ответил Колдун, любовно глядя на Кристофера. – Не стоит его трогать, пусть спит.

– Ну, ладно, нам сейчас что делать? – сказал Ворчун

– Ждать, только ждать! – ответил Колдун. – Мы разослали агентов. Пока можно расслабиться. Никто не справится с заданием лучше этих птичек...

Как оказалось, Колдун и Ворон Кристофер подошли к поискам грабителей с умом. Они не просто распустили крылатых наблюдателей, а поделили весь город на секторы и участки и закрепили за каждой птицей свой сектор или участок. Таким образом экономилось время.

Первые, как их назвал Колдун, агенты, вернулись уже через четверть часа. Это были наиболее нетерпеливые воробьи.

– Чик-чирик! – докладывали лентяи. – Ничего нет!

Колдун был при постоянно спящем птичьем начальнике бодрствующим секретарем. Воробьям он выразил недовольство и приказал лететь на разведку вновь и не возвращаться, пока не увидят два синих фургона с желтыми полосами по бокам.

– Эй, Колдун, поосторожней, – хихикал Малыш. – Так они совсем не вернутся!

Прошел час, за ним – другой и третий. Агенты прилетали и улетали, а результата все не было.

Но вот, наконец, прилетели две порядочно потрепанные вороны и наперебой закаркали:

– Там они, там! Там, они там!

– Два фургона? – нахмурясь, уточнил Колдун.

– Два фуррргона! – выдавила из себя одна птица.

– Синие с желтыми полосами?

– Точно такая ррраскррраска! – с трудом подтвердила другая.

Обе вороны нещадно заикались каждый раз, когда нужно было произнести «р». Но мишки-гамми и Тим мужественно терпели и слушали очень внимательно – ведь новости, принесенные птичками, были весьма ценными.

– Где вы видели фургоны? – спросил Тим.

– В аэррропорррту! – проорали обе вороны одновременно.

– Надо спешить, – продолжила одна ворона, – потому что они стоят на погрррузке. Возле большой... очень большой белой воррроны!

– Возле самолета! – хлопнул себя по коленям Тим. – А что выносят из фургонов?

– Большие белые ящики! Тяжелые, потому что каждый несут четверо!

Тим посмотрел вокруг удивленными глазами и громко выдохнул:

– Холодильники!!!

– А в них – снеговики, – добавил Малыш, рассудительно наклоняя голову. – Вот все и сошлось!

Вороны переглянулись.

– Ничего не понимаю! – сказала первая ворона. – Какие снеговики летом?

– Долго объяснять, – махнул рукой Малыш. – Вы не поймете.

– Между прррочим, я пойму, – обиделась ворона. – Я, между пррочим, даже читать умею... Напррримеррр, вот что я прррочитала на борррту одного фуррргона – «САУД-КАРГО»! Да, там написано «САУД-КАРГО» – и не иначе! Вот такими большими буквами написано, вот! – и ворона с гордостью показала, какими большими буквами была сделана надпись.

–    «САУД-КАРГО», – озадаченно повторил Малыш. – Что это может быть?

–    «САУД-КАРГО»? Наверное, название фирмы, – ответил Тим и обратился к воронам: – А что за самолет?

– Я и это узнала, да, я узнала! – радостно закричала первая ворона. – Это рррейс, которррый следует в РРРим, в РРРим!

– В Ррр... Тьфу ты, в Рим! – повторил мальчик. – А как ты это узнала? Почему именно в Рим?

– В голове этой воррроны сидели итальянцы! Они такие черррные, кучерррявые! А командиррр экипажа жевал макаррроны!

– Тогда понятно, – протянул Малыш. – Раз итальянцы, тогда, действительно, Рим.

– Но это значит, что творения мистера Хлойда тайком вывозятся из страны! – внезапно понял Тим. – Нужно помешать этому! – Он резко вскочил и сжал кулаки. – Подождите меня, сейчас я узнаю, когда отправляется рейс на Рим!

– Как ты узнаешь? – Толстяк поднял на него глаза.

– По телефону! – крикнул Тим уже на бегу.

Пока мальчика не было, Колдун показал Ворону Кристоферу двух подруг, которые обнаружили фургоны. Для этого Ворона Кристофера, понятное дело, пришлось разбудить.

– Молодцы, – прохрипел птичий начальник, – подлетите ко мне как-нибудь потом. Я подумаю, как вас наградить...

Вороны неслыханно обрадовались и улетели, а за ними отправился восвояси и Кристофер.

– Не стоит благодарности, – сказал на прощание он. – За мной никогда не заржавеет!

...Когда Тим вернулся, у него было кислое лицо.

– Ты что, по дороге забежал на кухню и съел отцовский лимон? – с ехидцей поинтересовался Малыш.

– Нет, – покрутил головой Тим. – Просто я дозвонился... И знаете, что мне ответили? – Он перевел дух. – Рейс будет ровно через пятьдесят пять минут!

– Нужно обо всем этом скорее сообщить в полицию, чтобы она успела задержать этих грабителей! – рассудительно сказала Бабушка.

– Нет, полиция не успеет, – помотал головой Тим. – Моего отца еще попробуй убеди!

– А если не твоего отца? – спросил Толстяк. – Что, мало людей в полиции?

– Ничего не получится, – сказал Тим. – Это дело закреплено за ним, и его сразу проинформируют!

– Тогда... Тогда... – Малыш подпрыгнул от возбуждения. – Если нечего ждать помощи от полиции, тогда надо действовать самим! Мы задержим грабителей! – Он снова подпрыгнул и стал размахивать кулаками вовсю, показывая, как задерживаются грабители.

– Это прекрасная идея, – сказал Тим и, посмотрев на часы, добавил: – Но у нас ничего не выйдет!

– Почему? – раздалось сразу несколько голосов.

– Я просто не представляю, как вовремя попасть в аэропорт Кеннеди!

– Может быть, мы воспользуемся подземкой? – спросил Толстяк. – Ты, Тим, говорил, что здесь недалеко есть станция подземки.

– Нет, на это уйдет слишком много времени, – отмахнулся мальчик.

– Что же делать? – Солнышко опустила голову.

Возникла пауза, во время которой Тим думал. Он думал очень крепко и глубоко.

– Сок-гамми! – выпалил Малыш. – Вот что нам поможет!

– Оставь его для другого случая! – рассудительным тоном взрослого человека произнес Тим. – Я придумал! Мы успеем, у нас должно получиться.

– Что-о-о? – удивились все.

– Что слышали! – повторил Тим. – Мы должны успеть. Для этого быстро идите за мной!

Глава 7

Опасная погоня

У инспектора Джонса был старенький «Плимут-Трэйлдастер» выпуска семьдесят пятого года. Что и говорить, машина имела бабушкин возраст. Она была куплена в такие далекие времена, когда Тима еще и в животе у мамы не было. Тогда его отец не был знаменитым на всю страну инспектором Джонсом, а только-только начинал свою службу в нью-йоркской полиции. Автомобиль напоминал одновременно знаменитые марки «Додж» и «Джип», а точнее, был чем-то средним между ними. Он имел форму, о которой нехорошие мальчишки обычно говорят: «с поднятым задом».

Несмотря на солидный возраст и обидное прозвище, «Плимут-Трэйлдастер» был дорог инспектору. Тим отлично помнил, как папаша поглаживал теплый капот машины и приговаривал: «А эта лошадка себя еще покажет, Тимми, вот увидишь. Нет никакой причины ее менять».

В общем, «Трэйлдастер» бегал хорошо и вполне мог прослужить еще лет двадцать. Это – в общем.

А в частности, он мог отлично пригодиться именно СЕЙЧАС, когда нужно было сломя голову мчать в аэропорт.

Тим решился. Ведь он прекрасно знал, где отец хранит запасные ключи от гаража. И он пошел и взял их. При этом Тим старался не думать, что с ним сделает отец, когда обнаружит отсутствие сына, ключей и машины.

Распахивая настежь гараж, Тим бурчал себе под нос:

– Я верну машину и вернусь сам. Со мной ничего не случится, правда, ничего!

Обычно отец ездил на работу на своей машине, но сегодня она осталась дома...

– Если бы ты, папа, не арестовал сегодня мистера Хлойда, я бы не взял у тебя твою любимую лошадку! – говорил Тим, садясь за руль.

И правда, отец и бедный мистер Хлойд Сноу укатили на полицейском автомобиле, вот почему (и только поэтому!) «Плимут-Трэйлдастер» отца оставался в гараже.

Мишки-гамми заглянули с улицы в гараж. Они были поражены: Тим, словно взрослый, уселся за руль, поправил зеркало заднего вида, подвинул кресло, чтобы ноги удобно доставали до педалей...

– Ах, как он красиво выглядит, – прошептала Солнышко и заботливо оглянулась. Она опасалась, как бы никто не услышал ее слов.

Тим помахал рукой и, высунувшись из окна, крикнул:

– Разойдитесь! Иначе могу задавить!

Малыш несерьезно взвизгнул. Толстяк повернулся и очень серьезно отпрыгнул в сторону. Остальные мишки сделали по шагу назад.

Взревел мотор, и огромный «Плимут-Трэйлдастер» выплыл из гаража, словно крейсер из гавани. За рулем огромной машины сидел маленький водитель и внимательно смотрел перед собой.

Тим от напряжения кусал губы. Сердце у него в груди так и прыгало, словно медведь-гамми, хорошенько глотнувший сока. Еще бы, ведь сейчас Тиму предстояло проехать по улицам Нью-Йорка! Этот город – самый большой в мире, значит, и движение на его улицах самое опасное. Как тут не волноваться, если тебе всего двенадцать и если ты не имеешь водительского удостоверения?

Тим задавался очень важным вопросом: повезет им или не повезет?

Стоит на их пути попасться первому полицейскому, и все. Он сразу прикажет остановиться, а если не подчиниться приказу, то он бросится в погоню. Поди доказывай потом, что сам догонял преступников!

Отец тогда с него, с Тима, три шкуры, нет, трижды по три шкуры сдерет, это точно.

– Впрочем, он в любом случае сдерет, – спокойно пробормотал Тим и невесело усмехнулся. – Разве что мы успеем обернуться туда и обратно до его прихода... Но это невозможно!

Будет ли их погоня поездкой до первого полицейского? Вот в чем вопрос, как говаривал один средневековый европейский принц.

Все равно, стоит рискнуть.

– Скорей! – опустив окно, закричал Тим. – Толстяк, Ворчун, закрывайте ворота! Малыш, Бабушка, Колдун, Солнышко! Быстрее – на заднее сиденье!

Толстяк и Ворчун закрыли ворота и забрались в салон. Рядом с Тимом устроился Малыш. Остальные прекрасно разместились сзади, места хватило всем, ведь медведи- гамми, как все знают, не такие уж и большие.

– Чур, ты будешь водителем, – воскликнул Малыш в сторону Тима, – а я – штурманом!

– Чур, – согласно кивнул Тим. – Конечно же, чур. Заметано, парень. Железно. На все сто... А теперь не мешай, ладно?

Малыш понял, что Тим волнуется (но не хочет этого показывать), и замолк.

Но тут Ворчун привстал на заднем сиденье и посмотрел через плечо Тима на приборный щиток.

– «Додж»! – сказал медвежонок, изображая большое знание автомобильного дела. – Хорошо! Красота!

Машина как раз выезжала на улицу. Тим вспотел от напряжения, ведь он держал первый в своей жизни экзамен по вождению. Как он успел научиться ездить, так сейчас и поедет.

Мальчик наморщил лоб, припоминая свою непродолжительную водительскую практику. У него за плечами несколько заездов в гараж – это не много, но и не мало. Чему там отец его учил? Значит так, притормаживаем, не спеша осматриваемся. Если все сделать правильно, в итоге получается быстро, но не торопясь.

– «Додж», «Додж», – бормотал над ухом Ворчун.

– Это не «Додж»! – нервно отозвался Тим.

– Как не «Додж»? – воскликнул Ворчун. – Скажи кому другому! Это «Додж»!

– Не-а, не «Додж»!

– «Додж!»

– Нееет!!! – закричал Тим.

Автомобиль дернулся и заглох.

Тим перевел дух и посмотрел на часы. До вылета самолета оставалось ровно сорок во-семь минут.

Вспоминаем еще раз. Как говорил отец? Быстро, но не торопясь... Тим глубоко вдохнул и повернул ключ в замке зажигания.

Мотор снова ожил, заурчал.

– Господи, да какая разница, – примирительно проговорила Бабушка. – «Додж», не «Додж»... Тим, ты смотри на дорогу, и все будет нормально...

Тим воспринял ее слова так, словно те прозвучали откуда-то издалека, из другого мира, но согласно кивнул.

Машина повернула направо и поехала по улице. Сначала медленно, затем быстрее, быстрее...

– Ну, все, теперь успеем, – сказал Тим и добавил потише: – Если не остановит полиция.

– Чтобы тебя не остановили, Тимми, – внезапно заговорил Малыш, – спрячься! Да-да, сползи под руль. Спрячься, чтобы тебя не было видно!

– Спасибо, Малыш, это страшно дельный совет! – свирепо ответил Тим. – Пожалей полицейских! Что с ними будет, если они увидят машину без водителя, которая несется по улице?

Приближался перекресток. Тим аккуратно включил мигалку и повернул налево...

А в следующую секунду мальчишке и впрямь захотелось сползти под руль, а еще лучше – просто исчезнуть, потому что улицу собирался переходить... его отец!

Тим зажмурился и затаил дыхание. Показалось?

Нет, не показалось.

Автомобиль пронесся мимо ошеломленного инспектора. Когда Тим открыл глаза, то снова увидел перед собой пустынную улицу.

Отец остался позади. Он что-то кричал и тряс кулаком.

– Ну, все! – мрачно произнес мальчик. – Теперь у нас один выход – одержать победу.

– Как это? – спросил Малыш.

– А так! – усмехнулся Тим. – Потому что победителей не судят!

Инспектор Джонс полдня подкатывался к мистеру Хлойду и так, и сяк, да все напрасно. Подозреваемый ни за что не соглашался взять на себя вину в краже пятидесяти семи холодильников. Допрос в полицейском управлении дал не больше, чем беседа, проведенная с мистером Хлойдом у него дома.

Неизвестно, какие чувства остались после такого продолжительного допроса у Хлойда Сноу, у инспектора же Джонса не осталось никаких, кроме осознания безвозвратно потерянного времени.

Нельзя сказать, что снеговых дел мастер что-то скрывал, нет. Он держался естественно, он сразу пообещал рассказать о том, что знает. Рассказал. Но полицию это не удовлетворило: ведь Хлойд Сноу заявил, что слыхом не слыхивал о пропавших холодильниках. Он помнит сюжет о странной краже, промелькнувший в телевизионных новостях, но не более. Да, Хлойд Сноу именно в корпорации «Айс Бокс» заказал холодильное оборудование для своей мастерской. Мистер Сноу через положенное время получил заказанный комплект, после чего он и корпорация «Айс Бокс» расстались большими друзьями. Вот и все.

Инспектор Джонс шел домой в большой задумчивости и в плохом настроении. Все- таки сегодня день был потерян. Инспектор распорядился оставить Хлойда Сноу в управлении, в специальной одиночной камере для опасных преступников, чтобы строптивый ваятель мог хорошенько подумать перед завтрашним допросом.

Завтра этот Сноу просто обязан признаться, полагал Джонс. Ночь в камере сделает свое дело!

Инспектор подходил к дому, и тут его едва не сбила машина. Каково же было изумление Джонса, когда он увидел, что эта машина была его собственная! Она пронеслась на полной скорости мимо, а за рулем сидел Тим.

Инспектор Джонс открыл рот и замер, как вкопанный. Ему показалось, что автомобиль не проехал, а воровато прошмыгнул. И ведь не остановился, даже не притормозил!

Неужели и впрямь в машине сидел Тим вместе с компанией радиоуправляемых игрушек? Инспектор Джонс осмотрел улицу. «Плимут» маячил вдалеке. Нет, ему не могло показаться.

Инспектор Джонс имел в кармане рацию, но пока не стал тревожить коллег по работе. Он увидел такси.

Джонс выставил вверх большой палец, и такси охотно затормозило.

– Куда? – спросил водитель.

– За той машиной, – ответил инспектор.

Водитель такси глянул вперед, всмотрелся и деловито кивнул:

– За «Доджем», да?

– Нееет! – взревел инспектор Джонс, и это вышло у него почти так же, как недавно у Тима. – Где твои глаза? Это же «Плимут-Трэйлдастер»!.. Да, это моя машина, и у меня ее угнали, черт побери... Знаешь, кстати, кто я и как моя фамилия?

Таксист помотал головой:

– Нет.

– Нет?! – пассажир едва не задохнулся от неожиданного признания. Он-то полагал, что даже таксисты читали газеты, где были описаны его подвиги и его методы работы, а также помещались его крупные фотографии. – Я полицейский, а моя фамилия – Джонс!

Показалось, или в самом деле таксист изменился в лице?

– Да-да, Джонс, тот самый... Если это тебе хоть о чем-то говорит. А если не говорит, тогда скажу я. Я сейчас на работе, понял? И, клянусь небом, это что-нибудь да значит!! – Инспектор Джонс набрал в легкие воздуха и рявкнул изо всех сил: – А НУ БЫСТРО ГОНИ ЗА ТОЙ МАШИНОЙ!!

Водитель окончательно струхнул. Лицо его стало серым – словно инспектор Джонс дунул на него пылью во время своей короткой и очень эмоциональной речи.

– Ну если вы так желаете, – смиренно пробормотал таксист и включил первую скорость.

Такси тронулось с места и быстро набрало скорость. Инспектор Джонс сидел сзади и зорко следил за своей лошадкой, которая едва виднелась вдали. При этом инспектор удовлетворенно думал: «Вот что значит знаменитая фамилия!»

Но Джонс был бы несказанно разочарован, если бы ему удалось прочитать мысли таксиста. Дело в том, что водитель испугался и решил подчиниться не знаменитому инспектору полиции, а сумасшедшему пассажиру.

С удивлением инспектор Джонс убеждался, что его сын неплохо водит машину. Несмотря на явные усилия таксиста, расстояние между преследователями и беглецами не уменьшалось.

Наконец, инспектор Джонс не выдержал:

– Эй, прибавь-ка скорости! Достаточно будет одного поворота – и они пропадут...

– Что? – повернулся таксист.

– Они оторвутся от нас, говорю! – повторил инспектор, почесывая огромные кулаки.

Вслед за профессиональным полицейским азартом в инспекторе начали просыпаться отцовские чувства. Он осознал, что гонится не за похитителями машины, а за сыном, и кулаки его разжались, а ладони оказались потными.

Но как бы там ни было, Тимми нужно догнать! Ишь ты, чего он учудил – вздумал погонять по городу среди бела дня! Нет, такие дела нельзя оставить без наказания...

– Послушай, уже четвертый раз перед носом загорается красный свет! – воскликнул водитель такси, ударив ногами по педалям сцепления и тормоза, а ладонями – по баранке. Такси замерло как вкопанное. – А этому «Плимуту» везет больше, чем нам! Перед ним пока что всегда зеленый... А я не могу проезжать на красный, ты сам должен это понимать!

– Послушай, парень, – тихо сказал инспектор. Он старался придать своему голосу спокойный тон. – Езжай, как хочешь, но если они пропадут из поля моего зрения, я тебя выкину и сам сяду за руль!

Тим, конечно, не чувствовал полного покоя: он понимал, что отец или сам бросится в погоню, или сообщит полиции. Скорее всего, рассудил Тим, отец будет действовать один в силу своего характера. Ведь он всегда любил действовать в одиночку, никогда не передавал своих дел другим полицейским.

Сколько там осталось до отправки самолета? Тим покосился на левое запястье.

Двадцать восемь минут, и половина города уже позади. С одной стороны, это значит, что впереди также лишь половина. Но, с другой стороны, успеют ли они за двадцать восемь минут преодолеть оставшуюся дорогу?

И еще, почему «Плимут» до сих пор не засек ни один полицейский? Как решил действовать его отец?

Внезапно Малыш обернулся назад, а затем произнес самым будничным тоном, на какой был способен:

– За нами погоня.

Малыш сообщил об этом спокойно, чтобы не разволновать приятелей, и в первую очередь – управляющего машиной Тима.

Но мальчишка и не думал волноваться, а напротив, вздохнул с облегчением.

– Спасибо, – еще более спокойно ответил Тим. Он посмотрел в зеркало и увидел такси. Через пару кварталов Тим снова посмотрел в зеркало и снова увидел то же такси.

Что же, Малыш не ошибся.

– Что ты все молчишь? – спросил Малыш с тревогой в голосе.

– Отлично! – охотно отозвался Тим.

– Что – отлично?

– Это подтверждает мою теорию!

– Какую?!!

– За нами гонится мой отец.

Малыш принял озадаченный вид. Откровенно говоря, он вовсе не понял радости Тима.

А Тим уже не радовался. Он хмурился и думал.

А что, если остановиться, подождать отца и вместе с ним попытаться догнать грабителей?

А вдруг отец снова не поверит, накричит, поднимет на смех, как он это умеет, и посоветует заняться лучше игрушками, но не лезть во взрослые дела? И еще всыплет по первое число за угон машины?

Нет, Тим будет действовать один, вернее, в компании с друзьями, теми, кто сидит рядом с ним. И не станет терять время на остановку и уговоры.

Город летел навстречу, а о том, что на хвосте зависло такси, думать не хотелось. А может, это и не отец вовсе? Иначе, как объяснить, почему расстояние между беглецами и предполагаемым преследователем не уменьшается? Отец едет в такси, но не желает догонять, а только следит, куда Тим направляется? Глупость какая-то.

– Тимми, Тимми, – осторожно прошептал Малыш. – Что это у тебя за теория такая?..

Мальчик не ответил.

Малыш и остальные мишки своими недоуменными взглядами так и сверлили затылок, шею и правое ухо Тима. Но Тим не разговаривал, потому что помнил: разговоры отвлекают водителя во время движения.

Внезапно он услышал за своей спиной, а там сидел Колдун, неясное бормотание. И мальчика пронзила мысль, которая его изумила и заставила нарушить молчание:

– Колдун, это твоя работа?!

– А? Что? – отозвался Колдун таким голосом, словно его только что разбудили. – Тим, о чем ты?

– О том, что. у меня отлично получается вести машину! О том, что полицейские, все, как на подбор, смотрят в другую сторону, когда мы мимо них проезжаем! О том, наконец, что перед нами еще ни разу не зажегся красный свет, а только все зеленый и зеленый...

Колдун смущенно запыхтел.

– Ну, Тим... Ну... Не скрою, я волнуюсь за тебя... И решил вспомнить кое-что из того, что еще окончательно не забыл...

«Эх, Колдун, Колдун, а я-то уж поверил, что у меня все само собой выходит», – подумал Тим с сожалением, но вслух сказал:

– Спасибо тебе, Колдун. Ты настоящий ДРУГ.

– Лучше бы этот друг вспомнил заклинание, задерживающее преступников, – сказал Ворчун.

– Чего не помню, того не помню, – с сожалением отозвался Колдун. – И Тиму я помог только наполовину... А на вторую половину он справляется сам!

Тим покраснел от неожиданной похвалы.

– Эй, Тимми, смотри, здесь нам нужно свернуть! – внезапно закричал Малыш.

Тим сбросил скорость. Действительно, у обочины дороги стоял большой зеленый указатель поворота к аэропорту имени Кеннеди.

Наконец, впереди показался и сам аэропорт. Что можно о нем сказать? То, что он называется аэропортом имени убитого президента Кеннеди. А в остальном – аэропорт как аэропорт, хоть и большой.

– А этот Кеннеди, он что, в самолете разбился? – неожиданно спросил Колдун.

Тим вздохнул, отыскивая место для машины на стоянке.

– Колдун, Колдун. Тебе давно пора знать о президентах страны, в которой живешь, – укоризненно произнес он. – Кеннеди убили нехорошие дяди... Или тети. Одним словом, преступники!

– Ой, конечно, – отозвалась в этом месте Солнышко. – А ведь мы тоже гонимся за преступниками!

«Это уж точно, – подумал Тим. – Мы увидим в аэропорту преступников. Живых, а не нарисованных в книжке. А это значит, что шутки кончились. И холодок пополз по спине Тима.

Увидев просвет в ряду автомобилей, Тим резко крутанул руль вправо и... едва за-тормозил в последний момент. У него не получилось вписаться в узкий промежуток между стоящими машинами, зато почти получилось врезаться в багажник ядовито-зеленого «Форда».

Тим мысленно выругался. Вот было бы досадно: одолеть дорогу от дома до аэропорта без приключений, без стычек с полицией, оторваться от погони (после поворота на аэропорт Тим почему-то перестал видеть сзади такси), заслужить похвалу Колдуна и в самую последнюю минуту сесть в лужу!

Мальчишка моментально покрылся потом.

– Ничего, Тимми, – воскликнул Малыш. – Расслабься и попробуй снова, у тебя получится.

Тим кивнул, дал задний ход... и со второй попытки занял свободное место.

Он заглушил мотор и обернулся к мишкам.

– Спасибо вам за все, – сказал мальчик. – Как бы там ни было, с вашей помощью или без, но у меня сегодня все получается... И я до сих пор сам поверить в это не могу. – Тим несмело улыбнулся.

– Да брось ты, – сказал Малыш.

– Не стоит, – добавил Ворчун.

Тим еще раз осмотрел всех и махнул рукой.

– Ну пошли, быстро! Если мы после всего опоздаем!..

Колдун действительно стрелял заклинаниями в постовых полицейских и в светофоры, когда те и другие попадались на пути, но он никак не действовал на такси с перепуганным водителем и инспектором Джонсом на заднем сиденье. А зачем? Такси отставало, и это происходило само по себе. После того, как «Плимут-Трэйлдастер» проносился на зеленый свет, загорался красный, как ему и положено было загораться, и таксист притормаживал.

А инспектор Джонс злился.

– Хватит, останавливай! – не выдержал Джонс после очередного перекрестка.

Таксист втянул голову в плечи и послушно затормозил. Он не протестовал, потому что увидел на тротуаре телефон-автомат. Позвонить в полицию, конечно, нужно позвонить в полицию! Как он раньше не додумался до такого простого решения! Он сообщит, что его такси захвачено маньяком, который утверждает, будто является суперполицейским при исполнении профессиональных обязанностей.

Такие маньяки особо опасны, в этом таксист не сомневался. «Инспектора Джонса» непременно повяжут, стоит только сообщить номер машины.

– Ты куда? – рявкнул Джонс вслед бедному таксисту.

Едва машина замерла, водитель выскочил из нее как ошпаренный. Возглас инспектора настиг его, словно пуля, в ту минуту, когда водитель ступил на тротуар. Таксист побелел как смерть. Ведь он находился теперь в непосредственной и очень опасной близи от маньяка, на которого задумал донести в полицию.

– Ты куда? – повторил инспектор Джонс свой грозный вопрос в приоткрытую дверь.

– Я? Э-э-э... – таксист замялся, бросая взгляд на спасительный телефон, до которого было всего каких-то три-четыре шага. – Я... просто хотел пересесть на ваше место, если вы вздумали занять мое...

Физиономия инспектора Джонса вытянулась. Ответ таксиста его вполне удовлетворил.

– Подойди ближе! – приказал инспектор водителю голосом, каким питон Каа из книжки про Маугли приказывал приблизиться обезьянам. – Бли-и-иже!

Таксист подошел на резиновых ногах.

–- Ключи! – Джонс протянул руку.

Парень протянул позвякивающую связку (у него дрожала рука) и с облегчением уронил ее на широкую ладонь инспектора.

Джонс удовлетворенно ухмыльнулся, выскочил из машины и, обойдя ее вокруг, занял водительское место. Инспектор не особенно спешил, потому что знал: если он занял место за рулем, то ни один человек, тем более его сын, не сможет уйти от погони. Всякому беглецу можно было предоставить даже некоторое преимущество для интереса.

Джонс вставил ключ в замок зажигания и повернул. Тотчас из чрева автомобиля донеслось урчание, какое бывает в животе голодного, готового к атаке хищника.

Инспектору Джонсу это очень понравилось. Машина выполнила его приказ завестись, а теперь она выполнит его следующий приказ: догнать беглеца. Инспектор Джонс верил, что из любой машины выжмет все необходимое для себя. Ведь он не просто полицейский, он настоящий супермен!

Занятый такими мыслями, инспектор тронул машину с места, и тут до него дошло, что он находится в салоне один. Таксист остался на тротуаре.

Инспектор оглянулся и махнул рукой.

– Ну и хорошо, что остался. Толку от него никакого.

Таксист первые пару минут просто переводил дух. Ему все не верилось, что он успешно избавился от странного субъекта. Не беда, что этот субъект не заплатил, главное, в живых оставил.

Потом таксист бросился к телефону и стал тыкать в аппарат дрожащим пальцем. Парень так волновался, что в наборе номера дважды (!) ошибался и куда-то не туда попадал.

– Алло, полиция? – наконец закричал таксист. – Я таксист, на меня совершено нападение...

Он назвал номер машины, но затем телефонная трубка спросила о приметах напавшего.

– Серый пиджак, короткая стрижка бобриком, назвался каким-то инспектором Джонсом! – прокричал парень.

В трубке сначала примолкли, а затем весьма спокойно посоветовали не волноваться.

– Дело в том, молодой человек, что описанные вами приметы полностью соответствуют внешности знаменитого инспектора Джонса! – сказала трубка. – Так что поздравляем вас и весьма вам завидуем...

– Завидуете? – вскричал пораженный таксист. – Но почему?

– Как почему? – удивилась трубка. – Далеко не каждому выпадает счастье наблюдать инспектора Джонса в работе. А вам повезло...

Таксист хотел что-то ответить, но не смог произнести ни слова: от услышанного он потерял дар речи.

– Знаете, что вам можно посоветовать? – продолжала трубка. – Бегите быстрее в любую ежедневную газету и расскажите обо всем, что с вами приключилось! Едва вы назовете имя инспектора Джонса, как ваше интервью оторвут с руками! Его опубликуют на первой полосе и хорошенько вам заплатят!

Водитель такси в конце концов положил трубку и долго-долго хлопал глазами, стоя возле телефона-автомата. А затем, ощущая шум в голове от всего того, о чем ему только что рассказали, отправился в редакцию «Нью-Йорк геральд трибюн».

Близкий к обмороку водитель такси вышел оттуда через минут сорок с большой кучей долларов в руках.

– Невероятно... Невероятно... – шептал водитель, во все глаза рассматривая деньги.

В редакции ему сказали, что если бы он присутствовал на задержании, которое проводил бы сам инспектор Джонс, ему бы (очевидцу такого задержания) заплатили за интервью в четыре раза больше...

Когда парень выходил из помещения редакции в коридор, он услышал за спиной, как главный редактор орал в телефон:

– Билл! Проставь-ка в заказе – мы увеличиваем тираж завтрашнего номера тысчонок этак на четыреста!.. Что-что! У меня появился новый, ударный материал, так что разметут все, не беспокойся...

Вот что значила слава отца Тимми – знаменитого инспектора нью-йоркской полиции с простой американской фамилией Джонс!

Глава 8

Потасовка под брюхом «Боинга»

Едва Тим и мишки-гамми вышли из салона «Плимута-Трэйлдастера», как тут же услышали обрывок, а точнее, окончание объявления:

– ...посадка на самолет, следующий рейсом Нью-Йорк – Рим.

После этого наступила полная тишина, и объявление во второй раз не прочитали.

Тим растерянно посмотрел на спутников:

– И это все? Что они хотели сказать?

– Кто они? – спросила Солнышко.

Ей никто не ответил.

Малыш подумал-подумал, а потом пожал плечами:

– Тимми, я ведь слышал не больше твоего. Во всяком случае, это наш самолет. Нам нужно найти именно его.

– Они не только хотели сказать, они сказали, – заметил Ворчун. – Да только мы не слышали.

– Эх, надо было взять с собой тех ворон, – протяжно вздохнул Толстяк. – Они бы нам живо показали, где искать фургоны.

– А что, мы без них не найдем? – развернул худые плечи Тим.

Мальчик внимательно осмотрел большое здание аэропорта, которое, казалось, нависало над ними. Строение было похоже на космический корабль или на какую-нибудь орбитальную станцию будущего, с которой стартовали космические челноки – их роль выполняли самолеты, находящиеся за зданием.

Тим усмехнулся. Кстати, подумалось ему, как много челноков находится сейчас у орбитальной станции?

– Ну-ка, за мной! – скомандовал Тим и побежал вверх по широкой бетонной лестнице.

– Погодите, не так быстро! – кричала Бабушка. – Колдун спотыкается!

Мальчик и мишки подбежали к низкому парапету. С этого места открывался прекрасный вид на все летное поле.

И тут Тимми понял, что проблем и в самом деле нет, потому что у огромного здания аэровокзала стояло лишь четыре самолета. К каждому вел специальный тоннель для прохода пассажиров, так называемый рукав. Три самолета были американскими, а четвертый...

– Зачем нам нужны те две вороны, – повторил Тим, – если главную белую ворону мы видим перед собой? – и он оттопырил палец в сторону крайнего правого самолета, совершенно не стыдясь при этом, что откуда-то может раздаться свирепый голос отца: «А ну, не показывай пальцем, Тимми, паршивец!!!»

У крайнего правого рукава находился «Боинг-747» итальянской авиакомпании. Мишки-гамми теперь это и сами увидели. А еще Тим и его приятели заметили у грузового люка два больших синих фургона с частыми желтыми полосами на боках.

Тим сузил глаза, а Малыш повернулся к Толстяку и ткнул его кулаком в бок.

– Ну? – спросил Малыш.

– Это они! – уверенно произнес Толстяк и глухо зарычал.

Шла погрузка. Сразу бросалось в глаза, что проходила она как-то слишком нервно. Тим принял это за еще один, довольно точный признак того, что перед ним преступники. Между фургоном и самолетом сновали грузчики в одинаковых коричневых комбинезонах и, работая, хмурились, сутулились и подозрительно оглядывались по сторонам. Какой честный человек, скажите, станет себя так вести? Крайне неуютно на открытом месте бывает лишь преступнику, это ясно, как дважды два.

Типичные злодеи, повторил в мыслях Тим. Ох, как зловеще они разбрасывали вокруг свои вороватые взгляды! Как боялись, что кто-то поймет их криминальную сущность! Как они были похожи на пиратов, волей какого-то очень злого волшебника перенесенных в наши дни.

Большая надпись «САУД-КАРГО» на фургонах могла ввести в заблуждение разве что какого-нибудь простака, совсем маленького ребенка, но уж никак не Тима Джонса!

Дело было вот в чем. Если фирма не стесняется писать свое название огромными буквами (которые ясно видны даже издали), то у всех, кто видит эту надпись, как правило, создается ложное впечатление, будто этой фирме нечего скрывать, будто в ней работают открытые и порядочные люди... ну, и так далее.

На это бандиты и рассчитывали, делая надпись.

Но Тим ясно видел фальшь. Она, эта фальшь, заключалась в излишней честности огромных букв.

Грузчики таскали холодильники явно те самые, краденые. Они таскали их весьма и весьма бережно, вчетвером брали один и со всеми мерами предосторожности выгружали из фургона, а затем мелкими-мелкими шажками переносили к подъемнику. Подъемник, естественно, поднимал каждый холодильник вверх, где он исчезал в грузовом люке итальянского самолета. Там действовала еще одна четверка таких же несимпатичных и сосредоточенных грузчиков. Эта четверка перехватывала холодильник – и с концами.

Но к чему были такие предосторожности? Тим недолго думал, чтобы это понять.

Стоило предположить, что внутри каждого холодильника находился снеговик мистера Хлойда – а ведь так оно и было, – как сразу все становилось на свои места.

– Мне понятно! – сказал Тим.

– Что – понятно? – не понял Малыш.

– В корпорации «Айс Бокс» пропало именно пятьдесят семь холодильников – не больше не меньше – по числу снеговиков мистера Хлойда! Ограбление корпорации было задумано для того, чтобы получить упаковку для транспортирования снеговиков! Ведь в этой модели холодильников предусмотрены аккумуляторы!

Малыш зажмурился.

– Тим, ты гений! Дай мне пожать твою мужественную руку.

– Не сейчас, – Тим несогласно покрутил головой. Он внезапно увидел, что из последнего фургона четверка грузчиков вынула последний холодильник.

– Что же делать, мы просто не успеем взять билеты или что-то еще в таком роде! – заволновался Тим. – Мы...

– Быстро туда! – отозвался Малыш и припустил со всех лап к бетонной ограде летного поля. – Мы попробуем их остановить! – пояснил медвежонок на бегу.

Тим оглянулся. Все медведи-гамми неслись к ограде. Бежали Толстяк, Ворчун, Солнышко, а также Бабушка и Колдун. Тим едва не споткнулся, когда заметил, что Колдун продолжает читать на бегу. Как это ему удавалось, Тим совершенно не мог понять.

Подбежав к бетонной стене, Тим и Малыш остановились и переглянулись.

– Но здесь нет прохода! – растерянно заметил Тим. – И ограда слишком высока! Как ее преодолеть?

– А вот как! – Малыш вытащил бутылочку с гамми-соком, отхлебнул сам и протянул Тиму. – Сделай глоток! Не бойся!

Тим зажмурился и отпил.

– Да, – сказал он изумленно. – Ну и вкус!

– Понравился? – осведомился Малыш. – На что он похож?

– Одновременно на все то, что выставляется в витрине кондитерского магазина перед Рождеством, – нашелся Тим.

Пока длился этот короткий диалог, остальные мишки догнали их.

– Вперед! – скомандовал Малыш и оттолкнулся от земли. – Оп-ля!

Мгновение – и он красиво взлетел над оградой. Его гамми-родственники также преодолели препятствие.

Тим замешкался, не решаясь так высоко прыгать.

На противоположной стороне над оградой взлетел Малыш.

– Тим, что же ты? – успел спросить он и снова скрылся внизу.

– Давай быстрее! – добавил Малыш во время второго скачка.

– Не то действие гамми-сока прекратится! – закончил он в третий раз.

Тим мужественно сжал зубы и слегка оттолкнулся от земли... Сила ног неожиданно оказалась такой, что мальчик взлетел над стеной.

– Молодец, Тимми! – хором закричали все медвежата. Они стояли по ту сторону стены.

Тим успел заметить, как грузчики поставили последний холодильник на платформу подъемника. Но мальчик не рассчитал направление толчка, и опустился на землю вновь по внешнюю сторону ограды.

– Не беда, – сказал себе Тим. – Ну-ка, еще раз...

Теперь все получилось так, как надо. Мгновение – и стена осталась сначала внизу, затем – за спиной, а Тим присоединился к друзьям.

– Быстрее, мы едва успеваем! – крикнул он и припустил к самолету.

Не оборачиваясь, он слышал, как мишки бегут за ним.

Но нет, еще не все было потеряно, ведь у самолета оставались грузчики фирмы «САУД-КАРГО». Один из «коричневых комбинезонов» сел за руль подъемника, двое стали закрывать двери фургона...

– Остановитесь! – крикнул Тим.

Темные личности подняли головы, и все, как один, сверкнули зловещими улыбками. Они заметили компанию, спешащую к самолету.

У Тима душа ушла в пятки, когда он увидел эти взгляды. Но он не струхнул и продолжал бежать, а потом вновь набрал воздуха и крикнул:

– Эй! Стойте! Остановитесь! – И особенно громко: – Это чужие холодильники!

И тут грузчики бросили свои занятия и двинулись в сторону мальчика.

Тим услышал громкий звук и, подняв глаза, заметил, что грузовой люк начал закрываться. Значит, вторая четверка, или сколько их там, отправляется с грузом? По- видимому, так и должно было быть.

Вдруг дверь люка остановилась на полпути. Тим всмотрелся, пытаясь понять, что же помешало ее полному закрытию. Но ничего рассмотреть не удалось.

В следующую минуту ужасный свист резанул Тима по ушам – это самолет включил двигатели на прогрев.

Одновременно с включением двигателей двое огромных грузчиков навалились на Тима. Им быстро удалось скрутить его в бараний рог.

– Пустите! Пусти-и-ите! – Мальчишка кричал и вырывался изо всех сил.

Но темные личности держали крепко, с железной силой. Рук Тим уже не чувствовал, руки его, сжимаемые грузчиками, оставались совершенно неподвижными, словно зажатыми в слесарных тисках.

Тим в отчаянии подумал, что совершил огромную ошибку, когда не подождал отца. Пусть бы отец из него хоть бифштекс сделал, все равно это было бы лучше, чем оказаться в лапах воров, а может быть, даже убийц.

Если бы здесь был его отец, он бы им показал!

Тим едва не выкрикнул эту фразу, но вовремя спохватился. Настоящий мальчишка не станет угрожать: «У меня отец есть, который вам так вмажет...» Нет, настоящий мальчишка попытается выкрутиться из любого положения только самостоятельно.

И Тим снова принялся выкручиваться из своего незавидного положения, он выкручивался в прямом смысле.

– Держись, Тимми! – едва услышал он в гуле реактивных двигателей, гремящих почти над самой головой.

Откуда это? А, подоспели мишки-гамми!

Но что они смогут сделать?

Разве они смогут что-то сделать?

Но мишки вовсе не собирались наблюдать, как ужасные грузчики расправляются с их другом. Мишки-гамми решили действовать.

Толстяк и Ворчун заслонили собой Бабушку, Колдуна, Солнышко и Малыша. При этом Ворчун сказал:

– Старики, женщины и дети не вмешиваются!

Малыш этому решительно воспротивился, и Толстяк с Ворчуном махнули на него рукой. Они выхватили бутылочки, глотнули гам- ми-сока для прибавления сил, потом утерлись, сжали кулаки и ринулись на грузчиков.

– Банзай!!! – закричали трое мишек так громко, что этот клич в какой-то мере перекрыл рев реактивных двигателей.

Тиму смутно подумалось, что такой крик он уже где-то слышал... Или просто встречал?.. Но где, в каком-то мультике, что ли?

Толстяк, Ворчун и Малыш подпрыгнули и устремились на врага. Малыш, впрочем, промазал. Он пролетел совсем рядом с Тимом и скрылся где-то у него за спиной.

Но зато Толстяк и Ворчун, словно два видимых кулака огромного невидимого боксера, или словно два снаряда, или словно две гири, попали в цель: они почти одновременно врезали по злобным грузчикам. Ворчун попал в живот левому, а Толстяк – в подбородок правому грузчику.

Тим услышал:

– Упп! – слева.

– Хряк! – справа.

– Урра! – закричал Тим. – Победа! – Хоть победы никакой еще не было.

Тим кричал, чтобы хотя бы криком помочь приятелям. И это получилось. Грузчики вздрогнули, а может быть, даже струхнули. Из-за вздрагивания они пропустили второй удар.

Вторым ударом неутомимые Толстяк и Ворчун уложили обоих, опрокинули на бетонные плиты аэродрома!

Ну, а третьего удара не было, просто Толстяк и Ворчун запрыгнули на грудь одному и другому грузчику и подмигнули друг другу:

– Банзай!!!

На этом веселье завершилось, потому что на подмогу побежденным уже спешили двое других грузчиков...

Тиму удалось высвободиться, и хоть у него занемели руки, ногами он мог бегать и даже прыгать.

– А ну-ка! – закричали разом Толстяк, Ворчун и Малыш, подхватили Тима с трех сторон (и кто знает, как это у них вышло?) и... запрыгнули прямо в грузовой люк, который, оказывается, был еще открыт!

Тим еще не успел опомниться, как в люке оказались Солнышко, Бабушка и Колдун. Таким образом, вся компания была в самолете.

– Бла-бла-бла! – Малыш показал язык грузчикам, которые бесились внизу и размахивали кулаками. Они даже прыгали от ярости, эти грузчики, но тщетно! Ведь чтобы допрыгнуть до люка, им нужно было иметь чудесный гамми-сок, а кто им его даст?

– Малыш, дразниться нехорошо, – как всегда назидательно сказала Бабушка. – И когда ты уже вырастешь?..

Малыш на это промолчал.

Самолет неожиданно тронулся с места и мягко покатил по плитам. Он держал курс на начало взлетной полосы.

– Ну, что, впереди у нас Италия?! – сказал Ворчун. – Мы все-таки посмотрим мир, и ты, Тимми, вместе с нами!

Ворчун дружески хлопнул мальчугана по плечу, но Тим вместо того, чтобы обрадоваться, вздрогнул. Его несказанно испугала мысль – вот так, запросто, без билета и таможенных формальностей оказаться в Италии. Ведь это не другой штат или другая страна... Это – другой континент, это далекая и таинственная Европа ... Это за океаном! Туда же целый день лететь надо!

– А я даже не предупредил отца, – прошептал мальчишка.

Тим, рискуя вывалиться из самолета, высунулся и обратил свой взгляд в ту сторону, где осталось здание аэровокзала. Он пытался угадать в маленьких людских фигурках силуэт отца: вдруг он все-таки приехал в аэропорт?

Но на таком расстоянии что-то рассмотреть было совсем невозможно...

А еще через миг пришлось закрыть люк, потому что самолет мчался по взлетной полосе.

Предчувствие не обмануло Тима: инспектор Джонс действительно был в аэропорту.

Его короткая задержка в пути была вызвана тем, что он высаживал таксиста и отнимал у него ключи. Но после того, как инспектор сам сел за руль, маленькая задержка стала быстро перерастать в большую.

Все светофоры на его пути словно взбесились, если только можно назвать бешенством постоянство красного света на каждом перекрестке. Инспектор Джонс запоздало вспомнил, что сидит не в полицейской машине, а в обычном такси, и здесь нет ни мигалки, ни сирены. Имеется, конечно, звуковой сигнал, как в любом автомобиле, но его звучание с классической полицейской сиреной не имеет ничего общего.

А ведь только полицейская сирена способна заставить других водителей посторониться!

Но инспектора Джонса не зря любили газеты. Он славился своей феноменальной находчивостью. Да-а-а, знаменитый инспектор не терялся даже в самых неожиданных, самых безвыходных, самых мрачных и безнадежных ситуациях.

Нашел он решение и тут, причем на раздумье у знаменитого полицейского ушло всего несколько минут. Правда, эти минуты были драгоценными, но зато их потратилось всего несколько.

И выход был, как всегда, гениален. Инспектор Джонс опустил стекло, высунул голову наружу и заорал, даже не особенно напрягая свою глотку:

– ИУ-ИУ-ИУ-ИУ!

Инспектор монотонно орал две ноты, талантливо изображая вой полицейской сирены.

– ИУ-ИУ-ИУ-ИУ-ИУ!

Это у него получалось так похоже, что другие водители просто шарахались от такого воя в разные стороны. Они притормаживали у тротуаров и ждали, пока вой полицейской сирены не затихнет вдали, а потом медленно-медленно возобновляли свое движение.

– ИУ-ИУ-ИУ-ИУ-ИУ-ИУ-ИУ!

Теперь все перекрестки инспектор Джонс проезжал без задержки, он не останавливался даже на красный сигнал светофора. Таким образом, заклинания Колдуна были побеждены человеческим мастерством.

В аэропорт инспектор Джонс прибыл как раз в ту минуту, когда Тим, прыгнув во второй раз, перелетел через бетонное ограждение летного поля. Если бы Джонс-старший придумал свою сирену минутой раньше, он бы успел задержать Джонса-младшего в Америке.

Цепкий взгляд инспектора сразу выхватил «Плимут-Трэйлдастер». Джонс подошел к машине и нежно погладил ее по борту.

– Ну, хоть целым доехал, не побился, – с затаенной, но прорывающейся наружу гордостью подумал о сыне инспектор Джонс. – Но, черт возьми, где он? Где этот несносный мальчишка?

Инспектор взбежал по широким ступенькам и бросил беглый взгляд на самолеты.

И тут он увидел, как семь черных точек, словно блохи, запрыгнули в люк крайнего «Боинга», и самолет тронулся с места.

– Это он, – выпалил Джонс.

Инспектор заволновался. Остроты зрения ему, конечно, не хватило, чтобы разглядеть сына – но родительская интуиция ясно подсказала, что одна из блох – это точно его Тимми.

Инспектор поймал себя на том, что сжал кулаки. Он обратил внимание: у места недавнего нахождения самолета остались еще четыре «блохи». Они имели чуть больший размер (взрослые?!) по сравнению с теми, которые запрыгнули в самолет. Две «блохи» были неподвижны, две – суетились над неподвижной парой. Пара лежащих «блох» поднялась на ноги, а затем они снова разделились на пары, залезли в фургоны с большими надписями «САУД-КАРГО».

Минутой позже фургоны двинулись к служебному выезду с территории аэродрома.

«Боинг-747» катил на взлетную полосу, а у инспектора Джонса росла уверенность, что сын находится там, в грузовом отсеке самолета.

– Какая нелегкая занесла туда Тима? – снова и снова спрашивал себя инспектор. Он засунул в уголок своей памяти название «САУД-КАРГО» – пока что просто так, на всякий случай, – и стремительно направился к зданию аэровокзала.

– Мисс, я инспектор Джонс! По совершенно особым обстоятельствам мне необходимо задержать... – взгляд инспектора скользнул по огромному табло, – ... рейс в Рим!

Девушка, к которой обратился Джонс, восхищенно округлила глаза.

– Ого! Знаменитый инспектор Джонс! Вы у нас! Говорят, ваше появление приносит удачу... – Девушка имела в виду совершенно конкретную удачу, заключенную в денежной награде за интервью; такую же удачу, которую поймал за хвост водитель такси. Собеседница широко улыбнулась Джонсу. – Неужели вы хотите сказать, инспектор, что в этом самолете бомба?!

– Нет, но...

Девушка вздохнула.

– В таком случае ни одна причина не в состоянии задержать вылет интересующего вас рейса!

– Это почему же? – в голосе инспектора появились знаменитые стальные нотки, бесчисленное количество раз воспетые журналистами и так хорошо знакомые Тиму.

От этих ноток лицо девушки выразило такое непомерное горе, словно собеседница собиралась расплакаться от ответа, который вынуждена была дать:

– Да потому, мистер Джонс, что самолет уже взлетел! Он в воздухе, посмотрите! – девушка протянула руку к большому окну.

Сквозь него было видно, как итальянский «Боинг» уверенно набирал высоту, а через мгновение он уже растворился в синем небе, слегка подернутом дымкой.

Инспектор Джонс с трудом сдержал бурю эмоций, так и рвавшуюся наружу.

Чтобы унять бушевавший внутри него ураган, он молчал целую минуту. Затем он спросил глухим голосом:

– Когда следующий рейс в Рим?

– Сейчас, сейчас, гляну... Сожалею, только через шесть часов, – ответила девушка.

Это время инспектор провел не зря. За пять часов он опросил многих служащих аэровокзала и знал, что фирма «САУД-КАРГО» зафрахтовала часть грузового отделения в отправившемся рейсе для перевозки каких-то холодильников. Бумаги были в полном порядке, счета оплачены, и у служащих аэропорта не возникло к фирме «САУД-КАРГО» никаких вопросов.

– Этим фирмачам и раньше случалось что-то перевозить в Европу, – сказал старенький служащий, с которым вел беседу инспектор Джонс.

– Покажите документы, – потребовал полицейский.

Он уже усек (после нескольких разъяснительных бесед с шефом), что и в бумажках можно иногда обнаружить кучу интересного. На этот раз кучи не было, но хватило и того, что встретилось.

Инспектор, увидев криво нацарапанное чьей-то рукой, но поистине волшебное число «57», почувствовал, что запахло жареным. И он стал гораздо лучше думать о сыне и немного хуже – о себе.

...Через пять часов тридцать минут инспектор Джонс стоял у места регистрации пассажиров, отбывающих в Рим, с билетом в руке. Очередь медленно двигалась вперед.

– Инспектор Джонс, это инспектор Джонс, – то и дело слышалось вокруг. Через минуту донесся шепот: – Он летит с нами... Значит, одно из двух – или на борту находится террорист, а это значит, все из рук вон плохо, или... террориста нет, и в таком случае рейс, считай, дополнительно застрахован!..

Инспектор вздохнул. Бывали у него в жизни моменты, когда слава по-настоящему угнетала.

А тут еще неожиданный вывод о том, что сын что-то понял раньше его!

Чтобы отвлечься от горестных рассуждений, Джонс достал из внутреннего кармана рацию. Вытащив антенну, он нажал кнопку и решительно произнес:

– Алло, шеф?

Начальник оказался на месте.

– Шеф, вы меня знаете? – без обиняков спросил инспектор Джонс. – Я спрашиваю, шеф, знаете ли вы меня?

– Да, двадцать лет, – послышался немного растерянный ответ.

– Так вот, шеф, я начал преследование, – сказал инспектор Джонс. – И по этой причине прошу не ждать меня на работе завтра. О новостях узнаете из газет... – Он всегда так говорил, знаменитый инспектор Джонс.

О том, что он начал преследование, услышала вся очередь. Те, кто имел радиотелефоны, а таких было несколько человек, достали их и принялись звонить в самые разнообразные редакции.

– ИНСПЕКТОР ДЖОНС НАЧАЛ ПРЕСЛЕДОВАНИЕ... – неслось по залу. – НАЧАЛ ПРЕСЛЕДОВАНИЕ... ПРЕСЛЕДОВАНИЕ... ПРЕ...

Едва бравый полицейский спрятал рацию, как подошла его очередь.

Глава 9

Приключения мишек-гамми внутри холодильника

«Боинг-747», как любой настоящий аэробус (махина, которую рассматриваешь на земле и не понимаешь, каким это образом она поднимает свое тяжелое брюхо в воздух), имел два этажа, или, как их еще называют, уровня. На верхнем, пассажирском, в мягких креслах удобно разместились, конечно же, пассажиры. На нижнем уровне, грузовом, находился их багаж: чемоданы, спортивные сумки, пакеты, коробки.... А еще там стояли холодильники, пятьдесят семь штук, украденные в корпорации «Айс Бокс».

И где-то между этими холодильниками притаились мишки-гамми и Тим Джонс.

– Красота, летим в Европу! – громко произнес Толстяк. – Давненько я там не бывал!

Дежурные лампочки освещали грузовой отсек, и в этом тусклом свете было заметно, как Толстяк улыба-а-ается. Его улыбка была такой же длинной, тягучей, как и само слово «улыбается», если его произносить нараспев.

– Знаете, что я вам всем скажу? – неожиданно заявил Малыш. Из полумрака на него глядели пять встревоженных физиономий и одна – недоумевающая. Последняя, конечно, принадлежала Толстяку. – Мы здесь не на отдыхе! Ты, Толстяк, просто не долетишь до своей Европы, если будешь так болтать... – Тут Малыш понизил голос до свистящего шепота: – Это касается всех нас! Вы что, до сих пор не поняли, что на этом самолете, или по крайней мере здесь, в его грузовом отсеке, творятся темные дела?

– Малыш прав, – тихо сказал Ворчун. – Если мы обнаружим себя, нас могут просто выбросить на лету самолета из этого самого люка, – он показал лапой на дверь, находящуюся совсем рядом.

– Не забывайте: где-то здесь бродят четверо грузчиков в коричневых комбинезонах! – в тон Ворчуну напомнил Малыш.

«Где это мой папа», – подумал Тим. А еще мальчик подумал, что не завидует мишкам-гамми, потому что у них не было ни мамы, ни папы, а сразу была Бабушка. Тим отлично знал, каково это – не иметь мамы...

– Везет Колдуну, ему не скучно, потому что он читает, – вздохнул Толстяк.

– Я могу дать и тебе почитать эту Книгу, только ты умрешь от скуки, – отозвался Колдун. – Так что не завидуй, я не развлекаюсь, а работаю.

– Только результатов работы как не было, так и нет, – вздохнул Малыш. – Ладно, Колдун, ты не обижайся. Жаль, потому что если бы ты нашел дорожное заклинание в своей книжке, мы могли бы перенестись в этот самый Рим и встретить самолет с холодильниками там.

Неожиданно раздался какой-то звук. Больше всего звук напоминал шаги.

– Ой, – это произнесла, как всегда, Солнышко. Ее «ой» прозвучало жутко, ведь Солнышко сразу поняла, что это был за звук.

Потому что это были шаги.

– Не бойся, – прошептал Тим. – Это, скорее всего, грузчики.

– Вот их-то я и боюсь больше всего, – дрожа, пояснила Солнышко.

– А ты вспомни, как Ворчун и Толстяк расправились с теми, кто остался на земле, – не стал сдаваться Тим. – Думаешь, эти чем-то отличаются от тех?

– Цыц, – выдохнул Малыш едва слышно. – Вы различаете? Они идут к нам!

– Кто?

– Грузчики, кто же еще!

Тим высунулся из-за холодильника. Ненамного, всего на чуть-чуть, но этого хватило, и он увидел... Это и впрямь были грузчики, четыре зловещие фигуры с отвратительными физиономиями. Они один за другим шли по узкому проходу между завалами вещей... А еще Тиму показалось, будто кулаки у них плотно сжаты.

Тим отпрянул и круглыми глазами посмотрел на Малыша.

– Ну? – спросил тот. – Они?

– Они! – выдавил Тим.

– Сюда?

– Сюда!

– Нам надо спрятаться, – засуетился Малыш. – Неизвестно, зачем они идут, но будем готовиться к самому худшему...

Тим вздрогнул. Ясно, что самым худшим в их ситуации будет свободное падение с высоты более двух десятков тысяч футов. Бомбометание. Семь живых, истошно кричащих бомб.

Малыш поискал взглядом и потянул за дверцу ближайшего холодильника.

– Закрыто! – с досадой поморщился медвежонок. – И к тому же запломбировано!

Тим с удивлением осмотрел пломбу на дверце холодильника, внезапно обнаруженную Малышом. Пломба была кем-то сделана для того, чтобы в дороге никто из рядовых членов преступной организации (грузчиков? хранителей? сторожей?) не сунул нос в холодильник и не растопил при этом творение Хлойда Сноу.

Тим и мишки-гамми чувствовали полное отчаяние. Они попали в безвыходное положение, они в буквальном смысле оказались припертыми к стене! Но от переживаний их отвлекли голоса, которые раздались в эту минуту.

Разговаривали грузчики.

– ... зачем нам лезть и осматривать каждый холодильник? – спросил один из четырех. – Вот ОН придет, пусть ОН сам и смотрит!

«Кто это, ОН?» – подумал Тим.

Прозвучавший голос был высоким и совсем не страшным. Этот голос вполне мог принадлежать женщине или ребенку, если бы в нем временами не проскакивали низкие басовитые и грозные нотки.

Другой голос, значительно ниже первого, настоящий бас, ответил:

– Хохозяин будет смотреть не на хохолодильники, а на нас – хохорошо ли мы несем свою службу. Мы сами должны будем сообщить ему о хохолодильниках. Хохором!

– А этот еще и заикается, – мрачно заметил Малыш. – Какая странная привычка...

Тим в ужасе приставил палец к губам, призывая Малыша молчать.

Притаившиеся друзья услышали и третий голос, который ничем особенным не выделился – просто прозвучал, и все:

– А вы заметили? Хозяин впервые сам сопровождает груз. Это значит, мы переправляем то, что имеет особую ценность! Такую ценность надо проверить!

«На этом самолете летит еще и Хозяин! – автоматически отметил про себя Тим. – Кто же он?»

– Хохочешь проверить, вот и проверяй, – вновь зазвучал голос заики. – Хохоть до самой посадки. А я и так вижу, здесь все хохорошо! Да и что может случиться с грузом, который нахоходится в запертом самолете?

«Кто может быть хозяином этих грузчиков? – сосредоточенно думал Тим. – Разве что президент этой самой фирмы «САУД-КАРГО»?» – Мальчишка вдруг округлил глаза. А почему бы и нет? Это было бы вполне закономерно!

И снова Тим пожалел, что не имеет связи с отцом. Тот бы живо справился в полицейском управлении – или где там узнают всякое такое, – и быстро стало бы известно, кто стоит во главе фирмы «САУД-КАРГО». Вероятно, какой-нибудь закоренелый негодяй. Как говорится, если такие подчиненные, то каким же должен быть их начальник?

Тим даже усмехнулся своим рассуждениям, но тут случилось неожиданное. Пол вдруг ушел из-под ног, накренился. «Падаем, – эта мысль мелькнула у Тима первой. – Аэробус падает! Конечно, он же такой тяжеленный!!!»

В следующую секунду мальчишка, чтобы прогнать страх, принялся лихорадочно ставить перед собой вопросы один за другим: «А как, интересно, называется в самолете то, на чем я, на чем мы, стоим? Пол? Палуба? Или, может быть, дно?»

Тим не успел найти ответ: еще через мгновение все вернулось на свои места. Пол- палуба-дно – выровнялись. Мальчишка нерешительно посмотрел на мишек, мишки – на Тима.

Все они здорово перетрухнули, а между тем самолет лишь сделал резкий поворот.

Как оказалось, боязнь испытали не только положительные персонажи.

– Мама! – испуганно произнес высокий голос. – У меня же там все осталось на ящике! Черт, как жаль, что я не доел!..

– На каком ящике? – спросил один из невыразительных голосов.

– Ну, на чемодане! На твоем чемодане... Оно упало, оно наверняка разлилось!

– Что?!! – закричал обладатель невыразительного голоса. – Что там на моем чемодане?

– Кетчуп...

– ЧТО-О-О?!!!!!!

В следующую секунду Тим и его друзья с облегчением услышали бегущие, удаляющиеся шаги.

– Отлично! Знаешь, они убрались, – тихо смеялся Малыш. – Тим, ты не знаешь, как по-итальянски спасибо? Надо будет поблагодарить пилотов.

– Убраться-то они убрались, – сказал Тим после того, как убедился, что грузчики находятся в дальнем конце грузового отсека. – Но ты же слышал, как они сказали, что вернутся. – Тим невольно передразнил заику: – Более того, сюда припрется их ХОХОзяин! Нам все-таки надо где-то спрятаться!

– И неизвестно, сколько времени на это у нас есть, – добавил Толстяк.

Малыш снова стал изучать дверцу ближайшего холодильника, как близорукие осматривают картину в музее – словно обнюхивая поверхность.

– Что ты так прилип именно к этой дверце? – удивился Тим. – Не так далеко еще пятьдесят шесть штук!

– У меня есть причины, – спокойно отозвался Малыш и продолжил свое занятие.

– Если мы полезем внутрь, то испортим снеговика, – сказала Бабушка. – Помните, какая у каждого цена? Мистер Хлойд Сноу, кажется, называл... Ну, ладно, неважно. Мы впустим туда тепло – и произведение искусства исчезнет, растает!

– Ничего, – неуверенно пробормотал Тим. – Если быстренько все провернуть и снова захлопнуть дверцу...

Неожиданно Малыш хмыкнул.

– Что такое? – насторожился мальчик.

– Замка нет, – сообщил Малыш. – Значит, когда я открывал, просто заело. А что, если дернуть посильнее? – и Малыш сразу принялся дергать изо всех сил.

– Эй, Малыш! – всполошился Тим. – Во-первых, потише, а во-вторых, ты же растопишь ценное произведение искусства!

Но медвежонок нисколько не смутился.

– Что-то мне подсказывает – в этом холодильнике находится наше произведение, а не мистера Хлойда! – ответил он. – Помоги, Тим.

– Но ты же не уверен, -– начал Тим. –- В этом холодильнике...

– Надо рискнуть!!! – решительно прервал его Малыш. – И мы рискнем, иначе нас обнаружат!

Медвежонок был прав, потому что спрятаться вне холодильников было уже невозможно. Ведь сейчас придет ХОХОзяин. Сейчас. С минуты на минуту. С секунды на секунду.

Чуть раньше была надежда: Тим подумывал о том, чтобы пробраться к залежам пассажирского багажа и зарыться в них. Но пересечь проход теперь – означало попасться на глаза грузчикам-сторожам.

– Хорошо, Малыш, давай рискнем, – опустил голову мальчишка. – Но я согласен на это лишь потому, что у нас нет другого выхода.

Малышу помог не Тим, а силач Ворчун. Тот одним рывком распахнул дверцу. Проволочка, на которой была укреплена пломба, с едва слышным звоном порвалась. Сама пломба отлетела и мгновенно затерялась на темном полу.

– Ну вот... – опечалился Тим.

– Не грусти! Этот Хозяин все равно будет грустить больше, когда мы выведем его на чистую воду! – рассудительно произнес Ворчун и сунул нос в холодильник – Ого! – отметил он.

– Ну, что там? – принялись спрашивать все наперебой, потому что никто ничего не видел из-за широкой спины Ворчуна.

– Там снеговик! – объявил Ворчун. – И, кажется, наш снеговик!!!

– А ну, дай-ка посмотреть, – Малыш оттолкнул Ворчуна в сторону. – Так и есть. Урррррра!

Тим в числе других увидел: в открытом на страх и риск холодильнике находился снеговик с криво воткнутыми веточными руками. Этого снеговика явно слепил не мистер Хлойд, а мальчик Тимми Джонс и его верные друзья мишки-гамми.

Тим перевел дух и, дождавшись, когда все посмотрят на него, заговорил:

– Все ясно! – Тим даже улыбнулся. – Ясно, почему так произошло. Помните, в мастерской мистера Хлойда мы видели ровно пятьдесят семь снеговиков?

Мишки закивали.

– Потом Малыш разбил одного...

– Зачем об этом напоминать, – возмущенно перебил Тима медвежонок. – Мог бы и...

– ...и мы слепили нового, – продолжал Тим. – Снеговиков снова стало пятьдесят семь! Но наш снеговик отличался от снеговиков мистера Хлойда. И это заметили грабители!

– Значит, они разбираются в снеговиках, – вставил пораженный Малыш.

Тим кивнул ему и продолжил:

– В ту ночь они рассовали по холодильникам сперва всех хлойдовских снеговиков, а нашего сунули в последнюю очередь! Они и в самолет его погрузили последним...

– Но почему? – спросил Толстяк.

– Они бы вообще оставили нашего... болвана, но похитители твердо знали, что снеговиков должно быть ровно пятьдесят семь, – подвел итог Тим. – Теперь достаточно спросить у мистера Хлойда, кому он, кроме нас, называл точное количество своих фигур – до ограбления холодильной корпорации, разумеется, – и мы узнаем имя главного преступника! Может быть, им окажется начальник этих грузчиков, а может, и нет... «Хохозяин» больше тянет на роль главного исполнителя чьего-то злого умысла...

Тим закончил. Около минуты длилось молчание, пока все переваривали его речь.

– Тимми, какой ты умный, – наконец, подала голос Солнышко. – Дай-ка я тебя поцелую...

Тим смиренно подставил себя.

– Ты, Тим, достойный сын своего отца, – сказал через мгновение Ворчун. – Позволь-ка, я дам тебе моего дружеского тумака...

И Тиму пришлось во второй раз подставить себя. А следом к мальчику подошел Малыш.

– Тим, я конечно, очень рад, что ты так близко подошел к разрешению тайны сразу двух преступлений, но... Нам придется действовать другим путем.

Мальчишка почувствовал себя так, словно его облили ведром холодной воды. Только что его вовсю поздравляли, а тут такой предательский удар. И от кого? От Малыша.

Но предательским ли был удар? Может, и это был, как там сказал Ворчун, всего только дружеский тумак?

– А все потому, что мистер Хлойд далеко там, в Америке, а мы все здесь, считай, уже в Италии. И неизвестно, что с нами будет дальше и что будет с произведениями мистера Хлойда. Короче, у тебя, Тим, не появится возможности спросить о чем-то у мистера Хлойда, хотя, подозреваю, такой разговор был бы весьма полезен!

Малыш произнес речь вовсе не худшую, чем та, которую недавно выдал Тим.

– Ладно вам болтать, ребятишки, – сказала Бабушка. – Нам пора прятаться. Давайте подумаем, поместимся ли мы в одном холодильнике?

Холодильник казался достаточно большим по сравнению со снеговиком, находящимся внутри. Малыш торопливо протиснулся первым, приговаривая при этом:

– Не завидуйте, первому всегда труднее!

Он забился в дальний правый угол и пропищал оттуда:

– Пожалуй, тут напротив меня есть еще уголок! И знаете, что я скажу? Это преотличное место для такой пигалицы как ты, Солнышко!

– Сам ты шпингалет! – обиженно отозвалась Солнышко, но в холодильник полезла и устроилась как раз в том уголке, о котором рассказывал Малыш.

– Что стоите, давайте быстрее! – поторопил приятелей Малыш. – Вот как придет сюда этот... Хохозяин!

Угроза возымела действие, и в холодильник, тяжело вздыхая, полезли остальные – Ворчун, Толстяк, Колдун со своей Книгой. Последним влез Тим и кое-как прикрыл за собой дверь.

Она мягко шлепнула, присосавшись магнитами к специальным металлическим пластинкам.

– ХОХОрошо сидим! – заметил кто-то в темноте, и вся компания рассмеялась.

– А что, теперь всегда будет темно? – осторожно поинтересовался Толстяк.

– Да, – сказал Тим и объяснил, что как только дверь закрылась, внутреннее освещение погасло – все произошло так, как и предусмотрено в холодильниках.

– А также в автомобилях, – добавил мальчуган.

– В автомобилях есть специальная кнопка, – не согласился Толстяк. – На нее нажмешь – и свет загорится! А как здесь насчет нее?

– Насчет кого? – не понял Тим.

– Не кого, а чего, – ответил Толстяк. – Я спрашиваю о кнопке.

Тим задумался.

– У меня дома в холодильнике такой кнопки нет, – с трудом припомнил он. – Она просто не предусмотрена. Но мы сейчас находимся в самой современной модели холодильника... Короче, давайте поищем!

После непродолжительных поисков – о чудо! – кнопка была найдена.

– Как здесь интересно и уютно! – восхитилась Солнышко после того, как свет маленькой лампочки осветил мордашки мишек и мальчугана. – Мы здесь будто маленький, тесный такой, хоровод водим вокруг этого снеговика!

– Только все же холодно, – пожаловался Толстяк. – И немного страшно.

– Кстати, о страхе, – сказал Тим. – Мне кажется, снова кто-то разговаривает.

– Кто это? – отозвался Толстяк. – Что касается нас, то мы...

Тим сверкнул в его сторону недовольным взглядом, и Толстяк поперхнулся.

Все затихли и прислушались. Снаружи донеслись звуки, но не шагов. Там разговаривали.

Глава 10

Мафия захватывает самолет

Разумеется, снаружи – означало вне холодильника, а не самолета. Разговор, который услышал Тим, происходил в грузовом отсеке.

Мальчишка надавил плечом на дверцу, и она, негромко чмокнув, открылась.

– Ты что это? – не утерпел Толстяк. – Ты куда это?

Тим показал Толстяку кулак и высунул голову. И тут он услышал, как кто-то отчетливо произнес:

– На вашем месте я стоял бы смирно!

Тим вздрогнул. Он едва сам не выполнил этот приказ, уж очень грозным голосом тот был отдан. Голос показался незнакомым, не принадлежащим ни одному из грузчиков. Тим нахмурился – неужели пришел Хозяин? В таком случае, нужно не только подслушать, но и подсмотреть разговор.

– Ты куда? – снова прошептал неугомонный Толстяк. Впрочем, причиной неугомонности у Толстяка был страх.

– Помолчи, тебя же просили, – сказал из своего угла Малыш.

Тим обернулся, приложил палец к губам и скорчил выразительную гримасу: молчите, мол, все. Мишки посмотрели в ответ, кто с недоумением, а кто с явным неудовольствием, но просьбу выполнили все.

Тим вздохнул и выбрался из холодильника целиком. Ему удалось это проделать совершенно бесшумно.

Несколько секунд он оставался неподвижен, успокаиваясь, а затем осторожно выглянул в проход.

И что же он там увидел? Четверка грузчиков выстроилась шеренгой, руки у каждого были вытянуты по швам, подбородки задраны выше носов... Ого, подумал Тим, ну и дисциплинка! Грузчики были похожи на струхнувших новобранцев, а перед ними, словно сержант, туда-сюда, ходил еще кто- то. Тим не мог его увидеть – мешал угол соседнего холодильника, а высунуться за этот угол было опасно. Мальчишка, недолго думая, предположил, что это и есть Хозяин, который, наконец, нанес свой визит.

Так вот, предполагаемый Хозяин ходил туда-сюда, а четверка грузчиков следила за ним такими взглядами, словно собака за косточкой или кот за тарелкой, на которой лежит рыба.

Внезапно взгляды четверки остановились на одном месте.

– Итак, я желаю знать, как дела, – хрипло проговорил невидимый начальник.

Воцарилась пауза, во время которой раздался лишь объединенный выдох из дрожащих легких.

Хозяин сделал пару шагов в сторону Тима, и мальчик заметил его нос и толстый живот – настоящее брюхо. Тим едва успел отпрянуть назад.

Он прижался к дверце холодильника – того самого, где только что сидел. Но дверца внезапно подтолкнула его в спину.

Тим отскочил.

– Что такое? – прошептал он и обернулся.

Показалась любопытная физиономия Толстяка.

– Что ты там увидел? – поинтересовался медвежонок. – Расскажи толком, я...

– Тихо! – цыкнул на него Тим. – Да погоди ты... –

Мальчишка, надавив ладонями на дверцу, затолкал Толстяка назад в холодильник. А потом вновь стал наблюдать.

Один из грузчиков вышел на шаг из строя и замер перед брюхом Хозяина.

– Хо... Хо... Хозяин, – грузчик замолк и беспомощно оглянулся вокруг. Это был тот, который заикался; он, видимо, желал отрапортовать, что дела идут хорошо, но не очень-то ловко у него получилось. – Мы хо... хо... хо...

– Мы хотим вам сказать, – рявкнул другой грузчик, выскакивая вперед. Это был тот, с высоким голосом. Он оттолкнул первого и вытянулся в струнку. – Операция прошла успешно! Правда, в аэропорту кто-то хотел вмешаться и расстроить наши планы, – тут грузчик запнулся, но ненадолго, и закончил прежней торопливой скороговоркой: – Теперь незачем волноваться, у нас все в порядке. Нет проблем!

– Кто-то хотел расстроить наши планы? – повторил, несколько раз качнувшись, толстый живот Хозяина. – Горе мне! Стоит расслабиться чуть-чуть, пустить дело на самотек, и оно едва не срывается! – Тим увидел большой кулак, который взлетел рядом с животом, подрожал и снова скрылся. – Яс большим риском, словно обычный пассажир, сел на этот рейс, я пронес с собой в пассажирский салон... Впрочем, об этом вам рано знать... – Хозяин сделал паузу. – Я был уверен, что вы не подкачаете, вас же было восемь! Но вы... – Хозяин неожиданно крикнул так, что Тим вздрогнул: – Вы едва не сорвали все дело! Кто на вас напал?

– В это трудно поверить, но это были мишки-гамми и с ними какой-то мальчишка!

Тим затаил дыхание. Оказывается, о существовании живых мишек-гамми знает не только он!

– Мишки-гамми? – грозно повторил хозяин. – Где они сейчас?

За спиной мальчика чмокнула дверь. Мишки, видимо, услышали, что разговор коснулся их, и решили уловить пару-другую фраз. У Тима потемнело в глазах, но он остался неподвижен и лишь в мыслях честил неуемно любопытных приятелей.

– Остались на земле, – торопливо заверил грузчик. – О них позаботились четверо наших сообщников...

Секунду хозяин обдумывал услышанное.

– Ну ладно, – сказал он. – В каком состоянии товар?

– Мы пересчитывали холодильники, они все на месте! – последовал ответ.

– А вы проверяли, как там внутри? – поинтересовался начальник.

От этого вопроса у Тима, да и у всех мишек, душа ушла в пятки.

– Гм... Гм... А зачем? – спросил грузчик. Тим отметил про себя, что обладатель высокого голоса оказался коротышкой. – На каждом холодильнике – пломбы, – уверенно заявил коротышка. – Их никто не трогал!

Тим улыбнулся. Грузчик говорил неправду, но так нахально, так уверенно, что мальчишка невольно проникся уважением к обманщику и его вранью.

– Что же, я удовлетворен, если все хорошо, – кивнул Хозяин, а у Тима и его приятелей отлегло от сердец.

Это был тот случай, когда вранье пошло на пользу – после такого уверенного ответа Хозяин отказался от мысли самолично осмотреть холодильники.

– Где я слышал его голос? – внезапно прошептал Малыш из глубины холодильника.

– Чей голос? – прошептал в ответ Ворчун.

– Этого Хозяина, – пояснил Малыш. – Неужели никому этот голос не кажется знакомым?

– Кажется, – прошептал Толстяк. – Но я не могу вспомнить.

– И я не могу, – ответил Малыш.

– Тише вы, – попросил Тим. – Не то нас засекут.

Мишки успокоились, а мальчик снова прислушался.

– Ладно, а теперь слушайте внимательно, – сказал Хозяин. – Я не просто так покинул пассажирский салон и спустился к вам. Наши планы меняются.

– Как меняются? – удивились грузчики.

Тим весь обратился в слух.

– А так! – рявкнул главарь. – Заткнитесь и не задавайте глупых вопросов!.. – Он помолчал и продолжил: – Если вы помните... Хм, хм... Впрочем, вы никогда ничего не помните... Мы намеревались прибыть в Рим, доставить товар к Средиземному морю и дальнейший путь проделать на подводной лодке ...

Мальчишка выпучил глаза – не ослышался ли он? Если речь зашла о подводной лодке, то вокруг снеговиков мистера Хлойда кто-то затеял очень серьезную игру.

– Конечно, такой способ требовал больше времени, – продолжал Хозяин, – зато он был самым незаметным...

– Хозяин, так ведь мы и летим сейчас в Рим, – вставил коротышка.

– Пока – летим! – зловеще проговорил главарь. – Но скоро мы круто изменим направление нашего полета...

– Как это? – спросил кто-то из грузчиков. – Мы что же, пересядем в другой самолет? Опять нам таскать эти холодильники?

– Остолоп! – сказал Хозяин. – Мы изменим направление полета, оставаясь в этом самолете. Мы его захватим!

У Тима подкосились ноги. Так вот, в чем дело! Снеговики мистера Хлойда попали в грязные лапы мафии, понял мальчишка. Отец часто рассказывал Тиму о страшных и очень опасных бандитах-мафиози, которые нахально действуют в разных странах и за которыми гоняются сотрудники международной полиции Интерпол. Из рассказов отца следовало, что, увидев такого бандита, к примеру, на улице, нужно было сразу перебежать на другую сторону даже в неположенном месте.

– Они – всем преступникам преступники, Тимми, – говорил отец. – Вот от кого все плачут, так это от них в первую очередь.

Тим знал, что мафия угоняет самолеты, крадет детей и другие ценности, требует за них выкупы, а также совершает другие не менее гнусные дела. Иногда мафия сговаривается с нечистыми на руку богачами, которые отваливают бандитам за их работу очень большие деньги.

Пока мальчишка размышлял, Хозяин продолжал рассказывать:

– Из-за ряда причин мы задержались и теперь не можем терять времени на Рим.

Тут Тим снова увидел его большой кулак, которым Хозяин стал потрясать при каждом слове.

– У нас остается один выход – прямиком доставить товар к месту назначения!

За спиной Тима раздался шорох...

– Тимми, Тимми...

Это был Толстяк. Снова что-то шаркнуло, скрипнуло и шлепнуло – Толстяк выбрался из холодильника.

– Тимми, очень хочется ошибиться, но голос! – Толстяк был крайне возбужден, его глаза так и горели. – Кажется, я вспомнил, кому он принадлежит.

– Кому же?

– Тим, мне там, – Толстяк кивнул на холодильник, – никто не верит, но это голос нашего старого врага, герцога Икторна!

– Что?! – мальчишка едва не закричал.

– Ну да, – развел лапами Толстяк. – Его, Икторна! Только вот чего я не пойму, – если это он, то как он здесь оказался...

– А что Малыш, Ворчун, остальные? – спросил Тим, размышляя над предположением Толстяка.

– Они хихикают, – жалобно ответил медвежонок. – Они говорят, что у меня от голода начались голодные галлюцинации.

Предполагаемый герцог Икторн и его сообщники тем временем обсуждали детали предстоящего захвата самолета и потому не очень-то обращали внимание на посторонние шорохи.

Тим мотнул головой и выглянул из-за холодильника. Выглянул решительно, совсем не так, как недавно.

– Ну что? – спросил Толстяк.

Тим снова спрятался и, тяжело дыша от напряжения, ответил:

– Может быть, Толстяк! Понимаешь, может быть!

Действительно, Тим не мог ответить более определенно по той простой причине, что герцога Икторна он видел только на картинке или на экране телевизора. К тому же, как уже было сказано, освещения в багажном отделении было явно недостаточно.

– Посмотри ты, Толстяк.

– Я боюсь.

– А ты не бойся.

Толстяк выглянул.

Когда медвежонок спрятался, приятели словно поменялись местами: у Толстяка теперь был явно озадаченный вид, а у Тима – вопрошающий.

– Ну? – качнул головой мальчик.

– Мммм... – промычал Толстяк неопределенно. – Не могу сказать. Нет, не могу... Голос, точно, – его. Рост – его... Но в те времена, когда я его знал, он был немного другим... Моложе, что ли... У него была бородка, усы... А теперь – живот. И вот что еще, – Толстяк сосредоточенно нахмурился. – Он совсем не старый, понимаешь? И потом, этот костюм...

– У Икторна может быть такой живот?

– Может. Но одежда, Тимми, одежда!

И правда, что совсем сбивало с толку: на главаре бандитов, в котором Толстяк и Тим заподозрили герцога Икторна, был наимоднейший и наисовременнейший костюм в мелкую полоску, белоснежные носки, которые так и светились в лучах дежурного освещения, коричневые длинноносые штиблеты, а также узкий цветастый галстук по итальянской моде стиля «ретро».

Снова и снова рисковали Толстяк и Тим, выглядывая из-за холодильника и надеясь толком рассмотреть подозреваемого. Безрезультатно. Уверенности не прибавилось ни у одного, ни у другого.

– Пусть на него посмотрят Малыш, Ворчун и другие, – предложил Тим. – Что они скажут?

– А ну их, – махнул лапой Толстяк. – Не хочу связываться. Они надо мной только смеются.

Тим промолчал.

– Знаешь, что я тебе скажу, Тимми? – наконец, проговорил Толстяк. – За те три тысячи лет, которые прошли с нашей последней встречи, он мог здорово измениться.

– Если раньше он только и помышлял, как стянуть ваш гамми-сок, то теперь крадет предметы искусства и угоняет самолеты, – криво усмехнулся Тим. – Что в нем не изменилось, так это его мелкая душонка!

– У него ее совсем нет, – кивнул Толстяк, глядя на мальчишку большими глазами.

– Посмотрите, как этот Икторн обнаглел, как он вырос в своей подлости! – продолжал Тим, вспоминая свою обиду за мистера Хлойда. – Его величают Хозяином! А он-то – обычный хулиган, вор и негодяй! Да-да, вор и негодяй, и остался таким, несмотря на все промелькнувшие времена!

– И эпохи, – задумчиво добавил Толстяк.

Чмокнула дверца – из холодильника выглянул Ворчун.

– Вы чего расшумелись?

Толстяк неожиданно подошел к нему и с силой прижал дверцу.

– Не хотите верить, не надо, – пробурчал медвежонок негромко. – Сидите там.

Дверца холодильника, где скрывались мишки-гамми, столько раз открывалась и закрывалась, что внутрь проникло слишком много теплого воздуха. Снеговик начал таять.

– Кого стоило бы выкинуть из самолета, так это нашего снеговика, – сказал Малыш. – Все равно он не представляет художественной ценности.

– Выкинуть для того, чтобы он свалился кому-нибудь на голову? – ужаснулась Солнышко. – Нет, не надо, мы лучше потерпим.

– Он свалится как снег на голову! – хихикнул Малыш. – Нет, Солнышко, если бы можно было незаметно открыть люк самолета, мы бы так и сделали – запустили бы этого слишком холодного джентльмена в самостоятельный полет! Он ни на кого не свалится, потому что мы летим над океаном. Другое дело, что мы не можем открыть люк. Придется терпеть, а что делать?

И мишки продолжали терпеть слякоть.

Только Колдун, как всегда, не обращал никакого внимания на житейскую суету, наблюдавшуюся вокруг него. Колдуну в холодильнике было, конечно, немного тесновато, да и темновато, но он уже привык и читал теперь со все увеличивающейся скоростью. Настроение ему поднимало то, что он одолел половину Книги.

Весело позубоскалив над Толстяком, когда тот сказал, что голос Хозяина ему напоминает голос герцога Икторна, и не высказав возражений, когда обиженный медвежонок покинул холодильник, мишки притихли. Все слушали ровное гудение двигателей «Боинга». Потом это надоело, и Малыш сказал:

– А что, если Толстяк прав?

– Брось ты, – ответил Ворчун. – Герцог Икторн давно затерялся в гуще времен.

– Такие, как он, просто должны теряться, – с уверенностью добавила Солнышко. – Ведь он приносил с собой одно зло.

Малыш громко кашлянул.

– Что такое? – спросила Бабушка. – Ты не заболел случайно?

– Снеговик, – пояснил Малыш и вздохнул. – Это он виноват. У меня давно мокрые ноги. Если так дела пойдут и дальше, я скоро начну кашлять по-настоящему!

– А я – чихать, – добавила Солнышко. – Пора что-то предпринять, иначе мы все заболеем.

– Предпринять можно только одно, – сказала Бабушка. – Нам нельзя больше здесь находиться. Пора вылезать.

– Можно и по-другому! – придумал Малыш. – Снеговику нельзя больше здесь находиться! Эй, Колдун, ты как насчет того, чтобы убрать этого красавца?

Колдун оторвался от чтения.

– Убрать красавца? Кого?

– Снеговика! – сказали хором все.

– Запросто, – ответил Колдун и щелкнул пальцами.

Снеговик никуда не исчез.

– Ну и что? – спросил Малыш.

– Да ничего, – сказал Колдун. – Если вы ждете от меня заклинания, то напрасно. Снеговики из закрытых помещений убираются без заклинания, они убираются щелканьем пальцев! Но у меня не получилось!

– Так щелкай! – сказал Ворчун. – Продолжай щелкать, пока не получится!

Колдун принялся щелкать. И с каждым щелчком разочарование мишек росло все больше и больше.

– Нет, так дело не пойдет, давайте проверим первый вариант, – сказал Ворчун. – Быть может, все преступники ушли, или их уже арестовала полиция, или еще что-то...

– Интересно, какая полиция их могла арестовать, – недоуменно проговорил Малыш.

– Ясное дело, какая! – нервно ответил Ворчун, – воздушная!

Вот тут-то он и предпринял попытку выбраться из холодильника, но был грубо водворен на место Толстяком.

– Что такое? – спросил Малыш. – Что Толстяк тебе сказал?

– Я ничего не расслышал, – огрызнулся Ворчун. – Он просто втолкнул меня обратно.

А Колдун все щелкал и щелкал. Он пробовал и так и сяк, менял пальцы и руки, один раз даже попробовал прищелкнуть языком – да все без толку.

И вдруг... у всех на миг потемнело в глазах, а потом снеговик пропал!

– Ух ты! – искренне удивился Колдун. – Получилось!

– Ты хоть запомнил, как? – быстро спросил Ворчун. – Повторить сумеешь?

– Сумею, – ответил тот. – Могу убрать всех снеговиков... Сделать?

– Стоп, стоп, а что с ними происходит? – спросил Малыш. – Ты их куда-то переносишь?

– Нет, они тают, – вздохнул Колдун. – Только превращаются не в воду, а в пар... В туман, если точнее. В облако!

– В какое? – спросил Малыш.

– У вас потемнело в глазах в тот миг, когда это облако улетучилось, – пояснил Колдун. – Раз – и нет его!

– Облако? Нет, тогда не надо, – испугался Малыш. – Не трогай снеговиков мистера Хлойда, мы их должны вернуть в целости и сохранности.

– А ты, Колдун, силен! – сказала Солнышко. Ты только притворяешься старым и слабым!

– Жаль, но во многих волшебствах щелканья пальцами недостаточно, – вздохнул Колдун. – А вообще спасибо. И вот еще что. Можете вернуть Толстяка. Теперь у нас стало гораздо больше места.

Был ли Хозяин Икторном, или не был, Толстяк с Тимом ошиблись или узнали его правильно – неважно. Гораздо важнее, а если более точно, то страшнее было то, что бандиты всерьез вознамерились захватить самолет. Хозяин подвел четырех помощников к чемодану, позаимствованному из кучи багажа, и показал разложенное на нем оружие – автоматы, гранаты и что-то еще.

– Вот что я пронес на борт самолета с риском для своей драгоценной жизни! – гордо выпятив не грудь, а живот, произнес Хозяин. Грудь у него при наличии такого живота просто не выпячивалась.

– Даааа... – в четыре голоса протянули грузчики, потирая подбородки.

Тиму вдруг подумалось: а не пора ли их перестать называть грузчиками? Уж не переодетые ли гоблины перед ним?

Почему гоблины? Да потому что, кто еще станет подчиняться такому ничтожеству, как герцог Икторн? Разве, какие-нибудь недоделанные гномы... Но уж кем грузчики явно не могли быть по причине своего роста, так это гномами.

– Выбирайте, – сказал тем временем Хозяин Икторн.

Предполагаемые Гоблины с интересом сгрудились возле чемодана с оружием и принялись бряцать им. Коротышка, скорее случайно, оглянулся и бросил взгляд вдоль прохода по багажному отсеку.

Тим Джонс и Толстяк вдвоем отпрянули и посмотрели друг на друга.

– Кажется, он не успел нас заметить, – сказал Толстяк.

Тим задумчиво кивнул.

– Нам нужно остановить их! – сказал он.

– Как?

– Выход только один! – сказал Тим. – Сейчас они разберут оружие и пойдут к лифту. Им ведь нужно попасть наверх! Так вот, кто-то из нас должен отвлечь их, а кто-то пусть опередит этих бандитов и предупредит экипаж!

– Отлично, – кивнул Толстяк. – Тут и думать нечего, наверх отправляйся ты, Тимми. Ты же человек, тебе сразу поверят. Мое появление наверху вызовет лишние вопросы, а то еще чего доброго, панику. Я лучше отвлеку их...

Мальчишка посмотрел на медвежонка с большим-пребольшим сомнением.

– Но... Как ты это сделаешь?

– Забыл? У меня же есть это! – он достал бутылочку с гамми-соком. – Универсальное, знаешь ли, средство. Сейчас я так здесь распрыгаюсь, что они просто глаз от меня оторвать не смогут.

Но Тиму это не понравилось.

– У них же автоматы! – напомнил он. – Мне страшно за тебя.

– Они не посмеют здесь палить! – уверенно сказал Толстяк. – Что им надо? Угнать самолет? Если они откроют стрельбу раньше времени, пилоты поднимут тревогу, забаррикадируются... – Он махнул лапой. – Короче, ты понимаешь.

Тим хмыкнул: Толстяк был прав.

– Все равно ты один не сможешь. – Мальчишка посмотрел на холодильник.

– А что, если вам попробовать вместе?

Толстяк озадаченно проследил за взглядом Тима. И это был как раз тот момент, когда Колдун, наконец, удачно щелкнул пальцами. Из щелей – а у любого, даже самого дорогого и современного холодильника найдется в конструкции немало щелей, – повалил дым... нет, туман... нет, облако... Короче, что-то такое повалило-повалило. А Толстяку и Тиму просто показалось, что у них обоих одновременно потемнело в глазах.

– Ой, мне плохо, – пожаловался Толстяк и потер глаза лапами. – Это, наверное, от голода, ведь я не ел уже несколько часов!

В это время открылся холодильник и оттуда вышли мишки-гамми. Они бесшумно (потому что шуметь было нельзя) обступили Толстяка.

– Прости нас, – сказал Малыш. – По- дурацки получилось, но мы не хотели тебя обидеть.

Толстяк все еще тер глаза.

– Что с тобой? – спросила Солнышко. – Ты плачешь? Не плачь!

– У него только что потемнело в глазах, – сказал Тим. – Вы сами в порядке? – Мальчик нахмурился. – Я только что видел, как из холодильника вылетело...

– Облако! – закончили мишки шепотом.

– Это работа Колдуна, – сказала бабушка. – Загляни, Тим, в холодильник!

Мальчишка заглянул...

– Ничего не понимаю, – он покрутил головой. – А где же снеговик?

– Колдун его превратил в облако – и только! – сказал Ворчун. – Когда оно вылетело из холодильника, вы с Толстяком его заметили.

– Тише, друзья, – сказал Тим. – Вы знаете, что тут готовится?

– Нет, – покрутила головой Солнышко. – Неужели снова что-то гнусное?

Тим в нескольких словах рассказал о замыслах хозяина и его сообщников, а также изложил план Толстяка относительно того, как предупредить экипаж.

– Но мне этот план не нравится, потому что он опасен! – подвел итог Тим.

– А почему бы нам не попробовать одолеть их? – спросил Малыш. – В аэропорту у нас это прекрасно получилось...

– Сейчас не получится, – покачал головой Толстяк. – Сейчас с ними Икторн, а это вам не шутки. И потом, они вооружены.

– Снова ты об Икторне, – вздохнул Ворчун. – Ну до чего упрямый медведь! Сказано тебе, что не может здесь быть Икторна!

Толстяк засопел, и Малыш посчитал целесообразным встать между ним и Ворчуном.

– Не время ссориться и спорить, как зовут преступника, когда нужно его обезвредить! Ты как думаешь действовать, Толстяк?

– Речь может идти лишь об отвлекающем маневре, – сказал тот. – А Тиму нужно идти наверх.

– Хоть я не согласен с Толстяком насчет герцога Икторна, – сказал Ворчун, – здесь Толстяк прав. Действуй, Тим, и за нас не бойся. Кто-то начнет отвлекающий маневр, а ты тем временем...

Малыш гордо развернул плечи.

– Группе прикрытия – приготовить бутылочки с гамми-соком! – тоном генерала, командующего маневрами, заявил он. – Тимоти по фамилии Джонс! Ты должен быть готов в любую минуту незаметно пересечь линию фронта! И, кстати, давно пора поинтересоваться, как обстоят дела в лагере неприятеля!

Мишки по очереди выглянули из-за холодильника. Бандиты к этому времени закончили рассматривать оружие и стали его примерять.

– Начну отвлекающий маневр я! – Толстяк ударил себя кулаком в грудь.

– Не ты, а я! – возразил Ворчун.

– Это еще почему?

– У тебя не получится!

– А вот и нет! – возмутился Толстяк. – Получится именно у меня! Потому что я спрячу Тима за спиной. Он под моим прикрытием дойдет до поворота к лифту, а дальше я направлюсь один!

Ворчун почесал затылок.

– Хорошо, – согласился он. – Давай, Толстяк, приступай.

– Пошли, Тим, – сказал Толстяк.

Тим и Толстяк вышли из-за холодильника нога в ногу, словно на военном параде. Ворчун, Малыш, Солнышко и Бабушка довольно улыбнулись: действительно, Толстяк был настолько шире Тима, что мальчик был закрыт полностью.

Толстяк мужественно топал по проходу между кучами багажа прямиком на бандитов...

Коротышка заметил его первый.

– А это еще кто такой? – раздался не столько удивленный, сколько испуганный возглас. – Стой! Стой! – и бандит вскинул автомат, который держал в руках.

– Не стрелять!!! – что было силы закричал Хозяин, он же герцог Икторн, как это теперь ясно видел Толстяк. – Не стрелять, идиоты, вы раньше времени обнаружите себя... Взять его живым!

Коротышка хищно улыбнулся и стал надвигаться на Толстяка.

– А ну, милый, стой на месте, потому что, если ты не будешь стоять на месте...

– Я стану прыгать!!! – заревел довольный Толстяк и резко оттолкнулся задними лапами.

Разумеется, он перед тем, как приступить в рискованному мероприятию, глотнул надлежащее количество гамми-сока. И прыжок получился отменный.

Толстяк словно превратился в мяч, раза в два больший баскетбольного. Он оттолкнулся от пола, взлетел вверх, ударился о палубу пассажирского уровня, сказал «Ой!», полетел в сторону...

– Буммм! Буммм! Буммм! – разносилось по салону. Мишки-гамми, выглядывавшие из-за своего укрытия, видели, как за Толстяком следят пять свирепых взглядов и четыре автоматных ствола.

А что же Тим? Как только Толстяк подпрыгнул, мальчик совершенно растерялся, словно человек, который голышом попал в людное место. Но потом он что есть силы метнулся направо и скрылся столь стремительно, что грузчики и Хозяин (или Икторн?) подумали только, что у них рябит в глазах. Впрочем, они даже это подумали неосознанно: что могло привлечь их внимание в тот момент, когда Толстяк взлетел под потолок? Взоры бандитов взлетели вслед за храбрым медвежонком.

План Толстяка был почти претворен в жизнь, но все остановилось на этом почти. Тим неминуемо проник бы на пассажирский этаж, если бы не внимание плюс коварство того, в ком Тим и Толстяк своевременно заподозрили Икторна. Что и говорить, враг оказался силен, очень силен! Да и вообще достоин того, чтобы к нему относились с уважением – ну, разумеется, с таким лишь, каким подобает жаловать врага.

Пожалуй, только Хозяин (или Икторн, потому что пропала ясность, как его правильно называть) по-настоящему заметил Тима. То есть кого-то еще, кроме прыгающего Толстяка.

– Стоять, парень! – закричал Хозяин, и у Тима возникла мысль, что так кричать мог лишь проклятый герцог.

Хозяин бросился за Тимом, а остальные мишки, то есть Малыш, Ворчун, Солнышко, Бабушка и даже Колдун, опрокинули себе на языки по несколько капель гамми-сока – и на грузовом уровне поднялся такой шум, словно в самолете внезапно пошел дождь из каучуковых мячей.

Но Хозяина это не остановило! Подумаешь, шум! Он стрелой бросился за мальчиком и схватил его за шиворот!

Тим взвизгнул и укусил врага за руку. Тот злобно зашипел, но Тима не отпустил, а лишь схватил пленника другой рукой. Тим постарался тяпнуть противника и за вторую руку, но на этот раз укус получился не таким болезненным, и Хозяин вытерпел. Более того, раздосадованный, он задал Тиму хорошую трепку: потрепал его по загривку так, что Тиму показалось, будто у него снимают скальп, причем делают это голой рукой.

– Получи, маленький негодяй! – прошипел главарь бандитов.

– Ай, – только и ответил Тим...

Прижимая к себе изо всех сил пленника, главарь мафии вернулся на то место, где стояли, разинув рты, вооруженные и растерянные грузчики.

– Не стрелять! – бросил им на всякий случай главарь.

А затем негодяй прокричал в сторону летающих медведей:

– Прррекррратить прррыжки!!!!! Прекрррррратить!

Тиму сразу вспомнились вороны, которые выследили фургоны фирмы «Сауд-Карго». Но Тиму не очень-то было удобно вспоминать, он больше извивался вьюном, так и сяк изо всех сил старался вырваться из объятий взрослого. Но это было не так просто, а говоря еще точнее, совсем невозможно...

– Прекратить прыжки!!! – на все лады орал Хозяин. – Прекррратить!

Когда мишки увидели, что случилось, они остановились. А пилоты, видимо, подумали, что в самолет поударял град или дождь из пролетевшей выше тучки – только и всего.

Как бы там ни было, тревога в пассажирском салоне никем не была поднята.

– Вот так-то лучше, – сказал герцог Икторн, – а это в самом деле был он, потому что все мишки теперь точно его узнали. Потому что лишь он мог с присущим ему коварством и сноровкой разрушить планы семьи гамми.

– Икторн, нас снова сводит судьба!!! – с угрозой в голосе прошипел Ворчун. – И я от души надеюсь, что в последний раз!!!

Икторн злобно ухмыльнулся. Своими железными и даже железобетонными объятиями он продолжал сжимать красного от стыда и бесплодной борьбы Тима.

– Да, это я! – признался Икторн и жутко захохотал. – Жалкие медведи, вы снова решили стать у меня на пути?! Вы взяли с собой какого-то мальчишку? А ты, Ворчун, и не пытайся сжимать кулаки, потому что стоит тебе повести себя недостаточно воспитанно, и ты знаешь, что я сделаю с этим... молокососом!

В доказательство серьезности своих намерений герцог Икторн хорошенько тряхнул Тима, и у мальчика громко клацнули зубы. Но Тим не хотел мириться с тем, что его так унижают. Он изловчился и ощутимо засадил своим острым локтем Икторну в его огромный живот.

От неожиданности бандит-герцог крякнул и согнулся... Но Тима он, к сожалению, не выпустил.

– Икторн, – прищурился от ненависти Ворчун. – Ишь ты, живот отрастил... Если раньше, в старое время, ты изо всех сил рядился в личину непонимаемого окружающими герцога, если ты хотел казаться хорошим, то теперь ты отбросил всякий стыд! Ты стал обычным преступником!

Икторну снова стало весело.

– Я не обычный преступник, Ворчун! Тут ты сильно ошибаешься! Я – самый крутой преступник этой эпохи! А-ха-ха-ха!

Отвратительный смех резанул по ушам.

– А то, что у меня вырос живот – так это свидетельство того, как хорошо я живу! – продолжал Икторн. – Уж по крайней мере, не голодаю!

Тут Тим изловчился и снова ударил Икторна, на этот раз ногой, которую задрал так, словно она у него была резиновая.

– Ууууу!!! – завыл герцог. – Хватит! Всех посадить... – Взгляд главного мафиози скользнул по холодильникам и остановился, уловив в одном из них распахнутую дверцу. – Всех посадить вон в тот холодильник! Отличная тюремная камера! – Икторн обвел взглядом своих помощников. – Шевелитесь, придурки! – подгонял он. – Как вас не наряжай, какие маски на натягивай на ваши физиономии, все равно ваши мозги остаются мозгами гоблинов!

Ну, конечно, конечно, это были гоблины! Только переодетые, как и сам герцог Икторн.

– Шевелитесь! – приказал главный негодяй.

Мишки, сверкая глазами, поплелись к холодильнику, откуда они не так давно вышли.

Дождавшись, когда мишки заберутся внутрь, Икторн затолкал следом Тима:

– И мальчишку заберите с собой!

Тим хотел прокричать в ответ что-то заковыристое, грозное, обидное, но не нашел слов и застонал: подталкивая, Икторн почти вывихнул ему руку.

После того, как мишки и Тимми были водворены назад в пустой холодильник, Икторн и гоблины стали держать военный совет.

– Что с ними сделаем?

– Давайте выбросим! – предложил Коротышка.

– Куда?

– Не куда, а откуда. Из самолета!

– Не надо! – решительно сказал герцог Икторн, он же Хозяин. – Эти... звери могут нам пригодиться.

– А мм... мма-а... мальчишка? – с трудом спросил Заика.

– Мальчишка – особенно! – прохрипел Икторн.

Тим, который слышал все это сквозь дверцу, вспомнил ужасный взгляд герцога Икторна, взгляд, который буквально прожигал холодом, взгляд, которым преступник смотрел на мир уже не одну тысячу лет – и ему, Тиму, стало не по себе. Подумать только в чьих руках он только что побывал! Ведь это можно считать настоящим боевым крещением!

Тим прищурился. Теперь, когда он знает, что значит смотреть Злу в глаза и ощущать его холодные лапы на своем горле, – теперь ему можно перестать бояться. Даже несмотря на то, что ему всего двенадцать лет.

А за дверью председательствующий в своей краткой речи подвел итог состоявшемуся производственному совещанию специалистов по захватам самолетов:

– Никого выбрасывать не будем, потому что... Ну... Короче, все они нам еще нужны!

– Зачем? – спросил непонятливый Коротышка.

– В качестве заложников! – пояснил Икторн. – На случай осложнений с полицией... А теперь приступим к захвату само-лета?

– Приступим! Приступим! – заорали радостные гоблины. – Давно пора!

Захват самолета был проведен так нагло и быстро, а главное, подло, что никто не успел и пикнуть. Да и как могло быть по-другому, когда ничего не подозревающим мирным людям угрожали сразу четыре автомата?

Герцог Икторн прошел в пилотскую кабину вслед за своими подручными, которые уже взяли летчиков на мушку.

– Значит так, господа, – развязно сказал Икторн. – Мне Известно, что вы знаете, где расположена ваша родная Италия...

Пилоты, насупившись, молчали.

– Так вот, могу сказать, что немного южней расположена Африка, а к востоку от Африки, и немного на север, – начинается Азия... Как вам мои познания? – Икторн самодовольно ухмыльнулся. На том месте, где он сидел в начале полета и которое сейчас пустовало, остался лежать экземпляр «Сборника материковых карт» для учеников начальной школы. Этот сборник Икторн лениво почитывал перед тем, как спустился к сообщникам в грузовой отсек.

– Так вот, господа, – продолжал давать объяснения Икторн, – где-то в тех краях, скажем так, приблизительно между Африкой, Азией и Европой находится Аравийский полуостров. Хотите знать, к чему я вам это все рассказываю? Туда будет пролегать курс нашего самолета!

– Можно ли узнать подробнее, где нам предстоит произвести посадку? – хмуро поинтересовался командир экипажа и нехотя добавил после того, как Коротышка больно ткнул его автоматом в плечо: – Сэр...

– Уточнения получите позже, когда под нами будет пустыня! – почти пропел Икторн, обрадованный обращением «сэр». – А пока рекомендую выполнять приказания моих помощников...

Икторн улыбнулся Коротышке и отправился в пассажирский отсек.

– Отлично, господа, – говорил главарь воздушных пиратов, прохаживаясь по пассажирскому салону и сверкая во все стороны своей страшной улыбкой. – Отлично, леди и мисс! Я вас всех приглашаю в путешествие, о котором вы, возможно, будете жалеть – но уж во всяком случае, никогда не забудете!

– Ох! Ах! – летело в ответ, и многие дамы, а также некоторые слабонервные джентльмены лишались чувств. Гнусного негодяя Икторна все это лишь забавляло.

Коротышка в это время находился в кабине летчиков, где держал на прицеле весь экипаж. Впрочем, пилоты и стюардессы не думали поднимать восстание – они имели инструкцию, разработанную на случай захвата самолета воздушными террористами. Инструкция предписывала полное подчинение бандитам во имя того, чтобы сохранить жизнь многочисленным пассажирам.

...Через четверть часа палуба воздушного корабля снова ушла на несколько секунд из-под ног пассажиров – самолет делал крутой разворот... Пассажиры – те, кто еще сохранял самообладание, -– с тоской смотрели на часы и вздыхали. Все понимали: в Рим они теперь попадут не скоро.

Командир экипажа с огромным сожалением посматривал на рацию, только что разбитую мощным ударом тяжелого кулака Коротышки, и соображал, какая такая причина заставила главаря захватчиков приказать лететь именно на Аравийский полуостров...

А мишки-гамми и Тим сидели в холодильнике. Они не могли выбраться наружу, потому что предусмотрительный Икторн распорядился навесить на. дверцу холодильника хороший замок.

Приятели возлагали всю свою надежду на Колдуна, который продолжал читать. Дело было в том, что в спешке и суете герцог Икторн забыл отключить холодильник с пленниками от аккумулятора – и лампочка внутреннего освещения по-прежнему горела в своеобразной тюремной камере Тима и его мохнатых приятелей.

Колдун еще не дочитал до Основных Заклинаний, которые, по его словам, занимали пару страниц где-то в конце Книги. Поскольку он просмотрел уже почти всю Книгу, с каждой прочитанной им страницей настроение приятелей менялось, как в детской игре: становилось все горячее и горячее.

Совсем скоро Колдун должен был добраться до самого жаркого места.

Глава 11

Самое жаркое место

Захваченный бандитами самолет третий день стоял в аэропорту аравийского города Джидды. Именно там приказал произвести посадку герцог Икторн, он же – Хозяин, он же – глава фирмы «Сауд-Карго». Эта фирма имела довольно сомнительную репутацию в Штатах, но была известна здесь, в Аравии. Она специализировалась на торговом обслуживании саудовских шейхов (откуда, собственно, и произошло название) – те платили не только деньгами, но и обеспечивали рекламу.

Вокруг захваченного «Боинга» давно собралась внушительная толпа журналистов и просто любопытных, оттесняемая местными полицейскими и военными частями. В первых рядах стражей порядка находился и знаменитый инспектор Джонс, который появился в этой стране сразу же, как только ему стало известно о месте нахождения похищенного над Атлантическим океаном самолета.

Полиция вяло проводила переговоры с террористами. Террористы же, напротив, были весьма напористы и решительны. Они знали, чего хотели.

– Мы требуем дозаправки! И чтобы нам позволили взлететь! – кричал Икторн в рацию, переданную на борт самолета вместо поломанной. – Взамен на это – и только на это! – обещаю отпустить всех заложников! Слышите? ВСЕХ ЗАЛОЖНИКОВ!

Он хитрил, Икторн, он просто не мог иначе. Ведь он имел в виду – не мишек-гамми и Тима, он вел разговор об остальных пассажирах. Он приберегал мишек-гамми и Тима в качестве козырной карты, в качестве своей последней гарантии.

Расчет у негодяя был прост. Стоит ему объявить, что знаменитые мишки-гамми, которых любят дети во всем мире, находятся в захваченном им самолете, как все детское население планеты впадет в панику. Взрослые пока не понимают, насколько он силен! Он, Икторн, который может в любую минуту расправиться с любимыми героями ребят. А ведь стоит подобным словам прозвучать в вечерних теленовостях, как все дети в мире поднимут такую волну, устроят такие манифестации, что взрослые будут готовы на все.

Уж кто-то, а детишки запросто выжмут все соки из пап и мам, это Икторн понимал. Поэтому, пока в его руках находятся мишки-гамми, ему ничего не грозит. Более того, он обладает властью над миром.

И не мудрено, что Икторн легко расстался с обычными пассажирами. Только обитателей холодильника он оставил на борту.

...После того, как последний пассажир покинул самолет, Икторн не удержался и бросил ему в спину:

– Летайте самолетами нашей авиакомпании! Ха-ха-ха!

А потом он схватил рацию.

– Я отпустил людей. Освободите взлетную полосу.

– Вы ошибаетесь, – ответил начальник аравийской полиции. – Вы не отпустили экипаж...

– Ты меня за дурака держишь? – проорал Икторн. – А как же мы взлетим – без экипажа?

Начальник аравийской полиции разочарованно вздохнул и опустил микрофон. Его маленькая хитрость не удалась, а ведь он на нее так надеялся.

И тут рядом с начальником местной полиции возник блистательный инспектор Джонс, быстро представился коллегам и, завладев микрофоном, закричал, обращаясь к Икторну:

– Негодяй! У тебя на борту остался мой сын!

– А это еще кто? – ответил Икторн.

– Моя фамилия Джонс, инспектор Джонс! – прокричал инспектор. – И я требую, чтобы ты отдал мне моего сына, которого зовут Тиммоти Джонс!

– Ах, знаменитый инспектор! – завопил на весь эфир Икторн, пребывая в полном восторге. – Вы только посмотрите, знаменитый инспектор Джонс в работе! Инспектор, чем же вы занимаетесь на этот раз?

– Тобой! – ответил Джонс-старший. – Сначала ты украл холодильники, пятьдесят семь штук, затем нанес визит великому мастеру Хлойду Сноу и украл у него все творения... Это было сделано ловко, мы его даже задержали на несколько дней... Потом ты угнал самолет, а теперь ты украл у меня сына! Слушай, не слишком ли много грешков ты на себя повесил?

Икторн в ответ расхохотался.

– Нет, не много, – заговорил он тихим и вкрадчивым голосом. – Это хорошо, инспектор, что твой сын у меня. Кстати, у меня находятся его друзья. Мишки-гамми! Ты слышал о мишках-гамми, инспектор? Ты сможешь их отличить от других мультперсонажей? Смотри, не забудь, когда у тебя будут брать очередное интервью, упомянуть о мишках-гамми, которым угрожает смерть!

– Где они?! – перебил инспектор Джонс. – Где мой сын? Где эти самые мишки?

– Заложники у нас! Они сидят в одном из холодильников, который, к тому же, заминирован!

Джонс тихо зарычал:

– Выставь холодильники на взлетную полосу, и тогда можешь убираться!

– Какой хитрый! – ответил Икторн. – Нет, так не будет. А будет по-моему. Холодильники мне нужны. Ты не знаешь, какой холодильник может взлететь на воздух, но мы-то знаем отлично! – продолжал Икторн. – Если что-то случится, то мы сперва его сбросим, потому что он стоит недалеко от люка, а потом взорвем. Получится преотличная бомба, хи-хи-хи! – Икторн не удержался и захихикал – время от времени он очень любил это делать.

– Что вы намерены делать, инспектор Джонс? – спросил у знаменитого полицейского начальник аравийской полиции. – Посоветуйте, у вас большой опыт...

– Что делать? – Джонс метнул на коллегу раздраженный взгляд. – Отпускать этот самолет, вот что делать! Пусть убирается!

Собеседник ответил ошарашенным взглядом, на что инспектор Джонс сказал, выключив микрофон рации:

– Я его просто так не отпущу от себя. Вы понимаете? Там же мой сын.

Делом, связанным со снеговиками, Икторн занимался по заказу саудовского шейха Удуда Ибн-Абдура, который оплачивал все. Удуд Ибн-Абдур был сказочно богат, щедр и любил искусство. На законы шейху было наплевать. Если Удуд Ибн-Абдур видел какую-то вещь и она ему нравилась, шейх не останавливался ни перед чем, чтобы заполучить ее для своей частной коллекции.

Шейх и раньше не раз прибегал к услугам Икторна, с которым познакомился когда-то как с главой фирмы «Сауд-Карго». Область сомнительного бизнеса этой небольшой фирмы лежала где-то между Саудовской Аравией и Соединенными Штатами, Икторн находился одновременно в двух странах и нигде конкретно.

Прежние его делишки, как правило, огласки не получали. За тишину платил клиент. Но такие скандальные и громкие дела, как кража великолепных произведений американского мастера Хлойда Сноу и кража в корпорации «Айс Бокс», без которой никак нельзя было перевезти снеговиков в жаркую пустыню, не могли пройти незаметно. Это дело должно было стать последним для фирмы «Сауд-Карго», вершиной ее воровского бизнеса. После доставки снеговиков по указанному адресу Икторн рассчитывал забрать денежную награду и исчезнуть очередной раз. Лет этак на пятьсот.

...Дворец шейха располагался в пустыне, в краю нефтяных и водных оазисов. Если вода давала жизнь хозяйству, то нефть – сумасшедшим идеям и увлечениям шейха.

Блистательный Удуд Ибн-Абдур лично встретил самолет, угнанный Икторном. Уже по тому, что на собственном аэродроме шейха, также затерянном в пустыне, без труда произвел посадку «Боинг-747», можно было заключить, насколько богат был Удуд Ибн-Абдур.

Прямо на взлетной полосе стоял золотой кадиллак шейха. Икторн, едва затих рев двигателей самолета, устремился к заказчику.

– О Великий! – вскричал Икторн и бросился на колени. – Дело сделано! Знаменитые снеговики у тебя!

Шейх Удуд Ибн-Абдур был растроган. Снег всегда был для шейха в диковинку, а тут еще произведения искусства... В награду Удуд Ибн-Абдур подарил Икторну один из своих лучистых взоров.

– Похвально, – кивнул, наконец, шейх. – Теперь их нужно доставить во дворец... и провести там с тобой расчет!

Что и говорить, практичным человеком был этот шейх!

– Что же, прикажи тогда подать автомобили, – сказал Икторн, поднимаясь с колен.

Но шейх покачал головой и пояснил, что во дворец холодильники будут переправлены на специальных верблюдах, по два на верблюде.

– Для чего, о Великий? – изумился Икторн.

Удуд Ибн-Абдур снисходительно объяснил, что во дворец нужно прибыть с обязательным соблюдением ритуала.

– Отец и дед перевозили ценности во дворец на караване... Нет, ничто меня не заставит изменить родовым традициям!

– Э-э-э... – озадаченно промычал Икторн. – Но полиция...

– У меня крутая охрана, и потому я ничего не боюсь! – Шейх поднял вверх руку. – Никакой полиции, любезный!..

Как подтверждение словам шейха возникла его охрана. Это и в самом деле были крепкие и хорошо вооруженные ребята, все, как на подбор, высокие, мускулистые, черные как смоль. По сравнению с этой крутизной четыре автомата в руках переодетых гоблинов показались не более чем детской забавой.

Икторн почувствовал себя в безопасности. По его распоряжению к грузовому люку были подведены верблюды, и началась погрузка холодильников.

Первый холодильник Икторн, естественно, приказал отставить в сторону. Там сидели Тим и мишки-гамми. К тому же этот холодильник был тем самым пятьдесят седьмым, то есть непарным. Если остальными холодильниками можно было занять ровно двадцать восемь верблюдов и составить из них караван, но что делать с пятьдесят седьмым холодильником?

– Если там, как ты говоришь, нет снеговика, то мы можем оставить его здесь, – предложил шейх. – Охране моего аэродрома будет где держать херши-колу.

Но Икторн не согласился. Он быстро растолковал шейху, что к чему.

– Понимаешь, нам необходимо иметь это с собой. Это мой проходной билет, если на то пошло...

Удуд Ибн-Абдур величественно пожал плечами, но разрешил поставить холодильник на один из автомобилей.

Икторн залез в эту машину. Перед отправлением каравана он постучал по дверце и сказал:

– Ребята, откровенно говоря, я вам даже завидую! Здесь такая ужасная жара, а у вас внутри прохладно.

В ответ раздалось лишь невнятное мычание.

– Трогай! – крикнул Икторн.

Едва караван тронулся в путь, как с неба спустился вертолет. Икторн сперва вздрогнул, но потом вспомнил о внушительной охране герцога. Можно было не бояться.

Это был вертолет Интерпола, и рядом с пилотом сидел инспектор Джонс. Инспектору все время удавалось следить за курсом самолета, и вот, наконец, он, Джонс, попал на аэродром, не обозначенный ни на одной карте.

– Так вот в какое логово доставила мафия угнанный самолет! – заметил инспектор, рассматривая шикарный аэродром посреди пустыни.

Заметив большой караван, инспектор усмехнулся. Он увидел верблюдов, тащивших на себе знакомые холодильники.

– Вот они! – возликовал инспектор. – Я все-таки нашел их! – От избытка радости инспектор врезал кулаком правой руки по ладони левой.

По просьбе инспектора пилот опустил аппарат прямо возле головного верблюда. Рядом с этим верблюдом держался золотой кадиллак шейха Удуда Ибн-Абдура.

– Кто вы такой, милейший? – спросил по приказу шейха водитель кадиллака.

– У вас мой сын! – бесстрашно заявил инспектор. – Он в одном из краденых холодильников!

– Вот как? – скорчил недоуменную рожу водитель. – Интересно. Чего же вы хотите?

– Я требую, чтобы вы мне его отдали, – сказал Джонс. – А еще я предупреждаю, что вслед за этим я незамедлительно арестую всех вас! – инспектор окинул мужественным взглядом огромный караван, а также машины с вооруженной до зубов охраной шейха.

– Никого тут нет, инспектор, – внезапно для слуг заговорил сам Удуд Ибн-Абдур. – Это частное владение, я вас не пущу!

– Какое такое частное владение?

– Этот караван! – шейх сделал широкий жест рукой. – Без ордера местных властей вам не видать обыска как своих ушей!

Шейх знал, что говорил, ведь все местные власти давно находились у него в подчинении.

Инспектор не очень решительно вытащил револьвер:

– А как вам понравится этот ордер?

– О, неплохо! И все же... – Удуд Ибн-Абдур усмехнулся и выразительно посмотрел на подъехавшего Икторна, в автомобиле которого, кроме холодильника, находились четверо помощников.

В руках у всей четверки появились автоматы. Лицо инспектора Джонса стало серым: он растерялся.

– Запаситесь более существенным документом, сэр! – захохотал шейх Удуд Ибн- Абдур. – Как видите, на наших парней этот не произвел никакого впечатления! А ведь его увидели лишь четверо... Что же будет, если увидят остальные?

Джонс спрятал револьвер.

– Хорошо, я слетаю за ордером! – Инспектор совершенно неожиданно для врагов отступил.

Вертолет Интерпола застрекотал, поднимаясь в воздух, и исчез в небе, а караван двинулся дальше.

Вертолет несся над пустыней. Инспектор Джонс сидел рядом с пилотом и размышлял. Как он может один справиться с целым караваном преступников? Это не банда Кривого Чарли.

И все-таки, неужели он только что допустил позорное бегство?

– «Сауд-Карго», «Сауд-Карго», – бормотал инспектор под нос. – Где мне раньше приходилось слышать это название?

И тут он вспомнил давнюю фотографию в газете, где человек, который сейчас командовал воздушными пиратами, был запечатлен в одной компании с богатейшим саудовским шейхом с длинной и заковыристой фамилией, которой инспектор Джонс, конечно, не запомнил. Как одного, так и второго человека с той фотографии он только что видел перед собой!

– Ну конечно, – воскликнул инспектор. – Это же президент компании «Сауд-Карго»! Все сходится! Смотри ты, у них давнее знакомство...

Джонс решительно приказал пилоту возвращаться. Все же отступать было не в его правилах. Самое главное – сейчас он вернется к каравану, ну, а там посмотрит, что предпринять.

У сидящих в холодильнике настроение было удручающим. Большей частью все молчали, тишину лишь время от времени нарушал тихий шелест – это Колдун переворачивал последние страницы Волшебной Книги.

– Тим, ты что-то хотел спросить? – подал голос Малыш.

За мгновение до этого Тимми открыл и закрыл рот. Вместо слов оттуда вылетел вздох. Но сейчас появились мысли, точнее, одна мысль:

– До какого времени мы будем все это терпеть? – спросил Тим.

Холодильник трясся на автомашине, которая ехала по пустыне в составе каравана.

– Ну, все! – неожиданно заявил Колдун и захлопнул Книгу. – Закончил я ее. Ничего себе, скажу я вам, книженция!

Все настолько изумились, что уставились на Колдуна так, словно первый раз увидели.

– Давайте вылезем наружу, – сказал Колдун. –- Что-то холодновато здесь...

Он не представлял, где они находятся!

– Колдун, Колдун, – со слезами на глазах зашептала Солнышко. – Мы в плену.

– Как это в плену? – Колдун подналег на дверь плечом, но она не открылась. – Дверца не хочет открываться? Так это просто. Кулумамбу!

Как только он произнес это слово, дверца открылась. Причем, открылась совершенно бесшумно, словно не хотела привлекать к себе внимания.

Мишки и Тим переглянулись. Все чувствовали себя странно: в происходящее просто не верилось. Колдун снова знает все заклинания! Тим порывисто вскочил на ноги, сразу же стукнувшись затылком, но даже не почувствовал боли.

Автомобиль в это время остановился.

– Ну до чего упрям этот инспектор! – воскликнул Икторн, увидев, как вертолет опускается второй раз.

Бывший герцог, а сегодня – вор, террорист и угонщик самолетов, ехал в одной машине с шейхом Удудом Ибн-Абдуром, и держалась машина возле головного верблюда. Остальные двадцать семь верблюдов растянулись чуть ли не на четверть мили. Где- то между животными сновали машины охраны, примерно между третьим и четвертым верблюдами ехал автомобиль, на котором стоял пятьдесят седьмой холодильник. В той же машине сидели четверо грузчиков в коричневых комбинезонах.

Автомобили остановились, когда на пути каравана появился маленький вертолет Интерпола с пилотом и одним пассажиром.

– Что ты хочешь, инспектор Джонс? – насмешливо произнес Икторн. – Ты принес ордер?

– Нет, ордер у меня тот же! – крикнул инспектор, спрыгивая на горячий песок и устремляясь к герцогу Икторну. – Но для того, чтобы тебя арестовать, я даже не стану его вытаскивать!

От такой наглости полицейского Икторн окаменел. Шейх рядом с ним пронзительно завизжал...

У инспектора Джонса были сжаты кулаки. В одном болтались наручники, инспектор готовился сразу же защелкнуть их на запястьях главного виновника – президента фирмы «Сауд-Карго». Но водитель золотого кадиллака, отвечая на визг любимого господина Удуда Ибн-Абдура, вытащил из-под сиденья маленький автомат с горизонтально расположенным магазином.

Джонс увидел это оружие, и ноги его сами собой уперлись в песок, словно неподвижные шасси самолета. Инспектор затормозил, поднимая пыль. Сейчас его противник начнет стрелять, а он, знаменитый инспектор, даже не успел вытащить пистолет! Что после этого произойдет с его сыном? Бедный Тимми...

Инспектор Джонс услышал злобный хохот шейха и главаря бандитов, увидел, как блеснул улыбкой, словно лезвием ножа, водитель. Вот-вот он нажмет на курок...

И тут прямо на голову водителю кадиллака свалился огромный ком снега.

БУБУХ!

Ком раскололся на голове водителя, выбил из его рук автомат и, кроме того, вдавил ошеломленного шофера куда-то под руль.

– Проклятье! – воскликнул Икторн и выхватил из складок одежды пистолет.

И тотчас большой снежный ком – точно такой же, какой достался на долю шофера, – обрушился на его голову.

БАБАХ!

Шейх Удуд Ибн-Абдур выругался, сунул руку в карман – и его накрыл снежный ком.

Инспектору Джонсу показалось, будто он сошел с ума. Он глянул на небо, но там не было ни единой тучи, ни одного облачка. Да и откуда в природе могло взяться такое облако или туча, откуда могли бы сыпаться такие снежинки, да еще в жаркой пустыне Саудовской Аравии!

Прямо с чистого неба сыпались и сыпались огромные снежные шары, точно такие, из которых катают снеговиков. Они бомбардировали караван и точно накрывали тех, кто доставал какое-либо оружие с целью его использования. Скорость появления снежных шаров была такой стремительной, что ни один из хваленых охранников шейха не мог потягаться с этим странным снегопадом.

Инспектор Джонс немного пришел в себя. Судя по всему, он выйдет победителем и на этот раз. Знаменитый полицейский не понимал, с какой стороны к нему пришла помощь, но он был готов любому сказать за нее спасибо.

Отлично отработанным профессиональным жестом, скорее, просто так, чем по необходимости, инспектор выхватил свой револьвер – и тут снежный ком накрыл его.

ШЛЕП!

...Прошло минут пять, прежде чем из пятьдесят седьмого холодильника показались несколько испуганных мордашек. Мишки-гамми и Тим Джонс осмотрели поле сражения, усеянное находящимися без сознания преступниками.

– Неплохая работа, – сказал Малыш. – Вот как легко жить, если помнишь заклинания! – Но тут же Малыш добавил, увидев, как Тим склоняется над отцом: – И все же ты переборщил, Колдун.

Эпилог

Каждый получает свое

Чем же закончилась эта история?

Колдун среди прочих нашел и Дорожное Заклинание. Он смог вернуть всю компанию, то есть Бабушку, Солнышко, Ворчуна, Толстяка, Малыша, Тима и, конечно, себя назад. По пути друзья останавливались во многих знаменитых местах и отлично отдохнули.

Инспектор Джонс арестовал двух очень крупных злодеев-преступников, Икторна и Удуда Ибн-Абдура, и массу мелких. Он отдал всех в руки правосудия. О своей маленькой помощи инспектору Колдун, скромно умолчал, и весь мир стал думать, будто инспектор Джонс в одиночку одолел огромную организацию международной мафии.

Слава Джонса-старшего выросла до непомерных, просто фантастических размеров. Если раньше он был знаменит в Соединенных Штатах и еще в нескольких странах, то теперь методы его работы стали изучать даже в Албании и России.

Мишки-гамми отлично провели отпуск и по-настоящему посмотрели мир. Они ведь этого так хотели.

Тим вернул снеговиков мистеру Хлойду и заставил отца от имени полиции принести соседу извинения. Тем самым Тим выполнил свое обещание восстановить справедливость. Джонсы обрели в лице мистера Хлойда настоящего друга.

Еще один сюрприз ожидал Тима в конце лета. К мистеру Хлойду приехал сын, который три месяца провел на ферме в Массачусетсе, – мальчишка одного с Тимом возраста.

Мистер Хлойд Сноу стал еще более знаменитым, его снеговики также. Газеты подняли такую шумиху вокруг происшедшей истории, что мистер Хлойд Сноу был причислен к лику Живых Гениев, Не На Шутку Обогативших Человечество. Через полгода его даже вызвали в Осло, где вручили соответствующий диплом.

Корпорация «Айс Бокс» получила неслыханную рекламу своей продукции. После того, как пропажа, то есть пятьдесят семь холодильников, были возвращены на завод, каждый участник этой истории получил в награду по холодильнику, причем той самой марки, которая была украдена.

...А еще много всего получил Толстяк. Мистер Хлойд специально сходил в супермаркет – тот самый, что на перекрестке, – и накупил столько всякой снеди, что Толстяк за обе щеки уплетал угощение целых три дня.

Иллюстрации

Content

Диана Кинг - Мишки-Гамми и преступление века

Литературно-художественное издание

Пролог Преступление века

Глава 1 Как отправиться в путешествие, не сходя с места

Глава 2 Картинки оживают

Глава 3 Таинственный дом мистера Хлойда

Глава 4 Зима в летнее время

Глава 5 Все снеговики украдены!

Глава 6 Ворон Кристофер, начальник нью-йоркских птиц

Глава 7 Опасная погоня

Глава 8 Потасовка под брюхом «Боинга»

Глава 9 Приключения мишек-гамми внутри холодильника

Глава 10 Мафия захватывает самолет

Глава 11 Самое жаркое место

Эпилог Каждый получает свое

Иллюстрации