Рику Мисора

САГА О БЕЗДАРНОМ РЫЦАРЕ 5

Реквизиты переводчиков

Работа с иллюстрациями: Amigolord

Перевод с японского: ArtemAvix

Редактура: anastezia

Самый свежий перевод всегда можно найти на сайте нашего проекта:

https://ruranobe.ru/

Чтобы оставаться в курсе всех новостей, вступайте в нашу группу в Контакте:

https://vk.com/ru.ranobe

Любое распространение перевода за пределами нашего сайта запрещено. Если вы скачали файл на другом сайте — вы поддержали воров.

Версия от 22.03.2020

Любое коммерческое использование данного текста или его фрагментов без разрешения запрещено

Начальные иллюстрации

Пролог. Аккомпанемент фестиваля

Перед самым началом Фестиваля искусства меча семи звёзд произошло то, что немало взбудоражило население Японии.

Премьер-министр Бакуга Цукикагэ основал национальную академию Акацуки.

Согласно кодексу Международной федерации рыцарей-магов обучение блейзеров, основы военной мощи, стран-участниц ложилось на плечи генштаба Федерации.

Цукикагэ же собрал пресс-конференцию и во всеуслышание заявил, что основывает новое образовательное учреждение. При этом он сделал особый упор на слове «национальная», тем самым обозначив, что исключительное право обучения переходит к Японии.

Иными словами он объявил войну Федерации.

Общественность раскололась на два лагеря.

Оппозиционеры говорили, что Япония уже более пятидесяти лет мирно существует в составе Федерации, что перекраивать систему и использовать ученический турнир в своих целях нельзя, а также они сурово критиковали Цукикагэ за нападение на академию Хагун.

А вот сторонники считали, что премьер-министр просто исправил давнюю ошибку. «Сами подумайте, слыханное ли дело, чтобы защитников родины обучала иностранная организация? Этим должна заниматься Япония и только она! — утверждали они. — Наша страна в состоянии поддерживать независимое существование, как это делают Россия и США. Нам незачем якшаться с этими слабаками из Федерации».

К спорам присоединились даже те, кто обычно в политику не лез.

«Цукикагэ слишком агрессивен. Мне это не нравится».

«Никакого нападения на Хагун не было, оппозиция обманывает нас. А если и было, Акацуки пользовались призрачными девайсами, так что никто не пострадал».

«Почему мои дети должны отправляться на войну в другую страну? Довольно! Мы должны отделиться от Федерации и вести мирную политику».

«Японии не хватит сил, чтобы отстоять свою независимость. Нам лучше остаться в составе Федерации».

«Говорят, что Цукикагэ связан с „Освободителями“. Ему нельзя доверять».

«Мы ошиблись еще полвека назад, когда вступили в Федерацию».

Друзья спорили за выпивкой, домохозяйки сплетничали между собой. А кое-кто даже устраивал митинги и шествия по улицам.

Все понимали: грядёт новая эпоха.

И только Фестиваль решит, останется ли Япония в Федерации или пойдёт по пути независимости.

Если национальная академия Акацуки докажет громкие заявления делом, чаша весов склонится на сторону Цукикагэ. Но если семь академий разгромят её, премьер-министр потеряет авторитет.

На кону стоит будущее целой страны.

Часы отсчитывают последние дни до старта турнира, не имевшего аналогов за всю историю своего существования.

Глава 1. Цвет нации

Окраина Осаки.

Десятки лет назад органы местного самоуправления провели программу расширения города, в рамках которой осушили территорию на берегу залива и построили целый жилой район. Однако рекламная компания не справилась со своей задачей, люди не захотели селиться здесь, и дома бросили.

Ошибки прошлого…

Годами город-призрак стоял нетронутым, и вот пришло его время.

Улицы наполнились народом, торговцы расставили прилавки и зазывали покупателей.

И все собрались здесь по одной причине.

Послезавтра в Ванган Доум[*] начнётся ежегодный ученический турнир — Фестиваль искусства меча семи звёзд. По популярности он превосходит даже бои Лиги КОК, где сражаются профессиональные рыцари-маги.

Каждый год цены на билеты и номера в отелях, близких к месту проведения, взлетают до небес.

Но в этом году Фестиваль привлёк ещё больше внимания: на нём выступала мятежная национальная академия Акацуки, во всеуслышание заявившая о себе нападением на академию Хагун.

Естественно, всё это пробудило соревновательный дух команд.

В Осаку стекались люди как из Японии, так и из других стран. Районы вокруг арены буквально кипели от возбуждения уже за пару дней до начала.

Впрочем, собирались не только зрители. Большая часть участников также приехала пораньше и заранее заняла комнаты в выделенном для них отеле.

Бездарный рыцарь Икки Куроганэ, знаменосец и капитан команды Хагуна, был одним из них.

— У-ух, как же неудобно во всём этом.

Икки стоял перед ростовым зеркалом в богато обставленном номере и изгибал шею.

Вместо привычной униформы он надел тёмно-синий фрак, галстук-бабочку того же цвета и жёсткие лакированные туфли.

Конечно, не потому, что он так хотел.

Управляющий комитет Фестиваля проводил раут для участников, и Икки решил присутствовать там. Так сказать, провести репетицию перед церемонией открытия.

Такое решение далось ему непросто.

«Не могу же я выйти в общество в повседневной одежде. Хорошо, администрация предоставила костюмы… Только вот я совершенно не умею носить их. Выгляжу просто смешно! А ещё эти волосы торчат…»

Он пригладил их руками и снова посмотрел в зеркало.

— Ну, уже лучше…

Но волосы снова встопорщились, как будто сказав: «Мы не будем тебя слушаться. У нас свой путь».

Кого-то они напоминали…

— Вот упрямые, — недовольно пробурчал Икки и снял фрак.

«Этот точно нет».

Сперва он думал, что стоит надеть первоклассный костюм, и дело в шляпе, но потом понял, как сильно ошибся. Мало того что они все смотрелись на нём, как на пугале, так Икки и правил поведения в светском обществе не знал.

— Всё-таки этот получше остальных.

В конце концов, он выбрал светло-серый костюм-тройку.

Стандартнее некуда, но Икки всё равно не умел подчеркивать одеждой свою индивидуальность.

Да и времени не было.

Он принялся быстро одеваться, как вдруг в дверь постучали.

— Онии-сама, можно? — послышался голос Сидзуку, его младшей сестры и ещё одной участницы Фестиваля.

«Наверное, я так долго собирался, что она начала беспокоиться. Дожили, одеваюсь дольше девушки…»

Икки снова бросил взгляд в зеркало.

Он не успел застегнуть белую рубашку, но штаны надел. «Сестра — не подруга, так что ничего страшного», — рассудил он и ответил:

— Да, заходи, конечно, я уже заканчиваю.

— Прошу прощения.

Дверь открылась, и в комнату вошла сребровласая девушка.

— Онии-сама, я гото… ва… — начала она, но прервалась на полуслове, замерла на пороге и округлила зелёные глаза.

«Чего она удивилась?» — не понял Икки.

Впрочем, его мысли мгновенно переключились на другое.

«Вау… Она шикарно выглядит!»

Сидзуку тоже обратилась за помощью к администрации отеля. Её выбор остановился на платье с глубоким вырезом и без рукавов и коротком узком топе, украшенном тонкими оборками и кружевами, складывающимися в цветочный узор.

Чёрная, не отражающая свет ткань оттеняла белоснежную кожу, а искусный макияж скрывал детские черты миловидного лица.

Само совершенство.

Вероятно… Да даже наверняка одел и накрасил её друг и сосед по комнате Наги Арисуин.

«Моя сестра — настоящая леди».

— Незатейливо, но… Сидзуку, ты прекрасна.

— Хау…

В тот же момент Сидзуку покраснела и упала, из ее носа потекла кровь.

— С-Сидзуку?!

— Ах! Какой ужас!

Из-за двери выскочил Наги и, подхватив подругу, достал платок и прижал его к носу, чтобы кровь не запачкала платье.

— Ч-что случилось, Сидзуку?! Тебе нехорошо?!

Взволнованный Икки сделал к ней пару шагов.

— А, а-а-а!..

Сидзуку затряслась, и кровь полилась из ноздрей с новой силой.

Ничего удивительного, она же любила своего брата как женщина.

Когда парень, в котором ты души не чаешь, ходит с обнаженной мускулистой грудью и делает тебе комплименты, никакая девушка не выдержит. Да что там девушка, все люди на такую «необнажённую» эротику реагируют одинаково.

Однако Икки шёл к ней, ни о чём подобном не догадываясь.

— Стой, Икки, не подходи! И застегнись!

К счастью, Наги тотчас понял, в чём дело.

— Э? Э-э?!

— Быстрее! А то она кровью платье зальёт!

— А, да, сейчас!

Под угрожающим взглядом Наги сбитый с толку Икки торопливо привёл себя в порядок, и только тогда Сидзуку успокоилась.

— Ха, ха… Онии-сама, ты увидел меня в неприглядном свете, но… ты был очень сексуален…

— Я н-не особо понял, о чём ты говоришь, но извини. Просто я никак не могу определиться с выбором.

— А чем плох этот костюм? Он отлично смотрится на тебе.

— П-правда? А то мне всё казалось, что я похож на ребёнка, который пытается подражать взрослым.

— Ничего подобного, Икки. У тебя широкие плечи, так что костюмы на тебе сидят как влитые, — возразил Наги.

Вот он, высокий стройный парень, смотрелся в костюме просто шикарно. Совсем как хост[*]. Не то чтобы Икки встречался с настоящими хостами, но впечатление осталось именно такое.

«Что-то меня его похвала совсем не обрадовала. Да и сомневаюсь, что Алиса на год младше меня. Скорее всего, он старше, а биографию подделал».

— Алиса, ты тоже идёшь на вечер?

— Нет, конечно, — покачал головой Наги. — Я же отказалась от участия в Фестивале. Вместо этого мы с Кагамин пойдём на встречу журналистов.

— Да ты полноценный ассистент Кусакабэ-сан, — заметила Сидзуку.

— Что поделать. Я в долгу перед ней, — пожал плечами Наги.

Будучи шпионом Акацуки, он в ходе операции «Канун» вырубил Кагами и связал её. А теперь, чтобы загладить вину, он усердно трудился в качестве её правой руки на благо школьного клуба журналистики.

«Кагами-сан очень добрая», — подумал Икки.

Во время нападения на Хагун отряд Рэйсэна Хираги пользовался иллюзорными формами девайсов: премьер-министр Бакуга Цукикагэ не хотел вредить своим гражданам.

Физически, конечно, никто не пострадал, но душевные раны, нанесённые страхом перед сокрушительной силой, оказались слишком глубоки.

Сёстры Хагурэ отозвали свои кандидатуры, а Тока Тодо, пострадавшая в ходе схватки с Императором ураганного меча, и Утаката Мисоги до сих пор находились в коме.

Все знали, что угрозы их жизни нет, что они очнутся, когда восполнится магическая энергия, однако Наги корил себя из-за содеянного и, будучи очень добрым человеком, чувствовал огромную ответственность за товарищей.

Вот Кагами и напомнила ему о долге, чтобы он слишком сильно не истязал себя.

Впрочем, Наги отлично разбирался в тонкостях человеческих чувств и, скорее всего, понимал это, но не подавал виду и покорно отрабатывал.

«Наверное, Алиса искренне хочет порадовать её, — подумал Икки. — Со временем старая дружба вернётся, и всё будет замечательно».

И тут стенные часы наполнили комнату звоном.

Шесть пополудни — званый вечер начинался.

— Так, нам пора. Идём, Сидзуку.

— Да, онии-сама.

— А, подождите, — остановил их Наги и, когда Икки становился, щелкнул их на камеру наладонника. — Вы такие нарядные. На память.

Ловко поводив пальцем по экрану, он переслал им снимок.

Сидзуку открыла его, покраснела и обрадовалась.

— Уа… Спасибо, Алиса! Это будет моё самое ценное сокровище! Я буду хранить его всю жизнь!

«Всю жизнь?.. — усмехнулся Икки. — М-да, всё-таки костюмы — это не моё. Сидзуку такая нарядная, я рядом с ней выгляжу просто смешно… Ну, будет напоминанием, что мне есть, куда взрослеть».

И…

«Не думаю, что ученики Акацуки придут на вечер, но вы всё равно будьте осторожны».

— Спасибо, получил, — поблагодарил он Наги за сообщение, которое пришло вслед за фотографией, и вместе с Сидзуку отправился в зал.

◆◇◆◇◆

Званый вечер проходил в зале для приёмов на верхнем этаже отеля. Подниматься по лестнице было бы слишком долго, поэтому Икки и Сидзуку воспользовались лифтом.

Двери закрылись, кабина с мерным гудением пошла вверх.

Сидзуку достала наладонник, снова открыла фотографию и широко улыбнулась.

— Хи-хи.

— Тебе так понравилось?

— Да. Наконец-то я дождалась этого.

— Наконец-то… — невесело усмехнулся Икки и про себя поклялся:

«Всё, больше никаких этих типа крутых костюмов. Раут, не раут — только униформа академии. И никто не заставит меня передумать».

— Как подумаю, что смогу похвастаться перед Стеллой-сан, так улыбка появляется сама собой.

Клятва дрогнула. Икки почти наяву увидел, как его силком переодевают в костюм.

— Только сильно Стеллу не провоцируй.

— Не могу обещать. Сама виновата, что её здесь нет.

— …

«Нет…»

Она до сих пор не приехала в Осаку.

Согласно графику представители Хагуна должны были собраться сегодня, но Стелла известила директрису Куроно, что хочет заниматься с Якши-химэ до упора.

Несколько дней назад она сошлась в бою с Омой Куроганэ и потерпела сокрушительное поражение, причём в силовом столкновении, своём излюбленном стиле.

Проигрыш нанёс удар по её уверенности в себе, и сейчас принцесса изо всех сил зализывала «рану», пыталась научиться чему-то у Нэнэ, однако…

— Онии-сама, как ты думаешь, Стелла-сан станет сильнее? — с тревожными нотками в голосе спросила Сидзуку. — Фестиваль начинается послезавтра. Пора отдохнуть перед грядущими боями. Мне кажется, нет никакого смысла в торопливых тренировках. Безусловно, я понимаю, как она волнуется, но… не слишком ли это глупо?

Нет, не просто с тревожными. Сидзуку всерьёз волновалась за Стеллу: не подорвёт ли она своё здоровье, выйдет ли на такой важный турнир в лучшей форме.

— Какая ты у меня добрая.

— А? — Сидзуку вспыхнула, отвернулась и недовольно возразила. — Н-не особо-то я и переживаю за неё. Я придаю этому такое значение только потому, что знаю, как сильно ты хочешь сразиться с ней.

«Не притворяйся, у тебя всё на лице написано, — усмехнулся Икки. — Хоть вы и цапаетесь, но я же вижу, как вы дружите».

Вслух он говорить этого, конечно, не стал, чтобы не смущать сестру.

— Я и сам не знаю, пойдут ли ей на пользу все эти тренировки в последний момент, — признался он. — Времени мало, работы много. Это тяжелый путь, и, возможно, она только устанет перед Фестивалем и ничего не добьётся.

Икки беспокоился о том же самом.

Несомненно, история знала случаи, когда воин становился сильнее после короткого курса интенсивных тренировок.

Знала-то знала, но… только в случае совсем зелёных новичков.

Икки всегда сравнивал процесс овладения чем-то с восхождением на гору.

Первый этап самый лёгкий. Его можно пробежать, не напрягаясь, поэтому юные рыцари часто, что называется, выстреливают.

Однако после двух третей пути дело принимает иной оборот.

Чем ближе вершина, то есть предел сил, тем отвеснее становится склон. Каждый метр, каждый шаг даётся потом и кровью.

Это и есть овладение.

— Стелла далеко не новичок.

«Поэтому ей нужны время и упорство. Неделя интенсивных тренировок — слишком мало для неё».

— Ты прав, — чуть нахмурившись, согласилась Сидзуку.

Она и сама считала это опрометчивым решением, а после слов брата только уверилась в своей правоте.

— Да уж, чем она только занимается… — сокрушённо, с нотками сожаления в голосе добавила она.

Однако…

— Но опять же… это если мы будем говорить об обычном человеке.

— Э?!

Икки ещё не закончил.

«Конечно, опрометчиво. Я бы так не поступил. Не смог бы. Тут я с Сидзуку согласен».

— Потенциал Багровой принцессы Стеллы Вермилион таков, что… она сейчас у самого-самого подножия горы.

— !..

Он лучше всех знал, что талант — это неравенство, и рамки способностей у всех разные.

Стелла была первоклассным блейзером, и её гора намного превосходила его собственную. Её крутой пик пронзал облака и устремлялся в далёкое небо.

А как известно, другой уровень — другие стандарты.

— То есть существует шанс, что она за неделю стремительно наберёт силу.

Икки любил Стеллу, как никто другой, и был ближе всех к ней, поэтому верил: она обязательно вернётся, и они её не узнают.

— И я уверен, что она докажет это уже через два дня.

— Я только за. Я тоже… хочу хоть раз сразиться с ней. Если она заболеет и сойдёт с дистанции, я буду очень разочарована, — чуть веселее сказала Сидзуку.

Точно в этот момент лифт остановился на верхнем этаже, металлические двери разошлись, и они вышли.

◆◇◆◇◆

Два швейцара вежливо улыбнулись и негромко поприветствовали их:

— Куроганэ Икки-сама, Куроганэ Сидзуку-сама из академии Хагун, зал в той стороне. Прошу вас.

— Спасибо.

Они с Сидзуку ступили на бордовую ковровую дорожку и направились к двери, за которой слышались шум и оживлённые голоса.

Видимо, встреча уже началась.

«Там… представители других академий, да?»

Икки сглотнул. Его сердце колотилось где-то в районе горла.

— Онии-сама, ты улыбаешься.

— Да. Ведь в прошлом году я мог только мечтать о таком.

Безусловно, он с нетерпением ждал, когда уже выйдет на арену против Стеллы. Но и не только против неё.

«Там собрались опытные рыцари, лучшие из лучших со всей страны. И все они выше F-ранга. Скоро, совсем скоро я испытаю себя на прочность, не сдерживаясь».

Кровь кипела, эмоции переполняли его.

Он даже неудобный костюм надел, хотя мог и не приходить вовсе, чтобы пораньше увидеть тех, с кем, возможно, в ближайшем будущем сойдётся в бою.

— Ну, правда, вряд ли кто-то обратит внимание на меня.

«Скорее, на Ому или Стеллу, единственных рыцарей А-ранга. Ну ничего, так даже удобнее».

На Фестивале собирались сильнейшие рыцари-ученики Японии. Сильнейшие.

Бездарный рыцарь сражался просто: выходил и побеждал, как бы талантлив ни был противник. Если его недооценят и расслабятся, им же хуже.

Икки открыл дверь в зал…

И тотчас понял, что ещё никогда так не ошибался.

Разговоры мгновенно стихли.

Внимание собравшихся сосредоточилось на нём.

— ?!

Причём они давили так, что Икки едва не попятился.

Впрочем, через секунду все снова заговорили. Но…

— Это Бездарный рыцарь из Хагуна, который победил Райкири?

— Хорош, как я и думал. Твёрд, как заточенный клинок. Крутой, ничего не скажешь.

— Несомненно, уровень страны… И не самый низ.

— Да тут с первого взгляда понятно, что парень сильный. Чем думал предыдущий директор Хагуна, когда оставил такого рыцаря на второй год?

Судя по обрывкам фраз, они не просто так разглядывали Икки.

— Ого, вот уж точно уровень страны. Они сразу увидели твою истинную силу, онии-сама, — довольно улыбнулась Сидзуку.

Сам же Икки был настроен не так радужно.

«Это я их недооценил, да? — невесело улыбнулся он так, чтобы сестра не заметила. — Беспечный, наивный дурак. Конечно, они же все тут прожжённые рыцари, даже после появления Акацуки не дрогнули. Только болван купился бы на ранг, а они меня как на рентгеновском снимке видят. По сравнению с ними отборочный тур в академии — это так, лёгкая разминка».

Наконец-то он оказался на поле боя, где определится лучший рыцарь-ученик Японии, где можно будет найти свой предел.

— А! О-онии-сама! — внезапно воскликнула Сидзуку и дернула его за рукав.

— Что такое?

— С-смотри!

Она указала на стол с едой… Точнее, на девушку, которая оглядывалась так, будто искала кого-то.

«Это же!..»

Выглядела девушка весьма необычно: её торс прикрывал только заляпанный краской фартук, распущенные волосы тоже были покрыты разноцветными пятнами.

Безусловно, Икки и Сидзуку не забыли её… одну из тех, кто напал на Хагун.

— Окровавленная Да Винчи, Сара Бладлили-сан из Акацуки!

— Я и представить не могла, что она будет здесь.

«Ага, я тоже».

Мало кто знал — спасибо правительству и лично премьер-министру Цукикагэ, подделавшим информацию, — но большая часть учеников Акацуки состояла в террористической группировке «Освободители». И ладно бы это, но она в открытую атаковала Хагун и после всего этого появилась здесь…

Смело? Мягко сказано.

«Ударная волна» прошлась по всей Японии, многие отказались от участия в Фестивале, поэтому ученики других академий ненавидели Акацуки не меньше хагунцев. В доказательство этому все старательно держались подальше от Сары.

«Либо они отчаянные головы, либо совсем страх потеряли».

И тут Сара заметила Икки.

— Э…

Она сорвалась с места, быстрым шагом направилась к нему, остановилась на расстоянии вытянутой руки и уставилась на него.

Как будто нашла того, кого искала.

«Ч-что?!»

— Эм, тебе что-то от меня нужно? — недоумевающе спросил Икки.

«Блин, что за вопрос. Она смотрит на меня, очевидно, ей что-то нужно. Вот только что? Мы же с ней до этого никак не контактировали».

— Хорош, — внезапно проговорила Сара, похлопала его по груди и рукам, а потом и вовсе принялась ощупывать, как личную вещь.

— Уа-а! Б-Бладлили-сан?!

— Эй! Ты что творишь?!

— Тихо. Я сосредоточена, не мешайте.

Сара очертила контуры тела Икки поверх одежды.

«Она террорист. Однажды она уже напала на нас. Нельзя так открываться, — подумал Икки и тут же возразил самому себе. — Но я прямо-таки чувствую, как она сконцентрирована. Она совершенно не желает мне зла. Она так увлечена, что я не могу заставить себя помешать ей».

Он уже хотел спросить, зачем Сара осматривает его, как вдруг… она мощным усилием разорвала на нём рубашку.

— Э-э-э-э-э-э?!

— О-онии-сама-а-а?!

На этот раз Икки отскочил от Сары и, прикрыв обнажённую грудь, спросил:

— Ты чего вдруг?!

— Проходной балл. Без всяких нареканий, — чуть порозовев, ответила Сара.

— Ч-что еще за проходной балл?! Я тебя совсем не понимаю!

— Тогда… я влюбилась в тебя с первого взгляда. Ты красив и добр, внутри тебя таится сила. У тебя прямая спина, хорошая осанка… и прекрасная форма мышц. Они не дряблые, но и не перекачанные… Ты совершенен. Ты — мой идеал мужчины.

— А, что?! — ошеломлённо уставился на неё Икки.

Комплимент был внезапным и каким-то сомнительным, но важно другое.

«Она серьёзно?.. Она сейчас призналась мне? И-и что делать?»

Он невольно попятился.

«Вот как мне ей ответить? Хотя стоп, у меня уже есть Стелла, так что понятно, как. Понятно, но… Она не шутит, вообще не шутит, это её искренние чувства. А от чувств отмахиваться нельзя, какой бы террористкой она ни была».

— Ты достоин того, чтобы быть моей обнажённой натурой. Проходной балл. Без всяких нареканий, — продолжила Сара.

В мгновение ока уровень опасности повысился.

— Поэтому я хочу, чтобы ты пошёл ко мне в комнату и разделся.

— А, что?! Нет уж! Отказываюсь! И что-то я не помню никаких кастингов!

— Не пойдёт. Отказываю в отказе.

— Вернись со своей волны!

— Если не разденешься сам, раздену силой, — сказала Сара и призвала девайс в форме палитры и кисти.

«О-она на полном серьёзе! Даже девайс приготовила, чтобы раздеть меня!»

Икки запаниковал, пытаясь придумать, как утихомирить её и попутно не разнести зал.

— А ну отойди от онии-самы, извращенка!!!

— Ай!

И тут Сидзуку отбросила Сару великолепным дропкиком, а затем встала перед Икки и обеспокоенно спросила:

— Онии-сама, ты в порядке?

«Как хорошо, что у меня есть такой надёжный союзник».

— В полном, — кивнул Икки. — Она мне только пуговицы оторвала.

— !..

Волосы Сидзуку встали дыбом.

— Не прощу.

— С-Сидзуку?..

— Даже мне ещё не доводилось заваливать онии-саму и разрывать на нём рубашку!

«Кажется, насчёт союзника я погорячился…»

Сидзуку в гневе призвала Ёисигурэ.

— Я тебя убью!

— Уа-а! Сидзуку, не надо! Отзови девайс!

Она переступила грань.

Более не колеблясь, Икки быстро завёл ей руки за спину. К счастью, Сидзуку была лёгкой, так что самостоятельно освободиться не могла.

«Угроза миновала, да?.. Только вот мне все эти взгляды ой как не нравятся! Наверное, потому, что мы расшумелись. Так, надо вернуться в комнату и переодеться», — решил Икки.

И тут…

— Хо-хо-хо. Я так и знала, что это ты шумишь, Окровавленная Да Винчи, — наигранным, пожалуй, даже слишком наигранным сопрано произнесла…

◆◇◆◇◆

…Девушка в багровом платье и с повязкой на глазу. Позади неё стояла горничная.

Икки узнал обеих: они тоже учились в Акацуки.

— Насколько я помню, ты Кадзамацури-сан, в прошлом из академии Рэнтэй?

Девушка кивнула.

— Хо-хо-хо. Я хотела бы согласиться, но эти имя и внешность — лишь фикция. Они служат для того, чтобы обмануть отдел по контролю измерений. Моё истинное имя столь сложное, что человеческий язык не в состоянии его воспроизвести.

— Моя леди хочет сказать: «Да. Очень приятно». Ах да, прошу прощения, я Шарлотта Корде, личная горничная леди Ринны. Рада с вами познакомиться, — учтиво поклонилась горничная.

— Да можно и не так вежливо…

«Тогда я только её и не узнал. В принципе, ничего удивительного. Кагами-сан показывала фотографии учеников, а Корде-сан не то что не представитель, даже не блейзер».

— Прости мою подругу, Бездарный, она не со зла. В неё вселилась богиня красоты Муза, поэтому в минуты вдохновения её не остановить. Лорелей, зачехли меч, исход боя уже решён.

— Что?

Икки и Сидзуку обернулись.

Сара лежала на ковре, раскинув руки и ноги, и не шевелилась.

— Она что, потеряла сознание?

— Шар, отнеси Окровавленную Да Винчи в гроб перерождения.

— Слушаюсь… Сара-сама, как вы себя чувствуете? Я немедленно отнесу вас в капсулу.

— Кю-ю… — пробормотала художница. Она действительно лишилась чувств.

Казалось бы, Сара была одним из сильнейших блейзеров тёмной стороны общества, но Сидзуку, наверное, самая лёгкая из представителей на Фестивале, вырубила её с одного удара.

«Какая-то она слабая».

— Окровавленная Да Винчи — художник, а не солдат, поэтому она столь хрупка телом, — пояснила Ринна. — Когда она прибыла сюда, то адские мертвецы схватили её за ноги, и нам пришлось передать её ангелам в белых одеждах.

— Моя леди хочет сказать: «Когда Сара-сан приехала в Осаку, она неудачно сошла со ступени тротуара и сломала ногу, поэтому нам пришлось доставить её в больницу».

— Она Спелеолог[*], что ли?!

— Поэтому ее и прозвали Окровавленной Да Винчи.

— Окровавленная своей же кровью?! Как-то это некруто!

— Неужели «Освободителям» не хватает способных людей? — прикрыв ладонью рот, прошептала Сидзуку.

Икки мысленно согласился.

«Интересно, как она вообще прошла отбор на Фестиваль?»

— Хо-хо-хо. Вы столь далеки от истины, — насмешливо улыбнулась Ринна. — Конечно, Окровавленная Да Винчи хрупка телом. Однако это не делает её слабой. Её сила как раз и кроется в особой тактике, учитывающей её недостатки.

— …

— Обычное искусство бывает точным, бывает абстрактным, но всё оно — суть имитация реальности, созданной нашим ничтожным богом. Её же искусство не такое. Оно, так сказать, выделяет реальность. Перед его ликом бог — не более чем третьесортный художник. Не недооценивайте её ради самих себя.

Икки и Сидзуку вспомнили раскрашенные Сарой деревянные куклы.

Они выглядели, как настоящие люди. Даже слишком настоящие. Собственно, поэтому их и удалось разоблачить.

«Да, недооценивать её не стоит. Я понятия не имею, как можно пользоваться рисованием в бою, и оттого мне особенно не по себе. Расслабляться нельзя, тем более мы с Сарой-сан в одном блоке. Если ничего не случится, мы с ней встретимся уже в третьем бою».

Икки только настроился на серьёзный лад, как…

— Но вкус у Окровавленной Да Винчи отменный. Вблизи ты, конечно, хорош собой, Бездарный.

Риина снизу заглянула ему в лицо.

— Э…

— Не строишь из себя грозного парня, не хвастаешься силой. Ты в моем вкусе. Не хочешь после учёбы стать моим дворецким? Деньгами не обижу.

— Гх! И ты положила глаз на моего онии-саму?! Не отдам!

— Да даже если бы и отдала, я не присоединюсь к террористам.

— Но я не заставляю тебя вступать в «Освободители». Просто будешь служить мне в моём доме.

— Онии-сама, не дай ей себя обмануть! Это на словах она золотые горы сулит, а на деле воспользуется властью госпожи и склонит тебя к непотребству… Я бы так и поступила!

«И что мне делать? Собственная сестра оказалась опаснее террориста… Ладно, шутки в сторону».

— Спасибо за щедрое предложение, но вынужден отказаться. Терпеть не могу костюмы, — ответил Икки.

Также дело было в связи Ринны с «Освободителями». И ко всему прочему…

— У-у… Но с твоими оценками найти нормальную работу будет непросто. Давай, присягни мне на верность, и до конца жизни не будешь ни в чём нуждаться.

— Госпожа, не нужно настаивать. Вы докучаете Икки-саме, — одернула её Шарлотта.

Ко всему прочему горничная на мгновение дрогнула и крайне ревниво посмотрела на Икки.

«Если бы я согласился, она убила бы меня когда-нибудь, а рисковать своей жизнью я не согласен ни за какие деньги».

Ринна недовольно поджала губы, явно не желая сдаваться.

— Ну ладно… Если передумаешь, пиши. Такому таланту я всегда буду рада.

И она протянула визитку.

Икки не горел желанием работать у неё дворецким, но визитку из вежливости взял.

— Спасибо.

Затем Ринна в сопровождении Шарлотты и до сих пор не пришедшей в себя Сары покинула зал.

Глянув на полученную карточку, Икки усмехнулся: он увидел не только имя, но и адрес электронной почты, и даже домашний адрес.

— Вот уж не думал, что когда-нибудь буду брать визитки у террористов.

— Да, необычные ребята… Преступники, а спокойно пришли на вечеринку, попытались раздеть тебя, нанять… Странные дела творятся в рядах «Освободителей».

— Как будто Алиса вся из себя стандартная…

Представители Акацуки кардинально отличались от убийц из подполья, какими их себе представляли.

«Естественно, книгу по обложке не судят, но я был готов к злу, жестокости, а тут такое… Удивительно».

— Даже не думайте равнять меня с этими идиотками. Бесит, — внезапно сказал кто-то.

Икки с Сидзуку обернулись и увидели черноволосую девушку с безвкусной маской на лице.

◆◇◆◇◆

— Веселятся они, понимаешь ли. А ты так вообще дура полная, когда уже поймёшь, что с обычными людьми тебе не по пути? — глядя вслед Ринне, бурчала девушка в маске Призрака Оперы.

«Кто она такая?» — нахмурилась Сидзуку.

— А ты… Татара Юи-сан? — спросил Икки.

— А, та самая чудачка, которая надела тёплую накидку летом?

«В тот раз я не разглядела лица, но рост совпадает».

— Я не чудачка, — недовольно откликнулась Юи. — Какой убийца станет раскрывать своё лицо?

«Неужели хоть кто-то в Акацуки умеет здраво мыслить?!» — удивилась Сидзуку.

По сравнению с Сарой и Ринной Юи вела себя как нормальный(?) убийца.

— Так значит, ты признаёшься в своих преступлениях? Я думала, ты до последнего будешь играть обычную ученицу.

Юи презрительно усмехнулась.

— Ги-ги-ги. А зачем? Сдаётся мне, Чёрный убийца уже поведал вам, что Цукикагэ идеально подтасовывает информацию, а? Так что шумите, сколько хотите, общество услышит обычный трёп.

— …

Сидзуку чуть подняла брови.

Юи не лгала.

Куроно должна была сообщить Федерации, что ученики Акацуки состоят в террористической группировке «Освободители», однако СМИ до сих пор молчали: во-первых, правительство всеми силами скрывало правду, а во-вторых, никто не мог допустить и мысли, что «наш премьер связан с террористами».

Вот и выходило, что о тёмной стороне национальной академии знали только те, кто был непосредственно замешан в деле.

И Сидзуку этого выводило из себя.

«Мало того, что всё идёт по плану врага, так ещё и она смеётся мне прямо в лицо!»

— Ки-ки. Куроганэ, не убивай меня взглядом. Ну прости, захотелось подразнить тебя. Всё, на сегодня завязываю с подколками. У нас вечеринка, так что будем веселиться!

Юи наполнила тарелку едой и протянула её Сидзуку.

Казалось бы, жест доброй воли… если не обращать внимания на губы, кривящиеся в высокомерной ухмылке.

То есть и извинилась она чисто формально.

«Дешёвая провокация, перебьёшься», — решила Сидзуку.

— Спасибо.

Она протянула было руки, как вдруг тарелка подлетела, упала на пол и разбилась.

Естественно, не сама. Её отбросил Икки.

— О-онии-сама? — округлила глаза Сидзуку.

— …

Удивились вообще все.

Икки же молча сверлил Юи холодным, колючим взглядом. Ни Сара, ни Ринна не вызвали у него такого отторжения.

«Что произошло?»

Сидзуку опустила взгляд и охнула.

— Э-это же!..

Она всё поняла.

Среди осколков тарелки лежали куриные ножки и… бритвенные лезвия, которые, вероятно, при ударе об пол прорезали мясо и вывалились наружу.

Очевидно, их добавил какой-то злодей уже после повара.

И не просто какой-то, а одна террористка.

Вот поэтому Икки и смахнул еду.

— Какой дразнящий топпинг, Татара-сан.

— Ги-ги-ги, какая расточительность. А ведь это были особые лезвия, смазанные смесью нескольких алкалоидов. Даже слона кокнули бы, — стрельнув взглядом, засмеялась Юи. — Я и добавила их так, чтобы никто не увидел. А ты умняшка, не то что твоя сестрёнка.

— Как будто это было так сложно. Вокруг тебя зло так и витает.

Икки не скромничал: он с первого взгляда понял, что в отличие от Сары, Ринны и Шарлотты — просто странноватых девушек — Юи была злом в чистом виде.

«Накладывая еду, она встала спиной к нам. Она просто не могла ничего не сделать… Хорошо, что я правильно догадался…»

— Ты же завязала на сегодня.

— Ги-ги-ги, ну да, завязала. И так разнервничалась, что срочно понадобилось кого-нибудь убить. Эх, ещё бы чуть-чуть, и прокатило бы, — не скрывая разочарования, цокнула языком Юи.

— Блин, впервые меня посылают на откровенную скукотищу. Напасть на академию, но никого не ранить? Я так-то не такая, как эти идиоты. Я с малолетства резала всех направо и налево. Какой дурак пошлёт профи на задание, где нельзя убивать? Меня так всё бесит, что выть охота! Ждать ещё два дня, а я хочу убивать уже сейчас!

Она оскалилась, засмеялась и призвала девайс — бензопилу с острыми, как у акулы, зубами.

— Э-эй, она серьезно?!

— Она хочет начать прямо здесь?!

Зал заволновался.

Икки тотчас заслонил собой Сидзуку.

«Она не из тех, кто понимает слова… Да и я не спущу ей покушения на сестру».

Он вытянул руку, чтобы материализовать Интэцу, но…

— Остъновись, Некоронованный.

— !..

Икки замер.

Не мог не замереть.

Тихий, не особо грозный голос нёс только силы, что тело на автомате слушалось его.

«Вот и он».

Икки ещё не встречался с ним, но много раз видел по телевизору.

— Уверен, ты побеждал до этъго не ради мелких свар, правда?

— Моробоси-сан!

А кто же ещё.

Это мог быть только третьегодка из академии Букёку Юдай Моробоси, действующий Король меча семи звёзд и первый противник Бездарного рыцаря.

◆◇◆◇◆

Грозный взгляд хищника, повелительный голос, накачанные мускулы, залихватская бандана и вдобавок ко всему рост в метр восемьдесят (как у Наги) — вот что представлял собой лучший рыцарь-ученик Японии Юдай Моробоси.

Кстати, он был не один.

Безусловно, Икки узнал его спутников.

Очкастого парня в пиджаке с высоким воротником, который сидел на нём как влитой, звали Бякуя Дзёгасаки, а девушку с хулиганским взглядом, чью щёку украшал пластырь — Момидзи Асаги. Тоже академия Букёку, третий год обучения, о чём красноречиво свидетельствовала униформа в современном стиле. Но, что важнее, они заняли второе и третье места на прошлогоднем Фестивале.

Именно так, на шум пришли трое призёров.

«А… Ну теперь понятно, почему тело отказывается слушаться».

С появлением трёх незаурядных рыцарей даже зал, казалось, стал теснее.

Мало кто проигнорировал бы их.

— Убью, не убью… А ты опъсная шутчка. Ясное дело, Фестиваль на нъсу, кровь кипит, но давай-ка поспокойнее, лады? — взирая на Юи с высоты собственного роста, спросил Юдай.

Что примечательно, Икки он не критиковал.

«Наверное, наблюдал за нами, прежде чем вмешаться».

— Что творится… Не стоило тебе девайс призывать, это выглядит крайне подозрительно… Ну, как говорится, вульгарный девайс — гадкий характер, — осуждающе добавил Бякуя.

Юи и бровью не повела.

— Слышь, позёр, в боях не характерами размахивают. Показать? Хочешь, а?

Она завела бензопилу и направила её на Юдая, ближайшего из тройки.

Тот холодно посмотрел на неё и презрительно процедил:

— Пасть закрой и не скалься, а то на слабую псину похожа.

— !..

Этого хватило, чтобы взбесить и без того взвинченную Юи.

Она натянуто улыбнулась.

— Ги-ги-ги. Идиотина… Ладно, давай проверим, так ли я слаба.

Злобно улыбнувшись и подняв бензопилу, она направилась к Юдаю…

— ?!

Но метра за три от него резко остановилась, как будто налетела на невидимую преграду.

— Хо-о, а ты не зря воздух сътрясала, — восхищённо протянул Юдай. — Ага, тут граница моего «бърьера». Ещё бы шажок… и оно прихлопнуло бы тебя.

Он незаметно призвал длинное жёлтое копьё с кистью, имитирующей тигриную шерсть, у наконечника — Торао[*], знаменитый девайс Короля меча семи звёзд.

— Когда ты успел его вытащить?! — изумилась Юи и отступила на несколько шагов.

«Ничего себе… — округлил глаза Икки. Он тоже пропустил момент материализации оружия, но больше его удивило другое. — К нему не подступиться».

Юдай стоял предельно расслабленно и при этом контролировал все подступы. Он отбился бы от любой атаки, а противника ждал очевидный исход.

«Так это и есть знаменитое Хаппонирами Короля? Впервые вижу».

Абсолютный контроль дистанции.

Даже Райкири не смогла приблизиться на расстояние удара.

Хаппонирами, то есть всевиденьем, эта способность называлась потому, что где бы враг ни находился, откуда бы ни атаковал, Юдай замечал это и поворачивался в ту сторону.

Вот Юи и дрогнула. Она очень не хотела оказаться в зоне поражения лучшего рыцаря-ученика Японии.

Как оказалось, шум привлёк не только учеников Букёку.

— А-ха-ха-ха-ха! А первогодки на этот раз отжигаут, а! Отлично, отлично!

Раздался смех такой громкий, как будто кто-то держал у рта мегафон.

К Икки и остальным подошёл натуральный «шкаф» метр на два — бородатый детина, который и на ученика не был похож.

Северянин, родом с Хоккайдо, третьегодка из академии Рокудзон и четвертьфиналист прошлого турнира — Бронегризли Рэндзи Кага.

Легендарная личность. Говорят, в младшей школе он в одиночку вспахал сто гектаров целины, то есть где-то двадцать стадионов Токио Доум[*].

— Однако разбрасываться едой нельзя. Наши фермеры не щадя сил растили этих курочек. Мы должны уважить их труд и насладиться ими, — сказал Рэндзи и схватил огромной лапищей нашпигованные ядовитыми лезвиями ножки.

— Нет, они же!..

Но Икки не успел. Рэндзи закинул их в рот, перемолол стальными челюстями вместе с косточками и бритвами и проглотил, даже не поморщившись.

— Га-ха-ха! Слона убьот, но не меня! А, Акацуки!

— О-он точно человек?..

Юи побледнела. Но на этом сюрпризы не закончились.

— Мф♡

— ?!

Внезапно кто-то выдохнул ей в ухо, и только тогда Юи заметила, что её обнимает какая-то девушка.

— Так, будь хорошей девочкой и постой смирно. Мне нужно тебя обследовать.

— А-а!

Юи замахала руками, рванулась и, ошалевшая, выбралась на свободу.

«Как так?! Меня, одну из лучших убийц „Освободителей“ схватили, а я и не заметила?!» — было написано у неё на лице.

— Т-ты еще кто такая?!

— Ихи-хи♡ Какой энергичный кранке[*]. И это очень хорошо, — улыбнулась пухлыми губами девушка. — Од-на-ко… Как я и думала, кровяное давление и температура тела повышенные. Ты возбуждена. Также у тебя маленькое тело и грубая кожа. Питаешься несбалансированно. Вытяни-ка руки.

И…

— А, что, ка-а-а-ак?!

Юи против воли выронила бензопилу и послушно вытянула руки, сложив ладони лодочкой.

Девушка осмотрела их.

— Тебе нужно принимать больше кальция и витамина С, а также качественных коллагенов. И ещё вот, держи, это специальный ароматизатор. Сжигай его перед сном и вдыхай пары, тогда нервная система успокоится. Хорошо?

Она с улыбкой протянула капсулы, пилюли и небольшой, перевязанный милой ленточкой свёрток, и Юи послушно взяла всё это.

Конечно, она тут же попыталась отшвырнуть их, но…

«Н-не могу шевельнуться?!»

— Что ты со мной сделала?! — обливаясь холодным потом, закричала она.

— М? Ихи-хи♡ Чему ты так удивляешься? Доктор имеет полное право делать с кранке всё что угодно.

Девушка улыбнулась ещё шире.

— Сидзуку… Ты знаешь её? — шепнул Икки.

— Да, конечно, знаю, — кивнула сестра.

Она не собирала информацию о сильнейших учениках, поэтому не узнала на вечере никого, кроме этой девушки — школьницы, лучшего доктора Японии и при этом рыцаря национального уровня.

— Третьегодка из Рэйтэя Якуси Кирико, она же Рыцарь в белом.

«И единственный маг воды, кого я согласна признать лучше себя», — про себя добавила она.

— В прошлом и позапрошлом годах она не участвовала в Фестивале, поэтому все думали, что она и этот пропустит.

— Меня больше заинтересовала техника, с помощью которой она схватила Татару-сан. Неужели это?..

— Да, онии-сама, ты прав… Несомненно, она точно такая, как и моё Аоирориннэ, однако я не умею превращать в пар одежду.

«Также я не понимаю, как она заставила Татару-сан слушаться её команд. Вероятно, тут что-то связано с кровью… Как бы там ни было, она тоже в блоке D. Печально».

Кирико, тоже маг воды, делающий упор на техничность… А, как известно, чем лучше блейзер владеет своей силой, тем выше его шансы на победу.

«Вот бы Якуси-сан проиграла до третьего раунда. Я так не хочу встречаться с ней».

И тут на сцене появился ещё один знакомый персонаж.

— Э, девка, куда поперёд всех лапы накладываешь на Бездарного, а?

Высокий блондин растолкал собравшихся, подошёл к Юи и, схватив за грудки, вздернул её.

Это был Пожиратель мечей Кураудо Курасики, ас академии Донро, который однажды победил Аясэ Аяцудзи и доставил кучу проблем Икки благодаря врождённой способности Мгновенного расчёта.

— Курасики-кун… Давно не виделись.

— Ха, так и знал, что увижу тебя здесь. Я не забыл про должок, — бросил Кураудо, снова повернулся к Юи и прорычал. — Не зарывайся. Тут не только я, тут все хотят потягаться с ним.

Остальные согласно закивали.

Такого даже взрывная Юи не выдержала.

Она не решалась начать потасовку в окружении четвертьфиналистов.

— Тц! Пусти меня!

Пнув Кураудо — руки до сих пор не слушались, — она освободилась и, яростно кривя губы, ушла.

У неё не было выбора.

◆◇◆◇◆

Икки низко поклонился.

— Огромное вам всем спасибо. Я чуть было не поддался на её провокацию.

Юдай дружелюбно улыбнулся ему.

— Да ладно тебе. Если б кто на мою сестру пъкусился, я бы ему такого перцу задал. Я бы напал на эту девку ещё до того, как она призвала девайс. А ты наъборот выстоял. Не бери в голову, ха-ха!

Бякуя вздохнул.

— Нашёл чем гордиться. Ю, ты сейчас лучший рыцарь-ученик Японии, Король меча семи звёзд, ты должен быть примером для подражания. Поумерь пыл.

— А-ха-ха! Просто Хосси — сестролюб!

— Чего сразу сестролюб?! Старший брат должен защищать сестру! Тем более, это уже второе нападение. Это Будда терпит трижды, а мы пръстые люди, нам и двух раз много! Ну, Куроганэ, скажи, я прав?

— Ха-ха… Конечно, Акацуки обошлись с нами грубо, — кивнул Икки. — Но я их не ненавижу.

— Да? Как так?

— Да, поступили они нехорошо, и за это я их недолюбливаю, но… благодаря их появлению я смогу выйти на арену против блейзеров мирового класса, а так только мечтал бы об этом. За это я им, пожалуй, благодарен.

«Особенный Фестиваль. Противостояние светлой и тёмной сторон общества. Это будет один из лучших турниров. А большего мне и не надо».

— Ха-ха-ха-ха! — громко засмеялся Юдай. — Ты мне нравишься! Весь такой тихий и спъкойный, а говоришь о весёлых вещах! И надо же, какое съвпадение. Ты в точности повторяешь мои мысли.

«На Фестиваль определённо стоило попасть. Я всегда хотел сръзиться с Императором ураганного меча, а тут Акацуки вытъщили его на свет. Вот за это им спасибо».

— Я и не надеялся встретить кого-то, у кого кровь будет бурлить так же, как у меня.

«Особенно в Хагуне, ведь им дъсталось больше всего. Но раз он так говърит, то понимает это…»

— Говоришь, только мечтал бы… Значит, ученики Акацуки действительно криминальные наёмники, — внезапно проговорил Бякуя.

— Ну да, та коротышка делала, что ей заблагорассудится. Обычные люди так себя не ведут, — хмурясь, добавила Момидзи.

— А хоть бы и так, — коротко бросил Юдай. — Наша задача от этого ну никак не меняется, да, Куроганэ?

— Да, — кивнул Икки и мягко улыбнулся. — Мы, рыцари, не должны требовать честности и справедливости от врага.

«Такого ответа я и ждал. Всё-таки он понял, кто такие рыцари-ученики».

Они — будущие воины, будущие защитники родины. А воин не должен потрясать кулаками и требовать от неприятеля чести и доблести. Тот, кто не способен понять этого, — обычный спортсмен, настоящего рыцаря он никогда не победит.

— Враги изначально стоят вне закона. Войны изначально стоят вне закона. А сражения — это неотъемлемая часть жизни рыцарей-учеников. Нас не должно волновать, кто стоит перед тобой, как он попал на турнир. Наше дело простое — выйти и победить, а с законной стороной пусть разбираются специально обученные взрослые.

Именно поэтому Икки не обвинял Аясэ в трусости и не жаловался на неё судьям, чтобы выцарапать техническую победу.

Он терпеть не мог беззаконие и несправедливость, но не отрицал их существования, не требовал от врагов честного поведения.

Он был благородным воином, а не спортсменом.

Юдай убедился в этом, обменявшись с ним парой фраз, и признал его равным себе.

— Хе-хе… Честно сказать, я сильно расстроился, когда узнал, что Райкири проиграла какому-то втърогоднику. Я же хотел в этот раз принять её смертъносный приём и всё равно победить, да только вот… получилось, что её место занял весьма интересный парень. И он оказался дъстойным соперником. Я уже жду послезавтра.

— Я покажу всё, на что способен, — вызывающе ответил Икки.

Не только Юдай «сканировал» противника, Икки тоже просветил его насквозь и получил такой же ответ: Король меча семи звёзд был благородным воином.

По всему выходило, что в первом же поединке каждого из них ждал бой не на жизнь, а на смерть.

Оба рыцаря волновались и одновременно предвкушали грядущую схватку.

Они уже вступили в противостояние: играли в гляделки.

— А, кстати, — внезапно сказал Юдай. — Может, пъйдёшь и переоденешься уже? Вся грудь нараспашку.

— Бх?!

Икки только сейчас вспомнил, что Сара разорвала его рубашку.

— Или же ты любишь прихвастнуть мускулами? — подколол его Юдай.

— Н-нет, конечно!

Вспыхнув, Икки торопливо прикрылся.

Все засмеялись.

Напряжение улетучилось, и веселье вновь вступило в свои права.

◆◇◆◇◆

Неподалеку от зала для приёмов располагалась курительная комната.

У окна стоял седеющий мужчина в бордовом костюме и, прищурив глаза за стеклами очков с затемнёнными линзами, наблюдал за конфликтом.

— Цукикагэ-сэнсэй, ваша ученица совершенно не умеет себя вести.

Директор национальной академии Акацуки и действующий премьер-министр Японии Бакуга Цукикагэ обернулся и радостно улыбнулся.

— О-о, какие люди. Такидзава-кун, ты ли это? Давно не виделись.

Куроно Сингудзи чуть вздрогнула.

«Такидзава-кун? Я как будто вернулась обратно в школу, когда сэнсэй ещё преподавал… когда я восхищалась им».

— …

Тем более внешне Бакуга мало изменился.

Куроно зажгла сигарету, глубоко затянулась, чтобы успокоиться, и поправила:

— Теперь я Сингудзи, сэнсэй.

— А, точно. Мы же в последний раз виделись как раз у тебя на свадьбе. Ну как ты, жива-здорова?

— Да, спасибо. И роды прошли успешно.

— Ну и здорово. Это самое главное. Да, — улыбнулся Бакуга.

Куроно отметила, что морщины у него на лице стали глубже, и неприязненно поморщилась.

«Сэнсэй и правда радуется искренне. Те же мягкий голос, тёплая улыбка, как и раньше, когда я уважала его… Но лучше бы он изменился. Лучше бы скалился и ненавидел. Тогда мне, наверное, не пришлось бы снова и снова спрашивать себя: „Почему сэнсэй так поступает?“.»

Она подавила недоумение и намеренно дала волю гневу.

— Мне… крайне не хотелось бы встречаться с вами в таких обстоятельствах.

«Я больше не ваша ученица. Я директриса академии Хагун, и я должна ненавидеть вас, директора академии Акацуки, приказавшего напасть на моих учеников. Вам нет прощения, а значит весь этот фарс ни к чему. Я должна убедиться, зачем вы так поступили, в чём ваша истинная цель».

Куроно знала, в чём заключается её роль, поэтому, в отличие от Бакуги, твёрдо обозначила свою позицию.

— Ха-ха, — засмеялся премьер. — Ну, естественно, ты сердита. Ведь я использовал твою академию как средство для достижения цели.

Он открыто признал, что своими действиями нанёс вред бывшей ученице.

— Зачем вы это сделали? — уверенно продолжила Куроно.

— Я уже говорил об этом на интервью. Несмотря на то, что блейзеры — это ключевые фигуры в обороноспособности страны, Япония уступила право на обучение иностранной организации. Мы не можем ни выдать лицензию рыцарям, ни отозвать её. Такое положение… трудно назвать благоприятным, не так ли? Я же забочусь о процветании нашей страны, поэтому и начал действовать, — повторил Бакуга сказанное им на пресс-конференции.

— А вот мне кажется, сэнсэй, что вы недоговариваете.

— Ну что ты. Нет, конечно. Признаться, Сингудзи-кун, я думал, что ты поймешь мои революционные методы. Как-никак ты последовала примеру Букёку и реорганизовала Хагун.

— Сожалею, но ваши методы вне моего понимания. Конечно, директор академии Букёку Макуноути пошёл вразрез с методами Федерации и ввёл множество правил и традиций, а также сменил программу обучения, чем с одной стороны добился значимых результатов, но с другой привлёк пристальное внимание генштаба. Однако… он не выходил за рамки здравомыслия. Вы же поступаете иначе. Вы нанимаете террористов, поступаетесь общественными принципами — в общем, творите беззаконие.

— Что, террористов? Прости, но я совершенно тебя не понимаю, — неловко улыбнулся Бакуга.

«До последнего строите из себя невиновного? И раскалываться не хотите, да? Видимо, мне с вами не совладать…»

— Но ты выбрала правильное слово. Беззаконие. Только с его помощью можно сломить неправильные законы, — холодно добавил Бакуга.

— !..

Этого было достаточно.

Безусловно, Куроно много размышляла, выдвигала различные версии, почему бывший учитель решился на подобное. Поэтому…

— Сэнсэй, вы… всё-таки в этом дело, да?

Поэтому она поняла, что скрывалось за его словами о беззаконии.

И это был худший вариант развития событий.

— Всё-таки? Что ты хочешь этим сказать?

— Мне с самого начала многое не давало покоя. Желая восстановить образовательное право блейзеров, вы наняли «Освободителей», основали Акацуки и приняли активное участие в Фестивале искусства меча семи звёзд, чтобы в возможностях вашей академии никто не сомневался. Но это окольный путь, слишком окольный.

Если призадуматься, само возвращение права — не такое уж сложное дело.

Федерация очень дорожит Японией: третье место в мире по экономической силе и терпимость к религиям с отличающимися друг от друга системами ценностей позволили ей стать эдаким «мостиком» между странами, исповедующими веру в разных богов. Поэтому дело только за умелыми переговорами. Достаточно намекнуть, что в случае отказа Япония покинет союз, и штаб наверняка пойдёт навстречу.

— Таким образом восстановление права — это вопрос из категории переговоров. Тогда тем более странно, что в такой ситуации сам премьер-министр связывается с террористами и разжигает конфликт внутри страны. Слишком широкий размах… Вот что не давало мне покоя. Но теперь я поняла: мыслить стоило в обратном направлении. Вы не творите беззаконие ради цели, вы прикрываетесь целью, чтобы творить беззаконие.

— Но зачем? Какой смысл?

— Ваших личных мотивов я не знаю. Не хватает данных. Но причину всего этого назвать могу. Начнём с того, вам очень не хочется, чтобы Федерация согласилась на переговоры, ведь тогда вы обо всём договоритесь и отобьёте право на обучение блейзеров, а Япония останется в составе Федерации. Истинная же ваша цель в том, чтобы раз и навсегда разорвать отношения между Японией и Федерацией!

Куроно была уверена в своей правоте.

Безусловно, она сообщила Японскому отделению, что Акацуки связаны с «Освободителями», а те передали информацию в генштаб.

Бакуга просчитал, что Федерация откажется от переговоров, чтобы не идти на компромисс с террористами, и намеренно прибег к силовому методу, стремясь добиться желаемого.

— Ха-ха-ха, я в тебе не сомневался, Такидзава-кун. У тебя всегда голова отлично соображала.

Бакуга на удивление легко признал её правоту и зло улыбнулся. Вся его напускная мягкость слетела, и на Куроно смотрел совсем другой человек.

— Столько попаданий в цель… Мне уже неловко скрывать правду. Общую суть ты уловила верно — я действительно хочу разорвать всё, что связывает Японию и Международную федерацию рыцарей-магов.

— Но зачем?! Сэнсэй, неужели вас подкупили?!

— Что ты, нет, конечно, никто меня не подкупал. Я стараюсь ради страны. Япония не должна состоять в обществе слабаков, гордо именующих себя Федерацией. Она достаточно сильна, чтобы существовать отдельно от них. Или состоять, но так, чтобы не затрагивались наши национальные интересы, чтобы нам не приходилось только и делать что выгребать мусор за другими.

— …

Куроно помрачнела.

В чем-то Бакуга был прав.

Международная федерация рыцарей-магов — это сообщество взаимопомощи между странами-участницами. Например, когда на страну из Федерации нападает страна не из Федерации, генштаб организует быструю доставку людей и припасов в горячие точки.

Это что-то вроде медицинского страхования. Пока симптомы болезни — войны — не проявятся, лечения не будет, а вот помощь другим продолжится.

За последние пятьдесят лет Япония ни разу не развязывала войны сама, но активно участвовала в конфликтах во Вьетнаме, Ираке, Израиле.

Люди были недовольны сложившейся ситуацией, а партия антифедералов, возглавляемая премьер-министром, набрала силу.

«В этом я понимаю сэнсэя. Однако…»

— Вы серьёзно считаете, что островное государство, бедное землёй и полезными ископаемыми, сможет существовать отдельно, как Китай, Россия или США, страны Большой тройки?! Серьёзно?!

«Конечно, быть в составе Федерации нелегко. Конечно, Япония помогает всем, а взамен не получает ничего материального. Зато мы долгие годы мирно живём под крылом Федерации. Но если мы в одночасье лишимся всего этого, тогда… Нет, даже представить не могу».

Куроно боялась методов Бакуги, который пытался перестроить вначале страну, а потом и весь мир.

— Конечно, серьёзно. Я всенепременно верну славу и земли, которые по праву должны принадлежать Японии, — уверенно ответил премьер-министр.

— И ради этого пойдёте на любые меры?

— Да, пойду. Бесспорно. Для этого и была основана академия Акацуки. Она обязательно покорит турнир, и тогда люди отвернутся от Федерации. Меня уже не остановить.

— …

— Ха-ха, вижу, ты не понимаешь. Ничего страшного. Я и не рассчитывал, что ты поймёшь меня. В конце концов, свобода мысли — одно из гражданских прав. Ты имеешь полное право критиковать меня, разочаровываться во мне… Но премьер-министр — я. Я определяю курс Японии. И я никому не позволю мешать мне, — стальным голосом произнёс Бакуга, потушил сигарету в пепельнице и направился к двери. Проходя мимо Куроно, он добавил таким тоном, каким обычно отчитывают ученика за плохое поведение. — Простому преподавателю нечего делать на таком уровне. Знай своё место.

«Наши дороги разделились, — тотчас поняла Куроно. — Сэнсэй упорно не желает останавливаться, а у меня нет сил, чтобы остановить его. Но…»

— Конечно, сэнсэй, обычному преподавателю с вашими амбициями не совладать, — тихо, но уверенно сказала она, не оборачиваясь. — Но у вас всё получится только в том случае, если победит Акацуки. А вас раздавят. Только не я. Это сделают мои ученики.

Бакуга на мгновение застыл, держась за дверную ручку.

— Надеюсь… они станут хорошим подспорьем для восхождения Акацуки, — ответил он и вышел.

Вот так Куроно Сингудзи узнала, чего на самом деле добивается Бакуга.

Она сохранила это в тайне от своих учеников до самого окончания турнира: не хотела возлагать на них судьбу целой страны.

«Все эти тайные ставки ничего не изменят. Грязная политика — не их поле боя. Пусть сражаются чисто ради самих себя, и тогда они точно победят».

Давным-давно Куроно сама пробивалась к вершине Фестиваля, где сошлась в схватке с Якши-химэ.

Она знала: какими сильными ни были ученики Акацуки, кое-чего им не хватало.

А именно энтузиазма, желания попасть на турнир.

«Без этого добраться до пика просто невозможно. По крайней мере до пика Фестиваля искусства меча семи звёзд».

Глава 2. Звезда Нанивы

На следующий вечер Икки, Сидзуку и Наги собрались и вместе направились в вестибюль отеля.

Последний ужин перед Фестивалем они решили провести в городе.

Не сами, конечно.

Вчера, после того как Икки переоделся и вернулся в зал, званый вечер продолжался в районе часа.

Когда все расходились, Юдай спросил у них с Сидзуку:

— Куроганэ, у вас есть планы на завтръшний ужин?

— Да какие планы. Здешний ресторан, как обычно, — пожал плечами Икки.

Юдай поморщился.

— Не, так себе вариант. Вы же нъконец-то в Осаке, так далеко от дома! Вы просто обязаны насладиться местной кухней!

— Справедливо. А что тут считается местной кухней?

— Такояки[*] там, окономияки[*], къроче, все, что жарится на тэппане[*]. Вот только такояки разве что для перекуса сгъдятся. Если хочешь наесться, лучше взять окономияки.

— Онии-сама, мы ведь уже ели окономияки в Токио, в «Рангэцу»[*].

— Не глупи! Это всё равно что поесть тямпон[*] в «Ринкерн Хате»[*], а сказать, что был в Нагасаки! Настоящий вкус можно ощутить только на родине блюда. Так, решено! Завтра на ужин у вас будут окономияки! И самые вкусные!

— Но…

— Встречаемся в пять вечера в вестибюле!

Вот так. Пока они хлопали глазами, Юдай составил план на вечер.

— Какой он напористый. Интересно, в Осаке все такие?

— Не, вряд ли.

— Я рада, что вы пригласили меня с собой. Ни разу не ела окономияки, а тут такой шанс выпал. Причем в самой Осаке.

— Правда? Так надо было сказать сразу.

— Я не хотела отвлекать вас от подготовки к завтрашним боям.

На Фестивале искусства меча семи звёзд действовала не круговая система, а система «на вылет», то есть проигрыш означал выбывание.

Безусловно, большинство рыцарей старательно настраивали себя на победу уже за день до начала и обычно отклоняли приглашения развлечься.

— Я представить не мог, что нас пригласит именно он.

«И ладно бы у Моробоси-сана просто бой был. Он имеет все шансы стать двукратным чемпионом, а это ого-го какое давление. Нам и не снилось».

— Он воистину беззастенчив до изумления. Наверное, он не знает, что такое неловкость.

— Наверное. Иначе не пригласил бы вас.

— Ну, я и сама человек, не поддающийся нервозности. Лучше скажи, онии-сама, ты не против? Может, ты не смог отказать ему в силу своей отзывчивости? Хочешь, я поговорю с ним? — обеспокоенно спросила Сидзуку.

Она помнила, как Икки нервничал в поединке с Охотником. Чуть не проиграл.

«Я хочу, чтобы онии-сама настроился перед важным матчем. Пусть ему никто не мешает».

Потому-то она и приняла предложение Юдая в штыки.

Однако…

— Нет, — честно ответил Икки. — Конечно, Моробоси-сан решил всё за нас, но, если бы я был против, то так и сказал бы. Он прав, мы приехали из Токио в далёкую Осаку. Я не прочь полакомиться местной кухней. Кроме того…

— Что?

— Я лучше посижу за одним столом с Королем, чем один у себя в номере. Это намного интереснее.

Сила, возможности — про них разведать легко, а вот узнать, что представляет собой Юдай Моробоси как личность, понять, какими категориями он мыслит, к чему стремится … Такой шанс выдаётся редко, упускать его нельзя.

Бездарный рыцарь чётко расставил приоритеты.

— В беззастенчивости ты можешь посоперничать с ним, — сокрушённо проговорил Наги.

Икки ни капли не стеснялся общества будущего противника.

Они вышли в вестибюль.

— Э-эй! Я здесь!

Юдай уже ждал их у фонтанчика перед входом. Друзья поспешили к нему.

— Прости. Мы опоздали?

— Не, минута в минуту. Не обръщайте внимания, просто я нетерпеливый, — покачал головой Юдай и обратил внимание на Наги. — М? А кто этот стильный паренёк?

«Не запомнил, наверное, хотя фото Алисы было среди остальных участников. Правда, фото он мог и не видеть, а на вечере Алисы не было».

Сидзуку сделала шаг вперёд.

— Это Арисуин Наги. Тоже ученик Хагуна и мой друг. Ты не говорил, сколько нас может пойти, поэтому мы взяли его с собой. Не стоило?

— Не-не, я не възражаю. Чем нас больше, тем еда вкуснее, — улыбнулся Юдай, посмотрел на Наги и протянул руку. — Ты, наверное, знаешь меня, но всё равно позволь представиться. Моробоси из Букёку.

— Очень приятно. Арисуин, — назвался Наги и ответил рукопожатием.

У него не было причин отказываться.

А потом он прищурился.

— Хи-хи-хи. Говоришь не очень вежливо, но в тебе, оказывается, скрыт джентльмен. Мне такие нравятся.

— А?!

Юдай вздрогнул.

Вряд ли он ожидал услышать такое при знакомстве.

— Э-э… Прости. Это прикол такой? — переспросил он.

— Нет, я серьезна. Ведь я девушка, рождённая в теле парня.

— А… А-а… В-вот как. Ничего себе…

— Хи-хи, а какие крепкие, мускулистые руки. Настоящий Король.

— Уа-а-а-а-а-а!

Когда Наги принялся гладить длинными тонкими пальцами тыльную сторону его ладони, Юдай побледнел и отскочил.

— А-ха-ха! Такая невинная реакция. Как мило.

— Алиса, не издевайся над ним.

— Хи-хи, прости. Не волнуйся, Моробоси-сан, это была шутка.

— Э… А… Ха-ха… Ясно. Шутка, да? А я уж испугался, что гълубого встретил. Впервые.

— Меня не интересуют гетеросексуалы.

— Значит, ты всё-таки гълубой…

«Что-то вспомнилось, как я познакомился с Алисой, — подумал Икки, наложив реакцию Юдая на свою. — Тогда я тоже испугался, но сейчас свыкся».

Но, как оказалось, Юдай адаптировался к ситуации гораздо быстрее. Уже через несколько секунд он пришел в себя и кашлянул.

— Н-ну ладно. Какая разница, кто будет есть: нормалы или гълубые. Кстати, я не вижу Багровой принцессы. Ещё не приехала? — спросил он у Икки.

— Нет. Скорее всего, будет завтра.

— Ясно-о. Жалко, — вздохнул Король.

«Я его понимаю. Сам вчера то же самое чувствовал, перед тем как увидеть будущих противников. А тут А-ранг. Я бы удивился, если бы Король не захотел увидеться с ней хоть р…»

— А я так ждал. Надеялся, что она потратит кучу денег. Она же любит поесть… — едва слышно добавил он.

— А? Моробоси-сан? Что ты сказал?

— А! А-ха-ха-ха! Ничего! Так, мысли вслух! — фальшиво засмеялся Юдай и отвёл взгляд.

— ?.. — Икки склонил голову набок.

«Что он сейчас прошептал?»

Но Юдай будто нарочно не дал им задумываться об этом.

— Ладно, пошли, что ли. У нас тут не Токио, но вечером в торговом районе полно народа, так что не отставайте, если не хотите потеряться, — дал он отмашку и поспешил к выходу.

◆◇◆◇◆

Компания высадилась на станции, которая находилась примерно в десяти минутах езды от Ванган Доум, следом за Юдаем прошла через пассаж и оказалась в торговом районе.

И…

— А! Эт’же Моробоси!

— Точно, дурень Моробоси! Ты что тут делаешь?! У тебя же бой сегодня!

— Сам ты дурень, идиот! Бой завтра!

— Боси-тян! Мы ждём твоей победы!

— Извини, билеты дъстать не удалось, но мы всем районом будем наблюдать за твоими выступлениями по телевизору и болеть!

— А-ха-ха! Я вас не подведу!

— Ю-тян, мы как раз идём к Таку-сану, чтобы сыграть партию в маджонг. Хочешь с нами?

— Не, как-нибудь в другой раз. У меня тут гости из Токио.

— Боси! Если пъбедишь и в этом году, с меня жирный тунец!

— Правда?! Ловлю на слове, дядя! Гътовь рыбу!

— А если проиграешь, мы затълкаем тебе в ноздри полный тюбик васаби! Я тебя предупредил!

Юдая то и дело окликали мужчины и женщины всех возрастов.

Одни подбадривали, другие желали удачи, третьи подшучивали, но все они улыбались.

— Ого, как Моробоси-сан популярен, — удивилась Сидзуку. — Даже на Стеллу-сан обратили бы меньше внимания.

— Ну, Стелла, конечно, звезда, но заграничная. Короля, причём на его родине, ей не победить.

Фестиваль — крупное мероприятие, его транслируют по всей стране, благодаря чему юные рыцари обретают фанатов. И, естественно, больше всего их у Короля.

— Тем более, ещё ни один ученик не выигрывал два года подряд. Моробоси-сан — местный герой, все возлагают на него большие надежды.

— Хи-хи, он крутой. Несёт на плечах такой груз, но совсем не показывает виду.

— Потрясающий человек, — согласился Икки. — Несмотря на тот случай, вера в него всё так же прочна, и Моробоси-сан не увиливает от ответственности.

— Что? Онии-сама, про какой случай ты говоришь?

— А. Т-так ты не знаешь, Сидзуку?

«Чёрт», — поморщился Икки.

Он ненароком выдал один трагический эпизод из прошлого Юдая.

Хотя почему выдал. Это особо не скрывали.

Тот же Наги, судя по всему, был в курсе.

Впрочем, Сидзуку совершенно не интересовалась другими людьми и, даже если слышала о том случае, не запомнила его.

В любом случае…

«И как мне быть? Рассказывать в присутствии Моробоси-сана? Но это грубо. Может, он всеми силами старается не вспоминать те дни. Хотя… сейчас он занят с фанатами».

Икки как можно сильнее понизил голос и прошептал:

— На самом деле, в начальной школе Моробоси-сан «отошёл от дел».

Юный герой-шестиклассник, которого знали по всей стране под прозвищем «Звезда Нанивы[*]», перед финалом турнира серьёзно пострадал при крушении поезда.

— Даже капсула не справилась с повреждениями. Доктора говорили, что он не сможет ходить.

Блейзеры умеют окутывать себя магической оболочкой, защищающей от различных повреждений. Но всему есть предел. От крупных аварий это не спасает.

— Естественно, Звезда Нанивы больше не мог сражаться. Он вышел из своего последнего тура Младшей лиги и покинул мир боёв.

— Ничего себе. Но… сейчас-то он нормально ходит и даже сражается.

— Да, ты права.

Юдай шёл перед ними как ни в чём не бывало. И не могло быть.

Этот герой покорил последний Фестиваль.

А значит…

— Он переборол неподдающуюся лечению травму и вернулся.

Дорогу славы Юдая Моробоси нельзя было назвать прямой или ровной.

Однажды он упал на самое дно «ямы» и за четыре долгих года не только выкарабкался на поверхность, но и вознёсся на самый пик.

— Он далеко не обычный человек. Простым людям такое не под силу.

— Ты прав. Преодолеть очень тяжёлую травму…

— Нет, Сидзуку, я не только об этом.

— А?

«Моробоси-сан потрясен, но совсем другим».

— Вот что поразительнее всего, — пояснил Икки и взглядом указал на улыбчивых фанатов Юдая. — Ни один из них не боится, что Моробоси-сан проиграет. Никто не справляется о его здоровье. Это абсолютное доверие.

«Каждый из них уверен, что Звезда Нанивы, несмотря на былую травму, находится на пике сил и обставит любого».

— Это намного труднее, чем просто взойти на вершину. И это поразительно.

«Как появится возможность, обязательно спрошу, что им движет. Сила Моробоси-сана должна быть связана с каким-то мотиватором или потаённым стремлением».

Сидзуку глубоко вздохнула.

— Эх… И этот поразительный человек будет твоим первым соперником. Онии-сама, удача действительно тебя не любит. Как же сильно ты нагрешил в прошлой жизни?

— А, может, ты истратил всю удачу на милую девушку и отличную сестру?

— Ну, против такого использования своей удачи я ни капли не возражаю… М?

Икки резко остановился и обернулся.

Кто-то в толпе буравил взглядом его затылок.

К сожалению, ощущение сразу же исчезло, а соглядатай растворился.

— Онии-сама, что-то случилось?

— Нет, ничего.

Икки быстрым шагом догнал остальных.

«Это не было игрой воображения, но, полагаю, особо волноваться не о чем».

Они прошли торговый район насквозь и упёрлись в небольшой дом.

— Вот мы и пришли! Это «Итибанбоси»[*], где подают лучшие окономияки в Осаке, нет, во всей Японии!

◆◇◆◇◆

Юдай остановился перед двухэтажным деревянным домом. В дверном проёме висела красная занавеска, на которой было написано: «Итибанбоси».

От потемневших стен веяло стариной и величием.

«Думаю, его построили ещё до того, как мы… нет, наши родители появились на свет».

— Выглядит необычно.

— Ха-ха-ха! Да гъвори прямо, что развалина. Ну, а как по-другому, ведь он стоит здесь с самой эры Тайсё[*]. Но тогда здесь делали, если мне не изменяет память, сукияки[*].

— А мне нравятся дома в старояпонском стиле. Они прекрасны, от них веет родиной.

— Алиса, ты же иностранка, разве нет?

— М-может, у меня корни японские! Ну а вдруг!.. А, что?

Внезапно Наги прервался.

— М? Что такое, Алиса?

«Что она увидела?»

Заинтересованный Икки посмотрел в ту же сторону и заметил рядом со входом ржавый почтовый ящик и именную табличку, которая гласила: «Моробоси».

— Э-э… Моробоси?.. То есть это ресторанчик твоей семьи? — спросил Икки.

Юдай явно чертыхнулся про себя.

— Ладно, ръскусили. Я хотел ещё немного подождать, а потом, как войдёте, удивить вас, но… Эх, ладно, раскрыли так раскрыли. Ну да, здесь я живу.

— Выходит, ты привёл нас в свой же ресторанчик? А… А ты хитёр, — округлил глаза Наги.

— Ха-ха! Ну да! Я же делец из Нанивы, — засмеялся Юдай. Торговая жилка у него была что надо. — Но вы не переживайте, наши окономияки реально самые вкусные. Гостям издалека я плохого не пъсоветую. Вы наедитесь вкусных окономияки, а моя семья подзаработает, и каждый останется в выигрыше. Классно, а? Ну здорово же?

— Ага, классно, вот только твой тон не вызывает у меня доверия. Может, в другое место пойдём? — с сомнением спросила Сидзуку.

«Сестрёнка, я понимаю тебя, но…»

— Но куда? Мы же тут не местные. Я бы не стал отказываться.

— Хорошо, онии-сама. Если ты согласен, то и я не против.

— Тогда чего мы стоит? Пойдём быстрее, у меня от всех этих запахов живот сводит.

— Значит, решено.

Договорившись, они прошли через занавеску и открыли сдвижную, чуть скособоченную дверь.

— О-о…

— Уа…

Ноздри защекотал приятный, разжигающий аппетит аромат соуса.

Даже равнодушная к еде Сидзуку не удержалась от комментария:

— Пахнет вкусно.

— Твоя правда. Как я вижу, ресторанчик процветает, — ответил Наги.

Несмотря на ранний для ужина час, внутри было не протолкнуться. Свободными осталась пара-тройка столов, и постоянно кто-то громко озвучивал свой заказ.

«Не знаю, подают ли тут лучшее осакское окономияки или нет, но вкусное — это точно».

Пока они наслаждались ароматами…

— Эй, мам! — перекрывая шум, закричал Юдай.

Раскрасневшаяся, вспотевшая женщина, переворачивавшая на тэппане большую лепёшку, подняла голову и округлила раскосые, как и у сына, глаза.

— О! А ты что здесь делаешь? Ты же сказал, что до конца турнира поселишься в отеле.

— Я съскучился по своей любимой мамуле!

— Ага, съскучился, как же! Завязывай, а то своими шуточками меня в мъгилу раньше времени сведёшь!

— Ну чё ты начинаешь?! Смотри, я ж отвернусь от тебя!

— Так я и не собираюсь помирать. И помощь засранца, пусть даже своего, ръдного, мне не нужна.

— Засранца?! Мама! Здесь же люди едят!

— А что такого? Засранец везде останется засранцем. Правда же, народ?

Посетители засмеялись.

Вот она, жизнь рабочего класса безо всех прикрас.

— Ну ладно, теперь серьёзно. Зачем ты пришёл?

— Привёл тъварищей. Они приехали сюда аж из Токио, не мог же я не познъкомить их с самыми вкусными окономияки в Осаке, — ответил Юдай и указал большим пальцем на спутников.

— А, понятно, — кивнула женщина, вышла из-за плиты и приветливо улыбнулась. — Я мама Юдая. Добро пожаловать. Благодарю вас за проделанный путь.

— Здравствуйте, очень приятно.

— Не знаю, можно ли назвать наши окономияки лучшими в Осаке, но, скажу без хвастъвства, я вкладываю в каждый частичку своей души.

— Спасибо, не терпится попробовать.

— Но сегодня у вас много посетителей. Для нас место найдётся.?

— Конечно. Вон там как раз свъбодный стол остался. Коумэ! Проводи клиентов! — крикнула мама Юдая.

К ним тут же подбежала короткостриженая девочка в кимоно и фартуке поверх него. Скорее всего, ученица средней школы, то есть не наёмный персонал, а…

— Ой, какая милашка! Твоя сестра? — спросил Наги.

— Ага. Это Коумэ. Но она не блейзер, — ответил Юдай.

Коумэ была мало похожа на брата и, соответственно, на маму. Папина дочка.

— Коумэ, проводи клиентов вон к тому столу.

Девочка кивнула маме и развернулась. При этом её взгляд упал на Икки…

— !..

В ту же секунду Коумэ округлила глаза в немом изумлении.

«М? Что это с ней?» — удивился Икки.

— Наверное, Коумэ не ожидала увидеть моего завтрашнего оппънента, — объяснил Юдай.

— А-а, понятно.

Впрочем, как и подобает дочери владельца ресторанчика, Коумэ мгновенно взяла себя в руки, вежливо улыбнулась, с прелестным поклоном достала из широкого рукава альбом и открыла его.

«Добро пожаловать♪» — гласили округлые милые буквы.

— Э-э…

Икки, Сидзуку и Наги недоумённо переглянулись.

Не каждый день они встречали официантку, которая «разговаривала» не устно, а письменно.

— Не обращайте внимания, — быстро сказал Юдай. — У Коумэ небольшие проблемы с речью.

— А-а, и поэтому общается письменно…

— Ну да. Но не волнуйся, она съвершенно здорова, это больше психологическое.

«Просто я очень воспитанная», — с озорным видом «добавила» Коумэ.

— Ага, конечно, воспитанная. Да ты тот ещё неслух.

Юдай легонько дал ей щелбан, и Коумэ хихикнула.

«А я ведь растерялся, — подумал Икки. — Но они так непринуждённо общаются, что улыбка появляется сама собой».

— Вы очень дружны.

— Ну, она же моя единственная милая сестрёнка.

Внезапно Икки почувствовал, как его тыкают в спину, и обернулся.

— Единственная милая сестрёнка, — почему-то повторила Сидзуку.

«И… что она от меня хочет?»

Поразмыслив, Икки решил повторить за Юдаем и отвесил ей несильного щелбана.

— …

Сидзуку дёрнулась, но через секунду уже расплылась в довольной улыбке.

«Неужели она соперничает с Моробоси-саном и его сестрой? Иногда я совершенно не понимаю ход её мыслей».

— И всё-таки здесь слишком много народу. А ведь я специально привёл вас пораньше, — оглядевшись, заметил Юдай.

Коумэ быстро набросала ответ:

«Здесь собрались люди со всего района, чтобы посмотреть на Фестиваль. Многие увидят его впервые в жизни».

— Правда?.. Хм. Тогда я зашёл как нельзя вовремя. Ребят, извините, но мне нужно помочь маме, а то она одна не справится.

— Оу. Ты не поешь с нами?

— Да хотел бы, но людей многовато.

Посетители гудели, свободных мест — а их было немало — практически не осталось, над тэппаном поднимались клубы пара — мама Юдая и Коумэ действительно работали на пределе возможностей.

— Хорошо, иди. За нас не переживай.

«Жалко, конечно. Поговорить с ним не получится, но не могу же я оторвать его от семьи».

— Простите, — поклонился Юдай. — Пригласил вас, а сам… Эх. Коумэ примет ваш заказ. Не стесняйтесь, сегодня я угъщаю.

— Э-э, а разве ты не собирался на нас нажиться? — удивилась Сидзуку.

Юдай улыбнулся, как нашкодивший мальчишка.

— Да я ж пошутил. Я же кансаец, а кто въспримет серьёзно то, что кансаец сказал, смеясь?

«А, то есть он с самого начала планировал угостить нас? Но…»

— Нет, так нельзя. Мы заплатим.

«Мы только вчера познакомились. Как-то неловко».

— Куроганэ, забей. У нас всё дёшево.

— Не могу я.

— Забей, кому говорю. Я твой семпай, а семпаев надо слушаться.

Юдай вновь проявил недюжинную настойчивость и уговорил Икки.

— Ладно, Коумэ, оставляю их на тебя.

Он перевязал бандану покрепче и отправился на кухню.

Сестра кивнула ему, потом повернулась и перевернула альбомную страницу.

«Прошу за мной.»

Похоже, она заранее записала наиболее часто используемые фразы.

«Прошу, садитесь.» — показала она, подведя их к столику.

— Спасибо, — поблагодарил Икки.

Они заняли места, посмотрели меню и сделали заказ.

Коумэ всё записала, проверила и ушла на кухню.

Наконец, все трое позволили себе расслабиться.

И тут…

— Значит, Кирико-сан, ты всё-таки не встречаешься с Моробоси?

— Он не мой типаж, я же говорила.

Икки сразу узнал голоса. И владелицу одного из них он видел не далее как вчера.

Сидзуку и Наги, похоже, подумали примерно о том же самом, потому что обернулись одновременно.

И встретились взглядами с двумя девушками.

— Э?

— А…

— Ой-ой.

«Так и знал».

— Якуси-сан!

За соседним столиком сидели Рыцарь в белом Кирико Якуси и Ягокоро из клуба журналистики академии Букёку.

◆◇◆◇◆

Максимально неожиданная и непредвиденная встреча.

Ладно бы в ресторане отеля, но в центре многолюдной Осаки…

Невероятное совпадение… казалось бы, но на поверку это оказалось совсем не совпадением, потому что…

— А?! Якуси-сан, так ты пришла, потому что в прошлом лечила Моробоси-сана?!

— Да. Внезапно, не правда ли?

Кирико явилась именно к Юдаю, а не за окономияки.

— Не то чтобы внезапно… Получается, вы с ним одногодки? Но ведь для исцеления нужна лицензия.

— Я же вылечила его, так в чём проблема?

«В-в этом и проблема… Так нельзя».

Икки ответил про себя, потому что чувствовал, что не стоит копать глубже, будет только хуже. Поэтому просто уточнил:

— Значит, Якуси-сан, ты навестила давнего пациента?

Кирико неопределённо мотнула головой.

— Ну как навестила… Я бы назвала это вызовом на дом.

— Э?

«Вызов на дом? Вот это уже нехорошо».

— Моробоси-сан выздоровел не до конца?

«Неужели травма до сих пор даёт о себе знать?»

— Нет, он в полном порядке, — развеяла его опасения Кирико. — Просто мне в своё время пришлось прибегнуть к чу-уточку экстремальной методике, что повлекло за собой особый уход. Я же не хочу, чтобы с моим кранке что-то случилось.

— А, то есть ты пришла сама?

— Именно.

— Тогда ладно.

Икки выдохнул.

«Я бы не хотел, чтобы в грядущем поединке Королю мешала старая рана».

— Я хотела на всякий случай осмотреть Моробоси, но в номере его не оказалось, а Дзёгасаки-кун сказал, что он уехал домой. И вот я здесь. Правда, я ехала на такси, так что поспела чуть быстрее… Как оказалось, очень зря. Попала в лапы вот этой репортёрши. А её заявления не имеют под собой никаких оснований.

Кирико неприязненно взглянула на Ягокоро. Та, судя по всему, подозревала её в тайной интрижке с Юдаем.

— Ха-ха. Кошмар какой.

— Ужасно.

— Да вы сами вдумайтесь. Доктор пръявляет чудеса геройства и приходит домой к бывшему пациенту… Это же идеальная история любви! Сплетни всегда пахнут сюрстрёммингом[*], так что я буду подъзревать.

— Но я не шучу. Мне действительно не по душе парни со свирепым, хищническим взглядом. Я предпочитаю молоденьких красавчиков. Куроганэ-куна, например.

— Что?! — воскликнул Икки.

Совсем как неопытный юнец. Хотя почему «как»?..

— И-хи-хи♡ Хочешь я потом обследую тебя перед боем? У меня в арсенале полно услуг.

Внимательно глядя на парня, Кирико повернулась и облокотилась на стол, как бы невзначай привлекая его внимание к своей груди. Не такой большой, как у Стеллы, но всё же…

Волей-неволей Икки поддался чарам девушки… нет, скорее, молодой женщины.

«Какие услуги она имеет в виду?!»

— Прошу меня извинить. — Сидзуку перелезла через Наги, вклинилась между ними и сердито посмотрела на Кирико. — Но для вульгарщины у нас есть Стелла-сан.

— А помягче выразиться нельзя было?!

«Как хорошо, что Стеллы нет с нами».

— Кстати, Наги-сан, — спросила Ягокоро. — Моробоси и вас сюда затащил?

— Оу, да, ты права, — не стал скрывать Наги.

— Ага, так я и думала, — уверенно кивнула девушка.

— Неужели он часто так поступает?

— Ага. Ну, я бы не скъзала, что прямо часто, но временами, когда у нас проходят тъварищеские поединки с другими школами, сюда заглядывают сильные рыцари. Моробоси всегда тепло приветствует достойных соперников. Поэтому-то я и зависаю здесь. Надеюсь выцепить что-нибудь интересное. Но вот чего я совсем не ожидала, так это того, что он притащит своего завтрашнего противника. Отчаянный он.

— Ну да, поступок неординарный.

— Да и ты не лучше, раз принял его предложение.

— Ха-ха… Ну, я и сам знаю, какой отчаянный.

«Иначе Король никогда не обратил бы внимание на меня, F-ранг. Но так приветствовать врага… Моробси-сан — великий человек».

И тут Кирико, закрытая от него Сидзуку…

— И-хи-хи. Моробоси-кун не просто отчаянный, как вы его назвали, — внезапно сказала Кирико.

— В смысле?

— В прямом. Конечно, это его приветствие, но… Моробоси-кун также руководствуется своими тайными мотивами.

— Тайными мотивами? — нахмурилась Ягокоро. — Да ладно? Хочешь сказать, Моробоси подкупает противников едой, чтобы они сражались вполсилы? Ну нет, он не настолько къварен.

— Хи-хи, да, не настолько. Скорее, наоборот.

«Наоборот? Что значит „наоборот“?»

Икки уже хотел уточнить это у Кирико, как вдруг…

— Уа! Вот это да! Вот это встреча!

…К ним подошёл Юдай с окономияки.

◆◇◆◇◆

— Коумэ, конечно, сказала, что доктор пришла, но вот тебя, Ягокоро, я совсем не ждал увидеть, — сказал Юдай, державший в руках два подноса.

— Грубиян. Встречает, понимаешь ли, девушку, своим «уа».

— И заслуженно, папарацци. Надеюсь, ты не достала тут всех своими въпросами?

— Ни в малейшей степени, — как ни в чём не бывало ответила Ягокоро.

— Э… — округлила глаза Кирико.

«Не тебе называть меня отчаянным», — усмехнулся Икки.

Ягокоро своей беззастенчивостью перешла все границы наглости и отчаянности.

— Да и ты хорош. Какой здравъмыслящий человек приведёт к себе в дом противника за день до боя с ним?

— Так-то я не заставлял никого.

— А мне откуда знать? Ты же страшен, как чёрт. Может, они хотели откъзаться, да не смогли.

Юдай хохотнул.

— Чушь не неси. Тот, кто испугается моего лица, не пройдёт на Фестиваль. Правда же?

— Ну да, ты нас не заставлял, — согласился Икки.

— Вот, пъжалуйста.

Юдай расплылся было в улыбке, но сразу посерьёзнел.

— Но компашка подобралась интересная. Я бы посидел с вами, да работа ждёт. Не свезло.

Досадливо бурча, он ловко расставил тарелки.

Икки заказал себе бутатаму[*]. Порция оказалась солидной — размером с небольшую пиццу.

— Три окономияки бутатама и два — с морепродуктами делюкс. Приятного аппетита.

— Ого, вот это аромат! И даже кацуобуси[*] подпрыгивают, — восхитился Наги.

Он родился не в Японии и впервые в жизни видел настоящее окономияки.

Остальные тоже не стали ждать и вооружились палочками.

Икки снова вспомнил о неких тайных мотивах Юдая, но, к сожалению, расспросить Кирико уже не мог.

«Не в присутствии Моробоси-сана, в самом-то деле! Лучше сосредоточусь на еде».

Он опустил взгляд на тарелку и сразу почувствовал: что-то здесь не так, что-то в Токио было иначе…

«А-а, точно».

— У вас на столах нет тэппанов.

— Ага. Согласен, атмосфера не та, но, если бы были, нам бы приходили сумасшедшие счета за газ. Да и лепёшки подгорали бы. А так всё получается на высшем уровне.

«М-м, ясно. Вот что значит лучшие в Осаке, они мыслят совершенно иными категориями. Надо скорее попробовать, пока не остыло».

— Спасибо за угощение.

Икки оторвал кусочек от бутатамы и положил его в рот.

«О-о!.. — округлил он глаза. — По сравнению с токийскими небо и земля! Это намного вкуснее».

Что удивительно, в основе вкуса лежали не соус, не мясо, а тесто. Сочная сладкая капуста оставляла богатое послевкусие.

— Просто объедение! Правда, Сидзуку? — спросил Наги.

— Да. Токийское другое, оно солоноватое из-за соуса. Здесь же соус не перебивает, а подчёркивает сладость теста. Правда, порция для меня великовата, — ответила девушка.

Сидзуку была привередливой в еде и редко когда хвалила что-то.

Кирико с Ягокоро тоже уписывали окономияки за обе щеки.

Юдай обрадованно засмеялся.

— Ха-ха-ха! То-то же. Вкуснотища, а? А всё пътому, что мы добавляем туда секретный ингредиент. Догадываешься, какой, Куроганэ?

— Секретный ингредиент?

Икки сосредоточился на языке.

Соус идеально гармонировал с капустой и нежным тестом. В принципе, как и должно быть в окономияки.

Оставалось одно «но»: уникальное сладкое послевкусие.

Оно шло не только от капусты, та оставляла чувство свежести, а вот за сладость отвечал, видимо, тот самый секретный ингредиент.

«Немного напоминает чизкейк. Неужели…»

— М-м… Может, это сыр? — предположил Икки.

— Ого, вот это язык у тебя, — восхитился Юдай. — В яблочко. Мы действительно добавляем в окономияки сыр.

Его было совсем немного, чтобы не заглушить вкус, а подчеркнуть его и оставить приятное послевкусие.

— Я был почти уверен в этом.

— Сперва мне не очень понравилось, как ты заманил нас в свой ресторанчик, но теперь беру слова назад. Мне всё очень нравится, я рада, что согласилась пойти, — сказал Наги.

Юдай не обманул: окономияки из «Итибанбоси» были если не лучшими в Осаке, то как минимум первоклассными.

«Я тоже рад, что не отказался», — подумал Икки и спросил:

— Моробоси-сан, всё очень вкусно, но… ты точно угощаешь нас?

— Ну конечно. Если бы я сначала привёл вас, а потом ещё и денег взял, мама такого перцу задала бы мне. Не переживай. Это мой приветственный жест сопернику из далёкого Токио.

— Но мне нечем отплатить тебе.

«Моробоси-сан выделил время перед завтрашним боем и сводил нас в ресторанчик, причём и заплатил за всё сам. Мне неудобно принимать такой подарок безвозмездно».

Юдай дружелюбно улыбнулся.

— Тогда отплатишь в завтрашнем бою.

— В бою? — недоумённо переспросил Икки.

— Ага, — кивнул Юдай. — Наше окономияки будет тебе мотивацией. Сегодня ты восполнишь энергию, а завтра сразишься со мной в своей лучшей форме. И ни йотой меньше, а то не зачту! Победив тебя, я докажу, что силён.

— !..

И тут Икки заметил искорку пламени в глубине его глаз.

Улыбка была лишь ширмой. Ею Юдай маскировал боевой дух, нешуточную жажду крови, от которой шёл мороз по коже.

«Вот почему Якуси-сан сказала „наоборот“… Моробоси-сан не подкупает противников, чтобы те поддавались ему, а даёт им отдохнуть, набрать лучшую форму. Он не допускает и мысли о том, чтобы победить за счёт слабости оппонента. Неистовая дуэль на пике сил — только она имеет ценность, имеет смысл».

Такова доблесть Короля меча семи звёзд Юдая Моробоси.

— Давай завтра наконец-то выйдем на национальную арену и оба выложимся на полную, чтобы ни один из нас потом не дулся на другого. Что скажешь, Некоронованный?

«Оба на полную… Король, стоящий на вершине мира рыцарей-учеников, признал меня, F-ранг, достойным его мощи. Спасибо, Моробоси-сан».

Икки тоже стремился побеждать на пределе возможностей.

На него всегда смотрели свысока, считали презренным слабейшим рыцарем F-ранга.

Однако покоритель вершины открыто заявил, что ставит его на одну ступень с собой.

«Я поистине рад, что вчера принял его предложение», — воодушевлённо подумал Икки.

Для рыцаря, для воина нет чести выше, чем когда сильный соперник относится к тебе, как к равному, и жаждет отчаянной схватки.

«У меня нет причин отказываться!»

— В таком случае я с радостью соглашусь. Готовься, завтра я верну долг сполна.

— А большего я и не прошу!

◆◇◆◇◆

Посидев в «Итибанбоси» ещё часок, Икки и компания ушли.

Юдай попросил их подождать, но ближе к вечеру поток посетителей только усилился, так что он завис надолго. А просто так занимать места тоже не хотелось.

— Фуф, давно я не ела вот так, от пуза.

— Ага, у меня даже живот прихватило.

— Алиса, онии-сама, вы же не Стелла-сан, вовсе незачем было брать по две порции.

— Стелла-тян оставила бы нас далеко позади.

«Если бы она вас услышала, то тут же развозмущалась… Стелла уехала к Сайкё-сэнсэй всего на неделю, а я уже соскучился и по ней, и по нашим весёлым перепалкам».

В академии они всегда были вместе, оттого одиночество ощущалось в несколько раз острее.

«Надо будет после турнира ещё раз заглянуть к Моробоси-сану и на этот раз взять Стеллу с собой. Уверен, она не разочаруется», — гоня прочь грусть, подумал Икки.

— Кстати, Якуси-сан, — обратился он к Кирико.

— М? Что?

— Ты ведь ушла, так и не осмотрев Моробоси-сана.

«Неужели забыла?»

— Оу. Но я его уже осмотрела, — спокойно ответила Кирико.

— А? Когда?

— И-хи-хи♡ Маг воды моего уровня видит кровеносные и лимфатические сосуды даже через одежду. Если хочешь знать, я умею брать кровь и лимфу под контроль, тем самым читая мысли и управляя телом.

— Ого! — невольно воскликнул Икки. — Так вот как ты подчинила себе Татару-сан…

— Именно. Изначально эту технику создали, чтобы помогать кранке восстанавливаться, но она также подходит для наказания дураков. Кроме того…

— «Кроме того» что?

— Манипулировать другими — это неземное наслаждение, — приятно улыбаясь, продолжила Кирико.

«Я никогда не пойду к ней на осмотр», — поклялся Икки.

— И как там Моробоси-сан?

Поединок уже завтра. Нужно узнать о противнике как можно больше.

— Здоров как бык. Ну, не забывай, кто его лечил, — гордо ответила Кирико.

— То есть Моробоси-сан в идеальной форме?

— Да. Твой первый бой будет очень тяжёлым.

«Мои соболезнования», — подразумевала она под этим.

Естественно, Икки ни капли не расстроился, а наоборот обрадовался. Иначе об ответном подарке не могло бы идти и речи.

Они миновали торговый район и вышли к станции.

— Ладно, тут наши пути расходятся. Вам в отель, мне — домой, — сказала Ягокоро.

— Тебя проводить? — вежливо предложил Наги.

— Не надо, ещё не темень. Да и я рыцарь-ученик.

Она уже сделала пару шагов, как вдруг вспомнила о чём-то и развернулась.

— Ах да, Бездарный, можно тебя на пару слов?

— Что такое? Передумала?

Ягокоро усмехнулась.

— Не. Ты ж знаешь, я пишу статьи обо всём интересном и даже, ну, непъдтверждённом, но тут до меня дошёл один слушок… безумный слушок, так что я решила сперва разъбраться.

«Раз даже Ягокоро-сан назвала его безумным, то там и правда какой-то ужас…»

— И что за слушок? — нервно поторопил Икки.

— М-м… Ты действительно сражался с Двукрылой и победил?

— …

Икки округлил глаза.

Их поединок с Двукрылой Эдельвейс, сильнейшим мечником мира, проходил на безлюдной территории, соответственно их никто не видел и журналистам не сообщал.

«Я и не думал, что услышу от кого-нибудь об этой дуэли».

— Э?! Ч-что?! — оторопела Ягокоро и с удвоенной силой насела на него. — Так это правда?! Ты её победил?!

— Нет! Нет-нет-нет! Успокойся! Конечно, мы сошлись в бою, но…

— В-всё-таки сошлись?!

— Да успокойся ты!

Ягокоро была готова вцепиться в него, так что Икки пришлось схватить её за плечи и утихомирить.

— Да, сошлись, но и только. Я не победил её. Во время боя я потерял сознание… и очнулся уже в больнице. То есть она пощадила меня.

«Я должен максимально всё прояснить».

— А-а, понятно. Так и знала, что это деза. Ну и хорошо. Хотя то, что ты выжил после встречи с ней, уже сенсация!.. С-слушай, я пънимаю, тебе пора идти, но, может, посвятишь меня в детали?

У неё даже глаза засверкали от предвкушения.

— Прости. Я не могу, — с сожалением ответил Икки.

— П-почему?! Я же не събираюсь высмеивать тебя!

— Дело не в этом. Просто я мало что помню.

— Мало?

— Ага. Меня сильно покоцало, а потом всё было как в тумане.

Икки не лгал. Он запомнил только, как Эдельвейс отразила полновесное Докута-но Тати и как сломала Интэцу. Куроно восполнила пробелы и рассказала о его последней контратаке — она тогда пришла на помощь и видела конец боя, — но это выглядело слишком неправдоподобным.

— Так что я просто проиграл.

— П-понятно…

Ягокоро с самой первой встречи поняла, что Икки не из обманщиков, поэтому огорчённо опустила плечи и отступила.

— Из этого взрывной статьи не получится… А можно я дъпишу что-нибудь своё?

— Нет.

— Но у меня ты проиграешь круто!

— Нет.

— У-у, вредина, — надулась Ягокоро, но Икки не поддался.

Он и сам не знал, что она может напридумывать.

— Ладно, что поделать. Обойдёмся без статьи.

— Буду очень признателен.

— Но я теперь жду от тебя великих свершений. Мне уже не терпится увидеть вашу схватку с Моробоси! Ладно, пока! — попрощалась она и пошла к автобусной остановке.

Сидзуку проводила её взглядом и сказала:

— Давайте и мы пойдём. Все равно живём в одном отеле.

— Нет, я пойду пешком, — отказался Икки.

— Почему? Тут далековато до отеля будет.

— Не сказал бы. Тем более я и правда зря взял вторую порцию. Надо немного нагрузить себя, чтобы желудок быстрее заработал.

Но не это было главной причиной.

— К тому же Моробоси-сан заразил меня боевым настроем. Хочу размяться и успокоиться.

Поезд доехал бы до отеля за десять минут. Это даже приличной дистанцией назвать нельзя.

Сидзуку тоже понимала это.

— Хорошо, онии-сама, — кивнула Сидзуку. — Только смотри, чтобы это не отразилось на завтрашнем бою.

— Конечно. Я не буду безумствовать.

— Икки, хочешь, я пойду с тобой?

— Нет, Алиса, не надо. Лучше будь с Сидзуку.

— Хорошо.

— Ладно, до завтра!

Икки помахал рукой и потрусил в сторону, противоположную той, куда ушла Ягокоро.

— Онии-сама вне себя от счастья, — негромко сказала Сидзуку.

Наги кивнул.

— Ага. Король заразил его боевым настроем. Ну, я не удивлена. На его месте я бы тоже обрадовалась, если бы Король сказал: «Давай выложимся на полную».

— Онии-сама бросил ему вызов.

— Хи-хи. Видимо, не сдержал возбуждения. Презренный, непризнанный рыцарь F-ранга, он тем не менее твёрдо верит в свои силы. И тут такой шанс: поединок с самим Королём меча семи звёзд. Уже это достаточная мотивация для нашего маньяка битв, а тут и сам противник жаждет поединка. Радость, гордость, волнение… Ах, какой же он милый.

Икки искренне хотел провести завтрашний матч в лучшей форме.

— Но он не победит, — внезапно сказала Кирико.

— А? — выдохнула Сидзуку. — Онии-сама… не победит?

— Да.

— Почему ты так в этом уверена?! — воскликнула она.

Кирико прищурилась.

— Я бы сказала, это вопрос настроя. Куроганэ-кун — прекрасный рыцарь. Способный и волевой. Он пробился на Фестиваль, несмотря на F-ранг, спокойно вёл себя в присутствии Короля и даже бросил ему вызов. Его стремление к самосовершенствованию ни много ни мало превосходное… Однако этого недостаточно. Он слишком легко настроен.

— Л-легко?

«Ты что, вздумала насмехаться над онии-самой?!»

Сидзуку едва удержалась, чтобы не врезать Кирико.

Наги поспешил вмешаться:

— Ты говоришь «легко». Но ведь Моробоси-сан настроен так же.

Он же сам предложил выложиться на полную.

Кирико покачала головой.

— Нет. Вы сильно ошибаетесь в своих суждениях о Юдае Моробоси. Его истинная сущность, его тайный мотив, спрятанный в глубине души — это не боевой дух и не желание самосовершенствоваться, как у Куроганэ-куна. Их ему не хватило бы, чтобы перебороть детскую травму. Опорой ему служит иное. И стремится он к победам над сильнейшими врагами по иной причине. А именно из мощнейшего чувства ответственности. Те, кто ищут благородных поединков и стремятся к высотам, не победят его. Никогда.

◆◇◆◇◆

Икки бежал не к отелю.

Его целью стал большой парк вдалеке от делового района — место, отрезанное от вечерней суеты и наполненное жужжанием насекомых.

— Вот здесь можно и пошуметь, всё равно никто не прибежит. Покажись.

Он обращался к преследователю, которого засёк по дороге в «Итибанбоси».

Таинственный незнакомец дождался, пока они не выйдут из ресторанчика, и продолжил слежку.

При этом его кровожадного взгляда не замечал даже Король, что говорило о высоком уровне способностей.

Из тьмы вышел человек.

Икки охнул.

— Так это был ты?..

Широкие рукава кимоно трепетали на вечернем ветре, раскосые глаза смотрели резко, проницательно, как два клинка, а лицо, имевшее много общего с лицом младшего брата, пересекал крестообразный шрам.

— …Братец Ома.

Император ураганного меча Ома Куроганэ, единственный рыцарь-ученик А-ранга среди японцев.

— …

Выйдя из сумрака, он молча смотрел на брата. Но не спокойно, нет. Враждебно, кровожадно.

Обладая чрезвычайно плотной энергией, Ома казался раза в два выше, хотя на самом деле разница в росте составляла несколько сантиметров.

Если бы не стальной стержень воли, Икки не устоял бы на ногах. А так он, не дрогнув, взглянул Оме в глаза и спросил:

— Что тебе нужно? Судя по Хагуну, ты не горишь желанием брататься.

«Первым делом нужно узнать, зачем он пришёл. Братец у меня не особо разговорчивый, поэтому возьму инициативу на себя».

— Нет, конечно. Сегодня я должен сказать тебе только одно.

— Должен сказать?

Ома кивнул и не терпящим возражений тоном приказал:

— Икки, немедля откажись от участия в Фестивале.

Его гулкий голос заставил желудок неприятно дрогнуть.

— ?!

Икки округлил глаза.

«Это мало того, что внезапно, так ещё и в высшей степени странно. С чего это я должен отказываться?»

— Причину назовёшь?

— А так не понимаешь? Пустоголовый, — раздражённо скривился Ома. — Твоё существование тянет Багровую принцессу назад.

— Чего?.. — вскинул брови Икки. — С каких пор я тяну Стеллу назад? Будь добр не бросаться беспочвенными обвинениями.

— Это правда. Она потерпела сокрушительное поражение от тебя, насекомое, и впустую потратила месяцы на бессмысленную погоню за тобой. Если бы не твоё жульничество, этого бы никогда не произошло.

— Жульничество?

— Все твои техники, твои тактики нападения исподтишка. Ты — одно сплошное жульничество. Ты призываешь свою жалкую силу и побеждаешь обманом. Так мыслят невежды. Но истинная сила не в этом. Подражая тебе, сильнее не станешь. Знаешь, тогда, во время нападения, я был разочарован. Если Багровая принцесса того же калибра, что и я, если она тоже рыцарь А-ранга, то её сила должна быть намного выше. А сбил её с верного пути ты, жулик, — подытожил Ома и с бóльшим напором повторил. — Поэтому ты должен исчезнуть, глупец. Ты не ровня Багровой принцессе.

— Ясно. Я тебя услышал, — вздохнул Икки.

«Вот что имеет в виду братец под „тяну назад“. Он просто мерит меня на свой аршин. Он всегда считал, что сила лежит не в техниках и приёмах, а в чистой мощи индивида. Для него победа сильнейшего — истина, а всё, что искривляет её, — жульничество… Ужасное мышление».

Икки подметил верно.

Своим заявлением Ома отрицал существование Бездарного рыцаря, который, несмотря на F-ранг, пытался забраться на семизвёздный пик.

Император ураганного меча стремился к чистоте силы…

Естественно, Икки не мог его послушаться.

— Братец, я тебя понял, но… я не собираюсь принимать твою систему ценностей. Кроме того… даже если ты прав, а я — обычный жулик, Стелла полюбила меня и настояла на реванше. Мы дали друг другу обещание, и оно значит для меня больше, чем что бы то ни было ещё. По сравнению с ним, братец, твои слова легче танцующих на ветру листьев. Ими ты до меня не достучишься.

Ома не обиделся и не расстроился: он с самого начала был готов к отказу.

— Твоя толстокожесть не знает равных. Видимо, ты неправильно меня понял. Я не прошу, я приказываю. Пойдёшь против — заставлю силой. Только и всего.

Он ленивым движением призвал девайс — длинный нодати Рюдзумэ.

В то же мгновение ветер стих.

Птицы спешно разлетелись. Они почувствовали, что теперь весь парк был во власти Омы.

Икки тоже ощутил возросшее давление, но не дрогнул, а дерзко улыбнулся.

— Как скажешь. Раз так тебе легче понять, то пожалуйста.

Он материализовал чёрный Интэцу.

«Я с самого начала понял, что наша встреча не окончится миром. Тем более… ты, братец, назвал время, которое мы со Стеллой провели вместе, самое счастливое и дорогое моему сердцу время, пустым, бесполезным. Ты очернил нашу любовь. Я тебе этого так не спущу. Я заставлю тебя осознать свою неправоту».

— Ну что же ты, давай, проверь, такой ли я мелкий камушек, о который запнулась Стелла!

— А ты хорошо умеешь скалиться, отброс!

И неофициальный поединок между братьями Куроганэ начался.

◆◇◆◇◆

Никто и представить не мог, что сегодня в Осаке состоится поединок между Бездарным рыцарем и Императором ураганного меча.

Первый ход сделал Ома: он занёс Рюдзумэ, клинок которого был покрыт россыпью тусклых огоньков-светлячков…

— С-си!

…И исполнил горизонтальный взмах.

Дуэлянтов разделяло порядка десяти метров, и даже длинный нодати не должен был достать до противника.

Не должен был. Но…

— Тц!

Тем не менее, Икки резко пригнулся и разве что не распластался на земле.

Мгновение спустя над его головой просвистел холодный ветер и срубил деревья.

Стальной клинок действительно не доставал.

А вот воздушный — запросто.

Своей магией Ома разрывал атмосферу и создавал вакуумную прослойку.

И не он один. Синкуха[*] — так называлось это благородное искусство — считался самой популярной техникой блейзеров воздуха.

— Ха-а!

Император послал в Икки ещё несколько разрезов Синкуха.

Его мощь намного уступала дальнобойным атакам блейзеров огня, тем же Клыкам дракона Стеллы, однако вакуумные клинки летели на сверхзвуковой скорости и были невидимыми, что делало их крайне опасными.

Впрочем, Бездарный рыцарь и не с таким справлялся.

— Фх!

Ни разу не замедлившись, он с ювелирной точностью скользнул между острыми лезвиями и устремился к врагу.

Очевидно, он видел клинки. Точнее, знал, как они полетят.

При всей смертоносности Синкуха оставался следом от удара мечом, летящим по прямой линии.

Икки же смотрел на Рюдзумэ и запомнил угол его наклона.

Не так уж и сложно.

Здесь работал тот же принцип, как и при уклонении от пули. Главное, знать, когда стрелок нажмёт на спусковой крючок, и куда смотрит дуло.

Благодаря развитым рефлексам и динамическому зрению, Икки был недосягаемой мишенью.

— Фух…

Ома, видимо, тоже решил, что одного Синкуха будет мало, поэтому побежал навстречу и на опережение взмахнул нодати, целясь в шею брата.

— Ка-а-а!

— !..

«Быстрый!»

Несмотря на вес нодати, сравнимый с копьём, Ома орудовал им очень резво.

И дело было не в мастерстве владения мечом — братья находились примерно на одном уровне, — а в магических способностях.

Ома убирал сопротивление воздуха, тогда как Икки приходилось «прорубаться» сквозь него, тратя драгоценные доли секунды.

«Без Итто Шуры контратаковать не получится», — мгновенно понял Икки и занял оборонительную стойку, как вдруг…

— ?!

…Уловил едва слышный свист ветра и ощутил холод, от которого кровь стыла в жилах.

— О-о-о-о-о-о-о-о!

Он тотчас отпрыгнул назад что было сил.

Рюдзумэ вонзился в землю… и, не останавливаясь, прорубил в ней глубокий, казавшийся бездонным разлом.

— !..

Икки покрылся холодным потом.

Стелла своими ударами вызывала небольшие землетрясения, но Ома превзошёл её.

Что есть дрожь земли? Это эффект, порождаемый рассеиванием приложенной силы, то есть энергией, ушедшей в никуда.

Идеальный же удар разрубает всё и вся совершенно беззвучно и очень глубоко.

Что, собственно, и продемонстрировал Ома.

«Сколько же силы в нём содержалось? Сотни килограммов? Тысячи?.. Без понятия. Но одно я понял точно: его удары мегатяжёлые, и просто блокировать их нельзя. Как и удары Стеллы. Впрочем… от его тела такой наступательной мощи и стоило ожидать».

— Ты изменился за эти годы, братец Ома. Очень сильно изменился. И как только ты добился такого тела?

— Ого. Ты сразу понял, насколько я отличаюсь от остальных? Не зря ты ранил Двукрылую, хоть и жулик, — оскалился Ома. — Но здесь ты бессилен. Моя нетипичность — это чистая сила, а не твои фокусы.

— …

В дуэли со Стеллой Икки уже сталкивался с неотражаемыми атаками и сводил их на нет гибким блоком.

Безумно размахивая мечом, парящие листья не рассечь. Так же легко отбить дикую силу.

Стелла была неопытна, поэтому проиграла.

В отличие от неё Ома держал меч твёрдо, уверенно. Он бы одним взмахом разделался с листьями.

«Одни проблемы от него. Тенъимухо пользоваться опасно… Вот как мне пережить его дьявольские удары? Погасить Итто Шурой разницу в скорости и отклонить меч? Но мне не хватит одной минуты. Надо бы получше проанализировать братца. Итак, мои действия?»

Икки обратился к накопленному опыту в поисках решения.

— Я по лицу вижу, что ты думаешь о какой-то скукоте, — насмешливо сказал Ома.

— !..

— Сказал же, здесь ты бессилен.

Он приготовился взмахнуть мечом.

«Снова Синкуха?»

Но на этот раз Ома поднял Рюдзумэ так, словно пытался насадить на его остриё луну.

— Я не хочу тратить на тебя своё время. Вся эта беготня меня раздражает, поэтому установим таймер.

И он произнёс заклинание:

— Сомкнись, Мукукэккай[*].

Облепившие Рюдзумэ зеленоватые «светлячки» засветились ярче.

И на парк опустился ураган.

— !..

Он вздымал тучи пыли, не давая открыть глаза.

Икки изо всех сил вцепился пальцами в землю и не дал себя засосать.

«Кх! Ослепить меня вздумал? А что, эффективно».

Но в следующее мгновение он понял, как наивен был.

Ома стремился к чистой, незамутнённой мощи. Он не стал бы просто обездвиживать врага.

Мукукэккай таил более страшную, более прямую силу.

— Какого?..

«Н-не могу вдохнуть!..»

А именно изъятие кислорода.

Ома высосал его, создав восходящий поток воздуха, и лишил Икки времени.

— У тебя осталось десять минут. Одна, если решишь драться. Прекращай барахтаться, жалкое насекомое, и покажи наконец-то, на что ты способен, — приказал Император.

— …

«Ну да, братец, ты прав. Мне некогда барахтаться… Да и рискованно это с тобой».

За годы своего отсутствия Ома стал в несколько раз сильнее.

«Я изначально находился в невыгодном положении».

Икки сменил план, собрал всю магическую силу… и зажёг её.

— Итто Шура.

Тело охватило голубое пламя.

Аура меча налетела на деревья и разметала нежные зелёные листья.

Благодаря множеству битв с сильными врагами, она приобрела физическое давление.

Однако Ома и бровью не повёл.

— Значит, ты концентрируешь силу, а потом разом выпускаешь её, пытаясь превзойти врага? Это абсолют жульничества. У меня внутри всё сводит от омерзения, — неприязненно и вместе с тем скучающе сказал он. — Ну давай, мелкий камушек, вперёд. А я отброшу тебя.

Он неспешно занял стойку для парирования атаки.

«Он как огромная гора. Неприступная, попирающая землю… — Икки чуть было не поддался давлению брата, но тотчас взял себя в руки. — Так! Козыри брошены. У меня ровно минута, и я не имею права растрачивать ни единой секунды!»

— Ха-а-а-а!

Чёрный рыцарь издал клич и стелющейся по земле тенью бросился в последнюю атаку.

— Си-и-и-и-и-и-иа-а-а-а-а-а-а!

Император ураганного меча на неразличимой глазом скорости рубанул нодати, целясь в незащищённую шею.

Однако сейчас Икки был быстрее самого ветра!

«У меня получится!»

Он начал контратаку.

«Отклонить меч, сместиться в сторону и рубануть по телу. И не бояться!» — приказывал он самому себе.

Если Рюдзумэ прорубил столь огромный разлом в земле, то голову он отсечёт и не заметит.

«Сконцентрироваться!»

Чтобы проскользнуть под самым лезвием смертоносной гильотины, требовалась идеальная точность.

«Я смогу. Я меня получится. Я же столько тренировался! Главное, не дать страху завладеть собой, и всё получитсяа-а-а-а-а-а!»

Неистово подбадривая себя, Икки вошёл в зону поражения нодати и…

«Э?..»

…Внезапно, слишком внезапно застыл на месте.

◆◇◆◇◆

«Ч-чего?» — округлил глаза Икки.

Ещё бы.

Сражение достигло кульминации: он должен был отклонить меч брата и провести контратаку, а сам застыл, как статуя. Как будто сигналы от мозга не доходили до мышц.

«Что за дела?!»

Но у него не было времени удивляться. Ома-то продолжил двигаться.

«Черт!»

Икки не успел защититься.

— Гва-а-а-а-а!

Казалось, в него врезался грузовик. Парень далеко отлетел и врезался в каменную стену.

— Гха!

Изо рта вырвались брызги крови.

Отдача задела внутренние органы, а кости в руках, на которые пришёлся основной удар, сломались вплоть до плеч.

«И это я легко отделался… Но что это было?!» — растерялся Икки.

Он был готов обрушить Интэцу на брата, но в самый последний момент почему-то застыл.

За годы карьеры мечника такого с ним не происходило ни разу.

— Эх, ну и чего ты глазами хлопаешь? — сокрушённо проговорил Ома. — Неужели ты думал, что сражение с сильнейшим мечником пройдёт для тебя бесследно? Пусть тело не пострадало, но душа должна была.

— Э?!

— Ты махнул рукой на её дар и посмел скалиться на меня. Ты забылся, — не скрывая раздражения, жёстко сказал Ома и неспешно занял атакующую стойку: поднял руки и направил меч параллельно земле.

Рюдзумэ ярко вспыхнул и окутался ураганным ветром, который начал втягивать в себя не только воздух, но и, казалось, само пространство, чтобы сформировать из них многослойный клинок — рассекатель всего сущего.

Император воспользовался тем же благородным искусством, которым сразил Багровую принцессу и Райкири.

— Для тебя, жулик, Кусанаги слишком мощен, но я не собираюсь размениваться на полумеры. Почти за честь и умри с благодарностью.

Он направил против раненого Бездарного рыцаря свой сильнейший приём.

«Я-я не должен попасть под него! Надо уклониться! Хоть как-то!»

На задворках сознания маячила мысль о некоем даре Эдельвейс, но Икки выбросил её из головы и приказал ноющему телу бежать.

Однако… оно снова не послушалось.

Несмотря на команды мозга, мышцы словно одеревенели.

«Да почему?! Неужели братец так сильно ранил меня?»

Икки быстро просканировал себя и отмёл этот вариант.

Он пострадал серьёзно, но не критично и ходить мог.

«Ну тогда почему?! Ничего не понимаю!.. Я же сейчас попаду под удар! Надо что-то делать!»

Но как бы он ни ломал голову, а точнее мозг, единственную рабочую часть тела, решение не приходило.

И когда многослойный ураганный клинок оказался прямо над ним…

— Растерзай и пожри, Торао-о-о-о-о-о-о!

◆◇◆◇◆

Всерассекающий ураганный клинок чуть было не убил Бездарного, как вдруг между дуэлянтами вклинился мускулистый парень со свирепым взглядом.

— Растерзай и пожри, Торао-о-о-о-о-о-о! — закричал он и вонзил в спиральные потоки жёлтое копьё.

Наконечник засиял, и в следующее мгновение свет обрёл форму золотой головы тигра с разинутой пастью, которая вонзила клыки в Кусанаги и буквально разорвала его на части.

Козырная карта Омы, без труда сразившая Стеллу и Току, первоклассных рыцарей, истончилась и развеялась.

Загородив собой Икки, Юдай — а это был именно он — спросил:

— Куроганэ, цел?

— М-Моробоси-сан?! Откуда ты?..

— Ты кое-что у меня забыл, — ответил тот и бросил на грудь Икки наладонник. — Я позвънил доктору, и она сказала, что ты пошёл пешком. Я поспешил за тобой и внезапно нъткнулся на шумную разборку двух братьев. — А затем он посмотрел на Ому. — Давно не виделись. Если память не подводит, с самой началки.

— Звезда Нанивы… Нет, Король меча семи звёзд Моробоси.

Старые враги впервые встретились со времён боев в младшей лиге.

— Ха, не, не зови меня Королём. На том турнире не было тебя, а значит этот титул не имеет ценности… Хотя сейчас не это важно, — нахмурился Юдай и окинул взглядом глубокий разлом, вырванные с корнем деревья и потрескавшуюся каменную стену. — Тебе не кажется, что ваша братская ссора зашла чутка дълековато? Если б не я, ты бы прикончил его.

— Твой Тигриный укус — это благородное искусство, которое нейтрализует все другие. Значит, ты развеял как Кусанаги, так и Мукукэккай.

— Ага. Твой ветер мне не помеха. Ладно, с этим разобрались. Ты лучше скажи, будешь ли ещё безобразничать? Если будешь… то предупреждаю, придётся тебе иметь дело со мной, — пригрозил Юдай и направил на Ому светящееся Торао.

— Нет, я совершенно потерял интерес, — прикрыв глаза, ответил Ома и отозвал Рюдзумэ.

Он не испугался Тигриного укуса, который развеял Кусанаги, просто остался без причины продолжать бой.

Наградив сидевшего у стены Икки холодным, скучающим взглядом, Ома резко сказал:

— Если ты не примешь дар Двукрылой и не преодолеешь этот барьер, то и так проиграешь завтра. Мне даже руки не придётся марать. Багровая принцесса увидит твой позор и, надеюсь, поймёт истину.

Затем он развернулся и зашагал обратно во тьму.

— И всё же… Забыл? Везунчик, — прошептал он, прежде чем исчезнуть.

— Спору нет, изменился он сильно, но остался так же «добр» к окружающим, — сокрушённо вздохнул Юдай и повернулся к Икки. — Ну и, что у вас тут произошло? Я слышал, он говорил про Стеллу-тян. Неужели амурные дела? Два брата не поделили девушку? Как в мелодраме?

— Пожалуйста, не надо. Я же чуть не погиб, — усмехнулся Икки и встал на ноги. — Огромное спасибо за спасение. И за наладонник.

— Все нормально, забей… Ты мне лучше вот что скажи. — Внезапно Юдай посерьёзнел и прищурился. — Куроганэ, что с тобой произошло? Ты как-то странно двигался. Не думаю, что из-за ран…

Он имел в виду то, как Икки застыл перед Омой.

«Мне и самому интересно».

— Если честно, я и сам не понял, что это было…

«Я был в идеальной форме, ничто не предвещало беды, и всё равно я как будто окаменел».

— М-м… Издалека ты был похож на кота, который сжался перед приближающейся мъшиной, — спокойно поделился впечатлениями Юдай. — Но я-то знаю, что ты не из таких.

На Фестиваль не попадали рыцари, которые цепенели перед техниками врага.

И Икки, конечно, не был из их числа. Он улыбался даже тогда, когда на него летела Карсаритио Саламандра Стеллы.

Он не мог струсить. Но…

— !..

«Неужели ты думал, что сражение с сильнейшим мечником пройдёт для тебя бесследно? Пусть тело не пострадало, но душа должна была».

Слова Юдая заставили его вспомнить фразу Омы.

«А ведь братец прав. Я проиграл, прошёл по грани между жизнью и смертью и остался цел. Возможно ли это? Нет, конечно…»

У него появилось очень нехорошее предчувствие.

Зачастую в мире боевого спорта — например, бокса — тот, кто потерпел сокрушительное поражение, обретает необоримый страх к атакам противника и во время напряжённого поединка цепенеет.

Это психологическая болезнь, порождаемая боязнью пропустить удар.

И выходить с ней на ринг строго противопоказано.

Про таких людей говорят: «Сломался».

«Может ли быть, что я сам того не подозревая… сломался?»

Медицинское обследование после схватки с Эдельвейс не выявило никаких аномалий, и во время тренировок проблем не возникало.

«Однако тогда на кону не стояла жизнь. А теперь, когда братец Ома решился на убийство, симптомы проявились, так?»

Это было ужасно. И, что ещё хуже, вполне возможно.

«Братец был прав. Я не мог выйти невредимым из боя с сильнейшим мечником. Я должен был сломаться телом и духом».

— Чего бледный такой? Надумал что? — спросил Юдай.

— Нет… Не особо… — покачал головой Икки.

Он не мог рассказать завтрашнему противнику о бреши в своей обороне. Кроме того…

«Завтра сразишься со мной в своей лучшей форме».

Он не хотел разочаровывать Юдая, поэтому постарался скрыть волнение.

Они немного помолчали.

— Ладно, как знаешь. Так… А сейчас тебе срочно нужно к доктору. Секунду, — сказал Юдай и достал наладонник, чтобы позвонить в скорую.

— Прости… — прошептал Икки и приложил сломанную руку к груди.

Он и сам не понимал, был ли благодарен или чувствовал себя виноватым.

Итто Шура давно развеялась. Груз усталости сковал нервы и притупил боль.

Однако страх не ослабевал.

«Что же произошло?.. Моё тело… Я сломался как рыцарь?»

Вернувшись в отель, Икки уединился и погрузился в медитацию.

Он нырнул глубоко внутрь себя и беспрепятственно увидел тело и разум как бы со стороны.

Но… никаких травм не было.

Всё выглядело идеально.

«Так я сломался или нет? Если нет, то что со мной?»

Ответа не было, как не было и решения.

«Это плохо. В решающий момент тело отказывается слушаться. В таком состоянии я не могу бросить вызов Королю и победить. Нужно как можно скорее вернуться в норму…»

Но, словно в насмешку, через окно в комнату проник луч солнца.

Наступало утро. Утро начала.

◆◇◆◇◆

— Говорят, конфликты плодят ненависть, и потому они — зло.

Говорят, мир даёт жизнь доброте, и потому он прекрасен.

Говорят, жестокость ранит людей, и потому она — грех.

Говорят, сотрудничество помогает налаживать доверительные отношения, и потому оно — благо.

Так считает любой нормальный человек.

Однако! При всём этом люди преклоняются перед силой!

Стать сильнее всех! Храбрее всех!

Чтобы никто и близко не подошёл!

Обрести абсолютную мощь, искажающую само эго!

Кто не восхищается этим?

Кто откажется от такого?

Это желание, которое каждый испытывал хоть раз в своей жизни!

Это мечта, перед абсурдностью которой любой опустит руки!

Но на этом ежегодном фестивале собрались юноши и девушки, которые рискуя своими жизнями, бросают вызов этой мечте!!!

Академия Рокудзон с острова Хоккайдо.

Академия Кёмон из региона Тохоку.

Академия Донро из северного Канто.

Академия Хагун из южного Канто.

Академия Букёку из регионов Кансай и Тюбу.

Академия Рэнтэй из регионов Тюгоку и Сикоку.

Академия Бункёку из региона Кюсю и острова Окинавы.

И, наконец, новая национальная академия Акацуки.

Перед вами стоят тридцать два элитных ученика из восьми академий со всей Японии!

Великолепные, безукоризненные рыцари!

Однако Королём меча семи звёзд станет только один!

Так определим же сильнейшего согласно давней рыцарской традиции — в поединках!

Юные благородные рыцари, пришло ваше время!

Сражайтесь, как умеете и как хотите! Покажите всё, на что вы способны!

Вас никто не будет обвинять!

Итак! Шестьдесят второй Фестиваль искусства меча семи звёзд… начинается!!!

Глава 3. Фестиваль искусства меча семи звёзд. Начало

Токио, медицинское учреждение на территории академии Хагун.

— М-м…

Рыцарь проснулась, разлепила тяжёлые веки и увидела незнакомый белый потолок.

«Где я?»

Она очень редко попадала в больничную палату да и туговато соображала после долгой комы, поэтому сразу не сориентировалась.

Решив разобраться в происходящем, она села и увидела на футоне рядом с кроватью светловолосую голубоглазую девушку, которая смотрела телевизор.

Девушка, Каната Тотокубара, заметила движение и резко развернулась.

— Ах! Тока-тян! Ты наконец-то очнулась! Как здорово… — обрадованно воскликнула она и приложила руку к груди.

— Кана-тя… н… н-ай! — начала Тока и больно прикусила язык. — Явык не флуфца…

— Конечно, не будет. И не только он. Ты же столько пролежала в коме.

— В коме…

«Подождите. А почему я пролежала столько, что мышцы одеревенели?»

Она потянула за ниточку обрывочных воспоминаний, как вдруг…

— Первый раунд Фестиваля искусства меча семи звёзд перевалил за свою середину. Нас ждёт последний матч в блоке В, и я не побоюсь назвать его одним из самых ожидаемых за сегодня! Итак, первогодка из академии Хагун Багровая принцесса Стелла Вермилион против третьегодки из академии Кёмон Ледяной ухмылки Цуруи Микото! Помогать мне будет эксперт Мурото. Эксперт, что вы думаете по поводу этого поединка?..

— !..

Благодаря комментатору Тока вспомнила всё: как пыталась защитить Стеллу от учеников Акацуки, как задерживала их вместе с остальными членами студсовета… и как пала от руки Императора ураганного меча Омы Куроганэ.

«А что потом?»

Побледнев, она повернулась к Канате.

— Кана-тян, а-а что произошло после того, как мы проиграли?! Что со Стеллой-сан?! А с Куроганэ-куном и остальными? Они живы?

— Тише, тише, Тока-тян. Сёстры Хагурэ защитили Вермилион-сан, а Куроганэ-кун хоть и пострадал, но давно поправился и вышел на поле боя… Нас сразили иллюзорными формами девайсов, так что физически все остались целы. Но вам с вице-председателем досталось больше всех, и вы долго пролежали в коме.

— И Ута-кун?

— Да.

Каната посмотрела ей за спину, и Тока обернулась.

На соседней кровати лежал Утаката.

— Ута-кун…

— Ваше восстановление затянулось из-за критического ментального истощения. Ты уже очнулась, а значит и вице-председателю ничто не угрожает. Уверена, сегодня-завтра и он придёт в себя.

— Вот как… Э-эх… — глубоко вздохнула Тока.

«Как председатель студсовета я выполнила лишь самый минимум своих обязанностей. Ну, хотя бы не дала сровнять Хагун с землёй, да и то благодаря всем, кто остался со мной».

— Спасибо, Кана-тян.

— Хи-хи. Не забудь потом и остальных поблагодарить. Уверена, они обрадуются.

— Да, так и сделаю.

— Ого-о! Ничего себе! — внезапно закричал комментатор.

— Оу, чего это он расшумелся? Что-то случилось?

— Не знаю. А что там?

Девушки посмотрели на телевизор.

Комментатор — вспотевший от переживаний мужчина в очках — сообщил страшную весть:

— Стелла Вермилион до сих пор не вышла на арену! И даже не ответила на извещение о начале боя!

— Э-э-э-э-э?!

◆◇◆◇◆

«Не ответила на извещение о начале боя!.. Но ведь Кана-тян заверила, что с ней всё в порядке».

— Кана-тян, ты же сказала, что Куроганэ-кун в Осаке. Разве Стелла-сан не поехала вместе с ним?

— Нет, насколько я знаю, после поражения от руки Императора ураганного меча она попросила Сайкё-сэнсэй об особых тренировках. Видимо, поэтому они разделились.

— А, ясно. Но если она была с Сайкё-сэнсэй, то почему не явилась на бой к его началу?

Они с Канатой не знали, о чём и думать.

И тут комментатор ответил на все их вопросы.

— О, с нами только что связался управляющий комитет. Так… Стелла Вермилион уведомила его о своём опоздании в связи с задержкой поезда из-за технических проблем.

— Вот беда. Но ведь комитет специально организовал позавчера званый вечер для участников, чтобы исключить подобные ситуации.

— Вы правы. Ей стоило приехать в Осаку вместе с товарищами из Хагуна… О, Ледяная ухмылка Цуруя Микото апеллировала к комитету. Она потребовала присудить ей техническую победу!

— Неужели Стелле-сан запишут поражение? — глядя в телевизор, забеспокоилась Каната.

— Нет. За это можешь не волноваться, — покачала головой Тока. В прошлом году она была капитаном команды и получила представление о большей части правил. — Ни одно из правил не обязывает участника прибыть на место проведения за два дня до начала. В случае опоздания бой просто переносится…

— Так, а вот и ответ. Посмотрим… «Запрос о технической победе отклонён. Согласно правилам турнира четвёртый матч блока В переносится». Вот так!

— Ну, таковы правила.

— За опоздание предусмотрено какое-либо наказание?

— Не в нынешнем случае. Управляющий комитет может связаться с транспортной компанией и удостовериться в задержке рейса. Но я бы порекомендовал им всё-таки добавить в правила пункт об обязательном прибытии за два дня до начала, чтобы избежать подобных ситуаций.

Все решения о ходе проведения Фестиваля принимает собрание членов управляющего комитета. Как и в других видах боевых искусств, их вердикт окончателен и обжалованию не подлежит, даже если он ошибочен.

Таким образом Стелла избежала досрочного проигрыша.

Каната выдохнула.

— Фуф. А я уже разнервничалась.

— Теперь главное, чтобы она успела к перенесённому времени, иначе её снимут с участия.

«Так что поторопись, Стелла-сан».

Кстати, их с Микото поединок был заключительным в первом раунде блока В.

— Внимание всем! Объявляется десятиминутный перерыв. Техническая команда восстановит арену, после чего начнётся первый раунд боёв блока С.

— Вот и половина первого раунда прошла. Я, оказывается, столько пропустила. Это ужасно. Кана-тян, а Куроганэ-кун уже выступал?

— Ещё нет. Он будет в четвёртом матче блока С.

— Это хорошо.

«Уж кто-кто, а я не могу проспать его бой. Ведь Куроганэ-кун прошёл на Фестиваль благодаря победе надо мной».

— Кстати, а против кого он будет?

— Ах да, ты же только пришла в себя и не видела турнирную таблицу.

— Да. Ну так что, Кана-тян, кто первый противник Куроганэ-куна?

— О, тебе будет очень интересно понаблюдать за их схваткой, — усмехнулась Каната.

«У меня плохое предчувствие…»

— В первом бою Бездарный рыцарь сойдётся с… Королём меча семи звёзд Моробоси Юдаем.

«…И оно сбылось».

— Куроганэ-кун в своём репертуаре. Вытянул короткую соломинку в первом же раунде.

— Это точно. Ладно бы только в школе, так, похоже, ему по жизни с удачей не по пути.

— Я бы сказала, что его преследует тест на героя.

«И всё же ему действительно не повезло».

Из-за массовых отказов от участия в Фестивале управляющий комитет отменил систему «рассеивания» в первом раунде. Икки оказался в крайне невыгодном положении.

«Он как чёрная дыра, которая притягивает неудачи».

— Бездарный рыцарь и Король меча семи звёзд… Тока-тян, ты сражалась с обоими. Какой прогноз ты сделаешь как Райкири? — внезапно спросила Каната.

По телевизору как раз пустили рекламу, так что Тока прикрыла глаза, подумала и ответила:

— Ну… Шестьдесят на сорок в пользу Моробоси-куна.

— Шестьдесят на сорок? Практически поровну? Но ведь это Король.

— Безусловно, точный прогноз я дать не могу. Но кое-какими соображениями руководствуюсь.

— И какими?

— Куроганэ-куну есть что противопоставить. Ты же знаешь про Тигриный укус Моробоси-куна?

— Это способность, которая развеивает другие благородные искусства.

— Правильно. Сверхчеловеком блейзера делают именно благородные искусства, то есть колдовство. Способность поглощать магию поставит любого блейзера в бедственное положение. Моробоси-кун нейтрализует и воду Лорелей, и огонь Багровой принцессы, и ветер Императора ураганного меча. Его Торао растерзает все заклинания.

— Насколько я помню, этим он и тебя вынудил переключиться на ближний бой.

Тока кивнула.

Год назад Тигриный укус погасил все молнии, и ей пришлось сократить дистанцию, понадеявшись на скорость Райкири. Однако Юдай, настоящий мастер копья, не позволил ей подойти на расстояние удара.

Это было одно из самых горьких поражений в жизни Токи.

— Способность на грани фола…

— Да. Это страшная сила, которая обезоруживает всех блейзеров. Хотя и ограничивается боями против них же. Впрочем… Куроганэ-кун из той малочисленной категории блейзеров, которые делают упор на боевые искусства. Он редко прибегает к магии, только в самые критические моменты. Сам Тигриный укус не несёт атакующей мощи, он лишь развеивает благородные искусства. Поэтому Моробоси-кун тоже будет вынужден ограничиться боевыми искусствами. То есть обратится к своему владению копьём.

Их бой будет начисто лишён магии.

Хотя не стоит забывать о разных длинах меча и копья.

— Правда, я сомневаюсь, что одного преимущества в радиусе поражения хватит Моробоси-куну, чтобы обуздать Некоронованного.

«Это меня Моробоси-кун ухитрился не подпустить к себе, а Куронанэ-кун быстрый и смекалистый. Тем более, его знаниям о бое на средней дистанции позавидует любой рыцарь-ученик».

Даже Король не удержал бы Икки.

— Значит, в первом раунде… Король ко всеобщему удивлению расстанется с короной.

— Весьма вероятно.

«По крайней мере, бой будет не в одну калитку».

Тока сражалась с обоими, поэтому знала, что в ближнем бою Икки хватит сил, чтобы посоперничать за трон наравне с лучшими рыцарями страны.

«Но всё же везения ему не хватает. Первый же раунд и сразу Король. Хотя, если Куроганэ-кун будет в отличной форме, все увидят неожиданный финал».

— Сделай все возможное, Куроганэ-кун! — чувственно сказала Тока, направив своё пожелание в далёкую Осаку.

◆◇◆◇◆

— Внимание всем! Команда техобслуживания закончила работу, первый раунд боёв блока С начинается. Просьба участникам пройти в комнаты ожидания.

Структурно «Ванган Доум» представлял собой амфитеатр: в центре — круглое поле боя, потом полоса искусственной травы, а вокруг неё — «лестница» зрительских мест.

Икки, Сидзуку и Наги стояли в проходе у самого ограждения.

— Так, пойду я, — услышав объявление, сказал Икки.

Четвёртый бой: можно особо не торопиться, но и опаздывать незачем.

— Успехов тебе.

— Пусть удача сопутствует тебе, онии-сама… Стелла-сан безнадёжна. Ладно свой бой пропустила, но твой!

— Мне всегда казалось, порядок должен быть обратным.

— Вот вернётся, и я прибью её, как описано в «Ста восьми способах».

Похоже, Сидзуку разозлилась не на шутку: где это видано, девушка не примчалась поболеть за своего парня!

— Ха, ну ты с ней помягче, — вступился за неё Икки. — Ладно, до встречи.

И он ушёл.

«Онии-сама совершенно не нервничает. Он как будто на прогулку отправился, а не на тяжёлый бой. И это хорошо», — обрадовалась Сидзуку и поделилась своим впечатлением с Наги.

— Хи-хи. Так это понятно. Икки уже сошёлся в схватке с Двукрылой, что ему бояться какого-то Короля, — усмехнулся тот.

— Угу.

«Тот поединок благотворно сказался на онии-саме».

— Приветики. Вот снова и свиделись.

К ним подошла, махая рукой, девушка в белом халате.

— Кирико-сан.

— Оу, что-то мы в последнее время часто встречаемся.

— И-хи-хи. Действительно. Наверное, нас сводит сама судьба.

— Как-то не хочется, чтобы судьба сводила меня с докторами, — пошутил Наги.

Кирико слегка напряглась и уже серьёзнее сказала:

— Я сейчас видела Бездарного… У него что-то случилось?

— С чего ты взяла? — резко спросила Сидзуку. — На мой взгляд онии-сама максимально расслаблен.

— Вот именно. Он слишком расслаблен.

— ?..

— Когда он проходил мимо, я поверхностно обследовала его. Пульс, температура тела, потоотделение, даже гормональный баланс — всё в пределах нормы. Обычно перед боем эти параметры колеблются, но у него остались такими же, как и в мирной обстановке.

Кирико намекала на то, что у человека не может быть такой реакции. Она сама отметила в «Итибанбоси», что Икки слегка перевозбудился, разговаривая с Юдаем, а сегодня был спокоен, как удав.

— Это называется принудительной чрезмерной релаксацией. Вчера всё было в порядке. Куроганэ-кун чуть-чуть подхлестнул себя, чтобы выступить в идеальной форме, но потом… Думаю, его что-то взволновало.

«Взволновало… онии-саму?»

— Т-ты уверена?!

— В диагнозе я не сомневаюсь. Только понять не могу, что его встревожило.

— То есть он не просто сдерживает возбуждение?

— Вряд ли. Умеренное возбуждение наоборот придаёт сил, и Куроганэ-кун должен знать об этом. Потому-то я и беспокоюсь.

— …

Кирико вынесла зловещий диагноз.

Повисло гнетущее молчание.

Сидзуку вспомнила, что Кирико рассказала вчера о Короле меча семи звёзд Юдае Моробоси.

※※※

— Мощнейшее чувство ответственности? Что ты хочешь этим сказать?

Сидзуку мгновенно превратилась в эдакого дознавателя.

С её точки зрения Кирико просто оскорбила её брата.

Впрочем, у Рыцаря в белом имелись веские основания так говорить.

— Вспомни сестру Моробоси-куна. Полагаю, ты заметила, что она не разговаривает.

— Да. Король сказал, что это психологическая проблема.

— Коумэ-тян перестала разговаривать по вине своего брата.

— Ч-что?!

— Конечно, сама я так не считаю… Чего не скажешь о Моробоси-куне.

И Кирико рассказала, перед кем Юдай чувствовал ответственность, что придавало ему сил.

Шесть лет назад Юдай Моробоси был лучшим юным рыцарем Кансая, известным под прозвищем «Звезда Нанивы».

— На выходных он с семьёй отправился в парк развлечений… Их поезд сошёл с рельс. Думаю, вы слышали об этой трагедии, по телевизору только о ней и говорили.

Сидзуку кивнула: она как раз в тот день была дома и смотрела новости.

— Насколько я помню, погибло несколько сотен человек. Но о том, что и Король там был, я узнала только сегодня от онии-самы.

— Да. Ужасная трагедия, унёсшая много жизней. Моробоси-куну повезло, он выжил… но остался без ног, тогда как сестра, мать и отец отделались лёгкими ушибами и ссадинами.

— Остался?.. То есть совсем?!

— Да. Медицинские капсулы объединили в себе все последние достижения науки и медицины. Они способны на чудо. Они могут присоединить обратно отрубленные руки, ноги и в некоторых случаях даже голову. Но именно что присоединить, а не вырастить из кровавого месива.

То есть медицина была бессильна.

— Саму жизнь Звезда Нанивы сохранил, но… ему пришлось покинуть мир рыцарей перед самым финалом турнира среди лучших учеников младшей лиги. А ведь на него возлагали большие надежды, считали величайшим талантом со времён Якши-химэ и звали кансайским героем.

Наверное, Юдай места себе не находил от горечи и ярости, но уже тогда он не мог передвигаться самостоятельно и тем более сражаться, поэтому смирился с судьбой.

Он посмотрел на ситуацию с другой точки зрения и попробовал вести жизнь обычного человека.

Но…

— Коумэ Моробоси, его младшая сестра, так не смогла.

И причина была очень жестокой.

— Именно она упросила всех сходить в парк аттракционов в тот злосчастный день.

— !.. П-получается, Коумэ-сан!..

— Да, Коумэ-тян обвинила во всём себя.

«Если бы я не настояла на своём, если бы не раскапризничалась, то брат сохранил бы ноги и, что важнее, надежду на блестящее будущее».

Она корила себя так сильно, что однажды её сердце не выдержало.

И Коумэ перестала разговаривать, наказав таким образом себя за капризы.

— Так вот как оно было…

— В отличие от ранений и телесных болезней, болезни душевные — сложная материя. Симптоматика, методы лечения — всё это индивидуальное. Мы, доктора, оказываемся совершенно беспомощны. Однако… кое-кто не опускает руки и ищет лекарство для Коумэ-тян.

Сидзуку и Наги сложили эти слова с недавним упоминанием о чувстве ответственности и получили ответ:

— Король меча семи звёзд Моробоси Юдай, да?

— Да. Однажды он сдался, но болезнь сестры зажгла огонь в его душе… В те годы я занималась исследованиями магии, восстанавливающей утраченные части тела из оставшихся клеток. Как-то раз, менее чем через полгода с момента трагедии, я нашла измученного, грязного, оборванного Моробоси-куна у себя на пороге. Он попросил: «Доктор, верните меня на поле боя».

Юдай сам, не посоветовавшись с родителями, приполз из Осаки в Хиросиму.

— Я согласилась, не раздумывая. Естественно, не из-за энтузиазма, просто мне как раз нужна была подопытная крыса, а тут такое предложение. И-хи-хи, ужасным человеком я была, правда?.. Тогда я думала, что могу всё, что мне всё дозволено. И я уверенно вторглась, так сказать, во владения бога. Ну, взялась отращивать части тела.

— То есть ноги Моробоси-сана…

— Да, они ненастоящие. Я взяла по кусочку от остальных частей тела, расщепила их на молекулы и перенаправила в нужное место.

Сидзуку потеряла дар речи. Она тоже повелевала водой, а потому прекрасно представляла, насколько сильна Кирико.

Вряд ли во всём мире можно было найти трёх блейзеров, которые воссоздали бы ноги с нуля.

Как бы там ни было, Юдай вернул полноценное тело, и отторжения тканей не произошло.

Однако…

— Ты сказала, что вырастила ноги. Но ведь это практически половина от всего организма. Неужели Моробоси-сану не поплохело? — спросил Наги.

Сидзуку, кстати, подумала о том же самом.

— Верно подмечено, — согласилась Кирико. — Да, ему поплохело. Сначала мышечная масса снизилась до критической отметки, затем из-за создания больших и твёрдых бедренных костей резко упала плотность остального скелета, что привело к серьёзному остеопорозу.

После операции Юдай ослаб настолько, что обычным вдохом сломал себе рёбра.

Он никогда не подходил так близко к черте, отделяющей жизнь от смерти.

Но всё только начиналось.

Чтобы не загнуться в ближайшее время, а встать и пойти, Юдай должен был как можно скорее набрать мышечную массу, поэтому Кирико прописала ему курс интенсивных тренировок профессиональных атлетов.

— Естественно, это сказалось на его организме не лучшим образом.

Хрупкие кости то и дело ломались, ослабшие мышцы разрывались, а нервные окончания и размякшие жилы лопались.

Но Юдай, стиснув зубы, продолжал бежать и поднимать гантели.

Конечно, Кирико постоянно исцеляла его магией, но боль никуда не уходила.

Подход за подходом, снова и снова. И так тысячи раз, невзирая на постоянные тошноту и недержание.

Это впору было назвать пыткой.

Именно тогда Кирико получила представление, что такое ад.

И наконец…

— Всего через три месяца пришлось сдаться.

— Конечно, это же сущий кошмар.

— И не «всего», а «целых».

Столь долгое «лечение» выходило за все разумные рамки. Только безумец продолжал бы его.

Вот только…

— Вы неправильно поняли. Сдалась я.

— Э?..

— Сначала я относилась к нему как к крысе и просто вела лабораторный журнал. Но, конечно… Моробоси-кун был не крысой, а человеком, таким же, как я. И, наблюдая за тем, как человек страдает от боли, многократно превышающей порог выносливости… я потеряла рассудок и чуть не сошла с ума. Даже во сне я слышала его крик.

Через три месяца она поняла, что превратилась в дьявола от мира науки и что стоило остановиться.

— Я рассудила, что современные протезы — это чудо инженерной мысли. Да, отзывчивость у них не та, что у своих собственных ног, и магию сквозь них пропускать нельзя. Для рыцарских поединков они не годятся, зато для обычной жизни — вполне. Я предложила Моробоси-куну закончить на этом и провести обратную операцию, вернуть ноги в верхнюю часть тела. И он ответил…

Кирико навсегда запомнила те его слова.

«Доктор, знаешь, что я пъследним услышал от Коумэ? Она плакала и молила меня о прощении. А пътом замолчала. Как думаешь, почему это произошло? Пътому что я жалок и слаб. Поранился я, а виноватой себя посчитала она. „Хочу в парк аттракционов“. Пъдумаешь, каприз! Это же так мило! Я должен сказать, что она ни в чём не виновата, но не могу. Слабак ведь. Поэтому я не остановлюсь до тех пор, пока не верну ноги, силу и статус, пока не докажу делом, что со мной всё в порядке, пока она не простит себя и не загъворит вновь! Поэтому!.. Сколько бы раз ни ломались кости, сколько бы раз ни рвалось мясо, я буду стоять прямо, она не увидит меня согнутым! Таким и должен быть старший брат!» — обильно потея и тяжело дыша, прокричал Юдай.

— Моробоси-кун был настроен завершить курс реабилитации. И он сделал это. Через несколько лет его старания принесли плоды: Звезда Нанивы вернулся в мир рыцарей. Он стал ещё сильнее, чем прежде, и взобрался на самый верх семизвёздного пика. Однако он до сих пор не достиг цели… Король будет выходить на поле боя снова и снова, пока Коумэ-тян не заговорит.

Юдай заговорил с Икки о том, чтобы «выложиться на полную», не из амбиций, а ради сестры.

Братское чувство долга зажгло в его душе огонь и придало сил выбраться со дна преисподней.

И этот огонь ещё не погас…

— Я издавна наблюдала за ним, поэтому имею все основания заявлять, Король меча семи звёзд Моробоси Юдай просто хочет побеждать. Всякими красивыми стремлениями его не взять… Он силён, потому что сражается не ради себя, а ради дорогого ему человека.

◆◇◆◇◆

Прокрутив в голове вчерашний разговор, Сидзуку содрогнулась.

Ради того чтобы сестра снова заговорила, Юдай переборол неизлечимую травму, прошёл через адскую реабилитацию и вернулся в мир рыцарей.

Упорство и решительность делали его экстраординарным человеком.

«Моробоси-сан силён как телом, так и духом. Достаточно крупицы сомнений, и он растопчет тебя… Онии-сама, прошу, держись!» — взмолилась Сидзуку и посмотрела на синие ворота, через которые должен был выйти Икки.

И…

— Ох…

Она заметила невысокую короткостриженую девочку — Коумэ Моробоси, которая тоже смотрела на врата, только противоположные, красные.

«Она такая… грустная».

— Э-э… Внимание всем! Приносим свои извинения за долгое ожидание. Первый бой блока С начинается!

— …

Сидзуку перевела взгляд на арену.

Но в её голове крутилась одна мысль: «Что бы я чувствовала на месте Коумэ?»

Что, если бы из-за неё Икки остался без ног и ради неё прошёл через адские пытки? Что, если бы она могла только смотреть, как он один воюет против враждебного мира?..

— …

Сердце ожгло всполохом жгучей боли.

◆◇◆◇◆

В отличие от товарищей из блока В, рыцари-ученики блока С не опаздывали, так что поединки проходили быстро.

Юдай размялся в комнате ожидания, сел на складной стул и развернул лист бумаги.

«Борись до конца!» — говорили ему округлые милые буквы.

Вчера ему так и не дали вернуться в отель. Посетители шли и шли в «Итибанбоси», мама с сестрой едва справлялись, так что Юдай остался на ночь дома и помог им.

Утром, перед тем как уйти на церемонию открытия Фестиваля, он спросил Коумэ:

— Не хочешь пожелать мне успеха?

Это было их своеобразным талисманом на удачу: перед каждым боем Коумэ подбадривала его.

Сестра как обычно на мгновение опустила взгляд, но сразу же улыбнулась и протянула альбомный лист.

«Как обычно…»

— …

Перечитывая пожелание, Юдай вспомнил как горько, как виновато на него взглянула Коумэ.

«Я понимаю… Ты осознаёшь, что я вернулся к боям ради тебя…»

Безусловно, он никогда не говорил ей о своих мотивах, но родные брат и сестра всегда понимают друг друга.

Коумэ не знала, может ли она отбросить все тревоги и просто болеть за него.

Юдай нежно улыбнулся.

— Глупышка.

«Коумэ, тебе не за что извиняться, ведь ты ни в чём не винъвата. Пора бы тебе забыть обо всех тревогах… Восстанавливайся в своём темпе. Год, два, десять, да неважно сколько. Пока ты не пъймёшь, что ничего у меня не отняла, я… буду побеждать! И тогда у нас всё будет так, как и раньше…»

— Внимание участникам. Третий бой блока С закончился. Начинается четвёртый бой. Куроганэ Икки из академии Хагун, Моробоси Юдай из академии Букёку, просьба подойти к вратам выхода на арену.

— У-у-ух! Ну что, пора подраться!

«Смотри на меня!»

◆◇◆◇◆

— Ну что, в третьем бое первого раунда блока С Дзёгасаки Бякуя отлично показал себя: выбил противника за пределы арены и продержал его там в течение десяти секунд. Прошлогодний финалист оправдывает себя. Эксперт Мурото, ваше мнение?

— Я согласен с вами, но такая «десятисекундная» победа не достойна рыцаря-мага. Я понимаю, что правило введено ради безопасности участников, но я хотел бы видеть развязку именно на арене, ха-ха!

— Понятно. Думаю, многие разделяют ваше мнение. Надеюсь, следующий поединок вас не разочарует! Итак, дорогие зрители, ваше терпение вознаграждено. Начинается, пожалуй, самый ожидаемый бой за сегодня. Поприветствуем на арене четвёртую пару из блока С! — провозгласил комментатор Иида.

Решётки на воротах поползли вверх.

— Первым из красных ворот выходит прошлогодний победитель — третьегодка из академии Букёку Моробоси Юда-ай! Благодаря сверхчеловеческому мастерству во владении копьём и страшной способности растерзывать магию он однажды уже покорил семизвёздный пик! Но не спешите кричать о нечестности! Несколько лет назад перед самым финалом младшей лиги Моробоси пережил один из самых страшных эпизодов своей жизни — он остался без ног. Любой на его месте поставил бы крест на рыцарстве, но только не он! Конечно, на какое-то время Моробоси отошёл от дел, но потом вернулся! Он поборол неизлечимую травму, выбрался со дна преисподней и взошёл на пик нации! Этот стойкий парень познал как взлёты, так и падения! Король меча семи звёзд Моробоси Юдай! И сейчас он вышел на арену, чтобы поставить новый рекорд — дважды победить в Фестивале искусства меча семи звёо-о-озд!!!

В то же мгновение зал взорвался криками:

— Хо-си! Хо-си!

— Вы слышите? Зрители так неистовствуют, что весь «Ванган Доум» ходит ходуном! Да, на родине наш герой невероятно популярен!

Казалось, сама земля повторяла его имя.

Наверное, ни один рыцарь-ученик Японии не мог похвастаться такой славой.

Конечно, Юдай ответил зрителям.

— Ша-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

Он призвал Торао и мощным движением пронзил им небо.

«Можете на меня рассчитывать!» — говорил он всем своим видом.

Возбуждение достигло апогея.

— О-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о!!!

— Вот это да! Моробоси даже глазом не моргнул! Не стушевался! Сколько надежд он несёт на своих плечах! Сколько чувств! Вот это сила! Вот это мужество!

— Этим Моробоси Юдай и поразителен.

— Что вы хотите сказать?

— Как вы, Иида-сан, упомянули, он пережил крайне серьёзную травму. Уверен, о его самочувствии беспокоятся больше, чем обо всех остальных участниках вместе взятых. Однако Моробоси-кун спокоен и собран. Посмотрите, он уверенно несёт на себе такой груз и призывает нас не волноваться за него понапрасну. Кроме того, я особенно хорошо понимаю его, ведь я проходил точно такую же операцию по восстановлению.

— Кстати да, у вас же вместо одной ноги протез.

— Да. Мы, члены КОК, часто теряем конечности и нередко обращаемся к специалистам. Однако мало кто снова обретает полноценное тело, и я не из их числа. Вы знаете, почему?

— Нет. И почему?

— Сама операция с вероятностью в сто процентов заканчивается успешно. Проблемы возникают во время послеоперационного, восстановительного периода. Как вы знаете, недостающие части тел «достраиваются» за счёт остального организма, что приводит к нарушению работы органов, сильному остеопорозу и уменьшению мышечной массы. Чтобы привести себя в форму, надо долго и упорно тренироваться. Но кости ломаются, а мышцы рвутся. Тысячи, десятки тысяч раз. Я, взрослый человек, не выдержал этой боли и уже через три дня с воем и слезами попросил врачей расщепить ногу и вернуть в тело. А вот Моробоси-кун прошёл этот путь до конца и обрёл силу. Обычному человеку не хватит силы духа и воли для такого. Честно говоря… я не могу представить, чтобы храбрый, мужественный Король семизвездья, обладая стальной волей и непревзойдёнными умениями, проиграл кому-то.

— Понятно. Выходит, нам не остаётся ничего иного, как ждать первого в истории двукратного победителя Фестиваля! А теперь на арене появляется первый противник Короля!

Все взгляды обратились к синим воротам, из которых вышел спокойный парень с чёрной катаной в руке.

— Уверен, многие из вас следили за последними новостями! Тогда вы, конечно, узнали его — героя скандала с Багровой принцессой Стеллой! Впервые на арену Фестиваля выходит рыцарь F-ранга. Но не смейте расслабляться! О, я уверяю вас, он очень силён! Единственным ударом он поставил точку во внутришкольном матче с Райкири Тодо Токой, которая в прошлом году доставила максимум неприятностей Королю Моробоси Юдаю. И, говорят, он же одолел Багровую принцессу, рыцаря А-ранга, в неофициальном поединке. Обладатель неординарной силы! Кто-то уже называет его Некоронованным королём меча! Одна из самых перспективных тёмных лошадок турнира! Слабейший маг и сильнейший мечник! Первогодка академии Хагун Куроганэ Икки! Поприветствуем его на национальной арене-е-е-е-е!!!

Зрители снова закричали. Конечно, не так громко, как при появлении Юдая, но ощутимо.

Каждый хотел узнать, что нового привнесёт в Фестиваль неординарный рыцарь, который, несмотря на низший ранг, вышел на одно поле боя с элитой страны.

— Наконец-то Икки вышел на национальную арену, — расчувствовавшись, сказал Наги.

Когда-то его заклеймили презренным, никчёмным неудачником.

Но сейчас его силу признали.

— Да, но онии-сама стремится взобраться ещё выше. Он не может проиграть, — твёрдо заявила Сидзуку и повернулась к Кирино. — Кирино-сан, можешь посмотреть, как там онии-сама?

— Хм-м. Секундочку. — Рыцарь в белом прикрыла левый глаз и направила в правый поток магии. — Медосмотр.

Секунду спустя она слабо улыбнулась.

— И-хи-хи♡ Как я и думала, он настоящий ветеран.

— Как тебя понимать?

— Вся неестественность ушла. Гормональный баланс и кровяное давление немного повысились, появилось возбуждение. Похоже, Куроганэ-кун разобрался в себе, пока ждал своей очереди. Иного я от него не ждала. Не волнуйся, Сидзуку-тян, твой брат в идеальной форме!

Актёры вышли на сцену.

Осталось только дать сигнал.

— Итак! Четвёртый матч первого раунда блока С! Поединок Моробоси Юдая и Куроганэ Икки начинается! Let’s GO AHEAD!!!

◆◇◆◇◆

Не успело эхо от сирены стихнуть, как Икки бросился на Юдая.

— Ого! Куроганэ начинает своё выступление со стремительной атаки-и-и! — удивлённо закричал комментатор.

Зрители заволновались.

«Даже не прощупал почву. Опрометчивый. Небрежный. Нетерпеливый», — вероятно, думали они.

А вот Наги…

— Отличный ход!

— Алиса, что?

— Если бы Икки держал дистанцию, то ничего не добился бы. У него нет дальнобойных атак. Ключ к победе в том, чтобы как можно меньше пострадать и навязать бой на расстоянии удара мечом.

То есть стремительная атака — это один из выходов.

— Копьё объединяет в себе достоинства и недостатки сражений на средней дистанции. На малой же оно не так эффективно!

— Но Моробоси-кун тоже знает об этом. Думаешь, он просто возьмёт и подпустит Куроганэ-куна? — скептически хмыкнула Кирико.

И Юдай действительно занял защитную стойку: чуть наклонился вперёд и направил Торао параллельно полу.

И в тот же миг абсолютно все содрогнулись от инстинктивного страха.

— !..

Сидзуку, Наги и Кирико не стали исключениями.

— Н-ничего себе! Он только приготовился к удару, а какое давление!..

Крики стихли как по мановению волшебной палочки.

Один парень заглушил десятки тысяч людей.

И даже Икки на мгновение замер…

«Эти глаза… Совсем как позавчера, когда Татара-сан застыла. Хаппонирами Моробоси-сана!»

— …

…Но именно что на мгновение.

Стряхнув оцепенение, Икки побежал дальше.

— Куроганэ не отступает! Какая смелость!

— Да, у него храброе сердце. Простой рыцарь на его месте дрогнул бы, но только не Куроганэ, — одобрительно сказал Мурото.

Впрочем, Юдай тоже знал, что его давление не сломит Бездарного.

Спокойно дождавшись момента, когда Икки приблизится на расстояние удара, он взмахнул копьём.

— Си-и!

«Оскалившись», Торао полетел во врага.

Икки сделал шаг назад. Лезвие промелькнуло в считанных миллиметрах от лица и отсекло часть чёлки.

«Мне чуть-чуть не хватает скорости».

Зал встретил контрвыпад восторженными аплодисментами.

— В-вот это быстрота!!! Даже здесь мы услышали свист рассекаемого воздуха! Куроганэ вынужден отступить! Один удар — и его атака развеяна!

— Не один.

— Что?

— Приблизьте грудь Бездарного рыцаря.

Иида увеличил изображение от камеры, и на большом жидкокристаллическом экране отобразилась дыра в одежде Икки.

— Н-ничего себе!.. Моробоси рассёк одежду и уколол Куроганэ!

— Да. Включая отрезанные волосы, получаем три выпада. Это Санрэнсэй[*], его стиль. Король наносит три удара, но так быстро, что для нас с вами они сливаются в один. Вы помните о его способности развеивать магию, биче всех блейзеров? Все принимают её за основную угрозу, но я считаю, что сильнейшее оружие Моробоси Юдая — это мастерское владение копьём. Сойтись с ним в бою на короткой дистанции практически невозможно. Вы увидите, сейчас Бездарный рыцарь начнёт осторожничать и больше не будет атаковать в лоб, — уверенно сказал Мурото.

Копьё предназначено для сражений с врагами, которые стоят на прямой линии, поэтому бросаться на копейщика — чистой воды самоубийство.

Если всё-таки решил взять на испуг, но не получилось — зайди во фланг.

Ситуация прямиком из учебника.

А потому… следующее действие Икки ошарашило всех.

Он прогулочным шагом подошёл к Юдаю и остановился, когда их разделяло около полутора метров. То есть в зоне поражения копья, но не меча!

— Ч-чего-о-о-о-о?! Что задумал Куроганэ?! Он как будто просит насадить его на копьё! — изумился комментатор.

Со стороны это и правда было похоже на провокацию.

— Хоси-и! Он недооценивает тебя! Размажь его!

— Что этот токийский прыщ о себе возомнил?! Врежь ему!

Некоторые зрители разразились гневными криками.

И Юдай послушался.

— Моробоси атакует серией Санрэнсэев! Сейчас наглец ощутит королевский гнев!

Неразличимые невооружённым глазом выпады обрушились на Икки с плотностью пулемётного огня.

Можно было даже не пытаться уклониться. Однако…

— Н-нет попаданий! Ни единого! Сверхбыстрые Санрэнсэи улетели в «молоко»! Куроганэ показал мастер-класс! Он так элегантно смещался из стороны в сторону, что я бы назвал его движения настоящим танцем!

Переступая влево-вправо, Икки увернулся от всех ударов так просто, будто их наносил новичок.

Он не зря остановился за полтора метра до Юдая.

Несмотря на огромную скорость, Санрэнсэй во всём уступал Мгновенному расчёту Пожирателя мечей.

Благодаря сверхчеловеческой быстроте реакции Кураудо практически одновременно наносил восемь ударов. Ни один глаз не поспевал за ним, чего нельзя было сказать о Юдае.

Икки спокойно просчитывал траекторию выпадов и пропускал их мимо.

Секунд десять спустя Юдай резко прервал связку ударов и отскочил далеко назад. Видимо, он понял, что такой «размен» ни к чему не приведёт.

— Моробоси не выдержал и отступил! Вот это поворот! Куроганэ Икки сделал Королю ответный подарок и вынудил его отойти, не совершив при этом ни одного удара!

— К-какого?..

— Не может быть!

— Ух ты-ы-ы-ы! Он точно F-ранга?

— Круто-о-о-ой!

— Вы слышите эти крики? Зрители в полном восторге!

— Вы же не думали, что Куроганэ просто так занял место среди представителей своей академии? Он одолел прошлогодних участников Фестиваля: Охотника и Райкири. Признаюсь честно, я впервые вижу рыцаря-ученика, который действовал бы столь быстро на средней дистанции. Однако… наши участники ещё не показали себя во всей красе, — негромко добавил Мурото.

И это была чистейшая правда.

Оттеснённый Юдай улыбнулся кончиками губ и сказал:

— У тебя стальные нервы, раз ты решил размяться за мой счёт. Ну? Как себя чувствуешь?

— О, большое тебе спасибо. Я всё понял…

Пока что ни один из них не атаковал другого всерьёз.

Икки затеял всю эту возню с Санрэнсэем, чтобы проверить, будет ли цепенеть тело, а Юдай подыграл ему, за что и получил благодарность.

— Сегодня я в идеальнейшей форме.

«Ноги откликаются мгновенно, тело резко изменяет направление, глаза видят превосходно, а сердце не замирает в испуге. Вчерашние проблемы исчезли, а значит я смогу! Победа будет моей!»

Икки впервые поднял Интэцу, намереваясь именно напасть.

Юдай довольно кивнул.

— Красава. Тогда поблажек больше не будет. Я выложусь на полную.

Источаемое им давление усилилось в разы.

Некоторым зрителям пришлось отвернуться: им стало трудно дышать.

«Это ничего не меняет. Я не зря пересматривал видео с твоим участием, Моробоси-сан, а потом сошёлся с тобой в прямом бою… У твоего стиля есть один огромный изъян!»

◆◇◆◇◆

— О, Куроганэ-кун приободрился. Похоже, нашёл брешь, — наблюдая за боем по телевизору, сказала Тока.

— Брешь?

— Да. Наверное, заметил в видеороликах и проверил вживую.

— Я тебя не совсем поняла. Что за брешь в Моробоси-сане?

— Кана-тян, скажи, что в твоём понимании означает «атака копьём»? — задала ответный вопрос Тока.

Каната немного подумала.

— Укол, конечно.

— Ты права, это колющее оружие, но… у него есть ещё и дуговой удар, который не даёт врагу подойти слишком близко.

«Клинком» копья можно назвать только его наконечник, поэтому дуговой удар на первый взгляд будет не так эффективен, как при исполнении его мечом.

Однако не стоит его недооценивать. Благодаря центробежной силе клинок, насаженный на жёсткий стержень длиной чуть больше метра, легко разрубает кости.

Одна китайская школа боевых искусств даже учит драться в основном древком, а колющими выпадами загонять врага в ловушку, вынуждать уклониться.

— С самого своего возвращения в мир рыцарей Король ни разу не использовал дуговые удары. Конечно, и в поединке со мной тоже.

— М-м… А я и не обращала на это внимания, — изящно подняла брови Каната. — Но почему? Моробоси-сан считает, что уколов ему хватает?

— Конечно, они сильны. Минимум движений и максимум скорости и пробивной мощи, потому что удар приходится в одну точку. А Санрэнсэй вообще не даёт противнику опомниться. Можно сказать, это сильнейшая атака. Как ты и сказала, Моробоси-куну ни к чему дуговые удары… если только против него не стоит настоящий мастер. Например, Куроганэ-кун.

Как бы стремителен укол ни был, его область поражения — это малюсенькая точка. В отличие от широких взмахов, он не может удержать оппонента на расстоянии.

Опытный рыцарь без труда просчитает траекторию атаки, увернётся и, воспользовавшись тем, что копейщик подастся вперёд вслед за оружием, нанесёт ответный удар.

— В кендо это называется «мёртвый меч».

— Хочешь сказать, Куроганэ-сану хватит скорости переиграть Моробоси-сана?

— В обычных условиях так и было бы, — нехорошо — что было редко для неё — улыбнулась Тока.

— В обычных?

— К сожалению, Куроганэ-кун сражается не с простым рыцарем. Если он построил такую же логическую цепочку, как и я сейчас, то… его ждёт боль. Как в своё время она ждала меня.

И в тот же момент…

— Ого-о! Куроганэ снова идёт в атаку!

Дуэль в Осаке возобновилась.

Убедившись в отсутствии страха, Икки молниеносно сократил дистанцию, чтобы воспользоваться обнаруженной брешью.

— Однако Моробоси не пускает его и отвечает Санрэнсэем!

Юдай, конечно, попытался перехватить его на подходе, но…

«Один!»

Икки шагнул вправо, уходя от летевшего прямо ему в бровь Торао.

«Два!»

Удар в сердце он пропустил с другой стороны.

Конечно, техника тройного удара поражала воображение, но в конечном итоге она была результатом упорных тренировок, а не врождённым качеством наподобие Мгновенного расчёта.

«Она мне по зубам. Так, два есть, остался один! А потом Моробоси-сан прервётся, чтобы сделать вдох!»

Скорее всего, Юдай мог сделать только три удара на одном дыхании, поэтому Икки решил атаковать на последнем.

«Уклонюсь, подойду на расстояние удара и открою счёт! Перехвачу инициативу, пусть и не сразу! Ага, целит в бедро. И… сейчас!»

Главное — ненамного отклониться в горизонтальной плоскости, и тогда любой, даже самый быстрый укол пройдёт мимо.

Икки сделал ещё один шаг влево и ускорился.

«Пробегу мимо и рубану по тор…»

Но не успел он додумать, как увидел нечто невозможное.

Остриё Торао изогнулось, будто преследующая добычу змея, и последовало за ним.

— У-у-ух?! — выдохнул Икки и тотчас отпрыгнул, разрывая дистанцию.

Тем не менее, за риск пришлось заплатить.

— Во-о-о-о-о-от это да-а-а-а! Мы все видели, как Куроганэ шикарно уклонился от трёх ударов, а Моробоси ушёл в глухую оборону! Но что теперь? Преимущество потеряно! Более того, Моробоси ранил Куроганэ в ухо! Первое попадание за Королём меча семи звёзд Моробоси Юдае-е-е-е-ем!!!

Зал взорвался криками и овациями.

Икки же, не обращая внимания на кровь, пришёл в замешательство.

«Э-это что за укол такой был?! Я ни разу не видел, чтобы Торао так изгибался! Сколько смотрел видео, даже изъян обнаружил, но такого не было! Может, новый приём?.. Нет, тогда кое-что не сходится. Комментатор не сказал о нём ни слова. Или же он просто… не увидел его?»

◆◇◆◇◆

Икки угадал: никто не заметил, как копьё изогнулось.

— Ах, такой шанс упустил! А ведь хорошо шёл! — воскликнул Наги. — Жалко. Ещё бы чуть-чуть…

Он говорил так только потому, что видел лишь запоздалый отскок в исполнении Икки и простой удар Юдая.

Король намеренно ограничился уколами и расставил тем самым капкан. Его противник попал в западню и напоролся на неожиданную атаку.

Так считали и все остальные, кроме…

— Жалко ли? — засомневалась Сидзуку.

— Чего?

— Посмотри на онии-саму.

Даже издалека они различали смятение на лице Икки.

— Обычная рана не напрягла бы его так сильно. Нет, мы чего-то не увидели. Чего-то, что сделал Моробоси-сан.

А Тока предвидела это с самого начала: в прошлом году она сама оказалась в такой ситуации.

— Всё-таки воспользовался. Правда, меня он глубоко ранил в бок.

— М-м, председатель, у этого колющего удара есть какой-то секрет? Я увидела лишь то, как Куроганэ-сан уклонился от последнего выпада Санрэнсэя и был ранен.

— Я уже говорила, что недостаток укола — крошечная область поражения. Уклониться от него легко. Но Моробоси-кун переворачивает все эти представления с ног на голову. Его Торао изгибается вслед за противником.

— И-изгибается?

— Да. Благодаря преследующему уколу Моробоси-кун ликвидирует этот недостаток.

— Н-но, председатель, я не заметила, чтобы его копьё изгибалось. Кроме того… способность Моробоси-сана не имеет ничего общего с изменением радиуса поражения. Как известно, один блейзер — одна сила. Сомневаюсь, что благородное искусство Моробоси-сана позволяет ему управлять девайсом, как это делает Пожиратель мечей.

— Конечно, ты не заметила. Само копьё и не изгибалось вовсе. Это не благородное искусство, а простая техника, как и Санрэнсэй.

— ?..

— Как бы там ни было, первое попадание позволило Моробоси-куну захватить инициативу. У Куроганэ-куна критический момент.

— И Король бросается в наступление! — закричал Иида.

◆◇◆◇◆

«Увидел моё смятение и напал, пока я не опомнился? Молодец, что!» — саркастично подумал Икки.

— Си-и!

Юдай ткнул копьём ему в ногу.

«Обездвижить меня пытаешься? Ладно, твоя взяла. Уйду в оборону и верну ритм уклонений!»

Приказав себе успокоиться, Икки отступил на полшага.

Неостановимое остриё Торао со свистом рассекло воздух и, не найдя цели, вонзилось в каменный пол…

«Ага, открылся!..»

…Внезапно развернулось и полетело ему в лицо!

«Уа-а-а-а-а!»

Икки едва успел отклонить голову, и лезвие слегка оцарапало щеку.

«Теперь я точно уверен, что Моробоси-сан меняет направление ударов. Но я без понятия, как!»

Твёрдые древко и наконечник гнулись, словно глина.

Если вначале и оставались какие-то сомнения, то последняя атака развеяла их.

Больше Юдай не атаковал «нормально». Торао гнулся влево, вправо, вверх и вниз, жёлтой змеёй преследуя Икки.

«Это безумие! Если так и буду увиливать, он нанижет меня, как на вертел!»

Пришлось отступить ещё дальше.

— Что происходит с Куроганэ? Ещё недавно он красиво пропускал удары мимо себя, а сейчас позорно отходит всё дальше и дальше! Он как будто испугался и решил убегать!

«А я и решил убегать!» — невесело усмехнулся Икки.

Иида забыл одну вещь: отступление — это не поражение, а способ избежать поражения.

Как бы некрасиво оно ни выглядело, цель у него одна — победа.

Тем более Икки ни в коем случае не боялся. Он наблюдал и, анализируя полученную информацию и сопоставляя с уже имеющейся, решал загадку преследующих уколов.

«Если верить комментатору, никто не видит, как гнётся копьё. Иначе он бы не критиковал меня за отход, а восторгался загадочной техникой. В принципе, её механизм понятен…»

— Ну, Куроганэ, ты чего убегаешь? Так победы тебе не видать!

Сверкнула сталь, с шумом рассекая воздух.

И тут Икки поймал себя на том, что таинственный приём занял все его мысли и приковал его взгляд к острию.

«Но это неправильно. Следить нужно не за наконечником, а за руками!»

В тот же миг всё стало на свои места.

Когда Юдай исполнил очередной удар, Икки уловил, как он изменил угол локтей и захват и изменил траекторию полёта.

«Так я и думал! Мне казалось, что копьё гнётся, но оно оставалось прямым, просто очень резко меняло направление!»

Исполнить выпад, резко сместить оружие в сторону и пронзить цель — вот и весь фокус.

Другое дело, что делать всё это нужно очень быстро, чтобы три удара слились в один. Мозг не успеет обработать такой массив информации.

«Выходит, Моробоси-сан впечатал эту технику в плоть, кровь и кости в процессе долгих суровых — на грани человеческих возможностей — тренировок… Его уколам не требуются осознанные команды нервной системы, они убивают врагов на подсознательном уровне. Непосвящённому человеку его техника покажется магией».

Король меча семи звёзд практиковал стиль под названием Хокибоси[*].

«Поразительно! Его техника превосходит пределы человеческого организма. И это результат титанических стараний, а не врождённое чувство, как у Курасики-куна. Хм, я даже как-то зауважал Моробоси-сана по-новому. Можно сказать, он мой товарищ на пути боевых искусств, — подумал Икки. — Моробоси-сан даже недостаток колющих атак использовал себе на благо. Я рад, что попал на Фестиваль и вышел на бой против такого рыцаря. Но!.. Одного лишь боя мне будет мало!»

Он раскрыл суть Хокибоси — нападение на уклонившегося, а потому беззащитного противника — и отделил от него чистую технику копья.

Теперь можно было и атаковать!

— Ведь я могу просто не уклоняться!

— ?!

Икки резко изменил стратегию.

Он отбил Торао, летящий ему в горло, и, держа Интэцу в защитной стойке, медленно пошёл на Юдая.

— Гх?!

Тот ответил Санрэнтэем в связке с Хокибоси.

«Ха! Это простой колющий удар!»

Лёд тронулся.

Отмахиваясь мечом, Икки медленно сокращал дистанцию.

— Вы посмотрите! Куроганэ сменил тактику! Он завязал с уворотами и предпринял центральный прорыв! Он уверенно идёт на сближение, отбивая ливень стальных снарядов! Вокруг него рассыпаются фонтаны искр!

Юдай впервые за весь бой заволновался.

Любой другой рыцарь, конечно, мог раскусить механику Хокибоси, но от Санрэнсэя бы не защитился.

Икки спасало его «сёмакё». Проницательный взгляд и Копирование стиля помогли ему в общих чертах считать стиль противника. Тут Юдай сам недосмотрел: слишком увлёкся преследованием.

— Ха-а!

— Моробоси изо всех сил размахивает копьём, но Куроганэ не останавливается! Он движется вперёд! И отбивает все удары!

— Король попал в затруднительное положение. Копьё обладает преимуществом на средней дистанции. Вплотную же его боевая мощь падает минимум наполовину! Чтобы не проиграть, Моробоси должен любой ценой оттеснить Куроганэ!

Как бы Юдай ни ускорялся, Икки просчитывал все выпады и уверенно отражал их.

Сближение было вопросом времени. На расстоянии удара мечом Бездарный практически никогда не ошибался.

И вот настал тот момент, когда осталось сделать всего один шаг. Шаг до победы!

— Чёо-о-о-о-орт!

Юдай отчаянно ударил Санрэнсэем, но ничего не добился.

Копирование стиля сделало своё дело.

Хватка, угол локтей, направление взгляда — Икки подметил все аспекты, молниеносно просчитал траекторию атаки, отбил первый и второй удары и одновременно с третьим сделал последний шаг!

— Куроганэ наконец-то зажал Моробоси на дистанции меча!

— Хоси-и-и-и! Беги-и-и! — закричал кто-то.

Но Юдай не мог.

Санрэнсэй и Хокибоси, сверхскоростные подсознательные техники, исполнялись на чистых рефлексах.

Оставался третий удар, и Король должен был исполнить его.

Рука пошла вперёд.

Икки уже видел траекторию, по которой полетит Торао.

«Я не ошибусь! Отмахнусь от последнего Санрэнсэя и смогу контратаковать, и тогда победа!..»

Но тут…

«Нет, стоп! Дело дрянь!» — молнией мелькнула мысль.

А затем произошло нечто невероятное.

Зажатый Юдай вонзил в плечо Икки Торао и отбросил его прочь.

◆◇◆◇◆

— Чего-о?! Ч-что это было?! Куроганэ побеждал и-и-и… внезапно был ранен! Моробоси ударил его в плечо и отбросил далеко от себя!

— Не может быть! Онии-сама не мог ошибиться! — растерялась Сидзуку.

Наги же стал белым, как бумага.

— Сидзуку, посмотри на Интэцу! — закричал он, тыча пальцем.

— Н-не может быть!..

— Как?! Как это понимать?! Интэцу, девайс Куроганэ, лишился части клинка! Его как будто откусил огромный зверь!

Воплощение души Икки сильно пострадало.

— Что произошло?! Но ведь не то что сломать, согнуть девайс можно только колоссальной силой!

Иида тоже недоумевал. За всю свою карьеру комментатора рыцарских боев он максимум пять раз видел, как ломаются или трескаются девайсы — сверхплотные скопления магии.

— Исключение может быть только одно! — возбуждённо прокричал Мурото.

— Исключение?

— Да. Присмотритесь к Торао Короля!

Только сейчас все обратили внимание за золотистое свечение, окутавшее копьё. И это означало, что…

— В-выходит, Король незаметно активировал Тигриный укус!

Сильнейшая способность Юдая развеяла даже Кусанаги Императора ураганного меча.

— Н-но почему сейчас?! Куроганэ же не пользовался благородными искусствами… — Голос Ииды сошёл на нет, а сам он округлил глаза. — Н-неужели?..

— Вижу, вы поняли. Да. Тигриный укус не стирает благородные искусства, он развеивает заложенную в них магию. А магия — это не только благородные искусства. Само оружие блейзеров, их девайсы, тоже состоит из магии! Похоже, Моробоси за последний год овладел страшной силой. Если раньше его Тигриный укус стирал заклинания, то есть частицу магических сил блейзера, то сейчас… он растерзывает и пожирает сами девайсы, то есть наиплотнейшую форму воплощения магии!

Даже Тока в далёком Токио сбилась с дыхания.

— Не, ну это уже!..

— Председатель… Судя по всему, у Куроганэ-сана проблемы, да?

— Не то слово.

«Проблемы — это ещё мягко сказано».

Девайс — это душа блейзера. Его разрушение сопряжено с мощной ментальной атакой, от которой легко можно потерять сознание.

Если Тигриный укус умеет пожирать их, то прямое сражение с Юдаем…

«Это всё равно что протянуть ему своё сердце и попросить: „Убей меня“».

К счастью, на этот раз всё обошлось. Но больше подставлять Интэцу нельзя.

«Куроганэ-куну больше нечем ответить. Он совершенно утратил инициативу!»

Тока и Каната в Токио, Сидзуку, Наги и остальные в Осаке — все испугались грозного благородного искусства.

Все, кроме Икки. Он испугался самого Юдая.

«Это страшный человек!»

Конечно, в теории могущественный Тигриный укус позволял своему владельцу выиграть турнир на нём одном, однако Юдай так не поступил.

Он не позволил силе затмить разум и скрупулёзно составил масштабный план.

Санрэнсэем он подманит Икки на расстояние удара и, воспользовавшись изъяном колющих ударов, обрушит на него Хокибоси. Икки подумает, что его поимели, а изъян Санрэнсэя — это ловушка, расставленная ради Хокибоси, коронного приёма. Но затем он — способный рыцарь, тяжёлым трудом добывший путёвку на Фестиваль — поймёт: Хокибоси не так страшен, как кажется на первый взгляд, его можно отбить, если не уклоняться.

Икки на самом деле выстроил такую цепочку мыслей и с затаённым торжеством атаковал Юдая… то есть стал играть по его сценарию.

Но Хокибоси не был коронным приёмом. Юдай отвёл ему единственную роль — быть наживкой, на которую клюнет противник и попытается отбить Торао катаной.

А он тем временем активирует Тигриный укус и атакует девайс, слабое место любого блейзера!

«Я полагал, что владелец такой силы должен быть более… прямолинейным, а не строить хитрые планы и подбираться к слепой зоне врага. Хорошо, что я провёл параллель между благородными искусствами и девайсами и вовремя отступил, а то уже проиграл бы».

— Вот досада. Ещё бы немного, и я сожрал бы твою тупую железку.

— Кх!..

Волнения как не бывало. Юдай стоял в расслабленной позе и, дерзко улыбаясь, смотрел на раненного в плечо Икки.

«Вот теперь я уяснил. Моробоси Юдай только кажется грубоватым, так-то он страшно умный. Каждое его действие было нитью, опутывающей меня. Я думал, что бью по брешам в обороне, но на самом деле всё сильнее и сильнее увязал в его сетях».

Юдай самым тщательным образом составлял многоуровневые планы.

«Так далеко…»

Разделявшие их пять метров сейчас казались непреодолимой дистанцией.

«Вот насколько простирается зона поражения Короля, лучшего рыцаря-ученика Японии?»

◆◇◆◇◆

— Ой, как скверно, — пробормотал Наги.

Оба участника вновь отскочили друг от друга и оказались в тупиковой ситуации.

Из-за Тигриного укуса Икки больше не мог отбивать Торао катаной, то есть остался без контрмер.

Зрители не подозревали о существовании Хокибоси, но Бездарный, очевидно, бегал по арене не просто так.

Он дважды ставил Короля в, казалось бы, безвыходное положение, и дважды тот вырывался на свободу. Он атаковал и ещё ни разу не задел противника.

Юдай Моробоси правил балом.

Сидзуку хмуро кивнула и негромко спросила:

— Неужели он так и будет играться с онии-самой?

— С чего ты взяла?

Сидзуку резко обернулась и увидела высокую женщину в деловом костюме.

— Директриса…

Куроно Сингудзи подошла к ним и, затянувшись сигаретой, объяснила:

— Конечно, со стороны кажется, что Моробоси с ним играет. И он действительно с самого начала перехватил инициативу. Однако поединок складывается совсем не так, как он планировал. Сдаётся мне, он только внешне выглядит спокойным.

— Что вы хотите сказать?

— Моробоси соорудил многоуровневую ловушку, где отвёл Тигриному укусу роль жирной точки. То есть он считал, что к этому моменту уже победит. Но что мы имеем? Бой продолжается. Куроганэ вовремя осознал, что Моробоси изначально целился в Интэцу, и защитил его собой.

«Второй раз этот ход не пройдёт. Икки больше не станет принимать удары Торао на Интэцу», — имела она в виду.

— То есть смекалка Икки рассекла все хитросплетения сети, в которую его с первой секунды матча заманивал Моробоси, — подытожил Наги.

Получается, всё вернулось к началу… Нет, Юдай раскрыл слишком много карт и остался в проигрыше.

— Ко всему прочему, обводить людей вокруг пальца не один Моробоси горазд, — добавила Куроно.

Безусловно, Икки её не слышал, но — вот совпадение! — думал о том же самом.

— Чего-то такого я и ждал от Короля, Моробоси-сан. Ты не перестаёшь удивлять меня.

— Только не вздумай звать меня трусом. Бить в слабые места — стандартная схема.

— Конечно, не буду. Знаешь… мне и самому такой стиль по душе. — Икки поднял голову и озорно, как мальчишка-сорванец, улыбнулся. — На этот раз моя очередь удивлять.

Он и сам превосходно умел водить противников за нос с помощью боевых искусств.

«Мне гордость не позволит проиграть в этом противостоянии „обманщиков“. Я должен как минимум ошарашить тебя, Моробоси-сан!»

Икки уже придумал, каким финтом обставит Юдая и закончит бой.

◆◇◆◇◆

— Ого-о! Куроганэ провоцирует Моробоси! Король показал ему, на какой высоте расположен семизвёздный пик, но он не сломался! Не дрогнул!

— Красава, Куроганэ! Отличный настрой! Не смей проигрывать!

— Икки-кун! Не сдавайся!

Зрители подбадривали его.

Юдай же серьёзно задумался.

«Блефует? Нет, он не такой. Но тогда что?.. От Хокибоси ему защищаться нечем. Отбивать Тигриный укус девайсом — самоубийство, проще просто сдаться. А Итто Шура по сравнению с Кусанаги так вообще будет мне на один зуб. Да и временное ограничение у неё».

Он даже представить не мог, что давало Икки такую уверенность, и поэтому…

«Я сгораю от нетерпения!» — задорно улыбнулся он.

— Ха, ну давай, попробуй!

«Покажи, до чего я не додумался! Я же почувствую себя проигравшим, если не увижу его!»

Юдай расслабил плечи и направил остриё копья на Икки.

— Только не прибегай к какой-нибудь банальщине. Мы, осакцы, терпеть её не можем.

— О, я уверен, тебе будет весело, — ответил Икки, пригнулся и напружинился. — Ну… погнали!

Распрямившись, он стрелой полетел к Юдаю.

— И Куроганэ бросается в атаку! К-как быстро! Точно так же, как и в самом начале матча! Семизвёздный пик уже дважды отразил его! Это третья попытка! Говорят, третий раз счастливый, и сейчас мы увидим, так ли это! — закричал Иида.

Зрители тоже заволновались. Им не терпелось узнать, что такого приготовил Бездарный.

— Нет, он, безусловно, быстр, но это уже было! — возразил Мурото, профессиональный рыцарь-маг.

Икки по-прежнему пёр напролом, как кабан.

Юдай скривился.

«Ты не учишься на своих ошибках. Опять пошёл в лобовую? Даже без Итто Шуры? Я же тебе показал, что через Хокибоси так просто не пробиться. Третий раз на те же грабли. Где твоя изобретательность?!»

— Куроганэ, я тебя предупредил! Будет банальщина, я тебя просто так не оставлюу-у!

Он ринулся навстречу и нанёс колющий «преследующий» удар.

— Растерзай и пожри! Тигриный уку-у-у-ус!!!

Заряженный антимагической способностью Торао превратился в неостановимую вспышку света.

Икки… как и до этого, отскочил вправо. С точки зрения Юдая — влево.

Наконечник вытянулся в ту сторону и вонзился парню в горло.

И… Икки растворился, будто призрак.

«А?!»

От изумления Юдай потерял дар речи, но через мгновение увидел, как настоящий Икки заходит с другой стороны.

«Ч-чего-о?!»

— Какая досадная оплошность! Моробоси промахивается! Это серьёзная ошибка! Серьёзная базовая ошибка!

Иида ошибался. Это не Юдай сглупил, а Икки красиво сыграл.

Наги и Сидзуку сразу узнали одну из изобретённых им техник.

— Сидзуку, это же…

— Да! Я уверена, что это было Синкиро, которое он использовал против Аяцудзи-семпай!

Четвёртое тайное искусство — Синкиро.

В его основе лежало внезапное изменение темпа бега, благодаря которому Икки создавал фантом, одурачивающий противника. Только на этот раз не впереди, а сбоку.

«Вот чертяка! Подловил меня на послеобразе!»

Юдай не был бы первоклассным рыцарем, если бы тотчас не взял себя в руки. Он быстро проанализировал обстановку и выбрал лучшую контрмеру из возможных.

«Вернуть Торао не успею. Придётся уколоть древком… Хотя так тоже не успею».

Икки воспользовался тем, что Хокибоси преследовал противника, и натравил его на иллюзию, а сам зашёл в слепую зону и приблизился на расстояние удара мечом.

Королю уже ничто не могло помочь.

Интэцу приближался слишком быстро.

Юдай уже смирился с поражением, как вдруг…

Рука ощутила отдачу, а древко ударило Икки в щеку и отбросило его.

— О-о-о! Вот это мастерство! Моробоси понял, что промахнулся, и тут же исполнил укол древком! Куроганэ зашёл было слева, но наткнулся на глухую оборону-у! Очередная неудача! Наш Король окружён непробиваемой стеноо-о-ой!!!

Болельщики разразились аплодисментами, но Юдай не слышал их.

«Нет… В том-то и дело, что я сейчас ничего не сделал! Как бы я ни старался, я был медленнее Куроганэ! А он в решающий момент не налажал бы так глупо. Неужели…»

Он вспомнил, как Икки вчера замер перед Омой.

«Не зря мне показалось, что он испугался. Всё-таки, Куроганэ, с тобой что-то не так, да?!»

Юдай был абсолютно прав.

◆◇◆◇◆

Удар древком вышел мощным. Мозг в черепной коробке заметался из стороны в сторону, перед глазами поплыли чёрные круги.

Однако Икки было не до этого.

«Снова!..»

Загадочный симптом, проявивший себя в схватке с Омой, опять выплыл наружу.

Предельно сосредоточившись, Икки уже почти зарубил Юдая, но в самый ответственный момент тело оцепенело.

«Чёрт. Да что со мной не так?.. „Неужели ты думал, что сражение с сильнейшим мечником пройдёт для тебя бесследно? Пусть тело не пострадало, но душа должна была…“ Я что, правда сломался?! Не заметил, как страх перед Эдельвейс-сан отравил меня?»

Хуже всего то, что Икки сам не был уверен, что это за столбняк и откуда он взялся.

Естественно, друзья заметили, что у него возникли проблемы.

— Что это сейчас было? Икки идеально вышел на добивающий удар, но, как мне показалось, внезапно замедлился, — сказал Наги.

— Тебе не показалось. Моробоси-кун ответил очень быстро, но я успела заметить, что Куроганэ-кун действительно замедлился, — поддержала его Кирико.

— И-и всё-таки онии-сама напряжён…

— Нет, вовсе нет, — покачала головой Кирико. — В таком случае его движения притупились бы намного раньше, а твой брат не из тех рыцарей, кто позволяет нервозности взять верх. Если бы он был в плохом состоянии, то и сражался бы плохо с самого начала… Так что, думаю, всё очень серьёзно.

— Ч-что значит «серьёзно»?! С онии-самой что-то происходит?!

— Если я не ошибаюсь, раны тут не при чём. А я не ошибаюсь, потому что осмотрела его. Он в идеальном состоянии, а все эти удары и порезы… ну, не слишком критичны. Предположу, что проблема в голове. Я не специалист по психическим расстройствам, но я слышала, что практиканты боевых искусств страдают так называемой «боязнью пропустить удар». Это когда ты испытываешь непреодолимый страх перед ударами противника и застываешь на месте. Страшная болезнь, она губит спортивные карьеры.

— Хочешь сказать, онии-сама заболел ею?! — От волнения Сидзуку сорвалась на крик.

— Успокойся, я же сказала, что это не моя специализация. Я просто предположила… Но, насколько я помню, он проиграл сильнейшему мечнику мира Двукрылой Эдельвейс, так?

— !..

Сидзуку побледнела: она всё поняла.

Икки был силён, но не настолько, чтобы сразиться с первым рыцарем мира и выйти из боя невредимым.

— Я не удивлюсь, если его рана… скажем так, нематериальная.

— Д-да ну!..

— Я согласна с Кирико-сан… Кроме того, даже если это не боязнь пропустить удар, с Икки творится что-то неладное. У него разве что на лбу это не написано.

Икки так сильно старался сохранить невозмутимый вид, что правда сама выплывала наружу.

Он находился в крайнем смятении.

— …

Куроно молча смотрела на арену.

«Нет, это не ПТСР, не страх перед ударом».

Она с первого взгляда поняла, в чём дело. Нет, даже не поняла… а предвидела ещё с тех пор, как Икки сразился с Эдельвейс.

«Его рыцарская карьера вне опасности. Однако… он и правда замедлился, что уже отметил Моробоси. И это очень, очень плохо».

◆◇◆◇◆

«Куроганэ, ты изо всех сил удерживаешь на лице маску спокойствия, но я же вижу. Ты такой же, как и вчера. Ты сам ничего не понимаешь, оттого не знаешь, что делать».

Юдай вздохнул.

Он хотел победить Некоронованного в идеальной форме и доказать Коумэ, что выздоровел.

«Но мы уже на арене. А увидеть слабость и не воспользоваться ею — проявление крайнего неуважения к врагу. Мне правда очень жаль, но не жди пощады. Это фатальная брешь, и я ударю по ней в полную силу. Не вини меня потом!»

И он без колебаний атаковал.

— Куроганэ до сих пор не отошёл от удара по голове, но Моробоси уже нападает! Положение безвыходное! Выдержит ли Некоронованный и прорубит ли путь к победе?!

Глава 4. Поединок Короля и Некоронованного. Завершение

— После неудачного для Куроганэ удара древком бой принял односторонний характер. Куроганэ заметно замедлился и стал пропускать больше уколов! Арена покрыта кровью! Положение просто ужасное! Боюсь, судья вот-вот остановит бой!

Не поместившиеся в Ванган Доум зрители заполнили город-призрак и уткнулись в наладонники, где шла онлайн-трансляция Фестиваля.

— Всё, можно уже не смотреть, — сказал один их них, и все его поддержали.

Даже дилетанты понимали: Бездарный рыцарь попал в переплёт.

— Ага. Сначала Бездарный держался бодрячком, но теперь сдулся. Только и делает, что убегает.

— Так ведь Моробоси силён.

— Ха-ха. А то. Он же Король! Какой-то эфке он не проиграет!

— Нет. Победит Икки, — внезапно озвучили иное мнение.

— Э?

Люди обернулись но никого не увидели. Лишь некоторые обратили внимание на девушку с огненно-красными волосами, которая вошла в Ванган Доум.

— Что?.. Не может быть! Это сейчас была она?!

◆◇◆◇◆

— Ого! Куроганэ получает удар копьём! Снова в бедро!

— Неудачный исход. Теперь Бездарный будет ещё медленнее. Пора бы судье остановить бой.

— Как странно… — проговорила Тока, наблюдая за матчем по телевизору.

— Да. Почему Куроганэ-сан внезапно сбавил обороты?

— Ты не так поняла. Конечно, Куроганэ-кун меня тоже волнует, но я имела в виду Моробоси-куна.

— Что? Почему? — недоуменно спросила Каната.

— Я насчитала три момента, когда Моробоси-кун мог нанести решающий удар. Однако он этого не сделал.

«Это так странно, что даже неестественно».

— Может, издевается?

— Он не из таких людей. Потому я и удивляюсь.

«Моробоси-кун как будто боится чего-то, — про себя добавила Тока. — Что же он видит?»

А затем её сомнения только подтвердились.

На экране телевизора Икки упал.

◆◇◆◇◆

— Ай!

— Ух ты! Убегая от Моробоси, Куроганэ поскользнулся на луже собственной крови и упал! Моробоси получает шанс поставить точку в поединке! Воспользуется ли он им?!

Икки мысленно чертыхнулся и хотел было подняться, но тут же понял: это бесполезно, противник такого уровня за ошибки не прощает.

«Это конец», — так всем показалось, но…

— А?! Моробоси не атакует! Он что, не хочет нападать на беспомощного врага?!

Зрители посчитали, что Король решил продемонстрировать честность и величие, и зашумели.

— Молодец, Хоси! Покажи ему, каким должен быть сильнейший самурай Японии!

— Эй, ты ему и так достаточно послаблений дал! Нам уже скучно!

— Врежь ему, Моробоси-ку-у-у-у-ун!

А вот сам Юдай исходил холодным потом.

«Пятый…»

Он насчитал уже пять раз, когда мог нанести смертельный удар. И он сам не понимал, почему медлил.

«Что это за странное чувство? Я преследую, я атакую, Куроганэ уже при смерти, но его давление ни капли не ослабевает. Оно не даёт мне замахнуться копьём».

Как будто… Как будто…

Если бы он сделал ещё хоть шаг, то наступил бы на хвост зверю, перед которым тигр покажется домашним котёнком.

— !..

Но вечно убегать нельзя…

«Ах ты трус! Посмотри ему в глаза!»

Несмотря на раны, на серьёзное кровотечение, Икки был полон боевого духа.

Он до сих пор намеревался выцарапать победу.

Вот только как?

«Кем я выставляю себя перед Коумэ? Что делать?!»

Ни как Король, ни как брат, Юдай не мог дать слабину.

Гордость и самоуважение лежали на плечах тяжким грузом.

— Ну, давай! Куроганэ-э-э-э-э-э! — закричал он, низко пригнулся и бросился в атаку.

◆◇◆◇◆

Мчась на пределе скорости, Юдай вскинул Торао и практически одновременно нанёс удары в глаз, горло и солнечное сплетение противника.

Он хотел поставить жирную точку в конце их затянувшегося противостояния.

Из-за странного паралича и раны бедра Икки не имел шансов уклониться.

«…»

Он прикусил губу.

«Прости, Моробоси-сан, я не смогу сдержать слово».

Долг благородному рыцарю оставался невыплаченным.

«Ну, я хотя бы не опущу руки до последнего… И не воспользуюсь Итто Шурой».

Если бы он в своём состоянии ответил козырем, налагающим временное ограничение, то всё равно что признался бы в своём отчаянии и осквернил бы дуэль.

«Я буду сражаться за победу до тех пор, пока не потеряю сознание, как бы неприглядно это ни выглядело».

Израненный Икки поднял Интэцу перед лицом неминуемого поражения.

И тут он кое-что вспомнил.

«Кстати… В тот раз я чувствовал то же самое».

В голове промелькнули образы напряжённого боя с сильнейшим мечником мира в академии Акацуки.

«В тот момент я практически ослеп, отчаялся и почти не использовал голову. Я мало что помню, но, кажется, тогда я… я… — И тут недостающий кусочек паззла с невероятной лёгкостью встал на место. — Точно. Я попытался скопировать её стиль».

Эдельвейс размахивала мечами настолько быстро, что не оставляла даже послеобразов, однако Икки запомнил то, как она двигалась. Самая малость, но всё-таки.

Невероятную скорость её клинкам придавало не ускорение.

Обычно же как: мечник совершаешь взмах, и малая начальная скорость острия стремительно возрастает под действием ускорения.

Однако Эдельвейс не ускорялась.

Она с самого начала, с самого отрыва подошвы от земли, выходила на максимум.

Это был так называемый мгновенный разгон от нуля до ста.

И он показал свою эффективность. Отсутствие начальной скорости и резкое изменение темпа не давали противнику уловить траекторию движения.

Икки проанализировал стиль Эдельвейс и с помощью Копирования попытался воспроизвести его, хоть и сомневался в успехе.

«В тот раз я подумал, что должен воспользоваться им, как сильнейшим из известных мне. И сейчас другого выхода нет. Правда, состояние неважнецкое, но хотя бы попробую. Так, стиль сильнейшего мечника. Кажется… Кажется…»

Он погрузился в воспоминания и приказал непослушному телу сделать…

— Так.

В то же мгновение он почувствовал себя легче пёрышка, пролетел между выпадами Санрэнсэя и рубанул по боку Юдая.

Паралич бесследно исчез. Безо всякой магии Икки развил скорость Итто Шуры и превратился во вспышку, в дуновение ветра.

Юдай не успел даже вскрикнуть и рухнул на арену.

— Э-э…

Икки и сам сперва не понял, что сейчас сделал.

— Что-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о?! — грохнул вопль на весь стадион.

◆◇◆◇◆

— Э… Это что сейчас было?! Мы все думали, что победа у Моробоси в кармане, как вдруг он упал! Нарвался на контратаку Куроганэ?.. Н-но… Мне неловко такое говорить, но я ничего не разобрал! — кричал Иида.

И он, и Мурото увидели только, как Икки исчез, а в следующую секунду Юдай свалился с раной в боку.

— Что произошло? До сих пор Куроганэ двигался иначе! — округлил он глаза.

Но Мурото, опытный рыцарь-маг, изумился куда сильнее.

— Н-не может быть! Этого просто!.. Нет, но… У меня только одно объяснение!

Он узнал этот стиль.

— Эксперт Мурото, вам что-то известно?! — обратился к нему Иида. — Неужели это знаменитая Итто Шура Бездарного?!

— Н-нет, не Итто Шура. Я не ощутил колебания магии Куроганэ. Он… воспользовался самой обычной техникой! Я встречал много одноклинковых и двуклинковых стилей, но такие ускорение и резкость видел всего однажды!

— Но где же? Неужели в А-лиге?!

— Нет, не там, — покачал головой Мурото. — Эта техника принадлежит той, кого называют самым страшным преступником за всю историю человечества. Но она так сильна, что ни одна страна не решается арестовать её. Это техника Двукрылой Эдельвейс!

Ванган Доум содрогнулся от оглушительных криков.

— Ч-чегоо-о-о-о?!

— Двукрылой? Той самой Двукрылой?! Но откуда Бездарный знает её стиль?

— О, я кое-что слышал! Бездарный копирует стили своих врагов!

Даже товарищи Икки удивились.

Они знали, что их друг любит рвать шаблоны, но на этот раз он превзошёл все границы… Если только Мурото не ошибся.

— З-значит, онии-сама тогда!..

— Он не только выжил в бою с Двукрылой, но и скопировал сильнейший стиль?! — воскликнул Наги.

— Э-этого не может быть! Почему в таком случае он не пользовался им с самого начала, — дрожащим голосом справедливо возразила Кирико.

— Всё очень просто, — ответила Куроно. — Он забыл, как им пользоваться.

— А!..

Кирико вспомнила, о чём вчера разговаривали Икки и Ягокоро.

— И его недомогание тоже было вызвано «амнезией».

— Директриса, можете пояснить?

— Человек — сложное создание, и обычные движения — это последовательная работа групп мышц. Однако у Эдельвейс особенный стиль. Она прикладывает небольшое усилие и мгновенно выходит на максимальную скорость. Для этого нужно одновременно задействовать необходимые мышцы на пределе возможностей. Но беда в том, что мозг не справится с такой нагрузкой и не выдаст нужное количество сигналов. И вот эти самые передающие сигналы она и меняет.

Эдельвейс создала уникальный, максимально информативный и предельно короткий «боевой сигнал», который позволял молниеносно взять под контроль всю мышечную силу.

— Их дуэль проходила на таких скоростях, что Куроганэ даже моргать не успевал. Он прикоснулся к чужому стилю и подсознательно запомнил его.

А когда мечник высшего класса, к которым относился и Икки, видит лучший стиль, то на автомате подражает ему.

— В решающие моменты Куроганэ предельно концентрируется на враге, и его мозг выдаёт «боевые сигналы», однако тело «не помнит» их, а потому не понимает.

— А раз не понимает, то и не реагирует, да? — спросила Сидзуку.

— Именно, — кивнула Куроно. — Эдельвейс не сломала его, а наоборот закалила, заставила эволюционировать настолько, что он сам за собой не поспевал… до недавнего момента.

Перед угрозой неминуемого поражения тело наконец-то вспомнило нужные движения и переключилось на них, отринув опыт прошлых шестнадцати лет.

— Если провести аналогию с автомобилем, то муфта с валом двигателя-мозга, разогнавшегося до огромной скорости, наконец-то вошла в зацепление с валом механизма-мышц. Продолжать бой бессмысленно. Моробоси Юдай силён, я бы сказала, он сильнейший Король за последние десять лет, но ему не повезло с противником. Куроганэ сошёлся в схватке с лучшим мечником мира, и, хоть и проиграл, задействовал аналитические способности на полную, и обрёл технику, на голову превосходящую уровень рыцарей-учеников.

Его истинная сила вышла далеко за рамки турнира.

— Сейчас перед Моробоси стоит… настоящий монстр.

«Так что это он вытянул короткую соломинку, а не Куроганэ», — про себя добавила Куроно.

◆◇◆◇◆

— Кха!

Юдай очнулся от того, что лежал на холодном каменном полу арены.

«Чего? Почему я отрубился?»

Всё произошло так быстро, что не успел ничего осознать, даже рану ещё не заметил.

«Так, а ну-ка подъём».

Любой солдат, оказавшись в беззащитном положении на земле, старался сразу встать, поэтому тело отреагировало рефлекторно. И…

— А-а-а-а-а-а-а! — заорал от боли Юдай. Казалось, к боку приложили раскалённый металл.

— Моробоси встал! Но он ранен, истекает кровью! У него трясутся колени!

«А, что?! Меня порезали?! — ошеломлённо подумал Юдай. — Но я ничего не заметил!»

— Ага, так вот как оно делается, — негромко проговорил Икки.

— Куро… ганэ… Что ты… сделал?!

«Что делается? Та скорость?»

— Моробоси-сан, прости, что заставил тебя ждать, — слегка поклонился Икки.

— Ты просишь прощения?

— Да. Я наконец-то собрал себя полностью.

Икки обрёл уверенность в том, что исполнит вчерашнее обещание и выложится на полную.

— Как мы и договаривались, ты увидишь истинную силу Куроганэ Икки!

— !..

И он исчез.

«Где он?!»

Безусловно, Икки остался на арене, просто глаза Юдая не поспели за его мгновенным рывком.

Бездарный по дуге зашёл слева, насквозь прошил рубеж, трижды отвергавший его, и сблизился на расстояние удара мечом.

— Уа-а-а-а-а-а! — не удержался от крика Юдай, когда острое лезвие рассекло его правую руку. — Нет! Ты не пройдёо-о-о-о-о-ошь!

Превозмогая жгучую боль, он развернулся и ударил Санрэнсэем по чёрному вихрю, которым для него предстал Икки.

Однако Торао пронзил пустоту.

«У-уже пропал?!» — изумился Король и тут же качнулся вперёд: катана полоснула его по спине.

— А-а-а-а-а-а-а!

— Воу! Очередное попадание! Моробоси позволяет Куроганэ навязать ближний бой! Он не успевает и опять посылает Санрэнсэй в неверном направлении!

— И я его не виню! Даже мы не видим Бездарного, а что уж говорить о Короле! Если он что и различает, то всего лишь размытый силуэт! — добавил Мурото.

И он не ошибся.

«Черт!»

Юдай слышал дробный топот и лёгкое дыхание, чувствовал непрекращающиеся удары Интэцу, но никого не видел, сколько бы не оборачивался.

«Да он же совсем рядом! Что за дела?! Как такое вообще возможно?!»

Арена представляла собой круг ста метров в диаметре. Без пригорков, без ям, без каких бы то ни было укрытий.

«Это просто нереально!»

В этот момент шестое чувство подсказало ему: приближается очередная атака.

«Подставляться нельзя, защищаться бесполезно. Что делать? А-а…»

— Уо-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о!!!

Он скрестил руки, прикрыл ими голову, отозвал Тигриный укус и окутал тело магическим коконом.

— В-вы это видите?! Король меча семи звёзд, самый сильный и гордый рыцарь Японии, отбрасывает упрямство и невозмутимость и уходит в глухую оборону!

По силе магии Юдай уступал Стелле, поэтому полностью заблокировать удар девайса F-ранга, как это в своё время сделала она, он не мог, зато ослабить резким выбросом силы — запросто.

Главное, защитить голову, а там и один-два удара пережить удастся. Единственный минус — из этой стойки нельзя было атаковать.

Так что Икки напал уверенно.

— Куроганэ не упускает своего шанса! Кружась вихрем, он осыпает Моробоси градом ударов со всех направлений! Просто хоронит его! Однако Моробоси не контратакует! Возможно, он сдался?!

— Не ставьте на нём крест раньше времени! Не видя Бездарного, Король принял единственное верное решение: укрепиться и защититься. Сейчас он прикладывает все усилия, чтобы просто остаться в живых! — Мурото похвалил выдержку Юдая, но тут же добавил. — Однако пора останавливать бой!

— Что?! Хотите сказать, Моробоси не выкарабкается?!

— Не сможет, — кивнул Мурото. — Между ними огромная пропасть в силе. О дуэли уже и речи идти не может!

Как один из лучших рыцарей-магов страны и бывший член А-лиги КОК, он понимал это чётче остальных.

Естественно, болельщики Юдая не оставили его слова без внимания.

— Ты что там, ополоумел?!

— Хоси-и-и! Даже не думай сдаватьсяа-а-а-а!

Однако…

— Каждый порыв чёрного ветра ломает магическую броню Моробоси! Рушит! Сминает! Неужели так всё и закончится?! Звезда Нанивы с большим отрывом выиграл предыдущий турнир, и мы уже рассчитывали, что он возьмёт вторую победу подряд! Но вы сами видите! Он совершенно беспомощен!

Ситуация на арене резко изменилась. Если раньше доминировал Король, то теперь преимущество перешло к Бездарному.

Четвёртый матч первого раунда блока С оказался крайне напряжённым.

Сидзуку ненадолго отвела взгляд от арены и увидела, как Коумэ покидает зал.

Она как будто убегала.

«Коумэ-сан».

Сидзуку вспомнила, с каким видом сестра Юдая вчера встретила Икки, и как сегодня во время поединка она едва сдерживала боль и горечь.

«Онии-сама тоже живёт в постоянной борьбе с жизнью. Я прекрасно понимаю её. Её боль. Её чувство вины…»

Опомнилась Сидзуку только тогда, когда уже бежала вслед за Коумэ.

— Как я говорила, именно это я и люблю в Сидзуку.

Она услышала Наги, покраснела, но не остановилась.

◆◇◆◇◆

Коумэ покинула зрительские места, открыла противопожарную дверь, вышла на внешний периметр и села на скамейку напротив выпуклого окна, из которого открывался прекрасный вид на прибрежную часть Осаки.

«Онии-тян… хватит. Прошу, остановись, — думала она, повернувшись спиной к арене. — Если ты ради меня, моей речи, то не надо».

Юдай никогда не говорил ей об этом, но Коумэ видела его насквозь.

Её сердце разрывалось, каждую рану брата она ощущала как свою. В конце концов Коумэ не выдержала и убежала.

— Ты не собираешься досматривать бой? — внезапно спросили у неё.

Коумэ обернулась, увидела сребровласую девушку с неё ростом и сразу узнала её.

«А, она же приходила к нам вчера. Кажется, младшая сестра рыцаря, с которым сражается онии-тян. Но что она здесь делает? Её брат уже почти вырвал победу у моего, она должна быть там и радоваться».

Сидзуку, видимо, догадалась о её недоумении и неловко улыбнулась.

— Я заметила, как ты уходишь и не смогла оставить тебя одну. Знаешь, Коумэ-сан, я ведь тоже младшая сестра, и у меня тоже есть старший брат, так что… я понимаю, как тебе больно.

— !..

«Но откуда?» — округлила глаза Коумэ.

— Кирико-сан рассказала, почему Моробоси-сан вернулся на сцену, — объяснила Сидзуку, присаживаясь рядом.

«А, ясно. Да, доктор всё о нас знает».

— Я прекрасно понимаю, что ты сейчас чувствуешь, потому что я тоже люблю своего брата. Мне тоже больно видеть его раны. А если бы он ещё сражался ради меня, я бы точно не выдержала.

— …

«Она читает меня как раскрытую книгу. Ладно, что уж теперь-то скрывать», — подумала Коумэ и кивнула.

— И ты хочешь, чтобы он прекратил из кожи вон лезть, лишь бы помочь тебе.

Она кивнула снова.

— А быть обузой любимому — ужаснейшая мука из возможных.

Она опять кивнула…

— ?!

…Но тут же округлила глаза, покраснела и замотала головой.

«Нет! У нас с онии-тяном не такие отношения!»

— Что? Нет? У вас не такая любовь? Ясно…

«П-почему ты расстроилась?»

Коумэ прикоснулась к незнакомой форме любви и засомневалась.

— Ну… Пусть даже нет. Если бы мой брат сражался за меня… за мою речь… то я постыдилась бы болеть за него так отстранённо, — с непонятным сожалением продолжила Сидзуку.

— …

«Она вновь идеально описала моё душевное состояние, — поразилась Коумэ. — Я правда хочу болеть за онии-тяна. Раньше, когда он был в младшей лиге, я ходила на все его матчи и кричала так громко, как только могла. Онии-тян был сильнее всех, я гордилась им и была счастлива, поддерживая его. Но… после той трагедии всё изменилось. Онии-тян возложил себе на плечи чувство ответственности и стал сражаться за то, чтобы я заговорила. Однако я… до сих пор не сделала ни шагу ему навстречу. Я не имею права болеть за него».

Она постоянно корила себя: «Сколько ещё ты будешь заставлять онии-тяна потакать своим капризам?»

Вот и сегодня она не вынесла чувства вины и убежала.

«Она разделяет все эти чувства и пытается утешить меня».

Коумэ засмущалась, но, несомненно, прониклась симпатией к Сидзуку, поэтому достала мобильный телефон и начала печатать: «Спасибо».

— Но ты не думала, что это должно быть в порядке вещей?

— ?!

Пальцы застыли над кнопками.

Коумэ немало удивилась: Сидзуку широким жестом перечеркнула все её тревоги и сомнения.

Но, конечно, не безосновательно.

— Это абсолютно нормально. Ты, нет, мы имеем полное право капризничать, потому что… Мы их младшие сёстры, а они наши старшие братья.

— !..

Старшие защищают младших, а те в свою очередь всецело доверяют им — этот обычай применим не только к людям, но и к различным видам животных. А потому…

— Это другие не могут потакать нашим капризам, а они — запросто. У нас есть такое право. Поэтому я и веду себя соответствующе. Я буду любить своего брата, сколько бы его ни осуждали и сколько бы у него ни было девушек. Поэтому твой каприз — болеть за Моробоси-сана, несмотря на годы молчания — это детская шалость по сравнению с моим.

Сидзуку не могла смотреть на то, как Коумэ задыхается под гнётом вины, как лишает себя радостей от потакания старшего брата, и высказала ей все свои мысли.

И тут до них донёсся громкий голос Ииды:

— Куроганэ включает следующую передачу! Он носится всё быстрее и быстрее! Магический щит Моробоси постепенно истончается! Он вот-вот рухнет!

— Бой подходит к концу. Я иду назад, — сказала Сидзуку и встала. — А ты? Чего хочешь ты?

— …

«Я… Я поняла тебя. Но могу ли я, навлекшая беду на онии-тяна и наказавшая себя, продолжать капризничать?»

Коумэ не могла так легко избавиться от сомнения и сидела в растерянности.

— А-а! Куроганэ пробивает щит! Моробоси на грани поражения!

«Онии-тян!..»

Ноги сами понесли её на трибуны.

◆◇◆◇◆

Тем временем бой уверенно шёл к завершению.

— Моробоси отступае… О! Куроганэ просчитывает его манёвр и не даёт убежать! Моробоси отбивается Санрэнсэем! Промах! Куроганэ быстрее копья! Он наносит третий, четвёртый точный удар! Белый камень ринга уже покраснел от пролитой крови! Один доминирует, а другой даже огрызнуться в ответ не может! Болельщики молча скорбят о Короле! К сожалению, я тоже не вижу, как Моробоси мог бы склонить чашу весов на свою сторону! Его противник слишком силён! Слишком мастеровит!

Юдай истратил магию на щит и остался без Тигриного укуса, только с Санрэнсэем и Хокибоси. Он отчаянно размахивал копьём, но не попадал даже по тени Икки, а тот наносил удар за ударом.

Все понимали, кто выйдет победителем.

Однако…

— Король меча семи звёзд Моробоси Юдай не падает! Он непоколебимой скалой стоит в центре арены!

Юдай упорно не желал падать на колени и сдаваться.

«Я… не могу проиграть!..»

Но только ли ради сестры? Нет.

Сперва, естественно, так оно и было.

Юдай считал, что дал слабину, из-за чего Коумэ перестала разговаривать, и изо всех сил старался переубедить её. Но, вернувшись в строй и погрузившись в пучину жарких схваток, он вспомнил, как любил рыцарские поединки.

Звезда Нанивы устремился к силе, устремился к семизвёздному пику не только из-за чувства братского долга.

Он хотел вернуть те славные дни, когда он был простым воином, а Коумэ, любимая сестрёнка — ярой болельщицей. Чтобы они вместе сражались и вместе радовались победам.

«Может, это слишком „розовое“ желание, но дороже Коумэ у меня никого нет. Поэтому я не успокоюсь, пока не добьюсь своего. Я вновь стану сильным братом, и Коумэ будет поддерживать меня! — мысленно прокричал он и посмотрел на Икки. — Ну, Куроганэ, что же ты?! Я по-прежнему на ногах! Ты у меня ещё попляшешь!»

Никто не переломил бы стержень его воли, закалённый стремлениями и гордостью.

◆◇◆◇◆

— Вот это стойкость… До сих пор не сломался, — дрогнувшим голосом проговорила Сидзуку.

Несмотря на крайне невыгодную ситуацию, Юдай осмелился провоцировать Икки. Стремление к победе у него было колоссальное.

Куроно кивнула.

— Без этого упрямства Моробоси никогда не переборол бы неизлечимую травму. Его воля непоколебима. Чего, однако, нельзя сказать о плоти. Магии не осталось, Тигриный укус исчез. Так что на провокацию он пошёл от безысходности. Моробоси уже нечего бояться, и Куроганэ понимает это. Всё решится прямо сейчас.

И она оказалась права.

Теперь уже Икки решил поставить точку. Его окутали языки синего магического пламени.

Долгий поединок наконец-то перешёл в заключительную стадию.

— Д-для пущей уверенности Куроганэ использует Итто Шуру! Он выкладывает на стол козырь, которым побил многих известных рыцарей, включая Охотника, Райкири и Багровую принцессу!

— Бездарный рыцарь изумительно читает бой! Свой самый эффективный приём он задействует в самый эффективный момент! Король и так не поспевал за ним, а теперь… Я возьму на себя смелость и заранее назову Бездарного победителем!

Мурото подметил верно: Юдай уже проигрывал Икки в ближнем бою. Ему нечего было противопоставить многократному усилению Итто Шуры.

Чаша весов надёжно склонилась в сторону одного из участников.

— Моя сила в слабости, Король, Моробоси-сан. И я вырву у тебя победу!

Икки начал последнюю атаку.

Он низко пригнулся, напряг толчковую ногу, едва оторвал подошву от пола и мгновенно разогнался до предела.

— Это финальный рывок! Ну что, вот он, напряжённейший момент этого поединка! Король в опасности! — чуть ли не срывая голос, закричал Иида.

Ванган Доум в очередной раз содрогнулся от буйства зрителей. Никто не хотел верить, что прославленный Юдай Моробоси вылетит в первом же раунде.

Неотрывно глядя на брата, Коумэ внезапно вспомнила, что он спросил утром: «Не хочешь пожелать мне успеха?»

«Да… Точно… Онии-тян тоже тоскует по прошлому, когда я болела за него. Казалось бы, сущий пустяк. А я что? Дала ему какой-то лист бумаги. Но зачем ему этот лист? Ему нужно…»

«А ты? Чего хочешь ты?» — спросила Сидзуку.

И…

«Я хочу сказать…»

— Болись до конса-а-а-а! Они-и-и-ща-а-а-а-а-а-а-а-а-а-ан!!! — от всего сердца закричала Коумэ.

Пусть хрипло, пусть тихо и не совсем разборчиво из-за долгого молчания, но она отбросила чувство вины и высказала свои истинные чувства.

«Конечно. — Юдай услышал её. Не мог не услышать. — Я столько лет ждал от тебя этих слов!»

— Положись на меняа-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!! — заорал он в ответ и сделал нечто невероятное. — Пронза-а-а-ай! Торао-о-о-о-о-о-о-о-о!

Он бросил копьё точно в глаз приближающегося противника.

До сих пор Юдай бился только на средней дистанции и к дальней атаке прибег впервые.

— П-плохо дело! — воскликнула Куроно.

Безусловно, Король действовал быстро и атаковал так, как никто не ожидал, однако Икки мог легко уклониться от Торао…

…В обычных условиях!

Но сейчас всё было иначе!

«Техника Эдельвейс хороша мгновенным разгоном, но она не позволяет резко остановиться или сменить направление. Так сказать, если ехать, то на высшей передаче, если атаковать, то во всю мощь!»

Слабым местом этого стиля были неожиданные изменения ситуации.

Более того, Икки усилил себя Итто Шурой, так что даже без «помощи» сильнейшего мечника мог бы нестись только по прямой.

«То есть именно сейчас бросок попадёт в цель!»

И, вроде, всё бы ничего, надо было отбить Торао Интэцу, но… Икки не мог так поступить.

Вокруг летящего копья светилась аура Тигриного укуса.

«Но как? — наверняка задал себе вопрос каждый. — Моробоси же остался без магии».

Достаточно было присмотреться к Торао: длинное древко сократилось до размеров дротика.

Юдай расщепил часть девайса и наскрёб силу на одну вспышку Тигриного укуса.

То есть Икки не мог ни отразить удар, ни уклониться от него!

«Моробоси именно на это и рассчитывал!»

Конечно, Юдай с первого раза увидел слабое место стиля Эдельвейс.

Он вынудил противника активировать Итто Шуру и потерять контроль над скоростью, а сам соскоблил частички своих плоти, костей и души и поставил ловушку.

Своим блефом, кровоточащими ранами, он обманул всех. Куроно тоже думала, что победа у Икки в кармане.

«Куроганэ на пределе скорости! Ему не увернуться!»

Директриса сдавленно охнула, так её поразила боевая чуйка Юдая.

Конечно, Сидзуку и Наги тоже стояли с открытыми ртами.

«Он заставил всех плясать под свою дудку?!»

«Так вот он какой… Король меча семи звёзд!»

Они буквально прочувствовали, как высоко возносится семизвёздный пик, и как талантлив парень, стоящий на его вершине.

Однако на этом сюрпризы не закончились.

Торао пронзил лоб Икки… И парень растворился.

«Ч… то?..» — округлил глаза Юдай.

А потом его накрыла тень. На фоне солнца возник чёрный мечник с занесённой катаной.

Синкиро во второй раз за сегодня пришло на помощь.

Только Икки использовал его не по длине или ширине, а по высоте: внизу оставил морок, а сам подпрыгнул высоко вверх.

Таким образом, Юдай изначально атаковал фантома.

Бездарный рыцарь просчитал этот его ход.

«Но как? А-а, ясно».

Юдай увидел в его глазах не насмешку, а настолько глубокое уважение, что даже немного смутился.

«Ты верил в меня… Ты преодолел столько моих ловушек, столько атак, что понял: я не сдамся до самого последнего вздоха. И, собственно, поэтому я проиграл».

Икки уважал рыцаря в нём сильнее, чем он сам, и единственный не купился на блеф.

И поединок закончился.

Юдай лишился магии, оружия, сил.

Интэцу стальной молнией рассёк пиджак и вонзился в плоть.

Брызнула кровь. Колени дрогнули и подогнулись.

Цепляясь за уплывающее сознание, Юдай… схватил Икки, настоящего рыцаря, до последнего верившего в него, за плечи и высказал своё желание:

— Не смей проиграть.

А затем Король меча семи звёзд упал.

Судья дал сигнал об окончании боя.

◆◇◆◇◆

— В-вот и всёо-о-о-о-о!!! Четвёртый бой первого раунда блока С вышел настолько жарким, настолько непредсказуемым, что мы все сидели как на иголках! Наш победитель — Некоронованный король меча Куроганэ Икки! Впервые в истории Король, имевший все шансы на серию побед, проиграл в первом же матче! Никто не ожидал такого исхода!

Команда медиков выбежала на арену и положила обессилевшего Юдая на носилки.

Болельщики провожали его громкими аплодисментами.

— Молодец! Ты классно дрался! Ты был крут!

— Мы болеем за тебя с давних времён! Сегодня ты показал высший класс!

— Все рукоплещут местному герою, которого уносят с арены. До сегодняшнего дня Звезда Нанивы Моробоси Юдай, несгибаемый парень, оказавшийся сильнее страшнейшей травмы, стоял на семизвёздном пике, не ведая поражений. Да, сегодня он проиграл, но как! Доблесть, упорство… Продемонстрировав эти качества, он не посрамил титул Короля меча семи звёзд, который даруют лишь лучшему рыцарю-ученику Японии. Он был великолепен!

— Да. Я не проиграю. Ни за что, — твёрдо ответил Икки, развернулся и направился к вратам.

— А сейчас арену покидает Некоронованный король меча, который одолел предыдущего чемпиона и прошёл во второй раунд. Его репутация не лжёт: он действительно слабейший маг, но сильнейший мечник! Мы все видели его мастерство. Он не какой-то там F-ранг, а настоящий воин! Он имеет все шансы побороться за победу на шестьдесят втором Фестивале искусства меча семи звёзд, где собираются сильнейшие!

— Ну ты выдал, токиец!

— Икки-кун, ты лучший!

— Вот это была мощная победа! Ты смог!

— …

Его тоже провожали с овациями.

«Большое спасибо», — чуть смутившись, поблагодарил он.

Тело казалось тяжёлым из-за Итто Шуры и непривычного стиля перемещений, однако парень держал спину ровно.

Он гордился своей победой над могучим рыцарем.

Несмотря на все тревоги, несмотря на изначальный страх, он блестяще провёл первый, самый важный поединок и выиграл!

«Ещё четыре таких, и я у цели. Семизвёздный пик уже не кажется таким далёким!»

Он подошёл к вратам и… резко остановился: навстречу кто-то шёл и хлопал в ладоши.

— Ну вот. Я же говорила, что ты победишь.

— !..

Почему-то строители не озаботились провести освещение в коридор, из-за чего там царила кромешная тьма.

Икки не видел лица собеседника, но голос узнал сразу.

— Впрочем, кто бы сомневался. Победа над Некоронованным — это моя привилегия.

К нему подошла девушка с прекрасными огненно-красными волосами и рубиновыми глазами.

Багровая принцесса Стелла Вермилион.

Интерлюдия. Явление звезды

Король меча семи звёзд Юдай Моробоси пал.

Победив его, Икки уже ушёл было с арены, но перед самыми воротами остановился: навстречу ему с поздравлениями вышла Стелла.

— Э-это же… Багровая принцесса Стелла Вермилион! Она уже здесь!

— О, и правда! Настоящая Багровая принцесса!

— Так у неё и впрямь красные волосы. Так красиво…

— А фигурка-то! А ноги! Ух!

Зрители приветствовали её не слабее, чем Юдая. Рыцари А-ранга всегда привлекали повышенное внимание.

— Стелла, как здорово, что ты приехала.

Но, конечно, больше всех обрадовался Икки, её парень.

«Хорошо, что она успела, но, главное, я наконец-то увидел её!»

В груди загорелся огонь, и его жар заглушил боль от ран.

«Я так скучал…»

— Ну, вообще, я не хотела опаздывать, но пути перегородил обвал. Пока его разобрали… Вам надо на поезда Синкансэна ставить бур. Было бы круто.

— Ха-ха, попала ты в историю.

«Стоп, „разобрали“? Вручную, что ли? Эм, пожалуй, не стану вдаваться в подробности».

— Но противник тебе достался классный. Я попала только на самый конец, но увидела достаточно.

— Это точно. Но я победил. Теперь твоя очередь.

— Безусловно, — уверенно ответила принцесса.

От жалкой, раздавленной Стеллы, стоявшей перед койкой Токи, не осталось и следа.

«Видимо, тренировки с Сайкё-сэнсэй пошли ей на пользу. Это хорошо».

Стелла прошла мимо него, подняла голову и обратилась ко всем:

— Я, Стелла Вермилион, приношу свои извинения за опоздание! Но теперь я здесь!

— Ого, так бодро и громко! Вежливости и воспитания ей не занимать.

— Теперь вопрос в том, когда поставят матч Стеллы-сан.

— Как раз в эту минуту управляющий комитет проводит совещание. Я думаю, он будет либо сейчас, после всех боев блока С, либо в самом конце… О, мне сообщили, что совещание окончено. Уважаемые зрители, внимание на экран. Сейчас комитет вынесет решение по отложенному четвёртому матчу блока В, — сказал Иида.

Все разом повернули головы.

На экране появился лысый старик.

— А, Кайэда.

— И правда! Молния правосудия Кайэда Юдзо!

Великовозрастная, за сорок лет, публика заметно оживилась.

В дни их юности Юдзо Кайэда, известный под прозвищем «Молния правосудия», был героем А-лиги КОК, а сейчас он занимал пост председателя управляющего комитета Фестиваля и, соответственно, представлял его.

— Многоуважаемые зрители, достопочтенные участники, доброго дня всем вам. Я Кайэда, председатель управляющего комитета шестьдесят второго Фестиваля искусства меча семи звёзд. Результат обсуждения таков: четвёртый бой блока В, отложенный из-за опоздания Стеллы Вермилион, состоится прямо сейчас.

Как Иида и предполагал, комитет единогласно постановил провести матч сейчас, после завершения всех поединков блока С.

— Стелла-сан, вас всё устраивает? — осведомился Юдзо.

— Абсолютно, — ответила принцесса.

Она, виновная сторона, приняла бы любое решение.

— А вот я возражаю, — раздался леденяще чёткий голос — полная противоположность весёлой, оживлённой речи Стеллы.

Со зрительских мест, располагавшихся на десятиметровой высоте, на искусственную траву спрыгнула Ледяная ухмылка Микото Цуруя.

— Председатель, мне совершенно не нравится то, что вы вынесли решение, не озаботившись моим мнением.

— О, что вы, я как раз собирался обратиться к вам, Цуруя-сан. Вас не устраивает время? Мы можем поставить ваш матч последним. Вашей вины в переносе нет, поэтому вы вправе поставить свои условия.

Микото сокрушённо покачала головой.

— Вы не так поняли. Мне не принципиально, когда. Однако… меня крайне возмутил тот факт, что вы никак не наказали опоздавшую. Я прошу официально наказать Стеллу-сан за опоздание, — ответила она и ткнула пальцем в принцессу.

Зрители встретили её слова громкими выкриками.

— А, чего?!

— Это не по-рыцарски! Бейся честно!

Большая часть хотела, чтобы юные рыцари бились в полную силу. Они яро возражали против санкций.

— Э? Но ведь Микото-сан говорит правильно.

— Да. Опоздание — это нарушение, оно должно быть наказано.

Впрочем, меньшинство поддерживало Микото.

Сама же девушка не повела и бровью, лишь смотрела на Юдзо с холодной, насмешливой ухмылкой.

«Хмф, поносите меня, как вам вздумается, но я не передумаю. Мне не победить Багровую принцессу в честном столкновении, поэтому я воспользуюсь любой возможностью, чтобы перетянуть преимущество на свою сторону. Я не боюсь всеобщей ненависти. Главное — победить. Ибо только победа имеет цену среди рыцарей».

В каком-то смысле она, как и Икки с Юдаем, тоже понимала, кто такие рыцари.

Впрочем, комитет не торопился удовлетворять её запрос.

— Хм. Безусловно, случалось такое, что опоздавших наказывали. Однако те нарушения были совершены по злому умыслу либо без уведомления комитета. Мы связались с транспортной компанией, и действительно движение на линии Синкансэна было приостановлено из-за обвала. Мы не видим причин для штрафных санкций. Но, если вы настаиваете, комитет считает, что немедленного начала поединка будет более чем достаточно.

— Гх!..

На самом деле, управляющий комитет и без напоминаний обсуждал наказание Стеллы, но, рассмотрев ситуацию со всех сторон и обратившись к опыту прошлого, решил обойтись без этого и отказал Микото.

По крайней мере, до тех пор пока…

— Нет. Это неправильно.

…Пока сама Стелла так не захотела.

— С-Стелла?! — округлил глаза Икки. Он до сих пор не покинул арену.

Но Стелла, не придав этому значения, продолжила:

— Я считаю, что запрос Ледяной ухмылки справедлив. Если бы я приехала в Осаку вместе со всеми, то не задержалась бы из-за обвала. Очевидно, я виновата в произошедшем и должна понести наказание.

Изумились все: зрители, Икки и даже Юдзо.

Из-за системы плей-офф только полный дурак стал бы намеренно загонять себя в невыгодное положение.

— П-простите, вы уверены, что хотите этого? — уточнил председатель.

Стелла кивнула.

— Если бы Цуруя-сан промолчала, я бы сама подняла этот вопрос. Мы, Вермилионы, уважаем честность и справедливость, так что я не собиралась избегать штрафа.

— М-м, понятно…

— И у меня есть одно предложение.

— Предложение?

— Да. Бой по обычным правилам будет нечестным по отношению к Цуруе-сан, ведь она ничего не нарушала. Поэтому я предлагаю следующее: давайте устроим бой в необычном формате — четверо против одного. Моими противниками станут, конечно, Цуруя-сан, а также остальные члены блока В.

— Ч-что?! — хрипло воскликнул Юдзо.

Его крик подхватила и публика.

— Эй-эй! Принцесса с ума сошла?

— У всякого взыскания должны быть пределы!

Они не верили своим ушам, и даже сама Микото остолбенела.

— Ты это серьёзно?!

— Абсолютно, — улыбнувшись ей, кивнула Стелла. — Опоздание — это суровое нарушение правил. Я бы и дисквалификации не удивилась. Штраф должен быть соответствующим. Но, конечно, я никого не заставляю.

Икки побледнел.

«О-ой как нехорошо! Почему она идёт на такое? И дело не в самом наказании… Против неё будут „гости“ Фестиваля! Ведь остальные трое из Акацуки!»

Если бы речь шла об учениках других академий, вряд ли они согласились бы. Они уже победили, так зачем им стараться ради Микото?

А вот Акацуки… По сути, они обычные наёмники, которым поставили цель — пойти против Федерации и занять первое место в турнире. То есть рвать жилы они не собирались. Победитель-то всё равно один.

«Вот только они не упустят такое вкусное предложение!»

Вчетвером против рыцаря А-ранга, стоявшей на одной ступени с Омой, сильнейшим среди преступников… Это отличный шанс выбить её из соревнования!

— Хе-хе-хе-хе. Это очень интересно.

Как Икки и предполагал, Пьеро Рэйсэн Хирага встал со своего места и радостно засмеялся: враг сам рыл могилу для себя.

— Значит, ты так хочешь наказать себя, что предлагаешь бой четверо против одного, хоть и знаешь, что простых противников здесь нет? Да, Багровая принцесса, ты такая же гордая, как о тебе говорят.

И он спрыгнул к Микото.

— Считаешь себя такой крутой? Да тебе и похвастать нечем, кроме силы.

— Хи-хи-хи. Позволь напомнить, красная принцесса, что сказанное вернуть невозможно.

Несворачивающая Юи Татара в тёплой накидке и Приручительница Ринна Кадзамацури на чёрном льве последовали за Рэйсэном.

— Мы, академия Акацуки, принимаем предложение. И пусть наша сила послужит чести.

— М… М-м, понятно… Цуруя-сан, что вы скажете?

— Я… А, я не возражаю.

Микото — собственно, виновница такого развития событий — ещё не пришла в себя от изумления и ответила не сразу.

«Что же, раз все согласны…»

— Хм… — Юдзо закрыл глаза, нахмурился и задумался.

— Э-эй, да чего вы беспокоитесь? Не согласится он на этот бред… Правда же?

— Четыре против одного… Да это уже и не бой, а обычное избиение!

— Однако Стелла-сан сама настояла на таких условиях.

— Да пускай! Будет интересно!

Зрители заволновались.

Естественно, сторонники Микото воодушевлённо приняли предложение Стеллы. Остальные принялись возражать. Вспыхнули споры.

Через минуту Юдзо открыл глаза и сказал своё слово:

— Хорошо. Если участники не возражают, я одобряю запрос Стеллы-сан.

— Серьезно?!

— Чем комитет думает?!

— Тишина! Тишина! Не забывайте, что корректировка схемы боя по обоюдному согласию сторон — это обычное явление для Фестиваля, где рыцари-ученики играют ведущую роль. Конечно, Стелла-сан предложила крайне суровые меры, но предложила сама, а потому я не вижу повода что-либо менять. — Юдзо утихомирил недовольных и посмотрел на девушек. — Итак, подытожим. Условие победы Стеллы-сан — победа как над Цуруей-сан, так и над Хирагой-саном, Кадзамацури-сан и Татарой-сан. Условие победы Цуруи-сан — победа над Стеллой-сан любого из её четвёрки. Всё правильно?

— Правильно.

— Да, председатель. Благодарю вас за понимание.

На этом управляющий комитет исполнил свою задачу.

— Угу… Что ж, Иида-сан, вручаю бразды правления вам.

— Э? А, д-да.

Юдзо передал слово комментатору и исчез с экрана.

Иида с самого начала показывал смятение и недоумение из-за девиантного развития событий.

— Э-э… Вот это поворот, — качая головой, сказал он. — Я давно комментирую бои, но делать это в формате четверо против одного буду впервые. Однако участники согласились, управляющий комитет дал добро, а значит и я постараюсь для вас!

Впрочем, он быстро взял себя в руки и вернул себе оживлённый вид, как и во время матча Икки и Юдая.

— Итак, время начинать четвёртый бой блока В — Стелла Вермилион против Цуруи Микото! Участницы, помощники, займите свои места на арене!

— Ладно, потом ещё поговорим. Я вижу, ты устал. Иди, отдохни, тут ты ничего интересного не увидишь, — обернувшись к Икки, уверенно сказала Стелла.

Она улыбалась, как ребёнок перед праздником, как будто её не ждали четвертьфиналистка прошлого года и три наёмника с тёмной стороны общества.

«Я её совершенно не понимаю».

— Стелла, зачем ты так рискуешь?

«Промолчала бы, и ничего этого не произошло бы. И ведь никакой пользы. Какой смысл?»

— Ты уверена, что одолеешь их?

— Я понятия не имею, как всё обернётся, — покачала головой Стелла. — Я ни в чём не уверена… Я даже не знаю, какие у них способности.

— Тогда почему?

— Потому что иначе я не могу, — ответила она и посмотрела на экран, где к этому времени высветилась турнирная таблица. — Если не вмешаться, то в первом матче второго раунда блока В сойдутся Хирага и Кадзамацури, оба из Акацуки. Я на сто процентов уверена, что один из них откажется от участия.

Ученики Акацуки, будучи командой наёмников, не интересовались личной славой и не стали бы тратить силы на бесполезные поединки.

Несомненно, во втором раунде либо Пьеро, либо Приручительница возьмут «бескровную» победу.

— Я не могу допустить такого.

— Стелла…

Теперь и Икки понял, зачем Стелла настояла на наказании. Девиз рода или ещё что-то такое же красивое были здесь не при чём.

— Я никогда не прощу тех, кто напал на наших товарищей, разрушил нашу академию и вышел сухим из воды.

Она мстила за Току, Аясэ и остальных.

— Я превращу их в угольки, — низким, рокочущим — как вулкан перед самым извержением — голосом сказала Стелла и зашагала вперёд, к ученикам Акацуки.

По красным волосам побежали языки магического пламени: девушка едва сдерживала давний гнев.

«Ты слишком воспламенилась, — подумал Икки, но отговаривать её не стал. Добро тоже бывает с кулаками, особенно когда в деле замешаны друзья. — Мне остаётся только верить в тебя и твою силу, обретённую в тренировках с Сайкё-сэнсэй. Успеха тебе, Стелла!»

— Итак! Четвёртый бой блока В начинается! Let’s GO AHEAD!!!

Загудела сирена, и необычный матч начался.

Послесловие

От автора

Здравствуйте! Я Рику Мисора, автор «Саги о бездарном рыцаре».

Спасибо за то, что приобрели пятый том.

Я пишу эти строки в июле. Как же тяжело… Японское лето такое жаркое и влажное.

А у меня в комнате ни кондиционера, ни вентилятора. Желания работать нет абсолютно.

Хорошо хоть, такая погода простоит всего месяц.

Тем временем я решился на переезд. Съеду с квартиры, где жил с начальной школы, заселюсь в новый дом, и у меня будут свои кондиционер и телевизор! Уа-а-а-а!

А ещё я смогу завести какого-нибудь питомца. Котю. Хочу котю.

Думаю, следующее послесловие будет целиком и полностью посвящено коте. Такие дела.

Поговорим о томе.

Наконец-то начался Фестиваль искусства меча семи звёзд.

Икки одержал победу в тяжелейшем матче, а Стелла навела шороху.

Смогут ли они одолеть всех соперников (а ведь среди них нет ни одного слабака) и встретиться в финале?

Это будет их дорога сражений.

Я приложу все усилия, чтобы вам не наскучила их история.

Благодарностей время.

Уважаемый редактор, старательно выцепляющий шероховатости в тексте, Вон-сан, радующий нас чудесными иллюстрациями, и мои дорогие читатели, огромное вам спасибо!

Надеюсь на вашу поддержку.

От иллюстратора

Особая галерея электронных версий набросков. Часть V. Иллюстратор: Won.

Послесловие команды

От ArtemAvix (перевод)

Мяу, с вами Артём! Спасибо, что прочитали пятый том Ракудая.

Ну что сказать, Мисору продолжает приятно и не очень приятно радовать.

Приятно, потому что уверенно держит установленную планку — турнир турниром, а братско-сестринскую и братско-братскую проблемы затронуть не забывает. Принцип «один том — решаем трудности одного персонажа» по-прежнему в действии, только в этот раз на одном стуле устроились сразу Юдай и Коумэ. А конфликт между Икки и Омой продолжает вялотекуще развиваться. Ждем их душевного разговора в следующем томе.

Неприятно, потому что боёвка и кансайский диалект. Если с первым стандартно — как зависнешь на какой-нибудь фразе, так добрый час и провисишь, — то со вторым в таких количествах я столкнулся впервые. Зато научился хоть немного переводить его в стандартный японский.

Итак, этот том закончился клиффхенгером, а следующий будет на треть состоять из страшной мсти Стеллы… Чорт, на треть… И там всего будет три главы… Значит, главы станут ещё длиннее… Дизмора-а-а-а-а-а-а-а-аль…

Уголок благодарностей. Традиционное огромное спасибо Насте и Ами за редактуру и работу с иллюстрациями. И извините, если что. Бывает, я совершаю глупые ошибки на ровном месте.

Увидимся когда-нибудь нескоро!

Святая эфемерная кошкодевочка-переводчица Авикс~нян!

Примечания

1

Безвоздушный барьер.

2

Вакуумный клинок.

3

Тонкая стружка сушёного, копчёного, а затем ферментированного тунца. Часто используется как гарнир к тому же окономияки.

4

Король тигров.

5

Окономияки со свининой.

6

Площадь поля Токио Доум — тринадцать тысяч квадратных метров. Сто гектаров — это один квадратный километр.

7

Шведский национальный продукт. Представляет собой консервированную забродившую сельдь. Соответственно, запах у него очень резкий и неприятный.

8

Kranke (нем.) — пациент.

9

Три звезды в ряд.

10

Вероятно, за основу был взят Морской музей Осаки, отличительной чертой которого является большой стеклянный купол (dome). Или же автор провел параллель со стадионом Токио Доум. Ванган (湾岸) — берег залива.

11

Комета.

12

Мужчина, представляющий услуги общения девушкам в клубах.

13

Отсылка к персонажу одноименной игры, который погибал при прыжке с высоты 15 пикселей и больше при том, что сам был ростом в 16 пикселей. Позже так стали называть всех слабых и хилых людей.

14

Широкая сковорода или металлическая плита.

15

Жареная лепешка из смеси разнообразных ингредиентов, смазанная специальным соусом и посыпанная очень тонко нарезанным сушёным тунцом кацуобуси.

16

Жареные шарики из жидкого теста с начинкой из отварного осьминога и других ингредиентов.

17

Нанивой раньше называлась область, в которой сейчас расположена Осака. Ныне — один из районов Осаки.

18

Отсылка на «Ringer Hut», японскую сеть ресторанов быстрого питания, специализирующаяся на блюдах из Нагасаки.

19

Блюдо нагасакской кухни. Представляет собой лапшу, которую подают со свининой, морепродуктами, овощами и горячим куриным бульоном.

20

Рёкан, то есть гостиница в традиционном японском стиле.

21

Тонко нарезанная говядина, тофу, овощи и лапша в бульоне с соевым соусом.

22

1912–1926 гг.

23

Первая звезда.

Content

Рику Мисора
САГА О БЕЗДАРНОМ РЫЦАРЕ 5

Реквизиты переводчиков

Начальные иллюстрации

Пролог. Аккомпанемент фестиваля

Глава 1. Цвет нации

Глава 2. Звезда Нанивы

Глава 3. Фестиваль искусства меча семи звёзд. Начало

Глава 4. Поединок Короля и Некоронованного. Завершение

Интерлюдия. Явление звезды

Послесловие

Послесловие команды

Примечания