Алексей Тихий

Феникс. Часть 2

Глава 14. Элементали

Тело, что попало в лужу, выпирается наружу силой выпертой воды телом, впертого туды.

Первые капли настигли нас уже в сумерках, мы, не останавливаясь, шли по болотам уже больше четырех часов, а Силок все подгонял и подгонял нас. Низко висящая туча за нашей спиной периодически нас нагоняла, и нам приходилось уходить в сторону. Тем не менее, по солнцам, я смог определить, что охотник придерживается юго-восточного направления. Судя по спокойствию нашего проводника, особо необычной для него такая ситуация не была, и все же он продолжал гнать нас вперед.

— Еще чуть-чуть, и мы в безопасности! — на ходу крикнул Силок.

До безопасного места действительно оставалось недалеко. Стоило миновать чахлый заболоченный перелесок, как мы оказались на островке с крупным скальником. Охотник первым углубился в этот лабиринт, и мы последовали за ним.

Пробираясь между навалами камня уже под хлещущим дождем, я проклинал свою глупость, которая повела меня в это чертово болото, деревенскую колдунью с ее советами, непутевого ученого, которому за каким-то чертом потребовалось лезть в такие дебри, да и еще много чего. Но в один момент хлещущие со всех сторон струи воды и ветра перестали меня доставать – мы оказались в небольшой пещере.

— Все, пришли, — выдохнул Силок, скидывая свой рюкзак. — Здесь переждем. Думаю, через пару часов элементали от нас отстанут, вообще странно, что они так долго нас преследуют, как будто специально. Никогда раньше за ними такого не было.

— Мужики, вы как? — обратился я к остальным компаньонам.

Мокрые до нитки бандиты, не привыкшие к подобным путешествиям, устало опустились на землю.

– Нормально, – буркнул Борода, а Сивый и Сапог лишь кивнули.

Пока мы переводили дух, наш проводник уже успел скинуть верхнюю одежду, разложить ее по нагретым за день камням, обустроить себе ночлег и даже нарезать солонину. Вот что значит опытный человек, не то, что наша компашка городских увальней. Последовав его примеру, я тоже скинул свой наряд, оставшись в одном белье, и стал расстилать одеяла.

В одном из углов я приметил кучку заготовленных сухих дров и уже собирался разжечь костер, но охотник меня остановил:

— Не стоит разводить огонь, ундины — элементали воды и этого не любят, горячего поедим уже на стоянке ученого, завтра в обед, не раньше.

– Не надо так не надо, — спокойно согласился я, как-нибудь переживем. — А что, Силок, большие эти ваши руины?

– Сложно сказать, большая часть в болотах утонула, а то, что из них выступает… Хм… — Силок ненадолго задумался, прикидывая размеры. – В высоту как молодое дерево, а по размерам не меньше нашего поселка будет. Но дюже страшные там места, еще мой дед рассказывал, что по ночам там призраки воют, да так, что от страха можно в штаны наделать. Я те руины обычно десятой дорогой обхожу и всего пару раз на ночь становился. Жуткое место.

-- Но живой же.

– Так у меня обереги светлых богов есть, – мужчина показал на связку амулетов на шее.

О божественной магии я много слышал, а кое-что и видел собственными глазами, но как она работает, даже представления не имел.

– А как же тот ученый?

– Не знаю, дурак, наверное, – изрек мудрость охотник и закутался в одеяло. Разбойники дружно заржали на такое остроумное замечание.

***

Новый рассвет привычно наполнил силой и энергией. Сквозь камни в наше убежище с восточной стороны пробивались первые лучи – всходили Гесеон и Герион. Правда, на этом приятные новости заканчивались: дождь и ветер, всю ночь атаковавшие наше убежище, даже не думали отступать, отчего утренняя прохлада казалась еще более колючей. Мне даже показалось, что часть камней покрыта легким слоем инея, хотя в этих широтах снег – большая редкость, и увидеть его можно только на склонах самых высоких пиков.

Поднявшись, я усилием воли разогнал кровь по организму и внутреннее пламя нагрело мое тело – так-то лучше. Снаружи пещеры дождь усилился, и порыв ветра принес несколько капель.

– Ну, и погодка, – пробурчал проснувшийся проводник. – Так быть не должно. Господин Охотник, может, вы своей магией разгоните их?

– Не мой профиль, я маг огня.

– Вот же блин, а что же вы раньше не сказали?! – воскликнул Силок.

– Чего не сказал?

– Что вы маг огня, это ж они за вами увязались! – пояснил охотник.

– А ты спрашивал? – еще не до конца понимая о чем речь, ответил я.

– Вот и поговорили, – ни к кому не обращаясь, со вздохом произнес Силок.

Разбойники еще спали, Силок задумчиво сопел, а я пытался разобраться в ситуации. Похоже, проводник прав, исходя их тех легенд, что я помню, и дополнительной информации, полученной уже здесь, Феникс – это не только бессмертное создание, но еще и воплощение огненной стихии. Моя горящая кровь вполне могла привлечь ундин-элементалей воды. Не знаю, как обстоит ситуация с сильванами-элементалями воздуха, но водяные точно являются моим антиподом.

Со слов проводника получается, что эти элементали иногда преследуют живых, но быстро теряют интерес и уходят, в нашем же случае, похоже, на такой удачный исход можно не рассчитывать. Этих обитателей болот явно напрягает мое присутствие, и сами уходить они не собираются. Неприятная ситуация, и мне абсолютно непонятно как быть и что делать.

– Слушай, Силок, а что они вообще из себя предсталяют? Как выглядят? Чего бояться? – надо было собрать побольше информации о противнике, перед тем как переходить к каким-либо активным действиям.

– По-разному выглядят, сам я их только издалека видел, но байки это все, будто они на людей похожи. Те, что воздушные, те постоянно форму меняют, то смерчем станут, то порывом ветра. Водные более устойчивые и выглядят как зависшие в воздухе капли дождя, шагов с двадцати и не определишь, что перед тобой элементаль. Физических сил у них немного, но магией ударить могут. Видел, как они болотника убили: воздушные как кулаками воздухом дубасят, не смертельно, но не приятно, а водные струями воды бьют, что-то наподобие плети это поопасней, свист стоит, будто действительно кто плетью машет, а при ударе даже кожа лопается.

Говорят, «под лежачий камень вода не течет»: сами элементали не уйдут, а значит, надо решаться, и мои спутники здесь мне не помогут. Я вновь задумался, оценивая свои силы. Смогу ли я одолеть такого противника, и что будет, если они всей толпой накинутся? Точных данных про этих тварей у меня нет, но даже моих скромных знаний хватает, чтобы уверенно сказать «да». На убойность своего небольшого арсенала сильно рассчитывать не приходиться, но магической энергии во мне на пятерых хватит. А вот если они нападут все вместе, то могут начаться серьезные проблемы – шапками закидают. Но здесь главное – сильно не высовываться из-под защиты камней и все может обойтись.

– Ну, попробуем, – я встал и натянул сапоги.

– Что попробуем? – не понял ход моих мыслей охотник.

– Говорю, пойду сам посмотрю на этих твоих духов стихий.

– Это опасно, господин Охотник, – попытался отговорить меня Силок.

– И что теперь, вечно тут сидеть? – поставил я точку в этом бессмысленном разговоре. Решил – действуй.

Верхнюю одежду надевать не стал, без применения магии этот бой не выиграть, а после моих боев она, как правило, приходит в негодность. Так что буду удивлять врага, пойду в бой в одних трусах и сапогах!

– Поток. – Фраза-активатор, и с моей ладони срывается трехметровый поток бурного пламени. Выставив руку вперед и используя огонь как щит, я пошел вперед. Первые капли дождя зашипели, испаряясь в огне, но дождь как будто только этого и ждал. Потоки воды усилились, и пламя начало прибивать к земле.

– Ха! – злая ухмылка пробежала по моему лицу. Я так тоже умею. Напряжением воли я заставил магическую энергию быстрее течь по каналам, и пламя снова набрало силу. Жалко, что «поток пламени» не самое убойное заклинание, уж очень оно удобное, даже целиться особо не надо, только повернуть руку в сторону врага.

Первый встреченный мной стихийный дух предсказуемо оказался водным.

Стоило повернуть за очередной камень, как мне навстречу ринулось шарообразное скопление подвешенных в воздухе капель воды. От неожиданности я даже толком не успел среагировать, когда в воздухе что-то свистнуло, и мне в лицо больно ударила плотная струя горячей воды. Если бы удар пришелся в кадык, то, скорей всего, сломал его, но мой огненный щит сбил прицел элементалю и слегка смягчил сам удар, поэтому я отделался всего лишь шишкой на лбу.

Резким скачком я сократил дистанцию, еще в прыжке меняя «поток пламени» на «лезвие», и стал полосовать водяную сферу огненным клинком. Амплитудные режущие замахи проходили сквозь тело противника безо всякого сопротивления, уничтожая целые куски элементаля. Я успел нанести три удара перед тем, как заметил, что капли воды в теле элементаля начали уплотняться в узел. Догадавшись, что это признак подготовки к новому удару, я без промедления воткнул лезвие прямо в центр этого уплотнения. Горячий пар ударил во все стороны, и элементаль буквально взорвался. Я инстинктивно прикрыл лицо, и остатки водяного тела прошлись колючим дождем по рукам. Перед самой смертью водяной дух заморозил свое тело, и меня окатило мелким градом. Его осколки прошлись по моим рукам, рассекая кожу на кистях. Быстро осмотрев себя на предмет повреждений, я пришел к выводу, что легко отделался. Сейчас обе мои руки пылали от выступившей крови, но, слава богам, что льдинкам не хватало массы и скорости, чтобы нанести серьезные повреждения – поставить синяк или выбить глаз они вполне могли, а при попадании в уязвимые участки с мягкой кожей легко ее рассекали.

От самого же элементаля остался вытянутый голубоватый кристалл, длиной около десяти сантиметров, штука достаточно редкая и ценная. Кристалл можно было выгодно продать.

Я попытался взять его в руки, но капли моей крови случайно попали на его поверхность, и он быстро разрушился.

– Вот же черт! – высказался я от потери ценного ингредиента. Сперва надо приводить себя в порядок и только потом думать о трофеях. Трофеи буду собирать позже, когда разберусь со всеми противниками.

Следующий водный дух, который преградил мне путь в каменном лабиринте, тоже попытался меня атаковать водянной плетью, но в это раз я был готов. Резко припав к земле, я пропустил над собой тугую струю воды и рывком сократил дистанцию с врагом. Три размашистых удара огненным лезвием рвут водяную плоть элементаля, но тот пытается создать новую плеть. Укол прямо в центр – на этот раз я был готов к последствиям – поэтому, когда он начал сжиматься перед взрывом, прикрыл лицо и поспешил отскочить под прикрытие ближайшего камня.

Полностью спрятаться не получилось, скакать с ограниченным обзором очень неудобно, но все-таки сила удара оказалась значительно слабее на расстоянии, так что взрыв второго элементаля обошелся для меня почти без последствий.

С третьим противником все вышло еще более гладко. Он был почти на треть меньше своих собратьев, и его даже не пришлось добивать – три удара огненного лезвия просто развоплотили его, и он осыпался безвредными каплями воды.

– Ну, гады, держитесь, – проговорил я, готовясь к новому бою.

Враг мне достался сложный из-за своей магической природы, но не самый умный. Их тактика была проста и бесхитростна. Стоило только водяному элементалю меня заметить, как он тут же бил плетью, после чего ему требовалось около пяти секунд для подготовки к следующему удару. Мне этого времени хватало, чтобы сократить дистанцию и нанести значительные повреждения. Добивающим же ударом почти всегда выступал точный укол огненного лезвия в формирующееся плетение. Перед самым взрывом я замечал странные всполохи силы, скорей всего, мой удар нарушал их движение.

Мне удалось уничтожить уже семерых противников, когда мне впервые попался сильван – элементаль воздуха. Вначале я принял закружившийся ветер за обычное явление, но когда он сжался в сферу, я понял, что встретил элементаля. Короткий момент растерянности мог бы мне стоить пропущенного удара, но атаки не последовало.

Плотные потоки воздуха растрепали мои мокрые волосы, и сильван взлетел в дождливое небо. Воздушная природа этого элементаля не позволяла ему надолго обрести статичную форму, он постоянно менялся и не мог удержаться на одном месте. Некоторое время я внимательно следил за этим завораживающим танцем, но дух скрылся в потоках льющейся на землю воды и исчез.

Самой же радостной новостью для меня был тот факт, что созданию стихии оказалось безразлично мое присутствие. Похоже, ему было плевать на мое огненное происхождение в отличие от ундин, и он не намеревался ввязываться в драку. Одной проблемой меньше.

Мой поход по каменному лабиринту продолжился, и после победы над одиннадцатым противником я приблизился к его краю. Навалы камня заканчивались, и впереди было открытое пространство болот. К сожалению, каменный лабиринт был не так велик, как мне бы хотелось, и у меня не получилось долго уничтожать противников по одному.

На открытой местности порывы ледяного ветра были значительно сильнее, и царивший здесь холод наморозил тонкую наледь на поверхности болотной воды. При дыхании изо рта вырывалось облачко пара, и кожу неприятно пощипывало от мороза.

За прошедшее время я привык к жаркому климату, и такой резкий контраст заставил внезапно вспомнить о доме. Земля и мой родной Рыбинск с его суровыми зимами, где иной год температура опускалась до минус сорока, явственно встали перед глазами, и мне пришлось отстраниться от этих мыслей, так как враг ждать окончания лирических отступлений не собирался.

Примерно в двух десятках метров от границы наледи расположилось густое скопление стихийных духов, которые и создавали эту климатическую аномалию. Десяток ундин парили в воздухе исполняя причудливый, но удивительно красивый танец, их тела постоянно менялись перетекая в разные формы. Как бы ни было опасно, я не мог не восхититься красотой зрелища.

У самой земли, прямо в центре этой круговерти, находился самый крупный из духов. Здоровяк почти втрое превосходил тех, что я видел до этого.

Мое секундное колебание стоило мне потерю инициативы. Горючая кровь на моих руках продолжала пылать и вместе с зажатым «огненным лезвием» подсвечивала мою фигуру даже сквозь плотную стену дождя. Капли шипели и исходили паром. Здоровяк колыхнулся и двинулся в мою сторону, а я стал пятиться назад под прикрытие валунов.

Резкий свист заставил присесть, водяная плеть духа ударила чуть выше моей головы. Атака была такой силы, что изъеденный временем и болотом камень раскрошился, по спине острыми краями прошлись осколки. Силен гад.

– Гори! – Слово и жест. «Воспламенение» на миг вспыхнуло на теле элементаля, но плотные струи холодного дождя моментально погасили пламя. Защита у него оказалась отличная, мне такую стену воды не пробить, разве что «огненное лезвие» возьмет. Второй удар я нанес по одному из вырвавшихся вперед более мелких духов, их защита сильно уступала здоровяку, но результат тоже оказался невысок. Если удар «лезвия» выжигал целые куски водяного тела, то «воспламенение» лишь слегка проходилось по верхней оболочке элементаля.

Вновь где-то сверху просвистела тяжелая плеть здоровяка, а вслед за ней последовали и другие. Это остальные водные духи присоединились к лидеру, и воздух наполнился свистом, но я уже укрылся. Частые удары застучали по камню, но прицельность их атак была невелика, так что меня даже не зацепило. Хорошо, что духи воздуха не участвовали в этом бою, они продолжали кружить на высоте, оставаясь сторонними наблюдателями.

Первый из элементалей неуверенно зашел в лабиринт, где мгновенно стал моей жертвой. Подскочив, я нанес три быстрых удара «огненным лезвием», и он осыпался водной взвесью.

Моя тактика была проста: заманить духов под прикрытие камней и уже тут уничтожать их по одному. Но, похоже, здоровяк обладал более развитым интеллектом, чем его меньшие собратья и каким-то образом мог с ними общаться. Без единого звука малые водные духи отступили назад, а сам он выдвинулся вперед.

Здоровяк некоторое время колебался, не решаясь перешагнуть рубеж, за которым начинался каменный лабиринт, но потом все же двинулся вперед. Стоило ему пересечь невидимую черту, как он несколько уменьшился в размерах и скрывающие его потоки дождя рассеялись. У меня возникло такое подозрение, что данный феномен как-то связан с взаимопроникновением стихий. Не зря охотник посчитал наше каменное убежище достаточно надежным, и духи не торопились лезть в нашу пещеру, а кружили рядом. Понять бы еще, как это работает, хотя это уже детали – сейчас главное, что мои шансы на победу несколько возросли. Биться с целой толпой никак не входило в мои планы, но один на один – уже совсем другое дело. Ну, теперь-то мы посмотрим, насколько он силен.

Пятясь назад, я заманивал здоровяка в более удобное для боя место. Естественно, что детально изучить лабиринт у меня возможности не было, но мои требования к будущему полю битвы были не очень высоки, и подходящее место нашлось буквально через десяток метров. Относительно ровная площадка позволит мне маневрировать и избегать попаданий водных плетей, а валуны в случае чего дадут надежное укрытие. Я вызвал поток огня и направил его на проход, в котором должен был появиться мой преследователь.

Элементалю явно было некомфортно среди нагромождений камня, и он торопился по-быстрее разобраться с раздражающим фактором в моем лице. Он даже не замедлился, кинувшись в пламя, лишь его оболочка стала покрываться инеем и обрастать кристаллами льда.

Поток пламени прошелся по ледяной броне, не причинив ей особого вреда, и противник вырвался из узкого лаза лабиринта на выбранную мной площадку. Свист рассекаемого струей воды воздуха заставил меня упасть на землю. Водная плеть прошлась над самой моей макушкой, срезав торчавшие волоски. Здоровяк оказался умнее, чем остальные водные духи. Я рассчитывал, что он, как и предыдущие, будет бить по среднему уровню, но он ударил на уровне коленей, и мне лишь чудом удалось избежать удара. Откатившись в сторону, я продолжал поливать его потоками огня, опасаясь подходить близко – он смог меня удивить и подсознательно я ожидал новой пакости. Раскачиваясь из стороны в сторону, как маятник, в двух метрах от противника и направив огонь на элементаля, я выбирал удачный момент.

На секунду мне показалось, что он чуть отступил, и я решил было напасть, но вовремя заметил ловушку. Подобную тактику мне уже приходилось видеть у слизней в канализации. Поверхность тела элементаля стала подозрительно вытягиваться, формируя острые ледяные иглы, и в тот момент, когда я приблизился, они выстрелили в мою сторону. Если бы не прошлый опыт, я бы попался на эту уловку. Отшатнувшись назад и вновь уйдя на нижний уровень, я пропустил иглы над собой и резко рванул вперед, на ходу меняя «поток огня» на «лезвие».

Тугой пучок пламени с широкого взмаха прошелся по покрытому ледяной коркой телу, оставляя обширную брешь. Все же его защита не настолько хороша, пусть она легко выдерживает дистанционные заклинания, но противостоять моему «огненному лезвию» не смогла.

Мне удалось нанести еще один удар, после чего пришлось уворачиваться от водной плети. Центр формирующихся чар находился глубоко внутри элементаля, ближе к земле, и я откровенно побаивался совать в него руку. Судя по его способностям, он мог легко ее отсечь. На этот раз я легко ушел от удара по нижнему уровню простым прыжком и вновь принялся кромсать водяное тело огненным клинком. Мой противник умен, но не гений, и этот его ход был уже предсказуем.

Два удара огненного клинка и вновь отступление. На этот раз я хотел спрятаться за одним из каменных блоков, но не успел, противник вновь атаковал меня десятком бритвенно острых игл. Я избежал большинства, но две штуки-таки пробили мое плечо насквозь. Боль обожгла нервы. Полностью укрывшись за валуном, я, чертыхаясь, попробовал вырвать иглы, но лишь порезал ладонь об острые ледяные края. Вот тебе и легкий противник. Огненная кровь струилась по моим рукам.

– Ну, гад, ты за это ответишь! – Собрав пригоршню горящей крови, я дождался, когда очередная водяная плеть ударит в валун, и рывком выскочил из-за прикрытия.

Три шага, резкий скачок влево, пропуская очередную атаку элементаля. Огненное лезвие вспарывает тело твари, и пригоршня моей крови летит в образовавшуюся брешь в защите. Не останавливаясь, я продолжил полосовать врага.

Огненные капли подобно напалму жгли водяного духа, и почти треть его тела растеклась водой. Он попытался ударить новым заклинанием, но ещё одна порция моей крови разрушила чары. Удар, еще удар – и голубоватый кристалл элементаля падает на землю.

А я устало опускаюсь и начинаю останавливать текущую из длинных порезов кровь.

Глава 15. Болота и спрятанные истории

Почему мне все говорят «ты злой»? А как же другие мои отрицательные качества: саркастичность, язвительность, глумливость, упрямство и чертовское обаяние?

Мою маленькую победу по достоинству оценил только Силок, разбойники так и проспали до самого конца битвы. Дождь и ветер скрадывали все звуки, и в итоге, когда я вернулся в убежище, лишь проводник мог засвидетельствовать, каких усилий мне стоило уничтожить элементалей.

Полученные раны и порезы нещадно болели, а сам я ничего сделать не мог. Но здесь повезло — наш проводник был битым жизнью мужиком, и он помог мне привести себя в порядок. Мои раны были аккуратно зашиты и забинтованы. Силок предлагал вернуться в деревню, но я сослался на хорошую регенерацию и отказался. На следующее утро со мной все будет в порядке, однако день обещал быть тяжелым. Победа над элементалями далась непросто, и теперь придется испытать все тридцать три удовольствия, но не впервой, как-нибудь переживу.

Очередное боевое крещение показало, что я могу справиться даже с таким врагом, опять же, в собственных способностях чуть больше разобрался. «Поток» ожидаемо оказался малоэффективен против бронированных целей, собственно, как и «воспламенение», а «лезвие», если бы не малая дистанция применения, было выше всяких похвал. Я взял себе на заметку, что стоило бы проконсультироваться со знающим человеком на тему взаимодействия стихий. В бою я выяснил, что плетения огня быстрее воды, но при этом несколько слабее. «Ф» — физика. Количество затраченной энергии на испарение воды весьма высоко, так что если бы не мой огромный резерв, я бы не справился с элементалями.

Трофеи тоже грели душу. Часть кристаллов найти не удалось: то ли я не там искал, каменный лабиринт – не ровное поле, то ли они были повреждены во время боя и разрушились. Но итог все равно порадовал: шесть мелких кристаллов и большой со здоровяка. Цены на них колебались, если мне не изменяет память, от десяти до пятнадцати монет, так что, несмотря на пережитую опасность, игра определенно стоила свеч.

К сожалению, победа не принесла избавления от дождя и ледяного ветра. Водяные элементали, напуганные смертью своего главаря, опасались приближаться к моему отряду, но моя горячая кровь по-прежнему манила их, как мотыльков — пламя свечи, и они преследовали нас на некотором отдалении. Из-за понесенных ими потерь дождь стал тише и утратил свою монолитность, но мерзкие моросящие капли не намного лучше ливня.

Передвигаться по болотам в такую погоду оказалось тяжелее: уровень воды постоянно увеличивался и кочки расползались под ногами. Похоже, водяные духи всерьез обиделись и, боясь вступать в открытый бой, пакостили как могли. Настроения нашему отряду это не добавляло, вдобавок суеверный проводник периодически бубнил молитвы и хватался за амулеты. Из-за вынужденной задержки до руин мы добрались позже, чем рассчитывали.

Когда-то величественные шпили и башни древнего города были изъедены ветром и временем и теперь напоминали скелет мертвого гиганта, который медленно погружается в болото.

Лагерь ученого представлял собой несколько палаток из плотной непромокаемой парусины, которые прижимались к стенам древних построек. В середине, над походной кухней, был натянут тент. Лагерь выглядел обжитым и хорошо организованным, смущало только отсутствие самих хозяев: костер давно прогорел, даже угли успели остыть.

— Плохое место, — пробурчал себе под нос Силок.

— Люди! — громко крикнул я, отчего мои спутники вздрогнули. – Люди!

– Кто там?! — раздался ответный крик откуда-то из руин утопленного в болотах города.

— Гости!

– Стой там, иди сюда! Сейчас подойдем! — раздалось в ответ.

Юморист.

Минут через пять подошли обитатели лагеря. Семеро мужчин в заляпанной грязью одежде принадлежали к разным расам: трое были людьми, четвертый — чистокровным орком, пятый был гномом, ну а шестой – ученый — принадлежал к расе эльфов. Хотя его одежда ничем не отличалась от курток и штанов его спутников, по его манере держаться и каким-то другим неуловимым мелочам было ясно, что ученым являлся именно он.

Местный хозяин принадлежал к расе островных, или, как их здесь принято называть, золотых, эльфов. От остальных остроухих эти отличаются бронзовой кожей и золотым цветом глаз. Этот представитель расы, судя по начинающему блекнуть янтарному цвету радужки, уже разменял вторую сотню лет. Его волосы не тронула седина, но такой цвет глаз бывает лишь у тех, кто уже вышел из юности. То есть по человеческим меркам ему было где-то около сорока лет.

– Доброго, хозяева, -- поприветствовал Силок.

– И вам добрых дней, – вполне дружелюбно отозвался эльф. – Не ждали сегодня гостей. Что вас привело сюда?

– По делу пришли. Умные люди посоветовали у вас ответы искать.

– Тогда присаживайтесь, этот дождь так некстати, все равно поработать толком не даст, а по новым лицам я уже успел соскучиться, – с легкой улыбкой на губах произнес ученый.

Хозяин лагеря представился как Сируэль из рода Кедра. Прозвища он не назвал – насколько я знаю, эльфы их не любят, по их мнению, за тебя все скажет твое имя, данное при рождении, и название рода, к которому ты принадлежишь.

Мелкий моросящий дождь не прекращался, но в добротно обустроенном лагере он переносился значительно легче, чем посреди болот или в каменной пещере. Пока хозяева разводили костер и готовили ранний ужин, мы наконец-то смогли расслабиться в тепле и относительном комфорте.

– Так какие дела привели вас в мое скромное жилище? – спросил эльф, когда травяной отвар был готов и разлит по кружкам, а готовящаяся похлебка благоухала аппетитными запахами на всю округу.

– Да вот есть у местных одна проблема… – Я вкратце пересказал злоключения с контрактом гильдии.

– Странная ситуация, я даже с ходу и не назову причину, на что бы могли так обидеться подводные жители.

– Может, кого-то из них убили? – выдвинул я версию.

– Вряд ли это стало бы причиной – из-за пары смертей они не прекратят торговлю. Это крайне плодовитая раса, а срок отмеренной им жизни редко превышает пятнадцать лет, так что вопрос «жизни и смерти» для них мало что значит.

– А то, что вы копаетесь в руинах их древнего города? – осторожно поинтересовался я.

– Им это тоже без разницы. Не уверен, что они вообще помнят, что это именно их город. Я примерно датировал его началом третьего тысячелетия от заселения мира, а это седая древность, по нынешним меркам. Сомневаюсь, что в мире сейчас найдется кто-то, помнящий те времена.

– А как же эльфы и прочие долгоживущие расы? – я от удивления даже приподнял бровь.

– Даже наша жизнь имеет свои пределы. Все мы смертны, и, как говорит древняя мудрость, самое печальное в том, что «внезапно смертны», – покачал головой ученый. – После всех войн и злоключений, что выпали на судьбу этого мира, я не уверен, что найдется хоть десяток разумных, кто разменял больше двух тысячелетий. Разве что боги, но с ними все сложнее.

Эльф ненадолго задумался, затем отхлебнул из своей кружки и продолжил:

– Чтобы вы знали, молодой человек, эти болота когда-то были морским дном, и здесь процветал один из городов-государств мурлоков, судя по останкам демонов. В летописях он был известен как Муссиос – это был один из первых городов, подвергшихся вторжению демонической орды в третьем тысячелетии. Также мне удалось выяснить, что здесь было применено одно из неизвестных великих заклинаний, я назвал его – «воды смерти». Подводные чародеи перед гибелью ударили чем-то настолько мощным, что жизнь вернулась в эти места только через столетия. Заклинание уничтожило миллионы жителей в самом городе и округе, да и саму экосистему, в результате чего на месте подводного города образовалось болото, однако сами строения при этом почти не пострадали. Еще предстоит разобраться в деталях, но, как мне кажется, подводные чародеи использовали обратный принцип целительной силы магии воды. Вода является естественным проводником праны, но, как выяснилось, с ее помощью можно не только передать, но и отнять жизненную силу.

Описанная эльфом история с трудом укладывалась в голове, но я попытался представить, как из миллионов существ на многие сутки пути от города в одно мгновение уходит жизненная сила, и трупы покрывают дно и поверхность моря. Жуткая получалась картина, прямо атомная бомба, только принцип другой. Неизвестные чародеи, кем бы они ни были, решились на отчаянный шаг, уничтожив захватчиков вместе с собой.

– Но ведь такое событие не могло остаться без внимания богов, – басовито присоединился к нашей беседе один из помощников эльфа – гном. – Почему ни один из них не вмешался в происходящее?

– Боги? У богов свои интересы, иерархия и цели. Темные или светлые – все это лишь условность для нас, смертных, – задумчиво произнес ученый.

– Неистинны твои слова, Сируэль, – басом, чуть нараспев возразил подгорный коротышка. – Светлые боги суть защитники мира, а темные же – твари, что силу похищают.

Все присутствующие, кроме меня и эльфа, тут же принялись чертить защитные знаки различных религий. Божественных сущностей в этом мире было великое множество, и каждый выбирал небесного покровителя на свой вкус, но, похоже, иногда встречались и вот такие личности, как эльф, которые верили, что боги существуют, но сознательно отказывались от поклонения. Что же касается лично меня, то я просто не представлял, зачем мне это надо. Наверное, я свою веру утратил тогда, когда лежал посреди джунглей с порванным кирасом горлом и молил Бога о прекращении страданий. Хотя, я, наверное, никогда и не верил. Да, произносил все эти «боже мой!» и «господи, помоги», но искренней веры во мне не было – дань традиции, не более.

– Уймись, Бурко, не с тобой, бородатым, речь веду, – миролюбиво обратился эльф к помощнику. – Для богов война, сильная засуха или моровое поветрие даже полезней затяжного мира. Когда смертные страдают, они начинают истово молиться. Богам для существования необходима энергия, и часть ее они получают из человеческой ба-хионь.

– Ба-хионь? – переспросил я.

– О люди, как же вы глупы и беспечны! – всплеснул руками эльф. – Я чувствую в тебе сильный дар, но как можно оправдать твою безграмотность?! Каждый талант, как драгоценный камень, должен быть огранен опытным мастером, только тогда он откроется миру и засияет своим истинным светом. Как же неидеален и несправедлив мир! Каждый эльфийский ребенок рождается с сильным Источником, но наш дар – одновременно и наше проклятье. Наша природа не столь изменчива, как у других рас. По-настоящему великих магов среди эльфов можно пересчитать по пальцам двух рук.

Не скажу, что я совсем ничего не понял из монолога ученого, все-таки в школе нам что-то рассказывали об эволюции, рецессивных и доминантных генах, но большая часть этих знаний осталась где-то там, на третьей парте у окна.

Видя мое замешательство, эльф привел пример:

– Представь, обычно процент гениев находится в рамках определенной вероятности. Если в твоей стране населения – миллион, а у соседа – десять, то общее количество одаренных в твоей стране – одна тысяча, а у того – десять тысяч. Но вот если в твоей расе процент вероятности ниже, то и цифры будут меньше. Вот и получается, что человеческих магов много, и некоторые из них обладают просто колоссальной властью над мирозданием, которую, кстати, растрачивают попусту, а у нас, эльфов, есть только сильные маги жизни, но и тех немного.

После примера стало значительно понятней, но я все же не видел в этом особой беды. Ну мало у них великих магов, зато почти каждый, перешагнувший рубеж двух столетий, не уступит магистру. Как по мне, так куда большей проблемой для эльфов являлось их длительное взросление и короткий репродуктивный период. Зачать ребенка пара может только очень непродолжительное время в своей долгой жизни, и, как следствие, эльфы – очень малочисленная раса.

– Чтоб ты понимал, магия неоднородна, – между тем продолжил свой монолог эльф. – Она питается от разных источников и сил. Основное разделение происходит от самого разумного, от магического начала. Если говорить простым языком, то источники бывают разных видов и форм, условно их можно разделить на четыре основные группы. Маг – скопление нитей, ему позволено создавать плетения. Колдун – это крупные каналы силы, узкоспециализированный, но мощный талант. Шаман – неструктурированная сила, которая может питать духов. И четвертая -теурги-жрецы, чей источник вырабатывает огромное количество ба-хионь, этим они очень ценны для божественных сущностей. Все остальные таланты по большей части являются либо производными от первичных, либо их смесью. Хотя, конечно, есть и исключения – руническая и ритуальная магия, демонология. Есть еще деление по типам энергии, но оно кажется мне менее полным. Каждое направление имеет свои плюсы и минусы, но, как правило, среди разумных преобладают колдуны, чуть реже встречаются шаманы, а полноценных магов и того меньше.

– А кто сильнее? – решил выяснить я.

– Встречный вопрос, – эльф хитро усмехнулся. – Кто сильнее: ты или водяные духи, что тебя преследуют?

Оказывается, эльфу было известно о произошедшей стычке между мной и элементалями, уж не знаю, как он догадался, но, похоже, этот ученый-путешественник действительно много знал о мире и его устройстве.

– Ну, если я победил, значит я.

– Возможно, и так, – снова улыбнулся ученый. – Но ведь ты мог и проиграть. Дело не в количестве силы, а в том, как ее применить. Каждый силен в своей области, но обычно обученный маг выигрывает бой у любого колдуна или шамана просто потому, что его талант позволяет применять высшую магию. Заклинания с первого по третий круг можно назвать всего лишь подготовкой к ее освоению.

– А кто я? – задал я, пожалуй, самый важный сейчас вопрос, ответ на который может определить мою судьбу.

– Колдун, причем очень сильный, но магом тебе никогда не стать, – разбил мои мечты о величии эльф.

Не то чтобы я собирался пойти в архимаги, но обидно слышать, что истинных высот никогда не достичь.

Я на некоторое время задумался, пытаясь переварить эту неприятную мысль, но она никак не хотела укладываться в голове. Хорошо, пусть этот эльф много видел и знает, но он не всеведущ: он называет меня человеком и, видимо, не в курсе, что я Феникс, а значит, и не понимает всех граней моего таланта.

– Но не печалься, человек, с твоими талантами и при должном усердии ты не скоро найдешь противника, которого не сможешь одолеть. Конечно, если раньше не сложишь голову по собственной глупости. Учеба и методическое развитие приведет к тому, что твой дар откроется в полную силу… – меж тем продолжил эльф.

По всему видать, ученый действительно был одержим и горел страстью к своему делу. Признаться честно, я вначале думал о нем как о «черном археологе», но, похоже, ошибался. В лагере было много находок, и большая их часть состояла из всяких там осколков глиняных сосудов, кусков фресок и подобных ископаемых «ценностей». Короче, эта команда собирала все то, что не могло заинтересовать черных копателей, – им-то нужны другие ценности, на рынке не продашь пусть древнюю, но неуклюже сделанную глиняную чашку.

Многое из речи эльфа никак не относилось к делу, из-за которого я здесь оказался, но мне было интересно его слушать. Мне почти не приходилось спрашивать, сидя у костра и попивая ароматный взвар, он сам рассказывал всякие любопытные вещи. Похоже, за месяцы, проведенные в этих руинах, он действительно соскучился по новым лицам. Наш проводник по дороге сюда говорил, что эльф всего пару раз появлялся в деревне, чтобы сделать покупки.

Я жадно слушал его рассуждения, и если честно, попросился бы к нему в ученики, если бы верил, что он меня примет. Эльфы старались жить и держаться в своем закрытом социуме и общались с другими расами только по делу, ради выгоды. Какую пользу я мог принести этому эльфу? Только дождь и неприятности с водными духами. Хотя, наверное, этот был исключением.

– Так что мне теперь делать с мурлоками? – все же перевел я его мысль в более приземленную плоскость.

– Решение есть всегда, молодой человек, нужно просто его хорошенько поискать, – улыбнулся эльф.

Он ненадолго скрылся в своей палатке и вернулся уже с небольшим листом пергамента.

– Вот, смотри. – Он продемонстрировал кусок желтой бумаги, на которой чернилами были нанесены непонятные закорючки. – Эти символы означают предложение о переговорах. Если ты сможешь передать его кому-то из вождей, то есть шанс, что они захотят встретиться с тобой.

Я вообще-то ожидал кого-нибудь чуда, заклинания или артефакта, но письмо показалось мне простым и весьма перспективным решением проблемы, осталось только доставить его адресату.

– Спасибо.

Глава 16. Дипломатия

В истории русско-турецких отношений лучшим дипломатом был всё-таки Суворов.

Ждать, пока мурлоки согласятся на встречу, пришлось двое суток. На самом деле несколько меньше, просто первые сутки после того, как мы покинули болото с его элементалями, комарами и пиявками, были потрачены на поиски подходящего почтальона, который смог бы доставить послание по адресу. Я на полном серьезе рассчитывал с ходу поймать кого-нибудь из подводных жителей и направить с запиской. Вот только подходящий гонец не желал «попадаться».

Силок обследовал окрестности и утверждал, что периодически следы присутствия мурлоков попадаются, и некоторые — даже относительно свежие, день-два, но ни одного живого нам увидеть так и не удалось. Поняв бесперспективность поисков, я решил поступить по-другому.

Тщательно исследовал скалу, на которой обычно происходили встречи между торговцами с обеих сторон, и нашел тропу, идущую с моря, по которой и поднимались мурлоки. Сами пещеры, по словам проводника, находились где-то дальше, и соваться туда неразумно. Моя идея была проста — если гора не идет к Магомету, то Магомет идет к горе. Было решено сделать так, чтобы мурлоки сами увидели предложение о переговорах. Обрывистые каменные стены подходили для этого как нельзя лучше.

Еще полдня пришлось потратить на поиск подходящей поверхности. Посмотрев вниз со скалы, я даже присвистнул и решил сам туда не лезть. Не то чтобы я панически боялся высоты, но как-то не улыбалось мне висеть на скале на вязанной вручную пеньковой веревке (ну нет у меня к ней доверия, на вид вроде крепкая, но надежности не чувствуется) и рисовать непонятные каракули.

Стоящие рядом трое разбойников под моим взглядом старались стать как можно более незаметными.

– Добровольцы?

Тишина стала мне ответом. Хорошо, я не гордый, можно и поименно:

— Борода, готов?

— Не полезу, — зло оскалил разбойник клыки.

— Сивый?

— А чего я-то? – как обычно, возмутился разбойник.

– Сапог?

— Ну… боязно, — честно признался последний из троицы.

– Понятно все с вами. Тогда пойдем по другому пути. В добровольно-принудительном порядке. — Слушать грызню было неинтересно, а вот сыграть на азарте этой компании казалось верным решением.

Взяв четыре палочки, я обломал одну и предложил тянуть жребий.

Проиграл Борода. Главарь бандитов, матерясь сквозь зубы, обвязался веревкой и полез рисовать. Процесс затянулся на добрый час — письменность подводных жителей почти не имела ровных линий, и все эти завитушки ему пришлось перерисовывать по несколько раз, пока меня не устроил результат.

То ли со зрением у подводных жителей было плохо, то ли с грамотностью, но ждать парламентера от мурлоков пришлось еще около суток. Зато явилась целая делегация.

На скалу со стороны моря поднялось больше двух десятков подводных жителей. Анатомически они мало отличались друг от друга: средний рост – около полутора метров, чуть сгорбленные фигуры с шипастым костяным плавником, тонкие руки, заканчивающиеся трехпалой ладонью с небольшими когтями, мощные и длинные ноги, которые легко заменяли ласты, голова без шеи. Пасть с мелкими, острыми зубами и холодные рыбьи глаза, расположенные по бокам головы, шли в комплекте. Подводные жители, что с них взять. А вот расцветка чешуи сильно отличалась. Цвет ее варьировался от изумрудно-зеленого до почти угольно-черного. Все они были вооружены короткими гарпунами с зазубренными наконечниками.

Когда вся компания поднялась на площадку, вперед выступил мурлок с облезлой голубой чешуей, увешанный различными ракушками, камешками и прочей гадостью. В руках, в отличие от остальных, он держал короткий жезл с гравировкой в виде знаков непонятной письменности. Судя по набору инструментов, переговорщик был стар и являлся то ли шаманом, то ли жрецом.

— Тоы пороивоел воино-о-овоно-о-ого-о-о, – сильно растягивая звуки, произнес выступивший вперед мурлок.

Я непонимающе нахмурился, пытаясь понять, что сказал переговорщик. Язык княжества Заар не был для меня родным, и распознать сильно искаженную речь было трудновато. Мало того, при разговоре жаберные щели мурлока расширялись, и оттуда показывались напоминающие потроха жабры -- смотрелось откровенно мерзко. Понятно, что у них такая анатомия, но видок тот еще.

– Чоело-о-овоек, тоы моеноя по-о-оноимоао-оешь? – еще раз обратился ко мне переговорщик, и на этот раз я вроде понял, что он произнес.

– Да, уважаемый, понимаю, – постарался максимально дипломатично ответить я, хотя до конца не был уверен, что полностью уловил смысл.

– Тыо приовеол вино-о-овного-о-о? – вновь спросил подводный житель.

– С трудом догадываюсь, о чем идет речь. Меня отправил староста человеческой деревни, с которой вы торгуете, чтобы решить возникшие разногласия. Ваши торговые партнеры удивлены тем, что вы отказались от обоюдно выгодной торговли, напали и украли деревенский скот. Они хотят...

– Мыо быолио в сво-о-оем праовео, – прервал мой монолог переговорщик. Его спинной гребень нервно дернулся, а жаберные щели раздулись, показывая неаппетитное нутро.

Далее мурлок выдал длинную тираду, в ходе которой активно жестикулировал и ругался. Если опустить подробности, суть его рассказа сводилась к следующему: он обвиняет жителей деревни в уничтожении идола своего бога с грозным именем «Буольо-о-он» и краже ценной реликвии. Жрец требовал вернуть похищенное и выдать виновного, чтобы мурлоки принесли его в жертву. Если же осквернитель сильно важен для деревни и торговли, то «мудрый, сильный и великодушный Бульон» готов принять в качестве компенсации десяток других разумных в жертву. Дипломат уточнил, что этот жест будет говорить о добрых намерениях старосты и успокоит морское божество, но отдельно отметил, что если деревенские жители не выполнят условий ультиматума, до конца которого, кстати, осталось меньше пяти дней, то подводные жители будут вынуждены объявить священную войну деревне. При этом шаман-жрец грозно потрясал жезлом и злобно пучил жабры.

– Ультиматум? – решил уточнить я. Что-то не помню, чтобы кто-то про такое говорил.

– По-о-о наошеомуо о-о-обычаю мыо пеореодоаоли еого-о-о вмео-о-остео с гаорпуо-оно-о-о-ом во-о-ойныо, – сказал дипломат, а я непонимающе уставился на охотника.

– Гарпуном? – переспросил стоявший рядом Силок.

Мурлок лишь кивнул, а Силок ненадолго задумался, потом склонился к моему уху и зашептал.

– Был гарпун, в дереве торчал, а на нем связка ракушек разных. Но чего это значит – хрен его разберет, никто не понял, – скороговоркой выпалил он.

Н-да... Дела. Странные эти мурлоки: послание вроде как передали, но вот убедиться, что его поняли, позабыли. Хотя что с них взять – нелюди, тут людей иной раз не поймешь, а у подводных жителей свои тараканы, особенные.

В общем, если в течение пяти дней похищенная реликвия и виновный или вышеназванная контрибуция не будут доставлены, мурлоки объявят священную войну. Перспективка так себе, но хотя бы выяснилась причина конфликта между поселениями.

Самое интересное, что подводный народ не собирался мстить за утерянную святыню, они относились к ее уничтожению даже как-то равнодушно, для них первоочередной задачей было унять гнев своего божества, для чего и требовалась жертва. Ну и с компенсацией уже сами разобрались – угнанного из деревенских стада коров вполне хватило для переосвящения алтаря морского божества.

Как по мне, так ученый-эльф прав: проблем больше с этими богами – у каждого свои требования, аппетиты и пожелания, еще попробуй разберись.

Я невольно почесал шею – следы от веревки исчезли на следующее утро, сама она сгорела в огне моего воскрешения, но воспоминания о тех злополучных фруктах навсегда остались в моей памяти. Пара похожих на персики плодов могут стоить жизни голодному путнику. И ведь линчевали меня не какие-нибудь там злобные сектанты, а самые обычные крестьяне. В общем, мой принцип с тех пор: «кесарю – кесарево, а Божие – Богу» или «подальше от начальства и поближе к кухне». Лезть в эти дебри даже не хочется.

Пытаясь разобраться в деталях произошедшего, я попробовал уговорить жреца, чтобы нас с Силком допустили до места происшествия, но получил предостережение – водный бог еще крайне озлоблен и потребует нашей крови. Подставлять свою голову под жертвенный нож не входило в мои планы, поэтому я дальше не настаивал и, попрощавшись с делегацией, заверил их, что обязательно передам всю информацию старосте Мирта. Пусть они уже сами разгребают.

Меня, безусловно, смущали кровожадные требования мурлоков, но, говоря любимыми словами Сивого, а я-то чего? Свою часть я выполнил – договорился, а вот теперь пусть местные сами решают, то ли отдавать десяток человек, то ли искать виновника произошедшего, то ли звать на помощь войско герцога, чтобы он намылил шею обнаглевшим рыбам. Хотя, думаю, герцогу будет выгоднее прислать десяток рабов из тех, что подешевле, чем гонять армию туда-сюда, – ему и без этой глухой деревушки дел хватает.

Попрощавшись с мурлоками, мы отправились в деревню. Обратную дорогу омрачило болотное проклятие: стоило вновь оказаться в болотах, как элементали встали на мой след и быстро догнали отряд. Они по-прежнему опасались нападать, но лучше от этого не стало. К концу первого дня мои бойцы уже вовсю хлюпали носом – полтора дня под непрекращающимся дождем могут достать и более крепких ребят, – и относительно бодрыми оставались лишь я и охотник.

Как выяснилось, трудовые будни героев представляют собой не наполненные романтикой, битвами и приключениями путешествия, а долгие пешие переходы по пересеченной местности. Вначале долго пешком и уже потом эпическая битва. Хотя, наверное, бывает и по-другому, просто мне не с чем сравнивать.

Я, похоже, законченный оптимист, раз стараюсь во всем находить свои плюсы. Пользуясь моментом, я с жадностью впитывал походную науку от нашего проводника и засыпал его вопросами. Правда, ответы не всегда были мне понятны, иной раз вместо слов он просто останавливал отряд, бросал щепотку соли в болотную воду и шел дальше. На мой вопрос, зачем он это делает, он отвечал просто: «Дед мой так делал». И ведь у деда не спросишь! Если, конечно, рядом нет опытного некроманта.

В дороге свободного времени достаточно, и в эти моменты меня посещали разные мысли. Там, в своих грезах, я представлял, как вернусь в Заар и скажу Сиаре, что люблю ее, стану подмастерьем Ависа, а затем и уважаемым ремесленником, открою свою лавку, родится куча детей. И когда-нибудь я оплачу портал на Землю, и мы всей семьей окажемся на пороге дома моих родителей.

Конечно, жениться и стать ремесленником – неплохой вариант, усердно работая и экономя, лет через десять я накоплю на портал… В одну сторону. Но смогу ли я предать людей, что приняли меня в семью и всему научили? Но если не покину их, если останусь тут, то получится, что я предам родителей. Как же все сложно...

Сиара дала мне всего месяц на раздумья, а время неумолимо бежит вперед, и если я не решусь, через двадцать три дня она станет женой другого. Пусть здесь не самое пуританское общество, но нашим свиданиям в апартаментах «Жемчужины» придет конец – я хорошо знал девушку. Но дело даже не в этом. Второго шанса у меня не будет. Надо что-то выбрать, а в голове пока полный раздрай.

При мысли о Сиаре в груди теплело, захотелось бросить все и бежать к ней, но я не мог решиться забыть свою цель и строить свою жизнь дальше уже в этом мире. Кроме меня, у моих стариков никого роднее нет: отец рос сиротой, по маминой линии тоже никого не осталось – бабушка с дедушкой умерли. Я у них единственный сын, и мое исчезновение, конечно же, стало для них серьезным ударом, да мне и самому не совсем уютно в чужом мире.

На самом деле я уже давно плюнул на такие атрибуты цивилизации, как душ, электричество, унитаз. При наличии денег все это можно организовать и тут. Основная же проблема, почему я чувствую себя здесь чужим, – это ценность человеческой жизни, точнее, ее отсутствие, и подчас чудовищная жестокость обывателей. Однажды я был свидетелем того, как женщина вытащила новорожденного ребенка из мусорной кучи, осмотрела и выкинула обратно. На тот момент у меня самого не было ни угла, ни даже денег в кармане, но девочку я подобрал и отнес в храмовый квартал. Не знаю, кем она станет и будет ли довольна своей судьбой, но это все, что я мог для нее сделать тогда. Такова жизнь в этом мире. Здесь нет полиции, которая приедет по звонку и заберет ребенка у нерадивой матери.

Обратная дорога была небогата на приключения, и у меня было время подумать. В итоге, промучившись двое суток, я так ничего и не придумал. Пришлось отложить решение на более поздний срок, хотя бы до возвращения в Заар. Там видно будет.

Из-за проклятого дождя до деревни мы добрались уже после заката, но, несмотря на позднее время, я решил не откладывать поход к старосте. Разбойников отправил на постой в кабак, а сам вместе с охотником, который должен был подтвердить мои слова, пошел отчитываться о результатах переговоров.

– Прямо так и сказали? – слегка побледнел старик.

– Ну, в общих чертах, – кивнул я. – Они ждут ровно одну лунную неделю, чтобы вы предоставили виновного или десяток жертв.

– Хреново, – протянул староста. – Ты успел кому-нибудь сообщить?

– Нет, по прибытии мы сразу явились к вам, но мои балбесы сейчас уже должны быть в гостинице, вот они что-нибудь могут ляпнуть.

– Силок, бегом за ними и тащи сюда, в сенях пусть подождут, и скажи Любаве, чтобы пива им поставила. Да что ты стоишь! Бегом! Головой за них отвечаешь! – скороговоркой выпалил староста.

Обычно неторопливый, сейчас охотник решил не испытывать терпение старосты и пулей полетел в гостиницу. А староста продолжил командовать и отправил кого-то из домашних собирать народ для экстренного совещания.

– Зачем такая спешка? – решил уточнить я, но староста был явно не в себе после принесенных мной новостей и не на шутку перепугался. Похоже, естественная защита в виде болот разбаловала местных, и они вели себя прямо как городские.

Я решил не нагнетать панику, а дождаться, когда все соберутся. Первым появился уже знакомый мне торговец – Гариус Путешественник, затем пришел широкоплечий лысеющий мужик с печальным взором побитой собаки – сидящий рядом купец представил мне его как Вирсо Кузнеца, следующей за столом оказалась ведьма, ну а последними появились жрец Хориги – Микул Сказитель и Сурка Мокрица – шарообразный глава местного ополчения.

Когда вся компания расположилась вокруг стола, староста описал ситуацию.

– Надо звать армию, – нервно высказался глава ополчения, лысина его предательски блестела и капли пота заливали густые брови.

– А успеют? – вмешался кузнец.

– Коней нет, но если поторопиться, даже пеший за полтора дня дойдет. Если комендант сразу вышлет подмогу, то армейцы еще и отдохнуть успеют с дороги, – авторитетно заявил староста.

– Значит, снаряжаем гонца?

– Снаряжаем, – подтвердил староста.

– Я за это платить не буду, – высказался вдруг торговец.

И понеслось.

Наверное, так происходит всегда, когда в одном месте собирается больше троих разумных разом, ведь у каждого свое мнение и интересы. Снаряжает и содержит армию сам герцог, а вот ее обеспечением в точке дислокации занимаются уже армейские квесторы, которые большую часть средств изыскивают непосредственно из бюджета поселения. Но даже не это стало основной проблемой. Уверен, что страх в конце концов победил бы жадность, но присутствующие начали обвинять друг друга в различных и малозначимых сейчас деяниях, от этого процесс принятия решения сильно замедлился.

Глава ополчения обвинял старосту и торговца, что они боятся налоговых квесторов, которые обязательно заинтересуются маленьким бизнесом этой парочки. Они в ответ обвинили главу ополчения в расхлябанности и в том, что если бы он добросовестно исполнял свои обязанности, то подобного бы не случилось. Жрец попытался было успокоить спорщиков, но кузнец назвал его развратником и пропойцей, которому не стоит лезть в дела настоящих мужчин и воинов. Естественно, служитель богини плодородия и виноделия не остался в долгу и поведал честному обществу о телесных недугах кузнеца, дескать, если бы не он, то не было бы у кузнеца пары таких замечательных карапузов (суть помощи так и осталась для меня загадкой). Ну а деревенской ведьме досталось за смех и аплодисменты, которыми она приветствовала особо удачные остроты.

В итоге дискуссии самой популярной оказалась идея о том, что большую часть материальных потерь должны разделить между собой глава ополчения и староста. Логично, что этих двоих такое решение не устраивало, и они пытались всячески съехать.

– Это общая безопасность, и платить за нее должны все, – уверенно и с напором утверждал Сурко Мокрица.

– Да-да! – вторил ему староста.

– В конце концов, это всего лишь жалкие рыболюди, мы можем обойтись и своими силами! – предпринял последнюю попытку глава ополчения. – Тем более искатель нам поможет, отобьемся! – уверенно заявил он.

После упоминания обо мне я решил вмешаться.

– Мой контракт полностью выполнен, и все дальнейшие вопросы будут решаться отдельно, – четко обозначил я свою позицию.

Собравшиеся вновь зашумели, на этот раз по мою душу. Староста, купец и кузнец грязно ругались и упрекали меня в жадности, а деревенская колдунья улыбалась, наблюдая за этим цирком.

Нет, я, конечно, помогу, но зачем это делать бесплатно? Кто-то может обвинить меня в меркантильности, но ведь не последнее у них отбираю, к тому же альтернативное решение есть всегда. Так что если мне заплатят сверху, то я и мой отряд с радостью встанем на защиту деревни.

Собрание затянулось далеко за полночь, и, по-моему, в деревне о надвигающейся беде не знал только абсолютно глухой – собравшиеся так орали, что уже половина сорвала голос. Ну и про домашних самого старосты забывать не следует. Что-то мне подсказывает, что радиостанция «Одна бабка сказала» уже донесла последние новости до всего населения деревни.

После того как присутствующие выдохлись, у некоторых начали появляться интересные мысли, и разговор перешел в более конструктивное русло.

– А что, если просто выдать виновного?

Собрание поддержало такую экономичную идею, но вот определить, кто виновен, было не способно. Версий хватало. Основным подозреваемым стал Верген Буством – сын ныне покойной Веннеты Буство. Молодой человек вернулся домой спустя почти три года отсутствия. На втором месте был ученый-археолог (видать, что-то ценное было в идоле, вот он его и порушил), затем шла ведьма (потому что натура у нее такая), ну а замыкал список жрец (ему это было условно выгодно), хотя и остальные члены сообщества не остались в стороне. Всем досталась своя порция подозрений.

– Убийца – садовник, – уверенно высказал я свое мнение под непонимающие взгляды и отправился спать.

Утро вечера мудренее.

Глава 17. Деревенский детектив. Часть 1

Dove — твоя кожа становится нежной и шелковистой, а не дав — ты останешься злой и неудовлетворенной.

– Следующий! — грозно крикнул Борода, которому впервые выпала возможность выступать в роли стража порядка.

Порог обширной комнаты с картиной на стене, в которой я проводил дознание, переступил староста Мирта. Повторное собрание всех важных людей деревни произошло с утра, и на нем окончательно постановили, что найти преступника — наиболее простой выход. Но гонца в гарнизон все же отправили. Если мне удастся решить проблему раньше прихода войск, за трое суток, то меня ждет награда, ну а если нет, то я всего лишь потеряю время. Допросить следовало всех и каждого, и даже староста не стал исключением из правил.

— Присаживайтесь, представьтесь, род деятельности, — вежливо, но настойчиво обратился я к владельцу дома, одновременно указывая рукой на стоящий напротив стул.

Староста спокойно принял правила игры и присел, а я вооружился пером, готовясь записывать.

Пусть следователь из меня — как из говна пуля, что называется «насмотрелся "Шерлока Холмса"». Но я хотя бы знаю такие умные слова как «дедукция», «тайна следствия», «улики», а кроме того, я единственный являюсь лицом, которое нельзя обвинить в осквернении алтаря, так как прибыл сюда значительно позже происшествия. Ну а обещанная серебряная монета за поимку преступника может заставить меня заняться и не таким делом.

– Зорит Уто по прозвищу Староста, глава поселения Мирт, – ответил мужчина.

Наконец-то я узнал, как его зовут.

— Где находились второго и третьего числа сего месяца?

— У себя дома.

– Приезжие были?

— Да, был один, до сих пор здесь, младший сын Верген Буство, за наследством явился. И за то, что мы без его ведома часть добра распродали, он алтарь водяного бога и осквернил, больше некому! — уверенно высказался староста.

– Хорошо, я вас услышал.

Все деревенские в один голос утверждали, что это сделал Верген, хотя доводы каждый приводил свои, но думается мне, что все успели похозяйничать в заброшенном на год доме, вот и пытаются сейчас прикрыть свои темные делишки. Приезд парня действительно совпадал по времени с произошедшими событиями, но он не покидал деревню больше чем на двое суток, а до пещер мурлоков — только в одну сторону около полутора дней пути. Конечно, при большом желании можно было успеть, но верилось в это с трудом. Короче, улик для обвинения явно недостаточно.

– Кто покидал деревню в это время? -- задал я следующий вопрос из своего небольшого списка, и староста на минутку задумался, а затем стал перечислять, загибая пальцы:

– Исир Торговец – в соседнюю деревню ходил, Микул Сказитель – но ненадолго, поля благословлял, ну и Силок охотился, как обычно.

– Вы уверены, что больше никто не уходил из деревни?

– Да вроде нет.

– Быть может, кого-то еще подозреваете?

– Ну, если не Верген, то это ученый, копаясь в руинах, разозлил водяного бога! И Сивора-ведьма вместе с ним! Она внука моего от заикания лечить отказывается! Поезжай, говорит, в город! А городской лекарь знаешь сколько берет?! А я ей в отместку налог повысил, вот она нашу торговлю сломать и захотела! – выдал староста, а у меня снова задергался глаз.

Все идет по одному и тому же сценарию: вначале все грешат на приезжего, а когда начинаешь уточнять детали, то всплывают личные обиды и претензии. Если обобщить все мной услышанное, то морскому божеству можно отдавать если не все население деревни, то уж половину точно.

Причем некоторые умники в ходе своих размышлений даже находили тайный сговор и с жителями соседних поселений. Не скажу, что вокруг царила атмосфера подозрений и ненависти к ближнему, просто начавшаяся «охота на ведьм» здорово распалила умы местных жителей, и версии сыпались на меня как из рога изобилия. Шедевром же фантазий являлся полет кузнеца и колдуньи на метле, сопровождавшийся необузданным сексом. Видать, рассказчица, бабка Мифо, была изрядной затейницей в молодости, потому что я с трудом мог представить, как подобное можно провернуть на метле, да еще и в полете. Прямо как в том анекдоте.

Место преступления. Опрашивают свидетельницу, бабушку «божий одуванчик»:

– Расскажите, как дело было?

– Захожу, значит, я в подъезд, а там трахаются…

– Не «трахаются», бабушка, а «сношаются».

– Так вот, захожу, значит, я в подъезд, а там трахаются…

– Бабушка, не трахаются, а сношаются.

– Да не перебивай ты! Захожу в подъезд, а там сношаются, присмотрелась, а они трахаются!

Еще задав старосте несколько вопросов, я отпустил его.

– Борода, давай следующего.

– Следующий! – грозно крикнул Борода.

В комнату вошла деревенская колдунья.

– Присаживайтесь, представьтесь, род деятельности, – обратился я к даме, окончательно входя в роль.

Она решила проигнорировать стул и села прямо на стол возле меня. Заглянула сверху мне в глаза и улыбнулась – улыбка ей шла.

– А ты разве не узнаёшь меня, мой милый мальчик? – маняще проговорила ведьма.

Кровь вновь прилила к щекам, но я старался не показать виду и мысленно представлял перед собой Сиару. Колдунья была красивой женщиной, и я не считал ее какую-нибудь извращенкой, я понимал, что ей просто скучно в этой глухомани, и слегка пофлиртовать с заезжим дворянином – вполне обычное желание. Примерно как в моем мире – с молодым симпатичным бизнесменом.

– Знаю, но это к делу не относится, – максимально холодно ответил я.

– Севора Карит Улыбка, наймит на службе деревни Мирт. – Ведьма игриво обошла мой стул сзади и положила руки мне на плечи.

– Где были второго и третьего числа сего месяца?

– Принимала ванну. Одна. – Ее теплое дыхание щекотало мне ухо, пальцы начали массировать плечи, а нежный голос заставил подняться волосы на затылке.

Я на секунду зажмурил глаза, мысленно твердя, что в городе меня ждет невеста, и я буду последней тварью, если сейчас сорвусь на случайную интрижку.

– Вы свободны, – сбившимся голосом с трудом выдавил я.

– Свободна? Ты уверен, мой мальчик?

– Свободны, уважаемая Севора. – Я все же нашел в себе силы сопротивляться ее магнетизму.

– Передумаешь – знаешь, где меня найти, – чуть печально проговорила ведьма и, покачивая крепкими бедрами, покинула комнату.

Я нервно дернул ворот, ослабил воротник, открыл окно и жадно вдохнул свежий воздух. Везет мне с женщинами, у которых имя начинается на букву «С»: там, дома у меня была подружка Света, а здесь Сиара и, возможно, Севора. Может, это мое проклятие? Просто совпадение.

После опроса последнего свидетеля следовало как можно скорее разобраться с полученными в ходе следственных мероприятий фактами, но сперва требовалось просмотреть свои записи по этому поводу.

Виновного пока найти не удавалось, но кое-какие подозрения у меня были. В частности, так и не удалось опросить приезжего: он по своему обычаю покинул деревню сразу после завтрака, а следователем меня назначили только в полдень, так что я пока не скидывал его со счетов. Вторым был торговец: с алтаря была украдена ценная реликвия, а кто, как не он, мог бы ее выгодно продать? Соверши осквернение для маскировки и сиди чистенький, а на ближайшей ярмарке в городе толкни. Вполне возможно, что он имеет к этому какое-то отношение. Ну и, пожалуй, Севора. Хоть в эту версию я верил слабо, но она тоже могла позариться на магический предмет. Кроме того, у нее была возможность задурить людям головы, чтобы скрыть свое отсутствие. Пусть она не столичный магистр или тем паче архимаг, но уверен, и в ее арсенале найдется пара интересных фокусов.

В общем, пока я рассматривал этих троих как наиболее вероятных преступников, но не скидывал со счетов и остальных: охотника, у которого была возможность надолго покинуть деревню; подозрительно болевшего в это время кузнеца; жреца, который мог злоумышлять против алтаря другого бога; да и любого жителя деревни – по каким-то другим причинам...

Мой задумчивый взгляд нечаянно скользнул по картине, которая висела напротив стола. Простой деревенский пейзаж был выполнен на удивление искусно. Знаток живописи из меня тот еще, не понимаю я все эти современные и не очень «постмодерновости», но есть просто красивые вещи, и на этом все.

Разглядывая обычный деревенский пейзаж, состоящий из закатного неба, дома, забора и висящих на нем горшков, я перевел взгляд в правый нижний угол, и мое сердце засбоило, а потом начало грохотать, словно кузнечный молот. На негнущихся ногах я пересек комнату, не отрывая взгляд от картины. Краской на холсте в правом нижнем углу знакомыми латинскими буквами была сделана подпись автора – «Veta Buto».

Мозг отказывался воспринимать то, что видели мои глаза.

– Вот же черт, либо я чего-то не понимаю, либо она с Земли… Староста! – в шоке заорал я раненой белугой. Этого просто не может быть! – Староста!!!

Взволнованный староста влетел в комнату.

– Что это? – Я тыкал пальцем на подпись автора, не в силах подобрать слова.

– Э-э-э… – замычал, не понимая вопроса, староста. – Картина?

– Да! Откуда она?

– Так это Веннета рисовала, у нее и прозвище было Художница, почитай, в каждом доме ее работы на стенах, такую умелицу еще поискать надо было, даже из столицы заказывать приезжали, но она редко за заказы бралась. Дурная баба была, говорила, что искусство за деньги не продается, оно, мол, от души идет.

Я вздохнул, собираясь с мыслями.

– Что здесь написано? – указывая на автограф автора, задал я самый важный вопрос.

– Здесь? Да откуда мне знать. Веннета всегда так свои работы подписывала, я языка-то этого не знаю.

– Как она появилась здесь?

– Ух, давняя история, я еще сам молодым в ту пору был, – начал рассказ староста. – Она из болот выбралась, скиталась там не меньше трех дней, пока на наш поселок не вышла. Языка не знала, все вначале думали, что разумом повредилась, но колдун деревенский, в ту пору у нас Семетр Изморозь был, убедил, мол, нормальная, сказал, что она пришла из далеких стран, к нам ее случайный портал перебросил. Ну а потом ничего, освоилась потихоньку: язык выучила, свой дом мужики помогли поставить, хозяйством обзавелась, а затем и вовсе замуж вышла за Сомита Резца – тоже искусник был, каких мало, но он все больше по кораллу да кости работал, двоих пацанов родила. Босто и Верген, старшего, правда, на десятый год нежить задрала, а вот младший вырос, окреп и в мастеровые ушел, потом на заработки уехал.

Староста на несколько секунд замялся, а потом продолжил:

– Мы, если честно, думали, и он сгинул, а вот же вернулся спустя три года.

– Давно сама Веннета умерла?

– Да с год назад. – Но, видя мой недовольный взгляд, все же уточнил: – Ну, если точным быть, то месяцев десять. Болела она последний год сильно, зрение пропадать стало, кашель плохой появился. Улыбка помочь не смогла. А в город ехать – денег много надо. Хороший целитель дорого берет.

– Демоны нижнего мира, чтоб вам есть только пепел и железо! – злился я, а староста начал вычерчивать охранный символ.

Конечно, не факт, что я не перепутал, но все же вполне вероятно, что художница попала сюда с Земли. Сколько людей пропадает ежедневно? Пусть половина – это криминальные истории, но даже если десятую часть пропавших раскидывает по иным мирам, вполне вероятно, что нас двоих забросило в один и тот же мир. Теперь я просто обязан поговорить с этим Вергеном и как можно больше выяснить о судьбе его матери.

Хотя, судя по подписи и имени, Веннета мне не совсем землячка, скорее откуда-то из англоговорящих стран, но главное – она с Земли. И самое неприятное, что разминулись-то мы всего на десять с небольшим месяцев, – она умерла от старости и болезней. Вот же черт!

Отпустив старосту с наказом срочно, как только он появится, доставить ко мне Вергена, я попытался привести голову в порядок и заняться делом, но удавалось с трудом. Текущие задачи и расследование вылетели из моей головы, и там осталась только одна мысль – о находящемся где-то поблизости портале. Мой обратный билет домой был где-то близко и при этом так далеко. Не в силах ждать, пока появится Верген, я затребовал у старосты разрешения в сопровождении Силка обследовать дом Веннеты.

Дом находился на краю деревни. Кроме разросшейся вокруг травы и заброшенного огорода, от остальных он почти не отличался – сложенное из добротных бревен одноэтажное здание с широким крыльцом. Чувствовалось, что его строили с любовью и на всю жизнь. Судя по следам, дверной замок был снят местными мародерами – его аккуратно извлекли из дверного проема вместе со скобами. Сам дом тоже был запущен, и кругом успел скопиться изрядный слой пыли. Видно было, что тут пытались убраться, но, похоже, тот, кто пытался привести дом в порядок, быстро потерял к этому занятию интерес и бросил.

Внутри дома мне несколько раз попались следы краж – вырванные из стен железные предметы интерьера и пятна на тех местах, где когда-то стояла мебель. Ушлые крестьяне вынесли из брошенного дома все, что могло представлять ценность, оставив лишь голые бревна. На саму постройку, наверное, не позарились лишь потому, что со временем она должна была перейти в собственность герцога. Я все же обыскал дом от самой крыши до погреба, но ничего не нашел.

В общем, дом был пуст. Единственное, что удалось найти, – полупустой походный баул и пару теплых одеял, их принес сюда уже новый хозяин. Наплевав на всякую деликатность, я обыскал мешок, но там были только инструменты: молоток и резцы. Удручающий результат. Вернув все в изначальное состояние, я стал ждать хозяина.

Мысль о портале сводила меня с ума, и я до самых сумерек метался, как загнанный зверь, по комнате. Нарычал на сунувшегося было ко мне Силка, и тот, благоразумно решив не связываться с рассерженным магом, куда-то исчез. В итоге остаток дня был проведен в бессмысленных терзаниях, и когда в комнату с обнаженным мечом в руках зашел жилистый и светловолосый парень, я не сразу понял, кто передо мной.

– Ты кто такой?! – с недобрым прищуром спросил незнакомец, опасно отводя в сторону меч для замаха.

– Гильдеец, – ответил я, указывая на бронзовый амулет, висящий на моей груди.

– Да по мне хоть божественная Хорига и тридцать два князя тьмы! Ты какого хрена делаешь в моем доме? – резко высказался хозяин.

Я почувствовал магию, и его меч слегка засветился.

– Спокойно, парень. – Я примирительно выставил руки вперед. Верген был старше меня примерно на год, но характер у него, судя по всему, весьма жесткий: он даже не подумал опустить оружие и продолжал сверлить меня злым взглядом. Хорошо хоть сразу не напал. Я очень не хотел нечаянно убить владельца ценной информации, да и, глядя на светящийся клинок в его руках, опасался, что это он меня прирежет и свалит в неизвестном направлении. Где потом его искать? – Спокойно-спокойно, я здесь по заданию гильдии. Слышал небось – проблема в деревне с подводными жителями?

Парень без слов утвердительно кивнул.

– Так вот, кто-то осквернил храм подводного бога, и я ищу виновника. Если хочешь, можем с тобой сходить к старосте, и он подтвердит мои полномочия.

– Пошли. Ты идешь впереди, и если дернешься, я тебя быстро на меч надену. Понял?

– Да куда уж не понять, – все так же примирительно отозвался я.

Мне пришлось обойти этого злодея по кругу и с поднятыми вверх руками переться аж до самого дома старосты. Хорошо хоть время было позднее и свидетелей моего позора не было, разве что собаки лаяли из-за заборов.

Староста вначале опешил, увидев такую картину, но потом объяснил сыну Веннеты ситуацию, и мы поменялись ролями. Нет, я не стал его заставлять поднимать руки, но в этот раз уже я стал следователем. В свете свечей мне удалось получше рассмотреть парня.

Верген был мало похож на местных. Хотя оттенок кожи выдавал в нем уроженца герцогства, но вот высокий рост, светлые волосы, голубые глаза, тонкие черты лица, угрюмый взгляд и мощный подбородок говорили о преобладании северной крови – викинг, такой, как их рисуют на картинках. Разве что фигура жилистая.

Устроившись на своем месте, я предложил ему присесть и начал допрос:

– Представьтесь, род деятельности?

– Верген Буство по прозвищу Резец, уроженец деревни Мирт, год обучался на каменщика, а последние пару лет работал в империи на строительстве крепости Мортвик.

– Цель визита в Мирт?

– Наследство. Я тут родился, думал мать навестить, да вот не успел, – хмуро и слегка печально произнес Верген. Пожалуй, это было первое проявление каких-то эмоций, кроме злости, с его стороны, но продолжилось оно не больше двух секунд, потом он снова нахмурился, а взгляд стал колючим. – Пришел, а эти демоны дом разве что по бревнышку не разобрали, все вынесли, от гвоздей до утвари все растащили! – И он зло и непонятно ругнулся.

Язык был чем-то похож на немецкий, но я знал, что так разговаривают в империи.

– А что с работой?

– Стройка закончилась, – односложно ответил мой собеседник.

Да. Тяжелый клиент. Я, если честно, с трудом понимал, как к этому молчуну подобраться. Чувствовалось, что доверия к окружающим людям у него чуть меньше, чем капля. И как такого разговорить? Уверен, если бы не обстоятельства, он бы меня на хрен послал и морду еще набил за то, что в дом его зашел.

– Верген, – произнес я медленно, обдумывая следующую фразу. – Я человек пришлый и здесь по делу. Я из твоего дома даже щепки не взял, разве что пыль на сапогах вынес, так что давай поговорим по-другому. Я тебе не враг и таковым становиться не собираюсь, но мне очень нужны ответы на некоторые вопросы.

Взгляд парня чуть потеплел, но это все, чего мне удалось добиться такой продуманной тирадой.

– Как звали твою мать?

– А это-то тут при чем? Мама ушла в чертоги светлых богов.

– Это важно, Верген.

– Веннета Буство.

– А кто-нибудь на твоей памяти называл ее Вета Буто? – Я старательно пытался донести до него правильное произношение имени на английском.

Сам-то я не особо знаток, ну так и не древнегреческого философа по памяти цитирую. Разница в произношении имени и фамилии была, вот я, например, из Георгия стал Герехом благодаря фонетике местного языка.

Верген некоторое время удивленно на меня смотрел, а потом произнес:

– Tu parle francais?

Господи, какое же счастье я испытал, услышав пусть неизвестный мне, но такой в эту минуту родной французский язык.

Глава 18. Тайна Веннеты Буство

Храбрость! Решительность! Честность!... Вот три главных признака алкогольного опьянения.

— Tu parle francais?

Господи, какое же счастье я испытал, услышав пусть неизвестный мне, но такой в эту минуту родной французский язык.

— Нет. Это французский?

– Да, мама меня учила, но я уже плохо его помню, так и не нашел на свете людей, которые его понимают. — Парень внимательно осмотрел меня: — Ты из Франции?

— Нет, но моя страна находится недалеко. Можно сказать, почти соседи, — чуть печально ответил я.

— Ты ищешь дорогу домой?

Я кивнул.

– Мама тоже искала долгие годы, особенно после смерти отца. Расспрашивала всех, в столицу к магам ездила и даже нанимала поисковые отряды гильдейцев.

– Быть может, она говорила о портале?

— Говорила, — хитро улыбнулся Верген. – Но с чего ты взял, что я поделюсь такой информацией с первым встречным?

Я невольно сжал кулаки, так что костяшки пальцев побелели, а по кистям пробежали языки пламени.

— Спокойней, гильдеец, — все с той же ухмылкой продолжил Верген. – У всего есть своя цена, и, на твое счастье, я знаю, чем ты можешь заплатить.

Парень поставил на стол небольшой кожаный рюкзак, в котором носил свои вещи, и достал аккуратно свернутый листок желтой бумаги, положив его передо мной.

— Карта?

Верген кивнул.

Сын Веннеты оказался крайне предусмотрительным человеком. Клад – штука опасная, и он решил не испытывать морально-волевые качества моего отряда, поэтому мы с разбойниками принесли клятву в храме Хориги и даже оставили письменное свидетельство у старосты, что будем оберегать его даже ценой собственной жизни. Богиня плодородия и земледелия, конечно, -- не бог справедливости и клятв Ворен, но слово, данное в храме у алтаря, лучше не нарушать, может и аукнуться.

– Судя по карте, это здесь, – уверенно сказал я.

– Тут я уже был. Вон, видишь, валун по кругу обкопан, я тут уже третью неделю с лопатой хожу, – разочарованно протянул Верген. – Толку от тебя, как от козла молока.

– А я и не напрашивался, – съязвил я в ответ. – Мог бы и дальше сам искать. Сдался мне твой клад.

– Сдался или нет, но если хочешь узнать о портале, тебе придется мне помочь, – хмыкнул шантажист.

В принципе я даже не был на него зол, ну разве что слегка. Просто такова жизнь. С волками жить – по-волчьи выть, сам себя так периодически веду. Все честно: услуга за услугу. Это справедливо. Поэтому мы уже полдня бродили кругами, обыскивая каждый валун. Возможно, Веннета и была одаренной художницей, но вот картограф из нее вышел неважнецкий. Вслух я подобное не говорил, чтобы не злить Вергена, но про себя уже пару раз помянул попаданку, которая доставила столько хлопот.

– Мужики, осмотрите все вокруг, – дал я команду разбойникам, и те с готовностью отправились осматривать местность. Магическое слово «клад» действовало на этих ребят лучше любых криков и приказов. – Верген, давай сюда свою карту, может, мы что-то упустили.

Сын попаданки без слов достал бумагу и передал мне. Без сомнения, карту рисовала Веннета: ее украшало множество рисунков, которые не имели никакого отношения к этому миру. Умелой рукой тут были изображены старинные паровозы, многоэтажные дома и первые воздухоплавательные машины нашего мира – дирижабли и допотопные самолеты.

На основе этих рисунков я предположил, что Веннета попала в этот мир где-то в конце девятнадцатого или в начале двадцатого века и не застала расцвет технического прогресса, но успела увидеть его начало. По крайней мере, мне так показалось, поскольку ни один из рисунков не отражал чего-то действительно современного – смартфонов, компьютеров, небоскребов и подобного, хотя танки были. Они точно использовались во Второй мировой войне, а в Первой были? Вроде были, но точно не помню... Где же этот чертов «о’кей, Гугл» когда он так нужен? Клянусь, больше не буду разглядывать в Интернете котиков и голых девушек, только поиск ценной и нужной информации. Эх...

Если же не обращать внимания на рисунки, то сама карта была очень проста, и я пришел к тем же выводам, что и Верген, – основным ориентиром являлся храм Хориги, изображенный в виде символа богини. Относительно него требовалось двигаться на север до границы болот, затем вдоль них – до обозначенного валуна, но Верген утверждал, что уже три недели бродит по округе и толку ноль. Тем не менее было решено еще раз пройти по маршруту, в надежде, что он что-то упустил.

– А кем работала твоя мать?

– Не рановато к вопросам перешел? – хмыкнул Верген, но потом все же снизошел до ответа: – Здесь она была художником, а во Франции – преподавателем, учила детей языку, счету и рисованию.

– Она не рассказывала, как попала сюда?

– Говорила, что шла с работы по полю, внезапно поднялся густой туман, а когда он исчез, местность вокруг изменилась, и она уже оказалась здесь.

Учительница, значит. Уважаемая профессия. Но ей крупно не повезло в какой-то момент. И как выжить смогла? Если бы не болота, окружающие эту деревню, то, боюсь, она бы умерла значительно раньше положенного срока.

– А как давно твоя мать попала в этот мир? – решил я задать следующий вопрос.

– Около сорока лет назад, мама сама путалась в точной дате.

Я быстро прикинул в уме получившиеся цифры. Выходит, она родилась в 1920-х – 1940-х годах, успела вырасти, получить образование и только потом попала сюда. Как-то не ложатся цифры. Ее закинуло сюда где-то в возрасте двадцати – двадцати пяти лет, а это значит, что она была свидетельницей Второй мировой войны.

– Верген, а сколько ей было лет?

– В прошлом году ей бы исполнилось шестьдесят шесть, – глухо произнес парень.

Похоже, у всех есть слабое место, и для Вергена это его семья. В отсутствие телефонов, самолетов и прочих высокоскоростных способов связи и передвижения он не мог узнать о кончине матери и попрощаться с ней. На секунду у меня тоже кольнуло сердце: быть может, я сам попаду домой, когда уже будет слишком поздно.

Сглотнув комок, образовавшийся в горле, я постарался отогнать дурные мысли.

– Соболезную.

Верген лишь качнул светловолосой головой, а я, чтобы отвлечься, попробовал вернуться к цифрам. Получается пробел больше чем в двадцать лет. Почему? Вариантов и идей у меня на эту тему много: от банальной нестыковки дат до разного течения времени в мирах, а вот фактов, к сожалению, нет. Ладно, потом буду разбираться.

– Так она нашла дорогу домой?

Верген пару минут молчал, собираясь с мыслями.

– Почти, но остальное ты узнаешь только после поисков.

Что-то такое я и подозревал. Если бы она могла вернуться, то, думаю, давно бы вернулась на родину. Хотя сорок лет жизни здесь, замужество, рождение двоих детей... Могла и захотеть остаться. Много вопросов, но мало ответов.

Вновь обратив свое внимание на карту, я уже в десятый, наверное, раз стал ее изучать. Рисунки отвлекали, и никак не удавалось найти ошибку, но я был почти уверен, что она есть. Очень тяжело ошибиться, когда складываешь два плюс два.

– Пошли, сами посмотрим, только помолчи, не хочу, чтобы твое мнение откладывало отпечаток на мои поиски.

– Да легко, мне важен результат, – хмыкнул Верген, поправляя ножны с мечом на поясе и следуя за мной.

Мы снова обошли предполагаемый участок поисков, я даже забрался на камни, в надежде найти какую-нибудь подсказку или рисунок, но все было тщетно.

– Борода, Сивый, Сапог, как у вас?

– Да нет тут ни хрена, вон только свежие следы от лопаты, – ответил за всех старший из разбойников.

Веры им, конечно, немного, ну разве что Сапогу, этот просто хитрить не умеет, и если что найдет, обязательно себя выдаст, поэтому я еще раз обошел все. Ни хрена.

– Ладно, у тебя какие идеи есть?

– Были бы – я бы тебя не подрядил на поиски. Говорю же, всю округу уже облазил, ничего тут нет, но мама не стала бы мне давать эту карту, будь она пустышкой, – уверенно заявил сын Веннеты.

В принципе его мысли полностью совпадают с моими, но тогда остается только один вопрос – в чем загадка? Чертова карта, где-то в ней должна крыться отгадка.

Я уже собрался отдать карту Вергену, когда взгляд зацепился за край, где была расположена роза ветров – символ в виде креста, который показывает направления по сторонам света. Что-то в нем было неправильное, но я не мог с ходу понять, что.

– Блин, вот же дурак! – воскликнул я.

– Что? – подобрался Верген.

– Смотри! Обычно верхний луч обозначается большой буквой «N», что, если мне не изменяет память, обозначает «North» – «север», тут же вместо него стоит буква «W», что должно переводиться как «запад».

Загадка оказалась простой, но все же попаданка была хитра. Карта была повернута, в этом и заключалась вся сложность. Ход не самый сложный, но если не понимаешь латиницу, то пройти по маршруту верно становится невозможно.

– Ты про north, south, east… – И чуть с заминкой добавил: – West? Стороны света?

– Верген! Вот какого черта, это же тебя обучали этому языку.

– Да я еще в детстве его учил, и говорила на нем только мать, а письменность уже почти и не помню. Все эти рубленые линии, черточки…

Ну, письменность Заара и латиница действительно отличались, местные буквы больше походили на арабскую вязь, латиница на их фоне вправду смотрелась странно.

– Ладно, проехали, возвращаемся в деревню и оттуда уже пойдем правильным маршрутом.

– Вроде мы на месте, – сказал Верген.

Я лишь кивнул в знак согласия.

Возвышающаяся впереди груда валунов темной массой выделялась на фоне заката. Дорога до деревни, а потом и новые поиски заняли весь день, и до места мы добрались уже поздним вечером. Теоретически можно было отложить все до утра, но близость портала и контракт на поиски виновного в похищении святыни и осквернения алтаря водяного бога заставляли экономить время, которого и так не хватало. К тому же Верген, почувствовав близость цели, постоянно поторапливал.

Темные глыбы камней манили спрятанными сокровищами. Однако мы решили проявить разумную предосторожность, ибо запасных жизней ни у кого не было, ну разве что у меня, но я не стал об этом распространяться и зажег факел...

Я почувствовал всплеск магии – лезвие меча Вергена засветилось.

– Артефакт?

– Нет, – односложно ответил он и, положив обнаженный меч на плечо, пошел вперед.

Мне ничего не оставалось, как пойти за ним, – я же поклялся, что ближайшие двое суток несу ответственность за его жизнь и здоровье.

– Борода, ждете нас здесь, мы на разведку, если что – прикроете.

– Ага, – хмыкнул полуорк.

Крадучись, мы вдвоем двинулись вперед. Вечерние сумерки быстро переходили в ночь, уменьшая освещение и наполняя округу ощущением опасности. Непонятные уханья и неясные шорохи заставляли собраться и подготовиться к неприятностям, но стоило пересечь границу камней, как гнетущая атмосфера пропала. Мы в Вергеном вышли на небольшую площадку, заросшую высокой травой. Никаких признаков затаившегося врага.

– Думаю, надо искать где-то здесь, – все же стараясь не шуметь, тихо сказал сын Веннеты.

– Похоже. Подожди, я своих позову.

Вернувшись к камням, я свистнул два раза, призывая разбойничью братию, а сам вернулся к Вергену, который уже начал поиски.

– Смотри, – он поднял из одной из куч кусок камня и показал мне. – Это не простой камень.

По мне, камень был самым обычным, разве что имел на удивление правильную форму, и поэтому я вопросительно глянул на собеседника, не понимая, что он имеет в виду.

– Говорю же, это не простой камень, а блок стены, очень старый, уж поверь мне, я три года занимался строительством.

В голове как будто что-то щелкнуло, и я по-новому осмотрел округу. Кучи камня, поросшие травой, когда-то были стенами, а спрятанная среди них площадка – внутренним помещением здания. Время и болото уничтожили почти все следы, но камень оказался слишком крепок, чтобы быстро потерять следы обработки.

– Сколько лет этой постройке?

– Понятия не имею, – пожал плечами Верген. – Может, тысяча, а может, и больше. На моей памяти никто из деревенских про эти развалины не говорил, уж больно неприметное место.

Я кивнул. Постройка на самом деле находилась далеко от поселка, да еще и на самой границе с болотами, среди множества холмов.

– Нашли?! – громко прошипел подошедший Борода, который тоже почему-то не стал повышать голос, а продолжал шептать.

– Нет, расходимся и ищем.

Разрушенное здание не пугало и не подавляло циклопическими размерами, но почему-то неосознанно вызывало трепет, как будто стоишь на чьих-то костях и подсознательно ожидаешь, что хозяину подобное не понравится. Впрочем, это не останавливало никого из моей компании, и, похоже, лишь я отнесся ко всему столь эмоционально, так как остальные ринулись на поиски спрятанных сокровищ Веннеты. В итоге мне все же удалось пересилить это странное чувство, и я тоже начал искать.

Первым на след наткнулся Сивый. Я как раз смотрел туда, поэтому заметил, как разбойник наклонился, на секунду застыл, потом воровато огляделся по сторонам и заметил мой взгляд. Скривился и все же подал голос:

– Я, кажется, что-то нашел.

Все дружно кинулись в дальний от входа левый угол. Рядом с развалинами стены мы увидели часть сохранившейся постройки и две еще крепкие ступени, ведущие куда-то вниз, может, в подземелье, а может, и на выход через стену, – больше было не разобрать из-за темноты, зарослей травы, каких-то кустов и навалов земли. Расчищать все пришлось около пятнадцати минут, пока Верген в очередной раз не взмахнул лопатой и мы не услышали глухой стук, – часть пола провалилась куда-то вниз.

Все резко отпрянули в стороны.

– Что там? – с ощутимой дрожью в голосе спросил Борода.

– Пока не вижу. Отойдите-ка.

Верген отогнал нас подальше и стал снимать слой дерна прямо от последней ступеньки. Еще через десяток минут ему удалось убрать большую часть, и перед нами появился лестничный пролет вниз, который был заделан толстыми просмоленными досками. Время и влага превратили кусок древесины в труху, и он развалился от удара лопатой.

– Помогите разобрать.

Поняв, что ситуация не опасна, разбойники начали выполнять поручение. Когда доски были разобраны и удалось разглядеть лестницу в кусках древесины, я наконец-то понял, в чем причина моего беспокойства. Из-под толщи камня и земли пробивался магический фон – вот что заставляло так напрягаться. Моего опыта было недостаточно, чтобы его распознать, но подсознательно я его ощущал и поэтому нервничал.

– Я иду первым. Факел! – Пламя широкой струей ударило из моей ладони, освещая все вокруг. Я начал спуск.

Широкий лестничный проем был усыпан остатками гнилых досок и земли. Уже не стараясь идти тихо, я просто откидывал крупные обломки носком сапога в сторону и продолжал спуск. Подземный этаж оказался так же велик, как и разрушенный верхний. В дальней от лестницы стене была расположена глухая арка с четырьмя кругами и вписанными в них какими-то символами, вдоль стен тянулись более сложные рисунки с различными печатями, а в отдалении, ближе к лестнице, находились держатели для питающих кристаллов. Почти все они были пусты, лишь в одном оказался полутораметровый осколок, который до сих пор продолжал функционировать. Его голубоватое свечение наполняло помещение и заставляло светиться часть рисунков, но, похоже, питания было недостаточно, и сияние блекло, не доходя пяти метров до арки портала. Подземный зал с порталом был погружен в полумрак, который разгонял лишь свет от кристалла и моего факела.

Это был старый портал, один из кусков той самой портальной сети, что пошла вразнос еще в третьем тысячелетии. Я не единожды видел изображения таких порталов на картинах и фресках в Зааре, да и вживую, – на центральной площади города стояла точно такая же арка, только и она не работала.

– Портал! – подтвердил мои мысли Верген, идущий чуть позади.

– Да, он самый, – возбужденно ответил я. Возможно, это тот самый портал, что может стать моим билетом домой, на Землю.

Ну что ж, если это и есть наследство Веннеты, то я сейчас стану клятвопреступником и убью ее сына.

Похоже, Верген тоже немного разбирался в магии и мгновенно понял, что может произойти дальше. Он резко прыгнул вперед, перегораживая мне дорогу к единственному уцелевшему кристаллу, развернулся в прыжке и угрожающе выставил меч перед собой.

– Не отдам, это мое, – спокойно и уверенно произнес он.

– Верген, пойми, мне нужнее, – постарался я сказать как можно мягче, но появившееся на кончиках моих пальцев огненное лезвие и решимость во взгляде говорили сами за себя. Я готов убить человека за возможность вернуться домой.

– Э-то мо-е, – почти по слогам произнес Верген, упрямо наклонив голову.

Его меч вновь засветился, и мы застыли, готовясь к схватке. Мне очень не хотелось сражаться с этим парнем. Во-первых, он был мне симпатичен, а во-вторых, выходить на бой с неизвестным, но явно серьезным противником было неразумно. Однако, похоже, другого выхода не было. Даже остатки кристалла-накопителя такого размера будут стоить не меньше трех полновесных золотых монет, а сломанный элемент может не пережить активации, и Верген тоже об этом догадывался.

Теперь понятно, какую тайну скрывала Веннета Буство и какое наследство оставила своему единственному выжившему сыну. Для нее этот кристалл был чем-то вроде надежды когда-нибудь вернуться домой, поэтому она сохранила тайну его местоположения, но, понимая, что рано или поздно умрет, оставила подсказку, как его найти.

– А вы чего? – встрял в разговор спустившийся вслед за нами Сивый.

– Борода! Сапог! Сюда! – крикнул я, и буквально через пять секунд вся троица разбойников была уже рядом. – Заходим с разных сторон, убивать необязательно, можно просто ранить.

– Хм… – промычал Сапог.

– Нет, мы так не договаривались, – зло рубанул рукой воздух Борода. – Ты нас уговорил клятву дать, мы дали, так что если хочешь немилость богини получить, сам с ним сражайся.

– Чертовы трусы! – процедил я, делая первый шаг вперед.

– Герех, подумай головой, ты нарушаешь клятву, данную у алтаря, и бумаги у старосты подписал.

– К черту клятвы, в бездну богов, к демонам этот мир! – Злая, разрушительная сила пламени заструилась по жилам, наполняя тело энергией, кожа почернела и обуглилась. Огонь вырвался наружу. – Это моя дорога домой, и я ее никому не отдам! Гори!

Глава 19. Власть огня

Помню, хотел ты вызвать мерзавца на дуэль, кинул в него перчатку, но она не долетает и возвращается обратно к тебе, потому что мама пришила перчатки резинкой к рукавам, чтобы ты их постоянно не терял.

— Это моя дорога домой, и я ее никому не отдам! Гори!

Огромный огненный цветок распускает лепестки в том месте, где секунду назад стоял Верген. Пламя бьет вверх, опаляя высокий свод подземного зала, и расходится широко в стороны.

Если бы атака была неожиданной, то Верген быстро превратился бы в пылающий факел, но противник вовремя разобрался в ситуации и поэтому избежал неожиданно мощной даже для меня атаки.

— Ты что творишь, придурок?! – крикнул он, но я уже не хотел слушать.

— Прости, Верген, но это мой шанс вернуться. Гори! — Новая огненная атака заставила его снова отскочить в сторону, освобождая мне дорогу к кристаллу.

Разрушительная сила пламени струилась по жилам, боль, которую я обычно испытывал при возрождении, заполнила сознание. Вместе с ней пришла ярость и дикая, неописуемо горькая, но такая приятная радость слияния с огненной стихией. Меня закружило, как в танце. Стремительной, пылающей фигурой я метнулся к противнику. Верген перекатом ушел вправо и попробовал достать меня клинком, но моя скорость в тот момент была значительно выше, и светящееся лезвие его меча прошло мимо.

Очень быстро развернувшись на месте, я совершил рывок в сторону врага. Взмах горящей руки — не хватило всего пары сантиметров до спины Вергена, и тем не менее плащ на его плечах вспыхнул. Еще бы чуть-чуть — и я бы достал его! Но проклятая скорость и взятый с места разгон пронесли меня мимо, и повторить атаку не удалось.

Злость еще больше распалила силу пламени, с таким трудом добытая одежда уже вовсю пылала, но я не обращал на это внимания. Мощь огненной стихии почти полностью поглотила мой разум, оставив меня самого лишь в качестве молчаливого наблюдателя где-то в самом далеком уголке сознания. Сила требовала выхода, у меня была цель, и мы вместе шли к ней, невзирая на преграды.

«Я хочу вернуться домой! Все, кто мешает, — враги! Враг должен умереть!»

– звучала тень моих мыслей в этом танце силы и пламени. Исходящие от меня волны жара испаряли влагу на столетних стенах, и горячий пар начал заполнять помещение.

К тому моменту как я смог остановиться и развернуться, Верген пришел в себя и уже замер в ожидании. Рука с мечом поднята вверх и вперед, ноги широко расставлены и чуть согнуты. Наконец-то он решил принять бой! Сила бурлила и требовала немедленно уничтожить противника. Больше никаких игр в «кошки-мышки».

– Да кто ты, демоны тебя раздери?! — крикнул взбешенный моим неожиданным нападением Верген.

«Феникс!» — попытался ответить я, но из пылающего горла вырвалось лишь пламя и низкий утробный рык. Что ж, без слов даже легче – враг должен умереть.

«Может, использовать магию?» — мелькнула где-то на краешке сознания мысль, но тут же угасла под ревом огня. Меня переполнял океан силы, надо было лишь коснуться врага, пусть даже кончиком пальца, — и этого будет достаточно. Маленькой доли бушующей во мне магии будет достаточно, чтобы испепелить любого. Вперед!

Одним длинным прыжком я преодолел разделяющие нас десять метров и атаковал противника. Я даже сам удивился той скорости и дурости, с которой ринулся в атаку, поэтому пропущенный удар длинного меча не стал неожиданностью.

Не мудрствуя лукаво, Верген просто чуть сместился в сторону и нанес укол. Если бы не моя внезапно возросшая скорость, лезвие клинка пробило бы горло, но в последний момент я все же отклонился, что, впрочем, полностью от удара не спасло.

Повинуясь какой-то неизвестной магии, клинок Вергена удлинился изогнутой змеей и достал меня. Из пореза в плече ударил сноп пламени, который заставил противника отступить. Сейчас я не стал бестелесной сущностью, как при воскрешении, а всего лишь слетел с катушек и на секунду утратил контроль над собственным разумом. Что ж, глупость наказуема. Боль пошла мне на пользу, она заставила взять себя в руки и позволила вернуть полный контроль над своим телом и разумом. Пускай это слегка ослабило связь со стихией и сила перестала течь столь мощно, пускай океан превратился в горную реку, но это не помешает мне совершить задуманное. Мои планы не изменились, так или иначе, но кристалл будет моим. Новый рывок перенес меня к врагу.

Длина меча, несмотря на мою возросшую скорость, давала Вергену преимущество, так как вынуждала меня пройти дополнительное расстояние до него, но в этот раз я не буду действовать так бездумно и тупо.

Уйти из-под укола сияющего клинка, сместиться вправо от режущего удара, и моя огненная ладонь ударяет в тело Вергена. Пламя, легко прожигая кожаный панцирь и одежду, ударяет прямо в грудь, напротив сердца. Я ожидал, что ладонь войдет в плоть, как раскаленный нож в масло, но рука неожиданно ударилась в затвердевшую кожу. Тем не менее я машинально повторил удар, но с тем же эффектом.

Я был быстрее, но, похоже, даже частичное слияние со стихией как-то негативно сказывается на моем рассудке – тело двигалось как молния, но разум не успевал скоординировать все действия, подтормаживал, и это давало моему противнику шанс. Верген вознамерился проломить мне голову навершием своего меча, но я оттолкнул его. Парня отбросило метра на три, но, к сожалению, он смог устоять на ногах.

Уменьшившееся слияние позволило вновь думать головой, и я без колебаний применил магию.

— Поток!

Столб пламени, ударивший из моих ладоней, в этот раз был необыкновенно силен. Противник прикрыл глаза предплечьем, но его это не спасло. Поток бушующего огня полностью накрыл фигуру Вергена. Победа!

Я хотел рассмеяться, но вместо смеха из горла полыхнуло пламя и глухое рычание огня. Слияние вновь слегка усилилось, и ясность сознания стала отходить на второй план, но в этот раз я был начеку и не позволил волнам силы поглотить свой разум и вернул себе контроль.

Столб огня уже испепелил одежду, включая кожаную защиту противника, но парень не сдавался. Я отчетливо видел, как он, прикрывая лицо, пятится назад. Его тело почему-то отказывалось гореть, лишь волосы на голове стали краснеть и завиваться. Вот же упорный! Мои заклинания необыкновенно сильны для новичка, а сейчас я шагнул на какой-то новый уровень силы, и тем не менее враг отказывался умирать. Другой бы давно зажарился, а этот еще пытается сопротивляться. Ничего, моя победа – лишь вопрос времени. Навряд ли его резерв больше моего.

Продолжая пятиться, Верген шаг за шагом пытался выйти из столба пламени, но я не давал ему даже шанса, пресекая жалкие попытки сопротивления. Гул огня и мой победный рык-смех гулял по подземному залу.

В этом состоянии я не мог четко измерить объем оставшейся энергии, я должен полностью сконцентрироваться на контроле, иначе это грозило мне новой потерей разума, но победа была уже близко, я чувствовал это. И тут неожиданно противник замер, отведя меч для удара, и что-то прокричал.

Мне потребовалось чуть больше трех секунд, чтобы понять, что он сказал.

-- Придурок! Я сейчас разобью кристалл! – наконец-то дошел до меня смысл его слов.

«Кристалл? Какой кристалл? Кристалл-накопитель!»

– пронеслось в сознании.

Мгновенно отведя поток пламени в сторону, я с ужасом понял, что чуть не потерял единственный билет домой. Верген воспользовался моей глупостью и, отступая, подобрался к самому накопителю, и я сам почти десять секунд бил по нему пламенем. Хорошо, что кристалл оказался таким прочным, – хоть слегка подкоптился, но все же выдержал мою сумасбродную атаку.

– Еще одно движение, и я уничтожу этот проклятый кристалл! Ты понял меня, полудурок? – зло прокашлял противник. Он по-прежнему стоял с занесенным для удара мечом, его броня и одежда были почти полностью уничтожены, а открытые участки кожи отливали сталью.

Я застыл, пытаясь осознать ситуацию. Пусть поток силы и уменьшился, безумие силы по-прежнему толкало меня на действия. Кристалл-накопитель важнее всего, он – мой обратный билет, его нельзя потерять. Загнанная в угол крыса бросится даже на огромную собаку. Но остатки разума убеждали замереть и не двигаться.

Верген проиграл поединок, но если встанет выбор между «умереть» и «умереть, отомстив», я знаю, что он выберет. Он далеко не слабак, и сейчас, в отчаянной ситуации, он решится, и тогда моя победа не будет ничего значить. А мне нельзя упустить свой шанс!

«Стой! Не надо!» –

хотел было прокричать я, но у меня ничего не получилось.

Спокойней! Надо успокоиться. Медленно вдохнуть и выдохнуть. Сконцентрироваться на контроле, только он сейчас – моя спасительная ниточка. Неспешно и аккуратно я старался унять вышедшую из-под контроля силу. Пока не получалось, но у меня была цель и мотивация – я не мог проиграть, от этого зависело, вернусь ли я домой. Кровь продолжала кипеть, но я старательно гасил разошедшееся пламя: успокаивал пульс, постепенно останавливал поток энергии. Каждая попытка сопровождалась болью, но последний год жизни научил меня терпеть. Боль спазмами проходила через все тело, но я держался на ногах. Сила медленно, по чуть-чуть поддавалась контролю. Я совершал ошибки, кривился, орал, но продолжал попытки.

Возможно, любой другой маг мгновенно бы умер, пропустив через себя такой поток энергии, но мое тело было сделано из другого теста. Огненная стихия является неотъемлемой частью меня, даже сама кровь пропитана ею, – огонь не может причинить мне вреда, только поэтому мои жалкие и неумелые попытки манипулировать собственной силой постепенно приносили результат.

Я почти не помню свои воскрешения, в моменты полного слияния со стихией разум уходит куда-то в неизвестность, а вот собственное исцеление приходилось наблюдать не раз. Если рана не убила меня, то с первыми лучами светил она полностью исчезает. Так же происходило и сейчас. Пламя угасало, обугленная кожа ошметками опадала, оголяя мышцы, жилы, участки костей. Полученный порез просто исчезал, новая плоть формировалась непонятно по каким принципам и без моего участия, но главное – это работало.

Пламя в месте повреждения вдруг становилось настолько плотным, что превращалось в жидкость и затягивало собой прореху, а через мгновение там уже появлялась недостающая кожа. На миг огонь взметнулся к самому потолку, потом резко опал, и я устало осел на пол. В этот раз вместо привычной легкости и силы я чувствовал дикую усталость. Накатила безумная слабость, и я с трудом держался, чтобы не упасть без сознания.

«Вот оно как, значит, я могу управлять этим процессом», –

как-то лениво шевельнулась мысль в голове. Это отличная новость, но я слишком устал, чтобы сейчас размышлять на эту тему, к тому же есть и более насущные вопросы.

Верген еще почти минуту по инерции простоял с занесенным мечом, ожидая какой-то подставы, но потом сам тяжело рухнул на теплый камень пола. Похоже, этот скоротечный бой дался ему не менее тяжело, чем мне: кожа потеряла стальной блеск и побледнела, руки дрожали, а опаленные волосы утратили былую прочность и осыпались пеплом, оставив его абсолютно лысым. Хотя он-то в основном защищался. Уступая мне в скорости и резерве, он просто не имел возможности для нормальной атаки. В общем, все признаки магического истощения налицо. Ну, кроме полного облысения – это чисто моя заслуга. Разве что брови сохранились, лицо-то он рукой прикрыл.

С удивлением я понял, что выгляжу сейчас точно так же. В голове стоял гул, острый осколок камня больно впивался в ягодицу, но сейчас мне было так хреново, что я даже не мог себя заставить передвинуться в сторону.

Значит, вот оно какое, магическое истощение? Первый раз в первый класс. Неприятная, оказывается, штука– и как обычные маги с этим живут? Наверное, если бы не похожее состояние, Верген сейчас бы встал и проломил мне голову своим мечом. Насколько я успел его узнать, парень он резкий. И если честно, то я бы даже на него не обиделся. Он в своем праве.

Это я предал все клятвы и кинулся на него, а не наоборот. Но если отмотать все назад, то я поступил бы так снова. Разве что не стал бы предупреждать, а закончил бы дело подлым, но результативным ударом в спину. Это мне в тот момент мозги снесло, а в следующий раз я такой ошибки не допущу.

–

Хех, – невесело усмехнулся я, продолжая сидеть на месте.

–

Ты придурок, – очень устало и зло произнес Верген.

Мне потребовалось не меньше минуты, чтобы вернуть себе дар речи.

–

Согласен. Но! Кристалл мой. – Главное – цель, все остальное вторично.

–

Иди в жопу! Он денег стоит!

–

А кто спорит, – подтвердил я.

В этом и есть его правота – формально накопитель действительно является его наследством, но мне-то он нужнее. Справедливостью здесь и не пахнет, только личные шкурные интересы. Мысли в голове долго пытались пробиться сквозь усталость и царящий там кавардак, но я все же смог сформулировать.

–

Давай так, – не в силах двинуться с места продолжил я. – Так или иначе, но я воспользуюсь порталом. Тебе сколько восстанавливаться? Час-два? Поверь, я это сделаю быстрее. Быть может, еще минут пятнадцать, и я смогу тебя достать.

Тут я, конечно, блефовал, мне еще ни разу не удавалось испытывать магическое истощение. Но практика показывала, что восстанавливаюсь я действительно быстрее обычного мага. Да и мои результаты явно выше, чем у него.

– Хм, – скептически хмыкнул парень.

– А ты не хмыкай, ты меня в деле видел. Смекаешь? – в лучших традициях Капитана Джека спросил я.

– Допустим. Но тебе так просто меня не одолеть, и кристалл я все равно расхреначу! – упрямо произнес Верген.

Вот же упертый!

– Ну и долго ты против меня продержишься? Твоя магия уступает в скорости плетения моему огню. Стоит мне накопить хоть капельку маны– и тебе каюк.

–

Магия металла не уступит огню! – все так же упрямо произнес Верген.

Я старательно собирал все знания о магии и был в курсе по основным направлениям, но про магию металлов ничего не знал. Единственное -понял, как он сделал тот хитрый трюк с ударом меча. Похоже, он способен управлять формой металла, ну и его защита была из того же разряда. Но надолго его не хватило, мне потребовалось всего пятнадцать секунд, чтобы истощить его резерв почти под ноль. Хотя я и сам выдохся, но тут все понятно, дурная сила – не равно умение.

–

И все равно тебе не выстоять. Ты свою защиту нескоро сможешь повторить. Так вот, выбор у тебя простой: либо добровольно, либо добровольно принудительно. Предлагаю добровольно. Я пытаюсь открыть портал. Если накопитель выдержит, то я ухожу и ты его забираешь себе, если лопнет, то осколки твои. Да, это максимум треть от нынешней цены, но согласись, треть – лучше, чем ничего.

–

Ты думаешь, мама не пыталась его активировать? – зло улыбнулся Верген.

–

Не знаю, это же ты у нас скрытный парень.

На пару минут в подземелье повисла тишина. Двое в жалких остатках обгорелой одежды лежали на каменном полу, и каждый думал о своем, пытаясь прийти к какому-либо выводу. Меня слегка мучила совесть, не позволяя поступить по «праву сильного», но другого выбора я не видел, второй шанс может появиться неизвестно когда. О чем думал Верген, и так было понятно.

– Ты же понимаешь, что если ты меня убьешь, староста передаст бумаги страже?

– Понимаю, но как-нибудь переживу. Да и убивать мне тебя необязательно. Вот сейчас приду в себя, свяжу – и живи себе спокойно. Если мои дебилы не сбежали, то вытащат тебя, ну а если нет, то сам выкрутишься, – спокойно ответил я.

Мы вновь замолчали.

–

Ладно, – через минуту тяжело выдохнул Верген. – Демоны с тобой! Если ничего не получится, накопитель лопнет, а ты останешься здесь, то ты отработаешь мое золото! Идет?

–

Идет, – мгновенно согласился я.

–

А не соврешь? – скептически фыркнул парень.

Логично, для него я теперь клятвопреступник.

–

Верген. Я понимаю, что скажу сейчас глупость, но уж прими ее как факт – я не злодей. Мне просто крышу снесло. Ты не бывал в моей шкуре, так что тебе не понять. Просто вспомни, что тебе рассказывала мама, и пойми: моя цель – свалить из вашего мира как можно раньше, и ради этого я пойду на все. Во всем остальном ты можешь на меня положиться, худой мир лучше доброй ссоры, – устало сказал я, мне уже порядком надоели эти затянувшиеся переговоры.

Парень некоторое время обдумывал мои слова, потом тяжело вздохнул.

–

Ладно, тогда слушай внимательно. Я сам не в курсе многих деталей, но то, что помню, расскажу. Моя мать…

Глава 20. Накопители, порталы и семейные секреты

Ушел в себя

Вышел из себя

Вернулся в себя

Хорошо погулял. Хватит на сегодня.

— Ну и кто ты такой? — задал вопрос Верген.

– Просто сильный и одаренный, — с легкой улыбкой ответил я.

Рассказывать обо всех своих способностях не было резона. Хотя Верген мне откровенно понравился — крепкий и решительный парень, но этот мир уже не раз объяснял мне, что доверие здесь не является добродетелью. И если бы я в определенные моменты своих странствий поменьше доверял незнакомцам, то избежал бы многих неприятностей — не оказался в рабстве, например.

— Ты темнишь, — хитро прищурился мой собеседник.

– Да не особо. Зачем тебе детали?

– Я же должен знать, кто задолжал мне кучу денег! — справедливо возмутился он.

— Скажем так, я тот, кто готов проломить тебе голову, если ты не продолжишь рассказ, – пробурчал я достаточно громко себе под нос.

— И все же? — как будто не услышав моих слов, не прекратил расспросы Верген.

– А сам-то ты где так лихо выучился мечом махать?

— Баш на баш? – очередным вопросом на вопрос ответил парень.

-- Тогда рассказывай первый. – Посмотрим, что он поведает, а там, может, и я чем поделюсь. В своем «бессмертии» я даже под пытками не признаюсь, но мало ли, вдруг будет что-то действительно стоящее.

– Да, собственно, рассказывать особо нечего, – хмыкнул Верген. – У меня двоюродный дядька по отцовской линии работает помощником мэтра Неко Фи Рона.

– А это кто такой? – Имя мне действительно ничего не говорило.

– Во ты даешь! Это же знаменитый архитектор и мечник! Лет пятнадцать назад о его приключениях и дуэлях ходила слава от западных границ империи до самого Ледяного океана!

– Ну а сейчас что? – я так и не понял, в чем «соль».

– А сейчас он занялся строительством. – Видя мое непонимание, Верген все же пояснил: – Дядя смог договориться, и я брал у Неко уроки фехтования.

– А как же эта твоя магия?

– Одно другому не помеха. Тем более моя магия – это семейный талант, от отца достался, ему многое было доступно, но он предпочитал применять свои умения в ремесле.

Да, история почти как у Дюма. Юноша из провинции едет с рекомендательным письмом, чтобы устроиться в армию. Правда, тут несколько по-другому, но сути не меняет.

– И как результаты? – спросил я.

– А то ты сам не видел. Ты чертовски быстрый, правда, тупой, – снова хмыкнул парень. – Мне бы чуть побольше резерва, и я бы победил, – уверенно заявил он.

– Ну-ну, – пришло мое время хмыкать.

Хотя в чем-то Верген действительно прав: если бы он смог разгадать меня с самого начала, то убил бы. Я просто нестандартный противник, а его изгибающийся меч – это же просто жуть какая-то. От такого удара не спасет ни блок, ни парирование. Один удар – один труп, главное, чтобы хватило резерва каждый раз так гнуть металл. Собственно, теперь понятна его самоуверенность: он не только владеет магией, но еще и весьма неплохой боец.

– А что с тобой не так? – прервал мои раздумья Верген.

– Со мной все «так». Я сильный и одаренный. Как сказал один ученый эльф – «сильный колдун, очень сильный колдун». Специализация, как ты понял, – огонь. Ну а то, что ты наблюдал, называется «частичное слияние со стихией»...

– Что такое слияние, можешь не рассказывать, сам знаю, – прервал меня парень. – Лучше расскажи, как ты выжил после такого? Я же видел, как ты горел!

Хм... Вот и попробуй ему объяснить, не рассказывая всей правды.

– Про драконью кровь слышал?

– Это когда кровь горит?

– Верно. Вот она и уберегает меня от большей части повреждений, а остальное – искусство, – уклончиво ответил я и тут же постарался перевести тему в другое русло: – Верген, если я ответил на твои вопросы, то давай уже переходить к делу.

Парень недоверчиво покосился, но, похоже, не нашел к чему придраться.

– Моя мать сильно переживала, когда ее перенесло в этот мир, – продолжил свой рассказ Верген, – но со временем прижилась, вышла замуж за моего отца, родила нас с братом. Вот только надежды вернуться домой так и не оставила, хотя, по-моему, уже и сама не сильно верила в успех.

– А что отец? Самит Резец, если не ошибаюсь?

– Да, верно. А что отец? Отец действительно любил маму, за все свое детство я был свидетелем всего нескольких ссор между родителями. – Невольная улыбка, вызванная воспоминаниями, появилась на лице Вергена, и он ненадолго замолчал. – Что же касается этого треклятого портала, то его удалось найти только через семь лет поисков, которые полностью опустошили наш семейный бюджет. Благодаря болотам места у нас относительно спокойные, но древние поселения глубоко под ними еще хранят остатки магических сил и затрудняют любые поиски. Но ладно, это уже про другое. Я слышал, как мать с отцом обсуждали возможность использовать портал, но с их слов сделал вывод, что работа по его активации будет стоить не меньше десятка золотых. И вот тут родители первый раз серьезно поссорились. Отец многим пожертвовал ради поисков и спокойствия матери, но за минувшие годы он охладел к ее идее вернуться домой.

– В смысле? – решил уточнить я, не совсем понимая, о чем идет речь.

– В коромысле, – передразнил парень. – К тому моменту прошло уже более шести лет, родители успели пожениться, родить детей, обзавестись хозяйством, и переезд в другой мир стал весьма сложным решением. Это не другой город и даже не другая страна, а другой мир!

– Согласен, – кивнул я.

Тут я его действительно понимаю. Если бы семейство Самита и Веннеты переселилось в двадцатый век моего мира, не знаю, как бы сложилась их судьба. Насколько я могу судить, дикая магия Соер-Кифа не оставила своего отпечатка на Вергене, но это не говорит о том, что подобное не произошло с его братом и отцом. И куда им, таким красивым? В цирк уродов? Да и сама ментальность другая, сложно бы им пришлось в моем мире, уж я-то прочувствовал все это на себе. А еще различия в языке, уровне технического прогресса и тому подобное.

– Мечты мечтами, – тем временем продолжал Верген, – но все мы были кровь от крови этого мира. Мать много рассказывала про ваш мир, но в тот момент это воспринималось как красивая сказка. Кто же знал, что мечта может исполниться так неожиданно.

– И что дальше?

– А дальше были долгие разговоры, увещевания отца, и через некоторое время мать все же согласилась. Осколки разрушенных кристаллов-накопителей были проданы, это помогло закрыть долги, но целый кристалл родители все-таки решили сохранить. Уж не знаю, почему, но думается мне, отец пошел на уступку ради спокойствия матери. Но это наше семейное дело, а что касается активации портала, то тут не все так просто. Я сам не знаток всего этого, но из разговоров родителей помню, в чем основная загвоздка. Видишь силовые линии магического рисунка?

Я посмотрел на стены и потолок помещения, по которым змеились магические письмена и рисунки различной степени сложности, они по-прежнему неярко подсвечивали подземелье. Разобраться в этой схеме я не мог, не хватало знаний, но я чувствовал ток силы. Сила текла неравномерно, что косвенно подтверждалось тем, что часть схемы, возле самой арки портала, лишь еле-еле мерцала. Пусть я не шибко умный, но дураком себя вовсе не считаю, по крайней мере, не во всем и не всегда. В общем, даже моих знаний хватает понять, что раз нет видимых повреждений, то системе не хватает энергии для полноценного функционирования. Вопрос: прав я или нет? Я не эксперт, не архимаг и даже не магистр, но Верген продолжал молчать.

– Верген. Демоны тебя побери! Хватит меня мариновать! – начал вновь заводиться я, но парень лишь провел рукой по абсолютно лысой голове и мстительно хмыкнул, не торопясь продолжить рассказ.

– Верген! – угрожающе произнес я и нашел в себе силы сесть.

– Да ладно тебе, – парень примирительно поднял ладони, но раскаяния на его лице заметно не было, – считай это моей маленькой местью. В общем, система почти цела, только разбалансирована. Когда портальная сеть сошла с ума, ее части стали функционировать вразнобой, и сейчас никто не возьмется сказать, куда именно откроется конкретно эта портальная арка. В идеале, чтобы повысить вероятность попасть на Землю, требуется дождаться того же положения светил, которое было в день,когда мама попала сюда, но это почти нереально. По крайней мере, так сказал приглашенный маг.

Верген вновь замолчал, как будто бы подбирая слова, но я четко видел, что он просто играет моим терпением. Пару секунд серьезно раздумывал над тем, чтобы подняться и врезать ему, но магическое истощение все еще сказывалось, и от мысли, что придется встать, становилось тошно. Тем не менее, я нашел решение. Откинувшись на спину, стал с интересом рассматривать потолок и водить пальцем, повторяя контур магических рисунков. Такой подход принес больше плодов, чем крики и угрозы. Играть без публики Верген, похоже, не любил, он некоторое время кряхтел, пытаясь привлечь внимание, но все же сдался и продолжил свой рассказ.

– Мама попала сюда в четвертый день месяца Софир, цикла Боска, во время восхождения Семона.

Я быстро прикинул в голове. Получается, что по земному времени это случилось где-то в начале марта, вот только годы опять не складывались. Веннета попала в Соер-Киф до второй мировой войны, а я всего год назад, нас с Веннетой должны были разделять 50 лет, но мы почти встретились, а ведь она прожила здесь около 35 лет! Такого просто не может быть, но это факт! Из этих нехитрых расчетов выходило, что время на Земле идет чуть ли не в два раза быстрее. Вот же черт! Год, проведенный здесь, равняется почти двум годам дома! Как же там мои родители!? Может, я где-то ошибся? Да нет, вроде, все верно, если обсчитался, то не намного.

Конечно, есть множество различных теорий о времени: может, оно едино, может, идет параллельными потоками, а может, как поверхность бушующего моря, неоднородно. Все это очень сложно для меня, я не физик и с трудом понимаю, как устроена Вселенная, но мои расчеты говорят, что ситуация откровенно паршивая.

Грусть и злая решимость заставили меня сесть и с трудом подняться на ноги. Сейчас я совсем не могу терять время. Почему судьба так не справедлива? Почему фортуна не поменяла время наоборот? Если бы соотношение течения времени шло в обратную сторону, можно было бы надеяться, что мое исчезновение дома никто и не заметит – прожил здесь два года, а вернулся через 5 минут. Сгоревший гараж – это, без сомнения, странно, но отсутствие в два года еще страннее. Придется выдумывать какую-нибудь историю… Черт! О чем я думаю?! Мне бы просто вернуться, и уже потом искать объяснения.

Меня слегка шатало, пока я поднимался по лестнице, но в целом силы возвращались на удивление быстро, и уже к середине подъема голова перестала кружиться.

– Ты куда?! – крикнул мне в спину до сих пор прикованный к полу истощением Верген.

– Подышать свежим воздухом, – буркнул я и продолжил подъем.

Ночная прохлада действительно придала новых сил. Высунув голову из дыры, я обнаружил площадку пустой.

Разбойники слиняли и не забыли прихватить все наши вещи. Похоже, эти прохиндеи решили, что мы убьем друг друга, а они смогут с этого поживиться. Ничего, далеко не уйдут. Возвращаться в деревню им нельзя, староста сразу напишет письмо, куда следует, значит, они сразу пойдут в Заар, ну, а я подскажу Вергену, где их там искать. Дело не самое сложное, ведь нанимал я их через Толстяка. Денег и ценностей в моем мешке не так много, думаю, Верген тоже не богат, иначе не рыскал бы по округе в поисках семейного клада.

Сейчас меня заботило совсем другое. Надо разобраться с порталом! Правда, сейчас начало осени, а не весны, но Семона давно стоит на звездном небе, а это значит, что положение почти как в ночь, когда Веннета попала в этот мир. Верген прав, повторить все идеально один черт не получится. Даже если подождать эти девять месяцев, не факт, что выпадет нужное сочетание, основной календарь ориентируется на дневные светила. Когда совпадает сезон и нужное положение звезд? Да вот хрен его знает. Это моя первая реальная возможность попасть домой, и я не могу ей не воспользоваться. Ждать девять месяцев у меня просто нет сил, тем более, если учитывать разницу во времени между мирами.

Сейчас меня останавливает только магическое истощение, но рассвет близок, я уже чувствую кожей первые робкие лучи малого Гесеона...

– Может, не стоит? – почти просительно произнес Верген.

Похоже, риск потерять такую ценную часть своего наследства сильно беспокоил его.

– Стоит, – безапелляционно высказался я. – Лучше подожди наверху.

– Ну, уж нет, такое я не пропущу.

– Это может быть опасно, – на полном серьезе предупредил я Вергена.

– Значит, так тому и быть, но улизнуть и прихватить кристалл я тебе не дам.

– Ты – параноик.

– А ты клятвопреступник.

– Я думал, мы договорились.

– Доверяй, но проверяй, – уверенно заявил Верген, на это я не нашел достойного ответа.

– Тогда хоть не мешайся, отойди к лестнице. Начали.

Верген отошел к подъему наверх, а я подошел к накопителю. Голубую поверхность испещряли множество мелких трещин, но кристалл пока вроде не собирался разваливаться и мерно светился. Я отвел руку чуть в сторону, чтобы не проводить опыты на столь ценном материале. Он, конечно, прочный, но дурной силы у меня много. Эх... Мне еще бы мозгов.

Итак, убрав руку чуть в сторону, я попробовал выпустить часть силы на свободу. Все оказалось значительно легче, чем я думал. Без сдерживающих сетей плетения она широким потоком устремилась наружу. Красная, густая как кисель субстанция повисла в воздухе и медленно рассеивалась, но не это было самым интересным. Та часть энергии, что находилась ближе к кристаллу, стала медленно притягиваться к его голубым граням и впитываться в них.

Похоже, система устроена просто и достаточно логично, постоянно подпитывать накопитель извне сложно и очень затратно, поэтому кристалл поглощает ту энергию, которая рассеяна в пространстве. Вот и решение задачи, вопрос только в том, хватит ли у меня силы заполнить кристалл до нужного уровня.

Направив правую руку, я уже без опаски стал изливать силу прямо на накопитель. Красный туман обильно заструился и стал впитываться в грани. Свечение слегка усилилось, а я замер, наблюдая за процессом, лишь только мельком поглядывая на амулет, отсчитывая резерв. На 73% процентах появились первые результаты моего труда – кристалл слегка заискрился, и магический рисунок вдоль стен усилил свое свечение, но самое главное, что едва тлеющие силовые линии, идущие к портальной арке, начали потихоньку разгораться. Ну, а мне за потерю четверти резерва пришлось расплачиваться легкой слабостью в ногах.

Не смертельно, но неприятно, тем более, что я не знаю, сколько еще потребуется энергии для активации портала. В любом случае, как говаривал дедушка Ленин, правильной дорогой идете, товарищи!

На 34% мое сердце предательски защемило, но силовые линии наконец-то дотянулись до самой арки, и та начала свою работу. Рунная вязь по периметру мраморных колонн налилась голубым свечением, а внутри заклубился туман. Пляска черных теней перед глазами мешала сосредоточиться, руки тряслись, но я продолжал накачивать кристалл-накопитель энергией. Еще чуть-чуть – и дорога домой будет открыта! Наконец туман полностью заполнил всю внутреннюю полость портальной арки, и с глухим треском пространство разорвалось, открывая путь.

– Ну вот, а ты боялся, кристалл выдержал, – с ухмылкой обратился я к Вергену, – Как я уйду, забирай его. Свои вещи заберешь у моих оболтусов, найди в столице Толстяка Фитца, скажи, что от меня. Только аккуратней – мужик он вредный, но в целом положительный.

– Уходишь? – с какой-то странной печалью спросил Верген. Я уверен, что печалится он не обо мне, скорей, о возможности побывать в далеком, но знакомом по рассказам матери мире.

– Ухожу, но поверь, тебе там делать нечего. Мой мир сильно отличается от того, в котором жила Веннета, прошел почти век.

– А там у себя вы действительно летаете по небу?

– И даже выше, но долго рассказывать, мне пора.

– Подожди… – сказал Верген, спускаясь с лестницы, – это была ее мечта, как сказка из детства… Короче, я иду с тобой! – уверенно заявил он в конце своей скомканной речи.

– Тебе там не понравится, – попытался я его образумить.

– Не понравится легкодоступная еда, этот как его… “туалетл” и летать? Да ну, ты брось! В конце концов, с тебя долг! Ты поможешь мне устроиться в своем мире!

Честно говоря, такого поворота событий я не ожидал. Верген казался мне более приземленным, что ли, парнем, но, похоже, я слишком мало его знаю. Он уверенно подошел к мерцающей арке портала с черным разрывом в ткани мира.

– Ты сам-то идешь или как? – спросил Верген.

Как всегда, жду ваших комментариев и лайков.

Глава 21. Новое небо

Как правильно вести себя в тайге:

Лучше всего пришить к одежде колокольчик, его звон отпугивает медведей. И лучше не ходить по медвежьим тропам — их можно узнать по наличию медвежьего помета. Понять, что помет — медвежий несложно. Как правило из него торчит колокольчик.

Тяжелые черные тучи закрывали небо, бесконечная равнина с чахлой растительностью – с одной стороны и невысокие, изъеденные временем и ветрами, близко расположенные горы — с другой. В мире царила мгла, даже звезды были еле видны и расплывались за густой дымкой, лишь голубоватое свечение портала позволяло рассмотреть округу. Переход выпал на ночное время суток, и было тяжело сориентироваться, и понять, где нас выкинуло.

— Это и есть твой мир?

— Хм… Не уверен.

— Так твой или нет?

— Да не знаю я! Земля слишком большая, я же не везде был. Вроде на Казахстан похоже или на какую-нибудь Сирию... Черт его разберет.

Я прислушался к себе, пытаясь ощутить подсказку, но ее не было. Единственное, что мне удалось обнаружить, так это разницу в окружающем магическом фоне: он был совершенно другим. Соер-Киф был наполнен мягкой, приятной энергией, где-то она была плотнее, где-то более разряженной, но фон был постоянен. Здесь же магическая энергия била волнами, иногда закручивалась в вихри, а затем неведомое течение уносило ее прочь.

Когда один из таких вихрей коснулся нас краем, я испытал ощущение, близкое к моим утренним подзарядкам, много-много меньше, хотя и похоже. После же наступило сосущее чувство пустоты. Этот мир не тянул из меня силу, но и делился ею крайне неохотно. Ощущения были странно приятны, и в то же время было больно и непривычно. Земля ли это? Не уверен. Хотя я не знаю, какой магический фон на Земле.

– Гори. – Слово и жест, и в моей руке загорается «факел».

По крайней мере, радовало, что магия здесь работала так же, как в Соер-Киф. Ну а резерв со временем наполнится.

— Смотри, — Верген указал рукой в сторону недалекой горной гряды.

Присмотревшись, я различил слабые отблески. Кажется, в одной из долин есть какой-то мощный источник света. С минуту я приглядывался к отблескам: пару раз свет исчезал, но потом разгорался вновь, вряд ли такое возможно само по себе. Следовательно, там есть люди… или, точнее, разумные.

– Там люди, — уверенно заявил я. — Значит, нам туда.

– А если ты ошибся? — усомнился Верген.

– Тогда вернемся. Я столько силы залил в этот накопитель, что уж часов пять он точно продержится, -- убежденно сказал я.

Сил на это дело я действительно не пожалел. На активацию портальной арки ушло около семидесяти процентов моего резерва, зато я был уверен, что это не «дорога в один конец».

– Точно?

– Уверен.

– Тогда пошли.

Ходить по темноте – не самое приятное дело, но первую часть пути мы преодолели без проблем, ссохшаяся земля была так выглажена ветрами, что почти не уступала асфальтированной дороге.

Все это время я гадал, может ли подобный рельеф быть на Земле? Легко – ведь есть же соляные пустыни, кислотные озера, гейзеры, вулканические пейзажи, почти неотличимые от лунных. Всякое бывает, а я в прошлой жизни дальше райцентра нигде и не был, только по телевизору смотрел.

Развлекательная прогулка закончилась, когда степь резко уперлась в скалы, – черный пористый камень доставил много неприятных ощущений для двух полуголых людей. У Вергена хотя бы сохранилась обувь и часть одежды, на мне же, кроме амулета, кинжала в ножнах и жалких тряпок, из которых я соорудил набедренную повязку, одежды вовсе не осталось.

– Ну что, полезли?

– У тебя есть другие предложения?

– Да откуда бы, – усмехнулся Верген.

Подъем выдался не из легких, я несколько раз порезал правую стопу и один раз чувствительно шерканулся бедром, когда пришлось подниматься по узкому лазу среди камней. Верген лишь злорадно похихикивал над моими мучениями и поглаживал лысую голову. Справедливо, чего уж там.

Ниже нашей позиции в небольшой долине природа сформировала утопленную в скале площадку. Нависающий каменный карниз прикрывал ее сверху, а скалы – сбоку, там и расположилось местное поселение. С нашей позиции рассмотреть его полностью было невозможно, но то, что мы увидели, напрочь убило мои надежды о доме. Расположенные по периметру площадки магические светильники позволяли хорошо рассмотреть происходящее внизу. Центральным сооружением была широкая портальная арка из красного камня.

Возле арки толпилось около сотни местных. Все они явно относились к одной расе, но слегка различались внешностью и размерами.

В основной массе это были невысокие, всего около метра, краснокожие гуманоиды. Несмотря на небольшой рост, назвать их слабаками трудно: треугольные фигуры бугрились мышцами. У них были мощные длинные руки, выпирающий живот и короткие ноги, что делало их похожими на обезьян. При этом они уверенно ходили на двух ногах, а когда требовалось ускориться, легко перемещались на четвереньках.

Лица тоже не отличались красотой, и в них было слишком мало человеческого. Красные, чуть светящиеся глаза, тяжелые надбровные дуги, массивные челюсти с выступающими клыками и острые, направленные вперед рога.

Второй вид местных обитателей немного отличался от первых: они были выше на полторы головы. А кроме того, каждый из них носил при себе короткий меч в поясных ножнах (кстати, это была их единственная одежда) и среднее копье с широким наконечником. На первый взгляд они слегка уступали человеку в росте, но выглядели серьезными противниками.

Предводителем этого сообщества являлся крупный демон.

Он почти на три головы возвышался над остальными и был значительно шире в плечах, его рога сильно выступали вперед и уже сами по себе могли считаться серьезным оружием. По крайней мере, получить в грудь сорок сантиметров острой кости чревато не только для здоровья, но и для жизни. Вместо меча на поясе висела магическая сфера, испускающая тусклое багровое свечение, и тяжелый шестопер на длинной стальной рукоятке.

Вокруг антропоморфов крутилась небольшая стая адских гончих, но каких-то мелких: те, что я видел на картинках, были значительно крупнее, а эти всего размером со среднюю собаку. Хотя в остальном похожи: та же крупная красная чешуя, короткие морды с набором внушительных клыков и лысые крысиные хвосты. То ли щенки, то ли просто мелкая разновидность.

Местные обитатели, как я уже отметил, толпились возле едва поблескивающего портала и периодически на него поглядывали, отчего я сделал вывод, что они чего-то ожидают.

– Так это твоя Земля? – шепотом спросил затаившийся рядом Верген.

– Нет. Крайне навряд ли… – так же тихо ответил я.

Уж очень местные обитатели напоминали каких-то демонов. Возможно, на Земле и есть подобные ландшафты, но вот таких тварей видеть раньше точно не доводилось. Или я что-то пропустил? Задолбала меня эта неизвестность.

– Нас выкинуло куда-то не туда, – констатировал я.

– Это ты точно подметил. Похоже на Ксафан, – пробурчал Верген. – Соседний с нашим темный мир.

– Откуда знаешь? – удивился я.

Межмировые переходы, даже между мирами в одной спирали, – совсем не дешевое занятие, к тому же не очень безопасное.

– Сам там не бывал, – пояснил напарник, – но об этих налетчиках наслышан. Демоны Ксафана не особо страшны, но известны тем, что наловчились делать проходы в соседние миры. Короче, они та еще заноза в заднице.

Печально, но портал привел нас не на Землю, а в соседний демонический мир. Быть может, не стоило торопиться, нужно было дождаться весны и только тогда действовать, но что сделано, то сделано. Думаю, второй активации кристалл-накопитель точно не переживет, придется искать новый. Хотя стоить это будет дорого...

Мои мысли прервало оживление на площадке вокруг арки. Старший из демонов вышел вперед и высоко над головой поднял магическую сферу. Багровый шар разгорелся сильнее, синхронно с ним портальная арка тоже резко увеличила свое свечение. Командир демонов что-то проорал, и на площадке возникла суета. Откуда-то стали подбегать новые демоны из тех, что помельче. Основной отряд, состоящий из воинов, начал выстраиваться в линию перед порталом.

Арка полыхнула особенно сильно, и пространство разорвалось жирной черной кляксой.

Я думал, что сейчас демоны дружно полезут в портал, но все произошло наоборот – прибытие состоялось с той стороны.

Первым живым существом, появившимся оттуда, оказалась женщина в рваном платье. Сквозь прорехи в одежде можно было различить золотистый оттенок ее кожи, длинные волосы были того же цвета. К ней тут же подбежали двое мелких демонов, заломили руки и потащили куда-то в глубь поселения.

Следом из портала вышел боец с копьем и дернул цепь, которая тянулась за ним. Первые невольники ступили на эту землю. Далее пленники начали появляться группами по десять-пятнадцать в связке. Все они были как в песне группы «Наутилус» – «скованные одной цепью». Расы были различны: люди, орки, пара гномов и целая семья полуросликов, но золотокожих среди них больше не наблюдалось. Периодически из портала выныривали бойцы, нагруженные мешками и прочим скарбом, скидывали свою добычу прямо возле портала, где ее принимали и оттаскивали мелкие демоны.

Эта суета продолжалась минут семь, пока цепочка из рабов и груза не закончилась. Последними из портала появилась группа из полутора десятка бойцов во главе с таким же здоровяком, как местный маг. Вернувшиеся были сильно потрепаны: темная кровь сочилась из множества порезов, но тяжелораненых не было. Видимо, пока часть отряда перетаскивала добычу и пленных сюда, эти вели ожесточенный бой на той стороне портала.

– Вернулись из очередного набега, – озвучил очевидное Верген.

– Похоже на то, – задумчиво протянул я. – Возвращаемся?

– Подожди, не торопись. – Верген указал на происходящее в поселении.

Из портала одна за другой начали выпрыгивать фигуры в золоченых доспехах. Отблеск портала окрашивал все вокруг в оттенки красного, но их защита и оружие как будто излучали внутренние сияние и определенно были зачарованы.

Первый из появившихся воинов кинулся в атаку. Рывком преодолел дистанцию до командира отступающего отряда, и его полуторный меч вскрыл затылок врага. Демон даже не успел понять, что его преследуют. Капли крови темными пятнами легли на золото доспеха. Вокруг закипела битва.

– Цорго! – отразился от скал вой демона-мага.

Сфера в его руках полыхнула бордовым, и золотоволосого бойца разрезало на две части, но это не остановило пришельцев, и они отчаянно бросались в атаку.

Строй демонов ощетинился копьями и устремился вперед, но добраться до врага им помешали собственные собратья, которые не успели убраться подальше, и крутящиеся вокруг адские гончие. Злобные твари, не дожидаясь приказа, с диким рыком кидались на пришельцев, но больше создавали шума, чем приносили урона. Быть может, эти твари были опасны для других, но золотая броня надежно оберегала тело воинов от укусов, и гончие гибли одна за одной. Золотые мечи невесомыми бабочками мелькали в руках золотого воинства, и черная кровь ручьями лилась на камень. Захватчики пытались отступить за строй своих, но неожиданная и мощная атака не позволяла этого сделать.

– Офигеть! Вот это битва! – восторженно прокомментировал происходящее Верген.

Если честно, я не разделял его задора и не рассматривал происходящее как какое-то шоу, а кроме этого, всей душой болел за одетых в золото воинов.

Тем временем золотые быстро вырезали ближайших врагов и адских гончих, после чего врубились в основную линию демонов. Закованные в доспехи, они удачно вклинились в строй, но часть противников побросала бесполезные сейчас копья и взялась за короткие мечи.

Устрашающие на дальней и средней дистанции, золотые клинки оказались не столь эффективны в ближнем бою, и, зажимаемые сзади товарищами, они начали сдавать. На моих глазах двое безоружных демонов кинулись рыцарю в ноги, а остальные принялись осыпать его ударами, пока кто-то не загнал меч под кольчужную юбку. Золотой воин дернулся – вошедший по самую рукоять клинок добрался до жизненно важных органов – и осел. Хотя демонам удавалось убивать рыцарей, но они дорого платили за каждого из них. Зато маг отрывался по полной: бордовая сфера в его руках вспыхивала, и воина разрезало на две неравные части. Атаки демона были поистине убийственные и не знали промаха. Похоже, сфера состояла из артефактов на основе магии пространства и полностью игнорировала физическую защиту.

Однако через открытый портал к золотым подходило подкрепление, и у них были все шансы на победу. Неся потери по центру, они очень грамотно развили успех на флангах. Там пространство было значительно больше, и демоны быстро гибли под ударами мечей.

Пара рыцарей с особенно яркими плюмажами на шлемах попыталась обойти свалку и убить мага, но тот оказался не так прост и ударом своего шестопера проломил блок первого рыцаря и вмял его шлем в плечи. Второй, оценив чудовищную силу демона, действовал более осторожно и даже успел ударить противника в грудь, но так как удар достал его лишь на излете, то рана оказалась не очень серьезной. Зато маг не оплошал: длина рук и заключенная в них сила позволяли ему махать тяжелым шестопером, как тростинкой. Удар этого страшного оружия просто оторвал рыцарю голову и откинул ее метров на десять. Мертвое тело еще пару секунд фонтанировало кровью, а затем рухнуло на камень.

Еще с десяток секунд битва продолжалась в том же темпе, но к демонам неожиданно подоспело подкрепление.

Из глубины поселения прибежала целая толпа мелких демонов под командованием крупного рогача. Этот экземпляр отличался от уже виденных мной бледно-алым цветом кожи, а кроме того, отсутствием одного рога.

По его приказу мелкие демоны устремились в бой. Не меньше четырех десятков этих тварей ударило в левый фланг облаченных в золото воинов. По силе они значительно уступали своим противникам, но успешно компенсировали этот недостаток количеством и скоростью. С диким воем демоны буквально смели пятерых рыцарей, разорвав их когтями на части, а затем ударили в центр. Этот маневр унес жизни десятка демонов, но левый фланг был продавлен, и они, напирая со всех сторон, стали теснить пришельцев.

Ситуацию могла бы поправить магия, но она была не на стороне золотых рыцарей. Они оказались отличными воинами, но не магами. Артефактное оружие и броня, без сомнения, добавляли им силы, но не могли решить исход поединка.

Первоначально меня удивляло бездействие местного мага, но, присмотревшись, я понял, чем он занят. Получив передышку, он высоко поднял артефакт над головой и что-то шептал. Сфера в его руках медленно угасала, как угасало и свечение портала – маг пытался закрыть прорыв.

В определенный момент один из золотых воинов, который хотел пройти через портал, не смог этого сделать. Черный разрыв реальности схлопнулся, свернувшееся пространство отрезало половину предплечья, и на каменную площадку упала рука с зажатым в ней золотым мечом.

– Конец мечникам, а я был готов на них поставить, – с разочарованием проговорил Верген.

Похоже, он тоже болел за золотых, но больше из спортивного интереса, чем из этических соображений.

– Нам пора уходить, – высказал я очевидную мысль.

Верген отрицательно качнул головой, и его губы тронула хищная улыбка.

– Это глупая затея. – Я по одному только жадному блеску в его глазах понял, что он задумал.

– Не скажи. У тебя как с деньгами?

А то он не знает. С деньгами у меня было не просто плохо, а отвратительно. Мою сумку, где хранились деньги и сменная одежда, утащил Борода с компанией, так что из всей собственности остались лишь набедренная повязка и трофейный кинжал. Теоретически его можно продать или обменять на одежду, но расставаться с такой красивой вещью не хотелось.

– Смотри, демоны понесли серьезные потери, они ослаблены, сейчас самое время, чтобы пощипать этих бандитов. Если удастся убить чародея, то нам за эту сферу золотом по весу отсыплют, – убежденно гнул свою линию Верген.

– Ага, ты видел, что он ею творил? – со скепсисом возразил я.

– Тогда по фиг на сферу, но зуб даю, они неплохо поживились у золотых.

– Да ты прямо демон-искуситель! – не выдержал я.

Если удастся добыть хотя бы один комплект золотого рыцаря, это окупит весь мой поход, да еще горка золота сверху останется.

– Вот так бы сразу! – Хищная улыбка на лице моего подельника стала шире.

Глава 22. Грабители

— Извините, у вас нет знакомых грабителей?

— Нет.

– Разрешите представиться...

Лазать по скалам в темноте — то еще удовольствие, так что добираться до подходящего отвеса, с которого можно было переметнуться на территорию поселения, пришлось полчаса. Света было мало, но само наличие освещения в поселении говорило о том, что демонам, несмотря на жуткие красные глаза, он тоже необходим, поэтому мы лишний раз старались не рисковать и изыскивали всевозможные укрытия. Подобравшись к краю уступа, наконец-то удалось рассмотреть поселение полностью.

Места под каменным козырьком было немного, но демоны умудрились разместить там целых четыре здания. Три узких, сложенных из грубых каменных блоков, строения наверняка являлись бараками для рабов, а четвертое, ближнее к порталу, скорее всего использовалось как склад и, возможно, в качестве жилья для старших демонов.

Переполох, вызванный вторжением золотых рыцарей, уже улегся, но расслабляться все равно не стоило. Бой закончился полчаса назад поражением воинов-пришельцев, что было лишь вопросом времени. Они сопротивлялись упорно, но, лишенные подкрепления, не могли рассчитывать на победу, их конец был предрешен — их окружили и перебили.

Не знаю, кем они были, но мне хотелось верить, что силами добра, которые пытались освободить захваченных пленных. Хотя с тем же успехом золотые рыцари сами могли быть рабовладельцами, которые хотели вернуть свою собственность. Быть может, когда-нибудь я узнаю правду, но в этот момент предпочитал верить в добро.

С врагами демоны не церемонились: выживших заковывали в цепи, а тяжело раненых, как своих, так и чужих, добивали без всякой жалости, тела обдирали и утаскивали куда-то за бараки. Было у меня подозрение, что там находится местная кухня, но проверять этот факт не хотелось.

По моим прикидкам, в поселении оставалось еще не меньше семидесяти демонов, причем двое из них особо опасны — однорогий и маг. Тем не менее игра стоила свеч: если не нарываться, а сделать все тихо, можно без проблем добыть хорошую одежду и оружие.

— Чисто, — прошептал Верген.

Мы по очереди спрыгнули на площадку. Камень больно ударил по израненным стопам.

– Туда, – я жестом указал напарнику.

Двумя силуэтами мы крались вдоль скальной стены, стараясь не появляться на освещенных магическими светильниками участках. Демоны то ли были уверены в своей безопасности со стороны скал, то ли после битвы с золотыми воинами у них нарушился распорядок и они забыли выставить караульных, но мы спокойно добрались до склада.

Трехэтажная постройка из местного камня была лишена окон, но по выступающим каменным блокам было понятно, что правая его часть разделена на этажи, а левая представляет собой одно большое помещение с потолком у самой крыши. Зачем нужен такой ангар? Да черт его знает, может быть, Верген в курсе, но спрашивать я не стал.

Переглянувшись с напарником, я показал, что пойду первым. Если кто-нибудь нас заметит и поднимет тревогу, то нам придется туго. У меня есть приемы как для ближнего боя, так и для дальних атак, а вот Верген ограничен ближним боем, да и резерв у него значительно меньше моего.

В помещении царил полумрак, тусклые магические светильники с трудом позволяли разглядеть, что происходит, но в общих чертах картина вырисовывалась. Мельком заглянув внутрь, я тут же отступил обратно.

Помещение действительно оказалось складом, всюду валялись ящики и груды еще не разобранной добычи. Вдоль стен до самой крыши стояли криво сколоченные стеллажи. Демоны в лестницах не нуждались, их длинные руки с короткими крючковатыми когтями позволяли свободно перемещаться по этим террасам. Обезьяны фиговы. За то мгновение, что я рассматривал помещение, мне удалось заметить сразу шесть тварей: трое как раз лазали вдоль стен, а двое под присмотром однорогого здоровяка сортировали добро.

Стараясь не шуметь, я быстро показал Вергену пантомиму — четыре пальца, два рога, минус один рог. Тот понятливо кивнул.

Мне не очень хотелось связываться со здоровяком (я даже не знаю, как они называются, но меня вполне устраивает название «демоны»), демон-маг наглядно показал, насколько он серьезный боец. Но мы слишком далеко зашли, чтобы отступать, да и жадность при виде такого количества добра просто не позволяет развернуться и уйти. Это чертово путешествие длиною в год превратило меня в разбойника и грабителя. Может, у кого-то в душе и живут всякие жабы или хомячки, но в моей — кто-то минимум размером со слона. «Бери все и не отдавай никому».

Но жадность тоже должна быть разумной. В моем личном рейтинге опасностей демоны разделяют первое место со жрицами темных культов. Тело у меня, допустим, бессмертное, ну или, по крайней мере, трудноубиваемое, но вот что станет с моей душой, я уверенно сказать не могу, а проверять – дураков нет. В общем, сперва думаем головой, потом действуем. Очень надеюсь, что демоны не ожидают повторного нападения, а значит, можно застигнуть их врасплох.

— Следи за тылом, — беззвучно передал я Вергену и вновь заглянул на склад.

Демоны продолжали заниматься своими делами: двое мелких доставали из кучи вещи, Однорогий (я решил называть его так) командовал, куда что положить, и предмет отправлялся вверх. Вот только эта суета очень мешала выбрать подходящий момент, чтобы проникнуть на склад. Сваленная в кучи добыча в дальнейшем послужит надежным укрытием, но до нее еще надо добраться – от ворот до ближайшей кучи около трех метров открытого пространства. Сунусь — заметят, а мне очень не хочется давать врагам время на подготовку.

Секунда бежала за секундой, и я уже хотел плюнуть на внезапность атаки, но тут шанс все-таки выпал. Когда один из мелких демонов достал из кучи золотой меч рыцаря, то короткая вспышка на рукояти клинка показала ему, что трогать чужие магические вещи – не самая умная мысль. Руку демоненок сохранил, но меч с визгом выронил. Однорогий увидел это и поднялся со своего трехногого табурета. Смачная оплеуха отправила мелкого демона далеко к стене. Остальные замерли и стали ждать развития событий.

Я решил, что это и есть подходящий момент, немедля схватил Вергена за локоть и потянул вперед. Одним рывком мы перебежали открытое пространство и спрятались за грудой вещей. Ожидая какой-либо реакции демонов, мы на пару секунд замерли, но, похоже, нам удалось остаться незамеченными. Однорогий что-то громко орал, видимо, проводил инструктаж по технике безопасности опростоволосившемуся подчиненному, а остальные демоны молча внимали начальству. Надо действовать. Я указал напарнику направление на центр и провел пальцем по горлу, затем рывком перебежал к соседней куче хлама. Парень он понятливый, думаю, разберется.

Однорогий тем временем, выпустив пар, выдавал новое задание: высоко над головой поднял золотой амулет в виде монеты на тонкой цепочке, затем взял меч и что-то коротко прорычал. Похоже, приказ был понят, и мелкие кинулись выискивать из кучи вещей амулеты и таскать ему. Он же разглядывал каждый, после чего долго выбирал один из мечей, обматывал цепочку вокруг рукояти и откладывал ценные трофеи в сторону. Было несложно догадаться, что встроенная в клинки магия завязана на эти амулеты, но в данный момент меня это не особо интересовало. Аккуратно перебираясь от укрытия к укрытию, я заходил Однорогому в спину. Сидящие на верхотуре демоны здорово мешали, но, получив взбучку, они были больше заняты работой и не смотрели по сторонам.

Укрывшись за очередной грудой добычи, я уже смог изучить Однорогого во всех деталях. Его алая кожа, в отличие от ярко-красной, почти бордовой, у остальных была испещрена трещинами, единственный рог, тоже покрытый трещинами, имел цвет старой кости, а выпирающие из нижней челюсти клыки были сильно сточены.

«Старик?» -- мелькнула мысль.

Похоже, так и есть. До этого момента мне не доводилось видеть чистокровных демонов, и я даже как-то не думал, что среди них могут быть старики. Хотя мне, собственно плевать, есть у меня пунктик по работорговцам, так что убивать его буду даже с некоей долей удовлетворения. Незамеченным подойти еще ближе уже точно не получится, поэтому, выбрав момент, когда противник отвлекся, я бросился в атаку.

– Лезвие, – шепчу я уже на бегу, и на кончиках пальцев формируется кинжальный клинок из пламени.

Широкая спина демона всего в паре метров от меня – рывок и удар. Удар был точен, но, похоже, демон имеет изрядное сопротивление магии – мое лезвие начало распадаться сгустками силы, так что я с трудом смог удержать плетение. Когда огненное лезвие вошло в спину, Однорогий дернулся, и это чуть сбило направление. Лезвие прошло мимо позвоночника, чуть левее. Прижавшись к спине демона, я попробовал опустить клинок вниз, чтобы распороть кожу и мышцы, но он оказался более живуч, чем я рассчитывал. Длина рук позволила ему нанести удар локтем; сам удар был не страшен, я легко заблокировал его плечом, но вложенная в него сила откинула меня в сторону и не дала мне добить противника.

В этот момент Верген сияющим клинком разрубил одного из мелких демонов и пытался достать второго. Его враг оказался труслив и кинулся бежать, так что удар меча моего напарника прошел мимо. Демон, чтобы разогнаться, опустился на все четыре лапы, и Верген воспользовался заминкой. Второй удар клинка попал по спине демоненка и перебил ему позвонки в районе крестца. Демон жалобно заскулил, но повторный взмах сияющего магией лезвия отрубил ему голову.

К сожалению, на этом успехи нашей вылазки закончились. Недобитый Однорогий пришел в себя и был готов дать отпор. Мой точный и неожиданный удар не убил его, хотя и нанес серьезные раны. Повреждения внутренних органов вызвали обильное кровотечение из пасти, и черная кровь капала на пол. Также удар пробил лопаточную кость, так что его левая рука повисла плетью, да и прожженная в груди дыра тоже не способствовала крепкому здоровью. Тем не менее сдаваться он явно не собирался. Демон попытался взвыть, но из пасти вырвался лишь злобный хрип вперемешку с черной кровью. Злобно оскалив сточенные клыки, он подхватил один из золотых клинков из тех, что лежали рядом. Однорогий был выше любого из нас на голову, а длина его единственной теперь рабочей руки значительно превосходила человеческую, так что я не торопился подходить близко.

– Вали мелких. Я его сдержу! – уже не скрываясь, крикнул Верген и кинулся в атаку.

– Аккуратно, он чертовски силен… Гори! – Слово и жест.

За секунды, что минули с начала боя, лазящие наверху демоны еще не успели сообразить, что происходит. Огненная вспышка окутала голову ближайшего. Прицельная атака сделало свое дело. Демон только успел слабо пискнуть, когда пламя выжгло ему глаза и горло, а затем камнем рухнул из-под самой крыши – потом надо добить. Похоже, сопротивление магии – врожденная способность у этой расы, но у молодых демонов оно еще недостаточно развито.

– Гори! – Слово и жест.

Главное сейчас – не позволить им покинуть помещение склада. Справиться с толпой мы точно не сможем.

Следующая атака прошла мимо: сориентировавшись в обстановке, мелкие стали скакать между полками, чтобы вспышка пламени бесполезно накаляла воздух. Один из них развернулся и прыжками двигался к выходу, вынуждая меня кинуться ему наперерез. Я старался не потерять гаденыша из виду, пришлось рискнуть и срезать путь через одну из куч. Слава богам, обошлось, хотя на секунду левая нога зацепилась за какой-то предмет, и я чуть не рухнул.

Второй демоненок схватил кувшин и метнул в меня. Сместившись вправо, я легко ушел от снаряда и продолжил преследование. Гад снова попытался меня достать. Украшенная затейливой резьбой шкатулка просвистела у моего левого виска. Черт! Этот мелкий гаденыш сильно мне мешал, но пока я не мог на него отвлекаться. Ловко перепрыгивая по деревянным настилам стеллажей, первый демоненок все ближе продвигался к выходу. Глухой звон скрещивающихся клинков за спиной тоже не внушал особых надежд на быструю победу. Верген силен, но и старый демон далеко не слабак.

Ускорившись из последних сил, я все же смог вырваться чуть вперед и выйти на позицию удара. Демоненок почти добрался до выхода, но, зная конечную цель противника, я легко предсказал траекторию его финального прыжка и ударил «воспламенением» сзади. Огненное лезвие без всяких проблем пробило его спину. Удар оказался не такой эффектный, как хотелось, но все же я достал его. Второй рукой я ухватил противника за рог и откинул оседающее тело в сторону. Даже смертельно раненный, он мог бы умудриться доползти до выхода. Зачем лишний риск? Теперь стоило бы разобраться с последним и помочь Вергену.

К счастью, мелкий говнюк не заставил себя ждать, и хотя мне вновь пришлось уворачиваться от летящего снаряда, зато и он подставился. Демоненок совершил ошибку – спустился вниз, и пока он добирался до меня через очередную груду добычи, я его и встретил.

Рывок – уйти вперед и вбок. Демон ударил меня лапой, на этот раз я не стал уворачиваться и ударил в ответ огнем. Огненное лезвие срезало кисть и обратным движением вскрыло демону горло. Пламя моментально прожгло широкую рану, причем так, что даже ни капли черной крови не упало на пол. Я не останавливаясь побежал дальше. Бой еще не закончен!

Однорогий демон и Верген всерьез сцепились. Оба уже успели получить по паре мелких ран, но пока явного победителя определить было трудно. Щеку напарника украсил тонкий порез, второй красовался на бедре. Демон тоже не остался цел. Теперь Однорогий стал Безрогим и лишился одного пальца – напарник не зря хвастался своим умением. Кожа Вергена вновь приобрела стальной блеск, но, похоже, и магический клинок золотых рыцарей был не так прост.

Стоит признать, демон был очень живуч – черная кровь продолжала капать изо рта, и под ногами натекла уже изрядная лужа, даже кожа из алой стала бледной, вот только демон не сдавался. Короткие, по сравнению с телом, ноги Безрогого не позволяли быстро перемещаться, но длинные руки с лихвой это компенсировали. Вытянув чуть согнутую единственную руку в сторону моего напарника, он не только успешно защищался, но даже контратаковал.

Сияющий клинок Вергена ударил справа, но встретился с золотым мечом демона, брызнули искры, и на поверхности появилась глубокая зазубрина. Похоже, напарник ожидал этого, так как тотчас продолжил атаку. Удар слева, обманка, и он пытается достать демона в кисть, но тот подставляет гарду.

В следующее мгновение уже Вергену приходится разрывать дистанцию, так как Безрогий чуть не насадил его на клинок – лезвие золотого меча прошло всего в паре сантиметров от его бока.

– Гори!

Вспышка огня ударяет в голову демона, но рассеивается красным туманом чистой энергии. Чертово сопротивление!

– Заходи слева! – командую я, взяв черный кинжал в левую руку.

– Гори!

Короткая вспышка пламени прямо перед глазами Безрогого расплывается туманом и на секунду дезориентирует. Верген снова пытается достать его в руку, а я – проскользнуть за спину, но длинный замах заставляет нас обоих отпрянуть назад. Не в этот раз, ладно, в следующий!

– «Лезвие»! – Огненное лезвие мгновенно возникает на пальцах правой руки.

Словно коршуны, мы накинулись на врага, демон отчаянно вертелся, пытаясь отразить сдвоенную атаку, но сила была на нашей стороне. И наконец-то он совершил ошибку. Я поднырнул под его меч, и рывок вынес меня на дистанцию атаки. Черный кинжал ударил в предплечье демона, фиксируя его, огненное лезвие пробило локоть. Артефактное оружие вывалилось из когтей, и мгновением позже светящийся меч Вергена срубил голову старому демону.

– Этот мой! – уверенно заявил напарник.

– Да если бы не я, еще неизвестно, кто бы кого прибил! – возмутился я. – Украсть мою победу собираешься? Следующим ударом я бы обязательно прикончил этого демона.

– Рассказывай, – ухмыляется этот наглец.

– Тише будь! – останавливаю я перебранку.

Скоротечный бой продлился от силы минуту, но немного пошуметь мы успели. Внимательно прислушавшись к происходящему за каменными стенами, я не обнаружил каких-либо подозрительных звуков. На всякий случай даже выглянул на улицу, но и там все было спокойно.

Что ж, победа за нами, теперь осталось покинуть это негостеприимное место вместе с добычей. И на будущее надо запомнить, что старшие демоны Ксафана – крайне живучие и очень опасные противники. Если бы он был готов к бою, нам бы не удалось так легко с ним справиться, а будь он помоложе, еще непонятно, кто бы вышел победителем. Кроме того, если бы мне не удалось серьезно ранить его в первую секунду нападения, то он бы обязательно поднял тревогу, так что, надо признать, мы победили в этой схватке во многом благодаря везению.

Теперь надо решить, что прихватить и как незамеченными утащить добро.

Глава 23. Ода жадности

Неправда, что все евреи хитрые и жадные, я, например, не еврей.

— Брось! — проорал я бегущему рядом со мной Вергену.

– Ни за что! — крикнул он на бегу и еще крепче вцепился в сверток с тремя десятками золотых клинков.

Доспехи рыцарей тоже были чертовски хороши и наверняка стоили уйму денег, но и весили они изрядно, так что мой напарник собрал только оружие и амулеты не забыл прихватить. Хорошие клинки всегда в цене, а уж подобные артефакты и подавно. То, что сверток весит около пятидесяти килограммов, его не особо беспокоило, парень он крепкий.

Мы очень удачно поживились на складе, добычи там было столько, что все унести физически не получались, но прихватили сколько смогли.

— Да брось, говорю, придурок! Тебе жизнь совсем не дорога?!

— Не отдам! Они мои! — с жадностью просипел напарник.

Обернувшись к преследователям, я заметил, что они серьезно сократили дистанцию. До светящейся в ночи арки портала было еще не меньше километра, а до бегущих сзади демонов — всего половина этого расстояния. Хорошо хоть золотые рыцари перебили всех гончих, но демоны тоже оказались неплохими бегунами, когда становились на все четыре конечности. Однако они скорее спринтеры, чем марафонцы, – выносливости им явно недоставало. Зато их главарь был переполнен злостью и гнал свое небольшое войско вперед.

– Вот же черт! — невольно вырвалось у меня, и я попытался еще чуть-чуть ускориться, но тяжелая сумка с золотой и серебряной посудой немилосердно сопротивлялась. — Бросай, говорю!

Несмотря на обилие добычи на складе, она была либо не рассортирована, либо хранилась на стеллажах, лазить по которым времени не было. Поэтому мы хватали то, что под руку попадалось, и закидывали в найденные тут же походные сумки.

Кроме риска быть обнаруженными, нас подгоняло время – портал мог вот-вот закрыться. Перспектива застрять в демоническом мире совсем не радовала. Единственное, что я себе позволил, — это подобрать пару комплектов подходящей по размеру одежды, и теперь мог похвастаться новым костюмом из прочной дорогой ткани: длинная рубаха с рукавами на восточный манер, свободные штаны, сужающиеся ниже колена, а также высокие сапоги. Сделанная из тонкого сукна поддоспешная одежда золотых рыцарей была не только удобна, но еще и неплохо смотрелась: качество ткани, сложная вышивка и золоченые пуговицы. Выглядела будто охотничий костюм богатого вельможи, для полного образа не хватало только золотой цепи толщиной в палец и кучи перстней, но на побрякушки сейчас не было времени.

Верген тоже прибарахлился: одежду и сапоги позаимствовал среди вещей покойных рыцарей, только, в отличие от меня, не привередничал и выбрал первое, что подошло. «Целое, и ладно», — сказал он тогда, за что теперь и расплачивался. Сапоги оказались несколько велики, и он чудно косолапил, а заляпанная спекшейся кровью рубаха уже натерла шею, заставляя постоянно поправлять ворот.

Кроме одежды и кучи клинков, он нагреб еще две большие сумки, одну с монетами, а вторую наполнил ювелирными изделиями, которые и пытался сейчас утащить с собой. Вначале я тоже не мелочился и, не особо выбирая, собрал две сумки. Первую от жадности набил разномастными монетами, вторую – золотой и серебряной утварью. После этого попробовал все поднять и пройтись. Естественно, мне это не удалось. Одна только сумка с монетами весила не меньше пятидесяти килограммов, металл же, блин. В итоге монеты я оставил и новую сумку паковал уже более избирательно — сгреб в нее все магические вещи, какие удалось обнаружить. Особо сильных артефактов там быть не может, я бы сразу ощутил такой, но что-то полезное будет обязательно.

– Мечи не брошу! -- крикнул Верген, по его щеке побежала скупая мужская слеза.

– Да брось ты уже хоть что-нибудь! Нас скоро догонят и золото тебе не поможет!

Верген уже из последних сил перебирал ногами, пот заливал лицо, но он упорно тащил свою ношу. У жадности должен быть предел, и сколько бы ни стоило содержимое сумок, менять на них свободу, и уж тем более жизнь, просто глупо. Он еще раз попробовал поднажать, но поклажа на его плечах весила слишком много.

– Да черт тебя подери! Бросай, говорю!

Идея бросить честно награбленное мне тоже не нравилась, но другого выбора, похоже, не было. Как и времени раздумывать, поэтому я скинул сумку с посудой – она была тяжелее. Вторая сумка с артефактами была значительно легче, и ее я надеялся сохранить. Да и уходить из этого мира без добычи тоже выше моих сил.

Видимо, мой пример подействовал, и с глухим рыком Верген сбросил с плеч сумку с деньгами. Золотые и серебряные монеты вперемешку с кольцами и серьгами покатились по отполированной ветрами и солнцем земле.

– Клятые демоны! Ненавижу демонов! – шипел Верген на ходу.

Хотя бежать без поклажи он стал быстрее, демоны все равно нас нагоняли. Очередной раз обернувшись, я смог рассмотреть горящие во тьме глаза преследователей. А ведь у нас почти получилось уйти. Жалко, что «почти» не считается.

В качестве прощального подарка и для отвлечения внимания я поджег склад, и пока пламя разгоралось, мы успели покинуть территорию поселения, но, видать, недостаточно поспешно. В общем, как и многих, нас подвела жадность.

Загруженные трофеями под завязку, мы не могли ловко передвигаться по скалам, и кто-то успел заметить наше бегство. Хорошо хоть в хаосе пожара не сразу разобрались, что произошло, иначе погоня настигла бы нас еще на скальной гряде. А так мы успели спуститься и даже уйти на километр от гор и уже на равнине обнаружили преследователей.

Я прекрасно понимал, что гонятся за нами не просто так. Мы вырезали одного из старших демонов этого разбойничьего гнезда, да еще и знатно напакостили. Я бы тоже обиделся, возможно, даже смертельно.

– Вот же черт! – на этот раз возмущался напарник.

Я ускорился, переходя на полноценный бег. Напарник пока держался рядом, но тяжелая связка мечей заставляла судорожно глотать воздух.

Через десять секунд бега, когда до мерцающей голубым портальной арки было еще минимум двести метров, рядом с нами пролетел первый сюрприз от демона: бордовая вспышка ударила в паре метров правее у самой земли и раскрошила несколько некрупных камней.

Со страху я резко прыгнул влево и чуть не сбил с ног бегущего рядом Вергена.

– Ты че творишь, кривоногий! – зло матюгнулся запыхавшийся бегун и на ходу перекинул добычу на другое плечо.

Я хотел было ответить, но решил поберечь дыхание и подготовился к повторению подобного сюрприза.

Мельком бросив взгляд назад, я отметил, что демоны еще больше сократили дистанцию, и теперь нас разделяло всего метров сто пятьдесят, зато сам маг слегка приотстал и оказался позади всех. Похоже, бить прицельно с этого расстояния, да еще и в движении, тяжело даже с помощью такого артефакта, как эта его багровая сфера. Вот только это нам вряд ли поможет, я уже мог рассмотреть клыкастые морды младших демонов.

– Верген, бросай на хрен! Шутки кончились!

Шутки действительно кончились, и я притопил из последних сил и всерьез. Расстояние до портала быстро сокращалось, но и враг уже дышал нам в спину. Демон больше не пытался достать нас магией, да этого и не требовалось. Пара воинов оказалась достаточно близко – на дистанции броска, и в ход пошли копья. Первый снаряд ушел в молоко, второй лег чуть правее, а вот третий, можно сказать, попал. Верген позади выматерился – бросок копья удачно попал в связку мечей, но отскочил и острый наконечник серьезно порезал ему руку.

– Гады! – взвыл напарник и уронил тяжелую связку. – Сволочи! Гниды лишайные! – В криках выплескивая злость от потери ценной добычи, бега он не остановил. Мозги у него все же есть.

До заветного портала было рукой подать, но летящие снаряды заметно снизили нашу скорость, заставляя рывками уходить в сторону, чтобы не получить наконечник в спину или в ноги.

Верген на бегу отчаянно злословил и поливал демонов отборной бранью, потеря богатых трофеев привела его в бешенство, но открыла второе дыхание. Я же полностью сконцентрировался на беге, рывками уходя то влево, то вправо. Еще пару снарядов пролетело мимо, и мы вышли на финишную прямую.

Воздух с хрипом вырвался из моих легких, но я справился! Спасительный портал уже был рядом, разрыв в пространстве сильно уменьшился, но я был рад и не мешкая нырнул в проем. Чернота перехода быстро сменилась разноцветным туннелем и ощущением полета. Верх с низом постоянно менялись местами, меня крутило и кидало из стороны в сторону. Похоже, за прошедшие часы портал начал терять стабильность, так как переход в демонический мир был не таким эффектным.

Ощущение полета неожиданно вновь сменилось чернотой, и меня с силой выкинуло в подсвеченный магическим рисунком подземный зал.

Я попытался сгладить падение кувырком – почти получилось, но мешок с добычей ощутимо ударил в левую почку, отчего я болезненно скривился. Даже после такого неприятного полета и приземления мне хотелось расцеловать землю ненавистного мира – но потом, сейчас были другие дела. Скинув сумку, я занял оборонительную позицию возле портала.

Следом за мной оттуда вылетел злой и матерящийся напарник. Его приземление было более удачным, так как почти всю добычу он оставил на той стороне. Не считать же за достойные трофеи рассованную по карманам мелочь, кольца и один золотой клинок, который он сразу, еще на складе, прицепил на спину.

Верген быстро восстановил равновесие и взял трофейный меч наизготовку.

– Полезут? – спросил напарник.

– Хрен его знает, наверняка, – чуть запыхавшись, ответил я и на всякий случай призвал «огненное лезвие».

– Вот какого хрена ты им склад спалил?! – накинулся на меня Верген.

– Да ты охренел?! Сам нагрузился, как осел! – наехал я в ответ.

Но нам пришлось отложить выяснение того, кто прав, кто виноват, поскольку из портала появился первый обезьяноподобный демон. Переход был по-прежнему нестабилен, и пришельца выкинуло из портала так же, как и нас десятью секундами ранее. Верген отреагировал мгновенно – его клинок резко опустился, ударив по мелкому демону еще в полете. Золотое лезвие легко вскрыло горло и почти отделило голову демона, так что на пол упало уже агонизирующее тело иноземного бандита.

Следующую партию встречать пришлось уже вдвоем. Троица демонов, вылетевшая кучей из портала, больше мешала друг другу, чем создавала численное превосходство.

Я не стал лезть вперед, заняв место справа от Вергена, чтобы не попасть под удар длинного меча напарника. Ударив сверху, Верген хотел рубануть сразу троих, но один из демонов выставил клинок для защиты. Золотой меч врезался в лезвие из черного металла, разрубив его посередине, но демон удерживал его двумя руками, и только поэтому ему удалось заблокировать более тяжелый и длинный меч.

– Если они все сюда полезут, нам труба! Закрывай портал! – заорал Верген, занося клинок для повторного удара.

– Я когда архимагом стать успел? Ломай накопитель!

К чести Вергена, колебался он всего секунду, ровно до того момента, когда из портала вылетела следующая тройка демонов.

– Задержи их! – Закончив удар, он тут же кинулся к накопителю.

Я не стал отвечать, кинувшись в гущу боя. Применять «воспламенение» в подобной толчее было бессмысленно, потому что тела этих тварей неплохо сопротивлялись моей магии, и гарантированно убить их я мог, лишь поразив в голову. Потеря времени же была критична: пока новая партия еще только приходила в себя, первая тройка, отделавшись легкими ранами от ударов Вергена, уже начинала подниматься.

Я прыжком сократил дистанцию с поднявшимся на колени демоном и ударил сверху в затылок. Огненное лезвие почти без сопротивления прожгло череп и уничтожило мозг. Второй демон попытался из положения сидя подсечь мою ногу коротким мечом, но я успел. Пошатнувшись, маятником повернулся назад и, используя длину рук и тела, насквозь пробил кисть незадачливого мечника. Демон заверещал, и его лапа разжалась.

К сожалению, добить его уже не было возможности, так как третий к этому времени встал на ноги и, вовсю орудуя клинком, подбирался ко мне. Его клинок был ненамного больше моего магического оружия, но вот сами руки – длиннее почти на локоть. Фехтовальщик из меня не очень, поэтому ждать, кто победит в этой игре клинков, мне было откровенно лень.

– Гори! – Слово и жест.

Захлебываясь криком, краснорожий демон хватается за лицо, при этом его собственный меч, до сих пор зажатый в руке, серьезно полоснул его по морде. Я уже хотел добить подранка с пробитой рукой, но мне вновь не дали этого сделать. Вторая партия успела распутать конечности и подняться. Один из демонов решил доложить обстановку начальству и попробовал прыгнуть обратно в портал, но его сбила новая тройка, вылетевшая с той стороны.

– Верген! Быстрее!

– Иди в жопу! – ответил напарник, и из-за спины раздался первый глухой удар металла о камень.

Проходящие вдоль стен и потолка силовые линии магического рисунка мигнули, но окно портала так и не закрылось.

Я попытался достать до головы ближайшего демона, но его напарник коротким уколом заставил меня отшатнуться назад.

– Ну, давай! Гори!

Вспышка пламени ударила в лицо демона, но тот, едва заметив характерный жест, прикрылся рукой. Огненный цветок лишь слегка опалил грубую кожу.

Пара демонов слаженно насела на меня. Удары сыпались как из рога изобилия, мне с трудом удавалось уворачиваться. Эта парочка умудрилась полностью меня блокировать. Обезьяноподобные твари оказались достойными противниками – все мои атаки нарывались на встречные удары, что не позволяло дотянуться до противника, от магических же атак они вполне успешно прикрывались.

Демоны вообще оказались очень хороши в защите, их короткие клинки в по-обезьяньи ловких конечностях мелькали перед моим лицом, и они бы давно меня проткнули, если бы не короткие ноги. Такое строение тела позволяло им держать меня на расстоянии, но не давало быстро сокращать дистанцию для внезапной атаки, а их неуклюжие попытки рвануть вперед легко пресекались. Для удачного удара этому виду разумных требовалось набрать разгон для прыжка – я уже видел, как они делали это в бою с золотыми рыцарями.

Тем не менее своего они добились. Под шквалом ударов я был вынужден отступать назад, что позволило остальным подняться на ноги. Хотя пополнение к демонам пока не поступало, один даже ушел обратно, но я прекрасно понимал, что хорошего в этом мало. Сам маг пока не рискнул соваться в неизвестный портал. Мало ли что ждет с той стороны? Но вот отправить десяток разведчиков не побоялся. Если он узнает, что нас тут всего двое, то явится уже сам.

– Пламя! – Мощный поток огня ударил из моих рук, отпугивая противников.

Мне с трудом удавалось сдерживать двоих демонов, а уж пятеро – слишком много для меня.

Пока я сдерживал демонов, Верген продолжал впустую лупить по кристаллу-накопителю, отчего магический рисунок постоянно мигал, но портал не закрывался.

– Сдохните! Да поможет мне F1, да сохранит меня F2, во имя ctrl-ла, alt-та и святого del-та! Enter! – страшно заорал я на русском.

Демоны с опаской отступили назад, но я точно знал, что долго это не продлится! Как только кто-нибудь из них сообразит, что силы пламени недостаточно, чтобы нанести им серьезный вред, мне настанет конец.

– Верген! Падла! Ты там скоро?!

– Почти! – Позади раздался очередной удар, и яркая синяя вспышка заполнила все пространство.

Даже находясь спиной к источнику света, я почувствовал, как под веками засверкали радужные круги. Что уж говорить о демонах, которые стояли лицом, – они дружно заверещали и схватились за глаза.

Силовые линии магического рисунка резко начали затухать, и портал захлопнулся.

– Лезвие!

Световые пятна, плавающие в глазах, мешали детально рассмотреть противника, но терять такой замечательный момент для атаки было нельзя. Демоны привыкли к значительно меньшей освещенности, и столь яркая вспышка им серьезно повредила.

Я нанес прямой удар в голову ближайшего демона. Огненное лезвие пробило руку, которой он прикрывался, а затем и череп, добравшись до мозга. Тот лишь дернулся перед тем, как умереть. Второй прожил ненамного дольше: ощущая скорую смерть, он пытался вслепую размахивать коротким мечом, но я легко прошел мимо и убил его одним точным ударом в висок.

Демоны, не способные оказать сопротивление, падали один за другим. Скорость, точность и разрушительная мощь моих атак быстро поставили точку в их жизнях.

– Вот же гадство! – ругался Верген, разглядывая осколки кристалла-накопителя.

– Да… Вот и прогулялись, – устало протянул я и присел на нижнюю ступеньку каменной лестницы.

– И не говори, – в тему ответил он и заржал.

Я некоторое время внимательно смотрел на напарника, а потом тоже не удержался. Сказалось напряжение последних часов, и смех наполнил подземелье.

– Ты мне кричишь: «Бросай!» – сквозь смех пытался сказать Верген. – А я такой тащу и думаю: «Сейчас как в тебя брошу!»

– Ага, – сквозь нервный смех выдавил я, – надо было демонов поближе подпустить и по голове этим мешком дать.

Дикий хохот гулял по подземелью. Мы смеялись, размазывая по лицам грязь и кровь из множества мелких ранок, полученных во время этого приключения.

– А все же отлично ты того здоровяка на складе припечатал, – чуть успокоившись, заметил напарник. – Техники тебе явно не хватает, но природные данные определенно есть. Пробовал брать уроки?

– Да так, то тут, то там, – уклончиво ответил я.

– А… – Но закончить фразу Верген не успел. Улыбка исчезла с его лица, и он указал пальцем в сторону закрытого портала.

– Вот же черт! – вырвалось у меня.

В пустой нише начал клубиться знакомый багровый туман. Вернувшийся разведчик здорово нас подставил, и проклятый маг начал открывать портал с той стороны.

Друзья надеюсь вам нравиться приключения нашего незадачливого, но очень перспективного, попаданца, поэтому не забываем ставить лайк и комментировать, – это важно.

Глава 24. Случайности не случайны

Надпись на стене в операционной:

И помни, никакой агрессии! Режь людей и улыбайся!

Далеко позади в небе расцвела бордовая вспышка, и мощный рев огласил округу. Снова бег от демонов. Хотя накал был ниже, в этот раз не на пределе возможностей, но ситуация напоминала наше бегство в прошлом мире. Демоны то теряли наш след, то снова вставали на него, расстояние между нами не превышало пару километров, и что-то мне подсказывало, что рано или поздно встреча состоится.

— Гребаные демоны, — бубнил на ходу Верген.

– Да ладно тебе, пока оторвались. Переживем, главное — добраться до поселка. Ты не в курсе, но совет деревни решил призвать войска герцогства для защиты от мурлоков. Армия должна быть уже на месте.

— А ведь точно! С ними мы этому рогатому точно по башке надаем, — ухмыльнулся напарник.

— Хотелось бы надеяться, ты видел, как он тех рыцарей разделал, — ответил я, не разделяя оптимизма напарника.

– Это ты просто их в бою не видел.

– А ты видел?

— Видел, — на бегу кивнул Верген.

В ответ я лишь скептически хмыкнул. Пусть я не военный, но золотые рыцари произвели очень сильное впечатление. Не думаю, что войска какого-то рядового гарнизона смогут показать что-то более впечатляющее. По крайней мере, то, что я знаю о войсковых магах, говорит не в их пользу. Как правило, туда идут самые слабосильные из одаренных, остальных разбирают торговые гильдии и прочие корпорации. Смертность в войсковых подразделениях на порядок выше, чем среди охотников, хотя тут, пожалуй, надо сравнивать не только качественные, но и количественные показатели – армейцев явно больше. Но в одном Верген прав: я действительно не видел их в бою, а значит, судить рановато.

— Вот только военные нас за такой подарок вряд ли благодарить будут, как думаешь? — спросил я Вергена.

– А мы им не скажем, — вновь ухмыльнулся он.

Не скажем? Ну, в целом вполне благоразумное решение. Конечно, можно связать наше появление с приходом демонов, но маловероятно, что кто-то обратит на это внимание. А даже если обратит, то не разберется, про найденный портал мы точно никому говорить не станем.

– Кстати, -- неожиданно продолжил беседу торопливо шагающий рядом напарник, – а кто все же порушил алтарь водного бога?

– А черт его знает, мысли есть по этому поводу, но уверенности нет.

Внезапные поиски портала не дали мне окончательно разобраться с той загадкой, но подозрения имелись. По нашей договоренности со старостой у меня осталось время до полуночи, но особо надрываться я не собираюсь. Хотя добытое у демонов добро перевесило ту пару злосчастных серебряных монет, ради которой я ввязался раскрыть эту тайну, но попытаться довести дело до конца все же нужно. Ради собственного удовлетворения и сохранения репутации. Староста наверняка напишет кляузу в гильдию, там всем в принципе все равно, но осадочек-то останется. Хвалебное письмо все же получше будет, и я его обязательно стрясу со старосты, если удастся вывести вредителя на чистую воду.

– Думаю, это или кузнец, или торговец, – продолжил я диалог после недолгих размышлений.

– Вирс и Гариус? Ну, не знаю, – протянул напарник. – Если дядька Гариус еще может, то на Вирса-то почему думаешь?

– А больше-то некому. До поселения мурлоков от поселка дорога неблизкая, и только эти двое не имеют крепкого алиби. Торговца не было в поселении в то время, а это значит, что он мог быть на болотах, а кузнец, по его утверждению, болел, но кроме его семьи никто это подтвердить не может.

Верген на некоторое время задумался.

– Ну, допустим, что так все и есть. Но ведь Гариус Путешественник вернулся обратно с товаром, а просчитать его выход из поселения и возвращение можно легко, плюс-минус день. Не думаю, что он обернулся так быстро. А кузнец действительно мог приболеть, надо его сына с женой еще раз опросить.

– С торгашом ты прав, неувязочка получается, да и с кузнецом вопросы остаются, – согласился я.

Были у меня подозрения и насчет жреца Хориги – Микулы Сказителя, и насчет деревенской колдуньи – Сиворы Улыбки, да и староста мог что-то придумать для отлучки, вот только чем дольше я размышлял, тем менее вероятной казалась их вина.

Всех троих видели в это время в деревне, и не просто видели, а заметили, что они работали и со многими общались, – такое ни одна иллюзия не сделает. А если и есть такая, то она стоить будет как истребитель. В общем, крайне маловероятно. Эх, мне бы сюда какого-нибудь Шерлока Холмса или комиссара Мегрэ, но чего нет, того нет.

До деревни мы добрались ближе к вечеру. Демоны по-прежнему висели у нас на хвосте, но так и не смогли догнать. И, пожалуй, это самая хорошая новость за целый день, так как все остальное было откровенно хреново. Деревню мы нашли в окружении мурлоков, а вот армии не наблюдалось.

– Вот же гадство, – почти хором высказались мы с Вергеном, потом недовольно переглянулись.

– А не такие мы и разные, – с улыбкой сказал я.

Смешно, конечно, но всего за сутки я проникся доверием к этому резкому, слегка грубоватому парню. Он оказался надежным компаньоном в опасных ситуациях. Хотя наше знакомство не было гладким, мы успели подраться и между собой, и плечом к плечу, заключить соглашение, посетить демонический мир, разворовать там склад и даже повредить кусок древней портальной системы.

– Да иди ты к демонам! – недовольно буркнул напарник. – Разные, одинаковые – какая хрен разница? Лучше скажи, что делать будем?

С нашей позиции можно было наблюдать, как не меньше полутора сотен мурлоков замыкали кольцо вокруг поселения. Земноводные, разделившись на небольшие группы по три-четыре особи, вооруженные короткими копьями и кривыми костяными кинжалами, оцепили деревню и сжимали круг.

Стоит отметить, что жители Мирта тоже не сидели сложа руки. Хотя деревня и была достаточно мирным поселением под охраной окружающих ее болот, но иногда сошедшая с ума портальная система преподносила и им сюрпризы, и селяне были готовы к вторжениям. Не дождавшись подхода армии, они не растерялись и взялись за оборону. Дома стояли пустые, с заколоченными окнами и дверями.

Все боеспособное население собралось в центре поселка, в доме старосты. Как самое большое и наиболее укрепленное строение он стал подобием крепости. Крепкий высокий забор являлся первой линией обороны. Широкие двустворчатые ворота были открыты настежь, как бы приглашая земноводных атаковать защитников именно с этой стороны. Заколоченные ставни превратили первый этаж в крепостную стену, а выходящий на ворота балкон, где расположились лучники, был надежно прикрыт грубо сколоченными деревянными щитами.

Не сказать, чтобы наскоро собранная защита была внушительна, но все же взять с наскока такой рубеж будет проблематично, и трупы мурлоков у ворот дома старосты станут тому доказательством. Первый же зашедший в деревню отряд налетчиков жестоко поплатился, недооценив селян.

– Демоны нижнего мира! – ругнулся я.

– Ага, – поддакнул напарник. – И где твои войска?

– А я откуда знаю?! Откуда эти здесь взялись?

– Ну так ты же сам рассказывал, что они грозились явиться?

– Ага, грозились, но у нас еще полтора дня оставалось в запасе! Так не бывает, – с полным непониманием ситуации высказался я.

Конечно, можно было заподозрить этих земноводных в военной хитрости, но что-то мне подсказывало, что дело совсем не в этом.

– Не бывает, говоришь? А ведь точно. – Верген тоже с каким-то задумчивым выражением лица рассматривал взошедшие на небе звезды.

Я лишь вопросительно глянул на напарника, не понимая, к чему он клонит.

– Портал мы открыли, когда Семона шла на исход, а теперь – посмотри на небо.

Я с удивлением уставился на красную точку в ночном небе, и тут меня будто пыльным мешком ударило – звезда ушла немного дальше по небосводу. Мне как городскому жителю вполне простительно было не заметить подобные изменения, но факт оставался фактом: положение светила изменилось. А это значит, что прошло явно больше суток с момента нашего отбытия в демонический мир.

Шестеренки в моей голове отчаянно завертелись, пытаясь разобраться, что же произошло. Мысли роились, вызывая мигрень, но толкового ответа так и не приходило. Единственный факт, который не подлежал сомнению, – время каким-то магическим образом скакнуло вперед.

Поверить, что портал мог сам контролировать время, было сложно. Если бы древние маги умели управлять временем, вряд ли бы они допустили крушение своей империи, да и за год, проведенный в этом мире, я не слышал ничего про слетевшее с катушек время. Единственное разумное объяснение, которое пришло мне в голову, заключалось в том, что портал, перенесший сюда Веннету, каким-то образом искажал время в момент перехода. По крайней мере, это объясняло перемещение звезды и появление мурлоков раньше срока – мы возвратились в Соер-Кифс опозданием.

Теория была напрочь дырявая, поскольку не объясняла, почему мы сдвинулись лишь на пару дней, а Венетта – на годы, но она укладывалась хотя бы в какую-то логику. Возможно, все зависело от расстояния между мирами. Ксафан – демонический мир, где мы неплохо поживились, находился условно рядом, в соседней спирали, в то время как моя родная Земля могла быть очень далеко. Таким образом, переход по нестабильному каналу мог занять годы, незаметные для путешественника между мирами.

Черт ногу сломит в этих временных петлях, но подобная идея давала надежду, что не все так страшно, как я боялся. Возможно, время на Земле и Соер-Кифе течет с одинаковой скоростью, а все нестыковки вызваны сломанным порталом. Тогда у меня еще есть шанс, вернувшись домой, застать родителей живыми.

– Че лыбишься? – видя расплывшуюся на моем лице улыбку, спросил Верген.

– Все нормально, потом расскажу.

– Расскажет он, – хмыкнул напарник. – Ты лучше скажи, где обещанные тобой войска?

– Демоны их разберет, по идее, должны быть тут еще вчера вечером… или позавчера, – чуть менее уверенно закончил я, так как не мог точно сказать, сколько прошло времени.

Наш диалог прервался – мурлоки наконец сжали цепь вокруг поселения и отдельные воины пытались проникнуть в оставленные дома. Получалось у них неважно, я услышал сдавленный смех напарника рядом. Физические кондиции этих земноводных сильно уступали человеческим. Не уверен, что даже у меня получилось бы без специального инструмента открыть заколоченную дверь или ставни, что уж говорить про куда более слабых мурлоков. Пара бойцов попыталась поддеть двери костяными наконечниками своих копий, но безуспешно: стоило чуть сильнее надавить на дверь, как наконечники обломились. Земноводные беззвучно выражали недовольство, раздувая яркие сети своих жабр, но ничего сделать с дверями так и не смогли. Безусловно, со временем они справились бы, если бы им не мешали хозяева домов.

Стрелки, засевшие на балконе, успешно обстреляли одну из групп мародеров, которая попала в сектор обстрела. Всего втроем за десять секунд они сняли отряд из четырех мурлоков: трое наглухо, один легкораненый.

Однако такое удачное начало омрачилось потерей и одного из защитников деревни. С нашей точки обзора было не видно, откуда появился большой отряд земноводных, но выглядел он серьезно. Три десятка мурлоков несли на своих тощих плечах резные палки с цветным орнаментом около полутора метров длиной. Я вначале принял их за раскрашенные копья, но когда мурлоки направили их на стрелков, засевших на балконе, в воздухе раздалось негромкое «дум!», понял, что ошибался. Наконечники отделились от копий и отправились в полет – метательным снарядом оказался длинный оперенный дротик с зазубренным наконечником. Я готов поклясться, что это не огнестрельное оружие, скорее всего какая-то воздушка, но сила броска была такова, что костяные наконечники, ударившись о дерево, ломались, но все же пробивали доски в два пальца толщиной. Один из защитников не успел сообразить, что происходит, как сразу три костяных лезвия пригвоздили его к стене дома. Эти «метатели» являлись на удивление мощным оружием.

Большая часть отряда мурлоков начала перезаряжать свое орудие, и вперед выступили прятавшиеся до этого за спинами стрелков шаманы. Четыре увешанных раковинами, костями и жемчугом фигуры вскинули вверх кривые жезлы. Глухо стукнули погремушки на концах, и всю группу нападающих прикрыл водяной купол. Зря я смеялся над земноводными, их физическая слабость неплохо компенсировалась артефактной экипировкой и магией.

– Надо помочь, – серьезно заявил Верген, на что я лишь удивленно выпучил глаза.

Мы не так давно знакомы, но как-то не замечал за ним ранее альтруизма, к тому же у него имелись личные счеты с жителями деревни.

– Ты не понимаешь, – ответил он на мой немой вопрос, – наши ссоры – это мелочи. Я ж их всех с детства знаю.

– Тогда давай поторопимся, – сказал я, заметив, что незадачливые мародеры будто по сигналу стали стягиваться к центру поселка.

Чахлый лесок, в котором мы расположились, не давал возможности подкрасться поближе, а больше подходящего укрытия не было. Но до ближайших заборов было всего метров сто от нашей позиции, поэтому мы молча рванули к деревне. К сожалению, преодолеть это расстояние незаметно не получилось: спешка, отсутствие укрытий и яркий свет звезд сыграли против нас. Нам удалось пробежать всего метров пятьдесят, прежде чем нас заметили подводные жители. К нам наперерез кинулись две группы мурлоков общим количеством в девять особей. Отличать «полурыб» от «полурыбок» я не умею, да и не хочу – враг есть враг.

Пусть этот противник не внушал трепета своей мощью, но в деревне их было чересчур много. Нам нужно побыстрее добраться до обороняющихся. Бить «воспламенением», да еще и на бегу, я посчитал расточительством, но и в моем небольшом арсенале заклинаний нашлось кое-что подходящее случаю.

– Огонь! Огонь! – Я поднял в воздух целую пачку «блуждающий огней».

Заклинание не очень сильное, зато я мог насоздавать таких зарядов много. Рой огненных мотыльков устремился к противнику.

Когда мы добежали до мурлоков, четверо из девяти катались по земле и беззвучно визжали от ожогов. Убить не убил, но временно из строя вывел. Как я и рассчитывал, у этих морских обитателей оказалось плохо с сопротивлением к моей стихии, и «блуждающий огонь» с легкостью прожигал тонкую чешую, погружаясь в тело.

– Рра! – С глухим рыком Верген перерубил короткое копье, направленное ему в грудь, и, сблизившись, ударил навершием меча по рыбьей морде.

Разница в силе и комплекции оказалась настолько существенной, что мурлока просто перевернуло в воздухе. Я знал, что напарник не обижен физической мощью, но все познается в сравнении.

На мою долю выпало сразу трое противников, но для меня это тоже не стало проблемой. Первому мурлоку я просто выжег верхнюю часть тела магией, второго убил «огненным лезвием», а третьего так приложил об забор, что сломал половину костей. Хотя последнему удалось слегка поцарапать меня ножом, но это были сущее мелочи.

– Ты долго там возиться будешь? – проорал напарник, уже переваливаясь через высокий забор во двор дома старосты.

– Халявщик! – возмутился я, цепляясь за забор и делая выход силой.

– Это чтобы ты больше не жаловался, что я убил твою добычу, – улыбнулся Верген.

Когда я спрыгнул, Верген уже с криками вовсю колотил навершием меча в заднюю дверь. Враг еще не должен был успеть подобраться к дому, но я на всякий случай все же повернулся к напарнику спиной, контролируя часть двора и забор.

Ответной реакции ждать пришлось недолго, но с той стороны двери очень подозрительно отнеслись к внезапным спасителям. В итоге пришлось вмешаться и пообещать спалить дом и всех его обитателей, если нам тут же не откроют. Этот аргумент почему-то оказался более весомым, чем слова Вергена о подкреплении. Дверь слегка приоткрылась, нас осмотрели и лишь только после этого запустили внутрь.

Стоило нам оказаться в доме, как дверь снова закрыли на тяжелый засов, и два мужика подперли ее массивным комодом. Нас встретили немногочисленные защитники: основная часть держала оборону около передних дверей, здесь же было всего два ополченца и сам староста. Перепуганные селяне выглядели донельзя комично. У одного был шлем на размер меньше, он сидел так высоко, что почти не прикрывал нижнюю часть головы, у другого полностью отсутствовали ремешки на пластинчатом доспехе, отчего при каждом движении доспех ходил ходуном на тощей фигуре. У старосты защитное снаряжение было в полном порядке, но от обильного питания он сильно раздулся, и кольчугу ему пришлось натянуть прямо на рубаху.

«Да-а-а, – протянул я мысленно. – Близость болот подрасслабила местных».

– Господин гильдеец, – с удивлением приветствовал меня староста, сжимая в руках обнаженный короткий меч.

Было видно, что он уже не надеялся увидеть меня в деревне, поэтому мое появление воспринял с радостью. Что бы он ни думал о моей пропаже до этого, но два крепких бойца в такую минуту – явно не лишние.

– Ага, задержались немного, – хмыкнул я.

– Вовремя вернулись, – нашелся с ответом староста.

– Как с обороной? – подключился к разговору Вереген.

– Пока стоим. Пойдемте, все там. – Староста махнул мечом в сторону центрального помещения дома.

В доме старосты собралось все небольшое население деревни. Двадцать домов, казалось бы, немного, но когда все жители в одном доме, получилась изрядная толпа: женщины, подростки, дети, немногочисленные мужчины. Уже в следующей комнате было не протолкнуться: покинувшие свои дома жители побоялись оставить ценности и каждый притащился со своим скарбом. Куча мешков, до самого потолка, занимала не меньше половины обширной комнаты, во второй же кое-как разместились люди. Мне хотелось бы думать, что в мешках провизия на случай длительной осады, но по торчащим вещам я понял, что беженцы в основном спасали ценности, не особенно задумываясь о возможной голодовке. Женщины и дети бросали на нас перепуганные взгляды, но откровенной паники не проявляли.

В большом зале было просторнее, но там ситуация сложилась напряженная. Четверо защитников вместе с главой ополчения держали оборону у главного входа, остальные расположились вдоль стен.

Центральная дверь была крепко заперта на массивный засов из цельного бруса, а вся прихожая была полностью забита мебелью и досками, тем самым полностью блокируя дверь. Даже огру будет затруднительно пробраться через такую баррикаду, не то что слабосильным мурлокам. Как по мне, стоящие возле завала ополченцы только зря надували щеки и грозно размахивали оружием.

А вот кто действительно был занят делом, так это местный жрец, ведьма и еще пара женщин. Вдоль стены прямо на полу лежали четверо, на первый взгляд их раны были несерьезными, да и крови вокруг было немного, но раненые активно стонали и выглядели неважнецки.

В середине большой комнаты жарко спорили местные воротилы.

– Надо идти в атаку! – кричал местный кузнец.

Он, как и все присутствующие мужчины, был одет в боевое железо, но из оружия предпочел привычный кузнечный молот. Кольчуга с длинными рукавами подчеркивала его массивную фигуру – сказать нечего, смотрелся он весьма грозно.

– Надо идти на переговоры! – возражал ему одетый в плотную кожу торговец.

– Какие к демонам переговоры? Надо размазать этих мелких ублюдков! – грозно потрясал молотом кузнец.

– Да заткнитесь вы оба, ничего из-за вашего крика не слышно! – пытался урезонить их глава ополчения, не покидая свою позицию у двери.

Наконец присутствующие заметили наше появление, спорщики замолчали, и на секунду мы стали центром внимания.

– Как наши дела? – взял инициативу в свои руки Верген.

– Надо выкинуть этих рыб из деревни! – сурово заявил кузнец.

– Пока держимся, – более спокойно и менее эмоционально оценивал обстановку торговец.

Я сам далеко не идеален, но таких раздолбаев еще поискать надо.

– Держим оборону, в строю восемь человек: четверо здесь, двое на заднем выходе. Сверху нас выбили. Потери: один убитый, четверо раненых, – на удивление по-военному кратко и точно описал ситуацию подошедший глава ополчения.

При нашей первой встрече он не произвел на меня положительного впечатления, но сейчас я оценил его по-новому. Симпатичнее Мокрица не стал, но выглядел он по-другому. Объемную фигуру невысокого толстяка сейчас прикрывала кожаная броня с металлическими бляхами. На голове – простой шлем с кольчужной бармицей, а в руках короткая алебарда с широким лезвием. Но самое главное – изменился сам взгляд: если в нашу первую встречу он мне показался каким-то раздолбаем и пройдохой, то сейчас он был предельно собран и серьезен.

– Лучники у нас есть? – задал уточняющий вопрос Верген.

– Нет, все ранены, один труп, – ответил Мокрица, указывая рукой на лежащих вдоль стен людей.

– Надо наступать! – вновь попытался вмешаться в дискуссию кузнец, но Верген смерил его таким презрительным взглядом, что тот как-то неожиданно притих, хотя и был почти в два раза старше моего напарника.

– Так что делать будем? – на этот раз влез уже староста.

Я хотел было тоже поучаствовать в обсуждении планов, но подлетевшая Сивора схватила меня за руку и потащила к раненым. Деревенская колдунья была чем-то взволнована, и привычная улыбка покинула ее лицо.

– Чем можешь помочь? – скороговоркой выпалила женщина, присаживаясь рядом с раненым.

Остальными пока занимался другой врачеватель – Микула Сказитель. Я тут же признал в стенающем бойце нашего бывшего проводника. Силок умудрился получить небольшое ранение в руку, но выглядел при этом очень плохо: бледное лицо, черный рисунок вен, лихорадочные движения и сведенные спазмом мышцы. Моих познаний в медицине было недостаточно, чтобы понять, в чем дело.

– Я не медик, – после беглого осмотра признал я свою некомпетентность. – Что с ним?

– Яд, – односложно ответила деревенская колдунья, накладывая руки на голову охотника.

Ее глаза закрылись, губы беззвучно зашептали какие-то слова, и на кончиках пальцев возникло белое сияние. Ведьма начала массировать виски раненого, отчего его кожа чуть порозовела, а вздувшиеся на лбу вены стали принимать более естественный цвет. Правда, хватило ее ненадолго, через десять секунд ведьма устало вздохнула и отшатнулась от пациента, мне даже пришлось ее придержать.

– Не могу, тяжело, – сиплым голосом произнесла колдунья.

– Сивора, а ну, подсоби! – окликнул ее жрец. – А ты держи его!

Пациента Микулы всего трясло, он отчаянно скреб ногтями по груди, оставляя кровавые полосы. Сивора кинулась к нему, накладывая руки на голову, жрец пытался держать его верхнюю часть тела, а я навалился всем весом, фиксируя ноги. Волны мышечного спазма прокатились по телу раненого, на третьем рывке он чуть не откинул меня прочь, но мне удалось удержаться и не дать ему откатиться в сторону. Светящиеся пальцы колдуньи поглаживали лоб больного, но пока видимых улучшений не было.

– Что с ними? – спросил я врачей.

– Оружие мурлоков смазано какой-то сильной отравой, малейшая царапина – и вот результат, – ответил жрец.

Я с опаской дотронулся до царапины, оставленной на моей щеке костяным кинжалом мурлока, еще там, у забора, но царапина давно закрылась, и никаких подозрительных ощущений у меня не было. Похоже, моя огненная кровь оказалась не под силу яду подводных обитателей.

Надо заметить, что я уже во второй раз недооценивал силу подводных жителей: несмотря на хилую комплекцию, они являются опасными врагами. Небольшая царапина от их архаичного оружия приводит к мучительной смерти, при таком раскладе совсем не обязательно быть двухметровым бугаем, а если добавить сюда артефакты и шаманов, становится совсем кисло.

Следующий спазм заставил меня напрячься изо всех сил, а потом больной вдруг резко расслабился. Крепко сжимая его ноги, я не сразу понял, что произошло, но голос Микулы заставил меня отпустить бездыханное тело.

– Савко умер, – мрачно произнес жрец, закрывая глаза трупу и начиная читать молитву.

Я осмотрел трех оставшихся больных: все примерно в одном состоянии, но пока все живы.

– Тут я не помощник, – признал я свое поражение. – Могу разве что с тобой силой поделиться.

– И за то спасибо, – грустно улыбнулась ведьма.

До этого мне ни разу не приходилось передавать силу другому одаренному, но в теории я представлял, как это должно происходить. Мы сцепили ладони, и я стал высвобождать энергию. Красный туман начал просачиваться между нашими пальцами, но это были допустимые потери. Почти как тогда с кристаллом, только разница в том, что накопитель был специально приспособлен для сбора силы, здесь же все зависело от мастерства и таланта самой ведьмы. Процесс шел медленно, из-за того что Сиворе приходилось впитывать не нейтральную энергию, а ярко окрашенную стихией огня, кроме того, опыта у нее тоже оказалось немного, хоть она и была единственной практикующей одаренной на многие километры в округе.

Я не потратил даже трех процентов, когда ведьма сама разорвала контакт.

– Хватит. – Щеки порозовели от полученной силы, и ее слегка покачивало.

Яростный крик отвлек меня от ведьмы.

– Это ты! Ты во всем виноват! – орала взбешенная женщина, тыкая пальцем в лицо Вергена.

– Ты что несешь, дура?! – растерянно возмутился Верген от такого нелепого обвинения.

– Это ты разозлил рыболюдов! Из-за тебя умер мой муж! – орала та, не обращая внимания на повисших на ее плечах подруг.

– Спокойно! – вклинился я между женщиной и напарником, мне на помощь уже спешили торговец и староста.

– Авдотья, уймись!

– Уведите ее!

Две женщины подхватили плачущую вдову под руки и, что-то нашептывая, увели в соседнюю комнату.

– Пойдем, нас на переговоры зовут, – коротко бросил Верген, направляясь к лестнице на второй этаж.

Глава 25. В осаде

Пошел сдавать кровь, но они стали задавать слишком много вопросов:

- Чья кровь?

- Где взял?

- Почему в ведре?

— Этоо-о сно-о-овоа тоа, чеоло-о-овоек! — поприветствовал меня старый знакомец. Как всегда, при разговоре на нашем языке, жаберные щели мурлока расширялись, и оттуда показывалась густая сетка легких.

Мы уже как-то встречались с этим представителем подводного племени, там, недалеко от их поселения. Сейчас, увешанный ракушками и прочей гадостью, шаман снова был голосом племени.

Рыболюди потребовали переговоров. Все четыре шамана в сопровождении десятка воинов с копьеметателями стояли внизу, под балконом, в двух десятках метров от дома. Вот только они вовсе не собирались петь серенады – мурлоки пришли мстить за оскверненную святыню.

— Да, это я, приветствую тебя, — ответил я, подняв руку.

— Тоы поероедоал ноашое сло-о-ово-о-о? — спросил старший шаман.

Я оглянулся на стоящего за нашими с Вергеном спинами старосту:

— Где Гариус? Нам бы сейчас очень пригодился его опыт в общении с этими рыбами.

– Он вроде к жене пошел, – зашептал мне на ухо староста. — Он тебя знает, давай сам уже.

Вот же гад, куда слинял этот торговец, когда он так нужен? Это жу-жу-жу — точно неспроста. Надо будет устроить ему допрос с пристрастием.

– Да, передал, — кивнул я.

— То-о-огдеа о-онои знао-оют, зао-оче-е-еом мые приеошлиое. – Старый шаман издал тонкий, еле слышный писк, и стоящий рядом воин, взяв у него из рук копье, метнул в стену дома. — Гао-о-орпуон во-о-ойны!

При этих словах мурлоки принялись махать руками и пучить жабры, в воздухе повис тонкий еле слышный визг на их родном языке. Язык подводных обитателей не имел ничего общего с человеческим.

– Как ты думаешь, сможем мы его завалить? -- прошептал Верген.

– Вряд ли. Эту защиту просто так не пробить, – незаметно указал я на окружающий переговорщиков водяной щит. – Да и стрелким нас быстро дротиками нашпигуют.

– Хм… – скептически хмыкнул Верген.

Как по мне, у Вергена был призрачный шанс осуществить задуманное. Есть вероятность, что его трофейный золотой клинок сможет пробить магическую скорлупу, созданную аж четверкой шаманов, а его стальная кожа выдержит пяток попаданий копьеметателей, сложность только в расстоянии.

– Нет, не получится, что вдвоем, что по одному. Если не дротиками достанут, так шаманы чем-нибудь ударят.

– Что делать будем? – спросил Верген.

Вот я бы знал. Все сроки ультиматума уже вышли, так что ничего мы им предложить не можем, но и отдать этим рыболюдам десяток человек на заклание – тоже не дело.

– Постой! – окликнул я делегацию.

Придется выкладывать козыри. Не хотелось бы рассказывать про демонов, но другого выбора нет.

Старый мурлок повернулся в мою сторону.

– Я думаю, нам не стоит воевать друг с другом. Скоро здесь будет более серьезный враг, который угрожает и вам, и нам. Уверен, мы сможем найти виноватого позже.

– Не-е-е-ет! Во-о-о-ойна о-о-объя-авле-енао-о! – гневно ответил старик. От избытка эмоций его жабры образовали гриву вокруг головы.

Воздух снова наполнил тонкий писк рыболюдов.

– Вот же придурки, – расстроился я.

– Да не ссы ты, – зловеще ухмыльнулся напарник. – Не хотят дружить с нами – пусть сами разбираются с демонами, а мы поглядим на это из укрытия.

– Ну да. – Я как то позабыл, что этот мир не терпит идеалистов. Враг твоего врага – не твой друг, а всего лишь временный союзник.

Похоже, перемирие заканчивалось, укрытые щитами шаманы подняли свои жезлы и начали камлать, а стрелки навели на нас свои метатели.

– Ложись! – крикнул я, увлекая за собой напарника.

Все-таки соображал и действовал я слегка быстрее Вергена, даже без обращения к своей силе.

В воздухе глухо бумкнуло, и по доскам застучали дротики, пяток особо удачных попаданий пробил дерево, и наконечники вышли с нашей стороны на добрую ладонь.

– Вот же гады! – ругнулся напарник.

– Ага, – согласился я.

Я подполз к щели – из-за множества попаданий доска расщепилась – и отправил в полет первый «блуждающий огонь». Пока шаманы были заняты своей ворожбой, появилась возможность слегка проредить количество стрелков. На таком расстоянии я мог поддерживать в воздухе около четырех снарядов, чем и не преминул воспользоваться.

Первый из снарядов достиг цели: мурлок попытался уклониться, но самонаведение сработало на отлично – блуждающий огонь впился рыболюду прямо в морду. Гад беззвучно закричал, открывая пасть, полную острых зубов, и закатался по земле.

Второму противнику тоже досталось – пусть и не так удачно, как с первым, но огненная искра впилась ему в грудь, а вот следующие два подкачали. Все-таки мурлоки – разумные рыбы, и они быстро сообразили, что если от моих снарядов не увернуться, то можно сбивать их метателями. Я очень надеялся, что это окажется непросто, но мурлоки стреляли метко.

Враг быстро догадался, откуда я веду огонь, и в следующее мгновение мне пришлось менять позицию, так как десяток стрелков разом взял меня на мушку. Дротики быстро разбили древесину, образовав огромную дыру.

Мне почему-то казалось, что подводные обитатели должны обладать слабым зрением. Возможно, если бы они жили в глубинах океана, куда не проникает свет, так бы и произошло, но конкретно эти мурлоки обитали у поверхности, и зрение у них было весьма острым. Злые они ребята: мало того что глазастые, так еще и малейшая царапина их отравленного оружия может отправить крепкого мужчину на тот свет.

Ничего, гады, мы еще посмотрим, кто кого. Сосредоточившись, я направил магию в руку, формируя «воспламенение», но заклинание пока не отпускал. Новая позиция была не так удачна, мне пришлось бы поднять голову над импровизированной стеной, чтобы ударить магией, и очень не хотелось терять лишние доли секунды на подготовку.

– Гори, – еле слышно шепчу я.

Слово и жест, и огненный цветок поглощает туловище и голову одного из врагов. Объятый пламенем рыболюд не проронил ни звука. Со стороны наша битва, наверное, выглядела как первые немые фильмы.

– Уходим? – спросил Верген.

– Ты уходи, а я пока тут поразвлекусь.

– Уверен?

Отвечать я не стал, так как со стороны врага донесся первый громкий звук за всю битву. Шум далекого моря наполнил воздух, и огромная волна, появившаяся прямо из воздуха, понеслась к нашему укреплению.

– Вот же черт! – не удержался я, переходя на родной язык.

– Валим! – вторил мне голос Вергена.

До лестницы было рукой подать, но мы все равно не успели скрыться за стенами. Крепкий, сложенный из ошкуренных бревен дом тряхнуло, входную дверь снесло вместе с косяком, и она пополнила собой баррикаду в сенях. Волна перехлестнула через балкон и догнала нас прямо на лестнице. Поток воды ударил в спину и понес вперед, чувствительно приложив о стену, и дальше по лестнице до самого низа.

Я успел заскочить в дом первый, а Верген был позади, поэтому при приземлении этот здоровый лось рухнул прямо на меня. От удара воздух выбило из легких, и я долгие десять секунд пытался заново научиться дышать, хорошо хоть ничего не сломал во время полета.

Женский визг и детские крики наполнили дом. От магической волны особенно сильно пострадала передняя часть здания, в которую пришелся основной удар. Толстые бревна вывернуло из пазов, некоторые треснули, но в целом конструкция устояла и даже не сильно потеряла в оборонительных качествах.

Щели в стене, конечно, позволяли врагу рассмотреть внутренние помещения, но вести прицельный обстрел не получилось бы. Я бы сам тоже с удовольствием угостил этих настырных гостей огнем, но и у меня такой возможности не было. Появившаяся по воле шаманов вода не исчезла, сейчас ее уровень доходил до колен, но медленно понижался, вытекая в образованные после удара щели, – резко стало неуютно.

Пока мы приходили в себя, мурлоки попытались было взять наше укрепление штурмом.

Вылетевшая вместе с косяком дверь застряла в прихожей, по-прежнему давая неплохую защиту от вторжения, и только самый мелкий из подводных уродцев с огромным трудом смог протиснуться через эту баррикаду, но там его уже поджидал Мокрица с алебардой. Короткий удар – и мертвое тело закупорило и без того узкий лаз. К этому моменту шаманы собрали свои силы, и целая толпа земноводных заполнила внутренний двор. Мурлоки злобно пищали под стенами, но дотянуться до нас так и не могли: разобрать завалы у них не хватало сил, а по-другому добраться до нас было попросту невозможно. Патовая ситуация. Время играло на нашей стороне. И все бы было замечательно, если бы не шаманы.

Костяные погремушки на концах жезлов снова загремели, и к ним стали медленно стягиваться рассеянные вокруг капли воды, формируя над шаманами сферу.

Водяной шар крутился, постепенно набирая объем и силу. Сфера уже превысила размер футбольного мяча и продолжала увеличиваться, а у меня выступил холодный пот на спине. Если волна так сильно потрепала нашу крепость, то что может натворить этот шар? Судя по всему, его бронебойность значительно выше объемного заклинания.

– Нам конец, – протянул сидящий рядом Верген.

– Сивора! Ты можешь что-нибудь с этим сделать? – спросил я у деревенской колдуньи.

Ведьма некоторое время разглядывала творящуюся волшбу, потом отрицательно покачала головой. В принципе не стоило на нее надеяться, глупо ожидать чудес от деревенской колдуньи, скорей всего ее профиль – лечение, чуть-чуть артефакторики, наговоры и прочая бытовая магия.

– Нам точно конец, – повторил Верген. При этом по нему не было видно, что он очень опечален происходящим, лицо напарника не покидала улыбка.

Слабоумие и отвага?

Защититься от такой силы нам было нечем, но можно было попытаться хотя бы уменьшить жертвы. Я не медик и не могу нейтрализовать яд, не химик и не могу придумать аналог пороха, не инженер, чтобы покорить этот мир с помощью научного прогресса, да и много еще кто «не», но уж ОБЖ-то я в школе проходил. Точно помню, что обычно при обрушении зданий большинство людей погибает от обломков перекрытий и крыши.

Я поручил старосте и главе ополчения спрятать, сколько получится, людей в погреб, а остальных распределить вдоль стен, создать из мешков какую-никакую защиту, и вернулся к наблюдениям.

Мурлоки предприняли еще две попытки пробраться к нам. Вытянув за ноги убитого, они попробовали разобрать завал, но результаты были более чем скромные. Тут бы и пара крепких парней с пилами и топорами за просто так не справилась бы, куда уж этим слабосилкам. Была мысль подняться наверх и устроить рыболюдам «сладкую жизнь», но лестницу смело волной, а прикрывавшие балкон щиты были уничтожены. В общем, я передумал, просто так подставляться под метатели мурлоков не хотелось.

Шаманы продолжали потрясать погремушками, и водяной шар раздулся уже до размеров овцы, вокруг него со зловещим свистом вращались тонкие струи воды – эти демоновы рыбы с посохами точно решили нас всех угробить. Время, потраченное нами на организацию защиты, мурлоки использовали с толком. Водяная сфера прекратила расти в объеме и теперь даже уменьшилась, но ускорила вращение и отрастила два десятка щупалец из тонких нитей воды.

Где-то на окраине деревни мелькнула бордовая вспышка, и донесся вой демонов. Это был шанс: ведь если демоны сцепятся с мурлоками, то мы окажемся в стороне от битвы, но удача в этот раз была не нашей стороне – демоны еще находились далеко.

– Демоны нижнего мира! – выругался Мокрица, и тут действо ускорилось.

Струи воды со свистом разрезали воздух, создавалось ощущение, будто где-то рядом работают лопасти вертолета. Мурлоки как по команде разбежались в стороны, и сфера полетела на нас.

– Ложись! – крикнули мы одновременно с Вергеном и сами упали на пол под прикрытие толстых, просмоленных бревен нижнего венца дома.

Я отстраненно отметил, как напарник активировал железную кожу и прикрыл меня своим телом.

– Спасибо, – только и успел прошептать я.

Снаряд, созданный шаманами, влетел прямиком в дверной проем, струи воды стали перемалывать баррикаду, слой за слоем снимая с нее тонкую стружку. Вскоре шар оказался внутри, но не остановился. Он крутился и водяными жгутами, как винтом, оставлял глубокие зарубки на потолке, стенах и на полу.

Одного из ополченцев, попавшего под водяной винт, порубило на куски, второму отсекло кисть и полоснуло по лицу, Гариусу вспороло доспех на животе. По тому как дергалось тело Вергена, я догадался, что по нам тоже прошлись.

Водяная сфера двигалась дальше, и крики боли заполнили дом. Я мельком заглянул в соседнюю комнату и ужаснулся. Заклинание унесло пять жизней, пока не врезалось в стену и не пробило ее, уходя куда-то наружу, во внутренний двор. Трех женщин, подростка и мальчика лет шести буквально разрезало на ломти. Раненых было еще больше, но вовремя принятые меры все-таки уменьшили количество жертв. Укрепления делали в расчете на обрушение крыши, но и наши труды оказались не бесполезными – большую часть водных лезвий приняли на себя мешки.

Я сглотнул вязкую слюну и почувствовал привкус крови от прикушенного языка – к тому, что увидел, я был еще не готов. Желудок попытался возмутиться, но усилием воли я подавил рефлекс. Сейчас не время и не место предаваться эмоциям.

Так бывает, что на войне гибнут люди, и в такие моменты мало что зависит от нас. Это как разорвавшийся рядом артиллерийский снаряд: просто кому-то везет, а кому-то нет. Конечно, такое не скажешь родственникам погибшим. Пусть оживлять мертвых я не состоянии, но вот не дать погибнуть кому-то еще – могу.

Моя огненная кровь, подстегнутая гневом, вспыхнула как порох. Где-то в грудной клетке, подобно маленькому солнцу, разгоралось жаркое пламя ненависти. Поначалу я воспринял мурлоков как забавных зверушек, их игрушечная война и наши дурацкие переговоры казались чем-то смешным. Но когда на моих глазах стали гибнуть мужчины, женщины и дети, я понял, что шутки кончились, – идет война на уничтожение.

Огонь волной прошелся по телу, кожа начала трескаться и чернеть, изо рта выбился глубок огня. На кончиках пальцев сами собой вспыхнули два «лезвия» – а ведь раньше мог вызвать только одно, хотя призвать второе, если честно, и не пробовал. Разум затуманился, и меня охватило всепоглощающее пламя.

Рывок. Я кинул свое тело к дверному проему. Удар огненного клинка. Голова мурлока, ворвавшегося в дом, отлетает в сторону. Запах жареной рыбы заполняет помещение. Два стрелка почти в упор разряжают в меня свое оружие. Один дротик играючи разрезаю напополам, а от второго уворачиваюсь. Первый стрелок умирает быстро – лезвие огня раскаленной иглой выжигает ему мозг. Второму стрелку легкой смерти не досталось – пламя пожирает его внутренности.

Группа копейщиков даже не успела понять, что произошло. В моем восприятии враг двигался медленно, будто в замедленной съемке, и невесомые огненные лезвия, порожденные магией, замелькали в моих руках, неся вокруг смерть. Отрубить руку одному, вторым клинком ударить в висок, срубить голову следующему, затем укол в шею третьего, удар коленом в грудь четвертому и на финал – выдохнуть пламя прямо в зубастую морду последнего.

Буквально за пару секунд уничтожив группу врагов, я вырвался из оцепления. Внутренний двор был заполнен мурлоками, но им всем было не до меня.Демоны все же дошли. Не опоздай они на пару минут, сокрушительный удар водной стихии достался бы им, а люди выжили бы, не попав под водяной вихрь. Но случилось так, как случилось.

Демонам повезло, шум водяной сферы позволил им напасть на мурлоков неожиданно, и они постепенно развивали успех. Десять демонов уже сцепились с охраной шаманов. Физические кондиции краснокожих пришельцев были выше, чем у обитателей глубин, и все же скорой победы не вышло. Стрелки били по демонам почти в упор и погибали сами. Они просто не успевали перезаряжать свое оружие. Костяные ножи мурлоков тоже оказались не самым удачным выбором в подобном бою, и уже пятеро метателей легло под ноги шаманов. Уже знакомая бордовая вспышка ударила по стрелкам, зацепила ворота и часть забора. Ограда качнулась и упала на дорогу, прикрыв собой разрубленные пополам трупы стрелков.

Мурлоки кинулись на помощь шаманам, но пока демоны перевешивали. По уму стоило бы дождаться конца схватки и добить победителей, но бушующая во мне сила не позволила остаться в стороне. Красная пелена вновь затмила сознание, и я вихрем метнулся вперед, в самую гущу боя.

Новая бордовая вспышка ударила в группу шаманов, но те прикрылись водной взвесью. Магия пространства столкнулась с водной магией и пересилила ее. Вспышка пробила защиту, все же потеряв в мощности, – всего один из шаманов мурлоков, покачнувшись, развалился на две части. Рыболюды ответили градом ледяных стрел, но вожак демонов просто телепортировался на два шага в сторону.

Мурлоки на моем пути гибли один за другим – особо не церемонясь, я бил в спины бегущих и сам двигался вперед, перемещаясь длинными рывками. Огненное лезвие без сопротивления входило в легкие кости земноводных – и в позвоночники, и в черепа.

Краем глаза я заметил сражающегося позади Вергена – парень не стал, в отличие от меня, дурнем переть в атаку и методично зачищал всех оказавшихся рядом. Его тело прикрывала железная кожа, а золотой меч в руках бил без промаха. Каждый удар полуторного клинка обрывал жизнь очередной твари.

Основная масса рыболюдов уже успела добраться до своих старших, буквально закрыв их своими телами. Демоны с мурлоками сцепились уже не на шутку. Физическая сила и длина оружия и конечностей против ловкости и почти тройного перевеса в численности. Демонов было всего около пятидесяти, в то время как мурлоков – явно больше сотни.

Краснокожие демоны умудрялись убивать земноводных даже голыми руками, но сами при этом получали многочисленные порезы и царапины. Сперва мне казалось, что яд подводных жителей на них не действует, но потом я заметил, что раненые замедлялись, а спустя некоторое время и вовсе падали на землю. Похоже, их организм хоть и имел какое-то сопротивление к отраве, но итог был один – мучительная смерть.

Обе стороны перемалывали друг друга. Мурлоки умирали молча, лишь их тонкий писк бил по нервам, а вот демоны прямо ревели от боли. Кошмарная какофония звуков битвы сводила с ума, и я беспорядочно метался между врагами, внося свою долю хаоса во всеобщее помешательство.

Пламя прорывалось из множества ран на теле, но я не обращал на это внимания. Сила, подхлестываемая ненавистью к врагам, била из меня мощным потоком, и я выплескивал ее без остатка. От серьезных увечий спасала лишь чудовищная скорость и убийственная сила моих атак. Огненные клинки мелькали в руках, уничтожая врагов. Укол левым лезвием – и оно раскаленной иглой входит в глаз демона, рубящий правым – отсекает поднятую в защите кисть мурлока. Высоким прыжком пропустить под собой удар снизу и, подобно падающей птице, влепить сверху, разбив очередного врага. Сместиться чуть влево, пропуская пущенный в упор длинный дротик, и ударить, отрубив мурлоку голову. Для меня здесь не было правых и виноватых, вокруг были только враги – и я убивал.

Силы обеих сторон были не бесконечны, и за прошедшее время они успели значительно обескровить друг друга, но за кем будет победа, пока было не ясно. Шаманы заметно потрепали старшего демона – одна его рука была переморожена и отломилась в локте, но это не лишило его прыти. Демон яростно ревел, размахивая сферой в уцелевшей лапе, и бордовые вспышки сыпались на группу шаманов. Подводным чародеям тоже досталось неслабо, на ногах держалось всего двое из них. Я не заметил момента, когда умер третий, но туда ему и дорога. Защитный купол шаманов сильно потускнел, у одного заметно кровоточил бок и его шатало. Отличный расклад, полтора шамана против однорукого вожака демонов. Враг моего врага – не мой друг.

Очередной виток сумасшедшей битвы вынес меня прямо на вожака демонов, и я без промедления сдвоенной атакой попытался пробить ему грудь. Огненные лезвия ударили разом, но демон неуловимым образом ушел из-под удара. Перед глазами мигнул бордовый туман – он телепортировался на пару метров в сторону.

Его контратаку я почувствовал мгновенно: появилось ощущение, что потоки силы вокруг меня сжались в кулак, и натянутое пространство начало рвать на части. Высоким, на пределе возможностей, прыжком я отправил себя в полет. Черная пропасть разверзлась под моими ногами, но мне не было страшно: страх ушел, вместо него осталась лишь ярость и сумасшествие битвы. Пустота резко расширилась, и попавшему под удар магии случайному демону срезало половину черепа.

Время растянулась в бесконечность, я будто завис между небом и бездной. Мне казалось, что жадный зев пустоты потянул ко мне свою рваную пасть, но ничто не вечно. Гравитация взяла свое, и меня неумолимо потянуло вниз, но одновременно закончилось и действие заклинания, заложенного в артефакт. Пространство схлопнулось, и мгновением позже я мягко приземлился на землю.

Демон злобно взвыл, но повторить атаку не успел: ему самому пришлось прикрываться от слаженного удара шаманов. Воспользовавшись секундной передышкой, те запустили блестящее от кристаллов льда облако снарядов.

Мерзавец вновь ушел от удара короткой телепортацией, но его все же зацепило самым краем, и ударившие в обрубок руки острые осколки раскололи перемороженную плоть до самой кости. Облако полетело дальше и накрыло четверых мурлоков и сцепившегося с ними демона, мгновенно нашпиговав ледяными кристаллами, все пятеро осели кусками кровоточащего мяса.

Новый виток битвы закрутил и разнес нас в стороны. Поднырнуть под удар копья и воткнуть лезвие в глаз демона, прикрыться рукой от костяного лезвия, нацеленного мне прямо шею, и легонько пройтись пламенем по зубастой рыбьей морде. Рывком переместиться вперед и ударить обоими клинками в неосторожно повернувшегося спиной массивного демона. Лезвия входят чуть ниже ребер, слева и справа, мгновенно поражая органы и обрывая жизнь.

Внезапно вокруг стало тихо, тишину нарушали лишь стоны раненых. Я вначале не понял, что произошло. Сражающиеся замерли, прислушавшись к чему-то. Мне потребовалось собрать всю волю в кулак, чтобы вернуть себе хотя бы часть контроля, разорвать слияние и сосредоточиться. Нарастающий лязг брони, грохот копыт и ржание боевых лошадей подобно прибою накатили на сражающихся.

Выскочившая из-за поворота дороги герцогская кавалерия, выбивая пыль, уже перестраивалась в ударный кулак. Облаченные в сталь и серебро кавалеристы с длинными копьями и щитами с изображением вставших на задние лапы красно-черных тигров набирали разгон и были готовы обрушиться на врагов рода человеческого.

Сражение остановилось, и лишь немногие смогли побороть страх перед идущей в атаку кавалерией. Вожак демонов очнулся первым – его бордовая вспышка ударила в идущего на острие атаки всадника. Вокруг того моментально вспыхнуло белое сияние, и враждебная магия отступила.

Секунда – и кавалерийский клин ударил в первых противников. Длинные копья легко пробивали тела насквозь, тем же, кому удалось уйти от таранного удара, тоже не позавидуешь. Подкованные копыта боевых лошадей дробили кости таким счастливчикам. Всадники отбрасывали бесполезные копья, выхватывали притороченные к седлам длинные мечи и мчались дальше.

Секундный ступор тут же перешел в панику, и что демоны, что мурлоки – все ударились в бегство. Зажатые между заборами, на узких деревенских улочках твари гибли одна за другой. Проняло даже меня. Не мешкая я рванул во внутренний двор дома старосты, по дороге стараясь избавиться от воплощения.

Обороняющиеся тоже не сидели без дела, хотя во дворе было куда спокойнее, чем на улице, где развернулось основное побоище. Верген, Мокрица, Вирс-кузнец и трое выживших ополченцев почти очистили двор, добивая немногих демонов, которые рискнули завернуть сюда, спасаясь от кавалерии.

– Подмога! Наши! – орали мужики, подставляя восходящему солнцу окровавленные лица со светящимися на них улыбками радости и слезами счастья. Теперь им можно было расслабиться.

А мне предстояло еще привести себя в человеческий вид. Шаг за шагом я унимал бушующее внутри пламя. Сила огня еще кипела, но я серьезно потратился, и поэтому разорвать слияние со стихией удалось достаточно быстро. Да и опыт уже кое-какой есть. Через десяток секунд кожа приобрела естественный цвет, а царапины и прочие повреждения бесследно исчезли.

«Все же хорошо быть Фениксом», – подумал я с довольной улыбкой.

Мельком оглядев себя на всякий случай, я пришел к выводу, что военные не посчитают меня каким-нибудь демоном и не прибьют. В остальном все было как обычно: моя красивая, добытая в неравном бою одежда снова превратилась в обноски погорельца. Штаны и дорогой кафтан зияли прожженными дырами, относительно целыми остались только сапоги, да и те теперь жали ноги, похоже, сели на размер от долгого воздействия высоких температур. Ладно, размочу в воде, и, глядишь, еще сгодятся. К тому же, зная об этой своей особенности, я специально взял два комплекта.

Конная лавина пронеслась мимо нашего двора дальше по улице, лишь один всадник по ошибке заскочил сюда, но, быстро опознав в нас людей, поднял своего скакуна на дыбы, вздернул окровавленный меч высоко вверх и, развернувшись, последовал за своими.

– Позер, – чуть слышно хмыкнул стоящий рядом Верген.

– Ага, украли нашу победу, – в тон ему отозвался я.

Я подошел к дому и первым присел на чудом уцелевшую под волнами разрушительной магии лавочку. Расслабиться в такой ситуации было трудно, но усталость брала свое. Сегодня выдался очень напряженный день.

– Ты думаешь, мы бы победили? – спросил напарник.

– Ну, шанс у нас определенно был. Небольшой.

Не забываем подписываться на автора! Вам по фиг, а мне приятно и статистику добавляет, стимулирует писать больше, лучше, ну там сильней, быстрей и далее по схеме)) https://author.today/u/war11

Глава 26. Деревенский детектив. Часть 2

Всё тайное рано или поздно становится пьяной исповедью.

Где-то в доме есть такое тайное место, куда носки, пульты, ключи уходят умирать.

Это был мой первый бой, и он не шел ни в какое сравнение с мелкими драками, в которых мне удалось поучаствовать. В этом безумной вакханалии жизни и смерти была своя страшная красота и прелесть. Стать на мгновение вершителем судеб и отнимать чужие жизни. Мурлоки и демоны Ксафана не были людьми, но они, без сомнения, относились к разумным расам, но при этом они были врагами, они пришли за жизнями жителей деревни, а значит, я поступил правильно. Я уверен, что изначально не был способен на хладнокровное убийство, но этот мир изменил меня.

Усталость медленно брала свое, пусть воплощение стихии отступило, но нервное напряжение не позволяло просто лечь и отключиться. Пламя внутри еще горело, но не было того жара и ощущения грозной силы, похоже, я серьезно потратился сегодня — амулет показывал всего семь процентов от общего резерва. Кроме внутренней пустоты было что-то еще, очень похожее на страх, который и не позволял мне отключиться. Суть его была непонятна, но сейчас я чувствовал себя слишком уязвимым для мира, и лишь через несколько минут пришло понимание. До этого момента у меня просто не было свободного времени, чтобы не торопясь сесть и проанализировать свое состояние. С таким объемом внутреннего резерва я просто не сумею вновь возродиться!

«Быть такого не может!!!» — завопил я внутри себя. Неожиданное открытие заставило резко вскочить на ноги и подобраться.

– Ты чего? — удивились расположившиеся рядом селяне.

— Ничего, — зло ответил я.

— У него все «ничего», — с усмешкой пояснил Верген мои слова, – не обращайте внимания.

Страх охватил меня настолько, что я неосознанно стал пятиться от тревожно поглядывающих на меня людей. Выдохнуть, успокоиться!

Во многом моя бесшабашность, подчас граничащая с безумием, была связана с бессмертием. Осознание возможности буквально в секунду лишиться такой, казалось бы, надежной защиты от смерти очень больно ударило по нервам. Надо успокоиться.

В конце концов, я ведь и раньше понимал, что абсолютно бессмертных не бывает: меня нельзя сжечь, но наверняка можно растворить в кислоте, расчленить, утопить, и это только считая обычные способы умерщвления, а ведь еще всякие магические и оккультные практики, про них я даже думать не хочу. В общем, способ найдется, было бы только желание. Так что моя мнимая неуязвимость, можно сказать, – всего лишь прикрытие собственной отмороженности. Хе-хе.

Признаться, мне было даже отчасти приятно пережить все это. Наша память — очень хитрая штука, со временем мы забываем все плохое, вспоминая только хорошее. Там, дома, на Земле, я не особо выделялся на общем фоне сверстников, разве что мотоциклами увлекался. Здесь же стал пусть и не супергероем, но заготовкой под него: меня не берет огонь, у меня открылся сильный магический талант, да и мое воскрешение — весьма имбовая способность. Также есть подозрение, что я могу прожить бесконечно долгую жизнь, если меня никто не убьет, но в девятнадцать лет слишком рано об этом думать. Пока бесконечная жизнь казалась мне всего лишь приятным бонусом. Способностей у меня действительно много, даже представитель Гильдии охотников господин Вереско и вредный старикашка из Гильдии магов признавали, что у меня очень высокий потенциал.

Постепенно мысли из разряда панических перешли к аналитическим. Сердце еще бешено колотилось в груди, но я уже почти успокоился. За эти десять секунд в голове успели пройти все чертовы стадии принятия: отрицание, гнев, торг, депрессия и, наконец, само принятие. А кроме того, появились новые вопросы.

В частности, мне стало жизненно важно знать, какое количество резерва является тем самым неприкосновенным запасом для воскрешения. И самое главное – как это проверить? Ведь если потрачу слишком много и «самоубьюсь», то умру окончательной смертью, а этого мне бы очень не хотелось.

Нервы пришли в норму, и я чуть расслабился, да и до рассвета осталось не так уж долго, я уже ощущал близкое восхождение местных светил, а значит, скоро все восстановится, но мне срочно надо разобраться с этой проблемой. Вот только пока я не вижу пути решения. Эксперименты над собой отпадают, по крайней мере, в ближайшей перспективе. Сперва требуется уяснить механизм воскрешения и только потом совать туда свои кривые руки. Как бы ни была порой тяжела жизнь, она мне нравилась.

— Герех! — окликнул вышедший на крыльцо староста, и мне не пришлось объяснять свое странное поведение окружающим.

– Что? — устало спросил я.

Идти никуда не хотелось, но чует мое сердце, что не просто так меня дергают.

– Тебя Гариус зовет, -- сказал он уже тише, подходя вплотную.

Чертов торговец! Чего ему неймется, у меня своих проблем выше крыши. Стоило бы с ним поговорить, я так и не успел это сделать до нападения, а потом все завертелось и стало не до того.

– Что он хотел?

– Он ранен. С ним Сивора и Микул. Тебя зовет, – пояснил староста.

Нехотя я все же поднялся и пошел в дом. Вода успела вытечь сквозь щели в полу и стенах, но доски были еще мокрыми. Крики смолкли, сменившись плачем и стонами раненых. Гнетущая атмосфера. Условная победа обернулась для жителей Мирта большими бедами. Из присутствующих крепость духа проявил, пожалуй, только жрец Хориги: он ходил между людьми, оказывая помощь и нашептывая слова утешения. Для меня битва закончилась, у лекарей же все только начиналось.

Больше десятка человек получили глубокие порезы и травмы во время магической атаки. Первую помощь им уже оказали, но некоторые ранения требовали дополнительного внимания.

Гариус Путешественник, раздетый по пояс, лежал на деревянном полу на пропитанной кровью подстилке. Рядом суетились колдунья и незнакомая мне женщина. Я помню, что он получил ранение в живот во время второй атаки шаманов, но не думал, что все настолько плохо. Его живот был туго замотан куском ткани, но этого явно было мало: глубокая рана не закрылась и, несмотря на все старания колдуньи, сильно кровоточила. Торговец был бледен как полотно и кривился от боли.

– Как? – спросил я у Сиворы.

– Плохо, – устало ответила ведьма и, видать, не поняв меня, рассказала про общее состояние дел: – Все раненые умерли от яда.

– Силок? – решил я выяснить судьбу своего временного проводника.

– Он тоже, – печально вздохнула ведьма.

Мне было жаль охотника – хороший был мужик и кончину принял злую. Смерть в корчах, от яда, – такого он явно не заслужил. В этот момент мне стало слегка стыдно. Огненная кровь защитила меня от действия отравы, но вот помочь другим я не смог.

– А с Гариусом что?

– Глубокое ранение, магия повредила кишки, и я не знаю, как быть. Тут нужен профессиональный целитель.

Стоящая рядом женщина горестно запричитала. Жена, судя по возрасту.

Беда не приходит одна. Помню, читал, что такие ранения очень неприятны, человек может умирать до пяти часов. В моем мире, пожалуй, это не так страшно: есть врачи, анестезия, дезинфекция. Здесь же полостные операции, особенно с поврежденным кишечником, – почти гарантированный сепсис и мучительная смерть в итоге. Конечно, в этом мире есть магия, разные целители, которые могут зарастить страшные раны одним наложением рук, но лекари такой силы – товар штучный, и не у каждого найдутся деньги, чтобы оплатить их услуги.

Хотя один вариант все же есть. Похоже, укрывшиеся в доме селяне еще не в курсе, что явилась подмога.

– Там войска подошли. У них должны быть лекари.

После моих слов ведьма тут же кинулась к жрецу.

– Микул, беги к войскам, делай что хочешь, но чтобы их лекари были здесь как можно быстрее! – затараторила она.

Жрец просветлел лицом и пулей выбежал из дома.

– Гильдеец, – простонал раненый торговец, попытавшись чуть приподняться, но тут же уложенный обратно руками колдуньи.

– Да, Гариус? – Я присел рядом с больным.

– Мне надо… – Раненый закашлялся и чуть не потерял сознание. – Мне надо тебе сказать…

Но сказать он ничего не успел, лишь протянул ко мне трясущуюся руку с зажатой в ней бумагой. Тело торговца расслабилось, и я понял, что лекарь тут уже не поможет. Гариус Путешественник умер, как и многие сегодня. Я наклонился над телом торговца, разжал ослабевшую кисть, вынимая аккуратно сложенный в несколько раз лист дешевой желтой бумаги. Развернув лист, я углубился в чтение.

Вначале у меня не было понимания, буквы складывались в слова, слова – в предложения, но вот смысл ускользал. В тексте было описано порядка десятка артефактов, и лишь дойдя до самого конца, я нашел ответы на все вопросы.

Имеющим информацию о местонахождении данных артефактов прошу обратиться ко мне за вознаграждение.

С уважением, Фредерик Длань

Чертовы гильдейцы! Снова они! Я очень хорошо запомнил это имя! Фредерик по прозвищу Длань. Именно он приговорил меня к смерти около месяца назад, а его подручный магнон, Гром, исполнил приговор, свернув мне шею. По моей просьбе Старик Эрик собрал информацию об этой троице, но ее оказалось не так чтобы много, все же не спецагенты работали.

Симо Гром – бесполый гигант-магном, уроженец архипелага Муси, единственный выживший из всего небольшого рода при нападении пиратов. Несмотря на свои грозные размеры и огромную физическую силу, эти здоровяки отличались крайне миролюбивым характером. Но, похоже, в каждом правиле есть свои исключения, в данном случае таким исключением и стал Симо по прозвищу Гром. Ходят слухи, что он изменился после длительного плена у пиратов, которые уничтожили его деревню, но детали мне остались неизвестны. Так или иначе, но оружие он в руки не берет, предпочитая использовать закованные в латы кулаки, хотя по мне так латная перчатка – сама по себе оружие: большой кастет, да еще и защита. Про способности этого гиганта было известно немного, но мои источники утверждали, что он может ускоряться на короткое время. Чудовищная скорость в сумме с врожденной силой и огромной массой дала ему право носить серебряный амулет. Кроме этого, удалось выяснить, что он является прихожанином церкви Сирома Милостивого. Ничего крамольного или кровавого я об этом культе не знал – стандартный набор: лечение, помощь нуждающимся, домашний очаг, покой мертвым. В общем, так себе компромат.

Вторым в этой троице был представитель редкого подвида гномов. Глубинные гномы – такие же редкие гости поверхности, как и темные эльфы, но периодически они все же встречаются. В отличие от обычных гномов, которые славятся своим мастерством в металлургии и оружейном деле, глубинные гномы прославились как механики и инженеры. Избо из клана Дербо по прозвищу Баллиста появился в герцогстве почти так же, как и я, – его привезли работорговцы, но долго ему носить рабский ошейник не пришлось: его выкупил герцогский дом. Узнать за какие такие заслуги гном получил вольную, мне не удалось, но всего через год он присоединился к отряду Фредерика. Баллиста прославился как непревзойденный стрелок из арбалета, и более ничего выяснить о нем я не смог. Он оказался самой таинственной фигурой из всей троицы.

Ну и главой этого отряда был Фредерик по прозвищу Длань, темный маг, некромант с костяными ладонями, с которыми я успел познакомиться лично. О его боевых навыках я узнал лишь то, что он каким-то образом может манипулировать костью. Однако личностью, несмотря на свое темное искусство, он был интересной: образован, галантен и прославился как любимец женщин. Я был больше наслышан о его постельных свершениях, чем о боевых подвигах, но просто так серебряный ранг не дают.

Самое же паршивое – он являлся бастардом боковой ветви правящего дома Кирас, точнее степень родства выяснить так и не удалось. Бастард – он и есть бастард, с немецкого «незаконнорожденный», хотя это слово часто несло смысл «выродок» или «ублюдок». В Средневековье так называли детей от неофициальной супруги. Иногда бастардов принимали в семью, иногда нет, все зависело от текущих обстоятельств. Про обстоятельства Фредерика мне не было ничего известно, но даже его условная близость к правящей в Зааре династии еще больше осложняла мне жизнь.

Я безуспешно старался держаться подальше от этой троицы, даже специально взял задание на окраине герцогства, чтобы не светиться в столице. Эта компания уже второй раз встречалась на моем пути.

Письмо не содержало явных улик, но один из описанных в нем артефактов очень походил на похищенную у мурлоков реликвию. Похоже, покойный торговец, который часто бывал у мурлоков, знал об этой ценности и попросту продал информацию некроманту. Сами они забрали реликвию или наняли кого-то – уже не столь важно, ну а далее известно, что произошло.

Если сложить известные мне факты, получается, что эта компания развлекается по полной: заигрывает с бандами города, грабит караваны, скупает краденое, теперь еще и поиском каких-то артефактов занялась. Хотя уверен, это лишь верхушка айсберга.

Теперь бы еще понять, что с этим знанием делать, доказательств, кроме этого письма, у меня по-прежнему нет.

– Герех! Зорит! – окликнул меня и старосту Верген. – Там большое начальство приехало, пошли.

К нашему приходу во дворе было уже слишком тесно и многолюдно. Помимо выживших ополченцев, их главы и старосты, двор заполнила кавалькада из двенадцати всадников. Все, кроме одного, почти не отличались от виденных мной армейцев, разве что на их щитах красовался не красно-черный кирас, а расправивший крылья белый альбатрос.

Главу отряда можно было опознать сразу. На огромном скакуне, прикрытом доспехом, и с теми же белыми альбатросами – всадник смотрелся стальной башней, возвышавшейся над окружающими на две головы.

Трое всадников отделились от общей группы и двинулись к нам. Двое оруженосцев соскочили с седел и кинулись к рыцарю, один придержал его коня, а второй помог спешиться. Стоя на земле, рыцарь уже не казался таким гигантом, но все равно выглядел внушительно. Пусть не за счет роста – всего на ладонь выше меня, но ширина плеч, даже с учетом доспеха, была вдвое больше моих.

Тот, что поддерживал лошадь, помог рыцарю избавиться от массивного кавалерийского шлема. Под ним оказалось вполне обычное лицо мужчины лет сорока, с массивной челюстью и длинными свисающими усами. Его глаза лучились азартом, а щеки раскраснелись после недавней схватки.

– Барон Сакор Ди-Бо, командир отряда кавалерии, – представил своего командира оруженосец.

Конец второй части.

На этом закончена вторая часть приключений Феникса. Спасибо автору можно сказать рецензией или наградой, если уж кто совсем ленивый, то не забудь поставить лайк и оставить комментарий. Видеть, что твой труд востребован – лучшая мотивация. Третья часть https://author.today/reader/47425/394291

Content

Алексей Тихий
Феникс. Часть 2

Глава 14. Элементали

Глава 15. Болота и спрятанные истории

Глава 16. Дипломатия

Глава 17. Деревенский детектив. Часть 1

Глава 18. Тайна Веннеты Буство

Глава 19. Власть огня

Глава 20. Накопители, порталы и семейные секреты

Глава 21. Новое небо

Глава 22. Грабители

Глава 23. Ода жадности

Глава 24. Случайности не случайны

Глава 25. В осаде

Глава 26. Деревенский детектив. Часть 2