Сагайдачный Вадим

Противостояние

Глава 1

Повозка не спеша ехала по дороге, идущей волнами вдоль высокого каменистого берега. От частых перепадов высот, звуков бьющегося моря и криков пролетающих чаек иногда казалось, что мы не едем, а плывем. Лишь мерное цоканье подков лошадки не давало наваждению разыграться и тем отвлечься от гнета безрадостных мыслей.

В другой ситуации я бы радовался скорому возвращению в Скалистый Берег и с нетерпением ждал появления на горизонте знакомых очертаний. Но сейчас мое настроение становилось только хуже. В памяти то и дело всплывали плохие моменты, связанные с Даниэлем, где он что-то кому-то грубо ответил или еще как-то плохо себя проявил. Ничего достойного совершенно не хотело вспоминаться. Может быть, потому что его вовсе не было.

Нас с Аланом с детства приучали относиться к старшему брату с уважением. Все время подчеркивалось, что он будущий наследник. Мы и относились к нему так, как с нас того требовали. Даниэль воспринимал это как само собой разумеющееся явление. Он вряд ли задумывался как-то проявить себя по отношению к нам. Со мной еще ладно, у нас разница слишком большая. Но с Аланом их разделяло всего три года. Несмотря на это они никогда не дружили. Даниэль постоянно им командовал, а такое никому не нравится. Поэтому Алан дружил со мной. Мы даже могли повздорить, но потом все равно мирились. Даниэль же от нас стоял где-то в стороне. Всегда отдельно и на возвышении.

Несмотря на мрачные мысли, я все равно продолжал везти брата домой. Срабатывало какое-то непонятное чувство. Именно оно заставляло меня подчиняться. То ли это из-за привитого с детства уважения к Даниэлю, то ли из-за смерти Алана. Узнав где Даниэль и что его можно спасти, я попросту не смог поступить иначе. А теперь вот не знал, сможем ли мы поладить и ужиться, ведь нам предстояло не просто обитать под одной крышей. Брат должен был начать править княжеством, а я выступать в роле его помощника.

Отбрасывая эмоции и личные отношения, я пытаюсь посмотреть на все непредвзято, как бы сторонним взглядом. Разум подсказывает правильность сделанного поступка. Конечно, стать князем очень хочется. В моем положении, наверное, любому точно также этого бы хотелось. Но не сейчас и не при нынешних обстоятельствах. Мир на пороге большой войны. Она может начаться уже завтра. Княжеству нужен законный правитель. Он уже есть. Это Даниэль. Его все признали и дали клятвы.

Не появись Даниэль в ближайшее время, люди Скалистого Берега не будут ничем связаны. У них не будет полноценного правителя. Пусть я успел неплохо развиться, но мое время еще не наступило. Я даже не могу ни у кого принять клятвы. Этого Великая Система для моего возраста не предусмотрела. А значит, что до момента восемнадцатилетия должен править кто-то другой. И мама на эту роль никак не подходит. Княжеству нужен взрослый мужчина-воин. Он должен вести за собой в бой людей. А женщина, пусть и сильная, должна заниматься домом и хозяйственными вопросами. Как оно было у нас раньше, когда был жив отец.

В полной мере все осознав, на душе сделалось легче. Словно от сердца отошел тяжелый груз. Я принял решение, пусть и не в свою пользу. В пользу Скалистого Берега. Так будет вернее всего охарактеризовать сделанный выбор. Ну а моя дальнейшая роль сведется к помощи Даниэлю. Мне хочется верить, что мы сумеем найти общий язык и поладим.

С поводьями сидит Арни. По-моему, ему нравится быть возничим. Он взял для себя новый навык и теперь его качает. Сир Бакки сидит с другой стороны повозки от меня. Все переживает за сундук с жемчугом, оставленный в Оршике. Покидая город порталом, княгиня Оршика Дариа Горан пообещала в сопровождении своих воинов переслать все ценности нам в Скалистый Берег. Вот он и переживает, чтобы она не обманула.

В тот же день мы переправились в Великий город и я отправил Сира Бакки с Арни купить повозку с лошадью и лопаты, а сам с человеком княгини покинул город. Он мне показал место, где был заживо похоронен Даниэль. После я со своими спутниками вернулся к месту и откапал тело брата. Они так и не узнали, каким образом я его нашел.

На небе солнечно, время приближается к обеду. Будь сейчас лето, стояла бы невыносимая жара, но сейчас вторая половина осени, так что просто тепло. А вот ночью было даже холодно. Нам приходилось время от времени спрыгивать с повозки и разминаться, иначе начинала одолевать ночная прохлада.

Лежащий на повозке седовласый босой старик в сером балахоне покачивается в такт движения, смотришь на него и не поймешь: спит или действительно помер. Нет ни дыхания, ни других признаков жизни. В его облике вряд ли можно распознать Даниэля. Я и Сир Бакки попытались применить заклинание Видение. Не помогло. По-видимому, используемая магия относилась к наивысшей степени. А наше Видение было развито лишь наполовину.

Мы уже час ехали вдоль соляных полей, тянувшихся вдоль береговой линии. Наконец впереди появились очертания Скалистого Берега. От этого на душе сделалось волнительно. Вспомнились осложнения, происходящие у наших соседей. Уже примерно начал себе представлять, что за нервотрепка сейчас творится по этому поводу в замке. Наверное, без конца маме приходят тревожные донесения о происходящем на Севере.

Повозка въехала в город, появились люди, и тревога стала уходить на второй план. Я смотрел по сторонам, всматривался в лица. На них были лишь заботы, хлопоты и обычные житейские радости. Кто-то с кем-то разговаривал или смеялся, кто-то спешил по делам. Попадались и праздношатающиеся индивидуумы, уже изрядно навеселе. Тревоги не чувствовалось. Видимо проблемы северян, обычные жители Скалистого Берега воспринимали позитивно. Переворот — это всегда ослабление королевства. Во всяком случае, на первое время.

В свою очередь на нас внимания никто не обращал. Да и на что смотреть? По улицам ехала обычная повозка. Мы были одеты в простые одежды и без оружия. Пожалуй, только шрамы на лицах выдавали в нас воинов, а не каких-то крестьян по делам подавшихся в город.

Не только я внимательно смотрел по сторонам. Для Арни город должен был стать местом дальнейшего жительства. Так что он изучал его не менее тщательнее моего. Из-за этого Сиру Бакки то и дело приходилось напоминать парню, следить за дорогой.

Окраины пронеслись быстро. Там было немного людей. На центральной улице уже побольше. Теперь Арни пришлось напрячься. Уже было не до ротозейства. На дороге было полно повозок и всадников. Ему все так же помогал Сир Бакки, подсказывал, как и где лучше проехать.

Главную улицу сменила площадь и вот мы уже почти ее пересекли, приближаясь к нижним воротам, ведущим к замку.

— Эй, что стоим, щелкаем? Отворяй ворота! — крикнул двум дежурившим гвардейцам Сир Бакки.

— О, ну надо же, Бакки появился! — гоготнул один из двух гвардейцев с пышными усами. — Останавливайся. Куда собрался? Тут у нас пока ты где-то шастал сменились порядки. Абы кого в замок не пускают. А о тебе нас не предупреждали.

Оказалось, мама ввела новый порядок. Теперь чтобы проехать в замок требовался пропуск. Его выдавал лично капитан. Или имя должно было быть прописано в списке лиц, кто по мере необходимости постоянно посещал замок.

— Плевать мне на ваш пропуск! И список туда же! Не видите, кто вам приехал, что ли?! Отворяй, я вам говорю! — заорал пока что не зло рыцарь, видя, что гвардейцы не собираются пропускать повозку.

Все тот же усердный гвардеец с сожалением тряхнул головой и почесал пышный ус, тем словно готовясь к драке.

— Бакки, разворачивай повозку по-хорошему. Езжай в казарму, возьми у капитана пропуск и тогда вернешься…

Калитка рядом с воротами отварилась. Появился Сир Лэйтон, а за ним бойко выбежал щенок. Точно такой же, каким был когда-то Мартышка. Этому едва ли стукнуло месяца три, не больше. Еще с глупой мордой, но уже с характером. Будто возмущаясь, он выбежал разобраться, кто это такие, что так настойчиво хотят попасть в замок и принялся по щенячьи лаять.

Сир Лэйтон дотронулся до плеча говорливого гвардейца и тем его остановил. С изумлением он смотрел на меня.

— Рей? — будто сомневаясь, спросил он.

Я кивнул и спрыгнул с повозки. Вот уж никогда бы не подумал, что буду так рад снова видеть этого крепкого старика. Я прямо-таки за ним соскучился. Короткое рукопожатие и рыцарь не сдержался, схватил меня за плечи и по-отцовски обнял.

— Ты вернулся…

— Конечно, вернулся. Куда же я денусь, — даже слегка удивился стольким эмоциям рыцаря. Он их обычно особо не проявлял.

Отпустив меня, Сир Лэйтон резко развернулся к гвардейцам.

— Что стоите? Открывайте ворота. И предупредите там наверху — Рей вернулся!

Застывшие перекошенные лица гвардейцев смотрели на меня и как будто впервые видели. И это было понятно. Мало того, что я едва ли походил на того парня, кем был в последний раз покидая город, вдобавок меня же все более тех месяцев назад похоронили. А тут вдруг я появился и живой стою перед ними.

Оба ринулись открывать ворота. За ними стояла еще дюжина гвардейцев. Один из них помчался по дороге вверх.

Сир Бакки тоже поприветствовал нашего почетного рыцаря крепким рукопожатием, коротко упомянув, что тот многое пропустил, сбежав от нас в Лиане.

— Езжай, — велел я Арни, а сам с Сиром Лэйтоном пошел за повозкой.

Щенок рыцаря поняв, что все свои, сменил лай на дружелюбное виляние хвостом и сначала обнюхал повозку, а как та тронулась, переключился на меня.

— Взяли себе питомца? Как назвали?

— Одному скучно. А с ним веселее. Только слишком быстро растет и ест много. Назвал просто Питомцем. Или же Питом.

— А что с Валебом? С ним все в порядке? — напомнил о нем Сир Бакки.

— Вот уж олух недоделанный. Он едва остался жив. Надин его еле спасла. Теперь остался инвалидом. Списали его с гвардейцев. Теперь даже в стражники не годится.

Об упоминания о инвалидности мне аж стало не по себе.

— То есть как?

— Внешне с ним все в порядке. Но фаерболами ему спалило половину внутренностей. Надин все восстановила, но у него теперь хронический штраф в пятьдесят процентов по основным трем позициям — телосложению, силе и ловкости. Ну и здоровью заодно. Хотя бы так отделался. Когда портал закрылся, мы и на это не надеялись. Он в беспамятстве рухнул и перестал дышать. Теперь он инструктор у новобранцев, ну и по мере необходимости портальщик.

Новость о Валебе одновременно порадовала и огорчила. Но главное он остался жив. В остальном я намеревался его расспросить отдельно.

— А как обстоят дела в княжестве? Что у северян?

— Вроде все нормально, а там кто его знает. Ты же сам понимаешь, мне не докладывают. Беспокойно только за Север. У них только зима началась и на тебе, король сменился.

Верхние ворота к нашему прибытию уже были открыты. Во дворе творилась суета. Выбежали все работники. Тут же стояли дежурившие гвардейцы. А еще с перекошенными физиономиями мои дворовые друзья — Крысолов, Бази и Рилли. Из замка спешно выходили консильери Иган Велни и управляющий замком Тид Граш. Со стороны пристройки появились магистр Борис Шелби и его жена лекарша Надин. У всех на лицах были смешанные чувства: невероятное удивление, шок и радость.

Последней появилась мама. Не стесняясь, она бросилась ко мне. Ее объятия получилось очень крепкими. Из глаз полились радостные слезы. Она сначала их попыталось вытереть, а после дрожащими руками прикоснулась к моему лицу, словно боясь снова причинить боль зажившим ранам.

— Ты не представляешь, что я пережила за это время. Даже когда пришло письмо, я не находила себе места. Мы смогли отправить людей в Лиан только утром. Но вас уже не было. Они продолжали искать до вчерашнего дня, когда пришло письмо, — проговорила она сквозь продолжающие литься слезы, — ну что же мы тут стоим? Пойдем внутрь.

Взяв под руку, мама попыталась меня повести в замок, но я ее остановил. За суетой никто не обратил внимания на лежавшего на повозке старика. Я подвел маму и показал на тело.

— Я вернулся не один. Это Даниэль. Предвестница оказалась права, я его нашел.

Глава 2

Гвардейцы занесли тело Даниэля пока что запечатленного в облике старика в кабинет и положили на диван. Конечно же сразу отправили посыльного за мастером Тионой Нэш, раз лишь она могла снять маску. В ожидании пробуждения брата, его подручные разместились за столом для совещаний. За остальными — капитаном Сиром Ресли Хагоном, мастером тайных дел Валеком Лотцем и управляющим городом Фоделем Маском тоже отправили посыльных. Ни у кого не возникло сомнений, что как только Даниэль очнется тут же соберет малый совет и начнет принимать доклады по делам княжества случившимся за время его отсутствия. Сир Бакки, Арни и Сир Лэйтон вместе с остальными прошли в комнату и предпочли держаться у двери, вероятно заранее ожидая, что их скоро выгонят. Мы же с мамой отошли в другой конец кабинета и разместились на креслах у большого окна с красивым видом на море.

Меня разбирало от вопросов о том, что происходило и сейчас происходит в Скалистом Берегу. Ну и заодно, что творится на Севере. Мама отмахнулась и тем дала понять, что ничего серьезного и принялась расспрашивать о брате.

Я заранее подготовился. Сослался на Великую Систему. Мол, она дала крохотный шанс. Попав в Великий город, тот у меня повысился до 2 %. Дальше я воспользовался удачей и его повысил. А после обратился к первой попавшейся провидице. Она-то и подсказала, где найти Даниэля.

Будь у мамы навык Предвидения обмана, она бы меня раскусила. Но я точно знал, его у нее нет. И у Даниэля нет. Если ему вздумается после пробуждения начать меня расспрашивать, он не почувствует подвоха. А вот по поводу помощников я был не уверен. Собственно, поэтому я и увел маму подальше от остальных.

— Ну а у вас что происходит? Смотрю, пропуска ввели… — снова принялся за расспросы с тем, чтобы уже окончательно уйти от темы брата.

— Это я сразу сделала после того, как отправила тебя в Долину. Ты не представляешь, что тут было. Я же все это время сидела в замке затворницей. По городу одно время расползлись слухи о помутнении у меня рассудка. Пришлось возобновить принятие челобитных. Чтобы люди убедились, что со мной все в порядке.

— А что у северян? Наших торговцев не трогают?

— В тот же день, когда Сван Бесстрашный убил Вегарда Рослого я отправила на Север консильери. Вроде как новому королю выразить почтение. Хотя сам понимаешь, о каком почтении может быть речь после того, что он сделал. В общем, мне был нужен повод для встречи. Иган сказал все положенное и заодно намекнул, что Скалистый Берег будет и дальше соблюдать договоренности, но если вдруг произойдет гибель хоть кого-то из наших людей, то мы сразу перекроем границу у Висячего моста и закроем для них порт. Это подействовало. Сколько дней прошло, а на наших людей пока не совершено ни одного нападения. Мы конечно дополнительно подстраховались. Дали указание купцам и обычным людям без крайней необходимости воздержаться от поездок на Север. Так что там у нас сейчас людей немного.

— Но это временно. Они будут ждать весны.

— Пусть сначала переживут зиму. Говорят, Свана уже особо не поддерживают. Это когда Трой без конца полоскал людям мозги, все были за него, а теперь морок прошел. Стали призадумываться.

Спокойствие мамы передалось и мне. Показалось, что может быть зря так сильно переживаю. До весны северяне к нам точно не сунутся. Ну а дальше будет видно. Может быть у южан произойдет переворот наподобие того, что недавно случился на Севере и тогда военные планы сами собой превратятся в пыль.

— А возмужал-то как. И плечи расправились, и стал крепче. Смотрю на тебя и прямо не нарадуюсь.

Нас с мамой разделял низкий столик. Сидели бы на диване, и она бы сейчас точно не сдержалась, принялась бы как раньше обнимать и тем проявлять материнскую ласку. Раньше я отбрыкивался. Теперь же, став почти взрослым, это уже казалось чем-то совсем детским и оттого недопустим. И в то же время сейчас мне этого самому хотелось. Наверное, потому что сильно соскучился.

Отогнал мысли о телячьих нежностях в сторону и выгнул грудь колесом.

— Возмужал потому что стал взрослым. Кстати, я же освоил всю силу и телосложение. Вот поэтому и сделался крепче. Теперь у меня все основные характеристики подняты до максимума.

— Я начинаю сгорать от любопытства, как ты себя успел развить. Дай хоть мельком посмотрю, что у тебя изменилось.

С гордостью открыл маме все характеристики. Мне было чем похвастаться.

Широко раскрыв в изумлении глаза, мама принялась бегать по строчках, едва шевеля губами и зачитывая про себя отдельные строки.

— Лицедей… Заклинатель камня… Правитель… Полководец… — дочитав до конца, она в недоумении воскликнула: — Зачем тебе лицедей?!

— Да, знаю, немного переборщил.

— Чувствую нам с магистром теперь придется долго ломать голову, что с этим всем делать.

— Оно все нужное. Пригодится. А знаешь, как я теперь управляюсь с камнями? Горы свернуть могу! — перевел я тему на более полезную способность.

— Даже так? Ну теперь у нас будет кому расколоть камни для верфи, — засмеялась мама.

— Как? Вы их до сих пор не расширили верфь?

— Ну почему же не расширили? Расширили. Только на одно место расширили. Ты же сам знаешь, там высокие скалы. Но если ты говоришь, что можешь свернуть горы, хорошо было бы еще немного увеличить. Хотя бы до пяти мест.

— Да хоть до шести! — усмехнулся я. — Кстати, у меня же аутогенизм есть. Это оказалась очень полезная способность. Она столько раз выручала…

Я не успел договорить. В комнату вошел гвардеец и какая-то симпатичная девушка в темном платье с глубоким вырезом. Арни к ней бросился, и они обнялись. Я не сразу понял, что это и есть его мать — мастер Тиона Нэш или Дееш, как она себя именовала по клейму. Я-то ее видел совершенно в другом образе.

Вид Тионы подсказал еще одну важную особенность при ношении маски. Люди с дефектами могли на время избавиться от ущербности и становиться полноценными.

— Это вы?! — скорее удивился я, чем спросил и поднялся с кресла.

Девушка сняла маску. Сверкающая волна пронеслась по ней и сменила образ, представив настоящую пожилую Тиону, сидящую на полу с обрубками вместо ног и растрепанными длинными волосами.

От представшего вида женщины я буквально остолбенел. На женщине был все тот же наряд оборванки. А сама она выглядела еще хуже, чем я видел ее в последний раз. Теперь она была почему-то грязной, измученной и вероятно от этого казалось безумно несчастной. Даже подобие радостной улыбки от встречи с сыном особо не меняло общую картину. Вдобавок на запястьях имелись свежие, видимо, только что наспех залеченные раны от кандалов, а на шее магический ошейник пленницы.

У меня и в мыслях не было, что мама могла таким образом обойтись с мастерами. Все это время я был уверен, что они живут где-нибудь в приличных апартаментах и с ними хорошо обращаются.

А еще я поймал взгляд Арни. Он не ожидал увидеть маму в таком виде и теперь смотрел на меня с невероятным возмущением и разочарованием. Он ведь все это время верил в то, что я ему говорил. Что они с мамой и остальными мастерами смогут жить у нас свободными. А на деле получилось хуже, чем было в Лиане. Мастера получили тюрьму, ошейники и кандалы.

— Они отказывались работать. Даже хотели наложить на себя руки. Мы были вынуждены посадить всех на цепи. Но я распорядилась никого не бить. Не бить до твоего возвращения… — поймав мою реакцию попыталась оправдаться мама.

— Ты что наделала?..

Начав, я почувствовал, как мой голос дрогнул. Меня охватило настолько невероятное возмущение, что впервые в жизни хотелось накричать на маму хоть и понимал, что так нельзя. Мы были не одни. Тут находилось слишком много посторонних. И все равно не сдержался:

— Я обещал! Ты понимаешь?! Я обещал, что я переправлю всех сюда и дам возможность свободно жить! Они мне поверили!

— А что нам оставалось делать? Они отказывались работать! — повысила голос в ответ мама. — Лэйтон говорил, что ты обещал им хорошую жизнь. Я только не пойму, как ты себе это представлял? Что они будут в открытую сами по себе разгуливать по городу? И как? Бегая на коленках? Да их тут же выкрадут и посадят в еще худшие условия!

— В худшие чем тюрьма?! — возмутилась Тиона. — С нами так не обращался даже бывший хозяин! А мы его считали худшим злом. Оказалось, что мы заблуждались. Отправляясь добровольно сюда мы обрекли себя еще на большие страдания, о которых даже не могли помыслить!

В голосе женщины прозвучал невероятный гнев, боль и все то разочарование, что она испытала, попав в Скалистый Берег. Тем она хотела дать понять, что ей больше нечего терять и худшего уже быть не может.

Но это так ей казалось. Я-то уж точно знал, насколько может быть хуже. Их только посадили на цепь. Если бы хотели заставить работать, они никуда не делись, стали бы работать. Даже моих скромных познаний в пытках было достаточно, чтобы точно знать — человека можно принудить к чему угодно. Вопрос лишь в приложенных усилиях. Тем более это легко сделать теперь, когда рядом с ней сын. Мать есть мать, она сделает все возможное лишь бы не видеть страданий сына. Вот только этого допускать я не собирался.

— Мы дадим им дом. Нормальный дом и нормальные условия. Мы дадим им возможность жить свободно. Они станут нашими жителями. Они будут иметь возможность ходить по городу, когда захотят. Приглашая переселиться к нам, я это обещал. Мы обязательно должны все выполнить. Их никто не похитит. Ты же сама только что видела. Они могут надевать маски и менять облик, становиться обычными полноценными людьми, — развернувшись к Тионе я спросил: — У тебя же есть еще маски? Я помню, ты из того подвала забрала целый мешок.

— В мешке было много масок. Его у меня отобрали. Только перед тем как сюда идти разрешили надеть одну маску. Это чтобы я смогла дойти сама.

— Я сейчас же отправляюсь в город и подыщу для мастеров жилище. Сегодня они переедут на новое место. Мы должны все выполнить, что я им обещал. Обязаны!

У меня получилось говорить сильно громко и слишком грубо. Только что мама была вне себя от радости. Вернулся я и нашелся Даниэль. Столько сразу сбылось хорошего. А теперь ее огорчению не было предела. С этом минуты, по-моему, она возненавидела Тиону Нэш и всех остальных мастеров, вздумавших перечить, высказывать недовольство и с помощью меня так дерзко ею манипулировать.

— Хорошо. Делай как считаешь нужным, — не желая дальше спорить, холодным тоном сказала мама.

Я обратился к Тионе и Арни:

— С сегодняшнего дня вы будете жить в нормальных условиях. Сейчас мы с вами вместе пойдем в город и выберем подходящее жилье. Сегодня с мастерами приведете себя в порядок, отмоетесь, отдохнете, а завтра выйдете в город. Прогуляетесь, заодно пройдетесь по торговым лавкам. Купите одежду и прочее, что вам будет нужно. Я на все выделю деньги.

Только что эти двое считали, что жизнь закончена и тут случился резкий поворот. Еще чувствовалось исходящее от них недоверие. Но уже исчезло разочарование.

— Прежде чем побежишь исполнять обещания сначала прикажи ей снять с Даниэля маску, — в недовольстве произнесла мама.

— Да, Тиона, сними с Даниэля маску и после мы сразу уйдем, — попросил я и указал на лежащего на диване брата.

Ноги женщины были отрублены выше колена. Из-за этого она могла передвигаться лишь в сидящем положении. Перебирая руками, Тиона подползла к дивану, на секунду застыла у его лица и резко сорвала с брата маску. Магическая волна пронеслась по старческому телу, обнажив то, что пряталось за мнимым образом. Взору предстал наш Даниэль. Старик был в балахоне, а брат полностью нагим. Вероятно, в таком виде он был в тот момент, когда на него спящего надели маску.

Брат нехотя открыл глаза, в непонимании посмотрел на нас и, прикрываясь, принял сидячее положение. Тряхнув головой и одной рукой спешно потерев глаза, он с брезгливостью посмотрел на Тиону, дальше снова пробежал по нам уже более осознанным взглядом и остановился на маме.

— А что здесь происходит?

Объясняться с Даниэлем я оставил маму и подручных, а сам вместе с Тионой и Арни предпочел покинуть кабинет и заняться исполнением взятого обещания. Сир Бакки, Сир Лэйтон последовали за нами. Им нечего было оставаться. Мне же они были нужны больше за компанию. Ну и заодно в роли советчиков и помощников.

Глава 3

Во дворе замка удачно встретился прибывший в карете управляющий городом Фодель Маск. Он совершенно меня не узнал. Охи, вздохи, сочувственные речи по поводу обилия на мне шрамов, и я побыстрее сменил тему, спросив о выставленных в городе на продажу доходных домах и постоялых дворах. Старик задумчиво почесал висок, напряг память, но так ничего и не вспомнил. Вместо этого он предложил отправиться к нему в префектуру и все выяснить у главы ответственного за городские постройки, так как именно в его ведении находились подобные вопросы.

Управляющего ждало совещание малого совета, так что я временно позаимствовал у него карету, пообещав, позже прислать ее обратно.

Едва мы все разместились в карете, выехали со двора, и я только тогда понял, а ведь управляющий так и не узнал о том, кто будет проводить совещание. Так что старика ждал новый приступ охов-вздохов. В особенности, когда Даниэль примется дотошно расспрашивать о городских делах.

У нижних ворот пришлось остановиться. Появились капитан Сир Ресли Хагон и мастер тайных дел Валек Лотц. Оба не спеша шли на все то же совещание. Мастер сразу меня узнал. Вот что значит наметанный глаз, выискивать все подозрительное. А для капитана пришлось представляться.

На этот раз я сразу предупредил о том, что их ждет в замке. Всплеск радости тут же сменился озабоченностью. Они догадались, что сейчас начнется. Пришлось второпях сказать, что мне нужно. А нужно мне было, чтобы капитан уже сейчас дал распоряжение гвардейцам освободить из тюрьмы мастеров и выделил людей для их последующей охраны.

Сир Ресли своим обычным громогласным голосом рявкнул и тем подозвал одного из гвардейцев, дежурившего у нижних ворот и отправил его с устным посланием к сержантам об исполнении моих просьб, после чего вместе с мастером поспешил наверх, в замок, ну а мы в карете продолжили путь в префектуру.

Тиона в маске снова превратилась в привлекательную двадцатилетнюю девушку. Держась с сыном за руку, оба смотрелись как встретившиеся после долгой разлуки брат с сестрой.

Пока ехали я поинтересовался у Тионы о взятом ею из Лиане мешке. Оказалось, в нем была собрана коллекция масок разновозрастных мужчин и женщин. Там имелись даже образы животных. Были медведь, волк, клыкастый боров и горный козел. А всего масок насчитывалось тридцать шесть.

— Однажды я даже попробовала сделать маску из крысы. Она получилась совсем крошечной. На лоб прицепила и ничего. Подошла к зеркалу и ахнула. Верх головы и спина превратились в крысиные, а остальное не изменилось, — смеясь рассказывала Тиона, — я на этом не остановилась, сняла ее со лба и надела на нос. И представляете во что превратилась? Лицо стало крысиное, а все остальное человеческое!

Я на секунду завис, суматошно соображая, что она сейчас мне рассказала. Голова закипела мыслями.

Тиона продолжила:

— Я потом хотела с крысиной маской поэкспериментировать. Хотела ее растянуть. А хозяин как узнал о ней, забрал маску и запретил ставить эксперименты. В тот же день у нас потравили всех крыс. Он боялся, что я могу добиться результата и в виде крысы сбежать. Но это давно было. До появления Арни.

Мы добрались до префектуры. Можно было отправляться к главе. Но как я мог прервать настолько важный разговор? Отправил возничего с каретой обратно в замок и принялся расспрашивать Тиону:

— А маску птицы вы сможете сделать?

— Наверное можно. Я не пробовала. Так поняла, все дело в размере. Будет птица большой, тогда смогу. С животными же получалось. С боровом только случилась. Он не мог снять с себя маску. Приходилось мне помогать. А с остальными получилось гладко. Тот же козел легко скидывал с себя копытом маску.

— Так вы и маски животных продавали?

— Всего один раз. Покупатель попался слишком хитрый. Он выбрал маску медведя, обернулся в него и набросился на хозяина. Наверное, хотел всех убить и ограбить лавку. Охрана с ним ели справилась. После этого хозяин отказался больше продавать маски животных. За счет характеристик самого человека у них получается еще большая сила. А у масок людей такого не бывает. Если и есть прирост, то минимальный.

— Ваш хозяин мог оборачиваться в льва. Это тоже маска?

— Нет, это была способность данная ему Системой.

— Надо придумать, где взять птицу с большим размером… — вслух задумался я.

— Самые большие это орлы. Они живут в Горах. Они там гнездятся, — напомнил Сир Бакки.

— Я все-таки думаю, что маску можно растянуть. Нужно пытаться и пробовать, — заключила Тиона.

Новость была из разряда ошеломляющих. В случае удачи сбылось бы мое давнее желание оборачиваться в птицу. А ведь можно было вдобавок сделать, к примеру, сотню таких масок. В таком случае мы бы получили целое летучее войско. Надев маски птиц, воины могли быстро куда-нибудь переместиться и неожиданно напасть на врага. И особых способностей для этого бы не потребовалось.

По совету Фоделя Маска в префектуре я обратился к главе ответственному за городские постройки. Не стал распространяться кто я. Просто сослался на распоряжение его начальника. А присутствие со мной сразу двух рыцарей, подтверждало правдивость моих слов и необходимость незамедлительного исполнения.

Глава дал поручение секретарям и те подготовили список объектов с подробным описанием. Таковых оказалось всего пять: четыре доходных дома и постоялый двор «Трезубец». Я остановился на последнем варианте. Просто потому, что он выглядел идеальным.

Во-первых, само здание оказалось большим. Не считая пустующего подвала в нем было 23 номера, а это более чем достаточно для жилья и работы мастеров, а также размещения охраны. Во-вторых, имелся внутренний двор с конюшней. Там можно было спокойно без лишних глаз выгружать и загружать сырье, а также производимые мастерами товары. В-третьих, на первом этаже имелась закусочная, где мастера могли питаться. Ну и в-четвертых, радовало наличие двух небольших торговых лавок, которые можно было объединить в одну большую и в ней продавать производимые артефакты.

Так как покупать постоялый двор я намеревался от имени княжества, глава распорядился выделить нам сразу пятерых клерков, которым предстояло оформить покупку и принять новый объект, а также найти две кареты, чтобы нам всем не пешком бегать по городу.

За разговорами теперь уже о предстоящем жилище мы добрались до «Трезубца». Его фасад с тремя высокими круглыми башнями на крыше оправдывал название заведения. Само место мне тоже понравилось. Постоялый двор располагался напротив колоннады. За ней начинался сквер.

Клерки префектуры направились обсуждать предстоящую покупку с хозяином, ну а мы принялись осматривать постоялый двор.

Заведение оказалось роскошным. Внутри было много резного камня, дерева, ажурной лепнины. Потолки украшала роспись. Тиона с Арни в шоке смотрели на эту красоту, осторожно переступая по узорчатому паркету, словно боясь что-то нечаянно сломать.

Я был несколько удивлен. За такой эксклюзив продавец запросил всего полмиллиона золотом, что по моим подсчетам было если не в два, то в полтора раза меньше реальной стоимости «Трезубца».

— И мы тут будем жить? — наконец вслух изумилась Тиона.

— Конечно, — уверенно ответил я.

— Думал у меня приличная комната. По сравнению с этим я живу в какой-то дыре. Рей, а ничего, если я тоже сюда переберусь? Тут целых двадцать три номера. Куда им столько? — спросил Сир Бакки.

— Я бы тоже сюда перебрался. Хотя бы на недельку пожить в такой-то красоте, — присоединился Сир Лэйтон.

— Может и мне тогда с вами заодно перебраться, — в шутку сказал я и открыл первый попавшийся номер.

Комната оказалась большой. Все что нужно типа кровати, шкафа, трюмо с зеркалом и дивана со столиком здесь имелось. Также в номере присутствовала полноценная ванная комната. А еще балкон с видом на колоннаду. Едва я на него вышел и почувствовал, мне хочется перебраться в «Трезубец». Не навсегда, конечно, так, что называется, на время здесь останавливаться.

Без особой спешки мы обошли все три этажа. Я все-таки выбрал для себя номер. В нем было две комнаты: гостиная и спальня. А также имелся индивидуальный вход в одну из трех крошечных башен. Внутри размещалась винтовая лестница, ведущая на ее верхнюю часть, откуда открывался красивый вид на округу.

В заключительной части мы спустились в подвал. Он оказался совсем пустым. Прежний хозяин его не использовал. А после вышли во внутренний двор. Осмотрели конюшню и захламленный всякой неиспользуемой утварью сарай.

— Да тут можно гулять и никуда не выходить. Вон есть и лавочки, и беседка, — показывая по сторонам, рассудила Тиона.

— Так нам с Лейтоном можно перебираться сюда или нет?! — уже с шутливым возмущением воскликнул Сир Бакки.

— Да перебирайтесь хоть сегодня!

— Вот это другое дело. Надо это будет обязательно отметить, — потирая руки в предвкушениях знатной пьянки обрадовался рыцарь.

Две работницы постоялого двора, совсем еще молоденькие, мои ровесницы, покормили в конюшне овсом лошадей и теперь, возвращаясь обратно в основное здание, откровенно пялились на меня. Пройдя мимо они обернулись, еще раз с кокетством посмотрели, что-то сказали друг другу и, засмеявшись, побежали. Тем напомнили мне о уродских шрамах.

— Тьфу ты… Ну и дуры, — выругался Сир Лэйтон.

— Да им Рей понравился. Разве не понятно? — усмехнулся Сир Бакки.

— Издеваешься? — буркнул я в ответ, а рука так и потянулась к шрамам, как будто их было можно чем-то прикрыть. Пальцы коснулись бугристой кожи, сквозь которую начинали прорастать пучки волос.

— Бакки прав, — вступилась за него Тиона, — девушек привлекают молодые люди со следами смелости и отваги. Вам, Рей, нужно убрать шрамы от огня. Их много и получается перебор. Все остальное обязательно оставьте. Вот увидите, от влюбленных девушек не будет отбоя.

Снова я слышал странные представления об отваге и смелости. Оставлять на себе я ничего не собирался. Случай с девушками лишь напомнил о том, что нужно будет побыстрее избавиться от уродства. А пока приходится с ними ходить нужно использовать мазь, купленную в Оршике. Пусть она и не заставляет шрамы исчезнуть, зато помогает им разгладиться и тем сделаться менее заметными.

Тем временем клерки закончили обсуждать предстоящую сделку с хозяином «Трезубца». Старший из них доложил, что подготовил договор и поинтересовался кто его будет подписывать.

Кто-кто, конечно я. Сделка должна была состояться сегодня. И сегодня же мастера должны были сюда перебраться. Посему велел вести к хозяину «Трезубца».

В кабинете за письменным столом сидел немолодой мужчина в дорогой тунике вышитой золотом. Мрачный вид подсказывал о внутренних переживаниях владельца постоялого двора. Когда осматривал его владения я же видел с какой любовью он все обустраивалось. А теперь мужчина был готов все продать.

— Вероятно решили уехать из Скалистого Берега. Почему? — спросил я, присаживаясь в кресло у его стола.

— Сами же видите, что творится. Как только погиб достопочтенный Трол Гилберт здесь все пошло кувырком. Сначала пропал старший сын, потом погибли сразу два остальных его сына. Еще эти постоянные слухи о вторжении северян… С меня хватит. Я все продал. Теперь вот осталось продать последнее свое любимое детище.

— Уезжаете?

— Да, уезжаю, — ответил он и вдобавок кивнул тем как будто подталкивая себя на действие, — как только подпишем договор, и я получу золото отправлюсь в Долину. Там спокойнее.

— Со стороны Скалистого Берега договор подпишу я. Можем приступать к сделке. Золото сегодня же получите в казначействе. И сегодня же нужно будет передать нам постоялый двор.

Тяжелый вздох и хозяин взялся за письменное перо. Пробежав взглядом по составленным бумагам вероятно уже не в первый раз, он окунул кончик пера в чернильницу и быстрым движением руки принялся подписывать два экземпляра договора.

Я поднялся с кресла, подошел к столу и как только он закончил, позаимствовав перо, поставил в договорах свою подпись. В экземпляре для теперь уже бывшего хозяина «Трезубца» я внес резолюцию для казначейства выдать золото предъявителю договора незамедлительно.

Мужчина взял свой экземпляр, нахмурившись прочитал запись и уже с изумлением посмотрел на меня.

— Тут написано Рей Гилберт… Но он же погиб!

— Как видите, я выжил.

Старший из клерков, что присутствовал в кабинете вместе с нами, так до настоящего времени и не понял кто я. На руку сыграла измененная изуродованная шрамами внешность и тот факт, что в префектуре я вообще не представлялся.

Лица обоих вытянулись. Пожалуй, лицо хозяина вытянулось по более и вдобавок побелело. Знал бы он заранее об этом и вероятно передумал с продажей. Или, что скорее всего, взвинтил бы стоимость любимого «Трезубца». Мне было его нисколько не жаль. Он сделал свой выбор. Переметнувшись в Долину, для меня он стал если не предателем, то где-то близким к нему человеком.

Велел старшему клерку сейчас же приступить к описанию приобретенного имущества и выселить тех немногих постояльцев, что здесь жили. Пожелав бывшему хозяину счастливого пути, я покинул кабинет.

По-хорошему надо было уже сейчас назначить в «Трезубце» управляющего. Должен же был кто-то следить за уборкой помещений, готовкой еды для мастеров, вести учет создаваемых артефактов. Пока такового на примете не было за старших оставил сразу двоих — Сира Лэйтона и Сира Бакки. Им я дал указание пообщаться с работниками постоялого двора, рассказать о новшествах в их заведении, а после помочь клеркам выселить постояльцев. К вечеру тут никого не должно было остаться из посторонних. Сам же вместе с Тионой и Арни преследовал на улицу, где мы сели в карету префектуры и отправились к Гнездовой скале, где располагалась тюрьма.

Возничий погнал лошадей, а я вдруг вспомнил о том недавнем времени, когда мама запрещала покидать замок без гвардейцев. Теперь, когда у меня открылись способности мага с воином и я прокачал боевые навыки и магию в этом уже не было необходимости.

Тиона с Арни сидели напротив меня и радовались. Их жизнь полностью изменилась. По-моему, они в полной мере еще не осознали, что это такое быть свободными. Но вероятно уже мечтали о том моменте, когда смогут сами покидать «Трезубец», гулять по городу, тратить деньги на всякие безделушки или еще как-то проводить время вместе.

Арни, наверное, теперь с нетерпением ждал, когда из Оршика пришлют сундук с жемчугом. Вместе с ним должны были прислать наши вещи, среди которых должна была быть сумка с золотом, что он для себя набрал в Костяных горах.

Я смотрел на их счастливые лица и ловил себя на мысли, как же все-таки здорово дарить людям добро. Настолько счастливых людей, как эти мать с сыном я еще не видел. Обнявшись и не в силах убрать с лица улыбки они так и ехали всю дорогу. А вместе с ними радовался и я, за то, что смог изменить жизнь к лучшему сразу нескольких людей. После стольких страданий мастера просто заслужили награду.

Во дворе тюрьмы взору предстали десять мастеров, выглядевшие также как Тиона, когда я ее только увидел. С такими же потухшими взглядами и с такой же ненавистью в глазах.

Вид улыбающихся Тионы и Арни мастера встретили настороженно. Я подождал пока мать с сыном все расскажут остальным и только после проведенной подготовки начал свое выступление. Иначе вряд ли бы мне поверили после того, что они у нас испытали.

— Получилась небольшая накладка, — с тяжестью начал я, — в ту ночь мы все должны были покинуть порталом Лиан. Но у нас не получилось сделать второй заход. Мне пришлось добираться до Скалистого Берега своим ходом. А здесь все неверно поняли. Вас упрятали в тюрьму. Я обещал Арни, что вы будете свободными. Я сдерживаю свое обещание. Сейчас вы покинете тюремный двор и дальше можете поступить как посчитаете лучшим: на свой страх и риск уйти или начать работать у нас. Наши условия просты. Вы будете получать четверть от того, что будете производить. В свою очередь я буду заниматься реализацией вашего товара, предоставлю вам охрану и достойное жилье. Тиона и Арни только что там были. В бывшем постоялом дворе есть все что вам понадобится, включая ванные комнаты в каждой комнате. Ну вы это только что от них слышали. Кроме этого, у Тионы есть маски. Вы можете их надевать и свободно выходить в город. Заранее предупреждаю, нужно быть предусмотрительными. Стараться меньше знакомиться с чужими людьми и уж тем более говорить кто вы и чем занимаетесь. Пока вы будете находиться в доме, будете под надежной защитой, а когда захотите выйти — сами по себе. Так что нужно будет быть предусмотрительными. На первое время я настоятельно рекомендую обязательно брать с собой кого-то из тех гвардейцев, что будут вас охранять. Сейчас вы все сядете в кареты и вас отвезут в новый дом. Там вы приведете себя в порядок. Завтра утром я кого-нибудь к вам пришлю. Вы сможете выйти в город и купить необходимую одежду и все что будет вам нужно на первое время. Это станет моим подарком за доставленные неудобства.

— А где гарантии, что все так и будет? Что мы сможем получать за свой труд деньги? — спросил самый молодой из мастеров, рыжий парень лет тридцати.

— Ну хорошо, чтобы вы не сомневались, что за свой труд с вами будут рассчитываться честно, я назначаю своим помощником по взаимоотношению с вами и по продажам артефактами того, кого вы все знаете и доверяете. Им станет Арни.

Парень от неожиданности на меня вытаращился.

— Ну а что ты так удивляешься? Ты все равно ничего не умеешь. Так что станешь маленьким начальником. Будешь все считать и подсчитывать.

Все рассмеялись. Больше претензий не последовало.

Мешок с масками находился на сохранении у смотрителя тюрьмы. По моей просьбе его вернули владелице. Тиону окружили мастера. Все стали выбирать для себя образы, в которых им теперь предстоит быть. Я же с интересом наблюдал как они примеряют маски, при этом привередничают, просят заменить на другую, потом сомневаются какую выбрать, меняются, дают советы друг другу. Мама говорила, что они хотели покончить с собой и поэтому им были надеты кандалы. Теперь же это было в прошлом. У них снова появился интерес и стимул к жизни.

Подошедший сержант доложил, что выделил десяток гвардейцев для охраны «Трезубца» и спросил, как всех доставлять: своим ходом или на каретах. После стольких лет проведенных в заточении я посчитал, что для мастеров будет лучше пешая прогулка.

Как только маски были разобраны и надеты, мастера и гвардейцы подались к воротам. Я проводил их до выхода из тюремного двора и на этом простился. Дальше вся процессия проследовала мимо казармы и остановилась у вторых ворот, выходящих уже в город.

Арни и Тиона обернулись и со счастливыми лицами помахали мне на прощание. Я помахал им в ответ. Ворота открылись, и процессия скрылась.

На этом дело было сделано. Можно было возвращаться в замок. Вот только прежде мне хотелось навестить еще одного тюремного узника. Письмо для него так и осталось лежать на столе постоялого двора, куда мы так в итоге не вернулись, но можно же было и на словах рассказать, кого я встретил в Оршике.

В отличие от мастеров Трой жил в камере по-королевски. У него даже на полу лежал ковер. Спал он не абы как, а на тюфяке с подушками. Еще здесь стояли стол и стул.

Я вошел в камеру и остановился, давая возможность Трою самому меня узнать.

— Рей? Это ты? Что с тобой случилось?

— Пытался не умереть.

Я прошел к столу и сел за единственный стул. Трой поднялся с тюфяка и предпочел остаться стоять, видимо изрядно подустав от постоянного лежания.

— Зашел тебя проведать. Как ты?

— Как видишь, — разводя руками ответил он. — Здесь неплохо. Даже крыс нет. И кормят хорошо.

— У меня для тебя новости. Я нашел Амалию.

Глаза парня загорелись.

— Где она? С ней все в порядке?

— Сейчас она живет в Оршике. О ней заботится Урти Рамс. Обещала тебя навестить, как только появится возможность.

— А по мне пока ничего не решили? — с надеждой спросил он. — Только скажи, что от меня надо. Я сделаю. Если надо служить княгине, я буду служить. Я не сбегу, не сомневайся. Не хочу, чтобы Амалия меня здесь застала в узниках. Да и сидеть здесь надоело. Хочется хоть чем-нибудь заняться.

— В Скалистый Берег вернулся князь. Это мой брат Даниэль. Попробую при удачном моменте заговорить о тебе. Сейчас на Севере опять неспокойно. Сван Бесстрашный убил Вегарда Рослого и сам стал королем. Чем там все закончится — неизвестно. Может быть на этой почве найдется для тебя работа. Это будет шанс покинуть тюрьму. А дальше все будет зависеть от тебя.

— Я справлюсь. Не сомневайся. Я не подвиду, — уверенно проговорил Трой.

Внимание! На вас оказано скрытое воздействие.

Простолюдин Трой наложил на вас свою волю.

Вы попали под влияние Троя.

Степень погружения составляет 1 %.

Повышение навыка Ощущения скрытого воздействия на 1 очко.

Ну хоть навык Предвидения обмана не сработал. Это означало, что парень верил в то что говорил и не собирался сбежать при первой же возможности. А по скрытому воздействию Троя можно было понять. Как и любой человек он хотел поскорее выбраться из тюремных застенков и пытался использовать любую имеющуюся возможность.

Глава 4

По пути от нижних до верхних ворот мне попались подручные Даниэля. Проводимое братом совещание закончилось. Судя по озабоченным лицам, оно получилось тяжелым. Впрочем, об этом и так можно было догадаться, учитывая сколько часов оно длилось. Проведенные во сне месяцы брата нисколько не изменили.

В кабинете остались двое: мама и консильери Иган Велни, не считая Даниэля, сидевшего во главе стола. При моем появлении он расщедрился на улыбку и пригласил присесть.

— Ну у тебя и вид. Срочно ложись к Надин. Приводи себя в порядок.

— Да, надо…

— И смени наконец гардероб. Ты казначей, а не абы кто. Тебе давно положено носить расшитую золотом тунику.

Хм… и не слово благодарности за спасение. Вместо этого перевод темы на претензии, пусть и в добродушной манере. В свою очередь я тоже попытался сменить тему:

— Только что забрал из тюрьмы мастеров. Я выкупил для них один из постоялых дворов. Теперь они будут жить там. Капитан уже выделил для охраны гвардейцев.

Даниэль насторожился.

— Мастеров? Каких мастеров?

Дальше в разговор вступила мама. Она разъяснила брату, о чем идет речь. Радушие в глазах Даниэля сменилось возмущением. У меня же в преддверие новых осложнений по спине пробежал неприятный холодок.

— Да ты в своем уме?! Они должны сидеть с остальными мастерами в Птичьих скалах и не разгибаясь ломать на нас хребты!

— То есть как? На нас трудятся какие-то мастера? — вопросил я, ибо сказанное для меня стало неожиданностью.

— Да чем ты вообще занимался все это время? Ты как казначей обязан был знать о таких вещах!

— Но это же запрещенное рабство! Как можно захватывать людей и удерживать их силой?!

— Именно такую реакцию я и ожидала от Рея, — вмешалась мама в примирительном тоне, — поэтому мы не говорили ему о наших мастерах.

Даниэль с разочарованием выдохнул и принялся нервно барабанить пальцами по столу.

— Разрешите я ему объясню, — обратился к брату консильери и получив согласие продолжил: — Рей, послушай меня и попытайся понять, что я тебе донесу: детство закончилось, пора становиться взрослым и думать по-взрослому. Управление людьми это сложный процесс. В основной массе они ограниченные, безвольные, привыкшие думать только о себе и своих семьях. Сами того не подозревая, люди хотят, чтобы ими управляли. Чтобы кто-то другой за них думал, а они в это время преспокойно жили своей жизнью. Эту особенность подметили еще в Древние времена, когда люди стали объединяться в поселения. Им нужны были лидеры. Лидеры способные думать, как обустроить поселения, организовать защиту от внешних врагов и наладить порядок внутри поселений. Так появились князья и короли. Перед ними тут же встал непростой вопрос: как управлять людьми. Они сумели найти единственный верный ответ. Он заключается в следующем: управлять — означает использовать. С кем-то выстраиваются обычные договорные взаимоотношения, на кого-то нужно надавить, обращаясь к его сознательности или добродетельности. А с другими, например, с мастерами, наделенными особыми способностями создавать артефакты, приходится выбирать более жесткие меры. Просто потому что иначе нельзя. Мы должны контролировать то, что они создают. Взять тот же нож. Его можно использоваться в быту и в то же время им можно резать людей. А что говорить о сильных артефактах, способных уничтожить целый город. Мы не должны допускать, чтобы подобные артефакты изготавливались без нашего ведома. Также нужно не забывать о том, что мастера приносят хорошую прибыль. Этим многие хотят воспользоваться. Не приберем к рукам мастеров и их приберет кто-нибудь другой. Мы видели в каком виде они к нам попали. В боязни, что мастера сбегут им даже отрубили ноги. Мы предложили им работать, но они отказались. А потом даже вздумали покончить с собой. Поэтому пришлось всех заковать в кандалы.

— А в Птичьих скалах вы точно так же держите мастеров? В кандалах?

— Ну нет, конечно. Там фактически тюрьма, но все обустроено вполне приемлемо. Наподобие номеров в постоялых дворах. Есть водопровод со стоком, неплохая мебель, опять же хорошая еда. Иногда мы даже приводим к ним женщин. Да они и сами там находят общение с мастерами-женщинами. Поэтому у них вполне пригодная жизнь.

— Сколько там мастеров?

Консильери посмотрел на Даниэля. Тот никак не прореагировал.

— Немного. Всего двенадцать. Поэтому ты сам понимаешь, когда к нам прибыло сразу одиннадцать мастеров, это стало для нас большой удачей. Мы не можем их упустить. Они должны работать. Работать на нас, создавая артефакты под нашим контролем.

— Надо было сразу отправлять мастеров в Птичьи скалы, — резюмировал Даниэль.

— Мы так и хотели, — заговорила теперь мама, — мы только на первое время поместили мастеров в тюрьму. Надеялись вытащить Рея и уже потом решить по ним вопрос. Но мастера начали нам устраивать истерики. Что мы их держим в тюрьме. Поэтому мы не стали переводить их в Птичьи скалы. Чтобы они своими возмущениями не заразили остальных мастеров.

— Значит так… — недовольным тоном принялся решать Даниэль, — сейчас же переправляйте мастеров в Птичьи скалы. Там нужно будет для вновь прибывших расширить помещения и пусть начинают работать. Если вздумают отказать…

— Нет! Этого не будет! — не сдержавшись, повысил тон я. — Забирая мастеров из Лиана, я обещал, что они будут жить в Скалистом Берегу как обычные люди. Я дал слово, что они будут свободными!

— Рей, послушай… — попытался вмешаться консильери.

— Я все понимаю. О старых мастерах я ничего не говорю. Но с теми людьми, что я нашел, должно быть так, как мы с ними договорились. Я только что с ними разговаривал. Они согласились с моими условиями и будут работать. За это мы будем им платить четверть от вырученных денег.

— Четверть?! Да ты с ума сошел! — взорвался Даниэль. — Да они через месяц станут богачами и сбегут!

— Не сбегут! Они прекрасно знают, что их ждет одних. Они все когда-то были свободными, а потом, когда получили от Системы особую способность, их выкрали и держали взаперти. Они прекрасно знают, что их ожидает в случае ухода. Им самим выгодно жить у нас. Потому что никто не предложит им таких же условий. Потому что иначе им придется всю жизнь бегать и бояться.

Даниэль был зол, но окончательно не срывался. Обдумывал, как поступить. Прошла минута, прежде чем он заговорил.

— Не будем портить мое возвращение. Раз обещал, пусть так и будет. Мастера остаются под твою ответственность. С этой минуты ты за них отвечаешь. Уговаривай, убеждай — это твое дело. Но они обязаны оставаться у нас и ежедневно работать. На этом совещание окончено.

Я с облегчением выдохнул. Наконец в деле с мастерами была поставлена окончательная точка.

Вместе с остальными я поднялся со своего места, но Даниэль попросил остаться. Как только мама и Иган вышли, он тихо заговорил:

— Это был первый и последний раз, когда я тебе уступил и закрыл глаза на твою глупую выходку. Считай это моей благодарностью за мое возвращение. И второе: я князь, а ты мой казначей, больше не забывайся. Когда я говорю, ты должен исполнять, а не спорить. Все понятно?

Что я мог сказать в ответ? Согласился и встал из-за стола.

Я дошел до двери, уже хотел выйти, но Даниэль меня окликнул и тем заставил обернуться.

— Мама сказала она многое перепробовала и все оказалось впустую. Как так получилось, что именно ты меня нашел? — задумчиво спросил Даниэль.

Я сконфуженно пожал плечами.

— Повезло… Случайно повезло, и я воспользовался.

* * *

К ужину Даниэль привел себя в порядок, а то не успев очнуться, он тут же сел проводить совещание малого совета. В столовой за столом мы собрались по-семейному, втроем. Мама поднять пару тостов за наше возвращение и дальше брат от вина отказался.

Вместо того, чтобы расслабляться, пить и радоваться своему возвращению, Даниэль принялся доказывать нам, что наведет порядок в Скалистом Берегу, сделает его самым могущественным княжеством не только в Равнине, но и во всем мире, возвысит его по величию и масштабу до подобия небольшого королевства.

Заодно брат продолжал интересоваться всем, что случилось за время его вынужденного сна. Его упорство вызвала во мне даже уважение. Мне показалось, что он хочет по максимуму насытить себя новостями, а дальше закрыться у себя и погрузиться в размышления о дальнейшем развитии княжества. Было видно, что он уже сейчас рвется в бой. Хочет начинать что-то делать. Но прежде чем начинать, ему было нужно понять, что делать и как это осуществить. Величие и могущество — это не просто слова, за ними скрывается конкретные дела и упорный каждодневный труд. Одним рывком такого не добиться.

Честно говоря, я скептически смотрел на взгляды брата. По-моему, он не уловил главного. Скалистый Берег — это клочок земли, затесавшийся в скалах у берегов Великого моря. Здесь невозможно создать что-то поистине великое. Для великого нужен размах. Собственно, поэтому отец пытался захватить трон Равнины. Не у нас, а там, в Великом городе, лишь сев на трон можно было добиться настоящего величия и могущества. Пока мы сидим в Скалистом Берегу, барахтаемся и будем барахтаться в мелочных проблемах. Путь выше для нас закрыт.

Вот только ни я ни мама так и не решились намекнуть об этом Даниэлю и тем остудить его пыл. Придет время, он сам все поймет. Также как я не так давно, брат придет к этому пониманию и наконец задумается о том в какую сторону в действительности нужно направлять всю энергию.

Даниэль неожиданно проявил любопытство по отношению к Оршику. Это меня напрягло. Мама сказала, как есть, отношения между нашими княжествами совсем никак не складываются. Мы вообще не общаемся. И тем утолила интерес брата.

За разговорами меня то и дело подначивало признаться о том, что я сотворил с южанами в Костяных горах. Ну и заодно поделиться о встрече с княгиней Оршика и рассказать, как Долина чуть было не обвела ее вокруг пальца. Вот только обещание молчать принуждало сохранить все в тайне. По этому поводу мне пришлось провести инструктаж с Сиром Бакки и Арни. О том, что с нами произошло в пути от Лиана до дома никто не должен был узнать. Для рыцаря я это мотивировал тем, что могут возникнуть нежелательные осложнения для княжества, не вдаваясь в особые подробности об их характере. А Арни я просто сказал, что так нужно. Оба пообещали молчать.

По окончании ужина меня ждал долгий вечер раздумий о том, как дальше жить. Не будь Даниэля — это одно, а с ним все для меня значительно усложнялось.

Не сказать, что высказанные претензии брата меня особо удивили. В скором времени я ожидал примерно подобного разговора. Вот только я совсем не думал, что Даниэль начнет мне высказывать недовольства в первый же день своего пробуждения. Не то что мне особо нужна была его благодарность, но все же, я ведь беспокоюсь не о личных интересах. Мастеров я переправил в Скалистый Берег ради укрепления княжества.

В итоге я остановился на том, что буду выражать недовольства оставаясь с ним наедине. В остальном предстояло заниматься казначейством и прочими делами княжества, в чем потребуется мое вмешательство. Также предстояло наладить работу мастеров. А пока они будут нарабатывать достаточно товара для открытия лавки нужно было заняться собой и наконец-таки убрать приметные шрамы.

Ну и конечно же мне предстояло дальше развиваться. Практика показала, можно быстро брать повышения. К тому же теперь у меня был перстень Великого Мага, ежедневно восстанавливавший ману, а также Сир Лэйтон, в присутствии которого повышения приходили значительно быстрее.

Об Острове теней и Драной горе я тоже помнил. Предстояло во что бы то ни стало их найти и тем обеспечить себе бурное развитие. Иначе постоянная нехватка удачи будет постоянно меня тормозить.

За сегодняшний день я так и не взял ни одного повышения. За делами мне было не до тренировок. Зато полно было маны, которую можно было использовать и взять повышения по заклинаниям.

Выйдя во двор, я предупредил гвардейцев, что немного потренируюсь и поднялся на стену. Из того, что можно было повысить значились: фаербол, щит, снятие заклинания и цепная молния.

За стеной была чернота. Там плескалось море. Выставив руку, я призвал слабенький фаербол. Бледный днем шар в темноте вспыхнул ярким светом. Отправил его в воду у подножия Гнездовой скалы. Там обычно никого не бывает. Гвардейцы что днем что ночью следят чтобы посторонние к ней не приближались.

Фаербол плюхнулся в воду, и я призвал следующий. За ним последовал еще один и еще. Один слабенький фаербол — 30 маны. У меня было доступно в заклинании двадцать повышений. Порождение двадцати фаерболов обошлось в 600 маны. Остаток я пустил в цепную молнию.

Прошло минут пять, и я уже был пустой. Тренировка закончилась. По моим подсчетам чтобы взять все повышения по магии, с учетом ежедневного восстановления магии, мне потребуется еще два дня. А дальше все будет упираться в удачу. Лишь при ее наличии можно было взять следующие степени по заклинаниям и дальше развивать магию.

Вернулся к себе в комнату и лег в кровать. Конечно, можно было чего-нибудь перед сном почитать. Вот только книги были в библиотеке, что находилась в кабинете, где сейчас сидел Даниэль. Опять видеться с ним мне не хотелось. Еще прицепится опять по поводу своего освобождения.

Неожиданно вспомнился отец. Его слова о том, что только когда плохо родственники навещают умерших попросить советов или пожаловаться на судьбу. Сейчас у нас был отличный повод его навестить и порадовать новостью о Даниэле. Заодно исправиться за прошлую встречу и привести десяток быков. Этим вопросом я намеревался заняться прямо завтра. Сразу после того, как загляну в казначейство.

А еще вспомнился разговор с Тионой о возможности сделать маску из птицы. Опять же завтра предстояло обеспечить ее пернатыми, чтобы она уже начинала приступать к экспериментам.

Невольно представились вытянутые лица брата, мамы и помощников, когда я на совещании малого совета всем покажу первый экземпляр получившейся маски.

У нас в княжестве есть лишь два анимага, способных перевоплощаться в зверей и ни одного, кто бы смог становиться птицей. Маски птиц — это способ все изменить. А ведь можно вдобавок наделать маски зверей: медведей, волков, других каких-нибудь опасных хищников. Лишь бы только у Тионы они получилось.

Фантазия разыгралась в мечтах об открывающихся новых горизонтах развития и уже прежние взгляды стали казаться ошибочными. Показалось, что может быть это мы с мамой узко мыслим и Скалистый Берег вполне может стать чем-то поистине великим и могущественным сам по себе, без остальной Равнины.

Глава 5

Утром я встал пораньше. Просто потому, что не хотелось встречаться за завтраком с Даниэлем. Кухарка Мари сделала оладий с кофе и этого мне было достаточно. Все равно по утрам у меня аппетита нет. Сразу после я взял карету с возничим и отправился проверить как устроились мастера.

В пять утра город только просыпался. Улицы были пусты. Лишь кое-где встречались одинокие прохожие. Вероятнее всего, это были работники пекарен или каких-нибудь закусочных, где требовалось начинать усердствовать пораньше.

У входа в «Трезубец» стояло два гвардейца и усатый сержант, что вчера увел мастеров. Все втроем курили трубки с табаком и тем коротали время, дожидаясь прибытия следующей смены.

— Как прошла ночь? — спросил я у сержанта.

— Без происшествий, — почему-то немного помедлив, ответил он.

Уже хотел войти в постоялый двор, но внимание привлекли три голубя, прилетевших к колоннаде.

Чайки после постройки основательно оккупировали строение. И это немудрено. Здесь с утра до ночи расхаживали толпы. Птиц постоянно подкармливали. Так что чайки быстро осознали для себя выгоду и теперь охраняли колоннаду от других пернатых.

На прибывших чужаков накинулась стая, заставив тех спешно ретироваться. Своей выходкой чайки напомнили, что нужно сделать.

— Ловите чаек, — велел я сержанту.

— То есть как? Бегать вокруг колоннады и ловить птиц? — изумился он.

— Нужно взять сети. Чайки ловкие. Так просто они не дадутся, — со знанием дела предложил один из гвардейцев.

— Ничего не надо. Сейчас чайки сами полетят к вам в руки. Хватайте, да и все, — велел я и нацелился на первую чайку, что больше всех кидалась на безобидных голубей.

Столько раз брал под управление птиц и каждый раз поражают ощущениям. Только пребывал в своем теле и вот уже чувствуешь себя парящей птицей.

Так и не поняв суть происходящего, гвардейцы с удивлением принялись ловить чаек, так податливо летевших к ним в руки. Трех чаек я посчитал будет достаточно для экспериментов Тионы.

Покончив с птицами я с сержантом подался внутрь постоялого двора, где меня ждал сюрприз. С порога в нос ударил стойкий запах перегара. Кто являлся зачинщиком грандиозной пьянки было и так понятно.

Сержант тут же отчитался. Мастера с рыцарями всю ночь пили в закусочной и разбрелись по комнатам перед рассветом. При этом сам сержант и гвардейцы остались в стороне от устроенного праздника. Это радовало. Хоть не споили охрану.

В принципе, я был не против устроенного застолья. Рыцари заслужили бурный отдых. А мастерам я сам дал выходные. Вот только отдых отдыхом, а делами тоже нужно было заниматься. Велел сержанту передать чаек Тионе, как только та проснется, а сам отправился будить рыцарей.

Полчаса на сборы и вот мы уже покинули «Трезубец» и сели в карету. Сир Лэйтон спокойно отнесся к очередному, пусть и начавшему раньше обычного, трудовому дню. Он знал, что его ждет в казначействе — отдых на диване длиною в целый день. А вот Сир Бакки в недовольстве чего-то бурчал себе под нос.

Его можно было не брать с собой, но я вся-таки предпочел взять. Для того чтобы вместе добраться до казначейства, где я собирался вручить ему деньги на сегодняшние траты и заодно прочитать назидательные нравоучения. Не хватало, чтобы рыцарь мне всю дисциплину среди мастеров испортил.

Едва я закончил с наставлениями и Сир Бакки принялся оправдываться:

— Да им даже бывший хозяин разрешал раз в неделю напиваться. Что здесь такого?

— Арни тоже с вами пил?

— Конечно пил. Еще как пил. Он же никогда не пробовал. Эму раньше мать не разрешала. А вчера был хороший повод. Она не возражала, — рыцарь гоготнул, видимо что-то вспомнив, и принялся рассказывать: — Арни все хотел напиться и почувствовать себя опьяневшим. Я ему налил бокал, а он по глупости его сразу весь выпил и вырубился. Тиона его только в чувства привела, Арни тут же ко мне за добавкой. Я налил, он залпом выпил и опять ушел в отключку. И так раз пять, пока мать уже не махнула на него и попросила гвардейцев отнести его в номер. Не удивлюсь что он сегодня ничего не вспомнит.

— Я же говорил — поменьше наливай. Он же еще не умеет держать градус, — буркнул на него Сир Лэйтон.

— Да потому что молодой. Это всегда так. До шестнадцати они быстро пьянеют. Тем более я подначивал его пить залпом. Из-за этого Тионка на меня потом полезла с кулаками. Еле отбился.

Употребление «Тионки» вызвало во мне настороженность.

— Ты там случайно к Тионе не вздумал приставать?

— Да ну, ты что. Если бы я ее настоящую не видел, тогда бы, наверное, полез. А так — ни в жизнь!

Учитывая, что среди мастеров было три лекаря за здоровья Арни переживать не стоило.

В казначействе мы первым делом заглянули в кассу. Я распорядился выделить Сиру Бакки двенадцать тысяч золотых монет. Из расчета по тысячи на каждого из мастеров плюс Арни.

— А не жирно ли будет Арни? У него с Костяных гор припасена целая сумка с золотом, — напомнил Сир Бакки.

— Пока не пришли наши ценности из Оршика — пусть получит. Должны же они с матерью что-то тратить. А как придет — вычтем. Или не вычтем, если Тиона сможет создать маску птицы. Не забудь проконтролировать. Пусть завтра же начнет эксперименты. А еще лучше уже сегодня. Для тебя еще будет задание. Найди в городе лучшего кожевника и приведи его к Тионе. Пусть разъяснит как растягивать кожу. Еще переговори с мастерами и выясни кто что может делать. С учетом этого подготовь заготовки. Завтра все должны приступить к работе.

От обилия заданий Сир Бакки взялся за больную голову и, прихватив мешок с золотом, убыл обратно в «Трезубец», а нас с Сиром Лэйтоном после затяжного перерыва ждал первый трудовой день.

В моем кабинете была чистота и порядок. Вокруг ни пылинки. Даже цветочки на подоконнике политы. Я разместился на своем месте за столом. Сир Лэйтон уселся поудобнее на диван и, по-моему, сразу погрузился в дремоту.

Очутившись на своем месте, я поймал странные ощущения. Как будто я никуда не уезжал и вчера сидел за этим столом. Убийца не проникал к нам в замок. Алан не погиб в ту ночь. Мне не пришлось убегать в Долину, а после в Лиан и далее прорываться через Костяные горы обратно в Скалистый Берег.

Появление Глава учета и отчетности Орила Белдока убрало пелену нахлынувших воспоминаний. К счастью, он относился к тем людям, кто предпочитать появляться на рабочем месте пораньше, так что не дал мне заскучать.

И снова я поймал удивленный взгляд отнюдь не по поводу моего неожиданного возрождения. Еще вчера вечером по городу прокатилась волна слухов о появлении в Скалистый Берег меня и Даниэля. Так что к утру уже все были в курсе. Это я понял по реакции немногих работников казначейства, что успели попасться на глаза. Орила удивил мой внешний вид. Причиной его вытаращенных глаз стали уже порядком надоевшие мне шрамы.

Приветствия, пара радостных возгласов со стороны главы по поводу моего с братом возвращения, и я смени тему. Принялся допытываться у него как так получилось, что я был не в курсе поступающих в казну доходов от мастеров.

— Так давно было заведено. Еще со времен вашего отца. Графа «прочая торговля» в отчетах отвечает за артефакты, снадобья и все что изготавливают княжеские мастера. Перед вашим назначением Тид Граш дал мне четкие указания по этому поводу. Иначе бы я сразу все доложил.

— И какие еще четкие указания вам дал управляющий? Чего еще я должен пока не знать?

— Больше ничего.

Осторожно! Вас могут обмануть!

— Ну да, ничего. Или пока я сам до чего-нибудь не докопаюсь.

Молчание главы вкупе с оповещением ясно подсказывали об обмане. Орил не был лжецов. Ему самому не нравилось не договаривать и тем врать. Вот только обстоятельства или лучше сказать приказ сверху заставлял его молчать из-за чего и без того невысокий худосочный глава делался еще меньше. Как будто он таким образом пытаясь стать более незаметным и тем скрыться с глаз и последующих расспросов.

— Какие-нибудь проблемы, требующие незамедлительного решения есть?

Глава помотал головой.

— Ничего срочного. Я еженедельно докладывал Тиду Граш о работе казначейства. Все неотложное решалось по мере необходимости. На прошлой неделе управляющий провел совещание с главами служб. Все вопросы были разрешены.

— Отлично, хоть что-то радует, — удовлетворенно ответил я, что не придется прямо сейчас с головой бросаться в проблемы. — Принесите мне все отчеты о доходах и расходах за последние четыре месяца пока меня не было. Хочу быстрее войти в курс дел.

Легкий поклон и глава постарался быстрее скрыться.

— Надо хорошенько почитать отчеты, — посоветовал Сир Лэйтон, вдруг очнувшись от дремоты.

— Это ничего не даст. Закопать цифры можно где угодно.

Впрочем, это был тот случай, когда и откапывать не хотелось. Что я мог получить от разгадки цифр кроме расстройства? Вот узнал я о том, что у нас есть мастера и их держат в Птичьих скалах насильно. И что с того? Все равно же никак не могу повлиять на их освобождение. Немногим раньше я бы смог надавить на маму и тем склонить решение в свою пользу. А с возращением Даниэля уже точно нет. Он не даст мне изменить установленные порядки. Во всяком случае не сразу и не так просто. Сейчас же вообще не лучшее время для решения подобных вопросов.

Орил Белдок принес книги отчетов и поспешил убраться, пока я снова не насел на него с расспросами. Я же открыв книги, принялся листать. Перед глазами начали всплывать невеселые цифры.

Ожидаемо упали доходы по торговле лесом и зерном. Причем, катастрофически. Остальные доходы княжества упали терпимо. Цифры прояснили общую картину творящегося в Скалистом Берегу. У нас начался упадок.

Впрочем, возвращение меня и наследного правителя княжества Даниэля должно было послужить концом начавшегося кризиса. Еще вчера будущее Скалистого Берега казалось неопределенным. У власти вроде как пребывала одна лишь княгиня, чей муж и сыновья погибли. А сейчас появились сразу двое сыновей. Так что это вдохновит людей. Ну и для соседей будет знаком, что нечего списывать нас со счетов. С Гилбертами все в порядке. От срубленного дерева под названием Трол Гилберт осталось два сильных отростка.

— Рей?! — взвизгнула Хелли едва успев войти.

Сир Лэйтон только задремал и от неожиданного крика дернулся, спросонья хватаясь за рукоятку меча.

— Мне только что сказали, что ты жив и что ты сидишь у себя в кабинете, — оживленно принялась рассказывать девушки, — я не поверила, думала это глупая шутка. А мне все говорят — «да, это так, вернулся Рей и вернулся наш князь Даниэль». Поверить не могу, что ты вернулся… А что у тебя с лицом?

Глава 5. Часть 2

Хелли подбежала ко мне и, плюхнув свой пухленький зад прямо мне на стол, принялась бесцеремонно гладить пальчиками по моих уродским шрамам и с горящими глазами рассуждать:

— А знаешь, так намного лучше. Мне нравится. Тебе очень идет. Только нужно убрать шрамы от огня, а остальное все оставить. Хорошо бы добавить шрамов на подбородке. Обожаю шрамы на подбородке. Это смотрится так мужественно!

Сир Лэйтон поднялся и демонстративно прокашлялся.

— Я пойду схожу за пирожными. Вы не беспокойтесь, я надолго. Скажу, чтобы вам не мешали, — откровенно посмеиваясь сказал он.

— Лейтон, подождите… — попытался остановить его.

— Ты стал таким необыкновенным! Я смотрю и не могу поверить, что это ты… Рей, ты так возмужал!

В глазах Хелли уже полыхал огонь. Мне показалось, она ждет, когда дверь за рыцарем захлопнется, готовая тут же на меня наброситься.

— Дверь… надо закрыть дверь, — успел сказать я, как только рыцарь вышел, но тут раздались щелчки закрывающегося замка. Сир Лэйтон предусмотрительно сам нас закрыл.

— Я хочу тебя! Прямо здесь и прямо сейчас! — пылко произнесла Хелли, кинувшись в объятия.

Внимание! На вас оказано скрытое воздействие.

Настроение повышено на 20 %.

Сексуальное желание повышено на 20 %.

Повышение уровня.

Получено 1 свободное очко.

Общее количество свободных очков — 54.

Пришедшие оповещения удивили. Не предполагал, что Хелли владела любовной магией.

Впрочем, сейчас было не до размышлений.

Горящие глаза, изнывающее в похоти красивое женское тело…

Ну как тут сдержаться?

Вот вообще ни о чем таком не думал, идя на работу. Даже никогда не хотел заниматься подобными вещами в кабинете. Но тут уже и самого охватило нестерпимое желание.

Резко вскочил, развернул помощницу к столу, задрал кверху пышное платье и бесцеремонно взял сзади.

Хелли оказалась хороша, невероятно страстной. И при этом жутко крикливой. В другой ситуации это бы стало плюсом. Беря ее в кабинете казначействе, где за стенами находилось множество людей, приходилось вместо того, чтобы руками мять ее нежные груди, постоянно затыкать ей рот, иначе бы наши проделки услышали на всех трех этажах.

Под конец, в желании доставить девушке еще большее удовольствие и тем показать на что способен, я по глупости применил Искусителя с Обольстителем. Хелли вмиг достигла наивысшей точки и, не сдержавшись, прокусила мне руку, которой я придерживал ей рот. Тут же поняв, что натворила, она вздумала прервать процесс. Но в этот момент уже у меня подкатило. Пришлось навалиться сверху так, что затрещал стол и тем ее обездвижить, пока самого охватила сладостная судорога.

Пара секунд блаженства и вот я уже обессиленный плюхнулся обратно в кресло, переводя дух и вытирая проступивший на лбу пот.

— Это было нечто! Позже повторим, да? Через пол часика, — с озорством предложила девушка.

Хелли ловко поправила декольте. Вздернутое платье само упало вниз. И вот уже она была полностью в порядке. Лишь раскрасневшееся лицо и слегка шальной вид отчасти выдавало в ней то, чем она только что занималась.

Мне же пришлось проделать куда больше телодвижений: надеть штаны, заправить рубаху и лишь тогда снова сесть в кресло, пытаясь изобразить обычный рабочий вид.

— Сейчас бы покурить трубку с душистым табаком. Обожаю курить после занятий любовью, — не стесняясь порочных наклонностей призналась девушка. — Пока принесу нам кофе. Лэйтон должен сейчас вернуться с пирожными.

По-моему, я начал узнавать Хелли с другой стороны. Не то чтобы это сторона мне не нравилась. Я был категорически не против и дальше ее познавать. Но все равно, не на работе же постоянно заниматься распутством.

Едва помощница выпорхнула и в кабинет вошел Сир Лэйтон.

— Вы тут в следующий раз потише. Мне пришлось всех в коридоре разогнать. Наверное, стоит вторую дверь поставить. И, пожалуй, дополнительный тамбур.

Я был другого мнения. Всему свое время. Крутить отношения с женщинами нужно в другом месте, а на работе все-таки трудиться. В следующий раз я собирался уединиться с Хелли в «Трезубце». Не зря же я для себя там присмотрел номер. А кабинет использовать по прямому назначению.

Рыцарь вернулся на диван, а мой взгляд остановился на собственном столе. Существенно пострадала одна из книг учета, которую я листал последней. Листы разодрались в клочья. Это подсказало, чем занять помощницу.

Хелли принесла кофе и поднос с купленными Сиром Лэйтоном пирожными. Не стесняясь рыцаря, она уселась ко мне на подлокотник кресла, прижалась и, по-свойски обняв меня, как ни в чем не бывало принялась обсуждать с рыцарем купленные пирожные. Пришлось попросить ее слезть с подлокотника и сесть за стол напротив Сира Лэйтона. А то это уже был явный перебор. Мы же не абы где находимся.

Девушка согласилась, но прежде чем перебираться за стол, наклонилась и промурлыкала мне в ухо:

— Как скажешь милый. Быстрее допивай кофе и избавляйся от этого старика. Я безумно хочу продолжения.

Перевозбужденность помощницы внесло коррективы в сегодняшние планы. Задержись в кабинете, и она меня все равно снова совратит. Впрочем, тратить весь день на казначейство я все равно не собирался. Были и другие неотложные дела.

Едва мы покончили с пирожными, сославшись на необходимость срочного ухода, я велел Хелле к завтрашнему дню переписать испорченную книгу учета и подготовить список неотложных дел по казначейству, если таковые найдутся, а сам с рыцарем подался на выход.

Ох эти возмущенные глаза красавицы, которой отказали. Меня так и подпирало сказать, что это шутка, срочно утешить девушку и тем взять ее во второй раз.

— Да уж. Хелли еще та штучка, — ухмыляясь произнес рыцарь, покидая казначейство, и следом подбодрил: — но красивая. Я бы тоже не сдержался.

Ближе к обеду я собирался послать кого-нибудь за Валебом. Мне хотелось узнать от него, что случилось в тот день когда он порталом покинул Лиан, а после попросить его отправиться в Пропасть падших. Сир Лэйтон подсказал, будучи тренером стражников Валеб до обеда проводил время на тренировочном поле. Туда мы и отправились на карете казначейства.

К моменту нашего прибытия Валеб с еще двумя тренерами гонял по атлетике внушительную группу стражников. Издали заметив приближение кареты, он догадался кто едет и подался к нам на встречу.

При виде парня, за которого столько переживал, я не сдержался. Даже приобнял его.

— Я думал ты тогда погиб, — признался я. — Почему ты не предупредил, что у тебя заканчивается мана? Зачем было вообще оставаться? Ты же мог погибнуть.

— Так я и думал, что погибну. Там у меня такая потеря здоровья шла, что я подумал не успею добраться до Надин. Поэтому и хотел, чтобы вы успели пройти через портал пока я окончательно не грохнусь. По моим расчетам мы все должны были пройти. А потом та женщина с сыном запихнула в портал мешок и мне уже не хватило маны. Она все испортила.

С какой-то стороны испортила, а с какой-то нет. Если бы я тогда ушел порталом, я бы в итоге не оказался в Костяных горах, не устроил бы там разгром южанам, не взял бы Полководца, Правителя, Заклинателя камня. У нас бы не состоялась встреча с княгиней Оршика. Скорее всего Юг с Долиной устроили бы ей разгром у стены, а потом захватили и сам Оршик. И наконец я бы не нашел Даниэля. Так что не всегда неудача ведет к последующим неудачам. Как оказалось, она может стать началом пути к чему-то гораздо большему.

— Ну а как у тебя? — продолжил спрашивать я. — Лэйтон сказал, ты остался инвалидом. А я не вижу перед собой никакого инвалида.

Валеб задрал рубаху и продемонстрировал мышцы пресса.

— Надин все вернула. Даже следа не осталось от дырки. Но теперь у меня хронический штраф. Из-за этого меня перевели из гвардейцев в инструкторы стражников. Прихожу сюда проводить тренировки. Жалко только о рыцарстве придется забыть.

— Но ты же портальщик. И хороший воин. Этого вполне достаточно.

— Капитан сказал, уже нет. Рыцарь — это элита. В нее не попадают с постоянными штрафами. Ну я за это не переживаю. Все равно же продолжаю оставаться при деле. Мне княгиня даже довольствие увеличила. Теперь получаю столько же сколько рыцари, по сотни золотых в месяц. И еще она дала подарок — тысячу золотых. Так что я не жалуюсь.

— С твоим рыцарством мы еще что-нибудь придумаем. А за деньги тебе вообще можно не переживать. Тебя в Лиане ждет полмешка золота. Я помню о своем обещании. Позже найдем время и вместе его поднимем.

— Да я и ту тысячу еще не потратил.

— Жениться тебе нужно. Жена быстро найдет применение деньгам, — смеясь, со знанием дела заметил Сир Лэйтон.

Валеб пытался изобразить, что у него все в порядке, но я-то чувствовал его разочарование. Он мечтал стать рыцарем и теперь эта стало для него недостижимым из-за небольшого понижения в характеристиках. Пусть штраф нельзя было убрать, но можно же было повысить уровни, взять дополнительные навыки, особые способности и тем все компенсировать.

К этому вопросу я опять же намеревался вернуться немного позже, как только наведу порядок в делах. А пока попросил парня взять пару человек, кого он сочтет нужным и отправиться в Пропасть падших для устройства встречи с отцом.

Валеб подозвал одного из тренеров, сославшись, что больше не потребуется и оба порталом ушли в Пропасть. Меня же, раз уж попал на тренировочное поле, ждали занятия.

— С чего начнем? — спросил Сир Лэйтон, придирчиво рассматривая меня. — Помню тебе надо рукопашный бой повысить.

— Мне много чего нужно повысить. И атлетику, и прыжки с бегом, и уклонения. Ну и само-собой рукопашный бой.

— Тогда так: сейчас занимаешься атлетикой, потом после обеда сюда явятся на тренировку гвардейцы и займёшься рукопашным боем. Плюс немного магии. Итого к вечеру повысим тебе уровней десять, не меньше.

— А стражники не подойдут? — спросил я, посчитав, что лучше начать с более сложного.

— Чтобы хорошо качался навык тебе в схватке нужны более сильные противники. Среди стражников таких нет. По своим данным ты их давно перерос.

Ну что ж, до обеда еще ладно, будет атлетика и прочее из не особо существенного, а потом меня ждал знатный мордобой. Радовало, что придется биться не с Сиром Лэйтоном. С ним мне тренировать рукопашный бой совершенно не хотелось. Он уже стал для меня подобно родному. Ну как на него набрасываться с кулаками, пусть и в тренировочном поединке.

Глава 6

До полудня удалось хорошо повысить бег и прыжки. Сама же атлетика, как более обширный навык, увеличилась незначительно. После был короткий перерыв на обед в виде лепешек с чаем, которые предприимчивые пекари отправляли с лоточницами на тренировочное поле и занятия продолжились. Начались уклонения от магии и стрел. Их качать было уже совсем не сложно. Главное успеть вовремя увернуться и тогда приходило повышение.

У Сира Лэйтона как и у Сира Бакки из скрытых возможностей имелось лишь заклинание по ослаблению противника. Рыцарь его на мне несколько раз применил. Тем я прокачал свой навык ощущения скрытого воздействия и заклинание по снятию скрытого воздействия.

С приходом на тренировочное поле гвардейцев началось основное — мордобой, называемый рукопашным боем. Лишь благодаря заклинанию Каменная кожа, которое посоветовал применить рыцарь, удалось сохранить в целостности лицо. Иначе после стольких поединков мне бы его превратили в кровавое месиво. Зато удалось взять все предусмотренные степенями повышения по навыку рукопашного боя и уклонения от ударов.

В общем, благодаря Хелли я за день прокачался так, как если бы тренировался всю неделю, уделяя занятиям по нескольку часов в день, а остальное время просиживал в казначействе над проклятыми отчетами.

По окончании занятий мы с Сиром Лэйтоном добрались до нижних ворот замка и дальше он подался к себе в казарму. На мой вопрос почему не в «Трезубец», рыцарь отмахнулся. Мол хорошего понемногу, в казарме ему привычнее. Я же предложил ему еще раз подумать. И чтобы обязательно брал с собой щенка. Мне было спокойнее если рыцарь поселится в «Трезубце». Должен же кто-то усмирять Бакки, а то у меня возникли опасения, что он по вечерам вздумает спаивать мастеров.

За нижними воротами меня ждали. Переминаясь с ноги на ногу стояли Крысолов, Бази и Рилли.

— Рей, где ты так подрался? — минуя приветствия, вопросил Баззи.

— Сколько их было? Десять? Двадцать? Только не говори, что их было сотня, — присоединился к расспросам Крысолов.

— Человек сто, не меньше. С ним же были рыцари. Так что врагов точно было много, — предположил Рилли.

— Тысяча! — не моргнув глазом соврал я.

— Да ладно! — разинув рты воскликнула троица разом.

— Да шучу я. Когда с тобой бьется сильный боевой маг и одного может быть предостаточно.

— Сильный боевой маг?! — в шоке вскрикнула троица.

От этого словосочетания ребята выпали в осадок. Даже просто боевой маг для них, как и для любых подростков, было чем-то запредельным. Ведь нужно где-то раздобыть боевой навык, которое так просто не давали, а уже потом взять в храме боевое заклинания. Все это было очень и очень сложно. Сложно в том случае если ты не сын правителя, конечно.

И тут началось… Буквально за минуту на меня навалилась тысяча вопросов. Особенно смешным было: сколько сильных боевых магов на меня напало.

— Да подождите! — наконец, закричал на остальных Рилли и тем остановил шквал сыплющихся вопросов. — Сейчас Рей уйдет на совещание совета, и нам опять придется три часа его ждать. Надо сразу по делу, — шмыгнув носом, Рилли сделался серьезным. — Рей, мы это… А ты можешь попросить капитана. А то нас не берут в стражники. Он говорит, туда принимают только с восемнадцати.

— Мы тоже хотим биться с сотней сильных боевых магов! — дополнил Баззи.

— Капитан только что прошел наверх с мастером тайных дел, — продолжил Рилли, — наверное как обычно стоят сейчас перед началом совещания во дворе и дожидаются остальных. Как раз удачный момент договориться.

Просьба ребят меня озадачила. По-моему, они не очень понимали куда хотят попасть.

— Вы действительно хотите податься в стражники? Там же несладко. Нужно постоянно тренироваться, жить в казарме, патрулировать город, нести дежурства. Настоящих драк будет немного. Но каждая из них может стать для вас последней. Это не просто возня с ребятами на кулаках. Иной раз предстоит сойтись с настоящими убийцами. Стражники — это не просто наряженные в доспехи люди. Они охрана мирной жизни нашего города.

От такой постановки вопроса все трое на секунду впали в ступор. Первым очнулся Баззи:

— Зато там можно получить боевые навыки! Мы сможем научиться хорошо драться!

— И брать боевую магию! — дополнил Крысолов.

— Ну раз так, тогда пойдёмте.

Во дворе замка у входа в донжон действительно находились капитан и мастер тайных дел. С ними вместе стояли магистр и управляющий замком. Судя по добродушным лицам, разговор не касался важных дел.

Только что со мной шли трое храбрецов, а как подошли к помощникам князя, парни тут же сникли. Я поздоровался со всеми и представил ребят, хоть в этом и не было необходимости. Их все знали с детства. Спросил у Сира Ресли Хагона, можно ли зачислить троицу пораньше.

— Раз Рей за вас просит могу взять, — строго произнес капитан, обращаясь к ребятам, — но сразу скажу, спуску не будет.

Ребята радостно закивала.

Бази был бы не Бази, если бы не отчебучил еще чего-нибудь.

— А можно нас принять в гвардейцы?

Пять минут смеха и капитан махнул рукой.

— Да я вас и в рыцари могу принять. Что уж там мелочиться?

Бази понял, что сглупил и предпочел больше не позориться, подался назад. За ним предпочли отойти подальше и остальные. Они получили, что хотели. Капитан дал добро на устройство ребят в княжескую стражу.

Вместе с этим крошечный разговор наглядно показал, насколько разительно все изменилось за каких-то полгода. Ребята остались теми же кем были, а мне пришлось быстро повзрослеть.

Но ничего, стоит парням попасть в казарму и их жизнь в корне изменится. Они тоже будут вынуждены быстро взрослеть.

Во двор въехала карета с престарелым управляющим города Фоделем Маском, остальные подручные поприветствовали его, и все вместе подались внутрь донжона.

В кабинете уже сидели мама и констльери. Даниэль опять был не в духе. Первым делом прицепился ко мне почему опять в рубахе и штанах, а не как полагается казначею в тунике. Услышав, что я только с тренировочного поля, принялся еще больше ругаться за то, что я должен целыми днями работать в казначействе, а не заниматься тренировками. В довершение он снова напомнил о том, чтобы я привел себя в порядок и тем избавиться от шрамов и только после этого приступил к началу совещания, начав опять же с меня:

— Что у нас по доходам?

— Общий спад, — коротко ответил я.

— К завтрашнему дню полностью со всем разберись. Мне нужно знать в чем наибольший спад и как мы можем его остановить.

— Я и так готов. Основной спад по торговле лесом и зерном. Остальное в ближайшее время вернется в норму.

— А что у нас по зерну?

Даниэль задал вопрос и принялся высматривать к кому конкретно его адресовать. Ответить ему взялся консильери:

— Новый правитель Мелиссара герцог Квинтин Линдберг развил у себя бурную деятельность. Надо сказать, очень правильную деятельность. Теперь в Мелиссаре цены для крупных торговцев повысились. За лето построили много новых хранилищ. К тому же герцог создал у себя на берегу Великой реки большую судоверфь. Там сейчас полным ходом идет строительство более десяти барж. Со следующего года все это заработает во всю мощь. Боюсь в этой связи нам не получится больше зарабатывать на зерне. Герцог намеревается сам торговать им по всему миру.

— Где он взял столько леса для постройки барж и хранилищ зерна? Там же сплошные степи. Неужели договорился с отшельниками?

— Видимо договорился. Больше ему неоткуда столько взять. На Севере слишком короткая навигация, а Долина свой лес продает слишком дорого.

— Ну и у нас есть выход к Старому лесу, — активизировался я. — Надо тоже договориться. Зачем все время покупать у северян?

— У Трола это не получалось, — напомнил консильери.

— Давайте еще раз попробуем. Что если у отшельников его закупать? Пусть сами рубят.

— А какая тогда разница? — поморщился Даниэль. — Северянам платим, этим тоже будем платить.

— Зато они не получат наших денег! — тут же нашел я увесистый довод. — А с отшельниками можно договориться и по обмену товаром, а не платить золотом. Скорее всего Мелиссар пошел по этому пути. Именно так они договорились с отшельниками. Иначе бы их в Старый лес не пустили. Пусть с зерном у нас не получится торговать, зато сможем вернуть позиции по лесу.

— Иган, завтра же займитесь этим вопросом, — распорядился Даниэль.

— Я могу составить консильери компанию, — тут же предложил я, раз это было моей инициативой.

— Нет Рей, Иган справится лучше. Для тебя у меня будет другое задание. Мама рассказала о твоих возможностях Заклинателя камня. Надо будет в два раза больше расширить верфь. До шести мест. Нам срочно требуется построить боевые корабли взамен потопленных во время атаки на баржи. Будем наращивать флот.

— Шесть так шесть, — без особого энтузиазма ответил я, все еще переваривая отказ в отправке к отшельникам. Я-то уже настроился.

— Я так подумал, а что если отшельники пойдут нам на встречу и мы заодно сможем договориться по Мелиссару, — задумчиво произнес управляющий замком, — чтобы они только нам поставляли лес. В таком случае герцог не достроит баржи. Мы сможем по меньшей мере еще год заниматься торговлей зерном, пока они дождутся лета и закупят лес у северян.

— А это отличная мысль. Завтра же отправляйтесь к отшельникам вместе с Иганом, — внес поправку в свое распоряжение Даниэль.

— Не поможет, — скривился Иган. — Я на прошлой неделе был в Мелиссаре. У них склад леса рядом с верфью. Там его столько навезли. Хватит и на два десятка барж. Вот если это все спалить, тогда другое дело. Герцог вбухал в постройку барж наверняка все свои деньги. Это тут же его разорит. Ему придется надолго отложить планы по собственной торговле.

Наступила тишина. Предложение консильери явно пришлось по душе Даниэлю. Одной дерзкой выходкой можно было решить серьезную проблему. Вот только если закрыть глаза на то, в отношении кого устраивать диверсию.

— Мелиссар наши союзники. Мы входим в одно королевство. Ладно ставить им палки в колеса, но поджигать верфь — это уже слишком. Не лучше, чем устраивать бунты у соседей, — посчитал своим долгом высказаться я.

— Совещание окончено. Все свободны, — резко произнес Даниэль, зло посмотрев на меня. Все было поднялись, и он дополнил: — Иган и Тид останьтесь. Вы, капитан, тоже останьтесь. Валек, пожалуй, вы тоже понадобитесь.

Я в недоумении посмотрел на брата и остальных подручных. Выходило, что совещание закончилось лишь для меня и управляющего городом старика Фоделя. Вдвоем мы подались на выход.

Додумывать, о чем пойдет разговор, не приходилось. У Даниэля в кабинете также осталась мама. По окончании совещания я намеревался попытать ее, чем закончилось дело, а потом заявиться на уединенный разговор к брату. Не хватало нам всем вляпаться в очередную авантюру. Тем более сейчас, когда в мире сложилась настолько непонятная ситуация.

Глава 7

На ужин Даниэль в столовой не появился, вместо этого распорядился подать еду в кабинет. За стол сели мы вдвоем с мамой. Я конечно же сразу заговорил по поводу затеи Игана Велни. При этом напомнил о молодом князе Регане Бретте и его бунтах. Там тоже консильери насоветовал и в результате все закончилось очень плачевно.

Мама попыталась отвертеться. Сказала, что брат отказался от предложения. Но мой навык Предвидения обмана не подвел, оповестил об услышанной неправде, о чем я тут же ей сообщил.

— Пока окончательное решение по Мелиссару не принято, — с тяжестью призналась мама, — Даниэль распорядился отправить туда Валека Лотца.

— Отправить мастера тайных дел, чтобы тот выяснил, когда и как лучше поджечь лес, — констатировал я решение брата. — Но вы хотя бы объяснили Даниэлю, что скоро может начаться война? Весной южане опять предпримут попытку напасть на Оршик. А вместе с ними активизируются и северяне.

— Я это ему сказала.

— Пожар на верфи сильно ослабит Мелиссар. Он ближе всего к Оршику. Он станет второй целью южан.

— И это сказала. Заодно сказала, чем это нам может грозить, если станет известен устроитель поджога. Иган потом дополнил. Герцог допустил ошибку. У него там все построено рядом. Верфь, лесной склад, зернохранилища идут друг к другу впритык. Тут же находится порт и начинается город. Вспыхнувший посреди ночи пожар может обернуться таким пожарищем, что спалит весь город.

Мама нервничала. Идея с поджогом верфи ей самой не нравилась. Она была за умеренные методы противостояния. Немного подумав, мама дополнила:

— Меня радует осторожность Даниэля. Он боится допустить ошибку. Поэтому в итоге вряд ли решится совершить настолько дерзкую выходку. Цена ошибки может стать слишком губительной. Даниэль это понимает. Опять же остаются сложности с южанами и северянами. Сейчас не лучшее время думать исключительно о прибылях. Есть проблемы поважнее доходов.

Сказанное наконец-таки меня успокоило. Теперь нужно было дождаться возвращения из Мелиссара Валека Лотца. Желательно было перехватить его до того, как он попадет на доклад к Даниэлю и выяснить, чего он там разведал. Не сомневался, что у меня хватит доводов разговорить и, если потребуется, убедить мастера в том, что нужно говорить брату. Одного напоминания о пожаре у нас в порту было бы достаточно.

Кстати говоря, что послужило поводом для нападения на нас с Аланом я так никому не рассказал. Молчал я и молчал Сир Бакки. Об Арни и говорить нечего. Сир Лэйтон, с кем мы попали на аудиенцию к Триде Лигрес, вероятно поделился этим случаем с мамой. Вот только вся подоплека раскрылась позднее, когда мы были в Костяных горах. Вероятно, мама посчитали, что королева Долины просто слишком огорчилась случившейся гибелью у нас в порту своих людей и поэтому выгнала меня из своего королевства.

Для себя я решил похоронить эту историю, при этом не сомневаясь, что когда-нибудь она всплывет сама собой. Вероятно, как оно обычно бывает, в самое неподходящее время.

По окончанию ужина мама предложила вместе пойти к магистру. Пора было разобраться с характеристиками и наметить дальнейшее развитие, а то у меня наметились проблемы. Слишком много всего нахватал.

В пристройке замка, где обитал магистр, нас встретила его супруга Надин. Она ошибочно подумала, что мама принудительно привела меня снимать шрамы. Я не преминул возможностью воспользоваться случаем и расспросил ее о предстоящем лечение.

Надин велела снять рубаху и внимательно осмотрела зажившие раны. Ее вердикт был неделя лечения, максимум десять дней. На это время мне предстояло поселиться в лекарне, так как она намеревалась не кусками срезать шрамы, а все разом. Для лучшего излечения требовался исключительный покой и постоянный сон. В противном случае, пришлось бы ходить в повязках в два раза больше. Учитывая, что большинство шрамов располагалось на голове и лице — так себе перспектива.

Дав подробную консультацию, Надин убыла, оставив нас в гостиной со своим мужем. В преддверие основательной работы Борис Шелби с азартом потер ладони и попросила меня открыть характеристики.

На этот раз я открывался без особого настроения. Похвастаться было чем, но и ненужного нахватался. Всему виной стали лицедей с актером, за которых я теперь переживал больше всего. Уж их-то я точно взял совершенно напрасно. Теперь сомнений в этом не было.

Рей Гилберт

Аристократ\Казначей\Воин\Маг 1042 уровень

Основные характеристики:

Телосложение — 80\80

Сила — 80\80

Ловкость — 100\100

Интеллект — 100\100

Восприятие — 100\100

Интуиция — 100\100

Удача — 65

Свободные очков — 76

Воинские характеристики:

Доблесть — 60\60 (открыта 3 ступень)

Защита — 60\60 (открыта 3 ступень)

Атака — 60\60 (открыта 3 ступень)

Опыт — 2.242.765

Магические характеристики:

Мудрость — 80\80 (открыта 4 ступень)

Магия — 100\100 (открыта 5 ступень)

Сила магии — 40\40 (открыта 2 ступень)

Параметры персонажа:

Очков здоровья — 892\1122

Очков выносливости — 63\80

Переносимый груз — 80 кг

Скорость восстановления — 260 единиц в сутки

Знания:

Элементарные основы бытия — 100\100

Элементарная грамотность — 100\100

Этика и Этикет — 100\100

География — 100\100

Теология — 100\100

Математика — 100\100

Логика — 100\100

Обществознание — 100\100

Естествознание — 100\100

История — 100\100

Экономика — 100\100

Деловодство — 100\100

Политика — 98\100

Право — 97\100

Дипломатия — 89\100

Основы воинского дела — 37\100

Основы магии — 36\100

Навыки:

Естественные способности — 100\100

Верховая езда — 100\100

Ночное видение — 100\100

Торговля — 100\100

Бесшумность — 100\100

Акробатика — 100\100

Предвидение обмана — 100\100

Плаванье — 100\100

Игра в кости — 100\100

Ощущение скрытого воздействия — 95\100

Ораторство — 90\100

Общий анализ — 90\100

Управленческая деятельность — 86\100

Владение ножом — 80\80

Атлетика — 70\80

Обучение — 60\80

Навык соблазнителя — 61\100

Обман — 60\100

Скалолазание — 40\100

Картография — 37\100

Артист — 37\100

Бег — 37\100

Прыжки — 26\100

Предвидение опасности — 26\100

Управление разумными — 25\100

Архитектура — 23\100

Зодчий — 20\100

Воинские навыки:

Фехтование — 60\60 (открыта 3 ступень)

Стрельба — 60\60 (открыта 3 ступень)

Ближний бой — 43\60 (открыта 3 ступень)

Ношение доспехов — 40\40 (открыта 2 ступень)

Владение щитом — 40\40 (открыта 2 ступень)

Владение мечом — 40\40 (открыта 2 ступень)

Рукопашный бой — 40\40 (открыта 2 ступень)

Уклонение от оружия — 40\40 (открыта 2 ступень)

Уклонение от ударов — 40\40 (открыта 2 ступень)

Уклонение от магии — 40\40 (открыта 2 ступень)

Уклонение от стрел — 40\40 (открыта 2 ступень)

Владение древковым оружием — 20\20 (открыта 1 ступень)

Хладнокровный убийца — 0

Уникальные приемы боя:

Стремительный удар — 20\20 (открыта 1 ступень)

Могучий вихрь — 0

Заклинания:

Фаербол — 80\80 (открыта 4 ступень)

Цепная молния — 73\80 (открыта 4 ступень)

Снятие заклинаний — 70\80 (открыта 4 ступень)

Щит — 60\80 (открыта 4 ступень)

Стрела — 60\60 (открыта 3 ступень)

Точность — 60\60 (открыта 3 ступень)

Молния — 60\60 (открыта 3 ступень)

Огонь — 60\60 (открыта 3 ступень)

Ледяная стрела — 60\60 (открыта 3 ступень)

Кольцо холода — 60\60 (открыта 3 ступень)

Дым — 60\60 (открыта 3 ступень)

Искуситель (сексуальный интерес) — 60\60 (открыта 3 ступень)

Обольститель (просто интерес) — 60\60 (открыта 3 ступень)

Каменная кожа — 60\60 (открыта 3 ступень)

Ускорение боя — 55\60 (открыта 3 ступень)

Замедление противника — 55\60 (открыта 3 ступень)

Маскировка — 50\60 (открыта 3 ступень)

Приручение питомца — 13\20 (открыта 1 ступень)

Видение — 20\60 (открыта 1 ступень — доступна 3 степень)

Особые способности:

Концентрация

Внимательность

Усидчивость

Предвидение

Финансы

Аутогенизм

Лицедейство

Заклинатель камня

Правитель (заблокировано до достижения 18 лет)

Полководец (заблокировано до достижения 18 лет)

Мама и магистр принялись вычитывать строки. Брови обоих то вздергивались вверх от удивления, то хмурились так, как будто все пропало и тем заставляли меня нервничать. По мне так какая разница. Ну взял чего-то лишнего и что с того? Достаточно повысить уровни и тем освободится место под новое особое умение. А о навыках и говорить нечего. Место под них было предостаточно.

— Да уж… есть над чем подумать, — по итогам задумчиво выдал магистр.

— Но в целом же неплохо? — спросила его мама.

— В целом — да, но в частности — даже не знаю. С Заклинателем камней еще ладно, но я совершенно не могу понять, где Рей мог раздобыть Правителя и Полководца. И уж тем более, что с этим делать, — разводя руками, в недоумении произнес магистр, — кроме этого я не пойму, что у него с опытом.

— Я вот тоже не пойму, — озадачилась теперь и мама, — два миллиона двести сорок две тысячи… Не могла же Система настолько ошибиться.

— Не могла. Великая Система никогда не ошибается, — резюмировал магистр и с претензией уставился на меня.

Вот и подобрались к главному. Не сомневался, что при тщательном осмотре характеристик это сразу всплывет. Впрочем, скрывать о том, что случилось в Костяных горах я не собирался. Рассказал бы еще вчера, но начались проблемы по мастерам и стало не до разговоров.

Я дернул плечами и, изображая непринужденность, произнес:

— Просто так получилось. Случайно удалось взять много опыта.

— Взять два миллиона случайно? — изумился магистр. — Пусть даже взять уровень в тысячу, именно с таким достижением Сир Ресли переводит стражников в гвардейцы, выходит, по меньшей мере ты убил две тысячи двести человек!

Названная цифра шокировала самого магистра, не говоря о маме. Теперь оба смотрели на меня с невероятным изумлением.

— Уходя из Лиана мы попали в Костяные горы. Там мне пришлось стать королем. Правда в итоге корона и посох рассыпались. Меня лишили королевского статуса. Зато я смог взять Заклинателя камня, Правителя и Полководца. Еще вот перстень Великого Мага достался, — подняв руку, я продемонстрировал артефакт для убедительности, — он ежедневно полностью восстанавливает ману. А потом пришлось столкнуться с южанами. Я их там завалил камнями. Поэтому дали так много опыта. Было бы еще больше, если бы я не допустил ошибку, из-за которой меня лишили статуса короля. Тогда бы я под камнями похоронил всю армию южан. Было бы не два, а двадцать два миллиона опыта. Может больше.

В полнейшем шоке мама с магистром выслушали мой короткий рассказ. Судя по вытаращенным глазам, вкратце рассказать о всех похождениях не получится. Это подтвердили тут же посыпавшиеся вопросы:

— Каким королем? О чем ты говоришь? — повысив голос, спросила мама.

— Двадцать два миллиона опыта… Да как такое возможно? — не верил своим ушам и глазам магистр.

Далее пришлось не спеша и подробно рассказать о том, что случилось после того как закрылся портал и мы с Сиром Бакки и Арни остались одни в Лиане. Закончить я предпочел на том моменте, когда мы пересекли узкий перешеек Барьерных гор и наняли возничего с повозкой. Мама и магистр слушали рассказ затаив дыхание. А как только я закончил, принялись уточнять:

— Выходит, если бы ты не взял перстень Великого Мага смог бы завалить камнями всю армию южан? — надавил на больное Борис.

— Да нет же, там были только наемники, южане остались в Лиана, — поправила его мама.

— Но он же сам только что говорил, всадники были в кожаных доспехах. Тем более среди них был Резо Баша. Это капитан короля Юга. Там была элита южан.

— Честно говоря я точно не знаю, — признался я, — первыми были маги и элита. Это точно. У них были слишком хорошие доспехи. Кто там дальше был и сколько всего было воинов — я не видел. Вполне может быть южане отправили через Костяные горы большую часть своих войск и наемников Тагеса. Теперь это уже не узнать. Я убил камнями только первых, самых сильных.

— Основные силы южан вернулись на свою территорию. По всей вероятности, потери стали слишком значимыми. Ушли зализывать раны и растить новых сильных воинов. У Лиана и Таклов осталась лишь небольшая часть армии. Наши люди постоянно за ними следят. Пока южане отложили свои планы. Но в любой момент все может измениться, — рассказала мама и тут же вздернула брови: — а южане точно не узнали, кто стоял за камнепадом?

// Продолжение главы будет выложено сегодня чуть позже.

Глава 7. Часть 2

— Точно. Всех, кто нас видел, я запечатал в камне. Единственно за что переживаю — это орел, что нам попался перед встречей с южанами.

— Не вижу смысла переживать. Орел видел всего лишь троих людей. Скалистый Берег слишком далеко, чтобы нас могли заподозрить в устроенном камнепаде. Предлагаю снова вернуться к характеристикам Рея. Заново все внимательно почитать и вместе подумать, — предложил Борис, — итак, воинские характеристики. У Рея открыты третьи степени в доблести, защите и атаке. Доблесть отвечает за повышение боевых навыков. Пока Рей не возьмет по ней четвертую степень, не сможет взять четвертую степень ни по одному из боевых навыков. С защитой и атакой все и так понятно. Они касаются получаемого и наносимого урона. Воинские характеристики он может повысить лишь до четвертой степени, дальше появится ограничение по возрасту. Но вот вопрос: насколько это ему сейчас нужно. Не лучше ли уделить внимание магическим характеристикам, у которых нет ограничений?

Мама пожала плечами.

— Вот и я думаю, что воинские характеристики пока стоит оставить и переключиться на магию. Естественно добивая те боевые навыки, что уже взяты. Удачи-то совсем крохи. На много ее все равно не хватит. По магическим характеристикам осталось немного. Понадобится взять пятую степень по мудрости. Это позволит максимально развивать заклинания. А также взять третью, четвертую и пятую степень по силе магии. Я бы настоятельно рекомендовал уже сейчас это все взять. Тем более у Рея скопилось столько свободных очков. Их, кстати, можно вложить в недостающие знания и тем с ними покончить. Что там осталось? Политика, право, дипломатия — всего ничего. А основы воинского дела и основы магии надо будет немного развить самому, раз они пока внизу, а как начнутся сложности с повышениями тогда использовать свободные очки.

В принципе Борис был прав. Увеличение силы магии мне бы пошло на пользу. Даже не особо развитые заклинания значительно бы усилились. Да и со свободными очками нужно было что-то делать. А то их собралось уже вон сколько.

— Так, дальше, — продолжил Борис, — с обычными навыками обстоит посложнее. Их у тебя много. И все нужно развивать. В ощущении скрытого воздействия у тебя осталось всего пять повышений. Ну это легче легкого.

Продолжая смотреть на меня, магистр прищурился.

Внимание! На вас оказано скрытое воздействие.

Бодрость понижена на 20 %.

Повышение навыка Ощущения скрытого воздействия на 1 очко.

— Ну как, есть? — спросил Борис.

— Ага. Бодрость понижена, — зевнув, ответил я.

Далее последовали медлительность, упадок сил, слабость и жажда. В результате манипуляций навык ощущения скрытого воздействия повысился до максимума, что привело к увеличению моего общего уровня. Последующее избавление от ненужных воздействий повысило заклинание по снятию магии на пять очков, что опять же привело к еще одному повышению уровня.

— Так-с, что у нас дальше, — продолжил Борис, — ораторство, общий анализ, управленческая деятельность — об этом я уже говорил, можешь использовать свободные очки и больше не мучиться. Обучение… Как вариант будет лучше взять питомца и начать им заниматься. Получится двойная польза. Будет обученный питомец и будет развитый навык.

— Я подумаю, — коротко ответил я хоть и знал наверняка, что брать себе питомца не собираюсь. Во всяком случае в ближайшее время.

— Навык соблазнителя…

Мама поморщилась.

— Ну это мы пропустим. Далее у нас обман, — магистр о чем-то подумал, усмехнулся своим мыслям и дал совет: — будешь развивать навык соблазнителя, заодно повысишь навык обмана.

— Борис! — воскликнула мама.

— Да-да-да, не отвлекаемся. Со скалолазанием — это понятно. С картографом тоже понятно. Артист… — магистр остановился и теперь с недоумением смотрел на меня. — И зачем тебе сдался артист?

— Так получилось.

— Забрось и забудь. Хотя… Если легко повышается — развивай. Дальше у нас бег, прыжки… О, надо же, в Предвидении опасности всего двадцать шесть очков. С такими-то приключениями мог бы уже взять всю сотню. Но ничего страшного. Развитие навыка ни на что не влияет, так что пусть сам понемногу развивается. А вот и самая изюминка — управление разумными! Почему всего двадцать пять?

— Требуется много маны. Списывается сразу сотня.

— Ну теперь-то проблем не будет. Обязательно ежедневно занимайся, — показывая на мой перстень, напомнил магистр, — архитектура, зодчий… Ну это тебе не нужно. Переходим к воинским навыкам…

По боевым навыкам магистр был краток. С ними все было предельно ясно. Их развитие упиралось в степени. А те в свою очередь упирались в удачу. Магистр лишь посоветовал развивать по возможности всякие уклонения. А в остальном развивать исключительно магию. По ней он дал более расширенные рекомендации. Необходимо было по максимуму развить какую-нибудь защиту, пару ударных заклинаний, а также, как ни странно, видение. Заклинание по замедлению противника он отнес к желательным. Напоследок магистр зачитал вслух все особые способности и на минуту взял паузу.

— Сейчас у тебя много чего есть, — задумчиво продолжил Борис, — это хорошо и в тоже время плохо. Нужно концентрироваться на чем-то одном или в крайнем случае двух началах. Распыление на многое не даст хорошего результата. С получением способности Заклинателя камня вкупе с навыками зодчего и архитектора дает ветку развития в сторону строительства. Учитывая твой статус — нежелательная перспектива. Способность Правителя очень хорошее приобретение. Вот только для использования нужно стать правителем. То же самое с полководцем.

— Ну почему же, он помощник правителя. Тем может быть полезен Даниэлю, — вмешалась мама.

— Вот именно, что помощник, а не правитель! — вздернув верх указательный палец, воскликнул Борис. — А пока он не станет действующим правителем или капитаном, способности будут в нем пребывать в спящем состоянии. Так что толку не будет. У Рея есть еще одна полезная способность — управление разумными. Ее бы я отнес в качестве дополнительной ветки развития. Не основной. По лицедейству я вообще молчу. Это было твоей ошибкой. Совершенно ненужная способность для человека твоего уровня. И напоследок мы подошли к самой главной способности на что стоит обратить внимание — финансы. Вот на этом уже стоит зациклиться основательно, тем более что Рей у нас уже казначей.

— Но разве плохо иметь многое способностей? — вступилась за меня мама.

— Неплохо. Но это не дает Рею существенных преимуществ.

— Это еще почему? — задался вопросом я, так как разделял взгляд мамы, считая, что чем больше наберу особых способностей, тем лучше.

— А ты никогда не задумывался почему, скажем, лекари остаются лекарями и дальше не развиваются? — задал вопрос Борис и тут же стал на него отвечать: — Потому что у особых способностей есть возможность усиления. Такие усиления называются классами. Все полученные твои способности относятся к первому классу. Когда ты хочешь их усилить, потребуется освободить для них место, то есть иметь свободными дополнительно сотню уровней и вложить сто удачи. Я имею особую способность лекаря, и Надин имеет ту же способность. Но в отличии от меня она ее усилила и поэтому в лечении сильнее меня. Я же вынужден, как и ты, распыляться и охватывать все большие способности. Именно поэтому я стал магистром. Усиление способности к финансам даст тебе дополнительные преимущества. Это в свою очередь отразится на делах всего княжества.

— И сколько таких усилений нужно взять?

— Сколько сможешь. Всего их десять.

— Итого, если хочешь что-то хорошо усилить, потребуется вложить тысячу удачи? — изумился я.

— Именно так, усиливая свои способности, появляются мастера способные создавать артефакты. Чем выше класс мастерства, тем более сильные артефакты они могут создавать. К примеру, алхимик пятого класса сможет разгадать любой яд, приготовленный алхимиком четвертого класса. Вот поэтому все развиваются не только в молодые годы, но и дальше, до глубокой старости. У Надин сейчас восьмой класс лекаря. А был бы наивысший — десятый и она бы смогла спасти Алана. Потому что достигла бы пика лекарского мастерства. К примеру, взять твоего отца. У Трола особой способностью изначально было увеличение здоровья. Он взял второй класс и получил так называемую особую способность под названием Второй шанс. Если бы он и дальше продолжал повышать способность, я так подозреваю, в конечном счете он смог бы заполучить бессмертие. Вот только на это потребовалось бы уйму удачи, взять которую, сам заешь, непросто. Для этого требуется собирать ее долгие годы. Таким образом, повышая классы, можно не только усиливать, но и заполучить другие, более сильные способности. По-настоящему серьезные способности колесо фортуны выдает крайне редко. Взять того же Сира Лэйтона с его удивительной особенностью создавать собственных клонов. Ему мы даже не стали говорить о возможностях усиления его способности. Она сама по себе это уже уникальность. Иначе кто его знает, до чего это могло привести.

— По лекарям и мастерам понятно, но что конкретно даст усиление финансиста?

— А что сейчас тебе дает эта способность?

— Вижу цифры в отчетах. Они сами собой складываются.

— Значит усиление даст новый эффект. Ты сможешь видеть не только цифры, но и перспективы тех или иных начинаний. Их будущую прибыльность. Какие-то возможности для улучшения. С последующими усилениями может быть уже другой эффект. Одно лишь твое участие будет повышать прибыльность дела. Я точно не знаю. У нас финансиста еще не было. Кто усиливает способности предпочитает не распространяться об открываемых возможностях.

Впору было взяться за голову. Сплошная удача, удача, удача… Вот только где ее столько взять, не копить же годами. Так и жизни не хватит.

— Когда я подслушивал разговоры в Таклах, трое из местных аристократов рассказывали о Драной горе, где можно заполучить несметное количество маны и об Острове теней. Там всем дается удача.

— Рей, это легенды, — отмахнулась мама.

— Ну почему же легенды? И Драная гора, и Остров теней действительно существовали, и я уверен, существуют до сих пор, — не согласился магистр, — оба места дают абсолютное преимущество в развитии. Я даже допускаю мысль, что кто-то нашел эти места и вот уже многие годы попросту никого к ним не допускает. Не удивлюсь, что эти места удерживаются жрецами или каким-то тайным орденом. Если туда доберется кто-то из правителей, тут же усилит свои возможности и захочет захватить весь мир.

— А что, если южане нашли Драную гору и Остров теней и поэтому так стремятся начать войну?! — возбужденно вопросил я.

— Если это так, то боюсь, им не составит труда захватить мир. В одном месте их воины будут брать удачу, в другом развивать магические способности. Да они по одной только удаче будут развиваться в семь раз быстрее любого другого воина. А если говорить о Драной горе я просто не представляю, как можно усилить свои возможности. Это ведь можно там разместить мастеров, и они при обилии маны создадут невероятно сильные артефакты. К тому же очень много сильных артефактов.

Полет фантазии ошеломил самого магистра. Словно южане уже сейчас проделывали все вышеописанное.

— Полно вам, Борис. Не сгущайте краски. Будь у южан такие возможности они бы не стали поджимать хвост и убегать на свои земли. Они бы уже захватили полмира и сейчас осаждали Скалистый Берег. Может быть оба места действительно существуют. Но там южан точно нет.

Мы покидали магистра со смешанными чувствами. Маму вероятно донимали мысли о моем дальнейшем развитии, а я думал о том, как найти Драную гору и Остров теней. К счастью, у меня имелась ниточка, ведущая к этим двум местам, о которой я так и не обмолвился. За нее потянуть я намеревался уже в ближайшее время.

Глава 8

Утром мы прибыли к верфи в карете вместе с магистром, в ведении которого была разработка плана расширение верфи и Сиром Лэйтоном. Последний все-таки определился, где ему жить. Взяв из казармы щенка и, уместившиеся в одном мешке хилые пожитки, он сидел напротив меня и был вынужден всю дорогу держать в руках зверя, ибо тот постоянно норовил погрызть тубу с чертежами магистра.

У верфи в открытом шатре, специально возведенном по случаю сбора важных лиц, нас дожидались управлявший городом, смотрители порта и верфи, а также толпа чиновников и клерков префектуры. Немного в отдалении стояла толпа плотников и всяких чернорабочих.

Прежде чем приниматься за работу, магистр позвал меня в шатер. Расстелив на столе чертежи, он по ним рассказал, что есть на верфи и что он хочет сделать. В наличии был вытянутый в длину склад, совмещенный со всякими техническими помещениями и три стапельных места. На двух из них полным ходом шло строительство барж. Их закладка началась после того, как альбиносы устроили нам в море разгром.

Учитывая, что позднее баржи были возвращены и мы уже не торговали ни лесом, ни зерном, необходимости в них как бы не было. Но переживать по этому поводу не стоило. Баржи можно было продать. После устроенного южанами разгрома в Таклах и Лиане, где на дно отправилось множество судов, цены на любые корабли взлетели в два раза.

А вот по боевым кораблям у нас имелся дефицит. Из пяти судов в наличии было три. Строительство четвертого началось лишь недавно, как только для него расчистили место.

В планах Даниэля было увеличить верфь и начать строительство боевых кораблей, со временем доведя их количество до десяти. Тем наши силы на море должны были увеличить вдвое.

Кроме этого магистр намеревался возвести стену отгораживающую верфь от других сооружений и тем обезопаситься на случай возникновения пожара. Иначе у нас было немногим лучше, чем в Мелиссаре. Подряд шли верфь, лесосклад, зернохранилище и порт. Стоило огню где-то разгореться и могло сгореть все перечисленное. Остальная часть города располагалась на скалистом возвышении.

Итого выходило, что территория верфи должна была увеличиться почти в три раза. А если быть точнее, ровно на 500 метров.

Стоило магистру закончить и мне пришло повышение по навыку архитектура. Пусть я не собирался подаваться в строители, но повышение радовало. Прежде всего развитием навыка. Мало ли как дальше пойдет, может быть и это направление мне в будущем пригодится.

Вчерашний разговор с Борисом Шелби мне многое прояснил. Вот только я остался не согласен с его мнением. По мне, так нужно больше развивать всяких способностей. Это перспективнее нежили иметь что-то одно, пусть и очень хорошо развитое. Какой толк от финансиста, если завтра начнется война? А вот с помощью того же Заклинателя камня я смогу обрушить на врагов горы. Ну это, конечно, в том случае, если они будут рядом.

Покончив с ознакомительной частью, магистр с надеждой спросил:

— За месяц сможешь управиться? За ману не переживай. Эссенций выделю сколько нужно. Из личных припасов.

Вчера я пребывал в полной уверенности, что расширение верфи станет плевым делом. Теперь же, узнав о предстоящих объемах, моя уверенность куда-то подевалась. Прежде чем ответить, я предпочел осмотреть скалу.

Недалеко от шатра к толпе работяг примкнули прибывшие грузчики во главе со старшим — необъятным верзилой с громадными руками. Управляющий городом представил его как Григора Леска. Именно он с помощью особой способности мог переносить по воздуху невероятные тяжести вплоть до кораблей.

Мама говорила, что у нас есть рыцарь с такими способностями. Пусть верзила и был в простой рабочей одежде, но выходило, что он относился к так называемым необъявленным рыцарям. Их держали про запас на случай осложнений в княжестве.

— Господин Рей, мне бы только куски побольше. Ну неудобно мелочь сгребать и перетаскивать, — размахивая в воздухе огромными руками, словно он уже подхватывает невидимые камни, с мольбой обратился ко мне верзила.

— А потом опять терять время на раскалывание? Пусть лучше камни будут поменьше. У тебя вон еще сколько помощников, — показывая на остальных грузчиков, возразил Фодель Маск.

— Да не волнуйтесь, сейчас всяких будет предостаточно, — успокоил Григора магистр.

— А какой размер подойдет лучше всего? — спросил я.

— Лучше всего ровный карьерный блок, размером метр на два. Такой блок удобно перевозить и стоит дороже, — разъяснил Фодель Маск.

Задача стояла понятная. Вот только оставалось непонятным, как ее лучше осуществить. Если как в Костяных горах, то выйдет надолго. Там я представлял себе большой крюк и им вел вдоль горы. Если здесь также проделать, то вниз навалятся камни, придется ждать пока разгребут. В таком случае мне предстоит сюда не то что неделю ездить, весь месяц, а то и больше, ежедневно теряя массу времени.

Способность заклинателя позволяла вытворять с камнем что угодно, но не перемещать его по воздуху. Для этого нужна была другая способность. Телекинезом я пока не обладал. Кроме этого, насколько уже убедился, я мог воздействовать на камни лишь находившиеся в пределах видимости. Так что обрушить все разом не получится.

Примерно прикинул общий фронт работы. Высота скалы — 50 метров. Ширина берега — 200 метров. Рассчитанная Борисом длина береговой линии, которую предстояло освоить — 500 метров. И вот тут вырисовывалась очередная проблема: а куда, собственно, складывать камни. От ближних стапелей до края скалы и полусотни метров не будет. Предстояло все по максимуму отодвинуть в сторону прилегающего лесного склада и тем побольше расчистить площадку под камни.

Озвученная проблема ни у кого не вызвала возражений. Пусть верфь пару дней не будет работать, зато потом заработает с двойной мощью. Григор Леск направился заниматься стапелями, ну а я под любопытные взгляды собравшихся нацелился на верх скалы слева.

Выставил руки и дошло. Начну сверху и камни рухнут вниз, завалят подножие скалы. А чтобы его потом разрушить, придется ждать пока все разберут грузчики. Потеряю драгоценное время. Выход нашелся в противоположных действиях — начинать снизу.

Перевел руки вниз и просто велел камням разрушаться на максимальную глубину. Сначала перед глазами всплыло оповещение о повышении навыка зодчего, а после подножие скалы принялось покрываться трещинами и крошиться.

Я повел руки вдоль низа в правую сторону. Учитывая предстоящий фронт работы, глубина повреждений получилась незначительной. Примерно метров десять. Все походило на то, как если бы скалу соскребала гигантская десятиметровая рука. След от моих манипуляций получался именно такой.

Добравшись до крайней точки справа, направил руки немного выше и принялся наносить разрушения четкой жирной линией теперь справа налево.

С каждым последующим заходом к подножию скалы наваливалось камней все больше. Образовывалась высокая куча. Когда с верхушкой было покончено, ее высота составила треть от скалы.

С разных сторон посыпались радостные возгласы. Зрелище никого не оставило равнодушным. Кроме одного меня. Может быть я привередничал, но все же хотелось снять слой побольше. Ну еще и осадок остался. Я-то изначально нацелился за день со всем справиться, а вышла не судьба.

Григор Леск выполнил работу. Перенес стапеля с недостроенными судами в дальний край верфи. Образовалась площадка больше двухсот метров шириной.

Мне вспомнилось прокачка на каменной армии, когда я пытался слепить обратно отрубленную голову. По моему желанию камни сами двигались по земле и собрались в кучу, тем самым заново создав разрушенную голову.

Фодель Маск хотел дать команду рабочим начинать разгребать завал, но я его остановил. Велел наоборот, податься всем назад и туда же перетащить оставшийся шатер, а сам нацелился на лежащие внизу камни. Выставив руки на груду камней слева, дал им команду перенестись ко мне и собираться в одинаковые блоки.

Куча слева ожила, зашевелилась. Камни принялись шумно перекатываться, будто превратившись в бурлящий поток. Мелкие и крупные обломки скалы стали соединяться, образовывая ровные блоки.

Всплеск оживления позади радовал. Меня начала переполнять даже гордость. Для собравшихся портовых работяг все высокородные — белоручки, которые только и умеют, что помыкать другими и пользоваться их способностями. Сейчас же я изменял эти взгляды, сам работая на верфи. Да еще как работая. Ведь ни у кого в Скалистом Берегу не было способности Заклинателя камня. С тем чтобы расчистить одно единственное стапельное место скалу крошили под градом фаерболов месяцами. Я же надеялся выполнить тот же объем за один день в одиночку.

— Рей, хватит! Останавливай! Сейчас до стапелей дойдешь! Повозкам будет не развернуться! — раздался крик Бориса Шелби.

Дабы не прерывать процесс, а то я уже знаю, это чревато потерей сотни маны за повторный вызов способности, перевел руки в центр и заставил следующую часть камней зашевелиться. По окончании перевел на последнюю правую часть. Лишь когда все камни были преобразованы в блоки и передвинуты, я остановился.

— Рей, это было что-то! — подойдя ко мне с горящими глазами воскликнул магистр. — Тебе нужно обязательно развивать строительные способности. А что, было бы очень даже неплохо. До обеда строишь, потом подсчитываешь княжескую казну. А?

— Я подумаю, — усмехнувшись, ответил я.

— Грузчики, принимайтесь за работу! Все возничие начинайте подвозить повозки и вывозить камни! — не на шутку раскричался престарелый управляющий городом и подойдя к наваленным блокам, изумился: — Ну надо же, все ровные. Один в один!

— Что с маной? Эссенцию дать? — спросил Борис.

Я заглянул в остатки.

— Пока расход составил двести семь маны.

— Ого! Рей, вот как хочешь, но Заклинателя камня развивай обязательно. Ну нельзя же пренебрегать такой исключительной способностью! Ты же потом горы сможешь двигать!

— Я подумаю, — снова ответил я и принялся карабкаться на вытянутую в длину кучу каменных блоков. Впереди было масса работы.

Снять один слой скалы толщиной 10 метров обошлось в 207 маны. С помощью эссенций мне удалось ее пополнять и снять в общей сложности 12 слоев. Итого верфь расширилась примерно на 120 метров. Будь у меня еще мана, больше сделать все равно бы не удалось. Площадка и так была завалена каменными блоками. Высоко нагромождать их не имело смысла. Тогда бы возникли сложности у грузчиков. Это Григор Леск мог переносить тяжести по воздуху, остальные носили блоки руками. Имевшиеся навыки им помогали поднимать недопустимые для обычных людей тяжести. Особо развитые могли вдвоем поднять каменный блок. Остальным приходилось проделывать это вчетвером, а то и вшестером.

Если я не слишком радовался итогам работы, то все остальные отнеслись иначе. Управляющий городом с восторгом сообщил, что грузчикам теперь понадобится не один день, чтобы все вывезти. Магистр велел ему найти каменщиков. Чтобы те уже завтра приступали к возведению стены, отделяющей верфь от лесного склада. Тем более что над ровными блоками не было нужды корпеть. Бери и клади на раствор, ничего не подгоняя. Заодно быстрее будет освобождена площадка.

Борис предпочел пока остаться на верфи, ну а нас с Сиром Лэйтоном ждала работа в казначействе. Туда мы прибыли в той же карете за час до полудня.

— Рей, я бы предпочел сейчас съездить в «Трезубец». Положу вещи, его пристрою, — не покидая кареты, показал на уснувшего на руках щенка рыцарь, — а вы пока там спокойно пообщаетесь с Хелли.

— Вот только не надо напоминать о вчерашней глупости, — тут же взвинтился я, — это был первый и последний раз. Езжайте, размещайтесь в номере. Сюда можете не возвращаться. Я постараюсь быстрее здесь со всем справиться и до вечера появлюсь в «Трезубце». Во дворе проведем тренировку. Там удобно и нет лишних глаз.

— Я бы тебе не советовал зарекаться. Хелли еще та красотка, — силясь не рассмеяться, ответил Сир Лэйтон и велел возничему трогать.

Шутка рыцаря показалась немного оскорбительной. Плохо же он меня изучил. Если уж сказал — нет, значит, так и будет. Снова предаваться с помощницей утехам в стенах казначейства я не собирался. В конце концов, зря, что ли, я для себя оставил номер в «Трезубце»?

Стоило войти в кабинет и следом ко мне из своего соседнего забежала Хелли. Она словно почувствовала мое появление или специально дожидалась.

— Милый, ну что так долго? Я же вся заждалась.

Внимание! На вас оказано скрытое воздействие.

Настроение повышено на 20 %.

Сексуальное желание повышено на 20 %.

Да что б тебя!

— Хелли, давай сразу договоримся…

— Ага… а где ключи?

Внимание! На вас оказано скрытое воздействие.

Настроение повышено на 20 %.

Сексуальное желание повышено на 20 %.

Не дожидаясь, помощница сама выхватила ключи из рук и ринулась закрывать дверь.

— Хелли, ты меня слышишь? Я все решил, больше мы здесь не будем заниматься этими вещами. Для этого мы будем вечерами посещать постоялый двор «Трезубец». Там у меня снят номер.

Внимание! На вас оказано скрытое воздействие.

Настроение повышено на 20 %.

Сексуальное желание повышено на 20 %.

— Я согласна. Но только по выходным. В будние меня родители по вечерам гулять не отпускают. Я же девушка порядочная, — сказала и сама рассмеялась от своих слов Хелли. Закрыв дверь на ключ, она стала приближаться: — Ты не представляешь, как я тебя ждала, как скучала. Я вся горю! У меня такого никогда не было!

Внимание! На вас оказано скрытое воздействие.

Настроение повышено на 20 %.

Сексуальное желание повышено на 20 %.

Да что ж ты будешь делать…

Горящие глаза, полыхающие щеки и вздыбленная грудь подтверждали сказанное. Как будто она и на себя наслала порцию любовной магии.

Или это ее настоящие чувства?

Хелли схватила мои руки и положила себе на грудь. Мне хотелось ее остановить, сказать, чтобы она успокоилась, чтобы уже прекратила пуляться в меня любовной магией, но руки на мягкой и в то же время упругой груди делали свое дело.

Конечно же, вспомнилось только что данное обещание не заниматься в кабинете развратом, но руки на груди с давящими в ладони сосками делали свое дело. Похоть взяла верх над всеми другими мыслями. Послав все подальше, я повалил Хелли на стол.

Под натиском двух разгоряченных тел стол опасно затрещал. Пришлось менять позицию на вчерашнюю и брать девушку сзади.

Вспомнилось требование брата надевать тунику. Именно сейчас она бы мне не помешала. С ней оголяться выходило куда быстрее. Не нужно мучиться со штанами и ремнем.

Едва с ними было закончено и мои руки снова обхватили теперь уже оголенную грудь девушки. Я был не в силах от нее оторваться. Даже крики Хелли не заставили меня прервать процесс. К счастью, на этот раз она сдерживалась в голосе. Лишь изредка издавала громкие одинокие возгласы.

Едва мы достигли наивысшей стадии, в дверь постучали. Слишком громко и решительно, если не сказать нагло. Потом снова.

Но как прекращать, когда мы уже почти добрались пика!

— Рей! Это я, Бакки! Я все вижу, вы тут! Срочно открывай! — раздалось из замочной скважины.

От неожиданного крика, раздавшегося так, будто рыцарь уже находился в кабинете, меня вместе с Хелли передернуло на этот раз совсем не в страстных судорогах. Девушка вдобавок громко взвизгнула.

Вот только я был у самых вершин удовольствий и разом рухнул вниз. Похоть исчезла. Теперь единственным желанием было открыть дверь и собственноручно придушить рыцаря.

Минута на приведение себя в порядок, и я подался к выходу. Отомкнул замок и открыл дверь.

— Пришла посылка из Оршика, — тихо произнес Сир Бакки.

— Ну и что?

— Как что? Там же эти! — перебирая пальцами как будто что-то мелкое изобразил рыцарь. — Ты же сам говорил: никому не говорить. Оршиканцев я притащил сюда. Они с повозкой стоят у казначейства.

— Хорошо, жди.

Закрыв дверь, я развернулся к Хелли. Она пребывала в шаге от того, чтобы расплакаться. Брови жалостливо скомкались у переносицы, губы дрожали в преддверии горького плача.

— Ты меня снова бросаешь?

Тьфу ты… Ну что за человек?

— Никуда не бросаю. Это ненадолго. Буквально час и я вернусь. Срочное дело. Сама видишь, отложить нельзя.

— Я буду ждать… Очень.

Меня продолжало тянуть обратно к Хелли, а обстоятельства заставляли уходить. Вот уж где было впору вспомнить о силе воли.

Сдержался. Резко открыл дверь и быстро вышел.

Глава 9

Оказавшись за дверью, с меня, словно пелена сошла. Стало доходить — все только что произошедшее результат любовной магии. Хелли под градом заклинаний все 100 % моей похоти разбудила. Стоило снять заклинания, и невероятная страсть тут же бы отступила.

Впрочем, Сир Лэйтон прав, Хелли и без магии хороша. Но с магией оно, конечно, куда приятнее. Надо только все-таки установить вторую дверь на случай вот таких неожиданных моментов. В остальном проводить время с ней в «Трезубце». Ну надо же мне хоть иногда женской ласки. Пусть и развратная, далеко не целомудренная помощница — куда лучше бордельной шлюхи.

На улице, прямо у входа в казначейство стояла повозка. На ней лежал наш сундук с жемчугом и два мешка со всякими вещами, оставленными в номере постоялого дома Оршика. Все было опечатано сургучными печатями. Сопровождало повозку два десятка воинов, облаченных в тяжелую броню. Сержант отчитался о доставке, вероятно полагая, что уже сейчас им посчастливится сдать особо ценный груз и тем от него избавиться.

Я бы и рад все ценности поместить в хранилище казначейства, вот только о них я так никому и не рассказал. Иначе бы меня ждал скандал за то, что позволил рыцарю и тем более какому-то мальчишке захапать столько золота и жемчуга.

Правило у всех правителей одно — все добытое в походах должно попасть в сокровищницу. Правитель сам потом решал кому, чем и скольким наградить. Вместе с этим, выдав вознаграждения за него, я был уверен, Сир Бакки и Арни будут молчать о разговоре, случившемся в Костяных горах о истинных причинах нападения убийцы на нас с Аланом и о нашем посещении Оршика, ибо обещание Дарие Горан я намеревался сохранить. Это было залогом, что ни Даниэль, ни мама не сделают по отношению к ней ответных действий и как следствие между княжествами не разгорится противостояние. В остальном… в конце концов, жемчуг и артефакты мы сами добыли. Могли же вообще ничего не брать.

Я уже решил, как поступлю. Жемчуг можно было понемногу распродавать в лавке, а полученный доход отправлять в казну. Поэтому пришлось все везти в «Трезубец» и размещать у себя в номере. А дальше напомнить рыцарю и Арни о молчании. Впрочем, за столь щедрую награду оба были готовы поклясться в чем угодно и что немаловажно — сохранить данную клятву.

Выдавая тяжелые сумки, я поинтересовался делами мастеров. Сегодня они уже должны были начинать работать.

— Тебе лучше самому с ними поговорить. Кажется, у нас появились небольшие проблемы, — нервно почесав щеку, произнес рыцарь.

— Нас с мамой все устраивает. И других устраивает. Это рыжий Шеир Кински поднимает бучу. Он недоволен будущей оплатой, — разъяснил Арни.

Вот это уже было интересно. Еще недавно мастеров держали взаперти с отрубленными ногами. Держали подобно рабам. Теперь же я поселил их в роскошном доме. С трехразовым питанием, с возможностью покидать дом и прогуливаться по городу. Выдал по тысяче золотых и обещал платить за труд. О каком недовольстве могла идти речь?!

— Хорошо, собирайте всех в холле. Разговор должен состояться при всех.

— Лучше в закусочной. Там много места и можно уединиться. В холле гвардейцы, работники. Там не пойдет, — предложил Сир Бакки.

Согласился. Разговаривать с мастерами лучше было уединенно.

Пока все собирались, я проверил содержимое сундука и мешков. Вроде бы все довезли в целостности. Далее навестил Сира Лэйтона. Рыцарь у себя полностью обосновался. Даже подготовил место для щенка. Видимо порядком набегавшись, пес улегся на подстилку у кровати.

Позвал рыцаря с собой в закусочную, заодно спросив, как он смотрит, если я назначу его управляющим. Должен же был кто-то здесь всем руководить.

— Нет, Рей, это не для меня. Я воин, а тут нужен управленец. И Бакки на эту роль не подойдет. Тебе придется самому со всем справляться или найти кого-то другого. Обязательно взрослого, серьезного и с опытом. Одиннадцать мастеров, постоянно десять гвардейцев охраны, целый отряд разных работников — это не шутки. Нужно вдобавок наладить учет создаваемых артефактов, их продажу в лавке.

Сир Лэйтон прав. Вот только такого человека на примете не было. Не брать же какого-то чужака из префектуры. А сам я вряд ли с этим справлюсь хотя бы по той причине, что в ближайшее время мне предстояло надолго слечь у лекарши Надин. Пришлось настоять на просьбе побыть в роли управляющего хотя бы на время, пока я приведу себя в порядок, пообещав платить по тысячи золотых в месяц.

Рыцарь нехотя согласился, сказав, что берется за дело исключительно ради необходимости помочь, денег ему и с рыцарского жалования хватает.

К нашему приходу в закусочной собрались все мастера, а с ними Арни и Сир Бакки. Последний плотно закрыл дверь и торжественно произнес:

— Предлагаю начать совещание. Сразу предупреждаю: спрашивайте обо всем сразу, чтобы потом не было очередных сюрпризов.

Усаживаясь за свободный столик с Сиром Лэйтоном, я пробежал взглядом по мастерам. Они сдвинули два столика и предпочли сесть все вместе. Теперь их было не узнать. Все были в масках и новых образах. Разве что Тиона была в виде все той же симпатичной девицы.

— Да у нас всего-то один вопрос: как считать нашу будущую прибыль, — отозвался лопоухий парень лет тридцати, по-видимому, являвшийся упомянутым Арни неким рыжим Шеиром Кински, — мы так поняли, вы тут в лавке будете все продавать. Вот к примеру, я делаю поднимающие защиту амулеты. У прежнего хозяина они стоили тысячу золотых. Вы говорили, что будете отдавать нам четверть от заработанного. Выходит, мне полагается двести пятьдесят золотых. Правильно?

— А почему ты не учитываешь сырье? То же золото, из которого ты делаешь амулеты, — повысив голос, тут же вцепился в парня Сир Бакки. Судя по всему, это тема уже затрагивалась, рыцарь снова отстаивал свою точку зрения.

— Та… — отмахнулся Шеир, — его нужно всего-ничего — две монеты.

— А почему ты не учитываешь цену скупки? — продолжил рыцарь. — Всем известно, у мастеров скупают в разы дешевле, а потом продают дороже.

— Ну вот я и спрашиваю: сколько я буду получать за амулет?

Проконсультироваться мне было не с кем. Вряд ли бы даже наши торговцы признались о своих подлинных цифрах и процентах. Пришлось исходить из того, что уже знал.

— Хорошо, давайте вместе посчитаем. У мастеров, если им повезет остаться свободными, скупают артефакты скупщики. Сколько они накидывают? Ну не меньше двойной цены. Правильно? Дальше скупщики продают артефакты торговцам. Те, в свою очередь, тоже накидывают не меньше двойной цены. Итого получается, что скупщики возьмут у тебя амулеты по двести пятьдесят золотых. Это четверть от цены в лавке.

— Так вы нам про эту четверть говорили? Или вы хотите от той сумму оставлять четверть нам, а все остальное присваивать себе взамен на этот дворец и охрану? — показывая вокруг себя оживленно спросил Шеир.

Аппетиты парня вызвали скорее неприязнь, чем удивление. Пока я счел его выходку за глупость нежели дерзость.

— Где мы будем продавать ваши артефакты — это уже другой вопрос. Сейчас планируется княжеская лавке, потом, может быть, появятся другие условия и нам придется отдавать артефакты другим торговцам. Вам будет оставаться четверть от ваших фактических доходов. Это получится, что с амулета тебе достанется шестьдесят два золотых и пять серебряников. По-моему, весьма существенная сумма. Вон, даже рыцари получают только сотню золотых в месяц, а ты можешь столько золота зарабатывать за один день.

— Да уж прям, за один. А мана? Всего восстанавливается тридцать процентов. Итого получается, я такой амулет могу сделать дня за три-четыре. А это…

— Это семь амулетов в месяц. Итого четыреста тридцать семь золотых и пять серебряников. По-моему, все равно неплохо.

— По-моему, очень неплохо, — поддакнул Сир Бакки.

— А по-моему, это нечестно! — тыкая в мою сторону пальцем повысил голос Шеир. — Вы же пока все будете продавать в своей лавке. Вы должны нам давать четверть от проданной цены. Иначе зачем нам вообще на вас работать? Нам куда выгоднее самим продавать все торговцам. В этом случае я буду получать не жалкие шестьдесят два золотых, а пятьсот. С таких денег я сам себе найму охрану. Вот таких вот рыцарей по сотне в месяц, — тыкая на рыцаря, сказал парень и обвел вокруг себя, — сниму себе такой же дворец. Останется куда больше, чем будет оставаться сидя у вас здесь. Мы вас за язык не тянули. Сами сказали, можем принимать решения. Поэтому я и говорю, будете брать у меня амулеты пусть не по пятьсот, по четыреста золотых, я остаюсь. Если нет, мы все уходим!

Остальные мастера пока молчали, слушали, чем закончится выступление. Пока его никто не поддерживал, но все могло в корне измениться. Дальше их реакция зависела от исхода разговора.

Вспомнились наставления консильери Игана Велни. Управлять людьми действительно очень сложная штука. Вот как убедить парня, что оставаясь у нас, он не только приносил прибыль местному правителю, он приносил прибыль и укреплял все княжество и делал его сильнее. Шеиру на это плевать. Почувствовав свободу и безопасность, его беспокоила исключительно личная выгода.

— Все думают также? — обратился я к остальным мастерам с тем, чтобы вытащить на разговор остальных остро-недовольных.

— Конечно все. Только боятся признаться, — усмехнулся Шеир.

— Неправда! Нас с мамой все устраивает! — подал голос Арни.

— Ну вот тогда и оставайтесь. А меня это не устраивает. Я ухожу! — гордо заявил Шеир.

Парень хотел было выйти, но путь ему преградил Сир Бак и в ожидании команды посмотрел на меня.

— Прежде чем соберешься уходить, сними маску, она тебе не принадлежит. И не забудь вернуть тысячу золотых, что тебе вчера дали. За еду и кров во дворце, так и быть, я взимать плату не буду, — велел я.

— Да забирайте, я тут всего пару монет взял. Потом могу вернуть даже вдвойне. А с Тионой я сам рассчитаюсь за маску. Это уже наше с ней дело.

Шеир вытащил из кармана увесистый кошель с готовностью с ним распрощаться.

— То смотрю, что он вчера не тратился. Ну конечно, одевая маску уже есть одежда, зачем тратиться, так же? — ощетинился на парня Сир Бакки.

Выходка наглеа меня уже порядком взбесила. Вот только срываться не стоило. Тем более нельзя было дать ему просто так уйти. Предстояло все предельно ясно обосновать, иначе завтра тех же взглядов будут придерживаться и остальные наблюдавшие за разговором мастера.

— Даже если сейчас снимешь маску и захочешь отсюда уползти, ты все равно останешься должен. Там в Лиане мы могли забрать вашего хозяина и просто уйти. Но мы пошли на риск. Я, Бакки, Лэйтон, Валеб ценой своих жизней вошли в лавку и освободили вас. На моем лице ты сейчас видишь цену вашего освобождения. А потом, когда мы вас переправляли порталом в Скалистый Берег, у Валеба на всех не хватило маны. Это произошло лишь потому, что Тиона закинула в портал свой мешок с масками. Мне и Бакки пришлось снова рисковать, пробиваясь через орды южан. Чтобы спастись и вернуться домой самим и не дать погибнуть Арни. Чтобы он смог воссоединиться с матерью. Валеб едва не погиб. После вашего освобождения он полностью не смог оправиться. Теперь у него букет пожизненных штрафов. И ты после этого считаешь, что можешь просто развернуться и уйти?!.. Нет, ты не угадал. Я не требую от тебя и от других мастеров рабства. Вы сами видите, куда я вас поселил. Я пообещал и буду выплачивать за ваш труд деньги. И после этого ты говоришь о моей нечестности?

Выпучив на меня глаза, парень сделался пунцовым. Такой постановки вопроса он явно не ожидал.

— Это в нем говорит жадность, — тихо заговорила Тиона, — Шеира никто из нас не поддерживает. Мы все будем работать. Готовы приступить хоть сейчас. Бакки все что нужно еще вчера принес.

— А что с маской птицы? Пробовали? — спросил я.

— Вчера я говорила с кожевником, что приводил Бакки. Он все объяснил. Пока не получается. Но я продолжу попытки. Должно получиться. С масками животных у меня тоже получилось не сразу.

Дальше разговор перешел в спокойное деловое русло. Удалось выяснить, чем обладают мастера. Среди них оказались алхимик, две кружевницы, ткач, портной, резчик по дереву и кости, три продвинутые лекарши, специализирующие на всяких эссенциях, экстрактах и эликсирах. Шеир Кински оказался ювелиром. Заканчивал список Тиона со своей способностью создавать маски. Так же как она, остальные мастера не просто создавали предметы или вещи, они могли наделять их всякими магическими свойствами.

Общими усилиями мы примерно прикинули, сколько всего могут сделать мастера и каким образом можно достичь наивысшей продуктивности. Ведь не могли же мы открыть полупустую лавку. Предстояло хоть чем-то ее забить для начала.

Лучшее решение предложила Тиона. По ее замыслу лекаршам и алхимику сейчас было лучше остановиться на восстанавливающих магию эссенциях. Их предстояло выдавать остальным мастерам, чтобы те смогли за короткий срок изготовить как можно больше всяких артефактов.

Отрадно было слышать, что все мастера были вооружены амулетами, восстанавливающими 30 % маны. Это было серьезным подспорьем. Тем не менее даже считая по самому минимуму выходило, что лавку мы откроем не раньше чем через месяц.

После моего выступления Шеир Кински поник. Вернувшись на место, он дальше предпочел молчать. Лишь несколько раз утвердительно ответил, когда его спрашивали. Совещание закончилось на позитивной ноте. У всех было полно маны, так что мастера стали расходиться по своим номерам и приниматься за работу. В комнате остались лишь рыцари и Арни.

Лишь дверь закрылась и мне пришло оповещение. Великая Система высоко оценила мое выступление. Повысились ораторство и общий анализ.

— Этот говнюк может стать проблемой, — усаживаясь к нам за стол, произнес Сир Бакки. — Как бы не сбежал.

— Сбежит — найдем. Делов-то, — с напыщенным безразличием ответил Сир Лэйтон.

Насколько понял, это было сказано для Арни. Это чтобы он думал и передал остальным мастерам, что просто так сбежать от нас не получится. В действительности побег мог стать проблемой. На поиски Шеира потребовалось бы много времени и сил. Вот только что с ним потом делать было непонятно. Я же всем говорил, что они свободные. А теперь всех выставил обязанными. Это стало моей второй ошибкой. Точнее, одной главной ошибкой, которая впоследствии порождала новые.

В порыве желаний делать добрые дела я не думаю о последствиях, о выгодах. Вот бы пообещал мастерам не свободы, а просто хорошие условия и тогда бы не возникло сейчас ненужных разговоров. Не скажи Сиру Бакки и Арни набирать золото и жемчуг, сколько они хотят и… Впрочем, это уже другая история. Если бы не они, я бы вообще не стал брать сундук с жемчугом.

— Раз Рей меня назначил здесь управляющим, тогда слушайте мои первые распоряжения, — собираясь с мыслями, продолжил Сир Лэйтон. — С этого дня ты Арни будешь заниматься вопросами, связанными с мастерами. Меня интересуют все начиная от их настроения, разговоров между собой и заканчивая работой. Ежедневно ты должен будешь составлять отчеты о том, кто сколько и чего сделал. Сколько и куда потратил маны. Кому и сколько выдано эссенций. Дальше… Бакки, ты будешь моим помощником по общим вопросам. Также в твои обязанности будет входить снабжение мастеров сырьем и сопровождение при выходе в город. Еще, пожалуй, займись лавками. Там их две, а нужно сделать одну. В общем, нужно провести ремонт. Подыщи мастеров, материалы и прочее. Кроме этого, на тебя лягут ежедневные закупки продуктов. Обязательно присматривай за поварами и прочими, кто работает в закусочной. Ну и за остальными работниками тоже поглядывай. В «Трезубце» и вокруг территории должна быть постоянная чистота и порядок. Ну а остальными вопросами буду заниматься я лично либо давать распоряжения вам. Все понятно?

— Понятно… Я думал тут всем командовать будет Рей, — ошеломленный обилием новых обязанностей ответил Сир Бакки и посмотрел на меня.

— Рею надо будет себя приводить в порядок. В ближайшее время он сляжет на лечение к Надин.

— А это… а еще помощников у нас разве не будет? По-моему, что-то много всего на меня навалилось, — все еще не придя от шока, выронил Сир Бакки.

Хотел выдвинуть в помощники еще одну кандидатуру — нашего портальщика Валеба, но раздался громкий стук в дверь и в закусочную резко вошел взволнованный консильери Иган Велни.

— Слава Дагору ты здесь. А то я сначала на верфь, а тебя нет, потом в казначейство. Сказали — с Бакки ушел. Ну хоть нашелся быстро.

Столь неожиданное появление консильери меня встревожило. Это могло говорить лишь об очередной серьезной проблеме или постигшем княжество несчастье.

— Что-то случилось?

— Да… То есть нет. Только что встретились с отшельниками. Они сказали, что по вопросу леса готовы говорить только с тобой.

— Со мной? — удивился я, ведь никогда даже не видел отшельников, не говоря о личном знакомстве.

— Надо спешить. Мы с Эндером полдня прождали, пока появится главарь отшельников. Уйдут и опять будем ждать. Я обещал тебя быстро найти.

Консильери породил портал. Там была лесная опушка и толпа людей. У меня появилось стойкой предчувствие, что сегодня я в казначейство уже не попаду. А это означает, Хелли останется неудовлетворенной. Впрочем, равно как и я сам. Все-таки не сдержал обещания. Но ничего, завтра наверстаю.

Глава 10

На лесной опушке в десятке метров друг от друга стояло две большие группы. С нашей стороны присутствовали три десятка воинов из числа постоянно несших службу в Кабаньих лугах и мой дальний родственник по линии отца он же правитель деревни барон Эндер Рендоф. Сторона отшельников была более многочисленной и состояла из полусотни воинов.

— Ох ты ж… — изумился барон, едва я вышел из портала. — Мне говорили о шрамах, но не столько же!

Эндер как нельзя лучше подходил на роль правителя Кабаньих лугов. Из-за невысокого роста и чрезмерной упитанности он напоминал откормленного борова и даже своим видом отождествлялся с названием деревни.

При моем появлении на толстом, вечно лоснящемся лице Эндера появился испуг. В следующее мгновение уже сочувствие и даже жалость. Лицо слегка исказилось, как будто барон почувствовал частицу того, что мне пришлось пережить.

Реакция барона вызвала во мне неловкость. Пришлось быстрее сменить тему, пока он не продолжил.

— Я тоже рад вас видеть в здравии. Что с отшельниками?

— Да вот, сам видишь, стоят.

Консильери вышел из портала и принялся кого-то выискивать среди отшельников. Из толпы вперед вышел, по-видимому, упомянутый главарь — могучий бородач с ожерельем из зубов животных.

— Вот Рей, можно приступать к разговору.

Главарь вскользь посмотрел на меня, что-то шепнул одному из своих людей и тот помчался в сторону леса.

— Ждите. Должна прибыть хранительница леса, — ответил главарь и тоже подался в лес.

— Опять ждать? Ну это уже невыносимо! — в сердцах воскликнул консильери.

— Не пойму, какая хранительница леса? Никогда не было никакой хранительницы, — возмутился барон и посмотрел на наших воинов в поисках поддержки. Видимо, они тоже ничего не знали о ней. Ему никто не ответил. Махнув рукой, он сам же себе и ответил: — Вот же дикари, напридумывают титулов. Потом не разберешься.

В Скалистом Берегу было солнечно. В Кабаньих лугах, напротив, серое небо грозилось вот-вот пролиться осадками. Стоять и ждать под дождем непонятно сколько, откровенно не хотелось.

— Так с кем мне предстоит говорить? — выкрикнул я уходящему главарю.

— Ждите хранительницу леса. Она будет решать. Что непонятного, — неприветливо ответил один из рядовых отшельников.

— Тогда зачем мы все утро ждали вашего главаря? — вслух озадачился барон, кивая на ушедшего бородача.

Я пробежал взглядом по отшельникам. Вот они — абсолютно свободные люди, плюнувшие на мирскую жизнь и ушедшие на свой страх и риск в дикий лес. Они предпочли первобытную дикость, нежели пребывание в обществе, с его устоями, нормами, правилами и правителями. Вместо этого они построили свое общество, создали свои правила и выбрали своих правителей.

Как ни странно, отшельники выглядели вполне неплохо. У всех имелось неплохое оружие, а у некоторых еще и доспехи. Одежда и обувь, пожалуй, даже хорошая. Это с учетом лесной среды обитания. На всех были плотные тканевые штаны, рубахи, добротные башмаки, ремни, небольшие дорожные сумки. И все без заплаток, можно сказать почти новое.

Лишь слишком длинные бороды выдавали в них дикарей. Обычные люди предпочитали сбривать растительность с лица или носить короткие бороды. А судя по упитанности и блеску в глазах, жилось им в лесу совсем неплохо. У тех же наших воинов был куда бледнее вид и взгляд.

Никогда не задумывался, как отшельники могли жить вне Великой Системы. А иначе где бы им взять в лесу храмы, где можно было получить удачу. Непонятным оставалось как они в таком случае развивались. Как пользовались магией.

— Можете войти в лес! Сейчас начнется ливень! — дойдя до деревьев, крикнул нам главарь отшельников.

Ожидание прибытие хранительницы леса продлилось долго. Даже я утомился и замучился, не говоря о бароне и консильери, для которых это длилось с утра.

Ливень обрушился проливным шквалом, а после перешел в затяжной мелкий дождь. Похолодало. Мы хоть все и спрятались под деревьями, но все-равно промокли. Кое-кто начинал потихоньку дрогнуть.

Белобрысый паренек из числа отшельников, неожиданно выбежал из леса к главарю, шепнул ему что-то и тот оживился.

— Ну вот и дождались. Рей Гилберт, прошу, малец вас проведет до хранительницы, — широким жестом пригласил главарь проследовать вглубь леса.

— Он не пойдет один, — тут же вступился за меня консильери.

— На время его отсутствия я ваш заложник. Я остаюсь, — решительно сказал главарь и для убедительности вышел и стал перед нами.

Эндер с подозрением прищурил и без того маленькие глазки и помотал головой.

— Так не пойдет. Пусть хранительница сюда выходит и разговаривает. Чего Рею куда-то идти?

— Хранительница будет говорить наедине с Реем, — объявил главарь новое условие.

Я был солидарен с бароном. Зачем куда-то уходить в лес и говорить уединенно, когда можно поговорить здесь, просто отойдя в сторону, если уж хранительница не хотела говорить прилюдно.

Вот только что-то мне подсказывало, если не пойду, иначе мы ничего не решим. В сущности, это нам нужен лес, а отшельники лишь согласились обсудить эту проблему. Так что придется уступить, иначе в расширении верфи толку не будет. За короткую летнюю навигацию мы успели завести на склад не так много леса. Его не хватит на нужды княжества и постройку боевых кораблей.

Мой навык Предвидения опасности молчал, посему дал согласие и под бурчащее недовольство барона и консильери подался за пареньком. Тот повел по тропе прямо в лесную чащу.

Мы немного прошли и в этот момент вспомнилось о скромных остатках маны. Случись что, у меня в запасе было меньше 200 очков. Это защита, три фаербола и дальше все, надежда лишь на кинжал.

— Пришли. Вам туда, — остановившись у развилки, показал парень на уходящую вправо тропу. — Не беспокойтесь, я буду вас здесь дожидаться. Это чтобы потом не заплутали.

Необходимости в проводнике у меня не было. Дорогу я бы и так запомнил. Однако уточнения паренька лишний раз показали, что мне нечего опасаться. Иначе бы среагировало Предвидение обмана. Он действительно намеревается меня ждать и после повести обратно.

Я подался по указанной тропе, теперь уже теряясь в догадке, зачем хранительнице понадобилось настолько таинственно обустраивать встречу.

Небольшое возвышение, далее спуск и взору предстало могучее дерево, подле которого стояла женщина. Больше никого не было.

Подходя ближе, я уже мог ее рассмотреть. Хранительница оказалась немолодой. Пусть у нее и было морщинистое лицо, но высокий рост и ровная спина с приподнятым подбородком не позволяли назвать ее старухой. Распущенные длинные седые волосы с темными прядями выдавали прежний цвет. Светлое, совсем не предназначенное для прогулок по лесу платье, спускалось настолько низко, что прятало обувь.

Властность в глазах и статность выдавали в женщине благородную кровь. Казалось, она здесь просто гуляла или появилась случайно. На человека, постоянно живущего в лесу, хранительница совершенно не походила.

Я еще не дошел до нее, и женщина заговорила первой:

— Ну вот мы и встретились. Я предвестница… Я Ханна.

Оставшиеся несколько метров я уже шел с широко раскрытыми глазами.

— Вижу, ты успел познать женщин, попробовать вкус вина и горечь крови. Это плохо, очень плохо. Ты не должен был вырасти таким. Я видела тебя другим.

Подойдя, я остановился и теперь внимательно смотрел на предвестницу. Странно находиться с человеком, который тебя видит куда лучше других. Знает твое прошлое, настоящее, будущее. Может разглядеть, какой ты есть и каким мог бы стать. Или каким не стал.

Перебивать, что-то говорить, пытаться найти оправдания было бы неуместными. Она устроила встречу не для того, чтобы слушать меня. Я должен был слушать ее. Вот я и продолжал молча слушать.

— В целом, я удовлетворена. Ты не испортился. Я не ошиблась в выборе. Обычно, попадая в затруднительные ситуации, люди ищут предвестников. Хотят задать им вопросы и с их помощью найти выход. Но сейчас другой случай, я сама была вынуждена найти тебя. Именно сейчас, когда ты стоишь перед самым важным событием в своей жизни. Событием, ради которого ты появился на свет. Да-да, ты совсем неслучайно родился. Предвестники не могут видеть далеко. Пять, десять лет, не больше. Это тот срок, когда мы способны ясно просмотреть судьбу человека. Мы видим, что он может сделать и что из этого получится. Можем просчитать вероятность развития той или иной ситуации. Иногда нас посещают видения. Подобные откровения случается крайне редко и всегда неожиданные. Перед глазами вспыхивает картинка, она прокручивается и исчезает. Мы не можем ее снова призвать, посмотреть подробности. Эти видения подобны вспышкам. Появились и исчезли. Благодаря им мы можем видеть о событиях далекого будущего. Когда я появилась в Скалистом Берегу и была поймана инквизитором, со мной произошло подобное. Я увидела тебя и что ты сделаешь. Поэтому настояла, чтобы княгиня Мари родила третьего сына. Особенного третьего сына.

Предвестница остановилась. Она смотрела на меня и словно видела что-то другое. Обычно люди смотрят в глаза. Ее взгляд был направлен куда-то выше. Так смотрит мама, когда я открываю ей свои характеристики.

Раз Ханна замолчала, я посчитал своим долгом заговорить. Надо было хотя бы ее поприветствовать, ну и заодно как-то поддержать разговор.

— Рад нашей встрече. Мама говорила о вас и о том, что случилось в тот день. Она всегда повторяла, что я особенный. Я так понимаю, это из-за моего развития.

Предвестница в несогласии покачала головой.

— Это она так думала. Твоя особенность в другом. Ты тот, кто разрушит Великую Систему Дагора. В этом твоя особенность.

В первую секунду показалось, что я ослышался, в следующую — поплохело. Срочно требовалось уточнить:

— Я должен уничтожить весь мир?!

— Нет, ты уничтожишь только Систему. Мир будет жить дальше. Это будет мирная жизнь. Она будет лучше нынешней. Ради этого ты уничтожишь Великую Систему, — не давая мне выдохнуть, предвестница продолжила: — есть источник, оттуда в мир приходит магия. А есть темный камень материи или же зла. Где их искать — подскажут чудовища. Такие места всегда охраняют. Ты уже знаешь о них и скоро найдешь. Если Темный камень кинуть в Магический источник, это остановит льющийся в мир поток маны. Магия исчезнет, а вместе с ней исчезнет Великая Система.

— Но зачем? Это же все уничтожит! Как жить без Системы? Как жить без Магии?!

— Война неизбежна. Ее уже не остановить. Лишь уничтожив Великую Систему, появится возможность вернуть мирную жизнь. Иначе война вернет времена Куна Робея. Люди превратятся в рабов для кучки правителей и их приспешников. Тех, кто сейчас затевает войну.

— Но может есть другие способы?

— Других способов нет. Я видела, что произойдет в будущем. Скалистый Берег проиграет битву. Никто не выживет. Ни один человек. Весь город будет усеян трупами. Война получится совсем недолгой. Она продлится год, от силы два. Но последствия будут катастрофическими.

Настала пауза. Шокированный предсказаниями, я не мог поверить, что мне придется уничтожить основу нашего мира. Даже описанная война блекла на этом фоне. Я попросту не представлял, как можно лишить всех магии. Сейчас благодаря ей строились дома, производились вещи, всевозможные предметы обихода. Любая ипостась была завязана на магии и развивалась в соответствии с правилами Системы. Всему этому предстояло разом исчезнуть. Более того, именно я должен был уничтожить магию и Великую Систему.

В следующую минуту в сознании яркими красками стали прорисовываться война и ее последствия.

Но как воевать без магии?!

Как победить без магии?!

Это же попросту невозможно!

Почувствовав мои сомнения, Ханна снова заговорила:

— Создавая Великую Систему, Дагор совершил ошибку. Ею воспользуются те, кто пытается развязать войну и поэтому она должна быть уничтожена. Иначе войну не остановить. Вы ее проиграете.

У меня был больной вопрос, на который я не знал ответа. Я поспешил его задать Ханне:

— А если бы я не осквернил останки создателя Костяных Гор и уничтожил всех южан на дороге, это бы остановило войну.

— Уничтожив часть армии южан на дороге, ты отсрочил начало войны. Уничтожил бы всех и лишь еще немного выиграл время. Начало войны уже ничем не остановить, кроме как уничтожить Систему. Это единственный шанс и единственный способ.

Я уже понял, спорить с Ханной было бессмысленно. Она говорила, что видела благодаря способностям, данным Системой. От того, что я буду придумывать какие-то доводы ничего не изменится. Поэтом задал более уместный вопрос:

— Ваши предсказания всегда сбываются?

— Я вижу настоящее. Вижу множества вариаций будущего. Вижу путь, который нужно пройти для достижения того будущего, какое нужно. Вижу нужные действия, которые нужно совершить на этом пути. Именно так выглядит способность провидцев. В сотнях ответвлений будущего я вижу войну и чудовищные ее последствия. Лишь в одном ответвлении я вижу мирную жизнь. Этот путь связан с тобой и со смертью Системы. Другого благожелательного ответвления нет.

Услышанное было подобно окончательному приговору.

— Есть еще что-то, что мне нужно знать?

— Не говори никому о нашем разговоре. Не потому, что так нужно, потому что иначе труднее будет принять решение. Тебя начнут переубеждать, ты будешь подвергаться сомнениям. Начнешь искать мнимые идеи выхода из положения. Потом будешь за них цепляться. А в итоге это погубит и тебя и всех нас. Ты должен сделать то, что тебе предначертано. Других идей выхода из положения нет.

Разговор подошел к концу, Ханна сказала что хотела. Мне пора было уходить. Я попрощался, хотел уже уходить и вспомнил о том, ради чего вообще прибыл к отшельникам.

— А как быть с лесом? Сейчас же меня начнут расспрашивать.

— Скажешь, что хранительница дала согласие.

Еще раз попрощался и направился в обратный путь.

— Рей, — окликнула меня Ханна, чем заставила обернуться. — Как только ты кинешь Темный камень в Магический источник, ты погибнешь. Такова будет цена за дерзость кинуть вызов самому создателю Великой Системы.

Глава 11

Сам не свой я вернулся к ожидавшим меня у лесной опушки людям. Сказал, что хранительница леса дала добро на сделку и консильери с бароном принялись договариваться с отшельниками. После мы втроем порталом переправились в замок.

На вопросы о хранительнице я ответил, что пришлось долго идти. Сам разговор состоялся быстро. Я спросил о лесе, и она дала согласие на его заготовку. Труднее было изображать спокойствие. Внутри бушевал огонь, путались нехорошие мысли, из-за этого настроение ушло в сплошную мрачность.

А чтобы ни в чем не заподозрили и тут выкрутился. Сказал, что, видимо, опасаясь нападения, хранительница напустила на меня слабость. Оба поверили. Посоветовали обратиться к лекарше Надин.

Консильери и барон отправились к Даниэлю. Я же поднялся к себе в комнату, сменил мокрые вещи на чистые и, продолжая перебирать мысли, сел на кровать. Первым шоком стало уничтожение Великой Системы и магии в мире, вторым — предстоявшая война и ее последствия, теперь очередь дошла до третьей волны. Осознание собственной смерти давалось хуже всего. Вместе со всем остальным — особенно. Что-то делать, к чему-то дальше стремиться, совсем не хотелось. Желание было одно — плюхнуться в кровать, закрыть глаза и уйти в сон, тем пусть на время уйти от свалившихся на голову предсказаний.

Теперь прежние мечты казалось глупостью. Какой смысл в развитии, когда все-равно скоро умрешь? Ну стану я сильным магом, воином и что с того? Предвестница отвела срок — год, максимум два. Вот столько и предстоит прожить. А дальше я либо кину Темный камень в Магический источник и погибну сам, либо не сделаю этого и погибнут все, кого я знаю, включая меня самого. По-моему, тут даже выбора нет. Все слишком очевидно.

Раньше справа от кровати вдоль стены стояли мои детские игрушки — макет нашего замка, оловянные фигурки гвардейцев, модели кораблей. Теперь стена была пустой. Так же как я сейчас внутри. Шок стал понемногу отступать, обнажая пустоту.

Что обычно есть внутри людей? Желания, надежды, какие-то планы на будущее. А как жить, когда будущего нет. Произойдет смерть и на этом все закончится. Ты просто исчезнешь.

Наверно глупо так думать, но если будет война, и все погибнут, в принципе, не такой уж плохой вариант. Магия всех возродит в Пропасти падших или Мире праведников. Смотря кто как жил. Люди смогут дальше прожить какое-то время. А вот если я уничтожу магию и Высшую Систему, этого ничего не будет. Умирая все будут просто исчезать, как если бы никогда не рождались.

Сейчас мне как никогда требовался чей-то совет. Но это делать нельзя. Так сказала предвестница. Она, кстати, очень вовремя появилась. Уже в ближайшее время я намеревался основательно заняться поиском Драной горы и Острова теней. Не сомневаюсь, что поиски увенчаются успехом. У меня в руках не то, что ниточка, целый канат. Это если с умом подойти к решению поставленной задачи.

Ханна правильно все устроила. Ни у кого не возникнет подозрений. И сам разговор остался в тайне от всех.

Невольно вспомнились утверждения настоятеля храма Корнелиуса. Он не раз повторял, что предвестники мало чего видят правдивого и больше плетут интриги и строят заговоры.

Внутри начали зарождаться сомнения. Появилось мысли уже в другом направлении — «А что если так и есть: это ей нужно крушение Великой Системы и исчезновение магии!»

В голове случилось что-то подобно вспышке.

В следующую минуту я уже расхаживал по комнате и обдумывал положение.

Ну хорошо, предстоит война. И что с того? Ее нужно выиграть и тем все решится. Если я найду Драную гору и Остров теней, можно не только самому быстро прокачаться, но и прокачать наших рыцарей, гвардейцев, в конце концов, всех стражников. Один хороший воин стоит десятка, а то и сотни слабо или средне подготовленных воинов. Численный перевес южан ни о чем не говорит. Главное преимущество — это люди. Именно они сила любого правителя!

А если все действительно сложится настолько паршиво, как предупреждала Ханна, можно ведь не самому кидать Темный камень в Магический источник. Это по силам сделать кому угодно. Тот же Сир Лэйтон может породить копию, и она сделает все что нужно.

Поток новых мыслей смыл мрачное настроение. Осознанность найденного решения окрыляла. Мысли забурлили и устремились дальше. Теперь к решению вопроса о том, каким образом выиграть войну.

Мне уже сейчас хотелось бежать к Надин и ложиться к ней на лечение. В ближайшее время мне все-равно предстояло пробыть в лежачем положении. Прежде чем отправляться в Таклы нужно было основательно подготовиться. И как раз за это время избавиться от приметных шрамов.

До совещание малого совета оставалось меньше часа. Более чем много, чтобы сидеть и ждать, слоняясь по комнате, и вполне достаточно чтобы успеть сбегать в храм. Началась новая неделя. Прежде чем отправляться на лечение предстояло позаботиться об обмене свободного очка на удачу.

Не теряя больше времени, я помчался в храм. В голове продолжали роиться мысли о том, что нужно будет успеть сделать завтра. Обилие дел впечатляло. Требовалось обязательно заглянуть на верфь и добавить работы грузчикам. Конечно же забежать в казначейство. Хотя бы для того, чтобы закончить с Хелли сегодняшнюю недосказанность. Потом обязательно заглянуть в «Трезубец». А еще не забыть заготовить для себя чаек на время лечение. Они станут на время моими глазами в Таклах. Ну и напоследок оставалась поездка в Пропасть падших, где мне предстояла встреча с отцом.

Вихрем влетев в храм, я едва не пробежал мимо жертвенных сосудов. Пока не кинешь монетку к Дагору нет смысла обращаться. Второпях полез за кошельком.

Я дома, так что стоило вспомнить об условностях. Вот только к кому меня теперь отнести: к семье князя, коим нужно кидать 10 золотых или просто к высокородным, ограничивающимся 1 золотым.

Да какая разница? Только время тратить на глупости.

Высыпал монет из кошелька в ладонь, сколько само высыпалось и закинул горсть в жертвенный сосуд. Дальше на ходу поздоровался с настоятелем храма Корнелиусом и не останавливаясь, пока он не начал задавать вопросов по поводу шрамов, подался к статуе Дагора.

Обменяв свободное очко на удачу, я на минуту завис, вспоминая наставления магистра Бориса Шелби.

Помню первое, о чем он говорил, взять все степени по магическим характеристикам. А это 5 степень по мудрости, а также 3, 4 и 5 степени по силе магии. Первые 17 удачи полетели на обмен. Далее распределил имевшиеся 79 свободных очков. В силе магии значилось 40 из 100. Первые 60 свободные очки отправились в эту строчку. В мудрости значилось 80 из 100. Оставшиеся 19 свободных очков отправились к ней.

Вот, пожалуйста, вроде бы свободных очков было полно, а как коснулось на мудрость 1 очка все-таки не хватило.

Раз уж взялся наводить порядок в характеристиках, не стал ограничиваться частью, перешел к следующему разделу, — к магии.

Магистр советовал по максимуму развить какую-нибудь защиту, пару ударных заклинаний и Видение.

В Щите у меня была взята 4 степень, в то время как в Каменной коже 3 степень. Повысил Щит, просто потому, что так было экономично и тем лишился еще 5 удачи.

Из ударной магии выбор пал на Фаербол и Цепную молнию. Оба значились 4 степени. Итого: минус еще 10 удачи.

С Видением было похуже. Требовалось брать сразу 2, 3, 4 и 5 ступени. А это уже 14 удачи. Взял, конечно, а куда деваться.

Остаток удачи не радовал. Теперь у меня значилось всего 20 очков. Можно было закругляться, но опять же вспомнился совет магистра обязательно развивать в том числе и всякие уклонениям. Впрочем, я и сам уже убедился в их полезности. Вот только было не понятно, что именно повышать. Их у меня было четыре и все 2 степени, а это уклонение от оружия, ударов, стрел и магии.

Наиболее важным виделось уклонение от магии. В то же время понимание, что мечом запросто одним ударом могут снести голову или выстрелить прямо в глаз и тем убить, заставило серьезно призадуматься на чем остановиться.

Недолгие раздумья привели к выводу, что лучше будет повысить все три навыка до 3 степени и дальше не морочить себе голову.

Покидал храм я уже со скромным остатком в 11 удачи. Ее я оставил на случай непредвиденного, когда понадобится повысить шанс.

Возвращаясь обратно в замок, я обратился к Великой Системе с желанием обменять всю удачу на победу в предстоящей войне. Ответ был предсказуем — менее 1 %.

Вот только я уже убедился. Это ровным счетом ничего не значит. Точно также было с Даниэлем пока в один прекрасный момент шанс сам собой взлетел до 100 %.

На этот раз на совещание малого совета брат вызвал своих вассалов. За столом уже сидел барон Кабаньего луга Эндер Рендоф, с которым мы вернулись от отшельников, мама и консильери. Дядя Румел, герцог Висящего моста Гет Думен и остальные подручные включая меня вошли все вместе и стали рассаживаться по своим местам. Среди прочих был и мастер тайных дел, видимо успевший вернуться из Мелиссара.

— Не пойму, почему мы уже какой раз собираемся вечером. Всегда же совещания проводились по утрам, — в недовольстве смотря на рассаживания подручных проговорил Даниэль.

— Это Рей придумал. Очень удобно. Вечером все отчитываются о проделанной работе, и мы строим планы на следующий день, — ответила мама.

Брат остановил взгляд на мне. И без того недовольное лица сделалось еще более недовольным.

— Рей, ну сколько тебе раз повторять одеваться подобающе. Опять как какой-то крестьянин…

— О, Рей, у нас сегодня герой, — вступился за меня управляющий городом Фодель Маск. Выставив вверх костлявый от старости указательный палец, он принялся им махать. — Он сегодня столько камней стесал со скалы! Грузчики до сих пор и половины не смогли расчистить! Так же не просто обрушил камни, он у нас там такие чудеса с ними вытворял! Рей преобразовал их в карьерные блоки! Представляете?!

— Да Рей сегодня и у меня в Кабаньем луге отличился, — продолжил теперь нахваливать меня барон Эндер Рендоф, — мы с Иганом к отшельникам пришли разговаривать. Значит, вызвали главаря. А он ни в какую. Говорит, буду говорить только с Реем. Игану пришлось бегом разыскивать Рея.

— Ну ни очень-то и договорились, — неудовлетворенно заметил Даниэль. — Я все-таки рассчитывал на большее.

— Да как же не очень? — искренне недоумевая, вопросил барон. — При Троле сколько раз с ними пытались о чем-то договориться? Они даже от встреч отказывались. Ну да, отшельники согласились немного давать леса. Только чтобы хватало на нужды княжества. Зато будут давать дешевле чем северяне. Половину золотом будут брать, половину товаром. Выгоднее же. Рей и тут проявил себя. Предложил в качестве товара соль. Ее у нас вон сколько, целое море. Знай только успевай заготавливать. Конечно, отшельники не все будут солью брать. Часть возьмут остальным товаром. Но все же, куда лучше, чем одним золотом. Так что Рей сегодня у нас однозначно герой! — с искренним восхищением закончил барон.

После рассказов Фоделя и Эндера все искренне вслух удивлялись, радовались. Кто-то поздравлял с успехами или чего-нибудь говорил вдохновляющего. Даже Даниэль впечатлено несколько раз дернул бровями.

А вот реакция дяди Румела была иной. Он отчего-то насупился. Я случайно поймал его взгляд. Дядя предпочел отвернуться, уставившись на собственные руки.

— Так если Рей, вытворяет чудеса с камнем, нам бы его способности тоже пригодились, — заговорил герцог Висящего моста Гет Думен, едва все стихли.

Высокий, поджарый, всегда гладко выбритый и с идеальной стрижкой герцог хоть и был нашим дальним родственником, но своим видом больше походил на отца чем дядя. Может поэтому отец к нему относился лучше, чем к остальным вассалам. Иногда даже обедать с нами приглашал, что считалось верхом проявленного уважения.

— Кстати, да… — задумчиво заговорил Даниэль. — А что, если мы уберем часть скал вокруг города? Понятное дело, не сразу, постепенно. Это позволит расширить поля. У нас будет больше земли для посевов.

Идея брата вызвала у меня недоумение.

— Камни я-то уберу. А где взять землю?

— Как где? Какие-нибудь холмы сровняем, возьмем ненужной, — Даниэль перевел внимание на магистра, — Борис, что вы молчите? Где мы можем взять много земли?

От вопроса того перекорежило.

— Вопрос образования земли сложен. Нужно многолетнее наслоение листочков, веточек, навоза, еще чего-то.

— Так подумайте над возможностью не многолетнего образования земли, а хотя бы однолетнего.

Борис в замешательстве обвел взглядом сидящих за столом, как будто ища помощи и ушел в глубокую задумчивость.

— А по нам? Мы сможем воспользоваться возможностями Рея? — снова напомнил герцог. — Я бы хотел дополнительно усилить оборону Висящего моста. В идеале, у моста давно нужно было построить оборонительные башни. Сейчас на Севере неспокойно. Не знаешь, что принесет следующий день.

— Готовьте планы строительства. Как только Рей закончит расширять верфь, отправится к вам на помощь, — ответил брат.

— Но я не могу строить. Рушить — пожалуйста. А для строительства, тем более оборонительных башен, вам нужен настоящий зодчий. Это выше моих возможностей, — удивленный реакцией обоих, ответил я.

— Пожалуй, нам стоит пригласить зодчего, что делал колоннаду. Заодно попросим с Реем позаниматься. Раз уж он целую колоннаду за день построил, то с вашими башнями за день справится, — переменился в решении Даниэль. — Ну а теперь по ситуации на Севере…

Дальше совещание перешло в обычное русло. Гет Думен доложил по соседям. Через его деревню ежедневно проходили сотни людей в оба направления, так что обстановку он знал лучше всех.

Новый король Сван Бесстрашный уже полностью прибрал себе всю власть на Севере. Общие волнения стихли. Разговоры о войне с Равниной и Скалистым берегом пока в королевстве закончились. Однако, как подчеркнул герцог, это ничего не значит. Король Севера начал наращивать численность стражников в обоих городах. Пока незначительно, всего на треть. Но все могло измениться к весне.

Как доложил капитан Сир Ресли Хагон, для обучения новобранцев достаточно месяца. Лишь бы у них было достаточно удачи.

В остальном Даниэль не стал особо донимать вассалов. Он намеревался в ближайшее время лично посетить все деревни и на месте изучить местные проблемы.

В заключительной части он заявил, что завтра намеревается отправиться к королю, чтобы уже предстать перед ним после своего, если так можно сказать, возрождения и с ним обсудить вопросы нынешнего положения в мире.

На этом совещание закончилось.

Покидая кабинет, дядя взял меня под руку и отвел в сторону.

— Рей, ты что творишь? — тихим голосом атаковал он. — Ты должен не высовываться. Ты обязан быть постоянно ниже Даниэля. Понимаешь? Он князь, ты помощник. Даниэль не потерпит твоих успехов.

— Каких успехов? Я всего лишь порушил камни и договорился с отшельниками…

— Запомни раз и на всегда — в княжестве должен быть только один герой — князь, всех остальных не просто так называют помощниками. В следующий раз выполни поручение из рук вон плохо. Ты понял меня?

— Зачем я буду делать плохо, когда могу хорошо? Если так дело пойдет, это нас ослабит.

Мои вопросы злили дядю. От этого он принялся тихо шипеть еще сильнее.

— Да потому что Даниэль не потерпит рядом с собой героя! Ты уже стал его превосходить! Весь город только и говорит: Рей спас Даниэля — он настоящий герой, Рей весь в шрамах — он настоящий воин! Ты только сегодня утром занялся скалой, а уже весь город снова только о тебе и говорит. Даниэль тебя задавит. Понимаешь? Задавит! Иного быть не может… Или он тебя или ты его. Но если хочешь одержать верх — затаись. Ты понял?

— О чем вы тут шепчетесь? — раздался голос мамы, заставивший нас обернуться

— Я как все, меркантильная душонка, — тут же с притворной любезностью нашел что ответить дядя, — пытаюсь договориться с Реем. У меня же в Птичьих скалах места совсем нет. Узкая полоса вдоль моря и клочок земли. Но я не спешу. Буду ждать пока все уляжется. Это не к спеху. Не буду больше докучать, разрешите откланяться.

Дядя поспешил убраться, ну а мама, как всегда, посоветовала быть с ним поосторожнее.

На глаза попался мастер тайных дел и тем напомнил о проблеме.

— А что с Мелиссаром? Смотрю, Валек уже вернулся.

— Все как я тебе говорила. С учетом нынешнего положения, Даниэль предпочел отказаться от глупой идеи по Мелиссару, чем меня порадовал. Ну что, поужинаем? У Даниэля остался герцог. Это надолго.

Я выдохнул с облегчением. Не хватало нам вляпаться в новую скользкую историю.

На ужин кухарка подала молодую оленину. Этот подарок с собой привез Гет Думен. Олени водились у него и в Кабаньем луге. До окрестностей Скалистого Берега они не добирались. У нас водилась исключительно одна рыба. Другую дикую живность охотники давно переловили.

Я уже полностью отошел от шока после встречи с предвестницей и с наслаждением ел. Теперь все сказанное Ханной воспринималось гораздо спокойнее. Конечно, меня пробирало поговорить по этому поводу с мамой. Или хотя бы спросить ее мнения о предвестниках. Но в итоге не стал. После возвращения из Кабаньего луга уж слишком такой вопрос покажется подозрительным. В конце концов об этом можно было спросить позже.

Сказанное дядей тоже крутилось в голове. Один раз он меня уже предупредил. И сейчас наверняка заговорил неспроста. Вот только я сомневался, что Даниэль может так со мной поступить. Он высокомерный, что уж там говорить, но не злодей. К тому же завтра я намеревался слечь в лекарню, а сразу позже приступить к поискам Драной горы и Острова теней, так что меня даже в Скалистом Берегу не будет. А вот после решения этих задачи, стоило полностью раскрыться. В конце концов, если мы собираемся выиграть войну, мы с Даниэлем должны быть вместе.

Глава 12

День начался для меня рано, едва рассвело. Сначала подался на верфь. Грузчики с возничими успели разгрести примерно треть заготовленных вчера каменных блоков. Добавил им еще работы. Правда, на этот раз удалось сделал вполовину меньше. Для посещения Пропасти падших предстояло оставить хороший запас маны. Отправляться туда полупустым было бы нежелательно.

Следующим пунктом стало казначейство. Требовалось взять в хранилище денег на закупку быков, ну и заодно пообщаться с Хелли.

После вчерашнего девушка имела несчастный вид. Для нее стало чуть ли не трагедией мое невыполненное обещание. Утешил конечно. Опять прямо в кабинете, хоть до этого и намеревался уединиться в «Трезубце».

А вот на постоялый двор я все-таки предпочел отправиться один. Перед длительным лечением хотелось добиться от Тионы успешного проведения эксперимента, а присутствие Хелли только бы отвлекало. Для достижения этой цели я специально запасся магическими эссенциями, а то Тиона свои резервы маны еще вчера истратила, а сегодняшних пополнений, даруемых Системой, ей бы не хватило.

Женщина при мне попыталась сделать маску из чайки. Зрелище оказалось то еще по своей жестокости. Все ведь делалось на живую.

На этот раз птичья кожа не порвалась при растяжке. Арни вызвался в качестве добровольца и сам ее надел. Он преобразился в нечто большое, похожее на громадную чайку с очень редким оперением. Птица с глупым видом смотрела на нас и пару раз противно пискнула. В общем, опять получилась неудача.

Зато Тиона радовалась. С ее слов она достигла промежуточного успеха. Осталось заставить образ принимать нужный размер и будет получен окончательный результат. Она заверила, что это уже не столь значимая проблема. К моему возвращению из лекарни Тиона пообещала порадовать полноценной маской птицы.

На обед мы засели с Сиром Лэйтоном и Сиром Бакки в закусочной «Трезубца». Рыцари доложили о начале работы мастеров и первых изготовленных артефактах. Даже бунтовщик Шеир Кински теперь предпочитал помалкивать и работать.

Как удалось выяснить, когда-то он был знатным южанином. В межклановых войнах убили всю его семью. Парня тоже бы убили, если не его способность превращать обычное золото в артефакты. За это ему даровали жизнь и держали в рабстве с двадцати лет, время от времени перепродавая за более весомую сумму. Собственно, так Шеир очутился там, где мы его нашли.

Конечно же парень грезил идеей когда-нибудь освободиться и жить сам по себе. Уж он-то знал, что значит полноценная обеспеченная жизнь свободного человека. А это означало, он проживет у нас недолго. Как только появится шанс, однозначно предпочтет сбежать.

После обеда появился Валеб. Он открыл портал, и мы вчетвером отправились в Пропасть падших, где первым делом заглянули на рынок со всякой живностью.

В продаже оказалось всего шесть быков. На мой вопрос: а почему так мало, торговец развел руками и поведал, что в последнее время у них невероятный наплыв. Впрочем, обилие людей вокруг и так подтверждало очевидность сказанного. Народу здесь действительно прибавилось в разы.

Я уже хотел выкупить всех быков и в этот момент на ум пришла правильная мысль. Из-за большого количества живности с посредниками могу возникнуть проблемы. Падшие захотят большего. Кроме этого, своим подарком я мог оказать отцу медвежью услугу. Ему ведь предстоит как-то переправить быков к себе. То есть вместе с ними пройти мимо громадного количества других падших, которые, скорее всего, не захотят пропустить мимо столь ценный караван с одним погонщиком. Так что пришлось ограничиться покупкой всего двух быков.

Покидая рынок, я задался вопросом: можно ли установить портал непосредственно в логове отца. Это решило бы массу всего. Больше мы бы не зависели от посредников. Все что нужно можно было решать через отца.

Оба рыцаря запротестовали. По их мнению, отправляться вглубь Пропасти было слишком опасным. Я же решил задать этот вопрос отцу. И если будет возможно, обязательно сделать.

Наученные опытом прежнего посещения Пропасти на этот раз мы не стали брать с собой ни оружия, ни доспехов и от этого выглядели обычными людьми, вооруженными лишь кинжалами. Вот только острый взгляд сержанта, встретившегося нам перед Вратами, все равно распознал в нас воинов. Он предупредил не ввязываться с падшими в конфликты, так как сегодня у пропасти слишком многолюдно. Любая мелочь могла породить бойню.

За Вратами действительно оказалось полно людей. И справа, где проходили встречи с теми, кто только сегодня прибыл к падшим с просьбами, и слева, где люди ожидали результатов своих просьб. Нам пришлось стать в очередь, состоявшую более чем из двадцати человек. А народ все продолжал пребывать. За полчаса после нас выстроилось еще человек десять.

Конечно же, я поинтересовался у людей в очереди отчего так многолюдно. Двое мужчин лишь усмехнулись, а пожилая женщина ответила:

— Так неспокойно-то стало. Не сегодня завтра большая война начнется. Вот все и идут повидаться к непутевой родне. Оно ж может и напоследок. Кто его знает.

Женщина еще чего-нибудь добавила, но муж и, видимо, старший сын специально ее отвлекли и отвели от нас в сторону, чтобы та больше не наговорила лишнего. Такое поведение меня насторожило.

В отличие от Скалистого Берега здесь было значительно прохладнее. Лишь благодаря солнцу никого не донимал холод поздней осени. А вот эти трое были одеты слишком тепло. Так в Равнине пока не одевались. Исходя из этого, выходило, что они являлись северяне.

Я пробежал взглядом по остальной очереди у нас и той, что стояла в отдалении справа. Опять же, судя по одежде, выходило, что тут в основном собрались исключительно наши северные соседи. Это подсказало, какие веяния там творятся. Несмотря на зиму, королевство Севера готовилось к войне. Даже простые люди об этом знали. А мы у себя в Скалистом Берегу все гадали: будет или нет.

Когда подошла наша очередь, я отправил к падшим Сира Бакки. Так же, как и в прошлый раз, внизу его ждали вожак и писарь. На этот раз уже другие. Рыцарь к ним спустился, немного поговорил и дал нам отмашку, означавшую, что все в порядке.

Я двинул вниз и сработал навык Предвидения опасности. В прошлый раз оповещение заставило меня остановиться. Сейчас же я его воспринял абсолютно спокойно. Слишком много всего случилось с момента моего последнего посещения Пропасти. Боевые навыки и владение магией сделали меня куда сильнее и не боящимся встречи с очередными опасностями. Я лишь призвал заклинание Щит и тем подготовился к возможным осложнениям.

— Сказали, идти дальше. Трол слишком буйный. Ему не разрешили подходить слишком близко к людям, — оповестил нас Сир Бакки, едва мы до него добрались.

Это было против местных правил. Стражи всех предупреждали недалеко удаляться от Врат. Но мы были не все.

Первым пошел Сир Бакки. Видимо больше для острастки он породил в руке огненный шар и продолжал его удерживать, тем намекая притаившимся в камнях падшим, чтобы не вздумали к нам соваться. Мы с Сиром Лэйтоном шли вровень за ним. Замыкал группу Валеб. Отдав одного быка вожаку падших, второго он тянул за веревку.

Пропасть волнами углублялась все ниже и ниже. Вокруг становилось темнее и холоднее, как если бы сейчас начинался вечер. А высоко вверху оставалось все так же светло и солнечно. Как будто там был один мир, а мы погружались в совершенно другой, темный и зловещий. Впрочем, так оно и было. Наши миры соседствовали и при этом были совершенно разными.

Через сотню метров или около того появились прячущиеся за камнями падшие. Разбившись на мелкие группы от двух до пяти, они играли в кости или чего-нибудь ели. Точнее, кого-нибудь. Это были либо принесенные родственниками животные, либо более слабые падшие. Попалась группа, коротавшая время за развратом. Двое сношались с самкой, а еще двое стояли в ожидании.

Я примерно прикинул, что можно вытворить, если падшие вздумают кидаться камнями. Будь у меня взята способность к телекинезу, можно было запросто перебить всех теми же камнями. Но и имеющегося хватало бы не дать ни одному камню попасть в нас.

Мы старались не обращать ни на кого внимания. Любой, даже кинутый вскользь взгляд, вызывал у падших агрессию. Они принимались рычать или шипеть. Дабы не вызывать последующих активных действий приходилось сразу отворачиваться, естественно, продолжая краем глаза наблюдать по сторонам.

Совсем не удивился, когда увидел увязавших за нами падших. Толпа преследователей быстро росла, достигнув двадцатки.

— Этого и следовало ожидать… Готовимся к бою! — скомандовал Сир Лэйтон.

— Нет, постойте! — остановил я всех.

Начинать полноценный бой было чревато осложнениями и случайными жертвами. За Вратами скопилось слишком много людей. Подавшись вперед, я выставил перед собой руки и обратился к способности Заклинателя.

Камни впереди по моему приказу стали крошиться, превращаясь в щебень. Это заставило падших остановиться. Мелкие камни гурьбой, словно охваченные бурным потоком, подались ко мне и стали складываться в крупные шаровидные булыжники высотой по грудь. А вот этот трюк уже заставил падших спасаться бегством, ибо они догадались, что их будет ждать дальше.

Для себя же я открыл новое применение способности Заклинателя. Лишь бы под рукой было достаточно камней. Их можно было обратить в грозное оружие. И телепортация бы не пригодилась.

— Я бы тоже на их месте сбежал, — впечатленный зрелищем, признался Сир Бакки.

— Да кто бы сомневался, — подковырнул его Сир Лэйтон, чем вызвал общий смех.

— Да ну вас. Это же была шутка! — попытался оправдаться рыцарь, чем вызвал еще больший смех. Отмахнувшись от всех, он направился дальше вглубь пропасти.

Прошло четверть часа. Врата Дагора остались далеко позади. Нам больше не встречались падшие, а отца все не было видно. Мы уже начали сомневаться, не обманул ли нас вожак.

Шедший первым Сир Бакки резко остановился.

— По-моему, он там, за камнями, — тихо прошипел он и показал влево.

Оставив Валеба стоять с быком на месте, я осторожно с рыцарями подался к камням, оттуда доносился подозрительный хруст. Мне во второй раз за сегодня пришло оповещение об опасности.

За камнями предстало жуткое зрелище. Уже знакомый образ могучего четырехрукого падшего поедал другого падшего с куда меньшими габаритами. Он ел его руку, предварительно вырвав ее из тела.

На всякий случай велел рыцарям отойти подальше и, выглянув из-за камней, тихо произнес: «Отец». Падший в ту же секунду ощетинился. Одна рука продолжала держать лакомство, две других сжались в кулаки, а четвертая подобрала булыжник величиной в полголовы.

— Отец, это я, Рей, — теперь уже в полный голос сказал я.

Кулаки падшего разжались, булыжник выпал, а со звериной морды сошла злость. Меня снова ожидали пламенные объятия.

Глава 12. Часть 2

На этот раз я мысленно молил отца побыстрее меня отпустить, ибо щекой уткнуться в налипшие на его тело остатки падшего вызывали неприязненные чувства.

Отец признался, что с ночи ожидал встречи и поэтому оголодав, прикончил одного из проходивших мимо собратьев. Я поспешил его порадовать. Вывел за камни и показал приведенного к нему быка.

— Все-таки не забыл, — дрожащим голосом произнес отец, обрадованный подарком.

— Я бы хотел установить у тебя портал. Там, где ты постоянно обитаешь. Чтобы можно было встречаться без посредников. Я бы мог тебе постоянно отправлять быков.

— Постоянно отправлять быков? — повторил он и на этот раз отец уже прослезился. — Да если у меня будет хотя бы один бык в неделю, я здесь создам такой клан!

— И как успехи? Многих уже успел собрать?

Настроение отца тут же пошло на убыль. Он вернулся к камням, уселся рядом с трупом падшего и начал рассказывать о своих проблемах.

Отцу удалось собрать стаю в сотню головорезов. Конечно, по местным меркам это было ерунда, но все же отличный результат для начала, учитывая короткий срок его пребывания в Пропасти. Вот только потом большая часть разбежалась и отцу пришлось сменить логово на более скромное, в другом конце Пропасти. Из-за этого ему пришлось потерять своего злейшего врага Малора Горана, которого он постоянно пускал на корм.

Вообще же, среди падших было обыденным постоянно входить в кланы и благополучно выходить из них. Огромные массы постоянно перемещались, выискивая для себя лучшие условия и перспективы. Отцу особо нечего было предложить. Вот они и сбежали.

— Но если у меня будет поддержка, если у меня будут быки! Да хоть пусть дохлые курицы, я за неделю смогу собрать не меньше тысячи голов! — рычал от переизбытка чувств отец. — Тут все так, за свежее мясо падшие на все готовы.

— А как обстоит у других кланов? Их поддерживают родственники?

— Некоторых поддерживают, но не особо. Здесь самые крепкие кланы те, что были созданы сотни лет тому назад. Именно они контролируют выход к Вратам Дагора. Здесь все по-другому. Ты не представляешь, что это, когда ты не можешь по-настоящему никого убить. Все снова и снова возрождаются. Но если ты пообещаешь хотя бы десятилетие отправлять мне раз в неделю по одному быку, я смогу развернуться. Возможно даже выбить для своего клана место у Врат.

Конечно же, я пообещал помочь. Один бык в неделю — это сущая мелочь.

— Ну а у вас что опять случилось?

— На этот раз я с хорошими новостями…

В этот момент я осекся. Со дня последней нашей встречи многое произошло. И не все было радостным. Смерть Алана портила всю картину.

— Ты явился ко мне с таким лицом и пытаешься сказать, что у вас все в порядке?

— Это случайно получилось. А у нас действительно все хорошо. Почти хорошо…

Я принялся рассказывать отцу обо всем, что у нас произошло с момента нашей последней встречи. Пришлось о многом вспомнить. Я умолчал лишь о том, кто и почему убил Алана, кто отдал мне Даниэля и о встрече с предвестницей.

Отец иной раз бурно реагировал, а иной совсем никак. Та же смерть Алана его нисколько не затронула. Зато неоднократно спросил о том, что было сделано, чтобы узнать имя человека, кто послал к нам убийцу.

Я бы может и признался, но к отцу мог заявиться Даниэль. Моя тайна была бы раскрыта. Лишь в последний момент я решил скрыть об этом. Просто потому, что мои признания могли спровоцировать ответные действия мамы или Даниэля.

Кроме этого, особенно много вопросов отец задавал по Даниэлю. О том, при каких обстоятельствах его нашли и чем он сейчас занимается.

Наконец выслушав, он на минуту задумался и после спросил:

— Скажи, Рей, у тебя есть сокровенная мечта, исполнение которой ты бы хотел больше всего?

Вопрос отца меня озадачил. И резкостью перехода темы, и самим вопросом. Мне всегда хотелось стать сильным воином и магом. Но потом, когда я заполучил способности и начал их развивать, эта мечта потеряла остроту. Я понимал, быстро достичь ее не удастся. Тем не меняя, пусть через несколько лет, я все равно ее заполучу.

Теперь же у меня появилась новая мечта, о которой раньше мне и думать было нечего. Она стала для меня вполне осуществимой. Правда, я думал о ней очень осторожно, каждый раз боясь ненароком спугнуть.

— Да, есть, — в нерешительности начал я, — когда-нибудь мне хотелось бы стать правителем Скалистого Берега.

— Прави-и-ителем… — протяжно повторил отец и неожиданно резко заорал: — Так зачем было возвращать домой Даниэля?! Ты просто глупец! Глупейший из глупейших! — вскочив с камня, он подхватил булыжник и с силой запустил в Сира Лэйтона, стоявшего к нам ближе остальных. Лишь благодаря высокой ловкости тот сумел увернуться. — Мари столько раз повторяла о твоей особенности. Ты перечитал тысячи книг и ничего не понял. Все зря. Мари ошибалась и заставила ошибаться меня. Из тебя не выйдет никакого толку… Даниэль тоже слабак. Но из вас двоих в правители больше годится он. А ты совсем ни на что не способен!

— Это еще почему?

— Да потому что ты не понимаешь главного. И я тебе это не объясню. Ты либо понимаешь, либо нет. Для тебя лучшим выходом будет прикармань из казны золота и сбежать. Еще лучше попытайся изобразить собственную смерть, чтобы тебя потом никто не разыскивал. Поселись где-нибудь в безопасном месте и начинай жизнь торговца или еще кого-нибудь.

— Но зачем? Я же могу быть полезным Скалистому Берегу!

— Да потому что иначе Даниэль тебя убьет! — рявкнул отец и стал прохаживаться из стороны в сторону. — Правитель, Заклинатель камней, Провидец… Чего ты еще нахватал?

— Полководец…

— Еще и полководец… Прекрасно! Да будь я на месте Даниэля, я бы тебя уже собственными руками придушил. Я не тронул своего брата лишь потому, что он был слабым. Люди между мной и им никогда бы не посмотрели в его сторону. А как думаешь поведут себя люди, выбирая между тобой и Даниэлем? Особенно когда тебе исполнится восемнадцать. Навык Правителя — это прежде всего доходы. Жить под началом князя, имеющего такой навык, — высшее благо. Это означает, что все княжество будет процветать. У королевы Долины есть навык Правительницы. Лишь у нее единственной из всех королей. Кто бы чего не делал, она всегда опережает всех лишь благодаря своему навыку. Навык Полководца даст преимущество в любом сражении. И как с таким тягаться Даниэлю? Ответ прост — только если тебя сейчас убить, пока ты не успел развиться.

— Но почему мы не можем вместе все делать? Если мы соединим наши усилия, Скалистый Берег станет самым процветающим местом в мире. Знаешь, отец, я все-таки надеюсь, когда-нибудь осуществить твои планы. Мы бы могли с Даниэлем захватить трон Равнины. В этом случае он бы сел в Великом городе, а я стал правителем у нас.

Отец остановился и посмотрел на меня, словно на умалишённого.

— Если Даниэль станет королем, ставка возрастет настолько, что ему будет уже на все наплевать. Он тем более тебя прикончит. Если бы ты был хоть чуточку умней, ты поступил правильно. Ты должен был оставить Даниэля там, где нашел. А еще лучше — перепрятать. Спрятать так, чтобы уже никто его никогда не нашел. А позже, когда все уляжется, прикончить. Это единственно верный путь настоящего правителя. Да, конечно, ты бы получил штраф. Но у тебя было достаточно удачи. Ничего, немного потерпел бы, зато вернулся домой как единственный наследник и стал бы править. Ты так и не уловил самого главного. Правителем может быть лишь тот, кто жаждет власти. Кто ради нее готов на все. Именно такие становятся истинными правителями. Люди сильные, умные, обязательно коварные. Кому плевать на все и всех, кроме собственных интересов. Это самый верный образец правителя. Все остальные образы нежизнеспособные.

— Что значит плевать на всех? Разве правитель не должен заботиться о своих людях?

— Конечно, должен. Ты сидишь верхом и не загоняешь под собой лошадь. Почему ты ее не загоняешь? Потому что это твоя лошадь. Завтра она тебе снова пригодится. Ты вынужден заботишься о ней. Кормить, поить, держать в конюшне. Именно так смотрит на людей правитель. А как смотрят на правителя люди? Думаешь, их беспокоят его проблемы? Никто не станет ничего делать для правителя просто так. Все думают только о себе и своих интересах. Задача правителя заставить всех подчиняться и рвать ради него хребты. Кого-то, как этих, — указал отец на рыцарей, — связываешь клятвами. Других держишь деньгами. Правитель создает для своих людей возможность зарабатывать. Но всегда немного. Лишь чтобы люди почувствовали вкус денег и вдохновились на труды. Тем зарабатывая себе и своему правителю. Но как только они начинают иметь больше необходимого, ты их опускаешь. Никто из подданных не должен быть истинным богачом и быть сколь-нибудь влиятельным. Тогда это угроза. Даже мелочь может вызывать угрозу. Потому что мелочь может объединиться и превратиться в крупную силу. Правитель всегда следит, чтобы у него в рядах постоянно велась тихая грызня. Чтобы было расслоение между ремесленниками, торговцами, крестьянами, воинами, собственными чиновниками, подручными и прочими. И чтобы они внутри каждого сословия тоже грызлись. А пока они грызутся, правитель может спать спокойно. За постоянными склоками никто не сможет объединиться. Это все очевидные вещи. Об этом знает любой самый никчемный правитель. Все решает даже не знание таких вопросов, а умение ими пользоваться.

— Я обо всем этом читал сто раз. И я не согласен, что только такими методами можно управлять людьми. Я уверен, пусть не сразу, но мы с Даниэлем все равно сможем найти общий язык. Он не станет пытаться меня убить.

Отец долго ходил из стороны в сторону и рычал. Наконец остановившись, он подозвал Сира Бакки. Рыцарь подался к нему с опаской. А за ним, видимо, на всякий случай, последовали и остальные.

— Доставай кинжал и режь ноги этому падшему, — указал он на лежавший труп. — Потом отрежь голову и выпусти из него кишки. Да поаккуратнее режь брюхо.

— А это еще зачем? — спросил я.

— Посадим в брюхо вон его, — указал отец на Валеба.

— А это зачем? — снова спросил я.

— Ну а как мне еще пронести его к себе? Стоит нам немного спуститься, там будут тысячи падших. Потом, у конца горловины ущелья опять тысячи. Вместе мы не пройдем. А на тушу падшего никто не позарится.

Я посмотрел на брюхо лежащего падшего, потом на Валеба, прикидывая, как он сможет там поместиться.

На парня было лучше не смотреть. Ему предстояло попасть в самое опасное место мира и к тому же внутри вонючего тела.

Сир Бакки ловко орудовал кинжалом. Насколько помню, из-за вони он на дух не переносил падших. Сейчас же он спокойно с ним разделывался и даже не кривился. Срезав по суставам у оснований ноги и голову, рыцарь с тяжестью вздохнул и принялся за брюхо. Глубокий надрез и наружу вывалился невероятно вонючий ливер.

— Ты сможешь? — тихо спросил я у Валеба.

— Если надо — да.

— Не вздумай снова рисковать. Что-то пойдет не так и сразу уходи. И еще… Никому не говори о портале к падшим.

Последнее было сказано исключительно из-за Даниэля. Я не хотел, чтобы он встретился с отцом.

Я стойкий. Я могу придерживаться своих убеждений. Но для него отец всегда был непререкаемым авторитетом. Отец запросто мог ему чего-то наговорить не то, а он бы поверить. Не представляю, чтобы отец, будучи живым, мне бы советовал убить брата. Теперь же в образе падшего он полностью превратился в зверя.

В обычной жизни нас посещает множество плохих идей. Мы стараемся их отбрасывать и мыслить позитивно. Падшие, вероятно, только могли генерировать плохое. Этим обуславливалось поведение отца. Иного объяснения я не находил.

Когда Сир Бакки закончил работу, с облегчением отпрянул от распотрошённого тела. Лицо приняло зеленоватый оттенок. Валеб же стоял как вкопанный, что называется, ни жив ни мертв.

— Да кто так разделывает мертвечину, олух безалаберный! Он же туда не поместится! — заорал на рыцаря отец.

Склонившись над трупом, он запустил в брюхо руку и принялся вырывать из него ребра, хребет и попадавшиеся прочие кости. Сир Бакки осторожно, боясь, что тот на него кинется, протянул отцу кинжал для лучшего отделения костей от плоти. В огромной руке длинный кинжал смотрелся подобно игрушечному.

По окончании работы падший превратился в подобие мешка, куда Валеб мог запросто поместиться.

— Все, пора прощаться. Мне лучше засветло его протащить мимо первого стана. Не забудь о своем обещании. Один бык в неделю, — напомнил отец.

Прощание получилось холодным. Мне хотелось сказать отцу, что он не прав, попытаться донести до него свои взгляды и в то же время я понимал безнадежность затеи. Будучи падшим, он все равно меня не поймет. Отец же смотрел на меня даже с какой-то неприязнью. Вероятно, сокрушаясь внутри, что я его отпрыск. Любые добрые начала он теперь считал за слабость и никчемность — самые презираемые им качества.

Валеб породил для нас портал. Это было место у нижних ворот, ведущих на Гнездовую скалу. Прежде чем уходить, я снова сказал ему, чтобы он себя не насиловал. Если не сможет сидеть в туше, открывал портал и уходил. И чтобы не вздумал рисковать.

— Я справлюсь, идите, — коротко ответил парень.

— Прощай отец, — произнес я, понимая, что в следующий раз мы встретимся не скоро.

— Да, давай… Рад был повидаться… Не забудь сразу отправить мне быка. Лучше парочку. Но не десяток. Пока мне много быков иметь опасно. Один-два — будет самое то.

Стоило переправиться в Скалистый Берег и Сир Бакки не сдержался. Его стошнило.

— Бедный Валеб… Если ему удастся это сделать, я бы на твоем месте отдал все золото, что осталось в Лиане, — предложил Сир Лэйтон.

— А я бы ему прибавил горсть жемчуга, — добавил Сир Бакки, отплевываясь.

— Это, само собой. Он заслужил достойную награду, — согласился я. — Как Валеб вернется, нужно будет отцу переправить двух быков. И только смотрите, помалкивайте о портале. Лучше будет пока никому о нем не знать.

Я отдал Сиру Лэйтону кошель с золотом, взятым на закупку быков, и на этом мы простились. Гвардейцы открыли ворота, и я побрел на верх Гнездовой скалы, перебирая в уме разговор с отцом. Теперь уже второй подряд человек мне твердил опасаться Даниэля. Более того, советовали его убить. Не знаю почему, но я был уверен, брат этого не сделает. Мы и так лишились Алана. Хотя бы по этой причине Даниэль не решится на такое.

А то, что у меня много чего взялось из способностей, то это даже к лучшему. Пусть Даниэль будет королем, зато я могу стать его десницей. Он же не глупец, чтобы не понимать, будь у меня желание захватить власть, я бы не стал его привозить домой, а поступил так, как рассказал отец. Озвученные им идеи я уже давно обдумал. Еще до того, как мы с Сиром Бакки и Арни откопали брата. И тем не менее я привез Даниэля домой.

Глава 13

Солнце взошло не так давно, а уже началась жара. Пошел десятый, он же последний день лечения. За это время я толком не успел развить картографию. Теперь вот напоследок гнал чайку через пустую степь к столице Юга, чтобы хоть немного повысить навык и заодно посмотреть, что у них творится.

Первый день прошел в спячке. Вечером лекарша Надин опоила меня маковым молоком и начала жуткую лечебную процедуру по избавлению меня от шрамов.

Боли не было. Я даже тела не чувствовал. Не мог ни шевелиться, ни говорить. Сквозь тяжелые, с трудом удерживающие веки, я успел немного понаблюдать за началом лечебной процедуры. Надин срезала с меня кожу и скидывала на поднос. Было много крови. Белые одеяния лекарши быстро окрасились в темно-бурый цвет. Спустя немного я уже не мог держать глаза открытыми. Закрыл их и, по-моему, сразу провалился в глубокий сон.

Очнулся я лишь к ночи следующего дня, перебинтованный и с тоскливыми отголосками боли. Снова было маковое молоко и после этого я взял под управление первую чайку.

Птиц, кстати, я заготовил с солидным запасом. Сразу десять штук. Но в итоге хватило двух. Чайки оказались невероятно живучими. Если бы первую птицу случайно не убил какой-то начинающий маг, тренируясь с запуском фаерболов, мне хватило и одной.

Все это время Надин меня опаивала маковым молоком, эликсирами и эссенциями, благодаря чему можно было не спать и постоянно держать разум птиц. В ином случае мне бы пришлось их терять и отправлять заново. Кроме этого большую помощь оказал перстень Великого Мага. Без его способности ежедневно восстанавливать ману я бы не справился.

После встречи с отцом меня сначала донимали мысли о Даниэле. Казалось, он может воспользоваться моим уязвимым положением. А еще думал о предстоящей войне и предсказаниях предвестницы Ханны. Она ведь слова не сказало об угрозе со стороны старшего брата. Это меня успокоило.

Стоило чайке долететь до Таклов и мысли переключились на более важные вещи. Мой план был прост: отыскать в городе уже известную мне троицу, понаблюдать за ней и дальше выйти на портальщика, с помощью которого они отправлялись в Драную гору и Остров теней. Дальше проследить уже за ним и позже вместе с рыцарями его похитить.

Однако с воплощением задуманного получились значительные трудности. Вести наблюдения сразу за троими я не мог, предстояло взять в оборот кого-то одного. Выбор пал, конечно же, на дерзкую красавицу Реббеку. И не только потому, что за ней наблюдать было куда приятнее, чем за ее друзьями. Она показалась наиболее перспективной.

Я промучился с девушкой три дня. Именно промучился, ибо активность девицы оказалась поистине невероятной. Целыми днями она носилась по Таклам или соседнему Лиану, решала темные делишки, встречалась с многочисленными друзьями, любовниками, родственниками и еще не пойми с кем. Так ничего не выяснив, я в итоге плюнул на нее и переключился на друзей девушки — Эрика и Дориуса. Один доводился ей родным братом, а второй двоюродным. Потратив по дню на каждого из них, я окончательно потерял надежду таким образом что-то выяснить. Эти двое оказались почти такими же активными, как и Реббека. Узнать что-то поистине ценное, наблюдая за ними на расстоянии и лишь изредка подслушивая часть разговоров, было попросту невозможно.

Между тем столь длительное пребывание в городах существенно прояснили мои познания о том, что в них происходит. В Таклах люди продолжали жить той же жизнью, что раньше, целыми днями занимались тренировками или какими-то насущными делами, а по вечерам развлекались дружными попойками да драками. А вот в Лиане все в корне изменилось.

Из места отдыха и развлечений, куда съезжались люди со всего мира, город превратился не пойми во что. Развелось куча преступных шаек. Процветали воровство, вымогательство и постоянные убийства даже за сущую мелочь. Местные жители теперь даже днем боялись ходить в одиночку.

Всему виной стали кланы Тагеса. Не зря отец Реббеки, являвшийся лидером одного из сильнейших кланов, говорил дочери, что нечего отправляться в поход на Долину, им и дома работы хватит. Он уже тогда намеревался устроить в Лиане, по сути, новый грабеж города и его жителей. Его клан усердствовал больше всего. Собственно, этим и была вызвана столь активная беготня троицы, за которой я наблюдал. Они руководили мелкими шайками, орудующими в городе.

Самое интересное, что посаженный южанами в Лиане наместник практически никак не реагировал на творившийся в городе беспредел. То ли так было задумано, то ли я даже не знаю. Других объяснений его бездействию я не находил.

Так же мне удалось узнать, что в Таклах было пять правителей. Ими являлись лидеры самых сильных кланов города. В свою очередь кланы были как отдельные государства со множеством преданных людей, собственной экономикой, армией и прочим. Естественно, у каждого клана были свои люди с особыми способностями.

У клана троицы было два портальщика, которых они называли «молодой» и «старый». Настоящие имена не произносились. Кто из них имел порталы в столь важных местах, понять было сложно. Будь я на месте лидера клана, на всякий случай позволил бы обоим установить порталы. Опять же я так толком ничего не узнал об портальщиках. Ни точных координат места жительства, ни имен. Предстояло дальше продолжать поочередно наблюдать за троицей или брать в оборот какую-то более мелкую фигуру из клана.

В этот момент до меня стала доходить совершенная ошибка.

Ребята постоянно перемещались. Я за ними бегал, потом тратил массу усилий, чтобы подобраться ближе и иметь возможность подслушивать. За это время они успевали на скорую руку обсудить дела и убегали на новую встречу. Мне же приходилось постоянно осторожничать и не наглеть. Иначе любопытная чайка привлекла бы внимание. Стоило один раз дать повод и мой план мог бы рухнуть. Дальше они стали бы обращать внимание на любых птиц, оказавшихся рядом.

Мне нужна была новая цель. Обязательно значимая и желательно редко куда-либо перемещающаяся. В таком случае я мог притаиться рядом и подслушивать, не пропуская ни единого разговора.

Вот тут я и вспомнил об отце Реббеки — Малсере Староге. Будучи лидером клана, он как нельзя лучше для меня подходил. Насколько я уже знал из разговоров, глава клана лишь ненадолго отлучался во дворец правителей, а все остальное время проводил у себя в замке в центре города.

Замок Малсера Староге занимал целый квартал и был хорошо укреплен высокими стенами. Но не это доставило мне наибольшие проблемы. Главную сложность представляли окна замка. Их было немного и все имели весьма скромный размер. Более того, почти все оказались закрытыми. А в открытые было лучше не соваться. Там находилось слишком много людей.

Итого на поиск кабинета лидера клана и возможности в него попасть у меня ушел еще один день. Зато осторожность и терпеливое ожидание дали плоды. Следующим утром, пока Малсер Староге ездил во дворец правителей, работница навела порядок в его кабинете и оставила ненадолго открытым окно. Дождавшись, когда она выйдет, я вихрем влетел внутрь и спрятался на высоком шкафу за коллекцией причудливых древних ваз.

Хозяин кабинета явился после обеда. Засев у себя, он стал принимать людей из клана и с ними общаться. О том, что меня интересовало, заговорили лишь поздним вечером, когда к лидеру пришел особо приближенный человек по рангу сродни консильери. Малсер спросил у него совета. И вот тут вскрылось самое важное.

Оказалось, у клана было не два, а три портальщика. Третьим оказался сам Малсер Староге. Лишь у него были установлены порталы в Драной горе и Острове теней.

Так же открылось другое. Оказывается, Драную гору плотно оккупировали альбиносы. В последнее время они занялись активными поисками и уничтожениями установленных там чужих порталов. Лидер клана был обеспокоен, что теперь ему приходилось ежедневно перепроверять порталы и после уничтожения части из них, тратить время и лично отправляться туда ставить новые порталы.

Гость посоветовал Малсеру вывести из оборота одного из двух портальщиков и дать ему возможность установить порталы в обоих местах. А чтобы он никому не проболтался, посадить в башню с надетым ошейником пленника. Это чтобы он не воспользовался своими способностями и не сбежал. Оба слишком хорошо понимали, насколько важным секретом они владели и боялись его раскрытия.

Так же собеседниками было названо имя выбранного портальщика — Бассир. Его выбрали потому, что он был постарше и имел взрослых детей. Естественно, за доставленные неудобства Малсер намеревался щедро оплатить семье Бассира.

В общем, мои старания прошли не напрасно, я узнал все что хотел. А то в какой-то момент я уже почти отчаялся и начинал думать о более трудоемком варианте выхода из положения, связанном с похищениями и пытками членов клана.

Чайка продолжала лететь над выжженной солнцем степью. Я смотрел по сторонам и гадал, сколько еще продлится полет, прежде чем появится столица королевства Юга.

— Рей, очнись. Лечение закончилось. Все раны исцелились, — послышался отдаленный голос Надин.

— Мне нужно еще немного полежать. Пару часов, может, больше. Хочу кое-куда долететь.

— Рей, отпусти чайку. Пора пробуждаться, — послышался на этот раз строгий голос мамы.

Первой мыслью стало — опять что-то стряслось. Иначе она бы не настаивала на возвращении. Пришлось отпустить чайку и очнулся в своем теле. Подле меня находилась Надин. Мама стояла в отдалении, скрестив руки на груди.

Должность Казначея аннулирована!

Я в непонимании уставился в появившееся оповещение. Лекарша попросила принять сидячее положение. Как только я это сделал, она начала снимать с лица и головы бинты.

Мама отвернулась к окну и стала смотреть в него, хоть там толком и смотреть было не на что. Оно выходило во двор со стеной основного здания замка. Руки продолжали быть скрещенными на груди, что я трактовал не лучшим знаком. Она была напряжена и чем-то сильно расстроена. Я прямо-таки ощущал трепещущую внутри нее злость и лишь поэтому не пытался ее затрагивать, ожидая, что скажет она.

— Ну вот, все отлично зажило. Опять мальчик, даже не верится, — попыталась изобразить радушие Надин, хоть была тоже напряжена и протянула мне зеркало.

И действительно, в отражении на меня смотрело детское лицо. По-моему, я помолодел лет на пять или все десять. Из-за новой нежной кожи теперь мне можно было дать не больше пятнадцати.

— Я вас оставлю, — закончив с бинтами, сказала Надин и поспешила выйти, тем еще раз подтвердив мои худшие предположения о случившейся в княжестве очередной серьезной проблеме.

Мама продолжала смотреть в окно, даже не пытаясь полюбопытствовать, каким стало мое лицо.

Спустил ноги на пол и, не выдержав, заговорил первым, ибо затянувшаяся неопределенность начинала меня напрягать.

— Что случилось? Почему меня лишили должности казначея?

Мама резко обернулась и коротко произнесла:

— Твои мастера сбежали.

У меня тотчас все рухнуло. Понадобилось несколько секунд на осознания произошедшего. Тут же появились вопросы. Сразу много.

— То есть как сбежали?.. А гвардейцы? Там же был Бакки. И Лэйтон тоже был. Они не могли всех отпустить!

— Мастера убили охрану, забрали жемчуг и сбежали. Бакки есть Бакки. Он в это время проводил время со шлюхами. Лэйтон тренировал гвардейцев.

— И когда это произошло? — спросил я, а сам уже судорожно пытался сообразить, что делать.

— Пять дней назад. Днем. Прямо перед обедом.

«Пять дней назад?!» — мысленно произнес я и взорвался:

— Но почему вы меня не пробудили?! Почему ничего не сказали?! Где они сейчас?! Вы их нашли?!

— А кого искать? У этой суки в мешке было полсотни масок. Даже маски зверей. Я не удивлюсь, что вдобавок она сделала маски птиц, рыб или еще какие-нибудь. И кого из них нам искать? Мастер тайных дел, конечно, сразу подключился. Его люди до сих пор носятся по всей Равнине. Даже на Север людей отправили. Опросили весь порт. Все без толку. У них маски. И у них жемчуг. При таких богатствах они могли купить хоть целый корабль. Теперь они богачи. Им не составит труда найти надежное убежище и хорошо спрятаться. А маски сменят прежние образы. Мы их уже никогда не найдем.

Новость оказалась хуже, чем если бы нам чего-нибудь снова устроили альбиносы. Ладно если бы сбежал кто-то из мастеров. Ну или несколько. Но не все же разом!

Я отнесся к ним как к своим, поверил. Выполнил для них куда больше, чем обещал. А они… Внутри появилась горечь. Горечь предательства оказалась хуже, чем последствия ударов врагов. Меня охватило невероятное разочарование и сожаление.

— Арни тоже сбежал? — с надеждой спросил я, хоть ответ был и так очевиден.

Мама проигнорировала вопрос и продолжила:

— Даниэль сразу вызвал к себе Лэйтона и Бакки и подробно все выяснил. И о твоей встрече с королевой Тридой Лигрес, и о встрече с Дарией Горан, и о жемчуге, что ты припрятал и в итоге похитили мастера. Не понимаю, как ты мог прикарманить жемчуг. Или ты был в чем-то обделен?

— Но я не собирался его присваивать!..

— Вчера Даниэль посетил казначейство. Глава учета и отчетности рассказал о твоей работе. С момента возвращения ты посещал свой кабинет на пару часов лишь, чтобы отыметь помощницу и потом сбегал.

— Там почти не было работы …

— Да как ты вообще посмел заниматься такими вещами в казначействе! Эта шлюха тоже хороша. Орала как резанная на все казначейство! Не мог что ли заткнуть ей рот?! Ну и позорище… И это мой сын. Сын, которого я всегда считала надеждой нашего княжества.

Я не то что получил под дых. Меня словно до полусмерти избили. Все обернулось с такой стороны, что даже не знаю… Я словно превратился в главного злодея семьи и всего Скалистого Берега!

Но это оказалось не все.

Отвернувшись к окну, мама продолжила так, словно стала разговаривать сама с собой:

— Я все думала за что к нам подослали убийц. Почему погиб Алан. А все оказалось куда хуже. Оказалось, это Рей устроил у нас пожар, из-за которого погиб внук королевы Долины. И нет, чтобы прейти и рассказать за допущенную ошибку. Конечно, нет. Он решил все держать в тайне. Сам решил. Как будто он у нас правитель. Как будто он у нас все решает. И о встрече с дочерью Горана тоже все в тайне. А почему не сказал? А потому что это именно она похитила Даниэля. А Рей и тут сам принял решение держать все в тайне. Он же теперь взрослый. Он решил, что умный. Что он выше всех. Выше меня, выше Даниэля. Вообще выше всех… — она снова обернулась ко мне, — а ты не подумал, что из-за тебя, именно из-за твоей глупости погиб Алан?!

Последнее уже полилось через край. Теперь у меня внутри все клокотало.

— Из-за меня?! А для кого я старался?! Для себя?!.. Как только альбиносы устроили нам разгром в море, чем я занимался? Преспокойно сидел, как это делал Алан? Пил вино, развлекался как он, надеясь, что ты все решишь? Да я оббежал все что можно, сделал все что можно, лишь бы узнать, кто это сделал и потом найти доказательство вины альбиносов! Я добыл доказательства, благодаря которым мы смогли вернуть баржи и добиться компенсации. А потом, когда на наших купцов начали нападать, я для себя старался?! В порту произошла случайность. Был сильный ветер и загорелся корабль Долины. Но разве можно было это предугадать?!

— Из-за этой случайности погиб Алан! А ты вместо того, чтобы признаться, повел себя как мальчишка и все скрыл. Узнай, что это мы устроили пожар, я могла бы попытаться примириться с Тридой. Пусть выплатила бы компенсацию. В конце концов, усилила бы охрану замка и тем обезопасила всех нас от убийцы. Алан сейчас был бы жив. Не случилось бы никакого нападения. А ты скрыл и тогда, и потом. До последнего все скрывал. Еще и подговорил Бакки молчать.

— О поджоге я не рассказал потому что, не зная всего, тебе было проще убеждать всех в нашей непричастности. Я посчитал, что так будет лучше. А потом скрывал только потому, чтобы вы с Даниэлем не вздумали мстить. Погиб Алан и погиб внук королевы. На этом — все, инцидент исчерпан. Даже она сама не стала продолжать мстить, несмотря на то, что я был у нее в руках. По этой же причине мне пришлось промолчать о встрече с дочерью Горана. Она могла не выдать Даниэля, но выдала. Она похитила его сгоряча. Но вернув его, она тем все уладила. А уж по воровству жемчуга меня подозревать — это вообще глупость. Мы вообще могли его не брать. Но взяли и всю дорогу тащили. Я все равно потом хотел его вернуть в казну. Ты сама знаешь, мне много денег не нужно. И за власть я не хватаюсь. В ином случае я бы не стал возвращать Даниэля.

— Твоя самая худшая ошибка в том, что ты принимаешь решения как правитель. Но ты не правитель. Правитель у нас Даниэль. Ты должен был ему обо всем доложить. Внук Триды Лигрес пострадал случайно, она не должна была за это намеренно убивать Алана. Дариа Горан не смела похищать Даниэля. Они обе проявили к нам подлость.

— Вот этого я боялся больше всего… Да пойми же ты, у нас нет поводов для продолжения конфликтов. Ни сегодня-завтра начнется война. Начав мстить, вы все испортите. Погибнет дочь Горана и Оршик ослабнет. Южане смогут захватить город и прорвутся в Равнину. О Долине я вообще молчу. Стоит нам начать тягаться с Тридой Лигрес и весной она ударит по нам кораблями с моря, а по суше ударит Север. Сейчас нам наоборот, нужно искать союзников, а не вскрывать зажившие раны.

— Принимать решение кому мстить, а с кем конфликт исчерпан будет Даниэль и только Даниэль. А ты… Ты утратил его доверие. Поэтому ты освобождаешься от должности казначея и лишаешься статуса его помощника.

Хотелось сказать, что не очень-то и хотелось сидеть целыми днями за бумажками, но вместо этого задал другой вопрос:

— И кем я теперь буду?

— Ты сохранишь статус аристократа. Можешь заниматься чем хочешь. Даниэль распорядился выдавать тебе ежемесячное жалование в сто золотых…

— Сто золотых? — перебил я в изумлении.

— Еще сто будешь получать в счет привлечения к работам. Нужно доделать верфь. Постарайся уже сегодня там появиться. Если Даниэль будет доволен твоими успехами, получишь ежемесячную прибавку еще в тысячу золотых. Кроме этого Даниэль будет оплачивать проживание в «Трезубце». Твои вещи туда уже перевезены.

Мама озвучила все перечисленное, словно зачитала приговор осужденному. Она закончила, и я в изумлении задал следующий вопрос, пока еще с трудом осознавая новые реалии:

— Подождите, вы меня выгоняете из дома?!

— Даниэь привез из столицы девушку. С ней у него давние отношения. Весной они поженятся. А пока она будет жить у нас. Сам понимаешь, тебе лучше съехать. Вот, тебе приготовили вещи. Переоденься, — указала она на стул, на спинке которого висела одежда, — я распоряжусь, чтобы тебе приготовили карету. И прошу, постарайся уже сегодня приступить к расширению верфи. Отшельники навезли много леса. Нужно быстрее начинать строить боевые корабли.

Не желая больше со мной разговаривать, мама вышла. Я так и остался сидеть на кровати. Взгляд уткнулся в висевшую на спинке стула одежду. Мама распорядилась мне подготовить самую дорогую тунику, расшитую золотом.

Только сейчас я начал понимать произошедшее. Даниэль использовал повод бегства мастеров в свою пользу, тем скинул меня из состава тех, кто что-то решал в Скалистом Берегу. Как ни странно, от этого сделалось уже не так паршиво. Я не ошибся в брате. Он все-таки меня не убил. Мог убить, но не убил.

Глава 14

Возничий сильно нервничал, без конца дергал поводья и тем придерживал лошадь, а та вредная, все равно пыталась пуститься быстрее. От верхних ворот замка до нижних шел крутой спуск. Быстро бежать лошади опасно, разгонится и не остановить.

Сидя в карете, я следил за мелочными трудностями возничего и думал о своих, куда более серьезных проблемах. Первичный шок прошел. Настало время серьезно поразмыслить над положением.

В принципе, все обернулось не совсем плохо. Ну выгнали меня из дома, так это даже лучше. Меньше буду видеться с вечно недовольным Даниэлем, начну жить в спокойной атмосфере. Лишение должности тоже пойдет на пользу. Не нужно отвлекаться на казначейские дела, смогу полностью посвятить себя вопросу надвигающейся войны.

Вот только внутри назойливо свербело. Выгнали отовсюду как какого-то негодяя. Еще и обязали заниматься расширением верфи, тем опустив до уровня слуги. Если бы это нужно было Даниэлю, я бы плюнул на поручение. Но в верфи нуждался Скалистый Берег, так что приходилось подчиниться.

Еще было обидно, что от меня отвернулась мама. Как-то после возвращения домой мы с ней резко отдалились, а теперь так вообще, оказались по разным сторонам. Мне не хватало ее поддержки.

Карета миновала нижние ворота, возничий успокоился, и я уже полностью погрузился в мысли. Предстояло распланировать сегодняшний день.

Первым пунктом я отметил верфь. Поработав там, далее я был до конца дня свободен. Можно было не спеша посетить храм, где-нибудь пообедать, а после найти Сира Лэйтона с Сиром Бакки и расспросить о том, что случилось в «Трезубце».

Понятное дело, что прошло слишком много времени и беглецов уже вряд ли найти, но я хотел понять мотивы. Ну не могли они на ровном месте так поступить. Никто не дал бы им столько, сколько дал я. У Арни тем более была целая сумка с золотом. Он был повышен в статусе. Ему вообще не было смысла воровать жемчуг и бежать. Если только в «Трезубце» произошло что-то настолько серьезное, что заставило мастеров бежать. А раз они побежали, то за ними последовал и Арни. Чтобы потом не остаться крайним.

Возничий выехал на центральную улицу и с общим потоком карет, повозок и всадников погнал лошадь через город вниз к порту. Я бегал пустым взглядам по сторонам, а сам пытался найти разгадку своего вопроса пока не заметил Дом помощи. Его вид заставил напрячься.

На здании сменили крышу. Теперь там появились окна. Вывеска тоже поменялась. Появилась большая надпись — «Дом помощи правителя Скалистого Берега князя Даниэля Гилберта».

Велел возничему остановиться и со смешанными чувствами подался внутрь. За стойкой в холле стояла Мелисс Удача. Увидев меня, девушка обрадовалась и тут же расстроилась.

— По всему городу говорили, что вернулся Рей весь в шрамах. Говорили, тебе пришлось сразиться чуть ли не с тысячью врагов, чтобы спасти нашего князя. А я даже не увидела твоих шрамов, — сокрушаясь, встретила она меня.

Я бегло осмотрел холл. Здесь почти ничего не изменилось. С обратной стороны лестницы только появились ступеньки, ведущие вниз.

— Смотрю у вас новшества.

— Ага, много чего появилось. Неделю назад к нам приехал князь и началось…

Девушка принялась рассказывать о местных новостях.

По распоряжению Даниэля в Доме помощи сменили крышу и обустроили мансарду с дополнительными комнатами. Так же вырыли подвал. Там разместили еще несколько комнат и обустроили небольшую закусочную, где кормили уже не раз в день, а дважды. Кроме этого, теперь к ним лекарша Надин присылала не одного лекаря, а столько сколько нужно, чтобы быстрее ставить на ноги постояльцев.

Правда, была и горчинка. Дагнию лишили должности управляющей. Отныне она и дочь числилась просто работницами. А управляющим стал прежний куратор Арне Рос.

— Но мы с мамой даже рады. Меньше хлопот. Теперь вот дежурим с ней по очереди у стойки и следим за порядком, — закончила свой рассказ Мелисс.

Поболтав с девушкой еще немного о пустяках и убедившись, что у нее с матерью все нормально, я поспешил вернуться в карету. Внутри все клокотало. Выходило, что Даниэль просто забрал мою идею и немного улучшил. Мне приходилось у мамы все выбивать, доказывать целесообразность, а брат, будучи правителем, просто распорядился и все выполнили.

Добравшись до верфи, я попросил возничего остаться. Не хотелось потом идти по городу пешком. Появилось желание побыстрее съездить в храм, а после запереться в «Трезубце». Предстояло хорошенько обдумать свои дальнейшие действия. Честно говоря, хотелось отомстить. Конечно, не в полном смысле этого смысла. Я лишь хотел придумать как Даниэля переиграть. О возвращении в замок не могло быть речи. Но вот вернуться на свое место за столом малого совета я должен был обязательно. В конце концов я этого заслужил!

Верфь преобразилась. Все расчистили и уже было наглядно видно насколько существенно увеличилась территория. К трем стапельным местам прибавилось четвертое, где начиналась закладка боевого корабля. Была построена высокая каменная стена, отгораживавшая верфь от лесного склада.

Ко мне подошел пожилой смотритель верфи. Он был не в курсе моего сегодняшнего появления и поэтому разнервничался. Это же нужно было срочно искать повозки, людей, организовывать вывоз новых каменных блоков.

Смотритель занялся своими вопросами, а я своими. Как в прошлые разы принялся крошить скалу и преобразовывая осколки в ровные блоки.

На этот раз я был без магических эликсиров. Лекарша Надин сказала, что не сможет больше их выдать. Мол, у них с магистром самих мало осталось, и они вынуждены их беречь.

Это означало новые трудности. Во-первых, работа на верфи затянется, в во-вторых, все это время я буду выпотрошен и не смогу заниматься развитием магии.

За полчаса работы я истратил более восьми сотен маны и на этом закончил. Удалось расширить верфь метров на пятьдесят. Итого по моим прикидкам мне предстояло наведываться сюда еще примерно четыре раза.

Смотритель за это время успел пригнать лишь небольшую часть грузчиков. Пообещал ему завтра утром снова вернуться, сел в карету и велел возничему ехать в храм.

Работа пошла на пользу, отвлекла и тем успокоила взвинтившиеся нервы. Удалось найти даже позитив. Взял восемь повышений по навыку зодчего и дважды увеличил общий уровень. Теперь у меня значилось уже 8 свободных очков. Кинул 1 очко в мудрость и тем добил ее до сотни. Дальше можно было пускать свободные очки в трудно поддающиеся повышению знания.

Кинул 2 свободных очка в политику и 3 очка в право, тем повысил оба знания до сотни и получил 2 повышения уровня и 2 свободных очка. Остаток закинул в дипломатию, тем подняв навык до 94 из 100.

Понимаю, скоро мне предстоит уничтожить Великую Систему. Но должен же я хоть чем-то заниматься пока это не произошло. К тому же внутри продолжала теплится надежда, что этого делать не придется. Я найду выход остановить войну, пусть даже сейчас не знаю способ.

Карета остановилась у храма, я подался внутрь. Погруженный в мысли, я едва не прошел мимо жертвенного сосуда. Пока в него не кинешь монету, связь со статуей Дагора не откроется, удачу не возьмешь. Полез в карманы и только тогда дошло — у меня нет с собой даже медяка.

Мама говорила о сотне золота в месяц. Вот только не было сказано, когда именно это произойдет. Если через месяц, то как мне быть весь этот месяц?

Глупейшая ситуация. Недавно был богачом с сундуком жемчуга, стоившим миллионы, а теперь в карманах ни монеты и ни одной мысли где их взять. Понятно, что с голоду не умру, мне будет оплачиваться номер в «Трезубце» и питание. Но без единой монеты в кармане — это уже как-то совсем не то.

Единственным выходом виделось вернуться к возничему и у него попросить взаймы медяк. Золотая монета у него вряд ли найдется.

— Добрый день Рей. Можно вас на минуточку, — обратился ко мне настоятель храма Корнелиус.

Возничий с медяком не пригодился. Выход нашелся сам собой. Осталось лишь отложить в сторону гордость.

— Здравствуйте. Не одолжите монетку. Забыл кошель дома.

Корнелиус посмотрел по сторонам. Людей было не очень много, но каждый считал своим долгом обратить на нас свой взор.

— Рей, здесь неудобно говорить. Слишком людно.

Настоятель направился в сторону и мне пришлось за ним последовать. Остановившись в углу, подальше от посторонних, он продолжил:

— Видите ли, Рей. До нас дошли слухи о вашем недопустимом поступке. Братоубийство — это тяжелейшее преступление…

Мои уши отказывались слышать. Я уже понял к чему дальше пойдет разговор и перебил.

— Вы хотите сказать, что я отлучен от храма?!

— Сожалею, но это так. Ваш поступок разбирал лично Верховный жрец и назначил весьма гуманное наказание. Вас отлучили от храма лишь до достижения восемнадцатилетия…

— Подождите, а как могли проходить разбирательства без моего участия, без свидетелей?

— Верховному жрецу необязательно лично опрашивать преступников и свидетелей. Достаточно объективных данных. Вы третий сын. Вам только недавно исполнилось шестнадцать, а у вас уже есть способность мага и воина. В это же время ваш родной брат Алан, имевший перечисленные способности, погиб. Совершение преступления очевидно.

«Преступление», «преступник» — повторил я мысленно, пытаясь ассоциировать себя с этими словами.

— И что мне теперь делать? — растерянно спросил я.

— Жить, просто жить. И ожидать восемнадцатилетия.

Дальше разговаривать с Корнелиусом было не о чем. Уже было понятно, как все получилось. Даниэль вызвал его к себе и все рассказал. После настоятель отправил письмо Верховному жрецу, и тот принял по мне решение. Больше ничего не сказав и даже не попрощавшись, я развернулся и покинул храм.

Все прежние козни брата теперь казались мелочами жизни. Отрешение от храма — это уже был конец. Просто тупик. Я больше не мог брать удачу. Более того, Великая Система сочтет непосещение храма за дерзость и совсем от меня закроется. Этим Даниэль нанес мне критический удар. Подло обыграл вчистую.

От переизбытка волнения, тряслись руки, перехватывало дыхание. Сев в карету, я посмотрел на храм и мысленно с ним попрощался. Красивый позолоченный купол, словно призывал всех своим ярким блеском не забыть посетить его. Он превратился для меня в подобие миража. Даже если ворвусь внутрь, кину в жертвенный сосуд тысячу золотых монет, статуя Дагора останется для меня безмолвной.

Отречение Верховного жреца действует во всех храмах. Это обычные люди разделены королевствами, собственными правителями и прочим. У храмов все иначе. У них единая система и одно начальствующее лицо. Обойти запрет невозможно. Только если Верховный жрец пересмотрит свое решение. Для этого потребуется вмешательство местного правителя. Другие не смеют к нему обращаться.

Люди заходили в храм, с довольными лицами выходили из него. Кто-то с кем-то разговаривал. У них протекала обычная жизнь. Только в это картинки кое-чего не хватало.

— А куда подевались нищие? — спросил я у возничего.

— Так князь пять дней назад издал указ о запрете клянчить в городе милостыни. Он же специально открыл Дом помощи. Ну тот, в котором мы были. Теперь всем обделенным надлежит просить помощи там.

«Он открыл Дом помощи» — от этого словосочетания сделалось мерзко. По-моему, у меня начала просыпаться к брату ненависть.

Глава 14. Часть 2

Велел возничему трогаться и в этот момент заметил Сира Бакки. В легких доспехах стражника он вместе с еще троими блюстителями порядка тащил через площадь какого-то пьянчугу. Увидев меня, рыцарь обрадовался, заулыбался и, призывно замахав руками, поспешил ко мне. В свою очередь я поспешил остановить возничего и вышел из кареты ему на встречу.

— Ну ты посмотри на него! Красавец, просто красавец! А чего-нибудь оставил на память? — быстро пробежав глазами по моему лицу, Бакки заметно расстроился. — Даже ничего не оставил. Надо было хотя бы один шрам на щеке оставить. Женщинам это нравится.

Улыбающийся вид Бакки меня взбесил. Мало того что разболтал Даниэлю о жемчуге и всем остальном, так он теперь радуется. Ему, оказывается, весело.

— А чему ты так радуешься? По-моему, хороших поводов нет.

— Что мне, плакать, что ли? Вот, сам видишь, разжаловали меня из гвардейцев в стражники. И из рыцарей тоже турнули. Ну как турнули? Я-то по-прежнему вроде числюсь. А официально статус убрали. Все, теперь я не Сир, а просто сраный Бакки Таль, кем был до того, как сюда приехал из деревни. Даже сержанта не дали. Обычный стражник. Пойди туда, сюда, обратно. Вот, целыми днями таскаю всякую пьянь, да патрулирую город. Еще и довольствия до конца года лишили. Все из-за проклятого жемчуга.

— А нечего было о жемчуге языком трепать!

— Ты так говоришь, как будто у меня была возможность отвертеться. Как это случилось, весь «Трезубец» на уши подняли. У тебя в комнате нашли сундук. В нем лежало несколько жемчужин. И в комнате тоже нашли. Они были рассыпанными. Ну и началось. Князь меня к себе вызвал и прижал к стенке. Ну что я мог сделать?

— Я не пойму, как мастера могли перебить охрану и сбежать. Ладно остальные мастера, но от Арни я вообще не ожидал такого.

— Да что тут понимать? Они друг друга знают давно. Столько лет на бывшего хозяина вкалывали. Договорились, да и все. А вот по жемчугу я тоже не пойму. Я же свой специально разделил на две кучи. Одну в ванной комнате спрятал, вторую в комнате. И все выгребли. Так только, кое-что оставили. Рассыпали, в общем. Поэтому меня и загребли к Даниэлю. И заметь, все как я тебе говорил. Ценности ко мне приходят и тут же уходит. Просто проклятье какое-то!

— Не знаешь, где мастер тайных дел? Хотелось бы узнать, что он выяснил.

— Утром при мне был в казарме. Потом порталом куда-то ушел. Я просто в этот момент с Валебом был. С ума сойти, этот сопляк теперь мной командует. Представляешь? Он же сержант у стражников.

Пропустил причитания Бакки мимо ушей.

— Надо всем вместе сегодня же собраться в «Трезубце». Ты, Лэйтон, Валеб.

— С Лэйтоном не получится, — помотал головой Бякки. — Князь переправил его в Висячий мост. Сам знаешь, что там на Севере творится. Постоянно неспокойно. Из-за этого князь увеличил там гарнизон в два раза. Вот Лэйтона и отправил тренировать воинов. Наверное, будет сидеть там до весны, а то и до лета.

Впору было взяться за голову. Даниэль не для этого отправил на границу Сира Лэйтона. Здесь было куда больше воинов. Раз уж нужно было тренировать много людей, от рыцаря в городе было бы толку больше.

— Тогда с Валебом вдвоем приходите в «Трезубец». Ничего если поздно. Теперь я буду жить там.

— Будешь жить в трезубце? — озадачился Бакки. — Это на постоянную или как?

— Я переехал.

— Ну да, я так и понял, что тебя из дома выгонят. Даниэль так разнервничался на тебя, узнав о жемчуге. Ладно, мне пора. А то опять доложат капитану, что я бездельничаю. Этого надо тащить к казарме, — показал он на пьянчугу. — Вечером будем, жди.

Бакки подался к ожидавшим его стражникам и дальше с ними потащил пьянчугу, а я сел в карету и распорядился ехать в «Трезубец». На душе стало еще паршивее. Мало того что лишили возможности посещать храм, так еще и Сира Лэйтона забрали. Если вдобавок заберут Бакки и Валеб, то это уже совсем будет плохо. Я останусь один. Без портальщика будет сложным добраться до Таклов. Да и с похищением Бассира возникнут сложности. Все шло кувырком. Обстоятельства меня буквально подталкивали быстрее найти Темный камень и бросить его в Магический источник, пока это было еще возможно.

«Трезубец» снова преобразился в постоялый двор. В нем уже жили постояльцы. Учитывая дороговизну, их было немного. Я прошел к себе в номер и встретил лишь одну пожилую женщину с ребенком.

Как и говорила мама, все вещи уже были перевезены в номер и разложены по местам. На столе, рядом с кувшином с водой и стаканами, лежал кошель с сотней золотых. Сундука и мешков, доставленными из Оршика, ожидаемо не было. Учитывая, что об артефактах мама слова не сказала, о них она не знала. Убегая, мастера их прихватили и тем не оставили поводов. Впрочем, это уже не имело значения.

За сегодняшний день у меня крошки во рту не было. Посему заказал обед в номер и в одиночестве поел. После принял ванну и сменил роскошную тунику на более привычные штаны и рубаху.

При виде чаек за окном захотелось взять под управление разум одной из птиц и облететь город в надежде найти мастеров. Это бы мне помогло. Тогда бы я мог отвоевать часть утраченного положения. Вот только прошло слишком много времени. Беглецов уже нет в городе. А если и есть, то разве их найдешь. Не будут же они ходить группой. Наверняка разделились и сменили образы, надев другие маски.

Лег в постель в полнейшем опустошении. Ни о чем думать не хотелось. Особо желания спать не было, но стоило закрыть глаза, и я провалился в сон. Все это время я хоть и лежал с закрытыми глазами, а все равно бодрствовал, удерживая разум птиц. Бодрость поддерживали эликсиры. Их мне заливала Надин.

Стук в дверь заставил очнуться. Поднялся с постели и пошел открывать. На пороге с бочонком в руках стояли Бакки и Валеб.

— А вот и мы! — весело заорал Бакки и вошел первым. — Хотели захватить шлюх, но скажу честно, денег пожадничали.

Ребята принялись хозяйничать. Позвали работницу, велели принести большие кружки. А пока она за ними бегала, открыли бочонок.

В другой раз я бы отказался от эля, а сейчас, напротив, даже был рад немного выпить и тем расслабиться.

Помня, что Бакки остался совсем без денег, я потянулся к лежавшему на столе кошельку, но тот запротестовал:

— Да брось ты. За это не переживай. У меня деньги есть. Опять же благодаря тебе. Помнишь, ты мне советовал давать подаяния. Вот я и подумал: какой толк медяки раздавать, если давать, то надо покрупнее. Ну чтобы действительно помочь. Набил кошель жемчугом и раздавал. Правда, расщедрился всего на две жемчужины. Ну что я поделаю, если никто толком не попадался. Зато, когда все это случилось, вот что было в кошельке, то и осталось. Теперь понемногу распродаю жемчужины и трачу. Плевал я на это жалование. У меня денег хватит на полгода вперед. Ну это если опять что-то не случится.

Мы сели за стол. Несмотря на беды Бакки не терял отличного расположения духа. А вот Валеба что-то мучило. Конечно поинтересовался.

— Рей, извини, мне пришлось сознаться.

— Ты о чем?

— О портале в пропасть падших. Меня вызвал князь, стал задавать вопросы и пришлось на них ответить.

— Ну ты сам знаешь, мы все дали ему клятвы. Мы не можем ему врать. Валебу пришлось рассказать, — вступился за него Бакки.

— Да я все понимаю. Что ответил Даниэль?

— Он пожелал отправиться к вашему отцу. В тот же вечер они встретились. Заодно мы передали быка.

— И о чем они говорили? — уже не на шутку насторожился я.

— Не знаю. Так же, как и ты, Даниэль разговаривал с ним отдельно. Я ничего не слышал. Они проговорили часа полтора и на этом простились. Даниэль пообещал Тролу каждую неделю отправлять быков или мелкий скот. Это только сказал и вошел в портал.

Ну хоть обременительная часть с меня снялась. Оставалось непонятным, что брату советовал отец: убить меня или еще что-то.

— Так и будем сидеть, что ли? — спросил Бакки, первым схватившись за кружку с налитым элем. — Предлагаю выпить за все хорошее. Ну и за меня. Тебе, Рей, проще. Ты в казначеях сидишь. А меня, вон, в стражники выкинули. Поэтому, чтобы меня вернули в гвардейцы и снова объявили рыцарем. А Валебу я желаю, чтобы несмотря на штрафы его обязательно приняли в рыцари.

— Я теперь не казначей.

— А кто тогда?

Вопрос поставил в тупик. Ибо признаться, что «никто» я даже сам себе не хотел.

— Пока Даниэль поручил мне расширять верфь.

— Ну тогда, чтобы тебя вернули в казначеи. Чтобы у нас всех троих все сложилось нормально. Ну не должно же постоянно быть плохо. Столько всего сделали и на тебе — остались виновниками всего на свете!

Стукнувшись так, что едва не разбили стеклянные кружки, мы дружно залпом выпили. От эля внутри сделалось тепло и несмотря на пережитые шоки со стрессами, спокойнее. Эль начал свое колдовство, понемногу опьяняя и тем усыпляя всякие клокочущие внутри проблемы.

Парни не стали медлить. Покончив с первой порцией, принялись разливать вторую. Бакки поднимал бочку, Валеб подставлял кружки. Наполнив кружки, у Бакки созрел новый тост. В этот момент в дверь постучали.

Я крикнул «входите». Дверь распахнулась и в комнату вошла мама. Бакки и Валеб вскочили со своих мест, готовые уже сейчас удрать. Ну и я поднялся вместе с ними.

— Пьешь… Я так и думала, — удрученно произнесла мама и протянула мне свиток, скрепленный сургучной печатью. — Я убедила Даниэля вернуть тебя в казначейство. Иначе ты у нас сопьешься. Он хотел назначить тебя каким-нибудь главой, но у меня получилось его переубедить. Человек с фамилией Гилберт не может быть ниже казначея. Завтра после верфи сразу отправляйся в казначейство и приступай к работе. Надеюсь, на этот раз ты исправишься и больше не подведешь наших ожиданий.

Мама поочередно посмотрела на Валеба и Бакки, потом на бочонок с элем на полу и закончила столом с тремя полными кружками.

— И завязывай с пьянством. Сегодня же завязывай.

— Княгиня, Рей… Просим прощения, мы уже уходим. Дела… Служба не ждет. Рады были повидаться, — протараторил Бакки и вместе с Валебом поспешил удалиться.

Они вышли, и мы с мамой остались одни. Видимо ее тоже тяготило наше теперешнее положение. Одна часть тянула ее примириться, другая все еще злилась.

— Я был в храме. Почему-то меня лишили права посещать храм, — начал я осторожно.

— После восемнадцатилетия тебе снова позволят брать в храме удачу, — строго ответила она.

— Раз я снова казначей и все возвращается на свои места, нельзя ничего сделать с этим вопросом?

— Вопрос по тебе решен. Его принимал сам Верховный жрец. Хочу тебя сразу предупредить, твое возвращение на должность казначей ни о чем не говорит. Это не значит, что ты снова займешь место в малом совете. Теперь по делам казначейства тебе придется отчитываться перед управляющим города. Он становится твоим начальствующим лицом.

— То есть даже не управляющий замком? Он же раньше курировал казначейство… — несколько ошеломленный новшеством, сказал я, и тут же догадался почему было принято такое решение. — А, я понял, Даниэль специально переподчинил меня, чтобы я даже не появлялся в замке. Я прав?

Оставив вопрос без ответа, мама намеревалась на этом закончить визит, но я поспешил ее остановить новым вопросом:

— Что мне сделать? Если я найду мастеров, это вернет мое прежнее положение?

— А Алана ты тоже вернешь? — зло ответила вопросом на вопрос она.

Снова удар под дых. Больше не желая говорить, мама поспешила выйти. Я сел в кресло, сорвал печать и развернул свиток. Тут же пришло оповещение о присвоении статуса казначея. Пробежал глазами по тексту и откинул свиток на стол.

Я понял задумку Даниэля. Должность казначея меня теперь обязывала и привязывала к княжеству. Причем, это было сделано так, словно мне оказали милость. У меня была особая способность — финансы. Брат попросту намеревался использовать ее и прочие мои умения до достижения мною восемнадцатилетия. А вот чего дальше ждать от него, было непонятно. Кто его знает, что насоветовал ему отец.

Впору уже мне было вспомнить совет отца об инициировании собственной смерти и побеге. Вариант был неплох, если не брать во внимание предсказания Ханны и мое нынешнюю ситуацию. Сбежав, я получу штраф в сотню удачи и не смогу его убрать. Это для меня не выход. Решение всех проблем мне придется искать в Скалистом Берегу.

Сейчас передо мной стояло сразу две сложнейшие задачи. Я должен был остановить войну и одновременно с этим решить вопрос о возвращении себе положения и доброго имени. Ведь вполне может так случиться, что я не смогу остановить войну, не отдав себя в жертву. В таком случае я погибну и оставлю после себя в памяти близких воспоминания как о подлеце, спрятавшим жемчуг и погубившим брата.

В этот момент всплыла еще одна проблема. Княгине Оршика я дал обещание, что мы не будем мстить за похищение Даниэля. Лишь поэтому я не стал никому рассказывать об истинных обстоятельствах возвращения брата. Но секрет все равно раскрылся сам собой.

Мама говорила о брате, что он слишком осторожный, будет все тщательно взвешивать. Это означает, что у меня есть еще немного времени.

Конечно, можно было попросить Валеба открыть портал, отправиться к ней и предупредить. Но это не выход, это будет проявлением слабости. Она же лишь благодаря моему обещанию, вернула брата. Не ей, а мне требовалось что-то придумать и тем ее обезопасить.

И снова вылезала моя главная ошибка. Мне хотелось всем помочь. Из-за этого я брал на себя слишком много. Будь на моем месте Алан, он бы плюнул на обещание. Он вообще бы плюнул на все и сейчас веселился со шлюхами. Меня же эта извечная слабость всем помогать лишь подводила. Поступи так, как того требовал Даниэль, усади сразу мастеров в тюремные застенки, у меня вообще бы не было проблем. Никто бы не сбежал, все тайны оставались покрытыми мраком, а сейчас здесь стоял сундук с жемчугом.

Еще лучшим решением было оставить Даниэля там, где он был. Вот тогда бы у меня вообще было бы все замечательно. И сейчас, и потом, когда бы подошло время становиться князем Скалистого Берега.

Зря я поддался призыву совести… Зря.

За окном начало вечереть. Я взял стоявшую на столе кружку с элем и стал пить. Без компании залпом пить не получалось. Пришлось цедить. Мне предстояло быстро напиться и пораньше лечь спать. Иначе за мрачными мыслями я вообще не усну. Завтра предстоял сложный день. Утром верфь, потом казначейство, а далее, наверное, надо будет отправляться в Лиан. Оттуда перебраться в Таклы, так как там у Валеба нет портала. А с Дарией Горан, пожалуй, ничего путевого не придумаю. Придется идти позориться. Другого выхода я не вижу.

Глава 15

Утро встретило меня головной болью, штрафом по здоровью и поганейшим настроением. Все от чего вчера спасался элем, нахлынуло на меня разом. Появилось чувство обреченности и невозможности победы ни в чем. От этого было уже плевать и на войну, и на победу Даниэля и вообще на все. А предсказания Ханны теперь казались чем-то далеким и вообще нереальным, подобно приснившемуся и потом исчезнувшему сну. Великая Система Дагора вечна, ничто не может ее разрушить.

Больше на автомате привел себя в порядок. Снял штраф лечением, принял водные процедуры и оделся, выбрав более приличные штаны и рубаху. Среди вещей были найдены два моих кинжала. Заполучив способности мага, в оружии уже не было особой нужды, но привычка делала свое. Надел на пояс кинжал, выглядевший победнее. В довершение позавтракав в закусочной «Трезубца», я пешком отправился на верфь.

Приближение зимы ощущалось утренней прохладой. Вдобавок небо затянулось серым маревом, отчего не видно было ни солнца, ни облаков. Пришлось ускорить шаг и тем согреться.

Себя привел в порядок, а мысли нет. В голове продолжали всплывать проблемы, травя мне настроение чернотой. Хуже всего было не наличие проблем, как таковых, пусть и сверх сложных. Больше тяготило, что я не мог найти решение.

«Ну вот чем я могу противопоставить Даниэлю? Он князь. К тому же, мой князь, которому я дал клятву. Все крутится вокруг него…» — без конца утыкался я в одно и тоже. А в ответ тишина. Ни мельчайшей искорки озарения.

А есть ли у меня вообще шансы переиграть брата, если, к примеру, вложу удачу?

Для увеличения шансов исполнения желания необходимо задумать определенное желание.

Определенное цель… И на какой из целей остановиться, когда Даниэль обложил меня со всех сторон?

Великая Система проигнорировала вопрос, оставив домысливать самому. Нужно было обыграть Даниэля в одном чем-то большом, а уже от этого отталкиваясь, решать остальные проблемы. Все случилось из-за побега мастеров. Вследствие этого ответ виделся простым: найду беглецов, одновременно верну похищенный жемчуг — это станет победой сразу в двух направлениях, а там глядишь и с остальным разберусь. Однозначно мастера — это переломная фигура нашего с братом противостояния.

Желание найти пропавших мастеров услышано.

Ваш шанс равняется 1 %.

Одно очко удачи увеличит имеющийся шанс в 10 раз.

Сколько готовы поставить очков удачи?

И что мне, вложить целых 10 удачи, когда ее у меня всего 11 очков?

Понимаю, надвигающаяся война важнее и ничего не могу поделать с собой. Победа над Даниэлем для меня важна не меньше. Я не хочу оставаться слабаком, которого избили и втоптали в грязь.

Пусть будет половина.

Обмен состоялся.

Ваш шанс найти пропавших мастеров равняется 50 %.

В этот момент родился хитроумный план: что если сейчас вложить еще 1 удачу? По логике вещей шанс должен был взлететь в 10 раз и тем сразу добраться до 100 %.

Желание увеличить шанс найти пропавших мастеров услышано.

Ваш шанс равняется 50 %.

Одно очко удачи увеличит имеющийся шанс на 10 %.

Сколько готовы поставить очков удачи?

Ну да, можно было не сомневаться, Великая Система не так глупа, чтобы так просто попасться на арифметические тонкости. Но ничего, 50 % — это отличный результат. Вот только я пока не ощущал никаких озарений.

Сегодня на верфи уже было полно грузчиков и повозок. Они почти завершали разбирать вчерашние каменные блоки.

Засучил рукава и принялся за работу.

На этот раз потребовалось меньше получаса. На всякий случай оставил побольше маны, 386 очков. Сегодня к вечеру я намеревался с Валебом и Бакки переправиться в Лиан. Предстояло добраться до Таклов и где-нибудь в городе установить для начала портал. Это чтобы потом не тратить на это время. Заодно предстояло поднять в порту брошенное золото. Половину я все-таки намеревался оставить себе и тем решить материальные проблемы. А то выданной сотни золотых вряд ли мне на что-то хватит.

К сожалению, из-за неожиданного прихода мамы я вчера так и не успел сообщить Валебу и Бакки о сегодняшних планах. Так что предстояло снова их искать, собирать вместе, объяснять. Оставалось надеяться, что они не будут заняты и мы сможем отправиться в Лиан засветло.

Один из грузчиков показывал мужчине и девушке на меня. Те поблагодарили его и скорее направились ко мне.

Конечно же я сразу узнал эту парочку, что нельзя было сказать о них.

— Вы Рей Гилберт? Правильно? — сомневаясь, спросил мужчина.

— Урти Рамс и Амалия… — с натяжкой выдавил я. — Честно говоря не думал, что вы у нас появитесь, после того, что устроили нам в Оршике.

— Вы обещали устроить встречу с Троем, — теперь вступила в разговор Амалия.

Красивые глаза девушки, в которые лучше было не смотреть, впились в меня. И снова от этого взгляда я почувствовал себя не в своей тарелке.

Предпочел отвернуться к Урти и ответить ему:

— Да, помню, обещал.

— Мы в Скалистом Берегу уже третий день, — торопливо принялась рассказывать Амалия, чем заставила снова на нее взглянуть, — каждое утро приходили к вам в замок и нам говорили приходить завтра. А сегодня пришли и нам сказали, что вы переехали в «Трезубец». Мы туда и хорошо нам подсказали, куда вы отправились. Так мы можем сегодня увидеться с Троем?

— Скажу честно, после того, что вы нам устроили у меня нет никакого желания сдерживать свое обещание. Но я сдержу. Просто потому, что держу слово. Пойдемте.

У девушки сначала чуть ли не остановилась сердце и в следующее мгновение она была уже счастлива. Впервые я увидел на ее лице радость и крошечную улыбку, которую она старательно сдерживала.

Дабы не бежать через весь город, я нанял у порта карету, и уже в ней мы отправились к Гнездовой скале. Урти Рамс предпочел сесть со мной. Амалия разместилась напротив. В предвкушении встречи с Троем ее глаза просто светились от счастья. Она была настолько полна энергии, что мне кажется, готова была спрыгнуть с кареты и сама сломя голову бежать к тюрьме, если бы от этого могла быстрее его увидеть.

Всю дорогу мы молчали. Иначе бы я снова начал выставлять претензии обоим. Конечно, все обернулось хорошим, но сам факт с их стороны был прискорбнейшим.

Я старался не смотреть на Амалию, а глаза все равно смотрели. Разглядывали ее маленькие пальчики, которые она в нервах теребила, ее скромное темное платье, ее распущенные длинные волосы, падающие ниже груди и постоянно теребившиеся ветром. Я только избегал встретиться с ней глазами и тем раскрыть, что чувствую по отношению к девушке.

Карета въехала во двор казармы. Увидев у входа капитана, я велел возничему остановиться. Только сейчас подумалось, что Даниэль мог распорядиться запретить меня пускать в тюрьму. Не хотелось в последний момент опозориться перед Амалией.

Капитан явно был не рад меня видеть. Он, конечно, был в курсе моего, если так можно сказать, падения. Но отказать не смог. Единственное спросил с кем хочу увидеться.

Амалия так была счастлива, а как только мы стали спускаться в тюрьму, заметно разнервничалась и сделалась мрачной. Нет, она ничего не говорила. Она молча спускалась за моей спиной. Но я явственно ощущал нахлынувшую на девушку дрожь, с которой она боролась и которую с усилием превозмогала.

Надзиратель почему-то повел нас в другую сторону. Он открыл камеру и предстало совершенно не то зрелище, которое я намеревался увидеть. В камере не было ни ковров, ни мебели, ни топчана.

Трой и Амалия ринулись друг к другу. Глаза обоих загорелись огнем. В них было столько всего. Эти взгляды были совсем не родственными. Там кипела невероятная страсть.

Я думал, сейчас будут обниматься, но вместо этого оба резко остановились в метре и встали как вкопанные. Словно между ними появилась невидимая преграда. Впрочем, так оно примерно и было. Они родственники. Так что ни о каким отношениях, а тем более — будущем, не могло быть и речи. Наверное, именно поэтому их безнадежная любовь была настолько сильной.

Урти остался стоять у входа. Играя желваками, он недовольно смотрел на обоих. Я предпочел встать в стороне от парочки и более тщательно пробежал глазами по камере. Отовсюду на меня смотрели лишь голые камни. Тут даже соломы не было. Парню приходилось спать на холодном полу.

Тем временем Трой и Амалия говорили. Сплошные торопливые вопросы и ответы. Оба понимали, встреча продлится недолго и неизвестно, когда удастся встретиться вновь, если вообще удастся. От этого им хотелось как можно больше наговориться.

Прошло совсем немного и появился надзиратель. Он сказал, что капитан разрешил встречу только на пять минут. Это напомнило мне о нынешнем положении. Раньше такого не было. Не так давно капитан мне был не указ. Будучи сыном князя, я стоял выше любого из его подручных. А теперь я превратился вообще не пойми во что. Еще немного и я потеряю остатки того, что имею.

Трой и Амалия стали прощаться. Теперь от них сыпались обещания, напутствия и прочая белиберда. И ни слова об их истинных чувствах. Они словно сами боялись произнести друг другу о том, что чувствовали.

Напоследок Троя дернуло ляпнуть глупость. Пообещал Амалии скоро освободиться, сославшись на мою помощь. Мол, я родной брат князя. Тот вроде бы обязательно меня послушает. Нужно лишь немного подождать.

Девушка буквально завизжала от радости. Ну как тут вмешиваться и омрачать счастливый конец их встречи.

Надзиратель вывел нас в коридор, запер дверь в камеру и повел нас на выход. Амалия изменилась. Теперь она была близка к истерике. Она не могла вот так бросить своего любимого и уйти. Она посчитала, что обязательно должна что-то сейчас сделать.

— Рей, можно с вами поговорить. Мне на минуточку, — остановившись и вцепившись в меня, взмолилась она.

— Не делай этого! — рявкнул Урти Рамс.

— Нет, я только поговорить. Ты иди. Мы поговорим, и я выйду. Ну прошу тебя, пожалуйста, — продолжая держаться за меня, попросила Амалия Урти.

Мужчина обреченно склонил голову и направился вперед. Не зная, как поступить, надзиратель пошел с ним. А я с удивлением продолжал смотреть за тем, что происходит, не совсем понимая реакции Урти.

— Рей, что нужно сделать, чтобы Троя отпустили? Я на все согласно. Только скажите. Я готова стать вашей рабой. На месяц, на год, на сколько скажете. Я буду делать что пожелает, все что угодно, но умоляю, помогите!..

Из глаз брызнули слезы. Недоговорив, она пала на колени.

Урти Рамс с надзирателем дошли до конца коридора и остановились. Обернувшись, оба смотрели на нас.

Я поспешил поднять девушку с колен.

— Что у тебя с Урти?

— Ничего. Мы живем вместе, но у нас ничего нет. Я до сих пор невинна. Я отдам свою невинность, только помогите. Прошу вас. Я буду делать все, что вы скажете. Абсолютно все…

Я стоял пораженный. Внутри голос так и кричал — «как она может так опуститься, предлагая себя?»

Бывший капитан Мелиссара стоял подобно изваянию и смотрел на нас. Девушка говорила достаточно громко. Он все слышал. Не представляю, что сейчас у него творилась внутри.

— Урти, по-моему, тебя любит.

— Да, любит. А я… — она лихорадочно помотала головой, — я не могу. Я люблю Троя, а Трой меня. Но это неправильно. Так недолжно быть. Но я не могу ничего с собой поделать. Так вы мне поможете? Я сейчас же скажу Урти, пусть уезжал. Я останусь с вами.

Отстранил от себя девушку и направился к концу коридора, где застыли две фигуры. Амалия побежала за мной, стараясь держаться вровень. Заглядывала в глаза, пыталась предугадать ответ.

— Езжай с Урти…

— А как же Трой?!

— Я не могу его выпустить. Пока не могу.

— Но вы же брат князя! Вы можете!

Я остановился, чтобы она по глазам поняла, что я хочу до нее донести.

— Сейчас у нас с братом конфликт. Он не будет меня слушать. Пока я ничем не могу ему помочь. Ни-чем.

Девушка была в отчаянии и нашла, как ей казалось, выход. Пусть и чудовищный, но выход. Более того, она решилась на него. И это придало ей сил. Она убедила себя, что сейчас кинет себя в жертву и ее любимый освободится. Теперь же эта надежда рухнула.

Амалия пошла вперед к двум фигурам, застывшим в конце коридора. Больше она не ревела и не билась в истерике. Она была опустошена. Был последний шанс спасти Троя и он только что исчез.

Добравшись до лестницы, мы стали подниматься. Теперь я не осуждал девушку. Я лишь удивлялся какой силы могут быть чувства, что она была согласна на что угодно лишь бы ее любимый, с которым у нее даже будущего не могло быть, освободился. Уверен, Трой бы поступил точно также. Я ведь видел, как он на нее смотрел, как говорил и как переживал.

Зато теперь все плотские желания по отношению к Амалии у меня исчезли. Она больше нисколько не волновала меня. Будь у меня возможность, я бы помог ей и Трою, не требуя ничего взамен. Необходимости держать парня в заточении я уже не видел. Он заработал освобождение, не дав Одиену убить меня. В остальном всем уже давно было плевать на бунты, прокатившиеся по Равнине. Они остались в памяти лишь пострадавших семей.

Мы поднялись наверх. Амалия тихим голосом попрощалась. Урти просто кивнул. На его каменном лице теперь читалось удовлетворение. Ничего плохого не произошло. Девушка осталась с ним и сохранила невинность. Объект ее поклонения продолжает томиться в тюрьме, что дает ему надежду наконец-таки наладить с Амалией более близкие отношения.

Я остался стоять у ворот тюрьмы. Урти и Амалия направились через двор казармы к воротам выхода в город. Они держались на расстоянии. Девушка явно хотела побыть одна. Мужчина был преисполнен желанием приблизиться к ней, обнять и тем утешить, но не решался. Ждал, пока она ему позволит. И это было видеть странно.

Сильный воин, в прошлом рыцарь и капитан Мелиссара Урти Рамс со своей безответной любовью смотрелся нелепо. Хрупкая юная девушка полностью подчинила его себе, а он ничего не мог с собой поделать. Из них троих его доля была самой худшей. Амалия и Трой любили и были любимыми, а Урни ничего не получал взамен. Разве что присутствие девушки рядом и необходимость о ней заботиться.

В этот момент вспомнился Даниэль. Мама сказала, что он привез из столицы какую-то девушку и намеревается жениться. Насколько понял, это была та самая девица, что была с ним, когда брата похитили.

Она не была высокородной. Тем не менее, наплевав на возможные мнения, брат ее привез в замок и намеревался жениться. Пожалуй, у него к ней были очень сильные чувства, раз он так поступил.

А вот у меня такой девушки никогда не было. Разве что Милли вызывала к себе сильную симпатию. Но ее больше нет. Едва возникшее влечение к Амалии быстро исчезло. Вероятнее всего, девушка моей мечты где-то должна быть впереди. Надеюсь, в скором будущем.

Я дождался пока Урти и Амалия покинут двор казармы и сам не спеша пошел к воротам, где меня должен был дожидаться нанятый возничий со своей каретой. Ехать в казначейство не хотелось. Не было желания сидеть с бумажками, зная, что сейчас мне нужно заниматься совсем другими, намного более серьезными вещами. К тому же предстояло снова увидеться с Хелли.

Нет, я был не против встречи с ней. Даже наоборот, очень хотел. Вот только я уже знал наперед, все равно не сдержусь, девушка будет кричать, а после обо всем доложат Даниэлю или маме. Сидеть вместе целый день и ждать вечера, когда можно будет уединиться в «Трезубце» мы вряд ли вытерпим. И раньше уйти нельзя. Обязательно доложат. Потом снова начнутся претензии.

Однако попав в казначейство, я не нашел Хелли ни у себя, ни в ее кабинете. Глава отчетов и отчетности Орил Белдок был в курсе моего прихода. Прибежал, показаться.

— Что у вас тут было за время моего отсутствия? — усаживаясь за стол, спросил я.

Вид невысокого худощавого мужчины с вечно вздернутым носом за время моего отсутствия претерпел изменения. Теперь голова висела, а на лице читался неуверенный взгляд.

— Почти ничего, если не считать посещения нас князем.

— И что было? — мысленно досадуя, что приходится из него клещами вытаскивать информацию, задал следующий вопрос.

— Все главы подробно доложили о работе подразделений, Даниэль выслушал, а потом кое-кому понизил жалования, посчитав работу недостаточно качественной. Понизили пятерым, в том числе и мне.

И снова полслова и заминка.

Уже не сдержался.

— Да рассказывайте толком, что было! Что вы меня порциями кормите!

— Мы и сами толком ничего не поняли. Формулировка была такова — неэффективность. А потом князь дал понять, что это временная мера. Если он увидит исправления, жалование вернется на свое место.

Затеянная игра Даниэля у меня в ведомстве несколько удивила. После дошло. Скорее всего, он прижал всех к ногтю, дабы дать понять, что будет править не хуже отца и что с ним шутки плохи и в то же время разделил глав по разные стороны. Теперь ущемленные будут из кожи вон лезть чтобы доказывать свою эффективность, в тайне ненавидя тех, кого не прижали. Таким образом Даниэль воплощал воззрения отца о том, чтобы всех разделять и властвовать.

В принципе, идея брата понятна. Казначейство — это дело такое, тут крутятся все деньги княжества. Сплочение глав служб могло плохо сказаться на финансах. Одни могут что-то спереть, вторые прикрыть. Так что разлад в коллективе на руку князю. Целее будет казна. А если кто-то что-то замыслит, другие тут же доложат.

Я так и не закончил знакомиться с отчетами, посему велел Орилу все принести, заодно поинтересовался где моя помощница.

— Так Хелли перевели в курьеры. Она теперь там работает.

Не сомневался, что теперь глава в надежде поднять свою эффективность, начнет более подробно докладывать обо мне родне, так что предстояло давать правильные команды и формулировать их должным образом.

— Если не хотите целыми днями готовить мне чаи, ходить за пирожными и выполнять прочие мелкие поручения, срочно найдите и пришлите ее ко мне. На этом свободны.

Довод подействовал убедительнейшим образом. Уже через пять минут Хелли входила ко мне с высокой стопкой книг, возвышавшейся выше ее головы.

— Ты представляешь, мне сказали увольняться или идти в курьеры. А я так и знала, вернется мой любимый Рей и это недоразумение исправится.

«Любимый»… От громкого употребления девушкой этого слова при раскрытой двери рука потянулась к голове.

Точно доложат. Прямо слово в слово.

— Ты все убрал?! — взглянув на меня, завизжала Хелли. — Но зачем?! Надо было хотя бы один шрам оставить на щеке! А теперь я даже не знаю… Ну ты стал как ребенок! Милый, ну почему ты…

О! Теперь уже «любимый»?!

Мимо кабинета прошмыгнула чья-то фигура в одну сторону и две в другую.

— Да закрой ты уже наконец эту дверь! — не сдержался я.

Хелли все поняла по-своему. Дверь она закрыла на ключ.

— Я тоже по тебе скучала. Так скучала… Ты просто не представляешь, как!

Внимание! На вас оказано скрытое воздействие.

Настроение повышено на 20 %.

Сексуальное желание повышено на 20 %.

Повышение навыка Ощущения скрытого воздействия на 1 очко.

Ну вот этого я и боялся… Меня опять охватила волна плотских желаний.

В пекло маму с Даниэлем!

Я вскочил с кресла.

— Чтобы ни звука! Ты поняла? Делай что хочешь, но ты не должна издать ни единого звука!

Девушка послушно закивала.

Внимание! На вас оказано скрытое воздействие.

Настроение повышено на 20 %.

Сексуальное желание повышено на 20 %.

Повышение навыка Ощущения скрытого воздействия на 1 очко.

Да что б тебя!

Без криков все получилось совсем не так. Механически, что ли. Просто разрядился от стольких дней воздержания. Даже магия особо не помогла. Хелли, по-моему, вообще ничего не испытала.

Я заправился и вернулся в кресло. Взгляд на раскрытую книгу с отчетами веял невероятной скукой. Мне и до этого листать страницы было тошно, а теперь так вообще невмоготу. Начала одолевать леность.

— Ты представляешь, сегодня утром меня отправили с письмами в префектуру. Там у меня подруга работает. Она рассказала, что в ювелирной лавке господина Риланда Гранта начались невероятные скидки. Покупаешь одну жемчужину и действует полная цена. За две жемчужины дается десять процентов скидки. За три — двадцать. А за шесть и больше надо заплатить полцены! Ты представляешь? Полцены! Я поверить не могла… Да этот жадюга никогда столько не давал скидки! Моей подруге в прошлом году друг покупал ожерелье из десяти жемчужин. Так он дал скидки всего три с половиной процента. А сейчас пятьдесят!

Хелли закончила и теперь смотрела на меня. А у меня только от слова «жемчуг» уже все навострилось.

А не мой ли жемчуг продает торговец?!

В предвкушении большой погони зачесались руки.

— Так где ты говоришь эта лавка?..

Глава 16

По дороге нам попалось еще две ювелирные лавки. Конечно же проверил каждую из них, включая лавку упомянутого Риланда Гранта, о которой упоминалось в самом начале. Проверял не сам, естественно. Пусть я не знал всех торговцев города, но зато они знали меня. Как брату князя они могли дать скидку и тем попытаться расположить к себе. Им-то откуда знать о начавшихся между нами непростых отношениях. Город до сих пор гудит, что я спас князя. Посему в каждом случае отправлял Хелли, велев уточнять, когда начался сезон невиданной щедрости и когда закончится.

Итоги показали, одинаковые скидки действовали во всех трех местах. Не сомневался, стоит обойти остальные ювелирные лавки города и там будет та же картина. Это уже было непохоже на мастеров. Они бы вряд ли решились задержаться в Скалистом Берегу. Похитив жемчуг и убив охрану, они должны были со всех ног бежать из города подальше. Вместо этого, выходило, что мастера остались. Цены-то на жемчуг скинули только вчера.

По поводу того, сколько продлится скидка, торговцы ответили уклончиво. Мол, берите сейчас, пока есть, а завтра может уже не быть.

Ну это, конечно, чистое вранье. Они получили слишком много жемчуга и гарантию новых поставок по той же низкой закупке, поэтому дружно скинули цены. Таким способом поставщик намеревался сбыть как можно больше товара. В этом была суть устроенной распродажи. И это был отнюдь не простой человек. Простой не смог бы договориться быстро со всеми торговцами города.

Меня все сильнее начинали одолевать подозрения на счет лица устроившего распродажу. Вот только не хватало дополнительных зацепок.

— Рей, так ты мне купишь ожерелье? — затянула Хелли. — Я присмотрела очень красивую вещь. Тебе понравится. Там целых сто двадцать шесть жемчужин!

Попытался представить.

— Нет, тебе не пойдет. Ну ты сама представь, как ты в нем будешь ходить. Такое длинное ожерелье тебе будет до ног.

— Ничего не до ног. Я его вокруг шеи обмотаю. Я уже видела так у одной девушки. Очень красиво смотрелось.

Снова попытался представить.

— По-моему, за такое ожерелье тебе голову оторвут, а украшение заберут. Обещаю, жемчуг я обязательно куплю, но выбери что-нибудь попроще.

— А я в нем дома ходить буду!

Уж лучше бы просто денег попросила. Отмахнулся и тем согласился. Голова гудела от других проблем. Велел Хелли пока возвращаться в казначейство и сидеть там до вечера, сообщая всем, что я выехал на важную встречу, без уточнения куда и к кому.

Сейчас самое время было найти Валека Лотца и подробно расспросить у него по бегству мастеров и их поиску. Смущало лишь, что он являлся приближенным к Даниэлю, посему мог доложить, а этого допускать было нельзя. Пусть брат пока думает, что после устроенной им атаки, я разбит, подавлен и пребываю в жалком виде.

Теперь было даже к лучшему, что вчера мама застала меня распивающим эль. Это обстоятельство усиливало общую картину моего падения. От безысходности запил. Вообще отлично.

Раз не могу поговорить с мастером тайных дел, оставалось снова опросить Бакки. Уж он-то точно не побежит докладывать Даниэлю. Ну это в том случае, если тот сам его не вызовет и не расспросит, в чем я сомневался.

Бакки ожидаемо нашелся на главной площади. Он снова бродил с троицей стражников, выискивая нарушителей и пьянчуг. Увидев меня, бывший рыцарь что-то особо не обрадовался. Отделившись от своих, он нехотя поплелся ко мне.

— Что-то случилось? — спросил я, морально готовясь услышать неприятность.

— Да так, мелочи жизни. Сегодня капитан вызвал к себе и за вчерашнее высказывал.

— Это еще в честь чего?

Бакки развел руками.

— Княгиня посодействовала. Капитан велел больше с тобой не пить и держаться подальше.

— А что ты?

— Что я? Сегодня вечером лучше попьем эль в борделе у Лукреции Настер. Вот там можно спокойно и выпить, и повеселиться. Надо будет заодно Валеба с собой взять. Уже проверено. Втроем интереснее.

Такая реакция Бакки порадовала. А вот сам факт огорчил. Как бы Бакки в ближайшее время не присоединился к Сиру Лэйтону. Предстояло быть поосторожнее.

Не стал ходить вокруг да около и перешел к делу:

— Мне нужно кое-что узнать. Постарайся вспомнить тот день, когда сбежали мастера. Что было, когда ты уходил. Кто из мастеров тебе попался. Как вел себя Арни. Что делали гвардейцы. Все-таки как-то странно, что мастера, без боевых навыков и без опыта в схватках вот так просто взяли и перебили десять гвардейцев.

— Так гвардейцев не было. Были стражники. Не знаю почему, за три дня до этого капитан распорядился поменять гвардейцев на стражников. Они-то и не умеют ничего толком. Им пару навыков дают и на этом все. Многие даже не владеют мечом. Ходят с одними алебардами.

Рассказанное Бакки заставило едва ли не потерять дар речи. Мастера — это ценнейшее, что есть у княжества. Как можно было на их охрану ставить неподготовленных стражников?!

Теперь-то я уже в полной мере ощутил, что не зря утром вложил 5 удачи в поиски мастеров. Все начало складываться и проясняться.

— А кто нес службу в тот день, когда все случилось? Кем были погибшие стражники?

— Да я-то откуда знаю? Вроде совсем новички. Кстати, один из них выжил. Он то ли сбежал, то ли еще что-то.

— Он мне нужен. Прямо сейчас.

Все-таки Бакки оказался молодцом. После утренних назиданий капитана, он мог сослаться на «не могу». Вместо этого сбегал к трем другим стражников, расспросил их, заодно сказал, что у него срочные дела и попросту со мной сбежал.

Выжившим стражником оказался девятнадцатилетний парень Юнат Полсен. Он нес службу в порту. Мы его нашли, и я задал вопросы.

Все десять стражников прибыли из Кабаньего луга. Они только начинали службу, были совсем зелеными. Буквально через неделю их поставили на охрану «Трезубца».

У Юната была беременная жена. Она приехала в город навестить мужа. В день, когда сбежали мастера, у женщины случились схватки. Пока муж занимался организацией родов, немного задержался и прибыл в «Трезубец» уже после случившегося.

— Подскажи, ты же видел убитых. Какие ранения они имели? Там была бойня или как?

— Да ну, бойня… Ребят сразу, раз-раз-раз и поубивали. Двоим аж кирасы пробили. Остальным почти всем срубили головы.

— Ваши кирасы что есть, что нет. С одного удара насквозь пробить можно, — скептически заметил Бакки.

— А ты бы смог пробить кирасу? — спросил я у парня.

— Не… Это же силища сколько надо.

О том, что срубить голову тоже требовалась силища, уточнять не требовалось. Это и так было понятно.

— И последнее. Все были в одном месте?

— В холле. Все девять лежали в холле.

И тут возник очевидный вопрос, которому я почему-то до этого не придавал значения:

— Кстати, а что с работниками «Трезубца»? Я помню, их было много, — спросил я теперь скорее у Бакки.

— Так воскресенье же было. Лэйтон распорядился выйти двум работникам на кухню и двум на уборку. В закусочной вряд ли что-то слышали. Там две двери и третья на кухню, а что с теми, кто был на уборке комнат, я не понятия не имею. Это надо у мастера тайных дел спросить.

Напоследок посоветовал Юнату Полсену держать язык за зубами о состоявшемся разговоре и отправил дальше нести службу.

— Не пойму, а к чему расспросы? — вдруг озадачился Бакки.

— Нам нужен Валеб. Поговорим, когда найдем. Без него нам не справиться.

Портальщик нашелся на тренировочном поле, куда мы доехали на нанятой карете. С еще одним сержантом он гонял группу стражников по атлетике.

Вот только разговор предстояло начинать очень корректно. Нельзя было никого ставить перед выбором. Иначе мы все могли схлопотать штраф за предательство.

— По-моему, я нашел мастеров. Мне потребуется ваша помощь.

— Так если мы найдем мастеров, Даниэль меня точно вернет в гвардейцы. Опять буду Сиром. И тебе может быть даже перепадет рыцарь, — толкнув Валеба, обрадовался Бакки и ответил за двоих: — Мы согласны. Что нужно делать?

— От Валеба мне потребуются способности портальщика, а от тебя Бакки, пожалуй, жемчуг и компанию. Втроем нам будет сподручнее. Потом обязательно все верну.

Лицо Бакки исказилось. Он снова напомнил о преследующем его злом роке, забирающем все его кровно заработанные ценности и все-таки согласился.

Спешить не стоило. Предстояло дождаться темноты и только тогда приступать к делу. Сейчас же время перевалило за полдень. Посему было лучше разойтись и встретиться вечером в порту.

Валеб вернулся к тренировке стражников. Я довез Бакки до главной площади, где он нес службу, а сам отправился обзавестись эссенцией. Ибо после работы на верфи запасов мне бы не хватало.

Днем Надин проводило время в лекарне, так что именно туда я и направился за помощью. Довод был выбран безукоризненный — это срочно нужно для верфи. Женщина как будто чувствовала подвох, вздумала препираться. Пришлось на полную включить оратора, чтобы до нее достучаться.

Вернувшись в «Трезубец», я быстро пообедал в закусочной, заодно расспросил работников. Трудившиеся в день бегства мастеров кухарки ожидаемо ничего не видели и не слышали, а занимавшиеся уборкой работницы попросту бесследно исчезли. В общем, добыл бесполезные сведения.

Поднявшись к себе в номер, я прошел к окну и взял под управление одну из чаек, что толпами слонялись вокруг колоннады и направил ее к Птичьим Скалом. Теперь я уже нисколько не сомневался в том, кто стоит за продажей жемчуга по бросовой цене и почему сбежали мастера, которые, как выясняется, в действительности никуда не сбегали. Их попросту выкрали. Даниэль слишком много допустил ошибок и тем все выдал.

Чайка долетела до деревни и вот тут появилась проблема. Я не знал, где именно содержались мастера. Птица нарезала круги вокруг деревни и безрезультатно. Узкая полоса суши с одной стороны упиралась в высокую скалу, с другой — омывалась морем. Дома шли вдоль деревни двумя длинными полосками.

Спрятать мастеров кроме как в помещениях, выдолбленных в скале, было негде. Но вот понять, где располагался вход я никак не мог. Шедшие вторым рядом дома и сараи упирались в злополучную скалу. Ни заборов, ни вышек, ни башен для ориентиров, ни охраны в виде стражников или гвардейцев.

Опустив чайку вниз, я попеременно посидел на крышах более чем десятка зданий, что упирались в скалу, позаглядывал в окна, ибо был уверен, что одно из них служило прикрытием для входа. Это тоже оказалось без толку. Ничего не прояснилось.

Где-то в другом месте сделать вход вряд ли было возможно. Деревня занимала все пространство береговой суши. За ее окраинами море билось в высокую скалу. Выход виделся один — просить помощи правителя деревни дядю Румела. Чтобы он показал вход и рассказал, как устроена тюрьма. Наобум идти не хотелось, дабы не столкнуться с охраной. По замыслу я должен был забрать своих мастеров тихо и не заметно.

Начало вечереть, когда мы встретились в порту с Бакки и Валебом и, наняв рыбацкую лодку, отправились к Птичьим скалам. Мои помощники чувствовали подвох. За день они все обдумали и теперь на пару атаковали меня вопросами. Сказал в ответ, чтобы делали, что скажу и у нас все получится без нежелательных последствий.

По-моему, оба догадались к чему все идет. Вопросов больше не возникло. Оба насупились и готовились к плохому.

Бакки было проще. Он ежедневно получал удачу. А Валебу уже сложнее. Сейчас, вероятно, он где-то сожалел, что согласился. Слишком уж у него был траурный вид. Пришлось вдохновлять несметными подарками, когда все закончится, ну и нематериальными благами в виде повышений.

Лодка доплыла до пристани, когда уже почти стемнело. На пристани нашлась пара рыбаков, копошившихся в своей лодке и еще человек пять на берегу, болтавших между собой о завтрашней работе. Я спросил у первого попавшегося, где найти дом правителя и направился в указанном направлении.

Странное дело, Птичьи скалы были буквально рядом со Скалистым Берегом. Деревню было видно со стен Гнездовой скалы. А я появился тут впервые. Даже семью дяди толком не знал. Двух его дочерей видел всего пару раз в жизни. Жену чуть больше. От силы пять или шесть.

Оставив Бакки и Валеба на дороге, я сам подался к дому правителя деревни. Мой приход в потемках вызвал у дяди ожидаемое удивление. Он пригласил в дом и хоть я отказался от ужина, провел в столовую показать семью. За столом сидела жена и повзрослевшие дочери. Старшая держала на руках младенца.

— Полгода назад стал дедом, — с гордостью показал дядя на ребенка.

— Поздравляю. Не знал.

— Оно всегда так. Со временем родственные связи теряются. Иногда это происходит очень быстро. Ну, пойдем в гостиную. Там нам будет удобнее.

Вид дома вызывал у меня удивление. Это была больше крестьянская лачуга, чем дом правителя. Никогда не думал, что дядя так скромно жил. Тут и десятка комнат не было. А их вон сколько жильцов было. Да и обстановка внутри оставляла желать лучшего. Обычная незамысловатая мебель, и окрашенные известью пустые стены.

Дядя усадил меня на диван, а сам расположился напротив в кресле.

— Быстро же ты во всем разобрался. Я думал, появишься через месяцок. Не зря Мари все время тебя называла особенным. Не зря… И на чем Даниэль погорел?

— На жемчуге. Цены подозрительно сильно упали.

— И ты теперь думаешь, найдя мастеров, его переиграешь?

— Он убил девять стражников. Все были наши люди. Он не захочет огласки. Ему придется пойти на попятную.

Закрыв глаза, дядя немного потер лоб кулаком и после в недовольстве тряхнул головой, как будто перебрал в уме варианты и это его не устроило.

— Нет, ничего не получится. Это все — ерунда. Тебе нужно взять его за яйца. Крепко, чтобы он не смог вякнуть. Вот тогда ты сможешь отыграться. А найдешь ты мастеров, не найдешь — это мелочи. Так ты ничего не добьешься. Возьмешь за яйца, и он сам вернет мастеров.

— Ну и чем мне его взять?

— Я правитель Птичьих скал. Вассал Даниэля. Я не могу идти против него. Иначе это будет равнозначно предательству. И не надейся, что я укажу место, где у меня в скале прячут мастеров. Ты должен сам все найти. Но чем что-то делать, хорошенько подумай, стоит ли. Я бы на твоем месте очень хорошо подумал.

Дядя с одной стороны подсказывал, а с другой отговаривал. И в то же время обмолвился, как переиграть брата. Такое поведение показалось мне странным. Еще не понравилось, что разговор впервые велся намеками. Это означало, что он не хочет говорить прямо, потому что не верит в мой успех. Он посчитал, что даже если я заполучу мастеров, ничего не смогу сделать, а Даниэль позже с него спросит, почему он мне помогал. Измены брат не потерпит.

— Я вас понял. Буду думать.

— А понял, почему на тебя ополчился Даниэль?

— Опасается, что я заберу власть.

— И это тоже. Он не может допустить, чтобы кто-то был выше него в его же княжестве. От этого твои беды. Тебе будет лучше уйти, совсем уехать из Скалистого Берега. Иначе для тебя все закончится плачевно.

— Сбежать — означает проиграть. Это в какой-то степени и мое княжество. Здесь моя родина. Здесь часть меня.

— Зря. Очень зря… Ты, наверное, еще не слышал, что сегодня случилось в Мелиссаре. Герцог Квинтин Линдберг встречался с кем-то из королевства Севера. Что-то обсуждали, о чем-то договаривались. По окончании встречи герцог пригласил северянина за стол. Обед проходил вместе с семьей герцога. Там были его жена, дети, внуки, зять и снохи. После обеда северянин убыл, а Квентин и вся его семья умерла. Ни лекари, ни магистр не смогли ничего сделать. Я думаю, ты догадался, кто стоит за этими смертями.

— Даниэль?! — в ошеломлении воскликнул я.

— Знаешь, по-моему, тебе будет лучше прямо сейчас отправиться к брату и договориться. Пообещай ему, что покинешь княжество и больше никогда не появишься. Все равно ты не сможешь с ним тягаться. Он тебя обыграет. Потому что на пути к цели для него не существует барьеров, а у тебя есть. Как он ты не сможешь. А если попытаешься, то сам же будешь презирать себя за совершенное. Так что ты еще раз хорошенько все обдумай и прими верное решение. Ну а теперь пойдем, я тебя провожу до двери. До пристани дорогу сам найдешь.

Румел проводил до входной двери и на этом мы простились. Я вышел на узкую улицу, где меня дожидались Бакки и Валеб и остановился. Уже совсем стемнело. Здесь не город, уличного освещения не было. Свет виднелся лишь в окнах домов или около них. Кое-кто из местных доделывал дела или в окружении светящихся мотыльков, перед сном, болтал с соседями. День у моряков начинался слишком рано, так что еще немного и деревня должна была погрузится в сон.

С моря дул холодный ветер, но сейчас он мне был даже приятен. Поведанная дядей новость меня слишком затронула. Я попытался представить чудовищное зрелище, случившиеся в Мелиссаре и от этого стало не по себе. Никогда бы не подумал, что Даниэль был способен на такое всего лишь из-за торговли зерном. Вместо пожара брат избрал другой способ: убрать предприимчивого герцога и прикрыться северянами.

— Рей, что будем делать? Ну ты можешь хотя бы это нам сказать? — спросил Бакки и тем заставил очнуться от мыслей о Мелиссаре.

Я посмотрел по сторонам, примерно прикидывая в какую сторону будет идти короче. Куда не двинь, по-моему, разницы не было.

— Мастера где-то спрятаны в скале. Сейчас отойдем к краю деревни, я проделаю ход и пойдем внутри скалы вдоль деревни. Примерно так, как мы уже делали в Костяных горах. Это пока все. Остальное, когда найдем мастеров.

Глава 17

Высказанная дядей идея — «взять брата за яйца», продолжала навязчиво крутиться в голове, пока не заставила родиться более дерзкому плану. Прежняя мысль забрать лишь своих мастеров, переправить в «Трезубец», а потом заявиться на совещание малого совета — теперь казалась совсем уж примитивной. Дядя прав, так я ничего не добьюсь. А вот если заберу вообще всех мастеров, да к тому же переправлю куда-нибудь подальше — это уже заставит брата напрячься. После такого мне уже можно было выставлять требования и ставить ультиматумы. Брату ничего не останется, как все выполнить. Просто разговаривать с ним бесполезно.

Примерные подсчеты показали, что вместе с Тионой и Арни получалось двенадцать человек, плюс столько же мастеров, что изначально содержалось в скале, итого вместе с нами выходило — двадцать семь. Валебу с таким количеством было не справиться. Поэтому пришлось дожидаться полуночи, когда восстановится моя мана, а взятую у Надин эссенцию передать портальщику.

Навык Заклинателя камней заставил в скале появиться проходу. Мы прошли расстояние в полдеревни и очутились в одной из комнат, где застали самый разгар уединенной близости мужчины и женщины. Увидев расступающиеся камни и ввалившуюся к ним нашу троицу, бедняги не на шутку перепугались. Подумали, что с ума сошли. Потребовалось несколько минут, чтобы они пришли в себя и внятно заговорили.

Оба оказались давно жившими здесь мастерами. Они рассказали, что сегодня их охраняло всего семь человек. Кто ими был: гвардейцы или кто-то еще, они не знали. Помещение с охраной располагалось при входе. Там воины жили практически безвылазно, меняясь лишь раз в неделю.

Кем бы ни были охранники, они являлись нашими людьми, поэтому о битве не могло быть и речи. Я поступил гораздо проще: просто замуровал к ним проход. Дальше мы поочередно обошли все выдолбленные в камне помещения. Нашли десять остальных мастеров, что здесь давно жили и всех моих мастеров во главе с Тионой и Арни. Последние оказались в одной большой комнате. Отдельные комнаты для них пока не успели подготовить. Мастера снова были в естественном виде с обрубками без ног.

— Ну что, не успели соскучиться? А я уже! — бодро сказал я в шутку вместо приветствия.

— Вы обещали нам золотые горы! И где это все?! Сначала нас держали в одной тюрьме, потом в золотой клетке, теперь опять в тюрьме! Вы нас обманули! — заорал рыжий парень с подбитым глазом.

— Шеир Кински? — на всякий случай уточнил я тот ли это мастер, что возмущался в прошлый раз.

— Да! Это опять я! — снова на повышенной ноте ответил он. В отличие от прошлого раза парень уже не был одинок. Двое взрослых мужчин рядом с ним, судя по недовольным лицам, были на его стороне.

Дальнейшие расспросы прояснил обстоятельства исчезновения мастеров из «Трезубца». Судя по описанной внешности, к мастерам явился консильери Иган Велни. Он заверил мастеров, что им угрожает опасность и нужно срочно уходить порталом. Собственно, так они здесь и очутились.

Мама говорила, что все подручные по своим способностям равны рыцарям. Стражники, естественно, знали консильери и подпустили к себе. Так что Игану не составило труда с ними расправиться, а после порталом исчезнуть.

— И куда нас отправят на этот раз? — по окончании расспросов вопросил Шеир Кински.

— Вы отправитесь в Оршик.

— К-у-д-а?!

Пусть парень и был удивлен, но в сущности, Шеиру и остальным мастерам было все равно куда отправляться. Главным образом их беспокоили условия содержания, кормежка и оплата. Что нельзя было сказать о Бакки и Валебе. Новость у обоих вызвала шок.

— Рей, но это же измена! — изумился Бакки.

— Ни чуть. Мастера и дальше будут работать на Скалистый Берег. Измену совершил Даниэль, распорядившись убить девятерых ни в чем не повинных ребят. И всего лишь для того, чтобы досадить мне. Чтобы выставить меня предателем. Ты сам прекрасно знаешь, чего нам стоило освободить мастеров и переправить к нам. А потом нас вдобавок сделали виноватыми. Мы никого не предаем. Мы делаем все по справедливости.

Недолго думая, Бакки согласился:

— Ай, ладно, плевать. Валеб, открывай портал. Делать так делать. Ну это же надо было так меня опустить! Из рыцарей кинуть в стражники!

Валеб побледнел. Сбывалось худшее, о чем он думал в последние часы. Но отступать было поздно. Мы вышли на дорогу противостояния с Даниэлем и уверенно по ней шли.

Никого из мастеров упрашивать не пришлось. Я лишь предложил отсюда убраться и все согласились. Валеб породил портал и мастера в него подались.

Оршик встретил нас чернотой какой-то подворотни недалеко от северных ворот. Город спал в ночной тишине. Кое-где в отдалении мерцали огоньки.

Можно было самим пройти в какой-нибудь постоялый двор и разместиться там, но я все-таки поступил иначе. Во-первых, вряд ли бы мы все уместились в одном месте, а во-вторых, мне нужна была постоянная охрана. Так что оставив всех, я отправился напрямик к княгине Оршика Дарие Горан. Она могла решить обе проблемы разом.

Самому не верилось, что все сложилось настолько удачно. Вчерашним вечером я напивался элем, ибо было плохо до невозможности, а сегодня я уже был на коне и можно сказать, взял за яйца Даниэля.

Эйфория прошла быстро. Подобно вспышке. Дальше мысли закрутились уже не в столь радужном свете. Стали появляться опасения. Княгиня могла вызваться помочь, а после переиграть, попросту присвоив мастеров себе. Пусть мне не верилось в такой исход, но тем не менее, отбрасывать такой вариант не стоило. Предстояло хорошенько понаблюдать за ее реакцией и сделать вывод.

Кроме этого появилась озабоченность уже относительно Даниэля. Забрав мастеров, я превращался в его врага со всеми вытекающими из этого последствиями. И это ранило больше всего. Я терял близкого для себя человека. Впрочем, брат сам виноват. Он первым начал конфликт. Теперь мне требовалось это в полной мере осознать и наконец сделать выводы.

Не представляю себе, о чем могла подумать Дариа, когда слуги ее разбудили и доложили о моем прибытии и требовании немедленного приема. Ждать долго не пришлось. Спустя десять минут меня провели в один из залов, где со смурым видом, готовая услышать, наверное, о чем-то ужасном стояла княгиня. Я вошел и лик девушки изменился. Появилось изумление.

— Рей? Это ты?!

В первый момент я не понял отчего столько удивления.

— Да, снял с себя шрамы. Так лучше.

— А, по-моему, немного шрамов тебе бы не помешало. Оставил бы немного на щеке. Девушкам такое нравятся, — со знанием дела посоветовала она.

— Мне это уже советовали. В следующий раз обязательно подумаю. Но сейчас у меня к тебе более серьезное дело. Прошу прощение за поздний визит. Обстоятельства не терпят отлагательства…

Вкратце рассказал о тяготах, приключившихся со мной после лечения, особо не вдаваясь в подробности и тем более не обмолвившись о Мелиссаре. Ей этого знать было незачем.

— …Теперь, когда Даниэль догадался, кто его похитил, я не мог не позаботиться о тебе. Мастера — это мой шанс исполнить взятое обещание. Пока они будут в Оршике, я точно буду знать, что с тобой ничего не случится, — закончил я свой рассказ, постаравшись выйти из положения.

Девушка внимательно слушала, не задавая лишних вопросов. Новость ее обескуражила. В глазах читался то испуг, то сильное огорчение, то растерянность.

— Твоя забота обо мне трогательна, но не слишком ли ты резко поступил? Мне кажется, этим ты только еще сильнее озлобишь Даниэля.

— Что может быть хуже, после того, что он добился моего отлучения от храма? Тем более, это временная мера. Это чтобы его поставить на место. Ну а потом… — я тягостно вздохнул, вспомнив о предсказании Ханны. — А потом будет видно.

— Как только начались осложнения на Юге, у нас поползли слухи о скором нападении на город. Некоторые собственники предпочли продать имущество и податься в более спокойную Долину. Я выкупила по сходной цене несколько домов, закусочных и в том числе постоялый двор. Сейчас он пустует. Ты можешь разместить мастеров там. Я выделю для них охрану. Сразу скажу, учитывая обстоятельства, я освобождаю тебя от налогов и от любых выплат. Ваши мастера могут находиться в городе, сколько угодно.

— Это было бы здорово. Самое то что нужно, — обрадовался я.

— Сейчас мы вместе съездим и посмотрим дом. Подожди немного.

Я попытался воспротивиться, все-таки была ночь, но княгиня лишь заверила, что она быстро и упорхнула, потерявшись в темном коридоре своего замка.

Пришлось ждать больше четверти часа. Княгиня вернулась, будучи облаченной в тяжелые доспехи. Поймав мое удивление, она оправдалась. После покушения на мать отец запретил ей покидать замок без доспехов. Со временем это перешло в привычку.

Насколько помню, эта трагедия случилась лет десять назад. Кто стоял за убийством так и осталось тайной. Ну или во всяком случае не объявлялось.

Я постарался сменить тему, сделав комплимент по поводу доспехов. К слову сказать, они действительно были сделаны весьма искусно. Не зря Оршик славился своими многочисленными кузнями.

Путь до постоялого двора «Твердыня гор», в котором предстояло поселиться мастерам, мы преодолели верхом в сопровождении местных гвардейцев. Княгиня также распорядилась направить к моей группе повозку, иначе часть мастеров с обрубками вместо ног добирались бы слишком долго.

Четырехэтажное здание на пятьдесят номеров оказалось куда скромнее «Трезубца». Оно представляло этакое временное пристанище для проезжих людей со скромным достатком. К тому же немного запущенное. Повсюду лежала пыль и беспорядок. Такое чувство, что помещение бросили в спешке, забыв прибрать, а после им никто не занимался. Зато здесь имелось все необходимое. Была мебель и ванные комнаты, правда, далеко не во всех номерах. Из явных минусов было разве что отсутствие закусочной. Вместо нее на первом этаже размещалась ныне не работающая пекарня.

Вместе с Дарией обойдя помещения, в целом я остался доволен. Не удержавшись, я высказал недоумение, почему она держала «Твердыню гор» закрытым.

— Ты не представляешь, что у нас творится. Людей в городе стало мало. Все работавшие у нас чужаки предпочли уехать. Раньше было много проезжих. Из Меллисара и Гор постоянно ходили караваны в Лиан и Таклы. Теперь туда никто не едет. Одно радует. Предстоящая война подняла торговлю оружием. Кузни загружены заказами.

Девушка с замиранием сердца выдохнула. На встревоженном лице теперь читался страх.

— Я каждый день думаю о предстоящей весне и боюсь представить, что будет, когда на нас двинет полчище южан. Мои люди смотрят на меня, а мне все тяжелее удается изображать спокойствие. Мы не выстоим. Если южан будет столько, сколько было в Лиане и Таклах — просто не сможем.

— А что король? Ты была у него?

— Да, была… — девушка опустила голову и отвернулась к окну. — По-моему, он боится начала войны не меньше моего. Говорит, что отправит к нам армию из Мелиссара. Обязательно пришлет от себя помощь. Но я прекрасно понимаю, ничего этого не будет. Мы останемся одни. Король не сдержит обещание.

— То же самое нас ждет с Севером. Единственное радует — их будет не так много.

Мне показалось, она сейчас близка к тому, чтобы разреветься. Подойдя сзади, я приобнял Дарию, а она в ответ развернулась и уткнулась мне в грудь. Казавшаяся со стороны такой сильной в своих мощных раздутых доспехах, девушка оказала совсем нежной внутри.

Все время источать уверенность, когда наперед знаешь исход противостояния — тяжело. Наверное, днем она изображала спокойствие, а ночью, оставаясь одна, давала волю чувствам. Совсем не от слабости. От невозможности что-то изменить.

Примерно то же самое я испытывал вчера, поняв, что Даниэль разгромил меня в пух и прах. Даже сейчас, когда я вроде отыгрался, уверенности в полной победе не было. Уже сегодня предстояло узнать о его реакции на дерзость. И не здесь, засев в Оршике, а дома, столкнувшись с братом в лобовую. Прятаться от него я не собирался.

За окном появилась повозка и бредущие за ней люди.

— Мастера прибыли. Пора снова становиться сильными, — шепнул я на ушко княгине.

Девушка подняла лицо и грустно улыбнулась.

— И вот так каждый раз: я вынуждена надевать маску и выходить к людям. Такова моя участь. Участь обманщицы, призванной своим видом вселять в людей веру в победу. С каждым разом делать это становится тяжелее.

Мы подались к выходу.

Мастера встретили новое жилище по-разному. Те, с которыми я только сегодня познакомился — с любопытством, мои же, успевшие пожить в роскоши, весьма сдержанно.

— Это нам здесь придется жить?! В этом гадюшнике?! Да здесь не убирались триста лет! — возмутился все тот же вечно недовольный Шеир Кински.

— Утром я распоряжусь, придут работники и наведут порядок, — развернувшись ко мне, сказала княгиня, явно удивленная реакцией мастеров. Понизив голос едва ли не до шепота, она дополнила: — Никогда не позволяй своим людям так с тобой разговаривать, иначе завтра они не будут с тобой считаться. Дашь слабину одним, сядут тебе на шею все.

— Знаю. Допустил глупость и теперь расплачиваюсь. Но это не на долго. Я уже знаю, как поступлю.

Указав на мою ошибку, княгиня предпочла сменить тему:

— Ты здесь останешься? Если хочешь, я могу разместить тебя в замке. Можешь пожить у меня в качестве гостя.

— Нет, спасибо. Надо возвращаться домой.

— Может быть лучше уведомишь брата письмом? Мне кажется, тебе надо дать возможность ему успокоиться.

— Тогда мой поступок будет иначе растолкован. Мне нужно самому с ним объясниться.

Пожелав удачи, Дариа вместе со своим сопровождением убыла, оставив нас всех в холле. Кое-кто из мастеров уже успел подняться, посмотреть номера и вернуться. За окном появился отряд гвардейцев, которым предстояло вести охрану. Сержант построил воинов и принялся проводить инструктаж.

— Что будем делать? — спросил у меня Бакки.

— Ты пока остаешься здесь за старшего. Арни будет тебе помогать. А мы с Валебом вернемся в Скалистый Берег. Предстоит разговор с Даниэлем. Ну а потом будет видно.

— Понял… Эх… Ну ладно… — обернувшись и оглядев мастеров, он заорал на них: — Ну что стоим? Разбираем комнаты. Пока будем жить здесь. Все понятно?!

— А ужин? Ужин будет? — снова завопил, порядком утомивший меня Шеир Кински. Теперь рядом с ним уже было трое. Моих нравоучительных речей хватило ненадолго. Не сомневался, что скоро его недовольные ряды пополнятся. Консильери прав, всех больше волнуют личные блага. Проявленное мною желание помогать, начинало оборачиваться мне боком. И Дариа права. Нельзя никому давать садиться на шею. С этим нужно было что-то делать. К счастью, выход из ситуации я уже нашел. Он был опять же дома. Иначе предстояло менять договор с мастерами в одностороннем порядке. Другого выхода я не видел.

Валеб предложил несколько мест в Скалистом Берегу, где у него были установлены порталы. Я выбрал казарму у Гнездовой скалы. Он породил портал, и мы в него вошли.

Дома было холоднее, чем в Оршике. С моря дул пробирающий до костей ветер. Кроме караула у казармы больше никого не было. Стояла ночная тишина, нарушаемая тихим прибоем в отдалении.

— Мне пойти с тобой? — спросил Валеб.

— Нет, не нужно. Возвращайся к себе. К Даниэлю мне лучше идти одному.

— А если придется бежать?

— Тогда мы все получим штрафы. Этого допустить нельзя. Я должен все уладить, а не разругаться, — ответил я не столько Валебу, сколько ставя установку себе, чем должна закончиться встреча.

Парень побрел в казарму, а я подался к морю. Идти через ворота я не собирался. Встреча должна была произойти неожиданно для брата. С этой целью я намеревался воспользоваться потайным ходом.

Точного места входа я не нашел. Пришлось воспользоваться способностью Заклинателя камня, войти в скалу и уже внутри его найти. Все решетки были закрыты на замки. Но они не стали для меня преградой. Я попросту их обошел через камни.

Проходя мимо сокровищницы, я остановился. Всегда было интересно, что там хранилось. До рассвета оставалось где-то час. Более чем достаточно, чтобы удовлетворить любопытство.

Пришлось немного помучиться. Со стороны основного прохода вход был защищен магией. Зато с тыльной стороны ничего не мешало. Я очутился в овальном помещении с длинными стеллажами по бокам. В центре стояли ящики с золотыми слитками.

Я породил здоровенного мотылька, чтобы получше все рассмотреть и приблизился к сбитым из досок стеллажам.

На полках лежали короба, шкатулки, просто ящики. В них находились всевозможные мелкие предметы, вещи, книги, свитки. Более крупные артефакты, оружие и доспехи лежали отдельно.

Всего ценностей было не много. В лавках артефактах, что я видел в Лиане и Тагесе, было куда больше всего. По меньшей мере раз в десять

Я коснулся некоторых вещей. Где-то высвечивались статы, где-то нет. Это говорило о том, что за ценностями в сокровищнице не особо рьяно следили. Пустышки не отбраковывали.

Среди всего нашлись изъятые у меня в «Трезубце» доспехи Граммера, кираса Ламбера, пиратская сабля, добытая в бою и прочее. Так же нашелся мешок Тионы, заполненный разными масками. Отдельно лежала маска Милли и маска старика, в которой был Даниэль, когда я его привез домой.

К маске девушке я так и не смог притронуться. А вот маску старика я взял. Усевшись на ящик с золотыми слитками, я вспомнил, как мучился перед выбором снимать ли ее или оставлять на брате. Поступи иначе и теперь мне бы не приходилось ничего доказывать. Сейчас бы занимался делом. Поиском Драной горы и Острова теней.

Дядя прав, я стараюсь все делать по совести. Так как считаю правильным, а не верно стратегически. Я считал, что неправильно держать мастеров в рабском положении и в результате получил проблему. Посчитал правильным вернуть брата домой. Даже нашел убеждающие доводы. И снова получил проблему.

Зная себя, я уже знал наперед, поступи иначе и я бы себе не простил. Как это произошло во время пожара, когда погибли двое из Долины. Конечно, останься они живы, и я бы иначе смотрел на тот случай. Но они все-таки погибли. Это легло на меня тяжелым бременем.

Все говорило о том, что мне предстоит черстветь. Делать не то, что считаю правильным, а как нужно для дела. Это участь всех правителей и их подручных. Иначе нельзя. Иначе не создашь сильного княжества и не удержишь власть.

Впрочем, все это прочие мысли. Я здесь, чтобы мстить. Отвоевать, что у меня забрали и тем восстановить положение. А после переключиться на свою сверх задачу.

Поднявшись, я окинул взглядом сокровищницу. Из всего что здесь было, выбор пал на саблю пирата и маску старика, в которой был Даниэль. Ее я взял с собой, чтобы напомнить брату о том, что я не так давно для него сделал. А еще взял мешок Тионы. Маски пригодятся мастерам. Пусть кое-кто из них начал наглеть, но это не повод всех мучить ползанием на коленках. Дела делами, а о элементарной человечности забывать никогда не стоит.

Глава 18

Пока добирался потайным ходом до спальни брата, на ум пришла отличная идея. Наблюдения за Троем, Амалией и Урти Рамсом мне наглядно показали, что значит сильные чувства. Брат по уши влюблен в девку, что он притащил из столицы. Можно было надеть на нее маску мертвеца и тогда Даниэль полностью окажется у меня в руках. Как советовал дядя, я смогу со стопроцентной долей вероятности взять его за яйца.

Смазанные маслом петли двери тихо поддались открытию. Вдобавок помогал навык бесшумности. Я вышел прямо из стены, что располагалась напротив кровати. На ней спала девушка с растрепанными на подушке рыжими волосами. Даниэля в комнате не было. По-видимому, оставив ее одну, он проводил бессонную ночь в кабинете.

Приблизившись к девушке, я уже хотел надеть на нее маску. Неожиданно она откинула одеяло и приложила руку к большому животу. Это заставило отпрянуть. Игры играми, но мстить брату, используя беременную невесту — это уже слишком. Такого он мне не простит. Да я бы и сам себе подобного не простил. У всего есть границы разумного, дозволенного, необходимого. Настолько их переходить я не собирался даже с самым подлым из врагов.

Медленно, боясь издать лишнего звука, я подался обратно к двери потайного хода. Прикрыл ее за собой, закинул маску в мешок и тихо направился по узкому проходу в сторону кабинета Даниэля.

Брат заслужил плохого, но девушка была ни в чем не виновата. Тем более в ней зарождался мой племянник или племянница. Пусть даже они в итоге не пострадали, посягнув на них, я бы перешел ту черту, за которой превратился в злейшего врага для всей семьи. Ни о каком примирении потом не могло быть речи. Конечно, брат сделал мне достаточно гадостей, но глубоко внутри я все еще надеялся наладить с ним отношения. Вот только после каждой его гадости надежды становилось все меньше.

За дверью ведущей в кабинет брата стояла гробовая тишина. Положив на пол мешок, я понемногу начал открывать дверь.

Пустой стол для совещаний, пространство в центре, диван, кресла… Пробежав взглядом, я нашел брата у небольшого окна, располагавшегося при входе в кабинет. Он смотрел на зарождающий вдалеке рассвет.

— Ночью сказали, кто-то в Птичьих скалах замуровал проход к мастерам. Я догадался, чьих это рук дело, — произнес Даниэль, продолжая смотреть в окно.

Неожиданный голос брата заставил вздрогнуть. Не ожидал, что он заметит меня раньше времени. Подавшись вперед, я вышел из потайного входа и закрыл за собой дверь.

Не стал ходить вокруг да около:

— Я забрал всех мастеров. Теперь они в Оршике. Так мне будет спокойнее. Чтобы с Дарией Горан не случилось то же, что произошло в Мелиссаре. Поверить не могу, что ты это сделал. И зачем было убивать наших стражников? Только чтобы меня обвести вокруг пальца, а потом унизить? Это тебе отец насоветовал?

Даниэль развернулся и стал приближаться. Серое уставшее лицо ничего не выражало. Разве что брат давно не спал и держался исключительно благодаря эликсирам.

— Отца больше нет. Теперь в Пропасти живет зверь, в котором осталось что-то отдаленно его напоминающее. Кстати, благодаря нашим быкам у него дела пошли в гору. Он собрал тысячную стаю. Сейчас готовится к войне с какой-то другой стаей, — остановившись, брат смерил меня взглядом и прошел дальше к креслам, — с отцом понятно, он там, мы здесь. А вот что мне с тобой делать я не знаю.

Даниэль плюхнулся в кресло, положил руки на подлокотники, уперся затылком в высокую спинку и тем задрал кверху подбородок. Если бы не усталость, поза была из разряда надменной.

Я последовал за ним и сел в кресло напротив.

— Дело не в твоей возросшей популярности, моей возможной ревности или еще чем-то в этом роде, — продолжил брат, — я уже все обдумал. В принципе, очень неплохо, что младший брат князя имеет много разных полезных способностей. Проблема в твоем подчинении. Ты принимаешь самостоятельные решения там, где этого делать не должен.

— Ты о мастерах? Но ты же обещал!

— Тогда были другие обстоятельства. О мастерах в «Трезубце» по городу поползли ненужные слухи. Люди стали придумывать не пойми что. Не забывай, северяне готовятся к войне. Теперь уже это очевидно. Мы следим за ними. Отправляем своих людей. Они своих. Каждый пытается заполучить любые сведения о противнике. Слухами о мастерах в «Трезубце» заинтересовались двое подозрительных людей. Мастер тайных дел их выловил, допросил, но ничего толком не выяснил, кроме того, что они были горцами и что им велели подробно узнать о мастерах, о численности охраны, о расположении комнат и прочем.

— Даже под пытками не удалось узнать, кто стоял за ними?

— Остального они не знали. Им скидывали приказы, они их выполняли. Я подозреваю, готовилось нападение на «Трезубец». С этим нужно было что-то делать. Конечно, можно было устроить засаду и попытаться выловить на живца, но Иган подсказал идею получше. Сделать, будто мастера сами от нас сбежали. Да, пострадали наши люди. Пусть слабые, но наши люди. Зато теперь северяне считают, что мы лишились всех мастеров и тем ослабли. Пусть лучше недооценивают, чем переоценивают. Хуже подготовятся к вторжению.

— Но погибли наши люди!

— Вот такой реакции я от тебя и ожидал. Ты бы начал вспоминать об обещании, данном мастерам и прочем. Поэтому я не стал ни о чем предупреждать. Потом в «Трезубце» нашли жемчуг, я начал допрашивать людей, что с тобой были и выяснились другие подробности твоих поступков.

— Ты так говоришь, как будто я что-то натворил.

— Конечно, натворил. Ты должен был рассказать о том, что произошло у тебя в Долине с Тридой Лигрес и в Оршике с Дарией Горан. По устроенному пожару в порту я тебя не осуждаю. Я бы сам поступил так же. Это уже мама слишком сильно восприняла смерть Алана. Произошла случайность, глупая случайность, за которую нашей семье пришлось расплатиться. За все приходится расплачиваться. Такова жизнь.

— Когда я встретился с Дарией и начал с ней говорить, случайно догадался, что она тебя похитила. Я убедил ее отдать тебя. Дал слово оставить это втайне. Иначе бы она и меня убила. У нее не было другого выхода. Похитив тебя сгоряча и наложив маску, она потом жалела, но не могла ничего исправить. Зато у меня все получилось. Я помог ей и всем нам выйти из затруднительного положения. Вернул тебя в Скалистый Берег. И что я после этого «натворил»?

— Так теперь у вас с ней настолько сильная дружба, что ты ей даже доверил всех наших мастеров?..

— Я сделал это, чтобы ты не пытался ей мстить!

Даниэль в недовольстве закатил глаза.

— Да не собирался я мстить этой дуре!

— Ну да, конечно. По мастерам ты тоже обещал.

— Мастерам место только в Птичьих скалах. Там специально все обустроено, чтобы никто ничего не знал. Охрана исключительно из числа сотни самых преданных гвардейцев. Но даже они не знают, куда мы их отправляем. Все входят и выходят только через портал. Куда бы мы ни поместили твоих мастеров, о них потом все-равно стало известно. А там они будут в безопасности.

— Не знаю, что тебе ответить… — задумался я вслух. — Я понимаю, что ты сделал из новобранцев жертву. Чтобы северяне точно посчитали, что мастера сбежали. Но, по-моему, это перебор.

— Всегда приходится чем-то жертвовать. У всего своя цена, — с явной тяжестью произнес Даниэль, — иначе ничего не получится. Думаешь мне хочется становиться злодеем? Это моя цена в деле процветания княжества.

Я придерживался иного мнения. По мне, так нужно было избежать лишних жертв. Пущенных по городу слухов было бы достаточно. Однако дело было сделано. Ничего не вернешь.

— Раз ты заговорил о цене, не понимаю, зачем понадобилось пускать так дешево жемчуг?

— Война будет долгой. Жемчуг скоро надолго обесценится. Кому нужны украшения, когда вокруг будет идти бойня. Наивысшей ценностью станет еда и прочие обычные вещи. Из-за этого пришлось заняться Мелиссаром. Герцог затеял глупую игру. Мало того что после летних бунтов сохранил высокие цены на зерно, вдобавок установил для всех лимиты. Нам до весны нужно столько завести зерна, чтобы года на три хватило. Это станет нашим залогом от возможного голода. Золота у нас достаточно. Еще и от продажи жемчуга появились дополнительные доходы. Но ты не представляешь, насколько оно будет таять, когда начнется война. Сейчас начали вести переговоры с наемниками. До весны мы не успеем построить боевые корабли, придется привлекать дополнительные силы. Аренда одного корабля с командой обойдется в десять тысяч золотых в месяц. Нам нужно иметь хотя бы десяток, а это уже сто тысяч. Во время войны эти расходы станут исчисляться за один день! — выставив для убедительности указательный палец вверх, оживленно воскликнул брат. — Именно столько берут наемники за участие в битве. А теперь представь, во сколько обойдется месяц военных действий… — тут же успокоившись, Даниэль продолжил уже не столь эмоционально, — мы уже с разных сторон продумали возможные сценарии. Скорее всего, северяне и южане ударят одновременно. Тогда наш король будет вынужден держать свои силы в столице. Потому как отправив войско к нам, южане могут прорваться к столице через Оршик. Отправит к Оршику, получит удар с севера. Кроме этого нельзя недооценивать возможную атаку с моря. Мы выстоим в любом случае. Оршик падет. Это уже очевидно. Дальше южане захватят Мелиссар и Глазвиль. Останется лишь столица, мы и Пятигорье. Что будет дальше происходить, пока загадывать рано. Нужно дожить до весны и встретить начало вторжения. Тогда узнаем, что для нас приготовили северяне. Они, кстати, все свои боевые корабли, что они обычно вытаскивали зимой на берег, в этом году куда-то дели. Это означает, что Север готовятся ударить по нам одновременно с суши и моря. Кораблей у них немного. Скорее всего, тоже возьмут наемников. Договорятся со своими южными союзниками. У них кораблей много.

— Я видел, что было в Лиане. Там город намного больше нашего. Если так же ударят, полгорода могут разрушить.

— Не разрушат. Отец об этом позаботился. Он смог раздобыть осколок Темного камня. Если к нему обратиться, он уберет в округе всю магию. Кораблям придется плыть к берегу, а воинам сражаться на клинках.

Это уже было для меня новостью. О таком секрете мне никто не рассказывал. Наличие у нас столь серьезного артефакта вдохновляло. Я тут же принялся выискивать дополнительные плюсы.

— Получается, можно сначала убрать магию, дать кораблям подплыть ближе, а после возобновить действие магии и по ним разом ударить.

— Можно и так. Только нужно учитывать, что такой же артефакт может быть и у северян. В любой момент они могут проникнуть порталом в город и пронести его к нам. А потом неожиданно напасть.

— И что делать? Есть способ как-то этому противодействовать?

— И снова спасибо отцу. Он и тут позаботился. У нас есть немного особой жидкости, взятой из Магического источника. Достаточно дать ей выйти наружу и это нейтрализует действие Темного камня. Правда магистр не знает, на сколько раз ее хватит.

— Будущее не радужное и в то же время небезнадежное. Я только не пойму, зачем было мне устраивать столько проблем? Почему ты отлучил меня от храма? Ведь чем сильнее я становлюсь, тем больше могу принести пользы княжеству.

— Я тебя не отлучал от храма. Корнелиус явился ко мне вымогать взятку по тебе. Я сказал — подумаю, а он принял меры. Насколько знаю, он так и не доложил по тебе Верховному жрецу. Потому что в этом случае он ничего не получит. Сидит, ждет, что я ему отвечу.

— И сколько продлится твое обдумывание?

— Думал выждать неделю. Чтобы за это время ты осознал и больше не встревал куда не следует.

Я усмехнулся в ответ.

— Как видишь, вместо этого я поступил иначе.

— Ну и что ты теперь хочешь за свой выигрыш? Я так понимаю, ты пришел ставить мне ультиматумы.

— Не совсем. Я пришел поговорить и выяснить в чем дело. Хочу, чтобы ты прямо-таки поклясться, что не причинишь вреда Дарие Горан.

— Разделываться с ней я не собираюсь. Иначе в Оршике останется ее младший брат. Ему лет тринадцать. Не лучшая альтернатива. Нам не выгодно ослабление Оршика. Чем дольше они задержат южан, чем больше их перебьют, тем нам лучше.

— Все равно поклянись, — настоял я.

— Эту клятву Великая Система не отметит. Я твой правитель. Но если тебе так будет легче — клянусь.

— Еще мне нужно вернуться за тот стол, — развернувшись, я указал на стол, за которым заседал малый совет, — кроме этого у меня должна быть возможность дальше развиваться. Реши вопрос с Корнелиусом. И еще… отдай мне Бакки, Валеба и Лэйтона. Все равно особой необходимости у тебя в них нет. Бакки целыми днями слоняется по площади, как какой-то никчемный мальчишка, занимаясь ерундой.

— По Бакки я не возражаю. Лэйтон через пару дней должен вернуться из Висячего моста. Он по-прежнему будет заниматься гвардейцами. Надеюсь, ты понимаешь, что его незачем дергать без необходимости. Нам сейчас особенно требуются его способности в подготовке воинов. Точно также по Валебу. Когда нужно — пожалуйста. В остальном пусть оба занимаются делами.

Сказанного было достаточно. Излишне настаивать на Валебе и Сире Лэйтоне не стоило. Иначе у брата появились бы вопросы. Остался только один человек, о котором стоило вспомнить.

— И последнее. Отдай мне Троя. Это тот парень, что сейчас сидит в тюрьме.

— Да, уже наслышан о нем. Пытался использовать свои способности к убеждению на надзирателях. Выловили почти выходящим из тюрьмы, — нахмурившись, рассказал Даниэль. — Зачем он тебе сдался? Он же при малейшей возможности сбежит.

— Не сбежит. У меня к нему дело.

— Хорошо, забирай, — отмахнулся брат, — ну что, на этом все, мир?

На уставшем лице Даниэля появилась улыбка и он протянул руку. Я был рад, что так все обернулось. И что я не воспользовался советом дяди, не стал переходить опасную черту. Иначе разговор получился другой и совершенно с иным завершением.

В ответ я протянул руку и попытался сразу уточнить:

— А что по Корнелиусу? Сколько придется ждать?

— Утром его вызову. Будешь присутствовать при разговоре и сам убедишься в его алчности.

— Отлично!

Пожав брату руку, я хотел на этом закончить примирение, но Даниэль продолжил ее удерживать.

— Только обещай больше не держать от меня секретов. И обязательно советуйся.

Вот тут уже был подвох. Я дал брату клятву верности. Непонятно было, как отреагирует на вранье Великая Система. Предстояло вывернуться и тем не получить штраф.

— С этой минуты, если что-то затею серьезное, обещаю посоветоваться с тобой. Так сойдет?

— Вполне, — наконец брат отпустил мою руку. — А когда вернешь мастеров? Надеюсь, теперь у нас не возникнет разногласий, где им придется жить?

— Сегодня Валеб выпотрошен. Ему пришлось использовать эссенцию. Завтра одним махом всех переправим в Птичьи скалы.

— Не будем рисковать. Консильери поможет всех переправить сегодня.

Ситуация разрешилась, можно было согласиться, но я предпочел немного потянуть время.

— За мастеров не беспокойся. Княгиня выделила для охраны гвардейцев. Так же как мы она не в том положении, чтобы наживать себе новых врагов. Мне понадобится время подготовить мастеров к возвращению. Иначе с ними могут возникнуть проблемы. Именно для этого я просил освободить Троя. Он сможет их убедить в чем угодно. Сегодня же, как только все уладится с Карнелиусом, я вернусь с Троем в Оршик и за всем прослежу.

— Ну наконец ты начал думать в правильном направлении, — рассмеялся брат, — ладно, пусть будет завтра. За мастеров ответственен магистр. Он сам ими занимается и решает, что им нужно делать и сколько. Это полностью его вотчина.

Что ж, вот и нашелся полноценный управляющий над мастерами. Оставалось лишь с помощью Троя убедить их в привлекательности новых условий нашего сотрудничества. В целом Даниэль прав, при ухудшающейся обстановке оставаться на виду им было опасно. Мастеров могли выкрасть из «Трезубца» или попросту убить. Учитывая, что после смерти мастера артефакты лишались вложенной в них магии, нам могли нанести двойной удар. Этого нельзя было допустить ни в коем случае.

Глава 19

Встреча с братом прошла более чем успешно. Дожидаться начала совещания малого совета, на котором я должен был неожиданно для всех появиться, довольный и счастливый я отправился в свою комнату. Вошел в нее и замер.

Детские игрушки убрали еще при мне. Я сам распорядился. А после, уже без меня, вынесли все остальные вещи. Теперь шкаф, стол и даже постель были пустыми. От этого комната превратилась в безжизненную и как будто чужую. Словно я здесь никогда не жил.

Заглянул в гардеробную. Наверное, мама распорядилась оставить все из чего я вырос, ну и так по мелочи всякого. В «Трезубце» все бы в любом случае не поместилось. Так что большая часть одежды и обуви оставалось висеть или лежать на полках.

Я сел на кровать, ловя ощущения. Странно было вернуться в комнату, где прошла вся твоя прежняя жизнь, а теперь осознавать, что она, как и весь дом, больше не твоя. Теперь у меня и дома-то не было. Вместо него, номер в постоялом дворе, принадлежащий княжеству.

Повалился на матрац и, раскинув руки, распластался. Хотелось насладиться моментом. Может быть, это последний раз, когда я заглянул в бывшую комнату. Потом такой возможности не появится.

Стоявшие на шкафу часы, тихо цокали. Пошел седьмой час утра. Совещание должно было начаться только в восемь. Проведенная без сна ночь дала о себе знать. Меня потянуло в сон. Можно было поспать часок. Вот только кроме Даниэля, о моем присутствии в замке никому не известно. Будить некому. Так что придется терпеть. А вот после совещания можно будет попросить магистра дать эликсира и тем выйти из положения.

Дабы отвлечься от нахлынувших воспоминаний прошлого, я вернулся мыслями к Даниэлю. Результаты состоявшегося разговора радовали. Да и сам разговор получился отличным. Все прошло на удивление гладко. Брат вел себя совершенно не так, как раньше. По-моему, за сегодняшнее утро он уделил мне больше времени, чем за все предыдущие годы вместе взятые. Не было высокомерия и прочего. Он стал таким, каким я хотел его представлять. И это, как ни странно, настораживало. Точнее, настораживали слишком резкие перемены.

Едва эта мысль появилась и в голове забурлило. Пошел поток домысливания. В результате всплыл правильный вопрос: а что, собственно, побудило Даниэля так резко измениться.

Ответ был очевиден — брат специально изобразил добродушие с тем, чтобы добиться возвращения мастеров. Мастера — это уже серьезный аргумент. Ради них можно поиграть в хорошего брата.

Дальнейшие размышления стали проявлять нестыковки.

Даниэль понял, что мне помогали Бакки и Валеб. Первый был взят за компанию, а без второго я бы не перетащил мастеров в Оршик. Вместе с тем Даниэль никак не среагировал. И это в то время как, по сути, оба нарушали данную ими клятву верности.

Теперь следующее.

Ночью брату доложили о произошедшем в Птичьих скалах. Замуровав проход, я дал подсказку о том, кто за этим стоит. Наверное, он сразу проверил «Трезубец» и дальше предпочел дожидаться, что будет. Поэтому-то на ночь остался сидеть в кабинете.

Когда я пришел к нему, он меня уже ждал. Более того, он совершенно не удивился ни моему приходу, ни моему рассказу о похищении мастеров и переправке их в Оршик. Он вообще на это никак не среагировал. Это могло означать, что до моего прихода он уже знал все наперед. Его попросту предупредили!

А кто его мог предупредить, кроме Валеба и Бакки?

Сомнений нет, Даниэль провел с Валебом хорошую разъяснительную работу. Собственно поэтому тот все время переживал. Он неплохой парень, честный. И это честность его раздирала. Ему приходилось изображать друга и вместе с тем обо всем докладывать брату.

Впрочем, ничего не меняется. Все остается по-прежнему с одной лишь разницей: в прошлом окружавшие меня люди обо всем докладывали маме, а теперь Даниэлю.

В сущности, ни на что иное рассчитывать мне не приходилось. Бакки, Валеб, Лэйтон, да и те же Крысолов, Баззи, Рилли являлись княжескими поданными. Пусть я и сходился с ними в дружбе, но это все, можно сказать, условность. Мы попросту не можем по-настоящему быть друзьями. Сначала я был княжеским сыном, теперь княжеским братом. Они же продолжали являться поданными князя. Будь мы на равных, еще можно о чем-то говорить, но не с такой разницей в статусах.

Сделанное открытие породило новую проблему. Не сдержавшись, я поднялся и принялся расхаживать по комнате, пытаясь домыслить ситуацию.

Брат хотел расположить к себе и тем вернуть мастеров. Но вот что он затеял сделать потом?

Пожалуй, к лучшему, что сначала Даниэль должен был решить мою проблему с Карнелиусом, а после я должен был вернуть мастеров. Впрочем, это было особо не важно. Если жрец настолько продажен, брат мог снова к нему обратиться и переиграть.

Можно было и дальше томить себя размышлениями, но я счел это глупым. Сейчас нужно было действовать. Я здесь, в замке. И здесь же есть потайной ход. Можно было им воспользоваться. Однажды я подслушал разговор в кабинете между мамой и альбиносом. Пришло время повторить прежний прием. Тем более у меня в тайном проходе под кабинетом Даниэля остался мешок с масками Тионы. Уходя от брата, я о нем в тот момент забыл.

Не стал отодвигать кровать и тем оставлять заметные приметы. Залез под кровать, открыл потайную дверцу и вполз в ход. До заседания малого совета оставалось примерно час. Более чем достаточно. По утрам брат обычно принимал консильери, а уже потом проводил совещание. Ему он доверял больше всего. Было интересно узнать об их уединенном разговоре. Уж ему-то он точно расскажет о том, что задумал.

В замке стояла тишина, так что голоса Даниэля и консильери Игана Велни я услышал задолго до того, как смог различить, о чем они говорят.

— …Четверо стоят у входа. На крыше я заметил двоих. Сколько внутри — можно только гадать. Так что незаметно проникнуть в «Твердыню гор» будет непросто. А если в итоге Рей откажется выдать мастеров, постоялый двор усилят охраной еще больше или переведут всех в потайное место…

Пусть не к началу, но я все-таки успел. Видимо, консильери только что вернулся из Оршика и теперь отчитывался. Тихо добравшись до оставленного мешка, я сел на него и принялся внимательно слушать.

— Бросьте. Рей сам все вернет. В этом я даже не сомневаюсь.

— Еще я бы настоятельно рекомендовал, чтобы Мари его побыстрее простила. Пусть общаются. Не понимаю, почему она так близко восприняла смерть Алана. Он был пропащим. Это было очевидно. Она сама это всегда понимала. Останься он жив, сейчас бы шлялся и всех позорил. А так он достойно погиб. С пользой для общего дела. Благодаря его смерти мы примирились с Долиной.

— С мамой проблем не будет. Надо только не забыть сегодня же сказать магистру, чтобы снял с нее морок.

— Так вот почему Мари так неожиданно возненавидела Рея.

— А вы как думали можно было заставить ненавидеть ее любимого сына. Она с детства вокруг него носилась. Постоянно оберегала. Без конца повторяла о его особенности. Как же меня это всегда бесило!

— Даниэль, ну полно вам. Мари не зря его называла особенным. Судьба благоволит к Рею. Система ему многое открывает. Этим надо пользоваться, а не вступать с ним в противостояние. Это не рационально. Уберите из себя лишние эмоции. Во главе всего должны стоять исключительно расчет и целесообразность.

— Мне кажется, Рей что-то затевает. Что-то большое, серьезное. Попросил у меня Валеба, Бакки, Лэйтона.

— Тем более нужно дать ему возможность реализовываться. Ну и, конечно, нам обязательно следует знать, что он задумал. Еще раз поговорите с его окружением. Пусть докладывают обо всех шагах Рея. Заодно напоминаю о его навыке зодчего. Ему нужно быстрее взять все повышения. Тогда полностью раскроется способность Заклинателя камня. Он сможет вернуть прежний облик золота и жемчуга, что нашел в Костяных горах. Их обязательно нужно как можно быстрее переправить к нам. Пока там не появились южане. Иначе придется о нем надолго забыть. Как о том золоте, что покоится на двух потонувших кораблях.

— Завтра отправлю его на верфь, потом к Висячему мосту. Навык зодчего он быстро повысит. Через неделю он возьмет все повышения и тогда можно будет отправляться в Костяные горы.

— Раз мы заговорили о золоте, напомню, сегодня у меня после обеда встреча с пиратами. Насколько я уже узнал, они будут требовать оплату сразу за три месяца вперед. И еще, они хотят наняться уже сейчас. Сами понимаете, придется согласиться. Иначе к весне их перекупят. Не исключено, что северяне. А потом, вместо того, чтобы нас защищать, они будут в рядах нападающих.

— Хорошо. Заключайте сделку. Скажете им, что все оплатим в Скалистом Берегу. Не хватало вляпаться в их мошеннические игры. А чтобы потом не посмели сбежать, поставим их на длительную стоянку в порту. Пусть стоят на виду до весны.

— Ну это само собой…

Даниэль с консильери продолжали говорить уже на отстраненные темы, а я принялся констатировать допущенную глупость. Я поверил брату и тем дал себя обмануть. Поверил в то, что хотел в нем увидеть. Вот только этому никогда не суждено сбыться. Изменение отношения Даниэля связано исключительно с его новой идеей. Идеей главенства расчета и целесообразности. Или же, другими словами, — брат решил меня использовать. Если убрать из него этот меркантильный интерес, то у Даниэля ко мне останется лишь неприязнь и не более.

Не пойму из-за чего у него сложилось такое отношение. Может потому, что мама с детства меня слишком опекала, а он чувствовал себя обделенным вниманием, раз об этом обмолвился. Или это недавно появилось из-за моих достижений. Что называется, взыграла ревность. Но скорее всего, это все вкупе сработало.

Я просидел до тех пор, пока Даниэль не распорядился позвать в кабинет подручных. Консильери пошел выполнять, а я взял мешок с масками и побрел по узкому проходу обратно в свою бывшую комнату, переваривая услышанное.

Брат больше не собирается мне мешаться. Наоборот, будет стремиться помогать с тем, чтобы побольше с меня поиметь. За княгиню Оршика можно было не переживать. Ей ничего не угрожает. Брату выгодно, чтобы с ней ничего не произошло. А вот что будет дальше происходить между мной и братом сейчас загадывать не стоило. Просто потому, что Даниэль сам пока этого не знал. Ему было не до этого. Требовалось готовиться к войне.

Сейчас я уже не расстраивался, что вернул брата домой. Просто потому, что мне одному было бы слишком сложно заниматься княжеством и одновременно с этим искать Магический источник и Темный камень. В какой-то мере все складывалось согласно задуманному мною сценарию. Он будет делать одну работу, я другую. При этом у меня будет возможность продолжать заниматься своим развитием.

// Немного позже будет продолжение главы

Глава 19. Часть 2

Малый совет собрался в полном составе. Даниэль обо мне не проронил ни слова. Ему самому было интересно понаблюдать за реакцией подручных. Так что мое появление оказалось совершенно неожиданным. Под изумленные взгляды подручных и мамы я вошел, всех поприветствовал и как ни в чем не бывало разместился на своем месте.

В широкой улыбке Даниэль прокомментировал мой приход, заявив, что я нашел сбежавших мастеров, жемчуг и тем смог вернуть к себе доверие.

В ответ я тоже сделал радостный вид и тем показал, что все отлично. Навык актера помог сыграть роль безукоризненно.

После уточнений Даниэля реакция подручных изменилась. Магистр поздравил с возвращением и к нему присоединились остальные. Лишь мама восприняла мой приход без особой радости. Наверное, потому что с нее не успели снять наложенный морок.

Брат упивался зрелищем. Он ведь выступал в качестве его создателя. Все заранее распланировал, продумал. Кстати говоря, он оказался тот еще стратег по интригам. Взять хотя бы всех сидящих за столом. Пусть Даниэль заранее не сказал консильери о моем появлении, но в целом для него это было ожидаемо. Остальные были вообще не в курсе. А если брать во внимание маму, так она под воздействием напущенного морока, по-моему, вообще не могла думать вменяемо.

В остальных вопросах кто-то мог знать что-то наверняка, где-то догадывался, а где-то вообще ничего не знал. Брат все делал как когда-то советовала мне мама: никого не посвящать во все тайны, каждый должен был знать лишь часть и не больше.

Консильери знал больше остальных. Просто потому, что Даниэлю нравилась его идея главенства расчета и целесообразности. Он у него учился цинизму, дерзости, изощренности и даже коварству. В то же время брат был сам себе на уме. Обо всем не рассказывал. Об этом говорил хотя бы тот факт, что Иган не знал, что на маму был наложен морок и узнал случайно, когда брат проболтался. Пройдет время, Даниэль подучится и роль Игана Велни снизится. Брату будет нецелесообразно посвящать того в слишком многое. Всем надлежит знать лишь то, что им нужно, во что они были лично втянуты и не более.

Пара минут отвлечения на меня и брат продолжил совещание. На этот раз все проходило по-рабочему спокойно. Он спрашивал по делам, помощники отвечали.

Не смог не отметить правильно поставленную работу мастера тайных дел. Уж не знаю, его заслуга или он выполнял задуманное братом. Теперь по всему миру были расставлены его люди. Они все высматривали и регулярно докладывали мастеру, а он уже Даниэлю.

Валек Лотц рассказал о происходящем на Севере. Несмотря на начавшуюся зиму, Сван Бесстрашный объявил сбор воинов и приступил к их усиленной подготовке. На юге творилась примерно похожая картина. Правда, там никого не собирали. Это было сделано еще осенью, когда происходило нападение на Лиан и Таклы. В настоящем армию никто не распускал. Воины продолжали ежедневные тренировки. Похожая ситуация была в Горах, Долине и даже у альбиносов. У последних вроде бы армии не было. Они не заводили гвардейцев. Но это не мешало им готовить стражников не хуже гвардейцев.

Капитан отчитался о нашей подготовке. Численность войск уже увеличилась с шести до восьми тысяч. Даниэль распорядился со следующей недели начать сбор еще тысячи. Кроме этого, он приказал усиленно заниматься подготовкой перспективных стражников с тем, чтобы до конца месяца за счет них увеличить количество гвардейцев с пятисот до тысячи.

Так же брат дал распоряжение обоим управляющим провести перепись первых сынов. Если ситуация и дальше будет ухудшаться, им всем предстояло выдать боевые навыки и приступить к тренировкам. Следующими на очереди стояли вторые сыны, у которых скопилось достаточно удачи для открытия способности воина. Третьи и последующие сыновья не рассматривались, в виду не перспективности.

Капитан внес важную поправку, что следует учитывать и женскую часть. Война может затянуться и нам ничего не останется как призывать их. Предложение было поддержано.

Я тоже попытался внести свою лепту. У нас скопились солидные запасы золота. Его предстояло вложить во что-то полезное, а не держать без дела.

Ответить взялся консильери:

— Ни в коем случае. Война начнется и поступления в казну иссякнут. Придется кормиться исключительно резервами. Так что пусть лучше лежат про запас.

Дельного предложения у меня пока не было. Но появился другой вопрос для лучшего понимания развивающейся у нас ситуации:

— А сколько у нас всего людей?

— Начиная с лета получился большой отток, — снова взялся отвечать консильери, — даже простолюдины подались кто куда. К настоящему времени основной отток уже прекратился. Сейчас у нас осталось примерно тысяч пятьдесят. Тридцать в городе, остальные в трех деревнях. Дальше если кто и уедет, то немного. Это почти окончательная цифра.

Я безрадостно вздохнул. Из того, что я видел в Лиане, у южан одних только воинов было больше, чем у нас всех жителей, включая стариков, женщин и детей.

В этот раз Даниэль не стал затягивать совещание. Всего ушло полчаса, не больше. Видимо, остальные вопросы уже и так были оговорены по нескольку раз. Он объявил об окончании совещания и оставил лишь меня. Это из-за жреца. Он уже прибыл в замок и под дверью ожидал аудиенции.

Корнелиус мне и так никогда особо не нравился, а теперь и вовсе вызывал неприязнь. С мерзкой улыбочкой он вошел в кабинет, поздоровался и присел за стол напротив меня.

Даниэль небрежно кинул перед ним не особо большой кошель, велев решить по мне вопрос с отрешением от храма. На что жрец попытался получить большее, сославшись на осложнения. Яко бы до Верховного жреца дошли обо мне слухи. На что брат уместно заявил, что в таком случае он лучше будет иметь дело с его начальствующим лицом и тем погасил взыгравшие аппетиты Корнелиуса. Взяв, что дают, он известил меня, что теперь я могу посещать храм и на этом убыл.

Ситуация со жрецом вскрыла просчет в Великой Системе. Нельзя столь важное дело возлагать на плечи обычных людей. Каждый человек должен иметь возможность напрямую обращаться к Системе, чтобы не допускать подобных накладок. А если и действовало отречение, то уже от самой Системы.

Брат дал все необходимые распоряжения еще до начала совещаний, потому как после ухода жреца в кабинет вошел Валеб и Трой. Последнего ввели двое надзирателей.

На лице портальщика застыла сосредоточенность. Узник нервничал. С одной стороны, Трой чувствовал приближение чего-то хорошего, а с другой — думал о плохом. Просто потому, что у него не было оснований думать иначе. Недавно он пытался совершить побег, в силу чего был лишен прежнего комфорта.

— Трой, ты причастен к смерти тысяч людей … — с суровым видом начал говорить Даниэль.

Начатая речь заставила парня сжаться. Подобно затравленному зверьку он кидал взгляды то на меня, то на брата и готовился к худшему. Вид Даниэля, тон и тема начатой речи не предвещали ничего хорошего. Я не стал портить общую картинку. Принял серьезный вид и для верности нахмурил брови.

— …За это ты должен сдохнуть долгой и мучительной смертью. Под градом плетей, со сломанными костями и вывернутыми суставами… — остановившись, Даниэль дал возможность Трою осознать всю степень ожидающей его участи. Выждав минуту и насладившись его трепетом, он продолжил: — Но Великая Система к тебе благосклонна. Она наделила тебя полезной способностью. Более того, ты помог выбраться моему брату из передряги. Рей очень переживал за твою судьбу. Благодаря этим двум обстоятельствам я даю тебе шанс искупить свою вину службой.

— Я готов!

Вот только что Трой считал, что все пропало и случился резкий поворот. Да еще какой поворот. Теперь ему светила свобода. Сбылось то, о чем он мечтал последние четыре месяца. От этого его охватила невероятная радость.

Далее последовала дача клятвы и брат принял на службу еще одного подданного. Несомненно, очень верного и преданного поданного. В этом я нисколько не сомневался. Просто потому что помимо свободы у меня было что ему предложить.

— Что мне нужно будет делать? Я сейчас же готов приступить к делу! — воскликнул Трой, готовый хоть сейчас свернуть горы и тем доказать преданность и полезность.

— Пока ты поступаешь в распоряжение Рея. Он все объяснит. Больше я никого не задерживаю. Все свободны.

Я, Трой и надзиратели, что привели бывшего узника, подались на выход. Валеб немного задержался. Даниэль велел ему тоже идти за нами, и он последовал последним.

— Я уже думал все кончено. Вот прямо был уверен. А потом такой поворот. И что нужно будет делать? — все еще пребывая в эйфории оживленно спросил у меня Трой.

— Смотри не умри от счастья. Мы отправляемся в Оршик. Сегодня ты встретишься со своей Амалией…

Глава 20

В «Твердыне гор» полным ходом шла уборка. Княгиня прислала больше десятка работников. Женщины в поте лица мыли, чистили, подметали. Мужчины ремонтировали мебель и прочее, что пришло в негодность. Оставленный за старшего Бакки с довольным видом руководил тружениками, заодно следил за мастерами и поглядывал за охраной. Роль начальствующего лица ему доставляла удовольствие. Я позвал его в отдельную комнату, куда также пригласил Валеба и Троя.

Первым делом обрадовал Бакки. Необходимость в жемчуге отпала, так что он мог и дальше его преспокойно тратить в свое удовольствие. Кроме этого, ему больше не было нужды целыми днями бродить со стражниками по площади. Он полностью переходит в мое распоряжение.

На вторую часть я отвел невеселые новости. Да, мы нашли мастеров, но поощрений ждать не приходилось. Получились некие нюансы.

Валеб никак не прореагировал, а Бакки прямо-таки расстроился. Это дало повод подумать о том, что ночью он по-настоящему ввязался в эпопею с мастерами и готов был податься во все тяжкие.

У Бакки, конечно же, появилось куча вопросов. Пришлось пообещать поговорить обо всем позже. В остальном обрадовал, что завтра утром вместе с мастерами мы возвращаемся в Скалистый Берег.

Покончив с новостями, я переключился на Троя. Ему предстояло как следует прочистить мастерам мозги и вбить в их непутевые головы мысль о том, что отныне Скалистый Берег является их домом, и что в предстоящей войне от их трудов зависит жизнь всех людей княжества. В общем, чтобы перестали быть единоличниками и задумались о благе для всех людей княжества. А дабы легче было с мастерами завязать контакт, я вручил ему прихваченный из сокровищницы мешок с масками.

Трой ответственно подошел к вверенному делу. Он предпочел сначала познакомиться с каждым из мастеров отдельно, а уже потом собрать всех вместе и начать обрабатывать.

На этом можно было закруглиться и отправляться на разговор к Дарие Горан, но прежде мне все-таки хотелось узнать о результатах экспериментов Тионы. Едва я открыл дверь, меня уже дожидался Арни. Его беспокоила оставшаяся в «Трезубце» сумка с золотом. Пообещал решить вопрос и заодно спросил, получилась ли у Тионы маска птицы.

Арни расстроил. У нее опять появились какие-то сложности. Но парень заверил, что мать продолжает экспериментировать и в ближайшее время обязательно добьется результата. Мне оставалось надеяться, что так оно и будет.

Я уже выходил из постоялого двора и ко мне подбежал Трой. Он напомнил об Амалии. Раз уж завтра мы должны были вернуться в Скалистый Берег, он хотел успеть с ней обязательно встретиться.

Вышел из положения, обратившись к сержанту, возглавлявшему у нас охрану. Попросил отправить кого-нибудь за Урти Рамсом и сообщить тому, что Трой свободен и ждет его вместе с Амалией в «Твердыне гор».

Лицо Троя в предвкушении скорой встречи от радости перекосилось в глупой кривой улыбке. В этот момент он, наверное, забыл и о мастерах, и обо всем на свете. Пришлось напоследок напомнить. Впрочем, скоро я намеревался вернуться и лично проследить за его работой.

По пути к замку княгини я заглянул в храм. При входе меня никто не остановил, статуя Дагора открылась и обменяла свободное очко на удачу. Трагедия с ограничением окончательно завершилась. Во всяком случае, так мне хотелось верить.

После храма меня начали донимать нехорошие мысли уже о княгине. Даже не знаю почему. Может быть местная погода начала вызывать негативные мысли. В отличие от солнечного Скалистого Берега, над Оршиком стояла серость.

Конечно, вариант был маловероятным, но кто ее знает. Вдруг Дарие Горан взбредет в голову забрать мастеров. Вот только с какой бы стороны я ни рассматривал ситуацию, выходило одно и то же — она на такое не пойдет, новый враг ей попросту не нужен.

На этот раз слуги повели меня не внутрь замка, а на задний двор. Я завернул за угол и остановился. Княгиня с младшим братом играла в мои любимые городки. Причем оба в неудобных массивных доспехах.

Широко размахнувшись, Дариа кинула палку. Та полетела на бешеной скорости и разом сбила с кона фигуру. Младший брат в голос расстроился, видимо, не в первый раз проиграв сестре, а та рассмеялась. Заметив меня, Дариа ему что-то сказала и направилась ко мне. Ну и я подался ей на встречу.

— Великолепный бросок!

— Немного поиграли. У Оди занятия с утра до ночи. Я устраиваю ему короткие перерывы. Иначе свихнуться можно. Извини, пока вас не знакомлю. Оди слишком переживает из-за смерти отца.

— Понимаю. Я тоже вначале сильно переживал. Потом навалилось всего и стало не до этого.

Тем временем Оди собрал новую фигуру и, с любопытством поглядывая на нас, попытался выбить с кона фигуру так же, как сестра, шагов с тридцати. Почти попал. Палка пролетела чуть выше и немного правее.

— Думала, ты появишься не раньше вечера. Как прошла встреча с братом? — заинтересованно перешла к делу Дариа.

Пусть мы с княгиней сдружились, но это не повод рассказывать обо всем, выбираю более нейтральное:

— Мы обо всем договорились.

— Рада за вас. А что будешь делать с мастерами?

— Спасибо огромное за помощь. Завтра всех переправлю обратно домой.

Дариа хмурится и настораживается.

— А не получится, что брат специально с тобой примирился, а потом…

— Нет, не получится, — перебиваю ее, не желая вдаваться в подробности своей уверенности, — по тебе мы тоже поговорили. Мстить он не собирается. Он понимает, сейчас не лучшее время для вражды. Так что можно спокойно возвращать мастеров в Скалистый Берег.

Дариа удовлетворенно кивает и задается новым вопросом:

— А как мастера восприняли новость? У тебя с ними, по-моему, складывается не все хорошо.

— С ними я допустил глупость. Я нашел их в Лиане. Пообещал свободу и еще много чего. Они это восприняли по-своему. Теперь вот выставляют претензии.

— Ах вон в чем дело. Честно говоря, я считаю, вы неправильно поступаете, удерживая их в рабстве. Понимаю, все так делают. А вот мы в Оршике никогда с мастерами такого не делаем. Они живут сами по себе. Как обычные жители.

— Но их же могут выкрасть.

— Это случается очень редко. У нас вокруг мастеров собирается множество родственников. Кто-то помогает в изготовлении артефактов, другие занимаются реализацией, третьи выступают в качестве охраны. Потом мастера передают свои умения детям. Появляются династии.

Не мог сдержать удивления, ведь именно по этой причине меня чуть было на годы не лишили возможности посещать храмы.

— Я слышал, у вас практикуются убийства близких. Но ты так открыто об этом говоришь.

— А почему нет? — искренне удивляется Дариа. — Нам даже жрецы ничего не говорят. У нас это традиция. Человек чего-то достигает, а потом умирает и все уносит с собой. Это неправильно. Тем более если есть возможность все передать, кому-то из детей или внуков. Ничто не пропадет. Следующее поколение, подчас получив умения, быстро восполняют срезанные Системой характеристики и идут в развитии намного дальше. Вот смотри.

Княгиня отходит в сторону и доспехи на ней вспыхивают ярким пламенем.

— Ну как тебе? Огонь только мне не причиняет вреда. Даже волосы не горят. А все остальное сгорают. Одна из династий мастеров только в пятом поколении смогли достичь подобного.

Вспомнились наставления магистра, когда он рассказывал об усилении особых способностей. Великая Система так устроена, что всего за жизнь не осилишь. Это я уже полностью осознал. А вот если передавать все детям, то вполне и не до таких чудес в мастерстве можно добраться.

— Здорово! А можно заказать такой же доспех?

— Придется надолго запастись терпением. На этот доспех у мастера ушло почти полгода. Слишком много требуется маны.

— А если маны будет много?

— Тогда сколько угодно. Я бы в таком случае одела в такие доспехи всю гвардию, — рассмеялась Дариа и, погасив пламя, пригласила в замок.

Мы снова пили чай в уютной библиотеке. На этот раз с яблочным пирогом. Разговор быстро перешел к злободневному. Княгиню интересовало, наша подготовка к войне, а меня, что делается у них.

В отличие от Скалистого Берега в Оршике не нужно было никому выдавать боевые навыки и проводить тренировки. Это было единственное княжество в Равнине, где никому не запрещалось иметь боевые навыки. Жители сами заботились о своей подготовке. Дариа больше беспокоилась о запасах продовольствия. Она готовилась к длительной осаде.

У Оршика было две деревни. Одна невдалеке от города, в горах. Там добывали железную руду. Вторая деревня располагалась в отдалении, у Великой реки и занималась исключительно сельским хозяйством. Именно она в основном снабжала княжество продовольствием. Сейчас оттуда ежедневно в город шли караваны. Княжеские склады, лавки и кладовые жителей набивались всякой снедью с длительным сроком хранения.

Дариа неслучайно готовилась к длительной осаде. Городские стены были усилены защитной магией. Благодаря этому над городом образовывался незримый купол, не позволявший фаерболам и молниям проникать внутрь.

Если говорить о тактике, княгиня намеревалась сидеть за стенами, прикрываясь защитой и бить по южанам магией. В таком случае последним ничто не оставалось, как обложить город и выжидать, ежедневно снижая защиту.

Вопрос стен меня особенно заинтересовал, и княгиня разъяснила. Из 100 вложенных очков маны половина шла в магическую защиту. Учитывая, что запущенный сильный фаербол наносил до 300 очков урона — так себе перспектива. Вот только стены Оршика постоянно усиливались. Всем жителям Оршика, имеющим магические способности, предписывалось раз в месяц отдать 100 маны на укрепление стен. Учитывая многочисленность людей и многие годы такой практики, они превратились в надежную твердыню, которую было сложно пробить.

Я примерно прикинул цифры и пришел к неутешительным выводам.

— Защиту все равно пробьют. У южан слишком много магов. Да и насколько вы сможете запастись продуктами. Намного не запасешься.

— Один раз мы смогли продержать осаду три года. Будет надо, продержимся еще дольше.

Я поднялся с дивана и подошел к окну. Замок располагался на небольшом возвышении. Учитывая третий этаж — взору открывался отличный вид на город, стену и горы вдалеке, окружавшие Оршик со всех сторон. Они лишь немного расступались в трех сторонах. Там размещались дороги, идущие в Долину, Юг и вглубь Равнины.

Попытался представить, что будут делать южане. Учитывая опыт Лиана, выходило, что они облепят горы и оттуда будут ежедневно вести обстрел. Такая цель, как город, — громадная, не промахнешься. А вот попасть из города по отдельным воинам, засевшим в горах, будет весьма сложно. Только если кидать фаеролами наобум, в надежде, что какой-то из них не промахнется. Учитывая, что воин мог тут же залечиться, толку от таких попаданий совсем не просматривалось.

Итог размышлений был неутешительным. Оршик продержится до тех пор, пока продержится магическая защита стен. Она будет сбита и фаерболы обрушатся на городские постройки. Два-три дня обстрела, потом зачистка и на этом все — город окончательно падет.

Конечно, оршиканцы не станут терпеть осаду. Будут предпринимать вылазки. Какие-то из них будут очень успешными. Но южан слишком много. Это ничего не изменит.

— Сколько у вас всего людей? — спросил я, возвращаясь к дивану.

— Тысяч тридцать, наверное. А что?

— У нас пятьдесят. Даже вместе у нас меньше людей, чем их воинов. Если примерно взять в расчет, что у вас 10 тысяч человек с магическими способностями отдают раз в месяц по 100 маны, это получится 1 миллион очков защиты. Пусть у южан тоже будет 10 тысяч магов. И пусть один пущенный фаербол снесет всего 100 очков защиты. За день, при восстановлении 100 маны, каждый их них может выпустить условно 2–3 фаербола. Итого за день южане снимут у вас 2–3 миллиона защиты. На следующий день столько же. И так далее. Чистая арифметика. Вы не продержитесь долго. Не в этот раз. Никогда у южан не было столько сил.

— Я распорядилась усилить защиту. Теперь жители дают по 100 маны в неделю. У нас много подземных ходов, ведущих из города в горы. Мы будем делать вылазки. Просто так сидеть мы не будем.

Несмотря на мои критические замечания в Скалистом Берегу и этого не было. Если к городу подойдет такого размера армия — это будет конец. Пожалуй, не спасет и осколок Темного камня. Магия исчезнет, а противопоставить ста тысячам клинков нам будет нечего.

Впору было задуматься о предсказании Ханны. В таком случае какой смысл кидать в Магический источник Темный камень? Пусть уйдет магия, рухнет Великая Система, армии Севера и Юга никуда не денутся. Нам придется с ними биться оружием. Или поступить иначе, обрушить мост у деревни Висячий мост и тем отрезать от нас Север. Вплавь им через Бурную реку будет переправиться уже очень сложно. А южанам придется потратить силы на Оршик, Великий город и только тогда они смогут до нас добраться существенно потрепанными, если вообще смогут добраться. Вероятно, такой исход предвидела Ханна и так планировала прекратить войну.

Дариа взяла меня за руку и с особой теплотой произнесла:

— Надо верить в лучшее и отгонять плохое. Тогда все будет хорошо. Мы справимся. И вы справитесь. А потом у нас будет мирная жизнь. Мы ее будем ценить, как никогда прежде.

Я заглянул в ее глаза и смутился. По-моему, несмотря на серьезность разговора у нее возникло желание…

* * *

На рассвете я покинул замок Дарии. Утренняя прохлада пробирала до костей. Пришлось пойти быстрее. Ночь без сна и к тому же неуемность княгини сказывались не лучшим образом. Меня немного даже пошатывало.

Никогда бы не подумал, что у нас с дочерью убийцы отца может быть нечто подобное. Наверное, также думала и она. Не пойму, зачем она этого захотела и не пойму, почему я не остановился. А когда началась близость и выяснилось, что это у нее в первый раз, я был просто в шоке. А ей же еще замуж выходить. Никакому мужчине не захочется брать в жены не девственницу.

Впрочем, сейчас думать о таких вещах вообще глупо. О женитьбе думать приходится разве что Даниэлю. Ну там ситуация такая. А вот княгиня решила отдаться, наверное, понимая, что потом может уже и не посчастливится. Она прекрасно осознает шансы Оршика. Точнее, их отсутствие.

В «Твердыне гор» все еще спали. Лишь войдя я подумал, что, наверное, зря сбежал от княгини так рано. С другой стороны, я уже просто не мог. Дариа как будто всю жизнь только и думала, что о близости с мужчиной и, дорвавшись, не могла остановиться. Ну а мне пришлось не ударить в грязь лицом и активно пользовался любовной магией.

Разбудил Бакки и поинтересовался, что и как у них вчера было.

— Все отлично. Мастера теперь как шелковые, — потягиваясь в кровати, ответил он. — Не думал, что у Троя настолько серьезные возможности. Он всех собрал в холле, как затянул. Даже я проникся. Понимаю, по ушам чешет и все равно ничего не могу с собой поделать.

— Так надо было снять заклинание.

— Да снимал. Он-то продолжает говорить. Ну и я снова приобщаюсь, — Бякки шмыгнул носом и сокрушенно тряхнул головой, — знаешь, Рей, я вот так подумал, зря мы хотели забрать у Даниэля мастеров и сбежать. Он думает обо всех нас, заботится, переживает о спасении всего мира, а мы взяли и сбежали. Хорошо, что одумались. А так бы и не знаю. Подвели бы его.

Речи Бакки вызвали у меня недоумение. Похоже Трой вчера переусердствовал.

— По-моему, тебе надо еще воспользоваться снятием заклинания.

— Да нет же, я все снял. Но вот после выступления Троя я как-то все переосмыслил и осознал. Мы были неправы.

Теперь уже я был в шоке. Раз даже Бакки тронула речь Троя, о мастерах можно было не переживать. Они-то вообще не знали о его особой способности к убеждению.

Закончив с Бакки, я заодно разбудил Валеба и велел будить остальных. Предстояло завтракать да собираться. Зайдя в комнату Троя, я нашел его сидящим за столом с Амалией. Оба провели ночь за разговорами. Рядом с ними, сидя на кровати и приткнувшись к шкафу, спал Урти Рамс. Сказал, что через час будем уходить и оставил в покое. Кто его знает, когда им снова посчастливиться увидеться.

Вчера не только привели в порядок постоялый двор, но и переоборудовали пекарню в столовую. Я подался туда. Кухарки готовили для всех завтрак. Попросил чаю и еще чего-нибудь перекусить из легкого и сел за стол.

Первыми в столовой появились Арни и Тиона, все в том же девичьем образе. Оба быстро вошли, а дальше подались ко мне в нерешительности. Я же уплетал поданные лепешки с чаем.

— Рей, извини нас, мы думали только о себе, — переминаясь, осторожно начала Тиона.

— Да садитесь вы. Не стойте. Берите себе чай, лепешки.

Арни пошел брать завтрак, а Тиона села за стол и продолжила:

— Я хотела признаться и попросить прощения за нас с сыном. Мы были неблагодарными. Нам очень стыдно.

Не знаю, что мог им вчера наговорить Трой, но мне уже не очень нравилась его работа. Парень явно перестарался. Ему предстояло сбавить обороты.

— Да ладно тебе, ничего страшного…

— Ну как ничего! — возмутившись, перебила Тиона. — Вы вместе с князем Даниэлем приютили нас у себя, дали кров, еду, одежду. Приняли как родных детей. Ты дал Трою много золота. Вместо этого мы с сыном хотели забрать золото и сбежать. А сколько мы врали тебе? Я же сразу сделала маску чайки. Потом еще одну. Мы хотели тайком вдвоем улететь. Останавливало только что не знали, как унести с собой золото. Из-за этого задержались. А потом нас перевели в пещеру. Дальше ты переправил нас сюда. Вот вчера, когда с нами заговорил Трой и все объяснил, я только тогда поняла, что была неправа. Прости нас за все. Вот маски. Они работают. Мы проверяли.

Я в изумлении смотрел на Тиону. Она положила на стол две маски, под размер лица. В отличие от человеческих у этих вместо носа были клювы чаек, ну и в перьях, конечно.

Как не прискорбно было осознавать, но, по-моему, Даниэль вовремя похитил мастеров. Иначе бы они сами сбежали из «Трезубца». В итоге все закончилось благополучно. Благополучно для Скалистого берега, но не для меня. Предательство этих двоих, с которыми я сблизился, задели за живое.

Глава 21

Скала покрывалась трещинами, крошилась и с грохотом падала, тем увеличивая завал у подножия. Позже осколкам предстояло преобразовываться в каменные блоки. Так легче перевозить и в дальнейшем использовать. Я снова занимался расширением верфи. А до этого делал новые апартаменты для мастеров в пристанище, спрятанном в Птичьих скалах. Иначе бы им пришлось долго ждать отдельных комнат, пока их вручную прорубят в камне.

Закончив с мастерами, я даже успел посетить утреннее совещание у Даниэля. Там-то брат меня и озадачил верфью. Потом на очереди стояли работы в Висячем мосту, где также нужно будет поработать с камнем. Но это уже не на сегодня, на последующие дни. В общем, Даниэль решил подойти к развитию моего навыка зодчего с толком. Даже дал распоряжения магистру выдать мне эссенций, чтобы быстрей шла работа и брались повышения. По моим прикидкам, максимум через неделю навык зодчего должен быть полностью освоен.

Признания Тионы продолжали крутиться в голове. Я думал то о ней, то вообще о людях. Главным образом интересовал вопрос, как так получается, что одни остаются преданными княжеству, а другие предпочитают думать лишь о своих интересах.

Бакки сидел рядом на каменном блоке. Камнепад его утомил. Теперь он следил за работой грузчиков, да возничих, что минут пять назад к нам в обилие нагнал смотритель верфи.

— Вот скажи, а у тебя никогда не возникало желания сбежать из Скалистого Берега? К примеру, когда удавалось взять хорошую добычу, — сделав перерыв, обратился я к нему.

Неожиданно заданный вопрос заставил Бакки удивиться. Он с недоумением на меня посмотрел, почесал затылок и усмехнулся.

— Конечно, думал. Все думают, когда попадают в передрягу или берут хороший куш. Начинают перебирать плюсы, минусы. Ну и я перебирал.

— И что тебя останавливало?

— Деньги — это раз. Их дают немного, но каждый месяц. Во-вторых, жилье. Для рыцаря оплачивают комнату в доходном доме. Остальные бесплатно живут в казарме. В-третьих, кормежка. Пусть не особая, но бесплатная. Иной раз спустишь все и знаешь, еду, кров, вещички разные, опять же доспехи, оружие всякое тебе обязательно подлатают или выдадут новое. А в остальном даже не знаю. Ну кем бы я был, если не служба у князя? Наемником или еще не пойми кем. Сегодня густо, завтра пусто. Ну и большую роль играет привычка. Здесь я Сир Бакки Таль. Я всех знаю, меня все знают. Весь Скалистый Берег — это мой дом. Пусть рыцарство с меня временно снялось. Но это же временно. Потом вернут. А сбегу, кем я там буду? Прощелыгой Бакки, что бьет морды за пару золотых монет?

— То есть тебя удерживает привязанность. Судьба княжества особо не волнует.

— Как это не волнует? Не будет Скалистого Берега, не будет моего дома. Я буду никем. Это же все взаимосвязано!

Я вернулся к своему занятию. Что нужно людям — ответ очевидный. Забота правителя или же ее ощущение, минимум денег и всякого необходимого, опять же немного для поднятия значимости каждого подданного, вера в стабильность с уверенностью в завтрашнем дне и перечисленная смесь рождает привязанность с последующим прогрессом в виде перехода к патриотизму. Совсем немного, чтобы заполучить преданного человека.

И не стоит ничего нарушать. Мастера тому пример. Дал Арни с Тионой больше денег, нарушилась схема, поэтому будущие патриоты не состоялись. Все очевидно и предельно просто.

Помимо мастеров, меня беспокоил еще один вопрос, вопрос доносительства Валеба, а с ним всех остальных, кто меня окружает. Понимаю, они поставлены в такие условия — в первую очередь служение правителю, а потом все остальное. Был бы я правителем, все были преданы мне. И все же, постоянно иметь дело с людьми, обреченными тебя закладывать — ощущения не из приятных. Даже лишнего не скажешь. Но это не значит, что мне можно не выполнять взятые обязательства. Я помнил, что обещал Валебу и намеревался это исполнить.

На утреннем совещании прозвучало еще кое-что. Как ни прискорбно осознавать, радикальные меры Даниэля дали положительный результат. В Мелиссаре появился новый наместник. Консильери удалось договориться с ним по зерну. Его нам продадут сколько нужно и по низкой цене. Уже сегодня в Мелиссар отправятся баржи в сопровождении боевых кораблей. Они привезут столько зерна, что, если не будем ничего продавать на сторону, с учетом имеющихся запасов, его нам хватит лет на пять, а то и больше.

На 500 очках маны заканчиваю работу. Магия мне еще сегодня пригодится. Оборачиваюсь и смотрю назад. Валеб должен уже появиться, но его пока нет. У стапелей стоит мамина карета. Она сама невдалеке разговаривает с управляющим верфью. Тот что-то рассказывает, активно жестикулируя.

Направляюсь к маме. Непросто же она здесь появилась. Та замечает меня и избавляется от управляющего.

— Смотрю, осталось немного, — первой начинает мама.

— Примерно на один раз осталось.

— Мы только что решили с Даниэлем сделать дополнительное хранилище для зерна здесь, в скалах, прямо в порту. Не нужно будет тратить на постройку лес и возить зерно через весь город. Ты сможешь?

Уже вижу, тон мамы сделался мягким и виноватым. Магистр снял с нее морок. Она стала прежней. Поэтому-то и приехала восстановить отношения.

— Конечно, смогу. Это сделать постройки сложно. Возвести ту же стену или еще что-то. А раскрошить камень или сделать в нем ходы — ерунда.

— Рей, извини. Я была с тобой груба. Понимаю. Ты хотел, как лучше. Мы все хотим, как лучше, но не всегда получается.

— Всплывают нюансы…

— Да, нюансы. Всегда появляются нюансы. Хотела женить Даниэля. Подыскивала перспективную невесту. Чтобы обязательно была достойная. Это бы укрепило княжество. Но Даниэль вдруг привез Катарину и все испортил. Он не хочет больше ни о ком слышать. Весной она должна родить. Поэтому свадьба состоится уже после нового года. Я категорически против и не могу ничего сделать. Мало того что она не из знатной семьи, у нее совершенно нет никаких способностей. К тому же она четвертый ребенок в семье. Ей уже восемнадцать, а не открыт ни маг, ни воин, вообще ничего. До встречи с Даниэлем она вообще была уличной торговкой цветами. Поверить не могу, что мой сын мог вляпаться в такое ничтожество!

— Мам, но и ты же сама была не из знатной семьи. Отец все равно на тебе женился. А Даниэль князь. Он вправе жениться на ком захочет. Что тут такого?

— Да как ты можешь сравнивать меня с ней?! Трол не был на тот момент князем. Правил его отец — Брэн. Это, во-первых. Во-вторых, я была первым ребенком. В-третьих, я тебе уже говорила, какими способностями обладала на тот момент. А она пустышка! Совершеннейшая пустышка! Да над нами все будут смеяться! Князь не может жениться на никчемной девке!

— Значит, ее зовут Катарина… — вспоминая спящий образ девушки, проговариваю я и пытаюсь сменить тему: — Даниэля уже не переубедить. А кого будем звать на свадьбу? К весне будет неспокойно. Вряд ли кто-то бросит свои вотчины и поедет на свадьбу.

— Никчемная!.. Беременная!.. Еще и беременная до свадьбы!.. Да это будет позорище, а не свадьба! — повысила голос мама, силясь справиться с нахлынувшими эмоциями. — Траур по Тролу не закончился. И по Алану. Ни о какой свадьбе в течение года не может быть речи!

— А еще предстоящая война.

— Ну и я об этом же! Это будет не свадьба, а не пойми что. С кем мы будем праздновать? С поданными, что ли? А никто другой к нам не приедет. Да и как звать, когда такое…

Похоже, снятый морок образумил маму не только касаемо меня. Если она продолжит докучать Даниэлю, тот придумает как ее утихомирить. Этого допускать мне не хотелось.

— Мам, не говори больше ни о чем с Даниэлем. Иначе ты его только против себя настроишь.

— Знаю. Но я не могу молчать. Ты только представь, что будет, если вдруг они поженятся, а с Даниэлем опять что-то случится. Все права перейдут к нерожденному ребенку. А пока ребенок не достигнет восемнадцатилетия, власть полностью перейдет к Катарине. Я стану никем. Ты станешь никем. Вчерашняя торговка цветами станет править Скалистым Берегом! Ты это понимаешь?!

Час от часу не легче. Проблем с будущей женой Даниэля и с его нерожденным ребенком нам только не хватало. У меня просто не было слов.

— И что можно сделать в этой ситуации? — уже всецело приобщившись к непростой ситуации, спросил я.

— Вот поэтому я ума не могу приложить что делать. Даниэль уже наломал дров, приведя ее беременную домой и решив жениться. Лучшим решением стало бы возвращение Катарины обратно в столицу. Пусть рожает бастарда. Мы за все заплатим. Но Даниэль такого не позволит. Он уже считает ее своей женой. И ребенка считает своим.

— Это я уже понял. Какой можно придумать выход?

— Не знаю. У меня от этого всего голова идет кругом.

— А если уговорить Даниэля отложить свадьбу? Пусть подождет окончания войны.

— Я-то могу сказать, но он не согласится. Как любой отец, он хочет, чтобы, если он погиб, все досталось его ребенку. Поэтому и хочет жениться до начала войны.

— А когда он наметил свадьбу?

— На конец января. Это я его уговорила. Он такой что прямо сейчас жениться. Понятное дело на свадьбу никто не приедет. Но нам хотя бы ради приличия нужно заблаговременно отправить приглашения королю и всем князьям Равнины. Им нужно время подготовиться.

— Ну да января у нас время есть. Что-нибудь придумаем.

— Да что тут придумаешь? Из-за этого у меня голова уже раскалывается.

Вот уж точно, что можно придумать в такой ситуации? Даниэля могут отравить, снова похитить или еще что-то произойти и во главе княжества станет девушка, ничего не знающая о власти и лишенная способностей. Кого она может вдохновить в предстоящей войне? В кого вселить веру в победу?

На горизонте появился Валеб. Обходя повозки, он быстрым шагом идет ко мне.

— Мне пора. Срочные дела.

— Куда ты собрался?

Мама замечает торопящегося Валеба и с удивлением смотрит на меня. Уже понятно, я собираюсь не в казначейство.

И что ей ответить?

Выбираю более нейтральное, что не вызовет лишни подозрений:

— В Лиан. Хочу заглянуть к одной… К одной девушке.

Сказал на свою голову. Мама завелась:

— К девушке? И ты туда же?! Что за девушка? Что за семья? Рей, тебе только шестнадцать! Не вздумай жениться до восемнадцатилетия! И не вздумай вляпаться как Даниэль! Облапошит и заявит, что беременна!..

* * *

Глава 21. Часть 2

В Лиане было не то что у нас, стояла жара. Мы взяли в наем небольшую лодку. Два рыбака на веслах догребли примерно до того места, где был утрачен мешок с золотом, я дал Валебу свой кулон с Дельфином и отправил его на поиски. Пока тот нырял, Бакки понемногу донимал меня вопросами:

— И сколько ты ему отдашь?

— Половину. Как обещал.

— Ну это правильно. Пятьдесят тысяч. Куда ему столько? Эх… Жалко мой жемчуг отобрали. Ты не знаешь, его можно будет вернуть?

— По жемчугу вряд ли что-то светит, а по деньгам — запросто. Сколько там у тебя было?

Бакки смутился и пока не веря в возможность возвращения ценностей, сложил руки, показывая внушительную жменю.

— Ну вот столько примерно было в кармане. И в десять раз больше в сумке. Да мне бы одной жмени хватило!

В стороне от лодки вынырнул Валеб и радостно закричал:

— Нашел! Мешок там, внизу лежит! Я не могу вытащить! Бакки, помоги!

— Ну и народ пошел, даже мешок золота поднять не могут, — в недовольстве забурчал Бакки и принялся снимать с себя одежду.

Быстро раздевшись донага, он кинулся в воду.

Осторожно! Вас поджидает опасность!

Повышение навыка Предвидение опасности на 1 очко.

Оповещение заставило удивиться. Давно я не получал подобного.

Посмотрел по сторонам. С момента, когда все корабли и лодки, что стояли в порту разнесли в пух и прах, прошло почти месяц. За это время большую часть останков вытащили на берег. Иначе тут невозможно было бы плыть. Теперь кораблей в порту было всего пять. Все из Юга. Лодок значительно больше. Конечно, не столько сколько раньше, примерно десятая часть от прежнего числа, зато все новые.

Угрозы нападения ниоткуда не просматривалось. Взгляд перехватил глаза пожилого рыбака, чью лодку мы взяли. Судя по тому, как он поспешил отвернуться, пришло понимание от кого ждать нападения.

Нанятым рыбакам — то ли родственникам, то ли закадычным друзьям, мы не говорили о цели заплыва. Но Бакки проговорился и теперь один из них задумал недоброе. Пока один. Второй, видимо, разговор о золоте пропустил. Он продолжал выглядеть прежним.

Даже если рыбаки сговорятся — очень зря. Это станет их опрометчивым решением. Я вооружен кинжалом и саблей, прихваченной из сокровищницы. Однако мне не понадобится ни оружия, ни магии, чтобы справиться с этими двоими. Им не на что рассчитывать во-о-обще.

Прошла минута, другая и появляются Бакки и Валеб. Сначала в лодку закидывают мешок и позже по одному они взбираются. Дело сделано, теперь можно возвращаться к берегу.

Бакки радуется золоту, по-моему, больше чем Валеб. Он пристает к нему с расспросами, куда тот собирается тратить деньги. Валеб растерян. Ему до сих пор не верится, что половина золота его.

История с Арни и Тионой дали подсказку. Теперь я уже знаю, как нужно благодарить людей.

— Ему не придется ничего тратить, я сам распоряжусь деньгами.

Оба переводят на меня удивленные взгляды.

— Я обещал дать половину. Но поступлю иначе. На все это золото я куплю вам обоим в Скалистом Берегу хорошие дома. Они станут для вас надежными вложениями и дадут уверенность в завтрашнем дне.

Бакки ничего не светило и вдруг свалился такой подарок. Не сдержавшись, он от радости громко закричал. Валеб тоже рад и смотрит на меня в изумлении.

— Да это уже не дом будет — дворец, — не веря, говорит он.

— Вот именно! — кричит теперь членораздельное Бакки. — Не хуже «Трезубца»!

Мешок с золотом был не особенно большим, вполовину меньше обычного, но тяжелый. Зная, что половина его, за него хватается Бакки. Едва лодка пришвартовывается к пристани, он взваливает золото на плечо и первым сходит на берег.

— Ну что, куда теперь? — оживленно спрашивает Бакки, готовый с золотом податься хоть куда.

— Сейчас идем в Таклы. Снимем жилье, Валеб установит портал и вечером вернемся домой.

— Всего-то… А до вечера что будем делать?

— Тиона сумела сделать маску птицы. Хочу опробовать. Полетаю, осмотрюсь.

— Так может, заглянем к Элеоноре? Посмотрим, что у нее да как. Ну интересно же. Да и зачем куда-то идти на постой, когда у нее можно остановиться. Нам же без ночевки.

В принципе, можно было и так поступить. Разницы не было. Только предстояло до вечера успеть посетить Таклы и установить портал. А то после захода солнца в этих местах неспокойно. Не хотелось попадать в историю с мешком полным золота.

Нынешний порт Лиана представлял жалкое зрелище. Атака фаерболами многое разрушила. От обилия скульптур, колонн, горельефов и прочих красот в большинстве своем остались лишь груды обломков. Их даже не убрали. Сгребли в кучи и тем освободили проходы.

Людей было немного. Рыбаки, всякие рабочие люди или возничие с тележками, перевозившими рыбу.

Мы добрались до ступенек, поднялись и начался город. Первая линия домов пострадала больше всего. Почти у всех строений снесли верхушки. Вошли в улицу и уже появились улучшения. Повреждений на постройках стало меньше. Кое-где жильцы успели восстановиться. Судя по грубой работе, им было не до красот. Лишь бы залатать дыры и то отлично. Чувствовалось, что в городе царил упадок. Былая сытая жизнь осталась в прошлом.

Осторожно! Вас поджидает опасность!

Повышение навыка Предвидение опасности на 1 очко.

Впереди шло пара доходяг и три женщины. Двое рабочих вставляли окна в доме слева. Больше впереди никого.

Оглянулся.

Ну да, кто бы сомневался. А то я уже что-то забыл о них.

За нами увязалась толпа больше десятка. Среди них были двое нанятых нами только что рыбаков.

По мане у меня остался резерв. Это на крайний случай. У Валеба тем более. Еще утром он хорошо потратился на перенос мастеров из Оршика в Птичьи скалы. У него оставалось немного маны лишь за счет принятой эссенции. А вот у Бакки ее было полно.

— Кинь чего-нибудь. За нами увязались, — показал ему на преследователей сзади.

Бакки на ходу обернулся

— Так это же наши рыбаки. Грабануть решили? Ну-ну, сейчас я им устрою, — усмехнулся он и, остановившись, вытянул на группу руку.

Молния яркой вспышкой ударила в первого и дальше цепью побежала по остальным. Несколько секунд трясучки и тела стали падать.

— Ты их убил, что ли?!

— Ну да. А что?

— Эх, Бакки-Бакки… Не избавишься ты от своего проклятья.

— Ну они же хотели убить нас. Только не говори, что они бедные и несчастные. Мы им за наем лодки заплатили. А они в ответ захотели забрать наше золото и убить нас. Все справедливо.

— Уговорил. С твоими доводами не поспоришь. Но тебе все-таки нужно поаккуратнее. Тебе репутацию надо поднимать, а не увеличивать ее лишними убийствами.

— Та… ерунда. Будет дом и гори оно все. Вот честно скажу, сам бы я на него никогда не скопил. У меня же все прямо сразу из рук уходит.

— Да не причитай ты. А то накликаешь.

Идти пришлось недолго. Три квартала вверх, и мы вышли к знакомой лавке торговца артефактами.

Дверей не было. Вместо них, зиял проход. Здание, как и многие другие в городе, пока находилось в заброшенном виде. Но это ненадолго. Как только здешняя жизнь наладится, найдутся ушлые люди, возжелавшие его прибрать себе. Оно же почти целое, в отличие от многих других домов Лиана.

Еще два квартала и за перекрестком показался дом Элеоноры. Дверь нам открыл здоровенный верзила. Сбоку от него вынырнула голова Александрины. Она сразу узнала Бакки. А меня вообще не признала и была удивлена, что без шрамов я слишком молодой. Девушка оттолкнула бугая и широким жестом пригласила войти внутрь.

— Ты, кстати, посмотри, какого парня мы привели. Он тебе точно в женихи сгодится, — смеясь, указал Бакки на Валеба и тем его представил.

Наш портальщик засмущался, а девушка вовсе не посчитала это за шутку. Ее заинтересованный взгляд переметнулся на парня и принялся его изучать. Видимо, на предмет перспективности.

На голоса в холл подалась и сама хозяйка.

— О, надо же, Бакки! Не думала тебя снова увидеть. Но все равно рада. А что это у тебя за молодые друзья?

— Это же Рей! Смотри, он совсем без шрамов! — взвизгнула Александрина, показывая на меня. — Он оказывается такой молодой. Я его совсем не узнала. А это новенький. Его зовут Валеб. Бакки сватает его мне в женихи.

Теперь обе пристально рассматривали нашего портальщика, отчего тот еще больше засмущался.

— Да он шутит, — пытается отвертеться Валеб, но Элеонора им уже заинтересовывается.

— Он тоже воин? А что еще умеет? — спросила она у Бакки.

— Да какая разница! У него смотри сколько денег! — Бакки с удовольствием бьет по мешку с золотом на плече и, несмотря на скученность, монеты приглушенным звоном отзываются в ответ. — Это все на выкуп невесты!

Обе уставились на мешок и потеряли дар речи.

— Да шучу я, шучу! — рассмеялся Бакки. — Ну что, так и будем стоять у порога? Хоть пригласи в дом, накрой стол!..

Элеонора предложила накормить и напоить, но мы отказались. Ограничились чаем с кексами. Нас разместили в столовой за большим овальным столом.

Пока его накрывали, Валеб попытался высказать Бакки за подставу с женитьбой. На что тот нашел увесистый аргумент: жена лианка — это мечта любого мужика. Я счел своим долгом предостеречь парня. Все-таки девушка явно не для него. У лианок свой особый менталитет и выкрутасы в постели его нисколько не компенсируют. Парню нужна была нормальная жена, без особых меркантильных интересов.

Впрочем, Валеб и сам не собирался жениться. Его смутил большой дом невесты. Может быть, еще что-то, о чем он предпочел не говорить в открытую.

Хозяйка с дочерью быстро накрыли стол и сели с нами. Элеонора принялась рассказывать о своих делах. Теперь в город уже никто не ехал за развлечениями. Сюда вообще никто не ехал. Здесь были только местные или те, кто заглянул к ним из соседних Таклов. Даже тех же южан почти не было. Они лишь появлялись в порту, чтобы забрать со складов награбленные в городе вещи. Так что закусочная Элеоноры обещала прозябать.

Но женщина нашла новый вид заработка. Многие владельцы борделей предпочли сбежать из города, были убиты южанами или местными бандитами, которых в городе развелось в немыслимых количествах. Элеонора нашла выход. Во-первых, переоборудовала свою закусочную в бордель. Благо почти тратиться не пришлось. Нанятые люди попросту стащили мебель и всякого сопутствующего из опустевших борделей. А во-вторых, обзавелась поддержкой. Она сразу догадалась что к чему и обратилась к клану, за которым я охотился. С ее слов, теперь у нее дела шли даже лучше, чем раньше в закусочной. Даже не телохранителя хватало, коим был верзила, открывший нам дверь.

— А откуда клиенты, если в город больше никто не едет? — удивился я.

— Так около нас стоит целая армия южан. Теперь они наши клиенты. А с кланом я договорилась расплачиваться девочками. Считай, я не трачусь. Девушки отрабатывают.

После рассказов Элеоноры план действий созрел сам собой. Портальщик клана по имени Бассир был почти у нас в руках. Дело оставалось за малым.

Вчера была проблема только с Даниэлем, теперь с его невестой и нерожденным ребенком. Так что предстояло скорее со всем справиться, пока не появились новые проблемы. Ради этого я был готов был пожертвовать завтрашней работой на верфи.

Глава 22

Вечером в бордель Элеоноры заглянули трое из клана Малсера Староге — два новичка и бывший северянин пропойца Сигур Кинжальщик. В отличие от похотливой молодежи последний всегда захаживал исключительно ради крепкого вина, которым его потчевала хозяйка. Он им до беспамятства напивался и потом мирно спал до утра, не докучая ни хозяйке, ни ее шлюхам.

Сделать выбор помогли наблюдения. Не зря же я больше недели все вынюхивал, беря под управление разум птиц. Пусть Сигур и был пьянчугой, но в отличие от новичков, имел доступ внутрь замка, являвшегося штабом клана, чего позволялось далеко немногим.

Все благодаря прошлым заслугам. Будучи отличным воином, Сегур многое сделал для клана. Этому поспособствовали не только его исключительные бойцовые навыки, но и особая способность, позволявшая повелевать всякими мелкими клинками от ножей до кинжалов. То есть прозвище «Кинжальщик» появилось не на пустом месте.

Наверняка к своим сорока годам Сегур хорошо продвинулся бы в клановой иерархии. Вот только пагубное пристрастие к пойлу все сгубило. И былой почет, и полагающийся уважение, и заслуженный авторитет.

С похищением Сегура нам не пришлось ничего выдумывать и тем более утруждаться. После полуночи мы втроем вошли в комнату, взяли за руки и за ноги спящее пьяное тело, внесли его в портал и тем все вместе переправились в специально подготовленную по этому случаю комнату в прибежище мастеров.

Дабы Сигур ничего не учудил, ему был сразу надет ошейник пленника. После этого Бакки с Валебом принялись вязать тело ремнями, а я позвал Тиону с Арни, ну и заодно Троя.

Они уже были в курсе дела. С женщиной и ее сыном я пообщался накануне вечером. Разговор, конечно же, велся в присутствии Троя. Я помнил желание обоих не заниматься больше кровавым ремеслом. Но тут был другой случай. От маски Сигура зависело слишком многое.

В качестве обезболивающего Тиона применяла дубину. Я посчитал этот метод варварством и распорядился, чтобы одна из мастериц, специализировавшая на снадобьях, приготовила макового молока.

Арни приподнял лежащему на полу Сигуру голову и Тиона залила ему целый бутыль мутной жидкости. После она дала минуту на то, чтобы обезболивающее средство подействовало и приступила к работе.

Кроме Арни, никто из присутствующих не смог смотреть на то, что принялась делать Тиона. К завершению Валеб и Трой даже предпочли выйти. Наверное, обоих смутил слишком сильный запах свежей крови. Мне он тоже показался до тошноты неприятным. Но я предпочел сдержаться.

Лишь когда Тиона закончила, я повернулся и едва ли не ахнул. Бедняга Сигур почему-то очнулся и с безумными глазами смотрел на меня, словно понимая, кто тут главный зачинщик. Теперь все его лицо была сплошная кровоточащая рана, из которой торчали огромные зрачки и лишенные губ темные, порядком испорченные старостью зубы. Из глотки доносился тихий рык.

В затуманенном алкоголем и маковым молоком рассудке бедняга вряд ли понимал происходящее. И уж тем более он не испытывал страданий. Иначе бы из глотки вместо тихих звуков раздался громкий крик. Он медленно умирал. И в это последнее мгновение предпочел оставаться в сознании.

Тем временем Тиона продолжала заниматься изготовлением маски. Срезанную с лица кожу она расправила и стала держать перед собой. Мана, словно светящаяся жидкость, стала сочиться из ее рук, переходя на кусок кожи, отчего тот принялся светиться.

Все действо заняло немногим больше минуту. Бывший лоскут свежей кожи обрел форму маски и перестал светиться. Исчезли следы крови и лишней плоти. А заросшая щетина и даже редкие ресницы остались.

— Маска готова, — спокойным обыденным голосом произнесла Тиона и протянула мне новоиспеченный артефакт.

Одно дело взять маску какого-то стороннего человека и совсем другое то, что мне сейчас давали в руки. Мало того что все действо происходило, можно сказать, у меня на глазах, так еще Сигур оставался живым и пребывал в сознании. Он продолжал смотреть на меня безумным взглядом с вытаращенными глазами.

— Ты… Ты не жможешь… Не жделаешь… Все прахом, — успел напоследок прохрипеть лишенный губ Сигур и в следующее мгновение Бакки всадил в его грудь острие меча. Тело дернулось и безумные глаза бедняги стали стекленеть.

— Что не так? Он уже мертвец. Я облегчил его страдания, — с возмущением оправдался Бакки.

Я ничего не ответил. Он поступил правильно. Только немного поспешил. Осталось непонятным, что видел в пьяном бреду Сигур и о чем хотел сказать напоследок. Впрочем, этого было уже не узнать. Если только специально не отправиться к нему в Пропасть падших и не переспросить. Мира Дагора этот грешник был вряд ли достоин.

Тиона продолжала держать передо мной маску. Пришлось взять себя в руки и через «не могу», борясь с нахлынувшим отвращением, забрать у нее часть плоти покойного Сигура и приложить артефакт себе к лицу.

Внимание! Действуют ограничения!

Вы не можете использовать все возможности, имевшиеся у Сигура Кинжальщика.

Недостаточный уровень (Примечание: на каждую особую способность необходимо 100 уровней).

Навык артиста развит недостаточно (Примечание: необходимо достичь высшего мастерства).

Особые способности: заклинатель кинжалов и телекинез, — полностью заблокированы.

В доступных новых навыках имеются ограничения:

владение саблей — 37\100

точильщик клинков — 37\100

мясник — 37\100

В доступных новых заклинаниях имеются ограничения:

острое лезвие — 37\100

яркое пламя — 37\100

Всплывшее перед глазами оповещение шокировало. То ли магистр, то ли консильери мне говорили, что маски могли незначительно улучшать характеристики. И уж тем более они не передавали магические и прочие способности. Однако появившееся оповещение полностью опровергало это утверждение.

— Не пойму, а разве можно брать способности? — безмерно удивляясь, поспешил узнать у Тионы.

— Маски меняют образ и никогда не раскрываются полностью. Это подвластно лишь имеющим способность к лицедейству…

— Подвластно лицедеям?! — перебив, повторил я за Тионой, а у самого внутри началось твориться что-то невообразимое. Выходило, что не зря я взял Лицедея. И совсем не зря качал навык артиста. А я ведь по этому поводу столько сокрушался.

Я стащил с лица маску и, спросив у Тионы, где ее мешок, в следующую минуту уже несся по проходу в их с сыном комнату на ходу возмущаясь:

— Да что же ты раньше не говорила о лицедее?!

— Да я же откуда знала, что это важно. Я от прежнего хозяина скрывала эту особенность. Не хотела, чтобы он пользовался масками в полную силу. Но теперь все иначе. Здесь мой дом, ты и князь Даниэль спасители мира. От вас у меня больше нет никаких секретов… — голосила Тиона, спеша за мной.

Мешок с масками стоял под кроватью. Выхватив его, я высыпал на кровать все что там было.

В первую очередь в ход пошли маски зверей. Я поочередно примерил образы медведя, льва и волка. Открывавшиеся новые возможности были связаны с особенностями животных. Главным образом поднимались основные характеристики. Фиксированные значения в сотню увеличивались. Так, медвежья сила утраивалась, львиная удваивалась, волчья достигла 165 очков. Вместе с силой увеличивались телосложения и ловкость. Эту особенность я подметил еще вчера, когда надевал маску чайки. Ловкость птицы выходила на 30 очков выше человеческой. Надев маску мне пришло сообщение об этом и больше ничего. Собственно поэтому я так и не понял всех нюансов.

Покончив со зверьем, я принялся за маски людей. Девушки, парни, взрослые мужики, старики — шли вперемешку. Мне приходили оповещения о возможности получения всяких рабочих навыков и ничего из особых способностей. Перемерив с десяток, я спросил у Тионы, есть ли у нее что-то по-настоящему стоящее.

— Вот этот был альбиносом. Некий Хариус. Мне он показался обычным трудягой, а когда уже сделала маску, узнала, он обладал огненной магией…

Я тут же надел его маску. Всплыло: каменщик, возничий и прочая ерунда. Из огненной магии у него было два заклинания по розжигу и укрощению пламени.

— …Этот был жутким убийцей, — продолжала Тиона уже о другой маске, — он был еще и ловким вором. Однажды он обманул хозяина, и он его наказал…

Я надел маску и уже в следующую минуту вычитывал его характеристики. Вор, взломщик, ловкач, хладнокровный убийца и прочее. Можно было и дальше вычитывать его криминальные таланты, но Тиона уже представляла новые, куда более интересные маски:

— …А это самые ценные жемчужины моей коллекции. Хорхи-невидимка. Хозяину пришлось споить и тем его заполучить. А это Урик-портальщик. Хозяин все мечтал об этом ценном навыке. Но я молчала о лицедее. Иначе бы он где-нибудь все равно его нашел. Мне этого не хотелось.

Я поочередно надел обе маски. Все получилось также как с Сигуром. Мне недоставало уровней для открытия способностей. Я уже имел 10 особых способностей. Из-за этого было все забито. Чтобы использовать новые, мне необходимо было повысить уровни. Добраться до 1200 или хотя бы до 1100. Ну и заодно покачать артиста. Лишь тогда бы я мог полностью входить в образы и пользоваться всем, чем обладали при жизни эти люди. Не зря же все новые навыки и заклинания ограничивались 37 очками. Именно столько у меня значилось в навыке актера.

У меня появился своевременный вопрос: можно ли как-то взять себе имевшиеся способности. Ведь здорово же было обладать такими редкостями и не таскаться все время с масками.

— К сожалению, нет. Способности нельзя ни брать, ни развивать. Но Великая Система многогранна. Может быть и есть где-то мастер способный что-то забирать. Этого я уже не знаю.

— Насколько понимаю, если надеть маску, тот, кто применяет заклинание Видение, увидит подлинного человека. А случайно нет способа полностью скрыть себя? — на всякий случай уточнил я у Тионы.

— На это Видение и дается, чтобы открывать все спрятанное магией. Поэтому все откроется. Но нет нужды особо переживать. Увидеть за маской подлинный вид человека под силу лишь тому, кто в полной мере освоил заклинание Видение и будет его использовать. Согласись, такое редко может случиться. Кому взбредет в голову тратить лишний раз ману? Только если ты сам вызовешь подозрения.

Что ж, сегодняшняя неожиданная находка была более чем достойная. Похоже, теперь придется с собой носить целый арсенал масок. К уже имеющемуся образу чайки я намеревался добавить Хорхи-невидимку и, конечно же, Урика-портальщика. Когда я смогу всецело пользоваться масками, мне и Валеб не понадобится. Сам буду создавать порталы и ими пользоваться.

Пожалуй, если бы не предстоящая война, я сейчас взял паузу, подкачал уровни, развил до максимума артиста и, воспользовавшись невидимостью, один подался в логова клана.

Но обстоятельства складывались иначе. Да и я уже все решил. Портальщика Бассира мы должны выкрасть сегодняшним утром и точка. А вот после, попав в Драную гору, можно было хорошенько прокачаться. Имея обилие маны, это можно было сделать за короткий срок и с минимумом усилий.

// Наконец закончил карту мира. С ней можно ознакомиться в папке «доп. материалы»

Глава 23

Бакки хотел взять образ Сигура Кинжальщика, но я естественно отказал. Не мог же я доверить ему самую важную роль в финальной части нашей эпопеи. Не хватало, чтобы по глупости он все загубил. Так что ему и Валебу достались роли симпатичных девиц. В том же составе, но уже в новых образах мы отправились в Таклы, куда я специально намеревался попасть ранним утром. В это время в замке клана крутилось меньше всего народа. Легче было бы все провернуть.

У ворот замка дежурил лишь один охранник. Издали заметив меня, парень нехотя поднялся с бочки, стоявшей в стороне, и с ленцой подался открывать калитку. Так и не удосужившись ничего спросить, он молча пропустил нас внутрь.

Конюх, еще один конюх. А нет, похоже, возничий. Впрочем, какая разница, не воин и отлично. Воины находились на стенах. Насчитал шестерых, вооруженных арбалетами.

Стараясь особо не суетиться, я уверенным шагом направлялся ко входу в донжон, попутно осматриваясь по сторонам.

Малсер Староге намеревался посадить портальщика Бассира в башню. Вряд ли ею являлась какая-то из четырех невысоких построек, примыкавших к стенам. Они больше напоминали небольшие вышки. Подразумевалась основная высокая башня, венчавшая верхнюю часть донжона. Туда так просто не пробраться и выйти затруднительно. Самое лучшее место для важного узника. Не то, что темные подвалы.

Дверь в донжон открылась перед моим носом. Оттуда появились двое рослых мужчин в кирасах из железа. Средний возраст, мощные тела и уверенность во взгляде выдавали в них бывалых воинов.

— Сигур, а ты куда собрался?

— Еще со шлюхами.

Оба перегородили путь, явно не собираясь пропускать нас дальше, пока не узнают ответы.

— Это не для меня. Это для Бассира, — кривясь и всем видом показывая недовольство, ответил я, стараясь это делать подобно Сигуру. Будучи трезвым, пьянчуга обычно имел недовольный вид.

— Ты это видел? — вопросил один другому. — Вечерами ему шлюх водят, теперь еще и с утра. Да не одну, по две. Вот бы мне так, ничего не делать и шлюх с утра до ночи охаживать.

— Сначала получи портальщика, а потом мечтай.

— Я вот только не пойму, чего его заперли в башне. Если он что-то натворил, тогда зачем таскать ему шлюх, а если нет, зачем запирать.

— Ты меньше думай. Заперли, значит, так нужно. Не твоего ума дело.

— Нет, ну я так, к слову…

Начав между собой разговор, мужчины потеряли к нам всякий интерес. Оставаться стоять истуканом я не собирался. Открыл дверь и вместе с Валебом и Бакки поскорее подался внутрь.

Скромный холл с побеленными стенами и обычными голыми досками на полу, по бокам много дверей, простая деревянная лестница в конце и ни единой души вокруг.

Пока те двое снова не пристали с расспросами, я ускорил шаг, направившись к лестнице.

— Пронесло. Я уже готовился к бойне, — с облегчением выронил Бакки.

— Тише ты. Лучше молчи, пока нас никто не услышал, — прикрикнул на него Валеб.

— Да что ты так переживаешь? Если что, мы тут всех положим. Ну или смотаемся порталом.

Теперь уже и я не выдержал.

— Мы сюда пришли чтобы прогуляться, что ли? Нам по-любому нужно вытащить отсюда человека. Сейчас самый удобный шанс. Провалим затею и тогда его спрячут уже получше. Придется принести в жертву не одного Сегура, чтобы до него добраться. Я уже не говорю о времени, которое придется на это потратить.

— А что такого ценного в этом Бассере? Ну ты хоть объясни!

Вот что-что, а объяснять, тем более сейчас я не собирался. Узнают, когда дело будет сделано. Проигнорировал вопрос и стал быстрее подниматься по ступенькам.

Три этажа быстро остались позади. Лестница неожиданно закончилась свободным пространством с кучей дверей. Куда дальше направляться — не понятно. В то же время точно знаю, за третьим этажом должны быть четвертый и пятый. Только после них должна быть башня. А это еще два этажа.

Одна из дверей открылась и появилась дочь главы клана красавица Ребекка, с утра пораньше наряженная в кожаные доспехи.

— Куда это ты ведешь шлюх? — тут же заинтересовывается Ребекка.

— Мне к Бассеру нужно их отвести. В башню.

— А почему двух? Отец ясно сказал приводить ему по одной шлюхе раз в два дня.

Дергаю плечами и всем видом изображаю безразличие. Реббека слишком активная. К тому же любительница везде сунуть нос. Не хочется из-за нее облажаться.

— Да я почем знаю. Наверное, чем-то заслужил, — отвечаю первое, что приходит в голову.

— Ну и что стоишь, щелкаешь? Надо вести, так веди.

Я снова в растерянности смотрю по сторонам, не понимая куда дальше податься.

Девица словно прочитала мои мысли.

— Эх, Сивур-Сивур, совсем мозги пропил.

Реббека с силой ударяет кулаком в стену. Перегораживавшие путь наверх перила стали исчезать. Вместо них начал появляться лестничный пролет, ведущий выше. Потолок у лестницы тоже принялся меняться. Он попросту стал пропадать. Несколько секунд и действо завершилось. Лестница получила продолжение.

— Пойдем за мной, а то еще заблудишься, — даже с некоторой долей заботы сказала девица и первой подалась вперед.

— Да я сам могу… — попытался отвертеться, но девица явно не намеревалась выслушивать возражений.

Четвертый, пятый этаж и дальше все по той же лестнице мы поднялись на нижний уровень башни. Троица мужчин за столом вяло играла в кости. Больше в помещении ничего и никого не было. А оно само имело небольшой размер.

Ребекка не стала подниматься выше. Остановившись, она обратилась к сидящим за столом:

— Сивур привел для Бассира шлюх. Не сметь к ним прикасаться. Проводите и оставите у него. Все понятно?

— Понятно… — отозвался самый старший из мужчин с короткой бородкой и, взяв со стола ключи, поднялся. — Подождите, а с чего это Бассиру привели шлюх? Вчера он удумал устроить истерику. За это Малсер на неделю лишил его шлюх и вина.

Мужчина в недоумении уставился на Реббеку, а та на меня. Такого поворота я совершенно не ожидал. Предстояло срочно что-то придумать пока окончательно не вляпался.

— Так это… Я ж откуда знаю? Велели привести, я и привел.

— Кто велел? — вопросили в один голос бородач и Ребекка.

— Так Малсер и велел, — без зазрения совести тут же соврал я.

— Тогда я вообще ничего не понимаю, — всплеснула руками Реббека.

Меня начала охватывать паника. Было очевидно, сейчас нас потащат к Малсеру. Это ставило под сомнение дальнейший удачный исход моей затеи.

— Я сестра Бассира, — вдруг нашел что ответить Бакки. — Я хотела с ним повидаться. Малсер не возражал и прислал за мной Сивура.

— Сестра? — удивленно переспросила Реббека и перевела взгляд на Валеба в образе темненькой девицы. — Если ты сестра, тогда кто она?

— Это моя подруга. Она невеста Бассира, — тут же нашел что ответить Бакки.

— А, ну это другое дело. Малсер распорядился привести этих, чтобы образумить Бассира. Тогда все понятно, — додумал вслух бородач.

Я выдохнул с облегчением.

Пронесло.

Гремя связкой ключей, мужчина снова подался к лестнице и вдруг остановился. Лицо чему-то изумилось.

— А откуда у Бассира взялась сестра? У него же один только брат Корхи!

Да е-мое… Ну вот только все сложилось идеально и на тебе, опять несчастье.

Я приоткрыл рот, одновременно пытаясь найти новое оправдание и пришло понимание — а собственно, чего это я тут перед ними распинаюсь?

Удар с ноги в грудь оттолкнул Реббеку по лестнице вниз. Прямой фаербол в голову бородача припечатал его в стену. Следующий фаербол я пустил в одного из сидящих за столом. Второго снес Бакки.

Готовы!

Схватив с пола оброненную связку ключей, я понесся по лестнице вверх. Бакки и Валеб побежали следом. Крики Реббеки, призывающие на помощь, подстегивали не мешкать.

Конец лестницы упирался в запертую дверь. Пришлось воткнуть в замочную скважину поочередно все три ключа. Как назло, нужным оказался самый последний.

В крошечной комнате едва уместилась небольшая кровать, стол со стулом и узкий шкаф. Плечистый парень лет двадцати пяти, видимо, только что проснулся от возни с замком и сидел в постели. На шее висел магический ошейник пленника.

Валеб породил сбоку кровати портал. Я же схватил Бассира за ошейник и с силой потащил за собой в открывшийся проем.

Снова нас ждала все та же комнате в прибежище мастеров. Мертвое изуродованное тело Сигура продолжало лежать на полу. Видимо в столь ранний час никто из обслуживавших мастеров людей не появился и поэтому не успел вынести мертвеца.

— Сигур, ты что натворил? — изумился Бассир.

— Не, ну ты посмотри на него. Мы спасли его, вытащили из башни, а он еще и недовольный, — ощетинился на него Бакки все в том же образе рыжей девицы.

— Спасибо, конечно… Но на какой ты меня оттуда вытащил? — не обращая внимание на Бакки, снова спросил у меня парень.

— Я вытащил тебя для того, чтобы ты для нас открыл порталы в Драную гору и Остров теней. А потом я тебя отпущу. Тебе больше не нужно будет сидеть под замком. Ты будешь свободным.

— Ты с ума сошел? Да если я открою тебе портал, Малсер меня из-под земли найдет и с живого сдерет шкуру. И с тебя тоже. Даже не сомневайся!

— Не откроешь и мы с тебя прямо сейчас кожу сдерем, как это только что сделали с этим ублюдком! — заорал в ответ Бакки и для убедительности с силой пнул в лежащего на полу мертвеца.

Бассир испуганно посмотрел на тело и, похоже, только сейчас начал понимать происходящее.

— Да это же Сигур! — узнал он мертвеца и изумленное лицо парня исказилось от ужаса. — Если это Сигур, то кто ты?!

— Тебе лучше не знать. Это твоя гарантия, что мы тебя отпустим. А за Малсера не переживай. Его выкрал Сигур и две девицы. Тебя не в чем будет упрекнуть.

— Но пострадает моя семья!

— Я бы тебе посоветовал не терять время, а быстро все сделать. Тогда ты сможешь успеть попасть домой. У тебя есть еще время спасти родных. Переправишь их куда-нибудь в безопасное место. Подальше от клана.

— Сейчас! Дай мне сейчас их вытащить, пока до них не добрались. А потом я все открою. Даю слово!

Не сомневался, когда у нас будут родные Бассера, он все выполнит. Сказанное сгоряча обещание было лишним.

Я снял с парня ошейник и позволил открыть портал. Семья Бассира как раз только что проснулась. Мы не дали им время на сборы. В любую минуту могли появиться бойцы клана. Отец, мать и младший брат были переправлены все в ту же комнату в прибежище мастеров.

Теперь в глазах Бассира уже была лишь растерянность. Страх ушел. Он был готов открыть порталы. И если его что-то беспокоило, так это будущая неопределенность. Будучи в клане, он находился при деле и при достатке. Сейчас же он не знал, что делать после того, как я его отпущу. Все вещи, деньги всякий скарб остались дома. Предстояло снова все приобретать и налаживать жизнь.

Вот только теперь, когда вся его семья оказалась у нас, я уже не собирался его никуда отпускать. На все княжество было всего три портальщика. Маску некоего Урика я пока не брал в расчет. Глупо было вот так запросто упускать возможность обзавестись четвертым портальщиком. Тем более у меня был хороший переговорщик способный убедить в чем угодно почти любого. Так что в скором времени Бассира и его семью ждали затяжные лекции Троя о великом благе в служении Скалистому Берегу.

Глава 24

После ставшего в последнее время прохладного Скалистого Берега оказаться у подножия Драной горы было бы приятно, если не слишком жаркое солнце. Несмотря на утро, здесь уже стояло пекло. Камни под ногами настолько прогрелись, что пробирало через подошву ботинок. Захотелось куда-нибудь спрятаться, но прятаться было некуда. Кроме горы и окружавших ее сыпучих песков, ничего другого в округе не было. На камнях и песке не росло и травинки, не говоря о хилом деревце. Куда ни посмотри, со всех сторон нас окружали безжизненные пейзажи, которые лишь благодаря обилию света нельзя было назвать мрачными.

Сама Драная гора удивила. Я ее представлял немного иначе. Величественнее, что ли. Вместо устремленного вверх пика, предстало нечто в виде каменистого холма, испещренного множеством отверстий. В целом гора была массивной. Понадобилось бы не меньше полудня, чтобы ее обойти.

Валеб и Бакки, только что узнавшие об истинной цели похищения Бассира, все еще переваривали новость. До недавнего времени они, как и подавляющее большинство людей, считали Драную гору и Остров теней мифическими.

— Черви ползают внутри песков. Сюда на камни они не выбираются, — показал рукой Бассир на пески и дальше на вершину горы, — а там живут птицы рух. Поэтому задерживаться на открытых участках не стоит. Замешкаемся и слетятся. Придется прятаться в какую-нибудь из пещер. Желательно выбирать поменьше. В них будут небольшие твари. Но это вначале. Потом ходы будут увеличиваться и появятся большие монстры. Советую сделать несколько порталов у подножия и в пещерах. Скоро клан обо всем догадается. Тут станет небезопасно. Попытаются нас перехватить и начнут уничтожать порталы.

— Что стоишь? Ставь быстрее порталы! — по-девичьи фыркнул на Валеба Бакки, мы втроем пока что все еще пребывали в прежних обманчивых образах.

— Что-то мне место не нравится. Тихо как-то. Такое чувство, попали в чье-то логово и за нами наблюдают, — смотря по сторонам, с опаской выронил Валеб и приступил за дело.

Его волнение передалось Бакки. Теперь уже и он принялся внимательно смотреть по сторонам и выискивать притаившуюся угрозу. Мне же предупреждения об опасности пока не приходили, посему волноваться не стоило. Так что я смело принялся расспрашивать Бассира о Драной горе.

Оказалось, что лидер клана лишь один раз переправлял нашего проводника сюда и на Остров теней. Парень успел поставить по десятку порталов в каждом месте и больше ими не пользовался. Он должен был следить за их количеством и если какие-то будут уничтожены, то незамедлительно доложить для последующего восполнения. Поэтому Бассир знал немного. Лишь то, что ему успел рассказать Малсер.

Естественно я заодно поинтересовался у него, как находят и уничтожают чужие порталы. Это оказалось просто. Требовалось лишь до максимума развить заклинание Видение, ну а дальше бить по ним молниями. Именно они разрушали их лучше всего.

Раз уж оказался в месте с неограниченными запасами маны, я решил воспользоваться случаем и насколько успею развить полезное заклинание. Каково же было мое изумление, когда безвозвратно списалось 30 очков, едва я обратился к Видению. Это шло вразрез с тем, что я знал об этом месте.

— Так у подножия ничего не происходит. Нужно лезть в пещеры. У входа каждую минуту дается по десять очков. Дальше порции маны увеличиваются. Но и количество всяких чудищ увеличивается, — разъяснил Бассир.

Около меня внизу торчала дыра. В нее было можно вползти разве что на четвереньках. Зато немного выше имелась расщелина побольше, в полный рост. В ней Валеб только что установил один из своих порталов. Туда я и нацелился.

Два метра скалолазания по раскаленным камням, и я поскорее протиснулся в узкий вход пещеры. Внутри оказалось приятно. Повеяло прохладой.

Получено 10 очков маны.

После яркого солнца в черной пещере было ничего не разобрать. От столь резкого перехода даже навык ночного видения пока не работал. Зрению требовалось время привыкнуть к потемкам. Пришлось породить светящийся шар и направить его вперед.

Первые монстры появились в десяти метрах от входа. Ими стали два метровых паука ползущих по потолку в мою сторону.

Едва шар приблизился к первому, и тот попытался атаковать. Он спрыгнул на него сверху. Шар оттолкнулся в сторону и завис, а паук свалился на пол и снова продолжил движение в мою сторону.

Я выставил вперед руку и запустил фаербол. Слабенький огненный шар с силой ударил бегущего паука, отбросил его назад и перевернул на спину. Переросток слегка подергал лапками и замер. Видимо полученного урона ему хватило с лихвой. Второй паук, сообразив об опасности, на полпути замер.

Светящийся шар продолжал висеть в воздухе и осветил других обитателей. Появились шустрая сороконожка и резвый скорпион. Оба намного больше обычных. Скорпион под стать пауку, примерно метрового размера, а сороконожка побольше, метра три в длину. Появившись из темноты, они добежали до убитого паука и занялись его поеданием.

Получено 10 очков маны.

Бассир оказался прав, прошла минута и прилетела очередная порция маны. Нехитрые подсчеты показали, за час пребывания у входа в пещеру можно получить 600 очков. В принципе, неплохо. А ведь можно было продвинуться дальше и получать куда больше. Конечно, если наплевать на местных переростков.

По случаю на ум пришла отличная мысль. Было бы здорово в камне обустроить отдельную камеру. В случае когда понадобится срочно восстановить ману, она бы мне пригодилась. Не было бы нужды напрягаться и тратить на монстров драгоценную ману. Вместо этого можно было преспокойно себе отдохнуть часик другой, пока очки восстановятся и дальше заниматься своими вопросами. Тем более что теперь у меня была маска портальщика и скоро я смогу ею пользоваться.

Немедленно принялся за эксперимент. Стена пещеры поддалась манипуляциям, без проблем создав углубление. Результат порадовал. Мучиться с местной живностью, каждый раз попадая сюда, не придется.

Получено 10 очков маны.

Притаившийся вверху паук, видимо, посчитав, что с него хватит осторожничать, подался ко мне за что был тут же наказан.

Сороконожка и скорпион не успели справиться с одним пауком, а тут появилась добавка. Бросив недоеденные остатки, оба снова наперегонки побежали к новому блюду. Это навело на мысль, что обитатели пещер не столь уж и опасны, раз вместо атак на живых, предпочитают набрасываться на трупы.

Слабенький фаербол не взял ни того ни другого. Пришлось усиливать мощь до средних размеров и на этом пока закончить знакомство с Драной горой. Впереди был Остров теней.

Я отпрянул наружу и спрыгнул вниз.

Бакки, задрав голову, орал на Валеба, чтобы завязывал. А тот и правда разошелся. За время моего отсутствия он взобрался по камням метров на двадцать. Только сейчас поняв, что увлекся, он подался назад.

— Малсер, случайно, не рассказывал, альбиносы здесь часто появляются? — снова пристал я с расспросами к Бассиру.

— Так у них тут целая крепость. Где-то с другой стороны горы. Если бы не птицы, они бы уже все чужие порталы уничтожили. Здесь же все открыто. На Острове теней с этим получше. Там, правда, южане тоже постоянно шастают. Зато полно мест куда можно спрятаться. Остров большой. Просто так все не обыщешь…

— Как крепость?! — не сдержавшись, вскрикнул я и тем его перебив. — На Острове теней есть южа-а-ане?!

— Ну да, есть. Наверное, они между собой договорились. Альбиносы взяли в оборот гору, южане — остров. У этих тут крепость, у тех башня. Что с теми, что с другими лучше не встречаться. Поймают, будут долго пытать и потом убьют. Как только узнают, как появился на их территории.

Новости оказались из разряда ошеломляющих. Альбиносы тут не то что бывают, они обитают на Драной горе, равно как и южане на Острове теней. Это в корне все переворачивало. Теперь становилось понятно откуда у южан столько замашек по покорению мира. Ну и тайная игра альбиносов становилась очевидной. Имея крепость в Драной горе, они превращались в серьезного игрока на политической карте мира. Скоро их нейтралитет пропадет. Это уже очевидно. Альбиносы превратятся в полноценного шестого игрока на мировой арене. Причем, в самого серьезного и опасного. Драная гора дает слишком много возможностей.

Кроме этого, выходило, что не только мне пришло в голову соорудить в Драной горе для себя удобное местечко, где бы можно было качаться. Альбиносы не просто так соорудили крепость. Там постоянно жили мастера. Ну и воины всякие. Каждый занимался своим. Иначе зачем было им затеваться с крепостью.

— А ты не знаешь, когда альбиносы тут появились? — задал я новый вопрос Бассиру, с тем чтобы прикинуть, насколько они успели развиться.

— Понятия не имею. Наверное, давно, раз построили крепость.

— А южане?

— Южане — полгода. Это Малсер так сказал. Раньше на Острове теней были только кланы Таклов. Кто-то продал секрет королю Юга и началось. Малсер говорил, южане догадались занять старую башню. Там им вроде легче обороняться от теней. А кланы до этого не додумались. После этого они принялись прибирать остров к рукам. Я вот только сейчас подумал, а что, если южане напали на Таклы только лишь из-за острова?

— Хм… Тогда почему не уничтожили кланы?

— Наверное надеются уничтожить все порталы, — принялся развивать мысль Бассир, — без них на остров не попадешь. А кланы можно использовать. Они же не только держат Таклы, но и руководят всеми наемниками в городе. У южан большие планы. Воины им еще понадобятся. А где кроме Таклов они столько найдут? Вот южанам и пришлось идти с кланами на мировую. Иначе в Таклах началась бы настоящая бойня. Южанам пришлось бы положить как бы не большую часть своего громадного войска, чтобы захватить город и покончить с кланами.

Вероятно, так и оно было, хоть отношения между южанами и кланами в целом остались для меня не совсем понятны. Но это в сути было неважно. Мысли о том, что у альбиносов есть крепость в Драной горе, а у южан башня на Острове теней, продолжали крутиться в голове. А еще предсказания предвестницы. Я не мог понять, как могло повлиять уничтожение Великой Системы на остановку войны. Разве что альбиносы и южане заполучили ключевые места силы и тем поверили в легкую победу. Поэтому и затеялись с войной.

Теперь уже я нисколько не сомневался, что в предстоящей войне оба будут союзниками и оба нанесут удар по Равнине. А вот если не будет Системы и магии, им придется весьма тяжко. Пусть их численность выше нашей, но не факт, что победа будет за ними. Равнина может отбиться. Тогда альбиносам и южанам ничего другого не останется, как вернуться на свои территории.

Возможно поэтому Ханна была так уверена в необходимости кинуть Темный камень в Магический источник. Кто его знает, что она могла видеть в своих видениях.

Из всех расставленных по острову порталов Бассир выбрал тот, что прятался в плотных зарослях. Мы вошли в него и замерли, вслушиваясь в звуки джунглей. Кроме криков птиц ничего подозрительного не раздавалось. Опять же навык Предвидения опасности молчал.

Из-за обилия зелени что-то рассмотреть помимо растений и верхушек деревьев было невозможно. Разве что рельеф местности, волнами спадающий к морю.

Выждав минуту, Бассир принялся в полголоса рассказывать, размахивая по сторонам:

— Вон там центр острова. Там скалы, а наверху старый храм. Малсер меня туда не водил. Он говорил, там опаснее всего. А вот сюда дальше будет тропа. Влево она ведет на другую сторону острова, к башне южан, а вправо выходит к морю. Но лучше держаться подальше от троп. Южане обычно ходят по ним или рядом. Ночь лучше переждать в море. Малсер говорил, к воде тени подаются неохотно. Но и далеко заходить опасно. Могут появиться драконы.

Мы прошли по зарослям метров сто. Валеб успел поставить несколько порталов. Слишком много он ставить не мог. У его возможностей стояло ограничение. Всего можно было иметь не больше сотни порталов. Это для портальщика являлось максимальным значением.

Как только он закончил, мы вернулись в Птичьи скалы. Вот тут встал вопрос: самому поговорить с Бассиром или сразу звать Троя. Во втором случае о парне очень скоро узнал бы Даниэль. Конечно, он узнал бы в любом случае. Мне лишь хотелось, чтобы именно я стал первым рассказчиком. Еще и обязательно в присутствии остальных подручных.

Не скрою, было желание немного потешить собственное тщеславие. Я же прекрасно понимал, дальше все достижения будут присвоены братом. Это он у нас князь, а мы так, что называется — прислужники. Согласись Бассир на службу, и его можно было брать с собой. В этом случае все посвященные пока будут при мне. Некому будет раньше времени докладывать брату ни о новом портальщике, ни о Драной горе с Островом теней.

— Скажи, Бассир, а ты бы не хотел поступить к нам на службу? — обратился я к парню. — Служить князю престижно. Опять же, будет выплачиваться пожизненное жалование. Князь позаботится о тебе и твоей семье.

— Служить князю?.. Хм… Мне бы это сгодилось. А сколько тысяч будет платить князь? Надеюсь, он сразу сделает меня рыцарем. Не хочется бегать все время на побегушках, как это было в клане.

Присутствовавшие в комнате Бакки и Валеб залились хохотом.

— Ты смотри, размечтался о тысячах. Еще и рыцаря подавай, — не сдержался Бакки. — Сотня! О большем и не мечтай!

Валеб добавил:

— Для получения статуса рыцаря понадобится много трудиться. Просто так он не присваивается. Ты должен суметь хорошо развиться.

Пока Бассир не вздумал отказаться стоило вмешаться:

— Сотня золотых — это жалование. Князь может платить больше. Если, конечно, будешь стараться. Заодно получишь с семьей защиту от клана. Вам будет дано жилье и деньги на покупку необходимого на первое время. А за рыцарство не переживай. Благодаря Драной горе и Острову теней ты сможешь быстро развиться. По боевым навыкам тебя натаскают отдельно. Пара месяцев усиленных тренировок тебе будет достаточно.

Несмотря на озвученные щедрости, парень все еще сомневался. У него будто зависли внутренние весы. Не хватало чуть-чуть, чтобы они склонились на предложение.

— Да соглашайся, чего телишься, — вмешался Бакки, — более щедрое предложение ты сможешь найти, но вряд ли лучшее. Как ни крути, а у князя оно стабильнее. Он всю жизнь будет заботиться о тебе. Портальщики всегда ценятся особо.

Валеб промолчал. Уж он-то на своей шкуре знал, насколько «хорошо» Даниэль ценил портальщика. Но у Бассира все могло сложиться иначе. В отличие от Валеба, который дал клятву еще моему отцу, не имея на тот момент способности портальщика, тот вполне мог выторговать для себя особые условия.

— Ну хорошо, уговорили. Только можно будет встретиться с вашим князем? Хотелось бы его увидеть до того, как дам согласие на службу.

Теперь уже и я присоединился к новому смеху Бакки и Валеба. Бассир хоть и был родом из Таклов, но в душе — истинный южанин. У них в крови сидели торгашество с расчетливостью. Абы на какое предложение не пойдут, прежде чем тщательно не взвесят все «за» и «против».

Я снял маску Сигура Кинжальщика и предстал в подлинном виде. То же самое проделали Бакки и Валеб. Бассир нисколько не удивился их настоящему облику. Девушки из обоих, надо сказать, получались совершенно никакие. Мужское естество все равно брало верх.

— Добро пожаловать в Скалистый Берег, — произнес я и протянул руку.

Бассир с тяжестью вздохнул и пожал ее.

— Ну что, получил штраф или у вас в клане не практикуются клятвы? — с задором спросил Бакки, не столько злорадствуя, сколько веселясь.

— На этот раз второй, — снова вздохнув с еще большей тяжестью, ответил парень и на наше недоумение продолжил: — первый раз я дал клятву верности, вступая в клан. Второй — лично Малсеру. Теперь у меня минус сто тридцать девять в удаче. Поэтому, пожалуй, у меня даже нет выбора отказаться. В клан мне нельзя в любом случае, а искать кого-то кому нужен портальщик рискованно. С таким штрафом и дышать страшно, не то что особо что-то выдумывать.

Глава 25

Одной рукой я продвигал ход в камне, вторую держал наготове. Усеянная многочисленными ходами Драная гора оказалась подобием огромной губки. То и дело появлялись пещеры, кишащие всякими чудовищами. С ними не стоило сталкиваться, будучи неподготовленным.

Позади меня, гремя щитом, шел Бакки. Конечно же, мы не могли отправиться сюда, надеясь лишь на одну магию, посему вооружились длинными клинками и двумя большими щитами. Первый как раз-таки достался Бакки. Им он должен был прикрыть меня в случае прямого столкновения. Второй щит нес, замыкавший нашу скученную колонну, Валеб. Бассир зачем-то выбрал лук и держал наготове его.

Получено 60 очков маны.

— Уже шестьдесят! — тут же радостно огласил Бакки.

Бассир говорил, что со слов Малсера Староге, клан смог достичь рекордной отметки в 30 очков маны. И то, лишь однажды и будучи хорошо подготовленными. Мы же обходным путем побили достижение в два раза, ни разу не вступив по-настоящему в схватку.

Проделываемый мной ход снова наткнулся на пещеру. Появилось нечто в виде двухметрового богомола, с тяжелым брюхом и сухим верхом. Широко расставив лапки с опасными крюками, насекомое-переросток будто радостно приветствовало нас.

Я отправил в него мощный фаербол. Бакки выпустил сразу два огненных шара и одну молнию. Все пришлось на прочную хитиновую грудь насекомого.

И ничего. Совершенно ничего.

Наша магия лишь раззадорила богомола. Он ожидаемо кинулся вперед. К счастью, не слишком быстро. Для придания резвости ему мешало толстое брюхо.

Не желая рисковать, я попросту закрыл проход камнем и тем замуровал богомола. Это был самый действенный способ. Иначе, пока бы мы его убивали, он запросто мог снести половину здоровья мне, Бакки и еще кому-нибудь, кто попал бы ему под горячую лапу. И это, не говоря о том, что за одним богомолом мог появиться второй, третий, десятый. А вместе с ними скорпионы, пауки, сороконожки или что хуже, в чем мы успели убедиться, выстреливающая вперед сразу на десяток метров — саранча.

— Ну и зверюга! Хуже саранчи! — возбужденно заорал Бакки.

— Этот хуже. Саранчу мы убили вторым фаерболом, — поправил его Валеб.

Бакки был бы не Бакки, если не затеял спор.

— Да мы бы богомола все равно убили! Он бы до нас не добрался! Выпустили бы еще парочку фаерболов и точно бы пробили!

И снова между ними начались препирательства. До этого оба спорили в том же ключе по поводу саранчи и сороконожки. А ранее о сороконожке и скорпионе.

Сдав назад и запечатав все пространство впереди камнем, я стал делать проход ниже, так, чтобы снова не попасть в ту же пещеру. А дабы ход не получился слишком крутым, заодно оснащал спуск ступенями.

С самого начала, начав вгрызаться в гору, я стремился вниз. Предвестница ясно сказала, где-то здесь должен быть Магический источник. Вряд ли он находился вверху. Собственно, поэтому я опускался все время ниже. А повышения маны я воспринимал ориентиром его приближения.

Получено 70 очков маны.

— Семьдесят! — прервав спор, заорал Бакки. — Мы так и до тысячи доберемся!

— До сотни. У Великой Системы потолок в сотню. На большее рассчитывать не стоит, — рассудил Валеб.

— Ну, может и сотня. Мы уже вон сколько прошли. Гора не бесконечная. Где-то должна быть наивысшая точка, а потом начнется снижение. Скорее всего, на сотне закончится, не больше, — наконец впервые за сегодня согласился с Валебом Бакки.

Получено 80 очков маны.

— Восемьдесят! — все с тем же азартом опять выкрикнул Бакки.

Мне уже было даже смешно. По возрасту Бакки был самым старшим, а вел себя как самый молодой. Сказывался буйный темперамент. Нам даже втроем было далеко до него одного.

Проделываемый мною ход наткнулся на очередную пещеру. На этот раз появилось нечто массивное, овала образной формы, высотой по грудь.

Я сразу закрыл проход. Мы богомола-то не смогли быстро пробить, а с этим монстром и связываться не имело смысла. Уже было очевидно, чем ближе приближался магический источник, тем сильнее становилась дичь. Обычной магией с ней не справиться.

— Зачем так быстро закрыл? Я не успел его рассмотреть, — пристал ко мне Бакки.

— Да это жук был какой-то, — ответил ему Валеб, успевший его рассмотреть, хоть и стоял дальше всех.

Замуровав проход вниз, я пустил ступеньки вверх. Мы прошли место пещеры, откуда появился жук и я снова пустил ступеньки вниз.

Получено 90 очков маны.

— Сейчас сотня будет! — оживленно прокомментировал Бакки.

Приближение к центру горы на всех начало действовать волнительно. Пусть в отличие от остальных я знал, что там должно быть, но не до конца. Магический источник мог оказаться с сюрпризом.

Камни впереди расступились, обнажилась пустота. Мы остановились в ожидании появления нового сверх чудовища. Прошла минута, потом следующая и я уже не сдержался. Сам подался проверять.

Навык ночного зрения помогал видеть на расстоянии до сотни метров. Контуры проделанного хода просматривались отлично, а вот что пряталось дальше — совершенно непонятно. Там была лишь чернота. Как будто мы попали в невероятно огромную пещеру, своды которой простирались гораздо дальше сотни метров.

Так оно и получилось. Подойдя к краю, я остановился и принялся рассматривать представшее взору нечто невероятно грандиозное с куполообразным сводом. Это была не пещера — мега пещерище. Проделанный ход вышел недалеко от верха. Под куполом летали тысячи крохотных светящихся мотыльков. Из-за слишком большого пространства они толком ничего не освещали.

Получено 100 очков маны.

Глубина тоже поражала. Лишь в сотне метров вниз виднелось дно пещеры. Там в центре прятался тот самый Магический источник, переливавшийся мягким серебристым светом. От него медленно поднимались одиночные светящиеся мотыльки.

— Смотрите, сколько их там! — вытянув руку вниз, указал Бакки. — Они все ползут к нам!

Только теперь я заметил, что вокруг источника была непросто чернота, там все кишело чудовищами. Часть из них принялись осваивать стену, что вела к нам.

— Уходим! Летуны! — закричал Валеб.

Оказалось, что за толстыми брюхами богомолов прятались крылья. С помощью них насекомые-переростки могли вполне неплохо летать. Несколько сотен этих опасных созданий устремилась по воздуху к нам.

Все что нужно, я увидел. Продолжать находиться здесь было опасно. Мы спешно отступили. Я принялся заделывать проход, одновременно перебирая в уме, каким образом закинуть Темный камень в Магический источник. Выходило, придется его именно кидать сверху, ибо снизу к нему никак не подобраться.

Понятное дело, ни сейчас, ни в ближайшее время я не намеревался выполнять предсказание Ханны. Но на всякий случай требовалось иметь в виду, как поступить, если все обернется слишком плохо.

Получено 90 очков маны.

Дальше отходить уже не стоило. Я сразу занялся воплощением задуманного. Получилась сделать круглое помещение с куполообразным потолком. Оно напоминало срезанный наполовину шар, примерно метров в десять диаметром.

— Ого сколько. А зачем столько места? — задался вопросом Бакки.

— Здесь будут работать мастера. Или ты думал, мы просто так сюда попали?

— Ничего я не думал… Подожди, ты что задумал?!.. Так это, выходит, у нас тут будет тайное место? — принялся домысливать Бакки.

Оставил его и остальных самостоятельно додумываться о моих планах, а сам принялся дальше обустраивать пристанище.

Второй зал я отвел для тренировок воинов. Третий стал местом отдыха, где можно было спокойно посидеть и тем дождаться восстановления маны. Четвертым залом стало вспомогательное помещение. В нем можно было разместить склад артефактов и сырья. С этой целью я сделал к нему дополнительный ход из зала мастеров. Центральное место будущей базы я отвел под зал с порталами, откуда шли ходы во все остальные помещения. В нем должен был постоянно находиться портальщик и держать открытыми проходы, по которым сюда будут приходить и уходить мастера, воины и все прочие, кто будет допущен.

Так же предстояло подумать о вентиляции. Иначе здесь не могло бы находиться одновременно много людей.

Проделывая в горе ход, я оставил в самом начале узкую щель, в которую не пролезет даже ребенок. Еще три подобные щели в рост человека я сделал по остальным трем сторонам, вклинившись в пещеры. Теперь воздух гулял у нас, как ему вздумается, постоянно освежаясь.

Мои спутники ходили за мной по пятам. Они уже поняли весь замысел и когда все было закончено, принялись давать советы:

— Для мастеров нужно сделать места побольше. Все не уместятся, — дал свою рекомендацию Валеб.

— И зал для тренировок нужно увеличить раз в десять. Ну ты сам смотри что получается, — добавил Бакки и для наглядности запустил в стену фаербол. Ударившись в камень, тот породил множество мелких осколков, разлетевшихся по сторонам.

Пришлось прислушаться.

Мастерам увеличил помещение в три раза, а для тренировок воинов — в пять. Таким образом, вместо кругов получились вытянутые овалы. Еще больше сделать не получилось. Все упиралось в пронизывавшие гору пещеры.

— Ну что стоим? Начинаем качаться. Иначе для чего мы здесь появились?! — с задором воскликнул я, радуясь окончанию трудов и долгожданной собственной ускоренной прокачке. — К вечеру мы должны взять все что можно. Пойдем за удачей на Остров теней.

— Надо там тоже сделаем что-то в виде этого. Тогда не придется напрягаться, — озвучил Бакки о том, что я задумал проделать на острове.

— Не получится, — помотав головой, вмешался Бассир. — Малсер говорил, тени подобны воздуху. Они просочатся куда угодно.

— Так если они как воздух, как их убивать? — озадачился я.

— Малсер говорил, всяким мечом или стрелой их не убить. Даже не всякая магия берет тени. Кидать фаерболы нет смысла. Зато их хорошо убивают молнии и огонь.

— Надолго маны нам не хватит. А какое понадобится оружие? — спросил Бакки.

Но Бассир этого не знал. Глава клана не успел ему рассказать обо всех подробностях. Зато знал я. Об этом говорилось во всех мифах.

— Нам понадобятся серебряные клинки. А пока их нет, попробуем справиться одной магией. Не получится — порталом уйдем. Зато будем знать, что нас ждет на острове. Позже раздобудем подходящее оружие и вернемся.

Я озвучил план будущих действий и дальше все занялись индивидуальными прокачками.

У меня немного не хватало в заклинании, порождающем фаерболы. Еще больше в цепной молнии. При обилии маны взять повышения не составило труда.

С нехваткой в заклинании Щит я поступил проще. Ставил его и тут же сам у себя снимал, применяя заклинание по снятию. Итого сразу качались и то и другое.

По окончании я потренировал заклинание по ускорению боя. А вот по замедлению противника выручил Бакки, хоть он сам того не заметил. Не то, чтобы я специально его выбирал. Просто он постоянно крутился рядом.

Когда и с этим было покончено, очередь дошла до маскировки. Просто врубал ее и тут же отключал. Десять подходов и заклинание было освоено до имеющегося максимума 3 ступени — 60 из 60 очков.

Жалко девушки рядом не было, а то бы можно было покачать заклинания Искусителя и Обольстителя. Сами заклинания у меня уже были взяты по максимуму для 3 ступени. Вот только обращаясь к заклинаниям, можно было повысить навык соблазнителя. Пока у меня в нем значилось 65 из 100.

За сегодня я успел хорошо прокачать зодчего, не хватало немного до максимума. Остаток взял, просто проделывая небольшое углубление в стене и тут же его заделывая.

По окончании пришло приятное оповещение:

Навык зодчего освоен. Открыта новая возможность — обращение в камень всего неживого и возвращение в прежний вид.

Вот и открылось то, о чем обмолвились в разговоре Даниэль и Иган Велни. Теперь я мог вернуть золоту и жемчугу, что лежали в Костяных горах, прежний вид.

Дабы проверить, я вытащил из кошелька золотую монету, обратил ее в камень и обратно. Все сработало идеально.

Тут встал правильный вопрос: а смогу ли я проделывать подобное с людьми. Понятное дело, что в оповещении было сказано о неживом, но проверить-то надо.

На опыты был снова пущен Бакки.

Живое существо не может быть обращено в камень. Требуется особая способность — создатель.

В принципе на иное я и не рассчитывал.

Дальше наступил черед Видения. С ним я поступал как с маскировкой — просто врубал его и тут же отключал. После взятия 60 из 100 появился существенный прогресс, я смог видеть, что все вокруг пронизано серебристым сиянием. Оно напоминало светящуюся пыль.

Добив до сотни, я попросил Валеба установить портал, но не открывать, чтобы я смог сам его увидеть, благодаря повысившемуся заклинанию Видения.

Валеб исполнил просьбу. Появилось незримые обычному зрению очертание портала все того же серебристого цвета.

Не стал ограничиваться лишь лицезрением и провел эксперимент по уничтожению портала. Тот разлетелся вдребезги после второго попадания молнии, тем показав, как его найти и разрушить.

На этом я взял почти все, что требовало маны. Из неосвоенного оставалось лишь управление разумными.

Вначале способность позволяла брать разум птиц, потом открылись рыбы. Теперь на очереди были звери. Что дальше откроется было под вопросом. Можно было отложить тренировку, но я не стал. До вечера оставалось вполне достаточно времени, к тому же мне уже сейчас хотелось получить ответ. Так что попросил Валеба открыть какой-нибудь из своих порталов, где бы я смог быстро раздобыть птиц.

Он выбрал место у моря под Гнездовой скалой. Взяв под управление чайку и, принеся ее в руки Валебу, мы вернулись в Драную гору. Я принялся тренироваться на птице, используя прежний метод — просто брал и тут же отпускал разум чайки.

Как и предполагал, на 60 очках открылась возможность брать под управление разум животных. На 80 очках разум животных, обладающих магическими способностями — а это грифоны, драконы, те же местные монстры, населявшие Драную гору.

С неимоверным любопытством я ожидал, когда навык будет взят полностью. Спустя немного пришло вожделенное оповещение:

Навык управления разумными освоен. Открыта новая возможность — управление разумом человека.

Откройся возможность раньше и это бы меня невероятно обрадовало. Сейчас же достижение воспринималось вполне умеренно. Вот только как я мог удержаться и на ком-нибудь его не опробовать?

Бакки уже взял все свои повышения. Сев на пол, он достал из сумки кругляшек колбасы и, запивая водой из фляги, уминал ее с лепешкой.

Разум Бакки Таля взят под контроль.

Потрачено 100 маны.

Каждая следующая 1 минута потребует 1 ману.

Тут же я отпустил разум Бакки. Он почти ничего не почувствовал. Только слегка поперхнулся. Можно было немного поглумиться над ним, заодно узнать об ощущениях, но я не стал. Пока об этой способности не стоило никому говорить, иначе вскорости доложат Даниэлю. А этого допускать было нельзя.

На этом с тренировками было покончено. Прокачка получилась отличная. Можно было подводить итоги. Теперь у меня значился ровно 1100 уровень и 53 свободных очка. Оставалось взять еще 100 уровней, полностью освоить навык артиста и будет открыта возможность всецело пользоваться масками. Я мог заполучить возможности портальщика и невидимки.

Ну а сейчас предстояло закругляться и переправляться на Остров теней. Не сразу, конечно, немного позже. Когда полностью восстановится мана. А пока можно было перекусить. Целых 90 очков в минуту, это не то что жалких 10, дававшихся в самом начале горы. Всего 11 минут, и я буду полностью восстановлен.

Вот только пока было не очень понятно можно ли будет ночью, когда надо будет подзаправиться маной, переправляться сюда. А именно: засчитает ли Система утром удачу или нет. Но тут лишь путем экспериментов можно было ответить на этот вопрос. Конечно, уже завтрашним утром хотелось заполучить удачу, ведь именно от нее зависели мои продвижения в магии и воинских способностях, так как лишь за счет удачи можно было заполучить степени в том и другом.

Присоединившись к Бакки, я принялся за еду, а сам в уме прикидывал что будет, если, к примеру, открыть Даниэлю это место и остров теней, а после договориться с ним вернуть мою клятву и попросту покинуть Скалистый Берег. Мы ведь все равно с ним не уживемся.

Я чувствовал, насколько набрался сил. И дело было вовсе не во взятии максимума в навыке управления разумными. Хотя уже и это достижение стоило очень многого. Вряд ли Даниэль будет себя чувствовать спокойно, зная, что рядом с ним находится кто-то, кто может в любую минуту взять под контроль его разум. Я слишком многое открыл. Чересчур многое. Имея столько всего, я становился слишком опасным.

Даниэль не станет долго держать меня при себе. Ко мне он не испытывает ничего братского. Поэтому ждать от него чего-то хорошего не приходилось. Как только наметится перспектива выигрыша в войне, то есть даже не победа, перспектива ее получения, он меня точно прикончит. А как иначе ему поступить, когда он будет знать, что я могу уничтожить его в любой момент, когда захочу и попросту заберу себе власть в княжестве. Своим быстрым развитием и достижениями я попросту не оставил ему другого выбора.

Глава 26

Ночь на Острове теней проходила в скуке и от этого казалась нескончаемо долгой. Я слонялся по созданной в скале камере, чтобы хоть чем-то себя занять. Спать, как это делал Бакки, я не решался. Совсем рядом находились тысячи теней. Я переживал, что в любой момент они могли к нам прорваться.

В то же время было очевидно, теням не дано пролезть через камень. Иначе они уже были бы здесь. Но я все равно не мог ничего с собой поделать. Не хотелось допустить того, чтобы они каким-то образом нашли путь и застали нас врасплох. Столь легкомысленно умереть было бы глупо.

Остановившись у спящего Бакки, захотелось ткнуть его ногой и тем разбудить. Ведь договорились же не спать. Сдержало желание проверить, дадут ли ему удачу, если он всю ночь проведет во сне. В таком случае в следующий раз можно было оставить часть людей дежурить, а самому преспокойно спать до утра.

Сев на пол рядом с Бакки, я в очередной раз напомнил себе не забыть в следующий раз перетащить сюда удобные кресла. Долго сидеть на камне превращалось в испытание.

Достичь царящего сейчас у нас спокойствия получилось не сразу. До этого нам вчетвером пришлось помучиться.

Попав на Остров теней, мы прошли к центру острова. Там как раз возвышались невысокие скалы. Именно в них я создал для нас укромное местечко. Прорубил ход внутрь и оставил проем — узкую щель у входа размером в метр и дальше круглый прямой тоннель такого же размера, длиной в два десятка метров. За ним я соорудил для нас камеру. А Валеб установил портал, выходивший напрямую в Драную гору. Это чтобы можно было быстро пополнить ману, ну или сбежать, если все обернется совсем плохо.

Предполагалось, что тени начнут просачиваться через щели и дальше понесутся по тоннелю, а мы их будем бить молниями и огнем.

План виделся идеальным. Вот только реальность получилась гораздо хуже ожидаемого.

Теней оказалось даже не сотни, тысячи. За каких-то десять минут я с Бакки и Бассиром истратили почти всю ману. Мы только Валеба к этому делу не приобщали. В его обязанности входило поддерживать раскрытым портал.

Вот тут мне и пришлось закрыть тоннель. Как я тогда посчитал — временно. Это чтобы мы смогли восстановить в Драной горе ману и вернуться. Теням некуда было просачиваться. Ход был закрыт. Мы вздохнули с облегчением и подались к порталу.

Я все переживал за свежий воздух в камере и напрасно. Оставленный открытым портал его пропускал более чем достаточно. Я к нему лишь подошел и почувствовал дуновение ветерка. Проблема вентиляции решилась сама собой. Нам больше не угрожало удушение. Вот поэтому сейчас мы сидели здесь и преспокойненько дожидались рассвета, в надежде получить легкую удачу.

Вероятнее всего, точно так же делали южане. Не зря же они заняли для себя башню. На ночь они могли в ней запираться, а наутро получить полагавшуюся удачу.

Как только был найден способ и опасность миновала, мысли снова вернулись к Даниэлю. Я пытался предугадать, насколько он сможет справиться с надвигающейся войной, имея возможности, даруемые Драной горой и Островом теней. Ведь те же возможности были и у наших противников.

Волновал меня не столько брат, сколько люди Скалистого Берега. Проиграй Даниэль и все они будут обречены. Северяне все припомнят. Людей ждет плен, считай рабство, и последующая гибель. А как быть тогда мне, сидя где-нибудь в стороне и наблюдая за падением княжества. Разве мог я противопоставить свое личное благо против жизней тысяч и тысяч людей Скалистого Берега?

Опять же, мама. Что будет с ней, если падет княжество. Пусть в последнее время мы перестали ладить и немного отдалились, но она оставалась для меня самым близким человеком. Оставлять ее я не собирался.

Дабы уйти от плохих мыслей, я открыл характеристики:

Рей Гилберт

Аристократ\Казначей\Воин\Маг 1100 уровень

Основные характеристики:

Телосложение — 80\80

Сила — 80\80

Ловкость — 100\100

Интеллект — 100\100

Восприятие — 100\100

Интуиция — 100\100

Удача — 11

Свободные очков — 45

Воинские характеристики:

Доблесть — 60\60 (открыта 3 ступень)

Защита — 60\60 (открыта 3 ступень)

Атака — 60\60 (открыта 3 ступень)

Опыт — 2.248.634

Магические характеристики:

Мудрость — 100\100 (открыта 5 ступень)

Магия — 100\100 (открыта 5 ступень)

Сила магии — 100\100 (открыта 5 ступень)

Параметры персонажа:

Очков здоровья — 1180\1180

Очков выносливости — 100\100

Переносимый груз — 80 кг

Скорость восстановления — 260 единиц в сутки

Знания:

Элементарные основы бытия — 100\100

Элементарная грамотность — 100\100

Этика и Этикет — 100\100

География — 100\100

Теология — 100\100

Математика — 100\100

Логика — 100\100

Обществознание — 100\100

Естествознание — 100\100

История — 100\100

Экономика — 100\100

Деловодство — 100\100

Политика — 100\100

Право — 100\100

Дипломатия — 94\100

Основы воинского дела — 37\100

Основы магии — 36\100

Навыки:

Естественные способности — 100\100

Верховая езда — 100\100

Ночное видение — 100\100

Торговля — 100\100

Бесшумность — 100\100

Акробатика — 100\100

Предвидение обмана — 100\100

Плаванье — 100\100

Игра в кости — 100\100

Ощущение скрытого воздействия — 100\100

Управление разумными — 100\100

Зодчий — 100\100

Ораторство — 91\100

Общий анализ — 91\100

Управленческая деятельность — 86\100

Владение ножом — 80\80

Атлетика — 70\80

Навык соблазнителя — 65\100

Обучение — 60\80

Обман — 60\100

Скалолазание — 40\100

Бег — 38\100

Картография — 37\100

Артист — 37\100

Предвидение опасности — 34\100

Прыжки — 27\100

Архитектура — 24\100

Воинские навыки:

Фехтование — 60\60 (открыта 3 ступень)

Стрельба — 60\60 (открыта 3 ступень)

Ближний бой — 43\60 (открыта 3 ступень)

Ношение доспехов — 40\40 (открыта 2 ступень)

Владение щитом — 40\40 (открыта 2 ступень)

Владение мечом — 40\40 (открыта 2 ступень)

Рукопашный бой — 40\40 (открыта 2 ступень)

Уклонение от оружия — 40\40 (открыта 2 ступень)

Уклонение от ударов — 40\40 (открыта 2 ступень)

Уклонение от магии — 40\40 (открыта 2 ступень)

Уклонение от стрел — 40\40 (открыта 2 ступень)

Владение древковым оружием — 20\20 (открыта 1 ступень)

Хладнокровный убийца — 0

Уникальные приемы боя:

Стремительный удар — 20\20 (открыта 1 ступень)

Могучий вихрь — 0

Заклинания:

Фаербол — 100\100 (открыта 5 ступень)

Цепная молния — 100\100 (открыта 5 ступень)

Видение — 100\100 (открыта 5 ступень)

Щит — 100\100 (открыта 5 ступень)

Снятие заклинаний — 80\80 (открыта 4 ступень)

Стрела — 60\60 (открыта 3 ступень)

Точность — 60\60 (открыта 3 ступень)

Молния — 60\60 (открыта 3 ступень)

Огонь — 60\60 (открыта 3 ступень)

Ледяная стрела — 60\60 (открыта 3 ступень)

Кольцо холода — 60\60 (открыта 3 ступень)

Дым — 60\60 (открыта 3 ступень)

Искуситель (сексуальный интерес) — 60\60 (открыта 3 ступень)

Обольститель (просто интерес) — 60\60 (открыта 3 ступень)

Каменная кожа — 60\60 (открыта 3 ступень)

Ускорение боя — 60\60 (открыта 3 ступень)

Замедление противника — 60\60 (открыта 3 ступень)

Маскировка — 60\60 (открыта 3 ступень)

Приручение питомца — 13\20 (открыта 1 ступень)

Особые способности:

Концентрация

Внимательность

Усидчивость

Предвидение

Финансы

Аутогенизм

Лицедейство

Заклинатель камня

Правитель (заблокировано до достижения 18 лет)

Полководец (заблокировано до достижения 18 лет)

Вдумчиво пробежал по строчкам.

Дипломатию, скорее всего, ждут повышения от вливания свободных очков. Иначе вряд ли я ее освою в ближайшее время. А вместе с ней ораторство, общий анализ и управленческую деятельность.

Основы магии и воинского дела у меня совсем получались не развитыми. Все из-за того, что они открылись после достижения шестнадцатилетия. Как назло, сейчас на них совсем не было времени. Придется довольствоваться малым и при случае понемногу развивать. Оба навыка дают прирост в развитии. Без них не стать по-настоящему сильным воином и магом.

А еще предстояло развивать атлетику, скалолазание, бег, прыжки. Они так просто не даются. Придется потрудиться.

Единственное радовало, навык соблазнителя дастся быстро. Надо только найти какую-нибудь девушку и потренироваться.

Из воинских навыков остался ближний бой. Предстояло взять 7 повышений и на этом все. Дальше, также как в заклинаниях, развитие будет зависеть лишь от наличия удачи. Будет она и появится возможность заполучить ступени развития.

В остатке выходили — приручение питомца, архитектура, артист, предвидения опасности, картография, обман и обучение.

Артиста в любом случае нужно было развивать, даже если понадобится вкладывать в него свободные очки. Кстати, именно из-за этого я не стал сейчас растрачиваться. Без повышения артиста маски не раскроются.

Пожалуй, еще можно было заняться повешением предвидения обмана. Но это опять же, не сейчас и не здесь. А в Драной горе, на переростках-насекомых. В навыке у меня значилось 34 из 100. А это значит, понадобится целенаправленно посвятить этому делу не менее половины дня. Впрочем, ради 14 повышений уровня стоило и потрудиться.

Только сейчас в голову пришла интересная мысль — а что, если взять в качестве питомца кого-нибудь из обитателей Драной горы. От этого должен был повыситься навык. Если так, то при обилии маны я мог набрать их сколько угодно много и тем обеспечить себе прогресс.

На этом пока было все. Остальное зависело от удачи и открытия новых навыков. Впрочем, в настоящем мне и этого было более чем предостаточно.

Бакки продолжал дрыхнуть. Бассир и Валеб клевали носом. По-моему, было расточительством просто так проводить ночь и ничего не делать. Понятное дело, что мы не просто так сидели. Но если позволяло время и возможности стоило и потренироваться.

— Кому нужно развивать ближний бой или фехтование? — спросил я у обоих.

— У меня во владении саблей нужно взять двенадцать повышений и будет сотня, — отозвался Бассир.

— Да ты у нас монстр!

Парень смутился.

— Монстр, то же скажешь. Кроме сабли и уклонений у меня ничего нет. А что за «ближний бой»? Это такой навык?

— Да, навык. Сейчас я тебе его передам, — с готовностью отозвался я и, поднявшись, достал из ножен саблю.

Похоже, в эту ночь мне удастся взять повышения не только в ближнем бою, но и в навыке обучения. Тем только лучше. Для раскрытия всех возможностей, даруемых масками, мне требуется взять еще сотню уровней. Об этом я также не забывал. Так что ночь обещала быть не совсем уж пустой. Я лишь жалел, что среди нас не было Сира Лэйтона. В этом случае повышения для нас достигались бы значительно легче и быстрее.

Глава 27

О наступлении утра сообщила Система. Она поздравила с получением 1 очка удачи. Досталось всем, включая проспавшего всю ночь Бакки.

Мы порталом переправились в пристанище мастеров в Птичьих скалах, там позавтракали и я немного выждал. Не хотелось раньше времени появляться на совещании брата. Все должно было произойти своевременно. Ровно так, как задумал.

Позже, уже вдвоем с Валебом, мы отправились к Гнездовой скале, появившись недалеко от казармы. В это время в отдалении мимо проходил капитан Сир Ресли Хагон. Он окликнул меня, позвав идти с ним на совещание, на что я ответил, что немного опоздаю.

За минувшее время в Скалистом Берегу заметно похолодало. С севера дул пронизывающий ветер. Впору было надевать кафтан, а не ходить в одной рубахе. Так что даже небольшое ожидание далось не совсем легко. Уже через пять минут я не сдержался и с Валебом направился к замку.

В кабинете Даниэля царила напряженная атмосфера. Подручные брата и мама сидели за столом с угрюмыми лицами. Доклад о северянах вел Иган Велни. При моем появлении он замолчал.

Поздоровавшись со всеми, я прошел к своему месту.

— Почему вчера тебя не было на верфи? — с укором спросил Даниэль.

Хотелось обо всем выложить разом и тем сразу ошарашить, но метод постепенного увеличения оборотов смотрелся предпочтительнее.

— Занят был, — изображая непринужденную деловитость, ответил я и пока не прозвучал уточняющий вопрос, дополнил: — нашел для нас нового портальщика.

Уже этого хватило, чтобы угрюмые лица всех повеселели. В них появилось изумление. Новость была из разряда лучших, если не ошеломляющих. Во всем княжестве числилось всего три человека обладавших способностью создавать порталы, а тут удалось заполучить четвертого!

— Я с ним предварительно поговорил, — продолжил я, — он не возражает поступить на службу. Главным образом его интересует перспектива принятия в рыцари.

— Да ради еще одного портальщика я сегодня же переправлю сюда Лэйтона. За пару месяцев он из любого рыцаря сделает. Лишь бы был не калеченным. Рыцарь должен соответствовать статусу, — оживился консильери, которого брат, а до этого отец, постоянно гоняли по всему миру в большей степени как раз таки из-за его способности создавать порталы.

Упоминание о «калеченном» меня задело. Хорошо, что я оставил Валеба за дверью. Требовалось восстановить справедливость по отношению к парню. Он не заслуживал такого обращения. А имевшиеся штрафы можно было перекрыть за счет других способностей. Тем более сейчас, когда появилась возможность ускорить повышения.

— Надо обязательно принять в рыцари Валеба. И восстановить в статусе Бакки тоже нужно. Они мне хорошо помогли.

— По этим двум спешить пока не стоит… — начал было Даниэль.

— Стоит! — перебил я брата. — Они оба сделали для княжества более чем предостаточно. Портальщик — это только первая новость и далеко не самая важная. За вчерашний день я с помощью Валеба и Бакки еще кое-что успел сделать…

Я прервался, тем накаливая страсти. Вряд ли кто-то сейчас пытался предугадать, о чем пойдет речь. По-моему, все уже привыкли, что от меня можно ждать чего угодно.

— Я нашел Остров теней!..

Меня прервал общий возглас изумления.

— Эту ночь мы проверили на острове и каждый получил по одной удаче…

Снова меня прервало общее изумление.

— Более того, я нашел Драную гору! — очередной еще больший возглас я проигнорировал и попросту стал говорить громче: — Я создал внутри горы укромное место. Каждую минуту там дается по девяносто очков маны. За час получается пять тысяч четыреста очков. Только представьте, чего можно достичь, посадив там наших мастеров!

Лишь сейчас, впервые в жизни, я увидел глаза Даниэля, преисполненные братскими чувствами. Более того, он смотрел на меня подобно тому, как если бы сейчас перед ним появился сам Дагор!

Чтобы уже всех окончательно добить, я резко поднялся и, пройдя к двери, позвал Валеба. Велел ему открыть портал в Драную гору.

Едва все стали входить в портал, посыпались оповещения о пополнении маны и это вызвало наивысший восторг, куда больший, нежели пока я рассказывал. Теперь-то все могли не только услышать, а сами прочувствовать эффект от появления в Драной горе.

Я принялся водить всех по созданным помещениям и комментировать что и где распланировал. Из-за шока никто и вопроса задать не мог.

Закончив с показом, я попросил Валеба открыть портал на Остров теней. Там уже особо смотреть было не на что. Помещение я сделал всего одно. Оно также как тоннель выхода на поверхность было узким и длинным, шириной метра в три и длиной чуть больше десяти.

Даниэль сделал только одно замечание о том, что нужно будет увеличить пространство и на этом мы все вернулись обратно в кабинет брата. Все, кроме Валеба и Даниэля, расселись по своим местам. Портальщик предпочел отойти и встать у двери, а брат от переизбытка чувств принялся прохаживаться вдоль длинного стола.

— Надо будет решить вопрос по рыцарству Валеба и Бакки, — напомнил я.

Даниэль остановился. Словно вынырнув из своих мыслей, он посмотрел на меня, после перевел взгляд на Валеба и утвердительно закивал.

— Будет тебе рыцарство, будет, — ответил он, уже обращаясь к Валебу. — И награду обязательно выдам. Придумай, что хочешь. Я исполню.

Такого расточительства от брата я вообще не ожидал. А Валеб, вот же олух ненормальный, тут же стал отнекиваться. Мол, что ему ничего не нужно и рад служить за имевшееся довольствие. Но брат его уже не слушал. Он снова погрузился в свои мысли.

Даниэль продолжил прохаживаться вдоль стола, а спустя минуту резко устремился к своему месту. Сев, он схватил лист бумаги и, окунув кончик пера в чернила, приготовился писать.

— Итак, начнем. Первое: сегодня же все мастера должны быть переправлены в Драную гору. Им должны быть обустроены рабочие места. За это отвечает магистр Борис Шелби. Также попрошу вас позаботиться о лекарях. Сами определяйтесь с Надин кого можно допустить. Неблагонадежным там делать нечего, — проговорив, брат заодно что-то записал на бумаге и поднял глаза на меня, — Рей, тебе предстоит помочь Борису в расширении подземелий и проделать прочую работу с камнем, какая потребуется. Обязательно расширь помещение на Острове теней. Днем мастера пусть работают, а ночами берут удачу. Она им пригодится для усиления возможностей. И постарайся сегодня или завтра доделать верфь. Чтобы уже наконец с ней закончить.

Я кивнул, а сам невольно скривился. Работы там осталась немного, но если честно, что-то верфь мне уже осточертела. Больше полугода разговоров и попыток ее расширения.

— Второе: все рыцари должны быть сегодня же переправлены в Драную гору. Пусть возьмут повышения, а дальше посещают по мере необходимости. По Острову теней ежедневные посещения для них обязательны. За это отвечает капитан Сир Ресли Хагон, — записав, брат поднял глаза и пробежал по сидящим за столом помощникам. — Это также касается всех вас. Попрошу отнестись к этому предельно ответственно. Также напоминаю, что все, кого вы будете допускать к Драной горе и Острову теней, должны быть преданными людьми. Обязательно нужно будет прежде провести разъяснительную беседу. Нужно во что бы то ни стало сохранить все в тайне. Надеюсь, это всем понятно?

Переход разговора в деловое русло отразился на лицах. Все стали предельно серьезными. Но в отличие от того, что было в момент моего прихода в кабинет, теперь в них читалась уверенность и решимость.

Все присутствующие уверенно закивали головами.

— Хорошо, — пробежав глазами по всем и, удовлетворившись, что все поняли его приказ, Даниэль продолжил: — третье: порталы. Я попрошу вас, Тид, заняться этим вопросом, — обратился он к управляющему замка. — Продумайте, где нужно будет расставить порталы. Это должен быть замок, префектура, наши деревни, мой дом в столице. Возможно, другие объекты здесь в Скалистом Берегу, на Севере и Юге. Проконсультируйтесь с мастером тайных дел и консильери, где еще поставить порталы. Как я себе представляю, в Драной горе должен постоянно дежурить портальщик и держать открытыми сразу несколько порталов. Чтобы имеющие допуск имели возможность в любой момент перемещаться, куда нужно и переносить необходимые вещи. А в качестве портальщиков будет выступать новенький и Валеб, — кивнув в его сторону, он как будто только сейчас заметил его присутствие. — Ты пока подожди за дверью, — велел он Валебу.

По-моему, Валеб и сам был рад побыстрее отсюда сбежать, учитывая, насколько он рьяно направился к двери. Стоять на вытяжку перед сидящими важными лицами, его вряд ли вдохновляло.

Не дожидаясь его ухода Даниэль продолжил:

— Четвертое: маски. Борис доложил, что Тиона может делать маски зверей и птиц. Нужно, чтобы она немедленно приступила к их изготовлению. В первую очередь — масок чаек. Их понадобится сотня. Создадим летучее войско. Капитан, подберите десять надежных гвардейцев. Как только первые маски будут готовы, в их ведение будет постоянный облет наших границ. Валека это тоже касается. Ваши люди постоянно ведут наблюдения на Севере и Юге. Маски птиц им пригодятся. Отныне вам поручается постоянное наблюдение с помощью масок птиц за обоими королевствами. Если не хватит людей, обратитесь к капитану. Он выделит. Вдобавок я вам поручаю поиск экзотических хищников — тигров, львов и что еще сможете достать. А вам, Тид, поиск тех зверей, что обитают у нас в княжестве. Тиона сделает из них маски. Раз уж у нас появилась возможность брать много маны нужно пользоваться и загружать ее работой.

— На верху Драной горы есть птицы рух, — вмешался я, — их можно попробовать поймать и сделать из них маски. Чайки — это больше наблюдатели. Рух — бойцы. Правда, я их не видел. Могу лишь судить из книг. Они сильнее грифонов, невероятно громадные и опасные.

— Отличная идея! — впечатлялся Даниэль. — Проработай этот вариант с капитаном. Пусть выделит гвардейцев.

— Да как же их ловить?! Они нам стольких людей перебьют! — всполошился капитан.

— Я сам решу вопрос, — поспешил утешить я капитана. Имея способность брать под управление разум любого, задание было не сложным.

— Вот и отлично, — резюмировал Даниэль и продолжил: — Кстати, Ресли, еще раз просмотрите всех перспективных гвардейцев. Естественно пока из тех, что заполучили особые способности. Их нужно подтянуть и принять в рыцари.

— Скольких надо?

— Столько, сколько найдете. Начнется война и рыцари станут для нас решающей силой. Еще, пожалуй, проверьте всех стражников. Постарайтесь лично поговорить с каждым. В ближайшее время нам придется увеличить количество гвардейцев вдвое, а то и втрое. Пятое… Фодель, попрошу вас провести перепись всех первых сынов и дочерей в городе. И на всякий случай вторых тоже посчитайте. То же самое для вас Тид. Подготовьте аналогичные поручения для наших вассалов. Мы должны знать на что сможем рассчитывать.

— Но мы же предоставляли вам нашу перепись, — попытался возразить престарелый управляющий городом.

— Мне не нужны ваши старые учетные записи. Мне нужны фактические сведения. Многие от нас уехали. Больше особого оттока населения не предвидится. Только попрошу, не создавайте паники. Придумайте что-нибудь.

— Да что тут придумывать? Итак, всем понятно: скоро война, будут переписывать с тем, чтобы потом призвать, — охая, озадачился Фодель Маск.

В этот момент у меня появилась отличная идея:

— А что, если объявить, чтобы они сами к вам явились? Скажем, для получения подарка от княжества. Всем старшим детям выдать по золотому, а вторым по серебрянику. Для казны это не станет обременительным. Зато для людей небольшая помощь. Опять же это повысит авторитет княжества. Никто ничего не заподозрит.

— Отлично, Рей! Вот как нужно подходить к серьезным вопросам! — похвалил Даниэль.

Фодель Маск выдохнул с облегчением и тут же закряхтел, сетуя, что простолюдины сбегутся со всего города и разнесут ему префектуру. Но Даниэль уже не обращал на него внимания.

— Так, что еще я мог упустить…

На помощь брату пришел Иган Велни:

— Раз у нас появились такие невероятные возможности, я бы вернулся к планам покойного Трола. Он хотел создать в городе и в Висячем мосту укрепленные башни. В случае нападения они бы могли стать надежной защитой в обороне княжества. Имея много маны, мы могли бы их очень хорошо укрепить. Получилось бы не хуже стен Оршика. Опять же, можно было поставить защиту на Гнездовую скалу. Это самая высокая точка в городе. В случае нападения на город по ней ударят в первую очередь.

— Великолепная идея! — воскликнул брат и тем поддержал идею. — Нужно срочно пригласить архитектора. Ну того, что делал у нас колоннаду. Он изготовит башни, а мы своими силами укрепим. Сегодня же займитесь этим вопросом.

На лице брата появилась широкая улыбка. Это так редко случалось. В большинстве своем оно выражало лишь недовольство.

— На этом пока все. Совещание окончено. Работы у всех более чем предостаточно.

Честно говоря, я был впечатлен подходом к делу Даниэля. Не сомневался, к вечеру он еще что-нибудь придумает и всем подкинет добавки.

Все стали подниматься. Я продолжил сидеть. Пора было рассказать о том, что я держал в секрете. Мне нестолько хотелось рассказать, сколько услышать постороннее мнение. Главным образом из-за того, что вопрос касался не только меня, всех нас. Потому было бы неправильным принять решение самостоятельно, хоть меня и пытались убедить в обратном.

— У меня еще кое-что есть, о чем бы я хотел поговорить, — с тяжестью вздохнув и тем решаясь на разговор, сказал я.

Все остановились в предвкушении новой ошеломляющей новости. Вот только разговор касался не всех. Я попросил остаться маму и консильери. Все равно брат после будет с ним советоваться.

Неназванные вышли, а оставшиеся во главе с Даниэлем уставились на меня. По моему виду они догадались, что на этот раз речь пойдет отнюдь не о радужных вещах.

— Я виделся с предвестницей Ханной… — следя за реакцией каждого, начал я.

Все молча выслушали рассказ, а после наступила гробовая тишина. Радость и уверенность исчезли. Теперь на лицах застыл шок, граничащий с паникой.

— Мама, ну ведь Ханна может ошибаться? — спросил я у нее, так как в прошлом она не раз имела дела с предвестницами.

Даниэль переметнул взгляд на маму. Так же как и я, он хотел услышать что-то обнадеживающее. Мама растерянно дернула плечами.

— Иногда могут, наверное.

— Конечно, могут! — в отличие от нее уверенно воскликнул Иган Велни. — Я помню случай. Давно это было, лет двадцать назад. В одном щекотливом деле предвестница Анна посулила Тролу неудачу. Отменить встречу было нельзя. Договоренность была достигнута до этого. Трол только перенес ее на поздний срок. Он намеревался встретиться, поговорить, а потом сослаться на какое-нибудь обстоятельство и отказать. И вот когда встреча все-таки состоялась, по основному вопросу мы так и не договорились, однако всплыло другое дело. Оно принесло нам куда большую прибыль. А ведь Анна об этом Тролу даже не обмолвилась. После этого он больше не слишком доверял предвестницам. В своих видениях они многое видят, но далеко не все. Это называется — совершить ошибку. Верховный жрец не зря наслал на них гонения. Ошибки предвестников могут обходиться слишком дорого.

— Насколько понимаю, они просматривают различные ветви событий. Видят, что случится, если человек поступит так или этак, — находит объяснение мама.

Консильери продолжает:

— Предстоящая война слишком большое событие. Задействовано невероятное количество людей. Предвестница могла ошибиться. Я не понимаю, зачем нам, найдя Драную гору и Остров теней, уничтожать Великую Систему. Как это остановит войну? Или Ханна считает, что исчезновение магии испугает южан или северян и они откажутся от своих намерений? Вздор! Наоборот! Пользуясь падением Системы и исчезновением магии, они воспользуются паническими настроениями и попытаются захватить новые территории!..

— Нет, консильери, вы неправы, — резко останавливает его Даниэль. — Для них это тоже станет шоком. Им понадобится время прийти в себя.

— И сколько продлится шок? Месяц? Год? — не соглашается Иган. — Это лишь ненадолго отложит вторжение. Максимум до лета. А потом Север и Юг разом ударят по Равнине. Как запланировали. Великая Система падет, магии не станет. Без них решающей силой станет количество. Если Север соберет мужчин со всех дальних закоулков, их будет гораздо больше, чем нас. О Юге и говорить нечего. Объединившись с Долиной, они сметут Оршик, потом Мелиссар и выйдут к Великому городу. Альбиносы, скорее всего, будут им помогать по морю. Здесь у нас, когда по Скалистому Берегу ударят северяне и в столице. На этом с Равниной будет покончено. Нет, уничтожать Великую Систему нам нельзя категорически. Наоборот, нужно наращивать силы. Создавать сильные артефакты, обязательно делать магические эссенции, восстанавливающие магию и здоровье. На любой войне эссенции самый расходуемый материал. Конечно же, понадобится усиленно тренировать воинов. Благодаря этому до весны мы сможем набраться невероятной мощи. Северянам с нами будет не справиться. Это уж точно.

— Совершенно верно! — поддерживает брат. — До весны у нас времени более чем предостаточно. Удары будут нанесены на Скалистый Берег и Оршик. Сорвем вторжение здесь и это изменит общую картину.

Разговор Даниэля и Игана Велни вскрывает очевидную вещь. Я за нее ухватываюсь:

— Тогда имеет смысл открыть Драную гору и Остров теней для Оршика! Вступить с ними в союзничество!

— После того как Малор Горан убил отца? Да ты с ума сошел! — тут же вскипает Даниэль.

— С северянами мы справимся, а что будет с Оршиком? В одиночку им не выдержать нападения Южан и Долины.

— И пусть… Пусть! Не придется квитаться за смерть отца!

— Да при чем тут это?! — в сердцах возмущаюсь я. — Падет Оршик, Мелиссар падет тем более. Дальше осадят Великий город, и мы останемся одни! Вы что, не понимаете? Я только сейчас нашел Драную гору и Остров теней. Альбиносы там давно. Может быть год или еще больше. Вы только представьте, насколько они смогли подготовиться за это время. Мы должны помочь Оршику. В конце концов они умеют делать сильное оружие. Этим они могут нам помочь…

— Даже не хочу о них слышать, — перебивая, категорически не соглашается Даниэль. — Решающая сила — это рыцари. Остальные воины служат лишь для зачистки местности. К весне мы создадим сотни рыцарей. Пусть альбиносы и южане готовились несколько лет. Ничего страшного. Зато мы за несколько месяцев упорного труда их перещеголяем. Днем и ночью будем работать на результат. Другого выхода у нас нет. Они готовились к войне здесь, а мы поступим иначе. Когда будем готовы, мы ударим по ним в другом месте. Выбьем их с горы и острова. Тогда нас уже никому не победить. Ни-ко-му и ни-ког-да.

— Совершенно верно! Великолепнейшая идея! — восторгается консильери. — Захватив Остров теней, мы лишим южан быстрого прогресса. О Драной горе говорить нечего. Захватив крепость и перебив там мастеров, мы уничтожим артефакты. Вообще все их артефакты! Со смертью мастеров все что они сделали лишится магической силы. Мы одержим победу еще до начала войны. Обладание двумя местами силы — это ключ к тому, о чем мечтал Трол. Сначала мы заберем у Тебриона Имрича Великий город и всю Равнину, а потом… Боюсь сейчас сглазить, но после мы можем захватить весь мир!

От речей Игана Велни лицо брата вытянулось, но глаза горят. Сказанное консельери его цепляет. Сейчас он, наверное, мысленно представляет, чего можно достичь в будущем.

Даниэль тут же передергивается, как будто стряхивает наваждение.

— Перестаньте. Настолько далеко заходить сейчас не стоит. Сначала нужно выбить с мест силы южан и альбиносов. Потом будем строить планы.

— А для этого я бы все-таки рекомендовал вам обратиться к Оршику. Да-да, именно к Оршику. Естественно, речь идет об ограниченном сотрудничестве. У нас много маны. Заключим с ними сделку: мы им магические эссенции, они — оружие. А после, уже с их оружием мы сможем захватить Остров теней и Драную горы. Тем более у нас есть отличный переговорщик.

Иган кивает в мою сторону. Я же застываю, суматошно обдумывая идею брата. А ведь он прав, выбив южан и северян с мест силы, мы лишим их всего на что они рассчитывали. Это станет если не победой, то переломным моментом. Победить их станет делом времени.

— Ну если только так… Оршиком займемся чуть позже. Не сегодня и не завтра. Нам нужно обосноваться на наших базах. Запастись теми же эссенциями. Начать подготовку воинов. А после можно будет отправить в Оршик Рея. Или не отправлять. Посмотрим по обстоятельствам. Если на этом все, тогда закончим. На сегодня и так у всех занятий предостаточно, — заключает брат и тем заканчивает встречу.

Глава 28 Интерлюдия

В темном зале, уходящем сводами далеко вверх, стояла гробовая тишина. Первый сын ныне покойного Генри Лойда — Мартин Лойд в одиночестве сидел во главе овального стола, занимавшего место в центре. Если бы не огромные размеры помещения, стол можно было назвать большим. За ним запросто могло разместиться до полусотни человек. Однако стол предназначался лишь для шестерых. Именно столько кресел было к нему приставлено.

На высоких спинках изображались гербы королевств Юга, Севера, Гор и Долины. На кресле, предназначавшемся для Верховного жреца, красовался Дагор.

Мартин уцепился за него взглядом и поморщился. Создатель Великой Системы не любил роскошь, а его изобразили золотым на золотом фоне. Надо было хотя бы из серебра или вообще сделать железным. Верховный жрец будет недоволен. Он золото любит, очень любит, но положение обязывает придерживаться скромности.

— Плевать, здесь не будет лишних глаз, — вслух успокоил себя Мартин и откинулся на спинку кресла. Сухие руки легли на гладкие подлокотники. Морщинистые веки закрылись.

Как же ему хотелось убить всех этих ничтожных людишек, что сейчас здесь соберутся. А вместе с ними всю собственную родню, начиная от многочисленных братьев, сестер с семьями и заканчивая дальними родственниками.

Но так нельзя. Это Мартин понимал очень хорошо. И дело вовсе не в том, что для него это было невозможным. Если бы он захотел, давно всех перебил. Сейчас его войска, пожалуй, добивали бы остатки южан, северян, горцев и прочий сброд, успевший ускользнуть от основных сил. Год или два и весь мир стал бы перед ним на колени.

Но вот что дальше? Одиночество? Ожидание пока кто-то из собственных детей или подручных исподтишка нанесет смертельный удар и тем отправит диктатора к Куну Робею?

Гулким эхом раздались торопливые шаги. Слуга старался издавать меньше шума, но своды, будь они не ладны, слишком высокие своды все равно в разы усиливали шаги, превращая в громкий топот.

Мартин Лойд открыл глаза именно в тот момент, когда слуга приблизился к нему с поклоном.

— Ваше святейшество, осталось пять минут. Все прибыли. Ожидают за дверью.

— Пусть войдут через две минуты.

— Слушаюсь.

Теперь шаги превратились в громкие шлепки. Срываясь на бег, слуга устремился обратно.

«Я должен закончить начатое отцом. Должен сделать в точности, как он велел», — мысленно проговорил себе Мартин и сухие пальцы с силой вцепились в деревянные подлокотники, как будто намереваясь их сжать.

Генри Лойд был умным человеком. Человеком с далеко идущими планами. Настолько далекими, что они намного превосходили его собственную жизнь, жизнь его детей, внуков, правнуков и так до бесконечности, пока кто-то не нарушит задуманный им порядок. Одна жизнь — ничто, преуспевающая жизнь всего рода — вот что двигало Лойдом старшим.

Дети редко превосходят родителей. Если говорить о великих — никогда. То же самое с внуками, правнуками и всеми последующими поколениями. Наследственность оставляет на потомках разве что внешнее сходство. Ум, изощренность, находчивость, в конце концов, харизму и многое прочее, что делает великих великими никогда не передается. Это нужно нарабатывать самому, приобретать или выуживать из внутреннего потенциала.

Именно в этом крылась задумка великого Генри Лойда — наплодить потомков, а после заставить работать над собой. С тем чтобы сначала заслужить место в совете, затем в тайной ложе пяти и в завершение за право стать необъявленным властителем альбиносов, которого, впрочем, в случае утраты доверия могли в любой момент лишить высокого положения. Это чтобы в семье не появился диктатор.

Ну а нежелающих развиваться ждало лишь презрение родни, перед которой тем приходилось выслуживаться в надежде получить крошки пожирнее, в ином случае скромное жалование в сотню золотых, чтобы смогли свести концы с концами. Ведь у них могли появиться талантливые дети или внуки. И уже они смогли бы сделать карьеру в среде альбиносов.

Две минуты ожидания пролетели быстро. Старый альбинос не успел ими насладиться. Раздались многочисленные голоса, шарканье ног и прочие звуки. Вверх понеслись необъятного размера мотыльки. Благодаря исходящему от них свету зал стал быстро светлеть и тем открывать великолепное убранство.

Белоснежный мрамор разбавлялся золотом и полудрагоценными камнями. На стенах висело много больших полотен с пейзажами разных мест мира. Как раз чтобы каждый из приглашенных сегодня гостей мог увидеть кусочек родного уголка. Даже паркетный пол был необычным. Он собирался из разных пород дерева в виде цветов и напоминал пеструю поляну.

Мартин посмотрел влево, откуда вошла толпа. К нему направлялось двенадцать человек из совета. С белоснежными волосами они издали походили на стариков с огненно-горящими глазами, тогда как старшему не было и сорока.

— Нам придется каждый раз проделывать подобное? — на ходу с претензией спросил один из самых молодых.

— По-моему, это слишком, — добавил второй.

Старый альбинос вмиг взвинтился и готов был перейти на ругательства. Тяжело руководить людьми, которые могут в любой момент сместить лидера или того хуже, вообще изгнать из совета. Пришлось умерить пыл и ответить спокойным голосом:

— Надеюсь, первый и последний.

— Зачем они нам? Мы можем сами все проделать в одиночку, — настырно продолжил допытываться все тот же молодой член совета, приходившийся Мартину одним из младших братьев. Он лишь недавно вошел в совет благодаря проявленной смелости. Именно он стал отравителем ныне покойного короля Севера Вегарда Рослого. В короткой схватке король успел кинжалом нанести убийце удар по лицу. Теперь грубый шрам тот с гордостью носил на щеке, напоминая соплеменникам о своем храбром поступке.

— Затем, что править Севером должны северяне, Югом — южане. Наша доля быть властителями над правителями. Скоро все эти короли будут приползать к нам и слушать приказы. Осталось ждать недолго. Мы все сделаем их же руками, за их счет.

— Скорее бы…

Не желая пускаться в дальнейший разговор с тщеславным молокососом, Мартин указал ему и всем остальным следовать к концу зала и готовиться к открытию порталов. Представителям совета предстояло стать заложниками. По три головы в обмен на одну монаршую. Только так короли согласились прибыть на остров без своих многочисленных свит и сесть за этот стол. В противном случае пришлось бы ждать несколько недель, а то и целый месяц.

Не прошло минуты и в отдалении от стола стали появляться порталы. Члены совета альбиносов, они же заложники, подались к ним. Сами распределяясь, кто с кем, они по трое стали покидать зал, а им на смену стали появляться короли.

Мартину Лойду пришлось встать из-за стола и пойти им на встречу.

На острове альбиносов всегда было тепло. Так что даже король Севера, у которого уже вовсю началась зима, появился как все, в белоснежной тунике, украшенной золотом. Мужскую компанию разбавляла моложаво выглядящая для своих преклонных лет статная королева Долины в светлом длинном платье с неглубоким вырезом.

Обычно горцы вели себя развязано, даже дерзко, однако в обществе других, более могущественных королей, Ригби Престон предпочитал держаться кротко. Сван Бесстрашный, напротив, свободно. Как если бы он попал в компанию давно известных ему людей. Халиб Невил выбрал надменность. Более того, южанин предпочел держаться в стороне, всем видом показывая, что эта встреча далеко не равных правителей мира.

Приветствия, рукопожатия, пара ничего не значащих слов и все были приглашены к столу.

Последним появился Верховный жрец святейший из святейших сам преподобный Доминиус в неизменном темном балахоне и с тяжелым посохом в руке. Обведя взглядом богатый зал и чему-то своему удовлетворенно кивнув, он прошел к своему креслу, не придав значения золотому Дагору или попросту его не заметив.

Для Верховного жреца не пристало бегать на приемы к кому бы то ни было. Королям предписывалось самим идти к нему на поклон. Так что появление Доминиуса лишний раз показало всем особую важность встречи, ну и заодно статус. Статус альбиносов в мире, конечно.

Правители уже было сели. Появление Доминиуса заставило всех подняться и стоя его поприветствовать. Вновь вернулись в кресла они лишь после того, как сел Верховный жрец.

Острый взгляд старого альбиноса не мог не отметиться, с каким тщеславием держался Доминиус. Как он цеплялся взглядом за каждого правителя с тем чтобы удостовериться и не пропустить проявленного к нему почтения.

«Люди, всего лишь люди», — мысленно произнес Мартин.

За долгие года он многократно удостоверился в том, что даже великие — это обычные люди. Со своими громадными достоинствами и подчас такими же громадными недостатками. Даже отец, которого Мартин считал умнейшим человеком в мире, имел добрую горсть всяких слабостей, иногда совершал ошибки, проявлял откровенную глупость. Старый альбинос не сомневался, что даже когда он встретится с самим Дагором, тот окажется таким же человеком как все остальные, с плюсами и откровенными минусами. Он ведь тоже когда-то был обычным человеком, а значит, таким и остался.

Пройдя к своему месту, Мартин начал встречу стоя:

— Ну вот наконец мы и собрались впервые вместе. Я так понимаю, не все лично знакомы…

— Зато все знают: кто есть кто. Даже если впервые лично встретился. Мартин, переходите к делу, — в добродушной и вместе с тем в настоятельной форме предложила королева Долины.

«К делу так к делу», — сказал про себя Мартин и уселся в кресло.

— До этого дня я лично с каждым из вас имел разговор. Теперь наступил момент, когда нам стоит поговорить всем вместе. Существующее положение дел многих не устраивает. Получается, что Равнина подобно жирной свинье плюхнулась посреди мира, а всем приходится довольствоваться ошметками. Север сидит в холодах и вынужден постоянно кланяться, прося выход в море. Горам ютиться среди камней, не имея возможности хоть как-то развиваться. Это доставляет неудобств Югу и Долине, ибо без согласия Равнины невозможно вести торговлю с Горами и Севером. Более того, помимо обширнейших территорий, которые, к слову, толком не используются, в Равнине сосредоточено слишком много всего полезного, а оно, опять же, толком не используется. Взять тот же Старый лес, заполненный отшельниками. Так было при прежнем короле, и при нынешнем. Стоит вспомнить того же князя Скалистого Берега Трола Гилберта, крутившего королем, как заблагорассудится, пока в конечном счете он не устроил против него заговор.

— И тут же за него поплатился, — с задаром вставил Сван Бесстрашный.

Шутку поддержали коротким смехом остальные.

— Мы предлагаем поступить следующим образом, — продолжил свою речь Мартин Лойд, — Север заберет Скалистый Берег. Горы — Глазвиль. Югу временно достанется Оршик, ну а Долине, опять же временно, Великий город.

— Что значит временно? — с недоумением спросил Верховный жрец.

— Это значит, что через год они должны оставить территории.

— И какой в этом смысл? — с еще большим недоумением снова спросил Верховный жрец.

— Смысл в грабеже! — снова пошутил Сван Бесстрашный. Он явно был сегодня в ударе. Эту шутку уже не оценили. Речь ведь шла ни о ком-то, а о конкретном дележе. Тут было не до веселья.

— Именно! И в ослаблении Равнины, — дополнил Мартин.

— А как быть с Мелиссаром и Пятигорьем? — с недовольством сморщив лоб, спросила Трида Лигрес.

— Пятигорье мы возьмем себе в качестве компенсации. Ну а Мелиссар останется нетронутым. Должны же мы хоть немного оставить территорий Равнине. Там выращивают зерно. Вот пусть и дальше его выращивают. Голод нам не нужен. Спустя год, когда Долина и Юг оставят Великий город и Оршик, Равнина останется в усеченном виде. Она перестанет быть доминантам. Равно как и все остальные будет примерно в равных пропорциях.

— И Юг вот так вот возьмет Оршик, потратит на него столько сил, а потом через год его оставит? — с недоумением переспросила Трида.

— С нашей помощью Югу уже достались Таклы и Лиан. Этого достаточно.

Судя по выражению лица Халиба Невила — недостаточно. Но он предпочел промолчать.

— Ну хорошо, а нам-то, что в итоге достанется? Ничего? — все никак не могла угомониться Трида.

Мартин потер морщинистый лоб и тем попытался совладать с возросшим негодованием. Нет, он конечно знал, что предстоит тяжелый разговор. Но в конце концов, не до такой же степени!

— Вам достается на год Великий город. Или вам этого мало? Если вас это не устраивает, я не возражаю, обойдемся без вашего участия, — предельно корректно и старательно мягко разжевал он.

— Нет уж. Я отказываться не буду.

— Вот и отлично. Итак, первый удар будет нанесен по Оршику. Вам, Трида, предстоит ударить с запада, Халибу с юга, — королева Долины вздернула брови, хотела что-то возразить, но старый альбинос продолжил говорить, не дав ей сказать ни слова, — в свою очередь, Юг поможет Долине в осаде Великого города. Мы тоже примем в этом участие. Мы ударим с моря. Как только Великий город падет, мы отдадим его вам, Трида.

Если королева и хотела что-то спросить, то после сказанного наконец-таки угомонилась. А вместе с ее спокойствием к Мартину вернулось внутреннее равновесие. Он переключился на Свана Бесстрашного:

— Как только будет взят Оршик, вы перейдете Бурную реку и выйдете к Скалистому Берегу. Вам нужно будет не допустить, чтобы княжество пришло на помощь столице. Великий город падет, и мы поможем вам захватить город. Ударите по суше, а мы по морю.

— Все понятно. Ну мы это уже обсуждали. Я помню.

— Славно. Теперь по вам Ригби, — по-свойски обратился Мартин к королю Гор, — я так понимаю, вопрос перехода к вам Глазвиля уже решен?

— Да мы обо всем договорились еще два месяца назад. Он вот только снова был у меня. Меньше недели назад. Начнется осада Оршика, и Глазвиль разорвет договор с Равниной.

— Ну и отлично. От вас потребуется небольшая помощь…

— Драконы.

— Именно. Как мы и договаривались. От вашего летучего войска потребуется помощь в Оршике. После вам нужно будет помочь взять Великий город и Скалистый Берег. Ну а напоследок помощь в осаде Пятигорья.

Лицо Ригби Престона вытянулось, отчего вызвало приступ смеха у Свана Бесстрашного.

— Так у нас всего двенадцать драконов! — взорвался король Гор. — Думаете легко их вырастить? Драконы могут столетиями не давать потомство. И потом, даже взяв малыша, а это, ввиду агрессивности родителей, бывает сделать крайне затруднительно, нужно его вырастить, обучить. В большинстве своем у них несносный характер. Вот буквально на прошлой неделе девятилетний детеныш нам тако-о-ое устроил. Хозяина он не тронул, зато убил всю его семью. Как вам такое? Пришлось убить. А куда деваться? Или вот еще случай был…

— Достаточно. Мы уже поняли. Обещаю, будем обходиться с вашими драконами предельно аккуратно.

— По-моему, двенадцать драконов в обмен на Пятигорье — великолепная сделка, — посчитала своим долгом заметить Трида.

— Да вы не представляете, что это такое вырастить дракона. А сколько они жрут?!..

Но королева Долины уже его не слушала. Сузив глаза, она нацелилась на Мартина Лойда:

— Ходят слухи, вы заполучили Остров теней и Драную гору. Это правда?

Вопрос отнюдь не был шокирующим. Мартин сам позаботился донести этот слух до королевы Долины с тем, чтобы ее склонить здесь появиться.

— Не совсем. Мы поделили эти места силы с Югом. Остров теней теперь их территория.

Сам того не замечая, старый альбинос преисполнился важности. Его подбородок приподнялся, в голосе появились властные нотки, а выгнутая спина только сейчас коснулась спинки кресла.

Примерно то же происходило сейчас с королем Юга. Он был удовлетворен, что наконец об этом упомянули. И теперь все сидящие за столом поняли кто тут главный. Вот только полное ощущение радости омрачалось альбиносами, что прибрали к рукам Драную гору. В ином случае Югу не пришлось бы садиться за этот стол. Гора давала куда более большие возможности, чем Остров теней. Поэтому Халибу пришлось идти на компромисс. И поэтому здесь появиться.

— Не понимаю… Тогда зачем мы вам нужны с такими-то возможностями? — снова возмутилась Трида Лигрес. — Или вы хотите стравить нас с Равниной, а потом вместе с Югом всех перебить?

Вопрос королевы вызвал ухмылку у короля Севера, зато заставил насторожиться короля Гор.

— Святейшая королева, смею вас заверить, если бы мы намеревались это сделать, то давно сделали. Нам не интересно захватывать земли и потом ими заниматься. Кроме золота, нас вообще мало что интересует. Ну это, конечно же, если не затрагиваются наши интересы. Но вы не беспокойтесь. Что касается Острова теней и Драной горы, то скоро их не станет. Равно как всей Великой Системы Дагора. Мы ее попросту уничтожим.

— То есть как уничтожите?!

— От Системы одни только проблемы, — посчитал своим долгом наконец-таки включиться в разговор Верховный жрец Доминиус, — это не дело, что она раздает способности кому как вздумается. Опять же, зачем она всем подряд дарует магию? Зачем создала места силы? Драная гора и Остров теней создают дисбаланс. Стоит кому-то до них добраться, и за год-два он превратится в такого монстра, что с ним будет не справиться.

— А сколько из-за нее у нас проблем с рабами! — поддержал Халиб Невил. Не зря говорят, что ничто так не сближает как общие проблемы. Сейчас он даже убрал в сторону высокомерие по отношению к другим монархам и включился в разговор. — Только снимешь ошейник и дальше не знаешь, как он себя поведет. Если в первый раз не кинется, то обязательно во второй. Нет, надо все вернуть так, как было раньше. Магов было мало. Они все были под пятой правителей. Все было тихо и спокойно. Каждый раб знал, стоит ему взбунтоваться, и хозяин с помощью магии его быстро утихомирит. Магия отличный товар. Свитки, эликсиры, артефакты и прочий товар — всегда отлично продавались. Всем приходилось каждый раз тратить золото, чтобы обратиться к магии, а не то что сейчас она дается просто так.

— Подождите, мне нужно прийти в себя, — возбужденно произнесла шокированная новостью Трида. — Верховный жрец, вы разве действительно желаете уничтожить Систему? Ну вы же сами стоите во главе всех храмов! Вы главный хранитель Великой Системы!..

— Обеими руками только за! Я уже много лет ратую за ее уничтожение. Жалко, что лишь недавно был найден способ и появилась возможность.

— Это получается…

— У кого-то остались вопросы по основной теме? — перебив, громко спросил Мартин Лойд.

— Когда вы собираетесь все начинать? Я раньше весны не смогу. У нас зима.

— Я помню, Сван. Мы начнем, в первый день весны.

Не обращая внимания на попытку увести разговор от шокирующей новости, Трида Лигрес продолжила выяснять подробности:

— Ну хорошо, исчезнет Система, а что будет взамен нее? Что будет с магией? Я просто не понимаю, что вы задумали…

— Раз по основной теме вопросов нет, предлагаю закончить первую часть нашей встречи. Для всех накрыт прекрасный стол. Там и продолжим, — поднявшись, произнес старый альбинос. — А вам, Трида, я обещаю ответить на все вопросы. Не волнуйтесь, крушение Системы Дагора не станет концом. Это послужит лишь началом новой Системы, куда с более выгодными для нас правилами.

Все стали подниматься со своих мест.

Судя по тому, что лишь Трида Лигрес и побледневший Ригби Престон были шокированы известием о предстоящем падении Великой Системы, остальные уже все знали. Вероятнее всего, в общих чертах. Иначе Мартин не стал бы отводить этому вопросу вторую часть встречи.

Учитывая, что разговор будет проходить за обеденным столом, всех ждали приятные подробности. Крушение старого и рождение чего-то нового всегда звучит заманчиво. Впрочем, новое не всегда может стать лучше старого. За свою долгую жизнь королева не раз в этом убедилась. Собственно поэтому, покидая зал, она продолжала пребывать в напряжении.

* * *

Следующая глава в этой книге последняя. Больше книг бесплатно в телеграм-канале «Цокольный этаж»: https://t.me/groundfloor. Ищущий да обрящет!

Глава 29

Вчерашний день получился насыщенным. Сначала с магистром мы занимались расширением баз в Драной горе и Острове теней. Потом Борис поручил Надин переезд мастеров на новое место, а сам вместе со мной отправился на верфь, где я наконец завершил работы по расширению территории.

Пока занимался своей работой, магистр составил планы подсобных помещений в скале, чтобы те не нужно было возводить, заодно зернохранилища, о котором говорила мама, а также нового лесного склада. Эта идея пришла на ум Борису уже по ходу работы. Скала большая, места более чем предостаточно, так что магистр разошелся. Зато у меня от стольких работ получилось взять два повышения по архитектуре.

Не знаю, за сколько бы мне пришлось проделать все, не будь Драной горы с ее неисчерпаемыми запасами маны. Теперь же, когда она заканчивалась, мне нужно было лишь переправиться туда, немного подождать, пока очки восстановятся и вернуться. Валеб для этого открыл нам временный портал на верфь.

По завершении я там же на верфи поймал десятка два чаек для Тионы и заодно проверил на одном из плотников, как берется разум человека. Оказалось, так же, как у птиц. Уже взрослый мужчина был явно озадачен, когда очнулся на другом конце верфи, помогающим рабочим в перетаскивании леса с открытой площадки в новый склад.

Конечно, было бы хорошо проделать это на ком-то из знакомых, а после подробно расспросить об ощущениях. Но не хотелось рисковать. Об открывшейся возможности лучше было помалкивать, чтобы никто не проболтался Даниэлю. Пришлось просто спросить у плотника, что он тут делает, когда должен работать на стапелях. Тот лишь пожал плечами, недоумевая, что понятия не имеет, зачем подался таскать бревна.

К вечеру появился Сир Лэйтон. Он устроил для нас с Бассиром индивидуальную тренировку. Сначала мы занимались атлетикой и бегом с прыжками, потом развивали ближний бой.

С приходом в Драную гору мастеров и других людей, созданную базу было не узнать. Она превратилась в кишащий муравейник. Мастера и возглавляемые Надин лекари занимались своей работой, воины своей. Рыцари полным ходом проводили тренировки по развитию магии. Среди них я увидел много новых лиц.

При виде одной молоденькой лекарши, занимавшейся изготовлением эссенций, я не сдержался, применил заклинания искусителя с обольстителем и за счет этого покачал навык соблазнителя, каждый раз напуская магию и тут же ее снимая. Что в этот момент чувствовала девушка можно было лишь гадать. Бедняжка сделалась пунцовой и то с недоумением, то с вожделением без конца кидала на меня взгляды.

С наступлением ночи все переправились на Остров теней. Теперь здесь был один большой зал с лавками для всяких прочих посвященных, второй поменьше с креслами для подручных и еще две отдельные ниши с креслами и небольшими постелями для Даниэля и мамы.

Ночью я так и не сомкнул глаз. Прослушал лекции от магистра по основам магии, а от Сира Лэйтона по основам воинского дела. Надо же их когда-то развивать.

В итоге после стольких стараний у меня скопилось достаточное количество свободных очков. Поэтому под утро я не сдержался и вложил их в навык артиста.

Понимаю, расточительство. Навык можно было немного покачать. Там цифры пока небольшие, повышения легко достанутся. Вот только на это совершенно не было ни желания, ни лишнего времени. Зато уже теперь, полностью освоив артиста, можно было брать любую маску и уже ею использовать. В доступе было место для одной особой способности. Как раз для того, чтобы воспользоваться возможностями портальщика, если надеть маску Урика или невидимки с маской Хорхи.

Остатки свободных очков, полученные автоматом от повышения артиста, я влил в дипломатию и ораторство. Тем с ними окончательно покончил.

Едва утром все получили удачу, Даниэль собрал подручных и объявил, что утреннего совещания не будет. Вместо него в обед он объявил общий сбор в зале торжеств, куда должны прибыть наши вассалы вместе со своими приближенными, а также рыцари, лекари, служащие при княжеском дворе и сержанты гвардейцев. Кроме того, перспективные гвардейцы, достойный принятия в рыцари.

Естественно, я поинтересовался, войдут ли в их число Валеб и Бассир. Вопрос оказался лишним. По ним все было решено еще вчера. Обоих ждало рыцарство.

Все стали расходиться по своим делам. Я же вцепился в Тиону и потащил ее в Птичьи скалы, где она у себя под кроватью прятала мешок с масками.

Сначала опробовал невидимку. Все получилось. Я даже почти исчез для Тионы. Она, как мастер изготовленной маски, видела лишь ее свечение. Расходы оказались стандартными: уход в невидимость — 100 очков маны, а потом по 1 очку, за каждую минуту. Магия относилась к наивысшему порядку. Заметить невидимку мог лишь тот, кто обладал и пользовался в данный момент Видением.

А вот с портальщиком наметились небольшие проблемы. То ли Урик был глупцом, которому досталась особая способность исключительно благодаря везению, то ли из него слишком рано сделали маску. Он не успел толком развиться. В навыке создателя порталов у него значилось всего 47 из 100. Это означало, что я смогу поставить лишь 47 порталов.

В наличии имелось только 32. Остальные, видимо, были найдены и уничтожены или же вовсе не были установлены. С имевшимися порталами стоило разбираться отдельно, ибо список, состоящий из надписей в виде: «укромное местечко № 1, 2, 3», «рынок», «Шаня» и прочее, мне ни о чем не говорили.

Мы вернулись в Драную гору, Тиона продолжила заниматься вчерашними чайками, ну а я остался в зале с порталами. Сегодня ими занимался один лишь Бассир. Валеба, видимо, напрягли какой-то другой работой.

Я при Бассере снова надел маску Урика. Это чтобы он меня узнавал и не поднял тревогу, увидев чужака. Впрочем, для него здесь пока все были чужаками. Он вряд ли запомнил и половины наших людей. Но меня-то в новом образе он теперь точно запомнил.

Снова вернувшись к порталам Урика, пришлось поочередно открывать каждый, входить и осматриваться. У него большая часть пришлась на Таклы и Лиан. В остальном были порталы в Долине и что особенно удивило — в пропасти Падших. Причем, как перед Вратами Дагора, так и за ними. По итогам пришлось хорошенько все перетрусить. Столько порталов в одних и тех же городах мне было ни к чему.

Здесь в зале были открыты порталы в замок, префектуру, в три наши деревни, в пристанище мастеров в Птичьих скалах, в лекарню, которой заправляла Надин, казарму гвардейцев и Остров теней. Я поочередно вошел в каждый и поставил там собственные порталы. Еще по одному я поставил у Гнездовой скалы и на берегу моря, выйдя наружу и немного там прогулявшись.

После этого расспросил у Бассира, где у него что установлено. Если не считать кучи порталов, расставленных в Гнездовой Скале и Драной горе, большая часть пришлась на Таклы и Лиан. В остатке были столицы всех королевств мира и, как ни странно, Оршик. Там клан Бассира закупал оружие. Естественно, я воспользовался возможностью и расставил порталы, где посчитал нужным. По итогам получилось установить их 39 штук.

До полудня оставалось более двух часов. Больше чем предостаточно чтобы посетить «Трезубец», наконец позавтракать, привести себя в порядок и, переодевшись, в подобающем виде явиться к месту общего сбора.

Неожиданно в зале появился новый портал. Появился Валеб, а за ним Бакки. В новом образе, конечно же, оба меня не узнали.

— Давайте, входите. Да быстрее вы… — обращаясь к кому-то в портале, поторопил Бакки.

Появилась симпатичная девушка, за ней еще одна. Валеб породил новый портал и Бакки стал переправлять девиц в него.

Однако этим дело не закончилось.

Стройный красивые девушки с вещами вереницей подались от одного портала в другой. Летние платья и загорелые тела подсказывали, откуда они переправлялись.

Я снял маску Урика.

— Рей?!.. Тьфу ты. Аж напугал, — вытаращился на меня Бакки. — А мы это, вот Элеоноре помогаем. У нее там такое началось. Клан начал выискивать, куда пропал этот, как его… ну Кинжальщик. Вот, теперь спасаем.

А девушки с вещами продолжали тянуться из одного портала в другой. Я заглянул туда, откуда они к нам входили. Там стояла целая толпа.

— Помочь Элеоноре — это я еще понимаю. Но этих-то вы зачем переправляете?

— Знаешь, мы так подумали, не нужны нам дома. Ну зачем они нам? Мы решили помочь Элеоноре перебраться к нам.

— Так понимаю, решили стать компаньонами борделя?

— Ну в некотором роде…

— В городе и так шесть борделей. Даниэль не согласится открывать еще один и превращать город в помойку.

— Ну он же обещал выполнить просьбу! — подал голос теперь Валеб.

— А это… А если ты тоже войдешь в долю, а? Треть тебе, треть нам с Валебом, треть Элеоноре. Зато у нас будет свой бордель. С лианками! — быстро нашел перспективный выход Бакки.

В принципе, особой разницы не было, куда пойдет награда: в дом или какое-то дело в Скалистом Берегу, пусть и в виде борделя. Вложения се равно привязывали обоих к княжеству.

— В принципе, я не возражаю. Но когда вы это все придумали? Как провернули?

— Когда-когда… Когда с тобой были в Лиане. Пока ты в маске чайки летал по городу. Элеонора рассказала, что в городе полно шлюх, а борделей в разы стало меньше. Вот и появилась идейка. А вчера вечером к ней заглянули, она и рассказала о начавшихся притеснениях клана. На нее насели и по пропаже Кинжальщика и так заодно. Они изменили ей условия и заставили платить. Сам понимаешь, налоги отдай, потом шлюхам зарплаты. Опять же, всегда есть мелкие расходы, которые, если собрать, превращаются в большие. Отдай еще плату клану за покровительство и что там выходит? Ничего. А у нее уже все налажено. Главное, шлюхи есть с правильными навыками. Ну вот мы всех сюда одним махом и решили переправить.

Тем временем поток девиц прекратился. Из портала к нам влетело несколько больших тюков и после появились Элеонора с дочерью.

— О и Рей здесь. Приветствую. А что это за место такое? — вытаращив глаза, женщина принялась с недоумением смотреть по сторонам.

— Место как место. Давай, быстрее проходи. Нечего тут задерживаться, — поторопил обеих Бакки и снова обратился ко мне: — Рей, так что, поможешь вместе обратиться к Даниэлю, а? Ну чтобы точно не отказал. Треть доли будет твоей.

Доля в борделе меня совершенно не интересовала. Только если передать ее княжеству. Тогда Даниэль точно согласится на седьмое злачное место в городе.

— Ладно, вместе обратимся к Даниэлю. Размещайте девушек в городе. Да побыстрее. В полдень вам обоим нужно быть в зале торжеств. За полчаса до этого вместе подойдем к брату. Будем надеяться не откажет.

В завершение я попросил Валеба открыть портал в «Трезубец», чтобы не пришлось бегать по городу. Там у меня портала еще нет. И переправился на постоялый двор.

Первым делом плотно позавтракав в закусочной при «Трезубце», я поднялся к себе в номер, по-быстрому принял ванну, переоделся в расшитый золотом парадный камзол и, установив портал прямо в номере, переправился к Гнездовой скале. Там пришлось снять маску и в своем естественном обличии податься к нижним воротам.

Спустя немного появились Валеба и Бакки. Последний отвертелся вместе с нами идти к Даниэлю, так что к брату мы отправились вдвоем с Валебом.

Дождавшись, когда из кабинета выйдет управляющий замком Тид Граш, мы вошли и застали брата за столом. Он явно не был рад нашему приходу. В этот момент что-то писал по бумаге.

Дабы не сильно его отвлекать, я вкратце изложил суть проблемы, сделав акцент на том, что Элеонора нам существенно помогла в деле поиска портальщика Бассира и теперь из-за этого у нее возникли проблемы. Ну и само собой, обмолвился о том, что треть будущего борделя станет княжеским.

— Еще один бордель, даже не знаю… Может быть ближе к лету, когда все завершится, — без особой инициативы среагировал Даниэль.

— Они уже переправили к нам кучу девушек. Чем им заниматься до лета?

— Восемьдесят четыре, — уточнил Валеб.

Количество удивило даже меня, не говоря о брате.

— Вы сказали обращаться с любой просьбой, и вы поможете. Это моя просьба, — набравшись смелости, все-таки решился сказать Валеб.

— Да, помню, обещал, — согласился брат, откровенно сожалея о данном обещании. — Но идея доли в борделе для княжества — даже не знаю… Пожалуй, будет правильным оформить на какое-нибудь постороннее лицо. Скажем, на Троя.

— На Троя?! — в удивлении переспросил я.

— Ну это чистая формальность. Даже брату князя иметь отношение к содержанию борделя будет зазорным. Пусть лучше это будет совсем постороннее лицо. Сейчас должен прибыть Фодель Маск. Скажете ему, я одобряю. Пусть выделит участок земли под постройку или выкупите здание. Там уже сами решайте.

На этом Даниэль выпроводил Валеба и, оставив меня, принялся допытываться откуда у него на бордель деньги.

— Заработал, — коротко ответил я, и чтобы уже не возникало новых вопросов, дополнил: — он не один, в компаньонах у него Бакки. Ну и женщина, что помогала нам выловить Бассира.

Немного подумав, Даниэль махнул рукой. По сути дело не стоило выеденного яйца. Сейчас на кону стояли куда более важные вещи.

Вопрос разрешился, можно было уходить, но я напоследок спросил у брата о том, что меня сейчас беспокоило:

— Ну вот выбьем альбиносов из Драной горы, южан с Острова теней и что дальше?

— Это будет победа. Им с нами уже не справиться. Можно будет вернуться к планам отца. Заберем трон у короля. Равнина станет нашей.

— Ты станешь королем, а я? — с надеждой спросил я.

— Ты?.. Ты будешь помогать мне в столице. Казначеем я тебя не поставлю. Уже видно, эта должность не для тебя. Сам же видишь, тебе это неинтересно. Станешь каким-нибудь поверенным. Потом подумаем. Чего сейчас ломать голову.

— А Скалистый Берег?.. Кто будет править здесь?

— Катарина ждет двойню, — напомнил брат о своей невесте, — Надин сказала, оба будут мальчики. Старший станет наследником, ну а второму достанется править нашим родовым княжеством.

У меня разом все упало. Пусть Даниэль и говорил, что не хочет ничего загадывать, но у него все распланировано на долгие годы вперед. Новые обстоятельства лишь вносят коррективы. Только в этих планах нет меня. Моя участь быть лишь кем-нибудь. О большем мне можно не мечтать.

В кабинет вошли Иган Велни и Трой. Даже не удивился появлению последнего. Похоже, всех сегодня ждет основательная обработка.

Больше ничего не сказав, я молча покинул кабинет.

В зале торжеств было многолюдно. Мне, как и остальным подручным, предстояло стоять по правую руку от князя. По левую встали мама и Катарина с уже откровенно торчащим животом, который она старательно прикрывала руками. Брата пока не было. Посередине стояло пока что пустое кресло с высокой спинкой наподобие королевского трона, только, естественно, поскромнее.

К полудню в зале собрались все, кому положено: избранные гвардейцы, рыцари, лекари, наши вассалы со своими приближенными и даже все мастера. В общей сложности получилось примерно полтысячи человек.

Как ни странно, из всех присутствующих несуразно смотрелась, по-моему, лишь Катарина. Потому что официально она была никем. Ни женой, ни невестой. Даниэль с ней даже не обручился.

«Каким-нибудь поверенным» — так и продолжало крутиться в голове, пока не пришло в более осознанное понимание: брат не думал обо мне конкретно, потому что не видел меня в будущем. Я должен к этому времени попросту исчезнуть. А зачем думать о будущем человека, которого не станет. Физически не станет в этом мире. Или лучше сказать, будет мертвым.

В зал торжеств вошел Даниэль, а с ним Иган Велни и Трой. Все трое облачены в массивные доспехи. Таким образом они решили подчеркнуть особую важность собрания. Во всяком случае я так это трактую. Быстрым шагом они прошли к центральному месту.

Брат усаживается в свое кресло и консильери начинает церемонию. Он громко произносит имена, призывает подойти и преклонить колено названных. Среди прочих выходят Бассир и Валеб. Всего выстраивается подле брата шестнадцать человек.

Иган начинает зачитывать слова клятвы рыцаря, и стоящие на колене воины хором повторяют. В завершении процедуры Даниэль поднимается со своего места и скрепляет клятвы касанием своего меча каждого.

Новоиспеченные рыцари возвращаются в зал и консильери объявляет о восстановление доверия к Бакки, снова назвав его сиром. Ну а дальше право говорить передается Трою. Его представляют вестником Даниэля. Парень пока что робко подается вперед и начинает говорить о том, что всех нас ожидает в ближайшем будущем.

Мне тут же приходит оповещение о попадание под его влияние. Наверняка навык ощущения скрытого воздействия есть еще у нескольких человек, стоящих сейчас в зале. Но все понимают, что так надо. Это чтобы лучше дошло. Чтобы лучше прониклись в то, о чем говорит Трой.

Мне нет смысла проникаться. Без этого все знаю и понимаю. Потому снимаю морок.

«Каким-нибудь поверенным» продолжает назойливо крутиться в голове вместе с пониманием отведенной участи и будущем, которое всех ожидает. После победы в Драной горе и на Острове теней Даниэль не ограничится лишь троном Равнины. Сначала захватит Север, потом, скорее всего, альбиносов, чтобы больше не строили козней, а дальше двинется на Юг, в Долину и Горы. С открывшимися возможностями, что я дал ему, брат захватит весь мир, а потом превратится в тирана.

Мой взгляд останавливается на Катарине. Девушка слушает Троя, зачарованная его речами и продолжает держаться за живот.

Понимаю, я не смогу наложить маску на беременную. Выход видится один — помочь брату захватить трон Равнины, а после, вероятно на какое-то время взять его под управление и дальше выступить с отречением в свою пользу. То есть все сделать его руками, а после тихо убрать брата и отправить в долгую спячку с маской мертвеца.

В качестве запасного варианта видится закрыть Остров теней и Драную гору сразу после захвата братом трона Равнины и тем отрезать для него путь к обретению свехвозможностей. Сделать это теперь, когда я сам создал базы и передал их брату будет сложно. Не буду же я нападать и убивать наших людей. Придется как-то ухитриться проделать операцию аккуратно. Зато в таком случае все вернется на круги свои. В прежнем виде в мире продолжат сосуществовать на своих территориях те же пять королевств.

— …Сейчас, когда Даниэль открыл для нас всех места силы, когда он дал для нас всех шанс победить, мы не станем сидеть в ожидании удара врагов! Мы сами начнем войну! — теперь уже перешел на крик Трой, под одобрительный гул толпы. — Мы ударим по ним первыми! Мы выбьем врагов с Острова теней и Драной горы! Потом покончим с Севером! Покончим с Югом! Покончим с альбиносами и Долиной! Мечом выбьем мир во всем мире!

Конец 4 книги

Продолжение на Автор Тудей — «Третий сын 5: Война против всех»

Огромная благодарность всем поддержавшим книгу лайками, наградами, комментариями или просто купившим)))

Всем Большущее Спасибо!

Content

Сагайдачный Вадим Противостояние

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 5. Часть 2

Глава 6

Глава 7

Глава 7. Часть 2

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 12. Часть 2

Глава 13

Глава 14

Глава 14. Часть 2

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 19. Часть 2

Глава 20

Глава 21

Глава 21. Часть 2

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28 Интерлюдия

Глава 29