Аянский Егор

Кай 2

Часть 1

Пролог

— Он низложен. Я отправил его в случайный мир в тело смертного.

— Ты должен был отдать его Божественную душу мне, Хранитель Равновесия!

— Я так решил. Ты стала слишком сильна, поглотив сущности Всадников. Душа Эла скована Печатью Хаоса, и раз за разом он будет перерождаться, не помня о своих прошлых жизнях, как и любой другой смертный. Это достойная кара.

— Печать Хаоса нестабильна.

— Она стабильна. И будет оставаться таковой, пока Ты или Свет не покачнете Равновесие, посягнув на сущность Эла. Оставь его в покое.

— Нет! Я не упущу возможности поглотить душу Хранителя миров. Мои адепты доставят ее мне.

— Твои действия нарушат целостность Печати. Божественная душа найдет выход и поведет Эла обратно в Пантеон.

— На это потребуются тысячелетия, а он будет смертен. Каждый раз ему придется начинать свой путь заново в новом мире. Только полный срыв Печати вернет ему память и божественность, а я не настолько глупа, чтобы это допустить.

— Как знать, Тьма. Случай не подвластен даже мне. Может оказаться так, что Эл переродится в подходящем для его души теле или мире, и сам избавится от Печати.

— Я разыщу и уничтожу его намного раньше.

— Твои действия позволят сделать Свету ответный ход, и я не буду ему препятствовать.

— Свет ослаб по вине Эла, Хранитель Равновесия. Он не станет ему помогать.

Мир Кастания. Город Фаэта. Дворец короля Ленарда Милосердного.

Сутуловатый человек, с грубыми чертами лица, выдававшими в нем потомственного крестьянина, и с уродливым животом, который нелепо смотрелся на его худощавом теле, развалился в дорогом кресле и с наслаждением смаковал изысканное вино. Лучшие королевские виноделы производили его в ограниченных количествах из самого редкого вида винограда, что произрастал лишь в Южной части Дикого леса. Десятки людей рисковали своими жизнями, чтобы добыть хотя бы горсть заветных ягод из проклятых земель, где когда-то жили эльфийские некроманты.

Краг сделал большой глоток и перевел взгляд на человека перед собой.

Напротив него, на обычном стуле, сидел его остролицый гость, правая рука которого была скрыта красной перчаткой. Главный инквизитор королевства — Его Преосвятейшество Фарис Дроммель.

— Какие-то проблемы с нашим маленьким предприятием?

— Нет, Краг, все идет очень хорошо, ты знаешь, ни я, ни мои люди не оставляем следов, но мне нужна твоя помощь. Дважды.

— Слушаю тебя, Фарис. — Краг вновь отпил из бокала, и довольно причмокнул.

— Первое. Вчера на причастии обнаружен ребенок седьмого уровня. Целитель.

— И? Великий кукловод Дроммель не может самостоятельно справиться с пацаном?

— Его отец весьма богат, парень появляется на людях исключительно с телохранителем-гасителем пятого уровня. Моя седьмая ступень владения Силой не позволяет воздействовать с безопасного расстояния. Он нужен нам. В халифате есть человек, который готов приобрести парочку сколитов восьмого уровня.

— Цена?

— Достаточная для того, чтобы купить этот дворец и его обитателей с потрохами. Ты сможешь официально сесть на трон и не одна придворная сошка не скажет слова против.

— Мне нравится твое предложение. Но, — он почесал маленький шрам на шее, — Я давал обет служения королю.

— Зато я не давал. Помоги мне, от тебя всего лишь требуется парализовать гасителя, с юнцом я разберусь сам. Церковь Девяти богов окажет тебе всяческую поддержку и официально возведет на престол.

— Допустим. Что за вторая просьба?

Дроммель краем глаза уловил движение, словно под одеждой, скрывающей безобразный живот Крага что-то, шевельнулось. Наверное показалось.

— Вторая просьба личного характера. На территории Серых скрывается восьмилетний мальчик…

— Что-то много развелось неуловимых мальчиков! — Краг рассмеялся, но инквизитор не поддержал его.

— Он мне нужен, живой. Не спрашивай зачем, но я думаю, что король может…

— Не может, — оборвал его хозяин комнаты, — И я не могу. С Дланью разбирайся сам, у тебя достаточно людей, чтобы организовать наблюдение и взять его без моей помощи. Кто он вообще такой, чтобы из-за него портить отношения с Серыми? Внебрачный сын короля? А может у него восьмая ступень, и мы сможем пустить его в расход и вырастить сколит девятого уровня?

— Ни то и ни другое, — Дроммель проскрежетал зубами. Он был готов к отказу, но попытаться стоило.

Раскрывать свою сущность адепта Тьмы перед Крагом в планы инквизитора пока не входило. Возможно позже, когда он посадит этого деревенского чурбана на трон, то посвятит его Госпоже, но сейчас это слишком опасно. Он бы не стал даже связываться с ним, но способность к парализации девятого уровня заставляла уважать и боятся этого человека. Таким уровнем во всем королевстве обладали лишь несколько людей, и все они были членами правящей семьи.

— С первым вопросом я тебе помогу. Со вторым тебе придется разбираться самостоятельно. — Голос Крага вернул его в реальность.

— Договорились! — Главный инквизитор поднялся со стула и пожал руку Первому телохранителю короля, Крагу Роферсу. — Я свяжусь с тобой, когда представится случай взять того целителя.

— Тебе его совсем не жалко? Ты ведь слуга божий, не стыдно убивать малолетку из-за камней? — Краг громко расхохотался от собственной иронии.

Инквизитор выдавил в ответ фальшивую улыбку и покинул помещение. А хозяин комнаты проводил гостя глазами, долил себе еще вина и погрузился в далекие воспоминания.

Он родился в одной из глухих деревенек на западе Саталии, что неподалеку от границы с Диким лесом. Мать умерла при родах, а отец, сельский староста, как человек набожный, так и не смог уничтожить уродливое существо, появившееся на свет. До восьми лет он прятал его от глаз сельчан, ссылаясь на то, что ребенок тяжело болен. А затем приехали служители Девяти и провели общий ритуал для всех детей, достигших возраста причастия. В тот день кто-то из болтливых крестьян и поведал им, что в деревне остался еще один мальчик, который не прошел церемонию.

Они выволокли одичалого уродца к походному алтарю и насильно провели обряд. Краг, до этого не видевший никого, кроме своего родича, испуганно озирался по сторонам и пытался сбежать от визга и плевков возненавидевших его жителей деревни за невероятное уродство. Его обзывали демоном, несмотря на то что священники это объяснили всего лишь мутацией. А когда церковники уехали, испуганные сельчане подожгли их дом. Староста успел спрятать ничего не понимающего мальчишку в каменное подполье, но сам сгорел заживо, в попытке открыть заваленную бревнами дверь.

Тогда-то Краг Роферс впервые познал свою Силу. Он чувствовал жизнь вокруг себя — от спрятавшегося под полом сверчка, и до разумных, лишивших его отца. Он нашел и убил каждого в той деревне — селян, их жен, их родителей и детей. Каждого, кто знал его секрет. Убил благодаря своему маленькому брату, что делил с ним одно тело.

Он расстегнул одежду и оголил живот, из которого торчали две маленькие недоразвитые ручонки и уродливая голова, не то старика, не то младенца. Нежно взял его за маленькую ладошку, и кривые губы его брата растянулись в улыбке. Сани Роферсу не повезло с телом, но повезло с Силой.

Краг и Сани прошли долгий путь, от приблудного парнишки в шайке разбойников, который удивлял всех своей способностью легко обнаруживать засады стражников, и до личного телохранителя короля Ленарда Милосердного. И не было ни одной живой души в этом мире, что знала его тайну. Их тайну. Любой, кому не посчастливилось выведать правду о братьях Роферсах, отправлялся на тот свет. Мощный паралич, который был способностью маленького Сани, мог не только сковать тело, но и остановить дыхание и сердца целого отряда солдат, увешайся они защитными амулетами хоть с ног до головы. Даже гасители седьмого уровня пасовали перед его невероятной Силой. И теперь имя Крага Роферса, внушало страх самым опытным и бывалым бойцам.

Имя единственного человека в истории Четырех королевств, владеющего двумя способностями.

Глава 1

Волей Главного инквизитора королевства Фариса Дроммеля, я стал узником школы Длани. Прогулки по Фаэте, празднование радостных событий, да и простые мальчишеские развлечения — все это стало для меня недосягаемым. Я с завистью смотрел на счастливые лица ребят, которые возвращались к вечеру в общежитие и рассказывали о своих проделках в городе. Моя ненависть к той, кого называют Тьма росла с каждым днем. Почему я? Что я сделал такого, что она преследует меня?

Жить я остался в той самой угловой комнате четвертого этажа. Поскольку помещений хватало — мне удалось избежать нежелательного соседства с другими ребятами, как я и планировал. Единственными светлыми пятнами в моей жизни оставался Юфин, который стал регулярно навещать меня, если был не на задании, и Рики — так я назвал своего маленького друга-эльмура. Вот уж у кого, в отличии от меня, всегда было хорошее настроение! Он достаточно быстро рос и мне становилось все труднее и труднее прятать его в карманах своей одежды, а спустя примерно полгода, мне пришлось начать оставлять его в комнате, так как это непоседа постоянно норовил вылезти наружу посреди урока.

Дни в одиночестве тянулись ужасно долго, поэтому я всецело решил посвятить себя тренировкам. Монтис Блоу частенько был загружен работой и теперь большую часть времени я занимался со своим необыкновенным оружием в полном одиночестве.

С приходом зимы, которая в Фаэте, в отличии от Танара, сопровождалась снегопадами, пришлось перенести свои занятия в помещение. Мне удалось выпросить у Ветона ключ от крытой тренировочной площадки в обмен на то, что я буду проводить в нем еженедельную уборку. После обеда я приходил к себе домой, переодевался в легкий костюм, прятал под курткой Рики и уходил туда, чтобы продолжить занятия. Дверь от спортивного зала я закрывал изнутри и только после этого выпускал своего непоседливого питомца.

Рики обожал тренироваться вместе со мной. Первое время он залазил под самый потолок и опасливо наблюдал своими огромными глазами за мелькающими и свистящими в воздухе веревкой и серпами. Но вскоре осмелел и стал спускаться все ниже и ниже, пока наконец не начал все это воспринимать как какую-то игру и пытаться поймать грузик, или как его называл Блоу — фундо, в воздухе.

Сначала я очень боялся травмировать малыша и даже стал использовать деревянные камы, но постепенно заметил, что Рики в плане ловкости спокойно даст мне фору. Он легко уворачивался от оружия, а иногда даже умудрялся вцепится в груз и пищал от удовольствия, когда я раскручивал веревку вместе с ним.

— Рики! Отцепись! — мне пришлось остановить выполнение сложного элемента из-за того, что в этом упражнении груз должен был ударяться об голову манекена. — От тебя ведь мокрое место останется!

Зверек непонимающе уставился на меня и скорчил забавную мордочку, словно он не причем и просто проходил мимо.

— Ну хорошо, один полет, и ты мне не будешь мешать. Договорились?

Услышав слово «полет», эльмур радостно забегал из стороны в сторону. Я начал раскручивать фундо, а он выбрал момент, вцепился в него всеми четырьмя лапками, которые очень напоминали маленькие ручки и довольно зажмурился. Я раскрутил оружие и громко скомандовал: «Хоп!»

Эльмур отпустил груз и словно снаряд полетел вверх, но затем раскрыл свои перепонки и распушил хвост, чтобы не ударится о потолок и начал планировать вниз, описывая большие круги по залу. Мне снизу нравилось наблюдать за восторженным малышом, который своим радостным эльмурочьим ликованием оглашал помещение для тренировок.

Что касается Таи Лито, я видел ее каждый день на занятиях. Мне казалось, что, замкнувшись и отгородившись от всех, мои непонятные чувства, захлестывающие меня с головой при ее виде, постепенно пройдут. Я свыкся с мыслью, что Крикун и Дони где-то далеко, привык к отсутствию Юфина, но так и не смог побороть свое трепетное отношение к этой девочке. Иногда, мне удавалось поймать ее взгляд, но она тут же отводила глаза, а мне самому становилось неловко от этого.

В развитии Силы я достиг неплохих успехов. Обнаруженная мной возможность увеличить физические параметры, была неким дополнительным эффектом, но даже не шла в сравнение со скоростью Монтиса Блоу, или с силой Дони. Тем не менее, я продолжал развиваться в этом направлении. Несмотря на контроль профессора, я частенько получал растяжения и переутомлял мышцы, но связки больше не рвал. У меня стало получаться совмещать боевую и Силовую концентрацию, что заметно сказалось на выполнении различных упражнений. Чуть сильнее натянуть лук, чуть ускориться при увороте от тренировочного клинка противника, чуть выше прыгнуть. Все эти «чуть» неизменно давали чуть выше результат, что меня очень вдохновляло.

Так прошел первый семестр, экзамены которого я сдал лучше всех на своем курсе, не допустив ни единой ошибки. Я все еще уступал Лаэлю во владении луком и кинжалом, но теперь этот разрыв был уже не таким заметным. Хотя, зная умение этого парня скрывать свои истинные возможности, все могло быть и не так, как я себе представлял. Зато в теоретической подготовке я обходил его на целую голову.

Как-то вечером, после ужина, в моей комнату постучали и на пороге появился Юфин, который вернулся с очередного длительного задания. В руках у него была увесистая сумка, которую он поставил на пол и из нее донеслись звуки, словно внутри перекатились камни.

Я обрадованно встретил его, обнялся и поспешил с ним поделиться своими успехами. Он с улыбкой слушал о моих достижениях и кивал головой. Мне захотелось утащить его в тренировочный зал и похвастать чему научился, когда он вдруг насторожился и приложил палец к губам.

Я замер и уставился на него. Что он мог такого услышать? А когда понял, то сильно покраснел. Он двумя шагами пересек комнату и резко открыл верхние дверцы шкафа, из которого на него уставилась мохнатая глазастая физиономия. Зверек встал на дыбы и распушил свою шерстку, а Юф одним прыжком оказался возле меня, закрыл своим телом и инстинктивно потянулся к кинжалу.

— Юфин, нет! Это — мой друг! — я выскочил из-за его спины и протянул руку, на которую тут же спланировал Рики. Он забрался на мое плечо, сжался как пружина в боевой стойке и угрожающе зашипел на моего гостя. Я впервые видел его в таком состоянии, что и не удивительно, так как Рики не знал никого из людей, кроме меня.

— Эльмур? Ты приручил эльмура? Но это невозможно! — Юфин таращился во все глаза на грозного зверька. — Тысячи разумных погибли, истекая кровью, и теряя возможность дышать после их укусов. Чем ты его кормишь?

Я пожал плечами и скомандовал:

— Рики, ужин!

Эльмур опасливо покосился своими глазищами на Юфа, но все же позволил себе расслабиться, перепрыгнул мне на руку и с удовольствием вцепился зубами в мое запястье, причмокивая от удовольствия.

Ошалевший Юфин шлепнулся на кровать Дони и только покачивал головой от удивления, наблюдая за трапезой моего пушистого друга.

— А что? Шикарно! Корм покупать не надо, в туалет почти не ходит. — Он наконец-то вернулся в свое обычное состояние невозмутимости и перевел взгляд на меня.

Я улыбнулся его шутке, а он снова посмотрел на зверька.

— Значит твой организм легко переносит его яд?

— В первый раз он сильно на меня подействовал, но моя способность с ним справилась. А сейчас я просто привык, моя Сила даже не реагирует на его укусы, да и он сам не спешит обездвиживать меня. Ты ведь не расскажешь о нем никому? — мои глаза, полные надежды уставились на Юфина.

— Конечно нет, хотя должен. Если он укусит кого-то в школе, тебе несдобровать.

— Я не выпускаю его одного никуда, да и он вроде слушается меня, да, Рики? — я почесал его промеж ушей, отчего он зажмурился и еще сильнее начал причмокивать.

— И все-таки это опасно Кай, он еще маленький, а что будет когда зверек станет взрослым? Ты подумал об этом?

— Надеюсь все обойдется. Ты надолго приехал?

— Не очень. Вайс планирует крупную операцию. В городе стали пропадать одаренные люди с высоким уровнем способности. Церковь молчит, у стражников нет никакой информации, а Тайная канцелярия короля разводит руками. Никаких следов. Вчера исчез парнишка, сын крупного мануфактурщика, целитель седьмого уровня. При нем был охранник — мощный гаситель, который тоже куда-то пропал.

— А чего ты тогда делаешь здесь? — спросил я с любопытством, — Я очень рад тебя видеть, но раз в городе происходит такое…

— Об этом и я пришел тебе сообщить. Сегодня вечером я планирую повышение Силы. Надеюсь, все пройдет удачно. Я стану единственным прыгуном в Саталии, достигшим шестого уровня, и тогда ты сможешь покинуть общежитие и прогуляться по Фаэте. Дроммель оставил наблюдателей в лесу, неподалеку от школы и вокруг центрального здания Длани в городе.

— Ты собрался опять рискнуть жизнью? — известие меня огорошило. Хорошо, что я смогу наконец-то выйти в город, но плохо, что Юфину придется пройти через рискованное мероприятие.

— Не бойся, профессор Блоу не даст мне умереть. Шестой уровень позволит мне совершать прыжки по окрестностям Фаэты, а возможно, я даже смогу переместиться в ближайшее к городу село!

— Ты должен взять меня с собой, Юфин! Мне нужно находиться рядом, когда ты будешь делать это. — Я постарался это сказать как можно тверже.

— Зачем тебе это, Кай? — он пытался выглядеть спокойным, но я видел его волнение.

— Потому что ты мой друг! А друг должен быть рядом в трудную минуту.

Услышав слово «друг», Рики наконец-то оторвался от моей руки, проконтролировал поведение гостя, и одним прыжком забрался мне на плечо, обвив своим пушистым хвостом мою шею. Юфин улыбнулся при виде сытой мордочки эльмура, немного подумал и произнес:

— Хорошо, Кай. Но этот маленький объевшийся убийца останется здесь. Нам ведь не нужны проблемы со случайными свидетелями?

— Конечно не нужны! — я вытянул руку в сторону шкафа и зверек, разогнавшись по ней, одним прыжком перемахнул на него и улегся калачиком на самом краю, свесив хвост. — Пора идти?

— Да, Кай, идем.

Мы отправились в главный корпус, в кабинет Монтиса Блоу.

Профессор уже был наготове. В кабинете кроме него находились все те же неразлучные друзья Ставер и Майер, которые присутствовали и на моем повышении. На этот раз на лице ученого не было даже намека на расслабленность. Напротив, он выглядел невероятно сосредоточенным, и сейчас один за одним поглощал сколиты, накачивая себя энергией, которая может спасти Юфину жизнь.

Я тихонько уселся на стул в самом углу комнаты и наблюдал за происходящим процессом приготовления. Время тянулось неимоверно медленно. От скуки, я взял какую-то книгу и начал листать ее. Это был справочник известных мутаций животных, подвергшихся изменениям при воздействии на них сколитов. Буквы упорно не лезли в мою голову, и я ограничился лишь разглядыванием картинок.

— Принес? — голос профессора заставил меня отложить книгу.

— Да, брат Блоу. — Юфин поднял с пола сумку, поставил ее на стол и открыл. Я с любопытством приподнялся на стуле и увидел, что она полна трилитами до самого верха.

— Ого! — вырвалось у меня. — Это что, платно?

— Кай Фаэли, — раздался строгий голос профессора, — Сегодня брат Стайм собирается поглотить камень шестого уровня. Его стоимость составляет тысячу трилитов. Тебе не кажется, что у старого ученого нет столько денег, чтобы их раздавать каждому желающему поднять свою степень владения Силой?

Я понял, что сморозил глупость, покраснел и постарался увести тему в сторону.

— Значит сколит седьмого уровня стоит десять тысяч трилитов?

— А вот это правильный вопрос, Кай Фаэли, — воодушевился Блоу. — Ты будешь удивлен, но нет. Начиная с седьмого уровня, цена сколитов возрастает в геометрической прогрессии. Это связано с тем, что они крайне редки в природе. Энергетический потенциал септита, равен потенциалу десяти камней шестого уровня, но вот цена его около сотни шестерок. Желающих рискнуть жизнью и получить седьмой уровень значительно больше, чем таких сколитов в природе.

После этих слов, профессор наклонился, исчез под столом, а затем, кряхтя от напряжения, водрузил на него огромный камень, размером со здоровенный арбуз. У меня отвалилась нижняя челюсть. И эту махину должен будет поглотить Юфин?

Ставер, до этого сидевший неподвижно, открыл свою квадратную сумку и вынул моток проволоки, поблескивающей красноватым цветом. Он начал разматывать его и Юфин попытался встать и помочь, но Блоу остановил его.

— Сиди, брат Стайм. Никакого напряжения, концентрируйся и готовься. — С этими словами он взял небольшие щипчики и начал нарезать проволоку на кусочки, длиною немного меньше роста человека. Когда он посчитал, что их скопилось достаточно, к нему присоединился Ставер, и они вдвоем начали вязать из них сеть прямо на поверхности камня, оплетая его со всех сторон. Майер тем временем собрал оставшуюся проволоку и перекручивал ее толстый жгут.

Меня вдруг посетила ужасная мысль, которую я тут же поспешил озвучить:

— Если вдруг эксперимент не удастся, что будет с камнем? Он превратится в септит?

— Конечно, как и любой другой сколит. Смерть ведет к повышению уровня источника. А к чему ты спрашиваешь? Сомневаешься, что у твоего друга получится? — Майер задал встречный вопрос.

— Нет, я просто представил, что кто-нибудь может додуматься до того, чтобы начать выкачивать из людей Силу и создавать дорогие камни. А вдруг пропажа одаренных в Фаэте связана с этим?

— Ты не первый, Кай, кому пришла в голову такая мысль, — взял свое слово Блоу, — Хаттайцы давно практикуют такие вещи со своими пленными. Но ты только представь, что нужно поймать одаренного шестого уровня живым. Как правило такие люди очень богаты, у них есть дорогие амулеты, да и сами они далеко не слабаки. Тот, кто ловит их, должен обладать уровнем не ниже седьмого-восьмого, или воспользоваться услугами гасителя. Но гаситель такой степени не станет связываться с криминалом, это очень богатые люди.

— Хочу дополнить, — послышался голос Юфина, — Мы прорабатывали эту версию. В Фаэте если кто и может такое осуществить, то это члены королевской семьи. А им это не к чему. Мощь королевства прямо зависит от количества высокоуровневых людей.

— Но ведь кто-то может скрывать свой уровень! — я никак не унимался. — Живет себе такой неприметный тихий человек, а у него гипноз десятого уровня. И уводит обманом людей, а потом убивает их и делает камни.

— Кай, это очень маловероятно. Кроме того, много пропавших граждан имели четвертые и пятые уровни. Как ты это объяснишь? Квадриты и пентиты достать не проблема. А вот погибнуть от руки одаренного, при попытке его поймать, очень даже возможно. Так что этот риск не имеет смысла.

Юф озадачил меня. Пока я размышлял над этой загадкой, преподаватели закончили последние приготовления и, сейчас, сплетенный Майером жгут, находился возле растопыренной ладони моего друга, соединяя его с камнем.

— Начали! — скомандовал Монтис Блоу и воткнул острый конец жгута в руку Юфина.

Глава 2

Меня охватил жуткий трепет, несмотря на то что уже, однажды, мне довелось побывать на такой процедуре. Если бы на месте Юфина сейчас сидел кто-то другой, возможно, я бы меньше переживал. И даже то, что в этот раз переход проводили настоящие специалисты, а риск смерти был минимален, все равно я очень сильно боялся за друга.

Камень начал наливаться зеленоватым сиянием, которое становилось все более ярким. Я не смог больше сидеть в своем углу, соскочил со стула и встал напротив Юфа, от волнения схватившись за рукав Ставера. Он не стал возражать и внимательно следил за ходом процесса.

Наконец, огромный сколит начал отдавать свою энергию Юфину, наполнив его руку таким сильным изумрудным светом, что я видел, как сквозь кожу просвечиваются его сосуды и кости. Блоу стоял к нему ближе всех. Лицо профессора выглядело напряженным, а на кончике носа собралась капелька пота. Ему сейчас не легче чем Юфину, он должен сделать то, что находится на пределе его возможностей, если камень окажется сильнее.

Прошло около четверти минуты, хотя мне казалось, что это длится целую вечность. Юфин теперь светился весь, словно к нему тоже пришла богиня. Я попытался вспомнить, кому из Девяти принадлежит зеленый цвет, но в этот момент, изумрудный поток пришел в движение и начал двигаться туда-обратно. Юф принимал энергии значительно больше, чем отдавал, однако его лицо с каждой секундой становилось все более напряженным. Я обвел глазами присутствующих, но им не было и дела до того, что он чувствует. Все их внимание было приковано к движению потока, наверное, это самое главное.

Я тоже стал смотреть на течение энергии. В какой-то момент он остановился, слегка покачиваясь, туда обратно, отчего профессор невольно дернулся. Я поднял глаза на Юфина и увидел, как вздулись вены на его лбу и шее. Он посмотрел на профессора и отрицательно подергал головой, давая понять, что пока контролирует ситуацию.

Эта борьба продолжалась очень долго, я не мог сказать, пять минут прошло или пятнадцать. Но, внезапно, поток двинулся в сторону Юфина и больше не останавливался. Свечение камня стало угасать, а затем он рассыпался большой кучей песка по столу. Юфин получил свой шестой уровень.

— Смог! — выдохнул он, без сил растекся по креслу и уснул.

— Пусть отдыхает, — профессор взял щетку из угла, и начал смахивать песок в коробку. — Все свободны и спасибо за помощь. Кай, тебе пора спать.

— С ним точно все будет хорошо, господин профессор?

— Теперь уже да, иди! Завтра выходной, успеешь еще наговорится со своим другом.

Утром я проснулся от шипения Рики, который скакал по моей подушке и издавал громкое урчание. Я открыл глаза и обнаружил посмеивающегося Юфина, усевшегося на постели Дони. Эльмур, вздыбив шерсть, неотрывно следил за ним.

— Доброе утро, Кай, твой телохранитель не дает мне и шагу ступить.

— Юф, привет! — я потянулся и зевнул, а затем, вспомнив вчерашние события, резко приподнялся с постели, — С тобой все в порядке?

— В полном, как насчет прогулки по Фаэте? — на его губах заиграла хитрая улыбка.

— Правда!? — я радостно подскочил с кровати, — Мы пойдем в Фаэту? Ты не шутишь?

— Ну не пойдем, а скорее прыгнем. Приводи себя в порядок, Кай.

Я стремглав отправился в душевую, не забыв при этом спрятать малыша на верхнюю полку. Сделал все необходимые утренние процедуры и вернулся обратно. Порылся в своих немногочисленных вещах, одел тот костюм, в котором приехал из Танара и доложился Юфину:

— Я готов!

Юфин поднял меня на руки, и не успел я ничего сообразить, как вокруг мгновенно поменялась обстановка. Мы находились в какой-то комнате, со множеством шкафов и большим двусторонним зеркалом в серебристой металлической раме посередине.

— Это твой дом? — я наконец сообразил, что произошло.

— Не дом, а квартира, точнее одна из ее комнат, переоборудованная под гримерку, — ответил Юфин. — Здесь я готовлюсь к заданиям. Сейчас мы будем маскироваться, чтобы случайные люди Дроммеля нас не узнали. Кстати, парочка присматривает за парадным входом.

— Они знают про тебя?! — я испугался за Юфина.

— Конечно, но думают, что я привез тебя в Фаэту по чьему-то указанию, так что не волнуйся. — Он открыл шкаф и начал рыться в нем, выкидывая прямо на пол различные вещи.

— Нашел! — он извлек маленькое розовое платьице, легкую курточку и светлый парик.

Это что для меня?

— Я не буду это надевать!

— Что именно? — Юфин вопросительно уставился на меня.

— Это! — я указал на платье.

Он перевел взгляд на девчачьи вещи и произнес серьезным тоном:

— Тебе придется это надеть, Кай.

— Нет! Я тогда никуда не пойду. — Я надулся и отвернулся от него.

За спиной раздался сдавленный смех, а затем Юфин не выдержал и расхохотался во весь голос.

— Не смешно! — буркнул я.

— С чего ты вообще решил, что я одену тебя как девочку? — из его глаз уже показались слезы безудержного веселья.

— Ну ты же сказал будем маскироваться, чтобы нас не обнаружили люди Дроммеля, а затем достал эти вещи! — Я кивнул на гору тряпья.

— Вообще-то я искал вот это, — он поднял из кучи белокурый парик, — Сейчас мы его немного укоротим, и ты превратишься в выходца Северного острова, приехавшего в столицу Саталии к своему дедушке на каникулы.

Юфин открыл еще одну дверцу и вынул накладную бороду.

— Ну как? — он нацепил ее на лицо, — Похож?

— Нет. Ты слишком молодой!

— Это мы сейчас исправим! — он извлек из недр шкафа небольшой чемоданчик и открыл его. Я с любопытством уставился внутрь и увидел там гору баночек, кисточки, телесного цвета пластырь и еще кучу мелких приспособлений.

Спустя полчаса, в одном из гражданских кварталов, из переулка вышел слепой, убеленный сединами старик с тростью, дорогу которому указывал совсем юный мальчик с полноватым для своего возраста лицом и красивыми светлыми кудрями, выдававших в нем потомственного вайда. Мы постарались на славу, и сейчас нас не узнал бы даже Крикун. Юфин, чтобы не привлекать внимания, перенес нас в безлюдное место, неподалеку от центра.

Фаэта. До этого я видел ее только с парома и из окна кареты. Юф весь день водил меня по самым интересным местам: мы побывали на главной площади, сходили в зоопарк, посетили рынок, где он накупил мне кучу разных вещей. Я как мог отказывался, объясняя ему, что у меня есть деньги, но он и слышать не хотел, объяснив мне, что это сущие крохи для него.

А еще мы повстречали кучу разных интересных людей. Иногда, толпа расступалась перед конной процессией, и он мне рассказывал о тех важных особах, который в ней ехали. Я очень надеялся увидеть короля, или хотя бы его легендарного телохранителя Роферса, но, к сожалению, они так и не появились. Юфин показал мне как выглядят инквизиторы, те самые, которых мне нужно опасаться. Они носили такие же одежды, как и служители девяти богов, только ярко-алого цвета. Впрочем, мой друг объяснил, что главную опасность представляют не они, а переодетые в граждан служители из их тайного отдела. Юф показал мне, как незаметно проверить, следят ли за тобой, и как правильно действовать, если ты заподозрил слежку.

Вечером мы посетили самую большую в городе кондитерскую, что располагалась неподалеку от Дворцовой площади, где я, кажется, съел мороженного больше, чем до этого за всю свою жизнь. А когда мы снова переместились в общежитие школы, и я улегся в кровать, то заново прокрутил этот день в голове и понял, что впервые за долгое время почувствовал себя по-настоящему счастливым ребенком.

На следующий день Юфин снова пришел ко мне утром, но на этот раз его взгляд был очень хмурым. Я не привык его видеть таким, поэтому сразу забеспокоился и поинтересовался у него в чем дело.

— Пропали два брата, мои бывшие однокурсники. Оба одаренные пятых уровней, теперь это дело прямо касается нашей организации. Кай, извини, но сегодня выйти в город не получится, Вайс отправляет меня на задание. Я, конечно, могу найти причины и отказаться, но потом сам себя перестану уважать за это.

Меня сильно расстроила эта новость, но я понимал, что Юфин прав. Если бы сейчас до меня дошли вести, что с Крикуном или Дони что-то случилось, я бы не раздумывая отправился им на помощь.

— Юфин, не переживай. Я понимаю, что они для тебя могли значить и подожду. — Я вдруг вспомнил, о чем хотел у него давно спросить, — Ты можешь поговорить с магистром, чтобы мне дали доступ к правдивым книгам? В этом семестре мои оценки самые лучшие!

— Конечно поговорю! — кажется он обрадовался, что я нормально отреагировал на неприятное известие. — Жди!

Он исчез, а я вспомнил, что теперь ему совсем не надо куда-то ходить. У него потрясающая способность, не то, что моя. Хотя я еще даже не представляю, что ждет меня дальше. Мой третий уровень уже порадовал меня тем, что я могу усиливать и ускорять свои мышцы. А вдруг на следующей ступени у меня откроется что-нибудь совсем невероятное!? Но до этого ждать еще целых полгода!

Юфин снова появился в моей комнате, спустя несколько минут. При его внезапном появлении, Рики отпрыгнул на шкаф, словно кошка, но затем разглядев визитера, успокоился и перестал шипеть. Кажется, он начинает понимать, что этот человек для нас не чужой.

— Лови! — Юф подкинул в воздух серебристый жетон, который я тут же перехватил в воздухе, — Это позволит тебе изучать любые книги во всех залах, кроме одного. В него имеет доступ только сам магистр. У высшего руководства Длани тоже есть свои секреты.

— Какие? — до этого момента я думал, что у братьев нет тайн друг от друга.

— Да хоть вот этот, — он опустил воротник и показал почти незаметный шрам на своей шее.

— Это тот самый «паучок»?

— Он правильно называется тенкат. Их используются повсеместно, когда человек дает обет или клятву, это гарантия, что он ее не нарушит. Но вот откуда они берутся и каким образом действуют — об этом в нашем государстве знают только несколько человек. И оба наших магистра, а также в какой-то мере Ставер, владеют этой тайной.

— Обалдеть! Значит мне никогда этого не узнать?

— Ну почему же! Если ты когда-нибудь станешь Великим магистром…

— Фу, они скучные. Сидят целый день в своих кабинетах. — Я скривил лицо, — А разве нельзя тенкат вытащить у мертвого человека и изучить?

— Они растворяются после смерти, а попытка вытащить его у живого человека, приводит как раз к ней. Ладно, мне пора, Кай. Не скучай, я скоро вернусь. — Он обнял меня, а затем исчез.

Я немного постоял, сжимая жетон в своем кулаке, и решил не мешкая отправится в библиотеку.

Хранилище знаний Длани располагалось на последнем этаже главного корпуса. Как и ожидалось, в выходной день здесь не было ни одной живой души, за исключением пожилой женщины-библиотекаря с миловидным лицом. Одета она была в такую же форму, как и все остальные члены братства, и я отметил, что она на ней совсем не смотрится. Я показал ей жетон.

— Здравствуйте, мне разрешили приходить сюда, — я помахал пластинкой из металла и сделал как можно более умное лицо. — Покажете, где у вас тут стоят книги, которые не одобряют королевские историки?

Она немного растерялась, то ли от моего возраста, то ли от вопроса, но потом собралась и ответила:

— А какой именно темой интересуется уважаемый брат… — она запнулась.

— Фаэли. Меня зовут Кай Фаэли. Я бы хотел прочитать книгу про эльфов, уважаемая сестра.

— Сестра Лаэрта. Идем со мной. — Она провела меня мимо стеллажей с книгами в одно из соседних хранилищ. — Пришли. Шкафы со второго по четвертый. Это полное собрание материалов по этой тематике. Хочу заметить, что книги выносит из помещения хранилища нельзя, выбранные экземпляры отмечаете у меня. Если повредите книгу, вас ожидает штраф.

Я оторопел от этого бесконечного множества переплетов и страниц, которые предстали передо мной. В моем понимании это должна была быть одна книга, в которой бы я нашел все ответы. А тут целых три огромных шкафа… Я беспомощно посмотрел на сестру Лаэрту.

Эта женщина, кажется, поняла причину моей растерянности. Ее лицо немного смягчилось, и она участливо посмотрела на меня:

— Может быть брат Фаэли уточнит, что конкретно он хочет прочитать?

— Эльфийская магия крови, — ляпнул я первое, что пришло в голову.

— Минутку, — она придвинула небольшую деревянную лесенку, и начала перебирать корешки, изредка вытягивая ту или иную книгу и подавая их мне. Когда я еле смог выглядывать из-за стопки, образовавшейся в моих руках, она наконец-то спустилась вниз и отвела меня за столик.

— Для начала вам хватит.

Я согласно закивал головой. Лаэрта ушла к своему рабочему месту, а я начал разглядывать заголовки и выбрал средней величины книжечку, под длиннющим заголовком: «Трактат о сущности крови, ее свойствах, способах сохранения и переноса структур носителя, а также простейшие заклинания и ритуалы с ее применением.». Небольшая аннотация в начале утверждала, что это был перевод с эльфийского языка, сделанный незадолго, до событий, повлекших раскол это народа. Выходит эта книга написана самими эльфами!

Мне стало интересно, и я погрузился в чтение, изредка записывая карандашом на раздобытый у Лаэрты листочек непонятные термины, а затем отыскивая их значение в толковых словарях, которых в библиотеке хватало с избытком. К вечеру я закончил ее прочтение и еще долго сидел, и размышлял пораженный до глубины души, о том, какое неверное представление создают у людей те книги, что читают обычные горожане.

Вопреки расхожему мнению, эльфы мне перестали рисоваться в виде каких-то невероятных злодеев, которые вспарывают тела невинных ради удовольствия и заливают фонтанами крови свои испещренные рунами алтари. Конечно, такие обряды существовали, но вызваны они были лишь невозможностью получить ценную жидкость без насилия. Как оказалось, самой сильной считается кровь, отданная носителем с его же согласия, при этом не должен использоваться обман или гипноз, так как они меняют структуру. Добровольно отданной жидкости нужно было совсем немного, в отличии от полученной против воли ее обладателя.

Но проблема как раз и состояла в том, что кровь самих эльфов плохо подходила для волшбы, поскольку была пропитана магическими эманациями, и очистить ее от них стоило колоссальных усилий. Кроме того, это было очень невыгодно. Поэтому для достижения необходимой концентрации энергии они использовали ее в больших количествах, не спрашивая согласия ее хозяев, что и породило все те ужасные истории.

А вот то, что они старались для самых сильных заклинаний добыть кровь человеческих младенцев, оказалось чистой правдой. Потому что чем меньше прожил на свете человек, тем более у него чистая кровь, несущая минимум информации и неиспорченная различными воздействиями магических полей. Когда я это узнал, по моей спине забегали мурашки. Я чувствовал причастность к тайным знаниям и это жутко будоражило и пугало одновременно.

К радости или печали, все эти знания не имели особого смысла для людей, потому что они утратили магию, променяв ее на Силу. Мне вдруг пришло в голову, что ушастые могли специально убедить человечество отказаться от волшбы, чтобы те не портили свою кровь, и у эльфов всегда был под рукой отличный материал для своего колдовства. Надо будет потом спросить у профессора, так ли это.

Едва я подумал о профессоре, как он собственной персоной появился в дальнем проходе библиотеки и подошел к госпоже Лаэрте. Переговорив с ней, он обратил внимание на меня и направился в мою сторону.

— Хм, интересные вы книги читаете, молодой человек, — он подошел к столу, приподнял книгу в моих руках и вслух прочел заголовок, — Никак магию крови решили освоить?

— Здравствуйте, профессор Блоу, — просто стало интересно узнать правду об эльфах и их колдовстве, — Жалко, что люди разучились применять заклинания, я нашел парочку интересных и весьма полезных.

— На самом деле, Кай Фаэли с магией крови не все так просто. В отличии от многих других видов магии, она использует энергию крови, а не окружающей среды. Теоретически ты можешь научится некоторым простым вещам, в которых не задействована магия других видов. Помнишь, наш эксперимент у меня в кабинете? — он указал на мой шрам, — Я понятия не имею, как работает магия. Но тем не менее заклинание сработало.

И тут я понял, что он прав. Епископ Баренс тоже не владел магией, но как-то заставил светиться кинжал, и с его помощью мог отправить мою душу во Тьму.

— Это означает… это… — мой голос задрожал, — Что я могу использовать некоторые заклинания?

— Да, но тебе нужны будут кое-какие костыли для этого. В частности, начертание рун и артефакторика. В нашем эксперименте источником магии выступал тот самый пергамент из человеческой кожи.

— Но ведь умение рисовать руны только у единиц одаренных, и все они на службе у короля! — я с сомнение уставился на профессора.

— Бред и чепуха! Очередные сказочки для непосвященных граждан. Для обоих этих наук важно умение концентрировать свою Силу на самом высоком уровне, тогда ты сможешь ее вложить в изображение руны или предмет. Ни одна из доступных гражданам школ в Четырех королевствах не учит владеть концентрацией Силы на таком уровне. У короля на службе обычные одаренные, которым дали возможность получить эти знания, только и всего.

— Значит я могу найти такие учебники в нашей библиотеке? — сердце застучало так, что кажется Блоу это услышал.

— Нет, Кай Фаэли. Спокойствие и независимость Длани держится на множестве соглашений, заключенных с королем. Это политика. Он монополизирует некоторую информацию, которая не особо нужна в нашей работе, а взамен мы легально находимся на его территории, и он закрывает глаза на некоторые вещи. Обоюдовыгодное сотрудничество. Так что теперь ты понимаешь, что для того, чтобы добыть такие знания тебе придется очень потрудиться. И здесь я тебе, увы, не помощник.

Меня пронзила догадка.

— Вы сказали артефакторика. Я читал, что это наделение обычных предметов необычными свойствами. Получается гасители, перенося структуру поля Антисилы в глауфитовый кристалл, создают, по сути, артефакт, охраняющий жилище? И выходит, что в школах гасителей это совершенно обычное знание, которое дают ученикам?

— Молодец! Но для граждан это выглядит как что-то само собой разумеющееся, и они не задумываются о природе вещей, а просто приглашают специалиста. Артефакты им представляются чем-то загадочным и непостижимым. Хотя надо заметить, что использование записывающего структуру Силы минерала, еще не делает тебя артефактором. Истинный артефакт, который создан не одаренным, а настоящим магом, способен действовать без глауфитов и сколитов, только лишь на одной магии. Но суть в том, что и тот, и другой методы хоть и имеют разный принцип действия, но дают один результат.

В моей голове начала образовываться каша, и я поспешил прекратить дальнейшее обсуждение, чтобы хорошенько усвоить материал сегодняшней книги, а также знания, полученные от Блоу. Близился ужин, а мне еще нужно было накормить эльмура. Я попрощался с профессором, бережно взял книги и отнес их Лаэрте на проверку, а затем побежал обратно в общежитие.

Влетев в комнату, я первым делом позвал питомца:

— Рики, ужин!

Но вместо привычного радостного пищания и скрежета коготков по деревянной поверхности полок, меня встретила полная тишина.

— Рики, ты где? — я открыл дверцы шкафа, перерыл все вещи, заглянул под обе кровати.

Эльмура нигде не было.

Глава 3

У меня душа ушла в пятки. Если он кого-нибудь покусает, мне придется отвечать за это, и добром такое точно не закончится. Я попытался успокоиться и присел на кровать. Надо все обдумать, возможно я паникую раньше времени.

Для начала внимательно осмотрел замки на окнах, они были закрыты и выбраться через них он точно не смог бы. В комнате прятаться негде — из мебели тут только две кровати, тумбочка и шкаф, который я уже проверил. Остается вариант, что кто-то заходил в комнату в мое отсутствие. Все запасные ключи находятся у дежурного. Значит, если кто-то у меня и был, то он не смог бы проникнуть, не повредив замка, хотя… Я вспомнил о способности Юфина, но сразу исключил его. Он бы точно не стал ничего делать в мое отсутствие.

Получалось все-таки нужно спрашивать дежурных, чем я, собственно, и занялся. Сбежал вниз по ступеням и обратился к скучающим парням.

— Ребят, ко мне никто не приходил? Кажется, в моей комнате побывал кто-то во время моего отсутствия.

— Не-а, — лениво ответил один из парней и кивнул головой на шкафчик с ключами. — Он уже с месяц опечатанный стоит. Кстати, завтра твоя смена, Кай.

И правда, у меня совсем вылетело из головы очередное дежурство. Я их откровенно не любил, поскольку в этот день приходилось пропускать занятия, а потом переписывать уроки из коряво написанных конспектов.

— Спасибо, что напомнил, Рид. Ладно. Раз все в порядке — хорошей смены.

Я взбежал по лестнице, снова вошел в свою комнату и вдруг услышал шорох наверху. Поднял глаза к потолку и обнаружил любопытную физиономию эльмура, выглядывающую из пресловутой дырки.

— Рики, паразит! Ну ты меня и напугал. Бегом ужинать!

Два раза просить не пришлось, зверек спланировал мне точно на руку и вцепился в любимое запястье. Я внимательно осмотрел его, и увидел, что он весь перемазался в каком-то порошке, который переливался всеми цветами радуги в его шерстке. Дождался, пока он насытится, взял одежную щетку и начал вычесывать это вещество из его меха, отчего он зажмурился и заурчал, попеременно подставляя то один, то другой бок. На тумбочке образовалась небольшая щепотка загадочного разноцветного песка. Мне стало интересно, что это такое, и я собрал его в бумажный кулек.

После ужина сбегал со своей находкой к профессору в надежде, что он прояснит мне что бы это могло быть. Но Монтис Блоу меня расстроил, бросив всего один беглый взгляд на мое сокровище и сообщив, что это измельченная нейтральная порода с рудников, где добываются минералы. Она использовалась как прослойка в ящиках для перевозки камней, соприкосновение которых между собой было нежелательно. Я немного расстроился, что это не оказалось чем-то особенным и выкинул свою находку.

На следующий день, с самого раннего утра, мне пришлось заступить на дежурство. Я решил воспользоваться этим и запланировал ночной поход на чердак, чтобы хоть чем-то заделать эту проклятую дыру, а заодно проверить откуда там взялся этот песок. День прошел без особых приключений. Когда стемнело и прозвучал отбой, дежурный преподаватель отправил меня и напарника мыть коридоры. Это входило в обязанности дежурного по общежитию.

Мне повезло. Проверяющим сегодня оказался учитель истории — старикашка Могель, который славился тем, что засыпал даже на уроках, а значит до утра больше нас никто не потревожит, и я спокойно смогу слазить на крышу общежития. Мы поделили со вторым дежурным этажи, и когда он справился со своей работой, то сменил меня на посту. Я взял у него ключи, набрал ведро, размазал воду тряпкой по полу, создав видимость уборки, и направился в подсобное помещение, откуда выходила лестница на чердак, понадеявшись, что на связке найдется подходящий ключ.

Взобравшись наверх, я обнаружил заросший паутиной люк и старый ржавый замок. Ключ подобрался быстро, но мне пришлось долго повозится, прежде чем изъеденный временем механизм поддался, издав противный скрежет. Я забрался внутрь, и меня встретил затхлый запах старины. К моей голове что-то прикоснулось, отчего я было перепугался, но вскоре сообразил, что это просто шнурок включателя. Без особой надежды потянул за него, и о, чудо! Сколитное освещение здесь оказалось вполне рабочим. Огляделся вокруг и обомлел…

Все помещение чердачного этажа было заставлено старыми стульями, столами, какими-то непонятными деревянными приспособлениями, напоминающими вешалки, но это было не главное. В дальнем углу помещения, прямо над моей комнатой, я обнаружил гору сокровищ! Здесь хранились бутылки с какими-то жидкостями, различные химические порошки, старые потрепанные книги и куча самых разных ящиков с лабораторными склянками, пробирками и прочими полезными штуками. Даже обнаружилась маленькая сколитная печка, наподобие той, что я видел у Марты. Один из ящиков покоился на полу разбитым, и из него высыпался тот самый песок, в котором, по всей видимости, покувыркался мой питомец.

Я разгреб его и обнаружил массу самых разных камней, из которых я узнал только один, так сильно напоминающий обычный сколит. И хотя, я точно не был уверен, что это, но очень сильно понадеялся, на то, что он окажется онитом, из которого изготавливают амулеты.

Остальные ящики стояли не тронутыми, похоже завтра мне предстоит поход в библиотеку и изучение книг по геологии. Я собрал рассыпавшиеся камни в горсть и распихал их по разным карманам. Внутри появилось ощущение, что я их краду, но мне удалось убедить себя, что это временно, и после изучения они опять займут свое место. Я закрыл злополучную дырку в потолке, задвинув на нее один из ящиков, запер чердак, доделал уборку на этаже и утром быстренько сдал новым дежурным смену, но вместо положенного дня отдыха направился во владения Лаэрты.

Всего камней оказалось девять штук и пять из них мне удалось распознать по внешнему виду, а для определения остальных четырех нужно было провести анализ и исследовать их свойства, чтобы точно выяснить их происхождение. Впрочем, меня это не сильно расстроило, самое главное, что среди них оказался глауфит! В книге говорилось, что они становятся мутными, после соприкосновения с прямым солнечным светом, или после записи какой-нибудь структуры Силы, а мой был прозрачный как слеза, из чего я сделал вывод, что он пригоден для использования.

На следующее дежурство я повторил свой забег на чердак, вернул все камни на место, но на всякий случай спрятал глауфит в сторонке. В моей голове прочно поселилась мысль проверить свою теорию и когда-нибудь попробовать записать на него телепорт.

Дни в заточении, тянулись ужасно долго, и я полностью погрузился во все доступные книги, которые только находил. Моя память постоянно заполнялась новыми знаниями, которые прочно оседали там. На теоретических уроках мне приходилось откровенно скучать, так как преподаватели обычно рассказывали то, что уже давно мной было изучено. Моя одержимость знаниями стала влиять на физические занятия, я все меньше старался выкладываться по полной, а появившийся было на горизонте Лаэль опять начал уходить в отрыв.

С ним, кстати, мы стали общаться намного больше, чем раньше, но он оставался для меня такой же загадкой и замыкался, когда я делал попытки разузнать о нем что-нибудь. Он тоже настоял на том, чтобы жить одному и много времени проводил, закрывшись в своей комнате. А если я внезапно приходил к нему поболтать, то он подолгу не открывал дверь, что казалось мне очень подозрительным. Когда он меня все же впускал вовнутрь, я начинал безуспешно шарить взглядом по комнате, пытаясь определить в чем была причина задержки. Но его интерьер мало отличался от моего и спрятать что-либо здесь было негде.

Из-за своей неуемной тяги к знаниям я стал пропускать тренировки с кусаригамой, и все чаще замечал, что Блоу смотрел на меня с каким-то сожалением, но свои мысли так и не озвучивал. Мне показалось, что он стал отдаляться от меня.

От Юфина за полгода так и не было никаких вестей. Правда до меня доходили слухи, что пропажи одаренных в Фаэте прекратились, но он так и не объявился, а мне становилось невыносимо торчать в четырех стенах.

В общем первый год моего обучения подошел к концу без особых происшествий, и вскоре передо мной встал вопрос отпуска. Ехать мне было абсолютно некуда, поэтому я понадеялся, что Юф все-таки покажется и остался в первой смене дежурных. Поскольку все ученики разъехались, хозяйственных работ было не так много и большую часть времени я маялся от безделья.

Как-то после обеда, я сидел в комнате и дрессировал Рики, который уже заметно подрос, и почти достиг размеров взрослого эльмура. В дверь негромко постучали. Я забросил его на шкаф, погрозив ему пальцем. Он хорошо понимал этот жест и, потому, мгновенно затих. За порогом обнаружился никто иной, как профессор Монтис Блоу. Он без приглашения вошел в комнату, строгим взглядом окинул обстановку и в лоб задал мне вопрос:

— Кай, почему ты забросил тренировки с профильным оружием? Да и на кинжалах с луком ты не блещешь!

Я попытался что-то промямлить насчет постоянной занятости и подготовки к экзаменам. Он спокойно выслушал эту ложь, а потом произнес:

— А теперь давай на чистоту. Я помню, как ты горел на той поляне и обещал победить всех выпускников; доказать Лаэлю, что он не прав насчет твоего выбора. Куда делся тот парень с искрящимися глазами? Сейчас я вижу перед собой обычного ребенка, пускай и умного. Ты превратился в книжного червя, живущего в библиотеке. Да, ты сдал всю подготовку на отлично, но это совсем не тот результат, которого я от тебя ждал.

Я растерялся, прекрасно понимая, что это чистая правда. Захотелось как-то оправдаться, но вместо этого к горло подступил комок и меня прорвало…

— Господин Блоу, я целыми днями сижу тут как в тюрьме! Мои немногочисленные друзья находятся неизвестно где, и я не знаю, что с ними. Вы говорите про тренировки, но я не понимаю, для чего они нужны, если мне даже нельзя выйти за территорию братства! Один день, всего лишь один день я чувствовал себя нормальным и живым человеком, когда Юфин вытащил меня в город! — я почувствовал, что если продолжу, то зареву и замолчал.

— Кай, это временная мера. — На его лице отобразилась растерянность.

— Временная? Вы думаете Дроммель обо мне забудет? Почему мне просто нельзя пойти и убить его? Вы же знаете, что он на стороне Тьмы!

— Кай, нельзя все в жизни решить так просто. Это тебе не Танарский епископ, которому и в голову не могло прийти, что за ним придет восьмилетний мальчик…

— Девять, — буркнул я, — Уже девять. И это был самый худший год в моей жизни! У изгоев в Танаре и то было лучше.

— Прости, я забыл про твой День рождения.

— Все забыли, даже Юфин.

Профессор надолго замолчал, и в комнате повисла тишина, да такая, что я начал бояться, как бы не обнаружил себя эльмур.

— Кай, — он тяжело вздохнул, — Я не могу как Юфин вывести тебя в город, даже со своей сверхскоростью. Инквизиция вооружена жезлами, которые затрудняют использование Силы, а мой уровень не так высок, чтобы этому противостоять, я ведь даже ни разу ни проходил через повышение.

— Вы не повышали уровень? Но почему? — я не поверил своим ушам.

— Тыне поверишь мне, но я просто боюсь. Всю свою жизнь я отдал науке и обучению других, но никогда не пытался узнать сам, что там, на следующем уровне. Мне так спокойнее. — Он вдруг улыбнулся без повода и перевел тему разговора. — Кай у меня для тебя предложение, но сначала ты должен мне дать слово.

— Какое? — я шмыгнул носом. Все-таки мне удалось не заплакать.

— Ты не пропускаешь ни одной тренировки, и стараешься как раньше, а я тебя научу высшей концентрации. Ты сможешь заняться своей чертовой магией крови. Правда только простейшей, той, которой не нужны руны и артефакты. Впрочем, сами руны не такая уж и загадка, я дам тебе парочку книг, которые объясняют их значения.

— Правда!? — я аж подпрыгнул на кровати! — Так вы…

— Тише, если кто-то узнает об этом и твоя, и моя голова полетят с плеч. Я же все-таки был не последним человеком на королевской службе, и кое-чему там научился.

— Погодите, а как же обет? Вы ведь не сможете мне рассказать. — Почти шепотом произнес я.

— Кай, я настолько стар, что, когда служил у отца Его Величества, о тенкатах никто и не знал. Так что единственный мой обет — служение Серой Богине, но она не запрещает обучать членов братства. — Он мне заговорщически подмигнул. — Естественно о наших занятиях никто не должен знать.

— Даже Юфин?

— Даже Юфин. — Ответил мне профессор. — Но стоит тебе пропустить хоть одну тренировку с оружием и наш договор прекращает действие. Договорились?

— Еще бы! — я уткнулся лицом в живот профессору и обнял его, — Вы теперь тоже мой друг!

Кажется, я зря произнес последнее слово… Со шкафа раздался радостный писк и Рики спланировал мне на плечо. Он начал вращать головой, переводя взгляд с меня на гостя, словно пытался спросить, стоит ли оставлять профессора в живых.

— Так-так, — Блоу, не делая резких движений, медленно отошел к двери, — Очередной сюрприз от Кая Фаэли — живой эльмур. Он опасен?

— Нет, господин профессор, — я снял малыша с плеча и почесал за ухом, — Я нашел его на той поляне, где была укушена Фальма и не смог его бросить. Мне…

— И выудил из меня знания об особенностях кормежки эльмуров! — закончил за меня профессор. — Думается я знаю, чем ты его кормишь, с твоей-то способностью! Почему не сказал мне раньше? Юфин знает?

— Я боялся, что вы его убьете. Как его родителей… — я уставился в пол и спрятал глаза.

— Кай, что творится в твоей голове? Ты не пожалел троих взрослых людей, отправив их в чертоги Фагумена, но спас жизнь детенышу опасного хищника!

— Он не убивал невинных в отличии от тех мерзавцев! — я приготовился защищаться, — Разве он виноват, что родился таким? Или в том, что убили его маму и папу, за то, что они хотели всего лишь накормить своего малыша?

Профессор странно улыбнулся на мои слова и, вдруг, произнес то, что я от него никак не ожидал:

— Можно его погладить?

— Не знаю, к нему никогда никто не прикасался, кроме меня, даже Юфин.

— Ну, думаю моей скорости хватит, чтобы унести ноги, если он бросится. — Блоу приблизился ко мне и медленно стал протягивать ладонь к эльмуру.

Малыш встрепенулся, нахохлился, но шипеть не стал, а уставился на руку профессора.

— Друг, Рики, это наш друг. — Я попытался успокоить его.

Эльмурчик вытянул морду, принюхался и вдруг одним прыжком перепрыгнул на предплечье незнакомца. Блоу замер, а Рики начал передними лапками перебирать складки его рукава, пытаясь добраться до запястья.

— Рики, нельзя! — я погрозил ему пальцем.

Он расстроено посмотрел на меня и перебежал на плечо профессора, а затем запустил свои маленькие ручки в его седые волосы и начал там что-то усердно искать. Я перевел взгляд на ученого.

— На сегодня хватит знакомства, — произнес он, уклоняясь от наглой физиономии зверька. — Вижу, что эльмур тебя слушается. Кто бы мог подумать, что его можно приручить!

— Рики! — позвал я и протянул ладонь.

Зверек ловко спрыгнул на нее, перебрался мне на плечо и привычно улегся, обвив хвостом шею.

Блоу о чем-то задумался, а затем его лицо посветлело, словно он что-то придумал.

— Кай, ты можешь гарантировать, что он никому не причинит вреда?

— Если на него или меня никто не нападет, то да. Он послушный.

— Жди здесь! — Блоу исчез, оставив после себя покачнувшиеся от ветра занавески, а через пару минут постучал в дверь снова. В руках у него были какие-то заполненные склянки, щетка и кисточка.

Я удивленно поднял на него глаза.

— Устав школы не запрещает ученикам иметь маленьких питомцев, если те не создают угрозы жизни других людей и не приносят иные проблемы. Кстати, в комнате Фальмы и Таи живет котенок, если ты не знал.

— Не знал! — я покраснел. Почему он вспомнил именно про Таю?

Но профессор не обратил никакого внимания на мое смущение и продолжил:

— Как-ты смотришь на то, чтобы присвоить своему зверьку гражданство и легализовать его право находится на территории общежития? — Блоу хитро подмигнул.

— Но как? Вы поговорите с Кригером?

— Нет, конечно! В тот день, когда мы ему скажем про эльмура, он выкинет нас обоих из школы! Хотя ректор уже возможно знает о Рики — никогда нельзя быть уверенным в чем-то, если дело касается невидимки.

— А что тогда? Это как-то связано с тем, что вы принесли? — я снова начал всматриваться в содержимое баночек.

— Да. Это краска. Эльмуры выдают себя характерными черными полосками на спине. Признайся, что ты тоже сначала перепутал их с обычной белкой-летягой, когда впервые увидел?

Я кивнул головой.

— Так что придумаем сказочку, что тебе было одиноко безвылазно сидеть в школе, и профессор Блоу или Юфин сжалились и купили тебе на рынке белочку.

Я захлопал в ладоши от этой идеи:

— Давайте скажем что вы! Юфин давно не появлялся, а преподаватели знают, что мы с вами занимаемся дополнительно и не станут ничего подозревать!

— Договорились, сейчас я разведу краску, и мы сделаем его окрас равномерно серым. — Он смешал в банке две густых жидкости, больше похожих на мазь, затем добавил какой-то раствор и перемешал получившуюся смесь до однородной массы. — Все, готово, дальше сам. Наносишь кисточкой на шерсть, а после вот этой щеткой равномерно распределяешь состав. Подержишь полчаса и тщательно смоешь водой. И не забывай, вечером тренировка!

Блоу покинул мою комнату, а я неуверенно взял в руки кисть и уставился на Рики, который с любопытством принюхивался к содержимому банки.

В итоге эта затея удалась, я спокойно перемещался по общежитию и территории школы с Рики на плече, и он постепенно привык к тому, что в мире кроме меня, Юфина и Блоу существует множество других людей. Кроме того, он очень понравился Тае, которая, как и я, выбрала первую смену дежурства, и у нас теперь нашлись общие темы по воспитанию животных. Мы стали изредка захаживать друг к другу в гости, и я познакомился с ее Кусей. Рики отнесся к новой знакомой удивительно благосклонно, они быстро подружились и придумали себе игры.

На тренировках я стал заниматься с удвоенной энергией, радуя профессора, который сдержал свое слово и стал меня обучать продвинутой концентрации. Это оказалось очень сложным, так требовало настолько отстраниться от окружающего мира и уйти в себя, что у меня очень долго не получалось даже близко подойти к правильному состоянию. Я написал себе множество конспектов по магии крови и вечерами пытался провести хоть какое-нибудь самое простенькое колдовство, но пока ничего не получалось.

На последней неделе дежурства объявился Юфин. Моей радости не было предела! Он все-таки не забыл про мой прошедший в одиночестве День рождения и привез мне обалденный лук, который специально заказал под мой рост и силу. Он выглядел изумительно! И был куда лучше девчачьего, а еще имел регулировку, благодаря которой я мог увеличить его плечи и изменить натяжение тетивы.

— Это тебе на вырост! Его хватит до конца твоего обучения, а там ты уже сможешь пользоваться настоящим боевым луком! — пояснил он.

Мы с ним обсудили последние новости. Мне особо похвастаться было нечем, кроме своих достижений в изучении школьных предметов, а вот он рассказал мне, что похитителей так и не удалось выследить, но они как будто узнали, что на них объявили охоту и затихли. Зато люди теперь стали пропадать в Сторсе, том самом порту, через который мы проплывали почти год назад… В ответ Длань сконцентрировала все силы для поиска преступников в этом городе. Но все оказалось безуспешным. Похитители опять залегли на дно.

А еще он мне передал привет от Крикуна. У которого, по его словам, все было замечательно, и он даже теперь официально числился младшим матросом на каравелле Джаиля. Юфин рассказал, что тот сильно подрос и даже научился немного владеть своим голосом, совсем перестав употреблять камаису. Мне сильно захотелось увидеть его, и я поинтересовался, может ли Юф теперь допрыгнуть до восточного порта, на что он пояснил, что для этого нужно очень много энергии, и в один прыжок никак не уложиться. Кроме того, нужный нам корабль ушел в многодневное плавание аж в Далийский халифат.

Поскольку у меня наступили официальные двухмесячные каникулы, Юф устроил мне настоящий праздник и вытащил в Фаэту. Он снял небольшую квартиру в одном из гражданских кварталов, и пообещал, что там я смогу расслабиться и пожить нормальной жизнью. У него возникли некоторые трения с Блоу, которые он, впрочем, уладил, пообещав регулярно доставлять меня на тренировки. Он специально отказался от всех заданий на два ближайших месяца и это было поистине замечательно время! Я гулял сколько хотел, ни в чем не ограничивая себя, а по вечерам читал книжки, что дал мне профессор, и учил начертание рун. Однако, магия крови все также не поддавалась. Профессор сказал, что это все из-за того, что я до сих пор не научился концентрировать Силу на нужном уровне и терпеливо продолжал меня обучать этой науке.

Так пролетел еще месяц, пока однажды днем Юфин не заглянул ко мне в гости с кислой миной. Я удивился, тому, что он находится в таком состоянии и поинтересовался в чем причина, на что он ответил фразой, которая изменила всю мою дальнейшую жизнь.

— Нас с тобой вызывает Лэтчер Вайс. У Длани возникли большие трудности, и, кажется, только ты способен их решить. Тебя хотят направить на задание, и это не тренировка, Кай, а полноценное мероприятие.

Глава 4

— Я должен кого-то убить? — я почувствовал, как к моему лицу прилила кровь — Но я ведь еще не готов!

— Я пока сам не в курсе дела, Кай, но Вайс настаивает, что твое присутствие необходимо на задании. Он знает о твоих успехах, так как они с Кригером поддерживают постоянный контакт.

— Мне… но как… — слова застряли в горле, и я беспомощно посмотрел на наставника.

— Не волнуйся, одного тебя никуда не пошлют, он сказал, что я могу быть в группе сопровождения. Ты готов?

— Что, прямо сейчас?

— Да, операция состоится послезавтра, где-то за пределами Фаэты. Больше пока ничего не известно.

Мне ничего не оставалось, как согласиться и начать приводить себя в надлежащий вид. Я вытащил выстиранную форму из шкафа, которую рассчитывал одеть не раньше осени, и начал одеваться. Рики наблюдал за мной печальными глазами, оставаться один он жутко не любил. Когда все было готово, Юфин взял меня за руку, и мы переместились в мою комнату в общежитии.

— А почему сюда? — я удивленно оглядывал знакомые стены.

— Ты забыл про гасящее способности поле над главным зданием? Это у вас в школе его включают только ночью. Поедем как все нормальные люди.

Я посмотрел на запертую дверь.

— Ой, я не взял ключ от комнаты! Придется еще раз прыгать.

Юфин пожал плечами, и мы переместились во двор, а затем по дорожке направились к тому самому месту, в которое мне был запрещен доступ самим ректором, из-за наблюдателей инквизиции. Когда-то я уже проходил здесь с завязанными глазами в сопровождении Кригера, и, теперь, я с любопытством оглядывал уходящие вниз мраморные ступеньки. За лестницей располагались короткие переходы, напомнившие мне катакомбы Танара, только отделка стен здесь была не в пример лучше, а затем мы вышли к двери, возле которой стояли вооруженные мечами дежурные — мои сокурсники из новой смены. Они уже отдохнули свои два месяца, и теперь до самого начала учебы им нести службу в стенах заведения.

Один из них при виде меня, заглянул в какой-то список и уже было хотел что-то сказать, когда Юфин вытащил из кармана сложенную трубкой бумагу и развернул ее перед оторопевшим учеником. Я вытянул голову, привстал на цыпочки, быстро пробежал глазами документ и увидел, что это пропуск, в котором стояло мое имя, а внизу строгая подпись Долана Кригера и еще одна, размашистая и незнакомая. Наверное, это главы Длани.

— Проходите брат Стайм, брат Фаэли. — Дежурный изобразил сдержанный поклон и с какой-то завистью покосился на меня, а я не удержался и состроил в ответ такую физиономию, словно каждый вечер заглядываю к Вайсу обсудить последние новости за бокалом вина.

Мы проследовали вовнутрь, и мне наконец-то удалось увидеть это чудесное изобретение, на котором мне уже один раз удалось прокатиться. Какой гений это придумал? Под нами находилась небольшая площадка, а впереди стояла платформа с сидениями, из-под которой выглядывали рельсы, уходящие далеко в подземный тоннель. Мы с Юфом одновременно взошли на нее, и она легонько покачнулась. Он указал мне на место спереди, куда я забрался, а затем сел рядом и потянул торчащий спереди рычаг на себя. Платформа потихоньку тронулась с места и начала набирать скорость.

— Это же метро! — вырвалось у меня, и вдруг, в голове на секунду промелькнула какая-то вспышка, но я успел увидеть большую металлическую коробку с окнами и лица странно одетых людей, сидящих в ней. Она исчезла в похожем тоннеле и видение пропало.

— Кай, что с тобой, очнись, какое еще метро? Что это такое? — раздался голос Юфина.

Я выпал из задумчивости и попытался восстановить картинку в голове, но у меня ничего не получилось, кроме каких-то мутных пятен и общих контуров.

— Метро. Я бы назвал это изобретение — метро. — Пробормотал я.

— Опять новое слово? Вообще-то мы называем это передвижной платформой, а едет она по рельсам через тоннель до главного здания братства.

— Да запомнил, спасибо. — Рассеянно ответил я, силясь вернуть с свою голову то необыкновенное видение.

Платформа набрала скорость, ветер взъерошил мои волосы и говорить стало трудно. Спустя несколько минут появились зеленоватые огни, и Юфин начал плавно переводить рычаг в первоначальное положение. Мы прибыли.

На выходе нас встретили взрослые братья, которые кивнули моему спутнику, а один даже подмигнул мне. Я улыбнулся ему в ответ, и мы направились к Вайсу.

— Кай, Юфин, какой сюрприз! — из уст главы братства словно полился мед, и мне это совсем не понравилось.

— Здравствуйте, Великий Магистр. — Юфин сдержанно поклонился, и я последовал его примеру.

— Располагайся, Кай! — он указал мне глазами в сторону двух свободных кресел.

В прошлый раз в комнате было только одно, и его занимал Кригер. Похоже он подготовился.

— Брат Стайм, ты участвуешь? — Вайс перевел взгляд на моего оставшегося стоять друга.

— Да. — Твердо ответил мой наставник.

— Тогда садись. — Глава Длани сразу приступил к делу, — Группа сопровождения уже получила инструкции. Поскольку ты будешь контролировать неопытного Кая, тебе и руководить операцией.

Я дернулся спросить, но вспомнил, что перебивать главу не вежливо, и осекся, не успев ничего произнести. Впрочем, это не ускользнуло от его глаз.

— Какой-то вопрос Кай? Лучше задай сейчас.

— Господин Великий магистр, согласно кодексу Длани Арамены, глава третья, пункт второй — член организации может отказаться от задания, если у него есть какие-то внутренние убеждения или противоречия. Я хочу сказать, что пока не готов убивать, не зная, почему человек заслужил смерть. Но если вы все-таки настаиваете…

Магистр тихо рассмеялся и произнес:

— А парень времени зря не терял! Нет, Кай, убивать никого не нужно. Работать придется в очень людном месте и лишний шум ни к чему. Кроме того, твоя помощь может и не потребоваться вовсе, ты нужен для подстраховки в плане «Б», если план «А» накроется. Нам предстоит выкрасть очень важный документ, от которого может зависеть очень многое, в том числе и спокойствие на территории этого государства. Это достаточная причина, она не противоречит твоим внутренним убеждениям?

Я облегченно выдохнул и не стал даже высказывать свою позицию насчет воровства, так как понимал, что это глупо. Если от моего согласия может зависеть судьба целой страны, то это полностью оправдывает кражу.

— Я согласен.

— Вот и хорошо! Тебя ожидает солидная премия и… — он сделал паузу и хитро посмотрел на меня. — Насколько я знаю, ты у нас до сих пор не являешься гражданином Саталии?

— Нет, господин Великий магистр.

— Ты получишь заветный жетон, Кай!

Наверное, он ожидал, что я обрадуюсь, поэтому я изобразил счастливое лицо, хотя большого счастья не испытал. Есть жетон, нету жетона. Какая разница, если скоро закончатся каникулы и мне опять придется сидеть взаперти.

— Спасибо, господин Великий магистр, ваша помощь с гражданством — это большая честь для меня!

— Ну вот и хорошо, а теперь слушайте внимательно…

Отряд из трех сопровождающих выдвинулся заранее из города на повозке, замаскированной под цирковой фургон. Всего в операции участвовало пять человек, включая меня. И еще Рики. Мне стоило больших трудов уговорить Юфина разрешить его взять с собой, мотивируя тем, что он умеет делать простые трюки. Мы вернулись в школу, где я получил свой лук в оружейной, а заодно наконец-то забрал памятный стилет из серебра. Свои любимые серпы мне запретили брать, так как в предстоящей операции они бы мне только мешали, а вот веревку с грузом Юфин настоятельно попросил захватить. Мы с ним поужинали, а после переместились куда-то далеко за город и оказались на обочине дороги, которая в этом месте расходилась в три разных направления.

Юф подошел к придорожному указателю, внимательно осмотрел его и произнес:

— Наши друзья еще не проезжали. Нужно дождаться их здесь.

— А может мы просто допрыгаем до конца и подождем их в трактире?

— Кай, — произнес Юфин строгим голосом, — Я делаю скидку только на то, что вы еще не проходили тактическую подготовку. Запомни, соблюдать план операции необходимо в точности и без отклонений. Не будь наблюдателей Дроммеля, мы бы даже сюда не прыгали, а выдвинулись все вместе из Фаэты.

— А если что-то идет не по плану?

— Для этого и существует план «Б». Если и он не выполним, а других вариантов нет, то только тогда идет импровизация на месте. Так что ждем остальных.

Я приметил на обочине бревно и уселся на него. Рики носился по траве как угорелый и упорно пытался меня развеселить. И все равно время тянулось словно кисель, а мне хотелось побыстрее начать действовать. Но раз даже Юфин ведет себя строго, придется смириться.

Наконец, вдали показалась крытая разноцветная повозка. Когда она подъехала, я разглядел наших спутников: двух мужчин и красивую женщину, по имени Клэр. Ей была отведена важная роль, и если все пойдет хорошо, то моя помощь может не потребоваться вовсе. Втайне я очень надеялся, что у нее ничего не выйдет и мне представится возможность показать себя. Уже смеркалось, а ехать предстояло почти сутки, поэтому я устроился на цирковом реквизите в глубине фургона и заснул вместе с эльмуром.

Проснулся я очень рано, в крытой повозке было жарко, а воздух был ужасно спертым так как внутри спало трое людей. Рики увидев, что я проснулся тут же занял свое любимое место на моем плече. Я откинул шторки, выбрался на поверхность и вдохнул полной грудью вкусного свежего воздуха. Фургончиком правила Клэр, которая легла спать чуть позже меня и сейчас находилась в прекрасном расположении духа.

— Доброе утро, сестра… — я замялся так как не знал ее фамилии.

— Кай, мальчик мой, давай на «ты» и без официоза. Я уже почти десять лет в братстве, но, когда меня называют сестрой, то ощущаю себя какой-то монашкой в рясе. Клэр, просто Клэр.

Я вспомнил про ту работу, что ей придется выполнить по плану «А» и покраснел, что она сразу же заметила.

— Что-то не так?

— Я просто представил… ну… Ведь тебе придется заниматься…

— Чем заниматься? — она в любопытстве уставилась на меня.

— Заниматься любовью с тем курьером! — выпалил я и покраснел еще сильнее, — Это, наверное, отвратительно!

— Кай, Кай… — она улыбнулась, — Это обычная часть моей работы. Когда я шла в Длань, то прекрасно знала, что некоторые ее методы не самые приятные. Я отношусь к этому, как к средству для выполнения поставленной задачи, не более. Девчонки, с которыми ты учишься тоже когда-то будут это делать, если нет иных способов. Кроме того, моя способность, как будто создана для таких мероприятий.

Я представил как голый толстяк лапает Таю Лито, а она улыбается и отвечает ему взаимностью, и мои кулаки сами собой сжались.

— Это твой друг? — Клэр кивнула на питомца, — Можно погладить?

— Вообще-то он не очень любит посторонних, но… — я повернул голову к эльмуру, — Рики, это Клэр. Она — друг!

Питомец навострил уши, услышав знакомое слово, а затем перепрыгнул на ее плечо, медленно обнюхал и, вдруг, начал тереться мордочкой об щеку девушки.

— Ой, какой забавный! — Она почесала пальцами его подбородок, отчего он зажмурился и заурчал. — Первый раз вижу, чтобы белки мурлыкали!

— Рики особенный! — так, кажется, нас скоро раскусят, надо перевести тему, — Клэр, а расскажи, как ты училась? Какая у тебя сила? Ты сказала, что твоя способность помогает в работе.

— О, это длинная история, мой мальчик, впрочем, времени у нас хоть отбавляй!

И она поведала о себе. Ее отец и мать, к моему удивлению, к Длани Арамены не имели никакого отношения, а были простыми горожанами с посредственными способностями невысокого уровня, которых еле хватило для того, чтобы получить гражданство. А вот у нее обнаружился прелюбопытный дар, который, впрочем, никак себя не проявлял до одиннадцати лет. Зато потом…

Ее Сила заставляла мужчин сходить с ума от желания обладать ею. В обычной школе мальчишки не давали ей прохода, а родители стали вовсю подыскивать ей знатного и состоятельного жениха, стремясь поправить благосостояние семьи. При этом мнение Клэр почему-то не учитывалось. Когда она узнала, какую судьбу ей готовят, то поругалась с родными и бежала из дома. К родственникам идти не было смысла, так как они поддерживали ее мать и отца. У нее оставался один выход — сделать карьеру в борделе, чтобы хоть как-то обеспечить свое существование. Но она решила иначе и попытала свои силы в школе Длани, куда успешно сдала испытания. А дальше Монтис Блоу научил ее контролировать свою Силу, за что она ему до сих пор была безумно благодарна.

— С тех пор я слуга Арамены и, надо сказать, горжусь этим. — Закончила она. Твоя очередь, мой мальчик.

В ответ я рассказал ей о своих приключениях, опустив некоторые неприятные подробности. В этой беседе я и не замечал, как бежит время, и вскоре проснулись остальные. Мы сделали небольшой привал, перекусили и снова выдвинулись в путь. За веселыми шутками и обсуждениями предстоящей операции, к вечеру мы наконец-то прибыли на место.

Это был огромный придорожный трактир, который мог посоперничать своим размахом и отделкой с лучшими гостиницами Фаэты. Согласно информации, полученной от Вайса, здесь должен был проезжать, в сопровождении вооруженного отряда, курьер из Норада, с каким-то безумно важным посланием. Нашей задачей было его перехватить, чтобы оно не дошло до адресата.

Элитные комнаты располагались на самом верху и были выполнены в старинном стиле. В них даже имелись настоящие камины, которые в обычных домах давно заменили сколитные обогреватели. Именно их наличие и навело Вайса на мысль использовать меня в операции.

Мы еще не успели въехать на территорию, когда я почувствовал наличие мощного гасящего поля. Неудивительно, что это место так любила знать. Здесь они могли почувствовать себя в полной безопасности и полноценно отдохнуть. По этой же причине Вайс выбрал именно это место, так как налет в дороге был полностью исключен. В отряд сопровождения курьера входили мощные бойцы с высоким уровнем способностей, среди которых был сканер, чувствующий засаду на расстоянии.

Нашей задачей было дать вечером представление и развеселить гостей, чтобы задать тон вечеринке. По плану мы должны были во время нее сблизиться с курьером и организовать дружескую попойку, в результате которой Клэр надлежало соблазнить его, а затем выкрасть тот самый документ. По имеющейся информации он не расставался с ним вообще, храня на теле, а значит просто выкрасть его из охраняемого номера не выйдет. Все осложнялось наличием поля, которое частично гасило возможности «нимфы». Впрочем, она была уверена в себе и без него.

Курьер приехал точно к ужину, сопровождаемый своими телохранителями, которых я насчитал около десятка. Они сняли несколько номеров на самом верху, а затем спустились ужинать.

Сначала все шло, как и задумывалось. Наши братья организовали несколько акробатических номеров. Вслед за ними я набрался смелости и выступил с Рики, показав публике парочку трюков с летающей белкой и метанием ножей в цель. После меня выступил Юфин, переодетый в клоуна, который знатно развеселил и разогрел публику. А в завершении представления, когда уже был организован стол и гости трактира изрядно подвыпили, должна был выступить Клэр. Юфу таки удалось договориться с хозяином трактира за солидную сумму, чтобы он ненадолго снизил мощность поля для этого номера.

Едва местные музыканты заиграли какую-то неспешную мелодию, и наша сестра появилась на сцене, как все присутствующие мужчины пооткрывали рты и затихли. Она была одета в откровенный костюм, едва прикрывавший ее прелести, и начала исполнять невероятно красивый медленный танец, соблазнительно выгибая вперед то свою немаленькую грудь, то плавно покачивая бедрами из стороны в сторону. Меня это вогнало в краску, и мне оставалось только предполагать, что испытывают взрослые, если даже я почувствовал сильное возбуждение. Чтобы отвлечься, я взял шляпу из циркового реквизита и начал бегать по рядам, собирая сколиты за представление.

Она красиво спустилась со сцены и продолжила танец в движении, проходя между накрытыми столами, чем вызвала безумное оживление в рядах. Мужчины тянули к ней руки, но она ловко уворачивалась то от одного, то от другого, пока не добралась до самого дальнего столика, где и сидела наша цель — грузный, но довольно крепкий мужчина, среднего возраста, одетый значительно лучше всех присутствующих. Сейчас с ним из охраны оставалось только два человека, остальные отсыпались в номере. Несмотря на всю бдительность, они то и дело посматривали в сторону почти обнаженной красотки.

С последними аккордами, Клэр опустилась к нему на колени. Охрана дернулась к ней, но толстяк остановил их повелительным движением руки и с интересом уставился на девушку. Они о чем-то переговорили, сестра сделала недовольное лицо и указала рукой на нашу группу. На лице мужчины появилось задумчивое выражение, он подозвал к себе охранника, что-то шепнул ему на ухо, а затем махнул нашему столику, предлагая присоединиться к нему.

Застолье шло полным ходом и двоим парням из нашего отряда пришлось отдуваться по полной, поглощая спиртное. Охранники курьера внимательно следили за происходящим за столом и обмануть их не вышло бы. Юфин, сообразив, что скоро в группе не останется ни одного трезвого человека, сослался на головную боль и «ушел спать» в фургон. Мне же не наливали в силу возраста, а потому я вовсю глазел на происходящее и это нас спасло.

В какой-то момент подвыпивший толстяк потребовал, чтобы я «катился из-за стола со своей паршивой белкой, и дал настоящим мужикам нормально пообщаться». Я убежал в дальний угол, и периодически посматривал в их сторону, когда заметил, как один из охранников направился к трактирщику, заказал полный поднос выпивки, и над одним из стаканов задержал свою руку. Я понял, что он туда что-то насыпал, и медленно, не привлекая внимания двинулся на улицу.

Юфина в фургоне не было. Я начал искать его и пошел вокруг трактира, но так его и не обнаружил. В отчаянии, я стал осматривать возможность забраться по стене наверх, изучая доступные выступы на стене здания, когда услышал за спиной знакомый мягкий голос.

— Кай, что-то случилось?

Я обернулся и увидел заинтересованное лицо Юфина.

— Там… Охранник. Он вроде что-то насыпал в бокалы минут десять назад, мне кажется, они задумали что-то плохое.

Юф без промедления двинулся ко входу, а я побежал за ним, еле успевая. Мы вошли внутрь заведения. За столом курьера остались только наши парни, которые уронив голову на стол крепко спали. Ни толстяка, ни его охраны, не тем более Клэр нигде не было.

— Наверх! — он устремился в сторону лестницы, и мы практически взбежали на последний этаж. В коридоре перед входом в одну из комнат мы обнаружили двух стражников из числа сопровождающих.

— Девушка, циркачка, где она? — Юфин обратился к одному из них.

— А тебе какое дело? Катись отсюда, клоун-неудачник! — огрызнулся один из них.

— Она моя коллега, — спокойно ответил Юф, — Я имею право знать.

Наглый охранник потянулся за мечом, но второй остановил его и произнес:

— Все хорошо, она внутри. У них с господином любовь по согласию. Рекомендую вам убраться отсюда и не испытывать судьбу. Утром получите ее живой и здоровой.

— Ну может не совсем здоровой, господин любит не совсем обычные развлечения, но живой точно! — загоготал первый.

На шум открылась дверь напротив и из нее выглянула физиономия еще одного телохранителя.

— Какие-то проблемы, парни? — он обратился к охране, а затем перевел изучающий взгляд на нас.

— Нет проблем. Идем отсюда. — Юф взял меня за руку и направился вниз.

Едва мы исчезли из их виду, как мой друг ускорил шаг и повел меня к фургону, где начал вооружаться.

— Юфин, мы сорвем операцию. Давай я сделаю то, что должен был сделать по запасному плану.

— Кай, ты видел его? Он сильнее, чем выглядит. Тебе не справиться с ним. Клэр нужно срочно вытаскивать! — всегда спокойный Юфин вдруг начал волноваться, что меня несказанно удивило. Неужели…

— Юфин, тебе сильно нравится Клэр? Ты правда думаешь, что он убьет ее в гостинице?

— Она моя сестра! — произнес Юф, но по его взгляду я понял, что это оправдание, за которым стоит что-то большее. Уж что-что, а я достаточно хорошо его изучил.

— Юф!

— Что?! — он выглядел возбужденным и растерянным одновременно.

— Ты сам говорил, что всегда надо четко следовать плану!

— Кай, если ты погибнешь, я себе этого не прощу!

— Юфин! Хватит со мной нянчиться! — я удивился, сколько силы получилось вложить в эту фразу, — План «Б» еще не провален. Помоги мне лучше взобраться на крышу.

Он смерил меня взглядом, в котором боролись сомнение и надежда, а потом молча пошел вдоль стены трактира. Я побежал за ним следом.

— Только не делай глупостей, Кай. Разведаешь и сразу обратно.

— Договорились. — Я снял Рики с плеча и передал его Юфину. — Помоги, я не дотянусь отсюда.

Наставник подсадил меня и поднял, насколько мог, вверх. Я раскрутил веревку и мне удалось зацепить ее за фонарь на стене здания. Начал взбираться и неожиданно почувствовал, как кто-то вцепился в мою ногу и полез по одежде. Эльмур. Он все-таки не захотел оставаться с Юфином. Я попытался его снять, но он крепко схватился за воротник и ни в какую не отпускал меня.

— Ну что же, Рики, тогда идем вместе. — Произнес я.

Схватившись за фонарь, я освободил веревку, подтянулся, встал на него сверху и осмотрелся. Под скатом крыши обнаружилась выступающая балка, за которую вполне можно было попробовать зацепиться. Точный бросок фундо — и я вновь пополз по стене. Под самой крышей немного замешкался, но все же нашел способ на нее перебраться. Передо мной возвышались четыре каминных трубы. Я вспомнил расположение нужной комнаты и забрался на нужную. Сердце начало учащенно биться, а в голову полезли картины провала операции. Собрался с духом и забрался внутрь вниз головой.

Дымоход оказался очень тесным, однако мне удавалось ползти вниз. Рики практически висел на мне, но держался крепко и не издавал не звука. Я перемазался в саже и сейчас, наверное, был похож на Далийского мальчика-раба. В топку камина падал свет из комнаты, и двигались какие-то тени. Достиг самого низа, уперся в стенки и аккуратно выглянул.

Передо мной предстала страшная картина. К кровати за руки и за ноги была привязана абсолютно голая Клэр, а во рту у нее был кляп, из-за чего она только еле слышно постанывала. Обнаженный курьер хлестал ее какой-то плеткой, а все ее красивое тело покрылось красными полосами.

— Нравиться, сука? Держу пари тебя еще никто так не имел! Все эти твои сопляки-циркачи понятия не имеют о настоящей мужской любви! Ты долго будешь вспоминать эту ночь! Еще немного, и я буду готов подарить тебе страсть, — он указал на свои огромные причиндалы. — Смотри на него, сука! Смотри, я сказал! — он размахнулся и со всей силы нанес ей очередной удар, оставив на груди кровавый след.

На меня нахлынула ненависть к этому ублюдку. Рассудок говорил, что нужно возвращаться к Юфу, но я боялся, что произойдет непоправимое. Не в силах больше смотреть, я аккуратно спустился и, погрозив Рики пальцем, приказал сидеть на месте. Медленно начал красться к спине курьера и в этот момент Клэр заметила меня. Ее глаза расширились, но от подонка, не ускользнул этот взгляд, и он резко обернулся.

— Ах ты, сучья мелка дрянь! — он с удивительным проворством ударил меня плетью по руке, выбив из нее нож, к чему я оказался не готов. А затем загнал меня в угол и с размаху ударил кулаком по лицу. У меня потемнело в глазах, и я почувствовал как теряю сознание.

Глава 5

— Кай, мальчик мой, очнись. Кай, пожалуйста! Арамена, прости меня, дуру! — в голове возник чей-то шепот, а в лицо уперлось что-то мокрое. Постепенно сознание прояснилось, я вспомнил что произошло и открыл глаза.

На моей груди прыгал встревоженный Рики, тыкаясь мне в щеку влажным носом и пытаясь привести меня в чувство. Взгляд на окружающий мир сузился до непривычной щели, а все лицо ныло противной болью.

Я сделал попытку подняться и обнаружил все также привязанную к кровати голую Клэр, в ногах которой лежал, по всей видимости без сознания, тот самый курьер.

— Развяжи, — прошептала она. — И ни слова.

Я поднял с пола стилет, но для разрезания веревок он совсем не подходил. Пошарил глазами по комнате и обнаружил небольшой нож для бумаг на столе, заваленном документами. Там же стояло маленькое зеркало для бритья, в котором я увидел свое лицо, превратившееся в сплошной синяк, а вместо глаз виднелись лишь узкие щелки. По привычке попытался призвать Силу на помощь, но она не отозвалась. Проклятое гасящее поле!

Я перерезал путы на руках девушки. На нее было страшно смотреть — все тело было исполосовано багровыми полосами запекшейся крови. Она забрала у меня нож и стала освобождать ноги, не обращая внимания на свою наготу. Мне стало неловко, и я перевел взгляд к подножью кровати, где лежал курьер из горла которого еле сочилась кровь. Кажется, мне стало ясно, что здесь произошло. Я с благодарностью посмотрел на Рики, который сидел на моем плече и старательно вычищал передними лапами перепачканную в крови мордочку.

— Уходи тем же путем. — Тихо произнесла Клэр, — Дальше я справлюсь, не волнуйтесь за меня. Ждите у фургона. Все разговоры потом.

Я лишь пожал плечами, перехватил Рики поудобнее и забрался обратно в камин.

Юфин сгрузил своих нетрезвых братьев в фургон, и с волнением смотрел на вход трактира. Наконец дверь открылась, и из нее появилась завернутая в одну простыню Клэр, в сопровождении того наглого охранника. Он довел ее до повозки, вложил ей в руку пару трилитов и произнес, снисходительно глядя на Юфина:

— А ты боялся, клоун. Все с твоей подружкой хорошо.

— Спасибо, господин! — Ответил Юфин невозмутимо, однако я понял, чего ему это стоило.

— Бывайте, циркачи! — телохранитель повернулся и направился обратно.

Юф тронул поводья, и повозка поехала в противоположную сторону от Фаэты. Едва трактир скрылся из виду, как он стеганул лошадей, и мы набрали приличную скорость.

— Фагуменово отродье! — он выругался вслух, — Чего там произошло, Кай? Говорил же — не лезь сам!

— Не ори на него! — переодетая Клэр выбралась из фургона, — Юфин, он сделал правильно, а вот я все испортила… Кай, извини меня.

На лице Юфина отобразилось удивление. Он свернул в лес, отчего повозка пошла тяжелее и начала болтаться из стороны в сторону, а через пару полетов стрелы остановился.

— Пересидим возможную погоню тут. Рассказывайте…

— Нас не будут преследовать, — заметила девушка, — По крайней мере до утра. Я все устроила.

И Клэр поведала нам, как она почувствовала, что потеряла за столом контроль, а придя в себя от воздействия дурманящего порошка, обнаружила, что привязана к огромной кровати. Когда же появился я, она не смогла проконтролировать свои эмоции, и еще раз извинилась, обозвав себя «недостойной слугой богини». А потом в историю вмешался Рики, который и стал причиной смерти курьера.

После моего ухода, Клэр развернула мертвеца на кровати и накрыла его одеялом, создав видимость, что он спит. Крови не было, так как эльмур ограничился только парализующим укусом. Она забрала необходимый документ, завернулась в чистую простынь и просто вышла через парадный вход, предупредив охрану, что хозяин устал и просил не тревожить его до утра.

— Так что во всем можешь винить меня, брат Стайм, — закончила она повествование, — Кай действовал храбро и правильно, учитывая что он обучается только второй год. Я надеюсь, он меня простит.

Клэр перевела на меня виноватый взгляд, а Юфин погрузился в размышления и вокруг повисла тишина, прерываемая лишь отдаленным пением ночных цикад.

— В общем операция прошла практически успешно. — Заключил он наконец, — Письмо у нас, в трактире все спокойно. Даже если наемники обнаружат, что их заказчик мертв, шумиху они не поднимут точно, это сильно повредит их репутации. Их братию я хорошо знаю — они лучше заплатят доктору, чтобы тот диагностировал сердечный приступ, чем распишутся в своем непрофессионализме.

— Мы не можем быть уверены полностью, что все пойдет так, как ты сказал. — С сомнением произнесла Клэр.

— Это лишь наиболее вероятный вариант. В любом случае поедем через лес, как можно дальше от дороги. Сканер не должен нас достать. Переместить повозку с лошадьми в город я пока не в силах. И да, Клэр, надеюсь ты понимаешь, что никто не должен знать истинную природу маленькой «белки»?

Спустя полтора дня, вдали наконец-то показались башни королевского дворца. Юфин перенес меня и Рики обратно в школу, в аккурат к началу занятий с профессором, пообещав чуть позже появится. До приезда нового набора оставалось около трех недель, и дежурные потихоньку начинали готовить общежитие к их прибытию.

Монтиса Блоу я обнаружил у себя в кабинете и мне сразу же захотелось поделиться с ним своим первым заданием, однако, едва я начал радостно делиться с ним подробностями, как он перебил меня.

— Кай Фаэли, во-первых, все что происходит на мероприятиях должно оставаться только между членами группы. А во-вторых, я бы так не радовался на твоем месте. Идем со мной, я тебе кое-что покажу.

Я удивился реакции профессора, но последовал вслед за ним. Он повел меня в самый дальний угол территории школы, в который я никогда далеко не заглядывал, думая, что там ничего нет кроме сада. Какого же было мое удивление, когда передо мной раскинулось огромное кладбище, усеянное старыми и не очень надгробиями.

— Здесь похоронены не только взрослые братья, — он повел меня между могил. — За сотни лет существования школы уже были прецеденты, когда ученика с подходящей способностью использовали на задании. Большинство из них лежит здесь… — Профессор повел рукой, обводя небольшие холмики, — Так что успешность вашей операции говорит лишь о том, что недалек тот день, когда Вайс призовет тебя снова. И это может оказаться не банальной кражей.

— Но всегда ведь можно отказаться… — попытался возразить я.

— Кай, люди не идеальны. Что о тебе сейчас думает Лэтчер Вайс?

— Не знаю. Юфин обещал прийти вечером за мной, и мы сходим к нему. Но я думаю, что Великий магистр останется мной доволен!

— Вот именно, доволен. А что ты ему скажешь, когда он попросит тебя об очередном задании?

— Наверное соглашусь, если оно не будет связано с убийством невинного.

— А если будет? — Блоу испытывающим взглядом смотрел на меня. — Вайс, и только Вайс определяет кто будет в этой стране убит братьями завтра. И поверь, мнение богини в таких вопросах не всегда на первом месте.

— Но Юфин говорил…

— Юфин может иметь свой взгляд на многие вещи. Он зарекомендовавший себя профессионал, с чьим отказом магистру приходится считаться. Но не с отказом мальчика, которому только предстоит встать на путь служителя Длани. Следующее выгодное и непыльное задание пройдет мимо тебя, потом еще одно, а в один прекрасный момент тебя направят на верную смерть, и твое место займет более покладистый парень.

— Но… — профессор меня опять запутал. — Но что тогда мне делать?

— Кай, это полностью зависит от тебя. Никто никогда не подскажет тебе правильный путь в жизни, кроме твоего сердца.

— А богиня? В день клятвы я чувствовал связь с ней связь!

— Богиня редко нас жалует своим вниманием. Твой друг Юфин выбрал слепое выполнение заданий, не задумываясь было ли это желание богини, или желание Вайса. С какой-то стороны он прав. Это его путь. Вопрос в том, желаешь ли ты последовать этой же дорогой, или найдешь свою… — он ненадолго замолк, давая мне время понять его слова, а потом бодро закончил, — Ну все, Кай Фаэли, пора на тренировку!

Мы начали с физических упражнений, которые на время выбросили из головы этот неприятный разговор. Я пожаловался профессору, что меня избил взрослый в том трактире, на что он предложил потренировать мое уклонение. До самого ужина он швырял в меня деревянное фундо, а я должен был уворачиваться от него и учиться предугадывать направление удара. Мне стало ясно, что в бою важны не только мои навыки, но и правильная оценка действий и умений противника. Профессор меня не щадил, за что я ему был очень благодарен, несмотря на кучу синяков, оставшихся после тренировки. Используя концентрацию Силы, я специально не давал им быстро заживать и терпел, стараясь избежать новых. После ужина мы провели очередное полноценное занятие, связанное с управлением Силой, а затем пришел довольный Юфин, который утащил меня к Вайсу.

— Браво, маленький разбойник, — глава Длани пребывал в отличном расположении духа, — Или правильно сказать, маленький гражданин Саталии?

Он бросил в мою сторону что-то блестящее, и я ловко подхватил это в воздухе. «Это» оказалось небольшим серебряным жетоном, с изображением герба Саталии — огромной королевской лилии, что произрастала только на территории нашей страны. На обратной его стороне был выбит длинный номер. Ну вот и все, теперь я официальный гражданин нашего королевства.

— Я позволил себе открыть на твой номер счет в государственном банке, — продолжил он, — На котором теперь числятся целых два квадрита. Это твоя премия за успешно выполненное задание! — Вайс обвел глазами собравшихся. Сейчас здесь присутствовали только члены нашей команды с того самого задания. — Кому пришла идея использовать цветущую кордилию? Это было даже лучше, чем планировалось изначально. Лекарь официально подтвердил смерть нашего объекта от сердечного приступа. Или это было что-то другое?

Наш отряд дружно переглянулся, два парня потупили глаза, а вперед вышла Клэр.

— Это была моя идея, господин Великий магистр. Кордилия, вы правы. Обстоятельства сложились…

— Дальше не нужно! — Вайс довольно хлопнул в ладоши. — Ваше вознаграждение уже на ваших счетах. Все свободны, кроме Кая.

Группа повернулась к выходу, а Юфин замешкался, удивленно глядя на главу.

— Брат Стайм, повторяю: «Вы — свободны!». — В голосе Вайса послышалось легкое раздражение.

Юф бросил на меня прощальный взгляд и тоже вышел за дверь.

Вайс указал мне на кресло:

— Садись, брат Фаэли.

Я выполнил указание и он, довольно причмокнув, начал:

— Ну как тебе твое первое задание? Понравилось, как работают профессионалы? Или что-то было не так? — его маленькие глазки пристально уставились на меня. Наверное, он сейчас отслеживает каждую эмоцию на моем лице.

— Очень понравилось, господин магистр. Юфин, Клэр и те ребята настоящие мастера своего дела!

— Вот и отлично! — он потянулся к бутылке вина на своем столе и наполнил бокал, — Тебе, извини, пока не предлагаю, маловат еще.

Вайс засмеялся от собственной шутки и его дряблые щеки мелко задрожали. Я затаил дыхание, начало этого разговора мне не очень понравилось.

— Кай, — магистр сделал большой глоток, отчего тоненькая струйка красноватой жидкости, сбежала по его подбородку. — Мне снова требуется твоя помощь. Убивать никого не надо, а вот повторить кражу придется. Естественно, тебя за это ждут деньги, примерно пять квадритов. Но задание придется выполнить в одиночку. Юфин лишь будет отвечать за твою доставку туда и обратно.

В голове завертелся сегодняшний разговор с Блоу. Впрочем, я решил, что раз убивать никого не нужно, то почему бы и не согласиться.

— Наверное я согласен, господин Великий магистр, вот только почему брат Стайм не может мне помогать?

— На территории объекта будет сидеть сканер. Он слабенький и не должен обратить внимание на присутствие ребенка. А вот взрослого мужчину он почувствует сразу. Кроме того, дом внутри накрыт мощным гасящим полем, в котором не работают способности.

— А как тогда сканер сможет применить свою Силу?

— Брат Фаэли, слушать нужно внимательно! — он сделал ударение на последнем слове, — Дом накрыт полем только внутри. Сканер на территории усадьбы, а значит не обязательно в доме. Охраны будет очень много, но она вся снаружи.

— А почему тогда я? Вы думаете мне удастся пробраться? — я постарался вложить в голос как можно больше неуверенности и сомнения. Рисковать жизнью ради какой-то ценной вещицы мне не очень хотелось.

— Какой же ты нетерпеливый! Или это я стал сварливым и старым? — Вайс на секунду задумался и продолжил, — К дому подходит старая канализационная труба, выходящая в реку Синюю. Она закрыта решеткой, но тебе выдадут плавитель металла. Именно по этой трубе тебе придется пробраться в дом и подменить переговорный кристалл. Надеюсь, ты знаешь, как он выглядит?

— Я читал о переговорниках и знаю, что это, но откуда он в обычном доме, пусть и богатом? Думаю, это только может позволить себе король!

Вайс расхохотался.

— Это может позволить себе любой, у кого достаточно денег. Как, по-твоему, общаются между собой главы братства? — магистр открыл ящик стола и извлек из него длинную металлическую трубку на массивной подставке. Он перевернул ее, откинул нижнюю крышку и извлек цилиндрический синий камень. — Вот эту штуку тебе и предстоит раздобыть. А взамен нее поставить наш экземпляр.

— А если меня поймают и начнут пытать?

— А ты не попадайся. Выпытать у тебя ничего смогут, для этого и существуют тенкаты. Скрывать не буду, тебя или убьют на месте, или в лучшем случае отдадут властям. И тогда тебя ждет жизнь на рудниках, или, да простят меня Девять пресветлых богов, в Яме, что хуже смерти. — Итак, я хочу услышать твой окончательный ответ, брат Фаэли.

Мне очень сильно не понравилась перспектива быть пойманным ради непонятных для меня вещей. А что еще за Яма? Наверное, это какое-то очень страшное место, раз магистр говорит, что оно хуже смерти. Надо будет спросить у профессора.

В сознании появилась мысль, чтобы вежливо отказаться от задания и спокойно учиться дальше, наплевав на отношение магистра. И в этот момент ожила ниточка-связь с Араменой. Меня словно обдало холодом! Богиня обратила на меня внимание и ждет моего согласия?

Я попробовал думать о задании Вайса в другом ключе, представив, как я соглашаюсь и получаю дальнейшие инструкции. И нить снова ожила! Только теперь по ней струилось мягкое тепло, ласкающее все тело.

— Господин магистр, я принимаю задание!

— Ну вот и славно, Кай! Можешь быть свободен, я призову тебя, когда ты мне потребуешься. И возьми этот пропуск на передвижную платформу, думаю ты не настолько дурной, чтобы воспользоваться им для выхода в город. — Он протянул мне маленькую деревянную плашку со знаком Длани.

Я покинул главное здание братства, но Юфина нигде не обнаружил. Скорее всего, он дожидается меня в общежитии. Впервые за все время мне удалось проехать на платформе в одиночку, что оказалось совсем не сложным. Вернулся в свою комнату, но меня там встретил только радостный Рики. Юфина не было и здесь. Кажется, я сегодня ночую в школе.

Со скуки, я решил посвятить остаток вечера тренировке высшей концентрации, а заодно попрактиковаться в своих безуспешных попытках научиться магии крови. Взял небольшую гладкую дощечку и начал аккуратно выводить карандашом руну Коэ, которая активно использовалась в жертвенных ритуала для сбора драгоценной красной жидкости.

Концентрация давалась плохо, с какого-то момента меня выкидывало обратно в мое обычное состояние, не давая сделать последний, как мне казалось, шаг, на пути к полному слиянию сознания и Силы. Я стирал руну и пробовал заново еще и еще раз, но все было тщетно.

Со скуки я начал размышлять о сегодняшнем разговоре с Блоу, о поиске своего пути и мои мысли понеслись куда-то далеко-далеко, где я представлялся себя героем-путешественником, отважным исследователем Кастании, а не рядовым убийцей. При этом рука не переставала двигаться и выводила проклятую Коэ раз за разом, пока я вдруг не ощутил, как частичка моей Силы вдруг оторвалась от меня и словно соскользнула внутрь карандаша.

Я затаив дыхание перевел взгляд на поверхность деревяшки, где уже красовалось с пару десятков рун Коэ. Но лишь одна из них излучала слабенький зеленый свет. Рики запрыгнул на тумбочку и, склонив любопытную голову, смотрел то на меня, то на исходящее свечение.

Не поверив своим глазам, я дрожащими руками вынул стилет и уколол им свой палец над дощечкой. Капельки крови оросили деревянную поверхность и устремились к нарисованному символу, заполняя каждую его черточку, а затем исчезли внутри руны без следа, впитавшись в древесину по ее контуру, а свет медленно потух.

Получилось!

Я подскочил со всех ног, и несмотря на позднее время, стрелой вылетел из комнаты и устремился в главный корпус, в надежде, что Монтис Блоу еще работает у себя в кабинете. Мне повезло, профессор еще не успел уйти, и я столкнулся с ним на пороге его кабинета.

— Кай, что случилось? — он удивленно уставился на мое раскрасневшееся лицо.

— Смотрите, смотрите! — я оглядел его стол и схватил небольшой кусочек стекла, — Господин Блоу, можно его использовать?

— Да пожалуйста, Кай. — Он повесил плащ на вешалку и уселся в кресло напротив меня.

Я вытащил стилет, сконцентрировался и начал выводить его острием руну Коэ, но, как назло, моя Сила не хотела переходить в нож. Меня снова и снова отбрасывало с того участка, который только что удалось преодолеть. В какой-то момент мне показалось, что у меня вышло, и я даже капнул несколько капель на стекло. Но они лишь застыли неподвижными брызгами.

— Не получается… — я растерянно посмотрел на профессора, готовый расплакаться от неудачи.

— Но один раз получилось? — он заинтересованно посмотрел на меня.

— Да! У меня там… дощечка в комнате, я могу показать… Давайте принесу.

— Не стоит, лучше расскажи, о чем ты думал в тот момент, когда смог отдать частицу Силы в руну.

— Я… Вы будете смеяться… Но я представлял себя героем, который путешествует по всему миру, исследует его и спасает.

— А что тебе мешает повторить это?

— Я пробую, не получается. — Из моей груди вырвался разочарованный вздох.

Профессор поднялся со своего места, накинул плащ и произнес:

— Иди спать, Кай, перед сном попытайся вспомнить все в точности как ты делал, до самых мельчайших деталей, а завтра на свежую голову повторишь.

— Я попробую, господин Блоу. Ой, пока вы не ушли. — мне вдруг вспомнилась фраза Вайса, — Вы что-нибудь знаете о Яме?

На его лице отобразилась смесь удивления и отвращения.

— Это страшное место Кай, настолько страшное, насколько это возможно. В Хаттайских горах есть шахта, в которой однажды произошел обвал, обнажив саму суть земли. Две реки протекают там, одна из воды, а вторая из огня. А все что между ними и есть Яма. Туда отправляют самых опасных преступников со всех Четырех Королевств, которые заслужили смерть. Но Яма хуже нее, там нет стражников, нет закона, а люди пожирают друг друга, из-за отсутствия еды. Король Ленард Милосердный лично заменяет смертную казнь на жизнь в Яме, и горе тому, на кого укажет его перст.

— Похоже на какую-то легенду, — поежился я, — А почему его называют Милосердным?

— Он первый из королей, кто придумал отправлять преступников в Яму. Его титул не более, чем жестокая ирония. Идем.

Мы покинули кабинет, и Блоу отправился в сторону платформы, а я двинулся в общежитие, где столкнулся с Лаэлем, который заступил на дежурную смену. Поздоровался с ним и поднялся в свою комнату.

Внутри меня ожидал Юфин, играющий с Рики в какую-то незатейливую игру, с полетами последнего со шкафа и обратно.

— Я уже не надеялся что ты придешь, думал ты забыл про меня…

— У меня уважительная причина, — он подмигнул мне, — Клэр согласилась поужинать вместе и наш с ней разговор затянулся…

— Рад за вас, — я выдавил улыбку, но все мысли были заняты провалившимся экспериментом.

— Я был у Вайса после тебя. Поздравляю с первой самостоятельной операцией, Кай! — он как-то грустно это произнес, — Будь осторожен и береги себя.

— Ты так говоришь, как будто снова куда-то собрался…

— Да, сразу после твоей вылазки, мне придется уехать в Норад. И это может затянуться на полгода, а то и больше. Прости, Кай. Но если вдруг что-то измениться между тобой и инквизицией, твоя квартира свободна и оплачена вперед на год.

Ну уж нет! Хватит! В моей голове сам собой нарисовался коварный план.

— Юфин, ты меня перенесешь в квартиру? Я не хочу ночевать здесь.

— Конечно, собирайся.

— Одну минутку, подожди! — Я выскочил за дверь и стремглав понесся вниз к будке дежурных, где меня встретил скучающий Лаэль.

— Дружище, одолжи ключи, я, кажется, выронил сколиты в подсобной комнате.

— Держи, только не забудь принести! — он передал мне связку.

Я взбежал обратно наверх, открыл чердак и начал шарить в своем тайнике, куда я спрятал глауфит. Надеюсь, Юфин достаточно концентрируется, чтобы на него записался телепорт. Если даже есть хоть маленький шанс — я его использую!

Камень лежал на своем месте, и я примотал его к своим ключам от общежития, будто бы это брелок. Выбрался обратно, отнес связку Лаэлю и снова, изрядно запыхавшись, влетел в свою комнату.

— Все? Теперь, надеюсь, ты готов? — нетерпеливо произнес Юф.

— Да. — Я погасил свет, — Ой, Рики забыли! Юф, подержи ключи, пожалуйста. Рики, ко мне! Все летим!

Мы переместились в снятую наставником квартиру.

— Кай, я, пожалуй, пойду, завтра увидимся. — начал он сходу, словно куда-то торопился.

Наверное, к своей ненаглядной Клэр.

— Да, конечно, ключи отдай только.

— Ах да, — он бросил мне связку, и открыл входную дверь. — Пока, будущий гроза Длани!

— Пока, Юф!

Наставник ушел, а я разжал кулак с ключами. Глауфит приобрел лёгкий коричневый окрас…

Глава 6

На следующее утро я повторил вчерашний эксперимент с руной Коэ. Проблема сохранилась, но, кажется, я начал понимать в чем моя ошибка. Каждый раз, подходя к той грани, когда остается совсем чуть-чуть до полного слияния, мой мозг подсознательно напрягался, ожидая очередного провала. И, видимо, это становилось причиной неудач. Все усугублялось тем, что очень было тяжело не думать о том, о чем нельзя думать. Я понял, что надо отвлечься, но при этом научится держать в голове то самое состояние, когда «вот-вот должно получится».

Я поделился своими соображениями с профессором на очередной тренировке. Он внимательно выслушал меня и предложил на время забыть о магии крови вообще.

— Возьми вот это устройство, Кай. — Он протянул мне простые сколитные часы с колокольчиком, какие можно было купить в любой лавке, — Каждые десять минут они будут трезвонить. Занимайся чем угодно, но твоя задача постоянно держать концентрацию Силы на пределе и под каждый сигнал рисовать маленькую руну, пока это не войдет в привычку.

— И все? — я удивился такому простому заданию.

— И все.

Я послушался его совета и прилежно начал выполнять наставление, отключая сигнал только на ночь. Поддержание концентрации на предпоследней ступеньке давалась легко, но руны упорно отказывались светиться. Я прилепил на стену квартиры огромный лист бумаги, который день от дня заполнялся маленькими рунами.

Прошла, наверное, неделя, и мне это занятие ужасно надоело. Однако выполнять я его не перестал, доведя до автоматизма. Так бы все и продолжалось, если бы в один прекрасный день у меня в комнате не появился мрачный Юфин.

— Кай, подготовься, вечером мероприятие. Рики можешь взять с собой. Вайс в курсе про питомца.

— Он что знает? — у меня пробежал холодок по спине.

— Не бойся, только то, что Рики твоя ручная белка. Мне нужно закончить кое-какие дела в Фаэте и проведать Клэр.

При ее упоминании у него словно засветилось лицо.

— Она едет с тобой?

— Как ты догадался? — Юфин удивленно посмотрел на меня.

— Не важно! — зло буркнул я, и сам удивился, почему у меня такое отношение к их связи.

— Кай, мы ведь с тобой друзья! Пойми, я такой же человек, как и ты. Если бы Тая тебя позвала погулять, а я пригласил бы тебя в кондитерскую, чтобы ты выбрал?

Я хотел ляпнуть «в кондитерскую», но понял, что это было бы ложью. Наверное, неправильно думать только о себе, тем более у меня, кажется, теперь есть выход. Моя рука непроизвольно сжала кристалл глауфита в кармане.

— Прости, Юф. Я очень скучаю, когда тебя нет. Наверное, мне нужно привыкать, что ты не всегда будешь рядом.

— Я буду рядом столько, сколько смогу. — Он подошел и взял меня на руки. — Ого, а ты потяжелел! Вот будет умора, если ты не пролезешь в трубу!

Я обнял его в ответ и в этот момент зазвучал колокольчик…

— Ну все, Кай. Сегодня тренировка с профессором отменяется, его я оповестил. Вернусь к тебе в полночь. Готовься.

Остаток дня я провел в размышлениях. Некстати вспомнился диалог с профессором на школьном кладбище. Я очень сильно задумался над поиском своего пути. Хочу ли я дальше учиться в школе? Наверное да, чтобы быть готовым ко всему в будущем.

Прозвенел колокольчик. Я нарисовал руну и стал думать дальше.

Хочу ли я связать свою жизнь с убийствами? Точно нет.

И снова колокольчик. Еще одна руна появилась на листе.

Наверное, моя главная цель отыскать Михаила и избавиться от метки Тьмы.

Проклятый колокольчик…

А потом я разыщу своих друзей, и мы вместе отправимся путешествовать по всей Кастании…

Юфин появился точно в назначенное время. Мы переместились в школу, и на этот раз мне удалось вооружиться кусаригамой. Кроме нее я взял стилет, а Рики пока оставил в комнате. Не зачем его лишний раз показывать магистру. Затем наш путь продолжился в сторону Длани, где мы получили необходимые инструкции от Вайса и подменный кристалл, после чего снова вернулись в школу за эльмуром, и оттуда прыгнули телепортом на берег реки Синей.

Уже стемнело, однако за этот год мое зрение, открывшееся после повышения уровня, развилось настолько, что я прекрасно все видел вокруг. Здесь было красиво. Воды реки текли неторопливо, отражая своей поверхностью немногочисленную растительность на берегу. Неподалеку возвышался мост, по которому изредка проезжали одинокие повозки и паровики, и я понял, что мы находимся почти в центре Фаэты. Юфин насторожился, словно ему что-то послышалось, но затем успокоился.

— Возьми, — тихо сказал он, протянув мне непромокаемый мешок, — Раздевайся.

Я сообразил, что от меня требуется, скинул с себя всю одежду, оставив только заранее приготовленные шорты, и упаковал вещи в мешок. Следом туда отправились мои серпы, а стилет я, на всякий случай, оставил при себе. Подул легкий ветерок, я поежился и медленно вошел в прохладную, несмотря на конец лета, воду. Юф протянул мне упакованную одежду и небольшую трубочку, размером с мою ладонь. На одной ее стороне было утолщение, где имелось гнездо для сколита, а на другой цилиндрическое отверстие. Сбоку имелся рычажок, на который я тут же нажал и из тонкого конца трубки вырвалось синее пламя.

— Работает! — я восхищенно посмотрел на Юфина.

— Ну конечно работает! — Юфин указал на уходящую в воду трубу, поверхность которой выпирала из земли, — Ориентируйся по ней. И пусть Арамена тебе поможет, Кай!

— Спасибо, Юф! — я перевел взгляд на Рики, который с непонимающим взглядом сидел на берегу и пытался понять, зачем его хозяин лезет в реку. — Сиди здесь и будь хорошим мальчиком!

Я нырнул в воду и на глубине человеческого роста нащупал металлический край входа в канализацию. Уши на глубине немного сдавило, но это было терпимо, и я подтянулся к трубе, вход в которую перекрывала решетка. Нажал на рычаг и поднес плавитель к прутьям, с восторгом обнаружив, что вода никак не действует на огонь.

Пришлось несколько раз выныривать за воздухом, но спустя несколько минут мне удалось перерезать все прутья, и досадная преграда мягко опустилась на дно, подняв клубы ила. Немного подумал и решил оставить мешок здесь, прицепив его к остаткам решетки, после чего с трудом протиснулся в трубу, и вдруг почувствовал, как что-то живое коснулось мое ноги, и поползло вверх к моей голове. У меня душа ушла в пятки, но это оказался всего лишь эльмур.

— Рики! Я что тебе сказал делать!?

Не знаю, видел ли он меня, но вот я прекрасно в темноте различал это чудо, покрытое слипшейся мокрой шерстью. Он виновато опустил морду, немного постоял так, после чего, решив, что хозяйская трепка закончена, медленно пополз вперед. Сообразив, что просто потеряю время, если начну его пытаться вытащить обратно, я вздохнул и последовал дальше с ним вместе.

Спертый воздух внутри трубы начинал меня сильно раздражать. Сердце билось быстро, а дыхание стало частым. Казалось, эти железные стены никогда не закончатся. В какой-то момент на стенах появилась паутина, а по телу иногда стали пробегать какие-то насекомые. Меня передернуло от брезгливости, но вместе с тем я понял, что поверхность уже где-то близко.

Спустя еще пару минут я уперся в металлическую решетку, которая как две капли воды была похожа на ее соседку под водой. За ней просматривались какие-то нагромождения старых стульев, сломанных кроватей, потертой одежды, обветшавших книг и еще много разного хлама. Похоже раньше здесь была сливная яма, которую переделали под подвал и теперь хранили здесь ненужные вещи. Я снова использовал плавитель и, пыхтя от напряжения, поставил разрезанные прутья на землю, а затем выбрался наружу. Рики тут же обхватил хвостом мою шею и улегся на плече, слегка царапая коготками обнаженную кожу.

Оглядевшись, обнаружил металлическую лесенку, которая уходила под самый потолок, заканчиваясь деревянной крышкой люка. Тихонько взобрался по ней и попробовал надавить. Она издала негромкий, но протяжный скрип, отчего я замер, вслушиваясь в темноту. Вроде бы все спокойно. Выбрался наверх и огляделся по сторонам. Это напоминало какой-то чулан. На стенах было навешано огромной количество крючков, на которых висела рабочая форма и зимняя одежда. В углу, неподалеку от выхода, стояли лопаты, метлы, грабли и иная садовая утварь. Надеюсь, дверь не закрыта.

Мое предположение не оправдалось. Дверь была заперта, причем снаружи, но она была очень старая и болталась во все стороны. Я надавил на нее, просунул в щель стилет и с первой же попытки поддел обычный металлический крючок. Он тихонько брякнул и мне пришлось снова насторожиться. Тишина. Просунул голову вперед и увидел длинный каменный коридор. Магистр говорил, что кабинет с переговорником находится на втором этаже. Я аккуратно двинулся дальше. Мой, уже неплохо натренированный слух, заставил меня переживать. Мне было слышно мое же дыхание, биение сердца, а тихие шаги, казалось, разбудят весь дом. Но все пока шло неплохо.

В коридоре обнаружился с десяток дверей, каждая из которых могла издать нежелательный шум. Я остановился в растерянности и начал вспоминать план дома. Кажется, нужно пройти чуть дальше.

Моя память меня не подвела — мне удалось найти искомый выход с первой попытки и на этот раз обошлось без скрипа. Петли были отлично смазаны и передо мной открылась изящная мраморная лестница с золочеными перилами. Внезапно Рики тревожно приподнялся на плече и навострил ушки. Я последовал его примеру и услышал протяжный храп доносящийся сверху.

Воодушевившись тем, что хозяин спит, я на цыпочках поднялся наверх и попал в удивительно место! Повсюду на стенах висели красивые расписные ковры, каких я раньше никогда не видел. А вся отделка была выполнена из незнакомых мне материалов и странного красноватого дерева. Даже пахло здесь по-особенному, какими-то душистыми маслами. Однажды Юфин меня водил в лавку, которая принадлежала халифатскому купцу. В ней был похожий аромат, но более мягкий. А в этом смешался запах гор и степной травы.

Я проскользнул мимо спальни, дверь которой была открыта. Это внушало надежду, что охраны внутри дома нет. Моему любопытному взору предстал спящий мужчина среднего возраста, на груди которого покоилась голова его жены со сладкой улыбкой на лице. Мне стало стыдно. Эти люди даже не знают, что прямо сейчас неподалеку от них стоит человек с ножом, пускай и мальчик.

В голове проскочила картинка с телом почившего епископа, убитого мною во сне. Смог бы я также убить эту беззащитную женщину сейчас? Меня пробрали мурашки от этого зрелища, а следом накатило отвращение. Наверное нет. Отбросив плохие мысли в сторону, я начал красться дальше и наконец добрался до конца коридора. Рики сидел тихо, иногда вращая головой по сторонам, словно понимал всю ответственность момента.

Ну вот и нужная дверь. Она тоже оказалась незапертой, хотя на ней и был предусмотрен замок. На полу комнаты лежал роскошный ковер с невероятно длинной шерстью, которая приятно касалась голых ног. Вся обстановка кабинета указывала, что он принадлежит весьма богатому человеку. Повсюду на стенах висели картины, на которых были изображены люди в странной одежде, судя по всему хаттайцы, так как их головы украшали обручи в форме змей. Этот народ утверждает, что на их плечах возлежит Великая миссия подчинить все народы Кастании, во имя Куурум — гигантской кобры, которая является прародительницей всего сущего.

Рики перебрался на другой плечо, чем вывел меня из задумчивого состояния. Я подошел к огромному столу, все из того же красноватого дерева и увидел тот самый переговорник, посреди кучи бумаг и каких-то книг в твердой обложке. Меня удивило, что я не узнал ни одной буквы. Неужели те спящие люди настоящие хаттайцы?

Но больше всего меня восхитило само переговорное устройство. Оно было выполнено в форме изящной змеи, приготовившейся к нападению. Даже в полной темноте я разглядел искусно отделанные глаза из зеленого камня. Кажется, их называют «изумруды», и они баснословно дорого стоят. Низ прибора закручивался кольцами длинного хвоста. Я перевернул его, нащупал крышку и легко надавил на защелку, молясь, чтобы она не шумела. Но все прошло удивительно тихо, и на мою ладонь выкатился синий цилиндрик. Я вытащил из кармана шорт такой же камень, вставил в гнездо и завел замочек обратно.

Получилось! Теперь нужно выбраться отсюда, и завтра утром я уверенно смогу сказать, что завершил свою первую самостоятельную операцию!

Обратная дорога заняла совсем немного времени, но мне пришлось задержаться в том самом подвальчике с рухлядью. Я не удержался и остановился посмотреть, что за книги там лежат. В отличие от кабинета, здесь все издания были на понятном мне языке Четырех королевств. Я начал быстро перебирать их по названию, изредка заглядывая в аннотацию. В основном это были скучные опусы о политике и культуре соседних стран. Еще нашел путеводитель по халифату, но он меня мало заинтересовал. Все указывало на то, что эти книги принадлежали старому хозяину дома, который вероятнее всего был каким-то дипломатом.

Когда я уже почти отчаялся найти что-то интересное, в моих руках оказался толстый фолиант, надпись на обложке которого я не смог прочитать, так как она затерлась от времени. Меня заинтересовало то, насколько она хорошо выглядит внутри. Бумага словно недавно была изготовлена и оказалась непохожей ни на один из виденных мною сортов ранее, а уголки были окованы серебристым металлом. Я открыл первую страницу и впал в ступор. Здесь красовалось название на двух языках, один из которых был мне родным, а второй абсолютно неизвестный, состоявший из причудливой вязи вместо букв. Это был учебник эльфийского языка, которому, согласно дате внизу страницы, было больше семи сотен лет!

Я не сдержался и взял его с собой. Моя совесть вопила, что я совершаю кражу, но мне было плевать на ее потуги. Тяга к знаниям перевешивала все остальное, и я не в силах был с этим бороться. Только подумать — я смогу читать по-эльфийски! И не важно, что в Саталии нет книг на этом языке. Когда-нибудь я заберусь в их покинутые города в Диком лесу и прочитаю все, что только смогу найти!

Толкая перед собой здоровенную книгу, я и Рики пробирались по бесконечной трубе в обратную сторону. Радость от находки настолько захватила меня, что я не обращал внимания ни на паутину, ни на жуков, ни даже на тяжелый воздух вокруг себя, полностью погрузившись в мечты. Добрался до воды, снял с решетки мешок и упаковал в него учебник, а заодно забросил туда Рики, который пытался протестовать, но быстро смирился.

Юфин меня встретил на берегу с таким радостным лицом, что я засомневался, а не приходила ли к нему на свидание Клэр, пока я ползал по вонючей трубе. Однако быстро подхватил его довольное настроение, и мы одним прыжком переместились в школу.

— Кай! Ты не представляешь, как я переживал! — он ходил передо мной взад-вперед и посматривал на меня так, словно мы не виделись полгода.

— Юфин! Ты не поверишь, в том доме живет хаттаец! Настоящий! У него там картины, и змеи, и красное дерево, а еще вот что я нашел! — Я открыл сумку, из которой выскочил недовольный Рики и умчался на шкаф, — Смотри!

Я протянул ему найденную книгу. Он внимательно осмотрел ее и изумленно уставился на меня.

— Кай! Ты знаешь сколько это может стоить? Думаешь хозяин не заметит пропажи?

— Не знаю и знать не хочу! Это теперь моя книга, она валялась в куче хлама в подвале, а значит никому не нужна! Я буду учить эльфийский язык!

— Ну у тебя ее никто и не отбирает, — он засмеялся, — Но вообще, твой друг профессор Блоу, немного его знает. Думаю, стоит ему это показать, у него куча текстов, которые до сих пор не переведены, и ты бы здорово ему смог помочь.

— Ну может быть. Завтра ему покажу.

Я переоделся, повесил сушиться шорты на спинку кровати и повернулся к Юфину.

— Все, полетели в квартиру. Рики, ко мне!

Мы распрощались с наставником, и я отправился готовиться ко сну. Завтра утром предстоит отчитаться перед магистром, и меня пробирал восторг, от гладко проведенной операции. Я уже представлял, как он хвалит меня. Погасил светильник, улегся поудобнее на бок и закрыл глаза. В голове словно произошел щелчок, и мне стало ясно, что в комнате что-то не так. Открыл глаза, обвел взглядом комнату и замер от радости. Все руны Коэ, что мне удалось нарисовать после утреннего визита наставника, светились бледно-зеленым светом!

На этот раз я не стал подскакивать и сразу экспериментировать, а спокойно промотал в голове сегодняшние события до мельчайших подробностей и улыбнулся. Почему-то я был уверен, что теперь знаю, что надо делать. Для уверенности, я встал, подошел к листу бумаги и быстро нарисовал пять рун. Они горели ярче предыдущих! Кажется, сегодня был лучший день в моей жизни…

Чего нельзя было сказать о следующем дне. Да, я заработал круглую сумму денег, удостоился похвалы магистра. Как оказалось, записанная мною информация имела какую-то невероятно важную ценность для Вайса, а потому он накинул на мое вознаграждение еще два квадрита. Но все омрачал отъезд Юфина и Клэр. Он долго передо мной извинялся, говорил, что я должен быть сильным, просил беречь себя, если Вайс даст еще какое-то задание…

Я кивал головой на его просьбы, прогоняя проклятую досаду, засевшую комом в горле. Он заметил мое состояние и тяжело вздохнув, предложил:

— Кай, если хочешь, мы можем сегодня прогуляться по Фаэте и будем делать все что захотим! Мы даже возьмем Клэр с собой, если ты не против. Поверь, она не такая плохая, как ты думаешь.

— А мы сходим в банк? У меня ведь теперь есть много денег! — я шмыгнул носом.

— Куда захочешь! И на рынок заглянем! Блоу говорил, что у тебя скоро повышение до четвертого уровня. Вот и прикупим тебе универсальный переходник. Ты теперь у нас парень богатый и можешь восстанавливать Силу не только простыми сколитами. — Он улыбнулся мне и крепко обнял.

Точно! Я вспомнил, что прошел почти год с того дня, когда я получил третий уровень. Интересно, какие возможности мне откроет моя новая Сила?

Все-таки этот день закончился не так плохо. Я шагал по улицам Фаэты, держась обеими руками за Юфа и Клэр. И хотя я понимал, что это глупо, и я уже не такой маленький мальчик, как раньше, но все равно мне было очень хорошо. Словно я вернулся на полтора года назад к своей беззаботной детской жизни, а рядом были папа и мама.

Мы посетили аттракционы, где я выиграл главный приз — огромную плюшевую белку, победив всех детей в стрельбе из лука. И хотя в игрушки я не играл, но решил, что Рики он понравится и в мое отсутствие ему будет с чем развлекаться.

В банк мы тоже сходили. Это оказалось самое скучное место, которое я только видел в жизни. Граждане ходили по нему с такими важными лицами, будто они все до одного родственники короля. Внутри здания все выглядело таким дорогим, что я даже боялся запачкать ногами блестящий пол. А еще здесь было отвратительное гасящее поле. Настолько сильное, что мои «муравьи» даже не смогли шелохнуться. Я снял два квадрита, один из которых тут же разменял на мелкие камни, а второй оставил на всякий случай.

После банка мы отправились за покупками, и я набрал всякой всячины для своих опытов: набор недорогих минералов всех цветов и форм, моток глеверитовой проволоки, кучу герметичных склянок и бутылочек для проведения экспериментов с кровью и несколько тетрадей для записей. Ну и конечно тот самый переходник, который был похож на обычный, за исключением того, что его верхняя часть имела сложную конструкцию, позволяющую засунуть в него камень от первого до четвертого уровня.

Но все хорошее имеет свойство заканчиваться и наступил момент расставания. Юф перекинул все мое имущество из квартиры, включая Рики, еще раз виновато попрощался и покинул общежитие, в котором мне предстоит опять безвылазно торчать. Чтобы прогнать чувство тоски, я взял свою новую книгу и отправился к профессору.

Едва он увидел меня на пороге кабинета с томиком в руках, как его глаза загорелись, и он стрелой оказался возле меня, опрокинув по дороге стул.

— К-кай Ф-фаэли, — от волнения он начал заикаться, — Это т-то, что я д-думаю?

— Надеюсь, — я протянул ему книгу и с удовольствием наблюдал, как трясутся руки ученого, переворачивая страничку за страничкой. Увидеть ошеломленного Монтиса Блоу дорого стоит.

— Я с-сделаю копию? — волнение не хотело покидать профессора.

— Сколько угодно, господин профессор!

— Ты понимаешь, что дает нам эта книга?

— Пока нет, но надеюсь, что она поможет в ваших исследованиях.

— Не представляешь как! Обещаю, что я подготовлю тебе все, что мне удастся найти в сочинениях эльфов, посвященных магии. На сегодня тренировки отменяются! — закончил он и виновато посмотрел на меня.

Похоже у меня выдастся свободный день. Я понял, что единственное, о чем сейчас мечтает ученый, это остаться наедине с книгой и погрузиться в расшифровку своих бесконечных трактатов и рукописей.

— Господин профессор! А у вас есть книга про использование глауфитов?

— Нет Кай, это закрытые знания. Их можно получить только при королевском дворе, где разрабатывается сколитное оружие для стражи и инквизиции. И частично в школе гасителей, но только по их ветке исследований. Королевский двор считает, что эти знания могут привести к хаосу и беспорядкам в государстве. Я советую тебе не экспериментировать с этим, это сложная наука, требующая серьезных и точных расчетов.

— Я понял, спасибо что предупредили!

— Это тебе спасибо, Кай, за книгу. Хочу дать еще один совет. В этом году будет огромное количество поступающих. Кригер принял решение не переселять вас. Новички займут общежитие выпускников, но мест не хватает и часть поселят в ваше общежитие. Тебе нужно будет найти кого-то, с кем бы ты был не против делить комнату.

Расстроенный этим известием, я вернулся к себе в комнату. Жить с кем-то мне совсем не хотелось. Да еще и затея с телепортом провалилась…

Но ведь на кристалл что-то записалось! Я вынул его из кармана и осмотрел. Сомнений нет, в нем хранится структура телепорта в снятую наставником квартиру. Но неужели я не смогу его активировать? Помнится Юф при моем первом посещении Длани говорил, что для активации глауфита используется сколит того же уровня, что и человек, создавший структуру в кристалле. Но у Юфина шестой! Где мне взять такой мощный камень?

Я выудил из мешочка квадрит, решив проверить, хватит ли у него сил запустить кристалл и в этот момент в комнату постучали. Быстро убрал камень обратно в сумку, кристалл глауфита засунул в рот плюшевой белке, забросил Рики на шкаф и открыл дверь.

— Ну здравствуй, Кай Фаэли! Теперь мы будем жить в этой комнате вместе. — Из коридора на меня смотрел злорадно ухмыляющийся Гэнтон.

Я в испуге захлопнул дверь перед его носом и заперся изнутри. Как? Что он здесь делает? Неужели его вылечили и теперь он будет жить в этом общежитии?

Мерзкие мысли роем носились в моей голове, но затем рассудок потихоньку стал приходить в норму. Сделать плохого он мне ничего не сможет, тенкат ему не позволит, но мне точно не нужен такой сосед. Тем более раскроется моя тайна, связанная с Рики.

В дверь снова раздался настойчивый стук. Нужно что-то придумать, но пускать сюда я его точно не буду. Не нравится, пусть идет за взрослыми. Говорил же профессор, чтобы я подыскал себе сожителя! Но кому я могу довериться и открыться? Я ведь почти не общался с ребятами…

Лаэль!

Стук с той стороны прекратился. Скорее всего Гэнтон пошел жаловаться куратору, но проверять это я не собирался. Открыл окно и вылез на подоконник снаружи. Лаэль живет по моей стороне, через пару комнат, и мне совсем не трудно переползти к его окну. Так я избегу нежелательной встречи с бывшим второкурсником, а заодно не дам ему попасть в комнату.

Шаг, другой. Мои пальцы уверенно держались за выщербленные камни. Я спустился чуть ниже, чтобы меня не заметили соседи, благополучно дополз до комнаты сокурсника и вытянул голову, заглянув в окно, которое у него оказалось открытым.

Я чуть не сорвался от невероятного изумления, когда увидел происходящее внутри. Посреди комнаты спиной ко мне над полом висел Лаэль, абсолютно не касаясь его, а перед ним раскинулся огромный шар, внутри которого был целый город в лесу с удивительными постройками прямо внутри огромных стволов деревьев. А по улицам этого города ходили…

Эльфы!

На переднем плане шара стоял красивый взрослый мужчина этой расы, как две капли воды похожий на Лаэля, который заинтересованно смотрел прямо на мою высунувшуюся над подоконником голову.

Лаэль резко развернулся. Его глаза на секунду расширились от удивления, а затем он выхватил кинжал и метнул его прямо в мое лицо.

Нож просвистел над головой — мне удалось от него увернуться, но я не смог вовремя погасить резкий рывок и сорвался со стены.

В нарастающей скорости полета меня охватил ужас; в мыслях все перемешалось: Гэнтон, эльфы, магия, телепорты… Я почему-то вспомнил, что забыл покормить Рики и где-то в мыслях ждал неминуемого удара.

Я сейчас умру?

Из окна высунулась голова Лаэля, и в этот момент я коснулся земли…

Глава 7

Все тело пронзила невероятная боль, в позвоночнике что-то хрустнуло, внутри как будто оторвался желудок, а голова ударилась о булыжники пешеходной дорожки.

Вопреки своим ожиданиям, сознания я не потерял. Попробовал пошевелиться. Руки слушались совсем чуть-чуть, но ниже пояса полностью пропали ощущения, и я не мог понять на месте ли мои ноги. Голова гудела чудовищной силы болью, а перед глазами плавали цветные пятна. Рот наполнился кровью, и она не хотела останавливаться, но я не мог даже повернуться, чтобы выплюнуть ее, отчего начал захлебываться и глотать. Качнул головой и все тело отозвалось страшной ломотой. Я попытался призвать на помощь Силу, но «муравьи» словно «растерялись», и только лихорадочно бегали взад-вперед, не понимая откуда начать работать.

Мысленным усилием я направил их к голове, и ко мне понемногу начало возвращаться зрение. Словно сквозь пелену, увидел лица склонившихся надо мной в тревоге патрульных, и еще нескольких ребят. А за ними Лаэля, с перекошенной физиономией. В его взгляде читалась и жалость, и ненависть одновременно. Он боится за свой секрет? Зря… Я бы все равно не рассказал про него никому. Наверное, он не станет меня сейчас убивать, при всех. Проклятая кровь… Я напился ее уже до отвала, и старательно пытался направить один отряд «муравьев» куда-то пониже груди, где, как мне казалось, что-то порвалось и вытекало.

— Чего встали! Носилки сюда! А ну разошлись, быстро, быстро!

Куратор.

Я перевел взгляд в сторону его голоса и обнаружил Корлина, за спиной которого стоял ошеломленный Гэнтон. Похоже он все-таки пожаловался. Руководитель курса присел передо мной.

— Кай, молчи. Моргни два раза, если слышишь меня.

Я выполнил то, что он просил и на его лице появилось облегчение.

— Не пытайся шевелиться, просто жди. И постарайся не терять сознание. Хорошо?

Снова поморгал ему.

Спустя несколько минут появилась сестра Кейла из медицинского домика, которой в прошлый раз пришлось оказывать первую помощь Гэнтону, а с ней еще одна женщина. Ее я видел всего пару раз, кажется, она преподает на старших курсах. Она приказала двум дежурным второкурсникам натянуть носилки и приготовиться, а затем направила обе руки в мою сторону.

Я почувствовал, как мое тело приподнялось над землей и аккуратно легло на ткань, прямо между двух жердей. Да она телекинетик! Дежурные понесли в сторону медицинского здания. Я видел, как Лаэль дернулся пойти следом, но его остановил куратор, объяснив, что мне пока нужен покой, а все свидания будут позже. Выходит, они не знают почему я упал и «эльфский разведчик», как я его окрестил про себя, пока вне подозрений.

Меня занесли во внутрь, а затем вторая женщина снова подняла меня в воздух, и моя одежда сама собой начала расстегиваться и падать на пол. Когда на мне остались одни плавки, она опустила меня на какую-то твердую лежанку, отчего мне снова стало больно, и я попытался дернуться.

— Тише, тише, малыш. — Ко мне подошла хозяйка домика, и я почувствовал укол, от которого мне стало хорошо, а неприятные ощущения стали уходить.

Моя Сила очень остро отреагировала на это вмешательство и попыталась очистить мой организм от лекарства. Огромным усилием мне удалось сдержать ее и перенаправить к перебитому позвоночнику. Я уже догадался, почему не чувствую ног.

Постепенно накатила сонливость, и я начал засыпать под монотонное бормотание целительницы, пытающейся меня убедить, что все будет хорошо. Откуда-то издалека доносились голоса, среди которых я узнавал то куратора, то Ставера и Майера, а один раз мне показалось, что я слышу самого Долана Кригера.

Не знаю, сколько я так пролежал, но, когда мои глаза открылись, в голове уже стало ясно, и даже внутри живота все было в порядке. Попробовал пошевелить ногами, но пока безуспешно. Тем не менее моя Сила была в порядке, и я чувствовал «муравьиное» копошение в пояснице.

Повернул голову. За окном, закрытым толстой металлической решеткой, уже была глубокая ночь. Возле меня на стульях сидели Монтис Блоу, куратор Корлин и сестра Кейла, которые о чем-то переговаривались.

— Очнулся! — профессор первым заметил, что я пришел в себя. — Как твое самочувствие? Что там произошло, в общежитии Кай?

— Гэнтон… Он пришел ко мне и сказал, что будет теперь жить со мной… Я был против и закрылся от него, а потом хотел перелезть к Лаэлю в комнату, чтобы договориться пожить с ним… и сорвался вниз… — я решил умолчать о том, что мне стало известно об этом парне.

— Кай, а нельзя было подойти ко мне, как все нормальные люди, спустившись по лестнице, и решить этот вопрос? — строго произнес куратор.

Я хотел начать оправдываться, но Блоу резко изменился в лице и грозно рявкнул на него:

— Нельзя! Вы многое не знаете, брат Корлин. Кай чуть не погиб из-за него на вступительном экзамене. Моя бы воля, я бы не принял этого ублюдка обратно в школу.

Куратор как-то сразу сник и с жалостью посмотрел на меня.

— Малыш, твоя способность спасла тебе жизнь. Люди редко выживают после такого падения! — сестра Кейла поднялась и начала прощупывать мой живот, — Здесь больно?

— Нет.

— А здесь? — она что коснулась меня? Я опустил глаза и увидел ее руку на своей ноге. — Что чувствуешь.

— Ничего, вообще ничего. И ногами двигать не могу. Но моя Сила уже…

До меня внезапно дошла мысль, которую я не сразу смог уловить.

— А почему я чувствую свою Силу? Ведь сейчас ночь и должен работать барьер!

— На это помещение не распространяется ограничение, малыш. Иначе бы я не смогла лечить больных. Контур специально так настроен, поэтому здание больничного домика находится отдельно от всех.

— Тогда я надеюсь, что к утру буду в полном порядке… а если вы мне дадите использовать парочку двулитов…, то вообще смогу пойти завтра на тренировку.

Не знаю, правда это или нет, но мне хотелось в это верить.

— Никаких тренировок, — Монтис Блоу строго посмотрел на меня, — Пока не вылечишься полностью. Лучше всего тебе сейчас поспать. Сестра, вы слышали? Парню нужны двулиты для восстановления.

— Я верну… — попытался добавить я, но она зыркнула на меня так, что я предпочел заткнуться.

Кейла вышла в соседнюю комнату и вернулась с переходником, который тут же обработала спиртом, и двумя камнями. Едва она прикоснулась к моей руке, как профессор подскочил с места.

— Не нужно. Оба идите спать, я сам помогу Каю.

Куратор и сестра Кейла, удивленно переглянулись, но возражать не стали и покинули домик. Я испугался, что Блоу начнет из меня вытягивать правду. Профессор слишком мне дорог, чтобы я позволил себе обманывать его. Но он всего лишь протянул мне переходник и прикрыл глаза рукой.

— Давай, как ты это умеешь. Не стоит им пока знать, как ты поглощаешь камни.

Я самостоятельно провел процедуру, осветив палату двумя короткими вспышками, и на пол осыпалась пыль от исчезнувших камней. «Муравьи» воспрянули духом, и я, кажется, почувствовал их в своей ноге.

— Уверен, что завтра встанешь в строй? — его покрытое морщинками лицо излучало такую заботу, что мне стало стыдно, что я не делюсь с ним тайной Лаэля. Но сначала я сам поговорю с ним в безопасном месте, а уж потом, если он останется агрессивным, буду думать, что делать дальше.

— Я очень в это верю, господин профессор…

В голове вдруг промелькнула мысль. Эльмур!

— Что с моей комнатой? Там Рики не накормлен! — я чуть не подскочил с кушетки.

— Не переживай, уже всех расселили. Корлин сообщил мне, что никто ничего не открывал и твое имущество в полном порядке. А белка потерпит. — Он подмигнул мне и приложил палец к губам.

Белка? Почему он сказал белка? И что означают эти жесты? Но следующая мысль не дала мне задать этот вопрос.

— Окно! У меня в комнате открыто окно! Он может сбежать!

— Ключи, быстро! — профессор тоже взволновался не на шутку.

Я указал ему на свои вещи. Он забрал связку и покинул домик.

Спустя пятнадцать или двадцать минут Блоу вернулся обратно и успокоил меня.

— Все с ним в порядке — лежит на шкафу и скучает. Я, пожалуй, пойду, Кай. Поправляйся как можно быстрее! — ученый снова подмигнул мне, погасил свет в комнате и ушел, заперев дверь снаружи, так и не дав спросить, что он мне пытался этими жестами сказать.

Я остался наедине со своими мыслями. Странное поведение профессора, возвращение Гэнтона, связь Лаэля с эльфами… Да еще и Юфин, как назло, уехал.

За окном промелькнула тень.

Показалось? Я уставился на улицу и стал пристально всматриваться в растущие за ним деревья. Наверное показалось. Едва я успокоился, как из-за ближайшего дерева вышел Лаэль. На его губах играла злобная ухмылка. Он подошел к окну и посмотрел прямо на меня.

Закричать? Но ведь отсюда до ближайшего здания очень далеко, а надеяться на патруль, который обычно игнорирует эту территорию и срезает путь, минуя ее, очень сомнительное дело.

Немного подумав, я улыбнулся и помахал ему, а затем, копируя профессора, приложил палец к губам, пытаясь объяснить, что его секрет остался секретом. Его лицо резко изменилось на дружелюбное, и он покачал решетку, но сообразив, что через нее не пройти, отошел немного назад и стал перебирать руками в воздухе, странно складывая пальцы, как будто плел невидимую сеть.

Я ахнул от неожиданности! В комнате появился маленький светящийся шар, который начал медленно расти. Рядом с Лаэлем появился точно такой же шарик, и я зачарованно наблюдал, как они одновременно увеличиваются в размерах. Когда они достигли человеческого роста, он шагнул в свой шар и вышел из того, что висел у меня в помещении.

— Привет, Кай.

Происходящее меня взбудоражило, по всему телу пробежала мелкая дрожь, и в этот момент, я впервые почувствовал свои ноги. Они еле шевелились, но это значило, что моя Сила смогла восстановить позвоночник и чувствительность.

— Привет, Лаэль. Я не выдал тебя.

— Я знаю, — он печально вздохнул, и придвинул к себе один из стульев, — Иначе бы твои братья меня уже попытались схватить. Но, к сожалению, это ничего не меняет. Я вынужден буду тебя убить. Слишком многое постановлено на карту. Если хочешь, я сделаю это безболезненно.

То, что я услышал, наверное, должно было меня испугать. Но я почему-то совсем его не боялся. Наверное потому, что до конца не осознал всю серьезность его намерений, а может потому, что верил в тенкат, который не позволит ему этого сделать.

— Молчишь? — он с интересом уставился на меня.

— Я не знаю, что сказать, Лаэль. Всю жизнь я мечтал увидеть настоящих эльфов, а оказывается один из них жил прямо рядом со мной. Ты не очень похож на них.

— Я полукровка Кай, — он отодвинул свои длинные волосы в сторону, и я разглядел, что у него совершенно обычные уши, — Тот мужчина, с которым я разговаривал — мой отец. Он же предводитель Чистых. А мать обычная жительница Норада. Поэтому агенты Длани и не заподозрили ничего, когда собирали данные обо мне перед поступлением в школу братства.

— Чистых?

— Так называют группу эльфов, которая чтит традиции истинной природной магии. После раскола, что произошел более пяти веков назад, весь эльфийский народ разделился на несколько групп.

— Я их называю «хорошие» и «плохие» эльфы, — сообщил я ему.

— Нет ни хороших, ни плохих. Есть разные взгляды и терпимость к другим. Плохие, как ты их назвал, используют некромантию и магию крови, но при этом не обязательно принадлежат темным силам. У них много великолепных ученых и сильных магов.

— Но ведь есть те, которые поклоняются Тьме?

— Конечно, как и у людей. Служение высшим сущность дает дополнительные возможности, но и накладывает определенные обязательства, неисполнение которых всегда заканчивается смертью.

И откуда он столько всего знает! Как можно в двенадцать, ну пускай тринадцать, лет уметь мастерски стрелять из лука, профессионально владеть кинжалом, столько всего знать, да еще и с легкостью владеть магией?

Он словно понял, о чем я думаю и произнес:

— Вижу твое удивление. Ты, наверное, хочешь спросить о моем возрасте?

Я кивнул.

— Мне тридцать четыре года. Физиологически это соответствует вашим тринадцати годам. Двадцать из них я провел со своим народом, там же и обучился владеть оружием. Отцу очень дорого обошлось, чтобы меня признали остальные. И теперь я здесь, чтобы возместить ему его старания.

— Ты шпионишь для эльфов? Но как же тенкат и твоя клятва? Почему Арамена не выдала тебя братьям? Как ты обманул прибор для измерения Силы? Я точно знаю, что он не реагирует на магию!

Его лицо вытянулось от удивления.

— Откуда ты знаешь, что определитель не показывает магию?

— У меня тоже есть секреты!

— Ну хорошо. Я отвечу на все твои вопросы. Вы, короткоживущие, слишком сильно уповаете на богов. Что девять Белых, что Серая Арамена, что Темные, существуют только потому, что вы верите в них. Любой бог в сотни раз сильнее человека или эльфа, этого у них не отнять. Но каждое их действие, направленное на мир вокруг нас, отнимает их же энергию, которой они дорожат. Ведь она не восстанавливается из сколитов, а только через веру. Арамена может явиться прямо сюда и выдать меня братству, но ей это будет дорого стоить. Божественные сущности крайне редко прямо влияют на ход событий и предпочитают накапливать силу, а не тратить ее.

Он сделал паузу, немного задумавшись и продолжил.

— Да, ты прав, я шпион. Вы люди слишком любопытные и не предсказуемые, а мы должны быть в курсе о ваших знаниях и открытиях, чтобы предупредить возможные последствия. Поверь, ваша раса сгубила множество миров, уничтожив в них все, что только можно было уничтожить.

— Множество? Ты хочешь сказать, что кроме Кастании есть еще миры? — мое сердце застучало быстрее, а глаза грозились выпасть от удивления.

— Конечно. И мы, и вы, и даже вампиры — пришельцы из других миров, волею высших сил оказавшиеся здесь.

— А гитайя? Они тоже пришли из другого мира?

— На этот вопрос я не отвечу. Никто не знает кто они такие, и откуда. Но то, что гитайя уже жили здесь за многие тысячи лет до нас, не подлежит сомнению. Ты спрашивал о моей Силе. Ее как таковой нет. Это моя магия, обличенная в иную форму. Все людские сверхспособности, ничто иное как магия, только вы не способны постичь ее сути. А потому оперируете ее огрызками.

— Это как?

Он снова задумался, перебирая что-то в голове.

— Представь себе воду. Она может быть паром, может быть льдом и может быть непосредственно водой. Я оперирую именно водой, придавая ей те формы, которые изучил. Вы же пользуетесь куском льда, который как не крути, остается в той форме, в которой замерз. У всех людей он выглядит по-разному, потому и способности ваши разные, но не изменяемые до конца жизни.

Лаэль вдруг насторожился, к чему-то прислушиваясь, но затем расслабился и продолжил.

— Теперь про тенкат. Он для меня не опасен. Неужели народ, что его создал, не знает как от него избавиться? — на его лице появилась гримаса превосходства, которая мне не понравилась. — Твоя детская непосредственность и наивность, Кай, чересчур трогает меня. А потому, я закончу этот разговор. Поверь, я всю оставшуюся жизнь буду жалеть, о том, что сейчас сделаю, но обязательство перед моим народом превыше всего. Спасибо, что сохранил мою тайну и прощай! Не бойся, тебе правда не будет больно.

Он направил на меня руку и начал плести в воздухе какие-то кружева.

До меня наконец дошло, что происходит. Разве стал бы он делиться такими секретами с обычным человеком, не собираясь его действительно убить? Надо было сразу все рассказать старшим, пока они были здесь, но моя тяга к знаниям ослепила меня. А теперь…

Я зажмурился от страха. Перед глазами замелькали картинки моей такой короткой, но такой насыщенной жизни. Юфин, Рики, Крикун, Дони, Марта, профессор Блоу… Простите меня, пожалуйста за мою глупость и самонадеянность. Мамочка, папа, я иду к вам на небо…

Раздался резкий свист и металлический звон, а затем я услышал насмешливый голос.

— И долго ты собираешься так сидеть, герой?

Долан Кригер? Не может быть!

Я медленно открыл глаза и увидел ректора школы, который смотрел прямо на меня, а у его ног лежал беспомощный Лаэль, руки и ноги которого были перевязаны сойтой. Только она была сделана не из кожи, а из звеньев цепи из буро-зеленого металла. Полуэльф извивался на полу и шипел, изгибая пальцы рук в разных знаках.

— Осторожно, господин Магистр! Он маг, его руки…

— Что его руки? — Кригер ироничным взглядом окинул пленника, — Пусть поколдует в цепях из лемерия, а мы вместе понаблюдаем за этим представлением.

Он уселся на край моей кушетки и уставился на Лаэля.

— Лемерий? — я думал это сказка, господин ректор.

— И дальше будешь так думать. Тебе открылось слишком много информации, ученик. Опасной информации и абсолютно тебе не нужной. Но ты мой брат и слуга богини. Завтра Ставер поставит тебе еще один тенкат, и мы забудем о том, что здесь произошло.

Выходит, Кригер был в комнате с самого начала? Ну конечно! Вот почему Блоу называл эльмура белкой и прикладывал палец к губам. Чтобы я сам не выдал ректору свою тайну. Значит все это было спланировано ими заранее…

Я посмотрел на затихшего Лаэля, который уставился в одну точку и молчал.

— Что с ним теперь будет? Вы убьете его?

— Зачем? Его выдадут королю, давно мы не радовали Превосходительство подобными подарками. Длани выгодно сотрудничество с властью. Но, пожалуй, хватит с тебя ненужных знаний, завтра я составлю текст клятвы. Чем больше ты задаешь вопросов, тем длиннее она будет.

— Его будут пытать? — я не мог остановиться.

— Конечно, но это заботы короля. Не наши. Ходить уже можешь?

Я попробовал встать и понял, что ноги стали слушаться, хоть еще и ощущались будто чужие. Приподнялся на кушетке, опустил стопы вниз и выпрямился. Меня слегка покачивало, но я сделал шаг, за ним второй и понял, что с каждым движением чувствую себя более уверенно.

— Вот и замечательно. Переночуешь здесь, а утром Ставер возьмет с тебя клятву.

Он вынул шприц, воткнул его в плечо Лаэлю, отчего тот задергался, а спустя минуту закрыл глаза и уснул. Кригер поднял его с пола, словно куклу, перебросил через плечо и покинул дом. Я насторожил слух, и с сожалением услышал, как щелкнул замок.

Вернулся на кушетку, и попытался уснуть, но мне это не удалось. Слишком много всего произошло за эти два дня. А самое обидное, что я хотел нормально общаться с Лаэлем и дальше, но он решил иначе, за что и поплатился.

Утром первой пришла сестра Кейла. Она долго осматривала меня, тыкала мои ноги иголкой, отчего я непроизвольно дергался, и в конце концов заключила, что я абсолютно здоров. Следом за ней пожаловал Ставер, который отвел меня в Святилище богини. И хоть я теперь начал понимать, что наличие алтаря рядом всего лишь ширма, а богиня не такая всесильная, как кажется, но все равно ее уважал и надеялся на ее помощь. Ведь она иногда показывает мне свое присутствие через тоненькую нить связи, а значит тратит свою божественную силу на меня.

Вот только зачем?

Глава 8

Я произнес последние слова клятвы. Ее суть заключалась в том, что мне ни при каких условиях нельзя распространяться о том, что произошло этой ночью, и о той информации, которая мне стала доступна после разговора с Лаэлем. Мне не составило труда ее дать, поскольку делится новыми знаниями мне, по большому счету, было не с кем. Разве что с профессором Монтисом Блоу, но что-то мне подсказывало, что он и так прекрасно об этом знал.

Из святилища богини я направился к общежитию, и уже издалека увидел огромную толпу мальчишек и девчонок, которых построили в шеренги. Перед ними взад-вперед расхаживал куратор бывших выпускников этого года. Ему передали новый набор, и сейчас он знакомился со своими будущими подопечными, как когда-то Корлин с моим курсом. Горящие глаза ребят были полны надежд и будущих свершений, а я вдруг понял, глядя на них, что год назад точно также переживал, и даже давал себе слово стать лучшим среди братьев. А сейчас… Нужно ли мне это сейчас?

Я прошел мимо них, с удовольствием отметив вытянувшиеся лица и удивление в глазах. Наверное, они не ожидали увидеть девятилетнего ребенка в полной форме Длани, который, судя по всему, еще и обгоняет их на один курс. Важно отвесил легкий приветственный поклон их куратору, на что он мне ответил тем же, и под ошеломленными взглядами новичков исчез в проходе здания.

Не успел я зайти в свою комнату, как ко мне на плечо спланировал со шкафа голодный Рики, который радостно уткнулся мокрым носом в мою щеку, а затем переполз к любимому запястью и с удовольствием впился в него.

Мне ничего не оставалось делать, как продолжить внеочередную кормежку. Я легонько почесал питомца промеж ушей и завалился на кровать, решив сегодня хорошенько подумать о своем Пути, по наставлению профессора. Но едва в моей голове начали обрисовываться первые мысли, как в дверь постучали. Гости были совсем некстати, я скосил взгляд на эльмура, который навострил уши и вытащил острые зубки из моей руки.

— Потерпи Рики, к нам кто-то пришел.

Он понял, что от него опять требуется изображать белку и недовольно перебрался на мое плечо.

За дверью стоял никто иной как Гэнтон. Моим первым порывом снова было захлопнуть дверь, но он поставил ногу на порог и произнес тот, чего я никак не ожидал от него услышать:

— Погоди, я пришел попросить прощения.

Что!? В голове все перевернулось. Судя по тому, что я успел узнать о Гэнтоне от его сокурсников за этот год, он просто не знал слов извинения вообще, и сейчас его поведение ни как не клеилось с его паршивой натурой.

— Что ты сказал? — я попытался скрыть удивление, но у меня это плохо получилось.

— Кай, прости меня за тот случай на твоих испытаниях. — Уверенно и четко повторил он. — Я осознал, что был не прав. Может сходим вечером в город?

Было непонятно как реагировать на то, что я услышал, но единственное, что мне сейчас хотелось, чтобы он убрался.

— Хорошо, подумаю над этим, а сейчас уходи. Я занят.

Он просто кивнул головой и пошел по коридору до комнаты Лаэля, а затем извлек ключи и скрылся за ее дверью.

Вот дела! Выходит, его поселили в освободившуюся комнату? Я еще раз прокрутил в голове то, что только что произошло, и понял, что не верю не единому его слову. Надо быть поосторожнее с этим парнем. Но меня все же порадовало, что ближайшее время мне не придется опасаться прямых стычек с ним.

Дни полетели за днями. Будущие братья и сестры сдавали испытания и все шло своим чередом. Близилось начало нового года обучения, мои однокурсники один за одним стали приезжать в общежитие, наполняя его радостными голосами, полными впечатлений о весело проведенных каникулах. Я понял, что хоть почти и не общался с ними, но очень сильно по ним соскучился. Иногда мне даже становилось интересно принять участие в какой-нибудь очередной беседе.

Встреч с Гэнтоном я старался избегать, но иногда мы все же сталкивались с ним в столовой или коридоре, и как-то раз мне пришлось ляпнуть, что я на него не держу зла и давно простил, в надежде, что он отстанет.

Но вместо этого, его попытки сойтись со мной и подружиться становились все более настойчивыми. Он постоянно предлагал мне совместный поход в Фаэту вечером, или на какое-нибудь представление. Мне казалось, что для него существовала только одна цель — вытащить меня с территории Длани, что, во-первых, мне было не доступно из-за инквизиции, а во-вторых, навевало разные подозрения. Усугублялось все это еще и тем, что по общежитию поползли слухи, якобы Гэнтон полностью потерял свою Силу и выгорел во время лечения. Мне стало интересно, так ли это и я стал обращать внимание на некоторые мелочи в его поведении.

Мои наблюдения привели меня к выводу, что он полностью перестал общаться со своими бывшими друзьями, которые сейчас учились на третьем курсе, да и вообще с кем-либо, кроме преподавателей. Кроме того, с его способностью действительно что-то было не в порядке, так как я ни разу не увидел ее проявления. А после одного случая, я полностью уверовал в это.

Поскольку поступивших новичков увезли в лес для прохождения начальной подготовки, нашему курсу оставался последний месяц дежурства, и поэтому, когда в школу Длани приехал огромный караван с провизией, ректор отправил на его разгрузку всех второгодок, освободив от занятий на этот день.

Это было долгое и скучное мероприятие, казалось груженым повозкам не будет конца. Ребята, пытаясь побыстрее справиться с поручением, использовали свои возможности на полную. Рид, например, владел способностью замораживать предметы, и быстро организовал ледяную дорожку прямо на осенней траве, по которой ребята стали катать тяжелые деревянные ящики. Парни-воздушники в этом им помогали, подталкивая груз ветром в нужном направлении. Телекинетики вообще, поднимали мешки в воздух и закидывали их сразу в нужное место. А Гэнтон просто таскал их на себе, хотя с его пятым уровнем способности, мог бы поднять над землей сразу целую телегу.

На мой вопрос, почему он не использует Силу, он задумчиво посмотрел на меня и, не ответив, прошел мимо. А вечером, когда я возвращался к себе, столкнулся с ним у дверей его комнаты.

— Кай, зайди, пожалуйста, есть разговор.

— Мы можем поговорить здесь, — мысль остаться с ним один на один мне не очень понравилась.

— Ты спрашивал про мою Силу, я хотел рассказать тебе. Но не при этих! — он кивнул на пробегающего мимо сокурсника.

Решив, что ничего в этом страшного нет, я согласился, надеясь раз и навсегда выяснить, что с ним случилось, и почему он себя так странно ведет.

Первое, что меня удивило внутри, это то, как здесь пахло. Когда тут жил Лаэль, такого запаха не было, напротив мне иногда казалось, что у него необычайно свежо. Сейчас же воздух был какой-то тяжелый, слегка отдающий гнилостью. Я шарил по комнате глазами, но ничего подозрительного не обнаружил, однако уловил какую-то непонятную тревогу в груди, которую списал на странное поведение Гэнтона.

— Ты хотел узнать, почему я не помогаю себе Силой, так?

— Да. — Я продолжал исследовать комнату, и мой взгляд остановился на огромной тряпичной сумке справа от входной двери, в которую судя по ее форме, словно кто-то накидал булыжников, размером с кулак взрослого. Интересно, что там?

— Я выгорел. Выгорел во время восстановления спины. Надеюсь, это останется, между нами?

— Как можно потерять Силу при обычном лечении? — меня сильно удивил такой ответ. И почему он решил мне об этом рассказать? Он что, настолько мне доверяет?

Или пытается втереться в доверие?

— Я не могу рассказать об этом, — он задумался, а чуть спустя добавил, спрятав глаза, — Так вышло, что весь период операции я провел без сознания, а когда пришел в себя, то обнаружил, что моя способность пропала.

Врет! Я сразу почувствовал это, но озвучивать не стал, а только утвердился в своих подозрениях, что он что-то задумал.

— Понятно, тяжело тебе пришлось. — Я изобразил на лице глубокое сожаление и понял, что побыстрее хочу убраться отсюда. — Пожалуй, я пойду, Гэнтон.

Поднялся со стула и направился к двери. Позади раздался его голос.

— Погоди, почему ты избегаешь общения со мной?

Я обернулся.

— Не знаю. Пока не могу, может быть позже, когда полностью начну доверять тебе. — Мне показалось, что такая полуправда будет лучшим объяснением в этой ситуации.

— Понял, надеюсь, что верну твое доверие! — он произнес это с каким-то сожалением.

Но я опять ему не поверил и покинул комнату.

Спустя пару дней, с небольшим опозданием, в школу Длани приехала Тая Лито, и я окончательно потерял голову, когда ее увидел. Она стала еще красивее за лето, и сильно вытянулась вверх. Мне даже стало стыдно, что я ей едва достаю до груди. Мальчишки с нашего курса повлюблялись в нее все до одного, что меня очень сильно коробило, но поделать с этим я ничего не мог. В день ее приезда только все друг друга и спрашивали: «Тайку видел уже? Обалдеешь, такая фифа!». Парням внезапно срочно стало требоваться сходить на второй этаж по разным надуманным причинам, лишь бы на нее взглянуть.

Я набрался смелости, взял эльмура и пошел к ней в гости, как будто бы по очередному вопросу о содержании питомцев. Она меня встретила необычайно тепло и начала оживленно рассказывать о том, как провела это лето, а я сидел и любовался ею, даже не слыша, что она говорит.

— Кай! — донесся ее возмущенный голос, который вытащил меня и грез, — Ты меня слушаешь?

— А? Да, конечно! Очень интересно! А я вот просидел все лето здесь, скучая. — Я постарался перевести тему на себя. Только бы она не спросила, о чем сейчас шла речь, а то попаду впросак.

— Бедняга! Я бы умерла со скуки! — на ее лице отобразилась искренняя жалость.

— Да, мне так сильно хотелось погулять… — внутри меня откуда-то накатил прилив воодушевления, что не удержался и добавил, — С тобою вместе.

Я весь сжался и покраснел, ожидая ее реакции. Может зря я это произнес?

Тая вскинула свои изящные брови, и произнесла, с какой-то хитрецой:

— Так уж сильно хотел?

— Да, — я отвел глаза и приготовился услышать что-нибудь насчет того, что мне нужно еще подрасти, но вместо этого застыл от неожиданности после ее слов.

— Я не против. Можем пойти прямо сейчас.

Мои глаза неверяще уставились на нее, но Тая выглядела абсолютно серьезной.

— Ты п-правда не п-против, — от волнения у меня перехватило дыхание, и я стал заикаться.

— Да, Кай, я сама очень хочу погулять с тобой.

Внутри меня словно наступила весна! Мне хотелось танцевать от радости и сделать все, чтобы эта девочка всегда была рядом. Я обязательно ее уговорю поехать со мной в путешествие, когда закончим учиться, и мы вместе будем познавать секреты этого мира.

— Ну, ты идешь? — улыбнулась она.

— Да, конечно! Только Рики занесу домой, жди!

Я взлетел по лестнице как на крыльях. Отнес эльмура в комнату, строго наказал ему себя вести хорошо, а сам быстро привел себя в порядок, переоделся в ни разу не ношенный костюм, бегом забежал в комнату с умывальником и осмотрел себя в зеркало. Вроде выгляжу отлично, если бы только не мой проклятый рост. Как же хочется побыстрее стать взрослым!

Снова проскочил ступеньки в три прыжка и постучал в комнату Таи. Она уже была готова и даже надела красивую юбочку, вместо своего привычного трико. У меня захватило дух от того, как она выглядит! Девушка закрыла комнату, и мы направились к лестнице. Я переживал, что она будет стыдится окружающих и постарался немного отодвинуться от нее, чтобы не поставить в неловкое положение. Но она удивленно посмотрела на меня, и сама взяла меня за руку…

Мальчишки и девчонки раскрыв рты пялились на нас, но никто ничего обидного даже сказать не посмел. Я прятал глаза от всех, а каждый шаг мне давался с трудом. Ноги стали полностью ватными, и только на улице мне удалось собраться с силами и взять себя в руки.

— Что с тобой, Кай? — Тая пристально посмотрела мне в глаза.

— Не з-знаю. Мне стыдно, что над тобой будут смеяться. Ты такая… такая красивая и высокая, а я мелкий шкет, который сюда попал совершенно случайно.

— Пусть только попробуют! — ее лицо приняло боевой вид, как тогда на арене, когда мы только поступали в школу, — И не переживай ты так из-за возраста! Ты ведь растешь! Когда-нибудь, перегонишь меня, и уже я буду смотреть на тебя снизу вверх!

От этого ее настроения я воспрял духом и почувствовал себя самым счастливым человеком в Кастании. Она говорит про будущее, и там есть местечко для меня!

Мы гуляли до самого вечера, обойдя почти все уголки на огромной территории школы. Мне еще никогда не было так хорошо в жизни! Даже мои занятия магией казались не такими уж и важными, по сравнению с тем, что Тая была рядом. Она ни разу не отпустила мою руку за всю прогулку, даже когда со стороны кладбища появился удивленный Гэнтон, проводивший нас каким-то странным взглядом. Я был настолько счастлив, что не обратил на это никакого внимания. Если бы я только знал…

Прошла примерно неделя с того момента, как мы впервые с Таей погуляли вместе. Я стал все чаще отмечать на себе завистливые взгляды парней с курса. Они полностью перестали общаться со мной, а при моем появлении затихали, и я чувствовал их ненависть своей спиной. Тая неохотно делилась со мной тем, что некоторые из них пытались поговорить с ней и убедить, что вокруг много более достойных кандидатов нормального размера и возраста.

Мне было неприятно это слышать, но как только она меня брала за руку, вся грусть улетучивалась, и мое сердце начинало биться чаще. Даже неудачная попытка запустить кристалл с записанным телепортом с помощью квадрита, которую я провел на днях, меня не расстроила. Ведь Тая не стремилась убегать по вечерам в Фаэту, нам было хорошо и в нашем школьном саду. Я стал забывать про свои занятия магией и опять начал пропускать тренировки, лишь бы почаще бывать с ней.

Впрочем, профессор не сильно на это злился, поскольку для него теперь ничего не существовало, кроме рукописей, в которые он ушел с головой.

В тот вечер дежурным по школе был Монтис Блоу, а потому мне удалось с ним договориться, чтобы он разрешил нам погулять немного дольше, а не сразу бежать в общежитие по сигналу рожка. Мы как обычно забрались с Таей поглубже в сад, чтобы усесться на нашу любимую лавочку и обсуждали планы на будущее. Она, как и я, любила узнавать все новое, и тоже решила после окончания школы отработать обязательный контракт, а потом сбежать со мной в какие-нибудь неисследованные земли. Я даже открылся перед ней в своих занятиях магией крови и показал, как работает Коэ. Тая очень переживала, когда я надрезал свой палец, отчего мне сразу расхотелось пугать ее этими штуками.

В тот момент, когда руна на лавочке засияла и втянула в себя последние капельки крови, она наклонилась к моему лицу, и я почувствовал ее теплое дыхание. Мне стало неловко.

— Видела? Вся кровь ушла в дерево!

Она не обратила на мои слова никакого внимания, а произнесла тихо:

— Кай, а ты хоть раз целовался?

— Нет. — Смущенно ответил я и напрягся, от встречного вопроса. — А ты?

— И я нет, но много раз замечала, как это делают взрослые. Это, наверное, очень приятно, потому что они постоянно хотят это сделать, когда любят друг друга.

— Да. Мои мама с папой тоже частенько целовались… — меня пробрала легкая дрожь.

— А давай попробуем? Ты и я. — Ответила она и придвинулась ко мне ближе.

Меня бросило в жар, но Тая уже закрыла глаза и потянулась ко мне губами…

И в этот момент затрещали кусты, из которых вышли четверо вооруженных ржавыми мечами людей. Точнее они были когда-то людьми… Через изъеденные временем лохмотья формы братства просматривались ребра, а их черепа были лишь отдаленно похожи на голову человека. Кожа гнилыми кусками плоти висела на их лицах, а глаза светились зеленым светом.

Увидев, их Тая побледнела и завизжала так, что у меня заложило уши. В испуге, я схватил ее за руку.

— Бежи-и-им!!!

Она в непонимании уставилась на этих мертвецов, словно загипнотизированная и не могла шелохнуться. В отчаянии я ударил ее по щеке ладошкой, чтобы привести в чувство. Она испуганно повернулась, посмотрела на меня и вскочила на ноги.

— Туда!

Мы побежали в сторону дорожки, но навстречу нам вышли еще трое, один из них был невысокого роста, с гладкими костями, на которых время уничтожило все что было. У него полностью отсутствовали глаза, а на их месте был все тот же странный яркий зеленый свет. Мертвый ученик братства…

Мою голову пронзила мысль. Мне стало понятно, что это работа некроманта, и кто-то поднял школьное кладбище. Зеленый свет издают вставленные в голову мертвецов сколиты, которые дают им энергию для движения. Мне удалось немного узнать в школьной библиотеке о сколитной некромантии и ее принципах. Но она не должна работать в гасящем поле!

Я потянулся к своим «муравьям», и они отозвались. Поле отключено! Но как? Неужели дежурные забыли активировать его?

Меж тем, Тая дернула меня за руку, и мы снова сменили направление. Мое сердце колотилось как ненормальное, а в голове лихорадочно бегали мысли. Кто, кто это мог сделать? Мне стало страшно, причем я переживал за Таю намного больше, чем за себя.

Мы выскочили на полянку, на которой никого не оказалась. Справа, слева и за спиной кусты ломались и трещали, под ногами мертвых членов Длани. Мы снова побежали вперед, пытаясь переместиться ближе к тому месту, где ходят патрули, но и оттуда появились молчаливые слуги некроманта. Оставалась одна дорога. На кладбище…

— Бежим в ту сторону! — перепуганная Тая показала мне в направлении погоста.

— Тая, там их должно быть еще больше! Нужно выбрать сторону, где их мало и попробовать прорваться! — не согласился я с ней.

— Мы и так уже видели с десяток! Во всем королевстве не найдется человека, который столько сможет поднять одновременно!

В ее словах был смысл. Мы снова побежали, и вдруг, ближе к кладбищу, меня словно осенило.

— Тая! Туда нельзя, нас специально загоняют!

Но было поздно, она уже исчезла за зеленой изгородью кустов. А затем я услышал ее надрывный крик, который тут же прервался. Следом раздался голос, который я узнал бы из тысячи.

— Выходи, бежать бесполезно Кай.

Со всех сторон ко мне приближались вооруженные мертвецы и другого пути не оставалось, да и в тот момент я бы сам не смог бросить Таю. Я продрался сквозь преграду и увидел его. Все тело Гэнтона испускало зеленое сияние, а вокруг него столпились несколько десятков мертвецов, которые мгновенно окружили меня со всех сторон. Но ведь это невозможно! Он же телекинетик!

Мой взгляд упал на напуганную девушку, которую держало несколько костлявых рук. Она удивленно вращала глазами, пытаясь понять, что здесь происходит. А затем завизжала на пределе своих сил. Лицо Гэнтона исказила злобная гримаса, и он шевельнул рукой. Из-за спин мертвецов вышел огромный скелет с ржавым двуручным мечом, который он молча поднял над головой и обрушил на Таю.

Мою Таю…

Ее тело развалилось на две половинки, орошая все вокруг кровью и упало на землю. Красивые безжизненные глаза навеки неподвижно застыли на таком безупречном лице…

Тая… Это неправда. Нет!

Внутри меня что-то оборвалось… Я кинулся на Гэнтона с кулаками сквозь толпу мертвецов, и мне было плевать что произойдет дальше. Я хотел вырвать его сердце, разорвать и растоптать эту тварь. Мертвые воины схватили меня своими гнилыми пальцами, и все что я успел сделать, это в незаконченном прыжке расцарапать ногтями его лицо до крови.

Он провел по лицу ладонью, посмотрел на кровь и расхохотался.

— А хочешь я верну тебе твою подружку? Правда она уже будет не такая хорошенькая, как раньше. Но поцеловать ты ее все-таки сможешь. Обещаю.

Безумие охватило меня. Я пытался вырваться, бил кулаками в эти тупые безжизненные рожи, кусал зубами давно сгнившую плоть, но это не помогало.

— Ну все, хватит представлений. На алтарь его.

Меня подняли десятки рук, их хватка была настолько сильной, что у меня не было не единого шанса вырваться. Мертвецы понесли меня прямо к одной из разрытых могил, возле которой стоял жертвенник, сложенный из гладких черных камней. Я понял, что было в той сумке. Я понял, что Гэнтон делал в тотвечер на кладбище. Вот зачем он усыплял мою бдительность. Чтобы подготовиться…

Мое тело прижали сильные руки мертвецов, которые содрали с меня одежду. Гэнтон поступил намного умнее Баренса, и вытащил из своей сумки несколько обсидиановых штырей, которыми проткнул мои ладони и тело в нескольких местах. Они словно парализовали меня, и я лишь бессильно смотрел на него полными ненависти глазами.

Он достал нож, полную копию того, что хранился у меня в комнате.

Он начал читать заклинание, слова которого я слышал уже в третий раз.

Клинок загорелся красными рунами, и я, словно время затормозило свой бег, увидел, как он медленно опускается на мою грудь.

Глава 9

Территорию школы огласил мощный сигнал тревоги, словно тысяча дозорных одновременно подули в один гигантский рог. А через долю секунды воздух надо мной расчертила смазанная фигура и ритуальный клинок вылетел из руки моего палача. Ошеломленный Гэнтон повалился на землю со сдавленным криком и схватился за грудь. Обсидиановые колья один за другим покинули мое тело, возвращая подвижность, а затем крепкие руки подхватили меня с алтаря и швырнули над головами неподвижно застывших мертвецов прямо на мягкие кусты.

Монтис Блоу.

Фигура профессора мелькала словно молния, а в его руках вращалось лезвие меча, сливаясь в один металлический круг. Цепкие руки, головы, куски трухлявых ребер сыпались на землю дождем, но мертвецам, казалось было безразлично. Они устремились к своему хозяину и встали перед ним стеной, закрывая от мелькающего клинка.

— Беги, Кай!

Но я не мог двинуться с места и как завороженный смотрел на этот быстрый и безупречный танец, в исполнении моего наставника. Но их было много.

Слишком много.

Земля вокруг зашевелилась, и из могил показались костлявые пальцы, Гэнтон творил немыслимые вещи, поднимая сотни новых мертвецов.

— Беги, я сказал, пока не поздно!!! — в голосе Блоу послышалась мольба, — Ему нужен ты, не я… Не бойся, им меня не поймать.

Последние слова прозвучали прямо над моим ухом, он поднял меня на руки и пронес далеко вперед, на свободное место. А мертвецы все прибывали и прибывали. Они шли со всех сторон, шли ко мне. Лишь группа самых сильных двигалась медленно, прикрывая своего повелителя.

Я не могу оставить профессора, ни за что.

— Кай! — рявкнул он мне в ухо и остановился, теперь я смог его хорошо разглядеть. Он даже не был одет в доспехи и сражался в своей повседневной одежде. — Беги, Чергот тебя задери.

Мои раны от кольев жутко кровоточили и очень медленно зарастали, но мне казалось, что я смогу сражаться!

— Я вас не брошу! — мои пальцы сжались, — Не брошу. Дайте мне кинжал.

Один, особо прыткий, но безоружный мертвец, подскочил к Блоу и впился зубами в его плечо. Лицо профессора исказилось болью, но он даже не отбросил его, а продолжал смотреть прямо мне в глаза.

— Если ты сейчас же не уберешься, я не стану ничего делать с ним! — он покосился на гниющую фигуру урчащей нежити, которая пыталась вырвать кусок плоти из его руки.

Я вдруг увидел, как морщинки возле его добрых глаз, заполнились влагой. Сделал шаг назад, еще один…

— Быстрее! — сквозь зубы процедил Блоу. — Братья уже идут.

Шага за шагом, я постепенно ускорился и обернулся. Ученый скинул с себя мертвяка, порубив его на куски, которые, несмотря ни на что, не оставляли своих попыток добраться до него. Но наставник снова превратился в вихрь и как заведенный крошил отряды некроманта, пытаясь добраться до самого хозяина.

Поле! Надо включить поле! Но справится ли оно с ними? Ведь у Гэнтона какой-то запредельный уровень Силы. Тем не менее, даже если оно их не остановит, то в любом случае создаст серьезную помеху.

Я помчался в подвал главного корпуса, где под круглосуточной охраной дежурных стоял кристалл глауфита, питаемый сколитом шестого уровня. Где-то вдали раздались крики. Мой взгляд устремился в ту сторону, и я увидел нескольких братьев, вооруженных мечами, которые пришли нам на помощь. Они рубили целую армию мертвецов, шедшую за мной по пятам, но те даже не обращали внимания на вонзающийся в их гнилые тела металл.

Подвал. А перед ним мертвые часовые, разорванные на части. Мое ночное зрение выхватило каждую деталь, от чего меня замутило. Кровь. Ее брызги запачкали все вокруг.

Я перешел на цыпочки, стараясь не снижать скорости и забежал в темный проход.

Десятками зеленых огней вспыхнули передо мной. Глаза нежити освещали их страшные перекошенные лица. Подвал до отказа был забит сторожащими кристалл мертвецами. Я отпрыгнул назад, и услышал стук, издаваемый ногами скелетов о ступеньки прямо за моей спиной.

Я в ловушке.

Ходячие трупы повалили ко мне, окружая со всех сторон. Прямо передо мной возвышался огромный зомби, которому я едва доставал до пояса. Сообразив, что выбора у меня нет, нырнул под него, проскочив между его костлявых ног, и оказался около устройства, создающего поле. Вся конструкция была опрокинута на пол, глауфит разбит на мелкие куски, и только большой сколит, размером с тыкву, покоился невредимым на своем месте в дальнем углу. Мой план провалился…

Меж тем, подвал наполнился живыми мертвецами до отказа. Я слышал крики братьев на улице, слышал голос профессора, который присоединился к ним. Они прорубались внутрь помещения, видимо кто-то из пришедших на помощь заметил мою фигуру издали. Но им не успеть…

Я беспомощно пятился назад, уворачиваясь от костлявых рук и понимал, что если не сейчас, то через несколько секунд меня все равно разорвут на куски. Вот уже чьи-то руки схватили меня за одежду, какой-то разрубленный на части мертвец, впился зубами в мою ногу. Спина уперлась в колонну, на которой стоял огромный шестиуровневый камень. Дальше пути нет.

Шестиуровневый! Эта мысль словно вспышка пронзила мой мозг. Я лихорадочно зашарил по карманам и нащупал кристалл, оставшийся от Юфина. Какой-то зомби напрыгнул на меня и ухватил зубами за шею. Из последних сил прямо в падении я успел коснуться глауфитом огромного камня…

Дикая боль охватила нижнюю половину тела. Я очутился в своей квартире в Фаэте, но у меня не было ног до середины бедра. Их словно срезало невероятно острым мечом. На моей шее так и осталась висеть безжизненная челюсть мертвяка, который утратил связь со своим хозяином. Кровь хлестала ручьями из артерии на шее и остатков нижних конечностей, образовав вокруг меня огромную лужу. Видимо из-за того, что я сделал кустарный кристалл без каких-либо расчетов, кокон телепортации оказался слишком мал и мои ноги, как и тело этого скелета осталось в школе.

Я позвал своих «муравьев», но они почти не реагировали, потратив всю Силу на заживление ран, оставленных кусками обсидиана. Глаза застелил туман, и мне стало дурно. Мир плыл вокруг, искажаясь дикими красками, а разум начал сужаться в какую-то точку. Вероятно, я потерял слишком много крови.

Дрожащей рукой дотянулся до внутреннего кармана и нащупал переходник. Нужно успеть восстановить Силу, я не имею права умирать! Юфин, Блоу, Тая… Они мне не простят, если я погибну.

Тая… Моя любимая Тая…

На глаза навернулись слезы, а боль, из покалеченного телепортом тела, ушла куда-то далеко. Злость охватила все мое существо, и я собрал остатки силы, пытаясь не потерять сознание.

Левая рука потянулась в карман штанов, где у меня постоянно лежала какая-то мелочь из первоуровневых сколитов. Но там была только дырка, телепорт отрезал и карманы…

Квадрит! Я потянулся ко внутренней подкладке плаща и нащупал камень, чуть больше моего кулака. Но ведь я только третьего уровня!

Плевать! У меня есть шанс! Это лучше, чем умереть вот так вот, истекая кровью на полу.

Трясущиеся руки еле запихали сколит в чашечку устройства; у меня даже не хватило сил повернуться и нормально закрепить руку, а потому я воткнул острие переходника прямо себе в живот. Последнее, что я увидел, как камень медленно наливается зеленым свечением, а потом мой разум отключился.

Сквозь сон до меня донеслись удары, будто кто-то пытается выломать дверь. Я открыл глаза и понял, что мне удалось выжить. Попытался встать и мне это удалось на удивление легко. Тело было переполнено энергией, а на мои ноги что-то просыпалось. Пыль от квадрита. Мне удалось поглотить его!

Удары раздались снова. Неужели меня выследили?

— Откройте! Городская стража Фаэты! — послышалось с той стороны.

— Сейчас! — я лихорадочно промотал в голове варианты, как мне правильно поступить и понял, что лучше подчиниться.

Быстро скинул с себя остатки одежды братства, оставшись только в нательном белье, пинком отправил челюсть зомби под кровать, но так и не решил, как избавиться от крови. Придется что-то придумать. Я вышел в прихожую и открыл дверь, сделав как можно более простодушное лицо.

В коридор прошли два стражника, и какая-то толстая дама, в которой я узнал соседку с нижнего этажа. Они сразу же стали озираться по сторонам, пытаясь заглянуть в комнату.

— Где твои родители? — усатый мужчина, который, судя по количеству полосок на плече, был старшим в этой паре пристально уставился на меня. — Ты гражданин?

— Да, дяденька, постовой! — я приподнял жетон с груди и помахал перед ним.

— Мерзавцы! — взвизгнула женщина, — Кто теперь мне оплатит ремонт!?

— Помолчите, гражданочка! Мы за этим сюда и пришли! Орете, как будто тут людей зарезали.

Мои мысли ураганом закрутились в голове, вероятно к ней просочилась кровь на потолок.

— У меня нет родителей, только дедушка Блоу. Он преподает в школе Длани Арамены и очень богатый! Деда вчера был на дежурстве, а я нечаянно уронил его любимое красное вино и разбил! — я попытался изобразить жалостливое лицо, — Теперь меня ждет трепка, но вы не переживайте, он все оплатит! Честно-честно!

— Открой дверь в комнату! — усатый видимо все же решил удостовериться в правдивости моих слов.

— Не стоит, дяденька стражник. Мой дедушка не любит, когда лезут в его вещи. Он преподает закон студентам братства и говорит, что согласно положению о неприкосновенности граждан Саталии и их имущества, никому нельзя входить без спроса в чужое жилище. А однажды он мне рассказывал, как одного из стражников Танара отправили в Яму, потому что он нарушил гражданские права! Но если вы настаиваете… Только тогда я обязательно ему все расскажу про вас. Он говорит, что врать взрослым нехорошо. Вот!

На лице постового отобразилась смесь удивления и испуга. Он потоптался на месте и произнес:

— Никуда не уходи. Мы сейчас свяжемся с твоим дедом, но если ты соврал…

— Я никогда не обманываю, дяденька стражник! Дедушку зовут Монтис Блоу, его все в Длани знают!

Оставшись один, я быстро схватил тряпку, набрал воды в ведро и начал затирать следы. События вчерашнего дня потоком хлынули в мою голову, и мне становилось все хуже и хуже. Сознание отказывалось принять, что Таи больше нет. Раз за разом я видел, как ее тело распадается в стороны и падает на траву, но пытался убедить себя, что ей удалось спастись. Даже если она не сможет ходить, я все равно найду способ ее вылечить и буду о ней заботиться.

Но потом приходило понимание, что люди не боги, и с такими ранами человеку выжить невозможно. Я бы все отдал, за то, чтобы моя Сила досталась ей. Но время не повернуть, а способности не передаются…

Гэнтон! Он ведь как-то смог поменять способность! Я должен узнать его секрет, и я обязательно узнаю. Вот только стану сильнее!

Мысль о своей слабости прочно засела в моей голове. Я начал представлять, как вернусь в школу и начну тренироваться усерднее. Мне надоело терять близких и друзей. С меня хватит! К черту Вайса с его заданиями, к черту ненужные уроки истории и ботаники! Я договорюсь и сдам все экзамены сразу, все равно ничего нового от преподавателей не узнаю. Теперь только тренировки, уроки по физической подготовке и занятия магией!

Мне удалось вымыть пол до повторного прихода стражи, и потянулись минуты томительного ожидания. Я очень надеялся, что профессор выжил и молился, чтобы больше никто не погиб.

В дверь деликатно постучали и за порогом квартиры стоял сам Долан Кригер, в сопровождении усатого.

— Вы свободны! Я дальше сам разберусь.

— Но… — стражник попробовал возразить, но ректор посмотрел на него таким взглядом, что даже у меня задрожали колени.

Постовой вытянулся по струнке.

— Извините! Рад стараться господин магистр! Всего хорошего! — Он откланялся и сбежал вниз по лестнице, звеня кольчужными доспехами.

Кригер прошел в комнату, осмотрелся по сторонам, выбрал самый простой стул и уселся на него. Его серые пытливые глаза быстро изучили комнату и остановились на мне.

— Рассказывай, Фаэли.

— С какого места, господин Великий магистр?

— С самого начала и до конца.

— Т-тая выжила? — мой голос задрожал, а в горле стало нехорошо.

— Нет, Кай… Извини.

— Профессор? — слезы потекли сами собой.

— Да, он сильно ранен, но состояние стабильное.

Я рассказал ему все, умолчав только о своем несостоявшемся первом поцелуе. Кригер слушал внимательно и не перебивал, а когда я закончил, задумался, сопоставляя услышанное.

— Почему вы не вернулись сразу, как прозвучал рожок к отбою?

— Мы хотели, но мертвецы…

— Ложь. Все началось через полчаса, после сигнала.

— Я уговорил Таю не идти. — Мои губы снова задрожали, потому что я понял, что все могло случиться иначе, если бы мы вовремя вернулись. Но про то, что профессор разрешил прийти попозже, умолчал. — Я виноват и готов понести наказание, господин магистр, за все. Даже за то, что обманул Юфина с телепортом.

— Этого не нужно. Тая мертва, и это останется с тобой на всю жизнь. Поверь, нет хуже наказания, чем осознавать, что из-за твоих неправильных действий погиб близкий человек. Тебе повезло, что дежурил Монтис Блоу, никто другой бы не успел… Идем, Кай Фаэли.

Он встал, а я застыл от ужаса, понимая, что ректор прав. Но ведь никто не знал, что Гэнтон готовил такое… Но ведь если бы мы вернулись вовремя… Все смешалось в голове снова.

— Идем! — чуть повысив голос произнес Кригер еще раз.

Я накинул на себя какие-то старые вещи, вытащил челюсть мертвеца из-под кровати, упаковал ее в старый мешок, и мы покинули квартиру. Кригер зашел к соседке, молча протянул ей квадрит, чего хватило бы не на один ремонт потолка. На улице он отобрал у меня сверток с останками, выкинул ее в мусорную кучу, а затем остановил паровик и обозначил извозчику место, неподалеку от центрального здания Длани.

Не доходя до постов инквизиции, он поднял меня на руки, и мы исчезли. В другой день, я бы силился узнать, как все это работает, и пялился с восторгом по сторонам во все глаза, но сейчас мне это было не интересно. В душе поселилась тоска, от которой хотелось забиться в самый дальний угол и не видеть весь мир.

Мы добрались до общежития. Кригер попрощался со мной и уже собрался идти, когда я окликнул его.

— Что тебе еще Кай?

— Господин магистр, разрешите мне в конце второго курса сдать экзамены за все годы обучения.

— И практику? — Бровь ректора удивленно поднялась вверх.

— И практику, всю, что смогу.

— Разрешаю. Удиви меня еще раз, Кай Фаэли.

Я не пошел в общежитие, а направился сразу в медицинский домик, где находился профессор. Сестра Кейла не стала возражать и разрешила мне с ним повидаться.

— Простите меня, — это первое что я произнес, увидев перебинтованного ученого, — Простите за все!

Он посмотрел на меня своими добрыми глазами и похлопал по стулу, у его кушетки. Я сел на него, не выдержал и зарыдал, уткнувшись носом в его плечо. Он положил мне руку на голову и погладил по волосам.

— Не вини себя, Кай, жизнь такая штука… Все может случиться.

— Тая… Если бы не я…

— Помнишь, я тебе рассказывал про душу? Она ведь бессмертна. Где-то сейчас, в неведомых для нас измерениях, сущность Таи устремилась на новое рождение. Она снова будет жить, быть может даже в этом самом мире…

— Вы знаете, что миров много? Лаэль мне говорил… — я почувствовал укол от тенката и мой рот застыл, а язык перестал шевелиться.

— Кай, мне семьдесят лет, и всю жизнь я посвятил науке. Конечно, я знаю, что существуют миллиарды миров, и Лаэль здесь ни причем.

Спустя минуту, когда паралич прошел, я посмотрел Блоу прямо в глаза

— Я буду тренироваться, господин профессор. Я сдам все экзамены и выиграю турнир выпускников в этом году. Выиграю его своими серпами. Тьма еще пожалеет, что решила связаться со мной! И тогда вы мне расскажете все что знаете про Михаила!

— А знаешь, Кай. Я тебе верю… — он вдруг сильно закашлялся.

— Что с вами? — забеспокоился я.

— Все в порядке, — его лицо приняло нормальное выражение, — Чертовы мертвяки, покусали так, что места живого не осталось.

— Спасибо, что спасли меня! Я этого никогда не забуду! — я встал и обнял его, стараясь не задевать забинтованные места.

— Все будет хорошо, Кай, у тебя Великий путь! Арамена благоволит тебе. Можешь ее благодарить за свое спасение.

Я задумался над его словами и не сразу понял, что он сказал, а когда сообразил, повторил вслух:

— Арамена?

Но профессор уже закрыл глаза и уснул…

На следующее утро, ректор объявил всеобщее построение. Прибыли все, и даже Лэтчер Вайс на нем присутствовал.

— Сегодня ночью, произошло ужасное событие… — начал Кригер.

Он очень долго говорил о долге, о правилах, о том, что кодекс школы написан не просто так, а чтобы его соблюдали. Я боялся, что он назовет мое имя и начнет порицать при всех, но ректор не стал называть фамилии. Затем объявили минуту молчания. В ночной бойне погибло три ученика — дежурные, чьи тела я обнаружил перед комнатой с кристаллом-гасителем и Тая Лито, а также двое взрослых братьев, которые отбивали нападение. Занятия полностью отменили, объявив траур.

Я тяжело переваривал ее утрату внутри, снова и снова возвращаясь к тому моменту, решив, что больше никто и никогда из близких не умрет по моей вине. Погрузившись в себя, я тщательно вспоминал, все что уже знал о ночных событиях и в какой-то момент неосознанно обратился к Силе. Она молчала.

Кто-то включил гаситель днем?

— … а теперь вы узнаете, что происходит с теми, кто посмел предать своих братьев! — фраза ректора вывела меня из раздумий. Я поднял глаза и увидел, как на площадь перед главным зданием вывели связанного Гэнтона.

Мои глаза с ненавистью уставились на эту мразь. Он вел себя гордо и снисходительно посматривал по сторонам, а когда встретился со мной взглядом, его лицо исказилось от злобы и беспомощности одновременно.

— Исполнить приговор! — отдал приказ ректор.

Гэнтон испугано начал вращать головой по сторонам, куда-то делись вся высокомерность и презрение к остальным, и сейчас он был похож на забитую собаку.

Отряд братьев, прибывших с Вайсом, окружили его и извлекли мечи из ножен.

— Вы не посмеете! Мой отец… — договорить он не успел…

В воздух взлетели фонтаны крови, отчего по рядам пронеслась волна голосов, от восхищения, до брезгливости, а когда братья разошлись в стороны, на этом месте не осталось ничего крупнее кулака. Кого-то в передних рядах стошнило, а я жалел лишь об одном…

Что меня не было в этот момент с ними, и я лично не приложил руку к смерти ублюдка.

Но есть еще его отец. Главы Длани владеют недоступными даже королю секретами, и если он имеет отношение к тому, что случилось, то жить ему осталось совсем недолго. Я обязательно это выясню, чего бы мне это не стоило.

С этого дня моя жизнь превратилась в один и тот же повторяющийся день. Я вставал рано утром, завтракал и шел в библиотеку. Мой уговор с ректором вступил в силу, и он освободил меня от занятий. Только иногда, если мне требовалось какое-то разъяснение или демонстрация, я находил после уроков преподавателей и задавал им вопросы.

Затем наступал обед, после которого, я шел в спортзал и отрабатывал все необходимые виды оружия. Парные кинжалы, теперь, мне стали как родные, словно были продолжением моих рук. С ростом уровня до четвертого, моя способность усиливать мышцы многократно возросла, и теперь для меня не составляло труда натянуть даже настоящий боевой лук. Единственное, что меня сдерживало, это все еще мой невысокий рост, из-за чего я не всегда мог полноценно делать все вещи доступные взрослому. Но я завел себе за правило иногда приходит на тренировки старшекурсников и пытаться сражаться с ними. К середине второго курса, я уже сводил больше половины боев к ничьей, а иногда мне удавалось даже побеждать.

Но самую большую часть времени, отведенную на физические занятия, я стал уделять кусаригаме. Я не расставался с ней даже, после занятий, и то, что я начал с ней вытворять повергало в изумление даже профессора, который оправился, но теперь мог передвигаться исключительно с тростью. Его правая нога так и не зажила. Мои серпы стали словно вторые руки, а кусари и фундо, летели точно туда, куда я их направлял. Дошло до того, что я научился броском камы разрезать пополам муху на стене, не касаясь при этом камня. Чем вызывал невероятный восторг моего наставника.

Уроки высшей концентрации мы прекратили полностью, поскольку тот уровень, которого я достиг, был пределом возможностей Блоу, а дальше мне был нужен совсем другой учитель, но, к сожалению, в Четырех королевствах такие отсутствовали, и мне предстояло когда-нибудь найти их самому. Поэтому весь вечер уходил на занятия магией крови и рунописи. Рун было бесконечное множество, и чем сложнее было их начертание, тем более сильный эффект они давали. Даже с моей феноменальной способностью учиться, за полгода я не выучил и трети. Нет, я знал их все до одной, но знать, и воспроизвести их, заставив работать, было абсолютно разными вещами. Я постоянно экспериментировал, создавая все новые и новые комбинации изученных знаков, и даже самостоятельно придумал ловушку, которая вытягивала всю кровь из наступившего в нее, что я сумел опробовать на специально принесенных профессором крысах.

Что касается теоретических наук, преподаваемых в школе, с ними я покончил уже в первом семестре, просто заучив наизусть весь материал. И если теперь мне нужно было ответить на вопрос, ответ на который сразу не находился в голове, я просто представлял себе учебник, искал нужную страницу и просто перечитывал.

А еще я испортил отношения с Вайсом, отказав ему несколько раз в очередных мелких операциях. И дело даже было не в том, что я сам этого не хотел, просто на каждую его просьбу, богиня тут же посылала мне волну холода, при одной мысли о том, чтобы согласиться. Меня это очень насторожило, но объяснить, что происходит, я так и не смог.

За эти полгода мою жизнь омрачали лишь две вещи. Первая, это то, что у меня не получалось забыть Таю. А вторая — то, что профессор увядал на моих глазах. Его рана на ноге дала осложнение, и он все реже и реже выходил на улицу. Блоу полностью зарылся в свои рукописи и свитки, словно боялся не успеть их расшифровать, и это навевало на меня тревожные мысли.

И еще случилось кое-что.

Со своим невероятно плотным графиком, я почти не появлялся в своей комнате, за исключением вечера, да и то, чтобы накормить эльмура и улечься спать. Этот забавный, но смертельно опасный зверек оставался моим самым близким другом, который полностью понимал меня и мое настроение, пытаясь развеселить в минуты грусти своими забавными выходками.

Однажды зимой, мне удалось уговорить Долана Кригера сводить меня в город. Это было не похоже на веселые прогулки с Юфином, я просто обновил кое-какие вещи, да докупил реагентов для своих опытов. Вернувшись, я сгрузил покупки в угол, небрежно разделся и бросил одежду на кровать, а сам убежал к профессору, поделиться одной интересной мыслью, связанной с моими исследованиями крови. Мы с ним заговорились до самого позднего вечера, и я совсем забыл накормить Рики, а когда вспомнил, то извинился и побежал в свою комнату.

Открыв дверь, я не услышал радостного урчания как обычно и это меня сильно озадачило.

— Рики, ужин!

Но в ответ никто не спрыгнул на меня со шкафа, и не вцепился в такое вкусное запястье. С перепугу я начал переворачивать комнату вверх дном, и обнаружил эльмура под кроватью. Его колотило во все стороны, изо рта вылезла пена, а большие очаровательные глазки налились кровью.

Я перенес его на кровать Дони и стал выяснять, что могло произойти, шаря глазами по комнате. Мой взгляд упал на брошенные вещи, из кармана которых выкатились мелкие сколиты, и взвыл от ужаса, проклиная тот день, когда я появился на свет.

Рики проглотил камень…

Глава 10

Я завернул эльмура в свою курточку и бегом бросился в главный корпус, надеясь застать профессора на месте. Но, как оказалось, он сегодня и не собирался покидать здания. С момента осенних событий, в его кабинете появился диван, и он частенько ночевал прямо в школе.

— Кай, что случилось? На тебе лица нет.

— Рики, — мой голос прозвучал так надрывно, что я сам не узнал его, — Рики съел сколит.

— На стол его, быстро! — Блоу вскочил с дивана, сморщившись от боли, но даже не стал брать свою трость, а подскочил к своему рабочему месту и начал шарить в ящиках.

Он извлек небольшой чемоданчик, внутри которого аккуратными рядами лежали всевозможные хирургические инструменты. Затем из соседнего ящика достал ампулу и наполнил из нее шприц.

— Это защитит его от боли. — Он несколько раз воткнул иглу в живот зверьку, каждый раз выдавливая маленькие порции жидкости в эти участки. — Теперь держи его голову и передние конечности.

Я выполнил указание и мне показалось, что жар, охвативший тельце эльмура, стал понемногу спадать. Его сердечко начало успокаиваться, и это чувствовали кончики моих пальцев.

Закончив с обезболивающим, Блоу извлек скальпель и сделал вертикальный разрез на брюшке животного. Мои руки тряслись от напряжения, что видимо мешало профессору, и он решил разрядить обстановку.

— Могу поздравить, теперь мы точно знаем, что Рики не девочка.

Я попытался улыбнуться, но мне это тяжело далось.

— Он выживет?

— Не буду тебя обманывать, но из пяти особей проглотивших сколит, выживает только одна. Впрочем, я надеюсь, что мы успеем его извлечь. — Напряженное на лице Блоу постепенно сменилось гримасой растерянности.

Я опустил глаза и обнаружил, что он пытается пальцами прощупать местонахождение камня. Рики все еще дышал, но как-то неровно, а его сердце снова заколотилось в бешенном темпе.

— Мне придется вскрыть желудок, я не могу найти его.

— Это опасно? — забеспокоился я.

— В нашем случае это единственный выход.

— Господин Блоу, сделайте все, что считаете нужным, я не могу потерять еще и его. Пожалуйста…

Он глубоко вздохнул и разрезал стенку, а затем аккуратно вывернул содержимое органа внутренней стороной наружу, и в мешанине из жидкостей организма и крови, мы увидели множество маленьких песчинок.

— Поздно… — в голосе профессора послышалась грусть. — Теперь остается ждать. Но камень он усвоил и остался жив, это уже хорошо. Теперь нужно дождаться последствий.

— Он станет мутантом? — забеспокоился я. — Ведь грызуны и мелкие животные превращаются в них.

— Существует достаточно большая вероятность, что он останется прежним. Как правило, чем более высокоорганизованный ум у животного, тем меньше шанс мутаций и выше появления способности. Даже полевая мышь, при определенных условиях может получить Силу, вместо уродства, но шанс бесконечно мал. Эльмуры не естественное творение природы, а судя по тому, что он был очень смышленым и поддавался дрессировке, я допускаю такое течение событий.

Я понял, что он пытается меня обнадежить, и не стал ничего говорить, а снова перевел взгляд на распластанного на столе зверька, и мои рот раскрылся сам собой…

— Смотрите! Смотрите!

Блоу опустил глаза, и мы восхищенно наблюдали за происходящим.

Края разреза на желудке Рики потянулись друг к другу и стали невероятно быстро зарастать новой тканью, после чего тоже самое произошло и с его животом. Прошло около двух минут. Его дыхание и сердцебиение стали ровными, а затем он открыл свои глазки…

Это мохнатое чудо, с невероятной скоростью перевернулось на ноги, одним прыжком оказалось у меня на плече и потыкалось мне в щеку носом, а затем решив, что ритуал приветствия выполнен, тут же перебралось на руку и воткнуло зубки в мою вену, радостно зачавкав.

— Кажется, в этом мире появилось еще одно существо с невероятной регенерацией. Кай, поздравляю, теперь у тебя появился официальный родственник. — Профессор протянул руку и погладил малыша за ухом, отчего тот зачмокал еще активнее.

— Но как…? — я не знал, что сказать, из-за переполнявшей меня радости. — Как такое могло случиться? Почему именно моя способность?

— Могу лишь предположить, что твои эксперименты, помноженные на то, что он с рождения питается лишь твоей кровью, дали такой эффект. Ты ведь не думал, что магия действует строго в одной точке? Ее эманации могут расходиться достаточно далеко, а насколько я помню, ты ей занимался всегда в комнате, где присутствовал Рики. Кровь невероятно сильный реагент, способный хранить информацию о своем владельце.

Мне нечего было на это ответить, и я лишь любовно гладил зверька по шелковистой спине. Неужели светлые боги хоть раз обратили на меня внимание, и не дали смерти забрать у меня очередного друга?

Жизнь снова потекла своим чередом. Я продолжал зубрить книги, и посвящать тренировкам все свободное время. Занятия по стрельбе из лука я теперь перенес на улицу, так как те расстояния, что были на крытых площадках меня давно перестали устраивать. Стрелять в горло манекену при отсутствии ветра и с короткой дистанции было слишком легко, а мне не нравилось, когда что-то давалось без усилий. В середине второго семестра второго курса я сдал все теоретические задания полной программы обучения Длани, закрыл стрельбу из лука и кинжальный бой, и полностью сосредоточился на книгах по планированию и тактике операций, а также на упражнениях с кусари. Серпами я уже владел превосходно и предпочитал их кинжалам.

История с Рики позволила мне по-новому взглянуть на магию крови, и я стал посвящать ей больше времени. Я узнал, что удачи моих экспериментов были обусловлены исключительно тем, что мной использовалась моя детская незамутненная кровь. Профессор регулярно мне поставлял крыс, и частенько я с сожалением узнавал, что для опытов пригодны лишь самые молодые особи. Жидкость, полученная из старых грызунов, или вообще не давала энергии, или делала это крайне неохотно, требуя больших объемов.

Что касается моего четвертого уровня, то он подарил мне способность усиливать и без того, прекрасно развитые органы чувств, как я до этого ранее усиливал мышцы. Я видел, слышал, чуял запахи, как никто другой, для этого достаточно было сконцентрировать Силу на этих участках тела и создать контур. В такие моменты мне казалось, что я начинаю слишком отличаться от обычных людей, пускай и одаренных.

А весной Фаэту захлестнула новая череда похищений. На этот раз пропадали одаренные исключительно не ниже шестого уровня. Даже Длань лишилась парочки специалистов высокой степени Силы, причем все указывало на то, что похитители перестали боятся кого-либо, но при этом точно знали когда, где и кого искать. И однажды в моей комнате появился Юфин…

Я безумно был рад видеть своего друга, но он сразу попытался мне устроить хорошую трепку, за то что я не сказал ему про телепорт. Однако, долго он сердиться не смог, потому что сам соскучился, и в тот же день мы отправились с ним в Фаэту. Я поделился печальными новостями, но оказывается, что и это ему уже кто-то рассказал, и Юф выразил мне свои соболезнования. Когда же наставник услышал, что я собираюсь ехать в Тарею, чтобы потрясти местного магистра на предмет его сына, то строго настрого запретил мне это делать, объяснив, что Длань в этом городе не такая доброжелательная, и это может стоить мне жизни. Я покивал ему головой, но в душе остался при своем мнении.

Он поведал мне, что в Нораде его задание закончено успешно, а его нынешний контракт подходит к концу. И он не станет продлевать его, сообщив, что заработал достаточно. Они с Клэр решили переехать на юг, и собирались в ближайшее время осмотреть расположенные в окрестностях Танара усадьбы. По его словам, он хотел начать заниматься выращиванием какого-то редкого винограда, который растет в тех местах. А его способность к телепорту должна была помочь раздобыть лозы в каком-то жутко опасном месте.

Вайс эту идею воспринял неодобрительно и всеми Силами пытался удержать его при себе. Но и Юфин, и Клэр категорически отказались. Тогда он их стал отправлять на регулярные операции в Фаэте, в результате которых Клэр чуть не погибла и получила серьезную травму ноги, выбыв из строя до самого окончания контракта.

— В Длани есть крыса. — Это были первые слова Юфина после того происшествия. — Нас с Клэр ожидала засада, и, если бы преступники не просчитались с уровнем гасителя, которого они привлекли при нападении, сейчас бы я с тобой не разговаривал. Мы еле ушли телепортом.

— Но ты ведь всегда можешь отказаться от мероприятия по личным причинам! Зачем ты слушаешь Вайса?

— Теперь и откажусь, но все-равно разберусь в чем дело и выслежу этих тварей! Вир и Солти, учились вместе со мной. Оба были потрясающими специалистами и знатоками своего дела. Оба с шестыми уровнями. Они пропали, Кай. Пропали после того, как нашли зацепки к месторасположению базы похитителей.

— Юф, но ты ведь решил уйти, зачем тебе это?

— Кай, они мои друзья, и я чувствую, что должен это сделать. Все пройдет безопасно, ведь я никого не посвящу в свои планы. У Солти была достаточно необычная способность, он астральный путешественник. Благодаря ему Длани стали известны многие секреты Саталийской знати. Именно поэтому я ухватился за эту возможность.

— Я совсем не читал про них. Разве это тебе как-то поможет?

— Все, кто пребывают в астрале, хотят они этого или нет, приносят его частицы в этот мир. И любой, другой астральщик способен их чувствовать на расстоянии. — Юфин торжественно посмотрел на меня.

— Я не понимаю, Юф, объясни.

— Достаточно найти другого астрального путешественника, и он мне с легкостью подскажет весь маршрут перемещения Солти за последний месяц. А я постепенно проверю все эти места и, надеюсь, найду логово похитителей. Теперь понял? — на лице друга заиграла довольная улыбка.

— Юф, — я прекрасно осознавал, что мои просьбы не изменят его мнения, — Обещай, что если найдешь их логово, то не будешь действовать один. В следующий раз там может оказаться гаситель мощнее.

— Обещаю, Кай.

После этого разговора мы еще продолжали с ним регулярно видеться, но в Фаэту я больше не выходил. На носу был выпускной турнир, на котором мне обязательно нужно было показать себя достойно. Это входило в условия моего выпускного экзамена, а потому я полностью отказался от любых развлечений, сконцентрировавшись на занятиях в спортзале. Я занимался как проклятый, до последнего изнеможения, а затем поглощал немыслимое количество сколитов, полностью восстанавливал Силу и продолжал заново, уже используя ее контур, так как мышцы отказывались дальше работать.

Единственное, что нарушало мои планы, это внезапно ухудшившееся здоровье Блоу. Я чувствовал себя обязанным ему, из-за того, что он пострадал в ту ночь, хотя он меня и пытался всеми способами заверить, что во всем виновата старость.

— Я скоро умру, Кай, — сказал он мне однажды, — И ты должен обещать мне одну вещь.

— Нет вы не умрете! Не говорите так!

— Кай, это естественный процесс, и не вини себя. Мой организм не сопротивляется болезням, увы. Я не молод, и у меня нет твоей способности к самоисцелению.

— Я найду способ дать вам свою кровь, мы вместе сможем придумать, как передать способность! Ведь у Рики получилось! Я очень много экспериментирую в этом направлении!

Он посмотрел на меня очень тепло. Мне так и не довелось увидеть своих дедушек, потому что они погибли на войне с хаттайцами, но, наверное, они смотрят на своих внуков также.

— Каждый возраст прекрасен по-своему Кай. Я прожил полную приключений жизнь и благодарен ей за каждый момент; старость тоже хороша, если взглянуть на нее с другой стороны. Я передал свой опыт сотням других людей, в том числе и тебе. Но иногда человек устает и хочет просто уйти. Мои переводы закончены и спрятаны в надежном месте, ты найдешь там много интересного, мой мальчик, кроме того, тебя ждет вся информация о Михаиле.

— Нет! Я выиграю турнир, закончу обучение, и мы вместе сходим за ними!

Но он нахмурился, показывая своим видом, что больше не желает слушать моих излияний по поводу свое смерти, и продолжил строго.

— Послушай меня внимательно. Когда я уйду, ты должен обещать мне прийти на мои похороны, с Кригером я уже договорился. Вот это, — он расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и извлек ромбовидный серебристый кулон, — Называется ловец душ. Я нашел его в покинутом эльфийском городе, и, благодаря найденной тобой книге, смог определить его суть и узнать, как он работает. Пока он будет у тебя, мы сможем видеться во сне, тебе достаточно будет снять его с шеи и положить у изголовья. Но учти, что я верю тебе, и в один прекрасный день, когда тебе больше не нужна будет моя помощь, ты уничтожишь его и отпустишь меня. Душа должна возрождаться в новом теле, а не болтаться в непонятных измерениях. Понятно?

— Да, — всхлипнул я, — Я обещаю сделать как вы просите. А вы обещайте прожить столько, сколько сможете!

— Конечно, Кай, конечно… А теперь беги к себе.

Этой ночью профессор умер.

Его похоронили на кладбище Фаэты. После тех злополучных событий, были пересмотрены многие положения кодекса Длани. Теперь на территории школы дежурили братья, а не ученики, а кладбище полностью освободили от тел и их перезахоронили в другом месте. Также решили отказаться от старинной традиции братства погребения воина с его оружием, дабы избежать нежелательных последствий в будущем. Кригер сводил меня на пррощание с ним, и лишь понимающе кивнул, когда я снял кулон с шеи Монтиса Блоу и надел на свою.

В тот момент, моя ненависть к Тьме достигла своего предела. Я твердо был уверен, что, если бы не Гэнтон, профессор бы прожил еще пару десятков лет, хоть он и говорил, что это не так. По возвращении в школу я снова поселился в спортзале, готовясь к предстоящему испытанию и уничтожал себя тренировками до полного изнеможения.

Рики, в свою очередь, помимо получения способности к регенерации, стал намного умнее. Я перестал оставлять его в комнате и теперь всегда брал с собой на занятия. Ему нравилось такое времяпровождение, и однажды меня посетила мысль, что этот маленький зверек может стать опасным оружием в моих руках. Он уже один раз спас жизнь Клэр и мне, и теперь я стал приучать его атаковать манекен по команде, что он с удовольствием проделывал, проявляя удивительное проворство.

За день до выпускного турнира меня вызвал Кригер, и сообщил, что Вайс желает меня видеть. Мне совсем не хотелось отказывать ректору, потому что мое уважение к этому человеку не знало границ, а потому вечером мы отправились на неприятную для меня встречу.

— Присаживайтесь, дорогие гости, господин Кригер, брат Фаэли! — Вайс как обычно источал мед из своих уст. Он приподнялся со своего кресла, отчего его одеяние натянулось, и моему взору предстала его толстая шея, украшенная кусочком свежего пластыря.

Это не ускользнуло от взгляда Кригера, который не преминул пошутить на эту тему:

— Вижу Великий магистр настолько засиделся за своими бумагами, что разучился обращаться с обычной бритвой? Приветствую, Лэтчер.

— Да уж, Долан. А ведь когда-то я был лучшим кинжальщиком на курсе! — он перевел свои глаза на меня. — Представляешь, Кай?

— Здравствуйте, господин Великий магистр! — произнес я, и решив польстить ему, добавил. — Даже не сомневаюсь в этом.

— Угощайтесь, — он указал на стол, который в этот раз был накрыт неожиданно торжественно. На нем был даже лимонад, что указывало на то, что сегодня он попросит меня о чем-то совершенно особенном.

Мне это жутко не понравилось, и я сразу отказался принимать угощение, чтобы не чувствовать себя обязанным. Лицо толстяка на секунду исказила неприятная гримаса, но он быстро вернул себе маску гостеприимного хозяина и налил вина себе и Кригеру.

— Ты, наверное, догадываешься, зачем я тебя сюда пригласил, брат Фаэли?

— У вас для меня очередное задание? — я постарался, чтобы мой голос звучал, как можно равнодушнее.

— Совершенно верно! — торжественно произнес он, — Но на этот раз оно особенное и его необходимо провести исключительно завтра вечером!

— Хочу заметить, господин Великий магистр, что завтра вечером у меня выпускной турнир, который я обещал выиграть Великому магистру Кригеру.

— Я освобождаю тебя от него, — слово взял ректор, — Брат Вайс попросил сделать меня исключительное одолжение, он считает, что от этого задания может зависеть судьба нашей организации в будущем. Это мероприятие тебе зачтется как выпускной экзамен. Ты получишь жетон и станешь полноценным членом братства, а также заключишь контракт.

— Весьма выгодный контракт, хочу заметить, — в разговор снова включился Вайс, — Ты сам определишь тот срок службы, который захочешь! Теперь ты понимаешь, насколько ценно для меня твое участие?

Ого! Мои мысли лихорадочно завертелись в голове, а если…

— А если я скажу, что хочу, чтобы мой контракт закончился в тот же день?

Вайс изумленно переглянулся с Кригером, на лице которого на доли секунды высветилось полное непонимание, впрочем, он его сразу же скрыл.

— Насколько я помню, ты сам хотел в братство, Кай Фаэли. Ты самый молодой ученик в истории Длани, и выполнив задание, станешь самым молодым ее выпускником. Перед тобой открыты все дороги! Не удивлюсь, что ты можешь стать следующим Великим магистром весьма в юном возрасте, когда некоторые только-только начинают строить карьеру. — Вайс пристально уставился в мои глаза, пытаясь понять, что заставило меня произнести предыдущую фразу.

— Господин Великий магистр, вы не ответили на мой вопрос! Я могу уйти, после выполнения задания?

— Да! — выдохнул он, — Я отпущу тебя. Клянусь перед Араменой!

— Я слушаю ваши условия. — Мои глаза внимательно следили за каждым изменением его лица, потому что я нутром чувствовал что-то плохое.

— Господин Долан Кригер, прошу вас покинуть комнату на некоторое время. То, что я сейчас буду говорить, касается только Кая и меня. Заранее извиняюсь.

— Не стоит, — Кригер поднялся с кресла, — Законы братства нужно чтить. И мы с тобой не исключение, Лэтчер.

Ректор покинул комнату, а я приготовился слушать.

— Помнишь дом, из которого ты вынес переговорный кристалл? — начал Вайс.

— Да, господин Великий магистр.

— Отставь формальности, достаточно просто магистр.

— Да, магистр.

— Тебе необходимо проникнуть в него снова.

— Что на этот раз нужно похитить? — я очень надеялся, что это будет обычная кража.

— Нет, Кай, теперь тебе в этом доме придется убить хозяина, его жену и их новорожденного ребенка.

Меня словно молния ударила, и я потерял дар речи. Мой рот открывался и закрывался, не издавая не звука. Вайс терпеливо ждал, когда я приду в себя, и увидев, что мое оцепенение проходит, продолжил:

— Вижу тебе сложно принять это, но такова воля Серой богини, и не нам ей противится. Никто и не говорил, что задание будет простым.

У меня внутри все закипело. Да как он смеет думать о том, что Арамена позволит убивать новорожденных детей! Я согласен был ради свободы на многое. Я даже осознал, что смогу убить тех взрослых, особо не выясняя, в чем они провинились, и постараться об этом забыть. Раньше бы подумал и все взвесил, но теперь, если это мешает моим целям — перешагну и не обернусь. Смерть Таи и профессора изменила меня, сделала более черствым, и я это впервые понял, когда без сожаления убивал лабораторных крыс десятками вместе с Блоу. Но ребенок…

— Мой ответ — н… — по ниточке-связи от богини пришла такая волна холода, что я наяву ощутил, словно меня окатили струей воды на лютом морозе.

Не может быть! Но ведь Арамена нейтральна, а убить ни в чем не повинное дитя, это чистое зло! Неужели за этим стоит что-то еще? Почему именно я? Если Вайсу это так важно, он мог отправить группу профессионалов, а не упрашивать маленького мальчика, пусть и тренированного.

— Я жду, Кай, и только посмей отказаться. — Он поднялся с кресла и вперил взгляд в мои глаза. Через толстую кожу на его лице проступили вены, настолько он был напряжен.

Богиня, я поверю тебе!

— Да, магистр. Мой ответ да. — Волна восхитительного тепла разлилась внутри меня.

Он расслабленно выдохнул, сел обратно и налил себе вина.

— Долан Кригер доставит тебя на место завтра вечером.

— Я могу попросить Юфина.

— Никаких Юфинов, это твоя операция. Я запрещаю говорить кому-либо о ней, никто не должен знать. И еще, Кай Фаэли.

— Да, магистр? — мне казалось, что самое страшное уже позади, и я начал обдумывать детали операции.

— Ребенка необходимо убить вот этим оружием, и ничем иным! — он опустил руку в ящик стола и извлек оттуда длинный черный кинжал.

Меня обдало жаром. Я отлично знал, из какого материала сделан его клинок.

Черный обсидиан…

Часть 2

Пролог

— Тьма нарушила все правила, явившись в один мир четыре раза за столь короткое время. А ты до сих пор бездействуешь.

— На то она и Тьма, чтобы нарушать, такова ее суть. Но ты ошибаешься, Хранитель Равновесия, свой ход я сделал, едва душа Эла покинула Пантеон.

— Ты говоришь о том дерзком землянине, что посмел проникнуть в нашу обитель? Я уничтожу его, если он вмешается.

— Землянин лишь направит его и даст свое семя для создания Истока в том мире, а ты предоставишь мне для этого подходящую душу. Объединившись с Истоком, Эл вернет равновесие.

— Ты рискуешь потерять и Эла, и свое новое творение. Тьма не упустит случая уничтожить Исток до того, как он обретет силу. Ты проиграешь и ослабнешь еще больше.

— Я доверюсь чутью Эла. Хоть он и является твоим порождением, но всегда тянулся ко мне. И, если я окажусь прав, Тьма не скоро оправится от такого удара.

— Ты делаешь слишком высокие ставки. Не забывай, что в этой Игре есть и третий участник. Иногда, я тоже могу делать ходы.

Мир Кастания. Город Фаэта. Гостиница «Королевская услада».

Верховный инквизитор Саталии сидел за столом для особо важных гостей и нетерпеливо поглядывал на дверь заведения. До встречи оставалось около десяти минут, и он снова, и снова прокручивал в голове события двух последних лет.

Мальчик…

Баренс упустил свой шанс, и Госпожа обратилась к нему, к Фарису Дроммелю. А он так и не смог оправдать ее ожидания. Но теперь, когда третий Ее избранник потерпел поражение, заплатив своей жизнью, Тьма снова пришла к нему. На этот раз Ей нужна смерть двоих. Нужна настолько сильно, что Она заранее одарила его десятым уровнем Силы.

Он докажет Ей, что достоин. Госпожа дала четкие инструкции, а ему всего лишь нужно выполнить их. К черту Роферса! Фарис сам сядет на трон, подмяв под себя все Четыре королевства! Осталось недолго, и на этот раз все прекрасно спланировано. А потом он поймает этого проклятого прыгуна и лично создаст из него сколит высочайшего уровня.

Дверь трактира скрипнула и Дроммель перевел взгляд на вошедшего. Неопрятный внешний вид, вспотевшее сальное лицо с дряблыми щеками, опускающимися чуть ли не на самые плечи, и тело как у старой жирной свиноматки. И это глава самой опасной организации в стране? Впрочем, Фариса это мало волновало. Когда он разберется с детьми, этот человек сам склонит перед ним колени.

— Добрый день, Ваше Преосвященство. Вы снова хотите поговорить о Кае? Увы, я вынужден все также ответить нет. И вы знаете причину. — Вошедший уселся за стол и указал пальцем на еле заметный шрам на шее.

— Я избавлю вас от тенката, Лэтчер, — на остром, как нож, лице инквизитора промелькнуло еле заметное самодовольство, что не ускользнуло от взгляда главы Длани, — Прямо сейчас.

— Но ведь это невозможно! — Глаза толстяка расширились от удивления.

— Позвольте мне самому определять границы своих возможностей. Вы согласны?

— О какой сумме идет речь?

— Идемте. — Дроммель встал и направился к выходу. Глава Длани Арамены последовал за ним, все еще не веря в происходящее.

Они вышли во двор и направились к одиноко стоящей крытой повозке. От цепкого взгляда магистра не ускользнуло, насколько сильно ее колеса вдавились в землю.

— Это достаточная плата? — Дроммель откинул в сторону ткань, закрывающую вход.

Глава Длани застыл в изумлении. Внутри фургона покоился огромный сколит, едва не превышающий размерами самого Вайса.

— Это же восьмой уровень! — он пытался, выглядеть спокойным, но ему это плохо удавалось, — Простите, где вы его достали?

— Это не ваше дело, Лэтчер. Я полагаю, что мы договорились?

— Да, но… — Магистр застыл в приступе паралича.

— Вот и славно. — Дроммель оперся на повозку, ожидая, когда закончится действие эффекта тенката.

Спустя минуту, Вайс тяжело выдохнул и скорчился от боли.

— Следуйте за мной. — Инквизитор направился обратно в гостиницу, а пройдя через вход, свернул на лестницу, ведущую наверх.

Они прошли по коридору второго этажа и остановились возле обычного номера, который охраняли двое подчиненных Дроммеля в красных одеждах инквизиции. Увидев своего главу в сопровождении незнакомца, те приветственно склонили головы, но он не обратил на них внимания и толкнул перед собой дверь, приглашая Вайса пройти.

Магистр с любопытством огляделся по сторонам, отметив относительно простую, но далеко не дешевую обстановку помещения, и уставился на знакомую фигуру посреди комнаты. Перед ним, оплетенный зеленоватой металлической цепью, под охраной двух человек, стоял бывший ученик школы братства, которого они вместе с Кригером передали королю.

Лаэль.

Полуэльф находился в изнеможденном состоянии. Его тело было обезображено шрамами, неся на себе следы поистине ужасных пыток. Он поднял глаза на вошедших, и в них промелькнула тень узнавания.

— Здравствуйте, магистр Вайс… — из горла пленника донесся хриплый звук, который когда-то был удивительно красивым голосом.

— Отставить болтовню, — перебил его Дроммель, — Извлечешь тенкат из этого человека, и я сохраню тебе жизнь.

— Даете слово? — Лаэль перевел взгляд на инквизитора.

— Да. Клянусь Девятью богами. Но без глупостей, я контролирую твой мозг и могу лишить тебя жизни в любую минуту. — Дроммель вытянул вперед скрытую перчаткой механическую руку, и в глазах эльфийского шпиона появился легкий стеклянный блеск. — Снимите с него с цепи.

Двое подручных тут же освободили пленника.

— Скальпель. — Лаэль протянул руку.

— Делайте то, что он говорит! — произнес Верховный инквизитор своим людям.

Один их присутствующих охранников расстегнул небольшой медицинский чемоданчик и извлек из него требуемый предмет, который вложил в руку полуэльфа. Пленник приблизился к Вайсу и начал водить перед его лицом пальцами, складывая их в причудливые формы. Глаза магистра закрылись в полусне.

Лаэль сделал небольшой надрез на шее этого человека, после чего снова сложил пальцы в сложную конструкцию и из открытой раны показалось похожее на ампулу тельце, за которым потянулись длинные извивающиеся отростки-волоски. Когда тенкат полностью покинул тело толстяка, эльфийский шпион поджег его прямо в воздухе, и тот осыпался пеплом на пол.

— Готово! — Лаэль расслабленно выдохнул и его взгляд полностью остекленел.

— Наденьте на него цепи, — скомандовал Дроммель, а когда охрана выполнила это требование, наконец-то опустил руку.

Блеск в глазах полуэльфа исчез, и он первым делом оглядел себя.

— Вы обещали! — сквозь зубы произнес он, увидев, что все также скован.

— Я обещал сохранить тебе жизнь, и сохраню. — Он повернулся к охране, — Отвезите его в Яму. Пусть практикует свою магию там столько, сколько хочет. Кто я такой, чтобы оспаривать решение короля?

— Тварь! — злобно прохрипел полуэльф, — Когда-нибудь ты пожалеешь об этом. Я найду тебя, и ты проклянешь день, когда появился на свет.

— Сначала выберись из Ямы, а там поговорим, — усмехнулся Дроммель, — Уведите этот эльфийский кусок дерьма.

Охранники покинули комнату, а инквизитор уставился на ошеломленного Вайса, потирающего шею.

— И все? — произнес тот.

— И все, можем проверить. Мне нужен Кай. — Церковник как можно более четко произнес последнее предложение.

— Ты получишь его. — Глаза магистра Длани округлились от удивления. Он уже приготовился получить новую порцию боли, но противный артефакт больше не беспокоил его. — Я действительно свободен!

Его толстые губы расплылись в довольной улыбке, но инквизитор, казалось, никак не разделял его радости.

— А теперь слушай внимательно, ты должен сделать следующее… — Дроммель извлек из складок одежды странный черный кинжал и начал давать инструкции, свободному теперь от каких-либо клятв, Лэтчеру Вайсу.

Глава 11

Этой ночью я решил впервые попробовать призвать профессора. Я с ужасом представлял себе завтрашнее задание, и очень сильно переживал. К тому же в моей голове прочно засела мысль, что порез на шее магистра появился не просто так и как-то связан с тенкатом, однако, перебрав все возможные варианты событий, так и не смог объяснить свои подозрения.

Я положил кулон на тумбочку возле кровати и попытался уснуть, но тревожные мысли вновь и вновь просачивались ко мне в сознание, а потому пришлось задействовать концентрацию.

Он появился не сразу. Сначала все шло как обычно, темнота постепенно завладевала мной, но вместо того, чтобы переместиться в сновидения, я остался словно подвешен в каком-то мареве. А затем перед моими глазами загорелась маленькая точка, которая начала расти, сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее, пока не превратилась в силуэт Монтиса Блоу. Только он был какой-то неясный.

— Ну же, Кай, — донесся до меня его голос, — Вспоминай, каким меня запомнил.

Я представил тот самый день, когда впервые увидел его на экзамене в строгом костюме, и мы оказались в его кабинете, а профессор приобрел свой привычный внешний вид. Он критично осмотрел себя, потом свое рабочее место и произнес:

— Может что-то менее официальное? Одень меня попроще и давай прогуляемся где-нибудь.

— Но как, господин Блоу?

— Это твой сон, и то, как все будет выглядеть, зависит только от твоего желания. Пробуй.

Я зажмурился, и представил, что мы с ним гуляем по скалистому берегу Танара ясным летним днем. Профессора я «переодел» в легкий прогулочный костюм, а затем почувствовал, как в лицо ударил свежий морской бриз.

Мои глаза открылись. Все вокруг было в точности, как я и нарисовал в своей голове. Я даже узнал ту самую скалу, за которой проводил свои эксперименты по отращиванию руки два года назад.

— Другое дело! — он поправил широкополую шляпу и двинулся вдоль берега, увлекая меня за собой, — Ты уже выиграл турнир? Время здесь имеет совсем другой ход, мой мальчик. Но я и не ожидал, что это будет настолько тоскливо.

— Вам там плохо? Я могу уничтожить амулет и отпустить вас. Или, если хотите, мы можем встречаться каждую ночь и вам не будет скучно! Я буду рассказывать о своих приключениях.

— К сожалению, Кай, ловец душ не вечен, и имеет ограниченное число использований, когда-нибудь я могу застрять в нем и больше не выбраться. Так что применяй его, когда это действительно необходимо, а потом уничтожь. Я так полагаю, ты позвал меня не просто повидаться, и надеюсь, что ты хочешь рассказать о своих успехах?

— Вайс и Кригер заменили турнир заданием, и мне кажется, что случится что-то плохое! — я полностью пересказал ему весь наш разговор, не забыв упомянуть о своих подозрениях по поводу пореза на шее магистра. — А вдруг они служат Тьме?

Блоу задумался ненадолго, а потом произнес:

— Тьма не может прийти к человеку, посвященному Серой богине. Отречься от нее, не позволит тенкат. Сперва его нужно удалить, но никто кроме эльфов это сделать не сможет. Однако, я бы не скидывал такую вероятность со счетов и вел бы себя осторожнее с главой Длани. Что касается Кригера, ему ты можешь верить, человека таких высоких принципов сложно встретить в наше время. Поговори с ним.

— Спасибо, я попробую! Меня беспокоит еще кое-что — сама Арамена хочет, чтобы я отправился туда.

— Значит доверься Серой богине. Ее природа не способна нести зло.

— Но ребенок… — я удивленно уставился на Блоу, — Его ведь нужно убить, да еще и таким оружием. Это значит, что он необычный.

— Возможно он отмечен какой-то сущностью. А быть может это новое божество, или даже демон. Могу лишь посоветовать тебе начать свой Путь именно с этого задания и слушаться сердца. Чего бы там не желали боги, решения принимать тебе. Я так всегда делал, когда сомневался, и могу сказать, что ни жалею ни о чем.

Утром, сразу после завтрака, я отправился в кабинет Кригера. Школа гудела в преддверии сегодняшнего турнира, превратившись в одно огромное пчелиное гнездо. Повсюду сновали озабоченные старшекурсники, заканчивая последние приготовления к вечернему мероприятию. У меня возникли небольшие проблемы с дежурными, которые упорно не хотели меня пускать наверх, но все же мне удалось убедить их, и один из них доложил ректору, что я хочу его видеть.

Вопреки моим ожиданиям, он не стал приглашать меня к себе, а спустился вниз и предложил прогуляться по школьному саду.

— Господин Великий магистр, у меня плохое предчувствие. Как-то все слишком плохо выглядит.

— Волноваться перед первым настоящим серьезным заданием, абсолютно нормально. Но знаешь, Кай, — он впервые назвал меня просто по имени, без своего обычного официоза, — Изначально все это мероприятие очень дурно пахнет.

— Может быть мне отказаться и просто выступить на турнире?

— Попробуй, но тогда тебя ожидает пятилетний контракт, за время действия которого Вайс тебя со свету сживет. Ты не сможешь отказываться постоянно, у всего есть свой лимит.

— И как мне поступить? — я с надеждой уставился прямо в его стальные глаза, которые на этот раз излучали что-то похожее на сочувствие.

— Тебе нужно сделать что-то непредусмотренное. На твоем месте, я бы приступил к подготовке прямо сейчас, а не вечером. Иногда разведка приносит неожиданные, но ощутимые плоды.

— А вы мне поможете пройти мимо наблюдателей?

Кригер ненадолго задумался, словно просчитывал варианты, а затем тихо произнес:

— Собирайся. У тебя полчаса.

Я провел полную подготовку к этому мероприятию. Взял непромокаемый мешок, в который упаковал свои серпы, сколиты разных уровней, оба обсидиановых кинжала, набор отмычек, а также разборный лук, подаренный Юфином. Кстати, на переданном мне Вайсом оружии не было никаких рун. Это означало, что душа ребенка останется свободна, и это меня хоть как-то оправдывало.

В этом задании я впервые решил использовать не только те знания, которые изучал в школе на протяжении двух лет, но и свои изыскания в рунописи и магии крови. Я не знал, что меня ждет, а потому решил быть готов ко всему. Набор для моих экспериментов также отправился в мешок, и даже тот злополучный кристалл телепорта нашел место в моем кармане. Рики однозначно возьму с собой, на него я возлагал большие надежды.

На этот раз я был более внимательным, и когда мы с ректором покинули территорию главного здания Длани, я отметил, что служителей инквизиции, приставленных вести наблюдение за филиалом, стало на порядок меньше, что меня немного озадачило. Он проводил меня до моста, откуда я тщательно исследовал то самое место, где нырял в прошлый раз, используя свое новое зрение. Никакой засады мной обнаружено не было. Весь берег был как на ладони, а небольшие кустики у воды легко просматривались. Впрочем, это хоть и вселило в меня какую-то уверенность, но пока я не закончу задание, говорить о чем-либо преждевременно.

— Вроде бы все спокойно, — заключил ректор, изучив территорию, после чего посмотрел на меня как-то по теплому, и добавил, — Беги, я еще тут немного понаблюдаю.

— Спасибо вам за все, — мне захотелось его обнять, но я так и не решился. — Вы очень хороший человек, хоть и строгий.

— Не такой уж строгий, — он улыбнулся, — По большому счету я должен был пнуть тебя из школы в тот же день, как ты вернулся из леса с эльмуром.

— Вы знали? — наверное в этот момент мои глаза были размером со сливу. Рики, услышав, что говорят о нем, вытащил свою мордочку из-за пазухи и заинтересовано уставился на магистра.

— У моей способности есть некоторые очевидные плюсы. — Он снова внимательно взглянул на береговую линию, — Кай, тебе нужно приступать, пока все тихо. Да пребудет с тобой богиня!

— Спасибо и до свидания, господин ректор! — я быстро сбежал вниз и, добравшись до трубы, в последний раз оглянулся. Магистра уже не было, но я был уверен, что он все еще стоит там и, незримый для остальных, следит за мной, благодаря своей удивительной Силе.

На этот раз мешок отправился со мной. Подъем по трубе дался намного сложнее, чем в прошлый раз, потому что я неизбежно рос. Рики, в отличии от меня бегал туда-сюда, удивляясь, почему его хозяин такой медлительный и неуклюжий. Я сильно переживал, думая о том, что меня ждет в конце трубы. И первая неприятность не заставила ждать. Решетка снова стояла на своем месте, а плавитель я сознательно не стал брать, потому что не хотел лишний раз видеться с Вайсом.

Но я подготовился к этому. Руна Соа, которая разрушала любую материю, отняла у меня целые две недели на ее освоение. Она была единственной изученным мной символом высшего порядка, начертание которого было очень сложным, однако именно ее свойства заставили отдать ей приоритет.

Я нанес маленькие значки на необходимые части решетки, а затем использовал Силу, для наполнения рун энергией. Можно было сделать это с помощью крови, но для преодоления сопротивления металла ее бы потребовалось большое количество, поэтому был сделан выбор в пользу первой.

Спустя примерно десять минут, помеченные участки превратились в ничто, и решетка осталась висеть всего на одном металлическом стержне. Я надавил на ее поверхность и отогнул ее вверх, а затем высунул голову наружу и осмотрелся.

Здесь кто-то побывал. Подвал был тщательно вычищен, что навевало на мысли, что мой прошлый визит не прошел без следа. Возможно, они готовы к моему повторному появлению, а потому надо быть осторожным. Я опустил глаза к полу и увидел первый ожидающий меня сюрприз. Под краем трубы стояла парочка огромных капканов, каждый из которых спокойно мог отсечь мою ногу. Я в очередной раз поблагодарил свою Силу за дарованную мне способность видеть в полной темноте, и аккуратно вылез, не задевая опасные механизмы. Распаковал мешок, оделся, а Рики спрятал за пазуху, где он уютно устроился и сразу решил вздремнуть.

Следующая проблема не заставила себя долго ждать. Крышка люка была полностью заменена, но к моей радости, запиралась не снаружи, а имела обычный врезной замок. Я бы справился с ним и во втором случае, но тогда бы пришлось повредить конструкцию, а я хотел, чтобы мое присутствие не обнаружили.

Поднялся по лесенке, извлек отмычки и прислушался, создав контур Силы на своих барабанных перепонках. В доме было необычайно тихо для этого времени суток. Все что мне удалось услышать, это негромкий разговор двух человек на втором этаже, судя по расстоянию до источника звука. А значит сейчас я могу действовать спокойно. Мое усиление органов чувств поедало невероятное количество энергии, и мне пришлось выключить контур, чтобы не начать тратить сколиты раньше времени.

На замок я потратил около трех минут, после чего без особых усилий поднялся наверх, в тот самый чулан. Здесь ничего не изменилось за этот год, разве что вещи висели иначе, да стало чуть больше садового инвентаря. А вот дверь в коридор заменили, поставив добротную, которая, в отличии от ее предшественницы на имела щелей. Меня встретил еще один замок, и я внутренне порадовался, что хозяева не установили с той стороны обычный засов, который бы мне создал дополнительные трудности.

Я снова прислушался, и удовлетворившись результатом, вскрыл запирающее устройство. Коридор оказался пуст, и это мне было на руку. Если бы здесь встретился стражник, то его пришлось бы нейтрализовать, а отсутствие охранника в течение дня может быть замечено, и вызовет переполох, что абсолютно не желательно.

Перебежал на цыпочках до прохода на лестницу и снова напряг слух. Все указывало на то, что у двери спальни хозяев дома находятся два человека. Они вели какую-то неторопливую беседу, по всей видимости, на хаттайском языке. Интересно, они так и будут там весь день стоять, или все-таки отойдут?

Я вспомнил план дома и решил пока осмотреть окружающую территорию, чтобы во время операции не наткнуться на неожиданные сюрпризы. Для начала пробежал весь первый этаж, заглядывая во все открытые помещения. На нем все же обнаружились люди, точнее человек. Им оказалась кухарка, которая спала в подсобном помещении столовой. Больше здесь ничего интересного не встретилось.

Теперь нужно осмотреть территорию за пределами дома. Согласно плану, в доме имелась черновая лестница, проходящая через все уровни и выводящая на крышу. Оттуда можно будет осмотреться и понять, что же все-таки меня ждет.

Я добрался до нее и взбежал на второй этаж. Здесь имелась запертая дверь выводящая в коридор, а также окно, заставленное цветами и разболтавшейся от времени щеколдой, из-за чего здесь образовался легкий сквозняк. Я аккуратно выглянул из-за растений и посмотрел на улицу. Внизу располагалась целая казарма для охраны, и судя по тому, как перед ней были построены многочисленные бойцы в нарядных одеждах, они готовились к какому-то смотру, или встрече с кем-то важным. По гербам на их вещах, я понял, что они представляют войска Саталии, что и неудивительно. Такое количество вооруженных хаттайцев в столице было бы сразу замечено и вызвало вопросы.

Закончив осмотр видимой части двора, я переключился на замочную скважину двери второго этажа. Через нее хорошо просматривался тот самый коридор, по которому я однажды уже ходил. Мой слух не обманул — возле покоев хозяев дома стояли два хорошо вооруженных человека, с обручами на головах и в национальных халатах, указывающих на их принадлежность к хаттайцам. Кривые сабли на их поясах дополнительно подтвердили мои предположения.

Решив, что мне нужно исследовать обстановку до конца, я все же выбрался на крышу, которая имела множество флигелей и башенок, что позволяло мне оставаться незаметным снизу. Моя разведка показала, что я выбрал достаточно удобное время, потому что все свободные люди находились на улице, в том числе и небольшой отряд хаттайцев. По всей видимости, они являются личной охраной хозяина дома, и могут очень скоро занять свои посты внутри здания. Нужно действовать, приблизительный план уже созрел в моей голове.

Я снова спустился по черновой лестнице и начал через скважину наблюдать за стражниками. Примерно через полчаса, в коридоре появился третий, в более дорогой одежде, который что-то произнес, а затем забрал одного из них с собой и повел вниз. Я напряг слух. Они хлопнули дверью и вышли на улицу.

Отлично! Пора приступать.

Я освободил старый оконный запор. Порыв ветра распахнул створку, и она задела горшок с цветком, который с грохотом упал на пол и разбился, засыпав все вокруг землей. Прильнул глазом к отверстию в двери и увидел, что стражник смотрит в мою сторону. Он потоптался в нерешительности, а затем вынул саблю из-за пояса и направился ко мне, попутно вытаскивая связку ключей из кармана.

На одних носочках сбежал вниз, выскочил в главный коридор и молнией помчался к парадной лестнице. Рики почувствовав начало приключений засуетился под одеждой и выбрался наружу, заняв свое излюбленное место у меня на плече. Я взбежал наверх, выглянул из-за угла и увидел, что стражник уже открыл дверь и сейчас стоит спиной ко мне, вертя головой по сторонам. Саблю он спрятал обратно в ножны, а значит мой план сработал, и он ничего не заподозрил, решив, что ветер просто распахнул окно. Он потянулся к защелке, чтобы закрыть створки, и в этот момент я выскочил в коридор и забежал в пустую комнату хозяев.

Здесь почти ничего не изменилось, за исключением одного. В углу комнаты стояла деревянная детская кроватка, изголовье которой было выполнено в форме раздувшей капюшон змеи. Какой-то невероятно искусный резчик сотворил эту красоту, уделив внимание каждой чешуйке на ее теле. У меня внутри засвербило от ужасной мысли, что сегодня здесь придется пролить детскую кровь, и я прислушался к ниточке-связи. В ответ от нее пришло легкое тепло, словно богиня ненадолго отвлеклась от своих дел и подтвердила своему исполнителю, что он все делает правильно.

Мне пришлось смириться с этим ответом, и я скользнул под большую хозяйскую кровать, где устроился поудобнее и затих. Теперь нужно, чтобы охранник успокоился, а затем приступать к подготовке. Я не собирался резать этих людей ножом во сне, потому что не хотел выполнять задание таким образом. Для их убийства мной было принято решение использовать ту самую придуманную мной ловушку, которая мгновенно вытягивала кровь из лабораторных крыс. Только на этот раз руны нужно напитать огромным количеством энергии, они должны быть большими, и поверхность нижней части кровати прекрасно для этого подходила.

Убедившись, что все спокойно, я разложил свой мешок, вынул пустые склянки, мягкую кисть и сделал острым краем серпа надрез на запястье. Всполошившихся «муравьев» отогнал прочь от раны и начал заполнять емкости своей кровью. Мой слух находился в постоянном напряжении, и скоро я услышал, как второй стражник вернулся, а первый куда-то ушел, вероятнее всего на кухню, так как его шаги по полу первого этажа указывали именно на это.

Через полчаса дом начал наполняться голосами. Хаттайская речь мной не была изучена, но по интонациям прибывших людей я понял, что они чему-то радуются. Меня снова охватило неприятное чувство, что придется испортить их праздник. Погнал эти мысли прочь и обнаружил, что все склянки заполнились. Осталось самая трудная и напряженная часть работы — нарисовать несколько рун различной степени сложности для ловушки.

На построение рисунка у меня ушло около двух часов. За это время в комнату так никто и не зашел, и я начал переживать, что мероприятие может закончиться провалом. Судя по нарастающему гулу в доме, здесь действительно готовилось какое-то торжество. Я переместил контур Силы в ноздри и сразу же почувствовал незнакомые мне ароматы пряностей и какого-то блюда из мяса. На их фоне появился еще один запах, кисловатый, отдающий алкоголем. Празднование началось, и мне ничего не оставалось, как сидеть в своем убежище до самой ночи.

Наконец крики веселья внизу стали затихать, и вскоре я услышал новые шаги, не похожие на то, как ходят стражники. Они были какими-то мягкими и изящными, и, судя по всему, направлялись в сторону лестницы, а потом до моих ушей отчетливо донесся радостный детский смех, принадлежащий грудному ребенку. Сердце защемило от боли. Я должен убить эту кроху…

Дверь открылась, и комнату наполнил аромат духов. Вошла женщина, которая что-то сказала охране, а затем направилась к колыбели, напевая какую-то приятную мелодию. Я перевел взгляд на основание детской кроватки, увидел ее ноги в сандалиях. Правую щиколотку вошедшей обвивало серебристое украшение все в той же, излюбленной хаттайцами, форме змеи. Кроватка двинулась, а затем начала качаться из стороны в сторону под тихое пение, от которого меня самого начало клонить в сон. Из колыбельки доносились звуки детского бормотания, а потом ребенок затих.

Женщина переместилась к кровати, уселась на нее и начала готовиться ко сну, а спустя полчаса послышалось ее мерное дыхание. Еще через некоторое время за дверью послышался густой мужской голос, который что-то скомандовал охране, и я четко услышал их удаляющиеся шаги. Этот человек вошел в комнату и обратился к женщине. Она что-то произнесла сонным голосом, но он видимо остался недоволен ее ответом, а затем скинул свою одежду прямо на пол и лег на кровать, отчего она ощутимо просела.

Он снова начал что-то нежно шептать ей на ухо, отчего та начала слегка посмеиваться и окончательно проснулась. Мои уши уловили звук поцелуя.

Пора!

Руны были заряжены кровью на полную, однако я подстраховался и влил в них дополнительно свою Силу. У меня нет права на ошибку. Сейчас идеальный момент, поскольку за дверью нет охраны. Рики оживился и стал внимательно наблюдать за моими действиями.

Дрожащим от нерешительности пальцем я прикоснулся к руне Тау, которая была активатором рисунка и пустил в нее энергию…

Они даже не успели издать ни одного крика или стона. Вся поверхность кровати снизу стала влажной и разбухла от вытянутой с них крови. Руна сработала безупречно. Я выбрался из-под кровати и окинул взглядом два неподвижных иссохших тела, похожих на мумий, прильнувших друг к другу в последнем поцелуе и подавил приступ рвоты.

Быстро, нужно быстро закончить задание и бежать, бежать отсюда. Доложить Вайсу об успешно выполненном задании, забрать вещи из тайника профессора и идти на поиски Михаила. Вот только до этого момента нужно успеть сделать еще кое-что.

Убить ребенка…

Я перевел взгляд на колыбельку и застыл в удушающем приступе нахлынувшей скорби. Внутри нее лежала маленькая девочка с короткими рыжими кудряшками. И она не спала, а внимательно смотрела на меня. На своего палача.

Арамена, ну почему я! Почему именно я должен сделать это?

Отвел глаза, не в силах смотреть на это очаровательное создание и вынул кинжал, который мне передал Вайс. На его грань из окна попадал яркий свет ночных звезд, от чего он казался еще страшнее. Сейчас это блестящее черное лезвие войдет в ее нежную плоть и все будет закончено. А я буду ненавидеть себя за это до самого последнего дня в своей жизни.

Шаг, второй. Остановился возле невысокой колыбельки. Она потянула ко мне свои маленькие розовые ручки и улыбнулась, а я, захлебываясь слезами, стиснул зубы и занес над ее крохотным тельцем кинжал.

Прости, малышка, я должен это сделать…

Глава 12

Обсидиановый клинок дрожал в моих руках. Я никак не мог решиться нанести этот злополучный удар. Арамена, если тебе так нужна смерть этого ребенка — дай мне еще один знак!

Дзинь… Ниточка, соединяющая меня с богиней, лопнула. Ни тепла, ни холода, ничего. Она просто покинула меня, навсегда оборвав связь и оставив самого принимать решение.

Убью девочку и получу свободу. Но никогда, никогда не прощу себя.

Оставлю ей жизнь. Какое будущее ждет ее в чужой стране без родителей, которые пали от моей руки? Какое будущее ждет меня в цепких лапах Вайса? Он уничтожит меня еще до совершеннолетия.

Снова взглянул на малышку, пытаясь найти хоть одну причину, оправдывающие мои действия. Что это у нее блестит на груди? Знак гражданства в младенческом возрасте? А богатый отец времени не терял!

Я опустил кинжал и склонился над колыбелью. Не один, а целых два жетона висело на крохотной цепочке, обвивающей ее шею. Один, такой же как у меня — королевская лилия, символизирующая Саталию. А второй — символ хаттайцев — мать-змея Куурум.

Змея… Лилия…

Меня накрыло воспоминаниями, и в голове зазвенел такой знакомый голос: «Змея и Лилия. Мальчик принесет ее Марте. Она — Исток.»

Не может быть!

Я во все глаза таращился на эту крохотную девчонку, которая уже перестала смотреть на меня и начала болтать ручками и улыбаться, что-то тихонько бормоча себе под нос. Выходит, я должен отвезти ее Марте? Но как!?

Юфин! Но для этого мне придется вынести ее отсюда.

Недолго думая, убрал кинжал в мешок и попытался взять ее на руки. Невыносимая боль скрутила все мое тело, и я застыл в параличе. Проклятый тенкат, я нарушаю условия задания! Если сейчас вернутся стражники, я даже ничего не смогу сделать.

Рики забеспокоился, почувствовав, что с его другом что-то не так и начал нетерпеливо бегать с плеча на плечо, пытаясь отыскать того, кто посмел сделать хозяину плохо. А девочка, увидев зверька заулыбалась и снова вытянула ручки, но потом ее глаза встретились с моими, а дальше произошло невероятное!

Ее взгляд опустился на мою шею, и она нахмурилась, а затем я почувствовал, как оба «паука», сидящих на моей артерии, словно решили, что им здесь больше не место. Они втянули свои щупальца и, словно просочились через мою кожу, после чего поплыли по воздуху и зависли над колыбелькой. Паралич мгновенно спал.

Я отказывался верить происходящему! Девчушка, словно нашла себе новую игрушку и хихикала, водя руками в воздухе. Тенкаты послушно летали перед ней, распустив свои волоски, но ей это быстро надоело, и малышка снова уставилась на Рики. Паучки упали на ее одеяло и неподвижно замерли.

Ураган мыслей завертелся в голове. Она настоящий маг! Она освободила меня от обязательств. Она тот самый загадочный Исток. А я…

А я убил ее родителей, оставив сиротой, и мне нет прощения.

Понимая, что должен хоть как-то загладить свою вину, я принял решение доставить ее Марте во чтобы-то не стало, она хоть как-то сможет воспитать ее. Стянул с ее кровати маленькую простынь, запеленал как мог и взял на руки. Только пожалуйста не кричи, малышка!

Но ей было не до этого. Рики перебрался ниже и ткнулся ей своим мокрым носом в лицо. Она радостно засмеялась и обняла его, а он даже не стал протестовать и улегся рядом. Девочка не была тяжелой, но я понимал какое расстояние мне придется пройти, и потому использовал Силу, сделав свои руки немного выносливее.

Подошел к двери и прислушался. Все указывало на то, что прибывшие гости спят, и в коридоре точно никого нет. Теперь главное не встретиться с охранниками. Выбрался из комнаты и снова превратился в слух. Отчетливо различил шаги одного из патрулирующих дом стражников, которые доносились с главной лестницы. Его точно придется обезвредить, иначе мне никак не пройти с ребенком мимо. Придется использовать Рики и дождаться его здесь. Падение тела на ковер второго этажа будет менее слышно, чем на каменный пол первого.

Притаился за углом и, спустя несколько секунд увидел в темноте его фигуру. Вытянул правую руку и сделал пальцами жест, значение которого понимал только мой питомец и я. Рики бесшумно оттолкнулся с моего предплечья и приземлился прямо на его загривок, а потом также быстро перескочил обратно. Стражник закачался и упал, глухо стукнувшись о пол. Надеюсь, этого никто не услышал.

На кончиках пальцев ног сбежал вниз, добрался до чулана, который так никто и не запер, пробрался внутрь и положил девочку на пол. Нужно закрыть дверь. Справился с ней за пару минут и то же самое повторил с люком. Теперь осталось преодолеть трубу, а дальше темными дворами добраться до жилища Юфина, или поймать свободный паровик. Едва не забыл о капканах, и, если бы не мое зрение, сейчас бы пришлось потерять кучу времени на лечение.

Ну вот и спасительная труба, осталось немного. Двигаться решил ногами вниз, придерживая девочку сверху, чтобы она случайно не покатилась под уклон. Забрался первым, следом запрыгнул Рики, потом я затянул внутрь малышку, и мы втроем начали долгое продвижение обратно.

Девочке очень не понравилась темнота, а потому она недовольно засопела, и через секунду над ней загорелся маленький белый шарик, освещая грязные внутренности трубы и застарелую паутину. В другой раз я бы использовал любую возможность, чтобы изучить этого чудесного магического светлячка, но времени не было.

Я почувствовал, что приближаюсь к воде, когда меня накрыло ощущение того, что вокруг находится гасящее поле. Обратился к Силе, и она отозвалась, но очень, и очень неохотно. «Муравьи» словно завязли в тягучей смоле. Мне пришлось остановиться, чтобы понять, что происходит. Я включил свой слух на полную и до моих ушей донесся тихий шепот.

— Что-то долго нет этого мелкого засранца.

— Не переживай, ему некуда деться. Дом посла оцеплен снаружи и внутри, и единственное место, по которому он может вылезти — труба. Других путей нет.

— Оба заткнулись! — процедил третий, и я узнал этот голос из своего сна.

Внутри меня словно все сковало льдом. Дроммель! Но если меня предала Длань, почему инквизиция сразу не схватила меня? Неужели из-за девочки? Ее смерть важна Тьме? Или они просто не ожидали, что я приду на задание раньше? Начать мероприятие днем была идея Кригера, и это возможно спасло меня. Кроме него и Вайса об операции никто не знал. Даже Юфин…

Значит Вайс. Все-таки это был не бритвенный порез. Если допустить, что он каким-то чудом избавился от тенката, что теперь мне уже не казалось невероятным, то все встает на свои места. Вот почему он отправила меня одного.

Я стиснул зубы и пополз обратно, представляя, что сделаю с этим жирным боровом, если выживу. Но сначала надо найти выход из сложившегося положения.

— В трубе кто-то есть! Я, кажется, слышу! Он ползет обратно! Выключите поле, мне тяжело.

Святые Девять, за что мне это! Неужели у них и слухач есть? А если там еще кто-то, у кого хватит Силы воздействовать на меня через трубу?

Внезапно, я почувствовал, как меня вышвырнули из моей же головы. Я оказался в дальнем углу своего мозга и бессильно наблюдал, как мое тело само ползет на выход, прихватив с собой кроху. Попытался сопротивляться и позвать на помощь способность, но давление чужака было невероятным, просто несопоставимым с моей Силой.

— Ты должен был убить эту маленькую сучку! — голос Дроммеля звучал внутри меня. — Нехорошо нарушать приказ своего непутевого главы! Твое путешествие закончилось, Кай Фаэли.

Мерзкий хохот заполнил все мое внутреннее пространство, которое было моим теперь лишь формально.

А потом все резко прекратилось. Я остановился у самой воды и уже намочил ноги, когда понял, что Дроммель больше не управляет мной. Мои глаза выловили непонятное желтоватое свечение вокруг всего тела, словно я находился в каком-то обволакивающем коконе. И он исходил прямо от малышки. Рядом беспокойно сновал Рики, не понимая, что здесь творится.

— Ты меня снова спасла, — прошептал я. — Теперь моя очередь.

Со всей доступной мне скоростью я пополз обратно в дом. Сверху раздавалась отборная ругань, кто-то даже залез в воду. Они двигались вместе со мной, но ничего не могли поделать. А вскоре их голоса исчезли, и я догадался, что приполз обратно. К моей радости, в доме еще никто не поднял тревогу, и мне удалось пробраться на черновую лестницу. Я положил девочку на чердаке, а сам вытащил несколько первых сколитов и за десяток вспышек полностью восстановил потерянные силы.

Нужно срочно придумать, как отсюда выбраться. Вылез на крышу, в надежде поискать хоть какую-то возможность бежать и обомлел от увиденного. К дому стягивались люди, и среди них были не только служители инквизиции, но и городская стража, среди которых иногда попадались люди в черной форме с золотыми полосками, вооруженные длинными трубками. Кажется, это королевская гвардия, сколитного оружия больше не могло быть ни у кого, кроме них и инквизиции…

Но что они все здесь делают? Мой мозг лихорадочно соображал, пытаясь найти ответы, и, внезапно, мозаика сложилась.

Выходит, я убил хаттайского посла, судя по тому, что мне удалось услышать на берегу. Если меня поймают, то объявят государственным преступником и никакая Длань меня не спасет. Дроммель хорошо подготовился. Король сам отдаст меня в лапы инквизиции, когда узнает, как погибли родители девочки.

Я спустился обратно на чердак, поднял малышку на руки и прислушался. Внутри дома начал твориться какой-то хаос. Беспорядочная беготня и крики раздавались отовсюду, и я отчетливо различил шаги двух человек двигающихся в мою сторону. Уложил малышку на какие-то опилки в самый дальний угол, вынул из мешка лук, и начал ждать. Рики разместился рядом.

Из люка показалась голова одного из бывших телохранителей посла, и вскоре он выбрался целиком. Он начал осматриваться по сторонам, а я сжался словно пружина и приготовился дать команду Рики. Оттуда он меня не должен заметить, если не пойдет искать…

Но охранник вместо этого помог подняться своему напарнику, и они зажгли фонари. Один из них сразу направился на крышу, а второй двинул в мою сторону. Он заметил меня, но не успел издать ни одного звука. Стрела вошла точно в горло. Немного подумав, решил не рисковать и не связываться со вторым, а просто запер люк на щеколду. Если он и найдет способ выбраться, то очень нескоро.

Снова поднял малышку на руки, перекинул мешок через плечо, и под крики запертого охранника сбежал вниз. Его все равно никто не услышит, так как голоса на улице и в доме, в возникшей суматохе, превратились в сплошной гул.

Мне удалось выбраться по черновой лестнице на первый этаж и при этом никого не встретить, но я не представлял, что делать дальше, и прильнул к замочной скважине, наблюдая за выбегающими на улицу людьми. Видимо за пределами дома началось выяснение отношений местной охраны с инквизицией и королевской гвардией.

Надо использовать это время.

Я «раскрыл» в голове план дома и снова, и снова пытался найти хоть какую-то лазейку. И она нашлась, причем буквально за стеной. Вот только представив, что все это мне придется пережить с малюткой на руках становилось не по себе.

Похоже мне снова придется нырять в дерьмо. Но иного выхода я не видел. Меньше чем за минуту вскрыл дверь, и перебежал в соседнее помещение, где находилась уборная для прислуги. Внутри возвышалось большое глиняное сидение, похожее на те, что были у нас в школе. На плане, который выдавал мне Вайс в прошлый раз, не были отмечены коммуникации, но я очень надеялся, что такой богатый дом просто обязан быть соединенным с городской канализацией.

Осмотрел отверстие, и понял, что ни мне, не девочке в него не пролезть. Попробовал сдвинуть унитаз в сторону, но у меня не хватило сил, слишком тяжелым было его основание. Быстро использовал несколько мелких сколитов, восстановил Силу и создал контур в мышцах. Уперевшись ногами в стену, снова попробовал подвинуть его, мне это наконец-то удалось. В полу обнажилась большая дыра, на этот раз подходящих размеров.

Внизу, на глубине пары человеческих ростов виднелась мерзкая жижа, но расходящаяся в обе стороны широкая труба давала надежду. Выбирать не приходилось.

Крепко перевязал простынь узлом, чтобы малышка не выпала, а затем перекинул через узел фундо, и медленно начал опускать ее вниз. Она что-то залепетала, и я представил, насколько отвратительным воздухом ей придется дышать. Из ямы, донесся ее тихий плач, а затем она озарилась сиянием. Девочка создала вокруг себя какой-то непроницаемый прозрачный кокон и успокоилась.

Неужели такой магией может владеть маленький ребенок? Она не читала толстенных фолиантов, а просто защищалась от этого мира как могла, и при этом дважды спасла не только свою, но и мою жизнь.

Я зафиксировал ее тело прямо над поверхностью, не дав окунуться в помои, отрегулировал длину веревки и зацепил серп за щель между плитами пола. Ну что же, Рики, теперь наша очередь. Еле протиснулся в дыру и, довольно легко, спустился по веревке. После чего дернул за нее пару раз, отцепив каму. Теперь надо определиться с правильным направлением. Труба шла в разные стороны, но ни одна из них не вела по направлению к дому Юфина. Придется ползти до ближайшего выхода на поверхность и надеяться, что ночью в Фаэте не пускают воду с напорной башни.

Мое путешествие в сточных трубах продлилось около полутора часов. Так бы я и ползал на животе по этим лабиринтам всю ночь, задыхаясь от смрада, если бы в одном месте я не почувствовал невероятно мощное гасящее поле. За все время пребывания в столице, я ощущал подобное всего один раз — в государственном банке Фаэты. Юфин жил в четырех кварталах от этого места, а значит я не очень далеко от цели.

Я начал наворачивать круги по трубам, проверяя все ответвления, которые только можно было найти, и наконец-то удача обратила на меня свое внимание. Мне удалось обнаружить выход в главное канализационное сооружение города. Оно напоминало Танарские катакомбы, только было значительно больше. Наша, порядком провонявшая компания, выбралась наружу, и я прислушался. Сначала до моих ушей доносилось только мерное течение воды в канале, но затем я разобрал гул проехавшего паровика и направился в ту сторону. Следом по дороге проехала повозка с лошадьми, и в этот раз цокот копыт был слышен еще сильнее. Я почти у цели. А через минуту вдали показался полуцилиндрический слив, внутри которого были приделаны скобы, ведущие на поверхность. На самом его верху обнаружилась сеточка света от сколитного фонаря.

На всякий случай оставил девочку внизу, вскарабкался по лестнице, и аккуратно высунул голову. Это было окошко ливневой ямы, закрытое решеткой, и я с наслаждением вздохнул свежего воздуха, который принес сюда ветер. Спустился вниз, забрал мешок и кроху, после чего вновь поднялся к поверхности, положил девочку на небольшую площадку перед металлической преградой и начал чертить маленькие руны Соа на углах решетки, понемногу вливая в них Силу.

А через десять минут я уже, двигался в тенях домов, пережидая снующие по городу ночные патрули. Их было много, видимо завтра вся Фаэта будет обсуждать убийство высокопоставленного лица. В душе я не переставал благодарил девочку, за то, что она себя так тихо вела, и ни разу ее крик не привлек чужого внимания. Но ведь скоро она захочет есть, и это может стать большой проблемой.

Впрочем, до квартиры Юфина оставалось рукой подать. Я уже было обрадовался и устремился туда, но вовремя успел нырнуть в подворотню. Прямо возле парадного входа в его дом дежурили два человека в красных одеждах инквизиции.

Я настолько устал, что не стал ничего выдумывать, а просто оставил девочку в переулке и вышел к ним навстречу, раскручивая кусаригаму, на грузике которой болтался Рики, а затем отправил его в полет.

Церковники о чем-то переговаривались между собой, и один из них повернул голову в мою сторону, а затем его рот открылся в изумлении. Он толкнул соседа, но к нему на голову уже спланировал подброшенный мной Рики, который мгновенно занялся его шеей.

Второй отскочил в сторону, вынул длинную трубку-парализатор и побежал ко мне, решив не связываться с боевым эльмуром. Видимо он так и не разглядел в темноте, что именно я вращаю над своей головой, а когда сообразил — было уже поздно. Он даже не успел вскинуть руку с оружием. На его горле образовался широкий разрез от моего серпа, из которого фонтаном брызнула кровь. Инквизитор упал на колени, постоял в этой позе несколько секунд, хватаясь рукам за разрезанную артерию, а затем шлепнулся лицом на землю. Я ожидал от себя хоть какой-то реакции на его смерть, но в этот раз ее просто не было. Только пустота в душе. Равнодушно посмотрел на его предсмертные судороги и вернулся за малышкой, которая кажется устала не меньше меня, и невероятным образом уснула прямо на траве.

Надеюсь, они не оставили какого-нибудь наблюдателя на крыше, потому что у меня уже совсем не оставалось сил. Я на негнущихся ногах поднялся на третий этаж, и постучался в дверь, молясь, чтобы внутри не оказалось никакой засады.

Но к счастью, дверь мне открыл заспанный Юфин, который толком не проснулся, и, наверное, с минуту пытался понять, что за перемазанный в дерьме мальчик стоит на его пороге, да еще и держит на руках прелестную крошку-девочку.

— Кай? — он затянул меня к себе в комнату, а затем сморщился, от ударившей по его ноздрям вони, — Что происходит? Ты словно принес с собой все помои этого города! Как ты прошел через инквизицию? Что это за ребенок?

Едва я попытался хоть что-то ответить, как он взял девочку с моих рук и произнес:

— Ну-ка марш в душевую!

— Юфин, нет времени! Посмотри в окно. Мне срочно нужно в Танар.

Мой друг удивленно вскинул брови, и выглянул во двор, а затем процедил сквозь зубы:

— Поздно, они уже идут.

Он запер дверь на замок и стал быстро собирать вещи первой необходимости. Мой слух уловил топот шагов в тамбуре дома, а затем раздались удары в дверь:

— Именем его Величества Ленарда Милосердного, и его покорного слуги Преосвященного Фариса Дроммеля, приказываем выдать преступника!

Юф поднял небольшую сумку с пола, перекинул ее через плечо и бросил мимолетный взгляд на содрогающуюся от ударов дверь.

— Готов?

Я кивнул головой. Он заграбастал меня и девочку на руки, и мы прыгнули куда-то далеко в лес на берег Синей. Малышка удивленно раскрыла глаза и радостно захлопала в ладоши, а затем ее руки налились сиянием, и она вернула нас обратно в квартиру, весело смеясь, словно предлагая поиграть в «веселые прыжки».

— Какого демона? — Юф таращился на кроху, словно это был не маленький ребенок, а сколит десятого уровня.

И в этот момент дверь с грохотом рухнула, но Юфин успел совершить повторный прыжок.

— Отвлеки ее! Если она нас вернет еще раз мы все погибнем.

— Утя-путя, — я сложил козу из трясущихся пальцев и начал приближать ее к девочке. — Забодаю непослушную!

— Кай! — весело произнесла она. — Кай, Кай, Кай!

Да какого… Что происходит?

— Клянусь, если ты мне не объяснишь, что творится… — На Юфине лица не было, он словно пытался понять, сошел ли с ума, или все-таки еще не проснулся.

— Юф, я не знаю. Вайс отправил меня одного на задание и запретил, о нем кому-либо говорить. Я убил мать и отца этой девочки. Он оказался хаттайским послом в Саталии, — начал я сбивчиво, — Он хотел, чтобы я убил девочку обсидиановым кинжалом…

— Стоп, стоп, стоп! — Юф перебил меня, — Вайс сказал не говорить никому. Так? Но ты говоришь! И при этом чувствуешь себя превосходно!

— Тенкаты, этот ребенок вытащил мои тенкаты!

— Давай-ка с самого начала, хорошо? Присядем. — Он указал мне на сухое бревно, которое когда-то вынесла на берег речка Синяя.

Мы уселись на него, и я, покачивая девочку на руках, начал свой рассказ начиная от того самого разговора с Мартой.

— Я самолично убью эту сволочь! — Юфин мерил шагам берег, сжимая и разжимая кулаки.

— Ты не сможешь, Вайс до сих пор твой брат.

Юф задумчиво уставился на другой берег реки, а его лицо постоянно меняло свое выражение, от напряженного до растерянного.

— А знаешь, Кай. Я, ведь, нашел их… — задумчиво произнес наставник.

— Кого? — я не сразу сообразил, куда он перевел тему разговора.

— Тех, кто крадет одаренных. Твоя провидица, ты говоришь она знала про эту девочку еще до ее рождения?

— Да, а что?

— Быть может она поможет мне вместе с малышкой, и избавит от клятвы? Нужно выжечь это осиное гнездо. Не удивлюсь, если Вайс тоже замешан. Сколько себя помню, он всегда любил деньги. И если окажется, что он имеет отношение к смерти Вира и Солти, я на куски его разорву! Но для начала нам предстоит тяжелая дорога в Танар. — Юф открыл сумку, я обнаружил в ней приличное количество трилитов. — Этого должно хватить.

Он поглотил один за одним два камня, а затем взял нас на руки.

— Следующая остановка трактир на Королевском пути. Приведем себя в порядок, я немного передохну и надеюсь, к рассвету мы будем в Танаре.

В придорожной гостинице я вымылся, купил у хозяина какую-то старую одежду его сына, которая, не смотря на возраст выглядела сносно, и уж точно была лучше перемазанного в дерьме одеяния братства. После чего мы снова двинулись в путь. Юфин передвигался двойными прыжками, иногда через города, а иногда через одному ему известные полянки в лесу, и к утру мы были в порту Танара.

Я с каким-то восторгом узнавал старые, но немного позабытые места. Причал, родные берега теплого моря, и очертания скал. Мы добрались до спуска в катакомбы, и я вздрогнул от неожиданности. Прямо на входе стояла…

Марта.

— Пришел мальчик. Принес Исток. Марта позаботится!

— Бабушка Марта! — я кинулся ее обнимать, но она сразу переключилось на ребенка и подхватила его с моих рук, не обратив даже внимания на мою радость, отчего я растерянно произнес:

— Бабушка Марта, вы не рады меня видеть?

— Возьми, мальчик. — Она протянула мне кристалл, похожий на тот, что я видел у Кригера в кабинете, когда он демонстрировал мне мое четвертое испытание. — А теперь, уходите. Уходите оба. И никогда, больше никогда сюда не приходите. Никогда!

Глава 13

— Какая милая старушка! И, главное, гостеприимная! — голос Юфина сочился сарказмом.

У меня пропал дар речи, и я даже не знал, что ему ответить.

— Догнать ее? — Юф не мог смотреть на мой растерянный вид.

Я лишь кивнул в ответ. Наставник подошел к решетке и замер в недоумении.

— Я не могу, Кай! Что-то меня не пускает внутрь! Может у тебя получится?

Мой взгляд уловил еле заметную пленку, повисшую на входе в катакомбы. Я подошел и прикоснулся к ней рукой. Она была словно желе.

— Юф, попробуй кинжалом! Я столько прошел ради этой девочки, пожалуйста!

Наставник вытащил из-за пояса нож и несколько раз провел по пленке, но она лишь немного прогнулась внутрь, но осталась целой.

— Может попробуем с другого входа? — предложил он.

— Идем.

Мы покинули порт и пешком, через только-только начавший оживать город, направились к другому входу. Редкие прохожие иногда обращали на нас внимание, но не найдя ничего интересного спешили по своим делам. Спустя четверть часа мы добрались до переулка, где был один из люков, ведущий в подземелья Танара. Юфин отодвинул крышку в сторону и, неожиданно, нам навстречу выбрался взъерошенный мужик, с перемазанным лицом. Я неплохо знал изгоев в лицо, но этого видел впервые.

— К Лису? — он придирчиво осмотрел наше одеяние, словно оценивал, найдется ли чем у нас разжиться.

— К нему, ага. — Ответил ему Юф.

— Понятно. — Он сплюнул на землю и побрел куда-то в сторону рынка.

Юфин попробовал спуститься вниз, но невидимая пленка была и здесь.

— Как он прошел сквозь нее? Кай, что за чертовщина здесь творится? — наставник встал прямо на воздух и несколько раз подпрыгнул, но она никуда не делась, лишь немного прогнулась под его ногами.

— Ты можешь нас телепортировать внутрь? — я все еще отказывался принять то, что Марта так поступила.

— В том-то и дело что нет. Я прекрасно помню твою детскую комнату и ваше Убежище. Но прыжок просто не получается. Словно там ничего нет внутри, кроме слоя земли.

— Кристалл! — я разжал руку и показал Юфину камень, — Нам нужно устройство для просмотра. Марта, наверное, записала на него какие-то указания.

— У меня почти не осталось камней, — ответил Юф, — Нужно идти в банк. Купим видоскоп, а кроме того, нам нужны камни на обратную дорогу. Такие длинные прыжки иногда обходятся дороже, чем путешествие на корабле.

Мы погуляли по городу с полчаса, дожидаясь пока откроются магазины и учреждения. Повсюду узнавались родные места, что заставляло радостно биться мое сердце. Мне даже представиться не могло, что можно так соскучиться по тем краям, где ты родился.

Едва открылся банк, как мы с Юфином первыми зашли внутрь. Я решил снять все свои деньги и наконец-то сделать то, что запланировал еще два года назад, когда занимался мошенничеством. Юф тоже снял крупную сумму и разменял ее на трилиты для удобства. После этого мы пошли на рынок, где купили необходимых вещей и видоскоп, а я себе приобрел обычный гражданский костюм свободного покроя. С серой формой братства я решил распрощаться навсегда. Вайс меня предал, Арамена отвернулась, а значит мне больше с ними не по пути.

Юфин снял номер в гостинице, где мы смогли, никуда не торопясь, просмотреть запись видений Марты. И хотя кристалл не мог воспроизводить звуки, тем не менее у нас пропали последние сомнения по поводу связи Вайса и Дроммеля. Инквизитор просто-напросто купил его с потрохами, а потом извлек тенкат из его шеи с помощью пойманного Лаэля. Я смотрел на несостоявшегося убийцу-шпиона, и должен был бы радоваться, что тогда в школе Кригер спас меня от смерти, но почему-то мне было грустно и обидно за него. Долг перед своим отцом и народом обернулся для него страшными пытками. Испещренное кровоподтеками тело говорило о том, что над ним долго издевались, быть может даже сам Дроммель. Меня пробрала легкая дрожь от неприятных мыслей.

Мы договорились разработать с Юфином план убийства Вайса и Дроммеля. Он долго был против моего участия в этой затее, но под конец сдался, так как убить Вайса самому ему не по силам из-за клятвы. Церковники все равно знают, что он мне помог, а значит на него объявят охоту, как и на меня. Однако, никаких толковых идей в голову так и не пришло, и мы приняли решение отдохнуть, а к разговору о мести вернуться позже. Юф очень сильно устал и ему было необходимо поспать, а мне почему-то совсем не хотелось, и я решил заняться в это время возвращением долгов.

Список адресов и фамилий обманутых граждан с легкостью всплыл в моей голове. За сегодняшний день я постараюсь обойти их всех и раздать камни обратно. Кроме того, в моих планах было любым способом пробраться в катакомбы. Поведение Марты очень меня расстроило, и мне было не понятно, почему она так изменила свое отношение ко нам.

Пожелав Юфу спокойного сна и переодевшись в достойную одежду, я отправился гулять по гражданским районам Танара. Как только на моем пути попадался люк или спуск под землю, я тут же пытался в него проникнуть, но кажется провидица предусмотрела все. Сточные воды спокойно вытекали через эту преграду, а незнакомые мне изгои беспрепятственно ходили туда-сюда. И только я упирался в прозрачную стену. У меня появилась мысль поговорить с кем-то из подземных жителей о Марте, но я быстро ее отбросил в сторону. С Лисом мне встречаться до жути не хотелось, а провидица уже ясно дала понять, что не хочет дальше помогать.

Ближе к вечеру я махнул рукой на катакомбы и направился к своим «кредиторам». Люди по-разному реагировали на мое появление. Кто-то меня вообще не вспомнил, кто-то узнавал и улыбался, с удивлением разглядывая мою новую руку, а некоторые пытались прогнать. Одни охотно забирали свои деньги назад, а другие лишь удивленно кивали головой и просили не волноваться о таких мелочах. За пару часов я расквитался со всеми. Оставалась лишь пара людей, которых сейчас не было в Танаре, и та самая госпожа Сиала Камиста, что подарила первый трилит в моей жизни.

Она жила на самой окраине города в очень богатом районе. Здесь располагались невероятно дорогие дома, скрывавшиеся за высокими каменными заборами. Я в нерешительности остановился у резной металлической двери и несколько раз подергал шнурок колокольчика.

Мне никто не открыл, хотя в одном из окон горел свет и даже, казалось, мелькала какая-то тень. В мои ближайшие планы Танар для повторного посещения не входил, а потому я твердо решил отдать долг сегодня, во что бы то ни стало. Вытащил из-под плаща кусари, раскрутил его и перекинул через ограду, обмотав грузик вокруг резного металлического шпиля поверх забора, а затем взобрался по стене и услышал удивительную музыку из открытого окна второго этажа. Мне никогда не доводилось слышать ничего подобного раньше. Мелодия выла невероятными тембрами неизвестного мне инструмента, и какой-то мужчина рычал не своим голосом под нее, но все вместе выходило на удивление гармонично, что я невольно начал покачивать головой ей в такт. Поднялся на крыльцо дома и постучал в двери, но так и не дождался ответа.

Тогда я решил сделать по-своему и просто положить камень внутри ее комнаты. Хотя, если честно, мне очень хотелось узнать происхождение этой замечательной мелодии. Кроме того, только то окно оказалось не закрытым. Я снова раскрутил кусари, зацепил его за подоконник и поднялся наверх. Пробрался внутрь комнаты и застыл от увиденного.

На дорогом деревянном столе стоял удивительный магический прибор. Он состоял из двух половинок. Нижняя имела много каких-то кнопок с нанесенными на них неизвестными мне символами, хотя они казались смутно знакомыми. Но самая удивительная располагалась вертикально и представляла собой плоскую плиту со стеклом. По его поверхности двигались какие-то раскрашенные нестриженные люди со странными музыкальными инструментами в руках, похожими на нашу лютню, но только к ней была дополнительно приделана длинная палка, и они быстро-быстро перебирали пальцами, отчего музыка подчинялась им. По привычке я обозвал это прибор странным словом ноутбук, дав ему первое название, что возникло в моей голове.

Поскольку на улице уже смеркалось, мне надо было идти в гостиницу, но я никак не мог оторвать взгляд от этого чуда. Люди в стекле закончили петь свою песню, а потом вдруг все куда-то полетело вверх, и я увидел, что вокруг странных музыкантов собралась огромная толпа кричащих и свистящих людей. Кажется их было больше, чем во всем Танаре. И вдруг исполнители заиграли новую мелодию, медленную и красивую, от которой хотелось плакать, а у людей в руках зажглись какие-то фонарики, и они стали покачивать их под музыку.

— Не знала, что мальчики-обманщики любят рок-баллады. — Со стороны двери раздался знакомый чарующий голос.

Я вздрогнул от неожиданности и повернулся. В комнате стояла Сиала Камиста в домашнем халате из какой-то странной гладкой ткани. Но как она так бесшумно вошла? Мои тренированные уши должны были услышать ее шаги…

— Г-госпожа, я п-принес вам долг! — я положил трилит на стол рядом с чудесным устройством и медленно попятился назад, но ее уже не было.

Да что за чертовщина творится в этом доме! Я развернулся к окну и собрался побыстрее убраться отсюда, но Камиста уже сидела на подоконнике, закинув ногу на ногу и курила, правда не трубку, а какую-то странную бумажную палочку.

— Сбежать решил? — на ее красивом лице отобразилась хищная улыбка, от которой мне стало нехорошо.

Что-то было в ее взгляде невероятно притягательное, но вместе с тем дико настораживающее. Все мое внутреннее существо запаниковало, а в виски застучала одна и та же мысль: «Беги, беги!». Я словно кожей ощущал, что эта дама опаснее Дроммеля, Баренса и всех эльфийских некромантов этого мира вместе взятых.

— Боишься… — Она мгновенно очутилась позади меня, склонила голову, щекоча мою шею длинными волосами, и втянула воздух носом. — Я чувствую твой страх, малыш.

Меня начал колотить озноб. Эта невероятной красоты женщина играла со мной, словно кошка с мышкой. И эта ее безумная скорость. Она быстрее, чем профессор! Ну почему я так не вовремя оставил Рики дома!

— Пожалуйста, дайте мне уйти. Я принес вам ваши деньги, госпожа Сиала Камиста, только и всего! Я стучался, дважды, но вы не открыли!

— А если не отпущу? — Она обошла вокруг и смерила меня пристальным взглядом. — Мне невероятно скучно одной, а ты самое интересное создание, что мне попадалось за последние сорок тысяч лет. Метка Тьмы, Метка Света и даже Метка Равновесия! Признаться, на том рынке я сразу поняла, что ты обманщик, но мне просто тебя стало жалко. Век обозначенных Тьмой короток. Но, прошло два года, а ты все еще жив, и вот это уже повод задуматься.

У меня открылся рот от удивления. Да кто она такая?

— Вам сорок тысяч лет?

— Больше, много больше, мальчик. — Вздохнула она, и я вдруг почувствовал, что в ней на самом деле нет враждебности.

— Как вы увидели метку? Вы сказали, что их целых три! Я знаю только про метку Тьмы. — Мой страх начал сменяться любопытством.

— Ммм, ты даже знаешь о том, что отмечен Тьмой? — Она удивленно вскинула бровь. — Что ж, давай поболтаем, мальчик. Кофе будешь?

— Ко… кого? — это слово казалось знакомым

— Прости, забыла. Это такой бодрящий напиток из другого мира. Детям не рекомендуется, но я сделаю слабый. Подожди пока в кресле. — Камиста указала глазами на небольшой стеклянный столик, возле которого стояли два кресла на необычной металлической ножке.

На этот раз она покинула комнату обычным шагом, а спустя несколько минут вернулась с подносом, от которого шел странный горьковатый аромат. Она поставила передо мной маленькую чашечку, уселась напротив, и закинула ногу на ногу. Халат соскользнул, обнажив красивую гладкую ножку, и я смущенно отвел взгляд, но ее даже это не смутило. Впрочем, она поправила полы одежды, видя мою неловкость.

— Как тебя зовут, мальчик?

Я хотел было соврать, но передумал.

— Кай Фаэли, госпожа Камиста.

— Брось эти глупые обращения. Зови меня просто Сиала.

— Хорошо, Сиала, а вы кто?

— Ты уверен, что хочешь это знать? — Она прищурила глаза и внимательно следила за моей реакцией.

— Очень хочу. — Я решился взять чашку и легко, чтобы не обжечься, пригубил ее. Вкус напитка был горьким, но что-то в нем было приятное.

— Вампир. Истинный.

Я подпрыгнул со своего места, опрокинул чашку и метнулся к окну, но, как и ожидал — не успел. Она снова сидела на подоконнике, а на ее лице опять играла все та же довольная хищная улыбка.

— Не подходите! — Я вытащил серпы из-за спины и выставил перед собой, понимая всю бесполезность это действия. Сердце кувыркалось в груди от страха, и я уже представлял себя на алтаре Тьмы.

— Интересное оружие, я такое уже видела в одном из миров. — Она на секунду задумалась. — Кажется, та страна называлась Япония.

Сиала Камиста подошла ко мне и провела пальцем по лезвию камы. На ее пальце появился глубокий разрез и из него потекла совершенно обычная человеческая кровь.

— Ух ты! Такой острый! — Она показала мне рану, и на моих глазах вся кровь втянулась обратно, а от пореза через секунду не осталось и следа. Мой четвертый уровень регенерации показался мне просто смешным.

— Госпожа Сиала, что вы от меня хотите? Зачем вы все это делаете? Если вы собираетесь меня убить, то не мучайте пожалуйста! — Меня охватило отчаяние.

— Сядь на место, Кай. Никто тебя не собирается убивать. — Камиста вернулась в свое кресло и взяла с подноса серебряную ложечку, а затем преспокойно стала ей помешивать напиток.

— С-серебро! Вы не боитесь его!

— С чего бы мне его бояться? Я еще и на солнышке загорать люблю.

— Но вы же вампир! — я беспомощно наблюдал за ее ловкими пальцами, светлый металл никак не вредил ей.

— Истинный, как я уже сказала! Не обижай пожилую даму, сравнивая ее с обычным упырем. — Она вдруг расхохоталась от собственных слов.

Я вернулся на место. Любопытство снова одолело меня.

— Но вы ведь служите Тьме! А она гонится за мной. За эти два года я дважды побывал на алтаре, а сегодня ночью чуть не угодил в третий раз.

— Не все так просто, Кай. Мне безразлично, что думает Тьма. Также как и Свет. Но это долгая история. Меня удивляет, то, что ты задаешь глупые вопросы, которые никак тебе не помогут на твоем непростом пути. Ты отмечен тремя Великими сущностями. И одна из них не привыкла отпускать свою цель. На твоем месте я бы спрашивала, как от них скрыться.

— Вы можете снять метку? — мой рот раскрылся от удивления.

— Могу, но не буду. Я не настолько могущественна, чтобы идти наперекор самой Матери.

— Пожалуйста, снимите ее, пожалуйста! Я устал бегать всю жизнь! — этот шанс я не мог упускать.

— Я не стану ее снимать, но могу скрыть тебя от всех. Ни адепты Тьмы, ни ее создания не смогут тебя почувствовать, ты будешь ментально закрыт от всех.

— Все что угодно, госпожа Сиала! Я сделаю все, что попросите! Даю слово! Скройте меня.

— Я тебе верю. Два года назад ты давал слово и сдержал его. Но будет очень больно! Очень!

— Я готов. Мне не привыкать терпеть боль!

— Хорошо. Обещай мне, что вернешься в этот дом, когда станешь взрослым. Нам будет о чем поговорить, и ты получишь некоторые ответы на свои вопросы. Если, конечно, останешься жив. А еще выполнишь одно мое желание. Это обязательное условие. — В ее глазах промелькнул хищный блеск, но я уже готов был идти хоть к демонам, лишь бы избавиться от внимания Тьмы.

— Да. Я обещаю!

Она поднялась со своего места и подошла ко мне, так что я смотрел ей прямо в живот, а затем в ее руках появился маленький скальпель из обсидиана. Я задрожал.

— Терпи, Кай.

Сиала зафиксировала мою голову, а затем одним резким движением провела по окружности черепа лезвием и дернула рукой. Мои волосы вместе с кожей, упали на пол, а через тело прошла острая боль, да такая, что мои ноги сами собой застучали по полу, а тело забилось в судорогах. Это было невероятно мерзкое ощущение. Но вот крови почему-то не было.

— Потрясающе! Ты регенерируешь! Тем проще для нас.

Она начала водить по костям моей головы острием кинжала, словно вырезала какую-то невероятно сложную руну. Это было жутко неприятно, но ни шло ни в какое сравнение с тем, что я только что испытал.

— Готово! — Спустя полчаса произнесла она. — Давненько я этим не занималась. Волосы прямо сейчас мы тебе уже не вернем — твоя плоть слишком быстро восстанавливается. Сами отрастут со временем. Так что это можно выбросить. — Она указала на остатки моего скальпа и положила кинжал на стол.

Я заметил, что ее пальцы перемазаны в моей крови. Сиала поймал мой взгляд, и словно нарочно поднесла их к рту, а потом медленно слизала красную жидкость языком. На ее лице отобразилось невероятное наслаждение.

— Ммм. Такая чистая, такая невинная. Даже жалко тебя отпускать.

Я вздрогнул, но почти не испугался, так как понимал, что одного движения ее пальца хватит, чтобы меня уничтожить.

— Расскажите, что вы сделали? Или это тоже, когда я стану взрослым?

Она рассмеялась.

— Это очень древняя магия, сейчас, наверное, и не осталось миров, где кто-то помнит о ней. Теперь никто не сможет воздействовать на твое сознание или видеть скрытые метки богов. Рисунок питается энергией твоей крови, так что его хватит на несколько столетий вперед.

— Люди столько не живут!

— Не в твоем случае, Кай. Тебе старость не грозит. Побочное свойство регенерации. Только не говори, что ты не думал об этом?

Услышанное повергло меня в изумление. Я вдруг понял, что никогда даже не допускал такой мысли. Она взглянула на меня, и заключила.

— Хм-м. И правда не думал. Будет для тебя сюрпризом. Но это не значит, что ты бессмертный. Развивай свою Силу!

— Вам легко говорить, а сколит может убить человека!

— Ах да, глупые люди до сих пор не научились правильно повышаться!

— Вы знаете способ?! — кажется я никогда столько не удивлялся за всю свою жизнь, сколько за один сегодняшний вечер.

— И не один! Но об этом мы поговорим не раньше, чем через семь лет. Когда ты вернешься ко мне. А теперь уходи!

Я хотел задать ей еще несколько вопросов, но она приложила палец к моим губам и отвела меня на выход, а затем проводила за ворота.

— Удачи, Кай. Не забывай обо мне, и никому не слова, о том, что ты видел и узнал сегодня!

— Спасибо, Сиала! Обещаю! — на улице уже было темно, и я, что было сил, побежал к Юфину.

Через полчаса добрался до гостиницы и отметил, что в нашей комнате горит свет. Значит наставник уже проснулся. Перед входом в здание стоял мужчина в старой одежде и клеил на доску какие-то объявления. Я уже хотел было просто пройти мимо, но то, что я прочел заставило меня замереть в отчаянии. На большом плакате были очень точно нарисованы наши с Юфином лица, а ниже был текст:

Внимание, граждане Саталии! В это нелегкое время, когда Четырем королевствам с трудом удается поддерживать хрупкий мир с воинственным соседом, эти люди совершили дерзкое убийство семьи хаттайского посла на нашей территории! Их действия не имеют оправдания! Хаттайская империя требует наказать их, иначе новой войны не избежать! Любой сознательный гражданин Четырех королевств, при обнаружении эти лиц, должен немедленно сообщить об их местонахождении любому патрулю или служителю храма Девяти Светлых Богов. В случае, если информация о месте их пребывания подтвердится, Его Величество Ленард, прозванный Милосердным, лично дарует герою награду, в размере одного сколита седьмого уровня за каждого из беглецов!

Я рванул с места в гостиницу, не обращая внимания на расклейщика объявлений, который, очень надеюсь, не успел меня рассмотреть. Влетел в комнату и застал там недавно проснувшегося Юфина.

— Кай, ты где шляешься! Твои волосы! — он удивленно указал на мою лысину.

— Не до них! Нас ищет все Королевство. Там внизу… расклейщик, кажется, он меня видел!

Мы с Юфом одновременно подскочили к окну, где уже старик что-то втолковывал городским стражникам, размахивая руками и указывая на гостиницу.

— Проклятье! Уходим.

Рики забрался мне за пазуху, мы с Юфином похватали вещи, и он перенес нас куда-то в густой лес на небольшую полянку.

— Отсюда недалеко до нашего с Клэр поместья. Сейчас, две минуты. Надо восстановится! — Он полез в карман, за камнем, и в этот момент прямо из кустов, словно молния, на его грудь прыгнула огромная черная пантера и с размаху ударила когтистой лапой по груди, разорвав всю одежду и кожу. На траву ручьем хлынула кровь, а он не устоял на месте и упал на землю, теряя сознание.

— Не-ет!

Я взвыл от горя и потянулся за клинками, а огромная кошка, не обращая внимания на корчившегося от боли друга, медленно шла по кругу, словно играя со мной. А еще секунду спустя из-за деревьев появилась целая стая разных зверей и окружила меня. Здесь были и медведи, и росомахи, и волки, и еще какие-то с трудом узнаваемые мной виды хищников. На меня уставились десятки глаз.

Человеческих глаз.

Глава 14

Звериный круг сужался. Юфин стонал, лежа на траве и теряя все больше и больше крови. Я понимал, что сил на прыжок хоть в сколько-нибудь безопасное место у него сейчас не хватит. Пантера грациозно вышагивала около меня, но пока не нападала.

В отчаянии, я выхватил кусаригаму и стал раскручивать ее надо головой, пытаясь хоть как-то отогнать животных. Кошка отпрянула назад, а звери остановились на безопасном расстоянии. Их умные глаза неотрывно следили за мной, а в каждом их движении чувствовалась напряженность и готовность кинуться на меня, подгадав момент, когда вращающееся лезвие образует брешь.

За пазухой заворочался Рики и проворно выбрался на мое плечо. Увидев хозяев леса, он вздыбил шерсть и зашипел, переходя на глухой свист. Мне еще ни разу не доводилось слышать от него таких звуков.

Звери остановились, словно перед ними образовалась невидимая стена, а кошка одним прыжком перемахнула через головы стаи и спряталась за спиной огромного седого медведя. Неужели это Рики их так напугал?

А затем произошло невероятное, и я понял, что передо мной никто иной, как зверолюды, или как их называли в королевстве — хезы. Старый медведь вышел вперед и припал к земле на передние лапы, а затем его тело стало изменяться на глазах. Выпирающие челюсти сместились внутрь головы, шерсть начала вылазить, клочками падая на землю, а тело ненормально выгнулось и немного уменьшилось в размерах. Мне казалось, что я слышу, как трещат его кости, настолько грандиозные изменения происходили с его скелетом. Как такое можно выдержать?

Но вот, его фигура стала все больше и больше походить на человеческую, из раскрытого в оскале рта посыпались огромные зубы, а на их месте стали расти более мелкие. Через минуту все закончилось, и передо мной выпрямился в полный рост абсолютно нагой громадный старик. Впрочем, старость выдавали в нем только седые волосы и борода, а также невероятно мудрые глаза. Его подтянутому телу могли позавидовать многие молодые мужчины. От зверя в нем остались длинные заскорузлые ногти и пучки волос на ушах.

— Рхрау! — выдохнул он, а затем задвигал челюстями, словно пытаясь подобрать их правильное положение. — Чурржак! Крах вы очрутирся здесссь?

Я понял, что он пытается говорить на языке Четырех королевств, но у него плохо получается. Вероятно, он хотел сказать: «Чужак, как вы очутились здесь?». Мой рот затараторил сам собой:

— Мы не хотели тревожить вас, так получилось, что у моего друга не хватило сил, и нам пришлось остановиться. Помогите ему он истекает кровью! — взмолился я.

— Киррау на твоем плече. — Его речь становилась все более внятной, — Как ты пррирручил киррау?

Я не сразу понял, что он имеет ввиду эльмура.

— Пожалуйста, спасите моего друга, я все расскажу вам про киррау.

Вожак ненадолго задумался, а затем его лицо посветлело. Он развернулся к крупному волку и прорычал:

— Ррухау, ахарре рроуа. Кхырр.

Волк сделал несколько шагов вперед, аккуратно подцепил своей огромной пастью Юфина за куртку, а затем одним движением перекинул его себе на спину и умчался в лес, словно на нем и не было никакой тяжести. Старик снова повернулся ко мне.

— Ты пойдешь с нами. Дрругу твоему поможем. — Он повернулся к стае, — Аурра!

Звери расступились и к вождю настороженно подошла та самая кошка. Он строго посмотрел на нее.

— Торре коурра оарра ррумрра, Аурра.

Она нехотя приблизилась ко мне и Рики снова занял боевую позицию, отчего она остановилась в нерешительности.

— Спррячь киррау. Аурра боится. — Произнес предводитель.

— Рики! — я указал питомцу на куртку, и он недовольно запрыгнул внутрь, но затем все равно высунул морду наружу, будто показывая всем, что контролирует ситуацию. Я застегнул верхнюю пуговицу над его головой, чтобы он не мог выскочить.

Пантера приблизилась ко мне и выгнула спину, приглашая сесть. Я осторожно притронулся к ее шерсти и ощутил напряженные мышцы под гладким лоснящимся покровом. Взобрался верхом на нее, а седой старик оседлал крупного тигра и прорычал:

— Арро!

Видимо это слово означало «вперед», поскольку вся стая устремилась в ту же сторону, что и волк, забравший Юфина. Мне хотелось задать их предводителю множество вопросов, но он знаком показал, чтобы я молчал, и мы понеслись вперед с огромной скоростью.

Бесконечные деревья и кустарники мелькали перед моими взором, сливаясь в сплошное зеленое пятно. Не знаю, из каких соображений вождь приказал мчаться так быстро, но скорее всего он не хотел, чтобы кто-то знал дорогу к их дому. И ему это удалось. Какой бы феноменальной не была моя память, уже через три полета стрелы я бы не сразу сообразил, где точно находится та злополучная полянка.

Приблизительно через полчаса гонка закончилась, и мы прибыли в поселение хезов. Об этом народе было известно очень мало, потому что найти их места обитания в лесу было делом не только опасным, но и невероятно сложным. Они не строили городов, а домам предпочитали природные сооружения, вроде пещер, или гигантских деревьев, полых внутри.

Эта деревня не могла похвастаться наличием древнего леса вокруг. Ее обитатели устроили себе жилища внутри старой громадной скалы, настолько древней, что покрывающий ее мох просто сливался с окружающей обстановкой. Все пространство перед холмом напоминало небольшую ферму и было занято посадками различных растений. Они занимались земледелием, чему я удивился, так как изначально думал, что хезы питаются лишь мясом. Ближе к скале находились кострища и даже какие-то нехитрые постройки, напоминающие сараи. А еще здесь был огромный деревянный стол из цельного ствола дерева, настолько огромный, что за ним могли уместиться все присутствующие.

Но больше всего меня поразило то, что больше половины членов племени были в человеческом обличии, и в отличии от вождя не щеголяли наготой, а имели вполне себе неплохую одежду, хотя и простую. Мое мнение о них, как о дикарях, не соответствовало истине. Единственное, что давало им сходство со зверьми, это их удивительный язык, каждое слово которого имело рычащие согласные. Как я уже узнал немного позже, он оказался невероятно удобен для общения между членов племени, потому что на нем можно было разговаривать, не выходя из звериной формы, в которой строение гортани животного не позволяло произносить многие буквы. Кроме того, самая часто встречающаяся в их языке буква «Р», имела сразу несколько значений, и понимать ее следовало в зависимости от интонации.

Встречали нас едва ли не всей общиной. Видимо, ранее умчавший с Юфином волк уже поделился новостями о том, кто к ним едет в гости. Уснувший было Рики, снова вытащил наружу любопытную физиономию, отчего собравшиеся невольно сделали шаг назад, а женщины постарались закрыть собой детей. Самые маленькие из них, казалось, не боялись эльмура и с любопытством таращились на это мохнатое чудо. Еще меня удивило, что во всем племени не было людей среднего возраста. Здесь были либо дети, либо молодые люди, либо старики. Но вот того самого возраста, когда человек не молод, но еще и не стар обнаружить не удалось.

Из толпы показалась небольшая девочка, которая подбежала к спешившемуся вождю и подала ему одежды. Он, нисколько не стесняясь, оделся на глазах всего племени и потрепал малютку по голове, а затем что-то рыкнул, и она направилась обратно, украдкой поглядывая на меня и Рики.

— Скажите, где мой друг? — я спрыгнул со спины пантеры и первым делом обратился к вождю.

Он махнул рукой и направился в сторону скалы, показывая, чтобы я следовал за ним. Мы прошли вдоль всего холма, и почти у самого края поселения, где уже заканчивались многочисленные проходы внутрь скалы, указал на зев пещеры.

Я вошел внутрь нее, а он предпочел остаться снаружи. Меня встретила пожилая женщина, которая даже не удивилась моему появлению. Здесь было светло, как днем, отчего я сразу зашарил глазами в поисках источника света и обнаружил, что его испускает бурого цвета мох, обильно покрывающий стены грота. Я перевел взгляд обратно на женщину, которая выглядела очень старой и годилась вождю в матери. А где же Юфин?

Увидев немой вопрос в моих глазах, она подняла руку и показала пальцем на ровный слой влажной земли на полу, из которого торчала лишь одна голова моего друга, а все его тело было закопано. Я сначала перепугался, но потом понял, что он спит. А через минуту мне удалось собственными глазами увидеть процесс лечения.

Внутрь пещеры на одной ноге пропрыгал какой-то парень, лет четырнадцати. Из его кровоточащей стопы торчала щепка, но он даже не стонал от боли. Знахарка усадила его прямо на пол и осмотрела ногу, после чего одним движением выдернула глубоко засевший сучок, от чего он недовольно рыкнул, а затем отодвинула в сторону доску, под которой обнаружилась ямка. Женщина взяла в руки какой-то предмет, напоминающий деревянную бадью, а затем направилась к огромной бочке в углу, которую я сразу не заметил.

Парень подполз к яме и погрузил туда свою ногу, а затем со скучающим видом стал разглядывать меня. Знахарка зачерпнула из чана сладковатого запаха жидкость, в которой я смог определить несколько знакомых ароматов тех лекарственных трав, что изучал в школе, после чего начала наполнять углубление в земле этим составом, состоящим из перемолотых растений и еще неизвестно чего. Когда ямка наполнилась, она засыпала выступающую жижу слоем почвы. Неужели Юфин сейчас находится в этой смеси целиком?

Старуха указала мне на травяную лежанку в углу и жестами показала, чтобы я шел спать. События последних суток настолько вымотали меня, что я, несмотря на новизну места, повалился на нее и через минуту уснул.

Проснулся я очень рано. Первым делом подошел к Юфу и посмотрел на него. Он все также дремал, а на его губах играла легкая улыбка, из чего я сделал вывод, что все не так уж плохо. Знахарка хлопотала у своей деревянной бочки, размешивая в ней очередную порцию лечебного состава. Увидев, что я проснулся, она покинула пещеру, а спустя минуту зашла вместе с вождем. Он перекинулся со старухой-ведуньей парой слов, а после подозвал меня к себе.

— Идем со мной! Дрруг будет жить. Ему нужен покой.

— А как долго ему лечиться? — это немногословный человек меня успокоил, но мне хотелось знать, сколько времени нам придется гостить у хезов.

— Трреть луны. Ррана глубокая. Аурра занесла зарражение.

— Аурра?

— Моя дочь. Она ненавидит людей. Люди убили мать. — Он повернулся и направился к выходу, а я бросил еще один взгляд на спящего Юфина и вышел следом.

Как только я выбрался наружу передо мной предстала удивительная картина. Меж двух жердей были натянуты тоненькие веревочки, а вокруг них летала стайка маленьких птиц, размером чуть меньше воробья. В их маленьких клювиках были кусочки шерсти, и они каким-то непостижным образом растягивали ее в тонкие нити и, ловко порхая в воздухе, не задевая друг друга, ткали полотно. Получалось очень ровненько, быстро и слажено. А неподалеку от них, прямо на траве, лежала женщина и непонимающе вращала глазами, словно впервые очутилась в этом мире.

Как я не ломал голову, но объяснения этому явлению придумать не смог. Простой дрессировкой птиц этого не добиться, а в то, что среди хезов есть оборотни способные принять вид таких маленьких созданий, я даже не допускал. Что касается зверолюдки, развалившейся рядом, я предпочел о ней не думать, сочтя за сумасшедшую.

Вождь терпеливо наблюдал за мной в стороне, но ничего не говорил. Сообразив, что с моей стороны немного некрасиво заставлять его ждать, подошел к нему, и мы двинулись дальше.

Жилища хезов, вопреки первому впечатлению, представляли собой не сеть пещер, а небольшие многочисленные гроты. Старик привел меня в один из них, который не отличался какой-либо роскошью. Здесь даже не было стола, а лишь только нехитрые стулья из деревянных чурок, лежак из прошлогодней травы в углу, да горизонтально установленная деревянная палка, заменяющая вешалку, на которой висела одежда. Ничего металлического в этом поселении я так до сих пор и не увидел.

— Рраскажи. — Вожак указал на мохнатую мордаху, выглядывающую у меня из-за пазухи.

Я вдруг вспомнил, что со всей этой суматохой Рики оказался не накормлен, потому недолго думая извлек его из-под одежды и закатал рукав. Дважды его просить не пришлось, и он, бросив подозрительный взгляд на старика, с удовольствием впился мне в руку.

На лице вождя отобразилось глубокое удивление, но он лишь произнес.

— А яд?

Я немного поразмыслил и решил пока не рассказывать о своей способности очищать и восстанавливать организм. Слишком мало я знал о хезах, чтобы сразу им доверять.

— Он не использует парализующие железы против меня, Рики умный.

— Ррики. — Задумчиво произнес хозяин грота, — А ты?

— Кай.

— Эурро, — представился вождь, — Я вожак племени орров.

— Орры? В нашей стране вас называют хезы, и пугают вами непослушных детей перед сном.

— Мы тоже.

— Пугаете детей людьми? — удивился я.

— Да. Вы полностью истрребили племя рракхарр десять тысяч лун назад.

— Кто такие ракхары? — я понял, что мне предстоит узнать что-то новое.

— Тоже орры. Моррские. Вы прришли из морря, заняли поберрежье и убили всех рракхарр.

— Я не совсем понимаю, чем отличаются орры друг от друга.

Вождь сделал задумчивое лицо, словно взвешивал, стоит ли меня посвящать в тайны племени, а затем произнес:

— Уговорр. Ты и твой зверрь поможете оррам. Взамен я отвечу на все вопрросы. Мы вылечим твоего дрруга.

Я удивился такой наглости. Да, они лечат Юфина, но они же сами и ранили его. С какой стати я должен помогать им, рискуя жизнью? Обойдусь и без их секретов.

— Я могу просто дождаться его выздоровления, а потом мы покинем эту гостеприимную деревню. Ваши тайны останутся вашими тайнами.

Вождя, похоже, мой ответ не устроил. Однако он не стал ничего мне объяснять, а встал со своего места и произнес:

— Сиди тут. Скорро прриду.

Десять минут спустя он вернулся и привел под руку жилистого старика, опирающегося на клюку. Годами тот не уступал знахарке, что лечила Юфина, а возможно был еще старше. Его борода тянулась до самых колен, а кустистые брови целиком скрывали глаза. Впрочем, его это не особо волновало. Гость был полностью слеп.

Вожак хезов усадил его на свое место, а сам встал рядом и сложил руки на могучей груди. Прибывший с ним старик стал быстро втягивать носом воздух, шевеля ноздрями, а потом погрузился в транс и начал раскачиваться из стороны в сторону. Я с интересом наблюдал за ним, пытаясь понять, что он делает.

— Рахо тебе не стать никогда. Но ты встал на путь Кхари, сам не зная того. — Произнес он без какого-либо акцента на чистом языке Четырех королевств.

— А вы мне расскажете, о чем идет речь? — удивленно ответил я.

— Ррахо — это я. Моя дочь Аурра — тоже ррахо. А шаман, — вождь указал на старика, — Кхарри.

— А чем Рахо отличаются от Кхари? — до меня наконец-то дошло, что хезы делятся по какому-то признаку.

— Ррахо сильны физически, им доступно обрращение в зверря. Кхарри сильны духом и не могут обрращаться. Но, в отличии от Ррахо могут меняться рразумом с животными.

— Погодите! Та женщина на улице, — кажется я догадался, — Она что, управляла теми птицами, которые ткали одежду?

— Да. — на этот раз ответил шаман, — Она очень сильна и может справится с целой стаей. Но в этот момент, сознание птиц переходит в ее голову. Птицы глупые и не могут справиться с новым мозгом, а потому ее тело просто лежит и смотрит в небо.

Меня аж затрясло от проскочившей в голове мысли.

— Вы сказали, что я встал на путь Кхари, сам не зная того. Значит ли это, что я могу научиться перемещать сознание в Рики?

— Ты узнал больше, чем нужно, — ответил вождь, — Дальше тебе прридеться ррешить. Ты можешь уйти таким, каким прришел к нам. Ты можешь уйти намного сильнее. Уговорр или нет?

— Почему вы вообще посвящаете в свои секреты? Почему вы думаете, что я могу помочь вам? Что может сделать десятилетний ребенок, чего не могут взрослые сильные орры?

— Не ты, — шаман, не взирая на слепоту, указал узловатым пальцем прямо на Рики, — А твой кирау. Он может! Но без тебя ему не справиться. Я сделаю из тебя Кхари, а ты поможешь оррам.

Они играли на моем проклятом любопытстве как хотели. Возможности, которые предоставляло предложение старика, могли оказаться безграничными. Но они так и не сказали, в чем будет заключаться задание, ожидая моего ответа. И мне это жутко не нравилось.

Взвесив все «за» и «против», я тяжело вздохнул и произнес:

— Уговор.

Меня отвели в жилище к шаману. Он занимал большой отдельный грот, в котором жил вместе со своим учеником. Это был невысокого роста светловолосый парень с пытливыми глазами, который сидел в углу пещеры и толок в деревянной ступе какие-то корни. Все пространство вокруг было увешано сухими пучками разнообразных растений, большинство из которых мне были знакомы. В отличии от жилища знахарки, багровый мох здесь был значительно гуще, и давал намного больше света.

Старик указал пальцем на лавку, после чего начал принюхиваться к воздуху, и один за одним набирать стебли и листья разных трав. Он что-то сказал ученику, и тот послушно встал и покинул жилище. Мы остались вдвоем. Было интересно наблюдать, как этот умудренный годами человек легко ориентируется по запаху в знакомом месте, хоть и не проходил школу Длани.

Наконец, все ингредиенты были подобраны. Он взял с полки маленький глиняный горшочек и начал нарезать в него травы. Справившись с этим, он подошел к стене и соскреб приличное количество светящегося мха, который также отправил в посудину. Затем выглянул из пещеры и позвал своего ученика, передав ему заполненную емкость, после чего сел напротив меня.

— Мы приступим прямо сейчас, — произнес он, — А пока я тебе задам пару вопросов. Твой организм хорошо переносит яды?

Он попал в самую точку, но рисковать в этом эксперименте я не собирался, а потому решил лишь немного рассказать о своей Силе.

— У меня есть способность. Мой организм сопротивляется любым ядам и зельям.

— Очень и очень плохо! — густая борода шамана скрывала его эмоции, но по его голосу я понял, что ему не понравилось услышанное.

— Ее можно заглушить амулетом или гасителем, — заметил я, — Правда, у меня сейчас его нет.

— То, что мы собираемся делать, требует наличие особых условий. Вмешательство какой-либо посторонней силы, магии или полей не допустимо. Связь очень хрупка. Впрочем, мы можем повысить концентрацию эгойля.

— Эгойля?

— Да, этот мох. — Он указал мне на источник света, — Эгойль сильный наркотик, переводящий сознание в особое состояние. Но это не главное. Эгойль позволяет крови чувствовать кровь. Надеюсь, ты знаешь, что жидкость, текущая по человеческим венам, является одной из самых мощных субстанций?

— Я немного владею магией крови и мне известно это. — Гордость в голосе скрыть не удалось.

Старик удивился, но тут же поморщился, озадачив меня.

— Не стоит заниматься этим. Это мерзкое эльфийское колдовство, которое до добра не доведет. То, что практикуют орры не есть магия, но есть природная связь. Кхари с самого детства выбирают свое животное, растут вместе с ним и подмешивают ему в еду свою кровь, чтобы установить с ним единение.

— Вот почему вы сказали, что я не осознанно вступил на этот путь! — мои мозг озарила догадка. — Я кормил Рики своей кровью с его младенчества! Но как вы узнали?

— Верно. Но во все тайны шаманизма орров я тебя посвящать не буду. Это только наше знание. Достаточно будет и того, что я тебе передам в ближайшие дни. Только лишь кормление питомцев кровью недостаточно, необходим ритуал связи. — Он поднялся со своего места и снял с деревянной полки небольшую бутыль. — Выпей это.

— Оно не подействует, — с сомнением произнес я, — Мой организм избавится от зелья.

— Подействует. Мгновенно ты все равно не очистишься, а мне хватит и минуты. Сделай глоток побольше.

Я пожал плечами и пригубил настойку. Она имела настолько приятный вкус, что мне захотелось выпить ее всю. Последнее, что я почувствовал, как крепкие жилистые руки подхватили мое тело, и уложили на лавку. Сознание покинуло меня.

Открыл глаза. Все тело неприятно гудело, а «муравьи» трудились над ним не покладая рук. Рядом сидел старик и напряженно вслушивался во что-то. Я последовал его примеру, но чего-либо странного не услышал.

— Готово. — Он поднял с земли тот самый горшочек и передал мне. — Теперь тебе нужно выпить настойку эйголя.

Я взял его в руки и почувствовал, что он немного теплый. Выходит, ученик успел за это время сварить зелье, и оно даже успело остыть. Получается, что я достаточно долго пробыл без сознания.

Отпил из горшочка и чуть не выплюнул все обратно. Такой мерзостью меня не поили даже Ставер и Майер в лесу. Еле удержал напиток в себе и прислушался к ощущениям. «Муравьи» тут же поползли к новой угрозе и на удивление быстро справились с ней.

— Еще! Выпей все до дна. — Лицо старика выглядело обеспокоенным.

Тяжело вздохнув, я зажмурился, и борясь с рвотными позывами, осушил посудину. В голове появился туман, а меня стало куда-то затягивать, но затем марево рассеялось, и я снова смотрел на ошеломленного орра.

— Вроде что-то почувствовал, словно куда-то ухожу из тела, но затем все прекратилось.

Старик задумался, а затем решительно поднялся с места и содрал со стены кусок багрового мха.

— Раз ты такой выносливый, попробуй чистый эйголь. Он тебя не должен убить. Не бойся, у меня есть противоядие.

Мне все это начало порядком надоедать, но я привык идти до конца, а потому уступил старику и положил мох на язык, а затем начал его жевать. Он имел все тот же невероятно противный вкус, но более терпимый, чем в жидком виде. Я проглотил получившуюся кашицу и снова прислушался к себе.

Меня словно выдернуло из собственной головы и куда-то понесло, в неведомом направлении, а потом стало тепло и уютно, словно мама закутала меня в пеленки и прижимает к себе. Я открыл глаза, увидел свет над собой и потянулся к нему. Странно, какая-то необыкновенная легкость во всем теле.

Выбрался из теплого местечка на свет где обнаружил сидящего на своем месте шамана, кажется, он улыбался. Решил осмотреться, повернулся и разглядел свою собственную лысую голову, которая удивленно вращалась по сторонам, а глаза, что недавно были моими, теперь смотрели на мир взглядом сумасшедшего и больше мне не принадлежали.

Я стал Рики.

Глава 15

Мои ощущения в теле эльмура были очень противоречивыми. Оно ощущалось как свое собственное, но вот думать было очень тяжело. Мысли были какими-то тягучими, словно мне не хватало мозгов. А построение обычных логических цепей вообще ломалось на середине, потому что едва я переходил к новому звену, старые тут же забывались.

В теле питомца я провел не больше половины минуты, так и не изучив все свои возможности. Меня медленно начало «вытягивать» обратно, в какой-то момент мое сознание частично было в двух телах одновременно, а потом я снова стал собой. Рики, казалось, даже и не понял, что только что произошло, и сразу же принялся умывать свою мордочку.

— Получилось! — выдохнул я с облегчением и посмотрел на старика.

Но он мой восторг совсем не разделял, всем видом показывая полное разочарование.

— Очень плохо, слишком рано ты вернулся. Это говорит о том, что твой организм быстро очистил кровь от наркотика.

— Получается, я не смогу помочь вам? — внутри меня боролись одновременно радость и чувство долга. С одной стороны задания орров скорее всего удастся избежать, но с другой — я чувствовал себя обязанным этому старику. Ведь он подарил мне удивительные возможности.

— Сможешь, но не так быстро, как мы хотели. Тебе придется истратить свою Силу перед испытанием, чтобы она не могла бороться с воздействием эйголя.

— Вы много знаете о Силе? — удивился я.

— Не очень, но кое-что мне известно. Я достаточно провел времени среди людей, как и вожак Рахо. Это было очень давно, мы были молоды и хотели вернуть свои земли обратно. Шаман Рор возглавил набег на один из ваших городов, и у нас бы все могло получиться. К несчастью, одна из человеческих видящих убила его в Астрале, а затем, лишившись единого командования, наш народ не смог договориться между собой и потерпел поражение. Мы с Рахо чудом выжили, но попали в плен и провели в цепях многие годы. Аурра, его дочь родилась там, она наполовину человек. Люди, узнав, что ее мать спуталась с орром, объявили ее изменницей и казнили. Так что мне знакома и ваша Сила, и ваш язык, и ваш быт.

Похоже он только что рассказал мне о том самом случае, когда выгорела моя знакомая провидица. Эту же историю я слышал в катакомбах Танара от Гилми. Именно Марта уничтожила шамана хезов несколько десятков лет назад.

— Но вернемся к тебе, нам придется потренироваться. — Продолжил шаман, — Ты знаешь способы, как снизить свою Силу? Думаю, что постоянно тебя травить эйголем не лучшая идея.

— Я немного знаю руны, можно попробовать наполнять их энергией.

— Неплохо, неплохо. Что тебе для этого нужно? — похоже против начертания шаман не имел никаких предубеждений, в отличии от магии крови.

— У меня есть все необходимое в сумке. В качестве поверхности для рисунка я мог бы использовать стену пещеры.

— Жди.

Старик повернулся к своему ученику и дал ему какое-то указание. Он быстрым шагом направился к выходу, и покинул грот, а спустя пару минут вернулся с вождем. Старики переговорили между собой, после чего Рахо обратился ко мне:

— Я отведу тебя в свободную пещерру, жить пока будешь там. Ты не станешь черртить рруны, которрые наврредят оррам?

— Конечно нет! — меня даже немного обидело, что он спрашивает об этом.

Похоже вожака этот ответ удовлетворил, и мы с ним направились на окраину холма. Он провел меня мимо грота, где лечили Юфина и завел в соседний от нее вход.

Я огляделся по сторонам. Здесь была пара деревянных чурбанов, которые были призваны заменять стулья, и один повыше и покрупнее, видимо обозначающий стол. В углу располагалась лежанка, и на этот раз она состояла не из кучи соломы, а огромной шкуры черного волка.

— Сколько тебе потрребуется врремени, чтобы полностью истрратить Силу?

— Думаю, справлюсь к полудню.

— Я прриду. — Вожак племени покинул мое временное жилище, оставив меня одного.

Я раскрыл свой походный мешок и вынул из него кисти и тушь, после чего окинул помещение взглядом, и определив понравившуюся мне стену, приступил к работе. Решив, что просто так расходовать энергию глупо, выбрал уже хорошо знакомую мне руну разрушения Сао, заодно хоть ненамного, но увеличу внутреннее пространство пещеры.

Спустя примерно час, свежая руна, размером с мой рост, украшала каменную стену. Я дополнил ее маленькой Тау, чтобы она активировалась не сразу, а затем уселся на пол, прикоснулся пальцем к рисунку и вошел в состояние высшей концентрации.

Энергия постепенно утекала в ненасытную Сао. Ее контур уже заполнился целиком, и теперь излишки энергии будут влиять лишь на количество камня, которое будет уничтожено прожорливой руной.

Почувствовав, что почти полностью истратил свои запасы, я оставил небольшую часть для активатора и, затаив дыхание, прикоснулся к Тау. Рисунок сработал мгновенно, не оставив после себя даже пыли. Передо мной появился почти ровный круг, углубляющийся в скалу примерно на палец взрослого человека. Я было потянулся к своему мешку по привычке, чтобы восстановить энергию, но вовремя вспомнил, что этого делать не нужно. Дополз до лежанки, где уже дремал мой мохнатый друг, зарывшись в густой волчий мех, лег рядом с ним и закрыл глаза.

— Готов?! — громкий голос вождя вывел меня из состояния полусна.

Я открыл веки и обнаружил его и шамана около разрушенной мною стены. Мой обычно чуткий слух отключился, и я даже не услышал, как они вошли. Орры водили по свежей выбоине руками и что-то обсуждали.

— Готов. Надеюсь, чистый эйголь не повредит мне в таком состоянии? — меня охватило волнение.

— Мы начнем со слабой настойки, — ответил старик. — У нас немного времени, примерно четверть луны, чтобы подобрать правильно соотношение остатков твоей Силы и концентрации эйголя. Для того задания, которое мы тебе поручим.

— А может вы мне все-таки расскажете, в чем заключается задание? — неведение начинало действовать мне на нервы.

— Ты узнаешь, когда прридет врремя. — Невозмутимо ответил вождь. — Прриступай к трренирровкам.

Он оставил меня наедине с шаманом, который уже выставил на нехитрый стол несколько маленьких одинаковых горшочков и сейчас принюхивался к содержимому каждого.

— Начни с этого. — Он мне протянул один из них.

Я поискал глазами эльмура, который от скуки зарылся в волчью шкуру, отчего наружу выглядывали лишь его большие глаза.

— Рики! — позвал я его.

— Это необязательно. Кровная связь действует на любом расстоянии. Будь твой питомец даже в Хаттайский горах, обмен сознанием произойдет в любом случае. Это происходит через Астрал, а там действуют совершенно иные законы. — Пояснил мне шаман.

Это меня очень сильно удивило, но я не стал задавать ему вопросы, а зажмурился и выпил мерзкую жидкость.

В этот раз все произошло быстрее, и я пробыл эльмуром около двух минут. Мне нравилось ощущение легкого тела. Я побегал по пещере, запрыгнул на стол, с него перепрыгнул на плечо старика, и даже смог спланировать с него обратно на шкуру. Простейшие вещи давались легко: сесть, вскарабкаться, пробежать, почуять запах.

Особенно запах. Мир ароматов поразил меня до глубины души! Мое обоняние было неплохо развито, благодаря тренировкам в школе, а кроме того, я мог его усиливать своей Силой. Но то восприятие, которое давал мне эльмур, не шло ни в какое сравнение с тем, что я умел. Я чувствовал каждый предмет по-иному, они все пахли по-своему. Особенно кровь. Внутри появилось сильное желание укусить старика и вытянуть из его вен этот лакомый напиток. Я подивился выдержке Рики, и решил впредь не пропускать его кормежек.

Единственным неприятным моментом переселения по-прежнему оказалась невыносимо медленная работа мозга. Как только я пытался подумать о чем-то серьезном, или погрузиться в воспоминания, а то и вспомнить странницу какого-нибудь учебника, у меня сразу отказывало мышление. Быстрыми были только инстинкты.

Шаман результатом остался недоволен, и я предложил ему попробовать выпить зелье еще раз, с более высокой концентрацией эйгеля. Но он запретил мне это делать в ослабленном состоянии, мотивируя тем, что последствия могут быть слишком тяжелыми. Старик собрал свои горшочки и ушел прочь, а я остаток дня провел, гуляя по деревне, да заглянул к Юфину. Знахарка жестами мне объяснила, что процесс лечения идет довольно хорошо, и, успокоившись, я вернулся к себе. От скуки начал вспоминать учебник эльфийского языка и записывать слова прямо на стену.

На следующий день шаман пришел с самого раннего утра и принес мне намного более крепкое зелье. Я с ним справился без труда, и довел свое пребывание в теле эльмура до пяти минут. Мне показалось, что в этот раз он остался доволен, но тем не менее заметил, что время еще есть и нужно найти оптимальную концентрацию настоя, чтобы увеличить время до предела.

После его ухода я вновь погрузился в обучение, добравшись до более сложных словосочетаний. Я был так увлечен процессом, что не услышал, как в пещеру кто-то вошел.

— А расскажи, что ты делаешь? — За моей спиной раздался мягкий вкрадчивый голос. Наверное, если бы кошки умели говорить, то это звучало бы именно так.

Я вздрогнул и обернулся. На пороге, стояла девушка, лет семнадцати, с черными как смоль волосами. До сегодняшнего дня я думал, что в этой деревне на языке Четырех королевств говорят только два человека.

— Изучаю эльфийский язык. — Пояснил я девушке.

Она немного помялась на пороге, переступая с ноги на ногу. А потом покраснела и выпалила:

— Я зашла извиниться за твоего друга, в зверином теле очень трудно контролировать жажду убийства. Прости меня!

Признаться, я только сейчас сообразил, кто это и даже не знал, как реагировать на эту прямоту. С одной стороны, я должен на нее злиться, и это самое малое. Юфин был мне больше, чем другом, и я за него готов был отправить на тот свет любого. С другой — я недавно сам побывал в теле зверя, и явственно ощутил, что инстинкты очень сильны. Интересно, пантеры умнее эльмура?

Она стояла и ждала моего ответа, а я не мог даже нормально разозлиться на нее.

— Лучше извинись перед Юфином, когда он поправиться! — буркнул я.

— Я попробую, не сердись, пожалуйста.

Кажется, она искренне сожалела о содеянном. Я немного смягчился и решил, попробовать разговорить ее, чтобы побольше узнать об оррах.

— Странно, я думал тебе намного больше лет. Ты ведь родилась в плену, — я поймал ее удивленный взгляд и пояснил, — Твой отец и шаман рассказали мне.

— Мне больше трехсот пятидесяти лун! Просто у орров так устроен организм, что мы стареем значительно позже людей, но очень быстро, всего за несколько недель.

Я посчитал в голове месяцы и понял, что на самом деле передо мной стоит не девушка, а женщина старше тридцати лет. Мне стало неудобно, что я ей тыкаю, но она в ответ на это заметила:

— Не переживай, почтительное обращение к орру начинается не раньше, чем у него поседеют волосы, а мне до этого еще очень долго. — Она прошла внутрь и уселась неподалеку от меня.

Мы проболтали с ней до обеда и мне кое-что удалось от нее узнать. В отличии от своего родича, Аурра оказалась более словоохотливой. Она поведала мне, что быть рахо на самом деле, не так уж приятно. Процесс обращения был очень болезненным, особенно в юном возрасте, и только к старости боль от него становилась привычной. Молодые рахо стараются не менять облик чаще раза в месяц. Аурра сделала исключение лишь для того, чтобы извиниться передо мной и Юфином, и я даже начал уважать ее за это.

В разговоре с ней я вдруг вспомнил, что до сих пор не знаю имени шамана, и задал ей этот вопрос. На что она мне пояснила, что пока он жив никто не имеет права обращаться к нему по имени. Связано это было с каким-то глубоким поверьем орров, касающимся злых духов, которые могут как-то помешать владеющему тайными знаниями.

А еще она нечаянно обронила пару фраз о моем будущем задании. Правда ясности это так и не привнесло, но зато я теперь знал, что оно будет проходить неподалеку от покинутого города эльфийских некромантов. Это меня жутко взбудоражило, и я накинулся на нее с вопросами. Но она замкнулась, а потом извинилась и ушла, оставив меня наедине с догадками.

Неделя пролетела незаметно. Шаман наконец смог подобрать нужный состав зелья, увеличив мое пребывание в теле Рики до целых десяти минут! Правда за это пришлось платить жуткой усталостью в своем теле, так как он постоянно требовал от меня тратить свою Силу. За прошедшие два года я настолько привык к ней, что без нее ощущал себя неполноценным, и стал искренне жалеть выгоревших.

Я хорошо приспособился к телу Рики: бегал по всей деревне, лазал по деревьям и спрыгивал с них, кружась в полете над поселением под веселый хохот местной малышни. Я изучил все запахи, которые только мог. Шаман, вождь, Юфин, знахарка — все пахли по-своему. Мне удавалось безошибочно определить, в какой стороне они находятся. Из других особенностей, я отметил, что эльмур видит в темноте не хуже меня.

Вождь настоял на том, чтобы я попробовал убить ядом крупного лося и сводил меня вместе с воинами племени на охоту. Было очень непривычно кусать кого-либо, но я хорошо справился, и с удивлением обнаружил, что могу сознательно контролировать количество ядовитой жидкости, впрыскиваемой в жертву.

Что касается Аурры, то она больше со мной не разговаривала, зато я все чаще и чаще стал замечать, что она стала помногу времени проводить в пещере знахарки, а особенно подле Юфина. Иногда она садилась напротив него и просто смотрела в его безмятежное улыбающееся лицо. В такие моменты, я, находясь в теле Рики, чувствовал, что от нее исходит странный запах. Уже, будучи собой, я проанализировал это, и пришел к выводу, что, кажется, дочка вождя влюбилась в моего друга.

За день до наступления полнолуния, шаман и вождь Эурро явились ко мне вечером.

— Врремя прришло. Завтрра мы отпрравляемся.

— Юфин со дня на день должен поправится, мы не можем подождать еще немного? Он сильный воин, и его помощь может оказаться неоценимой! — мне очень не хотелось ехать одному.

— То, что тебе прредстоит сделать, не по плечу даже сотне сильных воинов.

Да что они от меня хотят?

— Вы говорите, что сотня воинов не справится. Но при этом считаете, что задание способен выполнить один маленький кирау?

— Именно так! Скорро ты сам все узнаешь. Откладывать нет смысла, задание нужно выполнить прри полной луне.

Шаман меня снабдил запасом зелья, но я на всякий случай, нарвал дополнительно полную сумку эйголя, рассчитывая использовать его в будущем.

Мы выдвинулись на рассвете. Отряд из четырех волков и одного тигра, во главе с седым медведем. Аурра просилась с нами, но он ей не позволил, ссылаясь на то, что путешествие может быть опасным. Стая набрала приличную скорость, но не очень быструю, видимо ехать предстояло далеко, что мне играло на руку, поскольку я теперь легко запоминал дорогу, восседая верхом на тигре.

Наша поездка длилась до самого заката. Лес из пологого становился все более холмистым, и значительную часть пути нам пришлось подниматься вверх, пока мы не достигли самой вершины горы.

Медведь что-то рявкнул, а затем начал трансформацию. Когда он закончил, то подошел ко мне и попросил идти за ним. Мы преодолели еще один небольшой подъем и вышли на каменный уступ, лишенный какой-либо растительности, с которого открывался потрясающий вид на небольшую долину.

Повсюду, куда только дотягивался взгляд были цветущие луга, утопающие в зелени, которые окружали небольшое, но чистое озеро. Дальний край холмов, окружающий долину, превращался в гладкую черную скалу. Сверху я разглядел огромные стаи самых разных зверей. Они были какие-то некрасивые, словно ободранные и очень странно себя вели, стоя неподвижно и какими-то странными отрядами, будто кто-то их специально построил.

Немного усилил зрение и постарался разглядеть их получше. Олени, волки, лисы, пантеры, бараны, тигры, дикие козы — кого здесь только не было! Тысячи самых разных животных!

Вот только все они были мертвыми…

Мой ошеломленный взгляд заметил вождь.

— У тебя очень хоррошее зррение!

Я не стал ему пояснять, что это благодаря моей Силе, а лишь изумленно произнес:

— Но как это возможно?

— Когда-то это были наши земли. Но однажды, со стороны забррошенного эльфийского горрода прибыл некрромант в окружении этой сворры. Мы дррались, за эту долину, но прроигррали и бежали.

— Я слышал, что все войско некроманта можно победить, убив его самого! Достаточно найти его логово!

— Мы знаем, где его логово. — Он вытянул руку и указал на ту часть холмов, что превращалась в черную скалу. — Но мы не можем к нему прриблизиться из-за зверрей. Они чувствуют наш запах и срразу нападают на наши отрряды. Мы видели этого человека только один рраз, но не успели убить. Он забежал на веррх этой скалы и ррастворился пррямо в воздухе.

— Человек? Вы сказали человек? Но люди владеют только сколитной некромантией! А эти звери, — я кивнул в сторону животных, — подняты эльфийским некромантом. В этом не может быть сомнения! Иначе бы у них светились глаза.

— Ты ошибаешься. — Вздохнул вождь, — Ни один орр никогда не перепутает мерзкий запах человека с запахом эльфа, или полукрровки. Я до сих пор помню, как пахнет этот врраг.

Я понимал, о чем он говорит, поскольку сам побывал в шкуре эльмура. Но это противоречило всему, что я читал! Неужели некромантия доступна людям?

От этой мысли у меня внутри возник пожар любопытства. И чего орры столько времени скрывали от меня это? Да я бы сам согласился, без всяких уговоров!

— Что вы хотите от меня и Рики?

— Ты должен войти в сознание киррау и отыскать путь в его логово, а затем укусить. Аррмия мерртвых зверрей падет и наш наррод веррнется на свою рродовую землю.

— Но ведь звери почуют меня!

— Нет. Киррау не пахнут. Потому их боятся все. Если ты почувствовал пррисутствие киррау, то значит он уже сидит на твоей шее.

Похоже вождь только что сделал для меня маленькое открытие. Эльмура содержать было очень легко, но я никогда не задумывался об отсутствии запаха у него, воспринимая это как должное.

— Вы скажете, где мне примерно искать вход в его убежище?

— Он живет пррямо в той черрной скале. В нее нет входа. Но он должен как-то дышать. Тебе нужно найти откуда поступает воздух и прролезть внутррь. У нас рровно сутки. В ночь полной луны мерртвые зверри слабее всего и не обнаружат тебя.

После этого разговора мы вернулись к отряду и двинулись по внешней стороне долины дальше, приближаясь к той самой скале. Вожак остался в человеческом обличии, и изредка переговаривался на своем рычащем языке с остальными оррами. Вскоре, шедший впереди волк, остановился и потянув носом воздух, что-то недовольно прорычал.

— Мы прришли. Дальше нам нельзя. Ты пойдешь один. — Произнес вожак.

Я спешился с тигра, снял с плеча свой походный мешок, набитый эйголем до самого верха, и вытащил из него бутылочку с зельем, что передал мне шаман. За время похода, моя Сила прилично восстановилась, и, по-хорошему, стоило ее сейчас потратить, но видя нетерпение вождя, я сразу решил приступить к обмену сознанием с Рики.

Через минуту, я уже ловко карабкался вверх по холму, приближаясь к долине. Мое тело осталось лежать на траве под присмотром отряда, а «Я — эльмур» мчался среди высокой травы. В какой-то момент до меня начал доноситься запах гнили, и я понял, что моя цель близко. Взобрался на верхушку скалы и осмотрелся. Внизу, у ее подножья стояло около сотни мертвых медведей и волков. Изредка они лениво шевелили головами и втягивали носом воздух. Уже смеркалось, и я на всякий случай еще раз присмотрелся к их глазам. Сомнений не было — это точно не было сколитной некромантией. Я двинулся вниз, делая небольшие круги, чтобы не пропустить ни одной укромной трещинки, или ниши, в которой мог скрываться путь внутрь скалы, и в одном месте меня охватило сильное беспокойство. Это была небольшая ровная площадка, от которой вниз уходили небрежно выдолбленные в скале ступеньки. Их происхождение не выглядело естественным. Казалось, этот участок был специально приведен кем-то неизвестным в такое состояние.

Я тщательно исследовал эту местность, но никакого прохода не обнаружил. Однако, что-то непонятное здесь точно было. Чем ближе я подходил к площадке, тем больше возрастало незнакомое чувство, и наоборот, по мере удаление от нее, все становилось обычным.

Постепенно, меня начало выкидывать из тела Рики, а проклятый вход до сих пор не был найден. Я уже спустился почти до самого низа скалы и теперь аккуратно пробирался между мертвых хищников, которые хоть меня и не чуяли, но их уши постоянно становились торчком, если я вдруг издавал какой-то шорох. Почувствовав, что мне осталось меньше минуты, нашел укромное местечко между камней и улегся. Придется употребить еще одну дозу эйголя. Дождался обратного перехода и открыл глаза.

Надо моим телом нависали любопытные волчьи морды, а вождь орров лишь вопросительно посмотрел на меня и произнес короткое:

— Нашел?

— Пока нет, но что-то в одном месте почувствовал.

— Трревогу?

По глазам вождя я понял, что он знает о чем я говорю.

— Не совсем, но что-то похожее. Там еще что-то вроде ступенек.

— На этой площадке он в пррошлый рраз и исчез.

Я не стал долго разговаривать с ним, потому что боялся, что оставшийся у скалы Рики не сразу поймет, где находится и нечаянно выдаст себя, а потому сделал еще глоток зелья и снова переместился в его тело.

Как же я ошибся, насчет своего друга! Эльмур не только ни привлек внимание зверей, но и спрятался в какую-то укромную нору, из которой открывался прекрасный обзор на неподвижно застывших животных, что стерегли долину. Странно, что я не заметил это укрытие сам, когда спускался. Уже было собрался идти дальше, как вдруг что-то медленно сработало в моей голове.

Я обернулся, но вместо каменной стены увидел далеко уходящий внутрь скалы узкий проход, в который едва-едва смог бы пролезть Рики.

Глава 16

Путешествие по найденному тоннелю продлилось недолго. Выход располагался между гладким каменным сводом и поверхностью верхней крышки шкафа. Передо мной оказалось изолированное от окружающего мира толстым слоем камня пространство. Я огляделся по сторонам и обнаружил здесь целую лабораторию, а также огромную библиотеку. Книги были повсюду. Часть из них стояла на множественных полках, висящих повсеместно, часть лежала огромной грудой на нескольких столах, но больше всего их было на испещренном неизвестными мне символами полу. У самой дальней стенки стоял громадный стол, заваленный костями, стеклянными пробирками и ретортами. Перед ним стояла парочка простых деревянных стульев. Справа размещалась не застеленная кровать, и это, пожалуй, был единственный предмет, указывающий на то, что здесь кто-то проживает. Самого хозяина не было, видимо он где-то снаружи со своими мертвыми питомцами. Выбрал позицию поудобнее и затаился, ожидая, когда он появится.

Контроль над телом Рики начал уже пропадать, когда в самом дальнем углу грота заколебался воздух и появился некромант. Я втянул воздух носом. Запаха эльфов я пока не знал, но он пах почти как Юфин. Неужели передо мной действительно человек?

Это был древний сухопарый старик, с умными пронзительными глазами, которые сразу привлекали внимание. Они были почти черными. Сам же он выглядел так, как, наверное, должны выглядеть люди, которые способны дожить до двухсот лет. На его лице совсем не осталось гладкого места, каждый участок кожи покрывала сетка глубоких морщин.

Если бы я сейчас был в своем обычном теле, я, наверное, не решился бы убить его. Он выглядел абсолютно безобидным добрым стариком. Но мое сознание в теле Рики не был способно рассуждать о добре и зле, а лишь четко знало, для чего эльмур здесь. Я приготовился к прыжку, сейчас он подойдет поближе и…

Но старик вдруг хлопнул себя по лбу ладонью, выругался на языке Четырех королевств и развернулся ко мне спиной.

— Атаэль гвин таре! — громко произнес он и снова исчез.

Так вот как он попадает в свое убежище! Я попытался запомнить слова, но они словно улетали из головы, а к тому же меня все сильнее выталкивало обратно в мое тело. Я поддался этой силе и снова открыл веки, повторяя как молитву в своей голове: «Атаэль гвин таре, атаэль гвин таре…».

— Ты обнарружил прроход? — вождь обеспокоенно посмотрел мне прямо в глаза.

— Да. Внутри старик, но он куда-то исчез, как будто что-то забыл. Думаю, скоро вернется.

— Пей! — он указал на бутыль.

— Надеюсь третья порция подряд мне не повредит. — Произнес я, снова пригубив зелье, но его оставалось лишь на донышке, и не хватило для перехода.

Я прислушался к ощущениям. «Муравьи» шевелились уже достаточно бодро и понемногу чистили организм от наркотика. Вожак орров увидев, что обмен сознанием не удался, подошел к одному из волков, груженому небольшой походной сумкой, и извлек из нее пучок эйголя.

— Ешь. Надо быстррее покончить с этим некрромантом.

Я не стал возражать, а принял мох из рук вождя и начал класть его в рот, медленно пережевывая. Бояться мне было нечего, так как уже восстановилась примерно треть всего запаса Силы. Спустя четверть минуты я уже снова сидел на шкафу и разглядывал тот самый угол, в ожидании старика.

Он появился также, как и в прошлый раз, но на это раз в его руках были какие-то четки из костей. Некромант прошел к столу и повернулся ко мне спиной.

Пора.

Прыжок и тихий полет. Я приземлился ему точно на загривок и вонзил зубы в старую жилистую плоть. Четки выпали из его рук, а старик, к моему удивлению, не упал сразу, а зашатался; и даже смог сделать несколько шагов в сторону своей постели, но не устоял на ногах и рухнул на кровать. На его лице застыла маска обреченности, тем не менее он выглядел спокойным, словно ждал этого дня.

Несмотря на то, что я был в теле эльмура, где-то глубоко в застенках моего сознания, начала зарождаться какая-то жалость. Я отбросил ее, так как хотел быстрее покинуть убежище колдуна. Выбрался наружу, и увидел неподвижно лежащих мертвых животных. Чары спали, а потому в ноздри ударила невыносимая вонь, и тучи мух уже высматривали для себя подходящее местечко среди этого могильника.

Я помчался к своему родному телу, но не успел добежать примерно полет стрелы, когда меня вышвырнуло из головы Рики. Глубоко вздохнул и открыл глаза.

— Получилось! — я понимал, что только что убил человека, но большого сожаления не испытывал. Ведь он был плохим. — Все поднятые им животные теперь мертвы!

Вождь моей радости не разделял, напротив, его глаза были полны сожаления.

— Спасибо тебе, Кай. Но тайны орров, останутся тайнами орров. — Он кивнул одному из волков, и тот одним прыжком оказался надо мной, а затем его огромные челюсти сомкнулись на моей шее, вырывая из нее куски. Невероятная боль и обида захлестнули все внутри меня. Зачем? Я же им помог! Кровь потоком вытекала из разорванного горла, а хищник продолжал отрывать от меня куски. Сознание медленно покидало меня.

— Хорру! — выкрикнул вожак.

Сквозь туманную пелену, я видел, как волк отошел в сторону, а вождь Эурро поднял с земли мой мешок и с силой зашвырнул его далеко в кусты.

Сколиты… Мне теперь точно не добраться до них, а сил у растерянных «муравьев» не хватало, чтобы справиться с такими страшными повреждениями. Я медленно умирал, корчась от невыносимых мук. Хотелось закричать, но я не смог, и лишь клекот и бульканье крови нарушали повисшую тишину.

Вожак обратился в медведя, последний раз бросил на меня прощальный взгляд и огласил громким ревом лес, после чего весь отряд умчался в обратном направлении.

В умирающем мозге пронеслась одинокая мысль, дававшая хоть какую-то надежду. Рики! В кулаке оставался тот самый пучок эйголя выданный вождем, и я из последних сил поднял руку и затолкал себе в рот столько мха, сколько смог.

Боль ушла. Совсем. Где-то в отголосках сознания медленно назревало понимание, что эльмур в моем теле испытывает страшные муки, но сейчас голову заняла одна единственная мысль. Сколиты!

Я помчался по траве все ближе и ближе к своему покалеченному телу, быстро окинул его взглядом, ужаснулся от представшей картины и направился в кусты, куда Эурро закинул походный мешок. Тесемочки оказались завязаны не плотно, и пальчики Рики без особого труда справились с ними. На землю вывались мои запасы эйголя, и я нырнул прямо внутрь, где начал ворошить мой немногочисленный скарб. Переходник и трилит нашлись быстро, однако мне пришлось повозиться, чтобы все это затолкать себе в рот. Маленькие челюсти эльмура еле сомкнулись на камне, размером примерно со сливу, а переходник торчал с двух сторон от мордочки и постоянно цеплялся за траву, но я справился и добрался до тела.

Возникло еще одно препятствие. Лапкам Рики удалось поместить камень в бутон переходника, но вот проколоть собственную кожу в теле питомца я не смог, а потому, на последнем усилии, теряя контроль над эльмуром, запрыгнул себе на грудь и поместил острый конец устройства прямо в развороченное клыками горло. А в следующие несколько секунд связь с питомцем разорвалась.

Мне удалось выжить вопреки всему. Какое-то громкое уханье проникло в сознание, и я медленно открыл глаза. Лес освещала полная луна, и темные деревья недружелюбно шелестели своими ветвями. Рики спал на моей груди, уткнувшись носом в подмышку, но почувствовав шевеление тут же проснулся и тревожно посмотрел на меня.

— Живы Рики. Мы живы.

Он, не поднимаясь на лапки, подполз к моему лицу и уткнулся мокрым носом мне в щеку, отчего мне захотелось заплакать. Подлый мир опять мне поставил подножку, а я снова смог обмануть смерть.

Ветви деревьев шумно зашелестели от порыва ветра, а опасное уханье на этот раз раздалось где-то совсем близко. Я поднялся на ноги и побрел в сторону своих вещей, лихорадочно размышляя, что делать дальше. В то, что они оставили Юфина в живых я не верил. Злоба наполнила всю мою сущность, но рассудка хватило, чтобы не побежать в сторону лагеря орров посреди ночи через Дикий лес. Мое тело еле держалось на ногах, а запас Силы скатился до невероятно низкого уровня. Я прикоснулся пальцами к шее, которая даже еще не полностью зажила и кровоточила.

Убежище некроманта! Я могу спрятаться там, и подумать до утра, что мне делать дальше и как отомстить зверолюдам. Поднял мешок, собрал в него рассыпанный эйголь и быстрым шагом направился к черной скале.

Смрад мертвых звериных тел постепенно наполнял все пространство долины. Я выбрался на верхушку холма, вспомнил, где находится та площадка и направился к ней.

По мере приближения к ней в груди нарастало то самое непонятное чувство. Встал на центр этого островка и четко произнес:

— Атаэль гвин таре.

Ощущения были очень похожими на те, что я испытывал, когда Юфин совершал свои безумные прыжки. Еще секунду назад я видел черные гладкие камни, а теперь уже смотрел прямо на кровать, где лежал… живой некромант! Его черные глаза смотрели прямо на меня, а затем переместились на эльмура, восседающего на моем плече.

— Вот оно значит, как… Нашли-таки способ мохнатые… — в умирающем дрожащем голосе старика не было никакого сожаления. Он словно был готов к своей смерти. — Только подумать… протянуть двести шестнадцать лет, а потом по…погибнуть в… в один день от клыков такого маленького создания гитайя…

Я потерял дар речи. Не от озвученного им возраста, и даже не от того, что этот человек, вопреки всем законам, смог постичь недоступную людям магию, или того, что он смог пережить укус смертоносного зверька.

Эльмур! Мой Рики, точнее его предки. Их создали гитайя! Профессор Блоу оказался прав в своих предположениях. Меж тем старик продолжил:

— Кто ты, мальчик? Я чувствую от тебя странные эманации, но… но не понимаю их. Ты… ты словно закрыт, но твоя… мощь столь велика, что п…про…просачивается через все барьеры! — говорить ему было тяжело, но он даже не старался беречь свои силы.

Я в нерешительности молчал, не зная, как себя вести. Старик не казался злодеем, было в нем даже что-то дружелюбное, от чего становилось грустно. Может быть просто стоило с самого начала поговорить с ним, а не пытаться убить?

— Меня зовут Кай, — начал я. — Мы с другом попали к зверолюдам, и они заключили со мной сделку. Они научили меня вселяться в моего Рики, а взамен попросили помочь освободить их земли от вас.

Меня сильно удивило, что я спокойно рассказываю этому человеку правду, но почему-то мне хотелось быть с ним откровенным. Может быть я подсознательно рассчитывал, что мне удастся добиться от него откровений в ответ, и он расскажет мне про магию. А может быть я чувствовал вину, за то, что он сейчас лежит и не может встать.

— Мальчик… Кай… Запомни, верить в этом мире ты можешь только людям… — он закашлялся, и на его лице отобразилась болезненная гримаса, — И то не всем… не всем людям…

— Вы умираете? — мне все больше и больше хотелось, чтобы этот старик остался жить.

— Да, мальчик. Магии, сохраняющей мне жи…жизнь осталось немного. Это тело слишком… д-долго несло непосильную ношу. Мы можем сколь… сколь угодно бегать от смерти, но она все равно явится за нами… Не бойся меня… Я не причиню тебе вреда. Сядь. — он указал взглядом на одну из табуреток. — По…поговори со мной… Я давно ни с кем… не… не говорил.

Старик поведал мне удивительную историю своей жизни. Звали его Хальм Лоттер. Он был одним из тех самых исследователей экспедиционной группы Розефа Фаэтского, что изучали этот мир и населяющие его расы. Их путешествие подходило к концу, когда они проводили раскопки в городе эльфийских некромантов и пробудили какое-то древнее зло. Он единственный, кто в тот день остался дежурить в лагере, а когда его друзья не вернулись ни к ужину, ни на следующий день сам отправился на их поиски. Он обнаружил их высушенные тела разбросанными вокруг старинной статуи темного божества, которое давно покинуло этот мир.

Хальм сбежал из этого места, и вернулся в лагерь, решив понаблюдать за зоной раскопкой издалека. Но шли дни, а никаких изменений в полуразрушенном городе не наблюдалось. Тогда он набрался смелости и снова вернулся к той зловещей статуе, где собрал останки товарищей, перенес их в лес и похоронил. На месте их смерти обнаружился разлом, через который ему удалось проникнуть в подземную библиотеку, настолько древнюю, что про нее, кажется, забыли сами эльфы. Внутри подземелья был разлит странный прозрачный пар, а тысячи книг, лежавших на полках, сохранились в своем первозданном виде.

Хальм был молод и одержим запретными знаниями, а потому погрузился в многочисленные тома и переводы, так как неплохо знал эльфийский язык. Он подтвердил мою догадку о том, что эльфы сознательно знакомили людей с Силой, дабы со временем искоренить магическое знание в их рядах. Часть этого народа взяла на себя контроль за этой миссией, и под видом обычных торговцев, используя магию иллюзий, эльфийские агенты в течении сотен лет ходили по городам и выкупали любую литературу, имеющую отношение к магии, щедро одаривая их владельцев камнями высокого уровня. Они даже смогли подкупить королевских библиотекарей, заменив оригиналы текстов на безобидные сочинения, а когда, спустя много лет подмена обнаруживалась, то винить уже было некого.

К большому сожалению путешественника, это хранилище содержало лишь знания по некромантии, а потому, не имея иного выбора, он полностью погрузился в эту науку и нашел в одном из сочинений способ преобразовать свою Силу в магический дар. Так же им был обнаружена старинная сеть подземных убежищ эльфов, большая часть которых обрушилась, а те, что остались совсем были непригодны для жизни. И только в этой долине ему удалось найти подходящее место, что полностью сохранилось.

— А разве вы не могли договориться с хезами? Вы бы их не трогали, а они бы вас. — История старика меня впечатлила, и теперь я искренне жалел, что поверил оррам.

— Договориться о чем? Они здесь… ни…никогда и не обитали, ты заметил какие-нибудь постройки… или убежища? Племена хезов жили где-угодно, но только не в этой долине. Здесь находилось их… их кладбище, где они хоронили своих п-предков и прирученных зверей. Я не поднял ни одного… ни одного похороненного зверолюда из могилы, хотя мог, потому что с-свято чту память об умерших…

От его слов хотелось разрыдаться. При всем том, что он занимался такой страшной магией, Хальм все равно остался хорошим человеком, и не нарушил своих принципов. А я его убил… В голову полезли мысли о Юфине, который, вероятно, уже погиб, это меня угнетало еще больше. Лишь только Рики был, рядом и беззаботно играл с моей рукой.

Мы проговорили со стариком до самого утра. Он мне рассказал, что даже я смогу постичь магию некромантов, но для этого придется потрудится. В этом убежище была вся необходимая литература, скрупулезно отбиравшаяся им на протяжении почти двух веков. В конце разговора он добавил:

— Кай, не вини себя в том… том, что сделал. Моя жизнь прошла ни к… к черту, я не оставил детей, не подарил людям новые знания… Всю свою жизнь я думал о себе и был… был эгоистом. Не пов… не повторяй мой путь…

— Я должен пойти по нему и стать сильнее! — кажется у меня заблестели глаза от влаги, — Меня преследует Тьма, и мне еще не раз предстоит сразиться с ее слугами. Простите, но я изучу все эти книги до одной.

— Тогда запомни… как только я умру, не п-пройдет и суток, как я вернусь обратно… Другим. Я не вспомню ни т-тебя, ник-кого… Тот, что было мной, будет у-убивать все живое… меня не…нельзя будет победить оружием и тебе… тебе придется найти… найти способ. — Его речь становилась все более сбивчивой, а муки, что он испытывал, все чаще и чаще проявлялись на таком добром лице. — А т-теперь мне… надо… отдохнуть…

Старик закрыл глаза и равномерно задышал, а я остался наедине со своими думами. Рассвет уже наступил, и сейчас единственной мыслью, занимавшей мозг, было отыскать Юфина и отомстить оррам. Какая-то часть меня все еще верила, что он окажется жив, но я трезво смотрел на ситуацию, и пока она складывалась не в мою пользу.

Решительно поднявшись со стула, я начал готовиться к предстоящему походу. Нацепил на спину перевязь с кусаригамой, собрал подаренный Юфином лук и отрегулировал его. Стрел было очень мало, но они могли пригодиться. Затем мне пришла в голову интересная мысль. Если эйголь позволяет чувствовать свою кровь на любом расстоянии, нужно это использовать. Подошел к столу с реагентами, выбрал маленькую чистую бутылочку и надрезал свой палец. Ручеек красной жидкости побежал внутрь, а когда она заполнила сосуд до краев, я закрыл его плотной пробкой. Включил стоящую рядом горелку и залил горлышко толстым слоем сургуча, после чего осмотрелся и спрятал ее под шкаф. Теперь, я буду знать дорогу к этому месту, надеюсь кровь не испортится.

Последний раз взглянул на старика, и проглотил накативший комок скорби. Хальм больше не дышал.

Ну что же. У меня есть козырь, а именно то, что орры не ожидают моего появления. В голове всплыли все знания, переданные мне Ветоном, Майером, Ставером и остальными преподавателями. Кажется, пора их применить.

— До свидания, господин Хальм Лоттер. Не обещаю убить их всех, но вождь орров ответит за то, что сделал, с вами и со мной. — Попрощался с некромантом и подошел к порталу. — Атаэль гвин таре!

Я пробирался к лагерю орров весь день. Дорога легко узнавалась, а зверолюды даже не озаботились тем, что скрыть свои следы. Ветер дул мне в лицо, а потому я надеялся, что смогу незаметно двигаться и дальше. Свое обоняние я настроил на предел возможностей, и, хотя до удивительного нюха Рики мне было далеко, тем не менее мне даже удавалось чуять хищных зверей, которых заблаговременно обходил стороной. А к вечеру мой нос ощутил запах огромного скопления зверолюдов впереди.

Забравшись в овраг, я открыл мешок, устроился поудобнее и принял эйголь, решив им полностью набить свой рот. Сила была восстановлена полностью, а потому я не боялся его отрицательного воздействия и хотел как можно больше времени провести в теле Рики.

Это было великолепно! Я мчался по верхушкам деревьев, перелетая с одной ветки на другую, не боясь никого. Одинокие птицы, заметив меня издалека, предпочитали тут же скрыться, а пасущиеся внизу олени даже не обращали внимания, на смерть, что парила над их головами. Но не они сегодня были моей целью, а орры.

Хезы двигались той же дорогой что и вчера, но намного медленнее. Все поселение было в сборе, и даже маленькие дети, ехавшие на спинах своих обратившихся родителей. Только четверть племени имела человеческий облик. Впереди процессии двигался Эурро, в форме медведя, а замыкала ее черная пантера Аурра, сопровождающая связанного…

Юфина! Он жив!

Мое маленькое сердечко забилось от радости. Мне пока было непонятно, почему они не убили его, и почему он просто не телепортируется, а потому я решил спуститься пониже и разведать обстановку.

Причина нашлась сразу. Все его тело было обвешано какими-то амулетами из костей. Вероятно, именно они не дают ему совершить прыжок. Я начал аккуратно спускаться, перемещаясь с ветки на ветку, и стараясь не издавать лишнего шума. В какой-то момент процессия остановилась, и кошка отошла от своего пленника, направившись к отцу, оставив Юфина одного. Я легонько отцепился от дерева и спланировал ему на грудь. Его глаза расширились от удивления, но видимо он узнал Рики, а потому даже не дернулся. Эльмур, под моим контролем, быстро забрался к нему за пазуху и затих, ожидая возврата в свое тело.

Племя остановилось не очень далеко от того места, где была моя лежка, а потому я аккуратно выбрался из своего убежища, оценил ветер и пошел в окружную, придумывая план действий.

Развитыми у эльмура были только два передних зуба, а остальные были мелкими, доставшиеся им, по-видимому, от своих предков летяг. Однако я очень надеялся, что Рики меня простит, если мне ими придется перегрызть связывающие Юфина путы. Но нужно было для этого подгадать момент, а для этого было необходимо видеть расположение членов племени вокруг моего друга. Это представлялось затруднительным, поскольку приближаться на такое близкое расстояние в человеческом теле мне было нельзя, чтобы случайно себя не выдать.

Но племя больше остановок не делало, и к вечеру они добрались до черной скалы. Орры остановились с внешней ее части, неподалеку от убежища некроманта, так как непосредственно внутри долины царил ужасный смрад, издаваемый мертвыми звериными телами. Несколько десятков сильных воинов обратились в людскую форму, после чего употребили какое-то сваренное старым шаманом зелье, погрузили на плечи деревянные мотыги и лопаты и отправились вниз, вероятно, чтобы захоронить тела. Я представил, сколько им предстоит работы и удивился их положительному настрою.

Мне удалось затаиться на одном из высоких деревьев, которое росло противоположно подветренной стороне, и теперь лагерь орров был как на ладони. Выбрал толстый сук и, на всякий случай закрепил свое тело на нем с помощью кусари. Юфин сидел в стороне от племени привязанный к дереву, а вокруг него играли дети. Убивать их не хотелось, потому что я считал, что они ни в чем не виноваты. Из взрослых к нему лишь иногда подходила обратившаяся в человека Аурра, и о чем-то разговаривала с ним. Мне никак не удавалось выбрать подходящий момент до самой поздней ночи.

Темнота накрыла своим покровом лагерь, и на смену детям к Юфину пришли два часовых. Пора было действовать, так как я надеялся, что в темноте смогу справиться с веревками и обезвредить воинов орров. Но моим планам не суждено было сбыться…

Ночную мглу прорезали дикие крики из долины, которые мгновенно оборвались, но успели разбудить все племя. Воины зверолюдов вскочили со своих мест и в лагере начался переполох. Никто не понимал, что происходит, и только в моей голове зазвучали последние слова некроманта: «Не пройдет и суток, как я вернусь обратно. То, что было мной будет убивать все живое. Меня нельзя будет победить обычным оружием…».

Я повернул голову в сторону скалы и увидел, как над ней парит мертвая фигура Хальма Лоттера. Он медленно огляделся вокруг. Его руки налились черными сгустками, причудливо изменяющими свою форму в сиянии полной луны, а глаза вспыхнули лиловым светом. Обнаружив стоянку племени орров, мертвый некромант медленно двинулся вниз, и каждое его движение заставляло замирать сердце в груди. Если ужас имеет видимую форму, то он должен выглядеть именно так. Подо мной раздавались крики и визги; мужчины сплотились кольцом, вокруг женщин-кхари и детей, а в моей голове всплыли, старые легенды о подобном существе.

Кажется, в них его называли лич.

Глава 17

Хальм Лоттер медленно спускался с холма, словно давая время оррам подготовиться к битве. Члены племени один за одним принимали свою боевую звериную форму, но ненужно было быть кем-то особенным, чтобы уловить ту атмосферу обреченности, что витала в их рядах. Исход столкновения с мертвым магом, казалось, был предрешен.

Отряд громадных волков, среди которых я увидел своего недавнего палача, выдвинулся личу навстречу, набирая скорость. Я понял, что вытаскивать друга нужно прямо сейчас, пока все сильные хезы отвлеклись на мертвого некроманта, а потому покинул свое убежище на дереве и направился вниз. Планы менялись, ни о каком повторном переходе в тело Рики теперь и речи быть не могло.

Двигаясь через кусты и скрываясь в тенях деревьев, я наконец достиг окрестностей лагеря зверолюдов. Юфин тоже видел надвигающуюся опасность, а потому дергал в стороны всем телом и извивался, пытаясь ослабить веревки, но ему это пока, кажется, не удавалось.

Внезапно, все пространство вокруг осветила яркая лиловая вспышка, а затем раздался дикий вой умирающих животных. Я резко обернулся и посмотрел на холм. Боевую группу волков объяло пламя, они метались из стороны в сторону, катались по земле, пытаясь сбить магический огонь, но он разгорался все сильнее. Один за одним гибли самые сильные представители племени, оставляя после себя только обугленные тела.

За спиной лича мелькнула черная тень. Это был тот самый волк, что приказу вождя перегрыз мое горло. Он набрал разгон и оттолкнулся от земли, раскрыв свою усеянную клыками пасть, прицелившись точно в шею мертвого мага. Ему оставалось совсем немного, когда он ударился о какую-то невидимую преграду вокруг Хальма Лоттера и бессильно рухнул на землю. Мертвый старик развернулся, вскинул окутанную черной тенью руку и направил ее на орра. Тело нападавшего поднялось в воздух. Он беспомощно перебирал своими лапами, но справиться с неведомой силой не мог. Некромант развел ладони в стороны, отчего между ними образовался клубок, словно сплетенный из теней, который устремился к животному, а затем тело черного волка взорвалось тысячей кровавых брызг и исчезло. На землю не упало даже клочка шерсти.

В ужасе, я перевел взгляд на лагерь, откуда стало доноситься странное монотонное пение. Шаман и его ученик разожгли костер и читали какую-то молитву, отчего над их головами прямо из дыма стали проявляться очертания диких зверей. Сначала их было не больше десятка, но затем появлялись все новые и новые. Лица обоих заклинателей были сильно напряжены, а у молодого парня даже хлынула носом кровь, но он продолжал тянуть эти странные звуки.

Тени призрачных животных разошлись в стороны, после чего начали сползаться, сливаясь в причудливый купол, который медленно рос, охватывая своим покровом все племя. Перед личом возникла призрачная стена, которая уверенно двигалась в его сторону, а затем резко остановилась и медленно начала стягиваться обратно. Одновременно с этим из лагеря хезов донесся крик.

Ученик шамана не выдержал напряжения и упал. Его тело затряслось в судорогах, и теперь старик остался один. Мне было видно, как тяжело ему дается удержание преграды. Купол замер, и его границы едва накрывали стоянку зверолюдов, однако, сидевший в стороне Юфин под его влияние не попадал.

Лич уткнулся в эту стену и замер, а затем начал творить какую-то волшбу. Из его гортани с хрипом вырывались неизвестные мне слова, значение которых для меня оставалось загадкой. На эльфийском я понимал только письменность, но никогда не слышал их речи.

Мне оставалось красться около половины полета стрелы, когда от группы хезов отделилась фигура вождя, который вышел из-под купола и направился к Юфину. Он начал о чем-то говорить с ним, размахивая руками. Я затаился и сконцентрировал Силу на слухе.

— Ты должен нам помочь! — впервые за все время голос вождя был каким-то обреченным и неуверенным. — Твоя Сила в далеком перремещении. Пррошу, спаси хотя бы наших женщин и детей.

— Где мальчик, который был со мной? — Юфин уставился в лицо вождю, ожидая ответа. Казалось, он совсем не боялся того, что происходит.

— Он погиб, помогая выжить нашему племени. Мы скоррбим и сочувствуем тебе. Из него мог выррасти сильный воин.

Мои пальцы сжались в кулаки от этой наглой лжи. Я расстегнул мешок, вынул из него лук и наложил стрелу на его древко. Острый наконечник уставился в горло вожаку, и в этот момент в мою спину подул ветер.

Ноздри вожака расширились, он посмотрел в ту сторону, где я скрывался и прыжками побежал ко мне, прямо на ходу начав превращение. В этот раз трансформация его тела проходила на порядок быстрее, и я, сообразив, что, если он успеет ее завершить, рискую не пробить толстую шкуру медведя, отпустил тетиву.

Стрела впилась точно в центр его горла. Вожак споткнулся и покатился кубарем, но нашел в себе силы подняться, однако меня уже было не остановить, и еще две стрелы нашли свое место в его незащищенной шее. Так и не закончив обращение до конца, приняв уродливую форму получеловека-полумедведя, он рухнул на землю и затих, не издав не единого звука.

А затем с земли самостоятельно поднялся Юфин. Вероятно, ему удалось ослабить веревки, и он просто наблюдал, ожидая чем это все закончится, зная, что может уйти в любой момент. На его плечо взгромоздился Рики и стоя на задних лапах внимательно водил носом, узнавая родной запах, что принес ветер.

Лишь одного взгляда на торчащие из тела вожака стрелы хватило Юфину, чтобы понять, кому они принадлежали. Он стряхнул с себя остатки веревок, быстрыми движениями отцепил висящие на нем амулеты, а потом одним прыжком очутился около меня и подхватил на руки. Раздался грохот и купол над лагерем покрылся мелкой сеткой трещин. А через секунду все исчезло, и мы уже стояли в пустом лагере орров, куда нас привезли впервые.

— Юф! — я обнял его шею.

— Кай! Слава Арамене, ты жив! — он крепко прижал меня к себе, но уже через секунду опустил на землю. — Поговорим потом. Жди здесь!

Юфин снова исчез, а через несколько секунд появился с двумя маленькими детьми орров в обоих руках; поставил их и снова исчез. А потом еще раз и еще раз. Покинутая деревня зверолюдов снова наполнялась голосами. Когда он перенес всю малышню в ход пошли их родители. На лбу друга выступили капельки пота, но он продолжал их спасать, тратя свою драгоценную Силу.

Я очень переживал, что ему вот-вот не хватит ее на очередной прыжок, но он все появлялся и исчезал, принося с собой все новых и новых орров. Он спас даже ученика шамана, который был без сознания, но как оказалось выжил.

А потом его долго не было. В моем сердце нарастала тревога, и я не сводил глаз с той площадки на траве, где он обычно появлялся. Время тянулось удивительно долго, и когда я уже было отчаялся, он наконец-то прибыл, держа на руках обожженную Аурру. Она лишилась части волос на голове, а на ее плече располагался большой уродливый ожог, но тем не менее девушка была жива. Сам Юфин пострадал меньше, но полы его плаща полыхали лиловым огнем. Он быстро сбросил его на землю и, покачиваясь, двинулся в мою сторону.

— Остальные мертвы, — громко произнес он на ходу, обращаясь к племени. — Ваш вожак Эурро и шаман погибли. Они достойно сражались. Я сделал все что мог, хотя не должен был. Благодарите ее. — Юфин указал на медленно приходящую в себя дочку вождя, над которой уже трудилась старая знахарка, обтирая поврежденное место какой-то мазью с горьким запахом.

Зверолюды не проронили не звука в ответ на его слова, но их красноречивые благодарные взгляды говорили сами за себя.

— Они тебя не понимают, — тихо прошептал я, когда он приблизился ко мне. — Только Аурра.

— Кай, иногда не обязательно понимать слова, достаточно чувствовать, что хочет донести человек. — Он извлек из кармана переходник и поместил в него трилит. — Мы покидаем это место немедленно.

Хромая на одну ногу, к нам подошла Аурра и присела рядом с ним.

— Спасибо, Юфин. Если бы не ты — наш род мог погибнуть. — Негромко произнесла она, и задумчиво уставилась на руку Юфина, глядя на процесс перехода Силы.

Яркий зеленое свечение озарило рукав моего друга изнутри. Мы сидели в стороне от остальных, наблюдая за тем, как неторопливо течет энергия из камня в человеческое тело и каждый из нас думал о чем-то своем. В моей голове скопилось много мыслей, которые никогда не должны приходить нормальному ребенку в голову. Свет и Тьма, добро и зло. Я все меньше различал границы между ними. Бедная Арамена, ведь ей каждый день приходится принимать сотни решений, а я не могу справится и с двумя.

Хорошо ли я сделал что, убил старика-некроманта? Достоин ли был вождь орров смерти от моей руки?

Эурро действовал во благо своего народа и хотел сохранить секреты, что веками передавались от учителя ученику. Ради этого он пошел на убийство ребенка, что помог ему. Он сделал выбор в пользу племени.

А другой, как и я, всего лишь пытался заново постичь отобранные, когда-то, у человечества знания и стал изучать запретную магию. Но при этом, он никого специально не убивал и никому не делал зла, по крайней мере до своей смерти.

У каждого из них была своя цель, и каждый действовал так, как считал нужным и правильным. А я понимал, что с каждым шагом на моем пути мне придется принимать все новые и новые решения, еще более сложные, и самому нести за них ответственность. И от этого становилось все более грустно.

Хотел бы я все вернуть назад? Ужинать вместе с семьей, а не где и как придется. Ходить в обычную школу, в которой учатся нормальные дети, а не будущие убийцы. Бегать днем с отцом на рыбалку, а вечером помогать маме чистить рыбу и готовить тот самый семейный ужин.

Да, хотел бы, но теперь это невозможно. Потому что у Баренса, Гэнтона и Дроммеля тоже были свои желания, и им было неважно, чего желает маленький любопытный мальчик, которому не повезло чем-то прогневать одну из Великих сущностей.

— Ты когда-нибудь еще придешь? — тихий голос Аурры вывел меня из раздумий.

Я поднял взгляд и увидел, что она сидит совсем близко к Юфину. На ее лице, отображалась целая гамма чувств, в которых были и страдание, и ненависть, и любовь.

— Может быть, но очень нескоро, — ответил он, глядя ей прямо в глаза. — Ты спасла мне жизнь, не позволив своему отцу расправиться со мной. Я спас остатки твоего племени. Мы с тобой в расчете, Аурра, и теперь тебе нужно заботиться о тех, кто остался. Найди себе сильного достойного парня и вместе с ним помогите выжить народу орров.

Юфин замолчал, а на глазах девушки появились слезы. Он ненадолго прижал ее к себе, после чего словно стряхнул с себя эмоции и резко выпрямился.

— Кай, ты готов?

Я кивнул головой. Юф подошел ко мне, и поднял меня на руки.

— Прощай, Аурра!

Мир вокруг мигнул, и мы переместились в какой-то симпатичный уютный дом. Юфин поставил меня на пол. Я ощутил под ногами мягкий ковер и начал исследовать окружающую обстановку. Здесь было очень красиво. Повсюду висели старинные гобелены с изображением лесов, морей и далеких гор, верхушки которых скрывали густые облака. Все пространство комнаты было залито ярким светом дорогой сколитной люстры, а вокруг располагалась добротная старинная мебель.

— Юф?! Кай?! — я услышал знакомый голос и обернулся. В одном из мягких кресел сидела слегка располневшая, удивленная Клэр. Неужели…

Мое лицо вытянулось от изумления.

Она поймала мой взгляд и немного покраснела, а следом до меня донесся голос друга.

— Да, Кай. Ты все правильно понял. Надеюсь, ты поладишь с маленьким Юфином, когда он появится на свет.

Клэр хлопотала до вечера, чтобы устроить нам достойную встречу, а мы с другом помогали ей чем только могли, попутно делясь своими приключениями, что нам пришлось испытать после моего ухода из деревни орров, а после этого мы перешли к разговору о хозяевах дома.

Оказывается Юф не стал откладывать дела в долгий ящик и сразу же, как у его девушки появились первые признаки беременности, осуществил их общую мечту и приобрел поместье на юге, за пределами Саталии, неподалеку от того места, где начинается граница с Диким лесом. У Клэр появилась веская причина, чтобы временно прекратить работу в братстве, и Лэтчер Вайс, скрипя зубами, отпустил ее. Теперь избраннице моего друга оставалось спокойно дождаться окончания контракта и навсегда расстаться с организацией наемных убийц.

Купленный Юфином дом был не очень большим, но очень уютным. За время, прошедшее со смерти родителей, у меня еще ни разу не было таких замечательных дней, когда можно забыть о собственном выживании и отдаться обычным человеческим заботам. Поначалу я сильно переживали, что на нас объявлена охота, но мой друг пояснил мне, что мы находимся в такой глуши, где новости из королевства могут идти годами, а немногочисленным соседям и вовсе дела нет до того, что происходит дальше их виноградника. Это были свободные земли, где законы королевств не работали, а в таких условиях Юфин мог защитить свою семью, как никто другой.

Вечером этого же дня мы собрались в гостиной за большим столом, где начали активно обсуждать наши будущие планы. Обслуживание ужина взял на себя Юф, поскольку не хотел, чтобы Клэр лишний раз поднималась со своего места и тревожила малыша. Прислуги у них пока не было, если не считать старого виноградаря, который жил в подаренном ему домике на плантациях. Мой наставник очень хорошо отзывался о нем, и рассказал, что специалиста лучше него не найти во всей Саталии. Он даже пообещал ему солидную часть прибыли, чем окончательно убедил его переехать сюда.

Мы сообщили Клэр о сложившейся у нас ситуации с властями, но поскольку она сама была из братства, то не сильно расстроилась. Тем не менее, они чуть не поругалась с Юфином, когда он поделился с ней своими планами. Девушка настойчиво просила забыть его об охотниках за одаренными, о Вайсе и Дроммеле, и заняться наконец-то собственной жизнью. Юфин долго сопротивлялся, и привел последний довод, рассказав Клэр о моей метке Тьмы, по которой нас могут найти. Мне пришлось объяснить ему, что в данный момент эта проблема решена, и я изворачивался как мог, чтобы не упомянуть имени Сиалы Камисты, которой дал слово.

В итоге нам удалось уговорить его переждать хотя бы месяц и заняться виноградниками, чтобы не терять этот год. Последним доводом стало мое десятилетие, которое должно было наступить меньше, чем через две недели. Я очень хотел отпраздновать его с дорогими мне людьми, а не в очередных грязных катакомбах или скучном общежитии Длани. Юфин сдался, но пообещал наказать мое «предательство» вылазкой в руины города эльфийских некромантов за лозами чудесного винограда, чему я, естественно, был несказанно рад.

Дни текли неторопливо. Ежедневные тренировки я не бросил, поскольку мое собственное желание расправиться с Дроммелем никуда не делось. Я все также целенаправленно учил эльфийский язык, занимался магией крови и рунописью, придумывая все новые интересные комбинации. В мою голову пришла безумная идея совместить руны со своей плотью, однако пока я не решался пойти на это из-за страха. Тот злополучный прыжок с помощью глауфита, который оторвал мои ноги, до сих пор мне снился в кошмарных снах. Нужно было потратить очень много времени на расчеты, чтобы получившийся рисунок не убил меня, а мне откровенно было лень этим заниматься.

Рики тоже скучать не приходилось. Он с удовольствием сопровождал меня везде, где только можно, принимая участие в всех моих затеях и показывая удивительные результаты в дрессировке. Не знаю, связано ли было это с тем ритуалом орров и употреблением эйголя, но его интеллект значительно вырос, и мы теперь понимали друг друга с полуслова.

С профессором Блоу за это время я виделся всего один раз, когда посчитал, что у меня скопилось достаточное количество вопросов. Он с большим удивлением выслушал мой рассказ о старике-некроманте и теперь очень сильно жалел, что ему не удалось при жизни познакомиться с этим удивительным человеком. В моем сне я «перенес» нас в виноградники Юфина, где мы с ним чудесно провели время пообщавшись на научные темы. Я поделился с ним мыслями насчет того, чтобы нанести руну на свое тело, на что он очень негативно отреагировал. Тогда я, посчитав, что мое обещание, данное Сиале, на умерших не распространяется, поведал ему, что с моим телом уже проведена одна похожая процедура.

Услышав о том, что я общался с истинным вампиром, профессор пришел в дикое возбуждение. С одной стороны он меня всячески порицал, за то, что я дал обещание такой неизведанной сущности, но с другой сам хотел побольше всего узнать о ее природе. Он очень удивился, что она сразу же не предала меня Тьме. Это противоречило всей картине мира этого человека, и я пообещал, что как только увижусь с ней, то постараюсь устроить им встречу. Уж она-то точно должна знать, как и где это осуществить.

Самым же главным открытием для профессора стало то, что существует способ преобразовать Силу в магию. Он сказал, что знает ритуал, позволяющий победить лича, для которого как раз пригодятся мои познания в рунописи, и мы договорились, что я обязательно призову его, когда соберусь к Черной скале.

А еще мы с Юфином все-таки посетили город эльфийских некромантов, точнее его окрестности, где рос тот самый сорт винограда, за которым в королевстве было столько охотников. Я удивился, когда увидел в дебрях Дикого леса столько людей. Эти места отличались высокой опасностью, так как здесь в изрядном количестве водились низшие формы нежити, которые лишь отдаленно напоминали гролина, что напал на меня два года назад по пути в Фаэту. Эти были значительно меньше, но намного проворнее, и до нас частенько доносились предсмертные крики того или иного бедолаги, который выбрал неудачное место для добычи ценной лозы.

Юфин не повел меня в те места, где образовывались скопления охотников за виноградом, старавшихся держаться вместе. С помощью его способности, мы без труда преодолевали опасные участки и избегали столкновений с нежитью. Ведь они теперь меня не чувствовали, благодаря подарку Сиалы, а потому путешествие было практически безопасным.

Южнее стен города, примерно в десяти полетах стрелы, находилось большое озеро, в центре которого находился относительно крупный островок. Сам водоем просто кишел огромными тварями, иногда показывающими свои головы из воды. Их пасть могла спокойно перекусить среднюю лодку, а потому люди даже не делали попыток переплыть его. Виноград вокруг озера не произрастал, но Юфин предложил осмотреть непосредственно остров, который был недоступен остальным, что мы и сделали. И здесь нас ждал сюрприз. Драгоценного растения было так много, что уже к вечеру мы нарезали достаточное количество молодых лоз и одним прыжком вернулись на плантации, где нас встретил дедушка Корхи. Он придирчиво осмотрел принесенные нами экземпляры и сказал, что постарается сделать все, чтобы они прижились на нашей почве, но шансы очень малы. Слишком прихотливым было этот сорт винограда.

Юфина это не очень сильно расстроило, так как у него всегда оставалась его способность телепортироваться. И в случае неудачи, он просто мог организовать плантацию прямо там. Нежити на острове не было, как и охотников, по причине труднодоступности этого места.

Но все хорошее, к сожалению, имеет свойство заканчиваться, и наши каникулы в том числе. Мы все чаще с Юфином сидели над картой Фаэты и разрабатывали планы по уничтожению Фариса Дроммеля и Лэтчера Вайса. Наставник показал мне то самое место, которое ему указал нанятый им астральщик. Именно в нем заканчивались последние следы его похищенных друзей. Это был один из сточных каналов, начинающийся от реки Синей, который уходил в подземелья. Меня очень удивило, что это место располагается так близко к центру города. В шаговой доступности от него находились и Главный храм Девяти богов нашей страны, и Королевский дворец, но главное — закрытая территория, на которой располагался штаб Инквизиции.

— Юфин, мне кажется, что в этом деле замешан кто-то очень высокопоставленный. — Я поделился с другом своими соображениями, когда ознакомился с картой.

— Это мне было ясно с самого начала, — ответил он, — Организовать такое мероприятие и задействовать серьезные ресурсы не под силу рядовым преступникам. Я почти полностью уверен, что сколит переданный Дроммелем главе Длани из видений той старушки Марты, имеет свое происхождение именно в этих подземельях. А следуя этой логике, Главный инквизитор как-то связан с преступниками, если не возглавляет их. Так что нам предстоит очень серьезное мероприятие, которое сильно осложняется тем, что наши лица знает каждый изгой Фаэты, не говоря об обычных гражданах.

— И как мы будем действовать?

— Твоя роль на данном этапе не так уж и велика, — задумчиво произнес Юфин. Кажется, он до сих пор не хотел, чтобы я в это ввязывался, — Для начала изучи это.

Он порылся в ящике стола и извлек небольшой листок бумаги, на котором был изображен достаточно подробный план какого-то большого поместья.

— Что это? — я с удивлением посмотрел на друга.

— Личная резиденция Лэтчера Вайса. Только ты сможешь туда проникнуть и лишить его жизни, так как теперь являешься единственным членом братства, не связанным узами клятвы. Это серьезное мероприятие Кай, на территории будет дежурить его личная охрана. Вайс почти не появляется в городе, а перемещается между Дланью и своим домом исключительно по секретному подземному пути. Есть еще одна ветка метро, как ты это называешь, — произнеся эти слова, он улыбнулся. — Но по ней практически невозможно проникнуть в его убежище из-за большого количества охраны. Так что изучи и запомни каждый уголок, а когда будешь готов — я перемещу нас туда, и мы прогуляемся вокруг его владений.

— А чем займешься ты? — я посмотрел в глаза Юфину и уловил в них какое-то напряжение. — Только не обманывай меня.

Юфин взглянул на мое встревоженное лицо, а затем расслабился и махнул рукой.

— Так и знал, что ты задашь этот вопрос! Я собираюсь проникнуть в эти подземелья и провести там серьезную разведку. Только Клэр не говори, ей нельзя волноваться.

— Один? Юфин, это очень опасно! Ты не можешь знать, что тебя там ждет. Преступники могли хорошо подготовиться и нанять сильных гасителей. Если твоя способность не сработает — ты погибнешь.

— Кай, я участвовал в намного более опасных мероприятиях, и в данном случае оцениваю свои шансы очень высоко. — Юф излучал уверенность, которая, впрочем, меня нисколько не убедила. Я был против, и он пообещал мне не начинать, пока у нас не появится хорошо продуманный план.

Мы еще немного поговорили и разошлись по комнатам. Всю ночь мне снились страшные сны, в которых то меня, то наставника постоянно ловили то инквизиторы, то зверолюды, а иногда даже служители Длани. Я несколько раз просыпался, чем будил встревоженного Рики, который с удовольствием спал со мной в обнимку.

Утром я проснулся очень поздно, так как ночные кошмары преследовали меня до середины ночи. Умылся, привел себя в порядок и спустился в гостиную, где вовсю уже хозяйничала Клэр. Я поздоровался с ней и поинтересовался, где Юф, на что она мне ответила, что он всю утро наводил на себя маскировку, а затем отправился по делам куда-то в Танар, обещая вернуться к вечеру или немного позже. Мне это показалось слишком подозрительным, а потому я без спросу проник в его оружейную комнату, где хранилась боевая экипировка и различные приспособления. На своих местах отсутствовали его любимые кинжалы и лук, а мешочек с запасом трилитов был пуст наполовину. Танар был не настолько далеко, чтобы потребовать такое количество камней, а потому я решил окончательно проверить свои подозрения и открыл дверь в кладовую. Его большого походного мешка не было, а на этом месте лежал сложенный пополам листок бумаги. На меня накатило сильное волнение, и я дрожащей рукой поднял его и раскрыл:

Кай. То, что ты читаешь это письмо, говорит лишь о том, что за эти два года я очень хорошо изучил тебя, как, впрочем, и ты меня. Извини, но я не могу терять столько времени и продолжать позволять творить этим ублюдкам свои отвратительные делишки. Я буду очень осторожен и вернусь самое позднее через три дня. Клэр предупреждена, что я могу на пару дней задержаться. Успокой ее, чтобы она не волновалась, это может повредить твоему будущему братику. Я разберусь с этим осиным гнездом и сразу же вернусь, а потом мы вместе устраним Дроммеля и Вайса, обещаю.

Твой друг Юфин.

Все-таки он сделал по-своему…

Остаток дня я провел в тренировках с кусаригамой, но у меня все получалось отвратительно. Мысли о Юфе не давали сконцентрироваться. Прав был профессор, когда назвал его «безрассудным молодым человеком». Ну почему он не взял меня с собой? Я понимал, что слишком ему дорог, и проклинал свой возраст и Тьму, которая не могла подождать, пока я вырасту. Был бы я постарше, он несомненно бы взял меня на это мероприятие.

С другой стороны, если бы не Тьма, я бы никогда ни познакомился ни с ним, ни с Дони, ни с Крикуном. Зато были бы живы Тая, а может даже и профессор Блоу. Но тогда, получается, я бы не познакомился и с ними? Все опять перепуталось в моей голове…

Юфин к вечеру так и не появился. Не появился он и спустя три дня. Я как мог успокаивал Клэр, но у меня получалось плохо, потому что мне самому не верилось, что с ним ничего не произошло. Каждый новый день становился все более мучительным, а его девушка постоянно задавала вопросы, не говорил ли он мне что-либо еще, о чем она была не в курсе. Еще немного, и я бы рассказал ей о письме, но то, что произошло в конце недели изменило всю мою дальнейшую жизнь.

Это был обычный летний день, я упражнялся с серпами во дворе дома, изучая вместе с Рики новый совместный прием, попутно вынашивая в голове планы мести, когда посреди тренировочной площадки появился он.

— Юфин!!! — я убрал оружие за спину и с разгона прыгнул к нему на шею.

Он поймал меня в воздухе, но не произнес ни слова, а сразу совершил прыжок, один единственный прыжок, в странную комнату. Здесь не было окон, а лишь только гладкие каменные стены.

— Спасибо, Юфин, а теперь иди на свое место. — Позади меня раздался голос из моих самых кошмарных снов.

Я резко обернулся. Передо мной стоял Его Преосвященство, Главный инквизитор королевства Саталия — Фарис Дроммель, и его железная рука медленно поднималась в мою сторону.

Глава 18

Юфин, дошел до двери, молча открыл ее и вышел прочь. С той стороны раздался звук запирающегося замка и голоса людей.

Мозаика сложилась в голове — каким-то невероятным образом они поймали моего друга, подчинили и отправили за мной. Но как это возможно? Юф никогда бы не смог совершить такой гигантский прыжок! Я в Фаэте? Или это Танар?

Я обвел глазами пространство вокруг, и меня охватил ужас. Прямо за фигурой Дроммеля стоял черный алтарь, около которого уже стояли зажженные свечи. И никого больше в комнате, только я и он. Инквизитор хорошо подготовился, бежать было некуда. Кругом только каменные стены…

— Ну вот и все, Кай Фаэли. Наконец-то мы встретились. — Произнес человек, от которого мне удавалось скрываться два года. Его рука поднималась все выше. — Дружба, любовь. Какие же люди жалкие, существа, управляемые своими глупыми эмоциями.

— Рики, взять! — я быстро выбросил левую руку в сторону церковника, а правой выхватил из-за спины серп и замахнулся…

Вокруг меня словно замерло время.

Я видел, как медленно разгоняется эльмур по моей руке. Вот его ноги отрываются от поверхности ладони, и он взмывает вверх в направлении шеи Дроммеля. Одновременно с этим, кама в моей второй руке набирает скорость и приближается к паху инквизитора.

Он смеется и поднимает вторую руку указывая на моего питомца, который уже почти достиг своей цели. Рики разворачивается прямо в воздухе, отталкивается от его плеча и снова прыгает, целясь уже в мое горло. Я знаю, что не успеваю увернутся от клыков эльмура, из-за инерции, и вкладываю в удар всю свою силу, дополнительно создавая контур в мышцах с помощью другой Силы. Связки и сухожилия готовы лопнуть от перегрузки, но рука все равно продолжает двигаться.

В глазах Дроммеля возникает непонимание, и он переводит озадаченный взгляд на свою стальную руку. Он изо всех сил пытается проникнуть в мою голову, но магический рисунок Сиалы, нанесенный на кости черепа, нагревается изнутри, обжигая кожу, и не дает ему взять контроль надо мной.

Инквизитор со страхом на лице осознает, что не может подчинить меня, но уже опаздывает. Его глаза обреченно опускаются вниз, и провожают лезвие серпа, которое разрывает его сутану и наполовину входит в бедро, разрезая каждую артерию и вену, что стоит на пути. На мое лицо брызжет кровь Дроммеля, а Рики снова обретает контроль над собой, мягко приземляется на мое плечо и замирает в полном непонимании происходящего.

— Рики, домой! — эльмур медленно запрыгивает мне за пазуху.

Церковник громко кричит, а его голос разносится по всей комнате и многократно отражается от стен. Он падает на пол, его руки пытаются зажать смертельную рану, а я слышу, как с той стороны двери доносятся встревоженные голоса людей и начинает открываться засов. Меня сейчас схватят, но я должен закончить начатое.

Выхватываю из-за спины второй серп, и мои руки превращаются в лопасти вертолета, которые режут на части плоть Дроммеля. Мне помогает моя Сила, делая удары смертоносными. Он в ужасе пытается закрыться ладонями, но острые лезвия срезают их, а затем несколько раз проходят по его горлу, превращая плоть в кровавое месиво. Железная рука с грохотом падет на пол, отделенная острым лезвием

Вертолет! Я знаю, что это! Я вижу летающую машину, похожую на стрекозу. Это не в этом мире! Но я там был! Я знаю, что точно там был! Эти люди, сидящие внутри вертолета в странных доспехах… Они совсем не владеют магией, но подчинили иные силы природы.

Видение, проходит. Но я его не забываю. Оно легко снова и снова появляется в моей голове, и я понимаю, что только таинственный Михаил мне сможет помочь разобраться с этим.

Время снова вернулось к своему обычному течению.

В открывшуюся дверь сбежались люди, в самых разных одеждах. Здесь были и инквизиторы, и простые священники, и люди в гражданском. На меня уставился с десяток обнаженных мечей, а в глазах этих людей был страх.

Я осмотрелся вокруг. Стены комнаты, потолок, мои руки — все было забрызгано кровью, а Дроммель лежал на полу и был похож на кусок мяса, завернутого в изрезанную красную тряпку. И лишь обрубки его конечностей еще иногда подергивались, принимая остатки сигналов от умирающего мозга.

— Роферса сюда, живо! — широкоплечий лысый мужчина растолкал толпу и встал передо мной, выставив перед собой парализатор, после чего обратился ко мне. — Кто ты, маленький демон? И что ты здесь делаешь? Почему мне знакомо твое лицо?

Я не ответил ему ничего, да и не знал, что отвечать. Эти люди в любом случае убьют меня сейчас, или немного позже. Я не знаю даже, где нахожусь. Наверное, в Фаэте, раз здесь так много людей в красных рясах. В остальных городах или совсем нет инквизиторов, или их немного.

Роферс? Он сказал Роферс?

Моя память услужливо напомнила мне, кто это такой. Юфин мне рассказывал о нем еще в том давнем плавании из Танара в Сторс. Личный телохранитель короля. Единственный человек в королевстве, который владеет двумя способностями. Неужели и он замешан?

— Мальчик, ты глухой? — лысый повысил голос. — Что это за алтарь? Это ты убил этого человека? Отвечай!

Что!? Они даже не знают про алтарь! Неужели Дроммель никого не посвятил в свои планы?

— Сомер, — один из присутствующих людей в одеждах инквизиции подал голос. — Мы ловили этого пацаненка два года. Это был приказ Главного инквизитора. Он бывший ученик Длани.

— Насколько я помню, в Длань берут с двенадцати лет, а этому сопляку едва ли есть одиннадцать. — На лице Сомера появилось сомнение.

— Дроммель говорил, что парень, невероятно развитый для своих лет. Он ему нужен был для какого-то своего дела. Между прочим этот, как ты говоришь сопляк, убил Хаттайского посла и его жену, высосав из них всю кровь. Сами демоны ему помогали в этом! А сейчас его физиономия висит на каждом столбе в городе.

— Так это тот самый? — глаза лысого округлились, — Но ведь…

Договорить он не успел. В комнату, слегка горбясь, вошел человек, лицо которого словно было высечено из камня неумелым учеником скульптора. Он был невысок ростом, сухощав и удивительно непропорционален. Огромный живот безобразной формы только подчеркивал его уродство.

Гость оглядел присутствующих, отчего они затаили дыхание, затем перевел глаза на алтарь, на мертвого Дроммеля и остановил их на мне.

— Катитесь отсюда все. Живо! Заберите у него оружие. Дверь не закрывать, кого почувствую — убью!

Едва он произнес эти слова, как собравшиеся люди поторопились покинуть комнату, а Сомер прихватил мои серпы и вышел следом. Я создал контур Силы на барабанных перепонках, и понял, что они все разошлись куда-то далеко по коридорам, даже за дверью никого не осталось.

— Меня зовут Краг Роферс, — он склонился над телом Дроммеля, придерживая одной рукой живот, и поднял с пола железную руку, — Забавно. Два года искать мальчика, тратить ресурсы и силы целой службы, а потом умереть от его же руки. Зачем ты ему был нужен? Что в тебе такого ценного?

Его глаза с интересом уставились на меня, и в этом взгляде не было ничего человеческого.

— Что это за алтарь? Может быть ты расскажешь мне? — он начал копаться в складках одеяния трупа инквизитора и извлек черный обсидиановый кинжал. — А это? Что это за оружие такое?

Я невольно вздрогнул, а за пазухой беспокойно зашевелился Рики.

— Отвечай, маленький ублюдок!!! Я хочу знать! — заорал он и двинулся в мою сторону, покачивая ритуальным клинком.

Если у меня и был шанс сбежать отсюда, то только сейчас, пока в коридоре нет охраны. Однако я помнил, что он обладает невероятным уровнем Силы, а его ужасающая способность может лишить меня жизни, достаточно ему шевельнуть пальцем.

Роферс приблизился ко мне и легонько ткнул острием кинжала около моего глаза, а затем несильно надавил на него и медленно потянул лезвие вниз. Я дернулся от боли и почувствовал, как моя плоть расходится в стороны. Кровь ручьем побежала по щеке, а Королевский телохранитель сделал шаг назад и с каким-то безумным наслаждением наблюдал, как она стекает на одежду.

Он перевел взгляд на лезвие ножа в своей руке и сам провел по нему пальцем, но даже не порезался и его лицо начало вытягиваться от удивления.

Он не смотрит на меня, пора!

— Рики взять! — Я рванул края куртки в стороны, и питомец сделал прыжок, но Роферс даже не дернулся, а я мгновенно почувствовал, что все мое тело охватил легкий паралич, ровно настолько, чтобы я не мог двигаться, но мог продолжать дышать маленькими порциями воздуха.

Рики упал на каменный пол и неподвижно замер.

— А наш маленький ублюдок полон сюрпризов! — Роферс наклонился и двумя пальцами брезгливо поднял тельце моего питомца с пола. Эльмур вращал своими большими глазами, но, как и я, не мог даже шелохнуться. — Интересно, если я убью милую белочку, это заставит тебя заговорить?

Он положил Рики на алтарь и занес над ним кинжал. Я попытался закричать, но не смог, паралич сковал мое горло. Роферс три раза проткнул тело Рики клинком и швырнул его на пол. Вокруг неподвижно лежащего питомца начала образовываться лужица крови.

«Рики пожалуйста, живи, ты сильный!», — эта мысль стучала по моим вискам. У него есть моя Сила, но ему еще никогда не приходилось через такое проходить.

По каменному полу коридора застучали быстрые шаги и лицо королевского телохранителя исказила ярость. В комнату вбежал какой-то человек в гражданском и тут же схватился за свое горло.

— Я, кажется, сказал меня не беспокоить!? — взревел Роферс.

Человек, задыхаясь, упал на колени и хрипло произнес:

— Его… Величество… желает ехать… требует Вас…

— Проклятие! — он повернулся ко мне и его глаза расширились от удивления. — Так-так…

Он приблизился ко мне настолько, что я ощутил его гнилое дыхание, а затем ткнул пальцем в то место, где еще недавно был глубокий порез.

— Интересно. Очень интересная способность. Ты! — он обернулся к вошедшему, который уже смог подняться и приводил себя в порядок, — Уведите его в клетку. Сила не боевая, но пацан очень опасен. Не забудьте обыскать его. И выкинь это дерьмо отсюда. — Роферс указал на тела Рики и Дроммеля.

Бледный прислужник выбежал прочь, а подонок снова повернулся ко мне.

— Готовься, маленький ублюдок, дядюшка Роферс приедет завтра и будет проводить с тобой много интересных игр. Если я отрежу тебе палец или руку она отрастет? А голова?

В комнату вошли пятеро вооруженных человек, во главе с тем самым гонцом, что ненадолго отсрочил мою смерть. Двое из них принесли носилки и начали затаскивать на них остатки трупа Дроммеля, после чего бросили тельце Рики в ту же кучу и вышли.

— Готовы? — произнес Роферс.

Один из стражников кивнул и покрепче перехватил меч. Роферс прекратил использовать свою способность, а я наконец-то смог вдохнуть полной грудью, а потом хрипло произнес:

— Ты ответишь за Рики, ответишь своей смертью, тварь.

Роферс расхохотался:

— А знаете что? Поднимите ему уровень к моему приезду. — Он вышел прочь, а мне в спину уперлись кончики мечей.

— Пшел! — гаркнул мне прямо в ухо охранник.

Я, медленно переставляя ноги, двинулся вперед, и мы переместились в коридор. Королевский телохранитель пошел в противоположную от меня сторону. Скорее всего там выход.

Меня же повели по не очень длинному коридору, который отличался от Танарских катакомб, разве что своей древностью. Кое-где камни высыпались, а по углам и внутри щелей рос мох. Повсюду чувствовалось мощное гасящее поле.

Мы дошли до конца прохода, и повернули налево. Здесь была установлена сплошная железная дверь с внутренним замком, которая сильно выбивалась из общей картины. Видимо ее установили недавно. Один из стражников вынул ключи, открыл ее и втолкнул меня в похожий коридор, а затем мы двинулись дальше.

Здесь было около десятка людей, которые сновали туда-сюда, по каким-то своим делам не обращая на меня внимания. По бокам располагались комнаты с различным оборудованием, напоминающим лабораторию. Огромные стеклянные колбы, с пузырящийся в ней жидкостью, перегонные кубы и реторты. Мы снова уперлись в похожую на предыдущую дверь, перед которой стояли два хорошо вооруженных человека. Они пропустили нас внутрь и меня завели в большой зал с полукруглым сводом. В нем располагался целый склад сколитов высокого уровня, седьмые и восьмые, размер которых был больше моего тела, а в самом центре зала покоился огромный камень девятого уровня, размером с комнату в общежитии школы Длани.

Рядом с ним находился постамент, на котором лежал один из пленников, утыканный проволокой. Ее концы отходили к оплетенному глеверитовой сетью сколиту седьмого уровня. Я взглянул ему в лицо и увидел отсутствующее выражение в глазах, словно он не понимал, где находился. Этот человек не пытался вырваться, не сопротивлялся, а просто лежал с полным безразличием, словно ему было не важно, что вокруг происходит.

Я начал крутить головой по сторонам, пытаясь запомнить как можно больше обстановки, за что получил сильный тычок острием меча в спину. Рубашка на пояснице начала увлажняться от крови, и «муравьи» тут же отреагировали на это.

Здесь нет поля!

В одной из стен располагалась громадная арка, перекрытая толстой решеткой. Я с удовольствием отметил, что скорее всего могу пролезть между ее прутьями. Проходя мимо, я почувствовал небольшую сырость и включил контур на своем обонянии. Оттуда пахло рекой Синей, я хорошо помнил ее запах. Значит из этого убежища есть выход в реку!

Сопоставив в голове все, что мне удалось увидеть, я предположил, что уровень заключенным поднимают именно здесь. Камни очень громоздкие и их невозможно транспортировать по коридорам, а потому вероятнее всего их катят через эту арку в реку, а оттуда краном поднимают на борт судна.

Мы дошли до следующей двери, и снова очутились в коридоре, вдоль стен которого располагались тюремные камеры.

В них сидели самые разные люди, от юнцов и до стариков, однако их пустые взгляды ничего не выражали. Лица без единой эмоции смотрели в пустоту, не выказывая никаких признаков понимания окружающей обстановки. В одной из камер я обнаружил Юфина — пустые глаза и открытый рот, из которого вытекала тонкая струйка слюны, ниточкой вытягиваясь на подбородке.

— Юфин очнись! — крикнул я, и тут же получил сильный пинок ногой в спину, от которого упал на каменный пол, а наставник даже не обратил на меня внимания.

— Рот закрой, выродок! — Меня схватили за одежду и зашвырнули в одну из соседних камер, и защелкнули замок.

Я поднялся и зло посмотрел на стражника через решетку. Спина ныла, но «муравьи» на этот раз даже не шелохнулись, концентрация гасящего поля здесь была чудовищной.

— Роферс сказал его обыскать, забыл?

— Чтоб тебя! — второй стражник снова открыл дверь, — Выворачивай карманы!

Я подчинился, так как знал, что у меня все равно ничего нет, кроме небольшого пучка эйголя. Юфин забрал меня прямо с тренировочной площадки.

— Что это за мох? — один из них взял его в руки и покрутил, а потом понюхал. — Ну и дерьмо!

— Оставь, парню есть нечего будет.

Они оба расхохотались, как им показалось, удачной шутке, швырнули на пол камеры эйголь и закрыли дверь.

Едва они ушли, как я тут же прильнул к решетке:

— Юфин, очнись! Юфин! Ну, пожалуйста!

Мне не было видно его самого, а только решетку камеры.

— Он тебя не понимает. — Раздался хриплый голос справа от меня.

Здесь есть нормальные люди?

— Вы кто? — я переместился к соседу поближе, чтобы лучше слышать. — И почему вы не как они?

— Потому что здесь всех держат под наркотиком. У них для этого хватает специалистов. А того парня. — Из соседней клетки показалась худая узловатая рука, указывающая в сторону камеры Юфина, — Вообще чем только не обрабатывают. Я слышал, что Дроммель хочет довести его до десятого уровня. Но думаю, у них не получится, и скоро он превратится в сколит.

— А вы? Почему тогда вы нормальный?

— Потому что я им не нужен. Они сожгли мою Силу во время неудачного эксперимента. Мне не долго осталось, Дроммель убьет меня со дня на день. А вот за тобой скоро придут, и ты станешь таким же.

— А как их вывести из этого состояния? — я начинал прорабатывать план побега, и мне нужно было придумать способ спасти Юфина, а еще понять, жив ли Рики. Я наклонился поднял с пола мох и сунул его обратно в карман. Его было совсем немного, возможно на пару применений. Старый шаман орров упоминал, что гасящее поле не дает создать связь, а потому я пока решил с ним повременить.

— У них есть специальный состав для этого. Я видел пару раз. Такие красные пробирки. Если его вколоть, человек приходит в себя, но еще некоторое время будет безумен и даже может стать агрессивным. А зачем тебе это знать? Отсюда невозможно сбежать. Лучше поговори со мной, я соскучился по разговорам.

Я осмотрел решетки, они были выкованы из очень толстых прутьев, но у меня было, то, чего больше не было ни у кого в этом подземелье. Руны. С таким толстым прочным материалом придется повозиться, а учитывая, что Сила здесь не работает, придется действовать только собственной кровью. Но это лучше, чем сидеть и ждать смерти.

Мне пришлось прокусить собственный палец и наносить рисунок ногтем. Я продолжил поддерживать разговор со своим соседом и делился с ним теми новостями, которые знал, а заодно узнавал об этом месте. Оказывается, он провел здесь уже полгода, и кое-что поведал. Дроммель и Роферс создали целую исследовательскую команду. И хотя они пока не нашли решения, для получения стабильного результата, но очень продвинулись в исследованиях, комбинируя химические препараты, которые улучшали процесс. Кроме того, они смогли выяснить, что если сделать, много проколов в теле, и разделить процесс перехода, на несколько участков организма, а не через один жгут, то можно сильно снизить вероятность летального исхода. Правда в этом случае, при неудаче сколит разрушался, а уровень подопытного не поднимался. Но человек оставался жив, а седьмые сколиты они научились получать уже играючи и в них недостатка не было.

У меня никак не получалось создать рабочую руну. Я перемазал кровью всю решетку, но сколько-нибудь внятного рисунка так и не нарисовал. Необходимо было хоть что-то, чем можно выводить правильные линии. Но здесь не было даже щепки, а ногти быстро стерлись. Оставалось только надеяться, что мне удастся раздобыть что-то более подходящее, но скоро произошло то, что полностью изменило мои планы.

Через несколько часов моего пребывания, я услышал, как открылась главная дверь. Сначала я подумал, что принесли еду, но вместо этого к моей камере подошел человек в очках в сопровождении двух стражников, который держал в руках ампулу и шприц.

— Не кормили? — произнес он, глядя на меня.

— Нет, ни разу. — Ответил один из стражников.

— Держите парня.

Они вошли ко мне в камеру и крепко взяли меня за руки, а затем этот человек ввел мне в шею препарат, при этом монотонно повторяя:

— Ты слышишь голос. Этот голос главное, что есть в твоей жизни. Это голос хозяина. Ты хочешь слушать этот голос и подчиняться только ему. Нет ничего кроме этого голоса и его желаний…

Он повторял это и повторял до бесконечности, и вскоре у меня начала кружиться голова, а через несколько минут я словно перестал принадлежать себе. Мои собственные цели и мысли куда-то ушли, а все что я хотел — слушаться этого человека. Моего хозяина. Мне были безразличны Юфин, Рики и все что происходит вокруг. Только желание как можно чаще слышать Его просьбы и выполнять их.

— Иди вперед, малыш.

Его слова, ласкали мой слух. Хочу слышать их еще и еще. Почему он замолчал?

Я сделал шаг, второй.

— Молодец, какой послушный!

Хозяин хвалит меня! Он будет говорить, если я буду слушаться! Надо идти, и он будет доволен!

Я дошел до конца коридора и передо мной открылась дверь на склад.

— Иди дальше, ты очень хороший мальчик.

Хозяин снова говорит! Я иду!

Я сделал еще несколько шагов вперед, и мне вдруг стало неприятно. Какие-то жуки начали ползать в моей голове. Они не любят моего хозяина!!! На меня начала накатывать ярость. Хотелось передавить их всех, но они прятались внутри мозга, а потом вдруг начали превращаться в муравьев.

Жуки-муравьи. Муравьи-жуки. Жуки? Или все же «муравьи»?

— Пройди еще немного, тебе нужно положить свои ручки вон туда.

Передо мной появилась его ладонь, которая указывала на стол. На нем стоял стеклянный определитель уровня Силы.

Какой противный голос! Он что, правда думает, что мне нравится это сюсюканье? Почему он решил, что я должен его слушаться?

Сознание прояснилось полностью. «Муравьи», едва я вышел за пределы тюрьмы, принялись чистить мой организм от наркотика и справились с этим. Я понял, что меня ведут на повышение уровня по приказу Роферса.

Стоп! Они же все еще считают, что я подчиняюсь им!!!

В голове возник новый план. Я медленно поводил глазами и обнаружил, что взгляды присутствующих здесь людей обращены на меня. Даже скучающие стражники у выхода с интересом наблюдали за происходящим. Это мне поможет!

Я приложил руки к матрешке, и она начала показывать уровни один за одним.

Первый, второй, третий, четвертый…

Пауза.

Я весь сжался внутри, ожидая, что сейчас появится то самое слабенькое сияние, что пойдет на следующие слои, как это было всегда, но человек в очках не стал дожидаться.

— Молодец! Теперь убирай ручки. — Произнес он, и тихо сказал еще кому-то, — Четвертый.

Я стоял не двигаясь, пока не поступит новый приказ.

— Ложись на эту кроватку. — «Бывший хозяин» взял меня за руку и развернул к кушетке.

Я послушно лег и вытянул руки вдоль тела.

— Сейчас будет немножечко больно, но хороший мальчик потерпит.

Какой-то человек, наверное его помощник, принес оплетенный глеверитовой сеткой сколит, размером с небольшой кочан капусты. От него отходило несколько жил с острыми концами. Он поместил его на стол рядом со мной, после чего вынул шприц и ввел мне в вену какой-то препарат.

Он был очень слабый, и «муравьи» поглотили его, даже не дав ему разойтись по венам, я так и не понял его назначение.

— Начинаем! — громко произнес человек в очках, и проколол мою руку острым концом глеверитовой проволоки.

Я резко зажмурил глаза без его приказа, и он это заметил, но было уже поздно…

Вспышка!

Глава 19

Зал наполнился криками и суетой. Я встал ногами на свою лежанку, и огляделся. Ученый, его помощник, стражники — все, кто присутствовал в зале, ослепли без исключения и неловко тыкались во все стороны, как новорожденные щенки, сталкиваясь друг с другом. Все пространство внутри меня наполнилось энергией, и я чувствовал, что ее невероятно много, столько у меня еще никогда не было.

Сейчас мне придется стать сильным. Очень сильным. Даже ценой порванных мышц или сломанных костей. Другого такого шанса может и не быть. Я создал контур Силы по всему телу, и это получилось на удивление легко. Если раньше у меня выходило только сконцентрироваться на отдельных участках, то сейчас Сила стала моим вторым телом.

Двери! Я спрыгнул со своей кушетки и помчался, уворачиваясь от беспорядочно двигающихся кричащих людей, оббежал одинокого стражника, на ходу выдернув кинжал из-за его пояса, и приблизился ко входу. Стоящие около него охранники, усиленно пытались протереть глаза.

Прыжок, и я втыкаю кинжал под горло первому, обагряя свои руки горячей кровью. Плевать на их жизнь, они не достойны ее, после всего, что сделали. Отталкиваюсь ногами от его бедра, и в повороте разрезаю горло второму. Он хрипит, и падает на пол одновременно с первым. Задвигаю тяжелый засов и разворачиваюсь, продумывая каждое свое следующее действие.

Позади раздаются первые удары в дверь, но пришедшим на помощь ее быстро не сломать. В том коридоре мощное гасящее поле, а значит их способности им не помогут, какими-бы сильными они не были.

В зале остается пять человек: два ученых, один охранник около них, подаривший мне кинжал, и два стражника у арки, что ведет в реку. Нейтрализовать воинов важнее. Разгоняюсь и запрыгиваю бывшему владельцу моего ножа на спину. Он начинается ругаться и пытается сбросить меня. Но я быстрее, два удара сбоку, со стороны сонной артерии, и его тело начинает оседать, а я уже бегу к оставшимся двоим. Они понимают, что, в зале кто-то убивает людей, и стоят на своих местах вслепую размахивая мечами.

Выбираю правого, обхожу его, чтобы не попасть под удар беспорядочно вращающегося оружия, и делаю два шага по стене, а затем отталкиваюсь вверх, оказываясь на ним и в полете опускаю кинжал слева от головы. Усиленный моим весом, кинжал глубоко входит в его плечо, охранник чувствует боль и отскакивает в сторону, сбрасывая меня на пол, а я приземляюсь кувырком и делаю отскок. Кинжал остается в его ключице и противник неловко качается, роняя меч из рук. Я поднимаю оружие, но его меч неудобен и тяжел для меня, а потому просто подрезаю ему сухожилия на ногах, жду, когда он упадет и запрыгиваю ему на спину, после чего выдергиваю из ножен второй кинжал. Мне нужно еще убить последнего стража.

Он понял, что я где-то рядом и сейчас слепо рубит воздух, уперевшись спиной в решетку. Сзади мне не зайти, и я совершаю сильный бросок ножа, добавив еще немного энергии в правую руку. Он пробивает его кадык, и охранник медленно оседает, съезжая вниз по толстым прутьям.

Разворачиваюсь обратно — ученый с помощником шарят руками по столу и пытаются что, то найти. Вытаскиваю первый кинжал из плеча стонущего от боли охранника, разгоняюсь, и с силой вгоняю лезвие ученому в район печени сзади. Он заваливается прямо на своего ассистента, хватается за его одежду и увлекает его за собой на пол, опрокидывая стол, с которого катятся во все стороны лекарства и пробирки. Замечаю красную, добиваю помощника ударом в сердце, подбираю с пола шприц и ампулу с антидотом. И в этот момент начинаю ощущать, что контур Силы начинает распадаться. Я потратил ее слишком много.

В мышцы приходит жжение от перегрузок, но «муравьи» уже стремятся привести их в порядок. Осматриваюсь по сторонам. Охранник, около арки выхода в реку еще бьется в судорогах, а ученый около меня пытается подняться, ползая на четвереньках, запрыгиваю ему на спину и на последнем усилии забиваю ему кинжал под затылок.

Вокруг наступает тишина, и лишь только удары тяжелого предмета по входной двери нарушают ее. Засов выглядит крепким. У меня еще есть время.

Юфин! Надо его вытащить отсюда. Ключи должны быть у того охранника, что сейчас висит на прутьях арки. Я подбежал к нему, нашел ключи и направился к темнице.

Здесь много пленников, но у меня нет времени приводить их в чувство. Я вдруг почувствовал, что вокруг пропало гасящее поле. Скорее всего спешащие на помощь люди выключили его чтобы сломать дверь с помощью способностей! У меня почти не осталось времени.

Открыл ключом решетку, набрал шприц, а затем, как учил нас Ставер, нащупал артерию на шее Юфина и сделал укол. Его взгляд начал проясняться, но я помнил, что сказал мой сосед по камере, про агрессию, после приема препарата, и предусмотрительно отошел в сторону.

— Юф! Это я, Кай! Очнись, нужно быстрее бежать!

Юфин странно посмотрел на меня, и по его непонимающим глазам я понял, что он меня не узнает. А затем он исчез… Я никогда еще не видел такого прыжка! Пространство вокруг него словно изогнулось и покачнулось.

Меня охватила растерянность. Куда он мог переместиться? С его новыми способностями можно очутится, где угодно, даже в другой стране! Оставалось верить, что он должен скоро прийти в себя и скоро вернуться…

Нужно было решать, что делать дальше. Я прислушался, но в дверь склада больше никто не бил. Думаю ждать Юфина нет смысла, он и сам сбежит отсюда если вернется. Сейчас мне нужно было спасать себя.

— Помоги мне. Помоги мне покинуть это место. Прошу… — раздался голос моего уже бывшего соседа.

Я подбежал к его камере и обнаружил внутри тощего изможденного человека, лет сорока. Слегка лысоват, умные глаза и непропорционально крупный «орлиный» нос.

— Я Геко Тормель. У меня гостиницы в Фаэте, я богат. Помоги мне, и ты ни в чем не будешь нуждаться.

— Сейчас, господин Тормель! — я начал перебирать ключи и отпер его клетку. — Бегите за мной.

Выскочил на склад и сразу увидел, что возле двери колеблется воздух, а сама она раскалилась до красна. Какой-то огневик пытался ее расплавить. Прошел к столу, и небрежно обыскал тела ученого и его помощника. В карманах первого нашлось шесть трилитов, а у его ассистента был целый квадрит. На первое время хватит.

Все, пора уходить отсюда! Я с грустью подумал о кусаригаме, которая осталась где-то там за дверью. Это был подарок профессора, но рисковать жизнью из-за нее будет самым глупым поступком, который я только смогу сделать сейчас.

Я подбежал к решетке, выдернул кинжал из горла стражника и обтер лезвие об его одежду. Мне понадобится хоть какое-то оружие. Сокамерник приблизился ко мне и с ужасом поводил глазами по сторонам, разглядывая трупы.

— Неужели это сделал ты!? Но ведь…

— Господин Тормель, нет времени объяснять. Вы сможете пролезть?

Он примерился к решетке, попробовал протиснуться, но ему не хватило совсем немного.

— Вот здесь пошире, попробуйте!

Я с легкостью пролез через прутья в указанном месте. Мой временный спутник с трудом протиснул голову между прутьев, ахнув от боли, а затем легко переместил на другую сторону свое тощее тело.

— Бежим!

Мы двинулись вниз, ощущая приближающуюся прохладу реки. Тормель хромал следом, но от меня старался не отставать. Вскоре стало совсем темно, однако мое ночное зрение никуда не делось, а только стало лучше. Впереди показалась река, наполняющая тоннель.

— Я ничего не вижу! — в отчаянии произнес он.

— Положите мне руку на плечо.

Мы добрались до воды и в глубине появился свет пронизывающих ее толщу лучей, по которым можно было ориентироваться. Однако незапланированный попутчик меня сильно тормозил.

— Дальше наши пути расходятся, господин Тормель, мне нужно торопиться.

— Как я тебя могу отблагодарить, парень?

— Я пока не знаю. Скажите, где мне вас искать, возможно, мне действительно потребуется ваша помощь.

— У меня несколько гостиниц и постоялых дворов. Я живу в самой большой, что неподалеку от королевского банка. «Три лебедя», спросишь меня или мою жену. Геко Тормель, запомнил?

— Да, господин Геко Тормель.

— У меня есть некоторые связи, завтра от этого места ничего не останется. Я выведу Роферса и Дроммеля на чистую воду.

— Желаю вам удачи!

Я погрузился в воды реки, а затем нырнул и поплыл.

Расстояние оказалось небольшим, и менее чем через минуту я аккуратно высунул голову из воды и осмотрелся. Я очутился ниже по течению от крупного порта, возле которого стояли шхуны, каравеллы и даже один фрегат, выделяющийся на фоне остальных кораблей. Чуть выше по течению появилась макушка Тормеля, который сразу направился к берегу. Я снова нырнул, и отдался воле реки, которая увлекала меня все дальше и дальше.

Рики! Эта мысль пронзила мой мозг. Нужно быстрее найти его. Я опять высунулся над поверхностью и осмотрелся. На берегу обнаружились кусты, возле которых играл с собакой какой-то паренек моего возраста. Он швырял палку в воду, а его питомец бегал за ней. Надеюсь, он не читает объявления о розыске преступников.

Направился в его сторону и выбрался на берег неподалеку. Он удивленно посмотрел на меня, но не сказал ни слова.

Плащ! Он был в плаще с большим капюшоном!

— Эй, парень! Поди сюда!

— Зачем? — в его голосе послышались неуверенные нотки, а собака подбежала к его ногам и недобро уставилась на меня. Его можно было понять. Выплывает из реки бритоголовый парень с кинжалом и просит подойти.

— Не бойся, — я убрал нож за пояс, достал из кармана трилит и подкинул на ладони, — Продай плащ!

Он неуверенно сделал пару шагов назад, и я понял, что он все равно боится.

— Ты можешь купить несколько плащей на эти деньги! — с сомнением произнес он.

— Мне очень нужен твой, лови!

Я перекинул ему камень, и он ловко поймал его двумя руками и осмотрел.

— Не подходи! Не то я натравлю Бари. — Парень скинул свой плащ на берег и пошел прочь, куда-то вверх через кусты.

Дождался, пока он скроется за растительностью, и поднял с земли свою новую одежду. Теперь мне можно хоть как-то двигаться по городу, главное, как можно реже, проходить мимо патрулей.

Я спрятался в кусты, разделся и, как мог, выжал одежду, после чего расстелил ее на солнце, а сам улегся рядом. Сверху меня не видно, и это главное. Эйгель промок, но я очень надеялся, что он не потерял своих свойств и закинул половину пучка себе в рот.

В этот раз все было иначе, вопреки ожиданиям меня не перебросило сразу в тело Рики, а я словно подвис в своем сознании и ощутил, как меня тянет в три направления. Одно было очень далеко на юге, а вот два вторых несравнимо ближе. Далекое — это пузырек с кровью в убежище некроманта, а вот два поблизости это Рики и…?

Я быстро промотал в голове последние события. Решетка! Видимо кровь на ней еще не успела потерять свои свойства. Я устремился наугад, но остался в своем теле. Мимо.

Осталось последнее направление. Я перешел по нему и наконец-то очутился в теле Рики. На меня мгновенно навалилась сильная боль, но я-Рики был жив! Вокруг нестерпимо воняло гнилью и какой-то падалью. Это было похоже на сточную канаву. Я поводил глазами и увидел мачты того самого фрегата, мимо которого проплывал. Силы в теле эльмура не было совсем, его всего трясло, а каждое движение отдавалось нестерпимой резью в животе. Я ощутил его маленьких «муравьев», но они еле двигались. Им точно с этим не справится…

Меня вышвырнуло обратно. Теперь я примерно знал куда нужно идти. Вещи еще не просохли, но, по крайней мере, с них уже не бежала ручьями вода. Я оделся, накинул сверху плащ, закрыв голову капюшоном, и побежал в сторону порта.

Мне пришлось потрудиться, чтобы найти это место. Им оказалась громадная помойная яма. Здесь стоял жуткий запах, и повсюду летали жирные мухи; казалось, сюда привозят все отбросы и объедки этого города. Я побродил вокруг нее и нашел уходящую вниз траншею ливневки, в которую стекала дождевая вода с верхних улиц. Спустился прямо в нее и пошел вперед, посматривая на мачту фрегата, а потом услышал неподалеку жалобный писк…

Рики забился под гнилую листву и трясся в лихорадке. Дыры на его теле, оставшиеся от кинжала не заросли до конца, и по их краям выступил гной. Беспомощный взгляд питомца выражал обреченность и тоску.

На мои глаза накатились слезы… Я готов был нести его к первому попавшемуся лекарю, наплевав на то, что со мной будет, лишь бы спасти малыша. Но я не знал, куда даже идти… Этот, трясущийся от боли мохнатый комочек, был самым близким другом для меня, и я чувствовал, что не переживу его смерти.

— Рики, малыш, не умирай пожалуйста!

Он услышал меня и посмотрел в мои глаза печальным взглядом, от которого разрывалось сердце. Я лихорадочно начал искать выход.

Сколиты! Могут ли они помочь? Как они подействуют? Демоны! Ведь у меня с собой нет ни переходника, ни мелких камней. А трилит его точно убьет.

Отчаяние охватывало меня все больше и больше. Зверек смотрел на меня грустными глазами и часто-часто дышал. Я прикоснулся к нему и легонько погладил по гладкой шерсти. Мысли одна за одной носились в голове, может попробовать напитать его своей Силой? Как руну?

Я нежно, стараясь не причинять ему дополнительной боли, обвил его тело пальцами, и начал концентрироваться. Сила пошла к нему, но я чувствовал, как она просто стекает по его телу, никак ему не помогая…

И вдруг я ощутил что-то непонятное. Как будто рядом с этой Силой, появился еще один ее поток. Он был таким же, но отличался каким-то непонятным теплом.

Это что? Моя новая способность из-за повышения до пятого уровня?

Я пустил его, вместо первого, освобождая путь новому гостю. Поток устремился в тело Рики, сотней новых маленьких «муравьев», непохожих на моих, заполняя его целиком. Края глубоких ранок начали кровоточить, выгоняя гной, а затем стали стягиваться и зарастать новой плотью прямо на глазах. Дыхание эльмура становилось все более ровным.

Я гнал и гнал измененную Силу через себя, до конца, не веря в то, что теперь могу лечить. Профессор, Тая… Если бы я знал об этом раньше, все могло быть иначе…

Прошла минута, а я все сидел, закрыв глаза и жалел, что ничего нельзя вернуть обратно.

В мое ухо уткнулся мокрый нос и раздалось громкое урчание. Я открыл веки. Рики деловито сидел у меня на плече и принюхивался к воздуху, смешно корча свою мордочку от запаха нечистот. А затем проворно сбежал вниз по руке и начал требовательно теребить мой рукав.

— Рики! Проголодался, маленький? Давай, восстанавливай силы. — Я отодвинул ткань одежды в сторону и зверек впился в мою руку, блаженно закрыв глаза от удовольствия, а я легонько гладил его по спине ладошкой и плакал от счастья…

Мне удалось спастись из рук похитителей и расправится с Дроммелем. Но оставались еще Лэтчер Вайс и Краг Роферс, которые не имели права жить, после того, что они совершили. Убийство Дроммеля открыло у меня сильное видение, и дало понимание, что у меня есть какая-то связь с тем неизвестным, но знакомым миром. Что-то внутри меня подсказывало, что нельзя двигаться дальше, пока не разберусь с оставшимися ублюдками.

Я покинул свалку, спрятал Рики за пазуху и направился в город, размышляя по дороге. Где-то под землей, возможно прямо под моими ногами, оставалась лаборатория с пленниками Роферса, и сейчас все мои мысли были о том, как мне действовать дальше. Юфин пропал, а кроме него в этом городе я знал очень мало народу. Сиала, Марта, Клэр — все, кто мог мне хоть как-то помочь, находились далеко на юге, и добраться туда в моем нынешнем положении не представлялось возможным никаким образом. Все упиралось в Юфина — пока он был рядом, любые расстояния не представляли трудностей. Я очень надеялся, что мой друг жив и с ним ничего не случилось.

Снова и снова, я прогонял через мысли всех своих знакомых в Фаэте, пытаясь отыскать хоть одного человека, для которого я что-то значу. И выходило, что единственный, кто должен не остаться ко мне равнодушным, был никто иной, как Долан Кригер. Профессор говорил, что я могу доверять ректору. Он давно должен был понять, что произошло на самом деле, а потому я решил понадеяться на его помощь.

В первую очередь мне нужно сконцентрировать все силы на убийстве главы Длани, поскольку Тормель обещал заняться Роферсом. А если у него не получится — тогда я сам им займусь, но немного позже.

Теперь нужно разыскать Кригера и выяснить, где искать Вайса. Я выучил наизусть план его поместья, но на рисунке Юфина не было адреса. Дорогу до школы в лесу я не знал, а через подземную платформу мне точно туда не попасть, так как меня сразу схватят, едва я проникну на территорию. По всему выходило, что единственный способ встретиться с ректором — дождаться его возле главного здания Длани вечером. Но для этого мне нужна хорошая маскировка, и я придумал как это сделать, вспомнив тот самый день, когда Юфин шутил надо мной в наш первый совместный выходной в Фаэте. Я на время стану девочкой!

Ближайший рынок находился у порта, и у меня была надежда достать там то, что мне необходимо. Натянул капюшон пониже, скрывая лицо и выбрался на одну из прилегающих к порту улиц. До торговых рядов удалось добраться без приключений, лишь один раз пришлось пройти мимо стражников, но они даже не обратили на меня внимания.

Я накупил все, что только могло мне пригодится для предстоящего перевоплощения. В столице люди любили наряжаться и щеголять друг перед другом, а потому встретить десяти-одиннадцатилетнюю девочку с косметикой на лице, не было чем-то из ряда вон выходящим. Оставалось найти укромной место, чтобы преобразиться.

Взвесив возможные варианты, я решил снова отправится на реку, так как там было достаточно тихо. Можно было, конечно, попробовать проникнуть в канализацию неподалеку, но там было относительно многолюдно. И если мальчик, пробирающийся в сточные канавы, навряд ли привлечет внимание прохожих, то вот выбирающаяся из люка девочка в нарядном платье точно.

Найдя укромное место на берегу Синей, я принялся перевоплощаться. Каштановый кудрявый парик сразу отлично разместился на голове, так как мои волосы после визита к вампирше отросли совсем немного. Я вытащил из сумки маленькое зеркальце и посмотрел на результат. Сейчас я был похож и на девочку, и на мальчика одновременно. Меня это не удовлетворило, а потому я достал тушь и стал аккуратно наносить ее на ресницы, а заодно накрасил губы.

Теперь я выглядел как малолетняя проститутка, и представив себя со стороны, понял, что буду привлекать лишнее внимание. Уж очень яркой была купленная помада. Смыл ее с губ и попробовал использовать легкие румяна. На этот раз результатом остался доволен полностью, и в завершение процесса нацепил пышное платье, с кучей рюшечек, скрывающих фигуру, гольфики и туфельки на невысоком каблучке.

Результат получился превосходным, меня теперь сложно было узнать. Я переложил оставшиеся сколиты в элегантную девичью сумочку и направился в город. С непривычки мне казалось, что все прохожие пялятся на меня, и сначала я даже немного понервничал. Но потом понял, что это совершенно обычные взгляды, с легким интересом, и не более. Неужели девочкам это нравится?

Немного погулял по городу, а потом решил, что время пришло и остановил пустой паровик. Извозчик даже не обратил на меня особого внимания, лишь спросил, есть ли у меня деньги. Я показал ему двулит, и спустя полчаса был на месте. Выбрал лавочку на достаточно большом расстоянии от входа в Длань, чтобы меня нельзя было разглядеть, и создал контур на зрении.

Спустя сорок минут из ворот начали выходить люди, среди которых я узнал нескольких преподавателей, но их было на удивление мало. И, внезапно, я понял, что велика вероятность так и не увидеть ректора. Стояла середина лета, и он мог просто не прийти. Кажется, придется искать другой вариант.

Вскоре начало смеркаться, но руководитель школы так и не появился. Нужно было искать место для ночлега, и я уже начал размышлять о «Трех лебедях», как вдруг что-то меня подхватило с лавки вверх и понесло в сторону. Я взглянул на себя и понял, что не вижу своего тела. Кригер! Так мог сделать только он.

Он отнес меня в глухой переулок и поставил на землю. А затем я наконец услышал такой знакомый строгий голос:

— Не самое лучшее место ты выбрал, Кай Фаэли, чтобы прятаться от властей. Но я все равно очень рад тебя видеть!

— Господин Великий магистр!

Ректор отключил способность и появился прямо передо мной, а затем немного присел и крепко обнял меня впервые в жизни.

Я начал наперебой рассказывать ему все, что знал, а он стоял, как всегда невозмутимый, и внимательно слушал. Долан Кригер даже не удивился, когда услышал о том, что Вайс избавился от тенката.

— Мы больше не общаемся с ним. Его теперь ненавидят очень многие в братстве. Вайс раздает задания, даже не разбираясь, кого придется казнить. Хороший человек, плохой — вердикт всегда один — лишить жизни. Очень многие желают его смерти.

— Я убью его! И Роферса убью!

Ректор лишь рассмеялся.

— Кай, Вайс окружил себя преданными людьми, единомышленниками. Для них не важно, кого убивать и за что. Эти люди служат только клятве и деньгам. Заплатить больше, чем Вайс, ты не сможешь. А уж сколько было заказов на голову Роферса — ты себе и представить не в состоянии. К этому человеку невозможно приблизиться, он даже во сне чувствует любое живое существо на расстоянии полета стрелы.

— Скажите, где он живет, и вы завтра услышите о его смерти!

— Ты все такой же самонадеянный. Его охраняют не хуже, чем короля, а в братстве достаточно людей с уникальными способностями. Едва ты приблизишься к ограде его дома, как будешь схвачен. Даже не будь у меня тенката, я бы ни поставил и сколита на себя, в таком мероприятии. Хотя моя способность просто создана для таких дел.

— Скажите адрес. Прошу.

— Упрямец! Ты хочешь умереть? — он повысил голос, — Забудь об этом, Кай. Я не допущу, чтобы ты погиб из-за своей глупости!

— Господин Кригер, — я сделал решающую попытку, — Меня ищут в Четырех королевствах, я государственный преступник и понимаю, что в любой момент могу быть пойманным. Дайте мне шанс отомстить. Он забрал у меня очень многое и хотел моей смерти. Если вы мне откажете, я просто сдамся властям и все им расскажу, а потом меня сошлют в Яму и вы всю жизнь будете помнить, что могли не допустить этого!

Он изменился в лице, и в этом взгляде не было ничего хорошего.

— Западная часть Фаэты, за Фруктовым парком. Его поместье ты сразу узнаешь. До свидания, Кай Фаэли. — Ледяным тоном произнес Кригер и исчез.

Глава 20

Последняя ниточка, что связывала меня с этим городом лопнула вместе с уходом этого человека. Я вдруг понял, что снова остался один на один с этим миром. Марта от меня отвернулась по непонятной причине, получив то, что хотела. Клэр хоть и считалась мне не посторонним человеком, но она в Танаре, да и связывал нас, по сути, только Юфин, который теперь неизвестно где. Крикун и Дони тоже очень далеко, и я даже не уверен, встречусь ли с ними снова.

Сиала. Вот кто может мне помочь, но до нее еще надо добраться, да и неизвестно, как она отнесется к моему появлению раньше установленного ею срока. Для нее я, по большому счету, интересная игрушка и не более.

Тая… Лучше бы не вспоминал. При мысли о ней меня снова охватила омерзительная тоска, от которой захотелось бежать без оглядки и все забыть. Я попытался быстрее выкинуть ее образ из головы, пока совсем не расклеился.

Словно почувствовав дурное настроение друга, из-за пазухи выполз Рики. Единственный, кто был всегда рядом, даже в самые трудные минуты. Увидев мои мокрые глаза, он сделал смешной оборот вокруг себя, словно хотел укусить свой хвост и запрыгнул мне на плечо.

— Идем, Рики. Сегодня нам придется очень много поработать, малыш.

Я оглядел свой внешний вид, поправил непривычную одежду, после чего направился в сторону дороги, где нашел свободный крытый паровик и обратился к извозчику.

— Фруктовый парк, пожалуйста.

— Два двулита и один сколит. Меньше не поеду.

Я протянул ему камни, забрался вовнутрь и уставился в окно. Фаэта уже зажигалась вечерними огнями. Они проплывали мимо и словно гипнотизировали меня, отчего я снова предался размышлениям.

Скоро я покину этот город, если мне удастся реализовать свои планы в отношении Вайса. Куда мне дальше ехать? Было бы хорошо отправиться на Северный остров и разыскать там Дони. Но ведь есть еще Роферс…

Интересно, как там дела у Геко Тормеля? Если он правда имеет возможность выйти на людей короля, то может у него получится нейтрализовать королевского телохранителя. Это было бы очень кстати, потому что я даже не представлял, как мне действовать в отношении него. Человек, к которому нельзя подойти незамеченным… Как он может использовать Силу во сне, как у него это получается?

Мы все ближе и ближе подъезжали к месту назначения, и я немного определился с дальнейшими планами. Сегодня я убью Вайса, потом наведаюсь в «Три лебедя» и поговорю с Геко о помощи. Думаю, он найдет способ незаметно посадить меня на корабль до Северного острова. Там я найду Дони и предложу ему отправится путешествовать. Мы вместе узнаем маршрут каравеллы Джаиля и разыщем Крикуна, после чего двинем на юг и победим лича в долине. Или сразу пойдем искать Михаила. Или… Мне рисовалось бесконечное множество вариантов развития событий, и в тот момент совсем не хотелось думать, что, возможно, цели моих друзей не совпадут с моими.

— Приехали! — донесся громкий голос извозчика.

Ну что же, пора.

Я вышел из паровика и огляделся вокруг. Кригер сказал, что резиденция главы Длани находится за парком, и я ее узнаю. Памятуя о том, что в охране Вайса могут быть сканеры, я решил пока не торопиться, а осмотреться издалека, и потому начал выбирать точку для наблюдения. К сожалению, ничего подходящего, кроме пары высоких сосен на территории парка я не обнаружил, а потому выбор у меня был небольшой.

Народу внутри него почти не было. Я решил, поберечь платье, снял верхние юбки и спрятал в кустах. Дождался, когда мимо пройдет еле плетущаяся парочка, а затем взобрался на дерево и почти сразу узнал свою цель. К сожалению, высокая изгородь из гладкого камня закрывала половину обзора, и все, что мне удалось рассмотреть на территории усадьбы — пара часовых с внутренней стороны ворот. Однако меня больше интересовали не они, а соседи Вайса поблизости. План убийства созрел еще на той лавочке, во время ожидания Кригера, а потому я был уверен в успехе, оставалось учесть последние детали.

Подходящее здание обнаружилось быстро. На расстоянии половины полета стрелы от каменного забора Вайса обнаружилась часовенка Девяти богов. Она была ближайшим к его поместью объектом. Такие здания в Фаэте были повсеместно, и доступ в них был беспрепятственный. Внутри, как правило, посменно дежурили священники, по одному на каждое строение.

Идеальное место!

Я спустился с дерева и натянул обратно свои бесчисленные юбки. Поправил одежду и макияж, а затем направился прочь из парка в сторону часовни, но сразу в нее не пошел, а нырнул в глухой переулок неподалеку и уселся на брусчатку. Вынул из кармана тушь и начал выводить ею небольшую руну Соа прямо на камнях, а когда закончил с рисунком, приступил к наполнению ее энергией.

Провозился относительно долго. Возросшая Сила расходовалась не в пример дольше, чем в деревне орров. Примерно через час, я с удовольствием отметил, что у меня ее почти не осталось, а камни полностью растворились, обнажив голую землю. Пора идти в часовню.

Внутри меня встретил старенький толстый священник.

— Уже поздно, дочь моя. Что ты хотела, и где твои родители?

Я изменил свой голос на девчачий и ответил:

— Святой отец, мы три дня назад похоронили моего папу, и мамочка очень страдает. А сегодня последняя ночь, когда можно попросить Великую привратницу Тойлу о снисхождении, чтобы его пустили в чертоги Айра. Папочка был очень хороший, но иногда пил слишком много вина и бил маму. Я хочу помолиться, чтобы его простили.

— Тебе придется долго и усердно молиться, девочка. Там, в чертогах Айра, пьяницы не в почете.

— Я готова, святой отец!

— С тебя три сколита, — служитель открыл маленький ящик у входа, и протянул мне три свечки, — Молись, пока они не догорят.

Он указал мне на винтовую лесенку и проводил наверх в маленькую комнату для молитв.

— Я вернусь через три часа. Ступай. — Священник закрыл за мной дверь.

Готово!

Я освободил Рики из-за пазухи, открыл ставни и аккуратно высунулся на улицу. Прохожих почти не было. Взял эльмура на ладонь и подкинул вверх, отчего он спланировал на крышу. Погрозил ему пальцем, чтобы он не попытался спуститься обратно, после чего уселся прямо на пол и закинул в рот остатки эйголя. У меня только одна попытка. Надеюсь, возросший уровень Силы не сильно поднял скорость ее восстановления, и мне удастся пробыть в теле эльмура подольше.

Я ощутил легкий ветерок в лицо и осмотрелся. В окнах второго этажа поместья Вайса уже погас свет, и была большая вероятность, что он спит. Прямо отсюда не допрыгнуть, но я выбрал это здание из-за высокого шпиля на крыше, а потому начал восхождение по металлическому стержню вверх, и через несколько секунд был на самой высокой его точке. Переждал порыв ветра и…

Прыжок!

Я снова ощутил радость полета и, балансируя передними лапками в воздухе, аккуратно направлял себя прямо в росший за высокой стеной сад. Легко приземлился на яблоню и замер, прислушиваясь.

— Я слышал что-то, проверь. — Раздался глухой голос часового откуда-то с наблюдательного поста на крыше.

— Сейчас, скорее всего, летучая мышь, тело маленькое. Погоди.

Так, кажется меня обнаружили, но тревогу не подняли. На всякий случай я распушил хвост. Принцип работы сканеров отличался от способности Роферса, и не мог работать постоянно. Он должен определить объект и успокоится.

— Это белки резвятся, отбой.

— И не спится же им! — произнес первый голос. Вероятно, он принадлежал слухачу. Нужно постараться действовать тихо.

И вот тут возник мой первый просчет. Я абсолютно не помнил план усадьбы, отдельные картинки всплывали в сознании, но вот восстановить цельный связанный рисунок было непосильной задачей для эльмура. Как я не напрягал мозг, единственное что смог вспомнить — то, что спальни находились где-то на втором этаже. Я просмотрел окна с толстыми решетками и, к своему сожалению, обнаружил, что они все закрыты на глухо. Искать на крыше вентиляционные отверстия не лучшая идея, уж очень она покатая и гладкая. Придется найти какой-нибудь иной вход.

Я спрыгнул вниз и бесшумно побежал по рыхлой земле сада вдоль стены, а добравшись до ее края высунул морду из-за угла. На крыльце, около парадного входа, дежурили два служителя Длани в полной экипировке. Пробежать мимо них не составит труда, но вот попасть за дверь.

Откуда-то потянуло запахом животного, и я узнал его! Точнее не сам я, а инстинкт Рики, который тут же нарисовал мне картинку его знакомого котенка, что жил у Фальмы и Таи. У Вайса есть кот! Я аккуратно начал красться к крыльцу, и сердце забилось учащенно. Служители Длани хоть и стояли ко мне спиной, но могли в любой момент обернуться.

Внизу двери действительно обнаружилось маленькое окошко, и оно было открыто! Два мягких бесшумных прыжка, мимо ничего не подозревающих охранников, и я внутри дома! Запах кота стал сильнее, а на его фоне появилось несколько людских. Я побежал по мягким коврам, прислушался к звукам и понял, что здесь дежурят несколько человек, однако ходили по дому только двое. Добрался до лестницы, в несколько прыжков преодолел ступеньки на второй этаж и замер. Кто-то приближался. Быстро оценил обстановку и запрыгнул в большой цветочный горшок с каким-то незнакомым экзотическим деревом.

Мимо меня прошел один из членов братства, и свернул на лестницу. Я дождался, когда его шаги стихнут, а затем помчался по второму этажу принюхиваясь. Запах питомца Вайса усиливался, и я надеялся, что он ночует в комнате хозяина.

Нашел! В этом крыле полностью отсутствовало даже ночное освещение, но я слышал громкий храп, который мог принадлежать только одному человеку. Возле его комнаты дежурил охранник, который сидел в небольшом кресле. Свет был погашен, но зрачки этого человека иногда словно подсвечивались легкой зеленью. Это его Сила? Он видит в темноте? Интересно, я также выгляжу ночью?

— Так-так, кто здесь у нас? — негромко произнес он, поднялся с места и направился в мою сторону, — Ты как сюда попал, малыш?

У меня все замерло внутри. Человек вытащил из кармана какие-то орехи и бросил один мне. Он думает, что я белка? Охранник подошел ближе присел на корточки и протянул руку.

— Иди, сюда маленький, не бойся.

Я весь напрягся, как тетива лука, и тут он меня разглядел. Его зрачки расширились в ужасе, а я выстрелил всем телом вверх и прокусил ему горло, сильно ограничив количество парализующего яда. Убивать мне его очень не хотелось, надеюсь он выживет.

Служитель Длани повалился на ковровую дорожку, издав едва слышимый стук. Я напряг слух — кажется его падение никто не услышал. Передо мной оставалось последнее препятствие — плотно закрытая дверь в комнату.

Я забегал перед порогом, пытаясь пробраться под дверь, но щель была невероятно узкой. И, скорее всего, моя операция на этом этапе потерпела бы провал, но Лэтчера Вайса подвел его собственный питомец, который меня услышал. Он начал скрести дверь с той стороны, пронзительно мяукая. Храп стих, а затем раздалась отборная ругань. Это он! Это его голос! Мое сердце учащенно забилось.

За дверью послышалась возня, и спустя несколько секунд она открылась. Первым выскочил кот, но, увидев меня, отпрыгнул в ужасе и испуганно помчался куда-то по коридору. А дальше, от нахлынувшей ненависти, перестал соображать уже я. Глава Длани Арамены стоял передо мной в одной ночной рубашке, абсолютно беззащитный.

Прыжок. Укус. Еще один и еще один. Я выплеснул в это уродливое туловище весь накопленный эльмуром яд и думал только об одном. Чтобы его хватило, чтобы никакой целитель не успел спасти этого продажного подонка.

Вайс с грохотом упал на стол и опрокинул его, переполошив весь дом. Глаза толстяка вылезли из орбит, лицо покраснело и распухло, а изо рта пошла кровавая пена. Снизу послышались голоса и частые шаги, но я уже мчал вперед к выходу. Снова спрятался за вазой, пропустил встревоженных охранников мимо, и сбежал по лестнице. Дверь была открыта, а на крыльце стояли сразу три человека. Как назло, сознание эльмура начало меня потихоньку выталкивать обратно. У меня около минуты!

Затаился в углу прихожей за очередной вазой. Можно было попытаться проскочить мимо них, но я переживал, что у кого-то найдется умение или оружие, способное меня остановить. Рики я потерять не мог и должен был спасти его любой ценой.

Внезапно, сверху раздался крик сканера:

— Эльмур! В коридоре эльмур! Прямо рядом с вами!

— Откуда в Фаэте эльмур?! — вторил ему кто-то в ответ.

Демоны! Меня все-таки обнаружили. Прости Рики…

Я рванул с места прямо им навстречу. У правого лук, у левого только меч, а у того, что по центру — в руке формируется огонь. Первый натягивает тетиву, я ловлю момент, подгадываю выстрел и отпрыгиваю вправо. Мимо! Через секунду я уже на крыльце, вижу размах меча и ловко ухожу с его траектории в сторону. Нужно добежать до угла дома! Перед самым поворотом, прямо рядом со мной, разливается огонь, и я пищу от боли, чувствуя запах паленой шерсти. Только бы успеть! Прыжок — яблоня, прыжок — каменная ограда, еще прыжок — я покидаю поместье и лечу вниз. Еще немного…

И вдруг, у самой земли, боковую летательную перепонку пробивает стрела, пущенная откуда-то с крыши, прибивая маленькое тельце к земле, а меня вышвыривает из сознания Рики, и последнее что я слышу — четкие приказы сканера:

— Проверить часовню! Кроме священника там еще кто-то есть! Эльмура найти и добить.

Я очнулся на полу молитвенной комнаты, и еще не успел прийти в себя, как услышал ругань за дверью на лестнице, а через секунду скрежет открываемого замка. Так быстро! Неужели у них в отряде есть человек со способностью покойного профессора?

Рики! Не брошу его ни за что!

Не раздумывая, выскочил в открытое окно, приземлился на землю, слегка подвернув лодыжку, но даже не остановился, залечивая ее прямо по дороге. Еще немного, я успею, держись друг!

В темноте показался ползущий по земле эльмур, правая перепонка которого была пробита торчащей стрелой. Держись, маленький, я рядом.

На ходу поднял питомца, рывком выдернул стрелу, и пустился на утек, на ходу вливая в Рики свою новую способность. Над ухом просвистела стрела, затем еще одна, а потом прямо в спину прилетел слабенький огненный шар.

Платье загорелось, огонь перекинулся на парик. Пламя растеклось по спине, и мне пришлось на бегу сдирать с себя вещи, корчась от полученных ожогов, и тут же залечивая их.

Неподалеку показался темный переулок, и я устремился в него, но оттуда навстречу мне вышел человек в сером. Проклятие! Изменил траекторию и почувствовал руку на своем плече. Это тот, у которого скорость!

— Рики, взять!

Питомец не раздумывая цапнул руку, до боли сжавшую мое плечо. Преследователь вскрикнул, и повалился на землю. Я уже было обрадовался, что нейтрализовал самого опасного из противников, как вдруг меня что-то обхватило со всех сторон и подняло в воздух. Вокруг меня образовался зеленый шар, с непроницаемыми стенами. Не может быть!

— Торн! Молодец! — раздался голос за спиной.

Я обернулся, ко мне направлялась группа из шести человек, один из которых держал перед собой вытянутую руку, указывая прямо на меня. Что это за способность? Это точно не телекинез!

— Смотрите, у него тот самый эльмур! Он что дрессированный? — один из братьев остановился в нерешительности.

— Торн, держит его. Зверь никому ничего не сделает, — ответил второй. Он первым подошел ко мне и замер. На лице появилось выражение узнавания. — Ого! А знаете кого мы поймали? Это же тот самый сопляк, которого Юфин в школу приволок!

— Это который посла с женой грохнул?

— Он самый! Что будем с ним делать?

— Согласно кодексу братства, глава Длани должен принять решения! — неуверенно произнес тот, который испугался Рики.

— Нет больше главы. — Снова заговорил второй, тот который меня узнал. — Скорее всего его место теперь займет Долан Кригер. Не позавидую я нам парни, ой не позавидую. Помяните мое слово, он с нас три шкуры сдерет. Кроме того, это сопляк у него в любимчиках ходил. Самый молодой, самый перспективный. — Последнюю фразу он произнес кривляясь, изменив тон своего голоса на издевательский, после чего добавил, — Кригер ему спасибо скажет за назначение и нами командовать поставит. Вот будет потеха!

— Вот что я вам скажу, братья. — Слово взял тот, которого они называли Торном. Похоже он имел определенный авторитет, так как остальные затихли. — Пока новый глава не выбран — мы можем делать с ним все, что угодно. Предлагаю сдать его королю и поделить деньги. За информацию о нем очень хорошо обещали заплатить. А мы его не просто нашли, но и поймали, да еще и с уникальным зверем в придачу. Так что можно просить вдвойне. Как раз к утру доставим ко дворцу.

— Согласен.

— Согласен. — Вторил ему другой.

Они наперебой начали обсуждать идею, и, придя к единогласному решению, направились в сторону поместья впятером. Шестой пошел выяснять, что случилось с их быстрым другом, того, что укусил Рики.

Пузырь медленно поплыл перед ними, и кажется Торн даже не напрягался, удерживая его. Я попытался проткнуть его пальцем, но он лишь только немного прогнулся. Похожую стенку мы видели с Юфином в Танаре, когда доставили Марте девочку.

По пояс голый, в одной девичьей юбке, и, не имея никакого оружия с собой, я находился внутри этой прозрачной тюрьмы и к своему ужасу осознавал, что сбежать на этот раз не получится. Даже если, каким-то чудом, Торн потеряет контроль — уйти от тренированной группы наемных убийц, каждый из которых обладает серьезным уровнем Силы и превосходными боевыми умениями, мне никогда не удастся. Они погрузили нас в большой представительский паровик и повезли прямиком в королевский дворец.

Всю дорогу я размышлял о том, как мне выкрутиться из этой ситуации. Я смог сделать почти невозможное, убив Вайса, но мне не хватило опыта и подготовки. В итоге, Долан Кригер оказался прав. В какой-то момент, мне казалось, что я нашел выход и обратился к братьям:

— Роферс. Это он похищал людей и ваших братьев! Я могу показать место, где у него находится укрытие. Там много больших сколитов, один даже девятого уровня! Вы станете очень богаты, и получите в десятки раз больше, чем вам дадут за меня!

— Роферс? — Торн расхохотался. — Лучше меньше денег, но спокойно спать в объятиях нежной красотки, чем одному под слоем холодной земли. Извини парень, но я еще хочу пожить. Довольствуйся тем, что ты способен унести, говаривал мой отец.

Он внезапно замолчал, вспомнив о нем, и больше не проронил ни слова.

Наш паровик проехал через центр города, мимо той самой гостиницы «Три лебедя», около которой столпилась толпа стражников и какие-то встревоженные люди. Когда я увидел их в окошко, у меня внутри появилось тревожное чувство.

— Останови! — крикнул один из братьев и выбрался наружу.

Он перекинулся парой слов с ближайшим к нему зевакой, после чего сел обратно в карету.

— Чего там? — поинтересовался Торн.

— Помнишь Геко? Ну этого, с гостиницами? — Он указал на здание.

— Ну. Так он уже с полгода, как пропал!

— Нашелся, вчера! Да только недолго радовался. Сердечко остановилось ночью, причем и у жены тоже самое. Следов проникновения нет. Удивительное совпадение, не находишь?

У меня по коже пробежал мороз, а Рики, словно почувствовал это, и обеспокоенно глянул на меня. Я понял, что королевский телохранитель уже побывал здесь и меня охватило отчаяние…

Мы проехали центральную площадь и, наконец-то, достигли входа во дворец. Я внутренне приготовился к встрече с Роферсом, но пока его не было видно. В окно заглянул стражник, внимательно посмотрел на мое лицо, после чего кивнул головой и паровик снова медленно тронулся, петляя по внутренним дорожкам территории обители короля. Вскоре повозка остановилась. Братья вышли на улицу, о чем-то переговорили со стражей, после чего позвали Торна, и мы вместе покинули карету. Нас окружили люди, с оружием на перевес. Какой-то высокий человек в гражданской одежде извлек из-за пояса парализатор и кивнул. Торн снял пузырь, и мое тело пронзил мощный разряд, после чего сознание покинуло меня.

Я очнулся в тюремной камере, прикованный к стене за руки и за шею. Вокруг ощущалось гасящее поле невероятной силы, не меньше, чем в банке Фаэты. Питомца рядом не было. Отчаяние и злость охватили меня. Злость на свою беспомощность и возраст, злость на то, что я не смог спасти ни себя, ни эльмура. Злость на то, что в очередной раз жизнь ко мне была несправедлива.

В горле пересохло, и ужасно хотелось есть. Мысль о том, что они что-то могли сделать с питомцем настойчиво вгрызались в мою голову, отчего по щекам невольно побежали слезы. Я громко закричал от безысходности, и, неожиданно, к камере подошел мрачный надзиратель.

— А ну заткнись, щенок!

— Где Рики? Я буду кричать пока вы не скажете!

— Жив твой Рики. Теперь ты заткнешься? — буркнул он в ответ.

— Дайте воды пожалуйста.

— У короля напьешься! Пришлют скоро за тобой. А мне велено тебя стеречь. — Он посмотрел по сторонам, и шепотом добавил, — Ты и правда посла… Ну это… того. Говорят, ты с демонами якшаешься?

Что? Сам король будет говорить со мной? А его телохранитель?

— А где Роферс? — дрожащим голосом спросил я.

— А мне почем знать? Шляется где-то, он мне не докладывался. Не его полету птица я. Мое дело маленькое, смотреть чтобы ты тут не учудил чего. Ты это… веди себя нормально.

Он отошел прочь, оставив меня с кучей вопросов и беспорядочным ворохом мыслей в голове. Спустя полчаса, в коридоре темницы раздались голоса, и к решетке подошел тот высокий человек, что встречал нас у темницы, а с ним еще несколько людей.

— Приведите его в порядок, переоденьте и вымойте. Его Величество Ленард Милосердный желает говорить с мальчиком лично.

Глава 21

Меня тщательно подготовили ко встрече с монархом. Вымыли горячей водой с мылом, одели в чистую одежду, после чего завязали глаза и повели длинными коридорами. Я как мог старался запомнить дорогу, но очень быстро сбился, и полностью отдался тревожащим меня мыслям. Неужели Роферс так и не узнал, что я во дворце? Что с Рики? Что будет со мной?

— Развяжите ему глаза и уходите отсюда! — раздался волевой, но приятный бархатный голос, — Найди и приведи Шелета!

— Но, Ваше Величество, не стоит обманываться. Этот мальчишка намного опасней, чем выглядит!

— Мне повторить, Домер? Или вы считаете, что ваш король беспомощный старик?

— Простите, Ваше Величество.

С меня сняли повязку. Вопреки моим представлениям о том, что я увижу огромную роскошную залу и короля на троне, в окружении бесчисленных поданных и отряда стражников, все оказалось иначе.

Это была небольшая комната, почти все видимое пространство которой занимал громадный стол из какого-то полированного коричневого дерева. Никакой вычурности, хрустальных люстр или безумно дорогих картин на стенах. Вместо окон внешнюю стену украшали витражи из толстых стекол, за которыми просматривались контуры металлической решетки. В кабинете царила деловая рабочая обстановка.

Позади меня хлопнула дверь, и я начал рассматривать двух людей, сидевших прямо передо мной.

Первый — высокий красивый мужчина в дорогом сюртуке, обладающий строгим и властным взглядом. Его лицо украшала аккуратная бородка. Никакой короны или мантии я не увидел, но не нужно было быть провидцем, чтобы понять кто он. Его Величество Ленард, прозванный в народе Милосердным.

Второй был значительно ниже ростом и обладал чуть более смуглой кожей. В его черных густых волосах я заметил серебристый ободок с чешуйками, что сразу указало мне его национальную принадлежность. Одет он был на Саталийский манер, но некоторые детали внешностиа выдавали в нем истинного хаттайца.

Я решил, что сейчас будет многое зависеть от моего поведения, а потому изобразил глубокий поклон королю, после чего повернулся к его спутнику, поднял вверх левую руку и склонил голову. Глаза хаттайца слегка расширились от неожиданности, и он даже поднялся со своего места и повторил мое приветствие.

— Весьма неплохо, — произнес король и указал мне глазами на высокий стул. — Садись, Кай.

— Спасибо, Ваше Величество. — Я взобрался на указанное им место и свесил ноги, стараясь казаться спокойным, но внутри меня бурлили эмоции переживания. Сейчас эти люди решат мою судьбу.

Мои «улучшенные муравьи» встрепенулись и словно начали согревать меня изнутри. Дрожь начала понемногу проходить. Кажется, у моей Силы появилось незначительное свойство, но в данный момент оно сильно выручало.

— Где девочка? — слово взял хаттаец, сразу перейдя к интересующему его вопросу.

— Утонула. — Не моргнув глазом ответил я. Хоть Марта и повела себя странно, но рассказывать о ней я не собирался даже королю.

— Кажется, без Шелета нам все же не обойтись, — усмехнулся правитель Саталии, — Расскажи мне, Кай Фаэли, что побудило десятилетнего мальчика бродить по королевству и убивать людей? Ты не пробовал учится в школе, играть со сверстниками?

— Я вам все расскажу, Ваше Величество, без утайки. Но для начала разрешите задать два вопроса?

— А ты дерзок! Впрочем спрашивай, терять тебе все равно нечего.

— Где мой Рики?

— В клетке. И ты даже увидишь его, если будешь честным с нами. Второй вопрос?

— Я не увидел во дворце Роферса. Вы его поймали?

— Нет, а должен? — брови короля слегка приподнялись.

— Роферс крадет одаренных уже больше года и убивает их, делая сколиты. Это из-за него исчезают люди.

— Смелое заявление. И ты можешь доказать это? — по лицу короля пробежала тень сомнения.

— Да, я знаю где содержаться пленники.

— Мы легко можем проверить твои слова. Но не думаю, что мой человек на такое бы пошел. Впрочем, сейчас придет чтец, и ты снова повторишь что знаешь об этом, и не только.

Спустя несколько минут в кабинет вошел тот самый человек высокого роста, что привел меня сюда, а с ним еще один, отличавшийся чисто выбритым лицом и аккуратной прической.

— Присаживайтесь. Домер, — король обратился к высокому человеку, — Парень утверждает, что Роферс похищает владельцев Силы и обещает показать место, где они содержаться. — Он перевел взгляд на второго, — Шелет, проконтролируй, чтобы он говорил правду.

Названный Шелетом уставился мне в глаза, и я почувствовал, как символ, сделанный Сиалой, начал слегка нагреваться. Чтец был значительно ниже Дроммеля уровнем, а потому сопротивление его Силе даже не вызвало неудобств. Мышцы его лица напрягались все сильнее, а на лбу появилась испарина. В итоге он беспомощно выдохнул:

— Не могу, Ваше Величество, у него словно каменная стена в голове!

Король озадаченно посмотрел на своего подчиненного, ненадолго задумался, а после произнес:

— Ты свободен. Попробуем поверить парню на слово.

Шелет направился к двери. Я дождался, когда он выйдет и начал свое повествование сразу с той части, которая касалась Роферса. Домер извлек небольшую карту города, и попросил указать место, где располагался подводный вход в их укрытие. Он сделал несколько уточнений, выяснил у меня примерный план расположения помещений, после чего отправился проверять правдивость моих слов. Как я понял из его разговора с королем, они собирались установить над логовом похитителей передвижной гаситель девятого уровня, чтобы дезориентировать королевского телохранителя и не спугнуть его людей.

— Я ответил на твои вопросы и даже предпринял действия, Кай, хотя обвинения в адрес моего телохранителя звучат невероятно. Теперь ты не откажешь мне и моему гостю в удовольствии послушать твою историю полностью? — Король сложил руки на животе и откинулся в кресле, занимая удобное положение, после чего добавил, глядя прямо в мои глаза, — Правдивую историю, разумеется.

Хаттаец последовал его примеру, приготовившись слушать, и я начал:

— Это произошло в мой восьмой День рождения…

Я был искренним, и поведал королю все, опустив только некоторые подробности. Мой рассказ не затронул Марту, Сиалу Камисту и некоторые другие тайны, которые касались только меня. Но мне пришлось сознаться в своих увлечениях магией крови и рунописью, так как в вопросах, касающихся убийства хаттайского посла, присутствующий королевский гость задавал очень много вопросов, пытаясь сложить мозаику. О том, кем была эта девочка, он предпочел мне не рассказывать, упомянув лишь то, что ее предназначением было стать Верховной жрицей в храме Куурум. Впрочем, мне показалось, что он солгал.

Я подробно объяснил, как она «умерла», сославшись на то, что не смог ее убить и забрал с собой в старую канализационную трубу. Затем Дроммель взял контроль над моим сознанием, и я не удержал ее в руках, после чего она скатилась вниз и ее унесло течением. Проверить мои слова все равно было нельзя, поскольку Главный инквизитор уже ничего не мог подтвердить.

Мне задавали, еще вопросы: о Баренсе, о Дроммеле, о Вайсе. Убийство последнего, Его Величество ничуть не расстроило, но мне пришлось рассказать, что я могу перемещать сознание в Рики, так как в дрессировку питомца они бы все равно не поверили. Я сделал все, чтобы мой рассказ звучал правдиво, скрыв в нем совсем немного лжи о судьбе дочери посла. Кроме того мне удалось доказать непричастность Юфина, и король пообещал, что с него будут сняты все обвинения.

Оставался нерешенным самый главный вопрос. Что со мной будет дальше? И здесь у правителя Саталии и хаттайца, который оказался не кем иным, как вновь назначенным послом, со странным именем Камыр Шам, разошлись мнения.

О том, чтобы просто отпустить меня не было и речи. Возможно, король смог бы простить мне убийства Баренса, Дроммеля, и особенно Вайса, который давно был его больной мозолью, но не убийство семьи хаттайского дипломата. Шаткий мир между Четырьмя королевствами и Хаттайской империей был нарушен моим поступком, и вернуть его могло только справедливое наказание государственного преступника.

Король настаивал на Яме, а хаттаец требовал моей передачи в руки своего Императора. Меня не устраивали оба варианта, но Яма хотя бы давала призрачный шанс на то, что я смогу выжить. И все могло бы закончится в пользу хаттайской стороны, если бы во время спора посол не перешел на личности.

— Мы хорошо поладили, Ваше Величество, но мое нынешнее положение достаточно шаткое. Я рискую потерять должность, согласившись с Вами, чего никак позволить себе не могу. Мой сын неизлечимо болен, и поддерживать в нем жизнь обходится очень дорого. Если император меня сместит, новый посол может быть не настолько лояльным, что Вам очень невыгодно. Я, в свою очередь, потеряю должность, деньги, и мой ребенок умрет. Отдайте нам этого мальчика, и мы вернем мир между нашими державами, выиграв оба.

— Я могу его вылечить! — вырвалось у меня, и они оба резко замолчали.

Король разглядывал меня с нескрываемым интересом, а на лице посла появились смешались противоречивые чувства.

— Что ты сказал!? — хаттаец не смог скрыть дрожь в своем голосе.

— Я не полностью уверен, но могу попробовать вылечить вашего сына. И если это получится сделать — пообещайте на забирать меня к себе и сохранить жизнь мне и моему Рики.

— Лучшие хаттайские лекари и сильнейшие целители Четырех королевств не смогли помочь, а ты утверждаешь, что тебе это по плечу? — лицо посла стало красным от нарастающего гнева, но я видел где-то в глубине его глаз, огонек надежды.

— Я не целитель и не лекарь. Моя Сила действует по-другому, и мне только недавно удалось обнаружить, что я могу передать на время ее частичку другим.

— Ты ничего не теряешь, Камыр. Но, если паренек говорит правду… — король многозначительно уставился на своего коллегу.

Посол облокотился на стол и начал усиленно тереть виски, размышляя о последствиях своего решения. Наконец он поднял глаза и произнес:

— Я готов попробовать вылечить сына, пообещав дать согласие на Яму, но не более этого. Об освобождении не может быть и речи, иначе меня казнят со всей моей семьей. Возможно, я рискую должностью, но ради ребенка…

Его речь прервал стук в дверь, и в кабинет влетел запыхавшийся Домер, указывая рукой на меня.

— Он не солгал, Ваше Величество, мы взяли Роферса с поличным. Более двух десятков граждан находятся в беспамятстве, и сейчас их доставляют в лечебницу. Внутри обнаружены одиннадцать септитов, четыре октита и один нонит. Прикажете перевести их в казну?

Лицо короля стало мрачнее тучи. Он резко поднялся со своего места и сквозь зубы процедил:

— Где этот ублюдок?

— В тюрьме, Ваше Величество. Мы подключили кристалл-гаситель девятого уровня. Он безопасен. И это… — Домер внезапно замялся, — Мы случайно разгадали его тайну.

— Я знал этот секрет с первого дня! — Король начал гневно расхаживать по кабинету. — Каков мерзавец! Вытащил его из дерьма, дал ему все, что только душе угодно! Воистину неистребима жадность людская!

Его кулаки сжались, а вокруг них словно задрожал воздух. Я вдруг понял, что даже не знаю, какая способность у короля.

— Что прикажете делать с Роферсом? Оформляем в Яму?

— Яма будет ему слишком мягким наказанием. Я лично уничтожу эту нелюдь, сейчас же! Камыр, перевези своего сына к вечеру в мою лечебницу. Домер, мальчишку обратно в темницу, он скоро потребуется снова, — он перевел глаза на меня и его раздраженный взгляд немного смягчился, — Ты ведь хорошо себя будешь вести, Кай? Мне не нужно просить тебя приковать снова?

— Обещаю вести себя хорошо, Ваше Величество. Разрешите посмотреть, как вы его казните, пожалуйста?

Лица посла и короля вытянулись от удивления. Правитель Саталии на секунду задумался, стоит ли мне уступить, и, сделав какие-то собственные выводы, махнул рукой.

— Кажется, ты видел достаточно смертей. Одной больше, одной меньше. — он повернулся к Домеру, — Закрой его в камере напротив Роферса, и дождись меня.

Мне снова завязали глаза, и в этот раз я смог запомнить обратную дорогу, в душе надеясь, что мне это сможет пригодиться, после чего отвели обратно в подземелье, которое в этот раз надавило невероятной силы гасящим полем. «Муравьи» попрятались в испуге, настолько велико оно было.

Домер поместил меня в камеру, разрешив снять повязку, и я наконец-то увидел его. Или правильнее сказать их…

Роферс был раздет до пояса и прикован к стене. Руки, ноги, шея — все было обвито металлом, отчего он даже не мог шелохнуться. Мой рот раскрылся от удивления, потому что за всю свою короткую жизнь я еще не видел подобного уродства.

Из его живота торчали разведенные в стороны руки какого-то существа, лишь отдаленно напоминающие человеческие. На их запястьях были надеты дополнительные кандалы, из которых торчали кривые крючковатые пальцы. А в центре тела располагалась сморщенная голова, с перекошенным лицом, словно сплюснутая по диагонали, отчего глаза находились на разном уровне. Эти глаза смотрели прямо на меня, и в них плескалось целое море ненависти и злобы. Меня перетряхнуло от омерзения. Я не смог больше смотреть в них и перевел взгляд выше.

Роферс выглядел спокойным, и тоже рассматривал меня. Его губы зашевелились, и я вновь услышал этот неприятный голос:

— Жалею только об одном. Что я и Сани не раздавили тебя сразу, как мерзкого клопа!

— К-к-лло-паа-а… — завизжала его вторая голова, — Кк-лооо-пааа…

От звука, доносящегося изо рта второй головы, хотелось закрыть уши и бежать, чтобы больше никогда его не слышать.

— Заткнись! — взревел Домер, который продолжал стоять снаружи. До этого момента он казался мне абсолютно невозмутимым, чем очень сильно напоминал Долана Кригера.

Но уродец продолжал орать до самого прихода короля. Ленард подошел к клетке, с минуту смотрел на это чудовище, а потом грустно вздохнул и произнес:

— Выключить поле!

Я ощутил, как все мое тело сковал паралич. Сердце остановилось, и мне не удавалось сделать не вздоха, но это продлилось всего несколько секунд. В последние минуты своей жизни, Роферс все же сделал попытку убить меня.

Глава Саталии поднял руки перед собой. Воздух вокруг него загудел и завибрировал, создавая волны. Они проникали внутрь клетки, где сидел уродец, и я снова непроизвольно раскрыл рот.

Тело Крага и Сани Роферса начало распадаться на мельчайшие части, исчезая прямо на глазах. Сначала король уничтожил всю его кожу, отчего передо мной предстали полностью обнаженные мышцы, сплетенных невероятным образом тел двух людей. Оба брата кричали и бились в судорогах, а его высокопоставленный палач продолжал медленно стирать из мира бывшего телохранителя монарха. Кусочек за кусочком его плоть исчезала, но на пол не упало и капли крови. Таинственная королевская Сила подхватывала их в воздухе и расщепляла на атомы. Опять неизвестное слово, но оно совсем не кажется новым. Я откуда-то знал, что так называются самые маленькие частички, из которых состоит все вокруг.

Король распылил его полностью, вместе с частью стены и кандалами. Эта способность была похожа на мою руну Соа, но была в десятки раз сильнее и для ее применения не нужно было тратить минуты или часы. Закончив, он повернулся ко мне и своему подчиненному.

— Домер, покинь нас. Поле не включать.

Я остался с правителем один на один. Он задумчиво глядел на меня несколько секунд, а потом решился:

— Кай, ты и правда можешь вылечить любую болезнь?

— Я не знаю, Ваше Величество, но мне кажется, что да. Сам я болел только совсем малышом, а с момента появления Силы ни разу.

Ленард закатал рукав и показал мне крупную гноящуюся язву на сгибе локтя.

— Это наследственное заболевание, Кай. Они приходят и уходят, но всегда держатся по году и больше. Мой целитель только снимает зуд, но не может справиться с этим.

— Вы хотите попробовать испытать мою Силу? — неуверенно произнес я.

— Что тебе нужно для этого? — король немного воодушевился.

— Дайте руку, Ваше Величество, больше ничего не надо.

Он вошел ко мне в камеру. Я ухватилась за его предплечье и сконцентрировался, чувствуя, как «муравьи» стали теплыми и устремились в Ленарда. Они все ползли, и ползли, не прекращая, заполняя его. В какой-то момент моя концентрация взлетела до своего предела. Я словно «увидел» короля насквозь, и каждая клеточка его организма оказалась пропитана странной серой гнилью. «Муравьи» вгрызались в нее и быстро гибли, но им приходили на смену новые. Порча начала отступать, и вскоре я с удовольствием ощутил чистую структуру его тела. В довершение процесса залечил язву на локте, и вдруг почувствовал себя полностью опустошенным. Это не шло ни в какое сравнение с лечением Рики. Впредь нужно будет тщательнее следить за расходом Силы, иначе так и выгореть не долго.

— Невероятно! Получилось! — король с удовольствием разглядывал идеальную гладкую кожу на месте бывшей болячки. — Надеюсь она не скоро вернется?

— Она больше не вернется, Ваше Величество, — устало произнес я, и почувствовал легкое головокружение. Уселся на лавку, откинулся спиной на стену и уже сонным голосом добавил. — Никогда не вернется…

Меня разбудили вечером. Король лично явился за мной в сопровождении слуги, который принес целую горсть трилитов и переходник. Ленард попросил нас оставить наедине. Когда его человек покинул темницу, я произнес:

— Ваше Величество, закройте глаза. У меня этот процесс немного отличается от других одаренных.

Ленард вышел из камеры и отвернулся. А я один за одним поглотил почти все принесенные камни, каждый раз освещая яркой вспышкой серые стены. Король дождался окончания моего насыщения Силой и снова обратил взгляд на меня.

— Кай, ты удивительный! — произнес он, — Прошу тебя, продержись в Яме хотя бы год. Когда хаттайцы успокоятся, я лично вытащу тебя оттуда. Такому, как-ты человеку, всегда найдется место при дворе. Можешь попросить меня о чем угодно, в пределах разумного, конечно.

— Отдайте мне Рики, его нужно покормить. Разрешите мне забрать спрятанные в тайнике книги, оставленные мне профессором Блоу, я хотел бы взять их с собой. И еще, вы дадите мне в Яму оружие?

— Если бы ты не спросил, я бы сам тебя заставил его взять! Чем ты привык пользоваться, кроме лука и кинжала?

— Эм… — я начал думать, как объяснить королю устройство кусаригамы, — Ваше Величество, можно я нарисую чертеж? У вас есть кузнец?

Кажется, моя наглость перешла все границы.

Но король даже не обратил на это внимания и позвал слугу, который принес мне карандаш и бумагу. Я аккуратно нарисовал по памяти свои прошлые серпы, слегка увеличив размеры, вес и немного изменив форму, после чего отдал рисунок королю.

— Вот. Эта веревка была сделана из витой нити араха, но ее можно заменить тонкой цепью.

— Завтра к утру будет готово. — Король быстро пробежал чертеж глазами, вопросительно поднял, бровь, но ничего больше не сказал и передал листок слуге.

Вечером прибыл посол, со своей женой и сыном. Им оказался парень, лет пятнадцати, который не мог самостоятельно ходить. Он передвигался на специальном дорогом кресле с колесами, к которому приложил руку какой-то талантливый инженер. Оно двигалось не за счет пара, а посредством хитроумного устройства, занимающего всю нижнюю часть, располагаясь прямо под сидением. Это приспособление преобразовывало энергию сколитов в механическую. Я слышал, что королевские ученые нашли какой-то новый способ использования камней, однако пока что он был намного дороже и поедал огромное количество источников энергии.

Меня доставили в дворцовую лечебницу, где мне пришлось встретиться с довольно неприятным человеком по фамилии Роргер. Он оказался главным королевским лекарем, откуда-то прознавшим о моих достижениях на почве целительства; и теперь этот тип вовсю крутился рядом, постоянно делая мне замечания противным гнусавым голосом. Впрочем, когда появился король, его словно ветром сдуло, и во время лечения нам никто не мешал.

Я приблизился к сидящему в кресле парню, который вращал непонимающими глазами по сторонам и иногда невнятно мычал. Периодически его тело охватывала жуткая тряска, после чего у него наступала кратковременная апатия и неподвижность. Мне пришлось дождаться, когда пройдет очередной приступ, после чего взял его за руку и сконцентрировался, целиком погрузив сознание в процесс.

Он был практически чист, и мне пришлось изрядно попотеть, чтобы обнаружить маленький черный комок, размером с крупную черешню, прямо в центре его головы. Он очень долго не хотел исчезать, сопротивляясь моему вмешательству. Сил на его уничтожение потребовалось намного меньше, чем на исцеление короля, но я все равно прилично устал.

— Готово! — облегченно выдохнул я и отошел в сторону.

Его высокопоставленный отец и его мать, высокая красивая женщина, встревожено смотрели на своего сына. Он начал понемногу ворочаться в кресле. Родители, затаив дыхание, следили за каждым его движением.

Парень поднял глаза, и я с удовольствием отметил осознанный взгляд. Он попытался встать на свои слаборазвитые ноги, отчего на его лице появилось сильное напряжение, но долго продержаться не смог и опустился обратно в кресло.

— Мама, не могу. — Он произнес это медленно, но достаточно внятно.

— Сможешь, сынок! — женщина упала перед сыном на колени и стала целовать его руки, — Сможешь, у нас все впереди, хороший мой!

Она посмотрела на меня и в этих влажных от слез глазах было столько любви и счастья, что мне стало одновременно неловко и тоскливо.

— Спасибо тебе, спасибо. Скажи, что я могу для тебя сделать. Мы готовы на все, правда? — она повернулась к мужу, который стоял с открытым ртом и не верил в происходящее. — Камыр, обещай сделать все, что попросить этот чудесный мальчик, слышишь? Обещай, немедленно!

— Я не в силах… — голос посла дрожал, — Император желает его смерти…

— Мы договорились? — молчавший до этого момента Ленард, не терпящим возражений тоном обратился к послу.

— Д-да. Но только на Яму. Простите, я не могу сделать больше. Иначе то чудо, которое сегодня произошло, не будет иметь никакого смысла. Если мою семью казнят…

Он виноватыми глазами смотрел на меня, а я думал лишь только об одном. Как прожить ближайший год в самом страшном месте по эту сторону Хаттайских гор.

* * *

Следующая глава в этой книге последняя. Больше книг бесплатно в телеграм-канале «Цокольный этаж»: https://t.me/groundfloor. Ищущий да обрящет!

Глава 22

Мне дали увидеться с Рики. Эльмур, едва завидев меня, начал скакать по клетке и как заведенный кружится вокруг себя. На него надели маленький ошейник с тонкой цепью, отчего он постоянно чесался, пытаясь сорвать его. Я накормил питомца своей кровью, прямо в присутствии ошеломленного короля, который уже устал сдерживаться, и сейчас превратился в обычного пожилого мужчину, позабыв о манерном поведении.

Ночевал я в камере. В нее доставили хороший матрас, подушку и одеяло. Выспаться почти не удалось — страх перед грядущей неизвестностью поселился в моей голове. Я все пытался представить, себе это место, и сознание подкидывало самые страшные картины. Профессор говорил, что там люди едят друг друга…

Профессор! Мне обязательно нужно увидеться с ним этой ночью!

Я снял кулон и положил у изголовья. Уснул уже под самое утро, но встреча с Монтисом Блоу все-таки состоялась. На этот раз я пригласил его прогуляться по королевскому парку на территории дворца, где рассказал ему обо всех новостях за последние дни. О пропавшем Юфине и об открывшемся у меня таланте целителя. О Роферсе и Дроммеле. О Вайсе и моей наполовину удачной операции. И, конечно же, о разговоре с новым хаттайским послом и королем.

Он кивал головой и внимательно слушал меня, не перебивая. Но когда узнал про то, что меня поместят в Яму не выдержал:

— Кай, даже год в Яме будет самым страшным испытанием, на фоне которого убийство Вайса и Дроммель покажутся тебе детской шалостью. Об этом месте исключительно мало известно, и ходят лишь слухи, какие из них правдивы — остается только гадать. Но люди оттуда не возвращаются никогда. Выясни у короля о ней все, что только сможешь и подготовься.

— Я попробую разузнать об этом завтра, обещаю. Господин профессор, вы говорили о тайнике, что там? Вы мне расскажете, где он находится?

— В нем записи, которые очень могут быть тебе интересны. В основном это научные трактаты, но в них есть координаты некоторых покинутых эльфийских поселений, где ты сможешь найти много ценного для себя. Самую большую важность для тебя представляет дневник Михаила. Когда-то, он попросил меня, что если я встречу в своих странствиях человека, который будет отличаться от всех людей, что я знал раньше, то должен буду подготовить его и передать дневник. После знакомства с тобой в школе, я еще немного сомневался, но теперь просто уверен, что ты тот самый человек, Кай. Тайник находится в саду дома, который я арендовал в последние дни своей жизни, прямо под старой сухой яблоней. Тебе нужно будет сказать хозяйке: «Блоу просил позаботиться о старом дереве». Она поймет.

На следующее утро, меня начали готовить к отправке. Король под смешанным конвоем, состоящим из хаттайских и саталийских солдат, отпустил меня в Фаэту, чтобы я мог приобрести все, что считаю нужным взять с собой. Главным в конвое был крепкий жилистый мужчина с крупным шрамом, пересекающим все лицо. Звали его Керинаддил Грол, и он мне сразу очень понравился. Этот человек был уроженцем Норада, и вырос непосредственно в Хаттайских предгорьях. Там же пошел в армию, а получив тяжелое ранение, перевелся в корпус, занимающийся охраной Ямы, где дослужился до заместителя командира части. Больше, чем он, мне никто не мог рассказать о моем будущем месте жительства на ближайший год.

Грол отнесся ко мне как к взрослому, что мне очень польстило, и узнав, что я прошел подготовку в школе Длани, посоветовал купить побольше трав для изготовления ядов. Он не стал сразу объяснять мне все тонкости пребывания в Яме, пообещав сделать это во время плавания. Король поручил ему лично доставить меня к месту отбывания наказания.

Во время посещения травника я, к своей огромной радости, обнаружил у него немного эйголя и сразу купил. Грол увидев мою покупку улыбнулся, и сказал, что можно было обойтись и без этого. Он назвал этот мох светящейся травой и сообщил, что в Яме его растет предостаточно, и он там является основным источником света, не считая лавовой реки.

После посещения рынка, мы поехали к дому Монтиса Блоу. Встретившая нас хозяйка не сказала ни слова и позволила забрать книги, которых оказалось приличное количество. Грол посоветовал не брать с собой лишний груз, но я отказался его слушать на этот раз.

По возвращении во дворец меня ждали новые камы. Король расщедрился и, все-таки, поручил своим ремесленникам изготовить кусари не из цепи, а из прекраснейшей дорогой нити каких-то особых арахов. Однако испытать кусаригаму мне не дали, сообщив, что я получу ее только перед самой Ямой. Также, для меня подобрали неплохой кинжал под мою руку, а что касается стрелкового оружия, Грол пояснил, что лук там будет не очень неудобен в использовании, из-за особенностей этого места.

К полудню я закончил последние сборы и меня, вместе с другими заключенными, посадили на большую каравеллу, специально оборудованную под перевозки преступников. Нас поместили в ее заднюю часть, где был установлен мощный гасящий купол и постоянно дежурил отряд вооруженных стражников. Всего пленников было около двадцати человек. Я узнал среди них людей Дроммеля и Роферса, которых уже видел в той лаборатории под землей. Среди них был даже тот лысый, что забрал мои серпы, подаренные профессором. Люди Домера не смогли отыскать их, а может сильно и не старались. Перед самым отправлением на корабль взошел отряд хаттайцев, которые должны были сопроводить меня до самого входа в Яму и затем отчитаться своему руководству.

Путь до Норадского королевства заняло около недели, во время которой Керинаддил Грол ежедневно приходил ко мне в камеру и давал наставления, о том, как выжить в предстоящих условиях. Все оказалось почти так, как рассказывал профессор, за исключением того, что заключенные без разбора едят друг друга.

Оказывается, внутри Ямы имелись несколько группировок и поселений, и одна из достаточно крупны действительно промышляла каннибализмом из-за отсутствия мяса. Точнее оно было, но в виде различных ужасных тварей, которые там водились в изрядном количестве. Все они были крайне опасны, и, желающие поймать и приготовить их на огне, обычно сами становились чьим-то завтраком. Большая часть населения Ямы питалось в основном растительной едой, а также некоторыми видами мха. Найти червяка или насекомого считалось большой удачей. После этих слов Грола меня чуть не вырвало. Но были там и люди, которым удавалось выращивать неприхотливые к дневному свету овощи на небольших клочках скудной земли. Стоили такие овощи баснословно дорого, а таких умельцев как правило сразу прибирали к своим рукам крупные артели и группировки. Самым же страшным из его рассказа оказалось то, что в Яме расположено нестабильное природное гасящее поле и Сила почти нигде не работает, за исключением нескольких очень опасных мест, населенных теми самыми тварями.

Грол рассказал еще много чего о некоторых особенности выживания в этих условиях. В частности особенно долго он убеждал меня отпустить Рики на волю, объяснив это тем, что эльмур станет источником повышенного внимания обитателей этого места, и его однажды поймают и съедят. Я категорически был против расставаться со своим другом, тем более он мог мне обеспечить защиту, но тем не менее его слова посеяли в моей голове зерна сомнения, и мне все чаще приходилось задумываться об этом. Не будет ли предательством вести питомца на верную смерть? Однажды я уже не послушался опытного человека, и результатом этого стало мое нынешнее положение заключенного.

Что касается Рики — я виделся с ним ежедневно. Грол приносил клетку с собой, и во время наших разговоров питомец находился рядом. Поначалу солдаты открывали рты, увидев как его кормлю, но постепенно привыкли и перестали обращать на это внимание.

По прибытии в порт Норада, нас сразу пересадили в крытую паровую повозку, к которой было прицеплено несколько вагонов. Она ехала прямиком к Яме по самым настоящим рельсам. Я назвал это устройство поездом, но каких-то видений, по поводу него, ко мне не пришло. Норадцы с удовольствием пользовались своей близостью к рудникам и щедро вкладывались в благоустройство и развитие своей страны. Грол рассказал, что на данный момент в этом королевстве самая благоприятная экономическая обстановка. Например, здесь уже давно не упоминалось слово «изгой», а на первый план вышло не владение способностями, а непосредственная польза, которую человек мог принести для своей страны. Талантливые ремесленники и ученые были здесь в большом почете. Единственной опасностью была угроза с той стороны хаттайских гор, а потому развитие обороноспособности государства стояло важным пунктом в задачах местного короля. Желающих нести службу на границе с Империей было хоть отбавляй, так как размещенные там военные корпуса щедро финансировались силами всех Четырех королевств.

За всю дорогу у меня несколько раз возникали мысли о побеге, но я не видел ни малейшей возможности для этого. Хаттайцы почти не отходили от меня, да и преодолеть такое количество охраны, состоящей из людей, чьи способности были предназначены для поимки и удержания преступников, представлялось делом рисковым и сомнительным.

Нам оставалось ехать не больше часа, когда произошло одно удивительное событие. Последний отрезок маршрута проходил через небольшой участок Дикого леса. Грол рассказал мне, что во время его строительства погибло очень много людей. И главная причина их смерти сидела в клетке рядом со мной, играя со своим хвостом и почесывая шею под ненавистным ошейником. Этот участок дороги просто кишел эльмурами всех разновидностей, которые атаковали поезд со всех сторон, едва он заехал в лес. Они были повсюду — на крыше поезда, на оконных решетках, на стенах вагонов, чуя много вкусной крови внутри. Удивленный Рики уставился на какую-то самочку, что повисла прямо на нашем окне и начал возбужденно носиться по клетке как угорелый, пытаясь протиснуться через ее прутья.

— Отпусти зверька, не мучай. Сожрут его в Яме. — В очередной раз произнес сидящий рядом со мной Грол. Он глянул на стоящих неподалеку отвлекшихся хаттайцев, наклонился к моему уху и прошептал: — Король говорил мне, что ты можешь связываться со своим питомцем с помощью какой-то зверолюдской магии. Через год мы тебя вытащим, и ты снова найдешь своего друга. Его шансы выжить под землей крайне малы.

И снова на меня накатила гамма самых противоречивых эмоций. Сердце разрывалось от страха, что с Рики что-то произойдет в Яме, но и расставаться с другом я не желал. Я чувствовал себя последним эгоистом и предателем, по отношению к моему самому близкому существу, боясь остаться один, без его поддержки. Но в душе понимал, что, если он погибнет, простить себя я не смогу никогда.

Поезд выехал из леса, и пушистые смертоносные зверьки, словно сговорившись, попрыгали на землю и побежали обратно в свой зеленый дом.

— Я отпущу его, откройте окно. — Эти слова мне дались тяжело, комьями застревая в горле, но я считал, что принял правильное решение.

Грол встал со своего места, переговорил с хаттайскими воинами, и они обнажили оружие, приняв боевую позицию. Он вернулся ко мне и специальным ключом открыл форточку.

— Кай, они очень надеются, что ты не сделаешь никаких глупостей.

— Не сделаю.

Я открыл клетку и дрожащими руками снял с Рики ошейник. Малыш взобрался на мое плечо, словно никогда и не покидал его и деловито начал вылизывать шерстку.

— Иди, Рики, — я посадил его на край форточки. — Беги к своим, малыш!

Он принюхался к воздуху и нерешительно посмотрел на меня, потом устремил взгляд в удаляющийся лес и снова перевел взгляд в мою сторону, словно спрашивал разрешения.

— Рики, уходи пожалуйста. Тебе там будет лучше.

Кажется, я сейчас зарыдаю…

Эльмур еще немного подумал, спрыгнул обратно и попытался забраться ко мне за пазуху.

Рики не хотел уходить, но я уже принял решение. Он просто не знает, куда мы едем и что его ждет.

— Я могу принять эйголь? — мой взгляд устремился на Грола.

— Это тот светящийся мох? Любопытно будет посмотреть на это, думаю наши хаттайские товарищи не будут против.

Я вытащил коричневое растение из кармана, неуверенно положил его себе на язык, и, последний раз все обдумав, разжевал его.

Сознание переместилось в тело Рики. Я почувствовал еще оставшееся в нем легкое возбуждение от недавней встречи со своими соплеменниками. Не бойся, маленький, я обязательно за тобой приду, обещаю. Грол говорит, что в Яме есть эйголь, и я буду тебе часто навещать.

Прыжок, еще один. И я уже парю над землей в сторону леса. Приземляюсь. Поезд едет неторопливо, но я не оглядываюсь и бегу вперед. Где-то там мои братья и сестры.

Добегаю до леса, вскарабкиваюсь на дерево и нюхаю воздух, но ничего не чувствую. Эльмуры не пахнут. Начинаю ощущать, как сознание понемногу выталкивает обратно. Мое человеческое тело наполнено Силой и долго у меня пробыть эльмуром не получится.

Издаю протяжный крик, и отовсюду в кронах деревьев, и из многочисленных норок в стволах деревьев, начинают высовываться любопытные мордочки моих сородичей. Их много! Они собираются около меня и начинают бегать вокруг, зазывая меня в какую-то веселую игру. Я присоединяюсь к ним, и вот мы уже большой стаей бежим куда-то далеко в гущу деревьев, парим в воздухе, и, иногда, в шутку кусаем друг друга за пушистые хвосты. А через секунду я теряю контроль над разумом питомца и снова оказываюсь в ненавистном поезде.

— Прощай, Рики! Я тебя найду, обещаю. — Крупная слезинка скатывается по моей щеке, оставляя мокрую дорожку…

Через полчаса мы прибыли на место. Нас построили в цепочку, выдали специальные непромокаемые вещевые мешки и под конвоем повели вперед. Мне было очень тяжело идти из-за большого количества книг, но я отказался их выбрасывать. Встретил наш отряд огромный бородатый человек, в сопровождении трех десятков солдат. Едва они приблизился к поезду, как все вокруг словно замерло. Кто-то из них обладал невероятно сильными способностями гасителя, не ниже восьмого уровня. И снова я безуспешно поискал глазами лазейки для побега, так и не желая принять свою судьбу, но подходящих вариантов не увидел.

Мы вышли со станции и передо мной длинной грядой раскинулись величественные горы, протянувшиеся с севера на юг, конца и края, которым не было видно. Как назло стояла отличная солнечная погода, отчего в душе становилось еще тоскливее. Нас погнали вверх, примерно на четыре полета стрелы и, вскоре, перед моими глазами появился небольшой гарнизон, наполненный вооруженными людьми. Мы вошли внутрь него, и я увидел его главную достопримечательность — небольшой колодец посреди главной площади, к которому вели четыре ступеньки.

— Загоняй! — громко крикнул бородатый.

С двух сторон от нас солдаты образовали узкий коридор, от которого отделились четыре человека с кнутами. Двое из них встали у колодца, а другие два подошли к цепочке заключенных и стали по очереди указывать на людей. Первым пошел лысый, укравший у меня кусаригамы подаренные Блоу. Он нерешительно поднялся по ступенькам и посмотрел вниз, а затем в испуге сделал шаг назад, и на его спину мгновенно обрушились кнуты загонщиков.

— Прыгай. — Гаркнул бородач. — Пока что прошу по-хорошему!

Лысый развернулся, его лицо исказилось от злости, и он попытался оттолкнуть одного из солдат, но тот просто поднял руку и тело бывшего соратника Дроммеля поднялось в воздух, а затем надсмотрщик с невероятной скоростью швырнул его вниз.

— Следующий. — Начальник обвел глазами нерешительно стоящих людей. — Повторяю, следующий!

Я уже хотел было сделать шаг вперед, но Грол меня придержал за плечо и шепнул:

— Не торопись, пойдешь последним. Так больше шансов не погибнуть в первый день.

Один за одним люди прыгали вниз, понимая, что их все равно заставят это сделать. Медленно, но верно, подходила и моя очередь. Меня охватило чувство неизбежного приближения ужасающей развязки моего и без того короткого жизненного пути.

Очень скоро все заключенные оказались в Яме, и снаружи оставался только я один. Бородач вопросительно посмотрел на Грола, окруженного хаттайскими и саталийскими солдатами.

— Дайте ему еще пару минут, пусть эти твари внизу успокоятся. И еще, король Саталии лично просит Вас, разрешить ему надеть оружие до прыжка.

Бородатый недолго поразмыслил, и кивнул головой. Я развязал мешок, надел перевязь и поместил свои новые серпы за спину, закрепив скрученную кольцами кусари на поясе.

— Пора! — донесся до меня голос Грола. — Удачи тебе, Кай! Чтобы не случилось, постарайся выжить и помни все, что я тебе рассказывал по дороге.

Я подошел к краю и опустил глаза вниз. В мое лицо смотрела бездонная пропасть, из которой доносился слабый шум далекого водопада.

Набрал побольше воздуха в легкие, как тогда, на каравелле Джаиля, и медленно оттолкнулся от края. Сзади послышались изумленные крики и удивленные возгласы, а через секунду, уже в самом полете, в мое плечо вцепились знакомые коготки.

Рики сделал свой выбор.

Content

Аянский Егор Кай 2

Часть 1

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Часть 2

Пролог

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22