Мартин Видмарк

Как перехитрить чёрных магов

Martin Widmark

Christina Alvner

Nelly Rapp och Trollkarlarna från Wittenberg

First published by Bonnier Carlsen Bokförlag, Stockholm, Sweden

Published in the Russian language by arrangement with Bonnier Rights,

Stockholm, Sweden

Серия «Академия Летучей мыши»

Text © Martin Widmark, 2005

Illustrations © Christina Alvner, 2005

© Перевод, издание на русском языке, оформление.

ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2020

Machaon®

* * *

«Ха-ха, монстры! – скажешь ты. – Никаких монстров на свете нет. Что ещё за сказки? А в привидения верит только малышня из детского сада!»

Я тебя прекрасно понимаю, потому что и сама совсем недавно так думала. Но больше уже не думаю – я знаю, что монстры и привидения есть.

А сейчас рот на замок – и слушай!

В этой книге ты познакомишься со мной, Лондоном, и не только!

Глава 1

Странные гости

– Дайте, пожалуйста, нож. Он на подоконнике, – попросил папа.

– Сейчас. – Я встала из-за стола и подошла к окну.

Уже сгущались сумерки. В этот вечер мама, папа и я сидели за кухонным столом и готовились к празднованию Хеллоуина.

Мы мастерили маски черепов, шили наряды привидений. Папа собирался вырезать фонарь из тыквы и поставить его во дворе.

Я задержалась у окна – загляделась на крыши. Две падающие звезды пронеслись по чёрному небу, оставляя за собой яркий след.

«Сегодня Хеллоуин – канун Дня Всех Святых, – рассуждала я про себя. – Если бы только люди знали, сколько на свете монстров и всякой нежити, вряд ли они стали бы наряжаться пришельцами с того света и пугать друг друга».

Я вспомнила своего профессора из Академии Летучей мыши ЛИНУ-МАЛИНУ.

– Имей в виду, Нелли, в тихой заводи могут притаиться опаснейшие рыбы! Наши агенты должны быть всегда начеку. Угрозы подстерегают повсюду, – предупреждала она.

Но сейчас в это верилось с трудом, настолько спокойно и уютно было у нас на кухне. Мама сидела за швейной машинкой, папа водрузил на стол огромную тыкву.

– Так вы дадите нож? – ещё раз спросил он.

Я подала папе нож и села на своё место, подсунув ноги под тёплого Лондона, который лежал под столом.

Он слегка дёрнул задней лапой и что-то проурчал. Видимо, я помешала ему спать.

– Как чудесно! – сказала мама. – Вся семья в сборе. Все четверо. И не нужно никуда спешить.

А мне опять вспомнилась ЛИНА-МАЛИНА. На одной из лекций она рассказывала про магов, которые умели превращать время в осязаемую материю. В таком виде его можно было хранить про запас, а потом либо оставить себе, либо продать за кругленькую сумму. Может, поэтому иногда говорят: «Время – деньги»?

Тогда я только посмеялась. Звучало неправдоподобно – как это запасать время? Складывать в банку, что ли?

– Дорогая, боюсь, поспешить всё-таки придётся, – заметил папа. – В десять часов вечера на площади у ратуши будут запускать фейерверк. Мы должны к этому времени управиться со всеми делами.

Мама безмятежно улыбнулась и продолжила шить.

– Только представьте себе, если бы всегда было так хорошо, как сейчас, – сказала она. – Готовимся к празднику, наслаждаемся покоем и уютом, болтаем. Поневоле захочешь, чтобы время остановилось.

– Кстати, часы на ратуше сегодня действительно остановились, – вспомнил папа. – Я отработал лишний час, прежде чем это заметил.

И тут в дверь позвонили.

– Откроешь, Нелли? – спросила мама. – И захвати конфеты. Это наверняка ряженые детишки пришли за сладостями.

Я взяла горсть малиновых мармеладок и пошла в прихожую. Лондон проснулся от звонка и сонно поплёлся за мной.

– Сладость или гадость? – услышала я, как только открыла дверь.

Я привычно протянула руку с конфетами, но, к моему огромному удивлению, за дверью были вовсе не дети в костюмах скелетов и привидений. Передо мной стояли двое взрослых, довольно странно одетых дяденек.

– Мы пошутили, маленькая фрёкен, – сказал тот, что повыше. На нём был чёрный плащ и высокая остроконечная шляпа. – Позвольте представиться, – продолжал он, приторно улыбаясь. – Меня зовут Улаф, а это мой коллега Гюнтер. Мы продаём пылесос.

Улаф указал на своего спутника, который держал в руках странный предмет, похожий на доисторический пылесос.

– Кароший, оччэнь-оччэнь кароший! – произнёс Гюнтер с иностранным акцентом.

Он был одет точно так же, как Улаф, только у него за спиной был ещё большой зелёный рюкзак. «Совсем как у мамы», – отметила я про себя.

Тем временем Улаф и Гюнтер как-то незаметно оказались в нашей прихожей. Лондон, стоявший у моих ног, глухо зарычал.

– Оччэнь-оччэнь кароший! – повторил Гюнтер и погладил странный прибор.

Он вытянул из пылесоса провод с вилкой и вопросительно посмотрел на меня.

Я указала головой на розетку в стене, и скоро Гюнтер уже пылесосил пол в прихожей. Особенно старательно он водил щёткой вокруг брошенного на полу рожка для обуви.

Улаф тем временем с любопытством оглядывался по сторонам.

– Что случилось? – поинтересовалась мама.

Они с папой изумлённо рассматривали незваных гостей в странной одежде. Улаф и Гюнтер радостно приветствовали моих родителей.

– А теперь пойдём пылесосить дальше, – сказал Улаф.

Они протиснулись мимо папы и мамы, которые загораживали путь на кухню.

– О-о-о, нофый микрофолнофка! – воскликнул Гюнтер. – Посутомоечный машин!

Он принялся пылесосить вокруг кухонной техники, а под столом, где действительно было много мусора, всего пару раз провёл щёткой.

– Новый компьютер! – обрадовался Улаф, заглянув в мамин кабинет.

Тут же к компьютеру подскочил Гюнтер и стал усердно елозить вокруг него щёткой.

– Оччэнь пыстрый компьютер, самечательный DVD, – бормотал он. – Экономит фремя, мноко минут.

– Гюнтер! Довольно, пошли, – наконец сказал Улаф. – Приятно было познакомиться. Желаем весёлого вечера!

Гюнтер выдернул вилку из розетки, и оба гостя, приподняв шляпы, исчезли так же неожиданно, как и появились.

– Не понял! – пришёл в себя папа.

– Что это было? – в недоумении спросила мама.

Я затолкала в рот все малиновые мармеладки, которые оставались у меня в руке, и задумалась. Эти люди вовсе не собирались продавать свой один-единственный пылесос! Что же им было нужно?

Глава 2

Сладость или гадость?

– Загадочное явление, – задумчиво пробормотал папа.

– Ну всё! Хватит чесать языками, – неожиданно заторопилась мама. – У нас до фейерверка ещё тысяча дел. Маски, костюмы. Ты собирался вырезать фонарь из тыквы. Господи, как мы всё успеем!

– Нелли, ты что в пол вросла? – заговорил папа уже далеко не ласковым голосом. – Нечего торчать тут столбом! Выведи Лондона на прогулку да пошевеливайся.

Я чуть не поперхнулась от неожиданности. Ещё несколько минут назад у нас в доме была тишь да гладь. Куда всё улетучилось?

Родители поспешно вернулись к своим делам, а я свистнула Лондону. Когда мы выходили из квартиры, я слышала мамин голос.

– Так ты до завтра не управишься, – пилила она папу за то, что он слишком долго возился с тыквой.

– Ну вот! Из-за тебя палец порезал! – раздражённо воскликнул папа.

Что с ними случилось? Я больше не узнавала родителей. Они ведь всегда такие спокойные. Какая муха их укусила?

Я натянула шапку на уши и закрыла за собой дверь. На лестничной площадке я услышала, как Гюнтер и Улаф звонят в квартиру над нами.

Во дворе было темно. Лондон тут же подбежал к старому каштану и задрал ногу. Сделав свои дела, он повернул обратно домой.

– Даже не думай, лежебока, – сказала я и потянула за поводок. – Сначала сходим в город на прогулку.

На улицах было полно народу. Повсюду разносились пронзительные звуки бумажных пищалок, люди оживлённо приветствовали друг друга. Дети, наряженные в хеллоуинские костюмы, бегали среди взрослых и собирали конфеты.

– Сладость или гадость? – спрашивали они каждого встречного.

Их корзинки были доверху наполнены лакомствами.

«Интересно, а что, если я отвечу “гадость”?» – мелькнуло у меня в голове.

– Сладость или гадость? – раздался рядом басовитый голос.

«Вот сейчас и проверю», – решила я.

– Гадость! – уверенно ответила я и стала ждать, как поступит здоровенное привидение, задавшее мне этот вопрос.

– Ты что, не знаешь? Надо отвечать – сладость! – замотало привидение головой.

– Но сладостей у меня нет, – объяснила я.

Привидение стало шарить у себя по карманам и наконец протянуло мне плитку шоколада. Из-под белой накидки блеснула маленькая серебряная летучая мышь, которую носят только агенты, прошедшие обучение в Академии Летучей мыши. И тут меня осенило!

Привидение, несомненно, было агентом, которому поручили передать мне письмо от ЛИНЫ-МАЛИНЫ.

Вместо «спасибо» я почесала правую бровь. У нас, у агентов, это означает «вас понял». После этого привидение растворилось в праздничной толпе, больше не сказав ни единого слова.

Я осторожно пощупала шоколадку. Мне не терпелось узнать, что находится под обёрткой. Но где же её развернуть? Домой идти не хотелось: там была слишком накалённая обстановка.

– Лондон, за мной! – быстро скомандовала я. – Мы идём в кафе.

Лондон тут же смекнул, что можно будет поживиться чем-то вкусненьким, и торопливо засеменил рядом со мной. Проходя мимо ратуши, где работал папа, я обратила внимание, что часы на башне и правда остановились.

Я замедлила шаг, разглядывая циферблат. Кажется, под минутной стрелкой застряла ветка.

Возле кафе я привязала Лондона к дереву и вошла внутрь. Заказав газировку, села за свободный столик в углу и развернула плитку шоколада.

Под обёрткой оказалась ещё одна бумажка. Так и есть! Письмо!

Оглядевшись по сторонам, я вскрыла послание и положила перед собой. Почерк ЛИНЫ-МАЛИНЫ невозможно было не узнать. Только она писала такими крупными буквами.

Я принялась читать.

Глава 3

Звездопад и нервное истощение

Дорогая Нелли!

Нам опять нужна твоя помощь.

Мы купили в Академию сверхмощный компьютер. Он стоит в подвале и работает круглые сутки. С его помощью мы проводим сравнительный анализ данных, полученных из разных уголков Земли, и результаты нас ошеломляют.

Например, выяснилось, что для привидений, которые носят цепи, период наибольшей активности приходится на январь и февраль. А для снежного человека самая благоприятная температура от минус восемнадцати до минус двадцати трёх градусов.

Надеюсь, ты понимаешь, что для нас, агентов Летучей мыши, эта информация о монстрах бесценна. Как говорится, кто предупреждён, тот вооружён!

А ещё мы обнаружили связь между звездопадом и заболеваниями людей из-за нервного истощения. В особо тяжёлых случаях врачи даже предписывают постельный режим. Причины этого явления нам пока неизвестны. Ясно одно: если где-то наблюдалось падение звёзд, там очень скоро один за другим заболевали люди.

Мы хотим, Нелли, чтобы ты в этом разобралась.

С наилучшими пожеланиями

Профессор Академии Летучей мыши ЛИНА-МАЛИНА

Я сложила письмо и спрятала в карман.

Мысли мои крутились вокруг прочитанного. Значит, люди заболевают из-за нервного истощения! Они похожи на падающие звёзды: вчера сияли и искрились, а сегодня – потускнели и угасли.

Люди так спешат переделать все свои дела и при этом сэкономить как можно больше времени, что совсем выбиваются из сил и заболевают. Но куда девается сбережённое ими время? И какая может быть связь между падением звёзд и повальным переутомлением? Всё это не укладывалось у меня в голове.

Я допила газировку и, купив для Лондона пирожное с вареньем, вышла из кафе.

Мой прожорливый пёс мгновенно умял угощение. Поняв, что добавки не будет, он с укоризной посмотрел на меня.

Я подняла глаза на звёздное небо и вспомнила, что сегодня вечером видела две падающие звезды. Если верить ЛИНЕ-МАЛИНЕ, нашему городу угрожает опасность! Но какая?

Рядом раздалось хихиканье, голос показался мне знакомым.

– Хи-хи! Оччэнь-оччэнь кароший фечер.

Гюнтер! Они с Улафом шли прямо на меня. Вид у них был невероятно довольный. Мне пришлось быстро спрятаться за дерево. Лондон остался на тротуаре и не понимал, почему я так странно себя веду.

– Обойдём ещё несколько домов, – услышала я голос Улафа. – А потом, когда начнут запускать фейерверк, отправимся назад к себе.

– Мы улетать, как тве сферхпыстрые ракеты!

Улаф похлопал по рюкзаку, который висел за спиной у Гюнтера.

– Уше тяшёлый, – отметил с удовольствием Гюнтер. – Пора томой…

«О чём они говорят?» – подумала я.

Когда Улаф и Гюнтер зашли в подъезд соседнего дома, я решила проследить за ними и выяснить, чем они на самом деле занимаются.

Оставив Лондона ждать меня на улице, я скользнула в подъезд за чудны́ми продавцами пылесоса.

– Позвольте представиться. Нас зовут Улаф и Гюнтер. Мы продаём пылесос, – донеслось до меня сверху.

На лестнице повисла тишина, и я догадалась, что странная парочка сумела попасть в квартиру и уже демонстрировала там свой пылесос.

Лампа на лестнице погасла, я стояла в полной темноте и размышляла: «Эти двое ходят из одной квартиры в другую и пылесосят. Но при этом вовсе не торопятся продавать свой дурацкий пылесос. Что им понадобилось в чужих квартирах? А Гюнтер ещё и радуется, что его рюкзак стал таким тяжёлым. Чем он его набивает?»

Тут я вспоминала, как праздничное настроение в нашей семье куда-то улетучилось сразу после их визита. Вдруг началась непонятная суета. Мама и папа стали ссориться и упрекать друг друга.

Дверь квартиры открылась, и на площадку вышли Улаф и Гюнтер.

– Огромное спасибо! Счастливо оставаться! – рассыпался в любезностях Улаф.

Я поднялась на пару ступенек, чтобы подглядеть за ними.

Гюнтер снял с себя рюкзак и открыл его. Улаф тем временем поднял крышку пылесоса и достал из кармана плаща палочку в чёрно-белую полоску. Он начал водить ею над открытым пылесосом, одновременно бормоча слова, похожие на заклинание:

– Накопил человек секунды,

Превратились они в минуты.

Накопил человек минуты,

Превратились они в часы.

Если действовать очень мудро,

Можно время это похитить.

Нам-то, магам, оно нужнее,

А на хвори глупцов плевать.

Потом Улаф трижды ударил палочкой по пылесосу и стал вытряхивать из него содержимое. В рюкзак посыпался светлый сияющий порошок.

«Они крадут время! – наконец догадалась я. – Он же сказал: «Можно время это похитить…»

И тут все пазлы сошлись. Звездопад, нервное истощение и болезни были связаны между собой. Всё это детали одной картины. ЛИНА-МАЛИНА говорила чистую правду! Время можно превращать в нечто осязаемое – в светлый сияющий порошок.

Я припомнила, где в основном пылесосили Улаф и Гюнтер: вокруг рожка для обуви, возле микроволновки и маминого компьютера. Они интересовались приспособлениями для экономии времени. И теперь их рюкзак был наполнен минутами и часами, которые сэкономили жители нашего города!

Значит, эти якобы торговцы, возможно… нет, не возможно, а совершенно точно, чёрные маги!

– О-го-го! – ликовал Улаф. – У нас в рюкзаке чуть ли не вечность.

– Та, целый фечность! – вторил ему радостно Гюнтер. – Только ф этой кфартире набрали – три сутки девятнадцать часов пятнадцать секунта.

– Поистине эта семья умеет экономить время, – с одобрением произнёс Улаф.

Я стала бесшумно спускаться по лестнице и тут услышала громкие раздражённые голоса. В квартире, которую только что покинули маги, разыгралась нешуточная ссора.

– Но у меня нет ни минуты! – кричал мужчина. – Ты меня совсем загоняла!

– А я, по-твоему, отдыхаю? – звенел на весь подъезд женский голос.

Я толкнула входную дверь и выскользнула на улицу.

Глава 4

Школа чёрной магии в Виттенберге

На улице я долго не могла отвязать поводок Лондона от дерева, так у меня тряслись руки.

Пёс удивлённо смотрел на меня круглыми глазами с отвисшими нижними веками. «Спокойней, Нелли, спокойней, – уговаривала я себя. – Нужно рассуждать здраво. Вспомни всё, что тебе известно».

ЛИНА-МАЛИНА рассказывала, что сейчас многие маги работают в цирках и парках аттракционов. Благодаря ловкости рук дурачат публику: достают из самых неожиданных предметов кроликов, показывают карточные фокусы. Они безобидны, и опасаться их нечего.

Но есть и другие маги. Чёрные. Они используют свою колдовскую силу, чтобы лишать людей самого дорогого!

Все они получили образование в Виттенберге, в Школе чёрной магии.

У ЛИНЫ-МАЛИНЫ даже задрожал голос, когда она заговорила об этом месте. Ученики Школы чёрной магии творили зло настолько изощрённо, что самого графа Дракулу исключили оттуда, потому что на их фоне он казался слишком мягкосердечным.

Но непревзойдённым гением зла был директор Школы. Низенький лысый маг с такими длинными усами, что ему приходилось завязывать их бантиком под подбородком.

Во время занятий все ученики в его классе сидели в шапках и варежках – такой от него веяло стужей. Он был единственный, кого боялись маги.

Ученикам Школы чёрной магии могло быть по нескольку сотен лет, а самому директору было почти восемьсот. И немудрено, что они жили так долго. Они же пользовались чужим временем!

Медлить было нельзя.

Улаф и Гюнтер набили рюкзак до отказа украденным временем и намеревались ускользнуть под шумок из города, как только грянет фейерверк. Но что же мне делать?

Ничего разумного в голову не приходило.

Я побежала в сторону дома. Мне нужно успокоиться и всё как следует обдумать. По улицам шли толпы людей в хеллоуинских костюмах. Все спешили на фейерверк.

Пробегая мимо ратуши, я бросила взгляд на часы. Стрелки не сдвинулись ни на одно деление. Я поспешила дальше, но вдруг замерла на полушаге.

Часы! Стоят!..

Кажется, это шанс!

– Нелли! – услышала я мамин голос.

Мама приподняла маску черепа и помахала мне.

– Скорее отведи Лондона домой. Ты же знаешь, как он боится фейерверка! – крикнула она из толпы.

– И не задерживайся, – добавил папа, одетый в новенький костюм скелета. – Вот-вот начнётся!

Глава 5

Простите, который час?

Дома был полный разгром. Видно, мама и папа собирались в лихорадочной спешке. На полу валялась одежда. На кухонном столе были разбросаны обрезки ткани и остатки еды, под ногами хрустели крошки. В раковине лежала истыканная ножом и брошенная впопыхах папина тыква.

Наверно, в каждом доме, куда наведались Улаф и Гюнтер, царил такой же тарарам.

Я вышла в прихожую и открыла шкафчик, где висели все наши ключи. Ура! Повезло! Ключи от папиной работы были на месте.

Я положила их в карман. Затем в гардеробе отыскала мамин зелёный рюкзак, который как две капли воды был похож на рюкзак Гюнтера. Чтобы он не казался таким пустым, я решила запихнуть в него телефонный справочник, лежавший рядом на тумбочке.

Но открыть рюкзак оказалось не так-то легко: застёжка не поддавалась. Я дёргала её изо всех сил, но из-за спешки руки меня не слушались.

К счастью, я вспомнила, как мама учила меня открывать такие застёжки. Надо одновременно надавить пальцами с двух сторон и потянуть ремень. Получилось!

Закинув справочник в рюкзак, я попрощалась с Лондоном. Он к этому времени успел забраться под кухонный стол, чтобы хорошенько вздремнуть.

На площади перед ратушей было людно, но праздничного настроения не чувствовалось. Люди стояли кучками и всё время поглядывали на свои часы. «Скоро уже?» – как будто думали они.

Я встала в тени на крыльце ратуши и высматривала среди собравшихся людей Улафа и Гюнтера. Только бы не пропустить их в толпе!

Если им удастся удрать с рюкзаком, набитым нашим временем, очень скоро здоровье горожан пошатнётся. Как же им помешать? А если они меня разоблачат?

Я похолодела, как только представила себе, какую жестокую расправу способны учинить эти бездушные монстры!

Скоро показалась знакомая парочка в чёрных плащах и остроконечных шляпах.

– Пора в путь, – услышала я голос Улафа, когда они приблизились.

– Карошо фернуться томой, – радовался Гюнтер.

Я спустилась с крыльца им навстречу.

– Простите, который час?

Улаф отодвинул рукав своего плаща.

– Без двадцати десять, – ответил он, не взглянув на меня.

– Спасибо, – поблагодарила я. – На ратуше тоже есть часы. Я могла бы на них посмотреть, но они, к сожалению, остановились.

Оба мага как по команде задрали головы и посмотрели на огромный циферблат городских часов. Мои расчёты оправдались: Улаф и Гюнтер встревожились.

Когда часы стоят, люди не чувствуют, как бежит время. Они перестают спешить и суетиться. Сами с упоением проживают каждое мгновение своей жизни, ничего не оставляя магам.

Зато неумолимое движение часовых стрелок вызывает у людей настоящую панику. Они стараются сберечь каждую минуту в надежде, что когда-нибудь смогут ею воспользоваться. Вот эти сбережённые минуты и крадут чёрные маги. Получается замкнутый круг! Обнаружив, что запас времени необъяснимо исчез, издёрганные люди принимаются экономить время ещё отчаяннее. В результате магам опять есть чем поживиться.

Гюнтер поднялся на цыпочки и что-то прошептал на ухо Улафу. Тот отрицательно покачал головой.

– Найн, нет, не в этот раз! – громко ответил Улаф. – Фейерверк вот-вот начнётся.

– Но тиректор путет нами тофолен, – возбуждённо проговорил Гюнтер.

– Найн – это значит «нет», – упрямо повторил Улаф. – Мы не успеем.

– Вообще-то здо́рово, когда часы стоят, – рассуждала я. – Никуда не спешишь. Перестаешь замечать, как бежит время.

Я подняла руку и сделала вид, что машу кому-то на площади.

– Директор моей школы, – объяснила я магам. – Он добрый, только очень строгий!

При слове «директор» Гюнтер и Улаф стали тревожно озираться по сторонам.

Гюнтер снова что-то прошептал Улафу.

– Да без тебя знаю… Конечно, часы не должны стоять. Но у нас даже нет ключа от ратуши.

– Мой папа там работает, – бросила я будто невзначай. – У меня и ключики есть.

Глава 6

Роковая ошибка

– Ключи… у тебя? – не поверил мне Улаф.

Я достала из кармана связку и помахала ею у него перед носом. Он ещё раз посмотрел на свои часы и сказал:

– Вперёд! Тебе повезло, мы не только продавцы, но и искусные часовщики.

– Та-та… оччень-оччень карошие! – поддакивал ему напарник.

– О, как фы топры… – невольно передразнила я Гюнтера, но вовремя спохватилась. – Я хотела сказать, как любезно с вашей стороны починить городские часы. Следуйте за мной.

Мы нырнули в переулок, чтобы нас не увидели с площади. Времени было в обрез, а если папа и мама меня застукают, их вопросам конца не будет.

Да и что я могла им ответить?

Они же понятия не имели о моей тайной жизни, о том, что я агент Летучей мыши. Родители только удивятся, почему я бегаю с двумя продавцами пылесоса, переодетыми в магов. А вернее, с двумя магами, переодетыми в продавцов пылесоса.

Пока лучше всего было держать маму и папу в неведении.

Я открыла папиными ключами служебный вход в ратушу. Внутри было темно, но я много раз бывала здесь, поэтому и без света могла найти дорогу.

Мы поднимались по лестнице, которая вела на часовую башню. Я шла первая. У меня за спиной пыхтел Гюнтер. Видно, его рюкзак был действительно очень тяжёлый. Намного тяжелее моего.

«Подумать только, во что я ввязалась!» – От этой мысли мне стало не по себе.

В конце концов мы втроём оказались на верхней площадке башни, где сквозь щели в стенах гулял ветер. Снаружи по крыше с грохотом прыгали галки. Улаф достал из кармана плаща фонарь и стал осматривать часовой механизм. Он освещал один участок за другим и в последнюю очередь направил луч на огромную блестящую шестерню.

– Механизм исправен, – заключил Улаф.

– Может, стрелки заело снаружи? – предположила я.

Рядом с часовым механизмом было маленькое смотровое окошко – оно находилось прямо на циферблате. Улаф открыл оконную створку и выглянул наружу.

– Под минутной стрелкой застряла ветка, – сказал он. – Надо её вытащить.

«Наверно, ветку на крышу принесла галка, а потом уронила её, и ветка застряла», – догадалась я.

Я глянула в окошко, люди продолжали стекаться на площадь.

Все ждали фейерверка. Ни на ратушу, ни на часы никто не смотрел.

Мне показалось, что в толпе мелькнули мама и папа. Они наверняка не понимали, куда делась их дочь.

– Гюнтер! Быстро высунулся в окно и выдернул ветку! – приказал Улаф.

– Найн! – взвизгнул в ужасе Гюнтер. – Тут оччэнь фысоко. Я упасть и сломать сепе шея!

– Без разговоров! Снимай рюкзак! – не слушал его Улаф. – Держи мою руку.

Бурча себе что-то под нос, Гюнтер опустил рюкзак на пол. Потом вцепился в руку Улафа и свесился в окошко.

– Какой ты тяжёлый, настоящая швайн, то есть свинья! – простонал Улаф, упираясь в стену ногой.

Я не растерялась. Тут же сбросила свой рюкзак и закинула на плечи рюкзак магов.

Уфф! Он и вправду был куда тяжелее моего. Как бы они сразу не обнаружили подмену. Но что сделано, то сделано. Кто не рискует, тот не выигрывает!

– Фот она! – раздался довольный голос Гюнтера. – Который есть час? Гёнтер постафить фремя.

Улаф еле удерживал напарника обеими руками. Пришлось мне посмотреть на свои часы.

– Без десяти десять… – сказала я и тут же поняла, что допустила роковую ошибку!

Улаф втянул Гюнтера вместе с веткой обратно на чердак и снова посветил фонариком на часовой механизм.

Огромная шестерня пришла в движение, механизм начал лязгать и скрипеть.

Улаф задумчиво почесал затылок.

– Ты, помнится, спросила у нас, который час… – проговорил он. – А у самой, оказывается, были часы. Похоже, эта девчушка надула нас с тобой, Гюнтер.

– Э-э-э… – затянула я, лихорадочно соображая, что ответить.

– Пыстрее, Улаф! Сейчас сапускать фейерверк. Мы опоздать! – закричал вдруг Гюнтер и пустился вниз по лестнице.

– Рюкзак, растяпа! – гаркнул ему вслед Улаф.

Но Гюнтер его уже не слышал. Улафу пришлось закинуть рюкзак себе за спину и догонять напарника.

Я осталась одна на часовой башне.

Глава 7

Как медленно тянется время!

Я выглянула на улицу. Народу на площади было видимо-невидимо. Я быстро отыскала глазами остроконечные шляпы Улафа и Гюнтера, которые, покачиваясь, плыли против людского потока. Они держали путь к площадке для запуска фейерверка.

Всё было готово, оставалось только поджечь фитиль первой ракеты.

– Глядите, часы пошли! – крикнули в толпе.

Я отпрянула от окошка и прикрыла его, оставив только узкую щёлку, чтобы следить за происходящим.

– Значит, фейерверк запустят ровно в десять! – обрадовались горожане.

Я посмотрела на свои часы. Без пяти десять.

Через пять минут отвратительная парочка промчится в тёмном небе двумя крошечными кометами, и никто не заметит их в россыпи искр от фейерверка. Они пересекут Вселенную и вернутся в Школу чёрной магии. Только там обнаружится подмена.

Я продолжала наблюдать за ними: вот Улаф покачал головой с недовольным видом.

Он снял рюкзак!

Взвесил его в руках и стал трясти. Видимо, заподозрил неладное.

Я снова взглянула на часы. Ещё целых три минуты! За это время маги успеют обнаружить, что их обвели вокруг пальца!

Надо срочно что-то сделать!

Последние минуты до запуска тянулись невероятно долго.

Придумала!

Я бросила быстрый взгляд в сторону Улафа и Гюнтера. Они стояли согнувшись и возились с рюкзаком. Видно, застёжку на нём снова заело.

Высунувшись в окошко, я вытянула руку так далеко, как только могла. Две галки на крыше с любопытством за мной наблюдали. Мои растопыренные пальцы почти коснулись минутной стрелки. Я хотела вылезти ещё чуть-чуть, но почувствовала, что вот-вот потеряю равновесие.

Я забралась обратно в башню и обо что-то споткнулась… Ветка, брошенная Гюнтером! Её длины как раз должно хватить.

Я снова высунулась из окна и подтолкнула веткой минутную стрелку. Часовой механизм засипел, заскрежетал, и раздался первый удар из десяти.

Гюнтер уже собирался перерезать ножом ремень рюкзака, когда над площадью поплыл бой часов!

– Зажигай, чего ждёшь! – послышался крик из толпы.

В тёмное осеннее небо взмыли первые ракеты, взорвались и рассыпались фонтаном разноцветных звёзд.

А с десятым ударом в небо взвились две особенно крупные и яркие звезды. Они поднимались всё выше и выше, пока не превратились в маленькие светящиеся точки, а потом и вовсе растаяли во мраке.

Люди провожали их самыми восторженными возгласами. Я ликовала вместе со всеми, потому что понимала: Улаф и Гюнтер улетели восвояси. А у меня осталось украденное ими время, которого всем хватит на долгую-предолгую жизнь.

«Им путет оччэнь-оччэнь трутно, – мысленно хихикала я, – объяснить директору Школы чёрной магии, почему они вернулись с телефонным справочником вместо уймы украденного времени».

Глава 8

Как алмазная пыль

Рюкзак Гюнтера был до краёв наполнен светлым переливающимся порошком. Я зачерпнула полную горсть и подкинула его высоко над головой. Миллионы крошечных кристалликов медленно опустились на моё лицо, и меня вдруг охватило чувство блаженного покоя.

«Молодец, Нелли!» – похвалила я себя.

Я распахнула окошко и принялась бросать сияющий порошок, горсть за горстью, в толпу на площади. Сверкающие кристаллики, как алмазная пыль, оседали на волосах и одежде горожан.

«Ловите! – мысленно кричала я им. – Вот оно, украденное у вас время. Потратьте его на что-нибудь хорошее!»

Я закрыла окошко, надела на плечи рюкзак и, покинув ратушу, заперла дверь на все замки.

На площади люди мирно беседовали и смеялись. Все обсуждали необыкновенный фейерверк. Особенно сильное впечатление произвели две последние звезды.

– Нелли! Где ты была? – раздался голос папы, который только что меня заметил. – Подойди скорее, я тебя обниму! Посмотри, какая у мамы смешная маска!

Мама подняла маску черепа и поцеловала меня в щёку.

– Только подумайте, какой чудесный вечер, и мы опять вместе! – сказала она, и её глаза лучились от счастья.

Но, когда мы вернулись домой, родители застыли в дверях как вкопанные.

– А что здесь произошло? – оторопел папа.

– Это Лондон постарался? – спросила мама.

Лондон проснулся, услышав своё имя, и радостный показался из-под стола.

– Где пылесос? Надо немедленно навести чистоту. Нельзя жить в таком беспорядке! – раздражённо произнёс папа.

Он резко выдернул пылесос из кладовки, а мама побежала убираться на кухню. Мои родители снова поддались спешке и находились на грани нервного срыва.

Я уже хотела убрать рюкзак в гардероб, но почувствовала, что в нём ещё что-то есть. На дне поблёскивали остатки порошка.

Как только папа нагнулся, чтобы включить пылесос в розетку, я развеяла в воздухе последние кристаллики.

Папа замер с проводом в руке.

– А впрочем, почему бы не отложить уборку на завтра! Куда такая спешка? – сказал он, с улыбкой глядя на меня. – Пошли перекинемся в картишки.

Уютно устроившись на кухне, мы сыграли один кон. Потом я поднялась, сказала, что хочу спать, и отправилась в свою комнату.

Надо ещё написать ЛИНЕ-МАЛИНЕ и сообщить последние новости.

Я села за письменный стол и взяла бумагу с ручкой.

Дорогая, ЛИНА-МАЛИНА!

Теперь я могу объяснить, почему во время звездопада происходит повальное переутомление…

«Ох! Что-то мне сейчас не пишется, – подумала я. – Закончу-ка я письмо завтра. Никуда оно не убежит».

Я разделась и забралась под одеяло. «Какой пыл тяшёлый тень», – пробормотала я, засыпая.

Content

Мартин Видмарк
Как перехитрить чёрных магов

Глава 1 Странные гости

Глава 2 Сладость или гадость?

Глава 3 Звездопад и нервное истощение

Глава 4 Школа чёрной магии в Виттенберге

Глава 5 Простите, который час?

Глава 6 Роковая ошибка

Глава 7 Как медленно тянется время!

Глава 8 Как алмазная пыль