Ростислав Марченко

Остров-IV. Огнем и мечом

Пролог

– Мы нашли тебя еще неделю назад. – Сказал мне старший из сидевших за столом шпиков. «Фер Фергус ан Апольд» интеллигентно вытирал тонкие музыкальные пальчики носовым платком, оставив от своей жареной курицы одни кости, – Присматривались весь этот период.

Выходило, что жили они в этой таверне самое меньшее дней десять. Сняли на втором этаже комнаты, идиоты необучаемые. Вот что мешало двум этим кретинам хотя бы пару слуг, если не в первом же городе, так деревне нанять? Уже пару лет как в Аэроне Штирлица косплеят, а до сих под не дошло, насколько серьезно в Империи содержание рыцарского титула. Все этих интеллектуалов позднесоветского разлива «Айвенго» сэра Вальтера Скотта гипнотизирует.

А между тем, полноценного рыцаря без пары-четверки слуг для черновых работ тут даже представить нельзя. Как впрочем, и в европейском средневековье даже в такой жопе цивилизации как Польша: «В прошлом году у города Жешува я шел мимо роты всего из 60 гусар и насчитал 225 повозок, из которых почти половина была запряжена четырьмя или шестью лошадями. Я не говорю об одиночных лошадях, женщинах и детях, которых без счета шло следом» и что-то типа того. И путешествие рядом с не удостоенным такого титула воином из благородных господ решительно ничего не меняет, пускай со стороны и может показаться обратное.

Короче говоря, если этих благородных воителей давным давно компетентным органам не заложили, то я очень удивлюсь.

– Я или не я? – Улыбка у меня вышла немного натянутой. Да и зубы, наверное, следовало бы убрать.

Что поделать, инстинкты. Приобретенная в последнее время привычка решать все свои проблемы насилием и низко-культурное окружение в довесок, все дела. Впрочем, что мы с этим человеком не сработаемся, я с первых его фраз подозревал.

Нет, этот агент-нелегал «дивизиона экономической безопасности частной охранной компании «Gladiator» дураком не был. Но вел он себя со мной так, будто это я был виноват в том, что у него жену сосед трахал. Это, в конце концов, после всего пережитого было немного обидно. Не то чтобы я хотел, чтобы от проявившего невероятные чудеса живучести и умения вживаться в средневековое общество рядового стрелка «группы сопровождения и охраны» люди с большой земли писали паром и смиренно вопрошали лизнуть его волосатую задницу. Вовсе нет. Но вести себя этот тип мог бы и с меньшим недовольством моим появлением в его жизни. Второй Штирлиц, коли на то пошло, тоже был чем-то недоволен, но действовал куда более профессионально.

– Нет. Если думаешь, что твои кореша из Тайной Стражи плохо работают, это не так. Им скорее на все имеющиеся угрозы людей не хватает.

Какая, мать его так, свежая новость!!!

– Подозревали вербовку, или за мной могла ходить наружка?

– Жопы берегли, – покачал головой второй из земных шпионов, игравший роль находящегося в пяти минутах от рыцарского титула наемника из безземельной шляхты «шен Лекс ан Брейг». Своими настоящими именами оба двое мне, конечно же, не представились. – Твою в том числе. Ты по сторонам смотришь, что в городе, блять, твориться?

– А что в нем такого ужасного? – Покачал головой я, решив все же не делать фейспалм. – Легионеры на улицах? Так массовые обыски в Бир-Эйдине уже прошли, раздевать людей под телесный осмотр тоже перестали. Иламцы сейчас больше по полям рыскают. Ну и по катакомбам отчасти.

Обстановку я знал из первых рук, командир моей наемной роты – капитан Лойх ан Феллем был сыном префекта Внутренней Стражи города, или иначе говоря начальника городского УВД. Да и я сам к появлению в Имперском, простите невольную ошибку из-за недостаточной информированности, Вольном Городе Империи Бир-Эйдине XXVII-го Иламского легиона некоторые усилия приложил. Так что любопытством, каюсь, страдал.

Виной появления в городе имперских легионеров были вампиры. Самые что ни на есть настоящие кровососы. Почти как в «Сумерках», но только в жизни. Не знаю, какого хрена четверо из них решили поужинать в элитной городской ресторации, но в конечном итоге вышло так, что решили перекусить мной. И, скажу без всякого хвастовства, подавились. Одного из них я от неожиданности заколол посеребренной вилкой и в последующей схватке зарубил еще двоих. Мой капитан отрубил голову четвертому.

Ужинали мы в приятной кампании и далеко не в пустом зале, так что скрыть данное происшествие от людских языков и внимания правоохранительных органов ни для кого не представлялось возможным. Что, в общем-то, было, наверное, даже похуже внезапного обнаружения чьей-то клыкастой пасти на расстоянии вытянутой руки твоей шеи. Вилка тут точно помочь не могла. В Империи «ночной народ» мягко говоря, не любили, ну а служащих кровососам людей тем более. Так что как только информация про ультранаглых Бир-Эйдинских вампов дошла до столицы, гнев небожителей не заставил себя ждать.

В очередной раз. Как меня не так давно просветили, Бир-Эйдин имел писаную историю длиной около двух тысячелетий, и вампиры прописались в его катакомбах совсем не пару лет как.

Отчего кстати нам, осваивающим Хейен наймитам смычки российского государства и олигархии, в этом городе даже появляться было запрещено. Поразительно многое из земной мифологии в Хейене имело быть место в реальности, и вампиры оказались тому только одним из многих примеров.

Впрочем, к живым мертвецам они, конечно же, никакого отношения не имели. Но от воздействия ультрафиолета представители этой человеческой расы действительно горели. Отчего кстати феномен самовозгорания человека получил среди научников нашей «корпорации» еще одно возможное объяснение – присутствие среди предков жертв самовозгорания вампиров и соответственно активация их генов, или что-то тому подобное. В конце концов, доказательств былых контактов Хейена с Землей имелось столь много, что упирали на совпадения некоторые специалисты сейчас исключительно из-за упрямства.

– Если бы ты был дурак, не выжил бы. – Вмешался в мои размышления «шен Лекс».

Легенду «ан Брейгу» составляли настоящие профи, реальные черты личности этого рослого, мускулистого мужика ложились на роль наемника из обнищавших дворян как влитые. Где этот харизматичный мужчина служил до тех счастливых времен, как ему предложили работу в ином мире в качестве агента-нелегала, я не знал, однако догадаться было нетрудно. Я даже о роде войск с вероятностью порядка девяноста процентов догадывался.

Это в отношении «фера Фергуса» можно было долго гадать и в результате все равно сделать ошибку в предположении, из какой системы пришел этот метросексуал с длинными ухоженными волосами и эспаньолкой. На ходячую машину для убийства, которой по определению должен быть любой средневековый рыцарь, он не походил не больше, чем сэр Элтон Геркулес Джон на рыцаря Ордена Храма Бриана де Буагильбера. Что говорило либо о неправильном кадровом решении, либо о его склонности чаще пользоваться не мышцами, а головой. Что впрочем, ошибочного кадрового решения совершенно не исключало – с разваленным кем-нибудь черепом собирать информацию для Центра становится несколько сложно. Особенно если его разобьют из-за проявляемой склонности идти на поводу у своих нервов.

– Где уж мне до вас, умных таких. – Буркнул я. – Мы в академиях не обучались. Вот только в Империи я почти свой, а вы в ней собственной тени боитесь. Так кто выходит дурак, ты или я?

– Брэйк! – Легонько хлопнул по столу «ан Апольд» вспомнив, наконец, о своем забытом профессионализме. – Извини брат, это у нас на нервах. Ты здесь не причем. Мы в розыске.

– Ну, заебись! – Сказал я. – Местную тюрьму, да, я изнутри видел. Желаете попросить рекомендаций? Так меня наверняка вместе с вами упакуют, на месте все и узнаете.

– Помощи мы у тебя хотим просить, – сказал «ан Брейг» после кивка своего старшего товарища. – Дожить до эвакуации было бы неплохо.

– Вот она какова, весточка с Родины!

– Не надо вмешивать Родину. «Кувалда» с его бабой весточку эту тебе послали. – Поморщился «фер Фергус»

– Они что ли вас засветили? Влад мне показался толковым парнем. Девушка?

«Шен Ларс Ивен» по кличке «Кувалда», с которым нас свела судьба в Метонисе, руководил в городе резидентурой и вынужден был бросить все и уйти в бега, прихватив с собой подругу из местных. Так вышло, что скрываться ему пришлось не без моей помощи, я там даже на конфликт с Тайной Стражей из-за него вынужден был пойти.

И это доброе дело, конечно же, не осталось безнаказанным.

– Никто не виноват. – Покачал головой «ан Апольд». – Тупое случайное раскрытие одного из убежищ, затем пошла раскрутка. Влад нас и предупредил. Если бы не он, не разговаривали бы сейчас с тобой.

– Вампов они искали, чурки ебаные. А попали под замес мы. – Добавил «ан Брейг».

– Их взяли? – Поинтересовался я.

«Ан Апольд» отрицательно покачал головой.

Сказать что охватившую уже несколько окрестных регионов «антивампирскую» истерию спровоцировал именно я, сейчас было, наверное, неуместно. Но о моей роли в этом деле мои собеседники вероятнее всего знали.

Хм… Я взглянул на «Фера Фергуса ан Апольда» другими глазами. Все прекрасно, все замечательно, ты получаешь награды, премии, возможно даже и звания… И тут – бабах! И все, что ты строил годами, горным обвалом скользит вниз по лобку портовой проститутки. А потом ты еще и встречаешь человека, благодаря которому дело ее половыми губами накрылось. Да так, что еле-еле самому удалось выскользнуть. Я бы после такого весьма вероятно тоже на виновника бычил.

– А нечего было правила конспирации нарушать! – Однако удержать вертящуюся на языке фразу было выше моих слабых сил.

– Иди ты в жопу!!! – Отбросил «Фергус» свою культурность. – Не стоит нас учить.

– Хорошо, – согласился я сменить тему. – Вот только откуда вы узнали про ан Коннов и что это за грязные намеки про моего старого друга?

– Не лезь в бутылку, – кисло сказал «ан Брейг», что-то заподозрив. Он тоже был не дурак.

– Хули не лезь! У вас случайно не база данных на работающих на Хейене сотрудников «Голден Гермеса» и «Гладиатора» на ноутбуки закачана? И после этого вы мне говорите не умничать?

– Нам и самим много чего в нашем бардаке не нравится. – Примирительно заявил «ан Апольд». – Задачу выйти с тобой на связь на нас сначала повесили. Пакет данных на тебя сбросили под эту задачу. Мы же не виноваты, что туда про братьев информацию занесли?

– Кстати, это правда, что ан Конны обрадовались, что ты жив. – Дополнил второй агент. – Перед тем как Центр контакт отменил, спецсообщением довели. Младший, Ардал, спал в вашем балке на втором ярусе? Верно?

– Угу. – Довольно кивнул я.

В грязный омут шпионажа, проблем и неприятностей, в котором я сейчас бултыхался, судьба меня забросила не без помощи упомянутых братьев ан Конн. Карма, наверное, настигла.

Старший из них – Рэйн, «Граф-Мститель» и все такое прочее, был храбрым неудачником, что с остатками команды своего затонувшего корабля добрался до острова Монтелигера, где горнорудная кампания «Голден Гермес» как раз в это время начинала разработку платинового рудника. Для хищнического понятно, разграбления ценностей нового мира.

Пиратом граф не был, напротив, он на них охотился. Но по факту его действия, конечно же, ничем от джентльменов удачи не отличались. Что в итоге и привело храбрых моряков к неприятностям, когда Рэйн решил пощупать группу встреченных на берегу аборигенов.

Графа в ходе стычки мне удалось нокаутировать, остальных нападавших я банально перестрелял из автомата. Остатки группы позже добили подозрительно похожие на спецназ стрелки из отряда охраны водного района, чьей основной задачей, собственно, такого рода работа с заглянувшими на огонек морячками и была. Тем ни менее, по настоящему кровожадным зверьем эти мужики тоже не были, так что на опознанного среди незваных гостей двенадцатилетнего мальчишку в ходе зачистки рука не поднялась.

И это позже воздалось для интересов предприятия сторицей, когда братья воссоединились и преподававшие на острове шпики взяли старшего в оборот. Ну а я, переведенный к тому времени в этот отряд, внезапно оказался человеком напрямую ответственным за их обучение и социализацию.

– Я думаю, что тебя к ним пристегнут, – высказал свое предположение «ан Апольд». – Разница меж сообщениями с два часа. Явно рапорт кто-то подал.

Я что-то подобное подозревал и без его помощи. Можно было конечно уточнить, что младший из ан Коннов остался на Монтелигере, но лучше было бы промолчать. Эта информация была для них совершенно лишней. И так реальная фамилия сотрудничающего с нами аристократа засветилась. Возмущаются тут они обвинениями в нарушениях основополагающих принципов конспирации, деятели.

– Посмотрим, увидим.

– Но не сразу. – Отрицательно покачал головой «шен Лекс». – На острове какое-то ЧП произошло. Сверху спустили приказ всем притвориться ветошью и нигде не отсвечивать. И тут такая жопа…

– Тогда перейдем к делу. Города вы боитесь, это понятно. Но в роту вас затащить нетрудно, а наемники здесь мало кому интересны. Однако есть большая проблема. – Я перевел взгляд на «ан Апольда». – Ты, фер Фергус, лейтенантом в наемной роте точно потянешь?

Шпики переглянулись.

– Цени, шен Лекс. Тебя об этом не спрашиваю. У тебя максимум, что владение оружием не лучшее. – Здоровяк недовольно поморщился.

– А вот ты, фер Фергус, с легендой своей подкачал. Лучше бы вы между собой личинами поменялись. Не засветись ты рыцарем, легче было бы ровным счетом всем. Сейчас уже поздно.

«Фер Фергус», обдумав, отрицательно покачал головой.

– Младшим офицером к наемникам не пойду. Абсолютно не моя область. Ну а документы у меня настоящие. Я даже внешне на их былого владельца похож.

Мое раздражение стало несколько успокаиваться, человек всетаки правильно оценивал свои возможности. Значит, с ним можно было работать. Приступы неадекватности из-за нервного напряжения, в конце концов, у каждого из нас бывают.

– Твои тоже настоящие?

«Ан Брейг» кисло кивнул.

– Блять! И что мне теперь делать?

От напрашивающегося вопроса, откуда у этих двоих настоящие документы появились, и может ли нам сейчас повезти встретить исходные экземпляры этих клонов я удержался. Всех иллюзий касательно осваивающей новый мир корпорации и стоящего за этой группой кампаний государства я лишился еще на Монтелигере.

Оба шпика, не сговариваясь, пожали плечами.

Голова кипела, я искал выход из положения. Безопасно избавиться от этой парочки можно было, только втихую их удавив. В строй был годен только один из двоих, да и то, чисто теоретически. Это пока я в роте один, неизбежные мелкие ошибки и неувязки в поведении эмигрировавшего с того берега океана лейтенанта не превышают критической массы. С появлением же «шена Лекса», которого для роли наемного солдата тоже никто не готовил…

Меня передернуло. Не одному, ни другому в «Вепрях Бир-Эйдина» делать было нечего. И сами утонут, и благодетеля вместе с собой на дно утянут суки. Надо было найти какой-то другой выход. И лучше всего до завтрашнего утра. Пока к этой парочке Городская Стража, Тайная Стража или фрументоры XXVII-го Иламского и в самом деле не подкатили.

Небольшая победоносная война это конечно самый лучший выход. К рожам будущих покойников окружающие редко когда присматриваются. Да и рота, моя, в конце концов, без найма сидит. Иламцы не только вампиров зашугали, но и накал нескончаемых межевых войн сумели притушить.

Х-м-м!!! Осекся я. Безработных наемников вокруг навалом, а небольшой отрядец благородному воителю можно и без капитанского патента содержать! Тем более, если он собрался начать войну и желает нанять роту наемников… Мелькающие в голове обрывки начали складываться в что-то относительно перспективное.

Совета у кого-нибудь попросить? У Лойха, Боу Хорана, или старого Мохана ан Феллема, например? Нет, это не вариант, – с сожалением отказался я от этой идеи. Первый лейтенант не мог не быть человеком последнего. Как бы я эту влиятельную семью перспективами сотрудничества с «людьми из Холденгейма» не привлекал, на данном этапе посвящать «Охотника Мохана» в сложности наших отношений с властями Империи было рано.

Но один из вопросов в любом случае требовал прояснений.

– Деньги у вас двоих есть?

– В смысле? – Насторожился «ан Апольд».

– В самом прямом. К вам, рожам протокольным, сейчас только на какой-нибудь войне особенно присматриваться никто не будет. А если и присмотрятся – не узнают. Если конечно вы имидж смените на более брутальный. Так что достаточно большие деньги, чтобы мою роту нанять можно было, найти сможете?

– Большие деньги это сколько? – Прищурившись, уточнил «фер Фергус».

– Со всеми дополнительными расходами, пусть будет пятьдесят золотых в день, – залупил я откровенно космический ценник. – Срок найма не менее месяца.

Пламя грядущего попила, паяльной лампой жгло мою душу. Если взять среднее денежное содержание наемника в серебряный бизант на рыло, рота из двухсот сорока морд требует в день фонд заработной платы в размере двадцати золотых. «Капитанские» дополнительные расходы можно оценить в пятьдесят процентов от этого. Итого тридцать. Даже если удвоить сумму – выйдет сорок. Десять дней найма – четыреста золотых. Сто четыре тысячи. При годовом доходе лена благородного господина в пару сотен ауреев, ценник не то чтобы совсем ему недоступный, но скажем так, вовсе не провоцирующий чрезмерно затягивать осаду замка соседа, спиздившего с твоего огорода пару мешков репы.

А я вот благородно запросил с соотечественников пятьдесят. На отдыхе перед следующим забросом они им точно не понадобятся. Ну а «Голден Гермес» драгметаллов тем временем накопает. Если конечно эти два говнюка сейчас не скажут, что нищи как церковные мыши, ибо все их накопления попятила коррумпированная госбезопасность.

– Ну, пять косарей золотом сейчас не найду, – осторожно сказал «ан Апольд» не отрывая глаз от моего лица. – Если тряхнуть банки, трешку где-то насобираю. Вот только напомни, пожалуйста, на хуя нам нужен этот найм?

– Темнее всего под пламенем свечи! – Ехидно улыбнулся я.

– Я понял. Не понимаю другого. С кем это мы так неожиданно воевать собрались?

– Совершенно насрать! – Улыбочка у меня, наверное, была похожа на крокодилий оскал. – Вытаскивайте из трусов свои защищенные ноутбуки, благородные господа! И ищите где-нибудь в радиусе трехсот километров, фьеф какого-нибудь заебавшего всех окрест рыцаря-разбойника. Не знаю имени этого негодяя, но уверен, что он тебя, фер Фергус, ограбил, и по чистой случайности не убил, дружище. Ты этого, конечно же, не забыл и нынче, разжившись деньгами, возжелал отомстить подлецу. Поэтому вы и здесь. Поэтому вы меня эти дни и искали. Я тоже поспрашиваю, потом выберем лучшую цель.

– Вот, блять! – Заулыбался «шен Лекс».

– Может сработать, – кивнул «ан Апольд».

– Ты даже не представляешь как, – улыбки на моем лице уже не было. – Вот почему вы такие не креативные? Чему вас там вообще учили?

Глава I

Я хотя и подписался поспрашивать о наиболее известных окрестных благородных рыцарях промышляющих разбоями и киднеппингом, но в лоб этого делать точно не стоило. При заключении договора могли возникнуть небольшие вопросы, на которые наша троица вряд ли бы сумела правильно ответить. Кроме этого совсем не помешало бы зайти издалека и построить разговор так, чтобы я получил максимум информации не только о персоналиях, но и самой проблеме. О которой я знал куда меньше, чем мне бы в общем следовало. Допустим, сюрреализм огромного государства, не то чтобы не обладающего, но и не пытающегося обладать монополией на насилие, не отпускал меня с самой стычки в Бир-Эйдинских воротах, в свой первый день после появления на аэронских берегах. Я оставил там пятерых покойников – и меня за них, пускай и, подержав несколько дней под стражей, даже не пожурили. Блять, голимая 105 часть 2 тогда даже до суда не дошла, следствие дело прекратило! А ведь я совсем не бесправных вилланов, дворян со слугами покрошил! Пускай и c железным на то поводом. Фактор везения с старшим ан Феллемом конечно сыграл свою роль, но он не более чем нейтрализовал деятельность городского Наместника.

Огрузневший с возрастом старый наемник Боудел Хоран, первый лейтенант из моей роты, вернулся в строй, неудачно попробовав себя в предпринимательстве, так что, для добычи первичной информации по этому явлению и ярким лицам проблемы, расспросить его, было бы, как доктор прописал.

– Боу, – вкрадчиво начал я, поймав его в беседке поместья ан Феллемов, где мы квартировали и, выставив на мраморный стол объемный пузырь альвийской мальвазии, – пить будешь?

Хоран насторожился:

– Не откажусь…

– Отлично! Мне в этом нужна компания.

Мой слуга и оруженосец, пятнадцатилетний крепыш Нейл Даннер, улыбаясь, дополнил композицию деревянным блюдом полным фруктов и винограда.

– Что спросить у меня хотел? – Поинтересовался старший офицер «Вепрей Бир-Эйдина» когда парнишка удалился за пределы слышимости. С рождением среди черни Хорану не повезло, отчего он свою роту до сих пор и не водил, однако во всех остальных отношениях это был отличный офицер и надежный товарищ, который на мозги точно жаловаться не мог.

– Старого знакомого в городе встретил.

– Друг или враг?

– Скорее первое. Мы не то чтобы близко знакомы, один или два раза встречались в дружественной компании несколько лет назад.

– А что тогда выпить захотелось?

– Фер Фергус ан Апольд ищет роту для небольшой войны.

– И по знакомству просит дешевле? Шли на хуй таких знакомых. И тебе, и капитану то же скажу.

– Придержи лошадей! – Хмуро покосился на него я. – С деньгами у него как раз все отлично. На нас их точно хватит.

Рота «Вепри Бир-Эйдина» где мы с Хораном лейтенантствовали, была серьезно потрепана в боях в ходе найма и в настоящий момент, вернув в строй своих раненых и наняв со стороны небольшое количество высококвалифицированных специалистов, насчитывала своем в боевом составе сто тринадцать рыл. Еще примерно столько же мы планировали поставить в строй позднее, после заключения контракта с очередным нанимателем. Безработных наемников для этого в городе скопилось достаточно, и в отличие от предыдущего развертывания наш капитан мог выбирать лучших.

– А чего тогда сторожишься?

– Слишком мало знаю про здешних раубриттеров[1].

– Твоего приятеля обидел кто-то? – совершенно не удивился преподносимой ему легенде собеседник. Я мысленно потер руки. – Да такая же сволочь что и фер Редвин.

– Я именно об этом беспокоюсь.

– А! – осекся Боу. – Оу! Нет, эти как крысы рядом с собакой. А в остальном все также.

Покойный фер Редвин ан Варен, как верно отметил мой коллега, по формальным признакам являясь рыцарем-разбойником, по факту был одним из руководителей хорошо организованной, разветвленной и связанной с вампирами преступной группировки. Сейчас шансов в противостоянии с подобным доном Корлеоне у нашей малочисленной роты не то чтобы не было, вовсе нет – были и неплохие, но если оценить соответствие профита уровню проблем, выбрать цель для маленькой победоносной войны мне следовало несколько мягче и применительно к усилиям пожирнее. Как бы криминальные детективы не утверждали обратное, преступный мир не так уж часто радует окружающих высоким интеллектом, соответственно найти в базе данных целую пачку промышляющих разбоем благородных идиотов моим землякам не должно было составить большого труда. Ну а я по своим источникам должен был помочь выбрать самого везучего из них, либо подсказать более перспективного товарища. В конце концов, не могли же наши разведчики знать все и вся.

– Неясность у меня в чем. Матёрый раубриттер на помощь ополчения уезда и властей всегда рассчитывать может?

– О чем ты говоришь! – усмехнулся Боу и не стал продолжать фразу, а указал кивком мне за спину. По затененной садовой дорожке к беседке подходил наш ротный колдун – фер Киран ан Крайд, атлетического сложения красавец блондин родом откуда-то с севера Империи, попавший к нам в роту в ходе после того как не смог закрепиться в столице.

– Не делаю никакого секрета из своих расспросов, – сказал я. – По крайней мере, от комитов[2].

– О! – Подозрительно оглядел нас Киран. – Что за повод для пьянства? Заговор?

– Я тут найм нашел, обсуждаем, стоит ли подписываться. – Ответил я. – Присаживайся, угощайся. Ты у нас столичный орел, высоко паришь. Может быть, и по делу что подскажешь.

– А где Лойх? – Благодаря близкому возрасту, чертам характера и происхождению ан Крайд с нашим капитаном отлично сошлись и местами уже напоминали покрытые карамелью и шоколадом палочки Твикс.

– В городе. У родителей лицом своим торгует, бедолага. – Хмыкнул я. – Обкладывающих его невест вместе с их мамами пытается боевым оскалом запугать.

Лойху ан Феллему повезло родиться сыном начальника Бир-Эйдинского УВД. Какой вес имела в городе, на землях и в Империи должность Префекта Внутренней Стражи можно было оценить хотя бы по численности проживающего внутри стен Бир-Эйдина населения, оценивавшегося до двухсот тысяч человек. Примерно столько же жило в посаде и окрестностях города и тысяч возможно до пятидесяти на остальных землях. Не Константинополь с Римом времен самого их расцвета разумеется, но где-то неподалеку. И вот теперь, доказав окружающим что он по-настоящему возмужал, наш капитан получил в довесок и все проблемы состоявшегося мужчины из городского истеблишмента.

– А ты чего у них не остался? – Семья ан Феллем меня мягко сказать привечала и, единственному из комсостава роты, даже выделила в своем городском доме гостевую комнату, искренне порекомендовав в ходе пребывания внутри городских стен ночевать именно там.

Я вздохнул и предпочел не ответить. На что эти два поганца переглянулись и синхронно подавили усмешки. То, что между мной и невероятно привлекательной матерью капитана нет ничего криминального, они, конечно же, знали. Но своих симпатий к этой умной, красивой и очень харизматичной женщине я скрыть, увы, не сумел. И теперь меня этим, конечно же, иногда пытались поддеть, причем первую скрипку задавал ее же сын. Отец, к слову сказать, высокой оценке мной его супруги тоже был в курсе, и как ни странно это наши отношения только улучшило. Мохан ан Феллем был по-настоящему опасным человеком.

– Увы, у меня были дела. – Сказал я, отвлекаясь от размышлений. – Киран, если ты не помнишь, мы тут всякие подводные камни в карательном походе против рыцарей-разбойников обсуждаем.

Киран фыркнул уже открыто.

– Фер Вран, какие тут могут быть подводные камни? Грабители плюют на законы Империи, Империя плюет на них.

– На закон здесь много кто плюет! – перебил его я. – Причем годами. А иногда даже десятилетиями.

– Но даже к самым везучим из опасных преступников, когда-нибудь приходит легионер, – пожал плечами маг, удивив нас своей странной верой в верховенство закона в имперской провинции.

Мы с Хораном недоуменно переглянулись.

– Все понятно, – сказал я. – С освещением этой проблемы наш мажор видимо не поможет.

– Ну, – задумчиво уточнил ситуацию Боу, – так-то да. Бывает, что и приходят.

– К тем, кто совсем берега потерял. – Ядовито дополнил я. – Я же не про тех дебилов, что не скрываясь, караваны купцов из «Золотой тысячи» на имперских трактах потрошит. Я про благородных господ поумнее. Тех, кто, скажем, немножко злоупотребляет и расширенно трактует свои права на межевую войну.

– Таких немного. – Сморщил нос Хоран.

– Боу, я сильно похож на того, кому интересно безумное быдло?

Киран с любопытством покосился на меня.

– Мне интересны только те рыцари-разбойники, кого так просто не пришибешь, друг мой. Они наверняка при деньгах.

Боу пожал плечами.

– Я человек маленький, полностью все как есть я тебе не обскажу. Это фера Мохана и его людей тебе надо спросить.

– Обязательно, – кивнул я. – Но сейчас их рядом со мной нет.

– Те, кто тебя интересует, – перестал включать дурака ан Крайд, – должны обладать следующим: хорошими покровителями, самое меньшее при дворе Наместника…

– Это понятно.

– …И крепкими замками, где могут отсидеться от обидчиков.

– Ну а еще мозгами, чтобы не перегибать палку. Меня мелочи интересуют, фер Киран. Как у такой сволочи обычно складываются отношения с соседями, например. Могут рассчитывать на их помощь?

– Сомневаюсь я, что фер Киан ан Шельд мог похвастать чьим то покровительством. – Счел своим долгом вставить пару слов Боу. – Откуда связям у узаконенного бастарда было взяться?

– И кто это такой? – ревниво уточнил маг.

– Раубриттер, – пожал плечами Хоран. – Балладу про «Кровавый Киан – ужас лесов и гор» никто не слыхал? О нем поют.

– Чем знаменит? – спросил я.

– Убийствами и разбоем, – с ухмылкой развел руками старый наемник, – лет, может быть, пятнадцать покоя никому от него не было. Народа извел несчетно.

– Это невозможно без высокого покровительства! – Стоял на своем наш колдун.

– Фер Киран. – Примирительно сказал Боу. – Ну откуда у вытащенного из говна мельничихина сына могут появиться покровители? Старший ан Шельд поздно его признал. Наследника своего за что-то там убил, пришлось признавать ублюдка. Потом сыноубийцу отравил зять. Прибрать себе решил лён и крепость. Бастарду, говорили, на папашу было плевать, но родственник и его хотел удавить, так что пришлось голодом в клетке шурина уморить. Но сестру отпустил. Сестра привела мстить родню мужа. Мстителей вырезал, сестру в этот раз уже не пожалел. В башне закрыл, ублюдков себе рожать…

– Фу, – сказал я. – Бедные дети.

Киран, как медик, несомненно, бывший в курсе последствий кровосмешения понимающе хмыкнул.

– …Потом на него благородные господа еще более озлились. – Продолжил Боу. – Долину его, конечно, выжгли, посидел в осаде, но побил и этих.

– И после этого, все, что ему осталось это выходить на большую дорогу. – Предположил я.

Хоран кивнул.

– В суть смотришь, фер Вран.

– И как же он тогда безнаказанно промышлял полтора десятка лет, если на него все с первого дня ядом дышали?

– Шельд альвы строили во времена Старой Империи. Половина сотни тысячи удержит. Кости тех остроухих давно в прах рассыпались, а крепость их все еще стоит и еще тысячу лет еще стоять будет. Даже когда фер Киан пал в вылазке, мы замок взять не сумели.

– Не нашлось специалистов?

– Там никак не подступиться по скалам. После этакой неудачи, чтобы казну не разорять друнгарий[3] предложил гарнизону прощение. Кастелян на переговорах даже замок детям своего господина сохранил.

– Я про это и говорил, – заметил довольный ан Крайд. – Когда-нибудь Империя приходит ко всем.

– От Империи там был друнгарий со свитой и тагма из трехсот всадников, – не поддержал мага Хоран, – две с половиной тыщи наемников купцы оплатили.

У меня начала оформляться довольно очевидная догадка о причинах столь долгой безнаказанности покойного Ужаса.

– Скажи мне, если я ошибаюсь. Замок в какой-то лютой жопе мира стоял? Наместникам было дешевле мириться с налетами этого героя, чем оплачивать мобилизацию ополчения и прочие рискованные войсковые операции по его уничтожению?

– Ничьих милостей он наверняка не искал, а войск у Наместников не так уж, чтобы много… – задумчиво продолжил мысль колдун, признавая этим свою неправоту.

– Угу, – кивнул я.

– Все так, – подтвердил Боу. – Все как ты говоришь. Благородным господам нужно берега не терять. Не в нужный час разбил фер Киан не тот обоз и не тех купцов перевешал – и все. Унесло в море, доплыть до берега не сумел.

– Ну и хуй на него, – сказал я. – Раз уж он уже помер. Давайте вернемся к добрососедским отношениям и шансам нашей роты в ходе приведения рыцаря-разбойника к миру попасть под хоругвь ополчения, а то и имперскую тагму.

– Никаких, – уверенно сказал Киран, – слишком опасно.

– Ты про легионеров?

Маг кивнул.

– Соглашусь, – подумав, подтвердил Хоран. – Не слыхал. Благородные рыцари иной раз на помощь прийти могут.

– Родня, подельники, старые союзники?

– Да, фер Вран.

– Сбор уездного ополчения ради спасения явного разбойника рив никогда не объявит. – Не промолчал и ан Крайд. – А если объявит, никто на сбор не придет. Коли откроется такое, ни риву, ни друнгарию будет несдобровать. Да и Наместник тоже пожалеет об этом.

– Мы же оба с одним таким знакомы. – Поддел его я.

– Мы оба знаем, что раубриттером ан Варен не слыл. – Отбрили меня.

– Ну, раз так, то давайте выпьем, – взялся я за свою кружку. – Что-то у меня в горле пересохло.

Разговор далеко не был закончен, но чтобы информация текла рекой, голосовые связки периодически надо было смазывать алкоголем. Как завещал товарищ Сталин, так сказать.

* * *

Бухалово удалось. Малоизвестной среди непрофессионалов информации о нюансах ведения межевых войн, безнаказанного разбоя и грабежа в мирное и военное время и даже традиций, привычек и характеристик столичной аристократии я собрал просто горы. Психологические портреты коллег тоже пополнились парой тройкой интересных штрихов. Достаточно сказать, что умнице Кирану, в отличие от Боу не удалось запудрить мозги «беспорядочным» перескакиванием с темы на тему в ходе разговора, что привело к явной фильтрации выносимой информации. Что он, кстати, довольно удачно пытался скрыть. Эта настороженность меня впрочем, особенно не опечалила, у каждого из нас троих были полные шкафы скелетов, так что отношения среди комсостава роты выстраивались от поступков. А с поступками у нас троих все было в порядке. Короче говоря, когда пьянка стала неуправляемой перед нами, конечно же, всплыл вопрос – где нам сейчас найти баб.

Всякие служанки с кухарками отпадали. Данное капитану обещание вести себя в его доме прилично подразумевало одни только отношения по взаимному согласию, что сводило перечень доступных женщин до нуля. Слабые на передок бабенки в обслуге усадьбы, конечно, были, но так уж вышло, что в фильмах ужасов они могли сниматься без грима и соответственно никакого мужского интереса комитов роты в их отношении не возникало.

Предложенный Боу налет на крестьянок из ближайшей к поместью деревни, где можно было найти относительно приличных полупрофессионалок за относительно небольшую плату, мы с Кираном заблокировали большинством голосов. Души пылали жаждой праздника, остро хотелось увидеть перед собой нечто прекрасное. Шлюх из «Золотой дрофы» например. В трезвом состоянии опробовать этот сервис меня задавила жаба, однако сейчас, с плескавшимся в пузе вином и бесом ан Крайдом под боком, отказаться от визита в это богоугодное заведение ни у меня, ни у Хорана не хватило силы воли.

* * *

К воротам Бир-Эйдина мы подъехали во время работы выпускного «окна». Людей там в этот раз собралось немного. До закрытия города оставалось не так уж и много времени, так что основная масса гостей Бир-Эйдина его уже покинула, чтобы успеть добраться до своих домов засветло. В «дворянской» очереди впереди нас оказались: открытый тарантас с дремавшим в нем свинообразным нобилем, рядом с которым бдительно озиралась по сторонам пара конных телохранителей, покрытая грязью карета, охраняемая полудюжиной всадников в железе с двумя заводными конями при них и пристроившаяся за ней группа вооруженных всадников из семи человек. Во главе последней находился изящного телосложения молодой человек в дорогом кожаном дублете и берете с пером, извлекавший из лютни нечто романтическое в направлении открытого окна впереди стоящего экипажа.

Перед визитом к прекрасным дамам я счел не лишним ополоснуться, немного перекусить и даже почистить зубы, так что сейчас, хорошо протрезвев, чувствовал себя весьма умиротворенно и настолько радовался жизни, что план штурма цитадели ультрадорогих проституток снова начинала отравлять жадность и чувство вины перед моей рыжей альвой. Хотя нет, надо было привыкать, даже в мыслях говорить таким образом – меня угнетало огромное чувство вины перед Айлин, подкрепляемое рачительностью и пролетарским возмущением касательно задранных в стратосферу тарифов элитных профессионалок горизонтального фронта. В конце концов, качеством и на все сто процентов уверен перечнем услуг они землян точно удивить не могли.

Сердце Кирана занято не было, так что он был весь такой «в предвкушении» и откровенно тяготился каждой минутой задержки, на какие бабки бы его вскоре не опустили. Боу, в силу возраста и жизненного опыта находился между нами примерно посередине. Продегустировать шлюх он, безусловно, был совсем не против, однако цену своим деньгам знал, так что в отличие от ан Крайда явно задумывался, что же такого эксклюзивного ему могла предоставить фея из «Золотой Дрофы», чего не могла дать дева с более бюджетным ценником. Короче говоря, в нашей сплоченной группе назревали небольшие противоречия, несколько сглаживаемые оживленными прениями на тему различий канонов прекрасного, пошлыми анекдотами и взрывами гогота после них.

Окружающие подобного позитива, конечно же, не оценили, и если на чернь нам было плевать, то слова неудовольствия от представителей благородного сословия требовалось, как минимум выслушать.

К некоторому моему удивлению, одернуть быдло решился все-таки романтичный менестрель, злобно зашипевший своим людям нечто малоразборчивое. В результате такого проявления хозяйского неудовольствия ближайший из кнехтов спешился и подошел к нам. Надо сказать, что выглядел сей гонец довольно брутально и внушительное впечатление, несомненно, производил. Отдельно обращали на себя внимание нехарактерно для местных традиций бритая голова в сочетании с короткой рыжей бородкой и дорогой крупнопластинчатый панцирь с таким же недешевым «бастардом» в руках. В общем, совсем не днище пищевой пирамиды к нам отправили, как это не удивительно.

С мускулатурой у этого орла все было нормально, а вот на мозгах природа наверное отдохнула, так что с высказанной хозяином «просьбой» он обратился к Боу, как раз приступившему к пересказу очередной неприличной истории.

– Мой наниматель просит вас чтобы вели себя тише. – Без каких либо попыток соблюсти политес заявил он.

– Что??? – В один голос уточнили мы.

– Что слышали! – Мазнул взглядом по мне с магом здоровяк.

И так изумленный наглостью кнехта Киран выпучил глаза еще больше. Объективно, мы трое выглядели именно теми, кем являлись – не рядовыми преуспевающими наемниками. Комитов в нас с первого взгляда, конечно, было не определить, дворян и среди матерого младшего командного состава хватало, а слуг мы единогласно решили с собой не брать, но наглость была по-настоящему жесткой. Любой уважающий себя наемный солдат, вне зависимости от своего происхождения, не только мог, он был обязан принять к такому наглецу меры. Даже если бы это был благородный. Мерсенариям в этом мире вовсе было не нужно объяснять, что кровь и кишки у всех одного цвета.

Все слышавшие его слова превратились во внимание, и я уже было собрался ярко высказать все, что думаю о ситуации, когда буквально напоролся на острый и умный взгляд хама. Дураком он всё-же не был и, безусловно, прекрасно понимал все возможные варианты развития конфликта. Как впрочем, и его товарищи, уже разворачивающие коней. Обиделся, что именно ему был отдан приказ?

– Эй, вы там, писклявый! – Слегка повысил я голос в направлении меломана. За деяния собаки в любом случае отвечает ее хозяин. Не так ли? – Обратите свое внимание на меня, будьте так любезны!

Лютня смолкла. Мажор, удивленный хамством не меньше ан Крайда, упер в меня взгляд, где удивление быстро сменялось бешенством. А что ты хотел, мой друг? Фер Вран ден Гарм с некоторых пор заложник своей репутации. И не имеет никакого значения, что у противника двойное численное превосходство. Это было бы их втрое больше, можно было подумать, как ловить на темных улицах Бир-Эйдина и резать глотки испанским хватом. В конце концов, у нас всех под верхней одеждой кольчуги, причем у меня принципиально не рубящаяся местным мечом титановая.

– Как там вас!? – Неопределенно покрутил я рукой. – Менестрель! Вы своих псов на привязи держать можете? Или специально на людей напустил?

Вокруг заинтересованно зашумели, начала быстро скапливаться толпа. Боу примерялся давануть наглеца конем, Киран положил руку на рукоять меча и видимо остро жалел, что не обзавелся арапником. При всем своем желании, разбираться с городской стражей по поводу показательного убийства никому из нас не хотелось. На что у наглого кнехта видимо и был расчет, помимо численного преимущества своей группы. Он отошел чуть назад, стоял в готовности работать своим «бастардом», но первым конечно же агрессивно действовать не спешил.

– Ты что-то сказал, грязный мужлан? – Наконец-то нашел слова мажор глубоким, полным ярости баритоном.

– Сюда иди. – Хмыкнул я.

Губы спровоцировавшего конфликт кнехта искривились в улыбке. Он что, хозяина с нами специально стравить хотел?

Юноша, а моему оппоненту никак нельзя было дать более двадцати лет, схватился за рукоять подвешенного к седлу меча. Альвийского, конечно же, с красивой, украшенной серебром рукоятью.

– В задницу ведь запихаю, – спокойно предупредил я. – И не факт, что рукоятью вперед.

Собирающаяся вокруг толпа взорвалась смехом. Движение из города окончательно остановилось.

Ответить мой «друг» не успел, нас наглым образом перебили.

– Ваша Ми-и-и-и-л-о-с-ть!!! – Ревел подозрительно мне знакомый голос. И, правда, это был тот самый начкар, в смену которого я почти на этом самом месте порешил фера ан Реннедерна и его группу. – Фер Вра-а-ан!!! Почтительно прошу! Давайте вы не в мою смену этих глупцов вырежете!!!

Народ загудел с новой силой, молодой человек заметался взглядом между мной и им, слуги его откровенно заволновались и даже лице провокатора на секунду мелькнуло непонятное выражение, которое можно было принять за беспокойство.

Хёрк Скоггерд совершенно не изменился, он был все тем же двухметровым громилой около пятидесяти лет от роду с ухоженными седыми усами. По понятным причинам спешил к нам он не один – за начальником караула спешил сразу десяток стражников с алебардами и даже двое легионеров.

– Приятно вас снова увидеть, достойный фенн. – Вежливо сказал я, вызвав презрительную гримасу у моего глупого недруга.

Почему глупого? Да потому что Скоггерд ее заметил.

– Взаимно, фер. – Развел руками и доброжелательно улыбнулся мне остепенившийся в Бир-Эйдине старый наемник. – Много о вас рассказывают последние дни. Но после того что здесь тогда увидел, ничему не удивился. Тебе тоже доброго вечера, Боу.

Хоран кивнул.

– Здорово, Хёрк.

С Кираном начкар знаком не был, поэтому оба без слов раскланялись между собой, причем стражник приветствовал рыцаря первым.

– Вынужден вас предупредить, благородные господа! – Не стал больше мотать нервы противостоящей стороне представитель правоохранительных органов. – Закон Бир-Эйдина суров и его нарушители могут не только увидеть «Клоаку» изнутри, но и попасть на плаху. Фер Вран соврать не даст.

Ярость в глазах оскорбленного мной молодого человека не угасла, но руку с рукояти меча он, наконец, убрал.

– Это гнусное хамло часто гостит в вашей тюрьме?

– Вы бы выбирали слова, досточтимый. – Осуждающе покачал головой Скоггерд. – Знаю, что фер Вран таких шуток не любит. Я же не всегда буду рядом.

– Да как ты смеешь! – Взвился мажор. А вот спровоцировавший конфликт наемник серьезность ситуации, наконец, оценил. Впрочем, страха на его лице так и не появилось. А вот интерес, причем в основном в мою сторону можно было наблюдать.

– Будьте так любезны, представьтесь и назовите цель приезда в Бир-Эйдин! – Все также вежливо сказал начкар. При двух метрах роста и пропорциональной ширине плеч безмятежность давалась ему очень легко. – Это не просьба. За слуг не спрячетесь, вместе с вами положим.

В этот момент заволновались уже не только кнехты лютниста, но и охрана кареты, в направлении пассажирки, или может быть пассажира которой, он наигрывал.

– Граф Бран ан Ретц, – злобно оскалился глупый по своему возрасту молодой человек. – Следую для поступления на службу в XXVII-й Иламский.

– Фер[4] Бран ан Ретц, я полагаю? – Все также спокойно спросил стражник. Киран фыркнул, в то время как я покосился на старого воина с уважением. Матёрый тролль, в рунете он бы не пропал.

– Кир Бран ан Ретц!

– Да ты что! Тезка! – Бран и Вран собственно означали одно и то же – ворон.

– То-то же людишки у нас такие наглые. – Буркнул Боу.

– Надо же, с наследником свела кривая дорожка. – Добавил я. – Честь, то какова!

– Не самый могущественный род, – не остался в стороне и ан Крайд, – но невоспитанность слуг теперь можно понять.

– Привыкли к безнаказанности на своих землях? – Поинтересовался я.

– Ну конечно, ведут себя как привыкли.

– Так надо, наверное, научить юношу жизни? Пока этот прекрасный кир из-за своих безумных холуев сталью не подавился? Ну, или чего похуже с ним не произошло.

Киран, все это время насмешливо графа рассматривавший, мерзейшим образом хохотнул.

Взбешенный граф конечно выхватил меч. Кнехты, понимая, что в любом случае будут крайними, неровным полукругом выстроились за ним, однако извлекать оружие из ножен не торопились. Один только провокатор наполовину обнажил свой «бастард», в готовности поддержать атаку хлыща. Скоггерд, тоже, кстати, взявшийся за меч уже было раскрыл рот… И полный арктического холода женский голос изгадил нам всю малину готовящейся резни:

– А нельзя обойтись без убийств?

Молодой человек от такой неожиданности вздрогнул, и растерянно оглянувшись, конечно же, попытался перед девушкой оправдаться. Не повзрослел еще, дурачок.

– Фрейя, моя честь…

– Искренне прошу извинить, но это не к вам, граф! – Все таким же ледяным тоном обрезала его дама. Хорошо надо сказать мне знакомая рыжая дама.

– А ты откуда этого хлыща знаешь, дорогая моя? – Не удержал я вполне естественный в подобной ситуации вопрос. Внутренне, конечно же, свирипея. Прямо как африканский лев, увидевший возле своего прайда плешивого соперника. И, наверное, все же зря, поскольку на прекрасном лице моей любимой женщины лед на секунду сменился довольной моськой, которая впрочем, тут же вернулась в исходное состояние. Это братец ее скривился, как будто сожрал что-то кислое.

– Насколько я знаю своего друга, кир Бран, – задумчиво сказал Киран, с интересом разглядывая Айлин, про которую ему, конечно же, много рассказывали, – ваши шансы пережить ссору только что стали призрачными.

Как бы это не было странным, но последним словам все вокруг поверили безоговорочно. Граф ан Ретц, и его кнехт – провокатор в том числе. Скоггерд, тоже, кстати, мою женщину жадно разглядывавший, для гарантии пресечения смертоубийства даже поспешил выстроить между нами своих подчиненных. В общем, после такой подставы убивать стало не комильфо, даже если в каталажку не угодишь.

– Ночевали дорогой на одном постоялом дворе. – Ляпнула альва, и растерянно мазнув меня взглядом, поежилась.

Обожаю эту женщину!!! Сказала и только после этого поняла, что только что ляпнула. Физиономия стоявшего рядом с ней брата стала еще кислей, чем была. Лимончик грейпфрутом закусил, типа того. «Ну, это многое объясняет!!!» на языке у меня, конечно, вертелось, но высказать эту фразу вслух я поостерегся. Даже в шутку, чтобы любовь медом не казалась.

Для начала, подозревать свою даму в измене не было никаких оснований.

Во-вторых, то, что можно и иногда даже нужно сказать наедине, ну или на крайний случай, в компании близких друзей, не всегда стоит озвучивать при посторонних. Этой, не менее безобидной фразы, чем произнесенная Айлин, в принципе было вполне достаточно, чтобы убить наши отношения сразу же, как ее разнесут и переиначат. Давление общества в средневековье как говориться, имеет место быть.

Спешившись, я поймал Скоггерда взглядом:

– Но это не точно. Пожалуй, прислушаюсь к просьбе дамы. Я сегодня не кровожаден.

Не поверить мне начкар не рискнул.

– Езжайте уже, кир Бран. Но дураку своему плетей всыпьте.

«Дурак» конечно же удостоил стражника крайне неприятным взглядом, а вот граф, вместо того чтобы последовать умному совету, отчего-то решил лезть в бутылку.

– Не тебе за меня решать!

Из-за присутствующих тут легионеров, быть может? Или решил перед Айлин в самца поиграть?

Тут в потенциальную перепалку конечно же влез я.

– Кир Бран, – сказал я, придержав Скоггерда за плечо. – Имею слабость прислушиваться к просьбам прекрасной фрейи. Поэтому, давайте сделаем так…

Молодой граф, конечно же, насторожился, подозревая неладное. Но тем ни менее промолчал, дав мне высказаться.

– …Сегодня я отложу в сторону привычку спрашивать за грехи слуг с их хозяев и принесу лично вам извинения за свою грубость.

Удивление на лице графа и недоумение на наглой морде провокатора появились одновременно. И я, воспользовавшись этим, вложил всю массу тела в мощнейший удар в подбородок последнего. Кросс получился как из учебника, бедняга обрушился на брусчатку как вековая ель. Одна беда – костяшки бы после этого так не болели. Впрочем, без перчатки было бы хуже.

– И за наглость этого человека спрошу с него самого! – Потряхивая отбитой рукой, закончил я для публики заранее подготовленную фразу и для дополнительной театральности подобрал себе на память о склоке валяющийся под ногами «бастард». Владелец лежал на спине и по техническим причинам возразить был не в состоянии. Кровь из открытого рта текла.

– Но про плети, граф, фенн Хёук вам дивный совет дал. Конечно, делайте, как хотите, но если этот кусок говна придет в себя, я рекомендую вам им воспользоваться. Прежде чем выкинуть дурака на мороз. В другом месте и в другое время мы бы из-за этого мудака уже убивали друг друга.

Ан Ретц перевел взгляд на свой обнаженный «кровавый лист», покосился на стражников и лежащего без движения подчиненного, ненадолго задумался и с видимой такой неохотой согласился решить наше дело миром:

– Извинения приняты, фер Вран. Я тоже погорячился.

– Вот и хорошо, – кивнул я. – Значит, сегодня схватки не на жизнь, а на смерть не ожидается.

Общественность разочаровано загудела. А я, не обращая на нее внимания, продолжил, захватывая своим автоматом сопровождения цели Фальтигерна ап Шоннахта:

– По крайней мере, с вами…

Брат моей, что уж тут мять булки – без пяти минут супруги, взглядом впрочем, предпочел не встречаться. Чувствовал вину, сука такая.

* * *

Планы налета на бордель пошли крахом, но я этим был даже доволен. Моя воля была как стальные тросы на 32! При том огромном количестве искушений, с которыми удалось столкнуться, даме своего сердца я все-таки не изменил. Ну а почти не считается, она в конце-концов могла бы и поторопиться. Ничего бы с ней не случилось, если бы без братца своего приехала. Человек, ну или если угодно альв который по своему безумному мракобесию уже раз пытался меня прикончить, и которого я сам теперь убить не имел возможности, действовал мне на нервы. Немного.

Айлин, проревевшись у меня на груди, конечно же, первым делом попыталась нас помирить, но по очевидным причинам особо не преуспела. Пускай даже это начинание было похвальным. Продолжение отношений с рыжей альвой подразумевало либо примирение с ее родственниками с последующим устройством взаимовыгодных отношений, либо их беспощадную зачистку, чтобы случайно выжившие даже дыхнуть в нашу сторону боялись, не то, что лелеять мысли о мести. Второе выглядело малоперспективно, так что я всецело поддержал первый вариант. Ну и чтобы не тянуть быка за рога предложил Айлин и Фальтигерну поужинать в «Золотой Дрофе». Чтобы так сказать обсудить наиболее горящие вопросы на нейтральной территории.

Постоялый двор, где нашли приют альвы, находился в десяти минутах ходьбы от нее, так что выдвинулись мы туда пешком, оставив служанку Айлин и министериалов ее брата на хозяйстве. Район тут был весьма приличным, ужаса на криминальный мир за последнее время правоохранительные органы нагнали еще более чем приличного, при нас двоих было оружие, так что возможность попасть в неприятности оценивалась призрачной. Ну а неторопливая прогулка по сумеречным городским улицам настраивала на позитив и давала возможность прояснить мешающие конструктивному общению неясности до начала основного разговора.

– Давай, тан[5], остановимся на следующем, – начал я, сжав руку своей женщины, чтобы не волновалась, – извинения мне твои, любезный брат, на х… не сдались. Мне нужно чтобы ты свой подвиг в будущем не повторил. Более удачно, чем тогда, конечно же.

Тан Фальтигерн ап Шоннахт, уже немного подготовленный к подобному ходу разговора, словесные кружева плести не стал. Ответил, я бы сказал даже с облегчением:

– Сестра выросла у меня на руках, фер Вран. От этого я совершил ошибку. Однако теперь ап Шоннахты не будут мешать вашим отношениям. Вам нужно будет ценить и беречь сестренку, род это оценит.

– Многие из родни против нашей связи? – Не смог не уточнить я. Поклонники Богини Смерти Хелы, к которым меня все вокруг относили, с альвами по традиции были на ножах. Те платили им той же монетой.

– Не очень. – Снова не стал вилять тан Фальтигерн. – По вам, фер, как смогли подробно навели справки. Но женщины за Айлин все-таки беспокоятся. Твоя Хозяйка брака вам может не простить.

Я скривился, и даже поначалу не понял, почему меня нежно погладили по кисти. У Айлин был такой вид, словно она сейчас еще раз испортит макияж. Брат, немного смутившись, отводил взгляд в сторону. Мне оттого стало искренне стыдно – мысли что «хорошее дело браком не назовут» и «штамп в паспорте обычно портит отношения» следовало свернуть в трубочку, сжечь и пропустить пепел через прямую кишку. Я переживал о видящем цель и не видящем препятствий соединении двух сердец и точка!

Ну а если серьезно, ничего сильно уж страшного в том, что лейтенант наемников и очаровательная вдова спят с друг-другом, по каким-то причинам не спеша заключить брак, благородное общество не видело. Единственное но – требовалось соблюдать несложные правила приличия, чтобы тех ханжествующих старух не провоцировать, что уже одних только конюхов под свой балдахин заманить способны.

Пускай даже у нас ситуация складывалась несколько сложнее типичной связи брутального воителя с безземельной дворянкой или же такого довольного удачного для права выбора вдовы варианта с наличием у нее опекунства над мальчиком-наследником своего отца. Айлин в наследство от своего убитого нами на недавней войне мужа имела всего лишь преимущественные права на фьеф. Последнее, делало её прекрасным призом для любой безземельной сволочи, которая могла иметь наглость взять на прицел ее земли и замок.

Собственные желания не имеющих сыновей владетельных вдов в свете не стихающих в Империи межевых войн никого особо не интересовали, даже если они «с убийцами супруга по доброй воле не путались». Не имеющей по-настоящему мощной поддержки женщине оставалось только молиться, что в лучшем случае добровольно, в худшем принудительно ставший ее мужем рыцарь окажется достаточно приличным человеком. Ну, типа меня, например. В конце-концов, в отличие от многих я мог хотя бы надеяться, что подхожу под последнюю категорию. Ну а сама Айлин, несмотря на всю разницу менталитетов людей из двух разных миров, как супруга меня вполне устраивала. Замок и земли, автоматически становящиеся форпостом земной разведки, плюс прилагающиеся к этому всему блага (я бы предположил немалые) шли не более чем приятным довеском. Пыхтеть на супружеском ложе под клич – «За Родину!» я точно был бы не готов.

– Надо будет завтра хотя-бы в храм зайти, – вздохнул я.

Что меня окружает мистика, отрицать я, увы, не мог. Специалисты единодушно относили ее к сфере Хелы. Раз уж мне говорят, что все настолько серьезно, было бы весьма логично расспросить, что почем по-настоящему разбирающихся людей. Денег там им пожертвовать или что-то типа того. Хоть бы, потому что я никаких молитв Богине Смерти никогда не обращал, что тут говорить о клятве или чему-то подобному.

– Тоже думаю, что вам надо это сделать как можно быстрее, фер Вран. – Охотно согласился со мной тан Фальтигерн. – О настоятеле храма Хелы Справедливой во Внутреннем Городе разве что в самых глухих углах Империи не слыхали.

– Тут тоже справки наводили?

– А кто бы на нашем месте не стал?

– Прислушаюсь к вашему совету, – согласился я с что уж тут кривить душой – родственником, который только что, пожалуй, вернул долг за свои стрелы посланные в мою спину.

Айлин еще раз погладила меня по руке. Брат это дело заметил и решил, что настало время сменить тему нашего разговора. Гонять из пустого в порожнее ни у него, ни у меня, не было никакого желания.

– Фер, так вы в той ресторации, в которую нас ведете, вампиров порубили?

– Давай уж на ты, и по именам… любезный шурин! – Хмыкнул я. Родственник, по-моему, высоко оценил мою злопамятность и постоянно сбивался с ты на вы и наоборот. – Ладно бы нас с тобой одна Айлин связывала. Несостоявшаяся смерть ведь еще больше сближает, не так ли?

* * *

Судя по тому, как вытянулась физиономия администратора заведения, меня он узнал с первого взгляда.

– Доброго вечера, – вежливо поздоровался я.

– Фер Вран… ден Гарм? – Все же припомнил мои данные этот матерый профессионал.

– Приятно, что тебя помнят! – Развел я руками и улыбнулся. Довольно мрачно, но это чисто для имиджа. – Нас, если можно, посадить за тот самый столик.

– Если он сегодня не занят, – предупредил, сразу понявший что я хотел сказать халдей.

– Склоку устраивать не будем, – спокойно согласился я. – Тот, где кровососы сидели, меня тоже устроит.

Слышавшая эти слова публика навострила уши и начала на нас оглядываться.

– Желаете рассказать и показать, как все произошло, Ваша Милость? – Льстиво заулыбался распорядитель, указав глазами на мою даму.

– Имею полное право, – чуть более резко, чем было нужно, обрезал я.

Администратор понял, что позволил себе лишнее и замахал руками:

– Фер Вран!!! Сегодня для вас ужин за счет заведения!!! Это самое меньшее, что мы можем для вас сделать!!!

– Только мой? – Хмыкнул я.

– Вас и ваших спутников, – не стал мяться распорядитель, – мелочностью не страдаем.

– Не подразумевал ничего плохого, – не стал я провоцировать халявную пенку в чае. – В деньгах нужды не испытываю.

– Я настаиваю! – Ощутимо более человечно, чем ранее, улыбнулся администратор. – Для нас это честь, принять вас, Ваша Милость. До сей поры о случившемся у нас подвиге говорят каждый день.

– Ну, коли так, то к месту его свершения нас наверняка надо провести?

Фальтигерн едва слышно хмыкнул, ну а довольная Айлин, оценив взгляды не скрываясь подслушивающих разговор дам из собиравшейся вокруг нас публики, по-хозяйски прижалась ко мне, не обращая внимания на приличия.

«Обкладывают со всех сторон!» – подавил я желание вздрогнуть.

Всё что мне оставалось, это в разговоре не оплошать. Повышение своего имиджа в глазах любимой женщины никогда не бывает лишним. Наврал ты ей с три короба или нет. Главное чтобы на откровенной лжи не припалила. Впрочем, врать мне было не нужно. Некоторые акценты сместить, не более.

* * *

Вечер оказался прекрасным. Известие, что за тем самым столом, сидит тот самый знаменитый герой, облетело ночной клуб минут за пятнадцать. Чтобы познакомиться с знаменитым «Вампиробойцей из Золотой Дрофы» и пожать его мужественную руку люди даже из борделя ломились, и ладно что еще дорогие товарищи в этой очереди оттуда не появились. Боюсь, что правдоподобно объяснить Айлин, куда мы все вместе ехали, в этом случае было бы довольно непросто.

Персонал заведения тоже заслуживал одних только похвал. Слова администратора не оказались дежурной вежливостью, нас действительно напоили, накормили и обслужили по высшему классу. С корыстью это радушие было или нет, впрочем, было неясно. В городе, как нам рассказали, работали не только фрументоры из военной контрразведки и чины Тайной Стражи, но и имеющие права следствия клирики Капитула. Последние, в таких вопросах как поиск виновных в скармливании людей нелюди, по сложившейся за века традиции пугали народ еще больше чем первые две организации вместе взятые. Пускай даже сейчас их былые права Император в некоторых местах и подрезал.

Альва моя блистала, открыто упиваясь вниманием и змеиным шипением со всех сторон по поводу «остроухой сучки». При этом надо отметить, что брат ее у генераторов шипения весь вечер был нарасхват, конечно же, в итоге попав в ловушку какой-то особо продуманной шатенки с четвертым размером груди и совершенно не скрывающим сокровищницы хозяйки декольте. Пускай даже, к чести тана, исчезновение из нашей тесной компании он все же согласовал.

Мне на половую жизнь шурина было глубоко наплевать, так что я, конечно же, пожелал ему в благих начинаниях больших успехов. Сестра тоже благословила братца чем-то добродушно – язвительным. Минут через пять – десять после исчезновения Казановы, засобирались «домой» и мы.

Как мне подтвердила Айлин, ханжами старшее поколение ап Шоннахтов не было и требовать от Айлин ан Дрес, чтобы она при встречах со мной только за ручку держалась, вопрос у родных даже не возникал. Убитые, как говориться были убиты, а живым нужно было жить дальше.

* * *

– Ну как, хорошо прошел вечер? – Бритая голова и упирающийся в землю фальшион вышедшего из темноты человека отражали свет уличных фонарей. Богатые кварталы Бир-Эйдина ночной порой освещались. От «Золотой дрофы» мы отошли самое большее на двести метров.

– А не слишком ли ты внятно разговариваешь, после моего кулака? – Спросил я, закрывая собой Айлин и стремительным образом трезвея от выброшенного в кровь адреналина. Собираясь посетить фей, пистолет я с собой не взял, и это сейчас грозило нам выйти боком. Клинок алкоголя не любит.

– Да, давно не встречал такого кулачника, – хохотнул человек. – Великолепный удар.

Перед нами стоял тот самый нокаутированный мной засранец, кнехт графа ан Ретца. Который в нормальных условиях сейчас должен был только мычать, едва открывая рот при переломе челюсти. Причем валяясь в пригородной канаве в одних подштанниках, между нами говоря.

Взбешенный наниматель после нашего примирения нерадивого пороть кнехта почему-то не стал, а тупо в упомянутую канаву скинул, придавив всем принадлежащим тому имуществом. От которого сочувствующие граждане уже в течении следующих минут десяти ну никак не могли этого доблестного воина не избавить. Ан нет, произошел сюрприз. Чувак стоял живой, здоровый и даже в своем дорогом панцире.

– Выходит мне не показалось, что втемную ан Ретца на нас хотел натравить?

Человек хмыкнул.

– Не той ты служишь, не той. Жалко немного становится…

– Вот оно что! – В целом не удивился я.

– Что? – Продолжал непонятно чему веселиться «кнехт».

– Не буду спрашивать, где ты целителя нашел и как барахло с тебя в канаве не сняли. Мальчишку хотел моими руками убрать или в меня целился? Кирана? Боу?

– А есть разница?

– Есть. Не складывается что-то. Мы ведь случайно в воротах пересеклись.

– В мире случайности случаются куда реже, чем кажется смертным. – Уже совершенно серьезно сказал стоящий передо мной профессиональный убийца и положил фальшион на плечо. Разговор подходил к концу. Убежать от него, и мы оба это знали, вместе с перепуганной Айлин я не мог. – Ты еще реши, что женщина твоя случайно рядом с ним оказалась.

Альва охнула за спиной.

– Даже так? Не слишком ли мелко плаваешь? Жалким кнехтом при таком планировании?

– О!!! – Снова вернулся к киллеру ироничный тон. – Так я и не воином к ан Ретцам нанимался. Фехтованию учил малыша.

– Он был бездарен как ученик, и ты решил от него избавится? – спросил я, вытаскивая из ножен свою скьявону.

– Не угадал. К клинку у него все задатки.

– Тогда откуда взялась подлянка?

– Все тебе расскажи, – хмыкнул убийца, начиная со мной сближаться, – но отвечу. Манду сестрицы его хотел достать. И все бы хорошо, но щенок мне это дело испортил.

– Высокие от… – Закончить фразу я не успел. Меня атаковали.

Мощнейший удар чуть было не выбил из руки меч. Второй я перехватил почти случайно, и тут же контратаковал уколом предплечье вооруженной руки противника, разумеется промахнувшись. В размен мне чудом не вскрыли горло горизонтальным ударом, который удалось остановить только подставленной под фальшион корзинкой даги, которую я загодя из ножен не вытаскивал. И как выяснилось, с этим не прогадал. Причем не столько потому, что меня не убили, но и по той причине, что тем же кинжалом мне удалось контратаковать, ранив противника то ли в кисть, то ли запястье правой руки. Добить его впрочем, не удалось, убийца преспокойно сменил руку и, отбивая мою атаку, чуть было не отрубил фальшионом кисть в запястье уже мне. На этот раз спас уже эфес скьявоны.

Фантастическое, мать твою, изобретение!!!

– Впечатляет! – Задумчиво сказал убийца, глянув на раненую руку и пощупав правую щеку, куда я его вроде бы тоже достал. – Кулак это полная неожиданность. Но ранить меня, даже не обратившись к силе Ледяной Суки…

– Заебали вы меня уже с ней, долбоебы. – Сплюнул я, собираясь атаковать, – я даже в храмах Хелы не разу не был.

– Вот к… – договорить в этот раз не успел уже он.

Один из уколов скьявоны в конечном итоге прошел, но угодил в панцирь. Также кинжалом снова удалось ранить его в правую руку, но на этот раз посерьезнее. Из меня в свою очередь чуть было не выбили воздух поперечным ударом в грудь и не добили следующим собственно именно из-за той самой контратаки дагой. В мастерстве противник довольно-таки серьезно меня превосходил, но мои два оружия против его одного, компенсировали этот недостаток.

Далее, ситуация стала патовой. Он был ранен, я серьезно помят и исход поединка тупо качался на весах случайности. Для профессионала это, разумеется, было неприемлемым.

– Спасибо за поединок, фер Вран. – Отсалютовал мне убийца своим фальшионом. – Я вас недооценил.

– Уже не хотите продолжить?

– Да, как-нибудь в другой раз, – фыркнул он. – Каждому поединку свое время.

– Так мы расходимся?

– Да, мой меч вы заслужили по праву. Пользуйтесь.

– Какое счастье! Честь-то, какова!!! – шмыгнул я носом.

– Поверьте моему слову, вам бы не понравилось, если бы я за ним пришел, когда вы лежали в кровати. – Угрозы в голосе, как это ни странно не звучало. Банальная констатация факта, не более.

Разубеждать непонятного киллера, сказав, что против хранимого под подушкой пистолета ему ничего не светит, я конечно не стал. Для начала не помешало бы этот пистолет постоянно на расстоянии вытянутой руки иметь.

Айлин заплакала только в нашей комнате на постоялом дворе, когда разглядела посеченную на моей груди как бритвой акулью кожу и глубокие зарубки на прутьях корзинок скьявоны и даги.

И кто это интересно был, такой резкий и подготовленный? Я кому-то уже мешаю? И если да, то чем?

Глава II

После столь неожиданной ночной схватки, мой выходной костюм к носке в приличном обществе стал совершенно непригоден. Поэтому, с началом рабочего дня пришлось отправить посыльного в поместье ан Феллемов и по настоянию Айлин мальчишку к ближайшему мастеру.

Для замены куртки при не пострадавших штанах самым подходящим выбором для меня был последний писк местной моды – легкий кожаный дублет в стиле «милитари» с минимумом вышивки и украшений, так я для мастера и передал.

Портных по моему вызову пришло четверо. Мастер – невысокого роста худенький старичок с горбатым носом и живыми черными глазами, парень – подмастерье в районе двадцати лет возрастом со здоровенным кинжалом на поясе и две девахи моложе. Группа плюсом к коже и инструментам предусмотрительно оказались нагружена рулонами ткани, какими-то кульками, гладильной доской и даже угольным бронзовым утюгом с торчащей из него трубкой, явно рассчитывая расширить перечень предлагаемых для клиента услуг.

Я впечатлился. Альва видимо еще более. В итоге, уже через пять минут после их появления я был вынужден заказать по паре исподних и выходных рубах и «типично дворянский костюм» из то ли льна, то ли хлопчатки на дорогущей шелковой подкладке в дополнение к коже. Изящные кожаные дублеты играли тут у богатеньких мажоров роль камуфляжа от Гуччи, и их использование решительно во всех ситуациях было моветоном, гардероб требовалось разбавить. Женщина моя ждать у моря погоды определенно не собиралась, и как я сумел понять ее планы, решила брать власть в свои руки начиная с трусов и носков.

– Семейное предприятие? – спросил я, чтобы не молчать пока мастер меня обмеряет. Сходство с подручными у старого портного прослеживалось несомненное.

– Да, Ваша Милость! – заулыбался старичок. – На хлеб делом своим зарабатываем сотню лет как.

– В городе или вообще?

– В городе, только в одном Бир-Эйдине, Ваша Милость!!! – Замахал он руками и шмыгнул носом для большей убедительности.

– Качество, проверенное временем? – Хмыкнул я. – Но ценник у вас конечно не самый милосердный.

Айлин от таких слов заулыбалась как маленькое солнышко и согласно кивнула, очень довольная проявляемой мной рачительностью.

– Даже внутри внешних стен все очень дорого, – сочувствующе вздохнул портной. – Зима на носу, дрова и уголь больших стоят денег…

– Как страшно жить в этом городе! – Согласился с ним я. – А тут еще и вампиры шалят.

Старшую из девиц передернуло.

– Уж, не говорите, Ваша Милость, не говорите! – Вздохнул мастер портной. Остальным в его присутствии не по делу разевать рот видимо было заказано. – Роночку, девочку мою, чуть было не выпили год назад. Одним соизволеньем богов выжила, красавица моя.

– Вас? – Уточнил я. Девушка осторожно кивнула.

Старик настороженно взглянул на меня, потом на Айлин и, успокоившись, продолжил:

– Месяц в лихоманке лежала.

– Короче говоря, чистка в Бир-Эйдине давным давно назрела.

– Увы, Ваша Милость. – Согласился со мной мастер. – Что бюргеры. Самого сына Префекта Внутренней Стражи в «Золотой Дрофе» Ночной народ едва не сожрал.

– Даже так? – «Удивился» я. – И как такое смогло произойти?

– Ворвались, говорят в ресторацию и набросились на людей! – Обрадовался свежим ушам старичок. – Если бы юный ан Феллем с другом своим не оплошали, наверняка никто бы не ушел.

– А кто там вилкой кого заколол? – Обиделась за меня моя женщина. По сердцу разлилось масло.

– Лейтенант из его роты. Тоже говорят боец поискать, капитана поддержал. Пусть без оружия, но спину своему капитану прикрыл…

– Да ты что!!! – Уже непритворно удивился я.

– Да, да, Ваша Милость! Все о том бают. Редким храбрецом себя показал, кинулся на упырей с одной вилкой! Другой бы наверняка бежал, а этот нет. Говорят, после с фером Лойхом они кровь смешали. Сейчас фер лейтенант, говорят, в их усадьбе живет. Рота молодого ан Феллема после найма в город вернулась.

– Как я скучно живу… – Под фырк Айлин изумился я мастерству художественного свиста молвы. Ну а если точнее, то людей префекта что распускали по городу слухи. Мастерская расстановка акцентов вместо искажения обстоятельств стычки до неузнаваемости подсказывали, что без приложения уст профессионалов в слухах не обошлось. – Легионеры много проблем доставили?

– Немало, – кивнул старик. – До единого дома в городе перевернули.

– И как?

– Те, у кого нашли ходы в подземелья, в «Клоаке» теперь сидят, – не выдержал парень, выложивший под разметку кожу дублета.

– Цыц! – Одернул юношу старший родственник. – Здесь я с Его Милостью говорю.

Парнишка потупился.

– Ну, или на плавучих тюрьмах бедуют. Те, кому в «Клоаке» места не хватило, – закончил за парня фразу старик.

– Тюрьмы плотно забиты, иначе говоря.

– Да, фер. – Охотно согласился старый портной, размечая кожу. – Не знаю как в городской тюрьме, а вот на баржах люди как мухи дохнут.

– Тупо арестовали и забыли? – Удивился я. Не то чтобы городская верхушка сильно ценила права всех категорий граждан Вольного города, но до: сегодня забыли в тюрьме нищего каменотеса, завтра купца с полным правом голоса в городских делах, а послезавтра и членов Городского Совета, умения истеблишмента смотреть в будущее, должно было хватить.

– Выпускают помалу. В иной день и помногу бывает. Кого и казнят. Кого на галеры да в каменоломни шлют. Но туда столько люду набили, что дело это долгое. Даже если бы новых постояльцев каждый день туда не совали.

– До сих пор тюремное население пополняется?

– Никто же никуда не ушел, – пожал плечами старик, подразумевая XXVII-й Иламский. – Та же Внешняя стража с легионерами с ног сбились, разбойников выводя. Из посада и катакомб легионеры со стражей тоже не вылезают.

– Ворье значит, тоже беспощадно подчищают?

– Так как же без этого, Ваша Милость!? Они с нелюдью всегда первые друзья!

– Так восславим же Императора за проявленную заботу! – Покачал головой я.

Портные впрочем, моего юмора не оценили и провозгласили ему здравицу его на полном серьезе. «Недопитая» вампами девушка в этом деле усердствовала особо. Я ее не винил. Судя по сверкнувшим из под высокого воротника шрамам, оставлять ее в живых после дегустации кровосос действительно не планировал.

В целом опыт пошива «приличного платья» высококлассными средневековыми мастерами оказался довольно занимательным. Отработали они каждый запрошенный медяк. Одна только раскройка чуть ли не на глазок, пометкам чего стоила. Страшно было даже представить, на что они станут способны, заполучив в руки свои обычную советскую механическую швейную машинку. Которая, по секрету сказать, являлась не более чем контрафактной модификацией дореволюционного «Зингера». С ней, они бы построили все заказанное, наверное, часа за три, а так полуфабрикаты пришлось тащить в мастерские – ручная работа требовала слишком много времени. Я конечно не возражал – мы с Айлин знали, чем можно заняться, пока Даннер привезет мне из поместья комплект повседневного барахла.

Впрочем, с последним делом нам, конечно же, помешали.

* * *

– И что тут за шум? – вышел я в коридор. Занявшие комнаты по соседству альвийские министериалы не оплошали и перекрыв его, переругивались с толпой вооруженного люда. Человек, наверное, до двадцати. Что интересно, вместе с городскими стражниками это перемешанное с шпаками Бир-Эйдинское «Маски-шоу» включало в себя еще и легионеров, до целого центуриона включительно.

Ответил мне старший группы охраны, явно немного меня недолюбливающий, но в высшей степени профессиональный старый, опытный воин тан Ройг ап Инбалт.

– Фер Вран, это к вам гости!

– Благодарю вас, тан Ройг. – Пришло время повысить голос. – Настоятельно прошу тишины!

В коридоре стало потише.

– Я буду разговаривать с руководством. Остальным лучше будет спуститься вниз и опрокинуть за наше здоровье кружечку пива.

– Серьезно, что ли?!! – Ну очень зверски оскалился центурион. Судя по возрасту хорошо за тридцать и продольному гребню на шлеме – младший из неблагородных.

Я всецело разделял мнение, что военная машина Империи совершенствовалась не без воздействия «попаданцев» с Земли, во всяком случае без римлян с византийцами в ней точно не обошлось, однако организация легионов и система званий в них по сравнению с Римом изрядно изменилась. Сейчас, поднявшейся до роли римской манипулы аэронской центурией управляли два центуриона – старший и младший, место которых в иерархии легиона определяла выслуга. Последнего по мою душу как представителя вооруженных сил «командир роты» видимо и отправил.

– Уж вам-то пара кружечек особенно не помешает! – Все же не удержался я. Реальные лидеры буц-команды беглым взглядом определились, так что бесить взятого для массовки человека можно было достаточно безопасно.

Ответить ему не дали, мне можно было гордиться своей прозорливостью. Перебил товарища крупный горбоносый мужчина в дорогом дворянском платье темных тонов с наградной «спатой» на широкой кожаной перевязи. Надо полагать кто-то из не больно то и шифрующихся армейских контрразведчиков.

– Фер Вран ден Гарм?

– Да, это я.

– Мы хотим с вами поговорить.

– Первое – вы это кто? Второе – для разговора двадцать человек обычно не требуется. А вот чтобы убивать самое то.

– Фер, не стоит так драматизировать! – Миролюбиво развел руками ширококостный толстячок в суконном берете с продувной ментовской физиономией.

– Кого-то опасаетесь? – В свою очередь заинтересовался здоровяк.

– В наши времена с осторожностью перебрать невозможно, – вежливо улыбнулся я. – Итак. Кто вы, и чего вам от меня надо?

Контрик, мент и центурион переглянулись, и контрразведчик взял на себя первую скрипку:

– Я фер Кевин ан Трайед. Меня сопровождают – шен Олин Лау, он служит в городском сыске, и фер Иннис Гленганн, центурион из XXVII-го легиона. Мы хотели бы задать вам пару вопросов по ночным событиям.

– Не вижу с этим проблем. Но я настаиваю, чтобы ваши люди не угрожали нам здесь своим присутствием.

Контрик поднял брови.

– Они выглядят очень страшно.

Ап Инбалт глянул на меня так, словно я только что снял маску.

– Хорошо, – не стал спорить фрументор. – Все вон! Подождете внизу.

– Тан Ройг, таны! Благодарю вас. Вы тоже можете немного расслабиться. – Поддержал столь похвальный порыв я, жестом пригласив незваных гостей в нашу с Айлин комнату. Благодаря лампам и застекленному мутным стеклом окошку там было куда светлее. Одеться моя альва успела, кровать заправить тоже, так что не в коридоре же нам нужно было перетирать за: «А где вы были сегодня ночью?». Что-то мне подсказывало, пусть даже на улице мы и разошлись при своих, стадо в коридоре этого постоялого двора не без участия нашего ночного друга появилось.

Внешность альвы все трое оценили на отлично, что впрочем, не помешало появлению на лице контрика удивления, когда я без какого либо стеснения представил «Фрейю Айлин ан Дрес» как мою невесту. Нет, в принципе при сохранении женских тайн сотрудник правоохранительных органов ничем не должен отличаться от гинеколога. Но это только в принципе. На практике таких сотрудников еще найти надо, причем не факт что найдешь. Также как впрочем, и гинекологов. Как я имел смущение обнаружить, обсуждают клиентов в своем кругу обе эти категории секретоносителей гораздо охотнее, чем этим самым клиентам кажется. Короче говоря, чтобы пресечь грязные слухи и возможную дискредитацию репутации Айлин в зародыше, нужно было взять огонь на себя.

Я и взял. Потом расплатиться, куда ей деваться.

– Итак, чем обязан появлению столь представительной компании?

Фрументор, следом за сыскарем обративший внимание на висевшую на вешалке рядом с кольчугой испорченную куртку и стоящий в углу «бастард», перевел взгляд на меня:

– Нам известно, что вчера, у врат города вами было учинен конфликт с молодым графом ан Ретцем.

– Вам известно неправильно. – Как мог зловеще ухмыльнулся я. – В суровой реальности граф пытался учинить конфликт со мной.

– Но вы ведь признаете ссору, фер Вран? – влез мент.

– Также как и ее урегулирование, – спокойно ответил я. – На месте.

– Втроем против семерых не будет стыда уйти от драки. – Влез центурион, предварительно покосившись на фрументора и почему-то на Айлин.

– Может быть, сначала вы поясните, что хотите сказать? – Уверять сотрудников в своей нечеловеческой крутизне было лень. И без меня им было это известно.

– А вы не знаете? – Поддержал коллегу контрразведчик.

– А должен? – «Удивился» я, присев на стол и складывая руки на груди.

Мент с контриком переглянулись. Вопрос решил задать первый:

– Платье ваше этой ночью было испорчено?

– И как вы догадались!!?

– С кем дрались? – Снова влез поперек старших коллег центурион.

– С тем самым кнехтом ан Ретца из под городских ворот. – Пожал плечами я. – Он, впрочем, утверждал что нанимался учить того фехтованию.

Надо же, а кирзовая морда такого ответа не ожидала. Остальные двое собой владели лучше, но все-же переглянулись.

– Фер Вран, вы утверждаете, что поединок был с шеном Дином ан Айнрингом? – Мягонько уточнил фрументор.

– Без понятия как зовут этого человека…

– Он встретил нас на полпути от «Золотой Дрофы». – Подала голос умница Айлин. – Произошла схватка.

– Когда?

– Изрядно после полуночи, – царственно пожала плечиками моя альва.

– Как он сумел к ночи залечить челюсть и сохранить все добро, не спрашивайте. Не ответил. – Добавил я.

Внимание присутствующих обратилось на сыскаря.

– Хмм… Про покойников в этих кварталах я ничего не знаю.

– Ну, это не удивительно, – сказал я, глядя, как Лау обратил все свое внимание на кольчугу. Свежие зарубки на кольцах искать наверняка пытался, говнюк. – У него два ранения в правую руку и неглубокая рана в щеке под скулой.

– Бежал, раз не сумели добить? – Заинтересовался информацией ан Трайед.

– Не сказал бы, что он бежал. Скажем так. Мы предпочли прекратить поединок и разошлись в разные стороны.

– Не похоже на вас, фер Вран.

– Вы, я вижу, тоже обо мне наслышаны?

– Немного. – Ободряюще улыбнулся контрразведчик. – Не походите на глупца, который откажется добить раненого врага.

– Он был слишком хорош, и со мной была дама. – Объяснил я.

– По настоящему хорош?

– Как минимум весьма, – пожал плечами я. – Кольчуга спасла от ран, но помял здорово.

Центурион презрительно скривил губы. Ну-ну, мудак, тебя туда отправить, ты бы наверняка свалил этого ан Айнринга не далее чем на третьем взмахе меча.

– Часто носите под одеждой броню? – Все же не выдержал, чтобы не расправить кольчугу шен Олин.

– В наши суровые времена с осторожностью перебрать невозможно, – повторив удачную фразу, покачал головой я. – Вас это тоже касается, кстати.

– Фер Вран… – повернул тот ко мне голову.

– Я это к тому, что вы вынуждаете меня прямо сейчас сломать вам к хуям руку.

– Вран!!! – Сморщила носик Айлин.

– Фер Вран! – На этот раз в голос сыскаря проникла угроза. Но от моего имущества он свою загребущую конечность все же убрал.

– Держите свои ручонки при себе, шен Олин. – Бесцветно сказал я и для поддержки этого холодного тона по комнате практически сам по себе прошел вздох того самого ледяного ветра. – Не у себя дома.

Хм… Любопытно. Если этот ветер выпустил снова я, что, судя по ощущениям, так и есть, то для моего подсознания подобный бесявый ментяра является более легкой точкой приложения сверхъестественных усилий, чем чувак тихо, спокойно и вежливо пытающийся меня зарезать. Вывод – с этим делом надо что-то делать. Короче говоря, с визитом в храм Хелы лучше будет не затягивать.

Фрументор метался взглядом между мной и альвой с выражением откровенного изумления на лице. Центурион с сыскарем настолько полно «юмор» ситуации не поняли, но им тоже уже было не до скандалов.

Получившуюся в результате этого арктического сюрприза неприятную паузу в конце-концов разрушила недовольно фыркнувшая Айлин, вставшая рядом и уверенно взявшая меня за руку.

– Фер Вран, это было… неожиданно… – Складывалось ощущение, что у контрразведчика пересохло в горле.

– Может быть, вы перестанете ходить вокруг да около и скажете, наконец, что случилось и что вы тут потеряли?

Растерянность троицы оказалась недолгой, и отвечать пришлось все тому же контрику:

– Граф ан Ретц и его люди мертвы, фер Вран. Мы ищем того кто это сделал.

– Того, или тех? – Поднял бровь я.

– Убийца был только один. – Отрицательно покачал головой ан Трайед. – Несколько свидетелей выжили.

– И?

– Мы подумали ровно на вас, – кисло буркнул сыскарь. – Для того кто вампиров в капусту крошит и людишки ночной порой не труд.

– Вы могли затаить зло, – подтвердил контрразведчик.

– Понятно, – кивнул я. – Объяснения принимаются. Но в честь чего такая представительная делегация?

– Фер…

– Я про центуриона с его людьми, например. Легионных фрументоров с городской стражей для меня уже недостаточно? Это даже не спрашивая, где я а где фрументоры.

Пришедший уже в себя фер Кевин хмыкнул. Впрочем, довольно мрачно.

– Убийца не только ан Ретца со слугами изрубил.

– Патрульным на улице досталось?

– Если бы. На пути злодея рискнули встать трое гулявших на том же постоялом дворе центурионов. Двое из них мертвы, третий при смерти.

– И ими одними жертвы среди посторонних наверняка не ограничиваются. – Заключил я.

– И откуда вы все знаете? – Тонко улыбнулся мне контрразведчик.

– Я слыхал, фер Вран имел дело с сыском, – пожалуй, что решил развеять мою возможную обиду шен Олин.

Хм… А!!! Я же о том болтанул с членами следственной группы в «Дрофе». Для тех вполне естественно было разнести слух, что герой был «из наших».

– На самом деле, догадаться было нетрудно. Общались мы с фенном Дином недолго, но я сразу понял, что на мелочи он не разменивается.

– Фер Вран, – вздохнул фер Кевин в ответ. – Вы не хотите проехать с нами на место преступления? Чтобы не мучить даму там вас опросим. Очевидцы опять же подтвердят, что зря вас подозревали.

– Кстати, о свидетелях. Я действительно на их описания похож?

– Как вам сказать, фер Вран… – замялся тот.

– Все ясно, – хмыкнул я. – Можете не продолжать. У нас это называется «Врет как очевидец».

Сыскарь хмыкнул, контрик тоже не удержал усмешки.

– Проедем прямо сейчас?

– В принципе буду совсем не против, – не стал я искать конфликта. – Раньше с этим делом разберемся, раньше оставите меня в покое. Дел на сегодня немало.

– Тебе надеть нечего, – напомнила о себе альва, для пущей убедительности воткнув ногти в мое запястье.

– Ничего страшного, дорогая. Господ моей порубленной курткой точно не смутишь. Не перед дамами красоваться. Может быть, сверху еще и чей-нибудь плащ накину.

Женщина поморщилась, но в этот раз всё же предпочла промолчать.

– Так что давайте поторопимся, пока моя прекрасная дама не передумала, – хмыкнул я, не обращая внимания на еще раз вонзившиеся в плоть когти. – Любовь моя, думаю, что когда вернусь, как раз мои вещи привезут.

* * *

Постоялый двор «Белолобая косатка» был заметно побольше нашего и представлял собой здоровенную каменную трехэтажную коробку с весьма приличным для города хозяйственным двором со всеми ему положенными постройками. Первый этаж как обычно занимала харчевня и хозяйственные помещения, на втором и третьем жили гости города.

Маршрут движения ночного гостя прослеживался на раз, покойников по непонятным причинам до сих пор не убрали. Аромат в помещениях стоял соответствующий, ну а мухи гудели как мессершмитты.

Прямо возле входных дверей лежало свернувшееся в клубок тело огромного мужика с выпущенными на залитый кровью пол кишками и снесенной напрочь половиной черепа. Судя по валяющейся дальше дубинке обтянутой кожей, вышибала со склочным клиентом не преуспел.

У лестницы наверх застыло уже трое покойников – безголовое тело в декоративной кожаной анатомической кирасе с наградными фалерами на ней, без сомнений один из покойных центурионов и два мужика попроще лежавших друг на друге крестом. Нижний, тот, что с отсутствующей кистью правой руки, был одет в легко узнаваемую, несмотря на заливавшую ее кровь форменную робу легионера. Денщик судьбу своего господина разделил, типа того.

В харчевне можно было увидеть еще пяток трупов и второго центуриона в том числе, с весьма знакомо вскрытой поперечным ударом грудью.

– Ну, ни хуя себе, – нервно покрутил головой я, когда меня шибануло запоздалым страхом. Если тут потрудился именно тот человек, на которого я грешил, хихикать, встав кому-то поперек дороги на ночной улице, у него были все основания.

– Шел и убивал всех, кто преступил ему дорогу. – Сказал фер Кевин ан Трайед.

– Наверху наверняка начал?

– Да, фер Вран. Графа он убил первым.

– Позволите глянуть на место преступления? – поднял взгляд к потолку я. Кровь оттуда уже не сочилась, но пятна на побелке от этого никуда не делись.

– А зачем вам это?

– Профессиональный интерес.

Фрументор покосился на представителя городского УВД.

– Не вижу тому препятствий, – буркнул тот. – Но для начала снимем с фера Врана подозрения.

– Ведите уже своих очевидцев, – вздохнул я.

Свидетели к счастью меня не опознали.

* * *

Зрелищем бойни меня, конечно, удивить было непросто, но надо отдать шену Дину должное – он старался. Наверху было куда грязнее чем внизу. Навалил в комнатах и коридоре мой ночной друг человек пятнадцать. Причем молодого графа, не иначе, чем вспомнив создание им помех в любви и свойственное юности высокомерие, вообще пошинковал на куски. В буквальном того смысле. Широкая кровать под балдахином как смахивала больше на прилавок где-то на мясном рынке.

– Мда… – задумчиво протянул я, глядя на эту обсиженную жирными мухами расчлененку. – Ночной визит этого парня мне бы действительно не понравился.

– Угрожал вам, фер Вран? – Дернулся шен Олин.

– Нет. Сказал, что его мечом теперь могу владеть по праву. Ну, типа того, что зайти за ним не планирует. Если я, конечно, его правильно понял.

– Э-э-э…

– Но, с другой стороны, такая скотина могла и соврать. – Поморщился я, давая самому себе слово не оставаться теперь без оружия даже при походе в сортир. Причем без оружия огнестрельного. Чтобы если не остановить убийцу то хотя бы попытаться ему отомстить, коли он учинит засаду в выгребной яме и вонзит мне меч в шоколадный глаз подобно Уэсуги Кэнсину.

Сыскарь понимающе переглянулся со старшим из сопровождавших нас стражников.

– Тот ваш «бастард», что стоял в углу, Ваша Милость?

– Он самый.

– Я пришлю к вам многознающего человека. Вы же разрешите ему описать этот меч, Ваша Милость? И вам даст по нему справки.

– Не вижу препятствий. – Равнодушно пожал я плечами, стимулируя наглого, но достаточного адекватного сыскаря на взаимовыгодное сотрудничество. В будущем он мне (нам) явно сможет пригодиться. – Все что хотел я уже увидел. Спущусь вниз, тут воздух немного спертый.

Окружающие понимающе заулыбались.

Внизу, где воздух был не лучшим мне впрочем, пришлось надолго задержаться. Въедливый следак-фрументор в заваленном трупами и залитом кровью зале снимал с меня показания, наверное, c час. Беглого описания ему оказалось недостаточно, товарищ пытался не упустить ни единой мелочи из моей версии описания обоих конфликтов. Короче говоря, вовремя покинуть это пропахшее говном и тухлой кровью здание я не сумел, так что поневоле пришлось выяснить, почему в нем до сей поры не прибрались.

* * *

Командующий XXVII-м Иламским легионом кир Гейр ан Магн-Сигманн на среднестатистического представителя отечественного генералитета своим экстерьером походил не очень. Куда больше напоминал гончих американских генералов с советских карикатур. Разве что свои разделенные идеальным пробором волосы, стянутые разукрашенным драгметом стальным кольцом диадемы, этот красавец-шатен по местной моде имел до плеч и внешний возраст держал немного за тридцать. Свита вокруг него крутилась как спутники Юпитера вокруг крупнейшей планеты Солнечной системы. И ладно, что немного спокойствия в этот хаос вносили не подчиняющиеся ему лица. Что было впрочем, неудивительно. Слащавый хер в щедро шитом серебром и золотом прикидоне, очень похожий на внезапно помолодевшего Борю Моисеева, в сопровождении подтанцовки с печатью той же страсти на лицах, даже сам по себе мог напугать кого угодно. Его сплоченную группу военные старались огибать по как можно более широкой дуге. Помогалы шестерки нобилей из Городского Совета, легко узнаваемых по штатным золотым цепям на толстых выях, вели себя примерно также скованно. Да и сами чинуши из Магистрата соседства с милейшими ахтунгами почему-то стеснялись. Пожалуй, что один только мой друг Мохан ан Феллем чувствовал себя между этими полюсами страсти как рыба в воде. Наверное, потому что благодаря закалке супруги мог не бояться внезапной вспышки чувств.

– И тут без тебя, фер Вран, не обошлось! – Насмешливо ухмыляясь, заявил мне Префект Внутренней Стражи города, протягивая руку.

– Кровь так завернули, что лучше бы сам тут всех поубивал. – Не упустил я случая «пожаловаться» большому начальнику на деятельность членов следственной группы. – Было бы, за что жилы тянуть.

Адъютант главпопугая, небесной красоты блондин с альвийским мечом у пояса, насмешливо-снисходительно сощурился в мою сторону. На что я впрочем, не отреагировал.

– Господа, позвольте представить вам моего друга, фера Врана ден Гарма из Халкидона, что на том берегу Великого Океана. – Представил меня префект присутствующим, вызвав этим снисходительный кивок легата и маской застывшее у слащавого хера лицо.

Кто же это мог быть то? Впрочем, догадаться нетрудно.

– Фер Вран, пред вами грозный врагам Его Императорского Величества кир Гейр ан Магн-Сигманн, легат XXVII-го Иламского легиона. – Без всякого преувеличения оказал мне великую честь Мохан, представив беспоместного нищеброда лицу из истеблишмента имперского уровня.

– Надеюсь, что ваша рука никогда не ослабнет, кир Гейр. – Отнюдь не пытаясь лизнуть его в зад, но всего лишь соригинальничать сказал я.

– Я тоже, – кивнул тот, глядя на меня с Моханом с некоторым недоумением.

– Про Императорского Наместника в нашем городе, кира Гериона ан Вейдена, вы фер Вран наверняка много слышали.

– Соболезную случившемуся у вас горю! – К несчастью встретившись взглядом с пристроившимся к локотку покровителя смазливчиком не нашел других слов я.

«Охотник Мохан» с клекотом подавился заготовленной фразой. Лицо Наместника превратилось в маску. Члены Городского Совета выпучили глаза так, словно их задницы только что забили цементом.

Знакомство со славной семьей ан Феллем я свел после того как ухайдакал пятерых человек в Бир-Эйдинских воротах. Одним из них был Куарт ан Реннедерн-тогдашняя большая любовь стоящего передо мной извращенца. Конечно же активно пытавшегося отправить меня на виселицу в отместку за смерть любимого.

Тем ни менее, мой новый друг был политиком. И достаточно неплохим. Иначе в регионе с полумиллионным населением за поступлением средств в государственную казну не надзирал бы.

– Спасибо, досточтимый фер. Признаюсь, не совсем понял, о чем вы. Но уверяю вас – вслед за горем у меня всегда приходит удовлетворение.

– Заметно, – сказал я, указав взглядом на блондинчика, отчего тот дернулся как от пощечины.

Глаза ан Феллема смеялись. Двое наиболее солидно выглядевших брюханов из Городского совета уже не считали нужным скрывать эмоции, и ухмылялись совершенно открыто. Легат, подняв брови в немом удивлении, смотрел на меня как на умеющую разговаривать обезьяну.

– Кхм… кхм… – подал голос начальник городского, простите регионального УВД, указывая жестом на ближайшего из пузанов. – Казначей городского магистрата, нобиль Вольного города Бир-Эйдина, фер Фергус ди Торнхайн…

* * *

– Ничего не случилось? – Когда женщина о тебе беспокоится, это всегда очень приятно. – Я ведь тебе намекала! Откажись! Пусть они за тобой бегают!

– Все хорошо милая, – вздохнул я, с наслаждением развалившись на кровати. – Вечером мы ужинаем у Префекта Внутренней городской стражи.

– Что?

– Старший ан Феллем шутит, что если мы не хотим нажить в его жене врага, то этим шансом познакомить ее со своей избранницей я воспользуюсь обязательно. Лойх мать с сестрицей тобой здорово заинтриговал. – Хмыкнул я.

– Да? – смутилась Айлин.

– Как это не удивительно, у них хорошая семья. Мне нравится. От матери семейства просто таю.

– Да? – в женском голосе появилась некоторая подозрительность. – А ее муж то об этом знает?

– Конечно. – Подтвердил я. – И сын тоже. Потрясающая женщина. Я и сам собирался вас познакомить, теперь даже повода искать не придется. И брат твой тоже приглашен.

– Да?!

– Да!!! Малый прием для близких друзей семьи. Комиты из нашей роты тоже там будут. Как я понимаю, слухами земля полнится. Видимо кое-кто хочет со мной познакомиться в неофициальной обстановке.

– Тогда дорогой, нас ожидает поход по лавкам. Не хочу сказать, что мне одеть нечего, но обновить образ не помешает. Не желаю выглядеть замарашкой.

– Разумеется, милая моя.

– Ну а про знакомства, пора уже. – Кивнула женщина. – Не одни только ап Шоннахты и твой барон наниматель тебя заметили. Владеющие силой Богов и так-то редкость, а тебя Хела пометила. Все вокруг сейчас дрожат и думают. Для чего.

– Ну, судя по нашей ночной встрече, не такая уж они и редкость.

– Ареев человек, да. Ваша встреча почти случайность, милый. Таких в любом трактире Аэрона не сыщешь.

– Возможно. Но меня он не убил. А вот графа после него по кускам в мешок собирали.

– Все так скверно?

– Два просто заваленных трупами этажа. – Хмыкнул я. – Весьма впечатляющее даже для искушенного глаза зрелище, поверь мне. Кое-кто из высоких гостей прямо на месте соизволил блевать. Точно покойников не считал, но более двух десятков по любому навалено. Да еще и раненые остались.

– Тогда повезло нам, что в одного с тобой возмечтал справиться. – Передернуло альву.

– Он тоже там один был. – Покачал головой уже я.

– Что!??

– В одного он там всю эту бойню устроил.

– И…

– Замыл кровь и пошел встречать нас.

– И что теперь? – Вполне обоснованно заволновалась женщина.

– Хороший вопрос, солнышко мое. – Как можно более спокойно улыбнулся я. – Вот только не знаю я на него ответа. Беречься буду, куда мне деваться. Даннер кстати не появлялся?

– В шкафу все твои вещи. Мальчишка где-то тут должен быть.

– Не видел.

Я встал и подошел к платяному шкафу. Парень, как ему и поручалось, привез выходной костюм и кое-что по мелочи, однако хранимого мной под матрасом пистолета нигде не было. Мудрые слова Абдуллы грели мне душу и по возвращению в Бир-Эйдин, я с ним старался не расставаться. Да и свои самые ценные вещи держать рядом с деньгами с некоторых пор избегал. Пускай даже почти все свое золото я практически сразу же и обратил в ценные бумаги. Что к слову изрядно уменьшило вес сундука, и я надеюсь, немного охладило пыл желающих в нем поживиться сослуживцев. Пару умников, возжелавших поднять личное благосостояние за счет офицерского имущества мы, кстати сказать, уже вздернули.

– Ваша Милость! – Заорал в коридоре легкий на помине оруженосец.

– Заходи! – Буркнул я в дверь.

– Ваша Милость, вас ведь не ранили… – затрещал Нейл, даже не успев зайти в комнату.

– Цыц! – Заткнул его я. – Хоть ты не мучай мои уши. Где?

Мальчишка виновато покосился на Айлин и, распахнув куртку, вытащил кошель с остатками «расходных сумм» и небольшую, грубо сшитую кожаную сумку, обычно используемую рейтарами и прочим конным да оружным людом для хранения наконечников для стрел и тому подобного мелкого имущества.

– Правильно поступил. – Оборвал я его сомнения. Такие артефакты как мой «Глок», правильно было передавать в руки только одному адресату. – Давай сюда. Ну и уже можешь готовиться к выполнению исключительно важной задачи. Фрейя Айлин собирается в набег на лавки. Сумеешь угадать, кто будет ее носильщиком?

Как бы я не обожал свою прекрасную альву, безропотно принимать роль бесправной жертвы шопинга было бы решительно неправильно.

* * *

Построенный примерно так с тысячу лет назад посреди небольшой городской площади храм «Хелы Справедливой» производил достаточно странное впечатление. На храм богини Смерти, как впрочем, и вообще на храм он походил мало. Скорее был ближе построенному в старые богатые времена в греческом стиле из завозного мрамора небольшому административному зданию, которое в последующем выкупили и перестроили хелениты. Даже портик у него пристроен был только с фасада. Подсказку, что перед тобой культовое сооружение давали только расположенные между колоннами мраморные статуи, изображавшие хозяйку особняка и, наверное, слишком большие оконные проемы под крышей.

Так как в каноничности этих шести образов сомневаться не приходилось, оценить образ дамы, как все считали одарившей меня Силой я, конечно же, не поленился. Да и Айлин после недолгих колебаний ко мне присоединилась, оставив наших слуг на площади. Посещение цитадели богини Смерти делом было абсолютно добровольным, я с собой никого не тянул.

Альву откровенно потряхивало. Принадлежащая храму территория четко определялась мрамором и начиналась уже в трех шагах от крыльца, в то время как богиня Смерти активно недолюбливала Хейенских остроухих. С точки зрения легенд и традиций «опиума для народа» бояться ее гнева у Айлин были все основания. Как впрочем, и у любого альва оказавшегося на принадлежащей Хеле территории. Благодаря экстерриториальности храмовой земли, теоретически кто угодно мог этого наглеца абсолютно безнаказанно зарезать, например.

– Надеюсь, что внутрь ты со мной не пойдешь? – Обняв ее за талию, шепнул я в острое ушко.

Коллизия взаимоотношений «Избранного» персонификации смерти и по умолчанию ненавидимой этой силой полукровки здорово тяготило мысли Айлин. И в итоге женщина не придумала ничего более умного, нежели вместе со мной войти в храм и, склонившись перед алтарем Хелы, вознести ей достойные жертвы. Если у меня раньше и были сомнения, что ловит фера Врана за пипку разведенка с прицепом ради своих перспектив, а не его богатого внутреннего мира, то теперь они должны были сдохнуть в страшных корчах. Лезть ради меркантильных соображений в храм враждебной силы, рассчитывая только на половину человеческой крови в своих жилах было бы достойно легенд. Очень страшных легенд. С принципиально отсутствующим хэппи – эндом. Во всяком случае у ее брата от идеи сестренки остатки хмеля вылетели из головы за секунды.

– Пойду. – Решительно покачала головой женщина, вывернувшись из объятия и вцепившись в мою руку как клещ. – Нельзя не идти.

Идеей фикс Айлин в этом замысле были непременно ожидающие меня за связь с альвой неприятности от покровительницы. Уверения что никаких обязательств я ни с кем не подписывал, так что Хеле под моим одеялом делать нечего не помогли ни на йоту.

– Мда… – Вздохнул я, рассматривая статую красивой, стройной, длинноволосой женщины в чешуйчатом панцире, с узким мечом в правой руке и вороном на запястье левой. На Земле эта скульптура, как впрочем, и все рядом стоящие, обязательно нашла бы своего покупателя. Особенно если довести до обеспеченных ценителей искусства ее древность.

– Прекрасная рейна, благородный господин! – Перебил нашу идиллию низкий, хорошо поставленный голос. – Вам стоило бы покинуть землю Храма.

Стоявший в дверях примерно сорокалетний священник имел на поясе своей темной мантии узкий кривой кинжал – горлорез, отличался не высоким ростом, но шириной плеч, мощные мышцы скрывал слоем сала и брил голову, что нас кстати роднило. К длинным дворянским патлам я здесь так и пристраститься не смог.

Смотрел жрец на нас без особого удовольствия, но и ненависти в глазах у него не было. В отличие, кстати, от рядом стоящего помощника – сухощавого парня, лет, наверное, двадцати с оружием покрупнее. Его кинжал был скорее похож на небольшой меч. Взгляд молодого человека, направленный на Айлин горел ненавистью так, словно он объяснился в любви, а девушка предложила передернуть за туалетом.

– Я знаю куда пришел. – Отрицательно покачал головой я и покосился на свою даму. – Дорогая, ты точно не хочешь подождать снаружи?

Та отрицательно замотала головой, сдавив мне локоть с силой гидравлического пресса.

– Мы много слышали о вашем храме, – мягонько улыбнулся я священнику, – хотелось бы на него взглянуть. Ну и если очень повезет, поговорить с настоятелем о божественном.

– Тогда вы пожалеете о таком оскорблении, черви. – Не выдержав, прошипел на это поперек босса нервный младший служитель культа, картинно положив руку на свой кинжал.

– Молодой человек. Ничто в этом мире не стоит так дешево и не ценится так дорого, как обычная человеческая вежливость. – Медленно сказал я, ощущая как никогда ранее четко, как из меня исходит тот самый холод. Энергетика этого святого места наверняка помогла. Людей и нелюдей, насколько можно догадываться, тут запустили под нож немало.

– Ик… – поперхнулся священник и отступил от меня на шаг, тоже схватившись за свой горлорез. А вот парень тупо впал в ступор. Я бы сказал, что даже не бледнея, а выцветая под старую фотографию.

– Так может мы, все-таки зайдем? – еще раз мягонько улыбнулся я настоятелю, даже не пытаясь остановить этот свой, именно свой ледяной ветер.

Тот, беззвучно разевая рот как вытащенная из воды рыба, растерянно сместился в сторону.

– Ну а с тобой я разберусь позже. – Проходя мимо младшего жреца (или кто он тут, служка или диакон?) провел я ладонью по его бархатистой щечке. – Раз уж старшие тебя правилам приличия не научили.

Нет, мне было понятно, что имеющий спеси куда как больше чем мозгов парень просто погорячился. Но это были совсем не мои проблемы. Окружающий нас мир не прощал подобных ошибок. Служба в храме богини профессиональных убийц, судейских и тому подобных неприятных личностей вовсе не индульгенция.

Внутри храма на декорации для фильма ужасов, которые мы могли бы ожидать, ничуть не было похоже. Допустим наос, несмотря на полное отсутствие прихожан, был хорошо освещен оконным светом и светильниками. Читай «Хела Справедливая» недостатка наличности от поклоняющихся не испытывала. Вдоль стен стояли все те же скульптуры хозяйки, превосходно оттеняемые развешенным от потолка до пола всевозможным вооружением. Алтарь был здоровенной, плоской серой каменной глыбой, надо полагать использовавшейся по своему назначению задолго до постройки сего здания. Сейчас в вырубленной посреди этой глыбы пологой чаше стояла главная, и без сомнений самая красивая из храмовых статуй, в буквальном смысле слова казавшаяся живой. На этот образ даже измазанные какой-то грязью ноги и те работали.

– Невероятно… – с трудом сумел протолкнуть я через сухое горло одно единственное слово. Так же как и я потрясенная Айлин стояла рядом, забыв как дышать.

Позировавшая скульптору натурщица на Земле собирала бы стадионы. Рост около ста семидесяти, возраст под тридцать, высокая грудь, сильные бедра, правильные черты лица, потрясающие платиновые волосы…

В общем не удивительно, что неизвестный поклонник заказал скульптуру красотки со всеми особенностями оригинала. Начиная с великолепно подобранного цвета камня тела статуи, до «живых» глаз, видимо из горного хрусталя и парика на голове включительно. Нет, я, конечно же, этот платиновый хайр руками не щупал, но искренне сомневался, что резец скульптора способен так выделить каждую волосинку, ну а доступная в эти времена краска не облезть.

– Чувствую себя замарашкой, – тихо призналась альва, также как и я приплющенная чувством прекрасного.

– Этому образу Великой уже почти семь столетий. – Голос храмового настоятеля нервно подрагивал, но было видно, что он почти пришел в себя.

– Невероятное впечатление. Никогда не видел подобного. – Охотно поддержал разговор я. Спровоцировать нападение если не на себя, то на Айлин, мне совершенно не улыбалось. – И это не дешевая вежливость.

Молодой жрец стоял за спиной босса бледный как бумага и следил за альвой уже не с ненавистью, а, наверное, с легким испугом. И зря, конечно же. Бояться ему нужно было меня. Это оставшийся безымянным настоятель оценивал сложившуюся ситуацию адекватнее.

– Кир[6], я хочу принести вам извинения за нанесенное оскорбление.

– Во-первых, мое сердце не заставить биться чаще чужим титулом…

– К…

– …ну а во-вторых, вы меня не оскорбляли. Меня с моей избранницей оскорбил вот этот вот молодой человек. Не так ли?

Избранница, отпустив мою руку, по-прежнему стояла перед статуей Хелы и беззвучно шевелила губами. Толи молилась, то ли мысленно просила ее о чем то.

– Кир, убедительно прошу у вас милости для юного глупца.

– Тут есть что-то личное? – перевел я взгляд на молодого человека, в прострации лупавшего тупыми глазками, глядя, как настоятель передо мной унижается. – И еще раз повторяю. Не стоит фера называть киром.

– Человека наделенного силой Великой знающие не могут не называть могущественным, кир.

Я обреченно вздохнул.

– Убедили, досточтимый. Договорились. Так что возвращаемся к первой половине моего вопроса. Почему за язык этого безмозглого передо мной унижаетесь вы, а не он сам?

– Не хочу потерять сына, – признаваясь, слегка поклонился мне настоятель.

– Единственный? – Покосился на сопляка я.

– Да, кир. Мы возвращаем свои долги сторицей, не сомневайтесь.

Я задумался. Загнать в долги высокопоставленного хеленита было чертовски привлекательной мыслью. Вот только что толку потом будет от этого долга? Это сейчас отец и сын обосрались от неожиданности. А потом что будет толку от услуги, которая уже оказана? Не могу же я замочить их за это к херам?

Тут я неожиданно для себя осекся. А почему это не могу? Наше чисто фракционное дело, никого постороннего не касается. Если конечно именно на принадлежащей Хеле земле за долг спросить. Глотки в эту чашу перерезав, например. Ну а настоятель, или же сам щенок всегда может заказать меня профильным прихожанам, чтобы жизнь медом не казалась. И кто интересно из нас станет первым?

Словно поняв, что он нем думают, щенок издал непонятный звук. Понял, куда он смотрит я полусекундой позже. Айлин держала в руке окровавленным свой маленький кинжальчик и, вытянув левую руку вперед, лила кровь с запястья под ноги статуи Хелы.

– Твою мать! Айлин! Ты что тут, блять, делаешь!

И тут, вполне естественную при виде этого мракобесного пиздеца попытку остановить сумасшедшую женщину неожиданно для меня попытался пресечь жрец.

– Кир! – Сказал он, вклиниваясь между ней и мной. – Нашу Госпожу без сомнений оскорбит прерванная жертва!

– Да! Пожалуйста, не мешай мне милый! – На секундочку отвлеклась на меня Айлин, что меня собственно на самом деле и остановило.

В общем, на этот раз повезло уже папаше.

Альва стояла, глядя в удивительно живые глаза статуи, и беззвучно шевелила губами, обращаясь к той, кого она олицетворяла. Ну а мне оставалось только смотреть на всю эту безумную кровавую хуйню и бесится от своего бессилия. Пускай я даже и понимал, что ничего по-настоящему опасного для Айлин не происходит. Не сонная артерия там чай вскрыта. И даже если кровь в ране на запястье в процессе жертвоприношения не свернется, потеряет сознание и упадет женщина по-всякому раньше, чем кровопотеря станет критической.

В последнем через некоторое время я уже был не уверен. Крови в жертвенную чашу натекла целая лужа, скульптура уже по-настоящему стояла в крови, но падать Айлин по-прежнему не собиралась.

– Я начинаю волноваться за свою женщину. – Сказал я жрецу. – Рискну предположить, что это может очень плохо кончится. Для окружающих.

– Рейна нашла в себе смелость о чем-то просить Госпожу, – с трудом оторвал от нее взгляд преисполненный явного почтения настоятель. Сынок стоял с другой стороны и метался взглядом между ней и мной. Судя по всему, он уже отошел от шока, и к нему приходило понимание о глубине блудняка, в который он загнал себя вместе с отцом. Прощать долг после подобной нервотрепки я, конечно же, не собирался, кому бы они на меня заказ не кинули.

– Пиздец! – Сказал я, в очередной раз, испортив энергетику святого места сквернословием. – Но еще немного, и будем заканчивать. Переливать кровь как мне кажется, тут не умеют. Ну а живут ли резусы, даже не представляю

В следующую секунду под ногами статуи полыхнуло пламенем, и у Айлин подломились ноги. Подхватил я ее буквально в последний момент. Платок давно был подготовлен для перевязки, я взял ее левую руку.… И обнаружил, что рана там отсутствует. Даже полосы шрама не было. Как впрочем, и каких либо следов крови.

– Вот блять!

На правой руке было то же самое. Одно только лезвие кинжальчика утверждало, что ничего мне не померещилось.

Уже понимая, что там увижу, я взглянул в алтарную чашу. Она была абсолютно чиста. И никаких следов грязи на мраморных ногах Хелы, кстати, тоже не было.

– Вот это поворот!!!

– Госпожа снизошла к вашей рейне. – Жрец смотрел на Айлин с откровенной жадностью.

А вот у его сына испуганно тряслись губы.

Глава III

– Только не говорите, что что-то случилось! – Обвиняюще направила на меня сложенный веер Эннигерд ан Феллем.

Эта женщина мне нравилась, знала, что нравится и довольно хорошо понимала. Также как впрочем, и ее муж.

– Да, фрейя Эннигерд. – Мрачно усмехнулся я. – Я ненадолго. Айлин очень скверно себя чувствует, так что сегодня мне надо быть рядом с ней.

– Все так серьезно? – Удивилась хозяйка дома. – И что же с вашей девушкой произошло?

– Как, оказалось, – прорвало меня сарказмом – такая тешущая мужское самолюбие женская целеустремленность как «Вижу цель, не вижу препятствий» имеет еще и недостатки. Как продолжение достоинств или что-то типа того.

Еще более заинтересовавшаяся фрейя замерла, ожидая продолжения.

– Сегодня мы сходили в храм Хелы во Внутреннем городе. Мы это в смысле она и я.

На лицо матери четверых взрослых детей, выглядевшей изящной двадцатипятилетней красавицей легла тень. Уж она-то прекрасно представляла, что могло произойти с альвом, или пусть даже альвой-полукровкой имевшей неосторожность побывать на экстерриториальной, или если точнее с точки зрения закона принадлежавшей Богине Смерти земле. То, что слуги богини жили среди людей, вовсе даже не отменяло для них возможности при случае пойти на принцип. Хела по неизвестной причине изрядно недолюбливала остроухих. Возможно, что даже за их бессмертие (или очень долгую жизнь, кто там эти мифы разберет).

– Не успели ее защитить, фер Вран?

– Если бы. – Поморщился я. – Я имел глупость позволить ей пройти к алтарю.

– Пожертвовать несколько капель крови твоей богине в ее положении очень мудро. – Осторожно заметила фрейя. – Меньше будет поводов для вражды, для вас двоих. Любой причт это оценит, а женщина должна думать о будущем. Так что там произошло?

– Она и подумала. – Вернулся ко мне сарказм. – Вскрыла свое запястье и лила кровь в чашу, пока Хела ей не ответила.

– Что!!? – Не уследила фрейя Эннигерд за своей громкостью. Окружающие обратили все свое внимание в нашу сторону. Муж с сыном направились к нам.

– Хела услышала ее просьбу. – Повторил я.

То, что днем произошло в храме, если называть вещи своими именами звалось божественным чудом. В нормальных условиях, жертвуемую хеленитами кровь с алтарей банально смывали служки, ибо постоянная вонь тухлятины это совсем не то, что прихожане ждут от святого места. А вот события, подобные исчезновению в яркой вспышке крови из жертвенной чаши даже тут, в мире где, несомненно, жили, здравствовали и возможно кое-где даже процветали сверхъестественные существа, были мягко сказать нерядовыми. Во всяком случае, братца Айлин и его министериалов реакция высшей инстанции на просьбу о благословении наших отношений потрясла как бы ни больше чем видевших все своими глазами храмового жреца с сыном. Богиня мало того что приняла дар, она еще и закрыла рану жертвующей, что было однозначным знаком божественного к ней благоволения. У молодого человека, быковавшего на проявивших вопиющую наглость альву и ее любовника были все основания перепугаться даже без наличия на поблизости моей недовольной физиономии. Тех, на чьи молитвы отвечали боги, если не во всем Хейене, то в Аэронской империи было очень немного даже среди жречества. Айлин, порасшибав своей рыжей головой все шаблоны смертепоклонников, взлетела в топ.

– Что, кто услышал? – Уточнил подошедший к нам супруг дамы.

– Хела, – задумчиво сообщила ему фрейя Эннигерд.

– Кого? – не стал гадать Мохан ан Феллем.

Его сын оказался куда более догадлив:

– Не скажи мне, что фрейю Айлин?

– Ага, – кивнул я. – Угадал.

– Где она?

– На постоялом дворе лежит, крови много потеряла.

Все трое ан Феллемов начали играть в переглядки. Ну да, она хоть и полукровка, а не чистокровная альва, но все могло закончиться куда печальнее.

– Доктор у нее был? Как с перевязкой? – Фрейя Эннигерд, как весьма мудрая женщина первой созрела для конструктивных вопросов.

– Пока и я сам справлюсь, – покачал головой я. – Рана закрыта, а чем ее кормить и поить для восполнения кровопотери, мне советчики не нужны. А там и Киран ее посмотрит, я его, кстати, хотел пригласить помочь.

– Наши нескоро еще появятся, – покачал головой капитан.

– Я знаю. Скажешь ему, что я нахожусь в «Белоголовом коне» и очень просил его мою женщину посмотреть?

– Маг одну только рану зарастил?

– В смысле? – не понял я.

– В смысле маг, что рану фрейе закрыл, разве ничего больше не сделал? – Терпеливо объяснил Лойх.

– Так не было никакого колдуна, – покачал я головой, – у Айлин прямо над алтарем рана заросла. Никаких следов от пореза, даже царапины шрама нет.

– О-о-о!!! – Округлила рот мать кэпа.

– И я так думаю, – спокойно согласился с ней муж. – Тогда вас можно поздравить?

Лойх ан Феллем осторожно заулыбался.

– Вероятно, что да. – Мне оставалось только согласиться с их мыслями. – Но я обязательно уточню у жреца. Когда я ее из храма уносил, не было времени поговорить.

– В какой храм ходили? – Заинтересовался последними словами старший ан Феллем.

– Хелы Справедливой во внутреннем городе.

– Хороший выбор для такого дела, – резюмировал тот. – И настоятеля его тоже обязательно пригласите глянуть на жену, фер Вран. Терн[7] Альбин обязательно вам поможет.

– Он врач?

– Хела одна из божественных покровителей медицины, фер Вран, – разъяснила мне фрейя Эннигерд. – Все жрецы Хелы разбираются во врачевании.

– А Его Преподобие лучше многих из них, – продолжил за супругой старший ан Феллем. – Для той, чьи молитвы слышит его богиня, он, конечно же, особенно расстарается. Сколько бы крови альвов в ее жилах не текло.

– Ну, это и мне понятно. – Согласился я с ним и перевел взгляд на капитана.

– Фер Лойх, никакой войны же для роты не намечается?

– Да, этим тихо. Иламцы всех вокруг распугали. Недели две у тебя есть.

– Я не отпуск себе прошу, – хмыкнул я, – а выгодный контракт нам нашел. Благородный господин искренне возжелал мести и готов очень хорошо за нее платить…

– Я ненадолго отойду, отец. – Повернулся капитан к папе…

* * *

– И где ты ходил? – Нервно встретил меня вопросом Фальтигерн ап Шоннахт, чистокровный брат моей благоверной.

– Не твое дело, – все также хамски обрезал я его, не обращая внимания на напряженных, одетых в доспехи и вооруженных министериалов. Его попытка меня прикончить все еще не стерлась в моей памяти, ну а пускать этого остроухого мудака на шею было бы еще большей глупостью, чем забыть этот поступок.

В бутылку впрочем, альв не полез:

– Сюда приходили хелениты со жрецом во главе, хотел видеть тебя и Айлин. Я,конечно же, никого не пустил.

– Ушли? – Почти что не удивился этому явлению Христа народу я.

– Нет. Внизу сидят. Тебя ждут.

– Да неужели? – буркнул, проходя в комнату. – Впрочем, визит был мной ожидаем. Ничего страшного, любезный брат. Не думаю что они со злом.

Альва была в сознании:

– Все хорошо, Вран?

– Все отлично, малыш. Зашел к ан Феллемам, извинился и предупредил, что нас сегодня не будет. Попросил капитана отправить к нам колдуна, как появится. Киран хороший целитель, он поможет.

– Напугала я тебя? – вздохнула женщина.

– Хватит это мусолить, – поцеловал я ее, – все обошлось, забудь и улыбайся как можно шире. Это если бы померла, я бы ни за что тебя не простил.

– Обязательно, – в точности с рекомендацией улыбнулась мне альва, – только забыть не получится. Я ее видела.

Брат, переживавший за сестру рядом, замер как истукан.

– Она почти такая же, как ее изображение. Совсем, совсем. Ну и показалась мне в доспехе, а не платье. Ещё лед в глазах скульптору передать не совсем удалось.

– Страшно было? – Не стал я разрушать женскую веру в мистику. Вдруг померещившийся альве образ окажется правдой, в конце-то концов.

– Немного. Нельзя мне было бояться.

Ну что тут мне оставалось делать? Только поцеловать еще раз.

– И?

– Эта беседа только для нас двоих. Я не буду о ней говорить. Ну и напоследок поцелуй чужеземному наглецу повелела передать. От нее.

– Только этого мне еще не хватало!!! – Совершенно искренне взвыл я.

– Да чтоб я сгнил!!! – Схватился за голову альв. – Скажи мне, что теперь тебе в храмах Дины появляться нельзя?!!

– Не знаю. – Устало улыбнулась ему сестра.

– А ты узнай!

– И узнаю!

– Уж постарайся побыстрее!

– Да уж, тянуть не буду!!! – как смогла, повысила Айлин голос.

– Уймитесь! Оба! – Зарычал в свою очередь и я. Мы все тут одна семья, стыдно как-то оставаться в стороне от этого праздника жизни. – Если вы не помните, дорогие, у нас тут внизу находится сведущий человек. А то и не один.

Альв почесал голову. Общаться с хеленитами, ему видимо не хотелось. И, в общем правильно. Мне тоже. Репутация даже у цивилизованного крыла поклонников Хелы была довольно своеобразной.

– Фер Вран. К вам гости. – Появился в дверях один из дежуривших в гостиничном коридоре альвийских министериалов. Легки на помине.

– Спасибо, тан. – Вежливо кивнул я ему. – Это ведь те о ком я думаю?

Альв кивнул.

– Хелениты, фер.

– Вот прямо сейчас и спросим. – Ободрил я брата с сестрой. – И если я не ошибаюсь в мотивах наших новых друзей, то может быть они и Айлин чем помогут заодно.

* * *

Эта изваянная из какого-то темного камня статуя Хелы, как и все другие храмовые скульптуры, была великолепна. В данном случае, изобразив ее в боевой ипостаси, скульптор предпочел скрыть лицо богини полумаской шлема, в прорези которого поблескивал хрусталь глаз и дать в руки короткое копье с длинным ромбовидным наконечником. Что, в общем-то, было явным отступлением от канонов ее изображения. Я узнавал.

– Хела Копейщица, – чуть поднял уголки рта в улыбке взявший на себя роль экскурсовода жрец. – Подарена храму бароном Свартскагеном примерно так около двухсот лет назад.

– При изображении богов самыми талантливыми из смертных становятся приемлемы некоторые отклонения от канонов?

– Если смертный уверен, что образ придется по нраву, он волен передать его как угодно.

– Этот наверняка угодил, – хмыкнул я. – А многим, хм…, не везет?

– Такое случается, – равнодушно пожал плечами священник.

– И каковы меры к неудачникам?

Взгляд в сторону жертвенной чаши был настолько красноречив, что я не стал развивать тему. Что тут сказать, столь агрессивная и ни в грош не ценящая человеческую жизнь религия это совсем не шутка. Пуськи в этом храме плясать явно бы не рискнули. Да и до называющей себя христианкой открытой лесбиянки – протестантского епископа, требующей снять кресты с церквей, чтобы они не оскорбляли нежных чувств въезжающих в страну эмигрантов, тут еще многие сотни лет развития демократии, толерантности, прав человека и любви к дальнему за чужой счет соответственно.

– Кхм. Даже не знаю, нравится мне такое ограничение креативности и полета мысли талантов, или нет.

Священник половину слов во фразе, конечно, не понял, но это его не смутило.

– Из этих талантов две трети пока от страха не протрясутся, в святых вещах ничего годного не родят.

Местная творческая интеллигенция явно не очень то и отличалась от земной.

– Не буду спорить, – хмыкнул я, подходя к алтарному камню, и протянул руку к туго стянутым платиновым волосам стоящей на нем статуи.

Чтобы откровенно поперхнуться следующей фразой. Под пальцами был не крашеный волос, а металл с волосками соответствующей толщины.

– А…

– Никто не знает, как это сделано. – Самодовольно хмыкнул жрец. – Это настоящий мифрил[8]. Кир Лоран ан Вардборн был великим воином и великим магом и унес эту тайну с собой в могилу.

– Он поклонялся Хеле? – После заметной даже мне самому паузы спросил я.

– Не просто поклонялся. Он служил ей. Как вы, кир.

– Еще один «Меченый» значит, – вздохнул я, думая, сказать мне, где я видел и возможно даже крутил таких самоназначенных начальников или нет. Впрочем, победила все-таки осторожность.

– И как, терн Альбин, мой предшественник унес эту тайну с собой в могилу?

Вчерашний и сегодняшний ход общения с авторитетными лицами из числа городских хеленитов изрядно расширил наш с Айлин кругозор. Да и с альвами эти подозрительно вежливые тхаги потрещать о делах общих скорбных совсем даже не брезговали. В итоге все остроухие сейчас пребывали в шоке, не зная, радоваться теперь Шоннахтам и их слугам протекции среди хелапоклонников или же надо начинать дрожать от страха, чтобы те не решили подрезать «родственный» фактор воздействия на нас двоих.

– Неизвестно, – развел руками настоятель. – Ни одного свидетеля нападения не выжило. Даже тела кира не сумели найти.

– Жестко, – сказал я, чтобы хоть что-то сказать.

– Гвардейцы Ночной Империи. Наверняка хотели выиграть время, чтобы успеть на доставившие их корабли.

– Вампиры значит прикончили? Мне бы определенно понравился этот парень. Они все тут «Меченых» недолюбливают?

– Не думаю, – отрицательно покачал терн Альбин головой. – Скорее, кир Логан имел неосторожность вызвать на себя гнев Императора Ночи.

– Да ну? Благородного господина тогда можно было увидеть императору?

– Многократно. И однажды не сумел от этого гнева спастись.

«Короче говоря, в сортире этого великого воина-мага клыкастый спецназ замочил. В ходе специальной операции или чего-то типа того» сделал я первичный вывод, разумно не став его озвучивать.

– И как про упыриных гвардейцев узнали?

– Победа вампирам далась непросто, не смогли они спрятать следы.

– Во время преследования или по месту? Их вообще кто-то видел?

– Не знаю, – пожал плечами мой собеседник.

– А где его испол…, убили известно?

– Конечно. Я когда-то был в этом замке. У почитателей Великой в Северном Терноне нашлось достаточно золота, чтобы выкупить павший Вардборн и перестроить его в крупнейший храм Хелы на всем северо-востоке Империи.

Хм. Мысленно, я положил перед глазами карту. Если меня не подводил мой склероз и картографы компании, провинции Северный, Западный и Южный Тернон нужно было искать в не таком уж от нас и далеком Демецийском приграничье, а не на дальнем севере, где Империя людей граничила с Империей кровососов. Из чего следовало, что кораблик (либо кораблики) налетчиков, отправься они за головой моего предшественника из портов Ночной Империи, должны были совершить бесп… эпический морской подвиг, обогнув половину мира примерно как Васко да Гама на пути к Индии, но, увы, без той же экономической выгоды. Даже принимая во внимание влияние властного самодурства, из-за крайне напряженных отношений клыкастых с соседями, оживленность каботажа и паразитирующих на нем пиратов, а также уязвимости вампиров к ультрафиолету это все смотрелось писец как неправдоподобно.

Возможность добраться до Тернона по речным путям выглядела не лучше. Игра в ушкуйников, возможно, была бы заметно быстрее, но не факт что безопаснее. Людей по берегам рек и на волоках встретилось бы явно больше, а промышляли бы они речным разбоем явно не реже.

Предположение, что совсем не факт, что кровососы предыдущего «Избранного» богини Смерти пришили, откровенно напрашивалось. Впрочем, вслух умничать я опять же не стал, – «умеешь считать до десяти, остановись на семи». До доверия с хеленитами мне еще очень далеко, да и не факт, что оно, когда-нибудь вообще появится. Об обустройстве безопасного логова я вполне мог подумать и без них. Со своей без пяти минут женой, например об обустройстве пулеметных точек и минных полей поговорить, или там о лучших для нас местах закладки систем «Охота» с их сейсмодатчиками посоветоваться. Да и с начальством как связь появится, не лишнее будет этот вопрос обкашлять.

– Я, почему заинтересовался. У меня самого отношения с вампами тоже как-то не складываются.

– Это Бир-Эйдин, тут их тысячу лет вывести не могут. – Остался равнодушен к моему беспокойству жрец. – А до Ночной Империи многие тысячи лиг, про вас там нескоро еще узнают, кир.

– Это определенно утешает. – Кивнул я. – Однако, терн Альбин, давайте перейдем к делу. О чем вы хотели со мной поговорить?

– Я узнал что «Вепри Бир-Эйдина» хотят выгодный найм. Это правда?

– Это правда. – Кивнул я. – Не примите за отчуждение или какие-либо обиды, но найм с очень выгодными условиями мной уже был найден не далее чем вчера. Вряд ли вы найдете нанимателя, готового платить больше за ту же работу. Я бы сказал, что если мы не сойдемся в условиях, то с удовольствием воспользуюсь вашей помощью, но боюсь, это будет неправдой. Мы немного знакомы с этими людьми, небольшая надежная рота им нужна позарез.

– Значит, что вы вскоре уходите на войну?

– Думаю да. Как только капитан увидит условия договора, он наберет недостающих нам людей, и самое большее через сутки мы отчалим. Условия я запросил весьма выгодные, ну а золотишко у нанимателя водится.

– Вам в роте нужны надежные люди?

– Чьи? – Сделал намек на улыбку я, глядя жрецу прямо в глаза. – Ваши или мои?

У стоящего передо мной убийцы как это ни странно хватило совести отвести взгляд.

– Так или иначе, но вы будете к этим людям ближе, чем кто либо. Я прошу за одного сына.

– Помощника здесь лишитесь. Ваш сын нас с фрейей Айлин оскорбил. Не подозреваете меня в злопамятности?

– Он это отслужит! – Отчеканил жрец, в свою очередь, поймав мой взгляд своим. – Все что от вас прошу – справедливости. Остальное приложится. Не пожалеете.

– Согласен. – Наверное, немного удивив этим собеседника, согласился я. – Ради наших будущих взаимовыгодных отношений, которые вы так явно хотите мне предложить. Но надеюсь, что не в оруженосцы толкаете?

– А…

– Не возьму, – хмыкнул я. – По крайней мере, сразу. Умеет в коня – пойдет рейтаром. Нет? В строй. А там посмотрим, что он за человек.

– Умеет. – Осторожно улыбнулся терн Альбин, оценив мою прямоту. – И конным, и пешим. Во всем хорош.

– Так это прекрасно! Все пути для него открыты. Не так ли?

– Пожалуй…

Жрец махнул рукой в сторону и потерявший всю свою наглость парень явился передо мной из темноты, опустив взгляд долу.

– Располагайте мной, кир! Госпожа свидетель, что не со зла причинил обиду! Вы…

– Я не представился… – равнодушно махнул я рукой. – Но оскорблять незнакомцев даже само по себе не лучший выбор. Кто знает, кем он может оказаться? Больше так не делай. А что касается альвы в храме Хелы… Кто ты такой, чтобы из-за одних ушей кому-то мешать в него войти?

– Я услышал вас, кир! – Склонился в поклоне сын жреца. – Но…

– Иди уже, – снова перебил я его. – Достаточно. Твой отец принес извинения за тебя еще вчера. И да – вне храма я фер Вран, а не кир Вран. Догадаешься почему?

– Да, кир.

Отец, внимательно следивший за нашим диалогом, немного расслабился.

– Ну, вот и все. Сына в поместье ан Феллемов можете уже завтра прислать, терн Альбин. Капитана с нанимателем я если не сегодня вечером, то завтра утром сведу.

Жрец кивнул:

– Оружие по руке не хотите выбрать? Я видел, как вы им любовались.

Ну, это даже не взятка, а так, подарок для закрепления отношений и окончательного снятия негатива к потомку.

– Разве что для коллекции, а не пользоваться, – не стал я жеманничать и щелкнул ногтем по чашке своей скьявоны, – у меня великолепный во всех смыслах комплект. Тут вряд ли есть что-то его достойное, если конечно не считать возраст и цену украшений на статусных клинках.

– Таких в этом храме мало, кир. Госпожа не приемлет в храмах не обагренного соком жизни оружия.

– А к его раздаче она как относится? – Хмыкнул я.

– Кир Вран, меч в руке слуги принадлежит господину. – Ответно хмыкнул хелапоклонник. – Ну а чтобы слуги не наглели, то, как минет нужда, взятое из храма оружие нужно либо вернуть, либо заменить.

– Тогда, пожалуй, воздержусь, – покачал головой я. – Не люблю одалживаться. А у богов тем более.

Храм и в этот раз был пуст, но тут мне, почему то показалось, что на границе слышимости кто-то довольно хихикает. И я был вовсе даже не уверен, что мне это мерещится.

– Ваш долг возьму на себя я. – Не отстал настоятель. – Если белое оружие[9] вам не нужно, может быть, выберете для себя что-то поменьше? От проклятого оружия многие не откажутся.

– В смысле, проклятого? – Насторожился я. – У меня в жизни бед мало?

– Идемте со мной, кир! – Улыбнулся терн Альбин, маня вслед за собой к дверям в административные и жилые помещения храма.

Кстати сказать, оружие по стенам там тоже было развешено. Пускай и не столь часто как в наосе.

– Смотрите! – Священник довольно щурился на щедро украшенные разнообразным железом стены в своем рабочем кабинете. Разнотипных мечей там было развешено немало, однако преобладало все же короткоклинковое оружие. Отдельно отмечу, часто выглядящее довольно скромно. – Самая ценная часть храмовой коллекции, кир. За любой из этих клинков многие отправят под нож всю семью и будут считать себя выигравшими.

– Ну, ну. – Сказал я, рассматривая клинки поближе. Целая куча вопросов прямо-таки вертелась на языке, но разевать рот было нельзя. Я находился на широкой тропе, по которой никак не мог не ходить успешный хейенский дворянин. Короче говоря, из этого спецхрана надо было что-то брать. Обязательно. Пригодится.

Оружие, надо полагать с магической обработкой, а то и благословленное сверхъестественными существами вызывало какие-то странные ощущения. От одних предметов коллекции несло знакомым мне холодом, другие казались покрытыми незаметной мерзкой вонючей слизью, от третьих казалось, пыхало жаром. В общем, чтобы выбрать себе хороший подарок глаза просто разбегались. Благо, что ощущения от каждого из предметов хоть немного, но отличались. Идентичных по воздействию на мои органы чувств не было. Это помещение явно напрашивалось на визит мародеров, если конечно научники про него узнают.

Сорока сантиметровый «баселард» в темных кожаных ножнах безыскусно украшенных серебряными монетами и нашивными гнездами на них со слегка выпущенными оттуда стилетами, привлек мое внимание не сразу. Пускай даже он и висел прямо по центру торцовой стены. Взгляд заставили к нему вернуться непонятные ощущения, от кинжала несло одновременно холодом, жаром огня и, наверное, чем-то типа шибающей в кровь адреналином ярости. И все это почему то не смешивалось, а долбило по органам чувств одновременно.

Когда я взял его в руки, ощущения усилились в разы. Я наверное даже покачнулся.

– «Кинжал Гнева», – встал рядом жрец, с каждой секундой все больше и больше принимавший вид кота упоровшегося сметаной. – Оружие завещано храму шеном Лейном Коаном столетие назад.

– Чем знаменит? – Спросил я, обнажив баселард.

Виртуальные жар и давящая на психику ярость стали в разы сильнее, практически скрыв за собой нотки холода. Я почти случайно повел указательным пальцем по украшенным жилками серебра граням стилетов и чуть не вздрогнул. Столь знакомый мне холод шел именно от них.

– Изначально кинжал из родового гарнитура рода ан Форгалдов, ныне пресекшегося. Благословленное Тиром оружие его бастарда.

– О!!! – Оценил я. Наверное, этот комплект и нужно было брать. По крайней мере, самому над ним потом с микроскопом посидеть и так далее.

– Но это ведь не все?

– Вы чувствуете? – понимающе улыбнулся священник.

– Да. Жар и ярость от баселарда и холод Хелы от стилетов на ножнах.

– На том берегу эти кинжалы так называют?

– Не обязательно. Так что там еще?

– Позже Арей покрыл свою кузину, – перешел на неполиткорректный лексикон жрец, явственно пытаясь лизнуть божественной покровительнице, с некоторых пор не переваривающей несостоявшегося зятька, – когда она родила сына, оружию досталось еще одно божественное благословение.

– Неплохо, – оценил я. Подобный ножик, безусловно, стоил немало аэронских рублей.

– Но фер Алдон истово ненавидел и всю свою жизнь преследовал слуг Госпожи, так что однажды подавился сталью на ее алтаре и «Кинжал Гнева» перешел к шену Лейну Коану.

– Который как понимаю, был высококлассным убийцей, – сказал я, пряча кинжал в ножны и вытаскивая сразу оба стилета. Скромно так выглядевшие рабочие инструменты, даже без кьютимарок о количестве жертв на них.

– Да, шен Лейн зарабатывал на жизнь именно этим делом.

– И?

– Госпожа высоко оценила его жертву. – Кивнул жрец на стилеты. – Ну а месть достала только через двадцать семь лет.

– В общем, все умерли. – Резюмировал я, засовывая стилеты до упора в предназначенные для них гнезда, и дрогнул от неожиданности. Холод исчез.

– Укрыть от зрячих силу кинжала могут помочь жрецы Тира и Арея, нам это не по силам.

Чтобы выиграть себе время для раздумий брать или нет, этот комплект, я некоторое время поиграл с оружием.

– Что дают эти благословения?

– Для простеца рана любым из стилетов смертельна. На потомков богов сила кинжалов не действует, их разит сама сталь. Маг может оттянуть свою судьбу и при большой силе даже победить проклятье.

– Баселард?

– Про его свойства мало чего известно. В этом храме очень много оружия. Знаю, благословленное Тиром оружие незаменимо против вампиров…

– Это в нем мне, безусловно, нравится…

– Кинжал можно использовать в ритуалах. Благословение Арея часто дает силу и выносливость в битве. Яд клинка… не думаю. Ни Тир, ни Арей отравленного оружия не любят. Если хотите «Кинжал Гнева» себе оставить, вам и выяснять что он дает владельцу.

– Я беру. – Не стал уже мяться я. – Что должен?

– Вы? Ничего. – Хмыкнул настоятель. – Этот долг Госпоже верну я.

– Терн Альбин, я почему-то не верю в жреческое бескорыстие. Давайте договоримся об откровенности?

На краю слуха кто-то снова смеялся. Впрочем, юмор и адресат оценил.

– Примите это просто как знак нашей дружбы, – упершись мне взглядом в глаза, улыбнулся жрец, – какую бы ношу на вас наша Госпожа не возложила, помните, что здесь у вас всегда найдутся друзья, которые помогут вам ее унести.

– Когда какая-нибудь помощь понадобится, о взаимном интересе мы думаю, договоримся, – кивнул я, снова не став ломаться и обещать подумать. Контекст предложения о союзе представляемой жрецом фракции этого никак не подразумевал.

– Истинно так кир, – согласился со мной жрец.

– Спасибо за подарок, терн Альбин. – Поклонился я, решив закругляться. – Думаю, он мне не раз понадобится.

– Очень на это надеюсь, кир Вран. – Вернул мне поклон тот, широко улыбаясь. – Для такого оружия не дело висеть на стене, а не быть в руках достойного.

– Согласен. – Хмыкнул я, разворачиваясь на выход.

– Я провожу вас.

Перед алтарем Хелы и пристроившимся рядом со статуей сыном жреца стояли люди. Двое мертвоглазых худощавых молодчиков под тридцать, наверняка братья и молоденькая, блядовитого вида девица с темными волосами, носом картошкой и мощным бюстом под щедро украшенным кружевами платьем, всем своим видом подсказывающая, насколько внешность бывает обманчивой. В каком другом месте поклонения богине Смерти я бы за ней не предположил, а вот истовое служение богине Жизни на горизонтальных фронтах запросто.

Троица посетителей меня не интересовала, но получить в подарок оружие, и хоть как то не отдариться его хозяйке в свете вчерашней мистики было бы делом явно неправильным. И пусть что угодно мой новый друг по поводу долга тут обещает. Кинжалы во владение все-таки получил я, а не он.

Деньги с собой у меня были, но бросать монеты к ногам богини Смерти, по моему мнению, делом было глупым. Адекватную полученному комплекту цену я все равно заплатить не смогу. Да и не покупается такое оружие, ну а что касается самой смерти, то от нее никаким презренным металлом не откупишься. То есть надо было придумать, что-то еще. Желательно красивое.

Подходя к алтарю, я даже слегка сбился с шага, размышляя, не совершаю ли сейчас ошибки. Запасной магазин к «Глоку» уже был в руке и, подойдя к каменной глыбе, я выщелкнул верхний патрон в чашу.

«Сомневаюсь, о леди Хела, что вам до сих пор дарили, что-то ему подобное. Патрон это почти что квинтэссенция смерти, как-никак. Пускай вы этого, пока что, наверное, не поймете».

Из чаши ярко плеснуло вспышкой.

Похоже, что я ошибся. Поняла превосходно. И подарок понравился.

* * *

– Ну и куда ты пропал? – заявил мне «фер Фергус ан Апольд» сразу же, как я вошел к Штирлицу в комнату. Второй шпик уже был там.

– Личные дела, – отмахнулся я и потер зудевшее от самого храма запястье левой руки.

– Ты считаешь, что для них самое сейчас время?

– Конечно. – Мягонько улыбнулся я, каюсь, специально выводя его из себя. – Вы перспективные цели для нас наметили, деятели?

– Нашли, – опередил товарища «шен Лекс ан Брейг».

– Показывайте. С капитаном все решено, выгодный найм нас интересует. Выбираем жертву, окончательно согласовываем легенду и общий план действий, после этого я организовываю вашу встречу. Условия контракта будете обсуждать с ан Феллемом сами, тут я вам не помощник. Отношения с ним считаю слишком перспективными.

– Принято, – кивнул «ан Апольд» и вытащил из под кровати металлический чемодан защищенного ноутбука.

– А заряжаете чем? – заинтересовался я, глядя, как он набирает код на цифровой панели. – Солнечные батареи или генератор тоже есть?

– Глупые вопросы задаешь. – Отбрил меня тот. – Ты тут розетки видишь?

– Туше, – сказал я.

– Мда, – дернул головой шпик, непонятно на меня покосившись, – просто прапор с заочной вышкой говорили они.

«Ан Брейг» заржал.

– Я прапор единственный и неповторимый. При неправильном введении кода не взорвется?

– В нем термитная шашка, тысяча пятьсот градусов, – ответил «ан Апольд».

– Тоже верно, – согласился я с выбором разработчиков. В Ф–1 всего лишь шестьдесят грамм тротила, однако, осколки этой гранаты иногда способны убить на двухстах метрах.

– Смотри, – войдя в систему, развернул ко мне ноутбук старший шпик. Впрочем, в саму базу данных он меня не пустил. Нужные файлы были банально скопированы в текстовый документ. Причем, как это ни странно, импортозамещенный в родных осинах, а не ломаный Word. Несколько стрёмных карт были открыты отдельно, боевые друзья были готовы к моему визиту.

– Рыцарей-разбойников вокруг полно. Подобрали десяток самых перспективных кандидатур.

– Сужаю выбор вариантов, – не стал я тратить свое и чужое время, – смотрим только имперское дворянство. Второй фактор: фьеф должен быть прибрежным. Если хозяин еще и пиратством промышляет, то еще лучше.

– Почему? – заинтересовался «ан Брейг».

– Честно? Как я сегодня выяснил, не все в моей жизни так великолепно как кажется. Нужно готовить убежище. И побыстрее. Вообще, неплохой вариант у меня есть. Но там придется барончику одному присягать, что в свете интересов нашей компании не есть хорошо. Это имперский дворянин сам себе хозяин.

– И мы будем за это платить? – скривился «ан Апольд».

– Не вы, а бюджет дивизиона экономической безопасности, коли на то пошло. И не ради моей новой хазы, а ради вашей собственной безопасности. Убьем этим всех зайцев сразу. Наш работодатель получит точку на побережье, если повезет, то даже и с якорной стоянкой при ней; я получу фьеф и ох… хорошее укрытие от поджидающих меня в большом мире неприятностей; ну а вы получите отвлечение внимания и возможность спокойно и безопасно дожить до эвакуации. Все должны быть довольны. Разве нет?

Шпики переглянулись.

– А ты сумеешь, этот фьеф на себя переоформить? – спросил «ан Апольд».

– А я вам говорил, что у меня все на мази с внесением в Гербовые Книги империи? В остальном право фактического владения зарешает. После того как, я у тебя захваченный лен выкуплю. Типа.

– Если родственники у хозяина не найдутся.

– Как найдутся, так и пропадут, – насмешливо оскалился я. Тут мне связи терна Альбина и пригодятся, да.

Джеймсы Бонды снова переглянулись. Старший задумчиво пожевал губы.

– Могу сказать, что хороший план. Наверное, имеет шансы на успех.

– Глянь вторую и четвертую выборку, – согласно с этим кивнув, посоветовал мне «ан Брейг». – Под твои условия только они подходят.

Описательная часть по благородным бандюкам особенно полезной не была, с указанными мне персоналиями земная агентура непосредственно не контактировала. Перечень слухов, кого они ограбили и кого убили, меня не интересовал. А вот расположение фьефов – отнюдь.

– Еще варианты можно поискать по указанным фильтрам? В принципе мне без разницы, но карты скажем так, выгодного стратегического положения фьефов не показывают. У этого я бы соседа лучше прихлопнул, у него защищенная бухта есть. Этот тоже на голом берегу живет, да еще и нищеброд откровенный. В его башне быстрее от сквозняков сдохнешь.

– Можем попробовать, – кивнул «ан Апольд».

Примерно через полчаса обнаружился наиболее перспективный вариант. Владетель Бойгена разбоем на суше особенно не увлекался, однако на море лютовал жутко. При этом корабли земляков не трогать у него ума хватало, как правило, потрошил иностранцев, кайнрийцев в основном, ну и неудачников из дальних провинций Империи, за что, конечно же, пользовался огромной народной популярностью. Парочка неудачных морских карательных рейдов эту популярность только умножили. Чувак прямо выпрашивал, чтобы мы нанесли ему визит.

– Как же не повезло кораблю, что тебя вез. – Сказал я.

– Божьим соизволением до берега доплыл, когда за борт выбросили. – Согласился со мной «ан Апольд».

– Друзей убили, супругу с детьми, – смахнул с глаз несуществующую слезу второй шпион.

– Одну только жену. Медовый месяц у нас был. И я как Джейсон Борн надолго потерял память, – согласно шмыгнул носом первый. – Недавно только вернулась.

– Соболезную вам, фер Фергус. – Присоединился я к скорби. – Какая чудовищная трагедия!

– Но не уйти гаду от расплаты! – Потряс тот кулаками.

– Нет никаких сомнений. – Согласился я с ним. – Поэтому я убываю за капитаном. Не будем тянуть с отмщением, нам еще солдат нанимать. Ну а вам слуг и кнехтов.

– Да, фер Вран. Тянуть с этим делом не стоит. Мы и так много времени потеряли…

* * *

– Ну и как дела, рыжик? – Улыбнулся я альве, присев на кровать. – Не скучала?

– Скучала. – Устало сморщила она носик. – Где ты был весь день?

– Шкурные вопросы решал. В храме побывал…

– Я знаю. Терн Альбин совсем недавно ушел.

– Выгодный найм нашел, надо было капитана с заказчиком похода свести.

– Да!? – Лицо женщины на глазах превращалось в маску.

– Так! Только без слез и обвинений, солнышко мое! Я и сам не хочу тебя оставлять. Однако, хотя и рано конечно об этом говорить, но это для нас с тобой этот поход может быть очень выгодным предприятием.

– Заработаешь аж на пару золотых больше? – Зашипела Айлин прямо как та змея.

– Нет. Мелко плаваешь, – улыбнулся я и поцеловал ее. – Очень мелко. Но говорить не буду. Не хочу удачу спугнуть. Все прямо одно к одному идет.

Женщина, как было видно, все-таки хотела вцепиться в мои уши, но отчего-то передумала. Возможно, решила, что слишком слаба.

– Ты ведь не врешь?

– Как это ни странно нет. – Пошутил я, извлекая ее правую руку из под одеяла. – Лойх хотел дать мне две недели с тобой побыть, но наниматель, к сожалению, ждать не может. Как можно быстрее хочет раубриттера одного наказать.

– И в чем тут твоя особая выгода?

– Сказал же, что не скажу. – Поцеловал я ее в лоб. – Спугну удачу. Я не того боюсь, что мы его не прибьем, а что возможности не реализую. Обидно будет, если расхвастаюсь.

– И что же тут может быть то?

Ну что за любопытная меркантильная женщина! Отдохнула бы, поспала. На крайний случай погладила бы мужика по голове…

Я перевел взгляд вниз, к руке избранницы, которую держал в ладонях и осекся от неожиданности. Треть предплечья покрывал красивый, тонкий, темный орнамент мехенди… с первого взгляда различимой тамгой Хелы по центру.

– Красиво конечно, но зачем ты терну Альбину это позволила нарисовать? Лечебная магия какая-то?

– Нарисовать что? – Насторожилась дама.

Тут уж пришел черед делать стойку мне самому.

– Орнамент с тамгой Хелы. На руке.

Указанную руку немедленно выдернули, как будто бы Айлин и не сливала вчера целую лужу крови.

– Проклятье! Только что его не было!!! Не зря днем эта рука зудела!

– Зудела!? – Каюсь, заорал я, задирая рукав.

Да, вокруг запястья левой руки шел точно такой орнамент как у Айлин.

– Это еще что за хуйня?

– Вас, наверное, надо поздравить?

Брат Айлин подскочил к нам на крик и теперь с непонятным выражением на лице рассматривал появившиеся у нас на запястьях рисунки.

– Поздравить с чем? – Насторожился я.

– С законным браком, фер Вран. С законным браком.

– А…

Не обращая на меня никакого внимания, тан Фальтигерн немного грустно улыбнулся сестрице:

– Как бы то ни было, хочу поздравить тебя, сестренка. Ты без сомнений добилась своего. Вот только не знаю, будешь ли так же рада в будущем.

– Фальт… – как-то осипла альва.

– Только не говорите мне…

– Да, – перебил меня шурин. – Твоя богиня благословила ваш союз, фер Вран ден Гарм ан Дрес. Я поздравляю. Но береги сестру…

Горжусь. У меня как то хватило выдержки, чтобы не испортить этот прекрасный момент грязнейшей матерщиной.

Глава IV

Выйти в поход к предполагаемому мной сроку роте не удалось, «Вепри» задержались на восемь дней. «Фер Фергус ан Апольд» в ходе переговоров с Лойхом ан Феллемом блеснул профессионализмом и с лихвой вернул затраты на повышенные тарифы найма роты допуском в городские архивы. Кроме их спецхранов конечно

После первого посещения архива «Морского бюро» городской управы, оба разведчика писали кипятком.

– Да это, блять, кладезь! – Весело рычал «ан Брейг». – Карты всей тутошней Ойкумены за полтора тысячелетия самое меньшее можно нарыть.

– Так уж за полтора. – Не поверил я.

– Нам показали пергаментную карту, именно такого возраста как уверяют, – уточнил старший шпик.

– А вы рожи свои корчили, когда я финансы конторы отказался беречь, – поддел его я.

– Был неправ, – хмыкнул «ан Апольд».

– Фотографировать не перефотографировать, да?

– Да. Нам здесь придется задержаться.

– Я только за. Но ненужного внимания своим энтузиазмом уж постарайтесь не привлекать, ага?

– Не учи ученых, – сморщил нос «ан Брейг».

– Я и не учу. Напоминаю, что дураками людей считать не надо. Архивариусы о каждом вашем движении кому надо доложат.

Тот равнодушно отмахнулся.

Ну-ну.

– Там только морские карты?

– Там все есть! – Энтузиазм «ан Брейга» воспрял из пепла. – Самый большой архив в городе, веками все подряд туда сваливали.

– Реальная цель похода для посторонних не доводилась, так что наш интерес к чему не попадя особого удивления вызвать не должон. Maskirovka! – добавил «ан Апольд» c фальшивым английским акцентом. – Твоему приятелю я эту версию скормил.

– Ладно уж, больше профессионалов лечить не буду. Хотя и не хочется на одном с вами корабле оказаться.

– Из-за своей бабы? Не торопишься? – Покосился на меня главный Штирлиц. – Вы в буквальном смысле из разных миров, тебе писец будет как сложно.

– А то я не знаю, – обрезал я его. – Только поздно уже трепыхаться. Птичка давно попалась.

– Ну, смотри. – Подключился «ан Брейг».

– Хотя тебе все равно виднее. Да и не мальчик уже, дети есть. – Понял, что не стоит дальше совать нос в личное и свернул тему «ан Апольд».

Просвещать земляков, как нас расписала Хела, я конечно не торопился. Об этом из посторонних вообще никто еще не знал и я жестко предупредил ап Шоннахтов, что не потерплю не обоснованной обстоятельствами утечки информации. Помимо проблем с местной властью, я был готов на многое, чтобы Земля не узнала о моем искусно расписанном предплечье как можно дольше. А когда узнала, приняла бы портак за работу дорогого татуировщика, а не божественное клеймо, ибо во втором случае возникновение подозрений в лояльности будет первым что посетит даже самую симпатизирующую мне голову. После этого и до визита группы зачистки недалеко. Я бы во всяком случае о ней сразу подумал, коли прознал бы о благословленном лично одной из местных богинь брачном союзе своего подчиненного. За что-то ведь эта сука получила такую честь, верно?

Собственно именно поэтому мне в общем-то следовало поторапливаться, обеспечивая личную безопасность и делая себя незаменимым в том числе. Возвращение на Землю мной не рассматривалось в принципе. После здешней вольной жизни гнить в России невыездным отставником точно не для меня. Да и где еще я омолаживающие зелья дешевле найду? Мне теперь детей, по крайней мере, на Монтелигеру надо затаскивать, а не валить от дикарей к теплым сортирам и бывшей жене в соседи. Пускай сама там сука, на отжатой у меня даче цветочки садит, привыкает к земле. А я ей для пущего прилива энергии при земляных работах нашу с Айлин фотографию по почте обязательно вышлю. Разумеется, в фотошопе физиономию заменив, из какой-нибудь другой подходящей фотки. В настоящий момент я уже выглядел на менее тридцати и процесс разглаживания морщин и прочих следов реального возраста, судя по всему, не завершился. Но былой супруге об этом знать, конечно же, дело лишнее. Ей и одной рыжей альвы с головой хватит. Как впрочем, и всей кодле ее заклятых подруг, которые во времена оны охотились за мной с трусами наперевес. Когда с теми по секрету поделятся про «когда крыша ржавая в подвале мокро», конечно же.

* * *

В поход рота вышла составом в двадцать линейных капральств тяжелой пехоты, по двенадцать солдат в каждой; кавалерийского лоха из трех опций, или если угодно «десятков» рейтар, общим числом в тридцать пять рыл; группы управления из еще двух десятков разнообразных физиономий, включая офицерские; ну и обоза, из состоящих и не состоящих в штате роты нестроевых. В числе последних, четко отражая взлет роты в неформальном топе наемников, в этот раз затесались и маркитанки. Сразу на четырех здоровых фургонах. Короче говоря, в нашем обозе разве что походно – полевых шлюх еще не было. Впрочем, повозки летучих борделей во многих хороших ротах и при наличии их в зоне доступа не приветствовались. Пьянка и продажные женщины в любом мире провоцировали слишком много проблем.

Благодаря нечаянному затишью и очень лестным для «Вепрей» кабацким слухам, с личным составом сейчас все было неплохо. Нет, одних дупликариев капитан не набирал, слишком дорого это было, да и бессмысленно, но по качеству личного состава на уровень солидной роты мы, несомненно, вышли.

* * *

С разведывательной информацией все тоже было в полном ажуре. В архиве Морского бюро нашлось практически все, что нам требовалось, в остальных городских мы даже не искали. Дополнительный пакет документов по известным пиратам предоставленный Навархией[10] города и без них закрыл все неясности. Владетель Бойгендэйла и замка Бойген был достаточно известным морским разбойником, соответственно власти, общественность и страховые структуры Бир-Эйдина, чьи купеческие суда в зоне его возможных интересов, конечно же, периодически исчезали, собрали о фере Рэйге ан Бойгене не так уж и мало информации.

Этот род был довольно старым, около трехсот лет и пиратством с переменным успехом промышлял далеко не первое поколение. Как я понял из информации о дидах героя нашей мечты, влез в это дело первый из данного клана по вполне обычным для Аэрона причинам, чтобы раздобыть кэша на омоложение. Судя по тому, что убили его только через семьдесят лет после получения лена от Императора, бизнес он вел с необходимой прибылью, а сам был человеком неглупым и нежадным.

Выжившие потомки отца основателя, деля наследство, конечно же, передрались между собой до почти полного истребления. Где-то на три десятка лет род захирел, и морячки с проплывающих в зоне досягаемости кораблей имели возможность спокойно вздохнуть. Далее новый сеньор Бойгендэйла вспомнил про надвигающуюся старость и все началось по новой. К несчастью своему ненадолго. После неудачного нападения на корабль наместника своей же провинции безумного пирата вздернули на рее, а его родовой замок сожгли.

Третий, опять-таки единственный выживший из своего поколения ан Бойген резонно решил не нагнетать и загладить грехи своих отца и деда, найдя себя в службе на Императорском флоте. Погиб он в морском сражении с демецийцами.

Четвертое поколение ан Бойгенов видимо поделило наследство погибшего капитана мирно и без взаимных претензий и особых следов в документации не оставило.

Пятый ан Бойген тоже служил во флоте и после отставки в пиратстве только подозревался. Как он отбыл в лучший мир, тоже осталось для нас неизвестным.

Шестой государственной службой пренебрег, попал в розыскные листы и закончил жизнь на каторге. Фьеф унаследовал его младший брат, который Императору в отличие от старшего родственника послужил.

Этот, седьмой ан Бойген владел леном и прилегающими морскими просторами более пятидесяти лет и наверняка процветал бы вместе с Бойгендэйлом и дальше, если бы молодая супруга не отравила. Столь безжалостное убийство владетеля, конечно же, получило развитие в виде еще одной зямятни, где род благородных пиратов и его ближайшие родственники снова выпилились почти под ноль. Фьеф достался ан Бойгену одной из побочных родовых линий.

Упомянутого восьмого владетеля, привычно решившего добывать средства на подъем экономики вотчины морским разбоем вскоре убили при абордаже. Но заделать жене наследника он успел. Короче говоря, интересующий нас фер Рэйг ан Бойген им и оказался.

– Вот где страсти то! – Сказал я, ознакомившись с столь интригующей историей благородного рода. – Морской разбой дело молодых, лекарство против морщин. И не жалко им было на колдунов награбленное переводить? Один из всех больше сотни прожил.

– Человек мечтает о лучшем, – философски развел руками «ан Брэйг». Этот шпик по мере знакомства нравился мне все больше и больше. Мозги у него работали гораздо лучше, чем он пытался показывать.

Сам фьеф, судя по картам (пускай с поправками на отсутствие масштаба и привычных для земных топографических карт данных) представлял собой неровный треугольник пригодной и относительно пригодной к обработке земли прижатой горами к морю и разрубленной на две части идущим из вершины треугольника речным руслом. Меньшей половине лена милостью чиновников трехсотлетней давности повезло располагаться по берегу гористого языка мыса, большая также растянулась на материке.

Крепких мест в Бойгендэйле было два. Оседлавший речушку замок Бойген с окружающим его поселком и какое-то укрепление по острому углу фьефа, запирающее вход в него по идущей вдоль побережья дороге.

– Ну, пристрастие здешних душегубов к пиратству становится понятным. Мне, во всяком случае. – Сказал я. – В этом еппучем промежутке между горами и морем самое-то место, чтобы сажать пшеничку и разводить поросей.

– Как тебе сказать, – почесал щеку «ан Брейг» – свиней можно и бросовой рыбой кормить. Свиньи все подряд жрут.

– Ай, спасибо, не знал! Поспорим что берег в основном высокий, а горный хребет труднопроходим? Для аборигенов во всяком случае.

– Почему такой вывод? – заинтересовался «ан Апольд».

– Я сам в своих словах не совсем уверен, но иначе бы это существующее считай двести лет малое укрепление, было бы бесполезным. Бойген стоит на речушке, основная часть людей живет рядом с ним. Можно сделать вывод, что здесь есть пресная вода, и доступ к морю. Якорная стоянка и лодки рыбачков наверняка где-то тут. Бойген основное убежище, основное хранилище ТМЦ и место возможной высадки десанта. Местный сэр как мы помним, две попытки его покарать отбил. Может быть, конечно, что и во второй точке берег пологий, но дробить по любому ограниченное число своих кнехтов? Ради чего?

– Немного сумбурно, но тебя понял.

– Спорить не будем, – добавил «ан Брейг» и ехидно ухмыльнулся. – Но если проебешься со своей логикой, фер Вран, тогда я тебе мозги выем. Если пузырь не выкатишь.

– Ну, ну…

* * *

Марширующая по провинциальной дороге рота наемников, как правило, вовсе не то формирование, у капитана которого местное дворянство мечтает поинтересоваться, куда оно направляется. Скорее наоборот. Большую часть пути движение нашей колонны зеброй сопровождала бешеная суета, перемежаемая полным исчезновением людей, когда не успевший добраться до укреплений народ прятался, пытаясь не привлекать к себе внимания мимохожих путешественников.

Взятия замков «изгоном» в этом мире были прекрасно известны, и я бы сказал, что для большинства наемных отрядов являлись основным способом захвата укрепленных пунктов. Так что добрый люд имел все основания беспокоиться. Номером два рейтинга была осада, читай работа по принципу «нанимателю служить, но сабельку из ножен не вынимать» и только третьим штурм.

Однако, когда мы вошли в Кантию и дорога повела нас в покрытые лесами сопки Кантийского нагорья, все начало постепенно меняться. Не то чтобы редкие здешние дворяне и фригольдеры перестали на нас обращать внимание, или не принимать мер предосторожности, вовсе нет. Но нас здесь уже нисколечко не боялись. Можно точно было сказать что никто и нигде. Местный спорт – опрокинуть на идущих по петляющей по горам дороге обидчиков некоторое количество тонн камня, был известен далеко за пределами провинции, например.

– Кантийские горцы, – в ответ на мою высказанную вслух мысль фыркнул Киран ан Крайд. Мы вместе с ним ехали на конях впереди пешей колонны, задавая темп движения для пехоты. Впереди нас, стараясь не терять с ротой визуального контакта, двигался конный пикет передового дозора. – Император тридцать лет воевал за этот край.

– За это время тут все живое раз пять можно было вырезать, – забросил я колдуну удочку, сделав вид, что немного сомневаюсь в его словах. Чего на самом деле не было. Парень был чертовски хорошо образован. Для средневековья и царствующей в этом мире политики искусственного ограничения технологий естественно. Как я не сомневался с подачи богов. Одна из которых столь внезапно проявила ко мне интерес.

– Солгу, если легионы не пытались делать и этого, – охотно попался в мою ловушку парень, размазавший по щеке парочку комаров и начавший очередную историческую лекцию, – но замирить Кантию стало возможным только после пленения ее последней королевы, Теуты.

– Тут что, женщины правили? – поддержал меня «ан Апольд», как раз под начало лекции пристроившийся к Кирану с другой стороны.

– Нет. Мужчины Веттегонов тогда уже кто пал, кто был в плену.

– А как поймали женщину, все сразу успокоилось? – в этот раз искренне засомневался я.

– Его Императорское Величество так оказался очарован красотой и умом своей прекрасной пленницы, – хмыкнул маг, – что на ней женился. Воевать стало не за что. Но успокоилась Кантия совсем не сразу, тут ты прав.

– Хм, – сказал я, переглянувшись со шпиком, – мудрый выход. Тогда можно понять, почему среди власть имущих Империи так ценится многоженство. Они позже не развелись?

– Увы. Императрица Теута, к горю семьи, приняла трагическую смерть на охоте. – Покачал парень головой. – Несчастный случай.

– Шальная стрела в спину? – опередив меня с тем же вопросом на долю секунды, предположил нелегал.

Киран дал паузу, окинув нас двоих непонятным взглядом:

– Нет. Несчастный случай, как я вам сказал. Ее Императорское Величество обожала охоту. Увы, рука в тот день ее подвела.

– То есть?

Ан Крайд вздохнул и перешел на нормальный тон.

– Сломала шею, вылетев из седла. Вепрь брюхо коню распорол. Вокруг нее, конечно же, было множество свидетелей. То был несчастный случай, а не убийство.

– И откуда ты это все знаешь? – типа, без какой либо задней мысли спросил у него я.

– Хотел выжить в столице, – пожал плечами наш неудачливый провинциал.

– А как насчет «во многих знаниях, многие печали»?

– От незнания много больше этих печалей, – оценив поговорку, совершенно серьезно ответил мне маг. – Да и приходят тогда они… неожиданней.

С первых часов знакомства черным вороном вившийся вокруг ан Крайда «Ан Апольд» зааплодировал, мерзкий льстец.

– Отлично сказано, фер Киран!

– Подтверждаю, – кивнул я, – это была шутка.

– Я знаю, – насмешливо покосился на меня тот.

И кто сейчас кого на что провоцировал?

Тут нам пришлось отвлечься, из-за поворота дороги показалась группа всадников, возвращались ротные квартирьеры, во главе с нашим квартирмейстером Лоданом Койером. В мире вялотекущей, но постоянной войны всех против всех, поиск удобных мест для дневок и ночевок и обеспечение комфорта стоянок отрядов за счет местных ресурсов было делом очень и очень серьезным. Должности фельдфебелей, квартирмейстеров, а при высокой численности и провиантмейстеров наемных отрядов синекурами отнюдь не были и занимавшие их волки, как правило, стоили каждой медной монетки из выплачиваемого им денежного содержания. Если не сказать более.

– Лейтенант, через полторы лиги выйдем на хорошее местечко. – Обронил мне Лодан, проезжая мимо. – Луг, речка и деревенька без тына. Фригольдеры[11]. Есть чем прикупиться, неплохо живут.

– Спасибо, Ло. – Поблагодарил его я.

Квартирмейстер кивнул в ответ. Верхушке младшего командного состава роты и не такие фамильярности дозволялись, эти «прапорщики» по своему положению были куда ближе к офицерам, нежели к остальным нижним чинам.

* * *

Местечко нам квартирмейстер выбрал действительно очень удобным для стоянки. Это был щедро освещаемый вечерним солнцем широкий трог частично поросший соснами и буком с петляющей по дну долины речушкой. Широкие пространства меж склонами поросших лесом невысоких гор вокруг позволяли нам поставить лагерь со всем возможным комфортом. Через речку был переброшен деревянный мост. Постройки небольшой деревушки, окруженные полями практически уже поспевшей пшеницы, были раскиданы по холмику на одном из ее изгибов метрах в семистах от моста по противоположному берегу. С нашей стороны вдоль реки простирались выкошенные луга с не убранными пока еще копнами сена на них. Вдоль долины сквозил ветерок сдувавший всю кровососущую мерзость.

– Где будем лагерь ставить, фер Лойх? – поинтересовался квартирмейстер у капитана. – При дороге или рядом с деревней расположить?

– Рядом с деревушкой ставим! – Догадался тот не интересоваться чужим мнением. – По нашему берегу реки. Не хватало нам у этих сервов мочу хлебать.

– Все так, фер. – Охотно согласился с кэпом двухметровый громила, ротный фельдфебель Ларт Эйдер. – Ну и рекой проще их баб уберечь.

– Угу, – рассеянно согласился с ним капитан, посредством купленной в городе подзорной трубы приглядываясь к спешащим к деревне тем самым бабам, которых хотел спасти от романтических знакомств с нашими солдатиками отвечавший за дисциплину в подразделении фельдфебель.

Реальной заботы о согражданах в словах последнего, кстати говоря, не было ни на грош. Беспокоился Эйдер исключительно о нас самих. Никому не нужный конфликт, сожженная в процессе деревня и перебитые фригольдеры при некоторой доле невезения могли изрядно отяготить карму роты. Это не пару крестьян на придорожной осине повесить «за оскорбление благородного господина» или что-то тому подобное. Причем приписываемой кантийским горцам мстительности тут следовало опасаться в последнюю очередь, походное охранение не зря умные люди придумали. Мы профессионально зарабатывали на войне весьма приличные по имперским меркам деньги, а не ходили на большую дорогу щипать провинциальных купчишек из какой-нибудь дыры в ибенях, которую и с проводником не сразу найдешь, соответственно для ассиметричных мер власти были куда более уязвимы.

– Съездить что ли в деревню, барашка на ужин, какого-нибудь купить? – задумался я, по капитанскому примеру вытащив из сумки бинокль. – Ничего так бабенки. Стройненькие.

– А яйца за этого барашка жена в жертвенную чашу не бросит? – Не преминул поддеть меня маг. – Твоя богиня ненавидит супружеские измены.

– Ну, пиздец! – Богом, точнее богиней клянусь, что исключительно на публику «слегка расстроился» я. – И этой радости старого солдата нежданно-негаданно лишили! Пиши теперь Айлин письма мелким почерком…

Окружавшие меня ротные комиты грохнули смехом. Шпики, конечно же, поддержали, но я надеялся, что не поняв контекста. У поблескивающих глазами нижних чинов ухмылки спрятать ума хватило.

О висящем над моей головой божественном покровительстве в роте знали уже решительно все, до последнего ездового. А что же до появившегося фан-клуба, то одним только грешным сыном терна Альбина число нанявшихся в роту хеленитов не ограничивалось. Как мне подсказал ухмыляющийся первый лейтенант, та шокированная принятием Хелой моего дара пара братьев на следующий день уже с самого утра перед воротами усадьбы ан Феллемов стояла. Их кстати взяли без разговоров. Причем именно потому, что они не скрывали ни причин появления у ворот, ни, своей обычно не афишируемой для посторонних профессии.

Короче говоря, «за барашком» лично мне ездить теперь было бессмысленно, а что до приказа отправить туда слуг, то он тоже не требовался. Пейзане почти сразу же осадили наш лагерь сами, рассчитывая расторговаться продуктами своего труда за всегда имеющиеся у наемников наличные. То, что женщины и дети в это время, пытаясь скрыться от нашего взора в высокой пшенице, петляли в сторону леса, мы предпочли «не заметить». Самим так было спокойнее.

Староста деревеньки оказался здоровущим, этакого древнескандинавского типа кабаном, наверное, лет шестидесяти от роду, нисколько не уступающим Эйдеру плечами и ростом. Возраст могучего старикана выдавали, пожалуй, одни морщины и совершенно седой хайр. Бицуха у него была как в молодости мощной, также как впрочем, и огромные, явно постоянно готовые к действию кулаки. На поясе старика висел легионерский меч, с несильно щедро, но искусно украшенными серебром ножнами и пяткой.

Разговор с местными меня не заинтересовал, своих дел хватало. Уже официально, с внесением данных в ротный табель и повышением жалования назначенный моим оруженосцем Даннер к тому времени получил все необходимые указания и о барашке на ужин мог побеспокоиться без моего присутствия. Не мне же самому бытом было заниматься, имея за спиной целых троих слуг – Нейла; ездового с моей повозки Дая Эмриса, инвалида из Внешней стражи Бир-Эйдина до сей поры периодически выписывающего первому отцовские подзатыльники; и свеженанятого Эвана Роуча, еще одного наполовину слугу, наполовину воина, бритоголового крепыша двадцати лет от роду. Этот уже был не из халдеев, а из городских моряков, который, к горю семьи, фальшион возлюбил больше чем корабельные снасти. Его я, конечно же, принципиально присмотрел и нанял сам. Чужой стукач в своей повозке мне не требовался.

Задница за этот день в седле, конечно же, здорово задубела, так что пока хозобслуга ставила палатку, разжигала костер и занималась подготовкой к ужину, мне было самое время отойти от лагеря чуть вниз по течению и помыться.

Тут я, конечно же, взял с собой душистое мыло из земных запасов, смену белья ну и для сохранения статусности вполне могущий заменить короткий пехотный меч «Кинжал Гнева» подаренный мне в храме Хелы. К его постоянному ношению следовало привыкать, конечно же, стилетами к бедру развернув. К паладинам, если так о них можно выразиться Арея и Тира, могущая ощущать сверхъестественное общественность относилась гораздо с меньшей подозрительностью, чем к адептам Хелы. Из-за беспринципной пропаганды, наверняка.

Вода была холодновата, горы вокруг как-никак, но смыть пыль и пот, все равно было сродни божественному наслаждению, так что появление за моей спиной зрителей, осчастлививших моющегося солдата беседой как раз в тот момент, когда он восторженно кряхтя, намыливал скукожившиеся колокольчики, не оставило меня равнодушным.

– Ты где наемник этот нож добыл? – С сомнением поинтересовался сильный мужской голос. – Продать не хочешь?

Я удивленно развернулся к нему, впрочем, спрятав меченую брачной татуировкой руку за корпусом. Хотя узоры росписей разных членов Пантеона беглым взглядом и можно было попутать, если конечно самой печатью тамги не светить, но напороться на какого-нибудь зоркоглазого чингачгука как раз в тот момент, когда я снял скрывающий татуировку напульсник, мне совершенно не улыбалось. Не при агентах конторы рядом.

На берегу стояло двое плечистых горцев в жестких кожаных куртках, ну вот нисколечко не похожих на забитых жизнью и мимо проезжающим людом типичных имперских крестьян. Если бы не возраст, обоим, наверное, не было и двадцати пяти, я бы сказал что имею дело с отставными легионерами. Об этом же говорили и палаши с елманью на их поясах, пусть и не принятого в легионах типа, но производивших впечатление ухоженного оружия профессионалов.

Оба были жилистыми, крупными парнями с длинными гривами стянутых плетеными кожаными шнурами немытых блондинистых волос какого-то неестественного, стального оттенка и карими в желтизну глазами убийц. А вот черты бритых лиц как я и заметил, были типично норвежско – шведскими. Несколько непривычный, короче говоря, фенотип, я бы сказал, что эти парни вероятнее всего своих дальних родственников на Земле не имели.

– А ты сможешь его купить?

– Сколько просишь? – не стал ни секунды раздумывать выглядевший немного старше приятеля фригольдер, голос принадлежал ему.

– Ты здесь столько за всю жизнь не накопишь. – Покачал головой я. Судя по поведению горцев, они приняли меня за одного из капралов или же дупликария. – Вместе со своим другом. Да и всей твоей деревенькой тоже. Не продается.

– Ты то… – с разгону начал торговаться мужик, но тут же стух, когда приятель ткнул его кулаком в спину.

– Ты бы лучше прислушался к другу, – заметил я, – и не настаивал. Я конечно не самый злой человек в этой долине, но все равно. Рассказывать такому как я, что из тебя можно выпытать, где лежат деньги, которых хватит на честную покупку такого кинжала, это очень неосторожно. Тем более, а вдруг ты тут такой богач не один.

Видно было, что ценитель холодняка хочет мне что-то сказать, но он сдержался. Одарил меня и мои полускрытые от него кукожики тяжелым взглядом, но сдержался. Приятелю одергивать уже не пришлось. Впрочем, взгляд последнего тоже не лучился никаким добродушием, кинжал он тоже либо узнал, либо почувствовал. Последнее я бы сказал было вероятнее. Эти двое конечно были не маги, но кто знает, как обстоят дела с одаренными в подобной придорожной деревушке. Мало ли кто может на пышущую здоровьем красавицу польстится.

Гости ушли, однако все настроение отмывать грязь до хруста тоже унесло вместе с течением. Я наскоро помыл ноги и выбрался на берег.

Парочка беседовала с могучим старостой, посматривая в мою сторону.

Давным-давно вжившемуся в роль лейтенанта наемников старому прапорщику отчего-то захотелось прямо сейчас повесить их всех троих за ноги и претворить свою недавнюю угрозу в жизнь. Столь наглые пейзане уж были очень, на мой взгляд, нетипичны.

* * *

Деревенька звалась Волчья лапа, кто ее так назвал, староста пояснить не смог, но в остальном пообщался он с нами весьма продуктивно. Удалось даже нанять проводника, согласившегося «в темную» провести нас к воротам обидчика. В темную, это в смысле с доведением цели похода уже на марше и дальнейшим пребыванием под конвоем, чтобы не было искушения сыграть в Сусанина. Им оказался тот самый заинтересовавшийся моим кинжалом парень, Фрам как его там, зарабатывающий на жизнь охотой, рыбалкой, сопровождением купеческих караванов и все тем же проводничеством. Лойх не поскупился и нанял его с солдатским окладом в пять триенсов в день. Для несравнимо более безопасной, чем у нас работы купеческого охранника, как впрочем, и «постоянного» кнехта провинциального дворянства, это были неплохие деньги. Интенсивность участия в серьезных зарубах у них была не та, да и сегодня густо, а завтра пусто насчет оклада денежного содержания эту категорию живущего мечом люда практически не касалось.

Надо сказать, что идеи купить кинжал он не оставил, по провинциальной наивности, помноженной на отбитую самоуверенность, предложив мне аж целый золотой… Даже не попытавшись узнать, кому предлагает сделку. Мне даже говорить ничего не пришлось, оказавшаяся в зоне слышимости солдатня и слуги комитов подняли дурака на смех. Отчего он засмущался и нас покинул, вернувшись тем ни менее следующим утром готовым к походу на невысоком мерине во всеоружии. Смех смехом, а деньги у него на дороге не валялись.

Женщины и дети к утру в деревню уже вернулись, так что парень был не один. Мужчину не испугалась проводить невысокая красотка условного типажа Лагерты из сериала «Викинги». С поправками конечно на светло – карие глаза, гриву с стальным отливом, жилистые руки с широкими запястьями и явное преобладание в рационе этой «Кэтрин Винник» натурального мяса вместо вегетарианских салатиков, форшмака и галушек украино-канадской диаспоры. Личико у нее во всяком случае было куда более хищным, чем у земной актрисы, не говоря уж о ручках – веточках. Пускай даже платья оказались весьма похожи ну и на поясе, вместо неподъемного в стальном исполнении ульфберта висел нож. Весьма и весьма недешевый кстати, с украшенной янтарем рукоятью.

Маг, нехарактерно для него прикипевший взглядом к этой амазонке незаметно для самого себя облизнулся. «Ого! Да у нас любовь?», чуть было не ляпнул вслух я, поневоле возвращаясь к вчерашним размышлениям о возможных причинах одаренности черноногих в придорожной деревне. Ну и, конечно же, не постеснявшись приятеля по этому поводу подколоть.

– Ночью ее нужно было воровать. Сейчас поздно, друг мой. – Дружеская пикировка с Кираном к этому времени превратилось в нечто вроде привычки, и доставляла непритворное удовольствие не одним нам двоим.

– А…?

– Опоздал, говорю, воровать девку. Раньше надо было беспокоиться.

Со слухом у местных все было в порядке, поэтому парень злобно оглянулся на нас и что-то шепнул даме, наверняка о нас. Та в свою очередь одарила меня с Кираном ледяным взглядом и смачно сплюнула далеко в сторону. Беспощадно так сказать разрушила немалую часть своего очарования.

– А! Ты об этом! – Пришел в себя маг. – Но хороша собою прелестница, не отнимешь.

Взгляд роковой пейзанки стал явно мягче. Я, отвернувшись, спрятал лишнюю в их феромоновом поединке улыбку.

– Чужой кусок всегда слаще кажется.

Метнувшийся ко мне взгляд девушки мгновенно вернул всю свою покрытую изморозью остроту. Но поцелуем своего молодого человека при прощании она одарила по-детски. Этак нежно, по-сестрински клюнула его губами в щечку. Конечно же, сразу после этого, как ей показалось незаметно, оценив реакцию красавца ан Крайда на сей интим.

На этот раз маскировать улыбку понадобилось уже ему. Разве что одними глазами себя выдал, засранец. Но раскланялся с девицей проезжая он как с благородной дамой, отчего та немного порозовела и отвернулась.

Обновить на обратном пути в этой деревеньке генофонд у нашего мага явно были все шансы.

* * *

То укрепление, на которое мы обратили внимание в Бир-Эйдине, оказалось мощной четырехугольной боевой башней, запирающей дефиле упирающимися в нависающую над узостью скалу и обрыв невысоким каменными забором и решеткой проездной арки. Последняя, кстати сказать, была опущена, гостеприимством пиратское гнездо случайных прохожих радовать, конечно же, не собиралось.

Я еще раз оценил высоту возвышающейся над донжоном метров, наверное на сто скалы, потом метраж примыкающего к наклонным граням стен башни вспомогательного ограждения. Последнее явно было предназначено не сколько остановить, сколько замедлить заявившихся погостить недругов. Оборона похода определенно держалась на одних только стрелках из гарнизона донжона. Последних, насколько можно судить по проекту там было немного. В ином случае бойниц в стенах архитектор бы нарезал побольше. С фронтальной стороны их было по две на этаж и вряд ли больше на боковушках. Всего этажей, с учетом воротной арки было пять, ну и защищенная парапетом площадка под черепичной крышей сверху.

– Скверно, – сказал я и, почесав зудящую отчего-то щеку, передал свой бинокль лежащему рядом капитану. – Где-то поблизости между морем и горами стоянку нам незаметно не расположить.

– Самое большее, на пару дней присутствие свое сможем скрыть, – кивнул капитан. – Тут даже секрет спрятать негде, не то, что лагерь.

Применительно к конкретно этому району он слегка сгущал краски, но в принципе я с ним был согласен. Участок дороги идущей по склону опускающегося в море горного массива, удобный для того чтобы неожиданно выскочить из кустов на расстояние удара алебарды к каким-нибудь путешественникам, начинался километрах в пяти отсюда. Здесь же биомассы на более – менее ровных участках местности было мало, а вот сурового лика камня наоборот много

– Для лагеря не только место, но и вода нужна. – Вбросил свои веские пять копеек квартирмейстер.

Ручей стекал со скал в море еще дальше, верстах так в семи от нас, а ближе воду еще нужно было найти.

Кэп скривился. Да и я тоже. В дополнение к сказанному штурмовать наблюдаемые в дефиле укрепления в лоб ни ему, ни мне совершенно не хотелось. У нас как минимум исчезал фактор внезапности, появлялась проблема утери инициативы. Ну и рота становилась весьма уязвима к покусыванию как могущих маневрировать по горным тропам и морю ударных групп защитников Бойгендэйла, так и союзников фера ан Бойгена, если они у него найдутся. Обоз свой и раненых, которые уже вскоре неизбежно появятся, бросить мы вот никак не могли. Да и жрать нам в этих диких местах тоже что-то было нужно.

– Проводник! – Капитан нанятому в Волчьей лапе Сусанину не сильно то и симпатизировал. – Тропы здесь знаешь?

– Откуда, фер Лойх? – Независимо пожал тот плечами, насмешливо на нас поглядывая. – Я не из этих мест, Ваша Милость.

– Капитан хотел сказать, – уточнил я, – провести отборных людей по хребту в обход этой узости сможешь?

– Горы тяжелые, но можно попробовать, – снова пожал плечами наглый горец. – Вы, Ваши Милости, временем ведь не стеснены?

– Попадут они внутрь долины. Дальше что? – Вздохнул капитан и вопросительно так на меня покосился. – Тут либо тараны с лестницами делать и штурмовать с ходу, либо еще что-то придумывать.

– Я с первого взгляда на этот донжон гадал, кто мне на это «придумывать» намекнет.

– Ты в одного ту башню захватил, – хмыкнул ан Феллем, сбив, кстати, расслабленность с нашего проводника. – Любой кровосос или хеленит – убийца позавидует.

Сусанин заинтересовался, но настороженности не появилось. При всех недостатках здешнего менталитета, своим он не был, а с чужими наши наемники особенно не откровенничали. Развести же солдатиков на информацию без вина у проводника определенно не хватало мозгов.

– Я понял на кого ты намекаешь, фер Лойх. Да, надо нам с ними прикинуть, что и как. Инструмент я в городе бросил.

Кэп кивнул. Для братьев Дэрт внезапный ночной налет на башню был работой по профилю. В поле диверсантами они были не шибко квалифицированными, но для действий в тесной застройке их навыки были достаточно высоки. Учить бесшумному передвижению и проникновению их было не нужно, короткими клинками они тоже работали неплохо. Вокруг меня братья не крутились, видимо предостерег то ли терн Альбин, то ли его отправленный к кавалеристам сын Дейн, но слова что я на них всегда и в любой ситуации могу рассчитывать были передо мной озвучены. И капитан это знал.

* * *

– Знали бы вы, как я ненавижу такие неподготовленные налеты. – Буркнул я, прижимаясь к стене башни. Следовало, конечно, сказать операции, но я был не уверен, что еда сдерживающие площадные ругательства люди меня поймут.

С обратной стороны проездной арки, где, кстати, была опущена еще одна решетка, клетку которой в лунном свете можно было наблюдать, бесновались собаки. На слух два крупных сторожевых пса. Упомянутая операция, собственно еще даже не начавшись, пошла крахом.

Старший из братьев Дэрт, Ивар почтительно уточнил:

– Уходим?

Братья, видимо даже не подозревавшие, что благородный лейтенант роты наемников может разбираться в тонком искусстве ночного тыкания шилом в почку, за последние несколько часов изрядно повысили ко мне градус своего уважения. При всем своем практическом опыте, в теории они мне были не соперники.

– Конечно. Втихую наверх уже не забраться.

– Да, фер. – Вздохнул второй брат, Тьерд.

Вздыхать у него были все основания. Моя диверсионная группа, а в ней, кроме меня и братьев были капрал Хугге и также как и он переживший схватку с вампами Ролан Хёук, выдвигалась к башне несколько часов. И особенно мутурно последние несколько сот метров. Теоретически у удачливого и небедного морского разбойника могли найтись артефакты-ноктовизоры. Стоили эти очки из горного хрусталя показывающие ночной мир в зеленом свете (о, как знакомо!) конечно как сбитый боинг, но профессионалами использовались не так уж и редко. Как уточнил рассказ Ивара мой капитан, и охотниками на вампиров в том числе.

И вот, на последней минуте мы обломались. Вопрос заткнуться ли чующие нас псы не возникал, всем было ясно, что нет. На верхней площадке, где стоял часовой, мелькнул отблеск зажженного факела.

– Все, бегом по дороге! – рыкнул я и что было сил, припустил согласно сказанному. По идее, гарнизон башни, включая часовых и бодрствующую смену, не успевал нашпиговать нас стрелами ни в каких условиях.

Так собственно и вышло, хотя часовой и успел бросить вниз факел и выстрелить нам пару раз в спину. А может это был и не он, пламя ночное зрение ему по-всякому посадило. Короче говоря, пара стрел рядом с нами все-же свистнула.

Ночной забег в тусклом свете местной луны это совсем не то, о чем можно мечтать, так что наша пятерка несколько растянулась, и когда я скомандовал перейти на шаг и собираться в группу, на это требовалось некоторое время.

Нападение стало полостью неожиданным. Какая-то туша с горящими огоньками глаз беззвучно вылетела из темноты, и коротко рыкнув, с влажным хрустом сшибла один из людских силуэтов прямо как манекен. Тот даже не вякнул.

– Твою ж мать! – Успел только сказать я, схватившись за свой новый кинжал, в то время как ночная тварь следующей атакой такой же куклой отшвырнула в сторону еще одного моего человека.

Потом тело ночной зверюги молнией метнулось уже ко мне, и я едва успел сунуть в ее пасть свое бронированное предплечье. К великому моему счастью, на нем была сталь наручей. Устоять на ногах впрочем, такая удача не помогла. Да и «Кинжал Гнева» улетел в сторону. А между тем, тварь, обдав меня смрадным запахом псины из пасти, вовсе не собиралась бессильно грызть металл и акулью кожу. Зверь отпустил предплечье и молниеносно щелкнул своей хлеборезкой в считанных сантиметрах от моего горла.

Следующий укус был должен оказаться смертельным. Горящие холодным желтым огнем глаза метнулись ко мне… но я опять как-то сумел убрать из под клацнувших впустую зубов глотку. После чего тварь взвыла, как будто ее окатили кислотой, и слитным ударом передних лап отбросила меня в сторону.

Не знаю, возможно, что в этот момент я потерялся. Но секунды на три, не более. Когда я пришел в себя, то уже стоял на ногах, и в моей правой руке была дага, а в левой второй из благословленных Хелой стилетов. Ну а напавшая на нас ночная тварь билась и истошно выла передо мной, пытаясь выдрать лапами первый, оставшийся у нее в брюхе.

– Ну, надо же, действует! – Сказал я, и, подгадав момент, бросил свое тело вперед, засадив оба своих клинка куда-то в район шеи все никак не желающей подыхать псины.

Глава V

– Ни хрена себе! – сказал я, разглядывая тело напавшей на нас твари. – Как они его прикормили?

Тварью оказался пускай не самый крупный из виденных мной волков, но один из самых крупных. Этакий мощный и хорошо упитанный самец с короткой, лоснящейся серой шерстью, испятнанной кровавыми колтунами. Пара крепких солдат тягала его мертвую тушу с большим трудом.

– Ты думаешь, что стража его на нас натравила? – покосился на меня маг и присев, полез в пасть зверю.

Настаивать на своей версии я не стал, просто равнодушно пожал плечами. Вариантов было немного. Помимо Ивара Дэрта, которому этот одинокий волк без малого откусил голову, рота за эту ночь потеряла убитыми еще четверых человек. Парочку пехотинцев загрызли и немного объели в выставленном на дороге секрете и еще двоих волки тихо скрали практически в самом лагере, ну а если точнее за его границей, где они ночной порой решили отлить. В последнем случае под волчьи зубы попал наш самоуверенный проводник и его приятель (и, тсс, надсмотрщик) из знаменной группы. Все что от них осталась, это огромная лужа крови с остатками ночного пиршества поверх, где самым крупным кусочком была чья-то откушенная кисть. Чья она, кстати, не опознали.

Все перечисленное для волков было довольно нехарактерно, но что я знал про них в этом мире? Кто знает, может быть в башне сидел какой-нибудь «Говорящий с волками» который прикормил, а потом и натравил на нас стаю?

– Вам повезло, – вставая и вытирая руку о штаны, заключил Киран.

Я склонен был согласиться. Волк был невероятно быстр и не будь подаренные мне стилеты, если так можно сказать, ядовиты, вполне мог порвать неудачливых ночных диверсантов всех до единого. Ну, а если не до единого, то троих или четверых точно. Братьев Дэрт блохастый убрал с доски за считанные секунды и то, что Тьерд выжил, было чистой воды случайностью. Парню, прямо как чуть позже и мне удалось выдернуть из под зубов горло, на чем его везение и закончилось. Сбитый с ног, младший Дэрт отлетел в сторону и влетел головой в камень, благополучным образом отключившись.

Иными словами, прошедшей ночью у меня перед Хелой возник небольшой долг и я, пожалуй, начал понимать, с чем было связано появление в жизни некоего землянина всей этой мистики. Загадкой оставался, пожалуй, только один вопрос, где и как меня это прекрасное сверхъестественное создание заметило.

– Фенн Нейл!

Крутившийся за спиной Даннер заглянул мне в глаза.

– Волка ободрать, шкуру выделать. Если не запорете, найду куда приспособить.

Мальчишка окинул мертвую тушу довольным взглядом.

– Фенн Дай умеет. Ротный шорник тоже может чего посоветует.

Я довольно прищурился. Неблагородный сын отставного опциона, став моим оруженосцем получил неплохие шансы на герб, и торить путь к нему парню следовало с принятия необходимых благородному человеку норм поведения и вежливости в том числе. Насколько я успел изучить аэронское дворянство, вероятность получить рыцарский меч для сколь угодно храброго косноязычного быдла стремилась куда-то в область абсолютного нуля. В данном случае, ездового фенном можно было и не называть, но парень, ориентируясь на мои слова, предпочел проявить к нему уважение. И правильно. Куртуазность умению убивать не помеха.

* * *

Шпики, забравшись на скальный отрог, лупились на донжон в подзорные трубы, с заметным вблизи оптимизмом замаскированные под изделия Хейенских мастеров.

– Ну и что вы там увидели? – спросил я, присев рядом с ним. На кайре естественно. Наверху было очень приятно, и в другое время я бы под этим солнышком и ветерком с удовольствием бы тут позагорал.

– Штурмовать явно не лучший вариант. – Пожал плечами «ан Брейг». – Большие потери и минимум результата. В эту башню без вариантов что так просто не попадешь. Без артиллерии конечно.

– Скажи мне то, что мы с капитаном не знаем.

– А как рота завязнет, нам, верняк, в спину ударят. Лагерь вот пошипят наверняка. Диверсионную группу лодками перебросить, как два пальца обоссать. – Продолжил тот, подтверждая предположения о своем военном образовании.

– Это тоже понятно.

– То есть в обход пойдете, – не спросил, а утвердительно сказал разведчик.

– Ты поведешь? – Отмалчивающийся «ан Апольд» тоже угодил в точку.

– Я второй лейтенант в этой роте, это моя работа.

– Силы? – уточнил «ан Брейг».

– Шесть капральств пехоты и две опции спешенной кавалерии. На этой дороге нашим рейтарам толком не развернуться. Остальные будут внимание отвлекать и собирать требушет.

– Ан Феллем считает, что сможете налетом башню захватить?

Я, усмехнувшись, покачал головой.

– Надежда умирает последней. Однако сомневаюсь. Первый лейтенант считает, что в этой башне нижний ярус забутован и наверх идет лестница в узкий проходе, где один кнехт армию удержит. В таких донжонах с небольшим гарнизоном это дело обычное. Ни тараном стену пробить, ни через вход наверх прорваться.

– А как тогда их брать? – снова задал неплохой вопрос «ан Апольд».

– Осада. Не факт, что там есть колодец. Ну и камнеметы с осадными лестницами.

– Короче сказать, не дураки это укрепление возвели.

– Конечно, – согласился с ним я. – Даже в самом худшем случае у жителей долины дох… полно времени, чтобы уйти в крепость сеньора. Ну и особо не торопясь подготовиться там к осаде.

– А что тогда рейдовому отряду за стенкой делать? Прижмут же к стене или скалам и хана вам. Местность аборигены по-всякому хорошо знают, – влез «ан Брейг».

– Обороной сражения не выигрываются, – пожал я плечами, не став уже уточнять.

* * *

Что охват горами находившихся перед нами Фермопил это игра с огнем, комитам «Вепрей» было понятно и без земных Штирлицев. В этой связи отправился в рейд мой отряд не раньше, чем разведчики, а горцы и уже воевавшие в горах солдаты в роте были, изучили местность и наметили пути обхода дефиле. Ну и между делом очень удачно вырезали группу аборигенов, пытавшуюся выйти в тыл уже нам самим. Бывший старшим в этой пятерке дупликарий принес капитану двенадцать пар ушей на веревочке. Головы тащить парням показалось тяжко.

ДРГ застигли врасплох при тяжелом подъеме по очень крутому склону и, подпустив на пятнадцать-двадцать шагов, внезапной атакой взяли в мечи. Несмотря на более чем двойное численное превосходство, вымотавшиеся люди оказать пятерке наемников значимое сопротивление не смогли. Также как впрочем, и разбежаться, так что легли там все до единого. Так во всяком случае капитану доложили.

Судя по захваченному вооружению и краткому описанию покойников, большинство неудачливых диверсов были не опытными воинами, а небогатой молодежью из собранного фьефом ополчения, решившей испытать удачу и понабить экспы, пощипывая залетных наемников. Но не свезло, увы.

А вот со стороны моря, как это ни странно, никаких действий противника замечено не было. Ну, кроме явно отвлекавшего наше внимание крупного баркаса с вооруженными людьми, которые не сколько пугали роту высадкой десантной группы, сколько вели разведку наблюдением. Возможно потому, что ход был довольно очевиден, ну а безопасные зоны высадки в этих местах ночью и при океанской волне еще найти надо. К слову, не исключено, что уничтоженная нашими горными егерями ДРГ именно для этого к нам сушей и выдвигалась.

Ну а Боу Хоран, конечно же, заготавливал материалы и собирал требушет, между делом провоцируя изрядно увеличившихся в числе аборигенов на вылазку. К ней мы были готовы. Встретить местных отчаюг контратакой нам, с какой стороны не взгляни было выгодно. В случае контроля над ситуацией.

Впрочем, окончательной его сборки я уже не дождался и вышел в рейд с расчетом оказаться с обратной стороны прохода как раз к моменту, когда капитан подтащит требушет поближе к башне, разобьет ее стены камнями и отправит роту на штурм. Нашей задачей было пресечение возможностей подхода к укреплению подкреплений противника и отхода ее гарнизона, ну или удар в спину обороняющихся, в зависимости от ситуации.

* * *

Свой монструозный двуручник я в рейд, конечно же, прихватил. Также, для боя в ограниченном пространстве у меня была скьявона, дага и все больше и больше нравящийся баселард на поясном ремне, со всеми его приятными бонусами. В кольчуге не было смысла, так что на себя пришлось вздеть черепашку бригантины со всем полагающимся обвесом. Окружающие были вооружены примерно также, разве что глефы и алебарды вместо моего лома тащили. Железный доспех в роте был основным. На спинах все несли вещевые мешки с привязанными к ним плащами.

Физподготовка у людей была разной, опыт маршей в горах тоже, так что в заложенную в план скорость движения мы не уложились. На маршруте пришлось заночевать, продолжив движение на следующий день. Чтобы уже через полтора часа столкнуться с небольшой неожиданностью.

Вершина была покрыта ковром травы, с проплешинами камней и кустарника, ну и редкой горной сосной в довесок. По склонам была примерно та же бодяга, разве что сосны по расселинам плотнее гнездились. Метрах примерно в ста и немного ниже от нас шла полоса кустарника, откуда ко мне спешил усатый потный рейтар из головного дозора.

– Ваша Милость!

– Что, солдат?

– Люди внизу. – Усатая рожа наемника скривилась в ухмылке. – Снова сюда поднимаются, фер Вран!

– Далеко?

– Еще не все даже на склон поднялись.

Я обернулся назад, к назначенному мной в отряде старшим капралом Хугге. Сейчас тот командовал линейным капральством. Волевым решением капитана стрелковые юниты в роте были ликвидированы, взамен в каждое из двадцати капральств распределили по паре – тройке стрелков. Опытных наемников с луками к нам для этого нанялось достаточно. Арбалетчиков среди стрелков в этот раз нанялось всего лишь двое.

– Хуги, смотри за мной и как махну рукой, скрытно выводи людей к спуску. Попробуем тут еще раз засаду сотворить. Пока люди пусть отдыхают.

Немногословный лучник деловито кивнул. Я, не обращая уже на него внимания, хлопнул рейтара по плечу.

– Пошли!

Оставшуюся без ушей ДРГ пятерка разведчиков кончила именно там возле кустов. После подъема по этому самому склону. Война в здешних горах начинала меня забавлять. Даже с таким как у нас, средневековым вооружением тот, кто был выше, все равно оставался прав.

– Ты же из той пятерки, верно?

– Да, Ваша Милость! Вон там мы их кончили, – указал усач примерное место стычки.

– А трупы где?

– Лейн приказал их по внешнему склону скинуть. Мы их перетаскали и скинули.

Я приятно удивился такому приказу. Упомянутый дупликарий, Лейн Уллер, выглядевший моложе своих лет парень двадцати двух лет от роду, непризнанный бастард дворянина из не названного им при найме рода, определенно заслуживал зачисления в кадровый резерв роты. Толковый младший командный состав в наши времена был дефиците. Ну а парень явно мог стать настоящей звездой. Данным неочевидным решением он избавил нас от скопления объедающей покойников пернатой живности, которая, вне всякого сомнения, выдала бы сейчас наблюдателям наше здесь присутствие.

– Вечером напомни мне, будь так любезен, про своего друга. Такая распорядительность заслуживает поощрения.

– Да, Ваша Милость! – Охотно кивнул тот.

Ну и молодец.

По склону поднимались человек сорок, и я не поверил своим вооруженным просветленной оптикой глазам – почему-то без головняка впереди.

– Ну, прямо как у детишек конфетку отобрать! – Приличных слов не было, но я как женатый человек начал тренировать силу воли и сдержался. – На тучках кто-то на них рассержен?

– Что, фер Вран? – Не понял меня «Хомяк», опцион Игг син Сканлан. Щекастый такой наемник лет сорока в кавалерийском хауберке. Якобы благородный господин по социальному происхождению, подростком оказавшийся в трущобах после смерти родителей. В данные биографической справки никто из комитов особой веры не проявлял, но за отсутствием перспектив на дальнейшее выдвижение подтверждений благородного происхождения от него не требовалось. На своем месте, как опцион кавалерийского «взвода» роты он был хорош, со всем остальным можно было мириться.

– Головного охранения нет, – покачал головой я. – Спроси у своего рейтара, как он ту дюжину кретинов за яйца прихватил. На этом же подъеме и по той же причине, да.

Польщенный Уллер довольно сощурился. Ага, доброе слово и кошке приятно, ну а недовольство своего завистливого опциона ты как-нибудь переживешь. Возможно, что даже вместе с ним самим.

– Фер Вран, их поменьше было. – Впрочем, бастард, как умный человек счел уместным проявить показную скромность.

– Ну, так и нас побольше, фенн Лейн. – Хмыкнул я. – Так что я хочу, чтобы и от нас никто не ушел. Чувствую, знаешь, к тебе зависть.

Зашуршали кусты, и рядом со мной прилег «шен Лекс ан Брейг», увязавшийся в рейд, как он сказал ради «наработки опыта работы среди местного воинства». Насколько я понимал этого парня, возвращаться на Землю для обучения новых итераций неудачников с отпусками раз в год на пляжах Крыма, Сочи, Адлера и прочих городов черноморского побережья он совсем не жаждал. Ну а в Таиланд, Турцию и на Мальдивы его бы никто не выпустил как секретоносителя. В этой связи приличное и местами даже профессиональное общество, плюс пляжи Монтегилеры или на худой конец Аэрона были не худшим выбором. Если конечно не забыть сменить вместе с именем еще и регион проживания, чтобы судьбу за сиськи не дергать. Ну и укромным гнездом с ванной и ватерклозетом обзавестись. Туалетная бумага не обязательна. Верный слуга Родины нашей должен стойко переносить нужды и тяготы своей нелегкой службы. Типа того.

– Да ну нахуй! – прямо, как и я, не поверил своим глазам шпик.

– Ага. Нам сегодня везет.

– Выпустишь наверх и атакуешь, а лучники побьют бегунков?

Тут мой взгляд, конечно же, стал темнеть. Да, «шен Лекс» был одним из нанимателей, вложившим в найм собственные средства. Но я был рыцарем, а он нет. Ты, для благородного господина было вполне допустимым обращением к такому же благородному господину. Но в данном контексте я пользовался правами своего положения в иерархии «Miles» а не «Nobilis», и спущенной с рук фамильярности никто бы не понял.

Впрочем, «Лекс» дураком не был и насчет упоротого косяка сообразил сразу же:

– Фер Вран, не надо меня резать! – Немного переигрывая, часто помотал головой он. – Это не хамство, привычка плохая. В бою исправлюсь.

Солдатня засмеялась. Вызвать к себе симпатии наемников для неглупых и очень контактных нелегалов было не сложно. Сейчас «ан Брейг» их еще немного повысил.

– Посмотрим, посмотрим. – Покачал головой я, позволив себе усмешку, только когда уже отворачивался. Показать людям, что не держу зла на понявшего свою ошибку благородного господина, тоже не мешало бы. Энтузиазм вновь принятых холуев никогда не стоит недооценивать.

Впрочем, задачи людям нарезал, я точно как он сказал. Что-то более умное придумать тут было довольно сложно.

Аборигены и у меня легли как кегли под удачным броском в боулинге, щиты и кольчуги с пластинчатыми панцирями не помогли. Разве что закидали их не шарами, а глефами и алебардами. Почти половина попавшей впросак группы даже не приняла бой и попыталась бежать, чего удачно ни у кого не получилось. Те бойцы, кого не догнали стрелы, посворачивали ноги и головы на крутом склоне и если не отбыли в лучший из миров своим ходом, то были дорезаны и раздеты моими людьми при спуске. Разве что двое пленных немного на этом свете задержались, с чем надо сказать сильно помог «ан Брейг», предусмотрительно не давший наемникам добить «языков».

Я, для солидности приотставший, даже мечом не взмахнул. Даннер, конечно тоже. Роуч лошадкой был еще темной, так что я оставил его вместе с Эмрисом охранять фургон с барахлом, так что в рейде пробавлялся оруженосцем и по возможности «моими» людьми из числа наемников: Хугге, хитрованом Хёуком, ну и Тьерном Дэртом с Дейном Коранном.

После острых вопросов, когда мы с «Лексом» в очередной раз сверили показания клиентов и я махнул ассистентам рукой, обстановка нарисовалась следующим образом.

Без пышущих патриотизмом баб лен выставил против нас около пятисот человек, оба пленных оказались грамотны и умели считать до тысячи. Две трети из этого батальона были в железе. Практически все кроме напросившейся в строй молодежи – с набитым морским разбоем боевым опытом. На огородах в этом фьефе копались только обращенные в рабов пленники и инвалиды. Всем было чего защищать, своих людей сеньор не обижал и я бы даже предположил, отчасти баловал. Гарнизон башни фер Рэйг удачно оказавшийся сейчас в замке усилил полутора сотнями ополченцев, так что состоявшийся вчера «пробный» штурм был отбит. Требушет капитану не помог, «корабельные» стрелометы, установленные в донжоне банально не позволили расчету им воспользоваться. Потери обороняющиеся понесли незначительные. Нашими жертвами я не интересовался.

Потом стороны решали, что им нужно делать дальше. Ан Бойген ожидаемо додумался до уничтожения нашей роты высадкой с моря десанта. Последний, вкупе с оборонявшими проход ополченцами должен был взять роту в клещи. Ну а уничтоженный нами отряд должен был пресечь попытку обхода с нашей стороны и, подгадав момент ударить со стороны гор. Если повезет с местностью, то даже не вступая в бой непосредственно, а спуская на врага камни кантийской вариацией «албанских камнеметов»[12], ну или тому подобного, насколько хватит фантазии у диверсантов.

– Жопа! – Сказал я. – А так ведь и пизды можно получить. С кэпом у нас даже связи нет.

* * *

В долину без разведки спускаться было опрометчиво, так что к ближе полудню мой отряд ставил бивуак, ну а я сам разглядывал в бинокль перекрывающие узость укрепления. И увиденное мне довольно сильно не нравилось.

В каменной стенке ничего ужасного не было. Толщина ее вовсе не поражала. Если привязаться к бродящим вокруг людям, то на перекрывающем дефиле участке вряд ли превышала полметра, а что касается обращенного к морю куска, то и этого там не было. Наступающим не составляло труда если ее не разбить, то преодолеть – трехметровая высота даже лестниц не требовала. Если конечно защитников не найдется. Которые, увы, были.

А вот с башней все было скверно. Вход в нее архитектор предусмотрел где-то на четырехметровой высоте посредством приставной лестницы, чье не целевое использование блокировал расположенный этажом выше зев бойницы, через которую наверняка можно было не только каменюгу спихнуть, но и смолой какой-нибудь незваных гостей оросить. Что же тут можно сделать, даже как то не приходило в голову. День штурма не обещал быть приятным.

Единственное что немного утешало, покойные языки не соврали – эти аэронские Фермопилы обороняло до полутора сотен человек. Точнее сказать количество людей бичующих в расположенном метрах в ста от башни лагере я оценил человек в сто двадцать или чуть более, остальное набросил на гарнизон донжона.

Суть проблемы, в общем-то в эту стоянку и упиралась. Пускай даже со стороны поросшего лесом склона и было выставлено охранение, снять эту пару постов теоретически можно было. Если конечно быть большим оптимистом (кем я не был). А вот дальше все, так или иначе, катилось в задницу.

Площадка под лагерь пехотного усиления была вымощена камнем и с трех сторон обнесена вкопанными в землю рогатками, усиленными каким-то кустарником. Уверен, что жестким и колючим. С четвертой прижималась к скале.

Несмотря на то, что сейчас проход внутрь периметра был открыт, на ночь он определенно перекрывался той же съемной рогаткой и охранялся караулом. Короче говоря, с внезапностью налета было кисло даже без стен, караульных вышек с прожекторами и пулеметов по периметру. Дрыхнущие в палатках и ночующие на лежаках возле костров пираты в почти любом варианте успевали не только проснуться и взять оружие, но и набросить на себя доспехи. Это не считая того, что я бы держал в ночь боеготовыми не менее четверти личного состава. Лучше конечно половину, но это несерьезно – минимум половина от этой половины в любом случае будет спать.

В общем, перспективы радужными не казались. Даже в случае разгрома ополченческой центурии дорога в долину все равно оставалась бы перекрыта донжоном, ну а потрепанный в ночном бою рейдовый отряд очень легко мог не уйти. Вне зависимости от того, бросит он своих раненых или нет. Вот только выбора у меня не было. Нужно было атаковать и молиться, чтобы эти сраные фермопилы рота взяла раньше, чем рейдеров за забором раздавят.

* * *

Как уже говорилось ломиться напрямик к лагерю через лес чтобы наткнуться там на выставленные секреты, было как-то не вариант. Джонов Рембо в нашу роту не завезли, ну а я сам на самом деле таланты свои не переоценивал и крайне скептически относился к возможностям как втихую обнаружить секреты в ночном горном лесу, так и бесшумно снять их. В итоге логичным выглядело решение воспользоваться световым днем, заложить крюк и найти какой-нибудь более подходящий маршрут, где-то за наблюдаемым мной отвесным скальником. Пусть даже со спуском в саму долину. Лишняя пара километров ночной порой по ровной дороге страшной точно не была. При некотором риске оказаться между молотом и наковальней, в этом случае у меня безусловно имелись шансы удачно атаковать ворога. Если конечно наша банда на моей хуцпе окажется перед периметром до того как основная часть ополченцев проснется.

В целом, так все и вышло, причем даже со временем удалось угадать, спустились вниз мы как раз к наступлению темноты. Далее я конечно же дал людям время отдохнуть, повязать на руки белые тряпки, перекусить и подготовиться к бою. После чего, примерно к полуночи, вывел их на дорогу, и банально выстроив отряд колонной, повел его к нашей цели. Между делом прикидывая удобные для обороны позиции, насколько это мне позволяла темнота.

Мог бы поклясться чем угодно, ни на какое везение я не рассчитывал. При невозможности снять окликнувший нас пост бесшумно, все, что нам оставалось, это действовать на опережение. И когда нас никто даже не окликнул, удивился я, пожалуй, даже больше доверявших командирской мысли своего отбитого лейтенанта подчиненных. Судя по всему, охранение на дороге со стороны долины командовавший ополченцами мудак ставить счел банально ненужным.

Короче говоря, исключительно благодаря одному этому окрик «Кто это тут пожаловал?» я услышал, уже в метрах, наверное, в десяти от освещенной парой фонарей съемной рогатки, перекрывающей проем в ограждении полевого лагеря щемящих свободу торговли аборигенов.

Никакой команды от меня не потребовалось. Надлежащим образом заинструктированная солдатня, достаточно опытная для самостоятельной оценки ситуации и как никто другой заинтересованная пережить эту ночь, молча даванула вперед. Да так шустро, что доблестнейший из командиров от неожиданности на несколько секунд потерял всякое управление подразделением и стал одним из топчущего препятствие табуна. Если не сказать более, поскольку меня еще и на колья чуть было не насадили.

Ну а далее, поскольку «не обороняемые инженерные заграждения являются помехой, а не препятствием» даже в средневековье, рогатку тупо отбросили в сторону и ворвавшиеся на территорию лагеря наемники учинили резню.

Шансов у разве что успевшего проснуться противника не было. Я на волне уверенности в себе даже стрелков в сутолоку не пустил (приказ впрочем, выполнили не все). Задача не выпустить из ловушки ничто живое была не в пример более приоритетной, нежели сохранить укомплектованность капральств перед рукопашной. Периметр вражеский караул фонарями тоже подсвечивал, так что для лучников случилось раздолье – кустарник играл роль увивающей рогатки забора колючей проволоки и не давал возможности лагерь покинуть. Быстро, во всяком случае. Ну а я со своим монструозным двуручником, оруженосцем и «шеном Лексом» с двумя нанятыми тем в Бир-Эйдине слугами взялся перекрывать вход. Наши оппоненты на боевой опыт тоже не жаловались, так что среди избиваемых ополченцев вполне могли найтись отчаянные головы для контратаки.

Что тут можно сказать. Тут я, конечно же, угадал. Контратака прижимаемых к скале аборигенов впрочем, была скорее жестом отчаянья и до нас добежала беспорядочная стайка пытающихся выжить людей, а не прикрывающая друг друга группа.

Для моего цвайхандера, эти паникующие товарищи были, чуть ли не идеальной мишенью. И дело тут было даже не в доспехах – большинство прорвавшихся ополченцев, что-нибудь на себе, но имели. Вот только толку от этого было ровно ноль. Главное в фехтовании большими двуручниками – держать дистанцию и сохранять инерцию. Все перечисленное набегающие на меня люди позволяли реализовать практически как чучела на учебной площадке. Все что от меня требовалось, это не запороть удар. Ну и направлять его туда, где нет ничего удароустойчивого.

Первый бросившийся на меня воин был в короткой кольчуге и шлеме и с фальшионом в руках. В ночной тьме, разгоняемой только лунным светом и огнем фонарей, он наверняка даже приблизительно не мог оценить насколько далеко я могу достать своим ломом и возможно этому весьма удивился… Когда у него отлетела нога, и воин нырнул вниз, где его добил Даннер уколом меча под шлем.

На торсе бежавшего за ним неудачника белела ткань нательной рубахи, так что тут заморачиваться не имело смысла и я, крутнувшись на месте, секанул его наискось из левой верхней четверти… Удивившись в этот раз сам, когда меч перерубил его надвое от плеча до двенадцатого ребра, и меня окатило кровью.

– Вот блять!

Третий попытался от меня уклониться, и тоже не рассчитал дистанцию, получив кончиком доппельхандера по правой лопатке.

Четвертый, воспользовавшись этим, почти успешно меня атаковал. Почти, это потому что я ушел с линии атаки и человек практически сам собой встретил шеей стальную полосу, еще раз окатив меня кровью. При достаточной подготовке, воин с большим мечом далеко не всегда беззащитен на коротких дистанциях контакта.

Пятый все видел, как то сумел затормозить, взвизгнуть и даже попытался закрыться своим палашом. Что ему, разумеется, не помогло, жесткий блок длине и инерции моего клинка был совершенно противопоказан. Я пробил его, почти не заметив, и клинок цвайхандера завяз где-то в зубах врага. После чего выяснилось, что попытавшиеся прорваться отчаюги уже кончились.

Всего их было человек двадцать. Уйти, к моему большому удовлетворению, никто не ушел.

Прикрывавший меня «Ан Брейг» взял первую жизнь. Мечом первую, конечно же. К самой по себе смерти набежавшего на него ополченца мой корешок – нелегал отнесся с весьма характерным таким безразличием. Нанятые им воины прикончили еще парочку, мой оруженосец, помимо добитого вслед за моим мечом, еще двоих. Остальных посекли и постреляли стрелки, расплатившись за все сотрясением мозга у одного из них, когда добежавший до парня крепыш нашел в себе силы жестко отоварить его по шлему, несмотря на пару стрел в брюхе.

С прижатыми к камням остатками ополченцев моя банда возилась гораздо дольше. Исход боя был решен в первые же минуты, так что подыхать либо становиться калекой по нелепой случайности никому не хотелось. Сдаться, как это ни странно, они даже не пытались. Впрочем, конечно же, не потому что были отмороженными по самую маковку. Нет. Уж кому – кому, а этим пиратам, наверное, не нужно было объяснять, что делают с ненужными пленными в ходе карательных походов межевых войн.

В итоге выжили у ополченцев только везунчики, стоявшие в охранении. Да и те не в полном числе. Стороживший таких как я умников под стенами башни караул напоследок удалось потрепать лучникам. Начальник гарнизона сообразил, что людей надо спасать с опозданием, так что лезли наверх они уже с рассветом, так что моим лучникам удалось их чуток проводить при помощи своих быстролетящих предметов. Пускай даже их самих и обстреляли в ответ, причем даже удачно – чешуйчатый панцирь одного из стрелков от дротика из стреломета не уберег. Тот пропорол тело через правое легкое почти что навылет, так что мужик долго не мучился. С ним, счет убитых и инвалидов в ночном налете достиг семнадцати душ. Не шибко много для случившегося успеха надо сказать.

– Ну и что будешь с этой, блять, башней делать? – Кисло глянув на оттаскиваемого приятелями покойника, поинтересовался у меня окончательно уверовавший в профессионализм земляка шпик.

– Я? – удивленно поднял я брови. – Решительно ничего. Соберем хабар с трупов и уходим наверх. Там где мы располагались на бивуак место для обороны подходящее. Ну а донжон пусть кэп камнеметом своим курочит.

– Так гарнизон же уйдет! – Удивился он такому решению.

– Ну и хрен на него, – махнул рукой я. – Для меня сейчас главное, чтобы нас самих тут не зажали.

«Ан Брейг» обвел площадку задумчивым взглядом. Окровавленная брусчатка была густо усыпана раздетыми трупами. Оказаться на ней в таком же виде он, конечно же, не хотел.

* * *

Опасения по поводу появления на месте событий резерва фера Рэйга ан Бойгена и последующего нашего анального покарания не оправдались. По дороге проскакал конный разъезд из десятка всадников, который даже спешиваться на месте бойни не стал. Старший разъезда, опять-таки не сходя с коня, переговорил о чем-то с кнехтами из донжона, после чего кавалеристы умотали, активно нахлестывая коней, явно опасаясь попасть в засаду. И правильно надо сказать опасались, я об этом подумывал.

– Что-то не торопятся наши пираты. – Высказался «ан Брейг» когда все разумные сроки появления подкреплений супостата вышли. – Так и трупы скоро вонять начнут.

– Меня больше наш капитан волнует, дозоры ночью шума никак пропустить не могли. – Покачал головой я. – Где штурм?

– Считаешь, что местные десант в тыл роты высадили?

– В дырочку.

– Что будешь делать?

Подслушивающая разговор солдатня замерла, некоторые даже забыли вздохнуть.

– Выполнять свой долг, – хмыкнул я. – Раненых оставляем здесь. С остальными спускаемся в долину и начинаем ее жечь и палить к херам. Надеюсь, аборигены это увидят.

– По горам пойдем, Ваша Милость? – фыркнув, уточнил сидевший в паре метров от нас Хугге.

– Нет, «Хуги». Очень много времени потеряем. А время сейчас для нас все. Спускаемся на дорогу и прем вперед к замку и пристаням, чтобы впереди все боялось, а сзади горело и плакало.

Солдатня зашумела. Фраза, сразу было видно, понравилась. Не зря я так долго подходящую вспоминал.

– На дороге нас могут встретить, фер. – Син Сканлан как бы то ни было, был профессионалом, и фраза была не столько утверждением, сколько вопросом, хорошо ли я все обдумал.

– Верно, – не стал я разочаровывать как самого опциона, так и матерых солдат роты. – Как ты мог видеть, других укреплений между башней и замком нет. То есть встретить нас может только заслон пехоты. Которую ты, опцион, видел. Длинного полеарма мало, вместо него дротики, основное вооружение рондаши да баклеры[13] в паре с мечами. Пиратский, иными словами говоря набор. С длинным оружием при абордаже сильно не развернешься.

– А вы и корабли штурмом брали, фер Вран? – малыш Даннер не сдержал любопытства.

– И не только. – Время было, так что ради пущего авторитета я не стал его одергивать. Накатили воспоминания про штурм «Коня Ранн» и прочие чудеса. Тело, выброшенное объемным взрывом через иллюминатор забредшего не в те воды корыта это совсем не то зрелище, которое легко можно забыть, да.

«Ан Брейг» покачал головой. С наиболее яркими эпизодами моей трудовой деятельности в корпорации он явно должен был быть знаком.

– Меч со щитом при хорошем доспехе для корабля это самый лучший выбор. – Назидательно добавил я к сказанному. Нейл был моим оруженосцем, значит, его требовалось учить. – На крепостной стене или в уличной сутолоке тоже можно удачно поработать. А вот в полевом сражении против алебард с ними все будет очень кисло. Почему, рассказать?

– Не, Ваша Милость! – Затряс головой тот. – Не надо!

– Ну, вот и хорошо, что не надо. Короче говоря, если найдутся какие-нибудь безумные идиоты чтобы встать у нас на дороге, то мы их не напрягаясь стопчем к хуям. И замок пустым останется. Вряд ли в долине много мужчин осталось. Они все на уничтожение роты окружением поставили, а мы сегодня ночью еще и тот отряд вырезали, который с этой стороны капитана поджать должен был.

– А если ловушка, Ваша Милость? – Все же рискнул «Хуги» задать напрашивающийся вопрос.

– Не думаю. Пока они будут ждать, что ловушка сработает, кэп башню может успеть требушетом своим расхерачить.

Больше интересоваться моими планами никто не рискнул.

– Мешки с барахлом и трофеи оставить здесь, вместе с ранеными. С собой разрешаю взять только фляги с водой. Пожрать мы в Бойгендэйле точно найдем. Постройки в долине жечь по моим указаниям. Пока такого приказа не будет, палить дома и оставлять нас без добычи даже не думайте. Разбегающийся народ не преследовать, грабежами не увлекаться. За мародерство и насилия над аборигенами без моего на то разрешения буду рубить головы без разговоров. Старые солдаты меня знают.

Слушавшие лейтенантский спич ветераны роты нестройно с энтузиазмом подтвердили, что я не шучу и если обещаю рубить головы за мародерку и приходование местных баб, пока боевые товарищи заняты ратным делом, то рубить буду обязательно. Новые лица впрочем, восприняли это дело довольно спокойно, хотя кое-кто немного и приуныл.

* * *

Как я и предполагал, сопротивления мы не встретили. После уничтожения выдвигавшегося горами отряда и подпиравшей дефиле ополченческой центурии остановить нас тупо было некому. Насколько я понимал жизнь, в долине сейчас оборонялся один только замок – да и тот гарнизоном из пиратских баб в основном. Ну а виденный нами конный разъезд, похоже, что оставался в нем за ГНР[14] и связистов.

В этой связи палить долину в общем делом было лишним, но остро вставал вопрос заявить о себе и нагнать чуть нервоза на фера Рейна, если сражение еще не началось. С чем, конечно же, входила в острое противоречие свойственная прапорщикам рачительность – еще вчера, обозревая с горы Бойгендэйл, я пришел к мнению, что эта долина как раз то, что мне надо, чтобы домик у моря заиметь. Дилемма!!!

В общем, пришлось солдатне жечь недвижимость подешевле. Не то чтобы я горел желанием оставить на проживание в моей долине прописанных в ней при прогнившем режиме бандюганов, но оформившихся планов дальнейших действий у меня тоже не было, так что решение приберечь недвижимое имущество было весьма логичным, как бы его не было много. Бойгендэйл был как бы не самым населенными фьефом безтитульного дворянина из всех мною виденных. Пускай даже численность мобилизованных в ополчение местных жителей была далека от индустриальных 1:10, я бы сказал, что благородный пират как в Орде выбрал всех сколько-нибудь боеспособных мужчин, но даже в этом случае население Бойгендэйла составляло порядка двух с половиной-трех тысяч человек. Количество разбросанных по долине домов и плотно застроенный призамковый поселок вполне подтверждали эту цифру.

Земледелие здесь явно было занятием не для всех. Да и не могла эта долина прокормить такую прорву народа самостоятельно, как ты ни старайся. Хлеба тут похоже садили одни остепенившиеся старики и вдовы, да и те только для того, чтобы земля приносила прибыль. Мера зерна в этой Тортуге просто не могла стоить дешево. Семьи арендаторов земель фьефа к слову сказать, в замке в значительной части укрываться не захотели. Предпочли уйти в горы и даже скотину с собой увели

С движимым имуществом сравнительно с недвижимостью было немного сложнее. Насколько беглым взглядом можно было углядеть, заметное количество скота в долине нас не дожидалось. То, что аборигены не увели в горы, принял замок. Как вся эта живность там поместилась другой вопрос, но стайки осмотренных дворов были почти пустыми, из живности там одну птицу и пару коров люди бросили. Короче говоря, можно было жить.

Да и вообще, насчет провианта жаловаться было грешно, вкупе к птице мы унаследовали заметные количества зерна ну и прочее содержимое амбаров и погребов, типа вина, вяленого и копченого мяса. Ну и всякой рыбы с мерзко воняющими соусами из нее, само собой.

Помимо огромного количества глиняных емкостей с последним, на берегу, склады чудом избежавшего сожжения китоперерабатывающего завода были забиты бочками с ворванью и китовым мясом. Касательно последнего можно было сделать вывод, что почти уже покойный фер Рэйг имел отличные подвязки среди государственных чиновников или даже военных – мясо морского зверя продукт сильно на любителя и кормили им обычно контингенты вроде гребцов на галерах. Одного только китового уса в лабазах не нашлось, но я не переживал – этот востребованный на рынке товар стоило поискать в замке, и вряд ли бы я не смог там его найти. В общем, кончать с господином ан Бойгеном следовало как можно быстрее, наши шпики явно не все про него знали.

Сам замок, несмотря на высоту стен и башен ничего из себя особо неприступного не представлял. Для «Вепрей Бир-Эйдина» естественно, с нашими камнеметами, Боу Хораном и мной грешным, могущим ночной порой забраться наверх. Все три внешние башни Бойген-Кастла были круглыми, расстояние между ними было довольно велико, бойниц в стенах немного, так что больших потерь от стрелков противника не ожидалось. Главное было исхитриться в стене пролом сделать, ну или ворота камнями вышибить. Ну а после взятия внешнего контура укреплений и резни квартирующего во дворе мирняка можно было подумать и о плане захвата донжона – метров, наверное, на семь – десять возвышающейся над стенами крепости суровой четырехугольной башни с конической черепичной крышей.

В узкие городские улочки я, конечно же, не полез, слишком это было опасно. Людей у меня было немного, так что завязнуть там, если я чего-то не рассчитал, можно было запросто. С довольно понятными последствиями, к которым я, как командир рейдового отряда готов не был. Собственно, смысла там бродить вообще не было. Чтобы мечтать захватить замковые ворота я был недостаточно глуп, а для предоставления солдатне режима наибольшего благоприятствования для мародерки было не время. Спешенные рейтары в порту разве что пару негодных фелюк, лодки, пирсы и раскиданные вдоль берега лачуги пожгли – облегчать нашим новым друзьям возможность вернуться к родным очагам я не собирался.

Видимо именно это и спровоцировало обороняющихся на активные действия. Последнее я не столько не предвидел, сколько посчитал маловероятным. И к стыду своему ошибся. Возможно, что недооценил реакцию главы гарнизона замка на нашу численность. Кто там остался? Кастелян? В общем, он явно недопонимал, насколько мы круты…

Глава VI

Передо мной стояли трое без шлемов. По центру располагался плечистый высокий молодой парень с тщательно выбритым лицом и длинными, до плеч волосами стянутыми украшенным золотом кольцом серебряной диадемы на голове. На толщину кошелька молодой человек, безусловно, не жаловался – помимо диадемы, цену мажора весьма повышал дорогущий юшман с пластинчатыми элементами из украшенных золотой и серебряной чеканкой пластин, так что он практически стопроцентно представлял владетельный род. Справа от него сверлила меня взглядом средних лет мощная сисястая баба со сломанным в былые времена кем-то носом. Кого она представляла было неясно – женсоветы в Аэроне еще не изобрели. Панцирь она видимо покупала у того же мастера что и молодой господин, но на чеканке предпочла сэкономить, в чем нисколько не проиграла. Третьим был матерый седоусый вояка лет пятидесяти в калантаре с короткими рукавами, с шинными наручами на предплечьях и таких же поножах. Этот без вариантов присматривал за щенком.

Юноша в модном для своего поколения ключе предпочитал «бастард», баба характерный для этих гор палаш с елманью, ну а дед принес средней длины одноручный меч с слегка изогнутой перекладиной. Причем без ножен. Пользоваться двуручником ему было в буквальным смысле слова не с руки, кисть правой руки отсутствовала. Вместо нее на культю была нацеплена железная чашка с торчащим из нее четырехгранным штырем.

– С чем пожаловали? – без лишних расшаркиваний поинтересовался я у парламентеров. Меня сопровождали оруженосец и «наниматель» с играющей в жопе «Где-то далеко» романтикой. В отличие от неприятеля выходить на переговоры без шлемов я посчитал лишним, один доппельхандер оставил за воротами.

– Я фер Эмин ан Бойген, наследник Бойгендэйла. – ответил мне юноша, как я и ожидал. – С кем имею честь?

– Фер Вран ден Гарм, лейтенант «Вепрей Бир-Эйдина». – выделываться было неправильно, хотя и хотелось. – С чем пожаловали?

– Предлагаю вам жизнь.

– Сдача не интересна. – Хмыкнул я из под шлема и перефразировал цитату из неизвестной тут киноленты. – Фер Эмин, простите, но мы «Вепри».

– Вертелов на вепрей у нас хватит. – А вот то, что юного господина поддержит бабенка, а не пожилой кнехт я не ожидал. Голос у нее, кстати, был под стать внешности. Сиплый такой, словно она последние двадцать лет курила без перерыва.

– Для себя один какой-нибудь прибереги, – не стал я возмущаться вмешательством неблагородного быдляка в разговор рыцарей. Конечно весьма сомнительное предположение, но мало ли, может быть, фер Эмин с этой личинкой свободной женщины сражается каждую ночь напролет. – Уж тебе-то вертел точно не помешает.

Старый кнехт на такой отбрив еле заметно фыркнул. Баба сдержалась, разве что взглядом меня одарила куда более тяжелым, чем раньше.

– Вы все умрете, – тем временем посчитал мою реакцию попыткой торговли пиратский принц.

С моей стороны осталось только мысленно хмыкнуть. Атаковать нас, засевших в удобной для обороны каменной усадьбе с огораживающим двор таким же забором, аборигенам определенно не хотелось. Да, по численности они нас превосходили примерно в пять раз – но в массе своей это были местные амазонки. Жены, дочери и сестры убитых или даже убиваемых в настоящий момент пиратов. За исключением пары десятков конников наблюдаемые мужчины не впечатляли. Похоже, что поддержать патриотический порыв женщин вышли дети и всякая нестроевая немощь.

– Безусловно, – согласился я с молодым человеком. – Но когда придет этот час, мы не знаем.

Ан Бойген замялся. По идее ему требовалось развить мысль, но зачатки логического мышления предупреждали злодея о возможной ловушке. И правильно предупреждали, надо сказать.

– У меня есть другое предложение, – не стал я ждать, пока оппонент созреет. – Вы мне сдаетесь и проваливаете из долины с оружием и имуществом, сколько сможете унести. В этом случае грабежей, насилия и убийств не будет, могу обещать.

– А не слишком ли это нагло… – начал фер Эмин.

– Не наглей вашего предложения, молодой человек. – Покачал я головой, несколько себя выдав. Впрочем, сумел связать молодой голос и содержание фразы разве что один старый кнехт. Да и то – не факт. – Там, на дороге вашим близким нужно здорово сейчас исхитриться, чтобы победу одержать. В порядке торга могу предложить даже раненых с пленными выдать без выкупа, если их мой капитан конечно не кончит. Нам фьеф нужен, а не ваши жизни. Ну и голова нынешнего владетеля.

– Мстители? – вступил в разговор старик, давая возможность молодому господину обдумать ситуацию. Я как-никак о голове его папаши говорил.

– Они самые. Так-то мы бы арендаторов не выгоняли, но вы тут одной веревочкой все повязаны, – сразу же решил я избавить себя от лишнего трындежа. Ну и понтов накатить, как же без этого. – Вы здесь, друзья, с разбоя живете. Это в Империи наказуемо.

– И чем мы тебя обидели? – подозрительно миролюбиво спросил благородный пират, перейдя на ты.

– Кто меня обидит, тот трех дней не проживет. – Фыркнув, не упустил я случая причастить дикарей к мудрости одного из «людей года» по версии журнала Time. – А вы перед нашими нанимателями провинились. Сохранишь голову, спросишь. Если захочешь.

– Свою не потеряй! – влезла склочная баба.

– Могу, – спокойно согласился я с ней. – Но ваше бабье войско прежде в крови утоплю.

– Да будет так! – все так же спокойно резюмировал фер Эмин. – Пощады не будет.

– Нисколько не сомневаюсь, – хмыкнул я, прежде чем бросится вперед.

Писаные и неписанные традиции ведения боевых действий это конечно великолепно, но зря он на передний план не менее двух десятков стрелков вывел. Ну, или как там вооруженных арбалетами бабс назвать. Может быть, они, конечно приказа расстрелять в спину командира налетчиков и не имели, но что-то я в этом сомневался. И дистанция была коротковата, и арбалеты взведены да заряжены. Теоретически один залп – и противник остается без головы. И возмущайся потом с тучки пиратским коварством.

Скьявону я выхватить из ножен не успевал, слишком уж неудобно она висела на перевязи, а вот «Кинжал Гнева» для внезапного нападения пришелся под руку как ничто лучше. Я выхватил его из ножен обратным хватом, и тупо выбросив руку, вперед полоснул парня по лицу. Хотел по глазам, но так как он пытался отшатнуться назад, не получилось. Хотя левый глаз вроде бы зацепил.

Добить наследника, в общем, стоило бы, но после лишения его боеспособности более приоритетной целью становился старик. Последний, как я догадывался, вполне был способен увидеть и ткнуть мне в уязвимую зону в доспехах. Обезьяна с палашом смотрелась куда менее опасно.

Короче, матерому дядьке не подфартило, как бы он не старался. Меч я, конечно же, отбил бронированным предплечьем, но он, скотина, своим штырем все равно чуть было мне титан койфа на прочность не испытал. И надо сказать, что него возможно бы даже этот удар прошел, если бы я не попытался сбить его в сторону кинжалом – и промахнулся. В результате чего лезвие скользнуло по наручу и практически без моего участия впилось в локтевой сгиб, перехватив все под клинок попавшее до самого сустава. Далее, все от меня требовалось это войти в клинч и засадить второй рукой в бок злодея граненую «пику» мизекордии. Ну и пережить удар в спину само собой, если контролировавший женщину Даннер зазевается.

Он впрочем, не оплошал, пускай свалить бабу и не сумел даже при помощи «ан Брейга». Тот немного замешкался рядом со мной и кнехтом. Ну а далее по нам, конечно же, дали залп и поймавшего пару болтов парня пришлось утаскивать, чтобы сорвавшаяся в неуправляемую атаку толпа «амазонок» не растерзала. Это нам двоим болты были не страшны, продукты земной металлургии могли выдержать и не такое испытание.

* * *

– Ну и что мне теперь с тобой делать, женщина? – вздохнул я, глядя как поймавший кураж «ан Брейг» проверяет пальцем остроту найденного в доме шкуродера, неторопливо наточенного на камешке до бритвенной остроты на глазах у пленницы. Выглядел он, кстати, при этом по-настоящему страшно, не ее одну впечатлил.

Пленница, раненая в бедро и голову ширококостная шатенка за двадцать, похоже, сочла вопрос риторическим, и ответить не соизволила. Все ее внимание было сосредоточено на ноже. Пришлось кивнуть Хугге, и он дал ей подзатыльник.

– Але! Ты меня слышишь?

– Да, Ваша Милость…

Взгляд перепуганной бабы метался между мной и «Штирлицем». Наверное, стоило немного обидеться: я в ходе допроса играл роль «доброго полицейского», ну а шпик даже слова ей не сказал, просто присел рядом, слушал и точил нож, периодически плотоядно на нее посматривая. Нравился ему этот тип женщин, наверняка.

– Еще разок, Хуги. Не сильно.

Капрал еще раз щелкнул ей по затылку.

– Повторяю вопрос. Что мне с тобой делать, женщина? Предложения есть?

Бабенка хотела ответить, но не смогла. Тряслись губы. В ходе допроса мы вытянули из нее все, что меня интересовало, и воительница вполне резонно считала, что исчерпала свою полезность.

– Эх, шена Уна, шена Уна! А я уж было решил, что мы достигли полного взаимопонимания.

– Прошу, Ваша Милость, без мук меня убейте. – Все-таки нашла она в себе силы.

– Что, бандюганы!? – Довольно огляделся я по сторонам. – Хороша женщина? Смерть в очи глядит, а ведет себе неплохо.

– Да ну, фер лейтенант! – Фамильярно фыркнул молодой рейтар из благородных, неправильно оценивший мои мотивы. – Неплохо, ха! Такая со слов бы не поплыла. Ее, ха, не пытали даже!

Отиравшиеся поблизости более матерые наемники, вскорости после начала допроса очень надо сказать, внимательно начавшие присматриваться и прислушивавшиеся к процессу, коллегу не поддержали. Эта категория, благодаря своему опыту как раз-таки могла оценить как тактику проведения допроса, так и уровень психологического давления в нем – при абсолютном минимуме физического насилия. Поместным меркам естественно.

– Тайрон, – насмешливо покосился на товарища Лейн Уллер, до того наблюдавший за моими действиями с не скрываемым восхищением – ты это… лучше молчи.

Тот хотел что-то сказать в ответ.

– Лучше молчи! Говорю как брат! Пока Его Милость не рассердился. Когда еще второй такой урок получишь.

А вот Уллера общественность поддержала, что наконец-то заставило Тайрона задуматься.

– Истину, фенн Лейн, речешь! – Резюмируя впечатления, добил того дупликарий с припорошенной сединой окладистой бородой. – И тебя, фенн Тайрон, Его Милость здесь поломал бы как гнилушку, о бабе говорить нечего.

– Не надо такого выдумывать! – немедленно ощерился тот.

– А что я не так сказал? – Развел руками старый солдат. – Ты же рядом со мной на дело смотрел. Ничего не увидев. А что увидел, не понял.

Фенн Тайрон сказать, конечно же, хотел многое, но вмешались остатки здравого смысла, так что позориться он не рискнул. С парнем определенно можно было дело иметь. Ну и как наберется опыта на вышестоящую должность выдвинуть. Умение своевременно заткнуться не самое распространенное среди двуногих прямоходящих.

– Уймитесь, – усмехаясь, царственно махнул рукой я. – Шена Уна тут с жизнью прощается, а вы треплетесь как старухи. Что с ней делать, есть предложения?

«Ан Брейг» спрятал кривую ухмылку.

Решение общественности решился высказать бородач, явно не отличавшийся образованностью, но оказавшийся весьма наблюдательным и проницательным человеком.

– Бабское дело детей рожать, да хозяйство вести. Может быть, пусть живет, фер лейтенант? Знать значит, теперь будет, как мужики мечом своим им на висюльки зарабатывают.

Шпик зааплодировал. Почему-то глядя на меня, скотина.

– Я тоже так думаю, почтенный фенн. – Мне оставалось делать вид, что ничего не произошло. – Вот ты теперь с ней и возись.

– А мне что с ней делать? – опешил воин.

– Лечить и пылинки сдувать? – предположил я. – Хочешь, в погреб ее замкни. Хочешь – женись. Шена Уна вдова, если ты не расслышал. Мы ее мужа прошлой ночью убили. Детей нет. В общем, забирай свою бабу, и катитесь вместе с ней с глаз моих.

– О-о-о-о!!! – загудела несомненно обрадовавшаяся за товарища общественность.

Счастливчик немного обдумал ситуацию, но отказываться от своего счастья не стал и утащил женщину на руках. Вместе с ее маской изумления на лице.

Ну а я, мысленно пожелав формирующейся ячейке общества счастья, отошел к ограде.

Трупы лежали густо. Шесть десятков матерых наемных солдат это на самом деле очень немало для средневековья. Число кнехтов и вооружаемых по необходимости слуг в замке благородного господина обычно бывает в разы меньшей. В данном случае ситуация еще более осложнялось невысоким качеством атаковавшей нас пехоты – пускай пиратские жены и дочери и были знакомы с оружием, мышечную массу и взять было неоткуда. Ну а без последней, рассчитывать побеждать в рукопашной могут только не бреющие подмышки американские феминистки. Ну и маскирующиеся под них трансвеститы, как же без них. И это я комплекс вооружения не вспоминал, с нашими глефами и алебардами против их мечей, топоров, да легких дротиков, бросками которых они по идее должны были пытаться нас размягчить перед сшибкой. В железе мы или нет, но джавелинами они вполне могли нанести нам куда большие потери чем получилось. А при некоторой удаче и смять. Какой бы слабой не была женщина один на один, толпой она вовсе не арифметически страшнее. Да и не одни бабы против нас были.

Однако, увы, принявший командование злодейками и злодеями специалист метательным оружием пренебрег и поставил на рукопашную. Будто, сука такая, лайбу с рыбой такой толпой штурмовал, дурачок.

Исход неподготовленной рукопашной оказался немного предсказуем. Аборигенов встретил прикрывшийся стеной дома строй и лучники, бившие из окон. После того как стало ясно, что нас уже не растопчут, все что от меня требовалось, это не делать слишком грубых ошибок. В итоге все закончилось контратакой, бегством деморализованного врага и беспощадной резней всех, кто убежать не сумел. Тогда собственно мне вдовица и попалась. Ее товаркам повезло меньше.

Бездумно лезть в голом поле на пусть и деморализованный, но по-прежнему изрядно превосходящий нас численностью отряд амазонок усиленный полутора десятками сумевших унести ноги конников, определенно не следовало. Мы были сильны в строю, кавалеристы могли наш строй разбить…, ну а время работало в нашу пользу. Если капитан с владельцем долины не облажался. В этой связи было самое время раздобыть свеженькой информации и уточнить имеющуюся. Чем я обстоятельно и занялся. Времени для этого у меня было достаточно.

Ну а сейчас мне требовалось подумать уже о другом, – сидеть в осаде и дальше, рассчитывая на подход основных сил роты, или ночной порой уйти в лес. Оба варианта действий имели плюсы и минусы, так что решение требовалось хорошенько обдумать.

* * *

Напрягал мозг я, в общем зря. К сумеркам со стороны дороги к бабскому воинству присоединилась еще пара десятков мужиков и после кратких, но оживленных дебатов, недруги позабыли о нас и удалились в сторону замка.

– Не гарнизон из башни свалил? – спросил меня «ан Брейг».

– Ты прямо капитан Очевидность, – пожал я плечами. – Он самый, судя по всему. Я так понимаю, не ждать пока требушет башню к хуям развалит, у командира ума хватило.

– И что теперь будешь делать?

– Как что? Ждать. Прорыв в лес потерял смысл, кэп сам к нам придет.

– А если ловушка?

– Ну, еще сутки мы в этой усадьбе в любом случае продержимся. Однако не думаю, что ан Феллем там мог облажаться.

– Я тоже. Но мандражирую чего-то..

– Это потому что ты у нас надзирающий, друг мой. – Засмеялся я. – Не командир, и не рядовой. Вот и не знаешь, что делать.

– А ты значит знаешь?

– Ну, – не стал врать я, – ответственность давит, да. Да ты и сам все понимаешь, что объяснять.

– Это да, – вздохнул он.

– Ты ведь с армии в штурмбанфюреры записался? – подгадал момент на слишком личный вопрос я.

– Угу, – на секунду задумавшись, кивнул тот. – В госпитале уговорили. Но хотя бы до сих пор в кадрах Вооруженных Сил остаюсь. В отличие от тебя.

– Да ну?

«Ан Брейг» усмехнулся и далее пояснять не стал.

– А семья как? – зашел я с другой стороны.

– Семья разбилась о военную жизнь. В нелегалы сюда и сейчас других не берут.

– Детей не успел?

– Увы. Девочка. Восьмой год уже.

– Скучаешь?

Шпик помотал головой.

– Перегорело давно. Ладно, служба с командировками, эта сука и так видеться не давала.

– Жестко разводились?

– Очень.

Спросить, кто в этом был виноват, конечно, тянуло, но я удержался.

– Тут и не сделаешь ничего…

– Угу…

– А здесь жену завести?

Шпион вздохнул.

– Под личную ответственность не возбраняется. Только интересную бабу среди этих ебаных обезьян найти надо еще. Тут даже среди дворяночек Эллочка Людоедка бывает, за выпускницу филфака тянет.

– Да ты я смотрю из интеллигентной семьи…

– Потомственный военный, элита. Мама учитель русского языка и литературы. Полный дом книг.

– Генеральский сынок?

– Только полковничий, увы.

– И все равно облажался с женой?

Штирлиц поморщился.

– С восьмого класса дружили. Доволен?

– Извини, без участия головы вылетело… – Вполне искренне попросил прощения за неприятный вопрос я.

Шпик кивнул.

– Тебе с твоей альвой и нашему общему знакомому повезло. Может быть. Но я здесь такую женщину не встретил. Если не угадаешь с выбором, не валить же ее потом? Приходится шлюхами пробавляться.

Я, если откровенно немного дрогнул.

– Все так серьезно?

– Ну, в письменной форме ты такого приказа не увидишь. – Насмешливо покосился на меня собеседник.

– А в устной?

«Ан Брейг» красноречиво промолчал. У меня слов как-то тоже не нашлось. Однако когда молчание начало затягиваться, нелегал все-таки соизволил уточнить.

– Если связался не с той бабой, руководство, в большинстве случаев ничего тебе не скажет. Оно там, ты тут. Сам к этой мысли придешь.

– Мда… – вздохнул я. – Умеешь ты поднять настроение молодожену.

– Ты что, сомневаешься в своем выборе?

* * *

Ан Феллем улыбался во все тридцать два и не приплясывал, наверное, только потому, чтобы авторитет капитана не умалять. Колдун скалился примерно также, один Боу был в заботах и радовался победе более скромно.

– Вран!!! – Сдавил кулак Лойх. – Вот как мы их.

– Как говно размазали, – добавил Киран ан Крайд.

– Так легко прошло?

– Не очень, – маг покачал головой. – Неприятель оборонялся. Повозиться пришлось, чтобы сбить.

– Стрелков было многовато. – Уточнил капитан. – Не хотел я ненужных потерь.

– Ну, – подумал вслух я, – можно было предположить.

– Клещи?

– Владетель еще и по горам отряд запустил.

– И? – поднял брови капитан.

– Выживших не было. В наши суровые времена пренебрежение охранением заканчивается печально.

– Снова тебе повезло? – маг.

– Крайне популярная тактическая ошибка, если на самом деле, – хмыкнул я. – Когда дисциплины нет. Передовой дозор своими жизнями жертвовать не собирается, так что как его не пинай, далеко не отходит. Ну а сам командир время терять тоже не хочет. Этого оказалось достаточно.

– Сам-то таких ошибок не наделал? – совершенно серьезно спросил кэп.

– Меня в этой роте боятся больше чем любого врага, – спокойно ответил я. – Да и объяснять иногда, почему надо делать именно так, а не иначе, я не ленюсь. Каждый солдат должен знать свой маневр, типа того.

– Я запомню, – кивнул Лойх.

Мне осталось только пожать плечами. Именно сейчас соглашаться с капитаном было бы политически неправильно. Отношения складываются из мелочей, как-никак. Он меня и так уважает.

– На что они рассчитывали, с этими бабами? – перевел разговор на другую тему ан Крайд.

– Эмин ан Бойген, наследник, решил, что нас слишком мало, а значит, пора открыть счет побед.

– Не дурачок ли? – очень сексистски поморщился капитан, оглянувшись на группу обобранных уже трупов воительниц с чертовски отвратно выглядевшими ранениями после топоров алебард.

– Но сказал бы, что у него шанса не было. – Покачал я головой. – Не хватило бы мозгов петлять от усадьбы до усадьбы, нас вполне могли на открытом месте перехватить.

– И что?

– Связали бы конниками, их было человек двадцать, а там и эта бабская рота догнала, окружила и раздавила к хуям.

– А смогли бы? – не поверил маг.

– Они и здесь могли куда удачнее выступить. – Повел я рукой.

Коллеги задумались, что им собственно было только на пользу.

– У большого ан Бойгена потери какие? – Воспользовался я заминкой.

– Убитых у него человек семьдесят, – ответил капитан. – Пленных не брал. Остальные ушли в лес.

– К лодкам своим?

– Не все там лодками назовешь. Наверняка.

– С сеньором я так понимаю, не повезло?

– Нет, – фыркнул он, – придется тебе с ним повозиться.

– Не мне, а нам.

– Тебе, фер Вран, тебе. – Усмехнулся подошедший первый лейтенант. – Фер Фергус ан Апольд раскрыл нам свои подозрения, о тебе, хитреце.

– Прибрать лен за чужой счет, да еще и по цене найма наебать благодетеля… Легенду можно сложить о тебе! – Хмыкнул ан Феллем, вглядываясь в мое лицо.

– Вот я и не подозревал, как среди наемников весело бывает, – поддержал капитана маг, – подумываю повторить. Как-нибудь.

Капитан покосился на приятеля, но ничего не сказал. Мысль обзавестись недвижимостью по демонстрируемому сценарию явно посетила и его голову. И ладно, что не решился меня задвинуть. «Меченность» богиней смерти отличный повод сохранить дружбу, если я конечно о нем слишком плохо не думаю.

– И что это за необоснованные домыслы? Может быть, фер Фергус просто стесняется своей щедрости. – Сделал вид, что не понял, о чем они ведут речь я. – Он где, кстати?

– Обоз, раненых и требушет охраняет.

– Вошел своими рассказами в большое доверие?

– Фер Фергус как воин не силен, – вежливо определил свое отношение к земному шпику Хоран, – но не глупец и не боязлив. Совсем не трус.

– Править людьми умеет. – Добавил капитан. – Сейчас там этого достаточно.

– Кому он до «ледянки» служил, не знаешь? – между тем, как бы равнодушно поинтересовался самый продуманный в нашем коллективе человек. Ну, кто бы сомневался, что фер Киран не заметит подозрительные черты в личинах наших героев-разведчиков. Которые иной раз даже меня в мыслям приводили, что под флакончик шнапса буденновку Штирлиц не только в анекдотах примерял.

– Не настолько близко знаком, – отбрехался я, даже не соврав.

– Жаль.

* * *

Успешные осады в средневековье занятие не для торопыг. Укрепления можно одолевать по-разному и разносить стены с воротами камнеметами только один из вариантов. Применимый далеко не всегда. Мастера осадных машин специалисты дефицитные. Креативным осаждающим, могущим в трудовые ресурсы, не составит труда, допустим, перекрыть или отвести реку, на которой стоит крепость. Причем не обязательно от него. Легко можно и на. Чтобы обороняющиеся в собственном же говне утонули до того как стены подмоет.

В нашем случае с трудовыми ресурсами дела обстояли гораздо лучше, чем можно было подумать. Население Бойгендэйла находящееся на нижних ярусах пищевой пирамиды и соответственно в замке не поместившееся, скрывалось в окрестных горах. На всяких браконьерских заимках, ага. Ну, или что-то типа того. Разослать по сторонам людоловов особого труда не составляло, так что рабочие руки для устройства плотины у нас можно сказать были. Чего у нас не было, так это времени. И проблемой тут являлись совсем не деньги, отчет начала компании с полноценной оплатой ратных будней начался с выхода роты к границам пиратского фьефа, так что минимум на месяц вперед мы своего нанимателя знали. По-настоящему нас ограничивало время.

Перенаселенный фьеф, безусловно, живя в первую очередь пиратством и его береговым обслуживанием, как я видел, диверсифицировался рыбной ловлей и добычей морского зверя. Братва вряд ли одних купчишек в море топила, конкурирующие рыболовецкие бригады пропускать было бы нелогичным. Соответственно, все это дело требовало сбыта товара и регулярного сообщения с цивилизацией, причем в массе своей через посредников. Как бы не закрывали власти глаза на шалости ан Бойгенов, вряд ли представители этой семьи часто имели возможность посещать большие города даже инкогнито. При всей политической мощи дворянства, истину «деньги – это кровь государства» во дворцах знали прекрасно, так что купечество беззащитным совсем не было. Да и у путешествующих морем дворян деньги точно такие же, как у неблагородного быдляка, пиратам ли этого не знать. В общем, стоило былому гостю подвалов Бойген-Кастла кого-то из гостеприимных хозяев, где-нибудь узнать, от гнилых зубов имперской юстиции можно было и не увернутся. Нанять наемников, чтобы доставить обидчика к судье, для обеспеченного человека дело нетрудное. А в гербовом городишке, где, по сути, купцы и правят, даже без этого можно обойтись. Стражи хватит.

Иными словами, при разработке плана возможности ан Бойгенов операции мы немного недооценили. Рыцарь разбойник поддерживаемый родственниками и дружественно настроенными соседями совсем не одно и то же с раубриттером, который вкупе с партнерами способен решать свои проблемы наймом подразделений наемников. Замок нужно было захватить, и захватить быстро. Покарание владельцев за их многочисленные преступления подразумевалось само собой.

Ну а чтобы те от воздаяния не увернулись, капитан предусмотрительно пропустил потрепанный отряд сеньора в крепость и даже еще раз умыл его при этом. Жег фьеф и провоцировал вылазку я совсем не зря. Пока мы в долине пиратских баб рубили, гонец на лодке как раз должен был до их мужчин добраться и немало тех взволновать. На волне случившегося разгрома это совсем нетрудно. Ну а далее у фера Рэйга рисовалась вилка – партизанить в окружающих долину горных лесах и водах, или прорваться в замок, чтобы попытаться спасти его от взятия нашей ротой с ее мастером осадных машин. Что было еще более актуально на фоне отсутствия запасов жрачки и случившейся у наследника неудачи. Отправить второго гонца с донесением о катастрофе мозгов если не у раненого фера Эмина, то у сопровождавшего его на стрелке кобла должно было хватить. По-поводу своей черни ан Бойген конечно вряд ли сильно переживал, а вот перспектива потерять все, что нажито непосильным трудом, не могла не лечь тяжким грузом на его черную душу.

Как и всегда в ночном бою, при прорыве аборигенов в замок больше всего досталось по хвостам. Группу прикрытия совсем не плюшками угостили, ну и значительную часть раненых во вчерашнем бою неудачников кэп тоже вырезал. Как они с Кираном потом хвастались, можно было и в ворота Бойген-Кастла на плечах бегущих ворваться, но Лойх решил не зарываться. Мы с Боу в бою не участвовали.

* * *

Я бы сказал, что призамковый городишко своими архитектурными решениями был чем-то похож на Помпеи до того как бухнул Везувий. Насколько можно судить по фотографиям, естественно. Геометрическая планировка, мощеные камнем улицы, одинаковых типоразмеров дома с задними дворами, узкими дверьми и крошечными оконцами на улицу, харчевни, бордели и прочие средства досуга, разве что амфитеатра не было. Снабжался водой он кстати из акведука, несмотря на близость реки. В общем, пиратам явно деньги некуда было девать, и они морально разлагались, как могли.

На плоской крыше одного из городских борделей, здоровенного здания украшенного колоннами и статуями голых как дверная ручка нимф, втрое превосходящего по габаритам соседние дома, мы с шпиками сейчас и сидели. Поговорить о делах наших скорбных требовалось позарез, однако до этого момента от лишних ушей избавиться не получилось.

– И кто же тебя надоумил друг мой ситный, моим боевым товарищам свои беспочвенные подозрения сообщить? – Для затравки высказал я «ан Апольду» очень наболевший вопрос.

– Не пизди, – несколько агрессивно хмыкнул тот.

– Хорошо, изменим формулировочку. На! Ху! Я!?

– Ответ: Чтобы нас к хуям не прирезали! Подойдет?

Я осекся.

– Серега, ты мужик умный. Но не забыл куда попал?

– Были основания предполагать?

– Да так, шепнули, что маг с капитаном беседовали о законных способах обретения беспоместным дворянином земли. Я, знаешь, обеспокоился немного.

– И решил меня с ними лбами столкнуть?

– Не гони! – Поддержал коллегу «ан Брейг».

– Не дети перед тобой! – закончил фразу второй шпион. – Ты для них свой, а мы нет. Ну а так как твои падающие на карту слюни мы видели, сам бог велел сымпровизировать.

Я вздохнул. Крыть было нечем. При всех моих симпатиях, ан Феллем с ан Крайдом могли, да. Особенно первый, если роту водить надоело.

– Ты правильно тогда сказал что «имперский» лен оптимум. – Сказал «ан Апольд». – Признаюсь, смотрел, что у нас есть по твоей альве. Сейчас еще ничего, а вот как приподнимешься, сюзеренитет барона тебе действительно сильно мешать начнет. Да и ушастых родственников я бы держал подальше.

– К хорошему быстро привыкают?

– Да. – Без тени смущения кивнул шпик, поняв все, что я имел в виду. – Даже по картам видно, что берег моря, пляжи, уединенность. Хоть курорт открывай.

– Ну а любовь с тещей измеряется километрами, ты и сам знаешь. – Почесал нос второй.

– Принято. То есть ты реально не против моего плана и даже хочешь помочь?

– На бригантине, я эту недвигу, даже если захочу не увезу. – Уверил меня «фер Фергус». – Оставаться – риск непропорционально велик. Не идиот же. Будет слишком много внимания. Ну а ты живи, пользуйся, приноси пользу людям. Не жалко. Чем сможем, тем поможем, чтобы шею не свернул.

– Бодяга с этим леном у тебя на несколько лет затянется, – сказал «шен Лекс», – легко и просто не отдадут.

– Скажи мне то, что я не знаю, – фыркнул я, – я у вас и стволы конфискую перед отправкой. И оружейку на бригантине подчищу по-братски. Когда претенденты на фьеф кончатся, цена недвижимости обязательно упадет. Закон рынка. У вас, кстати, что огнестрельное во вьюках, а?

Шпионы переглянулись.

– АКС с «Сучкой», – ответил «ан Брейг». – «Глок» не дам. Разве что патронами помогу.

– У меня есть пистолет. – Покачал головой я. – Не балует вас далекая Родина. И по четыре магазина, поди, в брезентовых сумках?

– И как ты угадал?

– Это риторический вопрос?

– Нет. – Сморщил «ан Апольд» нос. – Спасибо, хоть это дали. Патронов полтора цинка, так что грабь морячков. И да, «серебра» к автоматам нет.

– Это даже не обсуждается.

– Ты, в подробностях, как собираешься, фьеф отжать? – ответно воспользовался случаем, чтобы задать вертевшийся на языке вопрос «шен Лекс».

В принципе, язык можно было и не распускать, но доблестные разведчики обещали мне поддержку и что немаловажно, могли, что-нибудь подсказать. Да и отношения у нас шли на лад.

– Простейший вариант, захватить владетеля в плен и убедить переписать недвижимость на нового владельца за жизнь плюс один золотой. С объявленными рыцарями-разбойниками практика такое делать позволяет почти свободно. Присоединить лен ни к чему нельзя, а вот отжать в пользу нового владельца запросто.

Шпионы переглянулись.

– Коренная проблема – в плен его взять будет непросто. И вообще и конкретно мне.

– Угу, – кивнул «ан Брейг».

– Второй вариант, завалить фера Рейга и заключить договор с кем-нибудь из наследников. Эмин, думаю, тоже в розыскных листах.

– У него их много разве? – Удивился «ан Апольд».

– Каждый раз один, но рано или поздно кто-нибудь с официально оформленными документами попадется. Главное лен под собой держать, чтобы они сами на забой приезжали. Это дополнит бумагой фактическое владение. Конфликт между наследниками известных пиратов и добрым самаритянином, зачистившим пиратское гнездо, подпадает под право дворян решить дело войной. Если стороны не урегулируют конфликт отступными, конечно же. Это нам обязательно предложат. Властям при такой вилке собственно плевать, кто что продаст – фактическое владение или право наследства. Продавать и покупать свои земли имперское дворянство полное право имеет, власти только регистрируют сделки.

– Тоже верно.

– Если не повезет и родня ан Бойгенов быстро кончится, фьеф так мне и не подарив, лен становится выморочным имуществом и я, как безземельный дворянин, присутствующий в гербовых книгах Империи буду иметь полное право его выкупить у казны.

– Как и любой другой безземельный благородный господин. – Уточнил «фер Фергус».

– Успехов, – пожелал конкурентам удачи я. – Не думаю, что после зачистки родни ан Бойгенов у меня найдется много соперников.

– Зря.

– Ну что вы такие не креативные? Нахер мне на моей земле шлюхи и прочая пиратская хозобслуга? Котомку с бельем на спину и вперед. А кому нужен фьеф без рабочих рук?

– Вообще-то он и такой многим будет нужен. – Сказал «шен Лекс». – Мужиков найдут. Ну, или опять пират заинтересуется.

– Это я образно. Повышенные затраты еще большее количество претендентов отпугнут. Ну а остальных, если не удасться их цену перебить тоже перестреляю к хуям.

– Один? Или с парой слуг? – глянул в корень «ан Апольд». – Тебе в этом замке нужно будет человек двадцать из местных. Не меньше. Надежных, преданных и не болтливых. Это сложно.

– Люди есть. Через них и арендаторов навербую, если более выгодный вариант не стрельнет.

– А ротный отпустит?

– После окончания компании и без долгов? Конечно. Это со мной может быть проблема. Но я компенсировать ее сведением ан Феллемов с купцами из Холденгейма надеюсь. Не знаешь таких? Их наемники не так давно кидалу одного на побережье порешили. Из огнестрела. И мне потом на глазах у Лойха гильзы пришлось собирать.

Переглянувшиеся шпионы остро захотели удалиться на совещание.

– Эта унылая дыра для тихого хаба будет как бы не идеальным вариантом. Сюда бригантинами товар, отсюда местными корытами вывозить. Пять-десять процентов от цены невысокая потеря на фоне значительного снижения риска для бригантин. Наши суда на фоне здешних чудовищ как арабские жеребцы. И мало того что скоро по всему побережью примелькаются, так еще и с эксклюзивным товаром на борту.

Коллеги еще раз переглянулись.

– Стратегически мыслишь. Но не подумал, что сам в раубриттеры угодишь. – Сменил тему «ан Брейг».

– Разбойником меня вполне возможно объявят, еще, когда я буду наследников ан Бойгенов зачищать. – Спокойно объяснил я. – Но это будет правильное по местным понятиям поведение. Пришел, перебил пиратов и за заботы объявил фьеф своим. А на тех, кто за него потом судейским и канцелярии Наместника сует взятки – плевать. Мое и точка. Недовольные могут постоять за углом и поплакать. Если не напортачить, авторитета среди окрестного дворянства очень немало наберу. Другими словами, рано или поздно Наместнику жалобы и резня вокруг этой долины остоебут и он мне его отпишет. Ну а за преступную жизнь рассчитаемся как-нибудь.

– Считаешь, что в любом случае средств хватит? – покосился на меня «ан Апольд».

– Пусть я не сильно хорошего мнения о нашем с вами начальстве, но выделить немного тюков с шелковыми кружевными трусами ради такой удобной точки, вряд ли кто-нибудь откажется.

– И что только эти набранные по объявлению не придумают, – недовольно вздохнул собеседник. – Подсказываю ровно один раз. Труп ан Бойгена, одна штука; его печать, одна штука; стопка написанных или подписанных его рукой документов, одна штука; чистая бумага, листов пять; мы, две штуки; бригантина, одна штука. На острове тебе сейчас какие угодно документы слепят, никакая экспертиза не отличит.

– Ну, в мое время было некому.

– Все течет, все изменяется. Оперативная группа там сейчас сидит.

Хм… Я попытался припомнить, говорили ли мне об этом. Ну да, новых лиц на острове было много. Но я особо и не интересовался, кто, чем занимается.

– Это хорошо. Возможно, что даже отлично. Но в этом случае есть проблема, подделка документов здесь известна и преследуется. Вопросов не вызовет только по настоящему заверенный договор с настоящими свидетелями и очень желательно живым бывшим владельцем. Ну или людьми, которые докажут что договор сторонами был выполнен. Товарищам, заверяющим документы от имени покойников, тут шкуры сдирают. Я специально узнавал.

– Я все знаю. – Отмахнулся «шен Лекс». – Не тебе не похер ли? Они сели на проходящее судно или там свое пиратское корыто и под полными парусами умотали в закат. Остальное пусть доказывают. Ты сейчас как ребенок, честное слово.

– Я думал об этом варианте, – терпеливо признал я. – Если не проканает, чревато потерей авторитета в обществе и соответственно, снижению моей полезности до минимума. Всех не перестреляешь, а человек тварь социальная. Не так уж тут люди и глупы чтобы какой-то хер с горы, соткавшийся из тумана размахивая слепленной бумажонкой, в наглую мог отжать чужое поместье. Богатые и успешные товарищи и без нас с вами такое дело давно на поток бы поставили.

Шпики с сомнением переглянулись. Они видимо местные документы фальсифицировали нередко. Но это все работает до определенного уровня, где появляется слишком много заинтересованных в поисках справедливости оппонентов. И плевать, что могло и повезти. Интуиция была резко против. Однако бумажка мне в любом случае не помешает. Одно дело, когда ей сразу захватчик трясет, а другое, когда документ предъявляют через пару тройку лет, после зачистки этих самых ищущих справедливости неудачников. «Не предъявлял ранее, потому что подписант смылся в закат» должно будет сработать на меня, а не против.

Вообще, возможные варианты перечисленными не ограничивались, можно было и еще что-то придумать. Но не нужно. Как я и говорил, оптимально для меня было захватить местного сеньора в плен и вынудить его подписать договор о передаче мне прав на фьеф при независимых свидетелях. Отменить такой договор для официально объявленного разбойником рыцаря, квестом, насколько мне известно, было бесперспективным. Лицо, не признающее над собой власти законов империи, лишало себя и их защиты. В межевой войне, в которой такие разбойники участвуют, они всегда будут на неправедной стороне. Теоретически, само собой.

– Когда отчет о своих похождениях писать будешь, все свои планы и замыслы обязательно отрази, – хорошо все обдумав, посоветовал «ан Апольд». – И в дополнение подробную служебную записку с тем же самым составь. Я и Макс ее поддержим и сделаем все, чтобы с первым же контейнеровозом на самый верх ушла.

– Сделаю.

– Бумага есть? Разборчиво писать умеешь?

– Несколько листов. Если постараюсь, разборчиво напишу. – Улыбнулся я.

– А4 у меня возьми когда начнешь писать чистовой.

– А вот это будет просто отлично!

– Отлично все будет, когда ты, Серега, станешь ан Бойгеном. – Не согласился со мной Макс «ан Брейг». – Ты наверняка понимаешь свой риск!?

– И перспективы тоже, Максим.

В четырехстах метрах от меня серели суровые стены замка, внутри которого собралось немало будущих покойников. И многих из них лишу жизни именно я. А остальных превращу в нищих. И кровь, пролитая за владение этим куском земли, на этом не остановится. Может быть, мне следовало порефлексировать, поплакать над незавидной участью аборигенов, слезой ребенка совесть свою пробудить… Но врать самому себе было стыдно. Никого в этой пиратской помойке мне жалко не было. Может быть кроме детей. Будущих пиратов, грабителей и убийц и их не менее драгоценных половинок, которые будут считать окровавленные деньги, и разносить миски с бурдой по подвалам, где содержатся захваченные отцами, мужьями и братьями пленники.

Разрушить существующий в Хейене кровавый круговорот моя личная доброта не могла никаким образом. Скажу более, она даже повлиять на него не могла. Помочь людям этого мира могла только цивилизация. Которая всегда и везде приносится к дикарям на штыках.

Глава VII

– Знатная будет бойня, – сказал я Боу, надзирающему за строительством двух монструозных требушетов. Со стены по собирающей их солдатне постреливали из стрелометов, но без особого успеха

– Если ан Бойген сдаться не догадается, – согласился со мной наш мастер осадных машин.

– Он все потеряет в этом случае, – покачал головой я. При всех своих профдеформациях никакого удовольствия от грядущего избиения побежденных я не испытывал.

– Жизнь дороже. Пиратством в море этот кусок говна свое вернет. Если умный. – Боу кривился и не скрывая, надеялся, что владетель Бойгендэйла интеллектом не блеснет. Вышедший в отставку и занявшийся торговлей первый лейтенант вернулся к наемничеству, потеряв нажитое при нападении морских разбойников. Вполне естественно, что пиратов он с тех самых пор немного недолюбливал.

– Твои слова богам бы в уши.

– Ты за него беспокоишься? – Удивился первый лейтенант.

– За него? Нет. – Честно ответил я. – Детей жалко. Даже если выживут при штурме, судьбине не позавидуешь.

– Странный ты хеленит, фер Вран. – Сказал Хоран после затянувшейся до предела паузы. – Богиней отмечен, в бою страшен, крови не боишься, но лить не любишь. Самое большее, что в тебе удивляет.

– Понапрасну не люблю. Дети то в этой пиратском кубле, в чем виноваты? Умом то я понимаю что они просто еще не выросли, а вот чувствами… Нехорошее это дело, убивать детей. Не находишь?

Собеседник улыбнулся.

– Хела в ипостаси Справедливейшей тебя силами наделила?

– Понятия не имею. Моего мнения и желания никто не спрашивал. Мистика вокруг меня просто появилась и это все, что я знаю.

Боу покачал головой.

– Даже не знаю что сказать, фер Вран. Я бы позавидовал, но не буду.

– И правильно, фенн Боудел. За все надо будет платить и долг этот у меня пока что только растет. Хочу я этого, или нет.

* * *

Кэп планы свои сильно не усложнял. Требушеты поставили со стороны выходящих на горы ворот. Рота заняла подходящий микрорайон, на снаряды разбирались не нужные нам каменные строения, в общем, вопросы логистики были довольно критичны и Лойх резонно решил убить всех зайчиков сразу.

Первые пару дней обороняющиеся вели себя абсолютно пассивно, даже со стен практически не стреляли, на третью попытались устроить к осадным машинам вылазку. С внезапностью у них не получилось, так что нападавшие легко были отбиты и с потерями (впрочем, незначительными) отошли к замку. Далее кидать стрелы по собиравшим требушеты бригадам стали значительно активнее, но этим все изменения и ограничились.

Ротные комиты, посовещавшись, пришли к мнению, что в донжоне либо ждут скорого подхода помощи, либо обдумывают сдачу. У средневековых осад присутствовал общеизвестный для практиков и крайне неприятный для обороняющихся нюанс: если нет надежды отбиться, выбрасывать белый флаг желательно до того момента как осаждающие по-настоящему разозлятся. По очевидным причинам предлагать неудачникам переговоры ан Феллем не хотел, так что решение жить или умереть фер Рэйг так или иначе должен был до нас довести примерно к первому брошенному в Бойген-Кастл камню.

На ночной налет меня впрочем подбивали, но я оценил высоту и качество кладки стен замка и от подобной авантюры отказался наотрез. Конечно, можно было попробовать атаковать замок с автоматом через ведущий в него отвод акведука, но такой ход был настолько ожидаем, что сводило кишки даже при одной мысли об этом. В общем, ломать Бойген мы собирались традиционными методами, и я не видел причин, по которым нашим требушетам не удасться это сделать.

В замке обстановку оценивали вполне адекватно, так что когда собранный первым правый требушет начали взводить, со стены замахали белым флагом.

– Думаешь, что сдадутся? – спросил я у капитана.

– Сейчас узнаем, – пожал плечами он.

* * *

Баб на веревках со стены, конечно же, не спустили, все трое переговорщиков были матерыми воинами между сорока и пятьюдесятью, что характерно без доспехов и с одним легким статусным оружием. Можно было полагать что нас посетила верхушка истеблишмента долины – капитаны пиратских кораблей, лица равные им по статусу или что-то типа того.

На переговорах главенствовал капитан, комиты роты и наниматели по понятным причинам выстроились за его спиной. Кроме Боу, который остался у требушетов, не скрывая надежды, что переговоры сорвутся.

– С чем пожаловали? – Лойх лениво покачивался, заложив руки за спину, и для пущего морального эффекта даже не был вооружен. Что впрочем, не имело никакого значения при двух прикрывающих его драбантах и вооруженном не хуже них комсоставе. И это даже без находящихся на заднем плане наемников.

– Меня зовут Аэд ан Сигген, – представился первый из переговорщиков, высокий жилистый дядька с ухоженными усами и короткой бородкой. – Фенн Аэд ан Сигген. Справа от меня фенн Логан Фандан, слева фенн Кинан Риваллон.

– Я, капитан «Вепрей Бир-Эйдина» фер Лойх ан Феллем, – вежливо представился в ответ кэп, – за моей спиной комиты роты и наши наниматели.

Чтобы вычислить шпиков переговорщикам много времени не потребовалось. Взглядами их, конечно же, одарили далекими от какой либо доброжелательности. Тем впрочем, было откровенно похуй на это. Причем похуй в буквальном смысле – «ан Брэйг» в ответ за мотню себя потрепал, вызвав взрыв смеха у наблюдавшей со стороны солдатни, ну а у нас улыбки.

– Фер Рэйг ан Бойген, которому я имею честь служить, – начал ан Сигген, – считает наш конфликт недоразумением и дабы решить дело миром готов дать богатые отступные.

– «Вепри» наняты фером Фергусом ан Апольдом, – покачал головой капитан, – об отступных начните говорить с ним.

Послов отказ наемников кинуть нанимателя сильно не опечалил. Ход этот был известен, в иные времена популярен и теоретически изрядно портил профессиональную репутацию. На практике все зависело от нюансов. Допустим, нежелание нанимателя компенсировать упущенную выгоду из откупных по понятиям наемных солдат вполне канало за смягчающее обстоятельство.

«Фер Фергус» не будь дураком с надменным видом вышел вперед.

– И чем ваш господин хочет от меня откупиться, шен Аэд?

Подмене обращения с военного «фенн», то есть воин, на общее «шен» пиратский посол не удивился, облику шпика соответствовало, так что попер на него буром. Большая, между прочим, ошибка.

– Фер Фергус, я уверен, что тысяча ауреев сотрет ваши обиды…

– Неужели? – перебил Штирлиц. – В жопу себе их засуньте, шен Аэд. Для лучшей сохранности. Когда замок возьмем, я их оттуда вытащу.

На лицо не привыкшего к безнаказанным оскорблениям переговорщика легла тень.

– Возьмете ли? – прошипел он.

Капитан засмеялся. Мы охотно его поддержали.

– Я на Полях Смерти конечно как дома себя не чувствую, – воспользовавшись поддержкой развез словесные хляби в местном стиле «ан Апольд», – но что то мне говорит, что если бы вы не боялись взятия замка и последующей резни, вас бы тут не было.

Главе делегации требовалась пауза, так что внимание на себя отвлек фенн Логан Фандан, сухощавый, невысокого роста тип с гладко выбритым лицом и холодными черными глазами

– Велика ли на самом деле ваша обида?

– Очень. – Вздохнул нелегал. – Смыть только кровью можно.

– Фер Фергус, а если она окажется вашей? – Вкрадчивый Кинан Риваллон выглядел прямо-таки эталоном голливудского образа бреющегося не чаще чем пару раз в неделю рыжего пиратского вожака.

– Ну, значит, мою обиду унаследует кто-то другой. – Очень удачно, на мой взгляд, отбрил его «ан Апольд».

– Так что вам, б…, так или иначе, не жить! – Поддержал его «ан Брейг».

– А что капитан ан Феллем на это скажет? – вернулся в разговор глава пиратской делегации.

– Капитану плевать, – насмешливо фыркнул Лойх, – если его что-то не устроит, он устроит резню.

Стоявший справа от меня маг закатился смехом. Ну да, не включать капитана нанятой для приведения пиратов к миру роты равноправной стороной в договор было бы огромной ошибкой.

– Так кровь между вами и фером Рэйгом? – спокойно уточнил у «ан Апольда» Фандан, предусмотрительно не уточнив чья.

– Да, – в соответствии с легендой ответил тот.

– Такое нередко у благородных, – пожал плечами ан Сигген. – Но деньги мертвецам без надобности, а вот живым очень нужны. Коли не выкупать обид, вокруг давно утонули бы в крови.

– И вы решили жалкой тысячей золотых от моей обиды откупиться? – Артистично добавил в голос легкую нотку злобы разведчик.

– Если она велика, уверен, мой господин расценит по справедливости…

Тут уже искренне заржал я. Вокруг, конечно же, поддержали.

– Твой господин сейчас не в том положении, чтобы расценивать что либо кроме своей и ваших жизней, – теперь голосом «ан Апольда» можно было намораживать айсберги. – В сущности все очень просто, шен Аэд. Либо ан Бойген предложит за ваши никчемные шкуры достойную цену, либо вы очень скоро в этом замке умрете.

– Самое большее через три дня, – уточнил капитан.

– Не думаю, что стены Бойгена выдержат обстрел дольше, чем пару суток, – согласился с ним я. – А еще можно и огонька через стены подбросить. Я тут недавно тьму бочек с ворванью видел. Есть чему внутри замка гореть?

– Сказывайте ваши условия, – поморщился ан Сигген. Ну да, задешево откупиться не получилось. Теперь пираты будут тянуть время, пытаться сбросить запрошенную «ан Апольдом» цену и ждать помощи. Куда-то же их «боевые» фелюки ведь ушли? Это рыбацкие лодки десантники побросали.

«Ан Апольд» глянул на меня и подмигнул.

– Фер Вран, тебе, как лицу заинтересованному, тоже не помешает в переговорах поучаствовать.

– Умеешь выбирать друзей. – Вздохнул ан Крайд, хлопнув меня по спине.

– Итак, – начал шпик, когда я встал рядом с ним, – вы отняли у меня деньги и имущество, убили супругу, и чудом не убили меня. Повезло что до берега доплыл.

Рыжий Риваллон злобно скривился, остальные двое послов собой владели лучше.

– Поэтому, вижу справедливыми только два решения проблемы нашей вражды с доблестным фером Рэйгом. Первое – взять его вонючий замок и утопить в крови. Ну а тех из ваших жен с выблядками кто случайно уцелеет, утопить в море.

Послы промолчали.

– Второе – оставить фера Рэйга без штанов, дабы скомпенсировать мне средства, затраченные на месть.

Капитан, подыгрывая, покосился на нанимателя с большим одобрением. Как и я, впрочем. Причем даже не играя.

– И как, фер Фергус, вы моего господина собрались оставить без штанов? – ухватился за фразу ан Сигген.

– Забрав все, что ему тут принадлежит. – Улыбнулся «ан Апольд». – Я готов оставить твоему господину и его семье их никчемные жизни, если владетелем Бойгендэйла станет кто-то другой.

– Вы. – Кивнул фенн Аэд. – Фер Рэйг будет смеяться.

– Вот только не долго.

– Коли «Вепри» смогут захватить Бойген, – раскрыл свою мысль посол, – много добычи вы не возьмете. Поджечь замок мы и сами можем. Не будет ни золота, ни чего другого в добычу. Совсем ничего что можно разменять на хороших солдат. Ну а после того как наемники уйдут, вас, фер Фергус, на следующий день на воротах повесят.

– С чего же я? – Мягонько улыбнулся шпик. – Мои интересы далеки от этой помойки. Увы.

К чести ан Сиггена он все понял мгновенно и перевел взгляд на меня. Я доброжелательно старому воину улыбнулся.

– Вы правильно догадались, фенн Аэд, – кивнул нелегал. – Мне Бойгендэйл сам по себе не нужен. А вот мой хороший друг, фер Вран ден Гарм, лейтенант в этой роте, как раз не против фьефом обзавестись.

– Значит, на воротах повесят вас! – резюмировал ан Сигген в мою сторону. Отправляя его на переговоры, фер Рэйг ан Бойген знал что делал.

Грохнул смех, не выдержали даже драбанты. Относительное спокойствие сохранили только штирлицы и я.

– Хотел бы я на это повешение посмотреть, – деланно вытирая слезу, фыркнул ан Феллем.

– А я на провинциальных героев, пытающихся Врана в петлю пихнуть. – Ан Крайда ирония тоже не отпускала.

– Я сказал что-то смешное?

– Разумеется. – Подтвердил капитан. – Иначе бы над вами не смеялись.

– Другими словами, – покачал головой «ан Апольд», – не напугал. Не буду ходить кругами. Если ваш господин, фенн Аэд, не согласен обменять жизни на фьеф, я буду только рад. После того как мы вас всех убьем, мой друг и так Бойгендэйл сможет прибрать к рукам.

– Повозиться конечно придется, чинуш покормить, но земля того стоит, верно? – кивнул я.

– Наверное, – осторожно согласился со мной главный посол.

– Что, наверное? – Вклинился маг. – Вы объявленные разбойники. За погром вашего вертепа фер Фергус у Наместника еще солидную награду получит. Расходы вернет.

О как! А что, это логичный ход, коли войск у Наместника для ликвидации очагов беззакония не хватает. Поди, даже строка в бюджете под таких как мы народных дружинников имеется.

– Награду, но не права на лен! – не выдержал Фандан.

– Прецедентов немало, – отмахнулся Киран, даже не пытаясь понять, знает тот значение слова или нет.

Фенн Аэд впрочем, знал, и этого было достаточно.

– Как лицо заинтересованное, могу добавить к словам фера Фергуса следующее, – решил, что настало удобный момент высказаться и я. – Я в отличие от него ваших жизней не жажду. Поэтому, после передачи мне прав на фьеф фер Рэйг и верные ему люди вместе со своими семьями могут отсюда проваливать живыми и невредимыми. С оружием, знаменами и всем, что могут унести на себе. Резни не будет.

– А…

– Мы не на рынке, вон там стоят два здоровенных камнемета. – Перебил ан Сиггена я. – Это самое щедрое, что я хочу вам и вашему господину за уцелевший замок обещать. Далее условия будут только ухудшаться.

– Сколько у нас времени на размышление? – решил мне поверить посол.

– До завтрашнего рассвета, – пожал плечами я. – Если капитан не возражает. Первый камень из требушета – уйдете в одних рубашках. Штурм – смерть.

– Отлично сказано! – Одобрил ан Феллем.

– Цитирую великих! – Хмыкнул я. – Почти дословно.

– А не многовато ли ты времени на размышления дал? Мы на великих еще пока не похожи.

– Это не ради милосердия. У нас снарядов при камнеметах слишком мало накоплено. За это время и запасемся. Ну а если ан Бойгены струсят и, – я выделил фразу интонацией, – «сбегут за помощью», то еще лучше. Наверняка хотя бы один из стоящих перед нами господ догадается ворота открыть. Долина то в любом случае мне достанется.

– Фера Рэйга и позже поймать можно, – поддержал меня маг, то ли по простоте, то ли специально подгаживая «ан Апольду». Предположение что после сдачи кровник положит хер на обещания было вполне логичным и Киран только что его подтвердил.

– Мне его ловить даже не обязательно. Кому он без своей защищенной норы нужен? Такому же раубриттеру? – Типа ничего не понял «фер Фергус». – Сомневаюсь, что найдет дурака. Ему того будет проще зарезать, чем свой лен отбить. Деловым партнерам? Возможно. Пока деньги не кончатся. Корабли у него есть – где он их ремонтировать будет? Людей, где брать взамен выбывших? Где захваченное за полную цену сбывать? Если при абордаже не подохнет, опознают его на большой земле и пойдет фер Рэйг камень ломать или веслом ворочать.

– И какой тогда смысл вам сдаваться? – вкрадчиво поинтересовался моим мнением рыжий Кинан Риваллон.

– Вы до этого еще не скоро дойдете, но самое большое богатство таких как мы с твоим господином, это люди. – Спокойно ответил я. – Есть у тебя верные люди – есть возможность и ко мне отомстить вернуться и другого неудачника поискать. Что, мало раубриттеров среди тех же кайнрийцев?

– И каждый второй с аллодом у них, – чертовски удачно вставил отмалчивавшийся «ан Брэйг». – Не сумеешь взяткой о прощении договориться, отдай свой новый остров под ихнего королька. Ну, или помельче кому-нибудь присягни.

– Но это в случае, когда у тебя есть преданные люди, – не дал я послам обдумать сказанное. – И много. Без них ан Бойгенам только каторга впереди светит. Так что, если откровенно, я тоже только рад буду, если вы передохнете.

– Фер Вран у нас настоящий добряк, – закруглил разговор капитан.

Не засмеялся, однако, никто.

* * *

– Знали бы вы, как мне надоела вся эта трепотня, – кисло буркнул я, наблюдая как переговорщиков поднимают на стену. – Скорей бы.

– Нервничаешь? – мягко спросил «ан Апольд» не замечая внимательного взгляда нашего колдуна.

– Пожалуй.

* * *

Обрисовывая противной стороне перспективы, я немного лукавил. У фера ан Бойгена был еще один вариант, отчасти смыкающийся с попыткой отсидеться в замке. Я бы на его месте рискнул учинить вылазку. Не ту унылую попытку подпалить требушеты налетом диверсионной группы, что наше охранение нейтрализовало на дальних подступах, а полноценную, мощным ударом всеми возможными силами. С учетом вооруженных женщин у супостата имелось численное преимущество, ночь и привычка пиратов к самостоятельным действиям в принципе могли нейтрализовать наше превосходство при правильном бое в строю, так что шансы добраться до камнеметов я бы оценил неплохими. А если еще и внезапность сыграет, то осаждающих в принципе и разгромить могли. В истории такое случалось.

Ну а если не повезет, то хуже не будет. Под каменными глыбами из построенных Боу монстров гарнизону так и так не устоять.

В этой связи логичным стало бы усыпить бдительность защитников замка и организовать у требушетов засаду. Ан Феллем с моим мнением был согласен – банальной сдачи от владетеля Бойгендэйла ждать не стоит. Слишком он много бы потерял. Короче говоря, когда решение свернуть с наступлением темноты все расслабленные движения и скрытно вывести к камнеметам основные силы роты у капитана полностью оформилось, я поднял руку и добавил немного сладкого крема на этот тортик.

– Если они поставят все на один бросок[15], а выбора особого у них нет, предлагаю рискнуть самим и замковые ворота захватить.

– А если створки прикроют? – Моментально вкурил суть предложения Хоран. Сложностями уровня ядерной физики тут даже не пахло. Отряд значительной численности для вылазки со стен на веревках не спустишь. А если даже спустишь, то не поднимешь. Для серьезной вылазки необходимо открывать ворота. Этим я и собирался воспользоваться, засев с отрядом преданных боевых друзей где-нибудь рядом с стенами и внезапной атакой захватив воротный узел, пока вышедший в поле гарнизон будет штурмовать площадку с требушетами.

– Останемся при своих, – пожал плечами я. – Но я не думаю, что ворота после выхода штурмового отряда закроют. Как я разузнал, решетка там есть. Ночь. тем же раненым сразу надо назад в замок уходить.

– Это да, – согласился со мной первый лейтенант, – тому не жить, кто за стенами останется.

– Вот, вот. Караул при воротах, конечно, будет, но человек пятнадцать-двадцать могут успеть внутрь проникнуть, прежде чем наверху решетку обрубят.

– И? – спросил капитан.

– Веревки на всякий случай мы, конечно, возьмем, жить знаешь, хочется. Если не удаться захватить башню, караулку над воротами мы всяко захватим. Там по обе стороны от ворот две каменные лестницы.

– Откуда знаешь? – Поднял бровь маг.

– Не страдаю избыточной кровожадностью. – Ответил я, совсем даже не соврав. Помилованная мной бабенка честно отработала свою жизнь. Ну а кислые мины Боу и капитана это исключительно их проблемы.

– Уже считаешь замок своим? – Справился с собой ан Феллем.

– Еще нет, – отрицательно покачал я головой. – Но ты разве против?

Лойх отвел глаза.

– Нет.

– Если рискнешь оставить роту на Боу и штурмовать ворота вместе со мной, кое-что покажу. ты этого никогда не видел. Я помню про договор, капитан. У меня уже сейчас есть чем за вашу с отцом помощь начать рассчитываться.

– Да? – надеюсь, что непритворно удивился ан Феллем.

– Да. Увидишь – поймешь. Но рушить замок действительно не хочется. Рота уйдет, а я в развалинах останусь. Опрометчиво, знаешь ли. Действительно могут повесить.

– А мне покажешь? – мягонько забросил удочку Киран ан Крайд.

– Как-нибудь потом друг мой, – отшил его я. – Этой ночью тебе надо будет Боу прикрыть.

Колдун промолчал. Но вроде бы не обиделся, слишком умен был для этого.

* * *

– Мне нужен автомат! – Держа в руках большую холщовую сумку, заявил я «ан Апольду», развалившемуся на трофейной скамейке возле своего фургона.

– Зачем? – Напрягся тот. На совещании шпики не присутствовали.

– Только не говори, что ты с ним в замок полезешь! – Высунул голову из фургона «ан Брейг».

– Говорю! – Кивнул я. – И не один. Капитан тоже идет.

– Блять! – Сказал тот.

– Все путем. – Покачал головой я. – Если вы думаете что Лойх в вас «людей из Холденгейма» не подозревает, то зря. У мозгами у него все прекрасно.

– И это повод светить огнестрел? – обдумав ситуацию, созрел для вопроса «ан Апольд».

– Да. Выгоды этого фьефа для дворянина, желающего сесть на трафик с эксклюзивным товаром с того берега моря вполне очевидны. Поэтому нам и подыгрывают, слова даже никто не сказал. Ты даже слишком удачно мне Бойгендэйл подарил.

– А если сплетни пойдут? – задумчиво уточнил «ан Брейг».

– Боевые колдовские артефакты встречаются, в сплетнях автомат от них не отличишь. Да и нет тут никакой разницы с недобитками. Всех я все равно не перестреляю. А штурмовую группу сейчас я из своих людей наберу. Перед ними АК с пистолетом так или иначе светить придется.

– Ты хорошо подумал?

– Да! – немного вспылил я.

Шпики переглянулись.

– Ну, раз хорошо, тогда дадим, – дав ощутимую паузу, сказал «фер Фергус». – Тебе какой?

– Я думаю «сучку» взять. В тесноте с нею удобнее.

«Ан Брейг» сверху одобрительно подмигнул.

– Ныряй в фургон.

В повозке разведчик неторопливо открыл огромных размеров, окованный железом сундук, выглядевший дубовым до того момента как поднялась крышка.

Внутри чего только не было, но внимательно рассмотреть содержимое Макс мне не дал, вытащив затребованный автомат из зажимов на крышке. Четыре снаряженных магазина, масленка и еще какие то железки были закреплены рядом.

– Это еще что за бластер? – спросил я. – В вашей конторе я вижу, на снаряжении не экономят?

Внешне на старый добрый АКС–74У извлеченный из сундука агрегат своей передней рукоятью, регулируемым «американским» прикладом и планками Пикатинни на цевье походил не сильно. Разве что шасси можно было узнать. Посаженный прямо поверх штатного целика Aimpoint Micro T–1 и вычурный ДТК сходства с футуристическим бластером добавляли еще больше.

– Только не надо нашу контору оскорблять, – отрицательно покачал головой нелегал. – Поскандалить пришлось. Коллиматоры нам двоим купили только потому, что я свой обвес на автоматы поставил.

– В смысле, свой?

– В смысле за свои деньги купленный.

– Даже последние трусы на алтарь Родины? Понимаю.

– На шлюх тратить жаба задавила.

– Ну да, ты же холостяк. И где это ты в вооруженных силах с АКСУ часто работал?

– Я с ними вообще никогда не работал. Поменялся обвесом с приятелем.

– Ну что ж… – резюмировал я, приняв автомат из его рук, – не то чтобы мне исходная модель не нравилась, но тут мощь прямо-таки исходит из автоматного ствола. Так и слышу, как он мне шепчет «Пусти меня в ход и правь этим фьефом!».

– Ты с этим Аймпойтом дело имел, маоист хуев? – узнал цитату выходец из военной интеллигенции.

– Разберусь.

«Ан Брейг» мне, почему то не поверил.

– У этого прицела точка две МОА, шесть сантиметров на ста метрах.

– Понятно.

– Прицел исправен, батареи якобы хватает на пять с половиной лет непрерывной работы. Если наебали буржуины, то герметичный контейнер с таблетками в передней рукояти. На первые четыре цифры на барабане не обращай внимания. Эти позиции для работы с ПНВ. Твоя яркость с пятерки.

– Принято.

– Что еще? Складной шомпол тоже в передней рукояти. Оружие почистишь после использования.

– Ноль на какой дистанции?

– О!!! Извини. Коллиматор я на двести метров пристреливал.

– Не маловато?

– В самый раз. Сначала вообще хотел на сто пристрелять, потом передумал. «Сучку» я ведь именно для коротких дистанций выпросил.

– Согласен, в помещениях и застройке с ней куда удобнее.

– Ага.

– На втором АК оптики нет?

– Вижу, что понимаешь, – улыбнулся «ан Брейг».

– Конечно, понимает, – подтвердил тоже забравшийся в фургон «ан Апольд».

– Не надо льстить, лучше помогите материально. Что за оптика?

– Так себе. Трехкратник 1П78 на боковом кронштейне. – Отмахнулся Максим. – С таким же Аймпойтом для наших дел достаточно.

– Ночников я так понимаю нет?

– Придется тебе так крутится, – развел руками «фер Фергус».

– Да уж, придется.

– Я прикрою. С двух автоматов мы там очешуенную бойню сотворим! – спокойно сказал «ан Брейг».

– Спасибо Макс, – отрицательно покачал головой я. – Вам он и тут пригодится. Мало ли как ночью бой пойдет. Мои люди и так ко мне на удар никого не подпустят. Затем и беру.

– Точно?

– Точно. – Улыбнулся я. – Только вот про глушитель забыл спросить.

– Тактический, а не ПБС. – Подал мне камуфлированный металлический цилиндр «ан Брейг».

– И такой сойдет. – Не стал я привередничать. – «Глок» с глушаком вроде потише будет, по тихому им буду работать.

– Да, он заметно тише. – Подтвердил бывший спец. – Пистолетных патронов подбросить?

– Не откажусь.

– Последнее отдаю, две полных коробки. Двести штук серебра. Бронебойные и экспансивки.

– Отлично. Автоматные тоже можешь не жалеть, у меня им лучше будет.

– Ты где это все нести собрался? – ядовито хмыкнул «ан Апольд» глядя на эту идиллию.

– Сейчас? В сумке.

– А в бою?

– Разгрузку в веселом пикселе у вас возьму.

«Ан Апольд» загоготал:

– Макс, ты это зрелище можешь представить?

«Ан Брейг» представил и закатился истеричным смехом вслед за ним. Но я на него нисколечко не обиделся – вид меня грешного, в моем шлеме и бригантине с разгрузкой поверх и автоматом в руках, представлялся на редкость адским. Прямо как на обложке попаданческого бестселлера, в какой-нибудь книжной лавке. Простите, профдеформация. Конечно же книжном ларьке.

* * *

– Ну что, мои доблестные воины… Готовы?

Передо мной при свете факелов стояло шестнадцать человек. Тех, кто был готов обменять суровую, денежную, предсказуемую но, увы, короткую в большинстве своем жизнь наемного солдата, на службу в моей личной дружине. Ан Феллем не только не возражал подобному переманиванию кадров, но и даже сам пошел мне навстречу, построив роту перед ужином и лично (лично!) толкнув перед ней речь о фере Вране, который присмотрел себе фьеф. Принципиально желающих, надо сказать было больше, но низкое образование и происхождение далеко не всегда синоним невысокого интеллекта, так что еще примерно столько же народа тупо не рискнуло со мной связаться в свете ожидаемых в скором будущем проблем. Банально сочли что в «Вепрях» шансы выжить у них будут больше. Хела, стоящая за моей спиной, как таковая никого уже не пугала.

– Да, мой господин! – Молчун Хугге стоял на правом фланге строя и глядя на меня загадочно улыбался. И имел на то все основания, на мой взгляд. Для простого неблагородного наемника я был ШАНСОМ если не выйти в дворяне, то заработать на безбедную жизнь. Ну а что касается возможности безвременно сдохнуть, то со статистикой была напряженка, так что считать вероятности таким как он было непросто, и разум сосредотачивался на ярких образах. Типа вышедшего в лейтенанты Боу Хорана или начисто истребленных наемных отрядах, чьим командирам повезло выбрать не ту сторону. Единственное но – по букве закона господином я для него пока что не был, с Лойхом мы условились поделить людей после окончания компании, как собственно и требовал «Военный кодекс».

Прочая отиравшаяся вокруг меня шатия тоже была здесь, начиная с малыша Даннера, Ролана Хёука и через хеленитов до Лейна Уллера, который, к некоторому моему удивлению, тоже решил попытать удачу с «Избранным», блять, богини Смерти. Слуги и прочий сопереживающий нашей вылазке люд отирался вокруг. Толпа, короче говоря, собралась немалая

– Ну, раз да, сейчас подойдет капитан и выходим.

– Я уже здесь, – вышел тот из-за соседней повозки в сопровождении обоих шпиков и встал, увидев меня. – Ого!

– Да ты просто красавчик! – подтвердил «ан Брейг».

– Вот только перьев на каске не хватает, – ядовито добавил «ан Апольд». – Пышных и разноцветных. Павлин наверное подойдет.

– В темноте все равно не видно, – скромно ответил я.

Честное слово, отобранную у «ан Брейга» 6Ш117[16] я поверх бригантины всё-таки натянул и АКСУ перед тем как встать у зеркала в руки взял – чтобы покраснеть как маков цвет и выматериться как сапожник. Предметы обмундирования разных эпох как-то не гармонировали друг с другом. Итогом этой ненужной лирики стали извлеченные из моего сундука шлем, броник, хлопчатобумажное обмундирование и высокие черные ботинки, в которых я сейчас и рассекал, собирая на себе восхищенные взоры общественности, ибо выглядел по средневековым меркам невероятно стильно и дорого.

– А как же хорошее настроение и боевой дух подчиненных? – Не унимался «фер Фергус». Выбесить меня, наверное, захотел.

– У них с избытком.

– А у тебя?

– Еще лучше.

– Даже малый меч с собой не возьмешь? – вклинился в пикировку капитан, жадно разглядывая висящий на одноточечном ремне АКСУ и переброшенные с разгрузки на броник подсумки. Боевые артефакты стоили дико дорого, но на полях межевых войн иногда встречались, так что сделать практически правильный вывод было несложно. Да и «Глок» он тоже видел, пусть и не в деле. Я же обвесился по максимуму, даже две РГН[17] у «ан Брейга» сумел выпросить. Во вторую пару гранатных подсумков заложил пачки с автоматными патронами.

– Кинжала хватит. – Отрицательно покачал головой я. – Меч только мешать будет.

– Тебе виднее, – ан Феллем пожал плечами.

– Готов к выходу?

– Конечно.

Вместе с капитаном в вылазке, конечно же, участвовал оруженосец, что доводило численность долженствующей решить судьбу замка штурмовой группы до девятнадцати человек.

– Тогда за мной! – скомандовал я. За спиной прямо-таки разворачивались крылья, и судьба сражения лежала на спусковом крючке калаша.

Если конечно обороняющиеся этой ночью рискнут на вылазку.

* * *

Гарнизон выйти из замка, однако, рискнул. Впрочем, уже под утро, когда я уже начал терять надежду что придется пострелять.

«Выбор сделан», подумал я, прислушиваясь сопровождающему выдвижение колонны шуму. Залечь у ворот я, конечно же, не рискнул, так что группе пришлось прятаться за углом, прямо под стенами замка. Благо, что на насыпи его не строили. Замысел атаки был прост как три копейки – дождаться, как атакующие ввяжутся в бой, чего благодаря шуму схватки мы никак пропустить не могли и после этого внезапно атаковать ворота.

Атакующие не мешкали. Фактор внезапности и для них был значим не меньше нашего, так что взрыв смешавшегося с лязгом железа крика долго ждать не пришлось. Собственно, начавшуюся схватку даже было видно, площадка с требушетами освещалась факелами и переносными фонарями.

– Ну что, душегубы мои! – нагоняя адреналин хрипнул я людям, – Белая Дама смотрит на нас! За мной!

И не оглядываясь (что, кстати, было очень непрофессионально) рванул вперед. Ага, примерно как не обученный лейтенант в 41-м…

В проеме никак не могло не оказаться людей. Расстрелять пост из автомата было бы конечно самым лучшим вариантом, но повышался риск, что какой-нибудь мудак наверху успеет перерубить канат (или канаты), удерживающие решетку. Предназначенные к работе со штатными а не специальными боеприпасами тактические глушители на самом деле звук выстрела глушат не так уж и сильно, что могло стать проблемой. В этой связи было логичным чуть-чуть рискнуть и воспользоваться «Глоком». Выстрелы из него при некотором оптимизме можно было попутать с щелчками тетивы арбалетов и тому подобного. Ну а если пистолета не хватит, автомат никто бы не запретил. Если конечно успеть передернуть затворную раму – у моего АКСУ было типичное для не убитых калашей тугое переключение переводчика, так что для своей личной безопасности я с предохранителя автомат снял, но патрон в патронник не досылал.

Пост в проеме воротной арки состоял из шести человек, очень любезно перед самым моим появлением оказавшихся подсвеченными подвешенным за нижнюю перекладину герсы[18] фонарем. Насчет решетки меня, кстати, обманули, она была установлена не с внутренней стороны проема в стене, а примерно на двух третях его длины, метрах, наверное, в трех от створок внешних ворот. Надо полагать на стыке самой стены и пристройки к ней, которая, будь у ан Бойгенов чуть более желания и денег, стала бы основанием надвратной башни.

Караул без сомнений имел основной задачей вовремя захлопнуть внешние и внутренние замковые ворота и, возможно, поэтому состоял из одних мужчин. Во всяком случае мне так показалось по их телосложению, прежде чем я начал часто-часто наживать на спуск.

Не будучи дураком, выныривать прямо из-за открытой створки я не стал, забрал в сторону. Это наверняка спасло мне если не жизнь, то здоровье, ибо там меня поджидала плечистая фигура с обнаженным фальшионом в руке. Прикрыть тяжелые створки постовые конечно не успевали, однако глупо было бы рассчитывать что наше стадо слонов никто не услышит.

Расстояние между нами было около четырех метров, так что шансов у мужика не было. «Мозамбикский удар»[19] сбил его с ног как куклу. Следующему воину, полуприкрытому его телом, три пули уже не понадобились. После выстрела в голову первому я просто перевел на него ствол, и первой же пулей вышиб бедолаге мозги.

Оставшаяся четверка была разделена на две группы. Двое у второй створки и еще двое за ними, под фонарем. Шансы у них, что бы кто ни думал, были. Четыре-пять метров дистанции это не так уж и много для быстрого, физически развитого человека. Если бы у него хватило ума бросится на меня, а не пятиться назад.

При прочих равных самой опасной целью считается ближайшая, поэтому первым ангел протрубил паре у створки. Правый боец, получив свои пули, рухнул в штатном режиме, а вот с левым пришлось повозиться – он очень не вовремя шарахнулся назад и попытался бежать, так что, продвигаясь за ним я израсходовал по нему шесть или семь патронов. Так, кстати, наглухо и не успокоив, ибо двое в глубине тоже решили поле боя покинуть. Остаток магазина ушел им в спины, оставив у внутренних ворот еще одного недобитка.

Последним он впрочем, пробыл считанные секунды, ибо мои знавшие свой маневр будущие кнехты устремились вперед, и кто-то из них доколол его тычком алебарды. Я от такого благородного порыва конечно же не отстал. Угробить своих людей оставшись с внешней стороны рухнувшей герсы было бы крайне политически неправильным.

Во внутреннем дворе замка с пистолетом делать было нечего, так что он вернулся в кобуру. Пришло время для «Сучки», теперь разница в децибелах не имела значения. Первый магазин ушел по собиравшейся у ворот толпе тремя длинными очередями и мгновенно раскрасил ночь криками боли, страха и паники. Ответом на это за спиной бухнуло, зацепленный за решетку фонарь ярко полыхнул на земле. В караулке наконец-то сообразили что надо делать.

– Наверх все! – Завопил я, взбираясь по каменной лестнице и меняя магазин на ходу. Две лестницы рядом с воротами действительно были расположены очень удобно, нужно было срочно уводить людей со двора.

Пиплы противника на освещенной все теми же фонарями стене было немало, но боеспособных из них единицы, поднимавшейся впереди солдатне помощь автомата по сути не требовалась. Меня чуть не сбил с ног фонтанирующий кровью труп, еще пара тел рухнула со стены и мои доблестные воители вломились в расположенное над воротами караульное помещение. Ну а впечатленный их натиском неприятель ломанулся к угловой башне искать укрытия.

Где теперь нужнее всего мой ствол двух мнений быть не могло. Я отодвинул плечом Хёука и быстрым шагом продвигаясь вперед открыл огонь с ходу частыми одиночными выстрелами, как будто блять, в каком-то шутере. Ну, или на соревнованиях по практической стрельбе

Это был по сути не бой, а самая настоящая бойня. Никакого сопротивления. Я просто переводил красную точку марки прицела с фигуры на фигуру и люди падали один за другим как будто кегли на стрельбище. Причем часто не в одиночку, на такой короткой дистанции сердечник пуль обычнейших 7Н10 прошивал жертвы навылет и поражал оказавшихся за ними неудачников. У ведущей внутрь угловой башни калитки люди еще и скопились в толпу, так что тут эффект применения огнестрельного оружия стал еще более ужасен. Я не фигурально, а в самом прямом смысле слова навалил целую кучу трупов, что помимо прочего не позволило защитникам закрыть дверь.

Далее я конечно же сменил магазин и кинув в дверной проем ручную гранату встал в нем. Здесь я, наконец, столкнулся с первым полноценным сопротивлением. Старик с длинной седой бородой и отсутствующей выше локтя правой рукой всерьез намеревался пропороть меня палашом. Если бы не граната, у него, возможно даже бы получилось. А так его оглушило взрывом и видимо ранило осколками, так что старикан запоздал и расплатился за это двумя пулями в лицо. Еще две вроде бы готовые к контратаке бесполые из-за полутьмы и дыма фигуры были расстреляны следующими. Они, однако, находились поодаль и заметных шансов достать меня пожалуй что не имели в принципе. Напоследок досталось и ломящимся по лестницам паникующим бегункам.

Даннер, Хёук, выживший Дьерт и еще несколько человек смотрели на меня как на бога. Без всяких шуток. Висящий на крюке над калиткой фонарь даже слишком хорошо освещал их застывшие физиономии.

– Хёук, люди твои. Малыш, тебя это тоже касается. Забаррикадировать лестницы пока обороняющиеся не опомнились. Вверх-вниз не лезь. Я – на стене, отправлю вам помощь, после этого будете зачищать башню. Вперед!

– Да, фер! – фанатично блеснули глаза хитреца, наконец-то получившего случай проявить свою распорядительность.

Я неторопливо перешел к караулке, на ходу обстреляв скапливающуюся у подножия лестницы группу и добавив паники среди метавшихся по темному двору людей. В караульном помещении находились массивный кабестан с перерубленным канатом, три покойника и серьезно раненый Уллер.

– Держись! – глянул я на его перетянутую платком ногу. Краткий курс первой помощи не прошел для роты бесследно. – Тебе сейчас главное кровью не истечь. Чуть успокоится – помогу.

– Да, фер Вран. Я потерплю.

У подножия второй лестницы тоже собирались аборигены. Остатки магазина ушли по ним. Остался только один полный.

Капитан, оставив четверых бойцов на прикрытие подъемов на стену, пытался выломать калитку у второй башни. Судя по первой, укрепленной стальными полосами, занятие это было для оптимистов. Автомат с этой стороны не работал, так что аборигены в башне закрыться успели.

Да и не только закрыться, но и опомнится, поскольку в подсвеченной внутренним освещением башенной амбразуре мелькнула тень, и рядом со мной щелкнул болт. Далее, судя по шевелениям, отстрелявшегося арбалетчика заменил второй… но заменил себе на беду, ибо я поймал зев бойницы маркой прицела и дважды нажал на спуск. Движение стихло.

– Заканчивай капитан это гнилое дело, не будем хватать кусок который не сможем проглотить. Башня с той стороны ждет вас. Я в караулке останусь, возьму под обстрел двор с лестницами. Это сейчас самое важное. Тех четверых мне хватит.

– У меня еще двое раненых.

– Их тоже в караулке оставь, чтоб Уллеру скучно не было. В башне первой верхнюю часть зачисти.

– Разберусь как-нибудь, – поморщился Лойх.

– Разберись, – хмыкнул я, вытаскивая из гранатного подсумка пачку с патронами. Наметилась небольшая передышка, нужно было снарядить опустевшие магазины.

* * *

Передышка со стороны оставшегося в крепости пиратского гарнизона оказалась вовсе не небольшой. В сущности, с этого направления нас до рассвета никто и не побеспокоил. Это дало время кэпу спокойно зачистить башню, ну а мне навалить еще кучу людей за стенами, когда потрепанный пиратский отряд со светом начали отжимать к замку.

Тут автоматическое огнестрельное оружие показало еще одну грань результатов своего применения. Для противостояния хорошему, вооруженному полиармом противнику пиратам нужен был строй. И что главное, строй довольно плотный. Рассыпуха хороша либо при добивании и преследовании, либо при бегстве. Аборигены, надо отдать им должное, отступали к замку в полном порядке и находясь лицом к врагу. И все у них было (почти) хорошо, пока я не открыл огонь в спины. Без фанатизма, все теми же частыми одиночными выстрелами. И строй от огня всего лишь одного автомата буквально сразу сломался. Пираты банально побежали. Ну а Боу, не будь дураком, скомандовал «фас».

Не могу однако сказать, что при преследовании защитникам Бойгендэйла удалось нанести очень серьезные потери. Даже с моей помощью. «Вепри» перебили в большинстве раненых, слабаков и запаниковавших неудачников. Но судьба фьефа в любом случае была безоговорочно решена. Собранное фером Рейгом ан Бойгеном ополчение перестало представлять собой организованную силу и тупо разбежалось по сторонам. О чем сам фер Рэйг наверняка мог не печалиться, ибо первой я расстрелял именно его группу. Если это он, конечно, командовал в вылазке. Группа управления и командир в мой бинокль определились на раз.

Одна из проблем исчезла. Теперь требовалось разобраться со второй. И желательно без большой крови, которая относительно укрывшегося в замке мирняка становилась практически неминуемой, если наши опьяненные цепью побед солдаты попадут на его внутренний двор…

Глава VIII

– Фенн Аэд? – Не соизволив встать с кабестана улыбнулся я знакомой физиономии. – Рад, очень рад увидеть вас живым. С чем пожаловали?

Под белым флагом на стену поднялись двое – симпатичная русоволосая женщина слегка за сорок в темных тонов платье со шнуровкой и вчерашний посол. Оба выглядели мрачными, решительными и не выспавшимися. До того момента как смогли меня внимательно рассмотреть.

Ан Сигген на вопрос не ответил. И он, и леди скребли взглядом по моему обмундированию, снаряжению и автомату, на глазах становясь, раз, наверное, в пять более мрачными, чем раньше. Когда он со словами нашелся, в глазах уже стояла тоска.

– И что к нам такую акулу приманило?

Признаюсь, в первую секунду я даже не понял, о чем он.

– Что Справедливейшей ваш разбой надоел не поверите? – Когда разговор пошел не по плану, пудри оппонентам мозги мистикой. Вон, у подслушивающих солдат сразу же загорелись глаза.

– Нет! – Решительно покачала головой женщина.

Кто-то из зольдов хихикнул.

– Ну да, – не стал я его одергивать и процитировал известного богослова времен французской булки, – «Не надо звать бога там, где можно обойтись стражею».

У леди дернулся глаз. Я, как ни в чем, ни бывало, продолжил:

– Я понимаю, что мой вид вас отвлек, но все же настаиваю на ответе. Чего надо?

Парламентеры переглянулись и ан Сигген, смутившись, представил даму. Что вообще-то должен был сделать сразу.

– Фер Вран, хочу представить фрейю Эмму ан Бойген, мать властителя Бойгендэйла.

– А вы прекрасно сохранились, фрейя Эмма! – Покачал я головой. – И не скажешь, что у вас взрослые внуки.

– Это семейное! – Вежливо улыбнулась она.

Семейная тюрьма, наверняка хотела сказать она. Рассади десяток небедных людей по камерам, вот тебе и золото на курс омоложения нашлось.

– Рад за вас. Так с чем пожаловали?

Впрочем, тут нас немного отвлекли, в караулке появился Лойх с «дверью» трофейной павезы в руках, сопровождаемый двумя прикрытыми ими же солдатами. Умница ан Феллем не стал бравировать риском, и предпочел перебежать в караулку, не провоцируя неприятельских стрелков. Мало ли как в замке с внутренними врагами.

– Ты вовремя, фрейя Эмма как раз хотела сказать, зачем пришла. Фрейя мать фера Рейга.

Капитан взял табурет и сел рядом со мной:

– Неплохо выглядите для дамы с взрослыми внуками, фрейя Эмма.

– Спасибо, капитан ан Феллем! – Слегка раздраженно ответила пиратская крестная мать. Ну да, женщины упоминаний о своем возрасте не любят.

– Давайте перейдем к делу, – напомнил я.

Прежде чем ответить, леди еще раз задержала взгляд на моем автомате. Я мысленно хмыкнул. Ну да, тип с магическим или возможно техномагическим оружием (а другое в ее картину мира не поместится) для пиратов из ибеней это оглушительный аргумент. По идее, аналоги моего автомата, причем не имеющие и половины его возможностей, должны продаваться если не по цене платины, простите – мифрила, то по цене золота наверняка. И далеко не каждый его сможет купить, даже имея такие деньги, ибо товар штучный.

– Я пришла договориться об условиях сдачи.

– Тяжело вам будет, – покачал головой я. – Мы же все понимаем, что предложить вы можете только целый замок и золото? Деньги и драгоценности мы и сами возьмем, а замок отремонтировать можно. Это стоит отсутствия мстителей, не так ли?

– Вы нам жизнь обещали, фер Вран! – вмешался ан Сигген.

– Фер Вран обставил свое обещание условиями! – фыркнул на это кэп.

Я тоже улыбнулся:

– Да, ваше подлое нападение любой может оценить как отказ. Не поздно вспомнили?

– Мой сын уже расплатился за это, – привела несколько хилый аргумент дама, – а камень еще не вылетел.

– О как! – сказал я. – Да вы прямо за горло берете.

– Что вы можете нам предложить, чтобы выйти из этих стен живыми? – Сказал капитан. Ему политесы видимо надоели, ну и свой интерес нужно было соблюсти.

Например, обсудить сумму выкупа «за свободный проход», про который на этапе предварительного обсуждения условий никто из нас, разумеется, не упоминал. Наниматель, ну и я, как лицо заинтересованное, могли сколько угодно обещать сдавшимся безопасность. Однако реально решать, будут ли аборигенов после сдачи потрошить на пути к свободе, чтобы посмотреть не проглотили ли они драгоценности или требуя указать тайники в замке, мог один только человек командующий наемниками. И вряд ли тот же ан Сигген мог думать, что без откупных обойдется. Для капитана же самое главное было не продешевив, угадать сумму, которую неудачники смогут выплатить. Избиение сдавшихся мало того что испортило бы отношения с лицами обещавшим им безопасность, так еще и сулило плохой пиар, если стоящей массакры добычи не найдется.

Если бы аборигены были мне здесь нужны, им выживать было бы конечно проще. Наемники не входили бы в места их компактного проживания и по откупным капитан договаривался бы в основном с «фером Фергусом» и мной. Но, увы, не свезло.

– Я согласна отписать феру Врану ден Гарму замок. – Согласилась с моими мыслями фрейя Эмма.

– Продолжайте! – довольно кивнул я.

– Но хочу гарантии выполнений всеми вами обещанного.

– Не верите на слово? – Хмыкнул капитан. – Обидно.

– Мне «Мамой клянусь!» сказать? – добавил я.

– Этого недостаточно. Договор должен быть подписан независимыми свидетелями. – Как будто перед прыжком в воду выдохнула фрейя. – И самое время их пригласить.

– И какие же независимые свидетели вас прекрасная фрейя устроят? – заинтересовался я.

– Чины двора или канцелярии наместника, судья или рив с парой товарищей[20]…

Хитрая баба хотела продолжить, но я ее перебил.

– Вы бы не гнали так лошадей, прекрасная фрейя. Давайте я закончу, что вы хотели сказать. Стороны заключают перемирие до прибытия указанных вами лиц, не так ли? Короче говоря, мы вас в этом замке не режем, а ждем их прибытия, после чего вы сдаетесь. Делов примерно на пару дней, не больше. Не так ли?

– Да, все так. – Осторожно согласилась со мной женщина.

– Ну, для начала сроки не сойдутся. – Осуждающе покачал головой я. – Делать уездному судье или риву нехуй, по непонятно чьему свистку в Бойгендэйл нестись.

– Смену владыки Имперского фьефа вам все равно регистрировать придется.

– Мне это известно.

– И как докажете что не подделали подписи и печати?

Мы с Лойхом, не сговариваясь, переглянулись. Такая, воистину материнская забота о моих интересах выглядела невероятно подозрительно.

– Вы даже не представляете, как приятно в наше время встретить честного человека, – смахнул несуществующую слезу я. – При столь ужаснейших обстоятельствах! К сожалению.

– Не паясничайте, фер Вран! – Возмущенно рыкнула баба. – Вам не идет!

– А что мне остается делать, если за дурака держат? – хмыкнул я. Засмеялся не только капитан, но и солдаты. – Про жажду честь по чести узаконить передачу земли им будете рассказывать. А я предполагаю скорое возвращение ваших кораблей, с какой-нибудь сволочью на них.

– Это не так! – неубедительно попыталась мои умозаключения отрицать фрейя Эмма, по женской привычке желая перевести бой на измор. Этого даже фенн Аэд не оценил.

– А мне, в общем, плевать, – пожал плечами я. – Либо подыхайте, либо сдавайтесь на наших с капитаном условиях. И брать время подумать лучше не стоит. Когда тут появится мой друг фер Фергус, сдача обойдется дороже. Как минимум.

Ан Сигген осторожно покосился на пытающуюся не взорваться бабу и перевел огонь на себя:

– Каковы ваши условия?

– Тысячу ауреев капитану, тысячу мне на хозяйство. Фер Фергус не жадный, он обойдется. – Вокруг опять засмеялись. – Ваши люди могут катиться на все четыре стороны в том, что на них и с тем, что смогут унести. Рекомендую водой, чтобы наши смелые парни не догнали.

– Нам не собрать такую сумму! – Пришла в себя фрейя Эмма и отчего-то решила, что с ней будут торговаться.

– Значит, вас будут резать, бить и пытать. И вот тогда посмотрим, сколько тут накопают и смогут собрать. И скольких потом закопают тоже.

– Вы обещаете…

– Мы зарабатываем на жизнь войной. Нет причин, по которым морским грабителям и убийцам золото нужнее, чем честным наемным солдатам. – Развел руками ан Феллем. – Если, фрейя Эмма, вы не согласны, вымаливать сдачу не буду.

– Капитан свое слово сказал, – пожал плечами я. – Полностью с ним согласен.

– Это все ваши условия? – Задумчиво уточнил ан Сигген, конечно же, зацепившийся за «ваши люди» и прочее. Мужик дураком не был, я это сразу заметил.

– Конечно…, нет! – Улыбнулся я. – Ан Бойгенам и их виднейшим слугам прямо богами прописано в моем новом замке остаться погостить. Ненадолго. Рива там или судью подождать. Ну, или чиновников из канцелярии наместника, если тем будет недосуг. Как фрейя Эмма только что предлагала. Нам ли оспаривать ее мудрость? Подпишем, заверим, отметим сделку – вместе с ними и уедете. В том, что на вас будет и с тем, что сможете унести. Денег с собой разрешаю взять не больше аурея на голову

Фрейя Эмма заледенела лицом. Фенн Аэд тоже не нашел что сказать.

– Портить мое имущество не рекомендую. Всех виновников найду и повешу. – Добавил я. – Когда я говорю всех, это значит всех. Пленных в тюрьме это еще больше касается. Всем кто даже рядом стоял не жить.

– Нам нужно немного времени, – покосившись на женщинуи не дождавшись от нее никакой внятной реакции, сказал ан Сигген.

Мы с капитаном переглянулись, и тот безразлично махнул рукой:

– Если не складываете оружие, готовьтесь умереть с ним. Продолжения разговора не будет.

– Ваше время пошло! – Добавил я, и, подойдя к стене, перевернул стоявшие на особой полочке мощные песочные часы. – Успевайте до последней песчинки.

Механические часы в Аэроне были известны (но дороги), техномагические как я слышал тоже (но очень редки и чрезвычайно дороги), так что провинция пробавлялась часами песочными и солнечными. Этими пользовался караул. Я впрочем, не знал их точно отмеряемого временного промежутка, но это, по сути, было неважно. Даже два часа для нас никакой роли не играли.

– И да, – добавил я в спины парламентеров, когда они уже вышли на стену, – в зачет двух тысяч ауреев пойдут только деньги и драгоценности. Не тяните с поисками. Целее будете.

Госпожа ан Бойген ожидаемо не ответила.

* * *

Пока уцелевшие ан Бойгены решали как в чем бы нас наебать, мы с кэпом подняли герсу в воротной арке и наладили связь с волей. Ночь там прошла замечательно, но рота потеряла до сорока человек убитыми, включая двоих из моей группы. Еще человек пятнадцать можно было предполагать, помрет позже.

Сводно-сбродная пиратская солянка показала себя заметно лучше чем мы с Лойхом ожидали. Потери у требушетов они, кстати, понесли не такие уж и большие (как и всегда в лобовом столкновении) и не будь за спиной меня, имели все шансы уйти в замок в полном порядке. Отбитая вылазка превратилась в разгром только после того как протрещал свое веское слово Его Величество АКС–74У.

Детище Михаила Тимофеевича аборигенов без сомнения впечатлило. Если не сказать более. Взгляды соратники на него бросали такие, что подспудно хотелось сидеть и не вставать, прижимаясь спиной к стене. Инстинктам ведь не сразу объяснишь, что в Империи на подобный боевой артефакт не то, что чернь, далеко не всякий могущественный аристократ рискнет позариться. Такие изделия в этом мире товар штучный и у кого попало по сундукам не валяющийся. Стоит одному из них у кого-то постороннего всплыть, этому постороннему законные наследники владельца глотку вырвут. А потом еще и по цепочке причастных пройдутся, чтобы никто обделенным не остался. Ну, или тот, кто никого не боится, отберет, что нисколько не лучше.

Не знаю, сколько я из него убил людей. Много. Специально даже не пытался считать. Но Хела жатвой явно была довольна, пускай за спиной какое-то время и ощущалось нечто подобное недоумению. Усталости не чувствовалось ни на йоту. Напротив, был прилив сил, и ясность мысли, словно я стимуляторами упоролся. Причем, без каких либо признаков грядущего отходняка.

Времени, чтобы обдумать дальнейшие действия было более чем достаточно. Замок уже можно было считать моим. Может быть, не увидев автомат в действии, ан Сигген с молодым ан Бойгеном и рискнули бы уничтожить ворвавшуюся в крепость группу контратакой, чтобы затянуть осаду хотя бы на день, но после ночной бойни это явно грозило им мятежом и копьем в пузе. Соответственно нужно было срочно договариваться о сдаче с максимально мягкими условиями, что собственно парламентеры и проделали. Я же со своей стороны пошел им навстречу и умышленно не жестил.

Выставленные два косаря золотом для пиратского кубла суммой были более чем подъемной. Оценивая платежеспособность клиентуры в расчет пошла не только предложенная в откуп тысяча, но и стоимость имущества первых лиц призамкового городишки, что было куда надежнее. Собственно, можно было даже три запросить – тут наверняка давить и запугивать бы пришлось, но в итоге заплатили бы, куда делись. Но тут меня придавила жаба. Вот никакого интереса не было у старого прапорщика, чтобы ценности из ухоронок рассчитывающих если не вернуться, то оставить нас без денег аборигенов в чужие карманы перекочевали. А так, переполненных тайников в этом замке должно будет остаться немало. На радость археологу с хорошим металлоискателем. В жопе люди из замка много драгоценностей не унесут. Хотя бы потому, что истеблишмент долины я в нем погостить оставлю.

Фрейю Эмму я знал недолго, но в том, что она, сидя в камере, будет раз за разом глотать кольца и серьги с драгоценными камнями почему-то не верилось. Да и «торпеду» при доступных ей материалах и приспособлениях долго там в «бардачке» не подержишь.

* * *

Гарнизон замка сдавал оружие. Желание очистить жизненное пространство никого не удивило, тему при обсуждении последних штрихов условий сдачи ни фрейя Эмма, ни фенн Аэд даже не упомянули.

В этой связи с изгнанием коренного населения я решил не затягивать, так что освободившихся от железного доспеха и ценных колюще – режущих предметов людей наскоро обыскивали, чтобы они не унесли с собой больше разрешенного аурея на рыло, вооружали дротиками оставшихся безоружными и собирая группами по полсотни душ выпроваживали из долины. Желающих на уцелевших маломерных судах, включая наскоро отремонтированные, желающих пешим путем. Но всех до единого под конвоем. Экстемалов рискующих покинуть Бойгендэйл сухим путем нашлось немного и в большинстве – старики. Их, как я понял, в окрестных горах поджидала родня. По крайней мере часть мореманов тоже – как нам подсказывало донесение из порта, баркасы высаживали пассажиров за границей моих земель и возвращались за следующими. Тут камраденшафту пиратов можно было только позавидовать. Пускай оно и сулило проблемы. Но не раньше, чем я семью ан Бойген и богатеев из узилища освобожу.

Последняя категория, конечно же, пыталась от моего гостеприимства увернуться. Кое-кто даже спустившись на веревках со стен, мир их праху. Тагма бдила. Более благоразумным контингентом занимались возжелавшие хоть чем-то заняться шпики. Нелегалы с их опытом легко вычленяли из людского потока определяемых по внешним признакам людей и после короткого проверочного опроса отводили в сторонку вместе с семьями. Последние мне были не нужны, но выкинуть женщин и детей за забор без мужчин ни у кого из троих землян совести не хватало. Врагов у местных «важных людей» должно было быть немало.

– Как оно, чувствовать, что тебе принадлежит все вокруг? – улыбнулся подошедший ко мне капитан.

– Мне еще ничего не принадлежит, я только лапу наложил. Надо юридически оформить.

– Ты фера Рэйга уложил…

– Мне уже сообщили, но без подробностей.

– В замок его притащили, умирает. Оруженосцам хочу предложить найм. Господина не бросили. Бились над телом как одержимые. Боу не приказал всех троих пощадить, потом только мечи бросили.

– Верность качество хорошее и редкое. Правильно поступил, капитан. Рачительно. – одобрил я. – Только их одних?

– Нет, но в замке мало хороших воинов. Помимо тех двоих, из пленных человек может быть пять найма стоят.

– Кто знает, может и парни из леса подвалят.

– Неважно. Людей я и так найду.

– Не хочешь на подвалы взглянуть? – перевел разговор я. – Я тут собирался на пленников посмотреть.

– С удовольствием!

В Бойгене тюряга в подвале донжона, конечно же, не предусматривалась. Внутренняя площадь замка составляла где-то гектар, так что места для нее было с избытком. Особенно если учесть что иногородние постояльцы квартировали под землей. Наверху в два этажа были камеры для своих и жилые помещения для семей замковых слуг и кнехтов.

– Вы что, из своих подвалов на стены камень рубили? – поинтересовался я у сдающего должность и заселяющегося в одну из своих камер начальника местной тюрьмы и по совместительству замкового палача.

Шен Рик Алден был полной противоположностью предлагаемого масс-медиа образа средневекового палача – средних размеров немытого пузана, носящего кожаный фартук и штаны, дабы легко отмывались биологические жидкости, которые он на них спускает. Например, запихивая кому-нибудь добела раскаленный железный прут в зону, куда не светит солнце.

Увы, этот хрен был сухим, аккуратным, низенького роста живчиком с «офицерскими» усиками и холодными умными глазами. Опасным и умеющим работать головой человеком, иными словами говоря.

– И отсюда тоже, – кивнул он. Как неглупый человек палач ничего для себя хорошего в ближайшем будущем не ждал.

– Бери фонарь и показывай, кто тут сидит, шен Рик.

Палач непонятно покосился на меня и дождавшись, когда инспекция выйдет на минус первый этаж отпер камеру, рядом с лестницей.

При постройке подземной тюрьмы аборигены сильно не умничали и тупо вырубали камеры в каменном целяке. Фронтальную стену выложили из скрепленных известковым раствором камней, мощная дверь сбивалась из деревянных плах черного «железного дерева» с кормушкой в ней. Баланду, вероятно, подсовывали под дверь.

Розами в помещении конечно не пахло, вентиляция оставляла желать лучшего. Освещалось оно крошечной лампадкой. Сидело в камере № 1 два человека. На ноги встать, увидев меня, смог только один.

– Кто такие? – поинтересовался я у представителя уходящей администрации.

– Фер Лоу ан Дагер, кайнриец. Владетель острова Дагер и еще парочки рядом с ним. А на нарах подыхает его шуряк фер Лейн ан Ведделл. Вскладчину снарядили корабль, вдвоем и попались.

– Знаменитые кайнрийские пираты?

– Они самые, Ваша Милость.

– Кто вы? Я требую немедленного освобождения! – сообразил, что власть меняется пленник. Со здоровьем и у него было не все ладно. Островной диалект был понятен, но особенности произношения четко отличались на слух.

– Большой выкуп запросили? – Не обращая на него внимания, поинтересовался я у палача.

– За обоих? Слышал немалый, Ваша Милость. Сколько, не у меня спрашивайте.

– Что же тогда не бережете? Помрут ведь, выкупа не достанется. Одни убытки.

– Мне эти деньги в любом случае не достанутся. – пожал плечами шен Рик. – Как господин сказал, так и содержим. И так в камеру рядом с лестницей перевел. А коли подохнут, найдутся другие. Все жизни в руках богов.

– Ага, Хелы например.

Воздух всколыхнуло ледяным ветром, огоньки лампады и фонарей затрепетали. Палач вздрогнул. Сиделец отступил на шаг назад. Его помирающий шурин высунул голову из под шкуры, которой был укрыт. Трое сопровождавших нас с капитаном солдат фыркнули.

– Кхм, – в первую секунду не нашел, что сказать я, – Иногда даже буквально. Как попали в плен, фер Лоу?

Шокированный ан Дагер с ответом замешкался.

– Только не врать, – уточнил я. – Оскорблюсь.

– Да на риф они налетели, – дернул фонарем начальник тюрьмы, – где тут обманывать, Ваша Милость.

– Спаслись на ялике, ялик пиратам на глаза попал, – добавил фер Лоу. – Вы кто, фер?

– Определенно чувствую с вами нечто общее. Я новый владелец этого фьефа.

– Вы новый владетель? – На лице ан Дагера бурлили эмоции. – Я где? Чьи это земли? Бойгенов, верно?

– Юридически еще нет, но уверен, что оформлю все документы в самом ближайшем будущем. Пока лишь принимаю имущество.

– Я требую нашего освобождения! – На глазах обретал надежду фер Лоу. Он кстати был довольно молодым парнем. Не старше двадцати пяти лет наверное. – Между Кайнри и Аэроном мир! Мое пленение противозаконно!

– Я подумаю об этом, – пожал я плечами, не видя разницы между, наверное, уже сдохшим фером Рэйгом ан Бойгеном и этим типом, которому тоже немного не повезло.

– Да ты смотри, как он заговорил, Ваша Милость! – Словно отражая мои мысли, философски вздохнул палач. – Раньше наш «Быстрокрылый Лоу» не думал о законе.

– Мой гость такой известный разбойник?

– Если не врать, то нет, фер. Сам себе прозвище придумал и распустил. Чайка у него на гербе.

Гость дернулся, словно ему дали пощечину.

– Печально. – Я перевел взгляд на ан Дагера. – Шурина вашего подлечим. По крайней мере, попытаемся. Вашу судьбу, как я и сказал, решу позже.

– Фер…

Что он мне хотел сказать, я не слушал. А там и звуки остались за дверью.

В подземной части замковой тюряги было двадцать камер, восемь, плюс превосходно оборудованная палаческая на минус первом этаже и двенадцать на минус втором. Заселено было около половины, пленников содержалось восемнадцать душ.

Что интересно, кто их держал в плену, достоверно не знала ни одна из жертв киднеппинга. Ближайших соседей, как уже говорилось, ан Бойгены старались не трогать, штурмовали суда соседей дальних отнюдь не в фамильных коттах, выгружали пленных с мешками на головах, меняли через посредников и как меня уверил провожатый, строго следили, чтобы чернь не трекала языком. Короче говоря, вели очень продуманную бизнес-политику, которая, похоже, и не позволяла власти выжечь нахер это пиратское гнездо. То, что они при таких мерах предосторожности плавали в розыскных листах, уже было немного похоже на чудо. Косвенных доказательств у пострадавших должно было быть хоть жопой ешь, а вот с прямыми, позволяющими обвинить Имперского рыцаря, явно были небольшие проблемы.

Купеческие сообщества, надо полагать, надавили, ну или ошиблись целью фелюки из Бойгендэйла раз – другой.

Благородные и купцы разной степени зажиточности делились среди сидельцев почти поровну, восемь и десять человек соответственно. Помимо виденных мной кайнрийцев нашелся благородный господин из Демеции и пятеро неудачников от родных эвкалиптов, до кира Ариана ан Раннарда включительно, наследного «морского» маркиза со Сколдских островов. Последнее меня, кстати говоря, впечатлило. Попахивало политикой.

Неблагородные купчишки, впрочем, тоже не галантереей в розницу торговали, и политикой среди них воняло не меньше. Сидевший в клетке уж третий месяц как досточтимый шен Эган Лавелл владел не самым бедным торговым домом в городе – близнеце Бир-Эйдина Вейе, например.

– Дешево ан Бойгены откупились, – отчасти отражая мои мысли, вздохнул кэп.

– Не факт, – попытался я отвести его мысли в другую сторону. Вовсе не нужно было искушать моего друга мыслью, что где-то в замке таятся сокровища. – Владыкам здесь золото тратить некуда. Резерв в тысячу-две золотых в самый раз в замке иметь, а остальное умный человек работать заставит. В банках обезличенные счета есть, к ростовщикам эти деньги вложить – вообще милое дело…

– Ты сжечь этот замок не хочешь, пока тебя на его воротах не повесили? – Перебил меня Лойх. Продолжение фразы касательно владельцев нуждающейся в сносе недвижимости висело в воздухе.

– Я рискну. – Просто ответил я. – Если ко мне придут по настоящему деловые люди, мы с ними договоримся. С теми конечно, кто выживет.

Фонарь в руке палача дрогнул.

– А ты, шен Рик, – обратил я свое внимание на него, – когда я в своем новом владении закреплюсь, и все претензии предыдущих владельцев с их друзьями урегулирую, приезжай. Верный здравомыслящий человечек с твоей профессией мне пригодится.

– Спасибо, Ваша Милость, – обернувшись, буркнул тюремщик. – Я подумаю.

– Подумай, отчего не подумать. Ну а сейчас, бери жену и детей, и приберитесь в камерах. Солому эту гнилую и шкуры с нар убрать нахер, отмыть все как в господских палатах, парашные ведра тоже заменить, нормальные светильники поставить. Имущество на замену можешь брать где угодно. Будут препятствовать иди ко мне.

– Что с нашими постояльцами, фер? – Подумав, спросил палач.

– Как отмоете и подготовите пустые камеры, уплотняйте. Купцов к купцам, благородных к благородным. Кого стоит освободить, решу чуть позже. Вот эти два друга чтобы все было гладко останутся здесь.

Оба «моих» солдата скривились.

Сами пошли под мою руку? Теперь привыкайте, негодяи.

– К кайнрийцам никого не подсаживать, – отбросив лирику в сторону, продолжил я инструктаж. – Нечего пиратов поощрять.

– Понятно, Ваша Милость, – ответил солдат постарше.

– Ну и оружие и тому подобное в камерах конечно лучше не прятать. – Напоследок обратился я к палачу. – И сам это заруби на носу и родственникам скажи. Найдется что-то – сразу голову с плеч. Из тех, кто будет тут сидеть, грабить имеет смысл одних ан Бойгенов. Вот только договоренность о сдаче этого мне не позволяет. Отпущу всех вас, когда фьеф станет моим. Если сами глупостей не наделаете. Не надо их провоцировать.

– А много нажитого позволите с собой забрать, Ваша Милость? – наконец-то показал в ответ меркантильный интерес продажный дубак.

– Коли не подведешь, то все что у тебя есть. Если конечно чужого золота в вещах не найдется. Но если решишь что умнее меня… – я задумался, – жену и малых не трону, живыми отпущу.

* * *

Оформление договора купли-продажи фьефа в кабинете на верхушке донжона прошло на удивление гладко. Я ничего лишнего у побежденных не просил, одни только скользкие формулировки чернового варианта поправил, кое что заставил вписать, ну и настоял на изменении заглавия. Со стороны фрейи Эммы было довольно мудро обозвать документ «Договором о передаче…», чтобы позднее если не опротестовать его в суде, то выпить у меня пару молочных цистерн крови юридическим крючкотворством. Что я ей собственно и сказал. Впервые за время нашего знакомства вызвав искреннюю усмешку.

«Продажу» лена за золотой и милосердие с снятием дальнейших претензий к мужчинам рода ан Бойгенов в придачу опротестовать было куда сложнее. Особенно если учесть включенное туда мной все то же юридическое крючкотворство. Фер Рэйг со старшим сыном были там прямо названы пиратами, ну а Бойгендэйл пиратским гнездом. Причину войнушки я тоже не обошел, отразив в тексте версию гнева фера Фергуса ан Апольда на ограбивших и лишивших его супруги злодеев. Росписи шпика и проигравшей межевую войну стороны всю эту херню заверяли и делали абсолютно железобетонной. Это даже хмыкнувший Киран признал.

Не могу сказать, что фрейя Эмма приняла текст с удовольствием, однако своим именем, печаткой и росписью верность корявых росчерков и отпечатков большого пальца своего тяжело раненного сына все равно подтвердила. Большую печать владетеля к сургучу прикладывал внук, еще более везучий чем мне казалось фер Эмин. Парень мало того что при нашей первой встрече не потерял глаз, так еще и ночью, поймав две автоматные пули, отделался легкими касательными ранениями в плечо и задницу. В документе он стал вторым свидетелем подтверждения договора умирающим отцом со стороны семьи. Если бы папаша фера Эмина к этому времени окочурился, договор бы заключался с ним. Но так как этого не произошло, пришлось идти по сложному варианту. Срезать углы не имела никакого желания ни одна из сторон. Рэйга ан Бойгена для этого дела мы даже в чувство привели, Макс «ан Брейг» нашатырем воспользовался.

С нашей стороны три экземпляра соглашения подписали я, как новый владелец собственности, «фер Фергус» как лицо месть заказавшее и капитан, как личность ее вершившая. Понизу оставили место для установочных данных, печатей и росписей представителей власти. Ан Бойгенов, как и договаривались, я отправил в тюрягу ожидать их, несомненно, скорого появления. Наверху, в смысле на плюс втором этаже все той же тюрьмы остался только умирающий от засевшей в районе печенки пули былой владетель и сиделкой с ним тринадцатилетняя рейна Девона, с поскрипывающим зубами от ненависти волчонком-близнецом Тегуином для прочих нужд. Последнее кстати, могло обещать щенку неприятности куда вероятнее, чем нежный возраст и красота сестрице. Касательно той я, по крайней мере, искренне дал гарантии безопасности перепуганным матери и бабушке. А вот про мальчика все забыли. Возможно, зря.

Впрочем, я не особенно в его отношении волновался. Фер Рэйг был явно слишком плох чтобы дожить до того момента, как в куцых мозгах его сына созреет какая-нибудь глупость.

Завершающий акт практически уже состоявшейся сделки открыл голос Кирана ан Крайда, полный добродушной усмешки:

– Фер Вран ан Бойген, первым хочу тебя поздравить подлинным Аэронским аристократом[21]!

– В договоре фер Вран ден Гарм, – улыбнулся я, пожимая его руку, – так что фер Вран ден Гарм ан Бойген.

– Хочешь родовую фамилию сохранить?

– Да, – не стал я вдаваться в подробности. – Хотя я еще не ан Бойген, так то. Империя про договор не знает.

– Это формальность, – отмахнулся собеседник. – Ты только не дай себя убить. Тебе, фер Вран, сейчас судья или рив нужен, чтобы какие-нибудь хитрецы законность договора не опротестовали…

– Я понимаю.

– …Но с такими формулировками, которые ты внес, никто его не посмеет отменить. – Фыркнул маг, хлопнув меня по плечу.

– Побеждает умнейший, – немного смутился я. – Я еще и с освобожденных пленников показания соберу. Ну а жалобы с просьбами покарать они и сами напишут. Те, кто месть в свои руки не возьмет.

– Такие найдутся?

– Ну, разумеется! Считаю, что как минимум ан Раннард этого так не оставит. Да и богатые купцы люди злопамятные.

– Ан Раннард из каких? – заинтересовался колдун.

– С самых верхов. – Самодовольно хмыкнул я. – Кир Ариан, наследник.

– Ого!!!

– Я тоже так подумал. Сначала. Потом решил, что воняет политикой. И это знаешь ли, не нравится. Лучше бы его не было.

Киран задумался.

– Мог и случайно захваченным оказаться. До Сколдов отсюда немало.

– Я тоже немного удивился, что ан Бойгены на мои угрозы не наплевали и не пустили под нож всех в тюряге к херам. Хуже бы им не стало.

Еще одна пауза перед ответом.

– Ты знаешь, – с сомнением начал ан Крайд, – ты, фер Вран, наверное, в чем неправ… Если эта гнусность открылась бы, а ты человек цепкий, им всей семьей только в море топиться. Да и всем кто с ними связан тоже. Пока живыми не взяли. Любая протекция отступится.

– Ну, хорошо, коль так. – Не стал возражать я. Но согласия что «крыша» отступится, больше не стало. Покровитель зависит от исполнителя не меньше чем исполнитель от него гораздо чаще, чем многим хочется.

– Что хорошо? – засмеялся подошедший «ан Апольд», обнимая и тоже пожимая мне руку. Максим лыбился рядом. – Что этот «аристо» на дерьмо исходит в этот самый момент?

– Выпущу я его. Что ему на говно исходить?

– Ха, – широко улыбнулся «ан Брейг», – а он-то про это знает?

Все вокруг, включая меня самого, грохнули смехом.

– Ты уж выводи всех оттуда скорее! – плеснул в костер веселья бензинчику капитан. – Пока твои гости тебя больше пиратов не возненавидели!

– Всех даже не просите! – Возразил я. – И так чуть не плачу…

В этот раз от взрыва смеха, как казалось, крыша чуть было не рухнула.

* * *

Среднестатистический уезд или если угодно округ, в любом мире уезд. Это территориальная единица, до любого уголка которой можно добраться в идеале за один, максимум за полтора-два дневных перехода. Конных, конечно же.

В Кантии, «районы» территориально были большими. Провинцией она была небогатой, людей сравнительно с равнинами в горной ее части жило куда меньше, строить мирным путем успешную жизнь им было сложнее, так что не стоило удивляться, что вышедшие из служак ан Бойгены когда-то семейным промыслом занялись. Если конечно отец основатель рода землю себе не целенаправленно под морской разбой выбирал.

Короче говоря, оставив свежий приобретенный фьеф рано утром, в уездный город Крунд прибыл я хорошо к вечеру.

При мозговом штурме, состоявшемся в процессе празднования нашей победы, общественность пришла к мнению, что местный рив мне не нужен, чернильные души из столицы провинции будут слишком дороги, так что идеальным вариантом будет привлечение для подтверждения договора уездного судьи. Так как я, до поплевывания на мнение коллектива, пока что не забронзовел, пришлось согласиться. Благо, что этот вариант был действительно оптимальным.

В итоге, на второй день после подписания судьбоносного соглашения я отбыл приглашать власть в принятые под мою руку пенаты, знакомить с освобожденными из тюрьмы пленниками (пока они не разбежались) ну и столкнуть лбами слугу закона с друзьями и подельниками ан Бойгенов, коли повезет. Тем к слову, после потери прав на фьеф стоило бы предикат син примерять, вместо ан.

Проблем с оставить владение без присмотра, слава богу (или богине) на данном этапе не наблюдалось. Помимо старшего шпика, младший вместе со мной ускакал докладывать о проведении операции на Монтелигеру, в долине оставался ан Феллем со всей нашей бандой. Кампания как таковая закончилась, но так как «фер Фергус» дал аванс ценой в месяц найма, Лойх согласился этот месяц квартировать в Бойгендэйле. Проводить боевое слаживание подразделений и обносить дома в опустевшем поселке, в основном. Ну и пошинковать мстителей, если они найдутся, само собой. Неважно, из ничему не научившихся местных они будут или какими-нибудь залетными.

Конечно, основные проблемы с мстителями должны были настигнуть меня позже, когда я, во исполнение заключенных договоренностей проигравшую войну семью из узилища выпущу, но мало ли какие обязательства покойного фера Рэйга с кем-нибудь могли связывать.

Последний, к слову сказать двинул кони на вторые сутки. Однако не от продукции алтайских оружейников, а от невзрачного «бытового» ножа, которым освоившийся в моем замке и немного восстановивший свои силы вином и закусью кир Ариан ан Раннард отпилил ему голову. Не могу сказать, что это меня опечалило, скорее наоборот, но вспомнивший все обиды свои аристократ на этом не остановился и, понимая, что на подземные этажи ему не добраться, переключился на более доступные цели.

Детей маркиз к всеобщему счастью сразу убивать не пожелал, так что мальчишка отделался сломанной рукой, разбитой головой и потерей сознания, а вот девочка страху действительно натерпелась. Тот восхотел ее изнасиловать не больше не меньше чем на обезглавленном трупе отца. Не знаю уж, специально или в порыве страсти.

Когда я вломился в камеру, девчушка уже почти не сопротивлялась, платье ее было разорвано, ну а сам кир Ариан пристраивался к ней между ног. Отчего был нежно взят за волосы и брошен головой в угол. Там он пребывать отчего-то не захотел, взялся за все тот же залитый кровью нож и наверняка попытался бы еще и мою голову отхватить, если бы не поймал свинг в голову, выдавший обществу все мое раздражение. Планы наладить отношения с еще одним аристократическим семейством пошли прахом, даже не начавшись.

Я, впрочем, не особенно переживал. Залитый кровью полутруп за ноги оттащили в пустую камеру, где и заперли, ну а я некоторое время не мог избавиться от вцепившейся в меня как клещ практически голой малолетней девицы, измазанной кровью как бы не больше виновника торжества. С трудом спасли мать и бабуля девушки, срочно выдернутые из отведенной им конуры.

Иными словами, день определенно прошел удачно. Сгенерировал эмоции, страсть. Без чужой помощи проснуться с рассветом никакого труда не составило.

И вот теперь я ехал по улице Крунда разглядывая тюрьмообразные дома его «чистого» люда. Во времена оны, когда войска Императора приводили Кантию к покорности, большинство городов будущей имперской провинции прав иметь вокруг себя стены лишилось, и очень немногие за прошедшие столетия сумели его вернуть. И Крунд, конечно же, к ним не относился. Но так как свято место пусто не бывает, население лишенных кольца укреплений и соответственно проблем с землей городов стали строить в них укрепленные усадьбы, местами огромные и даже похожие на замки, что выполняло ту же функцию и еще более надежно, чем обычно, отделяло богатых от бедных.

Комплекс зданий в центре объединял в себе ратушу, архив, суд и конечно же тюрьму куда продажная власть кидала свободолюбивых горцев и им сочувствующих. По скромности не напоминая, что особенности архитектуры делали этот комплекс еще и довольно явным убежищем для законопослушных людей, которые толстыми стенами не обзавелись. Ну, или, по крайней мере, их семей.

Однако сегодня заявляться к судье было поздно. Я, и мои сопровождающие устали, хотели жрать, да и неизвестно был ли Его Честь вообще на месте. С ним я собирался встретится завтра днем. Сейчас в моих планах был сытный ужин и постель на постоялом дворе. Который еще нужно было найти.

Глава IX

– Еще раз. Кто вы?

Уездный, или если угодно окружной судья фер Феррин ан Ниган, сидевший под играющим роль портрета Дзержинского изображением Хелы на троне с подлокотниками из черепов, в одежде определенно ценил практичность, был высок ростом, широк плечами, могуч чревом и своей щекастой физиономией впечатления простака не производил. Удивить его явно было непросто. Мне впрочем, это удалось.

– Меня зовут фер Вран ден Гарм, и я новый владелец Бойгендэйла, Ваша Честь[22]! – тяжело вздохнув, и для солидности поерзав по стулу задницей, послушно повторил я.

– Новый владелец это как? – все еще не верил судья.

– В общепринятом смысле, – уверил я. – Договор, все дела.

– А фер Рэйг про него знает?

– Как вам сказать, – поморщился я и, вытащив из кожаного тубуса один из экземпляров рекомого договора, положил его на стол. – Знал, пока был жив.

– Вы хотите сказать, фер Вран, что он продал родовой фьеф и после этого вы его убили?

– Не совсем. Я его всего лишь ранил. Смертельно. Но уверяю, он честно успел продать мне свое пиратское гнездо до того как скончался. С полным осознанием последствий своего поступка, без пыток, добровольно и все такое.

– Вот дела! – Развел руками служитель закона, прочитав документ. – Даже не верится. Бойгенов третью сотню лет никак не покарают за их бесчинства и тут неожиданно нашелся храбрец.

– Храбрец был не один, – не стал я забирать всю славу себе, – вместе с ним пришла рота таких же храбрецов. В итоге, со всеми этими храбрецами фер Рэйг не совладал.

– А я ведь ничего не слышал о вашей войне! С моря высадились?

– Нет, сушей в долину зашли несколько дней назад.

– Тем более странно, – испытывающее взглянул на меня фер Феррин, – что мне о вашей роте не донесли.

– Не спорю. Я от тамошних пиратов свою землю пару дней как успел очистить. Действительно странно, что слухи до сих пор до вас не дошли.

– Что вы имеете в виду под «очистить»? – мгновенно переключился на другую тему мой собеседник. В Крунде и раскиданных по агломерации отдельных усадьбах жило не более шести тысяч человек, как я подозревал. Бойгендэйл населяло не менее трех тысяч.

– Ничего сильно жуткого или ужасно криминального, Ваша Честь. Выкинул с моей земли на все четыре стороны с наказом больше не появляться.

– И все ушли?

– Я был достаточно убедителен.

– И сколько же мертвецов показались им убедительными?

Я равнодушно пожал плечами:

– Много. Мужчины долины как бы не в большинстве в землю легли. Глупым бабам, что за оружие взялись тоже досталось.

Мужчин Бойгендэйла действительно погибло чертовски много, пускай и не все из них были цветом популяции. В замке я, например, практически один только непригодный к бою в поле контингент расстрелял.

– Рэйг не один в плен попал?

«Ага»! – мысленно сделал я заметку. Теоретически, уездный судья и известная семья раубриттеров должны были по мере возможности обходить друг друга стороной. Но это теоретически.

– Фер Рэйг проиграл бой в поле. Я в это время захватил в замке ворота и одну из башен, ну и не дал побежденным уйти в замок. Фрейя Эмма с наследником решили не рисковать гибелью рода и сдались. Покойникам фьеф ни к чему. – Я хмыкнул. – Он бы мне в любом случае достался.

– О!!! Да вы доблестный воин!

– Многие так говорят, – скромно согласился я с ним.

Пауза.

– Чем зарабатываете на жизнь? – снова решил сменить тему судья.

– Наемничаю. – пожал плечами я. – Меч кормит.

– Вы ведь не из Империи родом, фер Вран? Акцент необычный. Никогда такого не слышал.

– Да, я с того берега Великого Океана. Халкидон, если слышали.

– Далеко же вас занесло!

– Ледянка многое в Хейене изменила, – вздохнул я.

– Давно в Империи?

– Несколько месяцев.

– И теперь вы, наверное, хотите принять подданство?

В вопросе содержалась ловушка. Иностранный подданный мог на территории Аэрона многое, но купить или каким либо другим образом отжать в свое владение фьеф никогда. Также как впрочем, и неблагородный Империи.

– Увы, – хмыкнул я. – С недавних пор я подданный Его Императорского Величества. Родовой герб честь по чести внесен в Гербовник. Но фрейя Эмма наверняка надеялась, что сможет в этом направлении сделку опротестовать.

– Даже так? – Чуть подобрел судья. – Как это вам удалось? Наемнику это непросто.

– Жизнь прекрасна, когда у тебя есть друзья, – поднапустил туману я. Что в общем-то было правдой. Когда ты меченый богиней Смерти у тебя определенно прибавляется друзей. Не то чтобы иностранному дворянину со средствами или востребованными в Аэроне навыками было очень трудно заполучить подданство империи, но без чьей-то протекции денег, нервов и времени он бы конечно сжег немало. Причем без всякой гарантии, что пройдет чинуш из Геральдического Департамента даже с взятками.

– Полностью с вами согласен. – Кивнул судья. – То, что вы разнесли это пиратское гнездо неплохая новость Наместнику. Если сам конечно пиратством не займетесь.

– Этого в моих планах и близко нет, – заверил я.

– Отлично! – Похвалил меня ан Ниган, смерив скептическим взглядом. Ну да, горы вокруг, разведанные залежей полезных ископаемых в долине, судя по всему, отсутствуют. Людей у меня нет. Вопрос: где новому владетелю Бойгендэйла брать деньги? – Могу только одобрить. Вряд ли в наших местах чужак сможет долго в раубриттерах протянуть.

– Это я тоже знаю, – отмахнулся я. – Я к вам по какому вопросу, помимо подтверждения законности сделки.

Судья еле заметно наклонился вперед.

– Как все знают, предыдущие владельцы моего фьефа промышляли пиратством…

– Хозяин замка Бойген был объявлен разбойником именно за это, – вежливо согласились со мной.

– …Так что замковая тюрьма не пустовала. Ну а пустить постояльцев под нож ан Бойгены испугались.

– Фер Вран, с этого и надо было начинать! – Попеняли мне. – Нашлись известные фамилии?

– Нищеты как бы там вообще не нашлось. Из благородных самая значимая фигура кир Ариан ан Раннард, наследник Сколдских маркизов. Из купцов шен Эван Лавелл из Вейи.

Судья задумался, покачивая головой.

– Лихо.

Я равнодушно пожал плечами.

– Думаю заставлять вас вести сюда предыдущих владельцев не нужно. Так или иначе официалом мне к вам придется заглянуть.

– Буду рад видеть вас своим гостем! – Улыбнулся я.

Размер благодарности к представителю закона это конечно не уменьшит, но то, что мне не пришлось судью уговаривать, подсказывало, что дело сложилось. Размер взятки Киран и Лойхом определили примерно равной пятидесяти ауреям. Сто, годовой доход с фьефа небогатого благородного господина в этих местах, всем показалось уж слишком жирным. Я в конце-концов гнездо порока разорил, а не соседа из-за ручья с огородами по его берегу порешил. Полтос, ну или борзые щенки на эту сумму, а данном случае были не столько средствами, вкладываемыми в судебное решение в мою пользу, сколько благодарностью за хлопоты и вкладом во взаимовыгодные отношения в будущем. Достаточно сказать, что везти в Крунд забитых в колодки ан… простите син Бойгенов, было довольно глупо и чревато неприятностями. В розыске находился один фер Эмин, как-никак.

* * *

В ресторации постоялого двора было людно. Узкие высокие окна были открыты, но света все равно не хватало, так что светильники на люстрах горели как обычно. Из четырех четырехместных столиков «чистого» угла пустовал только один, «людская» часть была заполнена на две трети.

– Мина, чего-нибудь жидкого, копченую курицу как вчера и запить, – присев, сказал я официантке, блядовитого вида грудастой молодке с упругим крупом. Толи снохе, то ли дочери владельца постоялого двора. Лицом девушка в стандарт дорогих эскортниц не вписывалась, но тереться о плечо выменем и подсовывать мне под нос содержимое декольте с пикантной родинкой на левой титьке это ей не мешало. Я, однако, держался. И дело было даже не в сложном отношении Хелы к супружеским изменам или моим личным обязательствам перед Айлин. Не надо без нужды злить людей, которые тебя кормят. «Пенка» в чае это только вершина айсберга. – Ягодный взвар у вас очень хорош, неси кувшинчик. Пива пока не надо.

– Как скажете, Ваша Милость! – проворковала та и удалилась, виляя задницей. Каюсь, несмотря на все принципы, на ее жопу залип не только посаженный мной за стол Даннер, но и я сам.

– Але! – Щелкнул я пальцами перед глазами мальца. – Ты меня слышишь?

– Да, Ваша Милость! – смутился тот.

– Докладывай. – Постоялый двор нашелся буквально в паре сотен метров от ратуши, так что сопровождения при визите к судье я не брал. Отправить его разузнать, чем тут люди дышат было более приоритетной задачей.

Тертый уже парень оглянулся по сторонам. Нас вроде бы никто не подслушивал. Два столика были заняты проезжими купцами, третий оккупировали два крепких альва в кольчугах с короткими рукавами. Все переговаривались между собой и не обращали на нас решительно никакого внимания.

– Богатенький городишко. В магистрате купчины всем управляют, фер Вран.

– Подробнее.

– С железной руды город живет. Богатая шахта, вторую бить хотят. Железо плавят, продают и не бедствуют. Садят вокруг города совсем немножко…

– Я это заметил.

– …Местные говорят, что дешевле купить.

– Топливо где берут?

– Горючий камень[23] сюда рекой доставляют. Его выше по течению добывают. Богатая говорят копь.

– Молодец что не упустил. – Искренне похвалил я своего оруженосца.

– Да что я, – смутился тот. – Это Хёук разнюхал.

– Скажешь ему, что он тоже молодец, – отмахнулся я. – Обязательно при всех это скажи. Эти все будут знать, что Нейл Даннер человек правильный и чужие заслуги не ворует. Да и вообще хвалить людей уже сейчас привыкай прилюдно, а выволочки делать наедине. Только металлом торгуют или изделиями тоже?

– А то! Оружием, броней, гвоздями, инструментом – всем чем угодно, фер Вран. Мастеров здесь немало. Издалека купцы ездят.

– Это, пожалуй, хорошо. – Подумал вслух я. – Есть, где развернуться. С моря до городишки по Катраве подняться можно?

Умница мальчишка отрицательно покачал головой:

– Железо и уголь спускают вниз. Через пороги рекой вверх пути нет. Дорога есть.

– Там значит еще один город и порт…

– Немного не так, фер Вран. Брентендэйл, – хихикнул окрыленный похвалами пацан, – этого самого окружного судьи родовой лен. Порт тоже так называется. Замок зовется Ниган.

– Ну, кто же сомневается, что без местечковых олигархов здесь не обойдется, – сказал я. – Но это тоже к лучшему. Сферы деятельности у нас не пересекаются, так что богатые люди должны помогать друг другу.

Тут нас немного перебили, официантку час ждать не пришлось. При ней о делах было не поговорить, ну а во время приема пиши мы перешли к обсуждению второстепенных вопросов, до наблюдаемого количества нищеты на улицах. В ходе чего нам наглейшим образом помешали. Один из купеческих столиков освободился, и в его торопились занять очередные клиенты – двое молодых людей с накладными гербами на груди темных шнурованных кожаных дублетов и более практично одетая девушка, чей выдержанный в том же милитари-стайл костюм сочетал светло-коричневую кожу и льняное полотно того же оттенка. Вонять после прогулки как стадо горных козлов эта голубоглазая брюнеточка наверняка не хотела.

Нейл запивал курицу компотом и его, проходя, банально толкнули под руку. Совершенно случайно, на моих глазах все произошло. И по закону подлости, выплеснув на себя половину кружки, освоившийся уже со своим положением мальчишка не сдержал проклятья и просьбы быть осторожнее – до того как понял кому говорил. Из-за чего немедленно получил оплеуху от шедшего вторым парня:

– Смотри с кем говоришь, быдло!

Девушка, глядя на меня остановилась и захихикала. Небыдло поддержало ее ухмылкой, да и виновник конфликта тоже хмыкнул. Насколько можно было оценить ситуацию, Даннеру не повезло попасть под местных дворян, убивать которых прямо сейчас было настолько не вовремя, что я послал в направлении своей божественной покровительницы заряд раздражения и пару смелых эпитетов. Мысленных, само собой. Мысли здешние боги насколько мне было известно не читали. Но холодком в ответ меня все равно окатило. Над окном гаркнул ворон.

Прикинут я был не намного беднее, чем эти парни, но герба на груди не было. Даннер, при всем набранном за время службы лоске впечатления сына благородного семейства не производил. Разговор, который эти люди могли слышать, касался бытовых вопросов жизни в городе и окрестностях. Выводы, которые благородная шваль могла сделать были очевидны – наиболее вероятно что я небогатый купец с младшим братом, сыном компаньона или что-то типа того.

– Чего уставился? – Решил еще раз вызвать смех красавицы любитель раздавать оплеухи. Та, с лукавой улыбкой ожидала продолжения шоу, встав по правое плечо от него.

Я, подчеркнуто не торопясь взял со стола платок и вытер губы и руки. Троица ожидала, что будет дальше. Взгляд у меня в подобные моменты становится очень тяжелым, так что это было немудрено.

– У меня небольшая дилемма. – Как мог спокойно сказал я. – Если ты, конечно, знаешь значение этого слова…

У первого из двух идиотов с интуицией было все хорошо. Мало того что улыбка исчезла, так ручонка, я уверен что незаметно для него самого к рукояти меча переместилась. Девушка тоже насторожилась.

– …Меня последнее время люди очень редко пытались оскорбить, – продолжил я в воцарившейся в нашем углу тишине, – так что я в некотором недоумении, что с вами делать. Улыбочки, конечно, хочется ниже перенести, но это будет немного не вовремя. Я в этом городе по делам. Поэтому вы сейчас за ваше бескультурье и отсутствие манер принесете мне и фенну Нейлу извинения, после чего этот неприятный инцидент будет исчерпан.

– Ты кто такой? – опередил своего более умного друга кухонный боксер. Гербы у них были разными. Два друга и девушка одного из них. Вероятнее всего сестра второго.

– Твоя смерть! – Бессознательно выпустил я из себя ледяной ветер. Пламя в установленных на люстрах светильниках заметалось. – Если язык не прикусишь!

И тут произошло то, что от колхозного мажора ожидать не ожидалось. Он тупо выхватил меч и ни сказав ни слова атаковал.

Для избранного богини Смерти было бы просто позорно раскинуть мозгами в такой ситуации.

Высверк! Удар я перехватил чашкой остававшейся пока еще в ножнах скьявоной, удерживаемой мной за клинок. После чего воспользовавшись его же инерцией в выпаде сунул врагу в зубы украшенный металлом наконечник. Кровь брызнула, как будто бы меч был обнажен, ну а противник, подавившись собственными зубами и кровью, завалился на спину.

Ну а умница Даннер тем временем (моя школа!), нырнул вниз и, перекатившись, разорвал дистанцию, встав на ноги уже со своим мечом в руке. День явно переставал быть томным.

Впрочем, кишки на полу и мозги на столешницах нам испортила разместить все та же глупая женщина.

– Нет!!! – Завопила опомнившаяся девица и, закрывая парней грудью чуть было не накололась своим полуторным номером на клинок обнаженной уже скьявоны.

– Твою мать, женщина! – В сердцах сказал я. – Вон отсюда! Все трое! Пока я всех вас тут на куски не порубил! Позже меня найдете, если мозги не заработают.

Тот молодой дворянин что поумнее, тоже стоявший с обнаженным мечом в руке, заколебался.

– Ну! – Рыкнул я и по залу еще раз засвистел пронизывающий смертным холодом до костей ветер.

К чести противостоящих мне парней, пробило на лице страхом только девушку. С беззубым, кстати, определенно что-то было не то, на него сила Хелы еще раз подействовала как раздражитель и он чуть было опять на меня не кинулся. Но, к счастью для него самого был перехвачен девицей и с помощью второго парня оказавшегося ее братом оттащен в сторону. Брат впрочем, мнение о себе после этого все равно испортил:

– Мы еще встретимся!

– Жду не дождусь этого дня, – с сарказмом сплюнул я на пол, засовывая меч в ножны. – Мир твоему праху тогда, молодой человек.

Из купцов кто-то хлопнул в ладоши, и словно приняв это за сигнал, зал взорвался овацией, с моими подчиненными на первых ролях. Трое сопровождающих колхозных мажоров пожилых кнехтов в рукоплесканиях конечно не участвовали и постарались как можно тише выйти вслед за своими господами. Но взгляды их мне очень сильно не понравились.

Также как впрочем, и пары бледных как полотно альвов. Последние просто не могли не понять, что тут за призрачный ветер только что продирал до костей. Как и то, что я знаю, что они это понимают.

Я отдал перевязь со скьявоной оруженосцу и показал альвам пустые ладони:

– Поговорим?

– Поговорим! – кивнул выглядевший чуть старше тан, украшенный белой ниточкой шрама от уголка левого глаза до подбородка.

– Мина! Пива, лучшего, что у вас есть и копченой рыбы за этот столик! – Крикнул я официантке, присаживаясь за стол к остроухим. Компотик пить расхотелось, а расстроенные внезапной стычкой нервы требовалось подлечить. Ну, так почему бы не совместить приятное с полезным?

– Это обязательно? – заинтересовалось лицо со шрамом.

– Ну как мне доказать что против вас, благородные таны[24], не злоумышляю? – пожал я плечами. – Да и мне самому с вашего перепугу удар в спину не улыбается. Одной глупой ссоры с избытком. И ладно что без крови обошлось.

– Ладно? – не поверил мне второй альв, к счастью не став корчить из себя не понимающего что к чему дурачка.

– Я не кровожаден и против остроухих лично ничего не имею. Вы двое мне не враги так что…

– А не лично? – намекнул на интересы богини шрамоносец. Что было, кстати говоря смело. Количество моих людей в зале он уже мог оценить.

– Я с вашим родом в родстве, – хмыкнул я. – К этому относятся с пониманием.

«Лицо со шрамом» подавилось словами, которые хотело произнести.

– Без всяких шуток. – Усмехнулся я. – Так что дурной крови на моих руках нет. Поэтому давайте хлебнем пивка, а оно здесь отменное, хлебушек переломим[25], о жизни поговорим и не будем друг друга опасаться. Не имею ни малейшего желания вас за только что виденное порешить. Кое-кому из ваших князей мое имя и так известно. Ну а если вы отринете желание не только вспороть мне брюхо…

Альв помладше имел совесть смутиться. Он, для большей убедительности в дискуссии вытащил свой кинжал из ножен. Как ему при этом казалось незаметно.

– … но и пустить стрелу в спину, все вообще будет прекрасно.

– Непохоже что вы нас боитесь, – ответил «Скарфейс»

– А я и не боюсь. Это вам надо бояться. – Обвел я остроухих насмешливым взглядом. – Если на это рискнете благородные таны, то вам обязательно нужно куда надо попасть. Я ведь если выживу, зло на вас затаю…

* * *

Пьянка удалась настолько, что таны Ниван ап Киннаннан (тот, что выглядел немного моложе) и Лиах ап Скаллах (тот, что «лицо со шрамом») решили в Крунде чуточку задержаться. Причем самым смешным в этой ситуации было то, что опасаться они меня не перестали. Что там бурлило в головах у этих адреналиновых наркоманов неясно, но остались они явно только для того чтобы бухнуть с раз за разом ставящим их в ступор хеленитом.

Альвы тоже были наемниками, решившими послать все нахер и испытать судьбу в большом мире. Причем удачу они решили испытать по хардкору, не в составе «альвийской» наемной тагмы, а самостоятельно. В душу я им не лез, но судя по всему, парни были из «младших семей» – альвийских министериалов[26], так что теряли от такого выбора немногое, а приобрести могли ровно наоборот. Когда остроухих мало, они как то более заметны, в конце концов.

Наемничали друзья уже около двух лет, но некоторое время назад в их жизни наступила черная полоса. Тагму где они начинали служить застигли врасплох и изрубили рейтары какого-то там, я спьяну не запомнил фамилии, имперского графа в очередной межевой войне. Потеряв друзей, коллег и толкового командира с его патентом, заматеревшие уже наемники нанялись конниками в пехотную роту. Пехоте с тем же графом тоже не повезло. Разве что в этот раз капитан угодил в клетку, а не могилу. В еще одной роте они протянули два месяца, пока пару дней назад не рассорились с ее капитаном. И вот теперь поспешали они в самый что ни на есть Бир-Эйдин, в надежде, что на тамошней Бирже найдут неплохой наемный отряд и оставят позади все свои неудачи.

– О! – Сказал я, мысленно ловя ха-ха от ситуации и гадая, хватит ли у моих остроухих друзей запаса смелости и на завтра. – А ведь я знаю отличную роту! Могу вас капитану порекомендовать. Хорошие конники там нужны. С ее командиром не пропадете.

Отирающийся рядом Даннер отвернулся не давая альвам увидеть улыбку.

– Что за рота, кто капитан? – Напрягся тан Лиах, он был немного трезвее и периодически закатывал глаза в охренении, с кем пьет и ведет неторопливую беседу о жизни.

– Так «Вепри Бир-Эйдина», капитаном там сын префекта Внутренней Стражи города. – Мысленно улыбаясь, сказал я.

В итоге, ближе к полудню следующего дня в Бойгендэйл выехал не только согласившийся взять на себя роль официала Империи в нашем конфликте уездный судья с шестью констеблями[27] охраны и я со своими людьми, но и два мающихся похмельем случайных альва. Последние, по всему видать на трезвую голову от моего предложения хотели отказаться, но обнаружив себя в компании слуги закона, почему-то передумали. Судя по кислым физиономиям уже через половину часа начав проклинать себя за это.

А вот глупые юноши меня к счастью не побеспокоили. И я был очень этому рад.

* * *

– Мастера осадных машин наняли, фер Вран? – заинтересовался судья разбросанными останками требушета перед полуразваленной башней.

– Не требовалось, – покачал я головой, – первый лейтенант «Вепрей» имеет полное право им себя называть.

– Хорошая рота, – подумал вслух собеседник. За спиной зашушукались.

– Не жалуюсь.

– Ну, вам ли жаловаться! У капитана лен видимо уже есть?

На остроту слуха фер Феррин ан Ниган и сам пожаловаться не мог. А растрепали остроухим мои бойцы немало. Те от потоков откровенности, кстати говоря, успокоились, так что представление им Дейна Коранна хеленитом этого спокойствия не поколебало. Благо, что вел он себя в их присутствии абсолютно спокойно и даже неприязни во взгляде не допускал. Случай с Айлин видимо здорово поколебал картину мира у сына жреца.

– Нет, у капитана его нет. – Хмыкнул я. – Походит по миру, людей посмотрит, себя покажет, невестой хорошей обзаведется – а там и для обзаведения недвижимостью время наступит. С толком делить свое время между фьефом и ротой не получится. На молодую жену его оставить это не глядя рога отращивать. Это если не удавят коли не вовремя вернешься.

Окружающие захохотали.

– Сами-то женаты, фер Вран?

– Грешен. – Вздохнул я. – Как раз перед походом сходили в храм.

– В Бир-Эйдине вас ждет жена?

– Родня к себе забрала. – Отрицательно покачал я головой. – Ей одной сейчас находиться опасно.

Тут нам пришлось прерваться.

Вонь с площадки, где я покрошил ополченцев была по-настоящему осязаемой. Их без хозяина никто конечно не хоронил. Над распухшими почерневшими мертвецами зудела целая прорва мух, понизу шныряло мелкое лесное зверье. Однако удивился Его Честь только с количества.

– Кем бы эти подданные Императора не были, как судья массовой казни не одобряю.

– А ее тут и не было. – Равнодушно пожал я плечами. – Я по горам заслон обошел и по ночи застиг эту сотню врасплох. Это ведь разрешается в межевых войнах?

– Вы?

– Я второй лейтенант в «Вепрях», это моя работа ходить в рейды.

– А не много ли трупов для ночного налета?

– А не глянете ли на ограду площадки? – холодно улыбнулся я. – После захвата ворот эти неудачники даже разбежаться не могли.

– Прорваться не пытались?

– Было дело, – кивнул я и махнул рукой в сторону «своих» трупов, – там вон и мне мечом пришлось помахать. Но через ворота никто не ушел.

Судья, зажимая рот и нос носовым платком, присмотрелся к покойникам и покачал головой. Труп с отсеченными одним ударом ногами сейчас впечатлял как бы не больше чем в свою бытность свежим.

– Ну и воняет. Фер Вран, вы же не будете возражать, если мои люди здесь все осмотрят?

– Ну, если это ваш долг, Ваша Честь…

– Увы, увы. – Фальшиво вздохнул фер Феррин.

– Угощайтесь. – Безразлично махнул я рукой и дал коню шенкелей. Вести словесный поединок посреди трупной вони и облака отъевшихся на мертвечине мух не было никакого желания. Ну а что касается следов массовой казни пленных, то их здесь не было. Да и быть не могло.

А вот возле замка трупы уже убрали. Пообещавший мне присмотреть за хозяйством «фер Фергус» приставил к работе томящихся в тюряге мужчин. Мертвецов по-быстрому соскладировали по подвалам и погребам близлежащих «бедных» домов и благополучным образом те спалили, придавив образовавшиеся братские могилы камнями и золой.

В прочих вопросах изголодавшийся по живому делу нелегал тоже не подкачал. Над воротами замка, например, блестел свежей краской треугольник декоративного «норманнского» щита, с моим гербом намалеванным на нем. Впрочем, тут «феру Фергусу» чувство меры чуточку отказало и раскрасить красной краской глазницы адамовой головы он не постеснялся.

– Это ваш герб? – остановился судья. Он его еще не видел. Печаткой я пока что не обзавелся.

– Почти, – буркнул я. – Червень в глазницах не моя. Самодеятельность. У кого-то в замке развитое чувство прекрасного.

Альвы снова немного забеспокоились и, учитывая тему герба, я прекрасно их понимал. Это ан Ниган только фыркнул.

– Вы будете темой для пересудов.

– Кто знает… – пожал я плечами.

– Я знаю! – жизнерадостно ответил мне фер Феррин. – И вы в этом тоже не сомневайтесь!

* * *

В тюрьме Его Честь ждали. Распоряжения выпустить маркиза ан Раннарда из камеры я не оставлял, так что он все время моего отъезда безвыходно просидел в клетке. Учитывая огромный черно-сине-красный желвак под глазом и сотрясение мозга, настроения это ему не прибавило. Киран помогать ему по какой-то причине оказался.

– Вы судья? – сразу же взял быка за рога маркиз, как только в камере открылась дверь. Слышимость происходящего в коридоре там явно была отменная.

– Да, – скептически смерил его взглядом ан Ниган. – Судья округа Крунд[28] фер Феррин ан Ниган. С кем имею честь?

– Ариан ан Раннард! Наследный маркиз ан Раннард!

– Фер Вран про вас немного рассказывал, – цинично сощурилась судейская крыса.

– Мерзавец лишил меня свободы!

Судья покосился на меня.

– Действительно, надо было повесить. – Сказал я. – Но у меня слишком доброе сердце. И вот, это доброе дело не остается безнаказанным.

– Да ну? – не поверил фер Феррин.

– Кхм… – сделал вид, что смутился я. – Если честно, то про маркиза я просто забыл.

– Повесить?

Физиономию ан Раннарда от возмущения перекосило еще больше чем раньше.

– Вообще, следовало бы. – Уже абсолютно серьезно сказал я. – Он предыдущему владельцу Бойгендейла прямо в постели голову отхватил.

– Вы ищете во враги маркизат из-за смерти чужого пленника?

– Уже нашел! – буркнул кир Ариан.

– Не сомневаюсь, маркиз заплатил бы вам виру за эту обиду. – Не обратил судья на его слова никакого внимания. – Случись со мной такой плен, я бы фера Рэйга тоже убил.

– Да плевать мне на покойника. – Абсолютно честно ответил я. – Убил – ну и хорошо. Если не от мук избавил, то меня лишнего мстителя лишил. Я бы маркизу за это если без лишних глаз только спасибо сказал.

Ан Раннард еле заметно дрогнул и отступил на полшага назад.

– А вот девочку он зря на трупе отца расстелил…

– Он лжет! – маркиз сообразил, что дело в таком контексте пахнет жареным. У меня начало складываться впечатление, что к своему заточению он стремился долго и упорно, ну а свели наши дороги не самые плохие люди.

– Кир Ариан изнасиловал маленькую Девону? – в голосе фера Феррина не было и следа симпатии к стоящему перед нами уродцу.

Я сделал еще одну мысленную отметку. На самом деле вряд ли провинциальные олигархи ан Ниганы и провинциальные бандюки ан Бойгены не были между собой знакомы, а то и связаны родством. Да, судью за внеслужебные контакты с раубриттерами могут отрешить от должности – место лакомое, сомнительно, что у ан Ниганов нет завистников и конкурентов. Но если тихо, без лишних глаз и слишком явно не крутясь в общих делах… Короче говоря, поэтому я в местных риве и судье и сомневался. Пускай в конце – концов меня и задавили ценником, количеством алебард в «Вепрях» и сидящими под замком ан Бойгенами. Не говоря уж о том, что на местных чиновников вполне реально было повыше управу найти. Во всяком случае мне, когда я через жречество Хелы действовать начну.

– Нет! Он лжет!

– Если точнее, он не успел, – отчасти согласился я с киром Арианом, – лично с девочки за волосы стащил, когда маркиз ей свой вялый примащивал.

– Лжец!

– Я вас, маркиз, уже не повесить хочу, а выгребной яме утопить. – Не стал спорить я. – С такими как вы, кир, я мирно разговаривать не привык. Вас вместо слов бить надо, лучше всего ногами.

– Кто кроме вас и рейны Девоны может описать произошедшее? – вклинился ан Ниган.

– Ее близнец, – спокойно сказал я, – они вдвоем за отцом ухаживали. Во всяком случае до того как кир парню руку сломал и по башке стукнул, чтобы не мешал его убивать.

– А ваши люди?

– Конечно. Последствия даже мать с бабкой девушки видели. Ее еле от меня оторвали.

– То есть?

– Перепугалась девочка до полусмерти. Ну а я, когда эту мразь уложил, – судья новым взглядом оценил физиономию маркиза, – имел неосторожность попытаться ее успокоить. Вцепилась… как в сломанную мачту над морской пучиной.

– Я устал от лжи негодяя, – кир Ариан упорно продолжал придерживаться своей версии, – и требую к себе уважения! Если не от этого лживого грабителя и убийцы, то от вас фер Феррин! Если вам дорого ваше место!

Одно у говнюка нельзя было отнять – трусом он точно не был. Да и почти верно все рассчитал. Ан Раннарду срочно требовалось выбраться из под моей власти. Я бы даже сказал, что уносить ноги ему следовало любой ценой и как можно быстрее. Пока я в свете нашей свежеобразовавшейся вражды приступ грудной жабы не устроил. В свете таких перспектив на обострение отношений маркизу было плевать – оставшиеся заложники так или иначе информацию про него разнесут. Не учел мерзавец только один момент. Бывших владельцев фьефа с их ближайшими слугами я именно с судьей хотел из Бойгендейла отправить. И вот сейчас прямо не знал что делать – удавить этого говнюка по беспределу и утопить труп в говне, или оставить его на съедение людям, перед которыми он провинился. Судя по реакции ан Нигана, судья при восстановлении справедливости вполне мог отвернуться. По дороге не обязательно, а вот в Крунде – почему бы и нет. Пускай судить негодяя за попытку изнасилования было политически неправильно, но безнаказанно отпустить всяко хуже. Острова далеко, а местное благородное сообщество относительно чужака такого поступка никогда не оценит. Если я конечно ни в чем не ошибаюсь.

– Идемте, фер Вран! Я хочу опросить свидетелей. – Отвлек меня тем временем от размышлений фер Феррин. Двое задумчиво так поглядывающих по сторонам констеблей подобрались.

– Буду только рад! – пожал плечами я и кивнул своему кнехту на дверь. Выпускать маркиза из узилища было лишним, даже если бы меня об этом попросили.

Как это ни странно, ибо со свидетелями бывает всякое, но девочка практически дословно подтвердила мою версию событий. И даже более того, мать и бабушка сами упомянули про данные мной гарантии ее безопасности, что еще больше упрочнило мои позиции.

Ан Ниган после этого подобрел, расспросил постояльцев об обстоятельствах постигшей род катастрофы, условиях, кормежке, прогулках и отношении к побежденным, услышанным удовлетворился и, простившись с гостями, соизволил меня похвалить:

– Если переживете ближайший год фер Вран, то наше общество вас примет.

– Польщен, – хмыкнул я в ответ. – Не то чтобы я сильно в чьём-то признании нуждался, но почему бы не познакомиться с достойными людьми.

– Кое с кем вы уже познакомились. Так, что даже зубы вышибли при знакомстве.

– Это просто повезло дуракам. Я уже думал, что придется их убивать. Да и альвы наши тогда тоже бы в стороне не остались.

– Альвы да! – Маньячески заулыбался ан Ниган в подсвеченном фонарями нашего сопровождения полумраке. – Я так и не понял за всю дорогу – мозгов ли у них нет; жить надоело; или людей с первого взгляда до печенки видят?

– Я бы предложил еще и четвертый вариант: парням нравится вкус опасности. Ну и ощущения после того как она прошла мимо. Когда ан Феллем их к нашим рейтарам отправил, такой вид был, словно в штаны спустили.

Загоготал не только судья, но и его хмурые подчиненные.

Прочие камеры ан Ниган просмотрел бегло. Люди ан Бойгенов никакого интереса не вызвали, ну а пару снова попытавшихся качать права кайнрийцев он чуть ли не послал на хер даже до того как старший констебль припомнил «Быстрокрылого Лоу». После этого вообще раскрылась бездна – у меня этих двоих от лица власти даже пообещал выкупить, чтобы в каменоломнях сгноить. Кайнрийцы напрягали Аэрон немногим меньше чем пираты с Серебряных островов. Разве что достать их ответными санкциями было куда проще.

В итоге, с подтверждением всех трех экземпляров договора дело тоже не стало. Ан Ниган не стал ни тянуть время, ни намекать на взятку. Сам, совершенно безэмоционально попросил документацию на подпись и, прошлепав их печатью жизнерадостно поинтересовался, где его будут кормить.

Новоиспеченный фер Вран ден Гарм ан Бойген от такого отсутствия бюрократизма только руками развел и попросил чуточку подождать. Никогда не был пьяницей, но это дело нужно было жестко отметить. Внутри словно пружина разжалась.

Глава X

– Слухи разносятся быстро? – лениво поинтересовался ан Ниган. На пирсы китоперерабатывающего завода высаживался десант. С гостями вернулись три местные парусно-гребные фелюки прихватившие с собой средних размеров грузовой галеон. В местной терминологии алонг.

– Подельники син Бойгенов их опередили, – отрицательно покачал головой я. – Покойный фер Рэйг в первый же день осады свои корабли за помощью отослал. Пришлось поторапливаться.

– Предусмотрительно.

– Ну да.

– Как вы его на вылазку выманили, если не секрет?

– Требушетами, – пожал плечами я. – Брали бы замок измором, попали бы сейчас между молотом и наковальней. А вот против валунов камнеметов у фера Рэйга шансов не было. Стены мало того что тяп-ляп слепленные, так еще и обветшавшие за века вдобавок. Донжон конечно крепче строили – а что толку? Мы в любом случае успевали всех в замке порешить. Камнеметы не так уж и трудно было ближе подтянуть.

– Хорошая рота и мастер осадных машин веский аргумент в войне благородных господ.

– Если второй благородный господин еще одну не наймет, – сказал я. К нам, судя по всему, привезли профессионалов. Это, наблюдая за высадкой, даже невооруженным взглядом было видно. Биноклем перед судьей я не светил.

– Да, да. – Охотно согласился со мной фер Феррин. – Что с этим делать думаете, если не секрет?

В ворота замка закатывались последние обозные повозки «Вепрей». Дабы не пропадали расписанные деревянные ложки, после падения замка в нем остались квартировать одни только «мои» люди. Количество желающих, кстати, после штурма увеличилось. Ну и понятно комиты роты со шпиками как гости владельца. Сейчас наблюдаемый с моря укрепленный лагерь и обозные повозки под стенами, похоже, сыграли с друзьями былых владельцев фьефа дурную шутку. Те, надо полагать, не стали терять время на высадку разведгрупп и поиски в окрестных горных лесах свободолюбивых аборигенов. Даже как-то запахом Родины шибануло, Мерекюлой например или Петергофом, если мы конечно в скором будущем не облажаемся.

– Что тут можно думать? – пожал плечами я. – Убить их всех надо и все.

– О-о-о!!! А сможете?

– Кто знает? Но умыть их кровью и сбросить в море в любом случае требуется. У меня с этим леном большие планы. Незваные гости в них не вписываются.

– А если не получится? – настаивал на своем судья.

– Значит, умоют кровью нас, – не стал я рассказывать постороннему про неотразимый для средневековой войны аргумент в виде двух автоматов. Несколько длинных очередей сломают любой строй. Ну а дальше солдаты «Вепрей» за ними подчистят. Единственное но – пускать АК в ход на глазах ан Нигана было глупо. Свидетельство уездного судьи это совсем не пьяная трепотня наемников в кабаке.

– Скажешь тоже! – незаметно поднявшийся на стену и подошедший к нам ан Феллем был весел и обряжен в доспехи. – Не так уж их много чтобы нас кровью умыть.

– Разведка никак вернулась? – спросил я.

– Да. Киран посчитал, что не более чем рыл пятьсот. Вместе с командами кораблей.

– Да, корабли они пустыми не бросят, – согласился я.

– После окончания высадки галеон наверняка уйдет…

– Кто-то не поскупился на фрахт, – в общем, согласился я с этим умозаключением.

– Да.

– Если интересует мнение второго лейтенанта, – еще раз глянул я в направлении наших недругов. – Со сражением лучше не затягивать, капитан. Если запремся в замке, они займут наш лагерь, укрепятся и будут ставить в строй желающих отомстить местных.

– Давно никого не убивал? – ухмыляясь, поддел меня Лойх.

Двое отиравшихся в зоне слышимости констеблей многозначительно переглянулись. Ну да, сопровождение Его Чести с момента своего размещения в замке активно собирало информацию. Было очень даже сомнительно, что мимо сыскарей прошли кое-какие слухи.

– Давненько. – Вздохнул я. – Но на какие только жертвы не пойдешь ради обзаведения недвижимостью.

– Ты нищим еще себя назови, фер Вран. Это уже твой второй фьеф как-никак.

Судья с немым удивлением поднял брови.

– Не надо грязных инсинуаций! – Возмутился я. – Дресхолд[29] принадлежит Айлин, а не мне! Присяги барону я не давал! Ну и обворовывать девчушку я тем более не собираюсь. Достаточно и того что мы ее отца убили.

– Падчерице твоей Дрес и так не достанется, – отмахнулся капитан, вглядываясь через подзорную трубу в направлении зоны высадки противника. – Продавать тебе его надо скорей, если найдешь кому.

– Я подумывал управляющего с личной присягой барону туда посадить.

– Ненадежно, – отмахнулся кэп. – Чем ты его честность и верность гарантируешь? Словом? Хорошо, найдешь какого-нибудь уходящего на покой простолюдина из квартирмейстеров. Боу тебе поможет. Ан Саган согласится его присягу принять? Если твой замок захватят и людей перебьют, присягу убийцы барон принимать откажется? Если примет, со всей баронией за свое воевать будешь или судится? А вот на продажу барон сразу согласится. Да и шакалов своих прижмет, наверное. Может быть, даже подскажет покупателя. Земля у тебя есть, супруга с тобой будет жить, дочурка у нее еще маленькая… Если обратишь баронский фьеф в золото на приданое, даже враги не скажут, что барон не по справедливости девочку наследства лишил.

– А вы что скажете, фер Феррин? – поинтересовался я у судейской крысы.

– Если все слышанное верно, то Фер Лойх рассуждает не по летам мудро. Подтверждаю, фьеф супруги вам лучше всего будет продать. Повторюсь, если я верно понял сказанное. Был бы он имперским и где-то неподалеку, это куда ни шло. Но где-то в Кальве… Хм… Вам этот бы удержать, а второй лен в баронстве даже не пытайтесь.

Не то чтобы меня сильно давила жаба, но мысль что полной цены мне никто не даст, видимо отразилась на лице.

– Вы против Сагана воевали? – видя это, добавил ан Ниган.

– Конечно.

– Он даже вашу присягу может не принять. Что будете делать, фер Вран?

– Убью козла! – отвернулся я. Убить за такой маневр и, правда, стоило бы. Над этим, кстати, следовало поразмыслить. Вслед за последней мыслью тут же пробило пофилософствовать, оценить насколько тонка у человека грань цивилизованности.

Собеседники тем временем веселились.

– Вы сможете это сделать? – вытер выступившую слезу фер Феррин.

– Это-то, как раз не проблема, – совершенно серьезно ответил я. – Вот только с наследником окажемся в той же позе. Ну а если и он железякой подавится, то наверняка примелькаюсь. Не та это известность, к которой стоит стремиться.

Пауза.

– Обстоятельно.

– Выживаю, как получается.

* * *

Враг не особенно осторожничал, но на рожон нам все равно лезть не следовало, так что переночевал противник спокойно. Встать под стенами замка наемники, к слову сказать, не рискнули, укрепилась в комплексе зданий китоперерабатывающего завода.

Сражение обоими сторонами намечалось на следующее утро после высадки. Другими словами, день прошел в безделье и я бы сказал неге. Поднять в седло кавалерию и погонять по долине вражеские разведывательные партии капитан мне не разрешил. У парня загорелось использовать владельца Бойгендэйла в косплее Боброка Волынского (с поправкой на масштабы, естественно), ну а конный лох в роли его засадного полка.

Этого кстати от нашего юного капитана никто от него не ожидал. Ни я, ни маг, ни даже Боу.

– Ворота оставишь открытыми, а сам оттянешься чуть дальше от стен, чем требуется, капитан? – первым сориентировался колдун. Мы с Хораном привычно переглянулись. Киран нам двоим очень нравился и мы ему, честное слово, полностью доверяли! Киран ан Крайд без каких либо сомнений был отличным парнем, надежным другом и великолепным бойцом. Но до какой же степени он при этом был мутным! И об обстоятельствах своего исчезновения из столицы тоже слишком много умалчивал.

Лойх с непроницаемым лицом похлопал в ладоши.

– Браво, фер Киран! Без меня, тебя и фенна Хорана мы можем выставить тридцать восемь конников. Считаю, что этого для победы будет достаточно.

Возражать, что характерно, никто не стал. Внезапная, как удар кинжалом из под полы атака сорока всадников, в хоть сколько-то удачно сложившихся обстоятельствах могла показать очень страшные результаты. Даже в противостоянии с хорошей, умеющей держать строй пехотой прецедентов тому хватало. И здесь, и уж тем более в земной истории, где при безусловном доминировании масс тяжелой пехоты в крупных сражениях эры Ренессанса, в малой войне тех били нередко. Вплоть до фактического истребления заночевавшего на старом кладбище отряда швейцарцев около восьмидесяти человек численностью, всего лишь одним рыцарем с умеющими пользоваться мечами слугами. Как бы дети гор не были храбры, умелы и отморожены, неспособность собраться в плотный строй перед лицом конного противника все зарешала. Ну а кладбищенская ограда не позволила неудачникам разбежаться, чем спастись.

– А ты что думаешь? – спросил меня Боу.

– Браво тут капитану надо кричать. В нашей профессии у него большое будущее. Их больше, но конников нет. Значит, не смогут не попытаться охватить с флангов и тыла. Единственное чем хочу поинтересоваться. Нашу конницу в вашей битве за башней кто-нибудь видел?

– Нет. – Улыбнулся довольный как слон капитан. – Мы их в пешем порядке задавили. Почему я на этот удар так рассчитываю.

– Фер Лойх, располагайте мной! – еще раз дружески польстил я.

– Но нужно спешить! – Хоран был более скептичен.

– Да, но наш лох на коне и ополченцы ан Бойгенов не видели, – качнув головой, возразил ему маг. – Ездящая пехота у много кого есть. Умение хватать за ноги это важно, но истинную ценность кавалерии определяет готовность к фронтальной сшибке.

– Это цитата? – Заинтересовался я.

– Дед любит что-нибудь такое сказать. Не знаю, его ли или подцепил где-то… – Смущенно улыбнулся ан Крайд. – Он немало повоевал.

– И как тут можно возразить столь мудрому человеку!? Но ключевой момент чтобы наши недруги с тобой согласились…

* * *

Недруги с колдуном действительно оказались согласны.

Из бойницы караульного помещения было прекрасно видно, что хитроумные супостаты с оплетающим корабль кракеном на гонфалоне выставили почти что вдвое более глубокий строй, чем пехота «Вепрей». Ну а резерв у них был не намного больше нашего, максимум четыре капральства. Человек до пятидесяти.

В целом, обход с флангов и тыла ан Феллем, конечно, по имеющемуся у нас опыту боевыми повозками осложнил, но в то, что исход битвы будут решать одной тупой как чугунная сковородка фронтальной мясорубкой, ни он, ни я почему-то не верили. Да, использовав незадействованных в бою людей эффективно «обтечь» фланги строя противнику теперь будет сложнее, но не более. Кто бы не командовал вражескими наемниками, он должен был понимать что «Пиррова победа» для его бизнеса это тот же проигрыш.

Из последнего следовал вывод что охватить «Вепрей» противник так или иначе, но попытается. Соответственно, предварительные планы сражения не менялись.

Как только резерв «Кракенов» начнет штурмовать повозки – наступал мой выход.

Если противник свяжет роту боем и отправит резервный отряд к замковым воротам – наступал мой выход.

Ну а если капитан «Кракенов» все же окажется слишком осторожным и сочтет достаточной для победы глубину строя – я все также должен был вылететь из ворот и как следует разогнавшись, на него обрушиться. Только в этот раз сразу же на фланг или же тыл вражеской коробки, а не предварительно раскатав оторвавшееся подразделение.

Что тут могло пойти не так? Да решительно ничего, если конечно солдаты «Вепрей» окажутся достаточно стойки.

Они оказались. Даже, несмотря на то, что вражеский капитан оказался достаточно осторожен, чтобы с началом ближнего боя не поддаться искушению так напрашивающегося решения, наши наемники выдержали. Ну а далее из ворот никто не показался, потери во фронтальной резне начали казаться слишком значительны и солдатня супостата начала подозрительно скапливаться у самых слабых мест строя «Вепрей» – углов обращенной к нему «подковы», на стыках между повозками и людьми. Счет пошел на минуты…

– Кажется, что мой выход – глубоко вздохнув, сказал я стоявшему у соседней бойницы ан Нигану и нырнул вниз. Наблюдателей противника не следовало наводить на дурные мысли обнаруженным на стене движением. Отчего она собственно и стояла абсолютно пустой.

На голове моего коня поблескивал чеканкой богатый альвийский стальной наголовник, шею и грудь «Барона» прикрывали их же кольчато – пластинчатые доспехи, бока были прикрыты попоной, так что вместе мы выглядели и были средневековой машиной смерти, которая жаждала сегодня искупаться в крови. Я во всяком случае нервную поступь коня расценил именно таким образом. Все что от меня требовалось, это четырехногого друга не разочаровать.

В седле Даннер подал мне длинное боевое копье украшенное вымпелом с грубо намалеванным гербом на нем. Нужно было что-то сказать. Но ничего пробирающего людей до костей с ходу не лезло в голову.

– Ну что, сукины дети! – Все же подобрал я подходящую моменту цитату. – За мной! Или вы собираетесь жить вечно?

Автор оригинала, конечно, потом божился, что высказался гораздо культурнее, но мне в это почему то не верилось. С его зверской рожей и двумя Почетными Медалями Конгресса только о Христе в разгар боя и говорить.

За воротами я забрал слегка в сторону, на ходу выстраивая своих всадников усеченным клином, или по русски «свиньей» и пошел на разгон, находясь, прямо как Болдуин IV при Монжизаре в центре первой шеренги. В средневековых войнах такое бывает важным.

Двести метров для небольшого отряда кавалерии это очень немного. Сошлись мы менее чем через минуту. Причем я бы соврал, если бы сказал, что враг был не готов к атаке. Увы, «Кракены» успели и перестроиться, и даже вывести полусотню резерва на атакованный фланг.

Но я, лично я… не остановился.

Основная проблема конника при наезде на плотный пехотный строй это его яйца. Мои кукожики за последние месяцы то ли немного набрали массы, то ли немного крепости, но основная причина срыва конной атаки – сдерживание коня перед выставленными рожнами меня не коснулась. Я удачно поддел копьем ближайшего из алебардщиков – крепкого бородача в длинной кольчуге и тупо сшиб насаженным на него трупом еще несколько человек. В строю образовалась брешь. И словно этого для пехоты мало, в нее словно бы сам по себе влетел мой бронированный «Барон» с еще более бронированным всадником в седле.

Не могу назвать себя великолепным кавалеристом, да и умение сражаться в седле у меня оставляет желать лучшего. В этот момент, обнаженной скьявоной я убил или серьезно ранил, пожалуй, только одного вражеского бойца. Еще одного алебардщика, неосторожно обратившего ко мне свое не защищенное кольцами койфа лицо. Еще несколько ударов, максимум, что оставили после себя, это легкие ранения. Основную работу за меня делал конь.

Считается, что боевой дестриэ был способен опрокинуть десяток солдат стоящих в затылок друг к другу. Я бы, пожалуй, не стал спорить с таким утверждением. «Барон» расшвыривал не успевших убраться из под его копыт солдат как кегли для боулинга. Ну а когда в проделанную мной прореху вломился Даннер, а за ним и еще несколько сориентировавшихся рейтаров, все посыпалось еще более. И я незаметно для самого себя оторвался от рубящих во все стороны всадников. Где меня, конечно, заслуженно взяли в оборот.

Уже понимая, что зарвался и сейчас может прийти расплата, я секанул по обнаженной шее подвернувшегося под клинок неудачника, перерубил руку в предплечье его приятелю, очень удивившемуся, что топор алебарды не смог прорубить панцирь, и чуть было не был стащен с седла потерявшим оружие отчаюгой. От мертвой хватки последнего удалось освободиться только тычком кинжала в ключицу, непонятно как появившегося в руке. Обрадоваться этому впрочем, я уже не успел. Солдат поопытнее скользом тюкнул мне по шлему топориком и, дернув оружие на себя, банально подцепил крюком за койф.

Стоит ли говорить, что я вылетел из седла как птичка? Ума не терять оружия и не цепляться за луку седла, к счастью хватило. Один только шлем с головы слетел. В общем, когда этот шустрый солдат – матерый пожилой дупликарий в чешуйчатом панцире вознамерился приколоть меня очередным ударом к земле, я, не вставая с карачек отсек ему обе ступни шикарным горизонтальным ударом с длинным потягом.

По наплечнику мощно рубанул кто-то еще. Потом еще один удар, пришедший промеж лопаток, бросил меня вперед – и очередной солдат «Кракенов» обнаружил клинок скьявоны в печенке. Его товарищ в следующие пару секунд лишился кисти держащей алебарду руки, и встретил «Кинжал Гнева» горлом…

Ну а дальше все начало покрывать флером кровавой ярости, почти как в битве при Кермартене.

Впрочем, неправда, в это раз все было гораздо хуже. Память не потерялась. Меня одновременно пронизывал ставший привычным уже смертный холод, смешивающийся и переплетающийся с жарким пламенем. Разум был невероятно ясен и остр, тело стало словно бы невесомым и работало как часы. Странно медленно двигающиеся люди вокруг падали и падали один за другим, разбрызгивая вокруг брызги и даже фонтаны крови.

Скьявона сломалась о защищенный железом череп. Последнее упавшего на колени дупликария «Кракенов» не спасло – сломанный клинок вонзился в его глазницу.

Мужик в глухом шлеме подаривший мне взамен скьявоны короткий «бастард», без сомнения был из благородных. Я встретил его удар бронированным предплечьем, перехватил «бастард» за клинок и, резанув кончиком кинжала по внутренней стороне локтя, вспорол врагу шею на возврате. Этот меч лопнул на третьем или четвертом противнике.

Переживать было некогда, поднятый с земли фальшион обещал быть покрепче. Проверить последнее, однако не получилось. Я без затей зарубил двух показавших спины наемников и противник вокруг меня кончился. «Кракены» обратились в бегство.

На этом этапе можно было конечно и на своих перейти, но так поступать было как-то неправильно даже без оглядки на заливавший глаза пот и скованные усталостью руки. Большинство осторожно огибающих меня по большой дуге солдат «Вепрей» я мог узнать даже со спины все-таки.

Сражение было выиграно. И я в нем опять выжил.

* * *

– Очень красивый был меч, фер Вран. – Посочувствовал мне раненый в ногу оруженосец. – А приварить[30] кончик никак нельзя, Ваша Милость? Жалко такой клинок, всего с ладонь ведь отлетело!

Я крутил в руках сломанную скьявону, сидя за столом превращенной в лазарет пиршественной залы внутризамкового дворца[31]. Разгромленные Лойхом «Фиосские кракены» были старой хорошей ротой специализировавшейся не столько на малой войне, сколько на охране морских и речных судов и сопровождении грузов, так что капитан отдал строгий приказ не лютовать. В результате зал был забит не столько нашими, сколько их ранеными. Ну а хозяин замка присматривал, чтобы от неизбежного в таких случаях недопонимания не случилось эксцессов.

– Приварить можно, – кивнул я. – Переточить тоже. Если баланс подправить, для статского платья[32] этот меч и коротким пойдет. Но здесь клинок все же лучше поменять, Нейл. На этот надо было другую сталь брать…

– Мастер напортачил, Ваша Милость?

Я задумался.

– Скорее нет, чем да, парень. Здесь больше не работа, а сталь подвела.

– А почему тогда мастер не виноват, Ваша Милость? – зацепился за оговорку любопытный оруженосец. – Он ведь сталь ковал?

– Смотри, – указал я ему встать рядом. – Про закалку ты, конечно, кое-что слышал…

– Ну, разумеется, Ваша Милость! – охотно согласился пацан.

– И что про нее знаешь?

Нейл, зная меня, замялся, подозревая ловушку.

– Ну, это когда меч из горна в воду бросают. Он так крепче становится.

– Первая ошибка, – хмыкнул я. Все находившиеся в зоне слышимости лица нас подслушивали изо всех сил. Пытаясь конечно быть незамеченными при этом. – Конечно, есть марки сталей, которые лучше в воде закаливать, но в большинстве случаев водой пользуются либо от незнания, либо когда совсем ничего под рукой нет. Она слишком быстро тепло из металла берет.

– А в чем тогда закаливать лучше всего? – мгновенно загорелись у мальчишки глаза.

– Я бы сказал, что в минеральном масле, но ты его нигде, конечно же, не найдешь. Ворванью, растительным маслом или там топленым свиным жиром сам я не пользовался, но они все равно должны лучше воды быть. Для оружия.

– В восточных землях великие мастера мечи в человечьей крови закаливают. – Сказал один из ухаживающих за ранеными санитаров из сдавшихся на берегу солдат «Кракенов». – Смертников в тюрьмах, ну и рабов под это дело покупают. Очень дорого берут за такие мечи.

– Это не великие мастера, а невежественные дебилы! Блять! – Скривившись, решил я что самое время примерить к себе лицо министра. – Сама по себе закалка в крови смысла не лишена, надо и мне будет ее как-нибудь попробовать. Вот только стали, знаешь ли, все равно, в человеческой ли ее крови купают, свиной или блять, бычьей. Все что ей требуется при закалке это остывать с нужной скоростью.

– Минеральное масло… – внимательно меня выслушав уточнил Даннер, – это земляное наверное? Его можно купить, Ваша Милость! Перегонку из этой жижи на севере в фонарях жгут.

– Нефть это хорошо, – кивнул я, сделав мысленную отметку на будущее. – Да, минеральные масла из него делают. Но мы не о нем, а о мечах, верно?

Паренек смутился. Я продолжил:

– Процесс закалки клинков увеличивает их твердость. Что при этом происходит с металлом я, конечно, могу рассказать, но даже тем из вас дорогие любопытствующие кто меня поймет, это будет не интересно…

Почемучка Даннер, конечно же, хотел возразить, но постеснялся.

– Однако, за все в этом мире надо платить. Другими словами оборотной стороной твердости всегда идет хрупкость. Закаленный меч из хорошей стали легко рубит и дольше держит заточку? Получи в ответ невозможность подточить его на камне или постучав молотком. Да и там где он раньше сгибался, теперь будет ломаться…

Дорогие любопытствующие загудели, типичные характеристики недорогого оружия всем были более чем известны.

– Ну, не все же! Вот у отца… – все же не смог удержаться парнишка.

– Я верю, что у твоего отца отличный клинок. – Оборвал его я. – У меня он тоже таким был. Чем лучше сталь, тем больше ее устойчивость к нагрузкам. Но повышение хрупкости сопровождает повышение твердости всегда.

Я дал небольшую паузу. Воспользовавшись ей, парню громко посоветовали молчать и слушать, что остальные слушатели дружно поддержали одобрительным гулом.

– Ошибкой при ковке клинка был выбор стали на заготовку. Выбирал ее совсем не кузнец, так что винить одного мастера будет неправильным. Понятно?

Мальчишка ничего не понял, но кивнул.

– Все с тобой ясно. – Вздохнул я. – Стали бывают очень разными. Из болотной руды, например, обычными методами ты хоть усрись, но хорошего железа не выплавишь. На гвозди пойдет, на хорошее оружие нет. Вообще, очистить от дурных примесей такое железо конечно можно, но сталь тогда встанет слишком дорого. Не выгодно его очищать.

Людям в зале было весьма интересно, даже раненые притихли.

– В моем случае, на тело меча взяли однородную полосу специальной клинковой стали. Она и закаливается хорошо и заточку держит, и прочная, и износостойкая… В общем, все в ней прекрасно кроме цены… – зал заржал, – и, скажем так, алхимического состава. Содержащихся в ней примесей.

– Из алхимической стали меч! – восторженно охнули люди. Причем уверен на все сто процентов, что никто из охнувших толком не знал, чем алхимическая сталь отличается от обычной. Если вообще ранее о такой слышали.

– Что еще в мече важно кроме твердости и заточки? – тут же сбил я с Даннера восторг.

– Э-э-э… – замычал он.

– Не знаешь! – Поднял я вверх указательный палец. – А надо бы! Кроме этого тебя должны интересовать вязкость и пластичность. Способность сгибаться в разные стороны, всячески искривляться, ну и возвращать свою форму под молотом или без.

Мальчик часто закивал.

– Эти свойства стали входят в изрядное противоречие с твердостью. Но сочетать их в клинке надо. Если мастер это умеет, у него получается оружие с твердыми кромками и мягкой сердцевиной. Твердым и хорошо держащим заточку острием меч рубит и колет, а мягкая и вязкая сердцевина в это время гасит в себе тяжесть ударов и тем самым не дает мечу сломаться.

Я обвел зал взглядом и улыбнулся. Казалось бы очевидные вещи рассказываю, а как увлек аудиторию! Решительно все слушатели ожидали продолжения.

– На этом клинке, – я ткнул пальцем по зоне скола, – производили так называемую зонную закалку. Делается это так. Сердцевина клинка обмазывается специальной пастой, ну или глиной – но тоже не всякая подойдет, далее клинок суется в горн… И что там с ним происходит?

– Лезвия раскаляются больше, а укрытая сердцевина меньше? – опередил оруженосца сидевший у стены незнакомый мне солдат лет тридцати раненый в голову, плечо и бедро.

– Именно! Эй, кто-нибудь! Кружечку пива моему столь догадливому гостю!

Зал радостно зашумел.

– Соответственно, после закалки сердцевина меча оказывается мягче режущих кромок. – Продолжил я. – На взгляд это не поймешь, но если напильником начнете металл царапать, все сразу станет ясно. Все просто.

– А почему тогда меч сломался? – спросил Нейл, уже по своей инициативе разглядывая зону скола на поднятом со стола обломыше.

– Меч ближе к кончику как ты можешь заметить утончается. Чем тоньше металл, тем легче он прогревается. Секанул я тоже кончиком. Попал бы по кольцам койфа, ничего бы не произошло, запаса прочности у клинка на них с избытком. Но удар ушел в шлем и клинок лопнул нахер на стыке не принявшей закалку мягкой части клинка и принявшей твердой. Примерно так я все представляю.

Общественность устроила мне овацию. Я мысленно надулся от самодовольства и решил выйти на бис.

– Теперь ошибки с однородной сталью я уже не повторю. Когда появится время, слеплю под эту оправу композит.

– Это как? – подскочил Нейл.

– Скую клинок из сварной стали. Альвийские мечи из нее делаются. – Я подумал и поправился. – В большинстве. Из булата мечи я, конечно, видел, но дамаск[33] куда чаще встречается.

– Так сталь у остроухих тоже бывает разная, Ваша Милость? – еще раз не удержался раненый, ободренный принесенной ему кружкой пива. Санитары по-братски из своих запасов набулькали.

– Конечно. Альвийская сталь это очень сильное обобщение, если ты понимаешь о чем я. И даже если разделить ее только на два упомянутых типа, очень кстати отличных друг от друга по способу изготовления, то разнообразие не сильно уменьшится.

Допустим, про нержавеющие дамаскские стали тут точно никто не знает. Но не вслух же это говорить?

– Вы из тех, кто может ковать настоящую альвийскую сталь, фер? – не отставал «Кракен», чем дальше, тем меньше походивший на рядового дупликария. Он был, по крайней мере, капралом, и вероятнее всего из благородных.

– Смотря какую, – хмыкнул я. – Булат не варил, да и вряд ли сумею сварить. Что же до дамаска, его не только альвы умеют делать. Этот секрет уже давным-давно к людям уплыл.

Чистую правду кстати сказал. Вот только, как говориться, были небольшие нюансы.

– А альвийка чем для клинка лучше? – созрел тем временем у оруженосца очень умный вопрос.

– Твердой сталью на кромках, мягкой в сердцевине. В композитном клинке сердечник меча можно из очень вязкой стали выковать. Такую подобрать, что закаливай ее или не закаливай, тверже не станет и вязкости не потеряет. С однородной заготовкой так при всем желании не получится. – Про различное содержание углерода и всевозможные легирующие добавки упоминать я конечно не стал. Реклама рекламой, понты тоже, но загадочность должна быть не только в женщинах. – На подобном мече лезвие, конечно, может выкрошиться, но сломать его ударом о чью-то голову… Ха! Я даже не знаю, в человеческих ли это силах. Скорее нет, чем да.

– Вы, фер Вран, еще и знающий оружейник? – спросил, как он считал незаметно подошедший ко мне судья. Ну а что я свою лекцию читал, в том числе и на его уши, ему знать не надо.

– Немного.

– Не прибедняйтесь, фер Вран, не прибедняйтесь. Вы, я смотрю великим множеством талантов одарены.

– Возможно, – пожал плечами я, – со стороны виднее.

– Я об этом и говорю!

Интерлюдия

Рив округа Крунд фер Аякс ан Вельдес цедил вино, развалившись в плетеном кресле в беседке посреди сада усадьбы ан Ниганов. Представители этой семьи в вине разбирались, также как и во многом другом, так что когда верн6увшийся из внезапно захваченного какими-то залетными наемниками Бойгендэйла судья пригласил рива заглянуть в гости (как представится случай, конечно же), тот не заставил себя ждать.

– Как съездил?

– Удачно.

– Подарков не пожалели? – Засмеялся гость.

– Нет, – равнодушно отмахнулся судья, они с ривом не только дружили, но и были двоюродными братьями, так ему позволялось многое. – Новый владелец заверил меня в своем уважении и за хлопоты отблагодарил.

– Какое неуважение! – с намеком поднял рив бровь, внимательно глянув на собеседника.

– Оставь свои шутки, Аякс. В наш мелкий прудик акула попала. Заморенная правда, уставшая, но она очень скоро отъестся.

– С чего ты так решил? – оперся на столик рив, оставив вино в сторону.

– От него смертным холодом тянет. – А вот судья остался сидеть, как сидел и вина после своих слов отпил больше обычного.

– Тем самым? – осторожно уточнил ан Вельдес. Он сам и его семья, несмотря на родство с ан Ниганами поклонялись Ранн. Те впрочем, Морскую богиню тоже не забывали, но в их замковой молельне рядом со статуей Ранн стояла статуя Хелы Справедливой с весами в левой руке и обнаженным мечом в правой.

– Тем самым, – кивнул Феррин. – Не всегда конечно можно почуять, но когда он убивать собирается, ни с чем этот холод не спутаешь.

– Этого нам еще не хватало! – забеспокоился собеседник. Поклонники Хелы Судии были одной из немногих адекватных и уважаемых обществом фракций среди хеленитов. У основной массы поклонников богини Смерти репутация была очень мрачной. – Я думал враки!

– Нет, на постоялом дворе все так и было. Не только альвы все в подробностях расписали.

– Эти ушастые живы еще? Он зачем их с собой потащил?

– Найм порекомендовал, – усмехнулся судья, – и даже не обманул.

– Что?

– В роту свою он остроухих завербовал. При мне даже в бой сходили. Выжили, всем довольны.

– Ты так шутишь? – не поверил таким новостям рив.

– Если бы. – Ухмылка ан Нигана стала шире. – Все еще веселее. Новый властелин Бойгендэйла как говорят, на полукровке женат и с родней ее якшается, как ни в чем ни бывало.

– Что-о-о???

– На полукровке женат. Вот что. Честь по чести, с «нерушимым браслетом»[34]. Вот когда у меня чуть глаза не выпали!

– Что?!

– Его «браслет Хелы» я своими глазами видел, Аякс. Не подделка. Работа тончайшая. И сын храмового настоятеля в кнехтах. На остроухих огнем не дышит.

– Ты хочешь сказать…

– Да, это я и хочу сказать. Все, все, все о том говорит.

– Ну знаешь, этого еще нам не хватало! – одним глотком осушив бокал, упал в свое кресло рив.

– Не так все и плохо. – Подумав, повторил его подвиг ан Ниган. Но бокал наполнить не забыл. – Чудится мне, что я знаю, в какой ипостаси Госпожа его благословила…

Рив жестом предложил судье продолжать и тоже набулькал себе вина.

– …коли с альвами пьет и дружит.

– И ебет заодно. Ты веришь, что Благословенный Хелой наемник тихо сидеть будет? Он, мать его, самих ан Бойгенов с их земли вышиб!

– Не верю. – Покладисто согласился ан Ниган. – Но не порешил же? Кто знает, что дальше будет. Вот отдадут за него малышку года через три…

– Девону что ли?

– Эмин против этой акулы не потянет, там зубы в три раза больше и крепче. И так едва выжил. Эмма уже сейчас на фера Врана как на зятя смотрит, поверь мне.

– Так он же на остроухой женат?

– Ну, с приданым девчушки и должниками этой ведьмы любой о второй подумает. А некоторые даже о третьей. Или даже четвертой. А кое-кто и первую жену отравить.

– Ну да. Если не примириться, ему на корню ан Бойгенов выводить надо. Пока у них золото в закромах не кончилось даже Меченому покоя не будет.

– Угу. Дети растут и рожают новых детей. Тогда уж син Бойгенов, кузен. Истинный ан Бойген сейчас один и родовой герб у него свой.

– Осторожнее пока с этим! Нам с тобой они родственники все-таки. Не поймут нас.

– Это уже не важно. Не верю я, что Эмма лен вернет.

– Ну,… мало ли что может случиться?

– Случайно в море утонет, ногу судорогой сведет? – Ядовито предположил ан Ниган. – Убийцы на него заказ не возьмут, а если их обманом на него навести, заказчика без разговоров прирежут. С ним сейчас только воевать. У «Фиосских кракенов» повоевать не вышло.

– Ты битву с ними видел?

– Обижаешь, с первого до последнего мгновенья все перед глазами прошло.

– И что скажешь об этом?

– Скажу что юный ан Феллем истинный сын своего папаши, а рота у него просто отличная. Фиосцев в меньшинстве разорвали как тряпку. Лейтенанты один другого лучше, мастер осадных машин и даже маг есть. В целом, начинаю немного побаиваться, как бы они по соседству с фером Враном землицы не решили приобрести. В будущем.

– Сука! Этого еще нам не хватало!

Кузены многозначительно переглянулись.

– Собственно, я о том же. Нам с ним надо либо дружить, либо как-то кончать его побыстрее. Пока не укрепился. Но убить Меченого сильно не простое дело. Если эта тварь сумеет выжить мало не покажется.

– Ты же говорил, что с ним можно дело иметь?

– Так я и сейчас это говорю. Но мало ли как сложатся обстоятельства? Вдруг я в нем где-то ошибся?

* * *

Пленные «кракены» оказались очень интересной публикой. Достаточно сказать, что никто из них даже не сомневался, что пленных солдат роты выкупят. Да и насчет и компенсации расходов на лечение раненых тоже. Ценой найма и отношениями внутри «Вепрей» они интересовались исключительно для информации. Никакого желания сменить знамя за ними не замечалось. Единственное, чем пленные интересовались практически – это возможностью взять у меня после отставки землю в фригольд. Двух матерых капралов очень расположила к себе лекция. Я, немного подумав, не отказал. Но не забыл спокойно разъяснить про ожидающие меня проблемы и посоветовал заглянуть через год-полтора. За это время подумав чем они будут тут зарабатывать, ибо на земле в этом фьефе особенно не поднимешься. Последнее добавило мне симпатий еще больше.

«Вепри» потери в сражении понесли довольно приемлемые. Что, в общем-то было прогнозируемым. Строй роты фиосцы прорвать не успели, преследования, и истребления раненых не произошло, так что капитан вполне заслуженно купался в лучах солдатской славы. Возможно даже больше чем маг, вымотавшийся до предела при оказании медицинской помощи раненым. Что кстати было очень показательно.

Ко мне в кнехты в конечном итоге выразили желание уйти около сорока человек. На первое время я нанял двадцать пять. Умение держать язык за зубами, возраст, семья (или желание ее завести) и желание остепениться были как бы не ключевыми чертами личности для отбираемых воинов. Впрочем, зрелый возраст как таковой был не обязателен, жажда сделать карьеру это точно такой же мотивационный крюк как желание спокойно дожить свою жизнь.

Рота рассталась с людьми с гулянкой, но без пьяных драк и каких либо взаимных претензий. Зла в общем не держали даже неудачливые соисканты. У меня, как это ни странно хватило мозгов выбирать людей по видным со стороны объективным критериям.

Что же до самого фера Врана ден Гарма ан Бойгена, то ему нужно было побыстрее добраться до Веллина – столицы провинции, и зарегистрировать в Кадастровой Палате переход владения в мои руки. Но сначала нужно было дождаться «ан Брейга» из его анабазиса в зону действия ретранслятора. Связь с Монтелигерой морзянкой на коротких волнах мало того что была достаточно малоинформативной, так еще и ненадежной даже ночами. О микрофонном режиме «ан Апольд» даже не мечтал. Мощности имеющейся у нелегалов радиостанции не хватало.

Но мне пели дифирамбы даже так. И помимо всего прочих сокровищ обещали прислать с кораблем стационарную радиостанцию помощнее.

Глава XI

Шен Агейр ан Пельс по возрасту приближался к пятидесяти, был невысок ростом, тщедушен телосложением и на голове с достоинством носил обширную лысину с навевающим некоторые ассоциации с ставропольским комбайнером родимым пятном посередине. Нос юстициария смахивал на корабельный руль. Сейчас чиновник Кадастровой палаты направил его на меня в явной надежде заработать.

– Шен, мое время стоит дорого. – Терпеливо продолжил я увещевания потерявшей какой либо страх канцелярской крысы. – Если вы отказываетесь внести в книги запись о переходе Бойгендэйла в мои руки, то так и скажите. Я найду кого-то еще.

Крыса оскалилась. Зубки у нее были мелкие, желтые и местами тронутые кариесом. Прорех, как ни странно не было.

– Кто-то еще вам, фер Вран, не поможет. Либо посоветуют обратиться ко мне, либо столько за помощь запросят, что сами сюда вернетесь. Ну а если неосторожно заплатите, то просто потеряете деньги. Без связей в Веллине трудно выжить!

– Шен Агейр, не надо словесных кружев. Я хочу знать ответ, почему переход Бойгендэйла в мое владение уже почти неделю не зарегистрирован. Этот ответ вы мне дадите здесь и сейчас. – Вздохнул я. – И дадите его совершенно бесплатно. Я не даю взяток за выполнение чиновником его прямых обязанностей.

Брови письмоводителя дернулись в изумлении, на лице проступила злость, тут же сменившаяся издевкой. Но вставить слово я ему не позволил.

– Дело в том, досточтимый, что я нахожусь в очень сложном положении. Увы, не могу позволить кому – либо брать себя за глотку. Что по глупости своей вы попытались сделать. Это было вашей ошибкой. Теперь вы и с благодарностью за труды обломитесь.

– Я…

– Я хочу услышать причину! – Стал ниже тембр моего голоса. – Здесь и сейчас! Словесный понос мне не интересен. Ну!!?

– Мы имеем основания предполагать, что вы подданства Империи не имеете! – справился с нервами и мило улыбнулся мне отчетливо рассчитывающий на безнаказанность мудак, показывая, что работает не один, и заплатить мне придется. – Проверка бумаг требует времени…

За спиной распахнулась дверь и в кабинете ан Пельса появились посторонние. Трое легионеров из числа охранявших присутствие. До электрического звонка тут было еще долго, но до веревочки к звонку люди додумались. Незаменимое приспособление для успокоения буйных посетителей.

– Справляйтесь о своем деле через пару недель, Ваша Милость. – Насмешливо скалясь, закончила свою речь плешивая крыса. – Может быть через три. А сейчас у меня много дел, вам пора.

– Идемте, фер. Встреча закончена! – Оценивающе глядя на меня, заключил старший тревожной группы, матерый мужик лет тридцати с синевой на щеках и глубоко посаженными глазами.

Я размял пальцы. Легионеры напряглись. Они оценивали степень моей опасности куда адекватнее, чем потерявший от безнаказанности берега юстициарий.

– Это ваше последнее слово?

– Да, фер Вран! – крыса наслаждалась моментом. – Разумеется.

– Тогда верните мне мои документы. Сейчас же.

– Фер Вран… – начал дупликарий.

– А вы, фенн, со своими подчиненными будете в этом свидетелем. Я настаиваю.

Чувство наслаждения властью у юстициария начало немного горчить.

– Итак. Я жду. – Перевел я взгляд на него.

– В этом нет необходимости! – Мне еще улыбались.

– Это уж мне решать, – сказал я. Конечно же, без улыбки. – Документы! Немедленно! И я сразу уйду. Как я вам уже говорил, мое время стоит дорого.

Легионеры обратили свое внимание на ан Пельса. Невозможного я не просил, и они первые были заинтересованы в том, чтобы вывести меня миром. Пресечение хамского наезда на чиновника в охраняемом здании это одно, а вот попытка выкинуть благородного господина, да еще и рыцаря вдобавок из присутствия в ответ на его законное требование, это совсем другое. Крайним в разборках окажется совсем не письмоводитель.

– Ваши бумаги сейчас проверяются на подделку. – Нашелся юстициарий. «А у него их, однако, нет!», мысленно заключил я. Причины проволочки, чем дальше, тем больше обретали очертания.

– И кто же тут это может определить? – конечно же, не отпустил я с крюка плешивую крысу.

– Что? – не поняла она. Еще штришок.

– Найти в предоставленных мною бумагах признаки подделки. От Веллина до Крунда, если не спешить, то полтора дня ходу. Судья, чья подпись и печать стоит на предоставленном мной экземпляре договора сейчас на месте. Я жду уже шестеро суток. Фенны, прошу засвидетельствовать вопрос – чем шен Агейр все это время занимался и куда исчезли мои бумаги?

Лицо чиновника после последних слов дрогнуло. «Ага!»

– У вас есть ответ, шен Агейр?

– Проверки требует только ваше подданство, – уже подозревая, что не поможет, разъяснил ан Пельс, – путь до Метониса очень долог.

– То есть вы хотите сказать, что за время обмена письмами с тамошним Геральдическим департаментом я вместе с Бойгендэйлом могу исчезнуть? Вы тамошний замок видели? Не уверен, что он поместится в мой мешок.

Старший легионер дернул уголками губ в сдерживаемой улыбке. Ну да, прикупать караульных чиновничеству особого смысла не имеет.

– Вы слышали мой ответ, фер Вран! – юстициарий откинулся на спинку своего кресла. – Теперь вам можно идти! У меня много дел!

– Не так все просто! – Сказал я, глядя на него и порицающе покачивая указательным пальцем. – Если я не внесен в Гербовую книгу, после того как мое имя попало в жернова государственной машины[35] наличие или отсутствие документов в вашей канцелярии не имеет значения. Сделка в любом случае становится незаконной.

– И что?

– Бумаги где? – Резко оскалился уже я. – Вы не решили ли, что они у меня в одном экземпляре?

Весьма резонное предположение, надо сказать. А личико у юстициария в этой связи дрогнуло вообще подозрительно. Даже легионеры внимание обратили.

– Сейчас у меня нет ваших бумаг, – наконец сдалась крыса.

– В смысле здесь, в здании?

– Да.

– Хорошо. Где они?

– Не здесь, – забегали у него глаза.

– В мастерской, где взамен моего имени в договоре уже чужое вписали? – Безмятежно улыбнулся я и повернул голову к легионерам. – Фенны, прошу засвидетельствовать, что шен Агейр признался в исчезновении предоставленных ему документов на право собственности. Расписка в получении у меня на руках. Если хотите, можете ознакомиться.

– Я…

– Фенны, – надавил я, – прошу засвидетельствовать, что шен Агейр признался в превышении своих полномочий. Даже если он в действительности заподозрил подделку, ссаный письмоводитель все равно не имел права отказать благородному господину во внесении записи в реестр владетелей. Все что он мог, это доложить по команде о подозрениях и запросить геральдиков Метониса. Как это делается обычно. Захотел сам, захотел через Тайную Стражу. Там я, кстати, тоже известен.

Тут я, конечно, немного приврал. Обязанности Пельса вряд ли были настолько четко определены, если вообще существовали в бумажном виде. Но это было, в общем хорошо. В долгосрочной перспективе пиписька у меня в любом случае была крепче, толще и длиннее.

– И что это вам даст, фер? – заинтересовался старший легионер.

– Ну, например, сейчас я могу дать шену Агейру пощечину…

– Чиновников не имею права бить позволять. – Хмуро ответил он мне.

– Я только один разок, легонечко. Как повод для дуэли.

Легионеры единодушно фыркнули.

– Шен вас за это вызовет, фер?

– Нет, конечно. – Усмехнулся я, как мог развалившись. – В афере с моими бумагами его номер десятый, честь тут даже не ночевала. Однако если некто забыл о ней, долг благородного рыцаря напомнить.

– И? – с интересом глянули на меня.

– Не вызовет, значит отрежу уши.

Служивые рассмеялись, я им понравился. Отсутствием излишней спеси в том числе. Они мне были не ровней даже на службе.

– Опять не вызовет, отрежу нос, – улыбнулся я уже самому юстициарию. – Так что поторопись мои бумаги найти, шен Агейр. Пока я не решил, что вы действительно меня на фьеф решили кинуть. Вам какое ухо наименее дорого для начала?

– Да не гоните так лошадей, фер! – опять одернул меня старший легионер. – У нас служба.

– А я полагаю свои бумаги украденными одним продажным юстициарием из Кадастровой палаты. За это не одни только уши надо отчикать.

Продажный юстициарий удостоился насмешливых взглядов. В то, что дыма без огня не бывает, легионеры конечно верили. Репутация у чиновничества была соответствующая его жалованью.

– Ну а если руки у меня не дойдут, пахнет каменоломнями. На старости-то лет. – Закончил мысль я. – Куда бедному провинциалу по этому делу лучше первым идти? К городскому судье, к префекту или в Тайную стражу? За добрый совет честного человека не поскуплюсь.

– Где эти бумаги? – наконец-то дошло до дупликария наехать на чиновника.

Тот затравленно глянул в мою сторону и отвернулся. Я, все так же развалившись в кресле, безмятежно юстициарию улыбался. Внутри впрочем, кипела злоба.

– Здесь их нет! – вызверился чиновник на предателя – легионера. – Слышал же!

Зря он так. До этого служака был в общем нейтрален.

– Так найдите их там, где они лежат! – Зарычал дупликарий в ответ. – И я бы на твоем месте, шен Агейр, поторопился!

– Поддерживаю. – Сказал я. – У меня ожидается напряженный день.

В общем, совместными усилиями чиновника нам удалось додавить и предоставленный ему для перерегистрации владения тубус с бумагами где-то через полчасика мне все-таки вернули. Впрочем, прошением там можно было пренебречь. Выписка из Гербовой книги была заметно ценнее, однако, даже не будь у меня копии, всегда можно было заказать новую. Основной ценностью была одна из трех копий договора. Пергамент которой оказался заляпан жирными пальцами и с чистой стороны листа измазан вином.

– И в каком таком кабаке вы мои документы на подлинность проверяли? – Как по мне, так вполне логично уточнил я.

Ан Пельс не ответил. А зря. Ему же хуже. Служивые вон прекрасно поняли, что я хотел сказать.

* * *

Когда я выходил из здания, дупликарий увязался вместе со мной.

– Вам надо быть осторожнее с этой мразью, фер Вран. О ней даже среди нас скверные слухи ходят.

– Спасибо, – кивнул я.

– По плешивому сразу не скажешь, но опасных знакомцев у шена Агейра немало. Осторожней в Веллине на ночных улицах. Паскудник вам угроз не простит.

Я оценивающе смерил мужика взглядом и, найдя в кошельке серебряный бизант, бросил ему.

– Выпейте с парнями после службы за мое здоровье.

Рассмотревший монету дупликарий машинально огляделся по сторонам.

– Не прими за взятку, прими в знак уважения. – Хмыкнув, добавил я.

Легионер на пару секунд о чем-то задумался.

– Префекту на него жаловаться не стоит. Или к судье, или к тихушникам сразу идите, если у вас все хорошо с ними. Про чинов Земельного Департамента ничего не могу сказать.

– Я и добро и зло хорошо помню, – сказал я. – Будет повод, обращайся. Всегда помогу.

* * *

Столкнуться с «черными риэлтерами» определенно было новым опытом в моей жизни. Вырисовывающаяся перед моими глазами схема отжима землевладения была проста как бронзовый триенс и столь же надежна. Против не имеющего подвязок провинциала во всяком случае. Кража документов на квартиру, простите на дом и землю, тихая ликвидация законного владельца и переоформление бумаг на нужного человека. Что может быть проще?

Это я вовремя спохватился. Реальный аэронский провинциал запросто так бы завтраками и кормился. Пока на ночной улице в почку заточку не сунули. Далее останется только вступить во владение и близких покойного владельца зачистить, чтобы жалобы потом не писали. Ан Пельс совсем не просто так альвийским вином меня поил в первый день и про семью расспрашивал. Чем собственно и насторожил, что позволило, осмотревшись, подготовить почву к сегодняшнему скандалу. Шесть дней было достаточно много, чтобы веллинские мафиози по уши влезли в дело, и в то же время слишком мало чтобы посланный в Крунд быстроногий гонец успел все там как следует разнюхать и вернуться.

Если конечно не изгнанные владельцы за делом стояли. В последнем, я впрочем, сомневался. Мозгов у фрейи Эммы на такое конечно бы хватило, но она знала и про мое владение боевым артефактом, и про квартирующую в Бойгендэйле роту наемников и, вероятнее всего, даже про особые отношения с паствой Хелы. Как минимум. Тут простые решения принимать опасно.

Сейчас, когда я внезапно для противной стороны обострил ситуацию, бандиты должны были: либо сделать вид что ничего не произошло и отступиться, опасаясь огласки; либо попытаться уже сегодняшней ночью меня порешить и утопить труп в городской канализации. Аэронская юстиция в интересах пропавшего без вести человека на здешнем этапе развития цивилизации работать не будет.

С другой стороны, можно было конечно и не лезть на рожон – но где гарантии что обнаружение «Вепрей» в Бойгендэйле что-то изменит? Исчезновение нанимателя равно прекращению обязательств. С профессиональной же стороны, рискнув на конфликт с уголовщиной, я работал на будущую известность и авторитет как минимум среди нее. Герб и владение землей были совсем не теми темами, в которых поместное и беспоместное дворянство империи понимало шутки.

* * *

Что после ужина конфликта будет не избежать, в таверне я понял сразу. Надоевшая уже за последние пару дней своим мельтешением компания дворян воспылала внезапной дружбой и начала затягивать меня за стол. Испытать удачу за игрой в кости и все такое. Гоняли они по мелочи, так что я даже проигравшись, не обеднел бы, однако кто сказал, что я должен облегчать жизнь людям которые хотят меня прикончить? Нет, острые взгляды центровых этой пятерки можно было списать и на желание обчистить, однако я за предыдущие дни никакого интереса к игре не проявлял и тугой мошной не светил. Так что сочетание конфликта днем и появления группы друзей вечером выглядело немного подозрительно и совпадением не казалось.

– Не играю, – отмахнулся я от слов очередного приглашальшика, симпатичного молодого блондина в почти даже не ношеном темно – синем дублете с неаккуратно стянутой светлыми нитками прорезью под мышкой. Ширина висевшего на его поясе кинжала казалась этой пробоине довольно близкой.

– Напрасно, фер! – В гагаринском стиле улыбнулся блондин. – Боги любят рискующих испытать удачу удальцов!

– И кто из вас им окажется? – будучи не настроен на шутки обрезал я. Оруженосец чуть сместился на табурете, чтобы было удобнее выхватить меч.

– Что вы хотите сказать? – немного растерялся, но все же добавил сталь в голос молодой человек.

– Что не играю. Ищите другой кошелек за стол.

– Это…

– Тревор, уймись! – Скорчив кислую рожу оборвал блондина один из центровых шайки, среднего роста плечистый брюнет с щегольскими усиками, спадающей на глаза гитлеровской челкой и длинными жилистыми руками. – Фер отказался. Настаивать будет не вежливо.

– Это я и хотел сказать, – охотно согласился я. Человек был весьма опасен хотя бы тем, что стоимость его бастарда кратно превосходила стоимость одежды. В отличие от злобно косящегося на меня блондинчика.

– А вино пьете, фер? Мой друг охотно купит кувшинчик для примирения.

Я в деланном удивлении поднял правую бровь. Второй лидер группы, набравший с пуд лишнего веса щекастый здоровяк в черном с серебром, поспешил меня успокоить.

– У господина ан Линнеда язык частенько быстрее ума работает. Давно уже убил бы Тревора кто-нибудь, если б не мы. Это в остальном он парень отличный…

– Без хороших друзей в наше время не выжить. – Подтвердил брюнет. – Не хотите играть, фер, никто ведь не настаивает… Просто, знаете, надоедает видеть за столом одни и те же рожи. Иногда хочется посидеть с повидавшим жизнь благородным господином, поговорить с ним, о чем-нибудь, вина выпить… Ну да, иной раз и кости метнуть на интерес, если желание такое появится… Ничего страшного ведь в этом нет? Если не вспоминать косноязычия нашего друга?

Компания охотно заржала. Не смеялся только упомянутый Тревор.

– Вина сегодня что-то не хочется. – Отказался я. – Но светлого пива я бы выпил, однако. Думаю, что сегодня оно в самый раз будет. У меня намечается встреча.

– Уже есть куда-то сходить? – подмигнул здоровяк.

– Ну, вдовушки в Нижнем городе встречаются симпатичные…

Блондин заказал большой кувшин пива. Я пересел за чужой стол. Познакомились.

Здоровяка звали Энгус ан Геррик, брюнета Риордан ан Мэйв. Узкоплечий костистый тип, жадно рассматривающий рукоять меча доставшегося мне от ночного мясника – бретера, звался Кайлом ан Риггердом. Его то и дело облизывающий губы крысолицый приятель Финном син Аудау. Рыцарей среди них не было. Смелые парни представились недавними наемниками, решившими поискать карьеры в столице провинции. Это еще более укрепило мои подозрения. Судя по наблюдаемым мной нюансам поведения, в наемных ротах из этой пятерки, несомненно, служили только два лидера и возможно – блондинчик, две оставшиеся торпеды солдатской жизни без особых на то сомнений не нюхали даже за километр.

Язык у фенна Риордана был подвешен что надо, я даже начал прикидывать варианты как оставить его голову на плечах. В интересах золотодобывающей компании «Голден Гермес» конечно же. Здоровяк ан Геррик на мозги тоже не жаловался, ну а остальные трое… Что о них говорить, – торпеды, они торпеды и есть. Крысолицый «фенн» Финн в процессе разговора настолько неуклюже начал подводить меня к конфликтной ситуации, что даже в школьном драматическом кружке бы ему сказали – «Не верю!». Тупорылого исполнителя одернули собственные же мозги. Причем даже не ан Мэйв, а фенн Энгус – после чего наступила настоящая благодать. Честное слово, вставал я с искренним сожалением:

– Благородные господа, увы, вынужден оставить эту приятную компанию. Самое время избавится от водички – собутыльники рассмеялись, – и подготовить себя к визиту. Моих трудов ждет одна дама, не дело будет ее разочаровать.

– Может быть, еще посидим, фер Вран? – предложил Тревор. – Вас любая женщина будет ждать хоть всю ночь!

– Увы, фенн Тревор, увы! – Пьяно улыбаясь (но пытаясь не переиграть), замахал я руками. – Избыток вина и пива утопит даже мою силу. А я планирую всю эту ночь провести не праздно.

Компания, разумеется, опять рассмеялась. Правда, ан Мэйв с ан Герриком при этом красноречиво переглянулись. Вероятность их наведения на меня выросла примерно до девяноста пяти процентов. Значит, следовало проверить, не приверженцы ли очень простых решений мои приятели.

Я, слегка покачиваясь, направил стопы в сортир. Пива надо сказать я выдул много, это «друзья» продолжали налегать на вино, но в голову легкое светлое особо не давало, так что увяжись за мной кто-нибудь из пятерки, его ожидал бы большой сюрприз. Пускай даже вероятность нападения на постоялом дворе была довольно низка. Ликвидация это не то дело, которое любит случайных свидетелей. Когда цель собралась этим вечером идти к бабе.

Так оно, в общем, и вышло, пускай крысомордый «фенн» Финн с блондином мне на выходе из сральника и встретились. Но зов природы в этот момент одолевал не меня одного, так что уродцы были вынуждены только криво мне улыбнуться и проскочить в полумрак.

* * *

«Пошел к бабе» я в глубокие сумерки, но до того как совсем стемнело. Несмотря на столичный статус, ночное освещение улиц в Веллине оставляло желать лучшего.

– Фер Вран? – «Удивился» случайной встречеподпиравший стену здоровяк Энгус. А я мысленно «удивился» тому, что он меня так просто узнал, в скрывающем-то фигуру длинном плаще. – А не к одной ли вдовушке мы собрались?

– В принципе это конечно возможно, – усмехнулся я, сближаясь с убийцей. Бретером он был или киллером, неважно. – Но она слывет женщиной строгих нравов.

Встретился ан Геррик мне примерно там, где я и ожидал встретить засаду. За первым же углом от ворот в стене разделявшей «Высокий город» с «Нижним». Столицы провинции запрет иметь крепостные стены не касался. После доведения до моих новых приятелей ночных планов предсказать мой маршрут им было несложно. Вблизи, конечно же, никого не было. «Нижний город» Веллина уже в это время был довольно небезопасен и если богатые кварталы городской стражей кое-как контролировались, то в прочих с гостем могло произойти практически все что угодно.

– Она у вас не такая фигуристая красавица с вот такой грудью и задницей что кружку можно поставить? – Энгус жестами показал мне габариты красотки. Вот он играл, так что не подкопаешься. Даже Станиславский закричал бы тут – «Верю!».

– Нет, формы у нее как говорят менее пышные, – сказал я и вогнал в его печень один из благословленных Хелой стилетов. Чтобы не насторожить противника, если мне встретится одаренный, в этот раз я подвесил свой барселард стилетами на внешнюю сторону и вытащил один только перед ударом.

Смертельно раненый здоровяк засипел и осел на колени. Кольчуга против стилета не помогла.

– Думаю, ты и сам все увидишь, – проводил его уходящую жизнь я, смещаясь к стене и наблюдая, как меня обступает выскочившая из близлежащего переулка троица. Крысомордый син Аудау среди благородных господ отсутствовал. Чтобы я не мог потеряться, он следовал позади меня, и догнать приятелей к этому моменту естественно не успел. Того, кто «вел» меня спереди я благодаря сумеркам не узнал.

– Значит, все понял, – неожиданно спокойно сказал фенн Риордан. Ан Геррик у его ног последний раз дернулся и затих.

– Пожалуй, еще, когда вы ко мне присматривались.

– Надеешься, что не удержит наша ловушка?

– Крысам волка задавить трудно, – фальшиво пафосно хмыкнул я, сбрасывая плащ. На мне был кожаный дублет с титановой кольчугой поверх и защита конечностей из бригантного комплекта. Если поберечь голову, то дожить до того момента как ко мне подойдет помощь было можно.

– Подготовился, – кивнув самому себе, сказал ан Мэйв, делая шаг вперед. Меч он держал двумя руками клинком вверх. Работать против человека в доспехах этот профи безусловно умел. – Ну и посмотрим, кто выберется из этой ловушки.

– Думаешь, что риск стоит посуленной тебе мелочевки? – В левой руке я держал подаренный ночным бретером бастард, правая сжимала рукоять барселарда. Было бы куда более умно взять в нее дагу, но рука нашла рукоять «Кинжала Гнева» словно бы сама собой. Кинжал сегодня как будто просил напоить его кровью. Я решился довериться своим ощущения.

– Догадываюсь, что нет. Но это неважно, фер Вран. – Ответил убийца, смещаясь влево. – Золото взято, надо его отрабатывать.

В противостоянии одного человека группе существует только одна тактика выживания – с противниками иметь дело по одному. Пока главный киллер отвлекал меня разговорами, находившийся в центре ан Риггерд дергался сам и дергал своим палашом изображая готовность атаковать. Пока оторвавшийся от них вправо Тревор ан Линнед должен был ударить реально. Ублюдки умели работать группой, ну а красавец – блондин был гораздо большей мразью, чем можно было сказать по его внешности.

Тревора я и выбрал нейтрализовать первым. Обманка в сторону «фенна» Кайла прошла на ура-то. Он отшатнулся назад, Риордан дернулся отвлечь меня и прикрыть своего бойца, ну а зашедший мне за спину блондинчик внезапно для всех поймал горизонтальный удар с разворота на уровне плавающего ребра. Точь в точь как в самурайском боевике. Что еще более роднило ситуацию с последним, железа на ронине не оказалось. Один только кожаный нагрудник под верхней одеждой, который, конечно же, не спас. Но без него я бы Тревора, наверное, перерубил пополам.

Ан Мэйв в это время, конечно же, время на финты не терял, атаковав меня в шею – голову из левой верхней четверти. Этот очень сильный удар мне удалось сбить сильным отмахом – сложившийся пополам блондин снялся с клинка очень вовремя.

Далее оборотной стороной силы оказалась инерция. Риордан немного провалился вперед, и я поступил в привычном уже для себя ключе – вошел в клинч. Банально сорвал дистанцию и пырнув врага в брюхо баселардом в правой руке, рискнул подрезать ему поджилки мечом в левой. Не забыв естественно, попутно прикрыться телом убийцы от палаша подельника.

Кинжал в живот, к сожалению не прошел. Этот моржовый хрен, как и покойный ан Геррик не сэкономил на кольчуге. Зато ногу, судя по вскрику, я ему распорол, но она, увы, не сложилась. Впрочем, с мечом ан Мэйв действительно был неплохим профи и, понимая, что я слишком близко, так что разорвать дистанцию не получится, долбанул мне «яблоком» навершия в голову. Что против боксера конечно не помогло. Я машинально нырнул под удар и секанул в ответ кинжалом по его голой шее. Опять, к сожалению не попав. Только кожу на подбородке вспорол.

Далее дружка наконец-то попытался спасти ан Риггерд, так что добить брюнета я уже не успел. Костистый дылда зашел справа – сзади так что у меня не осталось другого выбора кроме как принять удар палаша на бронированное предплечье и уже в следующее мгновенье снести ему бастардом половину черепа.

Оставшийся в одиночестве ан Мэйв стоял от меня в метрах пяти.

– А ведь действительно, не удержала.

– Ты бы бежал, дурак, пока можешь! – сказал я в ответ.

Он, словно ждал от меня разрешения побежал.

Догнал я его метров, наверное, через пятьдесят, упереулка, где он хотел скрыться. Уже понимая, что я быстрее ан Мэйв в отчаянии развернулся и попытался встретить меня коварнейшим для здешнего фехтования длинным уколом в глубоком выпаде. Блок и ответный удар в шею прошли на одних рефлексах, ведра пота были пролиты на тренировках совсем не даром. Главарь убийц обрушился как подкошенный. «Даже не дернулся. Позвоночник я у него, похоже, перерубил» – решил я.

Неудачливые убийцы отбыли топить лед к покровительнице, так что пришло время для мародерки. Обувь и одежда покойника меня не интересовали, нужно было поторопиться снять с него только оружие, кошелек и кольчугу. Ну и бумаги поискать, где-нибудь за пазухой или поясом. Последние впрочем, не нашлись. Пришлось заменить головой.

Когда я возвратился к оставленным позади покойникам, там уже были мои люди.

– Не удалось взять живым говнюка, – доложил Хугге, показав мне голову Финна син Аудау, – стрелой достал. Так бы сбежал, стервец.

– Плевать, – отмахнулся я и передал голову брюнета Тьерду Дэрту, деловито расстилающему по земле чей-то плащ. Оружие и кольчатую рубаху принял Нейл. – Я тут блять не Бэтмэн в Готэме и наводить справедливость не собираюсь. Обыскивайте трупы, пока стража не появилась. Брать деньги, оружие и бумаги. С Герррика еще снимите кольчугу. Что делать с их головами знаете.

– Сделаем, Ваша Милость. – Коротко поклонился мне лучник.

* * *

Утром выписку из реестра мне принесли прямо в комнату на постоялом дворе. Я, в ответ на такой «сюрприз», конечно же, не поленился сходить и выяснить что там в Кадастровой палате сдохло. Ведь для меня подобный сервис должен оказаться сюрпризом, не так ли?

Шен Агейр ан Пельс легионеров в ходе нашей очередной встречи уже почему-то не вызывал, скрипел зубами, извинялся за проволочку и прятал испуганные глазки. Запись в «земельном» талмуде была внесена честь по чести, даже геральдическое описание герба нового владельца Бойгендэйла было мало того что вписано по памяти, так еще и без единой ошибки.

– И разве стоило из-за мелочевки скандалить? – доброжелательно улыбнулся я юстициарию, задумчиво покрутив в пальцах серебряную монету и опустив ее обратно в кошель. – Мы же ведь оба знали, что с документами все в порядке?

Тот опустил взгляд. Продажному чиновнику было немного сложно спокойно вести себя с человеком который мало того что порешил посланную за его головой пятерку, но и сложил ее головы пирамидой на крыльце твоего дома, в намеке кто будет следующим. Да и поджидавший юстициария в присутствии Даннер бензинчика с утра тоже немного подлил.

С возвращением в ставший родным дом я после этого затягивать, конечно, не стал. Можно конечно быть круче Кавказских гор, но шутить с государством, пусть даже и средневековым, без особой нужды не стоило. Пять безголовых трупов посреди улицы наделали в Веллине изрядный переполох, нужно было смотаться из города до того как меня с ними свяжут.

Интерлюдия

Застывший перед префектом как кролик перед удавом Агейр ан Пельс был бледен как мел. Фер Логан ан Фланнахт слыл человеком крайне жестким и очень редко прощал ошибки. Красота, унаследованная от альвов, это только подчеркивала.

– Итак. Еще раз. – Задумчиво потер он покрытый щетиной подбородок. – Кто тебе разрешил, жалкая тля, внести запись о смене владельца в реестр?

Ан Пельсу на суть риторических вопросов было, в общем плевать. Утром голову сохранить он сумел, теперь шанс выжить был куда больше – заменить его кем-то другим префекту будет непросто. Земельный департамент был в ведении Канцелярии Наместника и к префекту Веллина никакого отношения не имел.

Увидев у себя на крыльце пирамиду из голов привлекаемых к решению деловых проблем наемников, юстициарий как никогда раньше понял, что деньги ему в карман падают небольшие, шутки кончились и безнаказанность осталась в прошлом. Больше уговаривать его никто не будет. Пустоглазому здоровяку, что так подчеркнуто спокойно с ним разговаривал, будет гораздо проще и дешевле свернуть ему шею, чем тратиться на участие в деле лиц которым нельзя отказать. И вероятнее всего это сработает. А отомстят за него или нет, шену Агейру уже будет не интересно.

– Ваша Милость…

– Хватит с него, пусть проваливает.

Единоутробный брат префекта – фер Арвин ан Фланнахт появился за спиной у ан Пельса совершенно беззвучно.

Старший брат бросил на младшего заинтересованный взгляд.

– Позже, – ответил тот на незаданный вопрос, вольготно разваливаясь в предназначенном для важных посетителей мягком кресле.

– Пошел вон! – Префект махнул рукой, словно отгонял муху.

Чиновник вылетел из кабинета стрелой. Братья не обратили на это абсолютно никакого внимания.

– Рон вернулся. – Пояснил Арвин причину своего появления в особняке брата.

– Что говорит? – Заинтересовался префект. Их юный кузен Ронан ан Тейраннон был весьма неглуп и деятелен, благодаря чему нередко использовался как конфидент в разного рода мутных делишках братьев.

– Купцам привалило нежданное счастье! Рэйг ан Бойген и в самом деле помер. Наследник был ранен, сейчас уже почти выздоровел. Пиратов там наемники как щенят разорвали. Фьеф пустой остался – новый владелец старых жильцов вслед за хозяевами со своей земли выкинул.

– Неглупо. Я бы тоже так сделал.

– Да кто угодно, у кого не каша в голове. – Согласился младший брат с старшим.

– Ну да. Что ан Бойгены говорят?

– Вернуть роду лен старая блядь конечно не против, но…

Арвин дал театральную паузу.

– Что за «но»? – спросил Логан.

– Ронни решил поинтересоваться у нее насчет суммы…

– И?

– Она его обсмеяла. Сказала – «Когда головы не потеряете, тогда и о золоте поговорить можно будет!».

Префект задумался.

– То есть эти пять пустых голов на крыльце у ан Пельса ее не удивят.

– Именно, – кивнул Арвин.

– Опасный он муж, значит, фер Вран ден Гарм.

– Очень.

Префект нахмурился.

– Очень опасный. – Повторил Арвин.

Фер Логан откинулся в кресле, глубоко вздохнул и потер подбородок.

– Поясняй, не томи.

– Хеленит он. Высоко стоящий в Бир-Эйдинской общине.

– Что блять!?? – Подскочил префект. Новость была неприятной. Общность у поклоняющихся Богине Смерти людей была крайне аморфной, но даже с ее относительно законопослушными общинами ссориться без серьезной причины не стоило. Чтящим закон (или опасающимся закона) хеленитам связаться с хеленитами незаконопослушными было нетрудно.

– Нашим этот фер Вран пока еще неизвестен. Но это недолго. У него в кнехтах сын настоятеля храма Хелы Справедливой, что во Внутреннем Городе.

– Вот блять!

– Я так и сказал. – Охотно согласился с Логаном младший брат. – И не один он у него такой. Фьеф взял со вторых лейтенантов в «Вепрях Бир-Эйдина». Капитаном там Лойх ан Феллем, сын Префекта Внутренней стражи. Говорят что очень дружны с ним. И рота хорошая.

– Это скверно. Это очень скверно. – Задумался о перспективах конфликта префект. Потомки выживших при падении Кантарота остроухих через тысячелетие сохранили от растворившихся среди людей альвов разве что черты внешности, но на их привлекательности при сведении старых счетов и в частности в качестве «барашков» для алтарей Хелы это особо не отразилось. Да, отказ старшего поколения от поддержания чистоты крови и заботливо лелеемая альвийская беспощадность в мести позволила полукровкам заключить с хеленитами довольно прочное перемирие – но что с ним произойдет, когда о причинах конфликта пойдут слухи? Выпячивание своего происхождения имело и негативную сторону.

Сейчас род, впрочем, уже не ап, а ан Фланнахтов, был не столько силен, сколь многочисленен. У богатых ветвей было что взять, члены бедных для убийц были почти беззащитны… Если разобраться, то идеальный противник для ищущего славы и власти могущественного человека способного разорить и захватить в собственное владение пиратское гнездо с трехсотлетней историей. Если конечно у него есть связи. Судя по словам брата связи у залетного хеленита были неслабые.

– Пожадничали и поторопились, – Арвин великодушно не стал сбрасывать всю тяжесть вины в случившемся блудняке на плечи старшего брата.

– Старичье надо в известность ставить, – потер подбородок тот. – Из города он уехал, там его по-быстрому не достать.

– А ты уверен, что он войну начнет?

– Если могущественен как ты говоришь, то может. Этого достаточно.

– Только если сможет нас и ан Пельса связать.

Братья переглянулись. Младший продолжил:

– Согласись, что лишка дали с этой аферой? Даже если бы удалась, подозрения мы бы рассеяли нескоро.

– Да. Жадность, проклятая она жадность… Не только нас одних до неприятностей довела.

– Так такой кусок прямо в руки шел… – согласился с Логаном Арвин. – Кто бы отказался от него, брат?

– Забудем. Корить себя поздно. Уже ничего не поправишь. – Поморщился Логан.

– Возможно да, но возможно и нет, – возразил ему младший брат.

– Почему? – напрягся префект.

– Судя по идущим от констеблей ан Нигана слухам, этот фер Вран ден Гарм на альве женат.

– Что блять?

– Другие уточняют, что на полукровке, не суть это. То, что она остроухая и фрейя Эмма ан Бойген Рону тоже подтвердила.

– Она-то откуда знает?

Арвин пожал плечами.

– Знает откуда-то..

– Он точно из хеленитов?

– Судья при достойных доверия людях говорил. Разве что его самого расспросить парню было не с руки.

– Это конечно, – согласился префект. Род ан Ниганов с потомками альвов не дружил. – Что еще слухи говорят?

– Альвов совсем не чурается. Резать, увидев, не спешит и даже пьет, бывает. Говорят, что прилюдно высказался про это дело – «У меня из-за родни послабления!». Жена не изгнанная, род брак признал. Это тоже фрейя Эмма разнюхала.

– Еще лучше!

– Хорошо сказал…, – теперь подбородок тер уже младший брат, – я это к тому, может, не станем торопиться?

– Старейших обязательно надо известить! – не согласился старший.

– Я не об этом. Сейчас фер Вран про нас не знает, ан Мэйва с людьми он без расспросов к своей госпоже отправил. Помеху с пути убрал, в законное владение вступил. Если отправим убийц, но те не сумеют его прикончить, родовой войны насмерть не избежать. Начнет искать заказчика, быстро выйдет на нас.

– Да, это так.

– Господин он совсем не бедный. – Продолжил Арвин. – Как слух пройдет, «Племяннички» к нему в очередь за заказами выстроятся!

– Вот я и думаю, как этого избежать.

– Самый простой способ этого избежать ты знаешь. А дальше видно будет.

Братья замерли, глядя в глаза друг – друга. Потом старший кивнул.

Возвращающегося со службы письмоводителя Кадастровой Палаты Земельного Департамента шена Агейра ан Пельса случайные грабители прирезали неподалеку от его дома через трое суток.

Глава XII

– Ты ничего необычного не замечал? – встретил меня у ворот замка вопросом Лойх ан Феллем, прежде чем я успел слезть с коня.

– Ну… – я картинно огляделся по сторонам. – Лагерь пустой, рота в замке. Сразу начал неладное подозревать.

Капитан фыркнул:

– А серьезно?

– А если серьезно, то правильный вопрос это половина ответа, фер Лойх. – сказал я спрыгнув с «Барона» и пожимая ему руку.

– Капитан хочет сказать, волков не видел? – улыбнулся мне измученный Хоран щеголяющий свежими четырьмя бороздами на щеке.

– Нет. – ответил я. – Что с лицом?

Первый лейтенант «Вепрей» коснулся щеки и поморщился.

– Волки.

– На людей нападают? – искренне удивился я.

– Вооруженных. – кивнул Боу. – Один прошлой ночью голову мне хотел откусить.

– Попробую угадать…

– Не гадай, – не стал дожидаться результатов моей дедукции капитан. – Такие же телята как тот, у башни. Одного мы убили.

– Я убил, – ревниво уточнил Хоран. – Требуху ему вывернул и голову отрубил.

– Все так серьезно?

– Ну а когда с оборотнями все было несерьезно? – сказал подошедший ко мне вместе со шпиками Киран ан Крайд.

Жизнерадостностью маг тоже не лучился, нелегалы вообще казались какими-то пришибленными. Ну да, оказаться посреди локации фильма ужасов даже для подготовленного человека непросто. Если конечно к подобной мистике их готовили. Вампиры, по мнению земных ученых это подвид человечества со специфическим геномом, ладно. А как они перекройку биомассы на смену облика объяснят? Если конечно в моих боевых друзьях сейчас не поднимает голову антинаучное мракобесие.

– Хочу подробностей, – сказал я.

Стая волков появилась в долине дня несколько дней назад. Судя по следам, сначала они тихо жрали бродящую по долине и окрестным лесам скотину и мародерствующих аборигенов и перешли на «вепрятинку» только когда те разбежались. До настоящего момента у роты подъели одиннадцать человек, у шпиков – троих слуг. Отбить удалось только пять тел.

– Откуда известно, что это оборотни? – задал я напрашивающийся вопрос.

– Волки на солдат не нападают, – ответил маг. – Ребенка в лес утащить или глупую бабу зарезать серые могут. На охотника напасть, хотя бы логово защищая. Но чтобы солдат в железе как баранов скрадывать… не бывает у них такого. Да и слишком большие они в этой стае. Первейший признак.

Кирана передернуло. Я припомнил размеры и массу убитого мной волчары и покачал головой.

– Только в одних размерах дело?

Ан Крайд хотел мне что-то сказать.

– Я и сам понимаю, что в горах настоящим волкам до таких размеров отъесться непросто, – перебил его я. – Но все же? Оборотни же в империи больше в сказках встречаются?

Колдун отрицательно покачал головой.

– Твари редкие, встречаются пореже чем вампы, но в таких глухих местах не только перевертышей – волков можно встретить.

– Мой дед по матери как-то горгону[36] встретил, – подтвердил капитан. – И живыми все как один от нее ушли… Бежали по лесу, правда, быстро.

– Ого! – удивился маг. – Понравился ей твой дед что ли?

Ан Феллем загадочно улыбнулся и не ответил. «Ан Апольд» в пику ему кривился так, словно у него болели зубы. Все разом. Мистика, похоже, перед эвакуацией здорово разбила шаблон.

Немногим лучше выглядевший «ан Брейг», которого встреченная дедулей ан Феллема горгона не заинтересовала, сплюнул в сторону.

– Понравился, не понравился. А я вот вкусным гамбургером себя почувствовал.

– При возвращении напали? – угадал я.

– Угу, – кивнул нелегал. – Со склона за башней. Видел когда-нибудь, как огромный волчара человека из седла вышибает в прыжке?

– Не видел. И не хочу. – Признал я. – Там слуг погрызли?

– Угу. Всех троих. А вот лошадок не тронули… Ты прикинь, да?

– Ну а дальше что?

– Потом я людей взял и вернулся туда конечно. Мослы, блять, обгрызенные собрать. Железо и кошельки с трупов, чтобы ты понимал, куда-то делись.

«Вот это – аргумент!» – подумал я. «Ан Брейг» судя по всему, был со мной согласен.

– Насколько велик шанс что тот волк которого я прикончил, был оборотнем?

– Это за него они мстят, – уверенно высказал общее мнение Киран ан Крайд. – Тварь, которую Боу убил с ним будто из одного помета.

– И надолго им желания мстить хватит?

– Пока это опасно для них не станет, – ответил Боу. – Оборотни за безнадежное дело не сражаются. Не мамку чай с пометом прикончили.

– И что будем делать? – поинтересовался я у ан Феллема.

– Убивать дальше! – просто ответил он. – С перевертышами иначе никак нельзя.

– А может быть…, найдем способ хотя бы пару таких волков живьем взять? – словно опомнившись от этих слов, неожиданно родил старший нелегал. – Если будет возможность конечно.

– Причина? – опередил капитана умница маг.

– Холденгейм за них денег не пожалеет, – спокойно так пообещал «ан Апольд». – Как и за горгон, и прочих подобных тварей. Имейте в виду на будущее.

«Вот блять!»

А в перекрестии взглядов комитов роты почему-то оказался не он, а я…

* * *

«Разобраться с перевертышами» было проще сказать, чем сделать. Судя по имеющейся у аборигенов информации умеющие обращаться в волков люди (или вероятнее мимикрирующие под них существа) более чем умело пользовались возможностями своего разума, крайне редко попадали в ловушки и совершенно не боялись загонных охот. Иными словами, воспользоваться преимуществом в численности мы не могли.

На радостях от такой новости я не поленился поинтересоваться как там у оборотней со зрением, и она стала еще более выпуклой. Под микроскопом «зверей» конечно же, не изучали, но народ (включая мага) единодушно считал, что с остротой зрения у перевертышей все прекрасно.

– Тогда только на живца их ловить, – покачал головой я. – И обязательно разом надо прихлопнуть.

– И мы так думаем, – от лица шпиков ответил сидевший на противоположном конце стола «ан Брейг».

– Желаешь поквитаться? – спросил я, глядя на его злое лицо.

– Да. – Кивнул наш вояка. – Наемники они были или нет, но это были мои люди.

Комиты «Вепрей» обменялись красноречивыми взглядами, ответ им понравился.

– Ну как, я уже догадываюсь. Вместе пойдем?

– Не будешь же ты в замке отсиживаться? – хищно улыбнулся мне окончательно отбросивший легенду и политес боевой офицер.

– Не в бровь, а глаз! – вернул я ему такую же улыбку. – Кроме нас некому. Хер знает, сколько они еще народу передавят.

Хоран поморщился. Убийство оборотня, шкуру которого уже выделывали, избыточной самоуверенности первому лейтенанту не внушило. Тот видимо хотел до него добраться целенаправленно, и зарезал двоих солдат прежде чем набросился на первого лейтенанта. Второй, к счастью, сумел вскрикнуть.

– Не морщись, старый, – подмигнул ему я. – У нас есть парочка практически неотразимых аргументов. Главное их днем выманить…

– Для ночи тоже аргумент есть, – уточнил меня Макс.

– Да ты что? – поднял я брови. – Неужто прицельчик ночной в закромах завалялся?

– Есть такой, – спокойно кивнул разведчик.

– Тоже армейщина? – не стал я стесняться обратившихся в слух аборигенов. После решения «ан Апольда» засветить интерес «Холденгейма» у «Вепрей» и семьи ан Феллем пути назад уже не было. Их ожидало либо процветание, либо зачистка.

– Для разнообразия не говно. «Дедал»[37], купленный за мои кровные. Сразу скажу – не отдам. Даже не проси.

– Ну, это понятно, зная, сколько «тепляк» стоит. Но не говори мне, что со своего денежного содержания выделил!

– Не скажу, – кивнув, улыбнулся «ан Брейг». – В песках среди нефтяных вышек бакинские сами под ноги падают. Иногда. Легкие деньги мудрые люди любят вкладывать в снаряжение.

– Может, вы отвлечетесь, влюбленные? – вмешался недовольный «ан Апольд». – Нашим друзьям это неинтересно.

Превратившиеся в слух друзья с этим, конечно же, были не согласны, но возражений никто не озвучил. Ну а я, как киношный злодей потер руки:

– Он у тебя точно один?

– НСПУ давали, но я отказался.

– Богатый парень, привык пользоваться самым лучшим?

– К хорошему быстро привыкаешь, – охотно согласился со мной «ан Брейг».

– Не могу не согласиться, – кивнул я. – Значит, идем за шкурами. Так-то нам и одного хватит.

– Угу.

– Но в этой связи возникает вопрос живучести моих мохнатых гостей. Кто-нибудь что-то знает?

– Ты о чем? – уточнил Киран ан Крайд.

– Как на оборотней железо и серебро действуют? – расшифровал мои слова Макс. – Раны быстро у них заживают? И тому подобное.

Раны, как оказалось, у оборотней заживали быстро. Голливудским кинематографом в сказках, конечно, сквозило до полной недостоверности, однако по компетентному мнению мага затягивались раны и в реальности достаточно споро. После чего волку требовался запас мясца, чтобы он мог восполнить потери энергии. Стрелами и непосеребренным оружием их было убить сложно, но можно. Даже головы отрубать было необязательно. Однако желательно, чтобы живучие перевертыши точно не ожили. Серебро являлось таким же ядом, как и для вампов.

Лично мы с «ан Брейгом» пришли к мнению, что обширные повреждения мозга существа известные как оборотни не переживут. Телу необходимо управление. Серьезные повреждения сердца, лишающие организм кровоснабжения тоже должны были стать фатальными. Об остальном можно было только гадать.

В общем, идея выманить стаю на себя, и неспортивно перестрелять суперволков нахер пользуясь двумя автоматами Калашникова с тепловизионным прицелом на одном из них, выглядела более чем реальной. Большими группами оборотни никогда не охотились. Даже если от пуль волки сразу не передохнут, то их добьют кнехты, которых я за трофеями отправлю. Чтобы лишними на охоте себя не чувствовали, или что-то типа того. Если конечно засидка с отличным обзором и секторами обстрела найдется. Которую Макс, собственно, уже присмотрел.

* * *

– Выглядишь ты как полный поц, – войдя в комнату «ан Брейга» сказал я, глядя на Макса в средневековых доспехах… с разгрузкой из поверх кольчуги и с автоматом в руках. – Из поцапокалипсиса какого-то, блять!

Кольчужно-пластинчатая рубаха у него была титановая, надо сказать.

– А ты, блять, лучше выглядишь!? – «Ан Брейг» чувствовал себя немного неловко и без моего замечания.

Сам я под выход, конечно же, обрядился в современное обмундирование… Поверх которого из-за специфики противника не поленился нацепить защиту конечностей из прошлых веков. Как не была низка вероятность у волков добраться до нас живыми, хотелось исключить все случайности.

– Прости друган! ОМОН-овской «черепашки» что-то не завезли. Еще только планирую заказать.

Максим немного обиделся.

– Ладно, замяли. – сказал я. – Годы службы не проходят бесследно. Да ты и сам все понимаешь.

– Твои люди готовы?

– Уже во дворе собрались. Колдун наш тоже там.

«Ан Брейг» поморщился. Ан Крайд прилип к нам как банный лист к жопе, достойных доводов, чтобы не взять его поохотиться не нашлось, так что Максим с «ан Апольдом» успели поругаться. Мотивы мага были абсолютно прозрачны, в то время как сам «ан Брейг» особого доверия к этому мутному типу не питал и с решением главы резидентуры раскрыться был не согласен. Насколько я его понимал, именно потому, что относился к комитам «Вепрей» с симпатией. Старый Хоран почему-то ему нравился больше всех.

– Поздно рожу кривить, – сказал я. – Твоему кенту все равно одна дорога осталась. По уложенному нами асфальту.

– Он приятель не мой, а твой, – ответил Максим, прямо-таки врезав не в бровь, а в глаз. – И это я свалю с кораблем, а ты тут останешься.

– Язык личной выгоды понимают даже животные, – вздохнул я, направляясь вместе с ним к выходу. – Если контора не поднасрет, парень на наших делах неслабо приподнимется. Не на одно только поместье хватит, но еще и на безбедную жизнь в столице останется. Автоматы вблизи посмотреть мелочь на этом фоне. Так, замануха одна…

* * *

Занятый нами хутор ранее принадлежал одному из пиратов второй линии авторитетности. Первая селилась на хуторах ближе к морскому берегу и на центральной улице городка. Разграбленный двухэтажный каменный домик с полуразобранной черепичной крышей по размерам был относительно небольшим, но деревянных хозяйственных построек вокруг него куркуль хозяин поразбросал немало. Даже кузница с запасом кокса нашлась. Судя по таким же разграбленным амбарам, владелец усадьбы на морском промысле не сосредотачивался и был одним из немногих местных жителей диверсифицирующих экономику фьефа в области сельского хозяйства.

Ключевым фактором выбора Максом позиции послужил небольшой холм, на котором хутор стоял. Тот поднимался над дном долины метров, наверное, на пять и делал крышу дома практически идеальной точкой для ведения огня. За исключением затененных постройками участков, мертвых зон в радиусе трехсот-четырехсот метров тупо не было, простреливался каждый квадратный сантиметр.

В доме заняли оборону десять человек – шесть моих кнехтов во главе с Хугге и примкнувший к ним Даннер, я, «ан Брейг» и маг, крутившийся рядом с автоматами как кот у батона колбасы. Оруженосца в этот раз у Кирана не было. Максим брать с собой лишние глаза не рекомендовал и колдун неожиданно легко с этим согласился.

Задачи, стоящие перед массовкой были просты до безобразия: подпалить окрест хутора затеняющие сектора обстрела постройки; заняв первый и второй этажи домика не пропустить к нам мохнатых, буде они к дому прорвутся; ну и содрать с туш волков шкуры, когда дело закончится. Что перевертыши ночью на нас нападут абсолютно никто в долине не сомневался, мы мало того что привлекли к себе внимание огнем и дымом, так еще и свежевыделанную серую шкуру вывесили как флаг.

Тем ни менее, период пиромании собственно был для нашего замысла самым опасным. Мы с Лойхом, посовещавшись, конечно же, свели риск нападения к минимуму сопровождением охотничьей группы ротными конниками, но восемь-десять тварей было достаточно много чтобы доставить проблемы даже четырем десяткам людей в железе и уйти после внезапного нападения. «Ан Брейг», который еще раз вспомнил, что ему чуть не откусили лицо, во всяком случае в это верил. На его группу при въезде в лен всего лишь трое серых напало.

Впрочем, все обошлось. Хотя первого из волков я именно в это время через бинокль засек.

* * *

Оборотней в стае действительно было немного. Засветло я больше трех волков разом так и не увидел, хотя они все это время крутились вокруг, с каждым кругом оказываясь все ближе и ближе. Но скрытность как могли, сохраняли. Не зная про наши импортные бинокли. Мой хитрожопый коллега как оказалось, и личный бинокль тоже в командировку прихватил. Кирана уже от его пятидесятимиллиметровых объективов с рубиновым напылением чуть было удар не хватил. Большее впечатление на него только «тепляк» произвел, да и тот уже с наступлением темноты.

– Слушай, воин… – лениво сказал я, наблюдая за магом с попавшим в его руки продуктом высоких технологий. – Ты ради своего снаряжения никакую старушку процентщицу не тюкнул топориком, и в песках прикопал?

«Ан Брейг» в ответ фыркнул, может быть, даже подтвердив мои подозрения.

– Понятно. Не исключаю что даже нескольких.

Максим опять промолчал.

– Какое же все-таки зверье меня окружает, – вздохнул я. Было немного скучно. Хотелось пострелять, но пока еще было рано. Мы хотели положить тут всю стаю, а не двух-трех мохнатых. – Даже оборотни не смотрятся.

– Не скажи… – Разве что на секунду оторвавшись от доверенного ему бинокля «ан Брейга» ответил Киран. – Перевертыши от своей людской половины одно очень важное качество точно взяли…

– И какое же? – так же лениво, как я, поинтересовался развалившийся на крыше Максим.

– Убийства для удовольствия.

– Вот как? – сел нелегал. – Фер Киран, ты же ведь много про серых знаешь?

– Нет так и много как некоторые, но кое-что знаю. А что?

– Расскажешь? – включился я. – Интересно.

Ан Крайд пожал плечами и согласился.

– Почему бы и нет.

– Начнем, пожалуй, с заразности. – сказал я. – Первый раз оборотней встречаю не в сказках. После укуса шерсть точно не начинает расти?

– Это глупейшие сказки черни, фер Вран. – отрицательно покачал головой Киран, – вампиры и те укусом не обращают. А перевертышем или той же горгоной можно только родиться.

– Отчего их, наверное, и так мало, – кивнул я, оценивая информацию.

– Да, тут ты прав. – Сказал маг. – Перевертыши это даже хуже клыкастых. У них все тоже на силе, только сильнее выражено. Оборотень либо тебя боится, либо хочет перегрызть горло. Вот и ненавидят их все вокруг.

– Либо считает членом стаи, – уточнил я.

Кое-какой опыт с волками у меня все же был. Приятель держал волчицу на зимовье. Щенки от нее были на загляденье, «мужем» там был медвежатник «кавказец» под девяносто кило весом. Не взял себе одного исключительно из-за службы.

– А вот тут сказки не врут, – немного подумав, согласился ан Крайд.

– То есть договориться иногда можно?

– И такое бывает.

– Другими словами, по настоящему невменяемых мохначей за века вырезали, а остальным просто иногда нужно напоминать о том, чьи в лесу шишки. Желательно пиздюлями. – подытожил «ан Брейг».

Колдун опустил бинокль.

– Все верно, фенн Лекс.

– Мы собственно сейчас этим и занимаемся, – добавил я.

– Так оно и есть.

– Как бы это сказать… Человеческий облик после смерти не возвращается?

– Тоже сказки, – отмахнулся ан Крайд. – От горгон и остальных менталистов. У оборотней трансформация настоящая.

– А как у перевертышей с этим делом…? – «фенн Лекс» выразительно потер друг о друга указательные пальцы.

– С чем? – Не понял маг.

– С этим делом… – последовавший жест не понять было уже невозможно. – С людьми?

– А-а-а! – улыбнулся ан Крайд. – Всякое может быть. В целом в Каллерое принято мнение, что женщин людского рода они больше силой берут. Слабачки они для них. Но и тут разное случается. Парочку благородных родов с кровью оборотней текущей в жилах я знаю.

– Но обращаться они уже не умеют? – спросил я.

– Верно! – с интересом глянул на меня Киран, прежде чем поднять к глазам бинокль. – Но кровь оборотней в их потомках просыпается иной раз. Это плохо заканчивается обычно.

– Ну, уж в этом не сомневаюсь, – сказал я, прикидывая, как на неподготовленный разум должна действовать смена облика. Тут от одного сенсорного шока кукушка может поехать. Наверное.

– А с волчицами как дела обстоят? – тем временем не отставал от мага «ан Брейг». – У них-то с людьми случаются поебушки?

– Фу, грязный ты извращенец! – Картинки, представшие перед моими глазами, были невероятно яркими.

Ну а экспрессия вложенная во фразу видимо еще ярче, коли ан Крайд закашлялся и чуть было бинокль не уронил.

– Всякое может быть…, – прокряхтел он, давя лезущую на физиономию улыбку. Да, с образным мышлением у Кирана все было хорошо, это я давно видел.

– Давай подменю, – хмыкнул я, – отдохни и оторвись от своей игрушки. До темноты еще долго ждать.

* * *

Ночная стычка с волками как таковая прошла мимо меня. Макс был полон желания взять реванш за нападение и АКС с установленным на нем тепловизором мне в руки доверял ненадолго. Как никогда ранее похожий на котика из «Шрека» маг, честное слово, лупился в прицел раза в два дольше, чем конкурент. Оптическими приборами, автоматами, броником, каской и обмундированием мы, к слову сказать, купили ан Крайда вместе с конем и чиркашами на исподнем еще до первого выстрела. Ставшему очень серьезным «ан Брейгу» даже немного привести в тонус парня пришлось. Что он не в сказке с пещерой Алладина находится, а «Холденгейм» это не богадельня, а место где обитают акулы. Я, последнее, конечно же, подтвердил. И насчет длинного языка предостерег заодно, честно сказав, что он для носителей чрезвычайно опасен.

Напала, или правильнее сказать атаковала нас семерка волков около полуночи. Но так как готовились к нападению они с лежки метрах в трехстах от дома, а Максов «тепляк» был подключен к внешней батарее, никакой неожиданностью это не стало. Твари не знали, что шансов у них нет. Ну а у нас рассеялись последние сомнения в их разумности, что оставались.

Я почему-то считал, что убивать нас перевертыши будут перед рассветом, так что, пользуясь свободным временем, прикидывал свои перспективы и стратегию грядущих переговоров с моим новым начальством. Под крыло которого, я официально пока что не перешел, что старому прапорщику, конечно же, требовалось монетизировать. Причем не столько в пошлые денежные знаки, а в отсутствие удавки на горле в ходе совместной работы и доверие к моим решениям.

Щелчок переводчика прошел мимо сознания, понимание что я только что слышал, пришло секунд, наверное, через пять. Как раз перед первой короткой очередью.

«Ан Брейга» учили в старой школе и занесенный через спорт из-за океана частый одиночный огонь он видимо не уважал. На семерых перевертышей он уложился в три магазина, причем около половины из этих девяноста патронов израсходовал на добивании. Мохнатые твари действительно оказались живучи, и под пулями успокоились только к рассвету. Торопиться нам было некуда, вывел к ним людей я, когда уже было светло.

Как это ни удивительно, но один из волчар, здоровущий самец с побитой десятком пуль черной с проседью шкурой все еще был жив. Одна из пуль перебила ему позвоночник, так что сейчас он мог только ворочать головой и бессильно рычать окровавленной пастью, пряча в глазах за ненавистью, тоску, страх и недоумение. Оставшаяся шестерка была мертва. Самок, что характерно, среди волков не было. Одни разновозрастные самцы. Последний штрих, что тут можно сказать.

– Понимаешь меня? – встал я перед пока что еще живой тварью. – Кивни, если понимаешь.

Зверь прекратил рычать и шевельнул головой. Да, я, конечно же, верил, что на моей земле шалят оборотни, но как же жутко было в этом так недвусмысленно убедиться!

– Один мой приятель очень просил взять кого-то из вас живьем. – Сказал я.

Надежды во все так же полных ненависти глазах волка не появилось. Впрочем, я и не собирался ее ему давать.

– Ты прав. Мне на эту просьбу плевать. Хотя если посадить тебя в клетку и кое-кому продать, я не только золотом разживусь, но и заставлю тебя проклясть день, когда ты родился.

Волк зарычал.

– Ты только взгляни на него, – засмеялся ан Крайд. – Может живьем его надо спалить? Сервы такое любят!

Над рукой мага появился огненный шар величиной с грейпфрут.

– Фер Вран, видишь? Даже дрова будет искать не надо!

– Шкуру жалко, – сказал я. – Отличная будет подстилка перед кроватью.

– Не могу с этим спорить, – согласился со мной колдун.

Огненный грейпфрут исчез. Волк тоскливо рычал и сквозь ненависть просил меня взглядом убить, но не мучить. Из этого можно было сделать вывод, что если не забывать о палке, то с перевертышами можно будет договориться.

– Фер Киран, а ты не хочешь из автомата попробовать?

– Да! – чуть ли не затряслись у ан Крайда руки. – О чем спрашиваешь!?

Патрон уже был дослан, так что мне нужно было только поставить переводчик на одиночный огонь и передать автомат приятелю.

– Держи крепче. Приклад, – я щелкнул по нему ногтем, – лучше в плечо упереть. Смотри сюда, красную точку подводи к голове. На спуск нажимай по готовности.

Выстрел! Голова волка дернулась и упала. Гильза улетела далеко в сторону.

– Еще парочку!

Выстрел! Выстрел! Выстрел! Выстрел!

Из расколотого лобастого черепа перевертыша лезли наружу мозги. Ну и славненько. На колу перед въездом во фьеф страшнее будет смотреться. Очередные мохнатые мстители мне тут без надобности. Впрочем, одними только волчьими головами в этом деле я конечно не ограничусь.

Эпилог

Бригантина бросила якорь у Бойгендэйла только через полтора месяца. Могла бы и раньше, но не подфартило с погодой. Вставать на якорь на довольно открытой стоянке на 5–6 баллах капитан «Щуки» не рискнул. Связь с ней к этому времени поддерживалась устойчиво, так что неожиданностью задержка не стала. Разве что шпики еще немного поволновались.

Встречать долгожданных гостей вывалило все население фьефа. Из числа не находящихся в карауле, естественно. Как только мы с нелегалами были опознаны, на бригантине спустили шлюпку.

– Ты только глянь, как он помолодел-то.! – сказал я, глядя на сбросившего десяток лет и изрядно похудевшего Василия Ивановича «Сидорова» лучившегося в мою сторону широкой улыбкой. Вторым пассажиром был крепкий шатен лет двадцати пяти с незапоминающимся лицом в довольно бюджетно выглядевшем на фоне шелка начальника дублете из акульей кожи.

– Я тоже рад тебя видеть! – обнял меня «Сидоров» выскочивши из шлюпки. – Приключения тебе Вран, только на пользу пошли. Истину говорю!

– Ну да. Я тут даже жениться успел.

– Я знаю. Красавица говорят. – Шпик подмигнул. – Познакомишь?

– Если немного задержишься, – кивнул я. – Ну и местечко на кладбище как раз подготовим. На всякий случай. Вдруг у тебя сердечко прихватит от ее красоты.

Земляне загоготали. Кнехтам определенно хотелось присоединиться, однако мешала субординация.

– Фер Вальгерд ден Сигборн мой старый друг, – представил я «Сидорова» своим людям. – Он какое-то время поживет здесь.

Насколько высоко на Монтелигере и Большой Земле оценили успех моего внедрения, можно было судить не только по одному появлению моего инструктора, но и подгонке легенды разведчика-профессионала под сляпанную на коленке мою.

– Моего человека зовут Фрей Кеннерт, – в пространство представил шпион выгружающего из шлюпки его и свои вещи сопровождающего. – Фенн мой конфидент и телохранитель и если кому-нибудь интересно родом из Кеммерна.

Я поймал взгляд Хугге и кивнул в сторону парня.

– Крепких ты себе ребят подобрал, – вежливо оценил «фер Вальгерд» стати и дисциплину среди моих кнехтов.

– Наемники, – сказал я. – Из тех, кто решил немного остепениться.

– Семейные? – типа еще ничего не зная о моих людях, поинтересовался «Сидоров».

– Нет пока, но они над этим работают.

В этот раз кнехты улыбок удержать не сумели. Обзаведение семьями являлось чем далее тем более популярной среди них темой для разговоров. Айлин они ждали как бы не больше чем я. Во-первых, вместе с госпожой приедут служанки. Во-вторых, хозяйка являлась прямым начальником для женской половины населения замка вне зависимости от присутствия или отсутствия в нем мужа. Короче говоря, народ логически рассудил и довольно обоснованно надеялся что она, осмотревшись, сочтет, что для достижения необходимого уровня власти одних служанок ей будет мало.

– Хорошее дело, – оценил мечты моих воинов шпик и перевел взгляд на ожидающих эвакуации нелегалов. – А у вас как дела тут?

– Последнее время неплохо, – опередил «ан Апольда» Макс. – Но об этом лучше попозже поговорить.

– Ну давайте позже поговорим.

Я согласно кивнул и сделал жест отойти в сторону. Засады на берегу не оказалось, так что следующим рейсом шлюпка должна была привезти капитана. После этого экипаж и моих кнехтов ожидало чертовски много работы по переправке на берег доставленного «Щукой» имущества.

– Ой! Чуть не забыл! – возможно, даже по-настоящему опомнился «фер Вальгерд». – Капитан тут интересуется, в устье за волноломами с глубинами нормально?

– Нет. Под бригантины надо либо дно углублять, либо новые волноломы выкладывать. Здесь одна мелочь базировалась, – ответил я.

– Плохо! – Сказал «Сидоров» внимательно глядя на меня.

«Ах ты, хитрая сука!» – подумал я. Торговля со свежеприобретенным начальством обещала быть жаркой. Но потом. Сейчас нам лучше было о чем-то нейтральном поговорить. Об острове и общих знакомых, например.

– Если найдешь что-то лучшее, обязательно мне скажи. – В пику своим же мыслям обрезал я наглого засранца, так легко и просто вознамерившегося занять доминирующую позицию. – С буровой и тротилом не так уж тут и много работы.

– Да ты что? – подтроллил меня ухмыляющийся «фер Вальгерд».

– Примерные объемы я сразу прикинул. Рабочая сила проблемой не будет. В портах даже для подводных работ профессионалов найду. Ну а извлеченный грунт на волноломы пойдет.

– Хорошо, – уже серьезно кивнул гость, – но лучше будет, если ты все по пунктам подробно распишешь. Порт, даже маленький, дело недешевое.

– Уже готово, – сказал я. – На все, включая временный отвод русла. Хотя геодезическая съемка все же не помешает.

– Вран! – Выразительно посмотрел на меня «фер Вальгерд» – я в этом ничего не понимаю. Решение будут принимать другие люди. Давай о чем-нибудь другом поговорим?

– Охотно, – согласился с ним я. – Что там у вас на острове произошло, что вы с материком сообщение остановили?

«Сидоров» задумчиво огляделся по сторонам. Из аборигенов нас никто не подслушивал.

– Задница там произошла, фер Вран. Типа в сюжете «Секретных материалов». Помнишь агента Скалли?

– Я даже порнуху помню с ее участием, – ответил я. – Скалли с тех времен здорово постарела. Говори, не томи.

– Нападение на остров произошло.

– БОХР-а просохатила? – спросил «ан Брейг».

– Не-а. – Качнул головой «Сидоров». – Виновных нет. Плавсредств не нашли, средства технического наблюдения видели одних людей.

– И? – спросил я.

– Люди на острове как-то оказались. А потом куда-то с него пропали. Когда уцелевших прижали к берегу. Утопились, наверное, не желая сдаваться в плен. Бледные такие глазастенькие уродцы. Одежда из шкуры морского зверя, костяное и бронзовое оружие…

– «Морской народ»? – первым угадал по описанию еще одну «сказочную» расу «ан Апольд».

– Он самый. – Кивнул мой гость. – На Монтелигеру с какого-то хера устроили Петергофский десант мифические тритоны. Потом, говорят, на нашей далекой Родине ученые за их трупы передрались.

– Пленных не взяли? – спросил я.

– Нет. – Отрицательно покачал «Сидоров» головой. – Но наверху и без этого охуели от такой мистики.

– И что теперь?

– Меры безопасности значительно увеличены и ТАМ, – «Сидоров» выразительно указал пальцем вверх, – принято принципиальное решение о расширении масштабов вторжения…

Конец четвертой книги

Примечания

1

Раубриттер – рыцарь-разбойник.

2

Комиты – командно-начальствующий состав в воинских формированиях Аэронской империи, синоним земного термина офицер.

3

Друнгарий – в данном случае термин подразумевает командующего войсковыми формированиями Империи на территории провинции. Во второстепенных провинциях имеет права легата (командующего легионом).

4

Предикат кир к не наследующей домены титульной аристократии в Аэроне используется как титул учтивости. С точки зрения закона, в иерархии «miles» их положено титуловать ферами. В данном случае неблагородный стражник столь же вежливо сколь откровенно хамит графу.

5

Тан – близкий рыцарскому титул альвов. Примерно соответствует по содержанию испанским идальго Реконкисты и шляхтичам времен расцвета Речи Посполитой. За пределами диаспоры используется очень редко. Основное отличие альвийского тана от посвященного в рыцари благородного господина Аэронской Империи в том, что в альвийских княжествах иерархии miles (служилого военно – благородного сословия) и nobilis (знати) применительно одной и той же персоналии не пересекаются, первое сословие всегда служит второму и его представители считаются воинами по рождению. Впрочем, так как эти княжества являются частью империи получение альвами и их полукровками параллельных людских титулов совсем не редкость.

6

Кир – (на древнем кайре могущественный) в обычных условиях титулование представителей титульной аристократии в «воинской» иерархии. В данном же случае жрец без особой лести именует могущественным «Меченого» или если угодно «Избранного» своей Богиней.

7

Терн – в данном случае «короткое» титулование настоятеля храма, на древнем кайре «владыка». Обращение шен к жрецам тоже допустимо, священники, посвященные в рыцари, могут титуловаться ферами.

8

«Мифрил» – весьма распространенный в Хейене термин обозначающий металлы платиновой группы. Благодаря созвучию с толкиеновским и в целях упрощения терминологии, охотно используется землянами.

9

Белое оружие – согласно энциклопедии Брокгауза и Ефрона так называется оружие, употребляемое для рукопашного боя, где поражение противнику может быть нанесено ударом, разрезом или уколом; согласно с этим, Б. оружие издревле приготовлялось так, чтобы им можно было или наносить удары, или рубить, или колоть, или рубить и колоть вместе. Для нанесения сильного удара воину необходима большая сила и самое оружие должно быть тяжелым. Впрочем, в данном случае терн Альбин конечно же употребил соответствующий синоним.

10

Навархия – в данном случае это управление военно-морских сил Бир-Эйдина. Наварх – командующий ВМС. В городской табели о рангах должность считается равной префекту внутренней городской стражи.

11

Фригольдеры – лично свободные, владеющие землей на правах собственности крестьяне, имеющие четко определяемые права и обязанности перед лицом Императорской власти (если надел находится на коронных землях), или же Императорской власти и владельца фьефа у которого Ф. выкупил свою землю. Выделяемые в фригольд земли во всех случаях регистрируются в Кадастровой палате провинции.

12

Албанский камнемет – противоштурмовое пехотное препятствие, применявшееся при обороне в горных условиях и состоявшее из камней, уложенных на крутом бруствере и удерживаемых на нем бревнами, параллельными брустверу. Для приведения албанского камнемета в действие канат или веревка, удерживающие бревна, обрубались – камни скатывались вниз и сминали атакующего.

13

Рондаши да баклеры – под баклером подразумевается так называемый круглый «кулачный» щит, некоторая часть которых в земной истории были довольно большими, диаметром порядка 40 сантиметров. При данных размерах граница между большими баклерами, являвшимися предметом боевых комплектов вооружения и такими чисто боевыми щитами как рондаши, тонка и практически неощутима. Впрочем, последние в основном были несколько больших размеров и помимо круглой могли быть овальной и треугольной формы.

14

ГНР – группа немедленного реагирования.

15

Поставить все на один бросок – игра в кости в Аэроне весьма популярна, причем кубики часто полностью идентичны земным, цифры на гранях показываются точками, от 1 до 6. Реже грань с «шестеркой» остается пустой.

16

6Ш117 – российский армейский разгрузочный жилет, входит в состав комплекса «Ратник».

17

РГН – ручная граната наступательная. Российская ручная граната ударного действия.

18

Герса – защитная решетка в воротах замка.

19

«Мозамбикский удар» – она же «стрельба по-мозамбикски», она же «стрельба с отсечкой» (Failure Drill). Представляет собой быструю серию из трех выстрелов, два в грудь и один в голову цели, что является оптимальным при ношении противником СИБ, либо нахождении его под расширяющими сознание веществами или адреналином. Как гласят легенды, техника возникла благодаря родезийскому наемнику Майку Руссо (Mike Rousseau), участвовавшему в Войне за независимость Мозамбика. Ведя бой в аэропорту города Лоренсу-Маркиш, Руссо свернул за угол и столкнулся с партизаном ФРЕЛИМО, вооруженным АК-47, который находился в 10 шагах от Руссо. Руссо выхватил свой Browning HP 35 и поразил цель по обе стороны грудины, что того, однако, не успокоило. Видя, что партизан падать не собирается, Руссо выстрелил ему в голову и попал в основание шеи, повредив спинной мозг. В дальнейшем наемник рассказал о случившемся знаменитому Джеффу Куперу, который включил «стрельбу по-мозамбикски» в число техник современной стрельбы которым обучали в его стрелковой школе «Gunsite Academy».

20

В разговоре использован полный смысловой аналог изначального значения термина товарищ – человека, связанного с другими лицами принадлежностью к одному коллективу, организации, группе, среде и т. п.; человека, которого объединяют с кем-нибудь общие занятия, деятельность, взгляды, условия жизни и т. д.

21

«Первым вас хочу поздравить подлинным Аэронским аристократом» – фраза с несколькими смысловыми слоями и доброжелательной подначкой на переднем плане. Несмотря на то, что термины аристократия и дворянство (точнее аналог из кайре, который посередине между русским термином «дворянство» и З.Е. «noblesse») в Империи несколько сот лет формально считаются синонимами, использовать термин со значением аристократ в отношении безземельных без титульных дворян, мягко говоря, не принято. Собственно, титульная аристократия и на использование этого термина в отношении поместного дворянства смотрит довольно косо. Примиряет ее с его использованием только потеря титулов членами младших родовых линий титульных аристократических родов.

22

Ваша Честь – данная формулировка в Империи используется исключительно при обращении к судьям.

23

«Горючий камень» – каменный уголь.

24

Тан – близкий рыцарскому титул альвов. Примерно соответствует по содержанию испанским идальго Реконкисты и шляхтичам времен расцвета Речи Посполитой. За пределами диаспоры используется очень редко. Основное отличие альвийского тана от посвященного в рыцари благородного господина Аэронской Империи в том, что в альвийских княжествах иерархии miles (служилого военно – благородного сословия) и nobilis (знати) применительно одной и той же персоналии не пересекаются, первое сословие всегда служит второму и его представители считаются воинами по рождению. Впрочем, так как эти княжества являются частью империи получение альвами и их полукровками параллельных людских титулов совсем не редкость.

25

Переломить хлеб – намек на схожую с Земной традицию. Предательство человека, с которым ты разделил пищу, в Аэроне очень сильно не одобряется.

26

Министериалы (от лат. ministerium – должность) – привилегированная прослойка «служилых людей» аристократии, получающая от своего сюзерена жалование или земельный участок «на кормление» не на основании вассального договора, но занятия ими определенной должности, которую министериалы не были вольны оставить по своему желанию. В Германии от крепостной зависимости к своему господину министериалов не освобождало даже полученное рыцарство. К слову «менестрель» – это искаженное «министериал» и есть. В данном случае под министериалами подразумеваются таны из зависимых (младших) семей, занимающие в альвийском социуме положение, представляющее собой нечто среднее между немецкими динстманнами и английскими джентри.

27

Констебль – административная должность в правоохранительных органах. В данном случае это кнехты на службе у уездного (окружного) судьи, занимающиеся не столько его охраной, сколько сыском. При этом надо отметить, что институт констеблей существует в Империи далеко не везде даже в рамках провинций.

28

Округа Крунд – можно было сказать Крундского уезда, но судья предпочел первый вариант.

29

Дресхолд – фер Вран использует наименование замка, а не фьефа.

30

Приварить – молодой человек, конечно же, подразумевает кузнечную сварку.

31

Внутризамковый дворец – следует понимать, что башни замков это в первую очередь защитные, а не жилые сооружения. Ну а донжон (там, где он есть) это убежище семьи владельца и самых ближайших слуг.

32

Статское платье – в данном случае одежда «гражданского» образца.

33

Булат и дамаск – по ряду причин в Аэроне булат и дамаск известны под одной маркой именуясь альвийской сталью, реже «сидхе», или железом или сталью сидхе. То, что «сталью сидхе» изначально подразумевался один только истинный булат (вутц) среди людей практически забыто, помнят об этом только альвы. Да и среди них не везде. Сам фер Вран использовал земные названия.

34

«Нерушимый браслет» – подразумевается храмовая брачная татуировка на предплечье. Следует отметить, что при заключении брака такая татуировка необязательна, ибо лишает брачующихся возможности развестись.

35

Термин «машина» практически в своем современном значении использовался еще римлянами.

36

Горгоны – «мифическая» раса из легенд, обычно описываются как изящные красавицы – брюнетки с большими черными глазами. В камень горгоны никого, конечно же, не обращают и змеи вместо волос у них не растут, представители этой расы считаются способными заворожить кого угодно и как угодно, внушив все, что им заблагорассудится, куда там вампирам.

37

«Дедал» – российский производитель тепловизионных прицелов.

Content

Ростислав Марченко
Остров-IV. Огнем и мечом

Пролог

Глава I

Глава II

Глава III

Глава IV

Глава V

Глава VI

Глава VII

Глава VIII

Глава IX

Глава X

Глава XI

Глава XII

Эпилог

Примечания