Я Запечатаю Небеса

Книга 2: Странствия в Южном Пределе

Глава 96. Демонический Нефрит в Горной Лощине

Нет смысла объяснять всю значимость стадии Возведения Основания для Практиков. Это невероятная трансформация, которая увеличивает долголетие, конечно, долголетие означает жизнь, а жизнь у Практиков стадии Возведения Основания во сто крат насыщенней, чем у их братьев стадии Конденсации Ци. Смертельные раны для людей на стадии Конденсации Ци, могучим Практикам стадии Возведения Основания не нанесут серьезного вреда.

Путь Мэн Хао пролегал через зеленеющие горы, на границе которых когда-то цвело Государство Чжао. За спиной осталась его родина, впереди лежал Южный Предел.

Согласно картам Государство Чжао было частью Южного Предела, вот только на практике этот медвежий угол находился невероятно далеко от центра Южного Предела. Учитывая его текущую Культивацию на то, чтобы добраться до места назначения пешком уйдут годы.

Поэтому Мэн Хао не спешил. Он держал путь в сторону Южного Предела, правда, сейчас все его мысли занимал вопрос, как пробиться на стадию Возведения Основания и стать могущественным экспертом.

Во всем Государстве Чжао экспертов стадии Возведения Основания было всего несколько дюжин, Мэн Хао страстно желал побыстрее взойти на стадию Возведения Основания и получить возможность летать в небесах.

«Кто знает, какие опасности поджидают меня в Южном Пределе. К тому же, проблема с ядом до сих пор не решена. Единственный способ разобраться с ним, увеличить силу моей Культивации…» Глаза Мэн Хао заблестели. Благодаря наставлению по Конденсации Ци Великого Духовного Трактата, он мог возвести Безупречное Основание. Само по себе это было уже большой редкостью, а с помощью секретной формулы, полученной у Шангуань Сю, Мэн Хао мог создать Пилюлю Совершенного Основания!

В его распоряжении уже была большая часть ингредиентов, поэтому Мэн Хао был уверен, что сможет изготовить пилюлю. Ведь в этом ему помогут добытые сокровища в Пещере Патриарха Покровителя вместе с медным зеркалом. В случае успеха он получит Совершенное Основание, Основание из легенд мира Практиков.

«Интересно… насколько могущественным окажется Совершенное Основание?» – его глаза сверкнули, и он поспешил вперед.

За три месяца Мэн Хао порядочно ушел от места, где раньше находилось Государство Чжао. Он пересек очередное государство смертных и оказался на безлюдных просторах. Со временем ему совсем перестали попадаться люди, до самого горизонта раскинулись пустынные горы.

Казалось, что им нет ни конца ни края. Днем, в мире животных жизнь била ключом, небесная синева растянулась до самого горизонта. Ночью свет мерк, и мир наполнялся мягким свечением мириады звезд и луны, чарующее зрелище.

Мэн Хао стоял на вершине горы, созерцая красоты мира. Спустя какое-то время он продолжил свой путь вниз по склону горы.

«Прочесть тысячу книг, пройти тысячу верст. Трудно сказать сколько десятков тысяч километров я уже прошел. Куда не глянь всюду горы. Все что я видел и слышал наполняет мое сердце, как вода наполняет постоянно растущее море». В его глазах возник мягкий свет.

«Для Возведения Основания лучше всего подойдет место с богатой духовной энергией. Это повысит мои шансы на успех». Для Мэн Хао не было секретом, что возведение Основания будет чрезвычайно сложным процессом, поэтому сейчас он сосредоточился на поиске подходящего места. В поисках незаметно пролетело еще три месяца.

Мэн Хао странствовал уже шесть месяцев. Все это время он ни разу не занимался Культивацией, имея великую завершенность Конденсации Ци в этом не было нужды. В сердце его царил покой, глубоко внутри он понимал, что может приступить к возведению Основания в любой момент.

«Дабы иметь высокие шансы на успех в возведении Основания, я должен найти место с большим количеством духовной энергии, — бубнил себе под нос Мэн Хао, – это снизит вероятность ошибки с моей стороны». Во время своих странствий он избегал диких зверей и не инсценировал кровавых побоищ. За последние полгода яд в его теле обострялся дважды, каждый раз его тело скручивало от нестерпимой боли, словно его изнутри грызли миллион муравьев. В первый раз яд ударил, когда он планировал по небу. Он камнем свалился вниз, при этом из его тела струился трехцветный туман. Он просидел три дня, сцепив зубы, в ожидании пока боль утихнет. Оба раза при обострении яда, из его тела выделялся большой объем черной, липкой жидкости. Растения при соприкосновении с этой жидкостью тотчас увядали. После тщательной проверки он пришел к выводу, что большая часть яда покинула его тело во время этих двух обострений. Весь яд, кроме яда трехцветной пилюли.

В эти полгода Мэн Хао не забыл и о сокровищах, добытых в Пещере Патриарха Покровителя. После тренировок он начал использовать Флаг Грома намного эффективней, теперь он мог создать туман тридцати метров в диаметре. Если к нему приблизится живое существо, оно тут же выстрелит в него разрядом молнии. Мощь флага превышала даже стадию Возведения Основания. В последнее время у него вошло в привычку накрывать себя этим туманом, когда он останавливался отдохнуть. С талисманом удачи вышло не так гладко, Мэн Хао пока не обнаружил, как его можно использовать.

Прошел еще месяц. Перед Мэн Хао раскинулись горные долины, повсюду виднелись навесные мосты. Люди в грубых пеньковых одеяниях и головных уборах сновали туда сюда по этим мостам, на их спинах были приторочены большие плетеные корзины.

Мэн Хао невольно сузил глаза. В диких, не тронутых человеком краях, внезапно обнаружились смертные. Их одежда отличалась от той, что носили в Государстве Чжао. Мэн Хао разглядывал их, бубня себе что-то под нос, когда он уже было собрался развернуться и уйти, его глаза сверкнули. Он сосредоточил взгляд на одной из семи долин.

В следующий миг летающий меч под его ногами засиял и понес его в сторону примеченной долины. Еще на подходе ему в лицо ударила волна богатой духовной энергии. Его глаза заблестели. Это место хранило в себе наибольший объем духовной энергии, чем где бы то ни было на его пути.

Долина оказалась невероятно глубокой и длинной, глядя на нее сверху вниз, Мэн Хао не мог увидеть ее дна. Одно он видел точно, густую духовную энергию, клубящуюся на дне этого места. Из-за духовной энергии в долине все росло буйным цветом, отчего выглядело место довольно сверхъестественно.

«Здесь даже больше духовной энергии, чем на Восточной Горе Секты Покровителя». Мэн Хао восторженно рассматривал туманную долину, внезапно туман внизу забурлил. В бездонной сумке Мэн Хао начал вибрировать Нефрит Заклинания Демонов. Его глаза сверкнули и он вытащил нефритовую табличку.

В эту секунду в его голове раздался рокот, а в разуме возник текст.

«Понимание из древних времен, превращение демона, отсеченного рукою Заклинателя Демонов восьмого поколения. Жалость. Один цунь благоухающего пепла на котором наследники могут преклонить колени».1

Слова в голове Мэн Хао исчезли так же быстро, как и появились. Все пришло в норму, но в глазах Мэн Хао горел огонь. Он перевел взгляд с долины внизу на Нефрит Заклинания Демонов.

«Отсеченного рукою Заклинателя Демонов… Секта Заклинания Демонов. Древний нефрит. Демон… Какие тайны хранит в себе Нефрит Заклинания Демонов…?» Мэн Хао огляделся. Оказалось его появление привлекло внимание многих смертных на подвесных мостах, на их лицах застыла ужас. Один за другим они начали падать на колени, преклонив головы перед ним.

Откуда не возьмись в одной из долин послышался пронзительный свист. Появились два луча радужного света, которыми оказались два огромных коршуна, на спине каждого зверя стоял человек. Обоим было около сорока лет, их одежды были необычной смесью синей и зеленой ткани. Очень худые, их лица выглядели довольно угрюмо. У одного из мужчин вокруг руки обвилась зелено-синяя змея. Маленькие глаза змеи угрожающе блестели, каждый раз, когда она высовывала язык из ее пасти тонкой струйкой вырывался туман. На плече его спутника из стороны в сторону раскачивалась многоножка. Где-то тридцать сантиметров в длину, ее панцирь переливался всеми цветами радуги, очевидно она была невероятно ядовитой. Один из них был на девятой ступени Конденсации Ци, второй на пике восьмой ступени. Выглядели они не очень дружелюбно. Они остановились где-то в километре от Мэн Хао, одарив его пронизывающим взглядом.

Спокойное выражение лица Мэн Хао не изменилось. Он убрал Нефрит Заклинания Демонов и посмотрел на прибывшую парочку. В Государстве Чжао он повидал немало людей со схожей Культивацией.

Пока они оценивающе рассматривали друг друга, из другой долины раздался еще один пронизывающий свист. Оттуда вылетела крылатая пурпурная жаба. С собой она принесла туман, судя по всему у жабы была Культивации стадии Конденсации Ци. На ее спине, скрестив ноги, сидел старик. На его халате переплетались красный и желтый цвет.

Лицо старика покрывали тотемические символы, создавая некое подобие маски. Выглядя невероятно свирепо, он подлетел поближе и присоединился к двум Практикам.

Культивации старика тоже поражала – пик девятой ступени Конденсации Ци. При его появлении выражения лиц обоих Практиков резко изменились.

Словно не замечая этого, в попытках оценить его Культивацию взгляд старика сосредоточился на Мэн Хао. «Я Староста Деревни Духовной Жабы», – сказал он, – если твой путь, Собрат Даос, лежит дальше, прошу, не задерживайся здесь. Мы не жалуем чужеземцем».

Мэн Хао оставался спокойным. Такое обилие духовной энергии он искал последние полгода, если он сейчас уйдет, кто знает, когда ему вновь улыбнется удача. В обычной ситуации он просто бы развернулся и ушел, но необычное поведение Нефрита Заклинания Демонов привлекло его внимание. Желание уходить растаяло, как дым на ветру. Он хранил молчание. Пальцы его руки сложились в заклятье, один за другим летающие мечи начали вылетать из его бездонной сумки, пока их не набралось больше сотни. Они медленно кружились в воздухе, создавая расширяющийся во все стороны водоворот.

Лица старика на жабе и Практиков на коршунах исказились. Мэн Хао указал рукой вниз в долину, после чего мечи обрушились на горный склон. С грохотом они вырезали в скале простую Пещеру Бессмертного.

«Пожалуйста, позвольте мне остаться здесь на несколько месяцев», – произнес Мэн Хао бесцветно. Не дождавшись их ответа, он полетел к свежевырубленной Пещере.

Устрашающая демонстрация сотни летающих мечей заставила старика нахмурить брови. Два других Практика выглядели нерешительно. Мужчина со змеей зыркнул на удаляющегося к своей Пещере Бессмертного Мэн Хао. Он поднял руку, и Духовная Змея рванула в сторону Мэн Хао черным росчерком. В ответ на это глаза Мэн Хао сверкнули холодным, недобрым светом.

1 Очень двусмысленная фраза. Один цунь = одному дюйму или вершку, так же в переносном смысле «один цунь» означает сердце, которое по древнему поверью занимает место в один вершок. Под благоухающим пеплом еще можно понять пепел, которые оставляют после себя сгоревшие благовония, которые являются неотъемлемой частью всех религиозных ритуалов в Китае.

Глава 97. Прорыв Культивации в Горной Долине

Мэн Хао даже не успел пошевелиться, а сине-зеленая Духовная Змея была уже в тридцати метрах от него, внезапно она замерла и пронзительно зашипела, словно почувствовала нечто ужасное, исходящее от тела Мэн Хао. Она задрожала и рванула назад, не смея приблизиться ни на йоту.

Внезапно от макушки головы Мэн Хао начал исходить трехцветный туман, он превратился в демоническое лицо, выражение этого лица было очень странным, казалось оно одновременно плачет и смеется. После пары оборотов вокруг головы Мэн Хао, лицо издало беззвучный крик. Духовная Змея отчаянно зашипела, когда беззвучный крик ударил в нее. Тело змеи начало разлагаться. Мгновением позже от Духовной Змеи остался только небольшой сгусток крови, который алым дождем упал вниз. Выражение лица старика слегка изменилось, на лицах же двух других Практиков застыло удивление.

Мэн Хао тоже не смог справиться с изумлением, его сердце начало бешено колотиться. Трехцветный туман был ядом в его теле, за последние полгода оно обострялся дважды, впервые за все это время он принял магический облик и покинул его тело по собственной воле. Очевидно это был совсем непростой яд, он почувствовал другой яд и не позволил тому приблизиться, давая понять, что носитель принадлежит ему одному.

За последние несколько месяцев Мэн Хао окончательно убедился в том, что за два обострения весь яд, полученный от экспертов трех великих Сект, окончательно покинул его тело. Видимо яд трех великих Сект оказался недостаточно силен, чтобы противостоять трехцветному яду, ничего удивительного, что он вытеснил всех конкурентов из его тела. После смерти Духовной Змеи Мэн Хао, наконец, осознал истинную мощь трехцветного яда Лорда Провидение.

Разумеется, троица неподалеку понятия не имела обо всем этом, они во все глаза уставились на Мэн Хао, на лицах всех троих читался страх. Некогда хозяин Духовной Змеи начал пятиться и кашлять кровью, в его взгляде смешались страх и потрясение.

«Выходит Собрат Даос тоже практикует Культивацию Яда…» Старик на жабе с Культивацией девятой ступени Конденсации Ци поднялся и почтительно поприветствовал Мэн Хао, сложив ладони. «Коли так ты волен остаться здесь, но эта долина – странное место. Она богата духовной энергией, каждое полнолуние из ниоткуда появляется туман и заполняет всю долину». Глаза старика сверкнули.

«Спасибо за предупреждение», – бесстрастно бросил Мэн Хао. Его тело сверкнуло и исчезло в Пещере Бессмертного. Предусмотрительно вырезанный из куска скалы валун накрепко запечатал проход.

Снаружи пещеры стояла тишина. Глаза старика на жабе сверкнули в сторону двух других мужчин. Поглаживая своих Духовных зверей, они в полной тишине полетели к одной из долин, там их ждали еще четверо Практиков на восьмой ступени Конденсации Ци, в длинных зелено-синих нарядах. Они восседали на огромном черном камне, который пульсировал тусклым светом, с каждой вспышкой казалось на секунду чернота становилась прозрачной. Внутри можно было мельком увидеть скелет и двухголовую птицу. Когда прибыли старик со своими спутниками, четверо мужчин открыли глаза.

«Чужак оказался Ядовитым Практиком, – гневно просипел человек, потерявший Духовную Змею, его глаза яростно пылали, «неизвестно сколько он успел увидеть, но уходить этот человек отказался».

«Это все усложняет…» – хмуро сказал один из четырех сидящих. Им оказался бледный мужчина средних лет. «Какая у него Культивация?»

«Пик девятой ступени Конденсации Ци!» – ответил старик спокойно. Он не ошибся. Мэн Хао мог с легкостью перейти на тринадцатую ступень Конденсации Ци, однако тогда его отсекало от энергии неба и земли. Вот почему он предпочитал оставаться на пике девятой ступени.

«Его Культивация весьма отточена, но, если мы атакуем все вместе, ему несдобровать, – сказал хозяин Духовной Змеи, – нельзя позволить ему остаться, он может обо всем догадаться. Сейчас может быть все в порядке, но после следующего полнолуния через полмесяца чужак точно начнет что-то подозревать. Когда настанет время тянуть красный канат, его подозрения окончательно подтвердятся. Он Ядовитый Практик, наверняка происходящее его заинтересует. Я предлагаю атаковать всем вместе и уничтожить его».

Некоторые начали колебаться, как-никак Мэн Хао находился на пике девятой ступени, среди них только старик на жабе был достаточно сильным, чтобы ему противостоять, остальные не обладали такой силой. Если они накинутся всем скопом, то скорее всего победят, однако весьма вероятно их сторона тоже не выйдет из драки невредимой. В сомнениях все повернулись к старику на жабе.

«Нам нет смысла действовать самим, я сказал ему о странностях во время полной луны. С большой вероятностью он захочет увидеть все собственными глазами, поэтому нам не надо атаковать. Миазмы, которые приходят вместе с красным канатом, расправятся с ним за нас. Если он не выйдет… отлично, миазмы заполонят всё в любом случае. Выйдет он или нет, его ждет смерть! Три Деревни Духовной Горы наших предков не для глаз чужаков. Любой, кто рискнет сунуть сюда нос… погибнет». Во время пламенной речи глаза старика сверкали. Остальные шестеро согласно кивнули.

Тем временем, Мэн Хао сидел, скрестив ноги, в Пещере Бессмертного. Повсюду витала насыщенная духовная энергия, его Культивация загудела. Начав дыхательные упражнения, бескрайнее Ядро море начало сгущаться. Он начал глубоко и размеренно дышать, его глаза сосредоточились на огромном валуне, закрывшим вход в Пещеру Бессмертного. Сначала он вызвал два деревянных меча, следом талисман, который повис в воздухе перед ним. Мэн Хао взмахом рукава прикрепил его к огромному валуну.

Этот талисман был добыт у Ван Тэнфэя, сложно сказать насколько могущественный предмет попал ему в руки, но учитывая историю его прошлого хозяина, предмет не может быть простой безделицей.

«Похоже эти люди что-то скрывают и не хотят, чтобы об этом прознали чужаки. Если они не станут беспокоить меня, я поступлю так же. Но, если они вздумают нарушить мой покой…» В глазах Мэн Хао вспыхнул огонек. Из бездонной сумки он вытащил черепаший панцирь, некогда принадлежащий Шангуань Сю, тот самый, где описывалось Совершенное Основание. Какое-то время он хмуро рассматривал письмена на панцире.

«Для изготовления Пилюли Совершенного Основания мне потребуется алхимическая печь, – прошептал Мэн Хао, – ее я забрал у Шангуань Сю. Вот только без базовых знаний алхимии, велик шанс, что я все испорчу. Всё-таки эти целебные растения довольно редкие. Хотя в случае ошибки я всегда смогу продублировать еще, но стоимость каждой такой процедуры будет непомерной». Он был полнейшим профаном в алхимии, что немного удручало.

Наконец Мэн Хао извлек пригоршню трав для изготовления малых пилюль, которые значились в списке ингредиентов. Потом пришел черед медного зеркала. Несколько часов спустя, большой кучи Духовных Камней как не бывало. Такими темпами, даже целой горы Духовных Камней хватит ненадолго.

«А это всего лишь малые пилюли… Изготовление Пилюли Совершенного Основания состоит из двух стадий. На первой требуется изготовить семь разных малых пилюль, каждая из которых обладает уникальными свойствами. На втором этапе семь малых пилюль нужно переплавить в одну Пилюлю Совершенного Основания. Отсутствие хотя бы одной из семи малых пилюль выльется в неминуемый провал! Шангуань Сю уже изготовил две из семи малых пилюль, осталось пять… Мне еще никогда не доводилось варить пилюли, что будет, если на одну пилюлю у меня уйдет дюжина попыток? Тогда Духовных Камней точно не хватит, вместе с этим это повлияет на мои шансы пробиться на стадию Возведения Основания. Алхимия… Если я смогу научиться алхимии, тогда проблем возникнуть не должно».

Мэн Хао нахмурился и принялся изучать базовые алхимические техники из Города Млечного Пути. К сожалению, в алхимии самоучкам приходится очень тяжело, мало того, что изучение этих техник не простая задача, так еще временные затраты просто колоссальные. К тому же некоторые техники достать не так уж и просто, многие мастера-алхимики владели секретными техниками и навыками, которые они никогда не раскрывали посторонним. Такие техники довольно часто являлись одним из самых охраняемых секретов Сект.

«Лучше всего будет сварить Пилюлю Совершенного Основания, а уже потом возвести Основание. Тогда не придется волноваться о том, как бы побыстрее изготовить пилюлю. Именно так собирался поступить Шангуань Сю. Вот только…» – его глаза блеснули. «Идея безусловно хороша, но без Возведения Основания, мне придется столкнуться с бесчисленным количеством опасностей, Шангуань Сю умер именно по этой причине. В противном случае мне бы ни за что не удалось убить его. Вот почему его способ… никуда не годиться!» Он ненадолго замер, пока в его глазах не появилась решительность.

«Несмотря ни на что, сначала я должен достичь стадии Возведения Основания. Если после этого я смогу изготовить Пилюлю Совершенного Основания, отлично, Совершенное Основание устранит трещины на Дао колоннах, оставленных Небесами. Если ничего не выйдет… Безупречного Основания будет достаточно!» Мэн Хао сжал зубы. Несмотря на жгучее желание сварить Пилюлю Совершенного Основания, делать это сейчас было нецелесообразно.

«Войти в Южный Предел я могу по достижению стадии Возведения Основания. Только тогда я смогу разобраться с ядом, чего на стадии Конденсации Ци сделать не выйдет». Приняв решение, он отбросил лишние мысли и убрал черепаший панцирь вместе с целебными травами, после чего достал Пилюлю Возведения Основания и начал ее дублировать.

С великой завершенностью Конденсации Ци он был более чем уверен, что сможет пробиться на стадию Возведения Основания. Однако осторожность взяла верх, поэтому он решил прибегнуть к помощи Пилюли Возведения Основания.

Глядя на пять Пилюль Возведения Основания перед собой, он сделал глубокий вдох и хлопнул по своей бездонной сумке. Вылетел маленький флаг, вокруг которого потрескивали молнии. Пальцы Мэн Хао сложились в заклятье, древко флага вонзилось в землю без какой-либо помощи со сторону Культивации Мэн Хао. Он вобрал в себя часть духовной энергии из воздуха и превратился в туман, окружив тем самым всю Пещеру Бессмертного. Он раскинулся на тридцать метров во все стороны.

«Из-за Пилюли Возведения Основания мое тело одеревенеет, и я не смогу двигаться». Его взгляд остановился на клубящемся в пещере тумане. «С Флагом Грома я буду в безопасности. С ним никто не потревожит меня. Эффект паралича не должен продлиться долго, если взять в расчет уровень моей Культивации».

Самым загадочным сокровищем из Пещеры Патриарха Покровителя был Нефрит Заклинания Демонов, но его любимым, если не считать горы Духовных Камней, оставался маленький флаг. Что до талисмана удачи, пока Мэн Хао не смог выявить хоть каких-то его особых свойств, по достижению Возведения Основания он еще раз его тщательно обследует.

После глубокого вдоха он положил пилюлю себе в рот. В миг пилюля растаяла, и его тело заполнила безграничная духовная энергии. Мэн Хао задрожал, это был не первый раз, когда он принял Пилюлю Возведения Основания, но каждый раз ощущения были, как у маленькой лодочки, попавшей в шторм. В голове зарокотало, но он не прекратил раскручивать свою Культивацию. Бескрайняя духовная энергия текла сквозь Мэн Хао и попадала в Ядро море, отчего то заволновалось и начало пениться. Внезапно появилось ощущение, что Демоническое Ядро внутри сейчас превратиться в Дао Колонну.

С появлением Дао Колонны, Мэн Хао пересечет барьер Конденсации Ци и вступит на истинную стадию Культивации… Возведение Основания.

Однажды взобравшись на стадию Возведения Основания, он навсегда перестанет быть смертным. Только тогда он твердо вступит на путь Культивации и уже никогда не сможет вернуться к жизни простого человека. Если отступится, это лишь подтвердит, что он не заслуживает быть частью мира Практиков.

Нет, он станет лодкой, плывущей против течения.

В конечном счете все сводится к одной фразе: «Не двигаться вперед значит пятиться назад».

Глава 98. Долина Красного Каната

Незаметно пролетело полмесяца. Одной ночью полная луна была особенно яркой, своим светом она затмевала большую часть звезд. Мягкий, серебряный свет окутал собой всё. Создавалось ощущение, что луна светит особенно ярко над группой долин, в особенности над долиной, где обитал Мэн Хао. В лунном свете туман начал клубиться, медленно закручиваясь в водоворот.

На границе долины ожидали семь Практиков, они не спускали глаз с клубящегося тумана. На лицах каждого из них читалось предвкушение.

«Час пробил…» – тихо сказал старик на жабе. Одновременно с его шепотом из тумана раздался булькающий звук, едва различимый, но пробирающий до мозга костей. Послышался треск, и туман в долине забурлил. Спустя какое-то время булькающий звук стал более различим. С треском туман делал виток за витком, отчего в долине образовался огромный водоворот. Границы туманного водоворота, казалось, могли пробиться сквозь горную породу и расплавить ее. С горного склона начал капать расплавленный камень.

В это же время в водовороте появился красный канат, толщиной с человеческую руку, он был скорее не красного, а алого цвета, будто был обагрено кровью сотен людей. С гулом канат начал раскручиваться вместе с водоворотом. С появлением каната семеро мужчин оживились. Глаза старика на жабе засияли, он прикусил кончик языка, сплюнул немного крови и вытащил из бездонной сумки черный обломок железа, одновременно с этим его пальцы формировали заклинание. Шестеро его спутников вторили ему: сплюнули немного крови и извлекли черные железные обломки. Действовали они слаженно и выверено, словно делали это уже не в первый раз.

Кровь попала в водоворот, видимо по этой причине водоворот внезапно остановился. Несмотря на это канат и не думал останавливаться. Черные куски железа соединились в широкий черный меч. Меч завис над долиной, указывая острием вниз, в сторону красного каната, который тут же прекратил вращаться.

С утробным ревом старик спустился вниз и схватил красный канат двумя руками. Его пальцы сомкнулись на его поверхности без каких-либо колебаний, даже несмотря на то, что канат был жутко скользкий, словно вымазан в крови. Шестеро мужчин встали у него за спиной и тоже потянули канат. С громоподобным рокотом тридцать метров красного каната показались из водоворота. Вместе с ним наружу брызнул черный Ци. Он медленно заполнял долину, пока не достиг пещеры Мэн Хао, в конечном счете он затопил и ее.

«На третьей сотне метров мы добыли Камень Нефритовой Души, на шестой сотне ядовитые миазмы, в прошлый раз мы вытянули девятьсот метров и получили зверя, запечатанного в камне. Сегодня наша задача достичь отметки в полтора километра!»

«Отлично! Согласно древним записям нашего клана, когда мы вытащим канат на полтора километра, он разомкнет первую печать. Тогда пробудится дух предков нашего клана, который потом превратится в Ядовитое Основание, с ним наша Культивация взлетит на следующую стадию!» Глаза семерых людей засверкали в ночи, и они потянули канат.

Никто не мог увидеть дна водоворота, кроме черноты ничего нельзя было разглядеть, поэтому казалось, что у красного каната нет конца. С каждым рывком каната всю долину встряхивало, земля дрожала, словно канат был связан с центром земли. Несмотря на грохот они продолжали тянуть. На отметке в девять сотен метров из глубин водоворота вместе с большим количеством ядовитых миазм появился запах тухлой рыбы.

Семеро мужчин переглянулись, раньше такого запаха не было. К счастью территория вокруг каната была защищена от запаха и миазмы. Костяшки на их пальцах побелели от усилия, они сжали зубы и потянули канат еще раз.

Один километр триста пятьдесят метров. Один километр триста восемьдесят метров. Один километр четыреста метров!

Все семеро начали тяжело дышать, они потратили где-то восемьдесят процентов своей Культивации. Без колебаний каждый принял по целебной пилюле и продолжил тянуть канат. У пятерых из них изо рта брызнула кровь, вскоре единственными, кто еще держался, были старик и мужчина на девятой ступени Конденсации Ци. Они сжали зубы, но никак не могли остановить дрожь в теле.

«Я на пределе…» – просипел старик. Он прикусил язык и сплюнул еще немного крови. Из-за пределов долины показался черный луч света, который превратился в огромную жабу. Она приземлилась рядом с канатом и вцепилась в него зубами, ее тело начало чахнуть, но жаба тянула, не ослабляя хватку. Следом за ней на помощь пришли многоножка вместе с несколькими гигантскими пауками, их вызвали остальные Практики. Прилетел даже огромный валун со скелетом птицы внутри, его сияние помогало тянуть канат.

Один километр четыреста тридцать метров. Один километр четыреста шестьдесят метров. Один километр четыреста девяносто метров!

Запах гнили усилился, в долине теперь нестерпимо воняло тухлятиной. Еще чуть-чуть и канат достигнет отметки в полтора километра. Из недр водоворота раздался пронзительный вопль полный надежды, с каждой секундой он становился все громче. Вот только… до нужной отметки оставалось еще десять метров. Ядовитые звери, призванные Практиками, начали взрываться один за другим от чудовищной нагрузки. С их смертью кровь отлила от лица всех Практиков. Канат внезапно выскользнул из их рук и исчез в водовороте, если бы они замешкались на секунду и не отпустили его, их бы засосало в водоворот вместе с красным канатом.

«Пустое, попытаемся еще раз в следующем месяце».

«Да, не за горами тот день, когда мы вытянем его на полтора километра. В моей Культивации намечается прорыв, после достижения девятой ступени Конденсации Ци, мы точно преуспеем».

«Кстати, чужак то на девятой ступени…» – внезапно вставил один из них.

«Не стоит вмешивать чужака, миазмы скорее всего уже погубили его. Даже со стадией Возведения Основания ему все равно не выстоять против миазмов, единственные кто могут – это люди в чьих жилах течет наша кровь».

Вскоре семеро людей закончили обсуждения и разошлись. Туман клубился в долине целых три дня, когда концентрация духовной энергии вернулась на прежний уровень, миазмы рассеялись.

В Пещере Бессмертного, окруженный электрическим полем, Мэн Хао кристально ясно видел всё, что произошло за последние три дня. Миазмы ничего не смогли противопоставить Флагу Грома, поэтому Мэн Хао остался невредим.

«Они думают, я погиб. Это мне на руку… – глаза Мэн Хао заблестели. – Кто бы мог подумать, что Возведение Основание окажется настолько трудной задачей. Может все дело в Великом Духовном Трактате или, возможно, виновато Демоническое Ядро?»

Он подобрал очередную Пилюлю Возведения Основания и нахмурился. Его начали мучить подозрения, действительно ли метод из Великого Духовного Трактата настоящий? Мог ли Патриарх Покровитель привести его в соответствие со своей Демонической Культивацией… Доподлинно выяснить это не получится. Глаза Мэн Хао решительно сверкнули, когда он закинул в рот очередную Пилюлю Возведения Основания, закрыл глаза и приступил к медитации.

Ядро море яростно бурлило, пенилось, казалось оно сгущается в Дао Колонну. Правда сам процесс был невероятно труден, даже с помощью Пилюли Возведения Основания он не достиг желаемого. Можно сказать, что Возведение Основания – первое настоящее препятствие на пути истинной Культивации. Пилюля Возведения Основания поднимает шансы на успех где-то на десять процентов. Даже с великой завершенностью Конденсации Ци и увеличенным скрытым талантом сделать это будет не просто.

Так, незаметно пролетели еще три месяца. Каждое полнолуние семь мужчин пытались вытащить красный канат. Несколько раз они даже приходили к пещере, в надежде обшарить, по их мнению, уже остывший труп Мэн Хао, но его логово защищал Флаг Грома Патриарха Покровителя. Кучке жалких Практиков стадии Конденсации Ци с ним нипочем не справится. Постепенно они начали гадать, действительно ли Мэн Хао умер.

Прошло еще три месяца, семеро Практиков так ни разу не увидели Мэн Хао, сейчас уже никто не сомневался, что этот загадочный человек погиб.

Мэн Хао сбился со счету, сколько Пилюль Возведения Основания он проглотил за последние полгода. После каждого провала, он просто забрасывал в рот еще одну, под конец он начал принимать сразу по две. За полгода яд напоминал о себе два раза, к счастью, Мэн Хао был готов. После каждого обострения он возобновлял попытки пробиться к Возведению Основания. В такой мучительной манере прошел еще один месяц. Однажды ночью в голове Мэн Хао раздался грохот, который мог слышать только он один, хлопки походили на удар грома. Внутри золотое Ядро море зашумело, и золотой свет затопил все его тело. Было такое чувство, что он сам превратился в золото.

Мэн Хао не прекращал медитации и не размыкал глаз. Пока его Ядро море гудело, он сосредоточил все свое естество на создание Дао Колонны и прорыв на стадию Возведения Основания. В Ядре море Демоническое Ядро начало быстро крутиться, казалось еще секунда и оно растает.

За последний год такое случалось довольно часто. Мэн Хао теперь четко понимал, если бы не Демоническое Ядро внутри, возвести Основание было бы во сто крат легче. Именно Демоническое Ядро усложняло без того трудоемкий процесс. В довесок великая завершенность Конденсации Ци тоже не помогала, а скорее наоборот. Если рассуждать не предвзято, Возведение Основания Мэн Хао и остальных Практиков этого мира были не сопоставимы по сложности.

Каждый раз при формировании Дао Колонны в этот процесс вмешивалось Демоническое Ядро, поэтому формирование так ни разу и не дошло до конца. Сейчас от Ядра моря Мэн Хао исходило золотое свечение, вода начала сгущаться в огромную Дао Колонну. Именно в этот момент Демоническое Ядро закрутилось, заставив до этого спокойное Ядро море бурлить и пениться. В очередной раз Дао Колонна рассыпалась на части.

«Еще раз!» – глаза Мэн Хао вспыхнули. Твердой рукой он проглотил три Пилюли Возведения Основания.

Глава 99. Возведение Основания!

«Демоническое Ядро не прекращает крутиться, его странное поведение мешает Ядру морю вступить на Возведение Основания. Из-за него оно просто не может создать Дао Колонну… Но я должен сформировать Дао Колонну! Я должен достичь стадии Возведения Основания! А для этого мне надо как-то прекратить вращение Демонического Ядра. Похоже мне понадобиться больше духовной энергии!»

Когда три Пилюли Возведения Основания растаяли у него во рту, его тело затопила духовная энергия. Энергия устремилась прямиком в Ядро море Мэн Хао, которое пару секунд назад находилось в процессе сгущения, но было прервано Демоническим Ядром. Захлестнувшая Ядро море сила, заставила его светиться слепящим золотым светом. Крутящееся, как юла, Демоническое Ядро начало постепенно замедляться. Духовная энергия в Ядре море казалась бесконечной. Оглушающий рокот подавил любые попытки Демонического Ядра снова начать вращение.

Наконец, оно полностью остановилось. Из Ядра моря послышались хлопки, которые эхом прогремели внутри Мэн Хао. Ему казалось, что Ядро море покрылось льдом. Спустя пару вдохов оно полностью застыло. В этот момент создалось впечатление, что жизнь Мэн Хао прервалась. Его дыхание замедлилось, а тело начала колотить дрожь. Сверкнув глазами, он сделал глубокий вдох и воскресил в памяти наставление по Конденсации Ци Великого Духовного Трактата. Застывшее Ядро море начало медленно сжиматься, становясь все меньше и меньше, оно постепенно превращалось в ромбовидный, прозрачный камень внутри которого находилось Демоническое Ядро.

Поступление духовной энергии из Пилюль Возведения Основания не закончилось, благодаря дополнительной подпитке вновь медленно появилось Ядро море. Пополняя себя духовной энергией, оно опять начало сжиматься до очередного ромбовидного куска прозрачного камня. С каждым новым вливанием духовной энергии процесс повторялся.

Мэн Хао, как никто другой, понимал сколь много времени, а главное какой колоссальный объем духовной энергии для этого нужен, именно по этой причине он обосновался в этой долине. Очередной хлопок по бездонной сумке и в рот отправилась новая порция целебных пилюль. Каждый раз Ядро море восстанавливалось, после чего сжималось в ромбовидный прозрачный камень. За работой Мэн Хао начисто потерял счет времени.

Один месяц. Два месяца. Три месяца… шесть месяцев…

Весна давно миновала, за ней быстро промелькнули лето и осень, а потом закончилась и зима. С момента начала уединенной медитации прошел целый год. Весь год каждое полнолуние семь мужчин собирались, чтобы вытащить красный канат. Их лучший результат остановился на отметке в один километр четыреста девяносто девять метров. Им так и не удалось вытащить последний, решающий метр. Со временем семеро Практиков начали замечать, что уровень духовная энергия неба и земли в долине снизился.

Конечно же, это было делом рук Мэн Хао, он постепенно ее поглощал, чего не знали семеро Практиков. Не понимая, что происходит, они несколько раз тщетно обыскали всю долину. Им и в голову не пришло связать происходящее с Мэн Хао. Год его отсутствия стал для них железным доказательством его кончины.

Хозяин Духовной Змеи поглядывал на Пещеру Бессмертного Мэн Хао с холодной усмешкой. Смерть Духовной Змеи далась ему тяжело, даже спустя год ненависть к Мэн Хао не утихла в его сердце. Он несколько раз пытался проникнуть в пещеру, дабы собрать сокровища, оставленные на теле Мэн Хао, но так ни разу не преуспел.

Время неумолимо шло, минуло еще полгода. Мэн Хао находился в медитационном уединении уже полтора года. Одной темной ночью Ядро море сгустилось в ромбовидный прозрачный камень. Это был уже сотый камень. С грохотом сотня ромбовидных камней начали сливаться воедино. Они медленно сформировали прозрачную, хрустальную Дао Колонну!

Дао Колонну Возведения Основания!

С появлением Дао Колонны учащенное дыхание Мэн Хао немного успокоилось. Его глаза потускнели, а вместе с ними замедлилась работа внутренних органов. Неподвижный, подобно камню, даже кровь казалось перестала течь по его жилам.

Стояла гробовая тишина. Мэн Хао знал, что наступила вторая стадия Возведения Основания. Восстановление.

Он сидел, скрестив ноги, в его голове эхом гремели пассажи из наставления по Конденсации Ци Великого Духовного Трактата. Странное состояние охватило Мэн Хао. Хотя его плоть и кровь, казалось не претерпели каких-либо изменений, в действительности с ними произошли определенные метаморфозы. Их изменяло таким образом, чтобы облегчить поглощение духовной энергии.

Меридианы Ци расширились. Сейчас через них не циркулировала духовная энергия, однако они стали ровней, прочней и крепче. Не обошло стороной и его кости, теперь в некоторых местах появились прозрачные прожилки. Трансформация навсегда отделила его от простых смертных. От всех изменений по телу Мэн Хао прошла дрожь. Волосы стали длинней, как и он сам стал выше.

Внутри Ядро море исчезло, осталась только золотая Дао Колонна[1] – плоская, круглая платформа, она не сияла ярким светом, наоборот была немного темной и даже в каком-то смысле «одинокой». Она парила в том месте, где раньше находилось Ядро море. Если приглядеться, то можно заметить Демоническое Ядро в ее центре. Больше оно не двигалось, полностью слившись с Дао Колонной.

Сердце Мэн Хао не билось, кровь застыла в жилах. Меридианы Ци недвижимы, сам Ци исчез. Сидящий Мэн Хао выглядел блекло, его Дао Колонна тоже поблекла. Весь его Ци иссяк.

Так он просидел еще полгода. На достижение стадии Возведения Основания у него ушло целых два года. Любой посчитал бы такую цифру бредом сумасшедшего. Обычно у Практиков на достижение стадии Возведения Основания уходит несколько месяцев, самое большее полгода. Потребность в духовной энергии для простых Практиков тоже была значительно ниже, чем у Мэн Хао, его запросы находились далеко за пределами здравого смысла.

Ближе к концу шести месяцев Дао Колонна внутри Мэн Хао начала вибрировать, это стало первым движение в его теле за долгое время. Следом за ней начало биться сердце. Потом заработали остальные органы. Кровь вновь заструилась по жилам, меридианы Ци заработали, его Ци наполнился жизненной силой. Медленно он начал просыпаться ото сна.

Вскоре от Дао Колонны начало исходить яркое золотое свечение, которое с каждой секундой становилось все ярче. Сердце забилось с такой скоростью, что казалось оно сейчас вырвется из груди. Звук бьющегося сердце заполонил Пещеру Бессмертного. С каждым новым ударом всё больше недвижимой ранее крови приходило в движение. Волной вздымался Ци, казалось скоро силы будет столько, что он сможет открыть глаза. Силы не просто чтобы открыть глаза, а пробудить всё тело. Ци внутри становился сильнее, наполняя его физическое тело силой!

В этот момент Дао Колонна оглушительно зарокотала. Из нее вырвалась могучая духовная энергия, она, как ураган, пронеслась по меридианам Ци, плоти, крови и костям Мэн Хао. Словно от прикосновения весны, заставляющее засохшее дерево расцвести, его тело пробудилось. Ци стал сильней, обилие скверны, выделяемой из его пор, заменил собой чарующий аромат. Мэн Хао кардинально отличался от себя самого полугодом ранее.

С появлением духовной энергии, меридианы Ци наполнились мощью, кровоток ускорился. От его сердцебиения стены Пещеры Бессмертного задрожали, а его глаза… в этот момент они распахнулись.

Из них вырвался слепящий свет. Стань этому свидетелем любой Практик стадии Конденсации Ци, у него закружилась бы голова, а Культивация серьезно пострадала.

Вся духовная энергия в долине всколыхнулась и устремилась к одной точке. Мэн Хао, словно черная дыра, жадно поглощал духовную энергию долины. Энергия просачивалась через его поры и попадала прямиком в Дао Колонну, отчего та становилась всё ярче. Сила Ци Мэн Хао от этого только увеличивалась. С каждым глухим ударом сердца, чувство силы в его голове становилось ярче. Он чувствовал, что одним движением руки может обрушить всю Пещеру Бессмертного, это была уверенность, опирающаяся на физическую мощь тела, его разум и Культивацию.

Из-за завершенности Конденсации Ци у него уже имелось Духовное Сознание, теперь же оно сделало еще один качественный скачок, по мощи превосходя аналог у любого другого Практика взошедшего на стадию Возведения Основания. В сущности, Практики на начальной стадии Возведения Основания никак не могли иметь Духовное Сознание на том уровне, что сейчас было у Мэн Хао. Фактически нечто подобное было только у Практиков средней стадии Возведения Основания.

Для Практиков стадии Возведения Основания Духовное Сознание не было ничего важней Духовного Сознания!

Чем больше духовной энергии неба и земли проникало в его тело, тем ярче становилась Дао Колонна. Вскорости сам Мэн Хао засиял золотым светом. Мощь Практиков стадии Возведения Основания во много раз превосходила Практиков стадии Конденсации Ци. Одна мысль, и он мог, как на ладони, увидеть все, что происходит в радиусе полутора километров. Это было… Духовное Сознание!

Обычно Практики начальной стадии Возведения Основания могли послать Духовное Сознание лишь на шестьсот метров.

“Начальная стадия Возведения Основания…” – медленно произнес Мэн Хао, голосом полным энергии. Его глаза мягко сияли, сам он размеренно дышал, свыкаясь с новым ощущением силы духовной энергии, которую источала Дао Колонна. По сравнению с тринадцатой ступенью Конденсации Ци мощь Мэн Хао стократно возросла. Разумеется, стократная разница была между его текущей силой и тринадцатой ступенью Конденсации Ци, а не девятой. Для Мэн Хао это был поворотный момент в жизни.

Не зря люди говорили, что Практик стадии Возведения Основания может без труда стереть с лица земли любого Практика стадии Конденсации Ци. Ядро море Конденсации Ци требовалось сжать сотню раз, дабы получить одну Дао Колонну.

Этой ночью с Мэн Хао произошли изменения, после которых его сила взлетела до заоблачных высот. Ни с чем не сравнимые изменения!

[1] 道台 – можно перевести как Дао башня/колонна, и как Дао платформа/подножие/помост. Поскольку семантически и сюжетно вид Дао Колонн не имеет никакого значения, вразрез с описанием, и руководствуясь стилистическими соображениями, я использовал термин «Дао Колонна».

Глава 100. Удар клинка, Совершенство

Как только Мэн Хао послал вперед Духовное Сознание, возникло ощущение, что он отрезан от неба и земли. Хорошо знакомое ощущение. Похожее чувство было, пока он находился на десятой или тринадцатой ступени Конденсации Ци. Сейчас, правда, ощущение было намного острей, будто Небеса не дозволяли такую Культивацию. Вместе с этим неодобрением он чувствовал в себе силу совершенно другого порядка. Небеса не дозволяли эту Культивацию, даже само сущее казалось отторгало это состояние… вопреки всему она сопротивлялось, поэтому было намного сильней.

Источником сопротивления был не сам Мэн Хао, а Дао Колонна и духовная энергия внутри нее!

Мэн Хао быстро распознал причину такого поведения Небес… ни капли духовной энергии неба и земли, которую он вобрал не могло выбраться наружу. К тому же, ни капли нельзя было поглотить, тем самым нарушался круговорот энергии неба и земли, чего Небо не приемлет!

В то же время, поскольку от него больше не исходила духовная энергия, он ощутил некие едва различимые, практически нематериальные следы. Овладей он ими, и его могущество возрастет. Эти следы были запрещены Небесами, поэтому только отверженные Практики могли видеть и получить от них просветление. Мэн Хао не знал, что в мире Практиков эти следы назывались Дао Табу! Любой человек на стадии Возведения Основания мог их почувствовать, только Мэн Хао собрался сосредоточиться на них, как что-то в его теле треснуло.

С характерным звуком на Дао Колонне появилась трещина. Странное состояние, в котором пребывал Мэн Хао тут же испарилось, одновременно у него изо рта брызнула кровь. Большой объем духовной энергии вырвался наружу из трещины в Дао Колонне. Сам Мэн Хао оказался не в силах остановить утекающую духовную энергию, с другой стороны он опять почувствовал связь с небом и землей.

Конечно, высвобожденной энергии было меньше, чем поглощенной, поэтому перекос в сторону количества поглощенной духовной энергии сохранялся, однако он вновь был частью круговорота неба и земли. Диковинные следы бесследно пропали. Он больше не был отверженным, небо и земля вновь приняли его, вернув в свое лоно.

Секундная слабость объяла сердце Мэн Хао, он поднял голову и направил взор наружу, за пределы Пещеры Бессмертного. С небывалой ясностью он посмотрел на небо снаружи.

Безупречное Основание с одной трещиной. В этом плане у Мэн Хао дела обстояли гораздо лучше, чем у многих. С Треснувшим Основанием его сила значительно уменьшится, а Расколотое Основание, с его большим количеством трещин, уменьшит силу еще в несколько раз.

«Раз существует трещина, – прошептал Мэн Хао, – значит Дао Колонна не совершенна, поэтому Небо может это принять…» Его глаза ярко сверкнули.

«Пока на Дао колоннах есть трещины, независимо от уровня Культивации, поглощение всегда будет сопровождаться рассеиванием энергии. Для себя… Или же для Неба я практикую Культивацию в такой манере?» – Мэн Хао задумался.

Сложный вопрос для Практика на стадии Возведения Основания, однако Мэн Хао, вооруженный знаниями из наставления по Конденсации Ци Великого Духовного Трактата и методом по достижению Совершенного Основания, мог понять вещи доступные к пониманию только Практикам стадии Отсечения Души.

Мэн Хао достиг стадии Возведения Основания глубоко за полночь. Семеро Практиков сначала наблюдали, как в долине беснуется духовная энергия, потом их взгляд упал на обиталище Мэн Хао.

«Что происходит?»

«Почему вся духовная энергия утекает в ту сторону?» – переговариваясь, все семеро устремились вперед. Вот только на полпути им пришлось остановиться. Их затрясло, а их духовная энергия стала неустойчивой, словно некая сила могла вырвать ее из их тел в любую секунду. Все удивленно замерли, не понимая, что происходит. Для этих людей Возведение Основания было весьма расплывчатым понятием, им и в голову не могло прийти, что сейчас, в этой самой долине, кто-то мог войти на стадию Возведения Основания.

Продвигаться дальше никто не рискнул, посовещавшись они пришли к выводу, что источником этого феномена стала сама долина. Не в силах приблизиться, они могли только строить догадки. Доказать или опровергнуть что-либо в любом случае не выйдет.

«Я чувствую могучую силу в этой долине, – сказал старик на жабе после глубокого вдоха, – нечто намного превосходящее нас по силе».

«Что вообще произошло? Жаль мы не можем подобраться ближе, возникает ощущение, что стоит сделать еще шаг и всю духовную энергию моего тела высосет…»

«За последние два года в этой долине твориться много странного. Теперь еще и это…»

Мужчины переглянулись и притихли, у каждого были свои соображения относительно этой аномалии. Тем временем, в темноте пещеры глаза Мэн Хао ярко сверкнули. Ему позволили одни глазком взглянуть на великолепие и мощь Совершенного Основания, после чего безжалостно отобрали его. Не поступи так с ним Небеса, он быть может не стал бы суетиться, но теперь желание вспыхнуло, подобно яркому пламени.

“Совершенное Основание…”

Он поднялся, взмахнул рукавом, туман вокруг него колыхнулся и превратился в маленький флаг, который приземлился ему на ладонь. Немного духовной энергии и флаг черным росчерком исчез у него во рту. На стадии Конденсации Ци Мэн Хао был весьма ограничен, когда дело касалось использования флага, теперь со стадией Возведения Основания он мог применять флаг совершенно по-новому, не говоря уже о возможности закалить его.

Довольный собой, Мэн Хао сосредоточился на своих ощущениях. Его глаза заблестели.

«Благодаря Наставлению по Конденсации Ци Великого Духовного Трактата можно создать второе Ядро море. Когда второе Ядро море перейдет от Конденсации Ци к Возведению Основания, оно улучшит качество уже возведенного Основания. Для меня подобная манипуляция мало чем поможет, однако… на всякий случай лучше будет его сделать».

Он опять сел, скрестил ноги и представил Наставление по Конденсации Ци Великого Духовного Трактата. Пару часов спустя он открыл глаза. Его тело сотрясал рокот, внутри за пределами Дао Колонны раскинулось новое золотое море. Второе Ядро море Мэн Хао.

Покончив с Культивацией, он поднял руку и превратил огромный валун на входе в Пещеру Бессмертного в горстку пыли. Размытым лучом света он вылетел наружу, там он завис в воздухе, с улыбкой глядя на Пещеру Бессмертного. Будучи на стадии Конденсации Ци одни движением руки ему ни за что бы не растереть огромный камень в порошок, сейчас сделать это было проще простого.

«Разрыв между стадиями Конденсации Ци и Возведения Основания такая же, как между небом и землей. – подумал про себя Мэн Хао, — Слухи не врали, хотя я должен был стать еще могущественней. Как ни печально Дао Колонна потрескалась под действием невидимого клинка… жизни Практика. Ничего не поделаешь. Если мне удастся восстановить Дао Колонну, тогда я смогу возвести Совершенное Основание. Сначала надо изготовить Пилюлю Совершенного Основания. Впрочем, главный вопрос в другом… что это за метка…?»

Его взгляд упал на правую руку, там с внешней стороны медленно угасал мерцающая магическая метка. Метка находилась не на коже, а скорее внутри руки. У Мэн Хао возникло ощущение, что она существует там уже долгое время. Тем не менее он видел ее впервые, поэтому не имел ни малейшего понятия, почему она дала о себе знать одновременно с Возведением Основания. Когда метка окончательно погасла, Мэн Хао нахмурился. От нее не исходила угроза, наоборот метка казалась отчасти знакомой. Дальнейшие размышления не принесли плодов, природа загадочной метки оставалась неизвестной.

На время отложив этот вопрос, он огляделся. От взгляда посторонних его полностью скрывал густой туман. В данный момент Мэн Хао висел в воздухе, тем не менее стоит ему пожелать, и он полетит вперед. Загадка странной метки ушла на второй план, Мэн Хао в данный момент занимал вопрос почему на стадии Конденсации Ци невозможен полет.

«Подлинный полет не возможен на стадии Конденсации Ци, поскольку в теле содержится недостаточно духовной энергии. Вот почему тело не может удерживать себя в воздухе. Только с помощью магических предметов становилось возможным летать. На стадии Возведения Основания духовной энергии во сто крат больше, чем на стадии Конденсации Ци. Огромное количество духовной энергии формирует Дао Колонну, именно это и позволяет летать по-настоящему. Всего на стадии Возведения Основания может быть девять Дао колонн. Три колонны символизируют пик начальной ступени, шесть пик средней ступени, девять завершают круг. Сейчас у меня только одна колонна…»

Глаза Мэн Хао сверкнули, он превратился в луч радужного света и полетел ко дну долины.

«Пару лет назад это место пробудило Нефрит Заклинания Демонов. Тогда моей Культивации было недостаточно, чтобы начать поиски. Теперь все по-другому… Нужно соблюдать осторожность, но думаю с моим скрытым талантом и силой я смогу попробовать поискать намеки на то, что могло пробудить Нефрит Заклинания Демонов».

Пока он летел сквозь туман, рядом с ним со свистом возникли два деревянных меча. Взойдя на стадию Возведения Основания, он чувствовал, как аура клинков немного изменилась, только сейчас у него не было времени их рассматривать. Его больше заботила загадка этой долины.

Продвинувшись вниз на триста метров Нефрит Заклинания Демонов в бездонной сумке начал светиться. Мэн Хао вытащил его и медленно продолжил спускаться вниз. Чем ниже он спускался, тем плотней становился туман. На стадии Конденсации Ци его тело не смогло бы выдержать постоянно падающую температуру, причиной которого был этот зловещий туман, вот только Мэн Хао уже преодолел стадию Конденсации Ци. За время горения половины палочки благовоний стало настолько холодно, что ему казалось, что в кожу вонзаются острые иглы.

Наконец он добрался до дна долины. Растительность полностью отсутствовала, куда ни глянь, всюду клубился туман. По всему дну долины были разбросаны кости животных и птиц. Гробовая тишина насторожила Мэн Хао, он с опаской огляделся. Больше никаких опрометчивых поступков, сперва он тщательно изучит окружение. В конце концов его глаза остановились на единственном месте в долине, не затронутое туманом.

Им оказался… вход в пещеру примерно девяти метров в ширину!

На границе проема виднелись следы будто бы замерзшей земли. О глубине пещеры сложно судить, она уводила прямиком в непроглядную черноту. Из пещеры тянуло леденящим холодом, который затем превращался в туман. В глубь пещеры уводил темно-красный канат. Кроме него рядом с пещерой больше ничего не было. В этот момент Нефрит Заклинания Демонов в руке Мэн Хао ярко засиял. Словно нечто в этой бездонной пещере взывало к нему.

«Кто знает, что таит в себе ее недра? » – мелькнула мысль.

Мэн Хао колебался, глядя в угольную черноту, парой мгновений спустя он извлек летающий меч и запустил его внутрь пещеры. Когда раздался звук удара железа о камень Мэн Хао изменился в лице.

«Эта древняя пещера где-то два с половиной километра в глубину».

В сомнениях он подошел вплотную ко входу, затем посмотрел на кусок сияющего нефрита в руках. Сияние придало ему немного уверенности. Из бездонной сумки вылетели черная сеть и восемь перьев. Даже с деревянными мечами он все равно немного нервничал. Мэн Хао прикусил язык, после чего изо рта вылетел Флаг Грома. Его наэлектризованный туман накрыл все тело Мэн Хао.

Вооруженный до зубов магическими предметами Мэн Хао сделал шаг в пещеру.

Глава 101. Заклинатель Демонов Восьмого Поколения

«Если я сейчас отступлюсь при намеке на опасность, что будет в будущем, когда мне придется столкнуться с настоящей угрозой? Тогда желание идти дальше будет еще меньше, чем сейчас. Так не пойдет, такое отношение не сработает с законом джунглей мира Практиков. Нефрит Заклинания Демонов достался мне от Патриарха Покровителя, что свидетельствует о принадлежности этого сокровища к Секте Заклинания Демонов, к тому же… я сам ученик Секты Заклинания Демонов. Во что бы то ни стало надо во всем разобраться!»

Глаза Мэн Хао сверкнули, стоило воспоминаниям о демонической магии Шангуань Сю и Патриарха Покровителя вспыхнуть в его голове. Упрямство взяло верх, и он вошел в пещеру.

«Всё-таки стоит быть предельно осторожным. Если впереди ждут враги, с которыми мне не совладать, я немедля разворачиваюсь и ухожу».

Глаза Мэн Хао сияли решимостью. Вокруг него потрескивал наэлектризованный туман, рядом парили деревянные мечи, а перья встали в защитную позицию. Он весь подобрался, готовый в любой момент действовать. От него во все стороны расходилась духовная энергия, которая заранее его предупредит о надвигающейся опасности. Будучи Практиком стадии Возведения Основания его физическое тело было намного сильней, чем раньше, теперь он мог летать и использовать Духовное Сознание. С этими дополнительными мерами самозащиты можно быть уверенным, ему обеспечена долга жизнь. К тому же вместе с ними он мог уверенно идти навстречу опасности. Если бы Мэн Хао по-прежнему находился на стадии Конденсации Ци, то не смог бы войти в пещеру, даже если бы был достаточно храбр, чтобы это сделать.

Внутри темно, хоть глаз выколи. Мэн Хао чувствовал угрожающее давление леденящего холода, который лился из глубины пещеры. Холод хранил в себе едва уловимый Ци Крови, который с каждым шагом Мэн Хао становился все явственней. Осторожно, он продолжил свой путь. Триста метров спустя он остановился и деревянным мечом вырезал в стене пещеры дыру. А потом сунул в образовавшееся отверстие талисман из бездонной сумки. Прошлым хозяином талисмана был Ван Тэнфэй.

Следующая остановка была на отметке в шестьсот метров вглубь пещеры. Там он вытащил десять летающих мечей и вонзил их в стену. По мере продвижения, он останавливался каждые несколько сотен метров и повторял нечто подобное. Если что-то пойдет не так, будет чем прикрыть отступление. На отметке в километр двести метров туман вокруг заколыхался и забурлил. На самой грани слышимости раздался протяжный стон. Мэн Хао замер, сосредоточенно прислушиваясь. Какое-то время он опасливо оглядывался. Ничего не обнаружив, он продолжил следовать за красным канатом.

Постепенно Мэн Хао углубился в пещеру на полтора километра. Откуда не возьмись из глубин пещеры раздался пронзительный вопль вторил ему оглушительный рев. Из окружающего его наэлектризованного тумана выделился большой объем электричества, который превратился в Сферу Электричества. С грохотом она ударилась о неясную фигуру впереди. Силуэт вспыхнул и исчез. Мэн Хао втянул полную грудь воздуха, его Флаг Грома, если учесть стадию Возведения Основания, был невероятно могуч. То, что флаг не смог уничтожить цель на месте, недвусмысленно показывало насколько эта фигура сильна. Мэн Хао в сомнениях остановился. Его взгляд был направлен в глубь пещеры, пока правая рука поглаживала Нефрит Заклинания Демонов. Стиснув зубы, он двинулся дальше. Еще через шестьсот метров он углубился в пещеру где-то на два километра. От нечеловеческого холода Мэн Хао начало колотить. Ци Крови бил ему прямо в лицо, придавая каждому вдоху привкус крови. Темные, алые пятна начали появляться на его коже, глаза засияли красным светом.

«Я преодолел отметку в два километра, до конца пещеры еще около трехсот метров…»

Красноватое сияние глаз Мэн Хао усилилось. Забравшись так далеко, у него и в мыслях не было поворачивать назад. Культивация стадии Возведения Основания работала во всю, помогая ему двигаться дальше. Дао Колонна гудела и посылала безграничную духовную энергию циркулировать по его телу. Мэн Хао прибавил шагу, стрелой преодолев последние несколько сотен метров. Спустя пару вдохов впереди, наконец, забрезжил конец пещеры, показался, посланный им ранее, меч.

Уже на месте он понял, что глубина пещеры вовсе не два с половиной километра. На отметке в два с половиной километра располагалась круглая платформа в центре которой зияла двухметровая дыра! Кроваво-красный канат исчезал в черноте этого бездонного провала. Меч Мэн Хао вонзился в круглую платформу, именно поэтому он неверно оценил глубину пещеры. Первоначальное удивление быстро схлынуло, Нефрит Заклинания Демонов ярко вспыхнул, отчего Мэн Хао пришлось зажмуриться, когда же он открыл глаза, то заметил тело, сидящее скрестив ноги, рядом с платформой.

В руке мертвеца была зажата древняя нефритовая табличка. От таблички так же исходило свечение, словно она был каким-то образом связана с нефритом в руке Мэн Хао. Прежде чем Мэн Хао успел собраться с мыслями, тишину прорезал душераздирающий визг. К нему устремилась размытая фигура. Несмотря на защиту тумана, Мэн Хао отчетливо видел, тянущуюся к нему, шестипалую руку. Она остановилась где-то в двух метрах от него, не в силах пробиться сквозь скопление молний. От руки исходил мертвецкий холод, она оказалась настолько маленькой, что могла принадлежать только ребенку!

Бум!

Мэн Хао отшвырнуло назад. В глазах вспыхнул огонь, он взмахнул рукой и отправил два деревянных меча в сторону размытого силуэта. Но размытое нечто оказалось быстрее его мечей, оно уклонилось и отскочило обратно к платформе, припав к земле. В тусклом свете древнего нефрита Мэн Хао смог разглядеть нападавшего: высохшее тело, словно у обезумевшего зверя, но стоило ему присмотреться ближе и стало ясно, что это был ребенок семи или восьми лет. Его глаза были полностью красными без зрачков, не спуская глаз с Мэн Хао, это создание обнажило ряд черных зубов и завизжало.

Выражение лица Мэн Хао не изменилось, лишь в глазах застыл холодны блеск. Два деревянных меча объяла сияющая аура мечей, но тут из дыры выскочили десять бледных лучиков света, которые оформились в десять детей, как две капли воды похожих на первого ребенка. Одиннадцать пар остекленевших глаз уставились на Мэн Хао.

Если бы этим ограничилось, тогда не было бы причин для паники. Однако в неясном свете древнего нефрита позади десяти призраков Мэн Хао сумел разглядеть, как из дыры в платформе медленно вылетел седой мужчина в белом халате. Лицо без кровинки, седые волосы развевал несуществующий ветер. Глаза его были закрыты, со лба до подбородка его лицо пересекал чудовищный шрам, плоть на ране не затянулась, обнажая белую кость. Десять призраков окружили старика. Все чувства Мэн Хао кричали ему о надвигающейся опасности. Он невольно поежился и начал пятиться. Ему не удалось сделать даже три шага, как десять призраков истошно завизжали и рванули с платформы прямо на него.

В эту секунду Нефрит Заклинания Демонов самовольно вырвался из его рук и повис в воздухе. Во все стороны разлилось яркое сияние. Одновременно с этим древний нефрит тоже вылетел из рук мертвеца.

Глубокий, древний голос пророкотал: «Древний Дао, Упрямое Желание Запечатать Небеса, Благодеяние для Народа Гор, Бедствие Дао Девяти Гор, Неувядающая Воля!» Стены пещеры отзывались дрожью на каждое слово этого голоса. Десять призраков издали душераздирающий вопль и превратились в черный дым. Седой мужчина внезапно открыл глаза, вместо глаз зияли пустые окровавленные глазницы! Словно ему вырвали глаза много лет назад!

Сияние двух древних кусков нефрита соединилось в сдерживающее заклятье, покрытое магическими символами. Заклятье накрыло все это место, отчего человек в белом затрясся, не в силах приблизиться к Мэн Хао. Он медленно поднял правую руку и надавил на стенки заклятья. Все это происходило в полной тишине, мужчина не издавал ни звука, только от его действий пещера начала ходить ходуном.

Все произошло слишком быстро. У Мэн Хао сбилось дыхание, он во все глаза уставился на два древних куска нефрита. Стоило ему поднять руку, как оба нефрита приземлились ему на ладонь. На поверхности второго древнего нефрита был начертан магический символ. Мэн Хао раньше доводилось видеть нечто подобное во время его исследований в Магическом Павильоне Секты Покровителя. Этот символ означал «восемь».

Когда кожа соприкоснулась с поверхностью камня, в его голове раздался многомудрый голос. Настолько древний, казалось он звучал из глубокого прошлого: «Лига Заклинателей Демонов существует столь же долго, как сам Дао. Я Даос-Кудесник, Заклинатель Демонов Восьмого Поколения. Мое единственное стремление пройти путь Бедствия Дао Девяти Гор и Морей. Путь, где на девять шансов умереть лишь один – остаться в живых[1], посему часть моего сознания и клон были оставлены здесь мною, дабы разрешить плохую карму между мной и Да Ну… Запечатана в трех миллионах метрах под землей, под давлением водяной толщи Моря Млечного Пути, похоронена. Горе и печаль часть Дао Неба и Земли. Тем не менее Даос-Кудесник Заклинатель Демонов не должен позволять смятению охватить свое сердце… Посему мой клон стал ее спутником в надежде унять ее демоническую злобу. Если ты из Лиги Заклинателей Демонов, докажи это, окропив каплей своей крови сей нефрит. Если ты не принадлежишь к Лиге Заклинателей Демонов, немедля покинь это место. Коли нефрит не изопьёт крови, будешь ты проклят на три поколения, наследники твои сгинут, так никогда не узрев луны».

Голос стих, вместе с ним медленно погасли оба древних нефрита. Мэн Хао оживленно бубнил себе что-то под нос, в глазах его плясали огоньки. Он не был до конца уверен, стоит ли поступать так, как сказал голос, вот только, если он ослушается, тогда ему ни за что не вынести нефрит наружу. Он не принял за чистую монету предупреждение древнего голоса, вот только игнорировать его он тоже не мог.

[1] Устоявшееся выражение – обр. в знач.: подвергаться смертельной опасности, большому риску; почти верная гибель; чудом остаться в живых; спастись от верной гибели.

Глава 102. Восьмой Заговор Заклинания Демонов![1]

Мэн Хао нахмурился. Он перевел взгляд на черный провал, сейчас помимо человека в белом рядом с ней парили еще семеро. Мэн Хао не видел их глаз, только пустые глазницы, но его не покидало тревожное ощущение, что они смотрят прямо на него. Его так и подмывало как можно скорее сбежать из этого странного места, но древний нефрит в его руках придавал ему решимости. Он прикусил язык и окропил кровью второй древний нефрит, стоило алой капле коснуться камня, как тот завибрировал. Серый дым перед Мэн Хао сгустился в серый Ци и растворился у него между бровями. Голова загудела, и опять начал вещать древний голос, в этот раз он звучал настолько четко, будто его владелец стоял совсем рядом с Мэн Хао.

«Я не всегда была Заклинателем Демонов Восьмого Поколения. За пределами Шестой Горы я обрел просветление в наследии, оставленном Даосом-Кудесником Заклинателем Демонов Седьмого Поколения после его смерти. Я собственноручно отсек свое прошлое, изменил свое Дао, и унаследовал Дао прошлых поколений.

Я побывал в каждом уголке этого мира, переплавил половину моря Шестой Горы ради того, чтобы выковать Нефрит Заклинания Демонов – обязательный атрибут каждого поколения. С помощью Нефрита Заклинания Демонов я овладел Седьмым Заговором Заклинания Демонов. С незапамятных времен повелось: каждое поколение Лиги Заклинателей Демонов обязано сотворить новый Заговор, посему я создал Восьмой Заговором Заклинания Демонов. Всю мою долгую жизнь я провел в поисках утерянных Заговоров, к моему стыду, когда пришло время моего Бедствия Дао Девяти Гор и Морей я сумел отыскать лишь три.

Наследник, коли удача при тебе, прими в себя Восьмой Заговор Заклинания Демонов и сотвори Девятый Заговор Заклинания Демонов. Тогда Лига Заклинателей Демонов придет в согласие с законом Дао.

Лига Заклинателей Демонов разыскивает Старших Демонов Неба и Земли, вбирает ауру всего живого под небесным сводом. Отнимать Демонические жизни, переплавлять Демоническую кровь, использовать их и затем… миг Демонического Запечатывания, миг Демонического Создания и миг Демонического Превращения…

Мне неведомо к какому поколению ты принадлежишь, быть может к Девятому. Коли так, тебе повезло, и в тоже время не повезло. Девять – это наивысшая точка, пик необратимости. Путь, по которому ты следуешь… полон неопределенности.

Этот клон владеет лишь Восьмым Заговором Заклинания Демонов. Сегодня я передам его тебе. В основе этого Заговора Демонический Ци, он может… запечатать тело, запечатать душу, запечатать Бессмертных, запечатать духов, запечатать удачу самих Небес, запечатать все живое под небесным сводом!»

Голос в голове Мэн Хао всё нарастал, пока не превратился в громогласный рев, оставив в разуме Мэн Хао клеймо в виде древнего символа 封 – Запечатать!

Постепенно рев затих. Мэн Хао было невдомек, что снаружи минуло уже десять дней, настолько он был погружен в процесс. Этой ночью в небе висела полная луна. В долине снаружи в лунном свете, подобно морским волнам, клубился туман. Старик на жабе вместе с остальными, как обычно, прибыли на место. Сейчас среди них был еще один Практик девятой ступени Конденсации Ци. Очевидно его прорыв на девятую ступень состоялся совсем недавно. Теперь вся группа светилась уверенностью.

«После прорыва в Культивации брата Сунь, мы без сомнения сможем вытянуть полтора километра!»

«Верно. Очень долго мы ждали этого дня. Если сумеем вытянуть полтора километра каната, тогда пробудится дух наших предков. Наша Культивация взлетит до небес. Если нам повезет, мы можем даже вступить на стадию Возведения Основания!»

«Сложно сказать, действительно ли в случае успеха мы взойдем на стадию Возведения Основания, но в древних записях, доставшихся нам от предков, сказано, что нас ждет награда, если мы вытянем канат на полтора километра».

Они переглянулись и принялись за работу. Конечно, они и думать забыли про Мэн Хао, по их мнению, за столько времени он гарантированно преставился. Каждый сплюнул немного крови, следом был создан черный меч. Когда туман превратился в водоворот и появился красный канат, старик на жабе схватился за него, издал боевой клич и потянул. С оглушительным грохотом канат пришел в движение. Это движение докатилось до того места в пещере, где сейчас стоял Мэн Хао, после чего ушло дальше, вглубь темного провала. Как только канат начал двигаться на лицах всех безглазых отразилась паника. Не понятно откуда выскочили дюжина призраков восьмилетних детей, их истошный визг заполнил каждый уголок пещеры.

Канат обладал одни диковинным свойством, каждый раз, когда его вытягивали, он начинал источать чудовищный холод, а вместе с ним и запах гнили. Сдерживающее заклятье мерцало, готовое разбиться в любую секунду. Спустя какое-то время семеро мужчин снаружи вытащили канат на сто пятьдесят метров. В пещере же усилился рев, как и количество ледяного воздуха, запах гнили стал более едким.

Вскоре… из недр пещеры послышалось чье-то дыхание. Казалось нечто живое изо всех сил с чем-то борется. Истошно вопя, возникла размытая фигура, которая на всех парах влетела в сдерживающее заклятье. Заклинание дрогнуло, на его поверхности появились трещины.

В этот самый момент Мэн Хао распахнул глаза. Он встряхнулся и сделал глубокий вдох. Судя по блеску в глазах, от него не ускользнуло происходящее в древней пещере: извивающаяся веревка, покрытое трещинами сдерживающее заклятье.

Времени размышлять не было. Он сложил руки, почтительно поклонился мертвецу, после чего вместе со своим наэлектризованным туманом он рванул на выход. Не успел он пролететь и тридцати метров, как сдерживающее заклятье разбилось. Дюжина призраков-детей с визгом бросились в погоню за Мэн Хао, седые безглазые тоже присоединились к погоне. У них за спиной из провала вырвались, похожие на волосы, потоки черноты. Учащенное дыхание в глубинах провала стало громче. Как будто некто внутри пытался вырваться из пут и покинуть это место.

Кровь отхлынула от лица Мэн Хао, но глаза его ярко сияли. Вращение его Дао Колонны посылало мощь Возведения Основания в каждый уголок тела. Ему удалось преодолеть еще пару десятков метров, к несчастью, высохшие дети-призраки были быстрее, раз за разом они ударялись о наэлектризованный туман Мэн Хао. С каждым новым ударом электрический туман слабел. Дети-призраки казалось не чувствовали боли, каждый раз их отталкивали электрические разряды, но они, словно ничего не замечая, снова бросались на щит. Куда бы не посмотрел Мэн Хао со всех сторон его окружали призраки.

С деревянных мечей ярко лилась аура мечей, перья кружились вокруг него, посылая вперед мощные порывы ветра. Мэн Хао двигался так быстро, как мог. Именно тогда восемь седых безглазых добрались до него, в это же время несколько детей-призраков заблокировали ему дорогу впереди. Мэн Хао почувствовал грозящую опасность, поэтому без колебаний хлопнул по своей бездонной сумке. Сотня летающих мечей, похожая на дождь из стали, устремилась вперед.

«БУМ!» – от одного слова Мэн Хао летающие мечи взорвались в воздухе, металлические осколки градом обрушились на детей-призраков.

Мэн Хао воспользовался моментом и проскользнул мимо. До выхода оставалось полтора километра. Истошный визг за спиной стал громче. Все больше черных «волос» вздымалось позади. От него их отделяли жалкие триста метров. Вот только у Мэн Хао не было времени их разглядывать. Если он остановится хоть на секунду, ему придет конец, стоит ему чуть замешкаться, как его безжалостно прикончат.

«Кто ничем не рискует, тот ничего не получает. Восьмой Заговор Заклинания Демонов окупает все эти трудности сторицей. Жаль только я не успел получить полное просветление относительно Заговора, тогда я сейчас мог бы пустить его в дело» — он сделал глубокий вдох и поднажал.

До выхода оставался один километр двести метров. В этот момент люди в белых халатах подняли руки и указали пальцами в сторону Мэн Хао.

От атаки пальцев все тело Мэн Хао замерзло. Без колебаний он завел руку за спину и сложил пальцы в заклятье. Перья стрелой помчались назад и внезапно взорвались. Новая сотня летающих мечей покинула его бездонную сумку, и последовали примеру летающих мечей. Грохот взрывов пронесся по туннелю, ослабив атаки пальцев безглазых, вот только, даже взрывы не смогли полностью остановить их напор на Мэн Хао.

Бледный как смерть он увидел, как туман, защищавший его, дрогнул и в нем образовалась прореха. Леденящий холод тут же схватил его железной хваткой, он не смог удержаться от кровавого кашля. Кровь прямо в воздухе превратилась в алые кусочки льда. Было ощущение, что сила его Культивации понизилась вдвое. В этой отчаянной и опасной ситуации Мэн Хао ухватился за красный канат, натянул его и, используя импульс, рванул вперед.

Тем временем, семеро мужчин в долине удивленно охнули. Однако они не прекратили тянуть красный канат, позади них примостилась дюжина ядовитых зверей. В пасти каждой твари был зажат канат, они тянули его с нечеловеческой силой.

«Проклятье, с чего это стало так тяжело?!»

«Что происходит? Мы вытащили всего триста метром, сейчас не может быть так трудно!»

Удивление на лицах мужчин сменилось тревогой. Внезапно что-то рвануло канат, протащив всю их группу на несколько десятков метров вперед, после чего тянущая сила исчезла. Они сжали зубы и продолжили тянуть, но мгновением позже какая-то могучая сила потянула канат еще раз.

Пока наверху в замешательстве кричала группа Практиков Яда, Мэн Хао в пещере натягивал канат и запускал себя вперед. У него изо рта вновь брызнула кровь. Не теряя ни секунды, он тут же забросил в рот несколько целебных пилюль. Выглядел он мрачно. Электрический туман истончался с угрожающей скоростью. Если бы ответ Мэн Хао на атаку пальцев безглазых опоздал хоть на секунду, сейчас бы он уже замерз на смерть.

[1] Прим. Заговор – «малые» фольклорные тексты, служащие магическим средством достижения желаемого в лечебных, защитных, продуцирующих и других ритуалах. В нашем случае это просто отдельный вид заклинаний.

Глава 103. Сокровище

«Что это за штука?» – мрачно выпалил Мэн Хао.

У него даже не было времени утереть кровь с подбородка, времени хватило только, чтобы забросить в рот Пилюлю Возведения Основания. Текущий уровень Культивации Мэн Хао не позволит пилюле парализовать его. Мощь снадобья тотчас разогнало холод в его теле. Кроме Мэн Хао, пожалуй, никто не мог быть настолько расточительным.

Когда он потянул канат, все тело превратилось в луч света и рвануло к выходу, до которого оставалось около шести сотен метров. В каких-то жалких десяти метрах ему на пятки наступали черные волосы и призраки. В двадцати пяти метрах позади от Мэн Хао, там, где заканчивалась извивающаяся чернота появилось человеческое лицо!

Красный канат проходил между бровей этого лица и уходил дальше в темноту. Это было лицо женщины. Ее красоту сложно описать, неземная, будто она не принадлежала к миру смертных. В ее широко распахнутых глазах застыло замешательство и безысходность, словно перед смертью у нее осталось слишком много вопросов, на которые так и не нашлось ответов. С нынешней Культивацией Мэн Хао, он мог покрыть расстояние в шестьсот метров за пару вдохов, но холод в пещере заметно повлиял на его скорость, к тому же атаки за спиной не ослабевали, вынуждая постоянно быть начеку. Волосы тянулись вперед, еще немного и они схватят Мэн Хао за ноги. Он сделал глубокий вдох и нажал на неровную стену пещеры. Вместе с нажатием высвободилась мощь его Культивации, которая активировала заранее помещенные в это место магические предметы. Десять летающих мечей покинули тайник в стене, полетели в сторону черных волос и взорвались. Пещеру сотряс мощный взрыв. Мэн Хао натянул веревку и рванул вперед.

Снаружи на семерых бледных Практиков было жалко смотреть. Трое борясь с кровавым кашлем зашатались и ослабили хватку, остальные четверо стиснули зубы и продолжали тянуть. Ядовитые звери позади постепенно слабели.

«Кто знает, в этот раз мы можем добыть потрясающее сокровище. Поэтому так трудно тянуть канат!»

«Верно. В тот раз вытягивать Запечатывающий Духовный Камень тоже было неимоверно трудно…»

«Ха-ха! Скорее всего мы тянем нечто подобное. Не жалейте целебных пилюль. Мы обязаны вытащить это сокровище во что бы то ни стало!» – пыхтя подбадривали друг друга три раненых Практика. Каждый принял по целебной пилюле, в предвкушении они вновь взялись за канат и потянули.

В пещере благодаря инерции Мэн Хао умудрился пролететь еще триста метров вперед. Черные волосы слегка отстали. Сверкнув глазами, он ударил по тому месту в стене пещеры, где был спрятан талисман. Тот засиял золотым светом, который сгустился в размытую фигуру, сияющую настолько ярко, что ее невозможно было разглядеть. От фигуры исходила невероятная сила, она бросилась на черные волосы и призраков. Вместе с очередным взрывом Мэн Хао прыгнул вперед. Обезумев, призраки истошно завизжали и вновь бросились в погоню. В глазах Мэн Хао мелькнул холодок, с его губ сорвалось единственное слово: «Бум!»

Пещеру сотряс третий взрыв. Талисман дважды помог ему. Взрывная волна позволила Мэн Хао покрыть еще несколько сот метров, до поверхности оставалось тридцать метров. Последний рывок каната и он стрелой вылетел из пещеры наружу!

Следом за ним из чрева пещеры показались десять призраков, однако они у самого выхода замерли, не смея ступить наружу. Их визг резал уши, но некое сдерживающее заклятье не давало ему выйти за пределы долины, поэтому семеро покрасневших от натуги мужчин наверху не слышали его. Мэн Хао не стал отпускать красный канат, который тащил его вверх. Он обернулся и бросил прощальный взгляд на пещеру. Внезапно он услышал женский голос полный разочарования и неуверенности, к которым примешивалась бесконечная горечь.

«Дао… Что есть Дао?!»

Голос перешел на пронзительный крик, отчего сердце Мэн Хао сжалось от боли. Его медленно поднимали всё выше и выше со дна долины, пройдя через несколько слоев тумана он, наконец, оказался на самой его границе.

«Взялись! Ха-ха! Поглядим, что за сокровище мы вытянули!»

«Может быть это еще один Запечатывающий Духовный Камень? Неважно что это, наши усилия не пропали даром!»

Семеро мужчин с маслянистым блеском в глазах взволновано тянули канат. И тут из тумана показался Мэн Хао. Все как один поразевали рты, от изумления они даже выпустили из рук красный канат. Они остолбенело уставились на плод их тяжелой работы, в головах этих людей воцарился хаос. Такого никто не ожидал, готовые к любому сокровищу, но никак не к Мэн Хао. Некоторые недоверчиво протерли глаза.

«Это… Это….”

«Что за чертовщина тут происходит?! Как он тут вообще оказался?!»

«Это же… это же тот чужак. Даже если он не погиб, как вышло, что мы вытянули его?»

Появление Мэн Хао выбило из колеи всех Практиков, особенно старика на жабе, тот до сих пор стоял с открытым ртом. Бывший хозяин Духовной Змеи тотчас узнал Мэн Хао и яростно завопил: «Это тот треклятый чужак…»

В гневе он сделал шаг по направлению к Мэн Хао, в нем все кипело от одной мысли, что все их старания, пот и кровь, были ради того, чтобы вытянуть Мэн Хао из тумана. При приближении разъяренного Практика Мэн Хао лишь холодно посмотрел в его сторону. В эту секунду тело мужчины затрясло и появилось ощущение, что все внутренние органы внезапно отказали, Культивация остановилась. Кровь отлила от его лица, а в глазах застыло изумление. Его со всех сторон объяло могучее давление, тело тряслось так сильно, что казалось сейчас рассыплется на части. Мэн Хао продолжал буравить его взглядом.

Так проявлялась чудовищная разница между их Культивацией. Мужчина нутром чуял, стоит Мэн Хао пошевелить хоть пальцем, и его разорвет на куски. Сердце охватил неописуемый страх, весь дрожа, он был настолько напуган, что не смел сделать даже шага назад. У остальных Практиков слегка свело в животе, но при виде стоящего Мэн Хао, стоящего как величественный горный пик, их сердца дрогнули. Каждый понимал, что этот горный пик может раздавить их на месте.

«Он парит в воздухе!!!» – просипел старик на жабе. Глядя на ноги Мэн Хао, старика внезапно осенило, в отличие от них, стоящих на спинах ядовитых зверей, под его ногами была пустота. А значит это был… истинный полет!

«Эксперт стадии Возведения Основания!»

Лица всех семерых Практиков исказились. Они просто не могли поверить увиденному, всего два года назад Мэн Хао был на девятой ступени Конденсации Ци. До сего момента его считали мертвым, но вот он парит перед ними, намного превосходя их по силе. Для эксперта стадии Возведения Основания прикончить их маленькую группу не составит особого труда. Бледные от страха, они почтительно сложили руки и низко поклонились.

«Младшее поколение приветствует старшее поколение…» – в унисон сказали все семеро, ладонь каждого крепко сжимала кулак.

Им даже думать не хотелось о том, что с ними станет, если Мэн Хао внезапно рассердится. Больше всех о своей судьбе беспокоился бывший хозяин Духовной Змеи. Дрожа как осиновый лист, он пал ниц перед Мэн Хао. Несмотря на его деятельное раскаяние, Мэн Хао взмахнул рукой перед собой. Возник совершенно обычный летающий меч, только напитанный силой Культивации стадии Возведения Основания. В воздухе он рассыпался на множество осколков, которые дождем обрушились на Практика с Духовной Змеей. Из его глотки вырвался душераздирающий крик. Девятая ступень Конденсации Ци его не спасла, дождь из металлических осколков принес быструю смерть. Окровавленное тело камнем сорвалось вниз и исчезло в тумане.

Остальные в страхе не смели даже пошевелиться. Все пали на колени перед Мэн Хао, не заметив убийства товарища. На самом деле, такой конец был предсказуем, всё-таки он с первого дня относился к Мэн Хао агрессивно, если бы Мэн Хао его не убил, тогда уже в глазах остальных Практиков это выглядело бы странно. Хотя Мэн Хао совсем недавно попал в мир Практиков, за последние шесть лет пережил он немало. От мягкотелого ученого мало что осталось, когда надо было убивать, Мэн Хао делал это без колебаний. Между ним и хозяином Духовной Змеи два года назад возникла вражда, когда один атаковал, а другой убил Духовную Змею. Этот человек находился на девятой ступени Конденсации Ци, поэтому трудно было сказать, сможет ли он вообще достичь стадии Возведения Основания. Дабы избавиться от проблем в будущем, самым лучшим решением было убить его сейчас.

После случая с Дин Сюйем, Мэн Хао усвоил, что даже если противник слабее тебя, убивать надо быстро и наверняка. После случая с Ван Тэнфэйем, он усвоил, что противник с более низкой Культивацией может затаить обиду и потом безжалостно отомстить.

После шести лет закалки характер Мэн Хао изменился, как и его методы решения проблем.

Глава 104. Грядущая Буря, Птица Пэн Расправляет Крылья

При виде дрожащих, как цикады зимой, мужчин, Мэн Хао впервые в жизни понял, как себя чувствуют уважаемые и могучие эксперты мира Практиков. Хотя более точно будет назвать их: уважаемыми и внушающими страх. Два года назад эта шайка намеревалась с ним разделаться несмотря на то, что он находился на девятой ступени Конденсации Ци. Сейчас они распластались на земле в страхе перед ним.

«Расскажите мне всё, что вы знаете об этом месте, – холодно произнес Мэн Хао, – утаите хоть что-то, тогда…» – его слова замерли в воздухе, а глаза скользнули по каждому из шести Практиков.

В глазах осталось еще немного красного сияния, от которого исходило Демоническая аура. Это не ускользнуло от шестерых Практиков на земле, дрожь в них усилилась, демоническое свечение потрясло их до глубины души. Удивление с их лиц давно уже сошло, остался только животный страх, никому в голову не пришло пытаться что-то скрыть от Мэн Хао. Они рассказали ему всё как на духу, даже отдали Мэн Хао древние записи их деревни, показали карты, рецепты ядов, унаследованные от предков… всё.

Через пару дней Мэн Хао расшаркиваясь проводили из долины шестеро Практиков. Спокойный, как пруд зимой, он сел, скрестив ноги, на огромный зеленый лист и превратился в луч радужного света, который умчался в сторону Южного Предела. Когда луч света растаял за горизонтом шестеро Практиков облегченно выдохнули. О погибшем товарище никто не вспоминал, тем более ни у кого не возникло желания мстить за него. Они молча взирали в направление, куда улетел Мэн Хао, всей душой надеясь больше никогда его не встретить.

Спустя еще пару дней, глубокой ночью в долине, где располагался вход в пещеру, всё было спокойно. Где-то на глубине в двести пятьдесят метров на полу пещеры сидело около восьми детей-призраков, то и дело подвывая. Красный канат никуда не делся, он уводил глубоко в бездонный провал, всё ниже и ниже, вглубь земли. Вскоре показалось лицо женщины, лоб которой пронзал канат. С белым как снег лицом ее глаза досадливо буравили темноту вокруг. Провал вместе с красным канатом уводили еще глубже, намного ниже того места, где находилось лицо. Тридцать тысяч метров, триста тысяч метров, полтора миллиона метров… На этой отметке запахло соленым морским воздухом. На самом деле в этом месте провал был затоплен. Канат же уводил еще глубже, сквозь соленую воду, в бескрайнюю черноту. Если бы кто-то мог видеть вглубь на три миллиона метров, всё что предстало бы перед ним… черное как смоль море. Канат уводил еще глубже, сложно сказать насколько глубоко растянулся канат. Наконец, впереди показалась каменная формация[1] десятки тысяч метров в диаметре.

Огромные валуны выстроились бесчисленное число колец, формируя огромный многослойный круг из камней. В самом центре каменного круга покоился деревянный гроб, к крышке которого был привязан красный канат. Расстояние от этого места до туманной долины наверху сложно оценить, канат был слишком длинным. Если бы кто-то умудрился вытянуть канат на полторы тысячи метров, тогда остальная его часть равнялась приблизительно трем миллионам метров. Судя по всему, этот гроб лежит среди камней и соленой воды очень, очень долгое время. Внезапно что-то заскреблось о дерево, вместе с этим звуком крышка гроба… медленно приподнялась вверх на десять сантиметров!

Из образовавшейся щели начала сочиться тьма…

Тьма медленно смешивалась с морской водой… Моря Млечного Пути. Моря раскинувшегося меж двух великих континентов этого мира. Чернота распространялась по морю, пока через нее не проплыл крупный косяк рыб, каждая размером с ладонь. Тьма окутала их.

Спустя какое-то время тьма медленно сжалась, а потом и вовсе исчезла. От косяка рыб остались только кости, все рыбы погибли… кроме одной. Виляя хвостом, она плавала среди останков своих собратьев. Рыба почернела, а из ее тела выросли два отростка. Отростки стремительно увеличивались, пока не достигли длины в три сотни метров. Они непрестанно изгибались, создавая довольно жуткое зрелище. Рыба, словно черная молния, рванула к поверхности. Спокойные воды Моря Млечного Пути пришли в движение, из ниоткуда появились волны, морская вода начала яростно пениться. И тут черная рыба вырвалась из морской пучины и воспарила в ночное небо.

Как только рыба покинула море по всему ее телу прошла дрожь. В мгновение ока маленькое тельце рыбы начало меняться. Вскоре оно уже было тридцать метров в длину, триста, три тысячи, тридцать тысяч! За несколько вдохов она выросла до трехсот тысяч метров в длину. Больше она не была рыбой, вместо этого став птицей. Теперь она походила на огромную птицу Пэн![2]

От птицы Пэн исходила аура смерти, выглядела она невероятно древней. Словно только что проснувшаяся ото сна, ее жизненная сила еле теплилась, а глаза затуманены. Казалось смерть может настигнуть ее в любую минуту.

«Перерождение…» — произнесла звонко птица Пэн, расправила крылья и полетела в сторону Южного Предела.

Несмотря на ее невероятную скорость, чтобы добраться из Моря Млечного Пути до Южного Предела придется лететь по меньшей мере полгода.

Тем временем, Мэн Хао на огромном зеленом листе летел через дождь и грозу, вот только дождь не мог коснуться Мэн Хао. Зеленый лист источал защитное поле, которое не пропускало дождевые капли. Мэн Хао летел по темному ночному небу, которое изредка озаряли вспышки молнии. Он склонил голову и задумчиво разглядывал нефритовую табличку в своих руках.

«Согласно легенде, пещера в той долине уходит вниз вплоть до Моря Млечного Пути… Жители деревни с древних времен охраняли это место, собираясь каждое полнолуние, чтобы тянуть канат. Каждый раз они получали за это награду. Как-то подозрительно».

Сквозь грозу он посмотрел назад, туда, где находилась горная долина. Кусочки мозаики постепенно складывались у него в голове. Он убрал нефритовую табличку в бездонную сумку к большой коллекции бутылей и склянок. В них лежали различные формулы — результат переплавки[3] старика на жабе и остальных, а также собрание ядовитых пилюль их Клана.

Это и пригоршня нефритовых табличек стало их даром Мэн Хао. Большинство пилюль были смертельны для людей на стадии Конденсации Ци, но на Практиков стадии Возведения Основания действовали уже не так эффективно. Правда, было несколько особенных пилюль. Например, одна называлась Пилюля Услады. Она превращалась в туман, стоит его вдохнуть, и жертвой овладеют эротические галлюцинации.

Он еще какое-то время разглядывал ядовитые пилюли, а потом вытащил нефритовую табличку с картой этих земель. Одно место в шести месяцах пути привлекло его внимание. Там находилась формация для перемещения. Это был единственный телепорт в окрестностях, его контролировал Клан Практиков. С его помощью он сможет переместиться в Южный Предел, тем самым удастся сэкономить кучу времени. После перемещения в Южный Предел ему предстоит двухнедельное путешествие до границы Государства Дунлай[4] — одного из Девяти Государств Южного Предела.

«Девять Государств вместе составляют ядро Южного Предела. Девять процветающих государств смертных, каждое из которых превосходит по размерам Государства Чжао. Огромное количество смертных и богатство ресурсов стало причиной возникновения прославленных Сект и Кланов Южного Предела. Пять великих Сект и три великих Клана. Каждый из которых занимает одно из государств смертных. Девятое государство из-за близости к Западной Пустыни процветало благодаря буйной торговле между двумя частями континента, в конечном счете это место стали называть Черными Землями».

Изучив всю доступную информацию, Мэн Хао убрал нефритовую табличку. Это совпадало со сведениями, полученными в Секте Покровителя. Теперь он имел грубое представление о территории Южного Предела.

«Как только попаду в Южный Предел, нужно будет разжиться картой получше, эта совсем никуда не годится, — он смотрел на бушующую грозу и размышлял, — в Южном Пределе у меня много знакомых: Старшая Сестра Сюй, Старший Брата Чэнь, Толстяк и… Ван Тэнфэй!»

Его лица пересекла улыбка, упрямая улыбка: «Спустя столько лет, наконец-то, я иду!»

Несколько месяцев спустя, среди бесконечно тянущихся гор высился высокий горный пик, на его вершине гремел гром. На ее чарующих склонах ютились маленькие деревушки. С соседних гор к этой горной вершине тянулись железные цепи, образовывая гигантскую магическую формацию.

Высоко в небе два человека схватились в магическом поединке, внизу за ними с трепетом наблюдала толпа людей. Один был крупным мужчиной слегка за тридцать, он сражался оголенным по пояс, его правую руку обвивала золотая многоножка. Пальцы его левой руки сложились в заклятье, и он создал огромный парус. Он бился на ветру, издавая при этом пронзительный звук.

Его противником был Мэн Хао. Он не использовал Флаг Грома или деревянные мечи, вокруг него сновал обычный летающий меч, именно им он атаковал здоровяка. Одновременно с атакой летающим мечом он сотворил заклинание Огненного Питона, теперь питон был длиной в шестьдесят метров. Следом за ним, под поразительные вздохи толпы, появилось несколько крутящихся Клинков Ветра.

Прогремел взрыв, и оба отскочили друг от друга. Здоровяк с хохотом почтительно сложил руки перед Мэн Хао: «Брат Мэн, у тебя необычайная Культивация. Я, Шань, восхищен».

Мэн Хао поднял руку и заставил летающий меч вернуться к нему. Он с улыбкой вернул салют: «Брат Шань слишком скромен, ты атаковал, использовав лишь восемьдесят процентов своей силы, когда как я для защиты вынужден был задействовать всю свою силу. Скорее я должен восхищаться тобой».

От этих небрежно брошенных слов сердце здоровяка дрогнуло. Двумя днями ранее в их деревню прибыл Мэн Хао и попросил разрешения использовать их формацию для перемещения. Это место в корне отличалось от горной долины, откуда прибыл Мэн Хао. Главы деревень все находились на стадии Возведения Основания. Они тепло приняли Мэн Хао и даже устроили пир в его честь, конечно не обошлось без обмена опытом о Культивации. Чтобы продемонстрировать свою силу он согласился на небольшой тренировочный поединок с одним из Практиков стадии Возведения Основания.

«Брат Мэн скромничает. Ты атаковал беззаботно, так и не раскрыв свою истинную силу. Любопытно, сколько силы ты задействовал в нашем поединке?» — глаза мужчины засияли.

Поединок был его идеей, но чем дольше шла схватка, тем тревожней становилось у него на душе. Оба были на стадии Возведения Основания, но у него сложилось впечатление, что его противник использовал не больше тридцати процентов своей силы. К тому же, Мэн Хао сходу определил сколько силы задействовал здоровяк.

«Могу ли я теперь воспользоваться перемещающей формацией?» — уклонился от ответа Мэн Хао. На его лице играла улыбка, но глаза не улыбались, он не задействовал даже трети своей силы.

«О, это просто. Ты можешь воспользоваться ей хоть сейчас», — кивнул здоровяк.

Вскоре магическая формация заработала и Мэн Хао исчез во вспышке света. Только погасли огни, как здоровяк нахмурился. Рядом с ним стояли два человека девятой ступени Конденсации Ци. Один из них неуверенно начал: «Глава, этот парень…»

«Не знаю откуда он взялся, — задумчиво произнес здоровяк, — с этой его чудной магией и странной Культивацией. Я прощупал его парой атак и могу сказать, что он закаленный боец. Он прибыл сюда один, но выглядел непринужденно. Должно быть у него в рукаве припрятано несколько совершенно особых техник. Да, нам не стоит его провоцировать».

Кто попало не может воспользоваться переносящей формацией, если твоей силы не хватит, она даже может лишить тебя жизни. Такое случается время от времени.

Его попытка выяснить истинную мощь Мэн Хао с треском провалилась, этот юноша тщательно скрывал свою силу. После поединка страх и подозрения здоровяка лишь усилились. В страхе, что его отказ может навлечь на деревню беду, он позволил Мэн Хао переместиться.

[1] Формация (阵 zhèn) — подразделяются на боевые и магические формации. Боевые формации — это тактические построения с сильным фантастическим уклоном: несколько Практиков объединяются в формацию для совместной атаки или защиты. Магические формации — их еще называют матрицы/расстановка/модели. По механике схожи с магическими кругами в западной традиции, такие формации накладывают защитные/атакующие заклинание на область, телепортируют, запечатывают.

[2] Птица Пэн — гигантская птица в древнекитайской мифологии. Впервые упоминается в книге философа Чжуан-цзы, где описано её происхождение от исполинской рыбы Кунь (кит. 鯤) путём метаморфозы. Крылья Пэна подобны дождевым тучам, величина его спины — несколько тысяч ли (более тысячи километров). В сравнительной мифологии Пэн сравнивается с другими гигантскими птицами — Рух и Гарудой, а рыба Кунь — с левиафаном.

[3] Переплавка (炼 liàn) — этот термин очень часто используется в сяньсе. Практики могут переплавлять что угодно: пилюли, сокровища, Ци и даже самих себя! Это происходит из китайской алхимии, в древности верили, что вещества с каждой новой переплавкой увеличивают духовные свойства и медленно приближаются к Дао и совершенству. В современном мире это довольно близко к аффинажу, т.е. процессу получения благородных металлов высокой чистоты путем отделения загрязняющих примесей. Во всяком случае, это наиболее близкая аналогия.

[4] Дунлай (东来 dōnglái) — буквально «прийти с востока».

Глава 105. Ядовитый Цветок в Правом Глазу

На широкой равнине у самых границ Государства Дунлай в центре Южного Предела ярко вспыхнула, а потом погасло заклинание переноса. Рядом с формацией для переноса сидело восемь Практиков стадии Конденсации Ци. При появлении Мэн Хао они тут же поднялись и почтительно его поприветствовали, сложив ладони. Этих Практиков здесь разместили для двух целей: защищать формацию и принимать гостей из деревни. Они сразу же почувствовали всю глубину Культивации Мэн Хао, отчего склонились еще почтительней. Мэн Хао вышел за пределы формации, окинул взглядом Практиков и окружающий его пейзаж. Широкая равнина казалось немного чужой. Еще раз он подивился тому, какое расстояние он умудрился преодолеть благодаря перемещению. Проигнорировав стоящих вокруг Практиков, Мэн Хао взмыл вверх, в этот раз он не стал вставать на летающий меч или зеленый лист, ему было достаточно только собственной Культивации. Его тело обернулось лучом радужного света и растворилось за горизонтом. Восемь практиков благоговейно проводили его взглядом.

«Интересно, смогу ли я когда-нибудь стать могущественным экспертом стадии Возведения Основания…?»

«Мечтать не вредно, даже если выйдет, в лучшем случае твой удел Расколотое Основание. Кто-то вроде нас может только мечтать о славе и могуществе. Только люди, воспитанные великой Сектой, имеют шанс получить Пилюлю Возведения Основания. Даже среди великих Сект, количество таких счастливчиком минимально. Большинство людей умирают так и не прикоснувшись к такой пилюле».

«С нашим скрытым талантом даже с Пилюлей Возведения Основания шансы пробиться на следующую стадию совсем крошечные. Ах, стадия Возведения Основания… вот где настоящая сила!» — в унисон вздохнули Практики.

Охрана переносящей формации — это редкий шанс взглянуть хоть одним глазком на экспертов стадии Возведения Основания. Появление Мэн Хао оставило их с чувством восхищения и зависти.

Шли дни, Мэн Хао так и не воспользовался сокровищем для полета, даже в ущерб некоторого количества духовной энергии. Потратить ее не так уж и страшно, ведь осторожность превыше всего. Сейчас в центре Южного Предела нужно быть особенно бдительным, слишком много людей отсюда он оскорбил в свое время. Секта Пурпурной Судьбы, и конечно же, Эксцентрик Сун и Ван Тэнфэй. Вскоре впереди показались земли Государства Дунлай, при приближении к его границам бдительность Мэн Хао только возросла. Последние несколько месяцев он практиковал Восьмой Заговор Заклинания Демонов почти каждый день, вот только несмотря на все попытки столь желанное просветление никак не хотело приходить. Все было как в тумане.

После перемещения прошло уже десять дней, Мэн Хао летел сквозь голубое небо, когда его лицо внезапно исказила гримаса. Его тело задрожало, и он, бледный как смерть, камнем упал вниз. На земле он изо всех сил рванул в ближайший лес. Там он нашел дерево, ствол которого с трудом могли обхватить три человека, и взмахнул рукавом. Полетели щепки, в стволе образовалась дыра. Мэн Хао нырнул внутрь и сразу же сел, скрестив ноги. Бледность лица сменилась пурпурным оттенком, его жутко трясло. Он выплюнул Флаг Грома, который немедля превратился в наэлектризованный туман. Сквозь кровавый кашель он всеми силами пытался взять под контроль очередную вспышку яда.

В этот раз вспышка продлилась целых три дня. Всё это время Мэн Хао, стиснув зубы, боролся с болью, которая походила на мириады маленьких насекомых, грызущих его изнутри. Глаза его налились кровью и свирепостью, любой кому бы не посчастливилось увидеть сейчас Мэн Хао в ужасе бы дал деру. Внезапно в правом глазу возникло демоническое лицо, странное дело, казалось оно плакало и смеялось одновременно. Отдаленно демоническое лицо напоминало распустившийся цветок. Мэн Хао отлично знал, что это. Больше всего на свете он хотел избавиться от этого яда.

Вечером третьего дня, привлеченный запахом крови, на опушку перед деревом вышел волк. Он оскалился на Мэн Хао в древесном стволе и прыгнул на него. Когда он был уже почти рядом с деревом, изнутри показалась рука и схватила волка за шею. С хрустом рука сломала шею животному, волк не успел даже пискнуть, смерть настигла его мгновенно и поджарое тело обмякло. Бледный как смерть, Мэн Хао выбрался из ствола дерева, в его глазах пылала жажда убийства. Каждый раз вспышка яда вызывала у него сильное желание убивать. Мерцающее плачуще-смеющееся демоническое лицо в глазу оказывало странный эффект на весь Ци в его теле. Мэн Хао посмотрел на бездыханного волка в руках. Одно движение пальцев и от могучего зверя осталась только кучка пепла. Пепел тут же подхватил ветер и унес вдаль. Пламя пылало в его глазах, сейчас он совсем не был похож на ученого, скорее на жестокого Практика.

«За последние два года девять раз вспыхивал яд, эта вспышка отличалась от остальных. Откуда в моем правом глазу взялось демоническое лицо…?» — он осторожно коснулся своего глаза.

Демоническое лицо медленно растаяло. Мэн Хао ради эксперимента начал циркулировать свою Культивацию, стоило ему приступить, как в его глазу вновь появилось демоническое лицо. Его тело превратилось в луч радужного света и помчалось в сторону Государства Дунлай. Это государство в десять раз превосходило Государство Чжао по размерам, Сект и Практиков тоже было во много раз больше. Самой крупной была Секта Пурпурной Судьбы, она выступала чем-то вроде лидера для остальных Сект. Можно сказать, что Государство Дунлай было территорией Секты Пурпурной Судьбы.

Мэн Хао всё прекрасно понимал, но ничего не мог с этим поделать. Окольный путь, в обход этой страны, займет чудовищное количество времени. Он хотел добраться до Государства Голубых Облаков, территории под контролем Секты Черного Сита, место находилось не так уж и далеко от Государство Чжао, единственное, чтобы туда попасть, придется пройти через все Государство Дунлай.

К счастью, в обширном Государстве Дунлай при определенной доле осторожности не трудно спрятаться. Оно отличалось от маленького Государства Чжао, где найти кого-то не составляло труда. К тому же, он перестал быть Практиком стадии Конденсации Ци. Со стадией Возведения Основания защитить себя будет значительно проще. Приняв решение, он вступил на территорию Государства Дунлай.

«Если продолжу лететь в том же направлении, со временем покажется город Практиков».

Мэн Хао летел по небу, теперь на нем был длинный черный халат и широкая бамбуковая шляпа. Перед ним раскинулись земли Государства Дунлай. Гор было совсем мало, до самого горизонта раскинулась широкая равнина. Повсюду высились города смертных, их соединяли торговые пути, по которым сновали запряженные лошадьми повозки. Здесь было намного оживленней, чем в Государстве Чжао. Мимо него по своим делам пролетали Практики стадии Возведения Основания. Редкое зрелище для выходца из Государства Чжао. Практиков стадии Конденсации Ци было еще больше, чем у него на родине. Уровень духовной энергии в Государстве Дунлай превосходил даже некоторые знаменитые горы в Государстве Чжао. Более того в некоторых местах концентрация духовной энергии была настолько высокой, что даже Мэн Хао невольно опешил.

Через несколько дней на горизонте показался величественный город! Обычный смертный может пройти пятьдесят километров за пару дней, но Мэн Хао преодолел такое расстояние быстрее, чем успела бы сгореть палочка благовоний. Сгущались сумерки, солнце садилось за городом, делая его похожим на огромного свернутого в кольцо дракона, его голова задрана в небеса. На подходе к городу Мэн Хао ощутил, как на него с неба навалилась тяжесть. Он приземлился и дальше пошел пешком, разглядывая город впереди. Это был не первый город в его жизни, тем не менее зрелище произвело на него неизгладимое впечатление. Повсюду сновали Практики, некоторые поодиночке, некоторые шли небольшими группами по 4-5 человек.

В чистом небе высилось сдерживающее заклятье, предотвращающее любой полет в этом месте. О его присутствии можно было догадаться только по радужному свечению в небе. Пейзаж, величественный город, сияющее заклятье, вместе они создавали неземное зрелище. Ворота сторожили Практики восьмой ступени Конденсации Ци. На крепостных стенах стояли стражи девятой ступени Конденсации Ци, в одном шаге от перехода на стадию Возведения Основания.

«Вот он какой великий город Практиков Южного Предела…» — обдумывая увиденное, Мэн Хао лучше стал понимать настоящую мощь, которой владела Секта Пурпурной Судьбы в этой стране.

Мэн Хао заметил, как все новоприбывшие на воротах платят один Духовный Камень в качестве сбора. Он уже было собирался достать свой, как тут раздался пронзительный свист. Звук пришел сверху, поэтому все Практики запрокинули головы. Издалека в сторону города летел тридцатиметровый луч пурпурного света. Он приближался со свистом, подобно падающей звезде. В центре луча находился мужчина средних лет в роскошном одеянии, его лицо ничего не выражало, он полетел к центру города, будто сдерживающее заклятье никак не могло ему помешать. Давящая аура этого человека поразила всех без исключения Практиков на земле. Как будто только что прошел маленький ураган.

«Эксцентрик стадии Создания Ядра. Только кто-то вроде него может игнорировать сдерживающее заклятье города».

«Тише, это же Совершенный[1] Би Хун из Секты Пурпурной Судьбы. Я слышал историю, как несколько лет назад кто-то из Секты Облачного Подобия отнесся к нему неуважительно, за это он извел под корень всю Секту. Он не знает жалости и невероятно жесток».

Гул голосов постепенно утих. Мэн Хао смотрел в направлении, куда исчез Практик, его сердце бешено колотилось. Склонив голову, он вошел в город. До этого самый крупный город, который он посетил был Город Млечного Пути в Государстве Чжао. В великом городе Государства Дунлай он почувствовал, как расширяются его горизонты. На каждом углу торговали предметами для Культивации, куда не глянь всюду высились массивные здания. Туда-сюда сновали Практики стадии Конденсации Ци и Возведения Основания, Мэн Хао даже заприметил двух Практиков стадии Создания Ядра, той же стадии, как и у Совершенного Би Хуна.

Мэн Хао оказался единственным на всей улице в широкополой шляпе, отчего многие с интересом поглядывали на него. Он нырнул в ближайшую лавку и вышел уже без нее. С безмятежным лицом он зашел еще в парочку магазинов, после чего скрылся в сети узких переулков. Внезапно он рванул на тридцать метров назад, его рука молниеносно схватила за шею юнца пятнадцати или шестнадцати лет от роду и прижала его к стене.

Культивация юноши была в районе шестой ступени Конденсации Ци, сам он был довольно костлявым, вот только его глаза светились умом и хитростью. Когда Мэн Хао поднял его в воздух, лицо юноши исказилось от страха. Мальчик прекрасно понимал, что стоит Мэн Хао пожелать и от него не останется даже пепла.

«Почему ты преследуешь меня? У тебя одно предложение, чтобы объясниться». — лицо Мэн Хао не изменилось, даже когда он начал угрожать дрожащему юноше.

Юнец посмотрел на черный халат и длинные волосы, сейчас этот человек казался ему воплощением самой смерти.

[1] Совершенный (真人 zhēnrén) — можно перевести как совершенный человек, сверхчеловек, постигший совершенную мудрость. Титул, звание знаменитого даосского деятеля или подвижника рангом выше 仙人— бессмертного отшельника, в старину присваивался по царскому указу; после X в. мог принадлежать любому даосу.

Глава 106. День, когда Запредельная Лилия Расцветет Семью Цветами

«Если вы что-то ищите в этом городе, я могу вам помочь, Почтенный, это найти», — выпалил юноша.

Глаза его в нервно забегали. Он серьезно воспринял угрозу Мэн Хао, поэтому вложил в одно предложение всю свою искренность. Факт нахождения в пределах городских стен мало ему поможет, если Мэн Хао решит с ним расправиться. Мэн Хао молча одарил юношу оценивающим взглядом. Парень оказался смышленым, поэтому предугадал невысказанный вопрос этого грозного эксперта.

«Мое имя Цю Линь из младшего поколения, — затараторил он, пытаясь заглушить словами бешено стучащее сердце, — я родился в Городе Восточного Края и знаю его как свои пять пальцев. Я заметил вас еще у городских ворот. По вашему поведению я сразу понял, что вы здесь первый раз. Для этого вам и нужен я, человек, который знает тут всё и может помочь вам отыскать необходимое. Я шел за вами, надеясь предложить свои услуги.

Почтенный, всего за пятьдесят Духовных Камней вы сэкономите себе кучу времени. Чтобы вы не искали, с моей помощью вы найдете это гораздо быстрей».

Он нервно поглядывал на Мэн Хао. В его словах было ни капли лжи, всё что он сказал было чистой правдой. Это был не первый раз, когда он предлагал свои услуги новоприбывшим, но еще никогда ему не доводилось сталкиваться с человеком похожим на Мэн Хао.

Мэн Хао одарил юношу очередным леденящим взглядом, затем ослабил хватку.

«Чем чаще вспыхивает яд, тем сильней во мне становится жажда убийства, — хмуро подумал он, — похоже яд начал медленно влиять на мой характер».

Цю Линь сделал глубокий вдох и поинтересовался: «Господин, что вы ищите?»

«Ядовитые пилюли», — бесцветно ответил Мэн Хао.

“Ядовитые пилюли?” — удивленно переспросил Цю Линь. Он надолго задумался, после чего с горящими глазами принялся рассказывать про всё, что можно найти в городе по запросу Мэн Хао.

«Почтенный, в этом городе не так много лавок, специализирующихся на ядах. Однако ядовитые пилюли являются подкатегорией целебных пилюль, чего-чего, а аптек с целебными пилюлями в городе полно. Две из них считаются лучшими. Одна зовется Павильоном Десяти Тысяч Пилюль — аптека с самой большой коллекцией целебных пилюль во всем городе. Знаменитое место, когда они проводят аукционы в них принимают участие даже Практики стадии Возведения Основания.

Вторая аптека немного меньше, но они торгуют с Западной Пустыней, поэтому там большой выбор товаров из других земель. Говорят, что аптекарь раньше работал вместе с Демоном Пилюли из Секты Пурпурной Судьбы. Он был кем-то вроде мальчика-гения, когда дело касалось лекарств. Куда хотите пойти в первую очередь, Господин?»

Мэн Хао на секунду задумался, а потом сказал: «Павильон Десяти Тысяч Пилюль».

Цю Линь кивнул и пошел вперед. С его помощью Мэн Хао действительно сэкономит кучу времени. Они споро двигались по улицам города и где-то через час оказались у семиэтажного павильона. Перед зданием высилась каменная колонна, на которой были высечены слова «Павильон Десяти Тысяч Пилюль».

«Я не могу пойти с вами, — сказал Цю Линь, — я подожду вас снаружи, господин».

Мэн Хао огляделся, действительно рядом с павильоном околачивалось несколько учеников пятой или шестой ступени Конденсации Ци. После небольшого кивка он зашел в здание. Мэн Хао оставил на юноше частицу своего Духовного Сознания, на случай если парнишка что-то задумал. На стадии Возведения Основания он стал весьма умело обращаться с Духовным Сознанием.

В Павильоне Десяти Тысяч Пилюль Практики стадии Конденсации Ци не могли подняться выше первого этажа. Второй и третий этаж был отведен для людей стадии Возведения Основания. Практики стадии Создания Ядра могли подняться на четвертый этаж. Мэн Хао побродил немного между витрин, хмуро разглядывая представленные целебные пилюли. Прошло достаточно времени, чтобы успела сгореть палочка благовоний, и он вышел. Цю Линь тотчас подскочил к нему.

«Пошли во второе место», — хмуря брови, сказал Мэн Хао. Цю Линь был смышленым юношей, поэтому без лишних вопросов повел Мэн Хао дальше. Близился вечер, они прилично удалились от центра города, перед ними предстала лавка, будто бы стоящая в этом месте уже целую вечность.

«Это место меньше предыдущего, к тому же у них есть три правила, — объяснил Цю Линь, — первое правило: никто не может войти, пока не уплатит залог в пятьдесят тысяч Духовных Камней. Купите вы что-то или нет, залог не возвращается. Второе правило: войти может только один человек за раз. Остальные ждут снаружи, пока он не закончит. К тому же, они принимают только двадцать человек в день, остальным придется ждать следующего дня. Третье правило: внутри просто так не разрешается задавать вопросы. Каждый вопрос требует оплаты в Духовных Камнях».

Мэн Хао удивленно замер, в его глазах мелькнуло понимание. Ему не очень хотелось расставаться с Духовными Камнями, но, если там ему помогут изгнать яд из тела, он готов заплатить любые деньги.

Дверь в лавку была заперта. На ней висела табличка с номером 18. Мэн Хао успокоил свой Ци и разум. Он вместе Цю Линем молча ожидали возле входа. Когда солнце почти скрылось за горизонтом дверь со скрипом отворилась, и оттуда вышел мужчина средних лет. На его лице застыло хмурое выражение, он даже не посмотрел в сторону Мэн Хао и Цю Линя. Он вышел, развернулся и почтительно сложил ладони в поклоне старику, который проводил его к двери.

Глаза Мэн Хао сузились, ему раньше уже доводилось видеть этого человек, это был не кто иной, как Совершенный Би Хун, совсем недавно пролетавший над городом. Старик в дверях был на поздней ступени Возведения Основания. Чтобы эксцентрик стадии Создания Ядра почтительно кланялся кому-то вроде него — довольно редкое зрелище. Совершенный Би Хун превратился в радужный луч света и растворился в небе. Когда проницательный свист стих, старик в дверях перевел взгляд на Мэн Хао. Мэн Хао решительно вытащил бездонную сумку с пятьюдесятью тысячами Духовных Камней и почтительно подал ее старику. Он с легким кивком принял ее и скрылся внутри. Мэн Хао последовал за ним, он заметил, как на закрывающейся двери позади, цифра 18 сменилась на 19.

Внутри было не очень просторно, никаких полок или стеллажей. Вместо них стояли семь алхимических печей разных размеров, два длинных стола и масляная лампа. В помещении царил полумрак, хотя для Практиков это не имело особого значения, они могли увидеть все до мельчайших деталей.

«Чем могу служить?» — невозмутимо спросил старик, скрестив ноги на полу у одного из длинных столов.

Мэн Хао молча хлопнул по своей бездонной сумке и вытащил нефритовый фиал[1]. Он толкнул фиал по столу в сторону старика. Тот открыл его и сосредоточенно посмотрел внутрь. Он слегка наклонил фиал и принюхался, затем перевернул его. Кровь разлилась по поверхности стола. В нефритовом фиале хранилась весомая часть крови из тела Мэн Хао.

«Любопытно», — тихо произнес старик.

Не спуская глаз с крови на столе, он взмахнул рукавом, и в его руке возникла серебряная игла. Он провел ей через кровь, почти сразу игла начала светиться, в следующую секунду она начала ржаветь, еще через секунду от нее осталась только горстка пепла. В глазах старика вспыхнули огоньки. Он ударил по столу кулаком, отчего кровь взлетела в воздух и образовала кровавый шарик. Следом он хлопнул по бездонной сумке и извлек высохшее зернышко. Одно движение пальцев, и зернышко слилось с красным шариком. Кровь начала сжиматься и вскоре полностью исчезла внутри зернышка. Больше зернышко не было высохшим, налитое жизнью оно было готово в любую секунду пустить ростки. В воздухе зернышко начало медленно прорастать.

Мэн Хао во все глаза уставился на манипуляции, проводимые стариком, беспокойство в нем нарастало. Как-никак он расстался с кругленькой суммой, в надежде найти способ избавиться от яда.

Зернышко в это время разрослось до длинной ветки, на вершине которой появился одинокий листок. Листок со временем обратился в цветок. При виде цветка старик побледнел. Глаза Мэн Хао сузились. Лепестки цветка были разных цветов: желтый, синий и красный, все три переплетались между собой. Сам цветок походил на демоническое лицо, одновременно плачущее и смеющееся. Цветок с демоническим лицом парил в воздухе, словно живой. Невероятно причудливое зрелище.

Трехцветная Запредельная Лилия[2]…» — хрипло выдавил старик и во все глаза уставился на цветок.

«Когда яд вспыхнет три раза, этим он завершит полный цикл. После трех таких циклов, цветок расцветет. Когда он расцветет, демоническое лицо, которое одновременно плачет и смеется, возникнет в твоем правом глазу. Оно будет появляться и исчезать в зависимости от того, насколько часто ты будешь использовать Культивацию. Если ты долгое время будешь циркулировать свою Культивацию лицо станет яснее. На этом этапе яд не станет вредить тебе, наоборот будет защищать тебя от всех других ядов. Однако твоя жажда крови неминуемо усилится.

После еще трех циклов цветок расцветет вновь, после очередной вспышки яда в твоем левом глазу возникнет демоническое лицо. К тому моменту твое желание убивать станет еще сильней, ты станешь инкарнацией кровожадности. На этом этапе ты не только станешь невосприимчивым к другим ядам, от твоего тела начнут исходить ядовитые миазмы. Твоя плоть станет намного крепче, чем у обычных Практиков. Однако ты начнешь ощущать одеревенение твоего тела. Твоя ловкость снизится, жизненная сила потускнеет. От тебя начнет исходить аура смерти.

После этого цветок расцветет в третий раз, — в словах старика чувствовалась глубочайшая мудрость, — твоего… твоего разума не станет, как и твоей жизни. Тело обратится в трехцветную Запредельную Лилию. Человек, поместивший ее семя в тебя, придет, дабы сорвать цветок. Иногда после превращения можно стать четырехцветной Запредельной Лилией.

Смертный, Конденсация Ци, Возведение Основания, Создание Ядра, Зарождающаяся Душа, Отсечение Души, Поиск Дао. Семь стадий, семь цветов, по одному на каждую. В конце концов Запредельная Лилия расцветет семью цветами, снизошедший цветок позволит Обрести Бессмертия через тысячу лет. В древности этот цветок использовался Практиками, дабы обрести Бессмертие».

Старик, не мигая, смотрел на Мэн Хао. От слов старика тот невольно поежился, не от холода, а от страха. Он нахмурился, пытаясь из сказанного воссоздать целостную картину.

«Собрат Даос, прошу вас, не шутите так со мной. У меня заурядный скрытый талант, нет каких-то особых сокровищ, которые могли бы привлечь других. Цветок слишком редок, чтобы его потратили на кого-то вроде меня».

Старик улыбнулся, но ничего не сказал. После небольшой заминки Мэн Хао достал еще одну бездонную сумку и положил перед стариком. Тот кивнул.

«Юный друг, твои слова верны и одновременно ошибочны, — медленно вымолвил старик, — у этой трехцветной Запредельной Лилии есть изъян. Она не сможет расцвести дальше трех цветов. Иначе никто в этом мире не смог бы помочь тебе изгнать ее из тела».

«Как мне избавиться от нее?» — спросил Мэн Хао.

Когда старик вновь замолчал, Мэн Хао бросил ему еще одну бездонную сумку.

Тем временем на вечернем небосводе начали появляться звезды и луна, по всему городу начали зажигать фонари. В конце улицы появилась женщина, облаченная в длинное белое платье без рукавов. Внеземной красоты, стройная и изящная, в лунном свете она была похожа на богиню, покинувшая небеса. Хладнокровная, спокойная и утонченная. Все аспекты ее внешности перешагнули пределы обыденности. Она медленно подошла к лавке. При виде цифры 19 на двери на ее лице возникла едва уловимая улыбка. Сердце Цю Линя неподалеку бешено застучало.

Мэн Хао уже встречался с ней в Секте Покровителя. Она покинула секту бок о бок с Ван Тэнфэйем. Она была… невестой Ван Тэнфэйя.

Чу Юйянь.

[1] Фиал — склянка для лекарств, пузырёк.

[2] 彼岸花 — можно перевести, как ликорис лучистый (Lycoris radiata), скорее всего этот цветок немного похож на Запредельную Лилию.

Глава 107. Древо Весны и Осени[1]

«С ядом можно совладать тремя способами, — начал старик, забирая бездонные сумки, — третий метод облегчит последствие и боль от яда. Существует три вида Духовных Фруктов, которые обладают подобными свойствами.

Второй метод может заглушить действие яда и снизить количество его вспышек. Для этого тебе потребуется древо Весны и Осени. Одно древо может подавить яд на целый год. Между прочим, свойства этого дерева выходят далеко за границы подавления различных ядов. Оно довольно редкое, но не настолько, чтобы его невозможно было достать. У него, правда, есть недостаток, после его использования отравление усилится. К тому же отдача тоже нешуточная, со временем ты не сможешь подавлять яд, тогда он вырвется из-под контроля, и никто не сможет его изгнать.

Полностью избавиться от яда тоже возможно, первый метод довольно прост. Найди кого-то из старшего поколения на стадии Отсечения Души, они с помощью силы Отсечения Души с легкостью смогут уничтожить яд в твоем теле! — старик вздохнул. — Так и быть, видя, как ты охотно расстался с таким количеством Духовных Камней, я расскажу тебе про четвертый метод. Если удача будет сопутствовать тебе в твои руки может попасть Пилюля Рассеивания Яда, приготовленная лично Грандмастером Дух Пилюли, с ее помощью можно полностью избавиться от яда.

Вот только, — старик сделал небольшую паузу, — Грандмастер Дух Пилюли занимает высокое положение в Секте Пурпурной Судьбы. Заполучить его творение будет не просто».

Мэн Хао задумался на секунду, затем, не говоря ни слова, вытащил еще одну бездонную сумку. Он как никто другой ценил Духовные Камни, но это всего лишь мирские богатства, что такое Духовные Камни, когда на чашке весов его собственная жизнь. Старик принял бездонную сумку, его глаза заискрились, а губы тронула улыбка.

«Я уже знаю, что ты хочешь спросить».

«Где их можно купить!» — спросил Мэн Хао непреклонно.

«Чужакам об этом ничего не известно, пока. Но с моим особенным статусом, до меня уже дошли вести. Через месяц в город прибудет торговый караван из Западной Пустыни. Они вместе с Павильоном Сотни Сокровищ организуют аукцион, одним из выставленных на продажу предметов будет древо Весны и Осени».

“Павильон Сотни Сокровищ?” — глаза Мэн Хао сверкнули, ему сразу же вспомнился Павильон Сотни Сокровищ в Городе Гордость Востока в Государстве Чжао.

Мэн Хао поднялся, бросил на старика прощальный взгляд и направился к двери. Первое, что он увидел, открыв дверь, ослепительную красавицу. Их взгляды на мгновение пересеклись.

«Средняя ступень Возведения Основания!» — мелькнуло в голове у Мэн Хао.

На его лице ничего не изменилось, даже когда он прошел мимо нее. Выражение лица женщины в белом тоже не претерпело каких-либо изменений. Она скрылась в дверях, откуда только что вышел Мэн Хао. Уже в дверях ее тонкие брови слегка сдвинулись, и она посмотрел вслед уходящим Цю Линю и Мэн Хао.

«Кажется я где-то уже его видела, только не могу вспомнить где», — Чу Юйянь быстро выбросила их из головы.

Когда она видела Мэн Хао на вершине Восточной Горы Секты Покровителя, его Культивация находилась на шестой ступени Конденсации Ци. Несмотря на то, что он увел у Ван Тэнфэйя шанс стать членом Внутренней Секты, Чу Юйянь не обратила тогда на него большого внимания. Спустя шесть долгих лет воспоминания о нем начисто стерлись из ее памяти.

Она может и забыла Мэн Хао, но он не забыл её! Как Мэн Хао мог забыть ту злополучную ночь, Защитника Дао, женщину, которая, казалось, была очень близка с Ван Тэнфэйем.

«Бьюсь об заклад это она…»

Мэн Хао прибавил шаг, на его лице застыла маска спокойствия, но мысли в его голове мчались галопом. Судя по ее реакции, она не узнала его. Немудрено, за столько лет он сильно изменился, особенно в плане Культивации. Любой бы с трудом смог связать нынешнего Мэн Хао с юношей шесть лет назад.

«Раньше я был никем. Судя по их довольно близким отношениям с Ван Тэнфэйем, нутром чую, она должна быть ученицей великой Секты. Вряд ли тогда я смог бы произвести на нее хоть какое-то впечатление. Вот только ее Культивация сейчас на средней ступени Возведения Основания. Интересно… интересно какова сейчас Культивация Ван Тэнфэйя?»

Сразу же нахлынули воспоминания о временах в Секте Покровителя, его губы скривились в едва заметную холодную улыбку. Цю Линь задумчиво шел рядом с Мэн Хао, внезапно он застыл на месте и воскликнул: «Я вспомнил! Это была Чу Юйянь!»

«Чу Юйянь? — со смешанными чувствами спросил Мэн Хао. Ты про женщину у лавки?»

«Да, — восторженно подтвердил Цю Линь, — она Избранная из Секты Пурпурной Судьбы, а еще одна из Четырех Красавиц нашего Южного Предела. Готов спорить на что угодно, это была именно она!»

«Вот как?» — глаза Мэн Хао заблестели.

«Народ болтает, — затараторил Цю Линь, — при ее рождении расцвел небесный лотос. У нее невероятный скрытый талант, ее красота ни с чем не сравнима. Грандмастер Дух Пилюли взял ее в качестве персональной ученицы! Ее возлюбленный Ван Тэнфэй тоже Избранный из великого Ван Клана. В день их помолвки весь Южный Предел гудел, как разворошенный улей».

Цю Линь был весьма неплохо осведомлен о событиях Южного Предела, но за рассказом он не заметил странного блеска в глазах Мэн Хао.

Мэн Хао попросил Цю Линя отвести его на постоялый двор в дальнем конце города, по пути Цю Линь поведал ему обо всех слухах, что он слышал про Чу Юйянь. Мэн Хао напоследок расспросил его про аукцион, после чего расплатился с мальчишкой. Походы по городу закончились поздно вечером. Мэн Хао сидел, скрестив ноги, в своей комнате, его глаза неярко мерцали, в его голове крутились рассказы Цю Линя про Чу Юйянь. Спустя время за которое сгорает палочка благовоний, он сдвинул брови.

«Интересно, есть ли какой-то способ убедить Чу Юйянь попросить Грандмастера Дух Пилюли изготовить мне Пилюлю Рассеивания Яда…» Подумав о Грандмастере Дух Пилюли, ему сразу вспомнился Дин Сюй и Пилюля Возведения Основания.

«Дин Сюй тоже был учеником Грандмастера Дух Пилюли…» — горько усмехнулся Мэн Хао.

Он убил ученика этого человека, а также оскорбил всю Секту Пурпурной Судьбы. При таком раскладе вряд ли Грандмастер протянет ему руку помощи. Спустя какое-то время он погрузился в медитацию. Мэн Хао обнаружил, что по достижению стадии Возведения Основания ему требуется гораздо больше духовной энергии, чем на стадии Конденсации Ци. Для перехода на среднюю ступень Возведения Основания ему нужно возвести четыре Дао колонны.

«Сейчас у меня только одна Дао Колонна. Трещина на Дао Колонне делает мое Основание Безупречным. К тому же я возвел Основание после достижения тринадцатой ступени Конденсации Ци. В довесок моя Культивация основана на Великом Духовном Трактате, отчего моя Дао Колонна стала цвета золота. Мое просветление гораздо глубже и объем моего Духовного Сознания больше, чем у остальных. Мало кто на начальной ступени Возведения Основания может тягаться со мной. Я еще не сталкивался с кем-то на средней ступени Возведения Основания, трудно сказать, но я думаю, что не уступлю».

Его глаза сверкнули, когда он вспомнил о своем недавнем матче со здоровяком Шань. Поединок благотворно сказался на нем, теперь он гораздо лучше понимал всю силу Безупречного Основания. Когда придет время формировать вторую Дао Колонну, он будет готов.

«Мне нужны целебные пилюли для начальной ступени Возведения Основания», — тяжело вздохнул он.

Мэн Хао закрыл глаза и выплюнул Флаг Грома. Купол наэлектризованного тумана окружил его тело, разряды молний в тумане атакуют любого, кто посмеет хоть что-то предпринять против него. Под защитой тумана Мэн Хао в очередной раз попытался использовать Восьмой Заговор Заклинания Демонов, к сожалению, безрезультатно. Однако с каждым провалом он чувствовал приближающееся просветление.

Ночь прошла спокойно. На рассвете следующего дня Мэн Хао покинул постоялый двор и отправился исследовать город Практиков Государства Дунлай. Сегодня он надеялся отыскать целебные пилюли подходящие для стадии Возведения Основания, а также разузнать немного о древе Весны и Осени. За следующие полмесяца он обошел почти все лавки в городе. В этом городе действительно был обширный выбор целебных пилюль и магических предметов, все портила одна проблема: цены были слишком высокие. После серьезных раздумий, Мэн Хао приобрел обычную целебную пилюлю, которая должна быть полезной на стадии Возведения Основания. Называлась она Пилюлей Массированного Возведения и хорошо подходила Практикам начальной ступени Возведения Основания.

«Тут полно пилюль для стадии Возведения Основания, вот только эффект от них совершенно заурядный. Настоящие высококлассные целебные пилюли можно получить только в Сектах, чужаку будет весьма непросто наложить на них свои руки. Есть шанс, что они появятся во время аукциона».

Прошло еще полмесяца. Мэн Хао теперь гораздо лучше ориентировался в городе. Сейчас он сидел за столом на втором этаже постоялого двора и разглядывал суетящуюся толпу внизу. В его руке была небольшая чаша с вином, из которой он изредка задумчиво отхлебывал.

«За эти годы я принял слишком много целебных пилюль. Невероятное количество целебных пилюль стали причиной такого роста моей Культивации, сомневаюсь, что любой другой человек мог бы себе это позволить».

Он сдвинул брови. Не то, чтобы в городе не было пилюль, подходящих для его стадии, да и не в ценах было дело. Всё упиралось в пять медальонов. В этом городе пять типов медальонов определяли может ли их хозяин купить тот или иной товар. Без медальона, даже при наличии денег, купить некоторые предметы не получится. Этот указ действовал во всем городе, к тому же таким нехитрым способом Секта Пурпурной Судьбы контролировала оборот целебных пилюлю во всем государстве.

«Пять типом медальонов. Получить его можно, только за особые заслуги. Глупости какие! — Мэн Хао поднял чашу с вином и сделал очередной глоток, выглядел он весьма мрачно. — К счастью, мне не надо иметь медальон, чтобы участвовать в аукционе, с нужным количеством Духовных Камней за душой пустят любого».

Мэн Хао окинул взглядом улицу внизу. Вскоре в постоялый двор набились Практики, они болтали и обменивались информацией. Судя по всему, Цю Линь выбрал Мэн Хао довольно известное место. Правда подавали тут исключительно напитки, на самом деле подавали только один напиток Глоток Духа. Это вино имело довольно странный вкус, оно не обжигало горло, несмотря на крепость. В нем содержалась духовная энергия, недостаточно, чтобы из-за него люди сходили с ума, но достаточно, чтобы стоить довольно много.

«Слышал сегодня прибыл караван из Западной Пустыни. С ним прибыло еще больше людей, чем в прошлом году. Готов спорить в этом году аукцион Павильона Сотни Сокровищ пройдет с большим размахом».

«Западная Пустыня скудна на ресурсы, но у них можно найти много необычных вещей, которые никогда не повстречаются тебе здесь, в Южном Пределе. Они объявляются в городе раз в несколько лет, с ними приезжают представители более сотни торговых кланов, Сект и государств. Техники Практиков пустыни очень необычные. Надеюсь мы сможем чему-нибудь у них научиться».

«Очень сомневаюсь. Раз с ними пришло больше людей, чем обычно, значит для этого были причины. Мои деньги на тело[2] Бессмертного, шансы восемь или даже девять к десяти, что их приход как-то связан с ним».

Зала наполнилась звуками голосов, половина гостей обсуждали предстоящий через две недели аукцион, другая половина обсуждала прибывший торговый караван Западной Пустыни. До этого Мэн Хао подумывал об уходе, торговый караван его мало заботил. Однако при упоминании тела Бессмертного его глаза сверкнули, он отмел мысли об уходе и плеснул себе еще вина. Мэн Хао сделал глоток и прислушался.

«Тело Бессмертного… ха-ха, в последнее время там происходит форменная резня. Три года назад пять великих Сект и три великих Клана пытались пробиться внутрь, но никому так это и не удалось. В конце концов им пришлось отступить».

«В тот год, когда с небес упало тело Бессмертного, он, вероятно, хотел попасть в Пещеру Перерождения, одно из трех самых опасных мест Южного Предела. Загадкой остается то, почему он приземлился в трех тысячах метрах от нее. Его появление взбаламутило не только пять великих Сект и три великих Клана, причудливые существа, живущие внутри Пещеры Перерождения, изредка тоже показываются снаружи».

«Все хотят кусочек тела Бессмертного. Даже крохотный кусочек придаст надежду на Обретение Бессмертия!»

Пока Мэн Хао слушал болтовню этих людей, в его глазах возник диковинный огонек. Он сразу вспомнил нескончаемые толчки в Государстве Чжао. Еще тогда ему показалось, что с небес что-то с невероятной силой ударилось в землю.

«Есть еще кое-что. Падение тела Бессмертного некоторые видели собственными глазами. По их словам, у него серые зрачки, а внутри них семь мерцающих звезд!»

В этот момент Мэн Хао поднимал чашу, чтобы сделать глоток. Внезапно он вздрогнул, его рука с чашей задрожала, пролив вино на стол.

[1] Обр. в знач.: четыре времени года, круглый год.

[2] 尸体 – можно перевести как «труп, останки».

Глава 108. Тайная Борьба Начинается

В обеденной зале собрались люди всех мастей, поэтому никто не заметил странного поведения Мэн Хао. Он медленно поставил чашу с вином на стол, его выражение оставалось спокойным, но сердце внезапно начало биться быстрее, а голова загудела. Он молча присмотрелся к группе говорящих о семи звездах в глазах Бессмертного и сделал неуверенный глоток вина.

«Странно другое, Бессмертный мертв, но от его тела по-прежнему исходит могущественный гнет, который стал причиной довольно странных феноменом. Великие Секты и Кланы не смогли приблизиться к нему ближе чем на триста метров».

«Я слышал недавно великие Секты и Кланы завершили некие особые приготовления и смогли-таки приблизиться ближе чем на триста метров».

Беседа затянулась до полудня, после чего люди начали расходиться. Человек, упомянувший про семь звезд, тоже поднялся. От их компании доносились болтовня и смех. В эту секунду Мэн Хао слегка стукнул по столу. Стук с грохотом пронесся по комнате, задев даже близко стоящих Практиков, по их телам прошел озноб. Лица всех без исключения перекосило, все взгляды обратились к Мэн Хао. Его Культивации внезапно начала испускать мощное давление Возведения Основания, охватив всё здание. В следующую секунду оно исчезло. Однако одной секунды хватило, чтобы Практиков восьмой и девятой ступени Конденсации Ци затрясло. Стремительно бледнея, они судорожно вспоминали чем могли прогневать эксперта стадии Возведения Основания.

«Почтенный…» — один за другим они почтительно поприветствовали его, сердца их благоговейно пылали.

Они знали, что городские правила запрещали сражения, поэтому этот человек не станет атаковать их без серьезной на то причины. Но могучее давление Практика стадии Возведения Основания было слишком сильным, у многих от страха душа ушла в пятки.

«Ты, — Мэн Хао указал на одного человека в толпе, — подойди».

Им оказался молодой человек примерно двадцати восьми лет от роду на восьмой ступени Конденсации Ци. Когда перст Мэн Хао указал на него, юношу затрясло, кровь начисто отлила от его лица.

«Почтенный…» — в его глазах застыл страх и замешательство.

Он впервые видел Мэн Хао и не имел ни малейшего понятия, почему именно он привлек внимание этого эксперта. Практики из его группы, как ужи, выскользнули из здания, облегченно вздохнув про себя. Мэн Хао бесстрастно сделал очередной глоток. Юноша колебался, ему точно не хватит духу отказать могучему эксперту, поэтому почтительно и одновременно с опаской он сделал пару шагов вперед.

Мэн Хао поднял голову и посмотрел на него: «Я слышал, как ты рассказывал про семь звезд в серых глазах Бессмертного, это правда?»

«Почтенный, позвольте мне объяснить, — выпалил юноша, утаивать что-либо он не намеревался, — я не видел этого своими собственными глазами, я слышал об этом. Тем не менее один мой хороший друг действительно видел падение».

«И где сейчас этот твой хороший друг?» — тихо спросил Мэн Хао.

«Мы не виделись уже полгода, — последовал быстрый ответ, юноша боялся, что в случае большой паузы между вопросом и ответом, этот человек может подумать, что он лжет, — он ученик Секты Водяного Бамбука по имени Сюй Янь».

Мэн Хао нахмурился, кивнул и жестом отпустил его. Юноша почтительно поклонился и стрелой вылетел наружу. Облегченно вздохнув, он зарекся никогда больше не приходить в это место. В зале осталось не так уж много людей, все они были на стадии Конденсации Ци. После этой сценки они все спешно расплатились и один за другим удрали. Вскоре зала опустела окончательно, остался только задумчивый Мэн Хао.

«Серые зрачки и семь звезд. Может ли тело Бессмертного… быть тем самым ожившим трупом в водовороте, что я видел над Башней Тан в Государстве Чжао?!»

Мэн Хао размышлял об увиденном трупе и том чувстве надвигающейся катастрофы, что он почувствовал. Чем больше он думал об этом, тем сильнее ему казалось, что нечто невероятно запутанное разворачивается за кулисами.

«Единственный способ убедиться — увидеть тело лично…» — заключил он.

Вскоре Мэн Хао вернулся обратно в комнату. Сведения о теле Бессмертного теперь тяжелым камнем висели у него на сердце. Его не покидало чувство, что причиной, почему тело упало на землю… был он сам. Следующие две недели Мэн Хао провел в поисках информации о теле Бессмертного. Постепенно он разузнал про все более-менее значимые события, произошедшие за последние два-три года.

«Когда тело упало с небес пять великих Сект и три великих Клана Южного Предела переполошились. Каждый попытался добраться до тела, но никто так и не сумел приблизиться ближе чем на три тысячи метров. К тому же странности Пещеры Перерождения тоже мешали их продвижению. Они не прекращали попыток, со временем при помощи различных сокровищ Сект и Кланов, расстояние сократилось до трехсот метров… Самое значительное событие произошло полгода назад. Секта Одинокого Меча использовала свои Дао Резервы и смогла пробиться через отметку в триста метров. Им удалось добыть две капли крови с тела Бессмертного! Одну каплю купила Секта Пурпурной Судьбы за совершенно сумасшедшие деньги. Вторую забрали в Секту Одинокого Меча и использовали для достижения просветления касательно значения Бессмертия».

В своей комнате Мэн Хао сидел, скрестив ноги, и тщательно записывал всю полученную информацию на нефритовую табличку. Чтобы добыть эти сведения ему пришлось расстаться с несколькими Духовными Камнями.

«Разузнать о случившемся прибыли даже Практики из Великого Тан Восточных Землель… Люди из Западной Пустыни тоже не заставили себя долго ждать. Труп назвали телом Бессмертного, его появление прокатилось по миру Практиков подобно землетрясению», — Мэн Хао умолк и убрал прочь нефритовую табличку, после чего покинул постоялый двор.

Последний месяц город только и говорил, что о предстоящем аукционе. Мэн Хао заранее посетил Павильон Сотни Сокровищ, внес депозит и получил медальон аукциона. Только что Мэн Хао шел по улице, с следующую секунду он исчез в сети темных переулков, спустя какое-то время оттуда вышел человек в черном халате, на лице маска, а на голове широкая бамбуковая шляпа. Им, конечно же, был Мэн Хао. В последнее время все больше и больше людей начали носить похожие наряды. С приближением аукциона в городе становилось всё больше людей, который не хотели, чтобы об их личных делах кто-то прознал, отсюда и вся эта маскировка. Вскоре Мэн Хао добрался до места проведения аукциона — большой круглой площади. Повсюду сверкал сдерживающие заклятья, множество Практиков-охранников патрулировала территорию, десять из них находились на стадии Возведения Основания. Четыре Практика сидели в небе над сценой аукциона, скрестив ноги, от них исходил неяркий свет, мощь их ауры была на стадии Создания Ядра. Все эти люди были только охраной на виду, для организации аукциона такого масштаба наверняка задействованы Практики стадии Зарождения Души. Практик стадии Зарождения Души мог вселить страх в сердца всех жителей города, но даже в пяти великих Сектах и трех великих Кланах Южного Предела Практики стадии Зарождения Души были редкостью. Любой Практик стадии Зарождения Души имел титул Патриарха и обычно проводил все свое время в уединенной медитации. Обычно текущие дела Секты взваливались на плечи Практиков стадии Создания Ядра.

Большинство участников аукциона были из Государства Дунлай. Из соседних государств прибыли Практики с единственной целью: участвовать в аукционе. У всех на аукционной площади при себе имелась дощечка аукциона. Когда Мэн Хао оказался на месте, там уже столпились несколько сотен людей и с каждой минутой прибывали новые участники. Мэн Хао заплатил за место на самом краю. Он сел, скрестил ноги и холодно окинул взглядом сцену и площадь. Над главной площадью высилось три уровня частных лож, отведенных не для Практиков с высокой Культивацией, а для Практиков с высоким статусом.

Среди Практиков на площади выделялась одна группа особо высоких людей с темной кожей и голубыми глазами. Они носили меньше одежды, чем обычно, а большую часть их тел покрывали железные обручи. Все как на подбор крупные и рослые, с густой копной волос. Судя по их необычной одежде и железным обручам не трудно догадаться, что это не коренные жители Южного Предела, а Практики из Западной Пустыни.

Спустя два часа, когда на площади собралось около тысячи человек, прогремел колокол. Толпа сразу же затихла. В тоже время сцену залил слепящий радужный свет. Он расширился и накрыл всю аукционную площадь. Словно из ниоткуда на сцене возник мужчина. Уже в возрасте, он был облачен в длинный, свободный халат. Умудренный годами, его волосы были белыми, как снег.

С появлением старика из толпы Практиков начали раздаваться крики: «Это же Почтенный Цяо из Павильона Сотни Сокровищ!»

«Выходит, Почтенный Цяо лично проведет сегодняшний аукцион. Он на средней ступени Создания Ядра. Говорят, он выходец с острова в Море Млечного Пути и прибыл в Южный Предел несколько лет назад».

Толпа оживленно загудела, после небольшой паузы старик на сцене слегка прокашлялся.

«Сегодня на торги будет выставлена сотня предметов, — сказал он невозмутимо, его голос заполни собой всю площадь, — целебные пилюли, магические предметы, Наследия, небесные материи и земные сокровища, товары из Западной пустыни, сокровища Южного Предела, ценности Моря Млечного Пути. Я не буду тратить время и оглашать правила аукциона. Лот №1 тысячелетняя раковина из Моря Млечного Пути!»

Словно из ниоткуда позади него появилась женщина. Стройная красавицы буквально источала уверенность. В ее руках находился нефритовый поднос, на котором лежала черная раковина размером с ладонь. Поверхность раковины пересекали множество линий, который случайным образом пересекались друг с другом. Она мерцала, будто бы в ней хранился секрет Небес и Дао. С ее появлением площадь наполнил загадочный, небесный звук.

«Этому сокровищу тысяча лет, оно издает звуки небес, — объяснил Господин Цяо притихшим людям на площади, — жилки на ее поверхности имеют волшебную природу, если посылать в них Духовное Сознание в течение трех дней, можно добавить к своему долголетию один шестидесятилетний цикл. У этого лота нет стартовой цены».

Только старик закончил, как вся площадь буквально взорвалась. Сокровище увеличивающее долголетие может произвести не только фурор, но и спровоцировать драки. Даже люди в частных ложах опешили. Похоже сегодняшний аукцион будет чем-то из ряда вон. Мэн Хао из своего угла во все глаза уставился на молодую женщину на сцене. На его лице проступило удивление, он узнал ее. Именно она флиртовала с ним в Павильоне Сотни Сокровищ в Город Гордость Востока. Звали ее Цяо Лин.

«Как она здесь оказалась? — мелькнула мысль. — Разве Государство Чжао не исчезло несколько лет назад… Быть может она успела покинуть город до этого. Как никак в этом городе тоже есть Павильон Сотни Сокровищ».

В это время Чу Юйянь в одной из частных лож на первом уровне вскочила и посмотрела вниз на площадь. Рядом с ней почтительно застыл мужчина средних лет.

«Собрат Даос Чу древо Весны и Осени прибыло, к сожалению, правила Павильона непреложны, коли вы желаете его заполучить, придется выиграть аукцион. В списке этот предмет помечем, как лот №39».

Глава 109. Легенда о Погибели

Тысячелетняя раковина Моря Млечного Пути повышала долголетие Практиков. Долголетие — бесценно. Все хотят прожить долгую жизнь, это желание берет свое начало в самых потаенных уголках души. Это было особенно важно для Практиков, чье долголетие подходило к концу. За один шестидесятилетний цикл они готовы были выложить любые деньги.

Начало аукциона с такого невероятного предмета просто не могло не вызвать ажиотажа. Тотчас начали раздаваться выкрики с предложением цены, как из лож наверху, так и из толпы более чем тысячи людей внизу. Цена за тысячелетнюю раковину начала стремительно расти, пока не достигла такого уровня, что даже у Мэн Хао стало немного дурно. В итоге раковина досталось неизвестному со второго уровня лож. Хотя из людей внизу никто не смог ее купить, появление такого сокровища всех сильно воодушевило. Когда выставили второй, третий и четвертый лот толпа всерьез распалилась, цены взмыли еще выше.

Мэн Хао впервые в жизни оказался на подобном мероприятии, так же в первый раз ему довелось увидеть на лицах Практиков такой безудержный восторг. Его разум быстро избавился от восторженной пелены, он холодно окинул взглядом Практиков, выкрикивающих цену на каждый выставляемый лот.

«Лот №8 — предмет ради которого сюда специально прибыли множество Собратьев Даосов…» — невозмутимо произнес Почтенный Цяо.

Он взмахнул правой рукой, и за его спиной появилась Цяо Лин с очередным предметом на нефритовом подносе. Им оказался фрагмент черной кости с неровными краями, похоже, раньше этот фрагмент был частью черепа. На отполированной поверхности были вырезаны сложные магические символы, от которых исходила древняя, призрачная аура. Нефритовый поднос сформировал небольшой щит, не выпуская ауру наружу. Тем не менее немного ауры всё же просочилось за пределы щита, из-за нее площадь наполнилась запахом плоти, гниющей уже много лет. Все, кто смог почувствовать древнюю ауру внезапно ощутили щемящую душу скорбь.

«Одно из трех опасных мест Южного Предела зовется Древним Храмом Погибели! Период расцвета Клана Погибели был в далеком прошлом, вот только само его существование шло вразрез с волей Небес, поэтому Небесный Дао проклял их. С проклятьем пришла смерть, но их души не готовы были так просто отправиться в мир иной, они пошли против самих Небес и основали свой собственный храм!

Эта история за столько лет обросла таким количеством подробностей, что ныне трудно отделить зерна от плевел. Храм стал опасным местом, где смерть поджидает на каждом шагу. Даже Практики стадии Зарождения Души на девять шансов умереть имеют лишь один — остаться в живых. Но храм хранит в себе древние Наследия, древние чудодейственные лекарства и древние сокровища. Несколько лет назад старейшина Секты Одинокого Меча смог выбраться оттуда живым, к сожалению, безумие обуяло его, в своих бессвязных бреднях он упомянул увиденную им Пилюлю Долголетия! От лица Павильона Сотни Сокровищ я рад представить вам предмет, добытый прямиком из Древнего Храма Погибели. Если взять его в руки он поможет защитить от зла».

После его слов на площадь опустилась гробовая тишина, но вскоре люди пришли в себя и начали ставить.

«Триста тысяч духовных камней!»

«Пятьсот тысяч духовных камней. Предмет защищает от зла. В Древнем Храме Погибели мне не выжить, но мое долголетие подходит к концу, быть может с этим сокровищем я смогу попасть внутрь Храма!»

«Шестьсот тысяч духовных камней! Я серьезно настроен его заполучить!»

Глаза Мэн Хао вспыхнули, он читал о трех самых опасных местах Южного Предела, но в тексте приводилась самая общая информация. Теперь благодаря Почтенному Цяо он узнал немного больше о Древнем Храме Погибели. В Южном Пределе существовали три самых опасных места: Пещера Перерождения, Древний Храм Погибели и Многовековые Дао Озера.

Мэн Хао наблюдал, как цена за предмет из Древнего Храма Погибели медленно увеличивается. Со временем он закрыл глаза, эта штука не вызвала у него особого интереса. Постепенно, лот за лотом, предметы уходили с молотка в руки Практиков.

Наконец, Почтенный Цяо объявил: «Лот №38 флакон с шестью Пилюлями Переплавки Основания. Их лично изготовил Грандмастер Дух Пилюли, они хорошо подходят для стадии Возведения Основания. Начальная цена тридцать тысяч, с шагом в десять тысяч духовных камней».

Глаза Мэн Хао тут же широко открылись. Некоторые лоты включали в себя целебные пилюли, только цена была просто неподъемной, да и сами пилюли не подходили к его текущему уровню Культивации. С сокровищами та же история. И тут выставляют самый дешевый лот на текущий момент — Пилюли Переплавки Основания.

«Сорок тысяч духовных камней».

Практики стадии Конденсации Ци составляли подавляющее большинство аудитории, за ними следовали Практики стадии Возведения Основания. На прошлые лоты немногие решались сделать ставку, но за эти Пилюли разгорелась настоящая борьба.

«Пятьдесят тысяч духовных камней!”

«Я ставлю восемьдесят тысяч духовных камней. Мне очень нужны Пилюли Переплавки Основания. Пожалуйста, Собратья Даосы, окажите честь Секте Облачной Вершины и позвольте мне забрать их».

«Сто тысяч!» — сверкнув глазами, произнес Мэн Хао, ему тоже нужны эти целебные пилюли.

На слова Мэн Хао тут же обернулся Практик, попросивший уступить ему пилюли. Его глаза забегали по толпе, но людей собралось слишком много, поэтому ему не удалось понять кто сейчас говорил.

«Сто десять тысяч!» — сухо перебил ставку Практик.

«Сто пятьдесят тысяч!» — Мэн Хао не особо волновал Практик, который пытался выяснить его личность. С последней ставкой глаза мужчины из Секты Облачной Вершины остановились на Мэн Хао, он тоже находился на начальной ступени Возведения Основания.

Практик враждебно уставился на Мэн Хао и прошипел сквозь зубы: «Двести тысяч!»

Такая цифра начисто отбила охоту у всех остальных продолжать ставить. Нет смысла отрицать, на кону совершенно необыкновенные пилюли, но большинство из них просто не могли позволить себе расстаться с двумя сотнями тысяч духовных камней. Мэн Хао нахмурился. Ему нужен такой тип пилюль, но в действительности ему хватит и одной. К тому же никто не знает во сколько обойдется древо Весны и Осени, по сравнению с деревом пилюли не столь важны. Вот почему он решил уступить.

«Лот №38 древо Весны и Осени. Такое дерево сложно назвать заурядным, оно может подавить десять тысяч ядов, а также является основным ингредиентом для создания целого ряда магических предметов. До этого я никогда не выставлял на аукцион такое дерево, поэтому я готов поделиться с вами, Собратья Даосы, дополнительной информацией.

Древо Весны и Осени получается при попадании Молнии Весны и Осени в обычное дерево. Вырастить его рукотворно нельзя, оно может появиться только благодаря удаче Небес. У дерева нет корня, поэтому даже посаженное в землю, оно не станет расти. Большинство из вас наверняка слышали об этом, чего вы не знаете, так это легенду, согласно которой у него есть материнское дерево, растущее в желтых источниках подземного мира — Мировое Дерево!» От последних слов вся площадь буквально взорвалась. Информация про связь с Мировым Деревом поразила даже Практиков в ложах.

«Почтенный Цяо, — раздался голос с одной из лож, — упомянутое вами Мировое Дерево, то самое, что ведет за пределы Небес?»

«Верно, — спокойно подтвердил Почтенный Цяо, — по форме своей оно напоминает быка, кора этого дерева похожа на ленту или жёлтую змею, листья подобны ячейкам рыболовных сетей, плоды подобны плодам мыльного дерева, ствол, как у колючего вяза. Имя ему Мировое Дерево.

С древних времен существует легенда о всемогущей силе, заменившей собой звезды на небе, с тех пор звезды находятся за пределами неба. Но Мировое Дерево не желало подчиняться Небесам. Оно обрушилось, и его ствол рассеялся среди звезд, однако земля по-прежнему хранит его волю. Во время сезона Весны и Осени Небеса низвергают молнии, дабы уничтожить эту волю. Чтобы защитить себя, она создала древо Весны и Осени.

Тёмно-зелёные листья, фиолетовый ствол, чёрные с красным отливом цветы, жёлтые плоды. Оно не отбрасывает тени, не даёт эха[1]. Конечно всё это слухи, я затрудняюсь сказать, что из этого правдиво, а что нет. Начальная цена за древо Весны и Осени сто тысяч духовных камней».

Слова Почтенного Цяо разожгли интерес во многих, кто изначально был не очень заинтересован в покупке дерева. Мэн Хао нахмурился. Ранее он был уверен, что сможет удержать цену на дерево под контролем, теперь с целой кучей желающих ему придется выложить гораздо больше денег. Он посмотрел на Почтенного Цяо на сцене, несмотря на его бесстрастное выражение лица, Мэн Хао нутром чуял насколько этот человек расчетлив и хитер.

В одной из лож Чу Юйянь тоже нахмурилась и вздохнула про себя. Она поняла насколько опрометчиво поступила. Слова Почтенного Цяо стали реакцией Павильона Сотни Сокровищ на ее расспросы про дерево. Очевидно они тоже знали зачем ей понадобилось именно это дерево. Тем временем с площади начали раздаваться ставки.

«Сто пятьдесят тысяч!»

«Двести тысяч!»

«Двести тридцать тысяч!»

Мэн Хао наблюдал как поднимается цена, пока он просто выжидал.

«Двести шестьдесят тысяч! Больше мне нечего поставить. Оно может подавить яд, но это по-прежнему расходуемый предмет. Связь его с Мировым Деревом не существенна, я просто хочу изгнать яд», — раздалось из толпы вежливо, говоривший оказался Практиком в длинном черном халате с приятным голосом. Он слегка поклонился собравшимся Практикам.

В этот момент в борьбу вступила Чу Юйянь: «Триста тысяч!» Ее чистый голос сразу же привлек внимание, многие неуверенно посмотрели вверх на ложи, они не смогли установить личность говорившего.

«Триста двадцать тысяч!» — произнес Практик, его сердце начало колотиться. Он стиснул зубы и посмотрел на ряд лож наверху. Собравшиеся там люди были известными личностями в Государстве Дунлай, которых не стоит просто так провоцировать. Но он не мог сдаться.

«Триста пятьдесят тысяч!» — самоуверенно произнесла Чу Юйянь.

Некоторые Практики внизу смогли определить место, откуда шел голос, однако большинство участников аукциона оказалось не столь прозорливыми. Лицо Практика в черном перекосило. В конечном итоге он горько рассмеялся. Больше трехсот двадцати тысяч духовных камней он просто не мог поставить, в эту сумму даже входило множество займов от его знакомых. Правда это была вторая причина, почему он уступил. Основной причиной стала личность его соперника. Хотя он не смог точно определить откуда доносится голос, сам факт, что голос доносится с верхнего уровня лож, говорил ему не провоцировать этого человек. Окончательно сдавшись, он горько опустился на свое место.

Загадочная женщина наверху дала всем понять насколько ей нужно древо Весны и Осени. Никто не хотел гневить людей из лож. Чу Юйянь тихонько вздохнула, она истратила триста пятьдесят тысяч духовных камней, сумму намного больше реальной цены дерева. Но ради него она готова была отдать любые деньги.

Внезапно тишину внизу нарушил голос: «Триста шестьдесят тысяч».

На площади внизу все начали удивленно озираться, пытаясь найти говорившего. Поскольку Практики в непосредственной близости смотрели на него разинув рот, остальные на площади вскоре заметили человека, сидевшего с опущенной головой, скрытым лицом и глазами спокойными, как два ледника.

«Четыреста тысяч!» — поставила Чу Юйянь хмуро. Она не ожидала, что найдется еще один смельчак, который поднимет цену. С другой стороны, за неимением выбора, ей опять пришлось отвечать на ставку.

«Четыреста десять тысяч», — невозмутимо парировал Мэн Хао. Его голос звучал немного ниже обычного, но оно по-прежнему источал спокойствие.

[1] Цзяньму (建木) — в древнекитайской мифологии чудесное дерево, вариант мирового древа. Цзяньму растёт на равнине Дугуан, являя собой как бы центр неба и земли, по цзяньму все великие предки (ди) подымались на небо и опускались на землю. Цзяньму не отбрасывает тени, не даёт эха («Хуайнань-цзы», 2 век до н.э.) Описание Почтенного Цяо слов в слово повторяет описание из «Книги гор и морей» (4—2 века до н.э.), «…цзяньму будто бы напоминает своими очертаниями быка, кора цзяньму похожа на ленту или жёлтую змею, листья подобны ячейкам рыболовных сетей, плоды подобны плодам мыльного дерева, ствол, как у колючего вяза». По другой записи в том же источнике, у цзяньму тёмно-зелёные листья, фиолетовый ствол, чёрные с красным отливом цветы, жёлтые плоды. Местоположение цзяньму в разных источниках указывается по-разному.

Глава 110. Чу Юйянь Замыслила Убийство

«Невероятно, еще один смельчак решил перебить человека с лож наверху! Из-за шляпы на голове этого парня нельзя разглядеть его лица».

«Парень не робкого десятка, раз решил поднять цену на древо Весны и Осени».

«Мне вот интересна личность Практика с верхних лож…»

На площади разгорелась настоящая дискуссия, только Почтенный Цяо на сцене выглядел так, словно ничего не произошло. Он посмотрел на Мэн Хао, потом на верхние ложи. На лице Цяо Лин позади вспыхнул интерес. Она внимательно посмотрела на Мэн Хао, но из-за широких полей шляпы и куска ткани на лице, узнать его ей не удалось.

«Пятьсот тысяч!» — сказала Чу Юйянь, насупив брови. Абсолютно неслыханная ставка даже по ее меркам. Она подошла к краю ложи и отодвинула портьеру. В этот момент она как магнит притянула взгляды всех внизу на площади. Конечно же, они узнали ее.

«Это же…»

“Чу Юйянь! Чу Юйянь из Секты Пурпурной Судьбы!”

«Кто бы мог подумать…»

Люди на площади очень бурно восприняли ее появление. Все Государстве знали Дунлай Чу Юйянь. Она была Практиком из Секты Пурпурной Судьбы, персональным учеником Грандмастера Дух Пилюли, а ее отец возглавлял Секту. Вся толпа в едином порыве уставилась на нее, не каждый день можно увидеть такую несравненную красавицу.

«Пфф, вот и вся интрига. Если бы Чу Юйянь не показала лица, быть может вышла бы жаркая борьба. Но теперь никто не рискнет перебить ее ставку за не такое уж особенное древо Весны и Осени».

«Похоже Чу Юйянь всерьез настроилась заполучить его. Она даже пустила в ход свой статус! Только не говорите мне, что слухи, которые я слышал пару лет назад, правда?»

«Похоже на то. Иначе зачем бы ей понадобилось древо Весны и Осени?»

Люди на площади галдели, забыв об аукционе, даже Чу Юйянь решила, что ставок на этот лот больше не будет. И тут прозвучал холодный голос Мэн Хао: «Шестьсот тысяч!» Мэн Хао больше не поднимал по десять тысяч, перебив ставку Чу Юйянь на целых сто тысяч. Народ на площади переполошился, даже Почтенный Цяо оценивающе посмотрел на Мэн Хао.

Чу Юйянь хмуро смотрела на Мэн Хао, но с ее места она видела только заостренную вершину его шляпы.

«Шестьсот пятьдесят тысяч!»

«Семьсот тысяч», — спокойно парировал Мэн Хао. Он решил во чтобы то ни стало добыть древо Весны и Осени.

«Собрат Даос, тебе наверняка известно, кто я, — сказала Чу Юйянь своим бархатным голосом, не спуская глаз с Мэн Хао, — эта вещь не стоит столько духовных камней. Мне нужно дерево, дабы подавить яд в теле одного моего знакомого. Пожалуйста, если ты уступишь мне, считай меня своей должницей».

Обсуждения в толпе возобновились с новой силой.

«Выходит слухи не врут. Она покупает его для Ван Тэнфэйя из Ван Клана!»

«По сведениям Секты Золотого Мороза, Ван Тэнфэй — Избранный Ван Клана, раньше был членом захолустной Секты. Он разыскивал какое-то невероятное Наследие, но во время отборов во Внутреннюю Секту, мало того, что его побили, так еще какой-то тамошний Практик сломал ему палец!»

«Скорее всего это правда, тот парень по имени Ли Фугуй, над которым Секта Золотого Мороза трясется, как курица-наседка, на ножах с Ван Тэнфэйем. Он всем об этом растрезвонил. Что до Ван Тэнфэйя, он даже к себе плохо относится. Он сформировал себе новый палец, но он оказался ядовитым. Как говорится, слухом земля полнится. Очевидно Чу Юйянь хочет купить древо Весны и Осени, чтобы помочь Ван Тэнфэйю подавить яд в пальце!»

В глазах Мэн Хао вспыхнул едва уловимый огонек, теперь понятно откуда взялась ее настырность. Из отрывков реплик Практиков на площади можно сказать, что Ли Фугуй хорошо устроился в своей Секте Золотого Мороза.

«Собрат Даос Чу, мне тоже очень нужно это дерево», — сказал Мэн Хао спокойно.

Она стиснула зубы, холодно поглядывая на Мэн Хао.

«Семьсот пятьдесят тысяч!» — прозвучала ее ставка.

«Девятьсот тысяч». У Мэн Хао в бездонной сумке осталось довольно много духовных камней. Он настроился заполучить древо Весны и Осени любой ценой, поэтому особо не стеснялся, поднимая цену. После такой ставки, многие Практики охнули и жадно посмотрели в сторону Мэн Хао. Но потом до них дошло, раз этот человек рискнул соперничать за предмет, столь нужный Чу Юйянь из Секты Пурпурной Судьбы, значит за его спиной должен стоять кто-то могущественный.

«Ты!» — Чу Юйянь гневно заскрипела зубами. Она — Избранная Секты Пурпурной Судьбы. Но она распоряжалась не своими деньгами, а деньгами Секты. Будет весьма сложно объяснить, почему она потратила такую прорву денег на то, чтобы помочь Ван Тэнфэйю, и ее статус в Секте тут вряд ли поможет. От суммы в девятьсот тысяч духовных камней она почувствовала легкую слабость. Всё, что ей оставалось: молча буравить кровожадным взглядом Мэн Хао.

После небольшой паузы она так и не перебила ставку. Древо Весны и Осени отошло Мэн Хао. Служитель Павильона Сотни Сокровищ подошел к Мэн Хао, забрал деньги и передал предмет. Получив желаемое, он спешно покинул аукционную площадь. Остальные предметы его не волновали, поэтому не было резона оставаться до конца. На аукционе Практиков любой мог уйти, когда пожелает. Он исчез в хитросплетении переулков и улочек, там он скинул шляпу и маску, а также переодел халат. В новом облачении он кардинальным образом отличался от себя самого минутой ранее. После чего он на всех парах побежал к городским воротам. Через триста метров от ворот он взмыл в воздух, превратился в луч радужного света и растворился вдалеке.

Спокойствие продлилось недолго. Спустя время за которое сгорает палочка благовоний позади него послышался свист. Его преследовал белый, без единого пятнышка, журавль. Зверь нагонял, очевидно его скорость превосходила Мэн Хао. Мэн Хао нахмурился, на спине журавля стояла женщина в белом платье. Конечно же, это была Чу Юйянь, ее лицо оставалось бесстрастным, но глаза источали холод. Холодный взгляд, подобно ледяным иглам, пронзал спину Мэн Хао. С криком журавль обратился в луч радужного света, из его рта разлилось белое сияние, которое оказалось гигантской сетью, полетевшей в сторону Мэн Хао.

В руках Чу Юйянь держала нефритовую табличку, черные точки на поверхности таблички излучали архаичную ауру. С помощью таблички она вызвала призрачного седоволосого старика. Призрак поднял руку и указал пальцем на Мэн Хао, после чего призрачный палец рванул к Мэн Хао, это была особая способность этой нефритовой таблички.

«Отдай древо Весны и Осени, и наши дороги больше не пересекутся, в противном случае я использую поисковый нефрит, этот древний нефрит настроен на тебя так, что я смогу выследить тебя даже на краю света», — сказала Чу Юйянь и хлопнула по бездонной сумке откуда вырвался Пурпурный Ци, который превратился в пурпурную семянку лотоса размером с кулак. Она швырнула ее вперед, в воздухе семянка затряслась и она выстрелила дюжиной семян. В полете пурпурные семена лотоса превратились в, закованных в броню, призрачных женщин. С копьями наперевес они устремились к Мэн Хао.

С их приближением на Мэн Хао начала давить Культивация Чу Юйянь стадии Возведения Основания. К тому же от летящих бронированных женщин исходила аура начальной ступени Возведения Основания. Облака в небе внезапно закружились в спираль. Глаза Мэн Хао сверкнули. За последние шесть-семь лет он весьма поднаторел в боевой магии. Не став дожидаться, пока белая сеть опутает его, он выплюнул комок молний, Флаг Грома. Флаг превратился в наэлектризованный туман и полетел прочь от Мэн Хао. Туман устремился не в сторону белой сети, вместо этого он окружил приближающихся призраков.

Прогремел оглушительный взрыв, призраки-женщины распались на части. Чу Юйянь слегка нахмурилась, подняла свои изящные руки и сложила пальцы в заклинание. В момент, когда она уже собиралась использовать магию, рука Мэн Хао молниеносно сверкнула. Он использовал туман Флага Грома, чтобы укрыть от глаз Чу Юйянь то, что он сейчас собирался сделать. Хлопок по бездонной сумке и у него в руках оказалось медное зеркало, которое сверкнуло в сторону журавля Чу Юйянь.

В эту секунду глаза журавля буквально выкатились из орбит. С громким хлопком крыло журавля взорвалось фонтаном кровавых брызг. Следом взорвался его зад! Плоть и кровь разметало в разные стороны, из глотки, до этого грациозного журавля, вырвался душераздирающий вопль. Без одного крыла он, разрываемый мучительной болью, камнем полетел вниз. Чу Юйянь удивленно приоткрыла рот. Чудовищная сцена заставила её поежиться. Вместе с падением журавля, белая сеть тоже начала разрушаться. Мэн Хао отскочил назад, не забыв поместить Грозовой Туман в бездонную сумку. Следом пришел черед черного лука. Он натянул тетиву и отправил в сторону опешившей Чу Юйянь девять стрел. Начиненные силой его Культивации, стрелы с пронзительным свистом полетели вперед.

Взрывы следовали один за другим, Мэн Хао пятился, не прекращая выпускать стрелы. Вокруг Чу Юйянь сиял пурпурный щит, стрелы при соприкосновении с ним превращались в пыль. Однако щит постепенно поддавался, пока в конце концов не разбился вдребезги. Взрыв задел одежду Чу Юйянь оголив немного ее кожи. Она и так была невероятно красивой, но при виде ее нового слегка растрепанного облика у большинства мужчин пересохло бы во рту. Ее острый взгляд остановился на черном луке в руках Мэн Хао.

«Этот лук Секта вручила Младшему Брату Дин Сюйю. Откуда он у тебя? Пока Дин Сюй находился в Государстве Чжао, его табличка жизни раскололась. Государство Чжао…» — слова внезапно замерли на ее губах, а в глазах возникло понимание. Она и раньше чувствовала, что Мэн Хао выглядит подозрительно знакомым, но теперь она сложила мозаику целиком. Наконец она узнала его, это был Мэн Хао — человек, о котором постоянно бормотал Ван Тэнфэй.

«Ты… ты же… Мэн Хао! Разве Государство Чжао не исчезло? Ты…»

«Смышленая девочка», — похвалил Мэн Хао и полетел прочь.

Теперь жажда убийства в ней вспыхнула с новой силой. Она бросилась в погоню, правда, ее сердце дрогнуло от одной мысли, что всего пару лет назад Мэн Хао был на пятой или шестой ступени Конденсации Ци. А теперь этот человек достиг стадии Возведения Основания и судя по вибрациям его Культивации, это было не Расколотое Основание. Она была на восемьдесят-девяносто процентов уверена, что оно Треснувшее!

События в Государстве Чжао пару лет назад наделали много шуму в Южном Пределе. Чу Юйянь до сих пор не могла понять, как он оказался здесь. Вероятно, он успел спастись, прежде чем Государство Чжао исчезло.

Тем временем, в центре Южного Предела появилась гигантская Птица Пэн. Весь путь от Моря Млечного Пути ее сопровождала мощная аура смерти. Птица летела с такой невероятной скоростью, что один взмах ее крыльев поднимал ураганный ветер. Вокруг тела птицы то и дело сверкали молнии. Любой, кто не успеет уйти с дороги будет подхвачен эти чудовищным ураганом и куда этого человека зашвырнет ураган не известно никому.

От пронзительного клича Птицы Пэн рассыпались целые горы. Издали за Птицей Пэн и ее аурой смерти наблюдало множество Практиков, все без исключения подумали о невероятных сокровищах, скрытых в теле этой птицы. Некоторые пытались догнать ее, но как они могли угнаться за ней. Спустя время за которое сгорает палочка благовоний птица оставляла неудачливых преследователей позади.

Одинокая Птица Пэн была на грани смерти, но даже в таком состоянии она была и оставалась повелителем неба!

Глава 111. Птица Пэн и Инлун

Чу Юйянь обладала Безупречным Основанием. Причиной тому был её отец — лидер Секты Пурпурной Судьбы, а также Грандмастер Дух Пилюли. К тому же ее скрытый талант уступал только двум Практикам во всей Секте Пурпурной Судьбы. Поэтому ее отец специально попросил у Фан Клана из Восточных Земель Пилюлю Безупречного Основания, такую пилюлю было практически невозможно достать в Южном Пределе. Так Чу Юйянь приобрела Безупречное Основание, конечно, это недешево обошлось Секте Пурпурной Судьбы.

Она мчалась за Мэн Хао, глаза ее сверкали. По ее мнению, у Мэн Хао никак не могло быть Безупречного Основания. Во всем нынешнем поколении Избранных Южного Предела только восемь Практиков имели Безупречное Основание, по одному в каждом великом Клане и Секте. Даже Ван Тэнфэй вместо Безупречного Основания получил лишь Треснувшее. Членов Ван Клана не счесть, когда как Ван Тэнфэй был лишь одним из Избранных, к тому же его сложно назвать самым прославленным членом клана. Больше всего внимание Клан сосредоточил на его старшем брате.

“Мэн Хао… — ее глаза сверкнули, а губы скривились в холодную усмешку, как ни удивительно такое холодное, почти безжалостное выражение ее красивого лица даже немного возбуждало. — Жалкое Треснувшее Основание! Всё, что у тебя осталось — это парочка странных предметов!»

Она ускорилась, два луча радужного света со свистом летели над Государством Дунлай. После достижения стадии Возведения Основания Практик получает способность летать, только в плане скорости Чу Юйянь со своей средней ступенью Возведения Основания была быстрее Мэн Хао. Довольно быстро она нагнала его.

Бум!

Прогремел мощнейший взрыв. Чу Юйянь завершила заклинание и напустила на Мэн Хао пурпурный туман. Громовой Флаг заблокировал его, после чего тот рассыпался на части. Несмотря на взрыв Мэн Хао продолжил бежать, холодно поглядывая на Чу Юйянь.

«Может ты и быстрая, но тебе меня не поймать. Я выиграл аукцион за древо Весны и Осени, оно мое по праву, Небеса тому свидетель».

«Сегодня я поймаю тебя, но не из-за древа Весны и Осени, — произнесла она спокойно, — а из-за пальца Ван Тэнфэйя! Любопытно будет послушать твои объяснения о том, как тебе в руки попал черный лук Дин Сюйя!»

Она была невероятно красива, даже от ее холодного выражения лица перехватывало дух. Она каким-то образом умудрилась сменить надорванное платье, ранее оголенную кожу вновь прикрывала тонкая ткань.

Мэн Хао никак не отреагировал на ее выпад, его глаза тронула усмешка. Из их недавнего противостояния он выяснил, что Чу Юйянь находится на средней ступени Возведения Основания, и что ему с ней не совладать. Но она хотела поймать его, а это будет весьма непросто. В итоге погоня растянулась на два часа. Она несколько раз пыталась остановить его, но грозовой туман защищал Мэн Хао. После очередного взрыва он продолжал лететь дальше.

Темнело, близился вечер, вместе с ним темнело выражение лица Чу Юйянь. Она игнорировала Культивацию Мэн Хао, сосредоточившись на грозовом тумане вокруг него. Пока ей так и не удалось пробиться через него. Она стиснула зубы и хлопнула по бездонной сумке. Появилась древняя масляная лампа — одно из ее самых ценных сокровищ, до этого она никогда её не использовала. Ради поимки Мэн Хао, она решила не экономить.

Фитиль лампы еще не горел, но воздух уже заполнили звуки древних времен. Чу Юйянь сделал глубокий вдох и подула на фитиль. Ее лицо внезапно побледнело, но в лампе вспыхнул язычок пламени. Когда лампа загорелась, вся территория радиусом в триста метров засияла ярким светом, состоящим из множества огоньков. Он не имела форму, поэтому его невозможно коснуться, только увидеть.

«Сплетайтесь Нити Лампы!» — прозвучал ее звонкий голос, яркое свечение разделилось на множество нитей, которые преградили путь Мэн Хао слева, справа и впереди и начали медленно окружать его.

Возникшее было чувство опасности стало еще сильней, когда грозовой туман начал сжиматься, словно приближающиеся нити начали постепенно подтачивать его. Глаза Мэн Хао сверкнули, и он рванул в обратную сторону. Окруженный грозовым туманом, он стрелой помчался к Чу Юйянь.

При приближении Мэн Хао ее глаза сузились. Она сложила ладони вместе перед собой, мгновением позже огромное поле Пурпурного Ци вырвалось из ее головы и закружилось вокруг нее. Следом она рубанула двумя руками по воздуху в направлении Мэн Хао. Пурпурный Ци принял форму длинного фиолетового дракона, который с ревом бросился навстречу Мэн Хао.

Сквозь завесу грозового тумана Мэн Хао увидел пурпурного дракона. Пальцы его правой руки сложились в заклятье, и он взмахнул рукавом. Грозовой туман забурлил и белой молнией устремился к приближающемуся дракону. Левой рукой он хлопнул по своей бездонной сумке и извлек сотню летающих мечей. Мэн Хао взял мечи под контроль с помощью Духовного Сознания и превратил их в вихрь острой стали. Грозовой туман и вихрь с оглушительным грохотом столкнулись с фиолетовым драконом. После взрыва вихрь клинков продолжил лететь дальше к Чу Юйянь.

Масляная лампа предотвращала побег Мэн Хао, скоро нити света сомкнуться на нём, и тогда, даже имей он крылья, ему не спастись. Она спокойно хлопнула по бездонной сумке. В ее руках возникли красный, белый и черный веер, которыми она не преминула взмахнуть три раза. Первый взмах вызвал красное сияние, которое трансформировалось в большой красный рог. Белое сияние второго взмаха превратилось в носорога, на носу которого примостился красный рог. Третий взмах принес черное сияние, которое сгустилось в черную броню, укрывшую носорога. Бешено замотав головой, носорог бросился на вихрь клинков.

Железный ураган начал рассыпаться на части, но тут Мэн Хао закричал, и все мечи внезапно взорвались. Металлические фрагменты разлетелись во все стороны, потом они собрались в кучу и полетели на черного бронированного носорога. В тоже время грозовой туман внезапно с рокотом расширился, заполнив территорию в триста метров.

Тело Мэн Хао в искрящемся грозовом тумане приближалось к Чу Юйянь. Огненный Питон вырвался из его правой руки, на что она только негромко хмыкнула. В ее руках появилась цепочка с колокольчиками. От их тихого звона Огненный Питон протяжно взвыл. Девушка презрительно скривилась и подняла руку вверх. Со звоном колокольчиков она взмахнула ей по направлению к Мэн Хао. Из ее пальцев в сторону Мэн Хао вырвался Пурпурный Ци.

К этому моменту блестящие нити света были в нескольких метрах от Мэн Хао. Чу Юйянь словно могла контролировать движение каждой сияющей нити. При приближении Пурпурного Ци, в его глазах возник едва уловимый огонек. Целая буря эмоций прошла через его лицо, он пятился и, чуть ли не падая, хлопнул по бездонной сумке. Первый деревянный меч схлестнулся с Пурпурным Ци, второй вместе с черной сетью полетели вперед. Чу Юйянь показалось, что она заставила Мэн Хао поспешить с атакой. Иначе, зачем бы ему использовать сразу столько сокровищ? Такая атака была слишком безрассудной.

«Ты деревенщина из захолустья, — холодно произнесла Чу Юйянь, подняв руку, — даже со стадией Возведения Основания у тебя всего лишь Треснувшее Основание. И ты еще смеешь огрызаться!»

Мощь ее средней ступени Возведения Основания пришла в движение. Четыре Дао колонны внутри нее загудели, отчего с ее правой руки сорвался мощнейший порыв ветра. Деревянный меч закачался, позволив раскачивающейся из стороны в сторону черной сети пролететь вперед.

В эту секунду глаза Мэн Хао ярко сверкнули. Черная сеть внезапно начала увеличиваться в размерах. Нити света, которые сжимались вокруг него словно железные тиски, не смогли помешать черной сети атаковать Чу Юйянь. Скорость этой сети и неожиданное увеличение в размерах застали девушку врасплох. В мгновение ока Чу Юйянь опутала сеть, которая сразу же сжалась крепко стянув ее по рукам и ногам.

Вновь белое платье девушки было надорвано, обнажив еще больше, чем в прошлый раз, ее изящных изгибов и форм. Ни один мужчина не смог бы спокойном смотреть на это. Она чувствовала одновременно гнев и нервозность. Ее глаза ненавистно буравили Мэн Хао, физически можно было почувствовать, исходившую от нее, кровожадную ауру.

«Мне не нужно огрызаться, — невозмутимо ответил Мэн Хао, глядя на связанную Чу Юйянь, — даже будучи связанным я сумел тебя поймать, как по мне, вышло довольно неплохо».

Нити света крепко-накрепко сжали его. В этот момент никто из них не мог пошевелиться, к тому же ни Чу Юйянь, ни Мэн Хао не рискнули использовать духовную энергию друг против друга.

Патовая ситуация.

Жажда убийства в Чу Юйянь нарастала, отчего даже Мэн Хао высвободил немного своей. Стояла тишина. Чу Юйянь и Мэн Хао, оба не двигались. Каждый пытался высвободиться из оков, вращая свою Культивацию. Первый выбравшийся и станет победителем. Время тянулось невыносимо медленно. Вскоре начало смеркаться. Мэн Хао раскручивал свою Культивацию, с каждым ее оборотом он чувствовал, как нити света ослабевают. Чу Юйянь не отставала, под воздействием ее Культивации в черной сети начали появляться слабые места.

В это время вдалеке послышался свист ветра. Изначально несильный ветер начал быстро крепчать. Совсем скоро ветер буквально бушевал. Вместе с ветром вдалеке показалась черная тень. Несмотря на расстояние было нетрудно разглядеть очертания огромной птицы. Птица Пэн из Моря Млечного Пути… летела к Пещере Перерождения.

Все небесные создания расступались перед Птицей Пэн, словно перед властелином небес. Эта властная воля небес заставила Демоническое Ядро внутри Дао Колонны Мэн Хао задрожать от возбуждения. Оно хотело бросить вызов повелителю неба.

Ведь Инлун сам был повелителем неба!

Ветер становился всё сильней. Тело Мэн Хао начало тянуть назад, выражение лица Чу Юйянь изменилось, когда и ее потянуло в сторону. Грозовой туман Мэн Хао, пламя масляной лампы Чу Юйянь, даже деревянные мечи пришли в движение, не способные устоять под напором ветра.

Глава 112. Всё Изменилось

«Это же… это же Птица Пэн! — воскликнула Чу Юйянь. — На Континенте Наньшань Птицы Пэн могут появиться только из Моря Млечного Пути. Мэн Хао отпусти меня. Судя по ауре смерти исходящей от нее, Птица Пэн на грани смерти и направляется в Пещеру Перерождения. Ветер от ее крыльев сметает все на своем пути!»

«Сначала ты освободи меня», — холодно возразил Мэн Хао. Он чувствовал дрожь Демонического Ядра в своей Дао Колонне.

«Ах, ты!» — раздосадовано заскрипела зубами Чу Юйянь.

Она собиралась еще что-то добавить, но тут мощь ветра резко возросла. Не прошло и секунды, как земля зарокотала. Несчетное число гор раскалывались и рушились под чудовищным напором ветра, куски камня отрывались от земли, подхваченные всё нарастающим ураганом. С силой Демонического Ядра загадочный свет полился из глаз Мэн Хао. И тут Птица Пэн неожиданно изменила курс, с оглушающим свистом она устремилась в сторону Чу Юйянь и Мэн Хао.

Ураганный ветер принес с собой черные тучи, ветер оказался настолько мощным, что мог смести всё на своем пути. Словно эта части мира находилась под контролем Птицы Пэн, и только её! Воющий вихрь прибыл вместе с Птицей Пэн. В этом чудовищном ураганном спектакле, горы не выдерживали и рушились, в воздухе летали вырванные с корнем деревья!

Ветер подхватил Чу Юйянь и Мэн Хао. Масляную лампу близ Чу Юйянь сильно тряхнуло, и огонь погас. В эту секунду нити света, державшие Мэн Хао, исчезли, сразу же ярко вспыхнула мощь Демонического Ядра внутри Дао Колонны, как в тот день, когда впервые явило себя Наследие. В голове Мэн Хао возникли образы из древних времен. На них Инлун и Птица Пэн ожесточенно сражались в небесах.

Бум!

По разуму Мэн Хао словно ударила огромная волна. Его закрутило в сторону вихря, а ему самому показалось, что невидимая сила сейчас его раздавит. Алая кровь брызнул у него изо рта. Подобно воздушному змею, которому обрезали нить, тело Мэн Хао закружилось в воздухе, отдаляясь всё дальше от земли. В самый последний момент, прежде чем его разум погрузился во тьму, он послал частичку духовной энергии и призвал обратно деревянный меч с Флагом Грома. А потом опустилась тьма.

Чу Юйянь повезло еще меньше. Когда ее начало утягивать вверх, она начала кашлять кровью. Черная сеть по-прежнему крепко стягивала ее руки и ноги. Вместе с масляной лампой она кувырком полетела вверх. На ее отчаявшемся лице ни кровинки. Когда очередной порыв ветра из-под крыла Птицы Пэн обрушился на Чу Юйянь, она потеряла сознание в приступе кровавого кашля.

Мэн Хао и Чу Юйянь оба находились на стадии Возведения Основания. Несмотря на это, они не могли сами вырваться из цепкой хватки чудовищного ветра Птицы Пэн. Прочная связь гор с землей стала причиной того, почему ветер разрушал их. К счастью для них, оба оказались более легковесными. Бушующий ветер играл ими словно ивовыми сережками, в его крепких объятьях они полетели к горизонту. После Птицы Пэн на территории Государства Дунлай ураган бушевал еще несколько дней, пока наконец не стих.

Мэн Хао медленно разлепил глаза. Каждый уголок его тела пронзала нестерпимая боль. Раздираемый болью, все его тело немилосердно затрясло, в этот момент ему казалось, что одно малейшее движение и тело развалиться на куски. В его затравленный взгляд постепенно вернулось спокойствие. Боль по-прежнему беспокоила, но как ни странно она ни в какое сравнение не шла с моментами, когда вспыхивал яд. После стольких лет он уже в каком-то смысле свыкся с болью. Он с трудом попытался сесть. Когда ему это удалось, он осмотрел себя: одежда превратилась в лохмотья, вся кожа была в синяках и ссадинах. На теле множество ран: были довольно глубокие, другие только рассекли кожу, к тому же некоторые участки кожи были начисто сорваны. Если он столкнется с близлежащим булыжником, боль пронзит все его тело от макушки до пят.

Он натужно втянул воздух в легкие и продолжил осмотр. Его глаза удивленно расширились, сейчас он ощущал себя невероятно слабым, словно вернулся на семь лет назад на гору Дацин.

«Моя Культивация…» — Мэн Хао тут же принялся раскручивать Культивацию. Убедившись, что она на месте, он облегченно вздохнул. Правда, облегчение продлилось недолго. Он никак не мог получить к ней доступ, словно некая могучая сила блокировала его Культивацию. В этот момент его взгляд упал на разорванную одежду и тут пришло осознание, что нигде не видно целой кучи его бездонных сумок. Мэн Хао с горечью понял, что их унес с собой ветер. Он сунул руку вглубь своего халата и вытащил оттуда сумку ИньЯнь. Эта сумка заметно отличалась от остальных, поэтому Мэн Хао всегда держал ее поближе к себе и поглубже в складках халата. Вот почему ветер ее не забрал.

«Хорошо, что я большинство ценностей храню в сумке ИньЯнь, — пробормотал Мэн Хао, —включая Флаг Грома и деревянные мечи, их утрата стала бы серьезным ударом». Он попытался открыть сумку, но несмотря на все усилия ничего не вышло. Вздохнув, он огляделся.

В темноте струился черный туман, пол устилали камни диковинной формы, повсюду разбросаны множество костей птиц и животных. Кто знает сколько лет им пришлось здесь гнить, прежде чем они стали такого мертвенно-белого цвета? Его положение было весьма незавидным, так еще среди остовов животных он обнаружил человеческие кости…

Он перевели взгляд наверх, но увидел там лишь клубящийся туман.

«Что это за место…? — на его лице застыло мрачное и угрюмое выражение. Его не покидало чувство надвигающейся угрозы. — Интересно, изменения в Культивации внес ураганный ветер… или это результат влияния этого места».

Ему потребовалось немало времени, чтобы собраться с силами и, сжав зубы, кое-как встать на ноги. Хватаясь за торчащие из земли камни, он медленно побрел вперед. За время горения палочки благовоний он добрался до стены из черного камня. Стена уходила вверх, но из-за тумана наверху невозможно разглядеть ее окончания. К этому моменту он уже понял, что скорее всего находится на дне глубокой пропасти.

«Получается ветер от крыльев Птицы Пэн зашвырнул меня на дно пропасти. Нет смысла гадать в какой части Государства Дунлай я сейчас нахожусь, толку не будет. Нужно как можно скорее восстановить Культивацию, после чего я смогу выбраться отсюда».

Спиной он оперся о каменную стену и медленно опустился на пол, дабы собраться с силами. Время шло. Не имея возможности увидеть неба, он не имел ни малейшего представления сколько прошло времени. Постепенно сила начала возвращаться в его израненное тело. Он еще раз попробовал залезть в сумку ИньЯнь, но не преуспел. В конце концов ему пришлось убрать её. Неподалеку он заприметил ветку толщиной с его руку, опираясь на нее, он медленно побрел дальше.

«Если это дно обрыва, значит у него должен быть конец, у всех обрывов есть конец», — утешал себя Мэн Хао.

Стояла гнетущая тишина. Единственный звук нарушавший беззвучную идиллию — стук его сердца. Он сделал глубокий вдох и решил, что будет исследовать это место, пока не найдет выход наружу. Он медленно и осторожно продвигался вперед, место было довольно жутковатым, кто знает какие опасности оно скрывает. Несмотря на предположительную опасность он не мог просто сидеть на месте.

Прошло около четырех часов, Мэн Хао чувствовал, как идет процесс восстановления. Он вошел на стадию Возведения Основания с великой завершенности Конденсации Ци, поэтому его тело было намного крепче, чем раньше. Но спустя столько времени безуспешных поисков его изначальный оптимизм начал гаснуть. На самом деле, чем дальше он шел, тем больше становилось камней на земле. Спустя примерно час, он внезапно замер. Его глаза таинственно заблестели, а рот растянулся в холодной улыбке.

Впереди на одном из этих диковинных камней кто-то лежал. Изорванное белое платья обнажало гладкую кожу. Длинные растрепанные волосы… Чу Юйянь. Она была без сознания, неподалеку лежала маленькая черная сеть.

Мэн Хао медленно приблизился, глаза его сверкали. Он коснулся пальцем места у нее под носом, следом положил руку на обнаженный живот. Кожа была мягкой и приятной на ощупь. Он сильно надавил на живот, после чего отошел в сторону и забрал черную сеть.

«Она жива. Ее Культивация на месте, однако ее тоже что-то подавляет. Ей ни за что не коснуться духовной энергии».[1] Его проницательные глаза долгое время смотрели на Чу Юйянь, и тут он расхохотался. «Я знаю, ты пришла в себя. Хватит притворяться».

Чу Юйянь не пошевелилась. Мэн Хао холодно хмыкнул и ткнул в нее своей длинной веткой.

Ее глаза резко открылись и холодно уставились на него. На это Мэн Хао лишь наигранно улыбнулся. Внезапно он понял, что до сих пор в этой пропасти было невероятно скучно. Его взгляд скользнул по телу Чу Юйянь, ее изящным формам, коже не прикрытой разорванным платьем и даже по краешку её красного дудоу. Все вместе создавало невероятно притягательный образ.

Она внезапно залилась краской, но каждый раз, когда она смотрела на него, ее глаза метали молнии. Попытавшись прикрыться, она застонала от боли. Этот стон прозвучал очень необычно в давящей тишине пропасти. Услышав его, Мэн Хао рассмеялся.

«Чего смеешься, ты презренная, грязная скотина!»

Глаза Мэн Хао походили на две льдинки, он замахнулся и ударил ее по лицу: «Замолчи».

«Ты!!!» — она была буквально вне себя от ярости, на ее красивом лице медленно проступил красный отпечаток ладони. Пощечина Мэн Хао оказалась весьма увесистой, ее тело задрожало. За всю жизнь никто не смел и пальцем её коснуться, даже Ван Тэнфэй относился к ней очень уважительно.

Прозвучал еще один хлопок, покрасневшее место обожгла вторая пощечина.

«Я же попросил тебя замолчать, — произнес он спокойно, — Ван Тэнфэй может и сдувает с тебя пылинки, но для меня ты пустое место».

Она стиснула зубы и посмотрела ему прямо в глаза. С подавленной Культивацией сейчас она ничем не отличалась от обычной смертной. Внезапно глубоко внутри Чу Юйянь начало зреть недоброе предчувствие. До этого она была Избранной могущественной и уважаемой, теперь же она была слабой женщиной в полной власти Мэн Хао.

[1] Он коснулся ее живота, поскольку считается, что даньтянь (место-хранилище духовной энергии) находится внизу живота.

Глава 113. Алтарь в Озере

«Отдых окончен, — холодно отчеканил Мэн Хао, — поднимайся, ты пойдешь первая».

Чу Юйянь ничего не сказала. Скрипя зубами, она неуверенно встала на ноги, отчего обнажилось еще больше белой кожи. Ее бледное лицо в момент стало пунцовым, сейчас она ненавидела Мэн Хао даже сильней, чем Ван Тэнфэй. Но без доступа к собственной Культивации она была обычной хрупкой девушкой. В этом плане она сильно отличалась от Мэн Хао. Несмотря на то, что он до этого был ученым, сила и крепость его тела во много раз превосходила обычных Практиков. Безусловно он уступал Практикам, которые исключительно тренировали собственное тело, но в плане восстановления и силы он давно перешагнул границу обыденности. Иначе он бы не смог прийти в себя намного раньше, чем Чу Юйянь.

Она молча повиновалась и пошла первой, огонь ярости в ее сердце разгорался всё ярче. Мэн Хао всё прекрасно понимал. Он шел позади и разглядывал ее изящную фигуру. Дыры в ее платье обнажали немалую часть кожи на спине. Настоящей причиной, почему Чу Юйянь шла первой была его осторожность, неизвестно какие опасности ждут впереди. Она станет своего рода флюгером, при малейшем намеке на ветер, он будет предупрежден заранее. Так они и двигались, друг за другом. При необходимости Мэн Хао корректировал направление и давал дополнительные инструкции. Чу Юйянь оставалось только одно: стиснуть зубы и повиноваться. Ненависть к Мэн Хао просочилась даже в ее кости. И все же она могла только слушаться его. Бродя среди камней, как им казалось вечность, им начало казаться, что они обошли уже каждый уголок. Куда ни глянь всюду высились монолитные каменные стены и ни намека на выход. Странные камни, дополненные белеющими костями различных животных и птиц, составляли весь пейзаж. Может это место было своего рода смертельной ловушкой?

Мэн Хао стал говорить заметно меньше. Настроение Чу Юйянь тоже ухудшилось, пока в ее глазах не появился отчаянный блеск. Они следовали вдоль стены, пока до них не дошло, что они ходят по кругу. Иногда они останавливались, чтобы перевести дух.

Однажды они оказались в месте, где было особенно много костей. Внезапно они увидели впереди озеро. На берегу валялось множество костей, большинство из которых принадлежали людям. Сложно сказать, сколько лет они тут пролежали. Место источало жуткую ауру, а воздух был пропитан запахом крови. Более того вместо воды в озере была кровь.

Стоило Чу Юйянь приблизиться к озеру, как по его поверхности пошла рябь, Мэн Хао тут же замер. Кровь отлила от лица Чу Юйянь, а ее саму затрясло. Каждая клеточка Чу Юйянь кричала о страшной опасности, словно в темных водах скрывалось некое ужасающее существо, которое сейчас смотрело на нее.

«Медленно отойди, — сказал Мэн Хао мягко, сам он стоял чуть дальше от озера, чем девушка, — не паникуй, аккуратно, шаг за шагом».

Закусив губу, Чу Юйянь медленно отошла на несколько метров. Вода забурлила и из глубин раздался пронзительный вопль. Чу Юйянь со всех ног бросилась бежать. Вместе с воплем из воды медленно поднялся темно-зеленый каменный алтарь. Вокруг алтаря забурлила вода, и тут из кровавого озера медленно показались фигуры, сложно сказать были то мужчины или женщины, на них не было кожи, только красная плоть. На своих плечах они медленно поднимали алтарь из пучин озера. Сто пятьдесят метров в диаметре, когда алтарь поднялся из вод озера, то начал источать болезненное красновато-зеленое сияние. На вершине алтаря высился каменный трон из такого же темно-зеленого камня, как и алтарь. На троне восседал мертвец, вокруг него вилась аура смерти, а лицо его скрывала белая, безликая маска.

Глаза Мэн Хао сузились, он не смел пошевелить и мускулом. Чу Юйянь бледная как простыня замерла, не в силах пошевелиться. Спустя где-то десять вдохов каменный алтарь начал медленно погружаться обратно в пучину. Вновь кровавая поверхность озера стала гладкой, как зеркало, и вновь опустилась тишина. Мэн Хао облегченно выдохнул и медленно начал пятиться, Чу Юйянь следом. Отойдя от озера на триста метров, чувство неминуемой угрозы в их сердцах медленно рассеялось.

«Что это было…» — выдавила Чу Юйянь, впервые за много дней она заговорила первой. Ее голос звучал слабо и хрипло.

Вместо ответа Мэн Хао пошел назад. Чу Юйянь немного поколебавшись последовала за ним. Они вернулись к стене обрыва, к месту, где они ранее обнаружили естественную пещеру. Внутри Мэн Хао сел на землю и скрестил ноги, Чу Юйянь прижалась спиной к стене пещеры и обхватила ноги руками. Ее пустой взгляд устремился наружу. Она была гордой женщиной, но произошедшее вкупе с подавленной Культивацией и присутствием этого мерзкого Мэн Хао постепенно заполнило сердце губительным отчаянием. Ее последний лучик надежды возлагался на Секту Пурпурной Судьбы, быть может они смогут отыскать и спасти ее.

Но она попала в очень странное место, которое может подавить Культивацию. Скорее всего оно может подавить и поисковую метку Секты Пурпурной Судьбы на ее теле, поэтому помощь ждать не стоит. Ее одежда превратилась в лохмотья, которые едва ли что-то прикрывали. Больше половины ее тела было выставлено на показ, особенно в такой откровенной сидячей позе. Ее обнаженные ноги были практически полностью видны.

Время шло. Каждый раз, когда по его прикидкам проходили сутки, Мэн Хао клал небольшой камушек в кучку неподалеку от себя. Уже набралось восемь камней, согласно его расчетам, прошло около восьми дней. Их заблокированная Культивации предотвращала рассеивание духовной энергии. Одно хорошо, они не нуждались в еде, но в этом месте начисто отсутствовала духовная энергия, если так и дальше пойдет, голод со временем вернется и начнет нарастать. Раз они застряли в месте, куда ворон костей не заносит[1], они отчаянно нуждались в духовной энергии неба и земли… вот только её здесь не было.

Половину времени, за эти восемь дней, Мэн Хао тратил на попытки пробиться через некую силу блокирующую Культивацию. Он надеялся хотя бы суметь открыть свою бездонную сумку, однако пока сумка оставалась закрытой. Вторую часть времени он вместе с Чу Юйянь пытался найти выход, но даже после всех этих поисков они ничего не нашли. Единственной их находкой стали множество змей, притаившихся среди костей и камней.

«Я думаю, мы в спящем вулкане, — предположила Чу Юйянь, — а не просто в какой-то дыре в земле». Она сидела в маленькой пещере и смотрела наружу. Она до сих пор не могла принять своего вынужденного сотрудничества с Мэн Хао, но сама придумать способа выбраться отсюда она не могла. Мэн Хао молча сидел у входа в пещеру и хмурил лоб.

Чу Юйянь какое-то время наблюдала за сидящим Мэн Хао и внезапно выпалила: «Мне нужна новая одежда!» Взгляд ее глаз был серьезен и искренен, во всяком случае по сравнению с предыдущими днями. Несмотря на ее изможденный вид, подобный взгляд заставил бы сердце любого мужчины пойти на что угодно ради этой красавицы.

«У меня ее нет», — ответил он равнодушно и сомкнул глаза.

«У тебя наверняка есть хоть что-то в этой бездонной сумке».

Ее одежда напоминала грязные лохмотья, которые закрывали лишь половину ее тела. Теперь из-под них выступало еще больше ее нижнего белья, ее кожа даже на вид казалась мягкой и гладкой. Наполовину прикрытая, наполовину обнаженная, невероятно соблазнительное зрелище. Глаза Мэн Хао резко открылись и холодно посмотрели на Чу Юйянь. Его взгляд скользнул по ней, по ее телу, изгибам, привлекательным чертам лица. Большинство мужчин уже давно бы обуял неконтролируемый жар. Восемь дней назад даже пожелай ему бы не удалось увидеть тело Чу Юйянь. А если бы смог, она бы это так просто не оставила до самой его смерти. Но сейчас… когда Мэн Хао посмотрел на нее, она неосознанно прикрыла только свою грудь. Она никак не могла помешать ему разглядывать себя.

«Ты права, — медленно согласился Мэн Хао, — у меня в бездонной сумке есть запасная одежда, но я не могу ее открыть из-за недостатка духовной энергии в этом месте».

«Я знаю один способ, — тихо сказала она, — существует метод открыть твою бездонную сумку и выудить оттуда одежду».

Он невозмутимо смотрел на девушку, после такого неожиданного заявления выражение его лица даже не дрогнуло. Чу Юйянь изначально полагала, что стоит ей поведать ему о способе открыть сумку, как он тут же забросает ее вопросами. После очень длинной паузы она поняла, что разговаривать Мэн Хао не намерен. Холодно хмыкнув, она продолжила: «Мой метод Культивации из Секты Пурпурной Судьбы зовется ‘Пурпурный Ци с Востока’[2]. Два человека могу практиковать его вместе. Несмотря на подавление духовной энергии, если я научу тебя этому методу, вместе у нас появится шанс открыть твою бездонную сумку».

Он некоторое время раздумывал, а потом отрицательно покачал головой: «Верится с трудом, если конечно ты не объяснишь подробней».

«Верить или нет — холодно сказала Чу Юйянь, — это твое дело. Если ты не веришь мне, тогда просто забудь о том, что я сейчас сказала».

Она переместилась в дальний угол пещеры. От взгляда Мэн Хао она неосознанно попыталась прикрыться, а когда поняла в какой откровенной позе сиди, тут же обхватила руками колени.

«У меня немного одежды, но тебе хватит, конечно, если она тебе не нужна, тогда можешь забыть о том, что я сейчас сказал», — произнес он спокойно и закрыл глаза.

Целый час Чу Юйянь скрежетала зубами в борьбе с самой собой. Чего она не могла вынести, так это свой полуобнаженный вид. Вскоре даже остатки ее одежды не смогут прикрывать ее наготу.

Наконец она выдавила сквозь зубы: «Я потеряла свою бездонную сумку в урагане, поэтому не могу проверить эту теорию. Но мой метод должен сработать. Пурпурный Ци с Востока необычная техника, пришедшая из Восточных Земель. Если два человека начнут практиковать ее вместе, с ее силой можно отпереть врата небес. Если ты до сих пор мне не веришь, я могу научить тебя первой мнемотехнике Пурпурного Ци с Востока. Когда ты овладеешь ей, я научу тебя второй, а потом третьей. Тогда ты сможешь попробовать открыть бездонную сумку, всё что мне нужно — это немного одежды».

Мэн Хао открыл глаза и посмотрел на девушку. Его лицо ничего не выражало, но глубоко внутри он холодно усмехнулся. Невзгоды и трудности, пережитые им в Государстве Чжао, многому его научили, не стало больше зеленого юнца, коим он был раньше. Теперь Мэн Хао стал намного сметливей. Как он мог не понять, что она пытается заманить его в ловушку?

«Я слушаю», — сказал он сухо.

[1] Обр. в знач. — очень далеко.

[2] Пурпурный Ци с Востока (紫气东来 цзы ци дун лай, еще переводится как фиолетовое сияние на востоке) — это явление считается благоприятным предзнаменованием, место, где появляется это сияние, называют землей сокровищ, там рождаются императоры, князья, люди «голубой крови»

Глава 114. Премного Благодарен, Собрат Даос Чу

«Пурпурный Ци с Востока, культивируй Девять Пурпурных Ци неба и земли, открой путь методу, пришедшему с Востока, постигни восход солнца и луны, просвети сердце и его волю, созерцай великолепие палящего солнца, вкуси лунный свет…» — Чу Юйянь начала медленно декларировать секретную технику Секты Пурпурной Судьбы сидящему в глубоких раздумьях Мэн Хао.

За её фасадом подобострастия скрывалась издевка: «Очевидно он догадался, что моя цель не одежда, но я смогла зацепить его, ведь он не меньше меня хочет открыть бездонную сумку. Он точно не станет тратить этот краткий миг на то, чтобы вытащить одежду. Скорее всего он вытащит магический предмет или целебную пилюлю. Вот только неважно, что он достанет, стоит ему завершить технику Пурпурный Ци с Запада, как она тут же его искалечит!» По прелестному лицу девушки скользнула тень сомнений, пока она продолжала декларировать мнемотехнику.

Это, конечно же, был не Пурпурный Ци с Востока, а секретнейшая мнемотехника, созданная Сектой Пурпурной Судьбы — Пурпурный Ци с Запада. Даже Ван Тэнфэй ничего не знал о ней. Ей обучали только особых членов Секты для того, чтобы обеспечить духовной энергией и жизненной силой Избранных! Каждый Избранный Секты Пурпурной Судьбы может выбрать одного человека, дабы вместе с ним практиковать Пурпурный Ци с Запада. После удачного применения техники, этот человек становился кем-то вроде клона Избранного, вслед за чем Избранный может вобрать в себя его Культивацию и жизненную силу при помощи Пурпурного Ци с Востока. При процедуре обязательно присутствует Старейшина Секты, чтобы подавить любые попытки к сопротивлению и стабилизировать передачу. Именно эти две техники позволили Секте Пурпурной Судьбы занять ее нынешнее высокое положение в Южном Пределе.

До сих пор Чу Юйянь еще не доводилось использовать силу Пурпурного Ци с Запада, но кроме этой техники её ничего не приходило в голову. Несмотря на всю ее мощь, техника обладала весьма опасными побочными эффектами, по этой причине при процедуре обычно присутствовал Старейшина Секты, готовый в случае непредвиденных осложнений оказать содействие.

«Если у тебя возникнут трудности с первой мнемотехникой, я могу дать тебе немного своей крови, — сказала Чу Юйянь спокойно, основной причиной, почему она обучала его технике Культивации заключалась в том, что даже открой он бездонную сумку, техника так или иначе навредит ему, — сейчас нельзя увидеть солнца, а без солнца или луны, очень трудно вбирать Пурпурный Ци. Немного его содержится в моей крови, поэтому она поможет тебе с техникой».

Мэн Хао задумчиво смотрел на Чу Юйянь, но внутри он ехидно ухмылялся, прежде чем она успела произнести первую строчку мнемотехники он уже догадался, что она замыслила недоброе, только пока не ясно, что именно. Услышав первую мнемотехнику, у него начали появляться определенные догадки. Он резко поднялся, подошел к Чу Юйянь. Нагнувшись, он схватил ее за волосы и притяну голову поближе к себе. Она пыталась вырваться, но он оказался намного сильнее. Чем больше она сопротивлялась, тем больше выставляла свое тело на обозрение.

«Мэн Хао, что ты творишь?!» — закричала она, ее лицо исказилось от страха. Их губы разделяло всего пара сантиметров, они находились так близко друг от друга, что она могла почувствовать его дыхание. Руки крепко держали ее за волосы, подобно железным тискам, не давая ей пошевелиться.

«Тебе не нужно давать мне кровь, я сам ее возьму», — он отвел голову в сторону и безжалостно укусил ее в плечо, вонзив зубы глубоко в нежную плоть.

Тело девушки дрожало, но в ее глазах пылала жгучая ненависть. Он был настолько близко, что она могла почувствовать тепло его тела. Издали они напоминали парочку обнявшихся влюбленных. Мгновением позже Мэн Хао ослабил хватку и поднялся. Даже не посмотрев в ее сторону, он вернулся на свое место и погрузился в медитацию. Кровь тонкой струйкой стекала из уголков его рта. С закрытыми глазами он принялся за Культивацию мнемотехники. У Чу Юйянь ушло немало времени, прежде чем она смогла прийти в себя.

«Посмотрим, как ты запоешь, когда закончишь практиковать эту технику, — подумала она, гневно буравя взглядом Мэн Хао, — я заберу всю твою Культивацию до последней капли, а потом порублю тебя на мелкие куски. С помощью новообретенной Культивации я приведу в действие метку в моем теле и подам сигнал о помощи Секте Пурпурной Судьбы».

Она скрежетала зубами, на секунду могло показаться, что они могут не выдержат и раздробятся. Про себя Чу Юйянь поклялась воздать сторицей этому мерзавцу Мэн Хао за всё, что он с ней сделал, особенно за болезненный укус на ее плече. С таким обращением было очень непросто смириться кому-то вроде неё.

Через несколько часов глаза Мэн Хао распахнулись. Радужка его глаз совсем немного окрасилась в фиолетовый цвет, Чу Юйянь сразу же почувствовала себя лучше.

«Вторая мнемотехника», — небрежно бросил Мэн Хао.

Без колебания Чу Юйянь начала декларировать вторую мнемотехнику: «Пурпурный Ци возвратится в озеро, окрасив берега Дао Колонны, Девять оборотов вокруг трех кругов, рождение Пурпурного Дракона…»

Прошло много времени, даже больше чем в прошлый раз. В сердце Чу Юйянь потихоньку начали закрадываться сомнения: «Еще в Секте человек, выбранный Старшим Братом Ли для практики Пурпурного Ци с Запада, под неусыпным взором Старейшины управился всего за два часа. Почему у Мэн Хао это занимает столько времени?»

Четыре часа к ряду она не находила себе места, наконец Мэн Хао открыл глаза. Пурпурный цвет стал явственней. Чу Юйянь облегченно вздохнула: «Вероятно, всё дело в его совершенно заурядном скрытом таланте, поэтому он культивирует технику так долго».

Следом она продекламировала ему третью мнемотехнику. Мэн Хао довольно долго что-то обдумывал, после чего закрыл глаза и погрузился в медитацию. В этот раз у него ушло еще больше времени, он закончил лишь спустя два полных дня. Когда он открыл глаза, радужка стала полностью фиолетовой, и от глаз исходило свечение того же цвета. На самом деле от всего его тела струился едва уловимый пурпурный свет.

Изначальные опасение Чу Юйянь быстро рассеялись при виде фиолетовых глаз юноши, даже ее Культивация рьяно задвигалась. Она приняла решение.

«Последняя ступень, — подумала она, — и когда мы закончим, ему конец!»

Ее ресницы слегка подрагивали, когда она сказала: «Теперь мы будем практиковать Культивацию вместе. Когда мы объединим наши силы, бездонная сумка откроется. Будь внимателен и не упусти этот момент, у нас будет всего пара мгновений, если ты не успеешь залезть в бездонную сумку — второй попытки не будет».

Пока она говорила, ее отвращение к нему казалось приняло физическую форму и осело на нем. Она подняла вверх руки.

«Еще немного, — подумала она сквозь холодный смех, — и все будет кончено».

На лице Мэн Хао застыло бесстрастное выражение, его фиолетовые глаза смотрели на Чу Юйянь, не мигая. Он вытащил сумку ИньЯнь и положил неподалеку от себя. Он тоже поднял руки и соединил вместе их ладони. Внезапно Культивации обоих, до этого подавленные, закипели. Реакция усиливалась, из их тел начал выделяться белый Ци. По лицам обоих градом валил пот. Одновременно с этим Мэн Хао ясно ощущал, как нечто зовет пурпурную духовную энергию в его теле. Она помчалась к его ладоням, а через них к ладоням Чу Юйянь. Фиолетовый свет в его глазах начал меркнуть.

В эту секунду Мэн Хао внезапно почувствовал, как сдерживающая Культивацию сила немного ослабла. Без колебаний Мэн Хао запустил руку в сумку ИньЯнь, она засияла и что-то появилось из ее глубин.

«Пурпурный Ци с Востока и Запада, объединись!» — воскликнула Чу Юйянь, не обращая внимание на предмет покинувший сумку ИньЯнь. Ее глаза ярко сверкали.

В этот момент сила Культивации Мэн Хао мчалась к Чу Юйянь, внезапно она почувствовала, как ее собственная энергия дрогнула… Буквально за пару вдохов Культивация Мэн Хао начисто испарилась, она не могла вобрать ни капли больше.

«Это же Практик стадии Возведения Основания, не может быть, что я смогла вобрать так мало… Это…» — её лицо слегка перекосило, когда она посмотрела на Мэн Хао, который насмешливо ухмылялся. Сейчас из его глаз полностью исчез пурпурный свет.

Сердце Чу Юйянь екнуло, а на лице застыло неверие.

“Ты…» — выдавила она, пытаясь отползти назад.

«Премного благодарен, Собрат Даос, Чу», — невозмутимо сказал Мэн Хао. Он поднял руку и предмет из сумки ИньЯнь приземлился ему в ладонь. Это был кристалл, но не совсем обычный, а один из трех самых больших Духовных Камней, что у него остались!

Бледная, она как могла вжалась в каменную стену. Ее сердце бешено стучало, в голове крутилась только одна мысль: «Как Пурпурный Ци с Запада мог не сработать?» Она своими глазами видела, как этот мерзавец практиковал эту технику. Фиолетовый цвет глаз тоже нельзя подделать. Если бы он умудрился ее обмануть, тогда бы ее Культивация не закипела и ей не досталось ни капли духовной энергии.

Ее начало заметно трясти. Этот план был составлен в порыве вдохновения, разумеется у него были недостатки. В этой авантюре она была на все сто уверена, что смогла зацепить его, а это значит, что обратной дороги у него не было.

Но факты говорили об обратном. Душа Чу Юйянь ушла в пятки, глядя на Мэн Хао, она внезапно осознала насколько этот человек был непредсказуем. И это чувство крепло с каждой секундой.

Если бы на этом всё кончилось, не было бы поводов для паники. Ее глаза остановились на духовном камне в руке Мэн Хао. То, что она увидела, заставило ее начать судорожно ловить ртом воздух.

«Это же… духовный камень сверхвысокого качества!» — пораженно прошептала она.

Глава 115. Хочешь выбраться отсюда?

Мэн Хао мельком скользнул по Чу Юйянь взглядом, затем рассек ладонь об острый камень неподалеку. Когда брызнула кровь Мэн Хао вонзил большой духовный камень прямиком в рану. Чу Юйянь ахнула, глядя на разворачивающуюся сцену, она буквально сама чувствовала насколько это было больно. Вот только Мэн Хао даже не моргнул. По сравнению с болью во время вспышек яда, это был смехотворный порез. Как только духовный камень коснулся рассеченной плоти, он внезапно ощутил головокружительный взрыв духовной энергии. Его глаза сверкнули подобно громовой вспышке. Его подавленная Дао Колонна внезапно задрожала и начала быстро поглощать духовную энергию, затем она послала ее циркулировать по телу Мэн Хао. Вот только второго Ядра моря больше не было… На самом деле техника Чу Юйянь не сработала на Мэн Хао из-за его второго Ядра моря. Он практиковал Пурпурный Ци с Запада, но только во втором Ядре море, где не было Дао Колонн. По этой причине ему потребовалось столько времени, поэтому Чу Юйянь досталась только сила второго Ядра моря Мэн Хао, вместо солнца она получила крохотного светлячка.

С вновь циркулирующей Культивацией Мэн Хао хлопнул по бездонной сумке и призвал Флаг Грома. Когда его окружил туман, в котором потрескивало электричество, Чу Юйянь побледнела и начала пятиться. Она завороженно смотрела на туман, не в силах что-либо предпринять. Под защитой тумана Мэн Хао закрыл глаза и продолжил циркулировать Культивацию. Подавляющая сила никуда не делась, но Мэн Хао, наконец, начал ощущать движение в Культивации. Первая ступень Конденсации Ци, вторая, третья… В итоге он овладел силой равной седьмой ступени Конденсации Ци.

Он сделал глубокий вдох. Туман вокруг сгустился в маленький флаг, который Мэн Хао положил в рот. Он поднял сумку ИньЯнь и вытащил оттуда целебную пилюлю, которая, оказавшись у него на ладони, начала медленно затягивать рану на его руке. Что до большого духовного камня, он по-прежнему торчал из раны, если бы он его вытащил, то Культивацию вновь подавили, и он вернулся к состоянию смертного. Сейчас в его распоряжении находилась сила не выше седьмой ступени Конденсации Ци.

Не обращая внимания на Чу Юйянь, он вытащил из сумки ИньЯнь деревянный меч и верхом на нем полетел вверх в луче радужного света. Из небольшой пещеры Чу Юйянь с горечью смотрела, как Мэн Хао растворился в тумане. Наступившая тишина принесла с собой необъяснимое чувство одиночества, которое затопило все вокруг, в том числе Чу Юйянь. Она тихо рассмеялась. Застряла на дне никому не известного вулкана, где ее никто не найдет. Нечто похожее вероятно испытывает человек, которого похоронили заживо.

Мэн Хао на деревянном мече вскоре преодолел завесу тумана, его глаза ярко сверкали. Скорость полета совсем немного возросла. Всё-таки ему была доступна сила всего седьмой ступени, к тому же его тело находилось не на пике формы. Когда туман полностью рассеялся, перед Мэн Хао раскинулось звездное небо. С появлением звезд лицо юноши озарила довольная улыбка. Но тут его глаза сузились, и он остановился. Он не вылетел из жерла вулкана, а завис в воздухе, глядя на выход.

Если бы не его обычная осторожность, то он наверняка пропустил прозрачный щит, своего рода печать, которая перекрывала кратер вулкана. Глаза Мэн Хао сверкнули, и он вытащил из сумки ИньЯнь летающий меч. Взмахом рукава он метнул его в щит. Стоило мечу коснуться прозрачного щита, как он беззвучно обратился в пепел.

Мэн Хао угрюмо выплюнул Флаг Грома. Он превратился в туман, который рванул к щиту. Флаг мог выстоять против мощи Возведения Основания, но пробиться сквозь щит так и не смог. Он рассыпался и в нем появились первые признаки полного разрушения. Втянув полную грудь воздуха, Мэн Хао призвал Флаг Грома обратно. После всего пары секунд на его поверхности появилось несколько трещин.

«Получается, войти в это место нетрудно, но покинуть его нельзя? Даже Флаг Грома не в силах пробиться наружу. Интересно, какая участь ждала бы меня, если бы я неосторожно налетел на этот щит…» — нахмурился Мэн Хао.

Снаружи мягко сияли звезды, но выход из кратера перекрывал щит. После небольшой паузы он вернулся вниз, к туманному жерлу вулкана, огляделся и направился к куче камней неподалеку. Мгновением позже он снова полетел вверх, зажав в руках трехметровую змею. Змея отчаянно извивалась, с ее зубов капал яд, но Мэн Хао держал ее за голову, поэтому она не могла его укусить. Вернувшись к щиту, он швырнул в него змею. От соприкосновения со щитом змею постигла та же участь, что и меч — плоть змеи превратилась в кровавое марево. Нетронутый змеиный скелет упал в клубящийся внизу туман.

Мэн Хао сделал глубокий вдох и с тревогой посмотрел на щит впереди, после чего с холодной улыбкой хлопнул по сумке ИньЯнь. Появилось множество летающих мечей. Одно движение пальцами и плеяда клинков полетела к каменной стене. С грохотом мечи проделали в камне дыру, но, когда мечи прошли чуть глубже прозвучал звон, как будто золото ударило о железо. Мэн Хао заглянул в дыру, а затем посмотрел на каменную стену. Камень был темно-зеленого цвета, на его поверхности слабо поблескивали магические символы. Очевидный признак сдерживающего заклятья.

Из горла Мэн Хао вырвался вздох. Он испробовал еще несколько методов, но результат у всех был один. В конце концов он вырезал в скале маленькую пещеру и сел там, скрестив ноги. Глаза его не мигая смотрели на щит. Так он просидел семь дней, всё это время пробуя всё, что приходило в голову, но щит не поддавался. В таком ключе прошел целый месяц вынужденного заточения.

Чу Юйянь на дне вулкана, конечно же, обо всём этом не знала. Она предположила, что Мэн Хао давно сбежал. В первый день она сидела снаружи пещеры, вяло обхватив ноги руками. Нынешний ее вид кардинально отличался от той красавицы, которой она была совсем недавно. Теперь она больше походила на увядающий цветок. На третий день она так и не сдвинулась со своего места, только ее лицо стало еще бледнее, а в глазах застыло отчаяние.

Третий день, пятый, восьмой… Вскоре наступил десятый день, а следом тринадцатый. С каждым днем отчаяние в ее глазах становилось все явственней, а желудок ее предательски урчал. Постепенно за отсутствием нормальной одежды даже ее тело продрогло. Ей казалось, что она единственный живой человек на всем белом свете. Покинутая, одинокая, потерявшая всякую надежду. Когда Мэн Хао был здесь, этих чувств не возникало. До этого она настолько сильно его ненавидела, что всей душой желала ему долгой и мучительной смерти. Спустя тринадцать дней одиночество подобно огромной горе начало давить на ее плечи. На ум приходило только одно объяснение ее нынешнего незавидного положения: ни капли Ци не может покинуть это место, иначе бы Секта Пурпурной Судьбы уже давно нашла ее. Но вот, спустя почти месяц никто так и не пришел ей на помощь.

Прошел двадцать третий день, потом подошел к концу двадцать шестой. В гнетущей тишине страх в ее сердце нарастал словно снежный ком. Все ее тело дрожало, она никогда в жизни не чувствовала себя настолько одинокой. В этой давящей тишине ей начало казаться, что она угодила в своего рода иллюзию. Со временем появилось чувство будто вокруг нее бродят тени. Сейчас она перестала быть Избранной из Секты Пурпурной Судьбы, а стала обычной беззащитной девушкой. Она стиснула зубы, стараясь не проронить ни звука и сдержать подступающие слезы.

Последний месяц Мэн Хао, окруженный грозовым туманом сидел поблизости от щита. Ни одна из его идей по преодолению невидимой преграды не сработала, щит как ни в чем не бывало мерцал на выходе из вулкана. Казалось он даже не пропускал голос, хотя это мало что меняло, за столько времени он ни разу не увидел пролетающего над кратером человека. Однажды ночью разразилась чудовищная гроза. Ливень падал сквозь щит прямиком на грозовой туман Мэн Хао. Внезапно прозвучал раскат грома, а на темном небе сверкнула молния. Глаза Мэн Хао слегка сузились. Он внимательно следил за щитом. В эту секунду с неба ударила очередная молния. В глазах Мэн Хао вспыхнул огонек. Он заметил, что после каждого удара молнии по щиту проходит рябь.

«Похоже молния может повлиять на щит… Если прямо в него ударит молния, тогда есть шанс, что щит откроется», — подумал Мэн Хао, ощущая ускорение своего сердцебиения. Он направил вперед целую кучу железных летающих мечей в надежде привлечь молнию. Однако пока шла гроза клинки так и не сумели привлечь хотя бы один разряд. Несмотря на неудачу гроза вселила в него надежду.

«Я не могу привлечь молнию, возможно из-за самого щита. Если бы только был способ вызвать молнию и вскрыть ей щит… Нужно придумать способ вызвать грозу. Мне нужно… а что, если…» — его лицо оживилось от внезапно нахлынувшего вдохновения.

Он вытащил кусочек панциря из сумки ИньЯнь, на котором была записана формула Пилюли Совершенного Основания. Мэн Хао внимательно перечитал текст несколько раз, в процессе чтения свет в его глазах становился ярче, пока они решительно не сверкнули.

«Возведение Совершенного Основания не позволено Небесами, и вызовет Треволнение Грома…»[1]

Он убрал кусочек панциря обратно в сумку и надолго задумался. Спустя какое-то время его тело исчезло в клубящемся внизу тумане. Вскоре он достиг дна вулкана и Чу Юйянь. Он посмотрел на ее разочарованное, бледное лицо.

При виде юноши она инстинктивно выпалила: «Ты…»

«Ты ученица Грандмастера Дух Пилюли, — перебил Мэн Хао холодно, — ты что-то смыслишь в алхимии?» Она молча кивнула.

«Раз так, хочешь выбраться отсюда?!» — его глаза сверкнули. Когда до нее дошел смысл сказанного, она задрожала, а в ее до этого безжизненные глаза постепенно начала возвращаться жизнь.

[1] Грозовое Бедствие заменено на Треволнение Грома. Треволнение – ср. сильное волнение, буря; | * тревога, беспокойство, хлопоты, смятение, колебание духа. Толковый словарь Даля. В.И. Даль.

Глава 116. Название содержит спойлер, поэтому находится в конце главы

«Щит наверху блокирует выход наружу, — равнодушно объяснил он, — я не могу пробить его, но после целого месяца наблюдений, я выяснил, что молнии искривляют его».

Безысходности в глазах Чу Юйянь как не бывало, они вновь сияли жизнью и даже чуточку шармом. Мэн Хао поднял руку и сжал пальцы, с шипением из кучи камней вылетела змея и приземлилась прямо ему в ладонь. Со змеей в руках он спокойно посмотрел на Чу Юйянь, не утруждая себя дальнейшими объяснениями, он схватил ее за упругую талию. Она тут же залилась краской, рука Мэн Хао коснулась ее кожи, изорванный наряд Чу Юйянь сейчас с большой натяжкой можно было назвать одеждой.

На летающем мече он вместе с Чу Юйянь взмыл вверх. Преодолев слой тумана, они оказались рядом со щитом. Мэн Хао швырнул змею в прозрачную завесу. Чу Юйянь не стала отворачиваться и увидела, как плоть змеи превратилась в кровавую дымку, а скелет упал вниз. Судя по выражению ее лица, она явно не ожидала такого поворота. Мэн Хао хлопнул по своей бездонной сумке и запустил в щит дюжину летающих мечей, от столкновения клинки обратились в горстку пепла.

После демонстрации Мэн Хао одарил Чу Юйянь холодным взглядом, после чего крепко прижимая к себе, он вернул их на дно вулкана. В объятиях Мэн Хао она чувствовала себя странно. На земле она сразу же отскочила от него, словно испуганная лань.

«Что за пилюля тебе нужна?» — спросила она спокойно.

«Пилюля Семи Гроз», — сказал он с ничего не выражающим лицом.

«Пилюля Семи Гроз?» — нахмурила брови Чу Юйянь, ей еще не доводилось слышать о такой целебной пилюле.

«Я нашел упоминание о ней в древних руинах, она может вызвать молнии самих Небес. Если ты сумеешь изготовить ее, тогда мы сможем выбраться отсюда», — он замолчал, позволив ей самой оценить плюсы и минусы этого плана. Дальнейшие объяснения наверняка вызовут дополнительные вопросы, а он не хотел случайно направить ход ее мыслей в ненужное русло.

Немного помолчав, она, наконец, приняла решение: «Для изготовления пилюли мне потребуется алхимическая печь».

Хотя ей не доводилось слышать про Пилюлю Семи Гроз, щит она видела своими собственными глазами. Мэн Хао хлопнул по бездонной сумке и вытащил маленькую алхимическую печь размером с руку. Прошлым ее владельцем был Шангуань Сю, как раз в ней он планировал изготовить пилюли.

«Нефритовая Печь Семи Звезде! — пораженно выдохнула Чу Юйянь. Она слышала про нее, несравненного качества и невероятно ценная. Она перевела взгляд с печи на Мэн Хао и сказала. — Помимо алхимической печи мне так же потребуется огонь неба и земли».

Мэн Хао взмахнул рукой и вызвал два деревянных меча. Оба клинка вонзились в землю и спиралью ушли вниз. Через секунду раздался рокот, из земли вырвался поток раскаленного воздуха вместе с двумя деревянными мечами. Из небольшой дыры, вырезанной клинками, полыхнуло пламя. Это был земной огонь. Оказалось, вулкан, куда они угодили, не был потухшим. При помощи своей Культивации Мэн Хао заранее всё проверил и был на семьдесят-восемьдесят процентов уверен, что сможет добыть пламя.

«У тебя есть алхимическая печь и земной огонь, — тихо сказал Мэн Хао, — что еще тебе нужно?»

Чу Юйянь завороженно смотрела на алые язычки пламени, вырывающиеся из дыры в камне. Чувствуя жар пламени, и глядя на алхимическую печь в руках Мэн Хао, она не могла не признать, что это место как нельзя лучше подходит для занятия алхимией.

«Мне нужно восстановить немного Культивации», — сверкнула глазами Чу Юйянь.

Мэн Хао пристально посмотрел на нее, после чего взмахнул рукой и перед девушкой завис в воздухе духовный камень низкого качества. Появление духовного камня вселило в нее надежду, своей изящной рукой она тут же схватила его. Сжав зубы, по примеру Мэн Хао она рассекла ладонь об острый камень. От боли ее лицо побледнело, а тело задрожало. После чего она вонзила духовный камень в рану. Затем она скрестила ноги и погрузилась в медитацию. Когда через час ее глаза открылись, Культивация в теле девушки восстановилась до второй-третьей ступени Конденсации Ци.

«Где рецепт пилюли, — сказала она, поднимаясь, — так же мне понадобиться бездонная сумка».

Ее внешний вид восстановился вместе с Культивацией, ее коже вернулся прежний люстр и мягкое сияние. Она посмотрела на Мэн Хао, который вытащил нефритовую табличку и прижал к своему лбу. Спустя пару секунд он швырнул ее Чу Юйянь, потом передал ей множество целебных трав.

«Пилюля Семи Гроз состоит из семи малых пилюль. На нефритовой табличке записан первый из семи рецептов. У меня ингредиентов всего на две попытки, если ты облажаешься, нам отсюда не выбраться». Он швырнул ей алхимическую печь вместе с пустой бездонной сумкой. Словно говоря, что разговор окончен, он молча сел, скрестил ноги у входа в пещеру и закрыл глаза, погрузившись в медитацию.

Чу Юйянь нахмурилась. Она бесшумно подняла алхимическую печь и положила целебные травы в бездонную сумку. Потом подошла к скважине земного огня и некоторое время внимательно изучала пламя, потом переключила свое внимание на нефритовую табличку.

Мэн Хао сквозь слегка приоткрытые глаза посмотрел на задумчивую Чу Юйянь, после чего вновь их закрыл. Пилюля Семи Гроз, конечно же, была Пилюлей Совершенного Основания. Только изготовив эту пилюлю, он сможет привлечь молнии Треволнения Грома, что в свою очередь поможет ему пробить щит.

Нет сомнений, что в процессе алхимических манипуляций в сердце Чу Юйянь начнут зреть сомнения и подозрения. Однако Мэн Хао это не волновало. Пилюлю Совершенного Основания можно получить только, если собрать все семь малых пилюль, пропусти хоть одну и ничего не выйдет. Сами по себе малые пилюли были абсолютно бесполезны. Только вместе от них будет толк. У Мэн Хао уже имелось две малые пилюли, которые Чу Юйянь не сможет воспроизвести.

«Это очень странное место, — подумал он про себя, — с восстановленной Культивацией нужно еще раз его обследовать. Особенно то кровавое озеро».

С этой мыслью он поднялся, прошествовал мимо сидящей Чу Юйянь и растворился в тумане. Чу Юйянь посмотрела ему вслед, а затем на свою руку из которой торчал духовный камень.

«Духовного камня низкого качества недостаточно, чтобы активировать метку… Нужен хотя бы духовный камень среднего качества. Хотя даже с ним я не до конца уверена в успехе. Спустя целый месяц никто из Секты так и не объявился, это ли не доказательство того, что щит может подавить вообще всё. Пусть так. Я изготовлю Пилюля Семи Гроз для него. Пока это лучший шанс выбраться отсюда».

С легким вздохом она вернулась к нефритовой табличке. Она, как никогда раньше, внимательно изучала ее содержимое, даже со своим учителем она не проявляла столько серьезности, как сейчас.

Семь дней пролетели словно миг. Мэн Хао так и не вернулся к Чу Юйянь, вместо этого он расположился в выдолбленной в скале пещере в трех сотнях метрах от озера крови. Перед ним лежали деревья Весны и Осени. Его лицо было бледным, а тело сотрясала судорога. В руках у него лежало одно из деревьев Весны и Осени. Он открыл глаза и тяжело выдохнул. Его дыхание превратилось в трехцветный цветок, который походил на демоническое лицо. Оно свирепо ухмыльнулось и медленно растворилось в воздухе. Его взгляд скользнул по десяти деревцам, разложенным перед собой. Только что с помощью древа Весны и Осени он успешно пережил вспышку яда.

«Древо Весны и Осени действительно смогло подавить яд, алхимик не соврал», — заключил Мэн Хао, взмахом рукава он сгреб остальные деревья, привел в порядок Культивацию и вновь окинул взглядом кровавое озеро. Они горели решимостью.

«Место невероятно причудливое, словно оно было каким-то образом запечатано. Да и это кровавое озеро… я застрял здесь на целых два месяца, за столько времени кроме того раза у озера я нигде не чувствовал опасности. Не стоит всецело надеяться на Пилюлю Совершенного Основания. В случае неудачи у меня должен быть запасной план. Во всем это месте озеро, пожалуй, выделяется сильнее всего. Более того меня не покидает ощущение, что печать на этом месте каким-то образом связана с кровавым озером».

Он медленно поднялся и вышел из пещеры. Из его рта вырвался электрический росчерк, который превратился в туман и обвился вокруг него. Только после этого он настороженно приблизился к озеру крови. Когда он прошел отметку в триста метром, по неподвижной поверхности озера прошла рябь. Его глаза заблестели, и он сделал еще один шаг вперед.

Чем ближе он подходил, тем неспокойней становилось озеро. Постепенно начал нарастать рокот и из воды на спинах множество кровавых фигур, чьи лица искажала агония, медленно начал подниматься темно-зеленый каменный алтарь. На вершине по-прежнему высился трон, на котором сидел мертвец в маске. Всё выше и выше, пока из воды не показалась уже половина алтаря. Мэн Хао остановился и медленно начал пятиться назад. Он с удивлением заметил, что алтарь тоже прекратил подниматься из воды, и вторя ему, начал медленно опускаться обратно в кровавую пучину.

«Забавно до дрожи», — прошептал Мэн Хао. Он вновь замер, после чего уверенно пошел вперед. С его приближением мужчины и женщины, подпирающие алтарь, завыли. Алтарь тем не менее продолжал подниматься, вскоре он поднялся из озера на сто пятьдесят метров. Мэн Хао замер, он заметил, что под алтарем скрыт некий массивный объект. Снаружи выглядело будто алтарь поднимают эти окровавленные мужчины и женщины, на самом деле его выталкивало нечто в глубинах озера.

Окруженный туманом, Мэн Хао на мгновение даже перестал дышать, затем он вошел в тридцатиметровую зону у озера. Алтарь поднялся еще выше и тут из кровавого озера показалась огромная голова. Алтарь располагался на ее макушке. Он оказался триста метров в диаметре из темно-зеленого камня.

Голова оказалась неживой, а высеченной из камня, когда Мэн Хао добрался до берега, она уже полностью вышла из вод озера. Кровь лилась из всех отверстий этого лица, искривленного в жуткой гримасе. Каменный рот открылся и прогремел голос из глубин веков: «Древний Клан Погибели, Наследие Кровавого Бессмертного. Войди в море крови, девять отворятся в Южном Пределе, возвестив об этом всё сущее. Только один… сможет обрести линию Кровавого Бессмертного!»[1] Голос звенел прямо в голове у Мэн Хао, заполняя череп мощным эхом.

Глава 116. Наследие Бессмертного!

[1] Под линией подразумевается «линия учения». Пример из реального буддизма. Понятие «школы» 宗 предполагает длительность существования и определенную преемственность учения. В силу этого для любой школы важно выстраивание линии передачи учения. Каждая китайская буддийская школа возводила свое основание к той или иной значимой фигуре, реальной или легендарной. В нашем случае, учение возводится к Кровавому Бессмертному.

Глава 117. Небольшое Наказание

Только Мэн Хао слышал этот голос, никто не смог бы почувствовать хотя бы намек на него, даже Чу Юйянь, которая тоже находилась в вулкане, ничего не услышала. Когда голос заполнил голову Мэн Хао, его глаза ярко загорелись.

«Древний Клан Погибели… Невероятно, мы в Древнем Храме Погибели! Наследие Кровавого Бессмертного. Бессмертного… — Мэн Хао застыл словно громом пораженный. Он отлично знал все стадии Культивации, после Зарождения Души идет Отсечение Души, потом Поиск Дао и, наконец, Обретение Бессмертия. Вот только за несколько десятков тысяч лет только семь или восемь человек смогли достичь финальной стадии. Даже стадия Поиска Дао довольно редко встречается. — Наследие Кровавого Бессмертного. Он действительно достиг стадии Обретения Бессмертия или просто взял себе имя Бессмертный…?»

Несмотря на радость, он внезапно вспомнил о поединке Патриарха Покровителя и Лорда Провидение и о двух сказанных тогда словах: «Бессмертный Зари». Его глаза сверкнули, он посмотрел на разинутую пасть огромной головы, там, в глубине, виднелся своего рода тоннель. Первый вошедший знаменует собой начало гонки за Наследием.

«Девять отворятся в Южном Пределе, возвестив об этом всему сущему. Вероятно, это значит… как только я войду внутрь, отворятся девять других ворот к Наследию во внешнем мире. Следом поднимутся ветра, сгустятся тучи и весь мир об этом узнает, так получается? — не очень уверенно пробормотал он, глядя на зев пещеры. — Скорее всего так и есть. Через девять других ворот смогут войти участники поисков Наследия. Один из них будет избран и обретет Наследие Кровавого Бессмертного… Хм, девять мест схожих с этим. Стоит открыться одному и следом отворятся все остальные. Но больше всего меня интересует, открывал ли их кто раньше…»

Внезапно он оглядел берега озера. Вся прибрежная зона была буквально усеяна мертвецки-белыми костями. Большая часть костей принадлежала людям, их сильно сточила вода, очевидно они здесь лежат уже очень долго. Возможно именно это необычное место не давало их окончательно смыть, а наоборот держало на месте всё это время. В любом случае Мэн Хао не дано будет узнать сколько здесь пролежали эти кости, как и узнать были ли эти люди нарушителями или их принесли в жертву, когда строилось это место.

Он надолго задумался и решил пока не входить в этот проем, отлично зная, куда может завести опрометчивость. Он начал медленно пятиться назад, одновременно с ним гигантская голова начала медленно погружаться в воду вместе с алтарем. На отметке в триста метров всё затихло.

По пути Мэн Хао смел рукавом парочку останков в свою бездонную сумку. Он окинул прощальным взглядом кровавое озеро, после чего развернулся и пошел прочь. Вскоре он вернулся к Чу Юйянь снаружи пещеры. Бледная девушка сосредоточила всё свое внимание на алхимической печи. Она вытащила несколько целебных трав, выжала из них весь сок, после чего положила их в алхимическую печь. Мэн Хао сел, скрестив ноги неподалеку от нее, его глаза задумчиво сверкали. Он извлек из сумки один из черепов и принялся внимательно его рассматривать.

«Если я не смогу установить возраст этих костей, тогда о том, чтобы спокойно пуститься в погоню за Наследием Кровавого Бессмертного не может быть и речи», — пробубнил себе под нос Мэн Хао. События в Государстве Чжао преподали ему урок о пользе осторожности. Он поднес череп поближе и еще раз пригляделся.

Вскоре прошло пять дней.

Совершенно замученная Чу Юйянь подошла к Мэн Хао и швырнула ему целебную пилюлю. Она была невероятно красивой, темно-синего цвета, источала едва уловимое синее сияние, однако без единого намека на аромат.

«Первый раз вышел неудачным, но со второй попытки я преуспела. Вот пилюля, что ты просил. А теперь дай мне одежду» — в ее глазах, когда она смотрела на него, сквозило изнеможение. Эта была цена за возможность применить алхимию.

Мэн Хао поднял целебную пилюлю, покрутив ее немного в руках, он убрал пилюлю в свою бездонную сумку, после чего вытащил очередную нефритовую табличку вместе с двумя комплектами ингредиентов. Не забыл он и про наряд для Чу Юйянь. Все это добро он положил перед собой, Чу Юйянь все собрала и скрылась в пещере. Пару минут спустя она вышла в халате Мэн Хао, ее длинные волосы водопадом струились по ее спине. Теперь она снова стала похожа на элегантную молодую девушку. Усталость только придавала ей особый, ранее невиданный шарм.

Мэн Хао внезапно понял, что в плане красоты Старшая Сестра Сюй во многом уступала ей. Более того Чу Юйянь возможно самая красивая женщина, которую он когда-либо видел в своей жизни. Только красивая девушка на дне Северного Моря могла с ней хоть как-то соперничать. Облаченная в новую одежду, Чу Юйянь больше не чувствовала себя странно под взглядом Мэн Хао. Когда она вышла из пещеры, то заметила в руках Мэн Хао череп, в ее глазах вспыхнул странный огонек, который исчез так же быстро, как появился.

«Если тебе нечем заняться, — сказала она сухо, — посторожи лучше у щита, может какой-то пролетающий мимо Практик спасет нас. От этого будет всяко больше пользы, чем от разглядывания старинного черепа».

«Сколько десятков тысяч лет этому черепу?» — неожиданно спросил Мэн Хао.

Она холодно усмехнулась, похоже вместе с одеждой вернулось и ее высокомерие. Судя по всему, она пришла к выводу, что раз Мэн Хао так нужны эти пилюли, он перестанет вести себя с ней, как раньше. Не обращая на него внимание, она направилась к алхимической печи. Мэн Хао хохотнул и хлопнул по своей бездонной сумке. Деревянный меч стрелой помчался прямиком к девушке.

Настолько быстро, что он покрыл разделяющее их расстояние в один миг. Учитывая ее текущую Культивацию, уклониться она не могла, да и не пыталась. Она вперила в Мэн Хао свой презрительный взор, в этом взгляде читалась усмешка. Кончик деревянного клинка находился в нескольких миллиметрах от ее шеи. Мрачная, холодная аура исходила от ее тела. Однако ее подбородок был задран вверх.

«У тебя три секунды чтобы убрать клинок, — сказала она бесстрашно, — если ты этого не сделаешь, можешь забыть про пилюли, ты должен понимать, что кроме меня обратиться тебе не к кому».

Ее кожа была белее снега, а голова презрительно наклонилась. В ее взгляде читалось полнейшее отвращение к Мэн Хао. Всё потому, что она была абсолютно уверена в неспособности Мэн Хао что-либо ей сделать. Меч был пустой угрозой, а для Чу Юйянь подобного рода поведение было чересчур незрелым, даже смехотворным. Она была человеком, который не потерпит унижений над собой. Создание одной пилюли дало ей право задирать голову, а также заставит Мэн Хао дважды подумать, прежде чем связываться с ней. Возможно она сможет даже взять ситуацию под свой контроль.

«Ты права, — сказал Мэн Хао, нахмурившись, — без тебя я не смогу приготовить пилюли».

Судя по всему, он действительно не может ей ничего сделать, однако он, как никто другой, понимал, что эту мятежную вспышку надо подавить, в противном случае в будущем с ней будет еще сложней совладать. Он на какое-то время задумался, а потом расплылся в улыбке. От этой улыбки по коже Чу Юйянь пробежал холодок, внезапно самоуверенное чувство превосходства куда-то испарилось.

«В сущности, если я оскорблю тебя тем или иным образом, учитывая твой статус ученицы Грандмастера Дух Пилюли, ты легко сможешь изготовить пилюлю неверно или случайно добавить в нее чего не того», — вещал он обыденным тоном, на лице застыла загадочная улыбка.

Чу Юйянь почувствовала себя не в своей тарелке. Мэн Хао сумел довольно точно озвучить ее собственные мысли. Она не раз задумывалась о таком, вот только убийство Мэн Хао раньше времени никак не поможет вызвать молнии.

Она не знала, что задумал этот мерзавец, но до сих пор была уверена, что алхимия ее лучшая защита от его нападок. Ей начало казаться, что эта странная его улыбка была совершенно не к месту, поэтому холодно спросила: «О чем ты говоришь?»

«Чтобы ни делал, я всегда руководствуюсь простым правилом: нас не тронут — мы не тронем.[1] Я пообещал вытащить тебя отсюда и не пойду против своего слова. Но тебе не стоит задирать нос из-за своей алхимии. Не пытайся взять всё под контроль».

Деревянный меч вернулся к хозяину, оставив на шее Чу Юйянь маленькую кровавую отметину. Она инстинктивно открыла рот, и тут Мэн Хао хлопнул по своей бездонной сумке. Появилась розовая целебная пилюля, которую он тут же швырнул ей в рот. Чу Юйянь ошарашенно пошатнулась, она хотела выплюнуть пилюлю, но не успела, пилюля растворилась у нее во рту слишком быстро.

«Что ты дал мне?!» — вскричала она, буравя взглядом Мэн Хао.

«Ты использовала особую технику как прикрытие для того, чтобы поглотить мою Культивацию, — равнодушно заметил Мэн Хао, — я до сих пор не отплатит тебе за это. Считай эту пилюлю своим небольшим наказанием».

После чего он закрыл глаза, словно её тут вообще не было.

Такой неожиданный поворот еще больше смутил Чу Юйянь, даже с ее невероятными познаниями в области алхимии она не имела не малейшего понятия, что за пилюлю сейчас проглотила. Внезапно внутри у нее возник поток раскаленного жара, который быстро начал заполнять все ее тело. Она в панике села, скрестила ноги и погрузилась в медитацию, в надежде подавить жар. Но ее Культивация уменьшилась до практически ничтожных размеров, как с третьей ступенью Конденсации Ци можно рассеять эту пилюлю?

Она медитировала время, за которое сгорает палочка благовоний. Рокот заполнил ее разум, постепенно лишая способности мыслить. А потом она провалилась в мир иллюзий и галлюцинаций.

В этот момент Мэн Хао открыл глаза, в них было ни капли паники или беспокойства. Пилюлю он получил в горной лощине, старик на жабе тогда много чего ему подарил. Изначально он не планировал давать ее Чу Юйянь, но она сама напросилась. После успешного изготовления пилюли ее высокомерие вновь вернулось. У него не было другого выхода кроме как подавить попытки к сопротивлению еще в зародыше. Эта пилюля отлично подойдет, чтобы сбить с нее спесь. Глаза Мэн Хао оставались чистыми и яркими, когда он принял это решение.

Оказавшись на дне вулкана, он взял Чу Юйянь под свой полный контроль, не оставляя ей пространства для маневра. Ее упрямство и надменность проявлялись время от времени… однако она так и не смогла освободиться из-под влияния Мэн Хао.

[1] Это сокращение устоявшегося выражения: «нас не тронут — мы не тронем, ну а тронут — спуску не дадим».

Глава 118. Не Взойдя на Небесную Гору Невозможно Стать Бессмертным[1]

Мэн Хао неспешно отошел на пару шагов назад, не спуская при этом глаз с Чу Юйянь. Он изучал Конфуцианство и Даосизм с раннего детства. Несмотря на его головокружительные метаморфозы, эти учения до сих пор хранились в его сердце. Дело было не в том, что он не мог воспользоваться случаем, но, когда дело касалось морали, у него был свой предел. Он не тронет Чу Юйянь. Да, они были врагами, наказать ее — это одно, но пойти на такую низость — всё равно, что пойти против себя самого. Может он и воплощал собой благородство, но уж точно не являлся безнравственным мерзавцем. Существуют вещи, которых он никогда не сделает. У каждого есть свой предел. Для Мэн Хао это были его принципы и мораль.

Ему вновь вспомнилась Пилюля Совершенного Основания. Он утихомирил свой Ци и успокоил разум, запрыгнул на летающий меч и исчез. Прошло достаточно времени, чтобы успела сгореть палочка благовоний. Вокруг Чу Юйянь стояла тишина. В конечном итоге она потеряла сознание, ее аура заметно ослабела, словно она страдал от какого-то серьезного заболевания. Когда Мэн Хао вернулся, он со вздохом посмотрел на Чу Юйянь, извлек из сумки ИньЯнь еще один халат, которым накрыл ее, затем устроился на земле неподалеку.

Время тянулось невыносимо медленно. Спустя четыре часа Чу Юйянь открыла глаза. В них застыли растерянность и замешательство, но тут они вспыхнули, словно девушка что-то вспомнила. Она не взорвалась от гнева, не стала кричать, наоборот немного посидев на земле, она молча встала и направилась в пещеру, где принялась приводить в порядок одежду. Спустя какое-то время Чу Юйянь вышла из пещеры, на ее лице ни кровинки, выглядела она довольно болезненно и устало. Ее взгляд, направленный на Мэн Хао, был полон смешанных чувств. Она помнила всё, что с ней произошло, четко и ясно, даже тот момент, когда Мэн Хао улетел на летающем мече.

Мэн Хао искоса посмотрел на нее и неспешно произнес: «Я не сделал ничего, чтобы навредить тебе, эта целебная пилюля была твоим наказанием за попытку похитить мою Культивацию. Тебе пора смириться с реальным положением вещей. Мои приказы — закон».

Былую надменность Чу Юйянь как ветром сдуло, ее нынешние чувства к Мэн Хао окончательно перемешались. Да, она ненавидела его, но при довольно неординарных обстоятельствах, он предпочел уйти, вместо того, чтобы коснуться ее. Как бы она не хотела, но к ее ненависти примешивалась изрядная доля признательности к этому человеку. Странное, новое чувство походило на паводок, готовый затопить ее с головой. Она точно не знала сколько у Мэн Хао еще осталось подобных пилюль, но его поведение четко говорило, что его мало заботила возможность изменения ею формулы или попытка отравления.

«Данная мне алхимическая формула — очень странная. Ввиду взаимодействия различных ингредиентов самовольно изменить пропорции будет слишком сложно, особенно, если учесть мой навык в алхимии. Сделай я так, тогда о получении законченной пилюли можно забыть… Вот только даже, если мне удастся изменить формулу, с его то характером, вполне возможно он заставит меня принять эту пилюлю… На самом деле я до конца не уверена будет ли он ее вообще принимать. Возможно он поймает змею и скормит пилюлю ей. Другой возможный вариант… пилюлю вообще не требуется принимать. Быть может для ее использования существует особый метод переплавки. Может быть это истинная причина его безразличия».

Она нахмурилась. Верный ответ не шел, она не знала, как поступить, ее планы и надежды пошли крахом. Чем больше она думала о Мэн Хао и его многоуровневых планах, тем сильней в ней нарастал страх.

«По сравнению с ним Ван Тэнфэй действительно не представляет из себя ничего особенного, — вздохнула девушка, подумав еще какое-то время, она собралась с духом и сказала, —этому черепу уже несколько десятков тысяч лет. На самом деле… я знаю где мы и что это за место. Когда мы нашли алтарь в кровавом озере я получила несколько намеков. Я долго думала об этом и, наконец, поняла где мы, — ее голос звучал мягко, как бархат, — это одно из двух еще не открытых мест Наследия Кровавого Бессмертного. Всего их девять. С незапамятных времен вплоть до наших дней было обнаружено только семь. А это значит, что за всю историю появлялось только семь шансов обрести Наследие. С появлением нового места весь Южный Предел встает на уши. Здесь действуют определенные правила. Войти могут только Практики стадии Возведения Основания. Любой вошедший имеет шанс обрести Наследие. Каждый раз с началом турнира до этого открытые зоны Наследия зальет кровавое сияние, которое не угаснет девять дней. Спустя девять дней первый кто войдет в красное сияние, покуда отвечает требованиям Культивации, будет перенесен на Гору Кровавого Бессмертного. Турнир за Наследие длится не больше девяти месяцев. В каждую зону Наследия допускается только один человек. За последние несколько десятков тысяч лет, с момента первого открытия зоны Наследия Кровавого Бессмертного, было найдено семь таких зон, а это значит, что всего проводилось семь турниров за Наследие. Некоторым счастливчикам удалось добыть там что-то ценное, но до сего дня никто так и не сумел получить истинное Наследие. Из девяти зон Наследия, ненайденными остались только две. За столько лет никому не удалось разыскать их, поэтому восьмой турнир до сих пор не состоялся».

«Кто такой этот Кровавый Бессмертный?» — спросил он, пока Мэн Хао слушал историю Чу Юйянь, его глаза слегка сузились.

«Ни за что не поверю, что ты самолично не проверил озеро крови, — сказала девушка спокойно, — а значит ты уже обнаружил в глубинах озера огромную голову с открытым ртом. Семь зон Наследия Кровавого Бессмертного по всему миру имеют схожее озеро крови и алтарь, под каждым из которых находится зёв. Поэтому предположительно ты уже слышал голос, возвещающий о Наследии. У меня нет доказательств, но, думаю, интуиция меня не подводит. Ты очень осторожный человек, который не рискнет и шагу ступить внутрь, не убедившись в возрасте этих костей».

«Ты так и не ответила на мой вопрос», — напомнил Мэн Хао.

«Древний Храм Погибели — ранее святая земля Древнего Клана Погибели. Само их существование шло вразрез с волей Небес, посему их постигла кара. Среди них было три известных Бессмертных, имена этих людей передавались из поколения в поколение. Одним из них был Кровавый Бессмертный. Тот, кто завладеет Наследием получит право сражаться на пути к Бессмертию и ступить на Плиту Бессмертия, — вещала Чу Юйянь мягко, — путь к Бессмертию многотруден. Согласно древним легендам его можно найти только на Небесной Горе. Это гора стоит не на земле, а парит в небесной выси. На ее вершине расположена Плита Бессмертия. Когда вступивший на плиту постучит в Южные Небеса[2], откроется Небесный Град[3]. Душа пройдет омовение в сиянии Бессмертия, ступит в пустоту и обретет Бессмертие. С древних времен несчетное число героев сражались за право пройти по пути Обретения Бессмертия. Всё-таки слово Бессмертный (仙 ) состоит из двух слов «человек» (人) и «гора» (山). Горой является Небесная Гора, а человек… может быть только один! Каждые десять тысяч лет один человек обретает Бессмертие! Правда, существует еще одно толкование слова Бессмертный, первое слово «войти» (入), а второе «гора» (山). Вместе получается Бессмертный. Не ступив ногой на Небесную Гору, человек не может обрести Бессмертие!» — она смотрела прямо в глаза Мэн Хао и объясняла вещи, известные лишь членам пяти великих Сект и трех великих Кланов Южного Предела.

Что такое Бессмертие? Человек и гора!

Что такое Бессмертие? Войти на гору!

За десять тысяч лет только один человек войдет на гору, только один человек обретет Бессмертие!

Глаза Мэн Хао ярко засияли, но сияние довольно быстро потухло. Учитывая его текущую Культивацию стадии Возведения Основания, Обретение Бессмертия виделось довольно далекой перспективой. Нет смысла об этом думать, поскольку пока это не более чем несбыточные мечты.

«Путь к Обретению Бессмертия труден, но также трудно добыть Камни Поиска Дао, которые находятся в трех самых опасных местах. Поиск Дао труден, но перед ним находится Отсечение Души и три его Отсечения. Каждое Отсечение дает жизнь, но оно невозможно без просветления. Если честно, даже я сама мало понимаю, о чем рассказываю. Когда я была маленькой, отец произнес эти слова и наказал запомнить сказанное на всю жизнь», — Чу Юйянь поглаживала волосы и смотрела вдаль. Она медленно подошла к алхимической печи, опустилась на землю и принялась внимательно изучать новую алхимическую формулу из нефритовой таблички.

Опустилась тишина.

Мэн Хао не спускал глаз с Чу Юйянь. Сейчас она казалась абсолютно другим человеком. Сакраментальные слова гремели в голове Мэн Хао, он постепенно, шаг за шагом, обдумывал сказанное. Судя по ее лицу и руководствуясь его собственными домыслами о Наследии Кровавого Бессмертного, он был на семьдесят-восемьдесят процентов уверен, что всё сказанное ей было правдой.

Спустя какое-то время он нарушил тишину: «Почему ты всё столько рассказала?»

«Я надеялась, — повернувшись к нему, произнесла она мягко, — побудить тебя отправиться за Наследием Кровавого Бессмертного, где… ты и сгинешь. Только тогда я смогу избавиться от тебя. Произошло слишком много того, чего не должно было произойти», — закончив, она закрыла глаза и продолжила искать просветление в алхимической формуле.

Мэн Хао неожиданно рассмеялся. Его не задели слова Чу Юйянь, ее молчание выглядело бы сейчас более подозрительно, нежели откровенность. За довольно продолжительное время тесного общения с Чу Юйянь он, кажется, начал намного лучше ее понимать.

«Наследие Кровавого Бессмертного. Стоит ли мне попробовать… — глаза Мэн Хао задумчиво сверкали. — Нет смысла отрицать, соблазн велик. Когда на кону Наследие, способное переполошить весь Южный Предел, да и еще с приставкой «Бессмертный», сомневаюсь, что найдется хоть один Практик способный противостоять искушению».

[1] «Небесная Гора» записывается так же, как «Тянь-шань» – горная система в Центральной Азии.

[2] В тексте об этом нет упоминаний, но вполне возможно под «Южными Небесами» подразумеваются «Нань Тянмэнь» Южные небесные ворота, последние ворота на пути к вершине Тайшаня (Горе Небес).

[3] Обитель Бессмертных.

Глава 119. Наследие Потрясшее Южный Предел

«Турнир Наследия наверняка не будет легкой прогулкой, я даже боюсь представить, какие опасности ждут меня там. Если я ошибусь, вероятно там меня и настигнет конец… Но, как говорится, кто ничем не рискует, тот ничего не получает. Чем выше риск, тем выше шанс на награду. Может я просто себе накручиваю, с другой стороны, если насчет опасности я угадал, тогда… Хотя, если я не пойду, буду сожалеть об этом всю оставшуюся жизнь!» — его глаза решительно сверкнули, всё это время он обдумывал слова, сказанные девушкой. Сколько он не думал, так и не смог понять причину этой внезапной откровенности Чу Юйянь.

«Это очевидная провокация. Возможно ее истинная цель заманить меня туда, а может и нет… правда, я бы особо не рассчитывал на второй вариант, — его глаза скользнули по сидящей девушке, — предположим, ее план заключается в другом: после начала турнира за Наследие Кровавого Бессмертного весь мир снаружи встанет на уши, это увеличит шанс Секты Пурпурной Судьбы найти ее».

«Если я не пойду — ничего не случится. Но если в этом ее план, тогда почему она приправила свою историю таким количеством подробностей и деталей? Чтобы меня начали грызть сомнения? Интересно… что она задумала? Каковы ее истинные мотивы…?» — размышлял Мэн Хао, в конце концов он закрыл глаза и приступил к медитации.

Шло время. Чу Юйянь всё-таки смогла изготовить вторую пилюлю, однако за следующий месяц ни одна из ее попыток приготовить третью и четвертую пилюлю не увенчалась успехом. Мэн Хао хоть и не владел навыком алхимии, мог уверенно сказать, что череда ее провалов была не умышленной. Просто с каждой новой пилюлей, процесс изготовления усложнялся.

За месяц Мэн Хао ни разу не вспомнил о Наследии Кровавого Бессмертного, словно совсем забыл о нем. Однажды он запрыгнул на летающий меч и отправился через туман к щиту. За последние полмесяца он с интервалом в десять дней летал к щиту. Каждый раз Чу Юйянь провожала его ничего не выражающим взглядом.

На этот раз после ухода Мэн Хао она подождала четыре часа, после чего внезапно подняла голову. Ее брови сдвинулись, словно она испытывала никак не могла решить проблему отвара для пилюли. Затем она поднялась с места и исчезла в тумане по направлению к озеру крови. Добравшись туда, девушка огляделась, а потом вернулась обратно к алхимической печи, словно озеро дало ответ на мучающий ее вопрос.

Прошло еще полмесяца. Наконец она успешно изготовила третью и четвертую пилюлю. Пришла очередь пятой пилюли. Для Мэн Хао эта пилюля была последней, после ее изготовления все семь малых пилюль окажутся у него в руках.

Незаметно пролетело еще два месяца. Мэн Хао и Чу Юйянь были заперты на дне вулкана уже полгода. За эти два месяца Чу Юйянь периодически покидала место у пещеры. Иногда она делала это в присутствии Мэн Хао, иногда в его отсутствие. Создавалось впечатление, что при возникновении проблемы с формулой ей нужно было пройтись, проветрить голову. Однако она ни разу не пересекла трехсотметровую отметку у озера крови, всегда останавливаясь у самой ее границы.

Наконец, одним прекрасным днем, под неусыпным взглядом Мэн Хао она поднялась и растворилась в тумане. У отметки в триста метров ее глаза ярко сверкнули. Внезапно всё имеющаяся мощь ее Культивации забурлила, и она что есть мочи рванула к кровавому озеру. При ее приближении по спокойной поверхности озера пошла рябь, из воды сначала появился алтарь, а потом и огромная каменная голова. Темнеющий впереди проход ожидал появления участника турнира за Наследие.

Глаза Чу Юйянь радостно сверкали, пока она со всех ног бежала вперед. Она практически прыжками неслась к проходу. Когда до открытого рта оставалось совсем немного прозвучал негромкий смех. Сверкнула аура меча, которая стрелой помчалась к Чу Юйянь. Услышав смех, лицо девушки тут же побледнело. Не обращая внимания на приближающийся меч, она стиснула белые зубы и продолжила бежать дальше. От огромного каменного рта ее отделяли жалкие два метра.

Внезапно появилась черная сеть, ее скорость во много раз превосходила ту, с которой бежала Чу Юйянь. Она мгновенно ее скрутила, не дав пройти последние два метра. Деревянный меч подхватил ее и швырнул обратно на берег озера. Неподалеку в клубящемся тумане стоял Мэн Хао. С бесстрастным лицом он медленно шел в ее сторону.

Глаза Чу Юйянь ненавистно полыхнули, когда ее взгляд упал на Мэн Хао. С тех пор, как он принес с собой череп, она сложила все части головоломки, коей являлось Наследие Кровавого Бессмертного. К тому же история, рассказанная два месяца назад, была чистой правдой, она думала, что раскусила ход мыслей Мэн Хао и его врожденный скептицизм. История намеренно была рассказана в таком ключе, чтобы подхлестнуть подозрительность Мэн Хао. Учитывая его характер, он наверняка начнет ее подозревать. Основываясь на этом, она сделала вывод, что он не станет действовать, если не будет уверен на сто процентов. Эта задержка, в свою очередь, даст ей дополнительное время.

За последние несколько месяцев прогулки стали для нее обычным делом, она завела такую привычку, чтобы в нужный момент Мэн Хао не показалось странным такое ее поведение. Сегодня должно было всё решиться, ей и в голову не могло прийти, что все провалится.

«В терпеливости тебе не откажешь, — сказал Мэн Хао, не став вдаваться в подробности, каким образом узнал про ее план, — я дал тебе целых три месяца. Уже прошло два. Через месяц я ожидаю увидеть пятую пилюлю, а теперь возвращайся к своей алхимии». Он взмахнул рукой и отозвал черную сеть.

Чу Юйянь, закусила губу и, не поднимая головы, удалилась.

«Похоже она серьезно намеревалась попасть внутрь», — Мэн Хао взглянул через плечо на удаляющуюся фигуру Чу Юйянь. Холодная улыбка тронула уголки его губ. Теперь его сомнения окончательно рассеялись. Он пошел вперед и скрылся во рту огромной статуи.

Стоило ему войти внутрь, как воды кровавого озера забурлили. Раздался рокот, кровавое озеро превратилось в кроваво-красный туман, который рассеялся во все стороны.

Из кровавого тумана древний голос эхом сотряс вулкан: «Древний Клан Погибели, Наследие Кровавого Бессмертного. Войди в море крови, девять отворятся в Южном Пределе, возвестив об этом всему сущему. Только один… сможет обрести линию Кровавого Бессмертного!» Когда голос докатился до Чу Юйянь, она пошатнулась, побледнев еще сильней. Она начала жевать губу, вид у нее при этом был довольно неприглядный.

«Если бы я только поняла раньше, куда мы угодили…» — она горько покачала головой. Ее ненависть к Мэн Хао и к самой судьбе создавала довольно запутанное чувство.

Тем временем в Южном Пределе из семи разных мест послышался оглушительный рокот. Вместе с рокотом небо над всем Южным Пределом окрасилось в алый цвет. Из всех семи мест прогремел древний голос: «Древний Клан Погибели, Наследие Кровавого Бессмертного. Войди в море крови, девять отворятся в Южном Пределе, возвестив об этом всему сущему. Только один… сможет обрести линию Кровавого Бессмертного!”

Голос мигом переполошил весь Южный Предел. Вне зависимости от Секты или происхождения, все Практики неподалеку от зон Наследия Кровавого Бессмертного выглядели потрясенными. Не теряя ни секунды, все они полетели к источнику голоса.

«Появилась новая зона Наследия Кровавого Бессмертного!»

«Восьмая зона Наследия Кровавого Бессмертного была кем-то найдена. Раз в нее уже вошли, остальные семь зон Наследия тоже откроют свои двери. Начинается восьмой турнир за Наследие Кровавого Бессмертного!»

«Чтобы заполучить Наследие Кровавого Бессмертного всего дано девять попыток. За последние десять тысяч лет проводилось семь турниров. Этот станет восьмым. Если и на сей раз никто не получит Наследие, кто знает через сколько лет мы сможем увидеть девятый турнир…»

Появление новой зоны Наследия Кровавого Бессмертного безусловно произведет фурор во всем Южном Пределе. Глаза множества Практиков покраснели от нестерпимого желания. Хотя за всё это время никому не удалось завладеть Наследием, в каждой гонке особо удачливые участники умудрялись найти различные магические предметы и техники.

Новости разошлись быстро, первыми начали действовать пять великих Сект и три великих Клана, следом присоединились остальные Кланы. С появлением рокота и древнего голоса весь Южный Предел пришел в движение. Ван Клан, один из трех великих Кланов, первый начал действовать. Из его пределов вылетело несколько сотен лучей света вместе с несколькими огромными летающими кораблями, на борту которых находились ученики Ван Клана. Их путь лежал к ближайшей зоне Наследия Кровавого Бессмертного.

Ван Тэнфэй в белом халате стоял на палубе второго корабля. Его руки были сложены за спиной, а взгляд сосредоточен на первом летящем корабле. Там тоже стоял человек в белых одеждах. Он сильно походил на Ван Тэнфэй, правда, выглядел немного старше.

Это был Ван Лихай — старший брат Ван Тэнфэйя. С титулом Сын Дао Ван Клана он по статусу превосходил обычных Избранных. С Культивацией поздней ступени Возведения Основания он в любой момент мог достичь стадии Создания Ядра. Вокруг него толпилась элита Ван Клан, в том числе его Защитник Дао дядюшка на стадии Зарождения Души.

Что до Ван Тэнфэйя… он стоял в полнейшей тишине, сцепив руки в замок за спиной. Один из пальцев его правой руки отличался от остальных. Прозрачный словно хрусталь, в нем кружили тонкие черные нити, создавая причудливое зрелище. Рядом с ним стоял Ван Сифань, взгляд которого чуть не убил Мэн Хао в тот злополучный день несколько лет назад.

«Если бы в Государстве Чжао всё пошло по-другому, — сказал он невозмутимо, — ты бы вместо начальной ступени Возведения Основания был на средней. Да, ты бы по-прежнему отставал от своего брата, но в таком случае разрыв был бы намного меньше.

«Я превзойду брата, — спокойно ответил Ван Тэнфэй, — и стану Сыном Дао!»

«Помни, шанс получить Наследие Кровавого Бессмертного всего один, — сказал Ван Сифань и нахмурился — жаль из Секты Пурпурной Судьбы нет вестей о Юйянь. Похоже она находится на критической ступени уединенной медитации, иначе бы она наверняка помогла тебе».

Глава 120. Пять Сект и Три Клана Южного Предела

Тем временем в Секте Золотого Мороза, одной из пяти великих Сект Южного Предела, сотни лучей света исчезли в небе. Это были члены Секты, которым не требовалась помощь магических предметов для полета. Возглавляющих их человек пробил дыру в воздухе, через которую смогли пройти остальные. Закованный в броню Чжао Шаньлин со своим золотым двуручным мечом был среди них. Двигался он с невероятной скоростью.

Наследие Кровавого Бессмертного не на шутку переполошило великие Секты и Кланы. Помимо Ван Клана и Секты Золотого Мороза был еще один велики Клан, прозываемый Сун Кланом. С территории Клана вылетело несколько сотен Практиков, каждый из них отличался невероятным талантом. В их числе был Эксцентрик Сун, сокровища которого в свое время присвоил Мэн Хао.

Самой могущественной Сектой Южного Предела была Секта Одинокого Меча. Из ее недр вырвалось несколько сотен аур мечей. Каждый Практик этой Секты стоял на мече, отчего их процессия, состоящая из аур сотен мечей, создавала ощущение, что вместе они могли разрубить небо пополам. В авангарде группы находилось семь человек с суровыми лицами. Один из них был не кто иной, как Чэнь Фан! Лицо Чэнь Фана пылало справедливостью. Облаченный в длинный белый халат, он стоял на темно-зеленом мече. Его Культивация начальной ступени Возведения Основания вздымалась подобно прибою! Возглавлял их семерку мужчина средних лет, источающий холодную и кровожадную ауру. Это был наставник Чэнь Фана Чжоу Яньюнь.

Ветер разметал облака над Южным Пределом, когда У Динцю из Секты Пурпурной Судьбы вывел с территории Секты с несколько сотен учеников. В небе У Динцю нахмурился, словно вспомним о чем-то очень важном. Ученики Секты Пурпурной Судьбы, видя его хмурое лицо, не смели даже пикнуть.

«Юйянь пропала, — подумал он, — последний раз ее видели преследующей какого-то Практика. Затем появилась Птица Пэн и из-под ее крыльев вырвался ураган. Где… где же она…? Ее табличка жизни цела, значит она в порядке», — он вздохнул. Значение Чу Юйянь для Секты Пурпурной Судьбы сложно было переоценить. На самом деле она была настолько важна, что множество людей в Секте выступали против ее помолвки с Ван Тэнфэйем.

Радужные лучи заполонили небо Южного Предела, их целью были семь зон Наследия Кровавого Бессмертного. Среди великих Сект и Кланов Ли Клан, пожалуй, был самым скрытным. Они редко посылали членов Клана во внешний мир, а когда посылали мало кто об этом знал. Более того с открытием зон Наследия Кровавого Бессмертного они выслали лишь пять человек! Двух стариков Защитников Дао на стадии Зарождения Души и трех Практиков стадии Возведения основания: одну девушку и двух молодых людей. Эта троица имела статус Избранных Ли Клана, о которых мало что слышали за пределами Секты.

«Много лет назад Патриарх раскрыл тайну о восьмом турнире за Наследие Кровавого Бессмертного, по его словам, Наследие должно попасть в руки Ли Клана», — сказал высокий и тощий старик, облаченный в длинный черный халат, он обернулся на троицу позади, — раз настал восьмой турнир, Даои, нет сомнений, Наследие будет принадлежать тебе. Что до вас двоих, просто наблюдайте, и попробуйте чему-нибудь научиться».

Из пяти сект самой загадочной безусловно являлась Секта Кровавого Демона. Она послала еще меньше людей, чем Ли Клан, всего двоих. Одного старика и одного молодого человека в алом халате лет шестнадцати-семнадцати от роду. От юноши исходила свирепая, кровожадная аура. На лбу между его бровями находилась кровавая метка, которая время от времени заливала своим сиянием пол его лица. Под его ногами клубился кровавый туман, в глубине которого можно было разглядеть множество перекошенных лиц, из их открытых ртов раздавался беззвучный вой. Юноша выглядел совершенно незаурядно. Окажись неподалеку Мэн Хао, Толстяк или Маленький Тигр, они бы тут же узнали его. Юноша выглядел точь-в-точь, как Ван Юцай шесть или семь лет назад. Если это действительно был он, тогда за столько лет он ни капельки не изменился. Невероятно!

Из пяти великих Сект Южного Предела четыре выслали представителей, только Секта Черного Сита ничего не предпринимала. В главном зале Секты, скрытые тенями, сидело шесть человек. Тишину нарушил древний, зловещий голос: «Похоже, пришло время турнира за Наследие Кровавого Бессмертного… Следует ли нам послать кого-то?»

«Наследие Кровавого Бессмертного должно быть невероятно могучим, но за десятки тысяч лет никто так и не смог завладеть им. По сравнению с ним найденная древняя карта намного важней!»

«Мы не сможем скрыть этот факт от остальных, да и не станем, что создаст еще больше хаоса и неразберихи, а это только послужит нам на пользу».

«Если мы преуспеем в нашем маленьком предприятии, структура Южного Предела навсегда изменится. Что до предмета, Дао Черного Сита будет переплавлено, а это удача для всей Секты!»

«Я согласен, нет смысла посылать людей на турнир за Наследие Кровавого Бессмертного. Мы изучаем древнюю карту уже довольно долго, даже Патриархи отнеслись к ней довольно серьезно и уже несколько раз осматривали ее. Подозрение из-за нашего отсутствия на турнире за Наследие Кровавого Бессмертного может стать отличным подспорьем для наших планов. Мы можем привлечь сюда еще больше людей, при этом такое поведение только подхлестнет их любопытство. Тогда мы сможем приступить к следующему этапу».

Снаружи главного храмового зала Секты Черного Сита собралось несколько сотен учеников, на лицах собравшихся застыло серьезное выражение. Их призвали сюда, дабы они ожидали следующего приказа Старейшин Секты.

На краю толпы стояла Сюй Цин. Она была одета в обычный белый халат. Ее щеки впали, а фигура выглядела хрупкой. Даже будучи замкнутым человеком, она была не особо счастлива в Секте Черного Сита. Ее Культивация достигла только девятой ступени Конденсации Ци.

К ней подошла миловидная девушка и прошептала: «Младшая Сестра Сюй, Старший Брат Чэнь сказал, что дает тебе последний шанс. Если ты дашь ему желаемое, он добьется, чтобы ты получила Пилюлю Возведения Основания. Ну же, не глупи. Если ты спровоцируешь Старшего Брата Чэня, тогда…»

Сюй Цин подняла голову и холодно посмотрела на советчицу: «Тебе не стоит больше напоминать мне об этом, Старшая Сестра Сюэ. Имей хоть каплю самоуважения!»

Девушка по имени Сюэ ухмыльнулась: «Деревенщина из захолустной страны, строишь из себя невесть что, хотя на самом деле ты просто дура. То, что Старший Брат Чэнь заинтересовался тобой можно считать удачей. В любом случае в этом вопросе от тебя уже ничего не зависит!»

Сюй Цин промолчала, но в широких рукавах халат ее изящные ладошки сжались в кулаки настолько сильно, что костяшки побелели.

Девушка по имени Сюэ холодно хохотнула и продолжила издеваться: «А та история про Пилюлю Красоты сваренная в маленькой, примитивной Секте на какой-то дрянной горе. Старшая Сестра Хань хотела у тебя ее выменять, чтобы потом отдать одной из своих служанок, но ты отказалась. Ты действительно недалекая, дарованная тебе красота растрачивается почем зря».

Лицо Сюй Цин побледнело, она закусила нижнюю губу, но ничего не сказала. В конце концов из главного храмового зала вышел старик в темно-зеленом халате. Он взмахнул рукавом заставив туман заклубиться. Огромный Фэншуй компас опустился с небес на землю. Девушка по имени Сюэ прекратила свои нападки и запрыгнула на компас, вместе с Сюй Цин и остальными учениками. Под управлением старика Фэншуй компас унес их вдаль.

Поскольку Секта Черного Сита не участвовала, семь зон Наследия Кровавого Бессмертного отошли четырем Сектам и трем Кланам. Остальным пришлось склонить голову и посторониться. Однако даже со своим высоким статусом великие Секты и Кланы не могли заставить посторонних уйти. Такой поступок лишь вызовет ненужные общественные недовольства. Они просто расчистили путь и стали ожидать появление кровавого свечения, знаменующее собой начало турнира.

Время шло. Несколько дней спустя жертвенный алтарь Кровавого Бессмертного загрохотал. Земля задрожала и тут вспыхнуло кровавое сияние. В алом свете медленно появились врата. В эту секунду все Практики стадии Возведения Основания в семи зонах Наследия Кровавого Бессмертного почувствовали острое желание нырнуть в этот свет.

Однако… врата позволят войти только одному человеку. Это право отойдет первому вошедшему. Только после смерти этого человека или самовольного выхода оттуда на отдых, может войти второй человек.

* * *

Это был безбрежный мир с синим небом и белыми облаками. Необъяснимое чувство чистоты появлялось в сердцах всех вошедших. Высоко в небе высился огромный темно-зеленый жертвенный алтарь. На его вершине на огромном каменном троне восседал мертвец в безликой маске и кроваво-красных одеждах. Алтарь казалось заполонил пол небосвода. Первое, что бросалось в глаза всем вошедшим — человек на троне.

Наследие Кровавого Бессмертного! Несложно догадаться, что… это был умерший Кровавый Бессмертный! Подле жертвенного алтаря из темно-зеленого камня располагались девять огромных магических формаций. Каждая из них словно бы хранила в себе водоворот, в котором медленно вращались звезды. Девять магических формаций походили на девять огромных ступеней, ведущих сквозь облака к жертвенному алтарю. Пройдя через все девять можно будет вступить на жертвенник из темно-зеленого камня. Вот только с древних времен никому еще не удалось это сделать!

В данный момент Мэн Хао молча стоял снаружи первой магической формации, его глаза буквально горели. Внезапно рядом с ним появились семь неясных фигур.

Он не мог понять были ли они мужчинами или женщинами, а также не мог определить их возраст. Даже детали их одежды оставались размытыми, фигуры походили на расплывчатые пятна. Они, подобно Мэн Хао, пытались разглядеть друг друга.

Внезапно загрохотал древний, холодный голос: «Наследие Кровавого Бессмертного, отворятся Девять Формаций. Прибыло восемь участников турнира за Наследие, но только один сможет обрести Наследие Кровавого Бессмертного! Претенденты не могут услышать друг друга, не смогут увидеть магию других и атаковать других участников. Кроме размытых фигур вы больше ничего не увидите. Всё потому… что вы все находитесь в разных местах. Однако кое-что вас объединяет — жертвенник из темно-зеленого камня и схожесть духовной энергии. Турнир за Наследие продлится девять месяцев. Вы можете выйти из формации и пока не истекли девять месяцев в любой момент вернуться к ней. Можете использовать любые методы, хитрости и особые силы ваших Сект и Кланов. Первый человек пробившийся сквозь девятую формацию станет Кровавым Бессмертным во втором поколении! Нет никаких правил. Теперь, каждый из вас должен предоставить каплю крови сердца[1], в которой заключено ваше естество. После магического превращения она станет Кровавым Божеством. Существует неисчислимое множество Кровавых Божеств. Что до тех, что породит ваша кровь… всё в руках судьбы и вашей удачи. И помните, поглощение духовной энергии поможет вашему Кровавому Божеству стать сильней. Именно Кровавое Божество… ключ к тому, сможете ли вы обрести Наследие или нет. А теперь… да начнется восьмой турнир за Наследие Кровавого Бессмертного!»

Стоило голосу стихнуть, от алтаря в сторону Мэн Хао и остальных полетели восемь темно-зеленых лучей света.

[1] Обр. в знач.: помыслы, душевная сила, энергия. Имеется в виду не обычная кровь, а кровь-квинтэссенция человека.

Глава 121. Кровавое Божество Мэн Хао

Мэн Хао сделал глубокий вдох, его сердце бешено колотилось. Как только он оказался внутри турнира за Наследие Кровавого Бессмертного, то обнаружил что его Культивация полностью восстановилась. С седьмой ступенью Конденсации Ци покончено, он снова вернулся на начальную ступень Возведения Основания. После слов древнего голоса Мэн Хао понял, отчего Чу Юйянь так стремилась сюда попасть.

«Это место может восстановить Культивацию. Если она сохранится и после выхода отсюда, тогда это точно было первой целью Чу Юйянь. К тому же у нее наверняка есть какой-то хитрый способ… как предупредить людей снаружи и привести их к вулкану», — его глаза сверкнули в сторону зависшего перед ним шара темно-зеленого света.

Луч походил на бесформенную массу, расплывчатую и неясную, словно внутри зарождалась жизнь. Остальные семь фигур тоже внимательно смотрели на темно-зеленый свет. Вскоре одна из фигур сплюнула немного крови, которую тут же поглотил зеленый свет. Свет сменил цвет на кроваво-красный, и тут изнутри прозвучал клич феникса. Чистый звук услышали все, вместе с ним вылетел маленький, размером с палец, Кровавый Феникс и начал кружить вокруг хозяина.

С появлением Кровавого Феникса, Практики вокруг семи зон Наследия Кровавого Бессмертного в Южном Пределе в унисон удивленно выдохнули. В кровавом сиянии над семью зонами появилось изображение… Мэн Хао и остальных семи участников в мире Кровавого Бессмертного. Турнир за Наследие Кровавого Бессмертного был один в своем роде, люди снаружи тоже могли наблюдать за происходящим. Когда участники начнут штурмовать магические формации, зрители смогут увидеть всё своими глазами. Несмотря на отсутствие деталей, они смогут с уверенностью сказать, кто преуспел, а кто потерпел неудачу.

Любой с должным навыком может наблюдать за магическими формациями и изучить их. Все слышали, как древний голос объявил об отсутствии правил, неважно каким способом, покуда человек сможет пройти все девять магических формаций, он станет Кровавым Бессмертным во втором поколении.

Турнир за Наследие без правил — яркая иллюстрация самонадеянности и могущества Кровавого Бессмертного. Любой Практик этого мира мог свободно наблюдать и изучать девять магических формаций, при этом за десять тысяч лет и семь турниров никто так и не смог пройти все девять. Самые упорные смогли пройти до восьмой формации, но перед лицом девятой всех их ждал сокрушительный провал.

Такая открытая форма турнира позволила всем участникам основательно подготовиться. Среди зрителей ходило множество слухов относительно Наследия Кровавого Бессмертного. Поэтому многих удивило появление Кровавого Феникса.

«Посмотрите появился Кровавый Феникс! Среди Кровавых Божеств, Кровавый Феникс и Кровавый Дракон растут очень быстро. Я когда-то читал в одной древней хронике про шестой турнир за Наследие, тогда Кровавый Феникс в конце по мощи не уступал эксцентрику стадии Зарождения Души!»

«Интересно ученику какой Секты так повезло…»

Практики загалдели во всех семи зонах Наследия. Рядом с пятой зоной стоял невероятно довольный Эксцентрик Сун из Сун Клана. Он хранил молчание, но судя по тем незначительным намекам, что он приметил, обладательницей Кровавого Феникса была членом его Клана по имени Сун Цзя.

«Отлично, — подумал эксцентрик, его глаза загорелись в предвкушении, — быть может у этой девчушки Сун Цзя действительно есть шанс заполучить Наследие».

Тем временем внутри зоны Наследия второй, третий и четвертый участник сплюнули немного крови на зеленый шар света. Каждому из них досталось по уникальному Кровавому Божеству. Одним оказался весьма заурядный Кровяной Олень. Второй обрел Кровавого Тигра, который при появлении угрожающе зарычал. Но даже он ни в какое сравнение не шел с третьим существом. Третьим Кровавым Божеством стал Кровавый Дракон! Выглядел он невероятно свирепо, а его вой сотряс всё вокруг.

Снаружи дракон стал настоящей сенсацией.

«Кровавый Дракон!!!»

«Четыре тысячи лет назад во время седьмого турнира за Наследие Кровавого Бессмертного Избранный из Ли Клана получил Кровавого Дракона. С незапамятных времен ему первому удалось пройти восьмую магическую формацию!!!»

Снаружи зоны Наследия двух стариков из Ли Клана такой поворот, похоже, нисколько не удивил. Ведь человек получивший Кровавого Дракона был Избранным Ли Клана этого поколения Ли Даои.

Голоса еще не успели стихнуть, а пятое, шестое и седьмое Кровавое Божество появилось внутри зоны Наследия: Черная Черепаха, Кровавый Волк и последним… к всеобщему удивлению… стал маленький кроваво-красный пикси![1]

Кроваво-красный пикси выглядел точь-в-точь, как Зарождающаяся Душа Практика. Его появление произвело фурор среди зрителей. Даже два старика из Ли Клана слегка опешили. Все присутствующие, неважно к какому Клану или Секте они принадлежали, замерли словно громом пораженные.

«С древних времен, за все семь турниров еще ни разу Кровавое Божество не принимало человеческую форму!»

«Сложно сказать во что вырастет это Кровавое Божество, такого никогда раньше не было. Кто знает, может он сможет потягаться с Кровавым Фениксом и Драконом».

Толпа оживленно загудела, Старейшина из самой таинственной Секты Кровавого Демона, увидев изображение в кровавом сиянии, сел и скрестил ноги. Он не спускал глаз с размытой фигуры и кроваво-красного пикси. Спустя мгновение последовал кивок, он сразу догадался, что хозяином пикси был ученик его Секты.

В зоне Наследия Кровавого Бессмертного Мэн Хао наблюдал за появлением Кровавых Божеств, они выглядели совершенно необычно, как не посмотри.

«Должно быть это Избранные различных Сект Южного Предела… Интересно, какое Божество будет у меня?» — его глаза сверкнули, и он нажал себе на грудь. Его Культивация содрогнулась и изо рта брызнула кровь.

Кровь была прямиком из его Культивации, ее сразу же втянул в себя шар темно-зеленого света. Сейчас не он один с нетерпением ждал результата, остальные семь участников и все зрители тоже внимательно наблюдали за ним. Разговоры снаружи стихли, все взгляды сосредоточились на изображении Мэн Хао в кровавом сиянии.

Черное сияние быстро стало кроваво-красным, сразу после чего изнутри раздался не очень громкий, но сильный рев. От этого рева семеро людей в том числе маленький Кровавый Олень начали дрожать. Следом за ними Кровавый Волк, Черная Черепаха и Кровавый Тигр, словно не в силах больше выносить этот звук, задрожали. Кровавый Дракон и Кровавый Феникс злобно сверкнули маленькими глазками в сторону Мэн Хао. Только кроваво-красный пикси никак не отреагировал на происходящее, он даже не пошевелился.

«Что появится для последнего участника… Хотя это был всего лишь тихий рев, он сумел подействовать на всех Кровавых Божеств. Даже Кровавый Феникс и Дракон выглядят озлобленно…»

«Может быть появится еще одно ранее невиданное Кровавое Божество?»

В эту секунду раздался рев, по кровавому сиянию перед Мэн Хао пошла рябь. В следующий миг появилось Кровавое Божество. Это был… крохотный щенок с искрящимися глазами размером с палец!

Щенок выглядел совершенно обычно, без каких-либо особенностей. Однако с его появлением враждебность Кровавого Феникса и Дракона только возросла.

«Это собака!»[2]

«Такого раньше точно не было. Я вообще впервые про такое слышу. С самого первого турнира за Наследие Кровавого Бессмертного еще ни разу Кровавое Божество не принимало форму собаки!»

Во всех семи зонах Наследия начали раздаваться шутки и смех. Внутри же стояла звенящая тишина. Мэн Хао посмотрел на парящего щенка, а затем перевел взгляд на остальных Кровавых Божеств. Он нахмурился и поднял руку, щенок тотчас оказался у него на ладони. Он выглядел напуганным и дрожал, словно замерз. Он покорно склонил голову и лизнул его ладонь своим крохотным языком.

В это же время семеро участников почти синхронно исчезли в первой магической формации. Глаза Мэн Хао сверкнули. Он практически ничего не знал об этом месте, поэтому решил не бежать вперед сломя голову. Быстро оглядевшись, он внезапно ощутил, что духовная энергия здесь довольно обильна, особенно в сравнении с внешним миром. Ее было практически так же много, как и в той долине, где он достиг стадии Возведения Основания.

В этом мире не было видно ни гор, ни морей, только пустота. В ней находились девять магических формаций и жертвенный алтарь из темно-зеленого камня. Мэн Хао еще раз подумал о словах, сказанных древним голосом.

«Выходит, мой шанс получить Наследие напрямую зависит от этого пса?» — он скользнул взглядом по щенку у себя на ладони.

Потом он поднял голову и без колебаний вошел в первую магическую формацию. Прошлый мир вокруг него растаял, вместо него вырос новый мир: полный Бессмертных гор и строений. В новом мире стояла тишина. Оглядевшись, он обнаружил, что Бессмертные горы растянулись подобно каменному лесу во все четыре стороны. Здесь не было места смертным, горы были пристанищем для Бессмертных. Духовная энергия неба и земли здесь была в изобилии, в десять раз больше, чем снаружи. Настолько много, что она приняла форму густого тумана, накрывшего все вокруг.

«Где это я…?» — удивленно пробормотал Мэн Хао. Он осмотрел окрестности с помощью Духовного Сознания, после чего сделал глубокий вдох и принялся поглощать духовную энергию. Бурным потоком она влилась в его Культивацию, а следом и в золотую Дао Колонну. Часть духовной энергии просачивалась обратно через трещину в Дао Колонне.

«Какая богатая духовная энергия. Если бы из Дао Колонны не просачивалась духовная энергия, тогда практика Культивации в этом месте в течение всего одного дня равнялась бы целому месяцу тренировок снаружи».

Его дух воспрял от одной этой мысли. К своему удивлению он заметил, что щенок на ладони выглядел очень счастливым. Он тоже поглощал духовную энергию. В процессе поглощения его маленькое тельце увеличивалось в размерах. Его кожа начала постепенно покрываться мягким пушком, придавая щенку очень милый вид.

Мэн Хао смотрел на него, погрузившись в глубокие раздумья: «Этот щенок вырастет вместе со мной. Судя по его дыхательной технике с той же скоростью, что и я. Возможно ли… что он вместе с кровью моего сердца перенял и мой скрытый талант?»

Он продолжил свой путь. Рядом с ним семенил крохотный щенок, размером с два пальца, он старался изо всех сил не отстать от хозяина.

[1] В Конфуцианстве сяо жэнь переводится как «ничтожный человек», «маленький человек», «карлик» — воплощение эгоистического прагматизма, неспособному выйти за рамки своей практической специализации и преодолеть духовно-нравственную ограниченность (познать жэнь, т.е. гуманность). Судя по дальнейшему описанию, здесь термин используется в переносном смысле. Поскольку подходящего аналога нет в русском фольклоре, а китайский не знаком нашему читателю, был взят один из подвидов эльфов/фей в английской мифологии. Пикси — малый народец, невысокого роста, проказливые (хотя они способны не только на безобидные шалости, но и на смертельные проказы). Их любимая забава — сбивать с дороги путников.

[2] Собака довольно важный мотив в Китайской мифологии, означает верность и непоколебимую преданность. Эти мотивы включают в себя собаку, сопровождающую героя, собаку, как одного из двенадцати знаков зодиака, собаку, как подателя средств пропитания (риса или просо), и еще заявления некоторых этнических групп о происхождении их от волшебной собаки.

Глава 122. Достижение Соглашения

Время шло. Прошло еще три дня. Мэн Хао нахмурился: куда не глянь, повсюду раскинулись бесконечные просторы, словно у этого места вообще не было границ. К тому же чем дальше он улетал, тем меньше становилось духовной энергии.

«Ну и как мне пробиться через первую формацию…?» — он нахмурил брови и расположился в позе лотоса на одной горной вершине[1].

Тем временем, снаружи зоны Наследия Практики столпились вокруг семи алтарей и с интересом наблюдали за изображением в красном сиянии. Они отчетливо видели, как семь размытых фигур вошли в первую формацию и сразу же приняли позу лотоса и приступили к медитации. Однако восьмой и последний участник почему-то начал бесцельно летать вокруг. Спустя довольно много времени он, наконец, приземлился и начал медитировать.

«Из какой Секты этот участник? Разве он не понимает, как устроена первая формация? О, кажется я понял. Должно быть он вольный Практик[2]. Видимо он случайно обнаружил восьмой алтарь Кровавого Бессмертного, невольно начав турнир!»

«Первая формация очень проста, это испытания скрытого таланта. Проще говоря, первая матрица помогает вырасти Кровавому Божеству. Практики должны поглотить как можно больше духовной энергии. Именно эта матрица является ключом к прохождению остальных», — нечто подобное шепотом обсуждали множество Практиков.

Внутри зоны Наследия Мэн Хао поднял голову: «Очень странно. Духовная энергия в этом месте разделена на восемь частей… включая меня сюда вошли восемь человек».

Глаза Мэн Хао вспыхнули. Он сделал глубокий вдох и принялся поглощать духовную энергию изо всех сил. Хотя он не имел ни малейшего представления о том, как пройти первую формацию, некоторые догадки у него все же были. Духовная энергия постепенно истончалась. После того, как Мэн Хао закрыл глаза, прошло пять дней. Даже спустя пять дней он продолжал высасывать столько духовной энергии, сколько мог. Его золотая Дао Колонна ярко сияла. Более того, похоже, стали появляться признаки оформления второй Дао Колонны.

Щенок наравне с Мэн Хао поглощал духовую энергию все эти пять дней. Его размер тоже увеличился, теперь он был размером с ладонь Мэн Хао. Вскоре вся духовная энергия этого места иссякла. Внезапно раздался рокот, Бессмертные горы и строения начали разрушаться, сформировав в итоге огромную платформу. Когда Мэн Хао открыл глаза, он обнаружил себя сидящим в позе лотоса на этой самой платформе.

Остальные участники вокруг него тоже открыли глаза. Их Кровавые Божества претерпели значительные изменения. Они стали крупнее и по-видимому разумнее. Что до кроваво-красного пикси, он нисколько не вырос, вместо этого у него выросли усики, которые медленно извивались вокруг него, создавая тем самым довольно причудливое зрелище.

Щенок Мэн Хао изменился меньше всего. Он стал размером с ладонь и был покрыт пушистым мехом. Судя по всему, остальные Кровавые Божества его пугали, он в страхе прижался к Мэн Хао, тереться головой об его ногу и облизывать полы его халата. Его огромные, сверкающие глаза выглядели невероятно мило.

На платформе стояла одинокая дверь, от которой исходила едва уловимая сила притяжения. Никто не сомневался, что это выход из зоны Наследия. Семеро людей вокруг Мэн Хао начали подниматься с земли. Очевидно их не интересовал выход, они вместе со своими Кровавыми Божествами превратились в лучи радужного света и полетели по направлению ко второй формации.

Мэн Хао молчал. Он чувствовал, что от большинства Кровавых Божеств исходила аура седьмой-восьмой ступени Конденсации Ци. Кровавый Дракон, Кровавый Феникс и Кровавое Божество в форме пикси вообще достигли девятой ступени. Его же щенок не перешел рубеж третьей-четвертой ступени.

«Отсутствие знаний об этом месте поставило меня в невыгодное положение… — Мэн Хао нахмурился, в глазах его вспыхнули огоньки. — Но перед остальными у меня есть преимущество: я могу спокойно покинуть зону Наследия, если же выйдет кто-то из них целая толпа желающих наверняка попытается занять освободившееся место. Поэтому даже если бы и хотели, они не могут выйти».

Молчание Мэн Хао продлилось всего несколько вдохов, затем он тоже поднялся. Он не полетел в сторону второй формации, вместо этого он растворился в сияющем портале, который перенес его обратно к открытому рту гигантской статуи в озере крови. Его предположения подтвердились, Культивация полностью восстановилась. Подавляющая сила не исчезла, просто она больше на него не действовала.

«Кровавое Божество не смогло выйти вместе со мной… похоже, оно может существовать только в зоне Наследия», — Мэн Хао окинул взглядом каменный алтарь, озеро крови и кровавое сияние. Он хмуро смотрел на кровавое сияние, а точнее на изображение того, что происходило внутри зоны Наследия, — получается люди снаружи могут наблюдают за всем, что происходит внутри…»

Его спокойный взгляд скользнул по изображению семи размытых фигур во второй формации. Увиденное позволило ему облегченно вздохнуть. Изображение в сиянии не показало его местоположение, к тому же портал с помощью которого он оказался в жерле вулкана, не исчез.

Сверкнув глазами, он поднялся в воздух и спустя пару вдохов оказался рядом с бледной Чу Юйянь, которая сидела в позе лотоса и готовила пилюли. Она подняла голову и увидела стоящего рядом Мэн Хао. На ее лице то и дело вспыхивали довольно противоречивые эмоции.

«Сколько тебе нужно дней, чтобы закончить с пятой пилюлей?» — спросил Мэн Хао сухо, приземлившись рядом с девушкой. Его взгляд буквально прознал Чу Юйянь насквозь.

Она некоторое время молчала, и, наконец, мягко ответила: «Через две недели все будет готово».

«Учитывая наше положение, — продолжил Мэн Хао, — я не вижу смысла продолжать вражду». Он осмотрел клубящийся туман, сейчас он мог спокойно видеть сквозь эту завесу.

Чу Юйянь какое-то время молчала, в конце концов она наклонила голову и произнесла: «Я хочу выбраться отсюда, но я тебе не доверяю».

«Если ты изготовишь пилюлю и поможешь мне разобраться с турниром за Наследие Кровавого Бессмертного, тогда я клянусь своей Культивацией, что вытащу тебя отсюда в целости и сохранности».

«К клятвам Практиков у меня нет доверия», — ответила она, не спуская с него глаз.

«Если хочешь выбраться отсюда, тогда у тебя только один выбор — доверится мне, — холодно заметил Мэн Хао, — у моего великодушия есть пределы. Сначала ты покусилась на мою Культивацию, потом попыталась обхитрить меня с Наследием Кровавого Бессмертного, третьего раза не будет, в этом случае мне придется отказаться от плана с пилюлями и просто-напросто убить тебя».

Чу Юйянь притихла, очевидно не зная, что сказать. Мэн Хао сел в позу лотоса напротив девушки. Время убеждений подошло к концу, теперь решение за девушкой. Прошел целый день, прежде чем Чу Юйянь наконец обреченно вздохнула. У нее не осталось больше хитростей или уловок. Все попытки обхитрить Мэн Хао обернулись полным фиаско. Все так, как он и сказал… она хотела выбраться отсюда, и у нее не было другого выхода, кроме как довериться ему. К тому же Чу Юйянь на собственном примере испытала беспощадность Мэн Хао и могла без труда почувствовать холодную угрозу, скрытую в его словах.

«Девять формаций турнира за Наследие Кровавого Бессмертного отличаются друг от друга, — начала она тихо, — однако некоторые Секты досконально изучили их за последние семь турниров. Путь, что тебя ждет — это путь овладения духовной энергией неба и земли! Это не только повысит твою Культивацию, но и в соответствии со скрытым талантом содействует росту твоего Кровавого Божества.

Рост Кровавого Божества очень важен для прохождения девяти формаций. Многолетние наблюдения привели мою Секту Пурпурной Судьбы к выводу, что после прохождения девятой формации Кровавое Божество достигнет мощи сравнимой с экспертом в одном шаге от стадии Отсечения Души. Божество сможет слиться с сокровищем Наследия Кровавого Бессмертного и впоследствии стать его неотъемлемой частью: Духом Регалией этого сокровища!

Хозяин Духа Регалии обретет Наследие Кровавого Бессмертного и, будучи первым человеком с незапамятных времен, кто сумел обрести сокровище, получит в свое распоряжение чудовищную мощь Кровавого Божества в одном шаге от стадии Отсечения Души! Это Кровавое Божество в одном шаге от Отсечения Души на самом деле Защитник Дао оставленный Кровавым Бессмертным в Древнем Храме Погибели.

За исключением первой, остальные формации Кровавого Бессмертного требуют достижения внутреннего прозрения. У множества Сект было достаточно времени, чтобы собрать достаточно информации, собрав ее воедино, было установлено, что магические формации, как и их суть, после каждого турнира менялись. Вот почему так трудно достичь внутреннего прозрения в каждой из них.

Тот, кто первый достигнет внутреннего прозрения сможет начать поглощать духовную энергию вместе с Кровавым Божеством. Как ты, наверное, знаешь количество духовной энергии ограничено, чем больше ты поглотишь, тем меньше достанется остальным, — Чу Юйянь посмотрела на Мэн Хао, — в Секте я мне попадалась информация о внутреннем прозрении в различных формациях турнира за Наследие Кровавого Бессмертного, однако я мало что помню. Точно могу сказать одно, некоторые формации иллюзорны», — девушка закрыла глаза, словно давая понять, что разговор окончен.

Мэн Хао погрузился в раздумья, слова Чу Юйянь эхом разносились в его голове. Тщательно все обдумав, он стрелой помчался к жертвенному алтарю Кровавого Бессмертного. В сиянии он разглядел семерых участников во второй формации. После чего он исчез во рту гигантской статуи. В глазах помутнело, но потом все вернулось в норму. Он вернулся на ту самую платформу, где он оказался после завершения первой формации.

Почти сразу появился щенок размером с ладонь. Он радостно запрыгал и начал бегать вокруг него, яростно виляя хвостом. Видимо он с нетерпением ждал возвращения Мэн Хао. Наконец он расположился у ног Мэн Хао и начал вылизывать свою лапу, поглядывая на Мэн Хао своими очаровательными глазами.

Возвращение Мэн Хао зрители снаружи почти полностью проигнорировали. Его заминка на первой формации, оставила его далеко позади остальных, тем самым опустив его на восьмое место.

Он сделал глубокий вдох и превратился в луч радужного света, который устремился ко второй формации. Снаружи магическая формация походила на медленно вращающийся водоворот звезд. Стоило ему войти, как положение звезд изменилось. Мир закружился, небо и земля странным образом исказились, а потом картина перед глазами прояснилась. Перед Мэн Хао раскинулся кровавый океан. Безграничный, цвета алой крови. Вдалеке солнце медленно садилось за горизонт. Вечерний ветер не только принес с собой запах рыбы, но и поигрывал волнами на блестящей поверхности океана. Духовной энергии здесь было мало, не достаточно для поглощения. Ее количество увеличится после прохождения магической формации.

Неожиданно кровавый щенок пробежал немного вперед и угрожающе залаял на океан, правда, получился этакий робкий и опасливый лай. Шерсть маленького щенка встала дыбом. С рокотом забурлили алые воды океана. Из кровавой пучины медленно появился арочный темно-зеленый деревянный мост. В небе загрохотал гром и ударили молнии. На вершине арочного моста стоял юноша с длинными волосами. В холодном блеске его глаз, смотрящих на Мэн Хао, угадывалась жестокость.

«Один удар, — сказал юноша холодно. Его глаза горели жаждой убийства, а старческий, древний голос резко контрастировал с довольно юным внешним видом, — если выстоишь, поднимется второй мост. Преодолев три моста, ты сможешь пройти эту формацию».

[1] «Скрестив ноги» заменено на «поза лотоса».

[2] Не принадлежащей к какой-либо Секте.

Глава 123. Придание Сознанию Формы

Жажда крови была невероятно сильной, настолько сильной, что могла всколыхнуть океан. С моста капала кровь, а по поверхности океана гуляли волны. Когда юноша закончил, он сжал ладонь в кулак и обрушил его на Мэн Хао. Океан крови взъярился, волны словно бы расступились перед юношей.

Глаза Мэн Хао сузились. Культивация юноши находилась на поздней стадии Возведения Основания. Но Мэн Хао прекрасно понимал, что здесь не удастся избежать сражений. Он рванул вперед, его щенок не отставал, продолжая при этом угрожающе тявкать. Шарики крови парили вокруг его небольшого тельца. Он и Мэн Хао превратились в лучи радужного сета и устремились навстречу юноше. Мэн Хао хлопнул по сумке ИньЯнь и извлек два деревянных меча. Следом он выплюнул Флаг Грома, который окружил его туманом. Подобно стрелам, выпущенным из лука, он и его щенок схлестнулись с юношей.

Раздался оглушительный грохот. У Мэн Хао и щенка отшвырнуло назад, изо рта обоих брызнула кровь, деревянные мечи, потеряв контроль отлетели в сторону. Туман Флага Грома тоже не выдержал напора и начал рассеиваться.

Юноша холодно посмотрел на Мэн Хао и поднял правую руку. Позади него из бушующих волн медленно поднялся второй арочный мост, сам юноша исчез. На втором мосту стоял молодой человек, он неуловимо напоминал предыдущего, словно это был тот же юноша, только повзрослевший на десять лет.

«Ты можешь сразиться со мной, когда пожелаешь, — хладнокровно произнес человек на мосту, — если ты не погибнешь от моего кулака, тебя ждет третий мост». Закончив, он закрыл глаза и замер подобно статуе.

Прежде чем сесть в позу лотоса на первом мосту, Мэн Хао утер кровь с подбородка. Недавняя атака содержала в себе силу поздней ступени Безупречного Основания. Без защиты Флага Грома ему бы точно пришел конец.

«Теперь понятно, почему остальные шестеро еще не прошли вторую формацию. Турнир за Наследие Кровавого Бессмертного не шутка и это только вторая формация…» — обдумав варианты, глаза Мэн Хао решительно сверкнули.

Он проглотил целебную пилюлю и успокоил свою Культивацию. Щенок тоже не остался без внимания, Мэн Хао положил перед ним целебную пилюлю, которая в миг исчезла в пасти собаки, после чего та мирно устроилась у него на коленях. Два дня спустя глаза Мэн Хао распахнулись. Щенок по-прежнему лежал у него на коленях, несмотря на полу зашившие раны он спрыгнул на деревянную поверхность моста. Его размер не изменился, но аура претерпела значительные изменения. Словно он стал еще ближе к Мэн Хао и агрессивней по отношению к остальному миру. Только отменное качество целебной пилюли стадии Конденсации Ци спасло щенку жизнь, ранения он получил довольно серьезные.

«Мы с тобой похожи, — мягко сказал Мэн Хао, глядя на щенка, — простой и заурядный, которого судьба забросила в мир Культивации. У тебя только один выход: измениться, стать сильней и безжалостней. Ты должен научиться убивать».

По взгляду щенка можно было подумать, что тот понял своего хозяина. Он лизнул полу халата и начал бегать вокруг Мэн Хао, после чего удобно расположился у него в ногах. Глаза Мэн Хао светились упорством, он медленно поднялся и посмотрел в сторону второго моста, следом хлопнул по сумке ИньЯнь, и из ее недр вырвался дождь клинков.

Сотня, две сотни, три сотни… пять сотен летающих мечей зависли в воздухе, приняв форму Инлуна! Мощь Демонического Ядра наполняла тело Мэн Хао. Взмах руки и два деревянных меча стали длинными клыками дракона. Инлун из железных клинков бросился на молодого человека на втором мосту.

Выражение лица стража моста даже не дрогнуло. Он медленно поднял правую руку и нанес небрежный удар. В этот раз не было ни волн в океане, ни рокочущего звука, все выглядело невероятно просто. Как и кулак первого юноши, второй не стал дожидаться атаки Мэн Хао. Летающие мечи в авангарде приняли на себя удар и начали разбиваться один за другим, словно наткнулись на непроходимую стену.

Но разбились не все мечи, а только те, что были в центре. Словно некая невидимая стрела, желая добраться до Мэн Хао, разрушала все летающие мечи на своем пути. Мэн Хао мгновенно среагировал на грозящую ему смертельную опасность: вместил всю Культивацию в грозовой туман, а также призвал два деревянных меча для защиты. Щенок самовольно рванул вперед к груди Мэн Хао и прикрыл своей спиной хозяина. Мэн Хао тотчас схватил его и отшвырнул в сторону.

Прогремевший следом взрыв, казалось никогда не закончится. Изо рта Мэн Хао брызнула кровь, сам он, словно кукла, которой обрезали нити, отлетел назад и приземлился на первый мост. После очередной порции кровавого кашля, побледневший Мэн Хао почувствовал, что его Дао Колонна может рассыпаться в любую секунду.

«Этот удар был во много раз страшней предыдущего. Однако я чувствую в нем только силу средней ступени Безупречного Основания… И еще щенок, неужто он пытался защитить меня…?» — утерев кровь, он подошел к щенку, который встревоженно смотрел на хозяина, и потрепал того по голове.

«Каким-то чудом ты уцелел, — сказал молодой человек спокойно, — но с твоей нынешней силой тебе не пройти третий мост, если конечно не произойдет что-то из ряда вон». Он взмахнул рукой и поднял из океана третий мост.

С появление моста, молодой человек растаял в воздухе. На третьем же мосту стоял уже мужчина средних лет. Черты его лица напоминали второго юношу, только еще на десять лет старше. Судя по эманациям его Культивации, Мэн Хао сделал вывод, что этот человек находился на той же ступени, что и он: начальная ступень Возведения Основания с одной Дао Колонной! Невероятно!

«Странно, — Мэн Хао сузил глаза, — почему третий мост охраняет кто-то с такой Культивацией…? Разве стражи не должны были появляться в обратном порядке…»

«Чтобы пройти мост, — сказал мужчина равнодушно, — выдержи один мой удар, не закашлявшись кровь. У тебя три попытки. Каждая состоит из всего одного удара. Если ты провалишь все три, тогда ты лишишься права на Наследие и будешь похоронен на дне океана крови, а твой дух навеки станет частью алтаря».

Мэн Хао не проронил ни слова. Он сел в позу лотоса на втором мосту и достал несколько целебных пилюль, часть из которых досталась щенку. Глядя на щенка жующего пилюли, перед глазами Мэн Хао встала сцена его прыжка на защиту хозяина. Такая самоотверженность наполнила сердце Мэн Хао теплом.

Спустя три дня Мэн Хао почти полностью восстановился. Щенок тоже открыл глаза, судя по всему последние три дня позитивно на него повлияли, он был полон сил. Мэн Хао задумчиво посмотрел на стража третьего моста. В голове он прокручивал два поединка: на первом мосту с юношей и с его повзрослевшей версией на втором мосту, пытаясь по крупицам информации составить картину происходящего.

Прошел еще один день. Сердце Мэн Хао затрепетало, он медленно поднял голову, похоже что-то осознав: «Когда юноша атаковал с силой поздней ступени Возведения Основания, океан крови забурлил. Всё потому, что мощь удара излучалась наружу. Молодой человек был всего лишь на средней ступени Возведения Основания, несмотря на это, мощь его атаки не излучалась наружу. Из почти пяти сотен летающих мечей разбились только около двадцати. Из-за этого мне пришлось напрямую принять удар его кулака. В этих двух поединках Культивация противников отличалась. Очевидно, самым важным аспектом обоих была техника использования Культивации!»

Глаза Мэн Хао сверкнули пониманием. Он не был дураком и довольно быстро смог докопаться до сути проблемы.

«У этого человека схожая со мной Культивация. Даже боюсь представить с какой мощью мне придется столкнуться…» — Мэн Хао посмотрел на него и медленно поднялся.

В его глазах мерцал диковинный свет. Сейчас его совершенно не волновало Наследие Кровавого Бессмертного! Неожиданно для себя он понял, что внутри девяти формаций… можно встретить скрытые на первый взгляд Наследия буквально на каждом шагу!

Он не стал в спешке атаковать, вместо этого он остался на втором мосту для небольшого эксперимента. Он медленно направил силу, исходящую из его Культивации, в попытке обуздать процесс рассеивания. Дело было непростое, но Мэн Хао славился своим упрямством. Он совершенно не следил за ходом времени, поэтому не заметил, как прошло семь дней. За неделю он не сумел достичь полного контроля, остановившись где-то на тридцати процентах.

«Не могу больше откладывать. Нужно удостовериться в правильном ли направлении я мыслю», — его глаза сверкнули, и он направился в сторону мужчины.

Бум!

Спустя десять вдохов Мэн Хао кубарем полетел назад, изо рта вырвались брызги крови, а голову разрывало от боли. Он приземлился на втором мосту и попробовал подняться уперевшись руками в деревянные доски, однако его попытки прервал кровавый кашель и дрожь во всем теле. Рядом с ним подрагивал щенок. Из столкновения он вышел с одной сломанной лапой и значительно ослабевшей аурой. Мэн Хао медленно поднял глаза на мужчину на третьем мосту.

«Ты провалил первую попытку».

Мэн Хао глубоко вдохнул и принял позу лотоса, не забыв сначала скормить щенку несколько целебных пилюль. Всё-таки он пострадал не меньше своего хозяина. Внешний вид щенка изменился. Его шерсть потеряла прежний здоровый люстр, его глаза потускнели, однако это не сильно повлияло на его жизненную силу, она оставалась сильной, как и раньше. После каждого восстановления, жажда крови щенка заметно увеличивалась.

«Этот человек только на начальной ступени Возведения Основания. Вот только в его атаке почти не было утечки мощи, к тому же ощущения от нее были очень странные… Словно этот кулак вовсе не был кулаком… О чем я могу сказать с уверенностью так это о том, что семь дней упорной подготовки не прошли даром, а значит я на верном пути!»

Мэн Хао нажал рукой у себя между бровей, тем самым избавившись от части боли, что разрывала сейчас его тело. Он поднялся на ноги и продолжил тренировать контроль над утечкой силы из Культивации. Спустя еще неделю Мэн Хао чувствовал, что контролировал уже пятьдесят процентов. Несмотря на отсутствие роста Культивации, его боевая мощь развивалась устрашающими темпами.

Пришло время второй попытки. Вместе с щенком они бросились к фигуре на мосту.

Бум!

Снова через десять вдохов Мэн Хао отшвырнуло назад, его прямо в воздухе закрутило как юлу. Несмотря на брызнувшую изо рта кровь, его глаза ярко сияли. Судя по всему, щенок менялся вместе с Мэн Хао, который сейчас постигал просветление. Раны животного оказались не настолько серьезными, как в прошлый раз, он даже свирепо зарычал.

“Духовное Сознание! Он не просто соединяет воедино Культивацию, к удару кулаком еще примешивается Духовное Сознание! Это позволяет кулаку… нанеси удар прямо в саму Культивацию!»

Мэн Хао сделал глубокий вдох, глаза мягко сияли от внезапно охватившего его просветления. Он внезапно осознал, что при всей важности Культивации для Практика, когда дело доходит до духовной силы и техники ее использования, контроль — вот ключ к настоящей мощи в битве!

Он сел в позу лотоса и закрыл глаза. На этот раз ему потребовалось две недели, чтобы открыть их вновь. Он целый месяц не мог пройти вторую формацию и не имел не малейшего понятия об успехах остальных участников. Правда, даже окажись он на последнем месте, его бы это не расстроило, ведь он наткнулся на нечто совершенно невероятное.

Мэн Хао медленно поднялся и полетел вперед. Щенок переродился согласно просветлению Мэн Хао. Вместе они в третий раз устремились к человеку на мосту.

Бум!

Мэн Хао отшатнулся всего на восемь шагов и медленно поднял голову. Его Ци и кровь бурлили, но в горле не было даже намека на кровь. Когда мужчина опустил кулак, Мэн Хао сложила ладони и поклонился ему.

«Ты обрел просветление о концепции предания сознанию формы, ты прошел вторую формацию!» — с этими словами мужчина взмахнул рукавом.

Мир вокруг начал рушиться.

Глава 124. Завершение Формации

Пока мир вокруг разрушался, Мэн Хао почувствовал, как их с щенком окатило огромной волной духовной энергии. Он глубоко вздохнул и начал раскручивать Культивацию, поглощая при этом духовную энергию в больших объемах. Духовной энергии здесь было вдосталь, даже больше чем в первой формации. Возникло чувство, что, попрактиковавшись здесь какое-то время, ему даже не потребуется целебная пилюля, чтобы оформить вторую Дао Колонну. К сожалению, после поглощения духовной энергии некоторая часть ее просочилась наружу из трещины в Дао Колонне. Не будь утечки духовной энергии, Мэн Хао наверняка сумел бы оформить вторую Дао Колонну в кратчайшие сроки.

«Совершенное Основание…” — глаза загорелись в предвкушении и не только у него одного. Щенок тоже принялся споро поглощать духовную энергию. Его тело постепенно изменялось, Ци становился сильней, хотя, как и у Мэн Хао, часть его просачивалась наружу.

К сожалению хорошая оказия быстро подошла к концу. Спустя три дня духовная энергия в этом месте окончательно иссякла. Мэн Хао открыл глаза. Он сидел в позе лотоса на огромной платформе. Неподалеку медитировали другие участники турнира.

Все, как по команде, открыли глаза одновременно с Мэн Хао. Из всех Кровавых Божеств питомец Мэн Хао изменился больше всего. Мало того, что он стал размером с половину руки, так еще кроваво-красная шерсть, острые зубы, блестящие когти придавали Кровавому Божеству свирепый вид. Только глаза стали не такими ясными, как раньше, в них стал виден красноватый отблеск, словно так проявлял себя результат их борьбы не на жизнь, а на смерть. Теперь каждый мог увидеть и почувствовать всю свирепость и неукротимость этого Кровавого Божества. Особенно если учесть Культивацию щенка стадии Возведения Основания! Обычно Практикам трудно взойти на стадию Возведения Основания, но не для Кровавых Божеств, зона Наследия была особым местом, где их ожидал стремительный рост. Всё-таки Кровавые Божества не являлись Практиками.

«Кровавое Божество повысило уровень Культивации настолько быстро. Возможно дело в его особых способностях? Или они жили в далеком прошлом, а после смерти их дух превратился вот в это», — погрузился в раздумья Мэн Хао.

Спустя какое-то время он посмотрел через плечо на вторую формацию. Там никого не было. Впереди в третьей формации виднелось три размытых фигуры. Еще дальше в четвертой формации виднелась одна. Эти трое очевидно покинули вторую формацию намного раньше. Видимо вместо поглощения духовной энергии они решили сэкономить немного времени для того, чтобы набрать дистанцию. Мэн Хао глубоко вздохнул и медленно поднялся. Его глаза сверкали, пока он медленно шагал к третьей формации.

Тем временем в мире снаружи около десяти тысяч Практиков наблюдало за происходящим в кровавом сиянии. В толпе постепенно нарастал гомон.

«Слышали новости? Личность большинства участников установлена. Кто бы мог подумать, что лидирующую позицию занимает Ли Даои — Сын Дао Ли Клана. Сложно сказать, сможет ли он в конце заполучить Наследие, но одно ясно точно, у него на это больше всего шансов».

«Нечестно! Великие Кланы и Секты всегда, как коршуны набрасываются на любое Наследие, не оставляя остальным ни малейшего шанса! Если бы только я был тем человеком, кто отворил восьмой алтарь Кровавого Бессмертного. Это дает одно неоспоримое преимущество: ни с кем не придется драться за место на турнире».

«Скажешь тоже, все внутри — Избранные различных Сект и Кланов. Да, тебе не придется драться за право на алтарь, но тебе никогда не угнаться за Избранными. Глянь, сколько времени парень, очевидно открывший восьмой алтарь Кровавого Бессмертного, убил на вторую формацию. Такими темпами ему ни за что не пройти третью формацию».

Похожие беседы повторялись во всех зонах Наследия Кровавого Бессмертного.

В четвертой формации стоял удалой и привлекательный юноша в желтом халате по имени Ли Даои. Куда бы он не посмотрел пустыня растянулась до самого горизонта

«Давным-давно Патриарх оставил наказ и пророчество. Ли Клан породит нового Кровавого Бессмертного. Наследие будет моим. Что до остальных… ха, их жизни будут в моей власти в шестой формации», — абсолютно спокойный Ли Даои двинулся вперед.

По прибытию в третью формации брови Мэн Хао слегка изогнулись. Щенок рядом с ним начал угрожающе тявкать на огромное дерево впереди. Под деревом лежала доска для Го, на которой, подобно звездам на небе, были рассыпаны мириады камней Го. Черные находились в проигрышной позиции. Рядом с доской лежал один белый камень, словно ожидая того, кто поднимет и сыграет им.

Вокруг доски для Го высилось несколько сотен деревьев, каждое из которых было не выше обычного человека. На фоне этого заброшенного места сильно выделялось огромное дерево впереди.

И тут прозвучал древний голос: «В турнире за Наследие Кровавого Бессмертного слово «кровавый» обозначает убийство. Коли ты стремишься обрести Наследие, знай, без жажды убийства тебя ждет тернистый и трудный путь. Смысл этой формации в убийстве. Однако, несущий смерть должен иметь холодное сердце и безмятежный дух. Опусти белый камень на доску и одержи верх в этой смертельной игре! Но помни, у тебя всего один шанс. Можешь сдаться, но тогда ты потеряешь право на обретение Наследия, а платой станет сотня лет твоего долголетия».

Когда Голос умолк, одно из деревьев внезапно разорвало на куски. Изнутри вырвался призрак с такой же Культивацией как у Мэн Хао, стадией Возведения Основания. Очертания призрака были расплывчатыми, единственной четкой деталью оставались кроваво-красные глаза, которые кровожадно пылали.

Призрак без промедления бросился на Мэн Хао. Глаза Мэн Хао холодно блестели. Щенок рядом с ним громко залаял и бросился в атаку вместе с хозяином. Раздался рокот. Мгновение спустя Мэн Хао увидел, как призрак стадии Возведения Основания разбился на несколько осколков духовной энергии, которые выстрелили в Мэн Хао. Одновременно прозвучали хлопки и еще три дерева разлетелись на куски.

Когда истлела одна палочка благовоний в уголках рта Мэн Хао показалась кровь. Из ран щенка шла кровь, хотя он по-прежнему выглядел довольно свирепо. Теперь им противостояло сразу пять призраков стадии Возведения Основания.

Мэн Хао потерял счет времени, сейчас он, борясь с кровавым кашлем, пробивался сквозь деревья к огромному дереву и доске Го в шести километрах от него. Его глаза налились кровью, но он продолжал бороться с миром третьей формации. Сейчас его окружили двенадцать призраков стадии Возведения Основания, каждый из которых источал просто чудовищную жажда убийства.

Щенок только что лаял рядом с ним, а в следующую секунду превратился в кровавую вспышку и перегрыз шею одному из призраков стадии Возведения Основания. Вместе, человек и щенок, в ожесточенной борьбе постепенно пробивались вперед, попутно поглощая столько духовной энергии этого места, сколько возможно. Текущий уровень Культивации щенка находился на средней ступени Возведения Основания и продолжал расти. Его свирепость стала еще явственней.

Следующие несколько часов Мэн Хао, кашляя кровью, продирался вперед. Впереди стоял измученный призрак стадии Возведения Основания. Очевидно он вложил последние силы в финальный рывок отчаяния. Жажда убийства в Мэн Хао ярко вспыхнула. Его правая рука сжалась в кулак, который ударил в грудь призраку, несмотря на несущуюся на него ауру меча. Внезапно кулак раскрылся, и из ладони со свистом вырвался Клинок Ветра. У Мэн Хао изо рта опять брызнула кровь. В это же время призрак стадии Возведения Основания задрожал и взорвался.

Неподалеку щенок метался из стороны в сторону, подобно маленькой алой комете. Его острые клыки и когти разрывали призраков стадии Возведения Основания на куски. Когда он заканчивал поглощать их духовную энергию, то возвращался к Мэн Хао. Все его тело испещряли кровоточащие раны, его Ци ослабел, но свирепость ни на йоту не угасла. Как будто он прошел настоящее очищение кровью.

Мэн Хао проглотил несколько целебных пилюль и бросил парочку щенку. После сражения его одежда превратилась в лохмотья, но глаза его ярко сверкали. Дерево постепенно становилось ближе.

В этот раз раздался оглушительный рев. Двадцать призраков стадии Возведения Основания на всех парах рванули к Мэн Хао. Он устало вздохнул, поднял руку и вызвал грозовой туман. Окруженный наэлектризованным туманом, он устремился навстречу призракам.

Сражения сменялись одно за другим, раны множились. Четыре часа спустя. Лицо Мэн Хао стало белее мела. До дерева оставалось два с половиной километра. Правда сейчас он и щенок, преследуемые толпой призраков, убегали в обратную сторону от дерева. Призраки начали один за другим замирать на месте и превращаться обратно в деревья. Набрав безопасную дистанцию, Мэн Хао сел в позу лотоса и принял несколько целебных пилюль против кровотечения. Щенок тоже получил свою долю и начал быстро восстанавливаться. Когда четыре дня спустя глаза Мэн Хао открылись, он вновь направился к дереву. Еще более свирепый щенок побежал вслед за хозяином навстречу очередной битве.

На сей раз они сумели пробиться к отметке в полтора километра от дерева, прежде чем их вынудили отступить. Дни Мэн Хао и щенка состояли только из двух вещей: сражения и отдыха. В глазах Мэн Хао постепенно становились все безжалостней, а его атаки решительней. К этому моменту он овладел собственной Культивацией примерно на семьдесят процентов. Теперь вне зависимости от используемой техники, он напитывал атаки Духовным Сознанием.

Щенок дорос до размеров его руки. Его новый облик стал еще свирепей, когти полностью выросли, как и острые зубы. Словно с ними он мог разорвать на куски кого угодно. Из его глаз по-прежнему лился красный свет.

Полтора километра, девятьсот метров, три сотни метров… Мэн Хао застрял в этой матрице на целый месяц. Вскоре их и дерево разделало всего шестьдесят метров. Щенок взвыл, схватил зубами за полу халата Мэн Хао и потянул его вперед. Мэн Хао не возражал. Он позволил щенку вести себя, вместе они прорвались сквозь заслон из призраков стадии Возведения Основания и пересекли последние шестьдесят метров.

У дерева щенок отпустил халат, развернулся и помчался назад к призракам стадии Возведения Основания. Мэн Хао не мешкая схватил белый камень, оценил игровую ситуацию и поставил его на доску для Го. Стоило камню коснуться доски, как весь мир посерел, словно стоящее перед Мэн Хао зеркало начало трескаться. Вместе с этим нахлынула волна безграничной духовной энергии.

Это могло значить только одно — третья формация пройдена.

Толпа Практиков снаружи семи зона Наследия Кровавого Бессмертного оживленно гудела.

» Ли Даои, Сын Дао Ли Клана, прошел четвертую формацию. У него на это ушел целый месяц…»

“Ван Удэ из Секты Кровавого Демона[1] сумел вторым войти в четвертую формацию, поэтому занимает второе место, прямо за Ли Даои. Остальные пока застряли на третьей формации. Как думаете, кто из троих первым сумеет завершить формацию…?»

«Скорее всего Ван Лихай, он как-никак Сын Дао. Ван Клан настроены серьезно, раз послали Сына Дао… Ого???»

«Три человека вышли одновременно! Ван Лихай, Сун Цзя, а третий человек… это же…?!»

[1] Ван Юцай почему-то в этой главе имеет имя Ван Уды (псевдоним?)

Глава 125. Эта Формация Будто Специально Создана Для Меня

Безграничная духовная энергия мощным потоком затопила Культивацию Мэн Хао. Глубоко внутри вторая Дао Колонна постепенно уплотнялась.

«Если бы не постоянная утечка духовной энергии я бы смог оформить вторую Дао Колонну в любой момент», — вздохнул Мэн Хао.

Несколькими днями позже он открыл свои сверкающие глаза. Он не подозревал сколько шуму наделал своим одновременным завершением формации вместе с Ван Лихайем и Сун Цзя. Кто-то предположил, что Мэн Хао должен быть Избранным из какой-то Секты. Однако доказательств этому не было, отчего относительно его личности вспыхнули жаркие дискуссии. С таким неоднозначным выступлением Мэн Хао превратился в своего рода «темную лошадку» турнира. После всех бесед и споров общественность пришла только к одному общему мнению: Ван Лихай должно быть испытывает какие-то трудности, если бы все было в порядке, он завершил формацию намного раньше.

Мэн Хао скосил взгляд на своего щенка, и теплая улыбка озарила его лицо. Щенок стал еще больше, размером с теленка он теперь доставал Мэн Хао до пояса. Густой, блестящий красный мех покрывал его крепкое тело, которое буквально источало внутреннюю мощь. Зубы во рту Кровавого Божества походили на заточенные клинки, когти были толщиной с человеческий кулак, казалось были настолько острыми, что могли разрезать небо и землю. Алый свет его глаз довершал этот невероятно свирепый облик. Удивительно, но он вырос из простого щенка во взрослую собаку: Кровавого Мастиффа!

Пес стоял в такой позе, словно на его территорию вот-вот ворвутся нарушители. Любой, кто рискнет приблизиться к Мэн Хао будет разорван на части. Мэн Хао смотрел на мастиффа и выражение его лица смягчилось. Всего за несколько месяцев он вырос из крошечного ничем не примечательного щенка, до таких внушительных размеров. Борьба и сражения в формациях выковала между ними крепкие узы дружбы. Они вместе атаковали, вместе получали раны, вместе боролись не на жизнь, а на смерть, вместе были омыты кровью на поле брани. Словно почувствовав взгляд хозяина, мастифф повернул голову и посмотрел ему в глаза. Свирепость тут же сменилась щенячьим восторгом, виляя хвостом, он подбежал к Мэн Хао, высунул язык и лизнул ему руку. Улыбка на лице Мэн Хао стала еще теплее. Когда он потрепал лохматую голову мастиффа и тот довольно зажмурился, Мэн Хао не удержался от смеха.

Мэн Хао перевел взгляд на третью формацию, там он обнаружил еще троих участников, судя по всему они в ней застряли. Впереди в четвертой формации виднелось три размытых фигуры. До пятой пока добрался только один человек.

Мэн Хао погладил мастиффа по голове, и вместо четвертой формации направился в сияющую дверь во внешний мир. И снова он оказался в жерле вулкана.

За последние несколько месяцев Мэн Хао почти не вспоминал о пилюлях. Он превратился в луч радужного света и полетел к Чу Юйянь. Она медитировала в позе лотоса, но почувствовав приближение Мэн Хао, открыла глаза, однако стоило их взглядам встретиться, как девушка отвела свой в сторону. Он ловко подхватил брошенную ему девушкой пятую малую пилюлю.

С невозмутимым лицом он положил пилюлю в сумку ИньЯнь, а затем развернулся и исчез. Совсем скоро он вернулся. Взмах рукава и перед Чу Юйянь приземлилось семь пилюль.

«Сварив вместе эти семь пилюль, можно получить Пилюля Семи Громов», — сказал юноша и швырнул ей нефритовую табличку с новой формулой. Точное время на изготовление пилюли Мэн Хао умышленно удалил.

«Кто сейчас на первом месте?» — спросила Чу Юйянь, отложив на время формулу пилюли Семи Громов.

«Я не могу разглядеть его внешность, но его Кровавое Божество — дракон».

«Должно быть кто-то из Ли Клана», — после небольшой паузы заключила девушка, затем она подняла нефритовую табличку и принялась за изучение формулы.

Мэн Хао какое-то время молчал, а потом медленно произнес: «У тебя всего один шанс. В случае неудачи, ингредиентов на вторую попытку у меня нет».

Он еще немного понаблюдал за девушкой, потом превратился в луч света и растворился в тумане. Его глаза сверкали: «Когда она закончит варить пилюлю, то наверняка попробует ее съесть. Вот только на панцире черепахи четко написано, что изготовление основной пилюли из семи малых пилюль занимает три месяца… Она об этом не знает, а я уж позабочусь, чтобы оказаться рядом в нужный момент».

Он решил на всякий случай проверить сияющий щит над слоем тумана. Ничего не изменилось. После этого он вернулся к жертвенному алтарю Кровавого Бессмертного и без колебаний вернулся в зону Наследия. На широкой платформе рядом с Мэн Хао мгновенно возник мастифф. От него исходила мощная аура поздней ступени Возведения Основания, которая никак не влияла на Мэн Хао. Хозяин и его пес превратились в лучи радужного света и полетели к четвертой формации.

Куда ни глянь всюду до самого горизонта раскинулась пустыня. Хотя в небе не было палящего солнца, в этом мире стояла удушающая жара. Словно он угодил на гигантскую сковороду, на которой будут жариться все, кому не повезло здесь оказаться, пока от них не останутся высохшие каркасы.

Мэн Хао настороженно осмотрелся, после второй и третьей формации он уже имел какое-то представление о том, как здесь все устроено. Однако в безмолвной пустыне ничто не двигалось, как и не было древнего голоса, объясняющего суть испытания. Мэн Хао какое-то время задумчиво посидел на месте, потом поднялся и побрел вперед. Мастифф быстро пристроился сбоку от хозяина. Человек и собака вместе шли по запустелой и безлюдной пустыне. Пройдя несколько шагов, Мэн Хао обернулся и с удивлением обнаружил, что следы, оставленные им на песке, почернели. А потом черная аура начала подниматься из его следов, песок вокруг загудел. Судя по скорости, с которой рассеивалась аура, она словно не смела приблизиться к Мэн Хао.

Внезапно черная аура превратилась в цветок с тремя лепестками, который выглядел как демоническое лицо. И тут он внезапно исчез. От подобной сцены глаза Мэн Хао сузились, а мастифф начал подвывать. Мэн Хао увидел, как издалека к ним приближаются коричневые скорпионы, настолько много, что их невозможно было сосчитать, эта орда растянулась от самого горизонта и стремительно приближалась.

Мастифф взлетел в воздух и взревел. Небо над ними начало темнеть, свет начал меркнуть, словно опустились сумерки. Но это были вовсе не сумерки, если внимательно приглядеться, то можно увидеть, что приближались не грозовые тучи, а еще одна орда уже крылатых скорпионов, которые просто затмили собою небо. В мгновение ока они полностью заполонили небо, окружив человека и собаку.

«Яд…» — пронеслась мысль в голове Мэн Хао.

Он обернулся назад, его следы позади стали полностью черными. Он потрепал мастиффа по голове и направился к толпе скорпионов. Мастифф угрожающе зарычал, но последовал за Мэн Хао, не спуская, правда, холодных глаз со скорпионов.

Как только Мэн Хао приблизился к коричневым созданиям, они попятились и пронзительно зашипели. Словно они не смели даже приблизиться к Мэн Хао. Он даже не сбавил шага, обратив скорпионов в отчаянное бегство. Некоторые твари оказались не столь проворны, как остальные. Тотчас, с макушки головы Мэн Хао срывался красный жгут и пронзал замешкавшееся создание, превратив тело скорпиона в лужу черной крови, которую тут же впитывал песок.

Не только скорпионы на земле вели себя подобным образом, их крылатые собратья тоже не решались приблизиться, создав вокруг Мэн Хао довольно большой пустой круг. Мастифф и Мэн Хао шли сквозь неисчислимые орды практически в кромешной тьме. Казалось яд в этом месте не имел ни шанса против яда в теле Мэн Хао, и поэтому ему ничего не оставалось, как расступиться перед ним.

В глазах Мэн Хао возникло два мерцающих образа цветка, который имел форму то ли смеющегося, то ли плачущего демонического лица. Позади него постепенно проявлялась… трехцветная Запредельная Лилия!

Три цвета Запредельной Лилии сливались друг с другом и бледно сияли, делая невозможным приблизиться к себе какому-либо другому яду.

На лице Мэн Хао застыло каменное выражение. Через день пути перед ним предстало бескрайнее море ядовитых змей. В лицо ему ударил едкий ветер. Но он продолжал идти вперед, словно ничего не изменилось. При его приближении змеи начали извиваться, а потом опасливо шипя, они расползлись в сторону. Некоторые даже позволили на себя наступить, не проявляя какого-либо сопротивления. Когда фигура человека шла дальше, змеи позади начинали постепенно приходить в себя.

Как будто внутри Мэн Хао находилась мощь властелина всех ядов. При встрече с этой силой яд или ядовитые существа могли только опустить головы в знак покорности.

В отличии от Мэн Хао, Ван Лихай хмуро продвигался по пустыне, ему приходилось постоянно принимать рассеивающие яд пилюли. За последние семь турниров за Наследие эта ядовитая пустыня появлялась дважды. Великие Секты и Кланы особенно заострили на ней свое внимание. Она не появлялась на каждом турнире, поскольку формации постоянно изменялись, но, когда это происходило, для ее прохождения требовалась серьезная предварительная подготовка.

Правда пилюли отражения яд никогда не обладали стопроцентной эффективностью, доходило до того, что в некоторых случая они едва могли что-то сделать с некоторыми видами ядов. Например, сейчас Ван Лихай столкнулся с густым ядовитым туманом. Его глаза беспокойно метались. С самого первого дня, как он покинул Ван Клан до этой минуты он никогда не видел ничего подобного. Он до сих пор гадал, почему Патриарх настоял, чтобы именно он оказался здесь. Судя по странному выражению лица старика, у него должна быть какая-то веская причина.

«Я же не умру здесь, верно?» — его глаза странно сверкнули.

Сун Цзя тоже столкнулась с ядовитым туманом четвертой формации. Ее красивое, миловидное лицо сейчас портили нахмуренный лоб, это при том, что ее окружал и защищал зыбкий щит.

Остальные участники столкнулись в четвертой формации с похожей ситуацией. Время шло, они медленно продвигались вперед. Даже песок под их ногами был ядовитый. Любое неосторожное движение может закончиться смертью.

Можно сказать, что четвертая формация становилась смертельной формацией для любого неподготовленного участника. Даже с должной подготовкой отражающие яд предметы теряли свою эффективность по мере продвижение к сердцу пустыни. Участникам приходится надеяться на свою Культивацию и удачу.

Но Мэн Хао не вписывался в эту картину… Он шел сквозь ядовитый туман с бесстрастной маской на лице. Он делал вдох, но ядовитый туман даже не пытался что-то ему сделать, вместо этого вокруг Мэн Хао был тридцатиметровая сфера чистого воздуха.

Мастифф охотно следовал за хозяином. Ему очень нравилась их беззаботная прогулка по четвертой формации. Иногда он ловил какую-нибудь ядовитую тварь, кусал или разрывал ее когтями. Судя по всему, ему было очень весело. За семь дней Мэн Хао оставил далеко позади остальных участников турнира.

В монотонном пейзаже пустыни внезапно что-то привлекло его внимание. Медленно приблизившись, он обнаружил место без единой песчинки, из которого торчал одинокий цветок.

Этот цветок… имел четыре лепестка разных цветов. Его листья были изумрудно-зеленого цвета, а лепестки имели форму демонического лица, которое то ли плачет, то ли смеется… Это была четырехцветная Запредельная Лилия.

Запредельная Лилия, растущая в пустыне магической формации.

Глава 126. Нежданно-негаданно

На другом берегу цветок, цветущий семью цветами, имя ему Обретение Бессмертия. Каждая Запредельная Лилия кормится жизнью кого-то могущественного, испивая его кровь.[1] В результате бесчисленных смешений непостижимой воли, цветок живет.

Пораженный трехцветной Запредельной Лилией Мэн неожиданно натолкнулся на четырехцветную Запредельную Лилию. В душе поднялось странное, необъяснимое чувство, словно этот цветок раньше был Практиком, как и он.

Почти сразу с макушки головы Мэн Хао вырвался трехцветный туман, который обрел форму красивой трехцветной Запредельной Лилии. Она медленно раскачивалась из стороны в сторону. Ее лепестки имели форму демонического лица, которое казалось хотело заплакать, но не плакало. Будто от воспоминаний о своей жизни подступали слезы, но сейчас лицо запрещало себе плакать.

Со временем и четырехцветная Запредельная Лилия начала раскачиваться из стороны в сторону в такт с цветком Мэн Хао. Только сейчас юноша заметил на вершине цветка тусклый образ человека в белом халате. Он хранил молчание, и несмотря на его неясные очертания он смотрел прямо в глаза Мэн Хао. Странное ощущение, словно они смотрели друг на друга с разных берегов реки. Время тянулось невыносимо медленно, наконец мужчина в белом халате вздохнул и взмахнул рукой. Рядом с ним из песка поднялась сияющая дверь. Люди, связанные одной судьбой, не станут чинить препятствия друг другу. Сияющая дверь остановилась, это был выход из четвертой формации.

Мужчина в белом халате исчез, осталась только Запредельная Лилия, раскачивающая из стороны в сторону. Она выглядела так, словно хочет расплакаться, и одновременно не хочет.

Мэн Хао какое-то время молча переваривал увиденное, затем он сложил ладони и низко поклонился. Совершенно сбитый с толку, он ступил в сияющую дверь. Мир перед ним разбился на куски, а потом вновь собрался воедино. Их вернуло на огромную платформу, после чего обоих сразу же окутала густая пелена духовной энергии.

Впереди виднелась пятая формация и Ли Даои. Остальные участники застряли в четвертой формации позади Мэн Хао. За все семь турниров еще никому не удавалось пройти четвертую формацию меньше чем за десять дней. Мэн Хао одолел ее быстрее кого бы то ни было в истории!

Снаружи, в Южном Пределе результат Мэн Хао произвел настоящий фурор. Никто не мог отвести взгляда от кровавого сияния, которое показывало нечеткий силуэт Мэн Хао, никто не мог поверить своим глазам.

«Семь дней! Этот человек умудрился пройти четвертую формацию всего за семь дней! Как ему это удалось? За всю историю турниров за Наследие Кровавого Бессмертного такого еще не случалось!»

«Завершив четвертую формацию, он обогнал всех остальных участников! Теперь он ближайший конкурент Ли Даои! Если он не ударит в грязь лицом в пятой формации, даже без Наследия Кровавого Бессмертного, его все равно ждет слава и известность на весь Южный Предел».

«Откуда он взялся? Ни за что не поверю, что это обычный безымянный Практик… Если только… он не выходец из Секты Черного Сита. Как-никак при открытии семи зон Наследия Кровавого Бессмертного, представители Секты Черного Сита так и не появились!»

Под гвалт толпы Эксцентрик Сун медитировал и поглядывал на неясную фигуру Мэн Хао. Не он один. У Динцю из Секты Пурпурной Судьбы, Чжао Шаньлин из Секты Золотого Мороза, Чжоу Яньюнь и Чэнь Фан из Секты Одинокого Меча, все они внимательно следили за Мэн Хао. Разумеется, им и в голову не могло прийти, что они уже встречались с ним раньше. Ван Тэнфэй тоже посмотрел на Мэн Хао, его руки непроизвольно сжались в кулаки. Он не узнал своего старого знакомого, да и судьба Ван Лихайя, его брата, беспокоила сейчас куда больше. Два старика стадии Зарождения Души из Ли Клана нахмурились, они почувствовали небольшую угрозу их планам, исходящую от Мэн Хао.

Пока в мире снаружи толпа оживленно бурлила, Мэн Хао сел в позу лотоса и принялся резво поглощать безграничную духовную энергию неба и земли. Очертания второй Дао Колонны стали более отчетливыми. Мастифф тоже споро поглощал духовную энергию, что со временем увеличился до размеров человека. Он стоял рядом с сидящим в позе лотоса Мэн Хао и выглядел крайне внушительно.

Теперь его густой, роскошный кроваво-красный мех покрывал не только тело, но и голову. Из-под меха виднелись два рубиново-красных глаза, которые мерцали холодным, кровожадным светом. Его клыки стали острее летающих мечей, и казалось, что они могли разорвать на части небо и землю. Во рту блестело два ряда острых зубов, способные перекусить любое живое существо пополам.

После завершения четвертой формации Мэн Хао медитировал восемь дней к ряду. В конечном счете, воздух всколыхнулся, и из пустоты вышел Ван Лихай. Он явно не ожидал увидеть здесь Мэн Хао, будучи уверенным, что после Ли Даои именно ему удастся первому пройти четвертую формацию. Прохождение формации за полмесяца должно было бы наделать немало шуму снаружи, но… все лавры уже успел забрать Мэн Хао.

Он скользнул по Мэн Хао взглядом, после чего сел в позу лотоса и принялся за медитацию. Еще через три дня на платформу выбралась Сун Цзя. Из уголков ее рта текла кровь, девушка на негнущихся ногах рухнула на землю, кое-как приняла позу лотоса и приступила к дыхательным упражнениям.

Мэн Хао открыл глаза. Духовная энергия в этом месте значительно оскудела. Он бубнил себе под нос что-то неразборчивое. Вторая Дао Колонна почти полностью оформилась. Если бы духовная энергия осталась на том же уровне, что и в начале, ему бы потребовалось всего две недели, дабы колонна затвердела. Но духовная энергия истончилась и еще не скоро вернется прежнее изобилие.

“Совершенное Основание…” — мелькнула мысль. Желание заполучить Совершенное Основание вспыхнуло в сердце Мэн Хао с новой силой.

Внезапно мастифф запрокинул голову к небесам и издал оглушительный рев. Мэн Хао и остальные участники почти синхронно обернулись в его сторону. Аура мастиффа постепенно усиливалась, его тело выросло еще на три метра. Теперь он выглядел воистину устрашающе. Само по себе это было уже чем-то удивительным, но на этом дело не кончилось. Множество кроваво-красных костяных шипов выросло на его ногах, зубы стали длинней, теперь они были видны даже, если пасть была закрыта. Один вид на это создание заставляло сердце бешено колотиться. Вместе с этим воздух загудел, что сигнализировало о повышении Культивации Кровавого Божества. Только что от мастиффа исходила аура стадии Возведения Основания, через секунду… аура изменилась на стадию Создания Ядра!

Толпа зрителей снаружи пораженно зашумела.

“Создания Ядра!! «Кровавое Божество этого парня вторым достигло стадии Создания Ядра!»

«Похоже он единственный, кто сможет составить Ли Даои достойную конкуренцию! Откуда взялся этот парень…?»

Мэн Хао оглядел своего свирепого спутника и тяжело вздохнул про себя. Мастифф может существовать только в этом месте, взять его с собой наружу не получится. Если бы такой шанс был, тогда благодаря их крепкой дружбе Мэн Хао чувствовал бы себя намного спокойней в опасном мире Практиков снаружи.

«Хм, судя по всему он еще растет… — подумал Мэн Хао. — Единственный способ забрать его с собой — получить Наследие Кровавого Бессмертного».

Он нежно потрепал густой мех на голове мастиффа. Другим он может и казался неукротимым и свирепым, но для Мэн Хао он навсегда останется милым маленьким щенком. От человеческого прикосновения уже взрослый пес довольно заурчал, как это делал, будучи еще совсем крошечным. Мастифф улегся на живот и принялся вылизывать руку Мэн Хао, ласкался он так же как и в детстве, только с одной разницей: теперь его язык стал размером с ладонь Мэн Хао.

К окружающему миру пес относился с яростной враждебностью, но Мэн Хао несмотря ни на что навсегда останется его любящим хозяином нежно гладящим его по голове, а он в свою очередь будет довольно урчать и вылизывать ему руку. Полная идиллия.

«На самом деле Наследие Кровавого Бессмертного меня мало заботит, но я буду сражаться ради того, чтобы забрать Кровавое Божество с собой…» — Мэн Хао сверкнул глазами и медленно поднялся. С изрядно оскудевшей духовной энергией оставаться здесь больше не было смысла. На турнир у него заложено три месяца, уже прошло две недели. Он и мастифф под внимательными взглядами зрителей полетели к пятой формации. До сего момента только Ли Даои сумел добраться туда.

Внутри Мэн Хао встретил древний голос: «Эта формация — пустота, пустота — это конец, посему имя ей «конец пустоты». Кровавые символы запечатывают множество духов, только обретя просветление возможно сломать печать. Ежели справишься, они останутся с тобой после обретения Наследия, без Наследия всё будет стерто. Формация зело сложна, посему Кровавому Божеству позволено покинуть ее, когда оно того пожелает. Однако претендент обязан сражаться до конца, даже если этим концом будет смерть».

Вместе с голосом перед Мэн Хао возник совершенно новый мир. А точнее гора. На ее вершине высилась огромная каменная стела. Рядом с ней сияла дверь, через которую Кровавое Божество могло покинуть формацию. Каменную стелу покрывали алые магические символы. Символы то и дело вспыхивали, судя по всему они хранили в себе некий тип Дао, который для понимания требовал просветления.

Мэн Хао обнаружил, что оказался на вершине горы подле пульсирующей стелы. Мастифф рядом с ним настороженно оглядывал окрестности. Мэн Хао задумчиво посмотрел на магические символы на каменной стеле. Стоило ему это сделать, как по его лицу промелькнула тень удивления. Произошло то, чего ни разу не случалось за весь турнир Наследия Кровавого Бессмертного. Он хлопнул по своей бездонной сумке и сжал в руке древо Весны и Осени, но с ужасом понял, что не в силах поглотить древо Весны и Осени. По-видимому, пятая магическая формация полностью отсекла его от древа.

Прежде чем он успел еще что-то предпринять, его тело скрутило, а изо рта брызнула кровь. Кровь оказалась абсолютно черной, прежде чем та успел коснуться земли, она превратилась в трехцветную Запредельную Лилию. Лицо то ли плачущее, то ли смеющееся посмотрело прямо в глаза Мэн Хао. В глазах побледневшего Мэн Хао появились лица, состоящие из трехцветных лепестков лилии. Тело колотила крупная дрожь, нестерпимая боль пронзала каждый уголок тела, готовая в любую секунду оставить его без чувств. Его согнуло пополам в очередной вспышке яда.

«Я ведь подавил яд не более полумесяца назад в вулкане…» — подумал Мэн Хао, из всех сил стараясь не дать глазам закрыться. Он снова и снова говорил сам себе не отключаться, потеря сознания в пятой матрице — это гарантированная смерть.

На самом деле вспышка яда не имела отношения к пятой формации, четвертая стала тому причиной. После встречи с четырехцветной Запредельной Лилией яд в теле Мэн Хао пробудился, результатом этого пробуждения стала очередная вспышка. Мэн Хао весь взмок от пота, боль подобно океанским волнам безжалостно накатывалась на него, сейчас он чувствовал будто превратился в обычного смертного. Его лицо исказила болезненная гримаса.

Мастифф не понял, что случилось с хозяином, поэтому нервно заскулил. В эту секунду у основания горы раздалось множество разъяренных криков и воплей. Внизу возникла толпа странных высоких людей, облаченных в рваные тряпки, чем-то они напоминали варваров. Они помчались к вершине горы, в их глазах пылала жестокость.

Судя по их скорости, они сумеют добраться до вершины буквально за несколько вдохов. Мэн Хао стал еще бледней, его тело била крупная дрожь. Эта вспышка была намного сильней предыдущих. У него не осталось сил даже, чтобы поднять руку, ему оставалось только наблюдать за приближением толпы этих людей.

[1] Здесь присутствует довольно хитрая игра слов. Запредельная Лилия (ликорис лучистый) — буквально переводится как «цветок с того берега» или «цветок парамиты», в Буддизме парамита (которая еще переводится как «другой берег») — это «запредельное совершенство», «перфекция». Парамиты — это шесть взаимосвязанных действий, «переправляющих на тот берег океана существования», то есть приводящих к освобождению и просветлению; это «Освобождающие действия», — Прим. пер.

Глава 127. Это Я Тебе Обещаю

С появлением разъяренных людей мастифф Мэн Хао взревел. В прыжке зверь превратился в размытый красный смерч, который окружил Мэн Хао. Кровь полилась рекой, тела погибших варваров кубарем скатывались вниз по склону горы. Смерть товарищей не пугала напирающих снизу варваров, скорее наоборот только распаляла их желание убивать. Взмывшая до небес ярость мастиффа защищала небольшой пятачок земли вокруг Мэн Хао. Наступающие враги столкнулись с жестоким сопротивлением, никто не мог даже приблизиться к Мэн Хао.

Тело Мэн Хао дрожало, но он усилием воли держал свои глаза открытыми. Он слышал грохот от атак мастиффа, видел нескончаемый поток людей, но помочь ничем не мог.

Время шло, кровь рекой текла по склонам горы. Неистовое сопротивление мастиффа создало вокруг Мэн Хао непреодолимый круг диаметром тридцать метров. Варваров погибло уже столько, что у основания горы образовалась гора из их окровавленных тел. Один день, второй… за все это время мастиффу ни разу не удалось отдохнуть. Варвары шли вперед нескончаемым потоком, их натиск не ослабевал ни на секунду. На второй день в толпе появились, облаченные в варварскую броню, Практики стадии Создания Ядра.

Между зверем и людьми разгорелась ожесточенная битва, животный рев и человеческие крики смешались воедино. К ночи второго дня мастиффу удалось убить трех варваров стадии Создания Ядра, хотя и его ранили в процессе. После этого наступило затишье, варвары отступили. Весь мир погрузился в тишину.

В оцепенении Мэн Хао посмотрел на своего спутника: одна его нога оказалось сломанной, да и сам пес выглядел ужасно вымотанным. За два дня ему ни разу не удалось отдохнуть или съесть целебную пилюлю. В этом танце со смертью мастифф не позволил кому-либо навредить Мэн Хао. Более того в своем неистовстве пес не дал нападавшим даже ступить в тридцатиметровый круг.

Борясь с усталостью, мастифф лег рядом с Мэн Хао и лизнул его руку, словно хотел, чтобы его погладили по голове. На вершине горы лежало двое: человек и собака. Один не мог пошевелиться, а второй восполнял силы, готовясь защищать своего хозяина до скончания времен.

Мэн Хао смотрел на мастиффа, в его сердце нарастало новое, раннее невиданное чувство теплоты. Оно затопило каждый уголок его тела. Это существо было щенком, Кровавым Божеством с совсем крошечным духовным сознанием, и несмотря ни на что… мастифф не бросил его. В ситуации, когда нет надежды на победу, он не ушел, вместо этого встав на его защиту. Учитывая накапливающуюся усталость и множащиеся раны, если мастифф продолжит сражаться, он в конце концов погибнет. Вопреки всему он остался рядом с Мэн Хао, чтобы защитить его.

Вскоре занялся рассвет, вместе с первыми лучами солнца пришли людские крики. Казалось в воздух проник Ци стадии Создания Ядра. Вновь варвары под громогласные вопли устремились в атаку на вершину горы.

Мастифф… посмотрел на Мэн Хао, лизнул ему руку, после чего развернулся и бросился на нападавших.

Мэн Хао не мог пошевелиться. Ему оставалось ничего другого, кроме как наблюдать за разворачивающейся перед ним битвой. Он даже не мог повернуть голову. Видя лишь половину мира, он не мог даже заглянуть вниз и увидеть, что происходит на склоне горы.

В течение целого дня лай и душераздирающие вопли ударяли ему в уши снова и снова. Он не знал насколько серьезная битва разгорелась внизу, но то, что никто так и не смог достичь тридцатиметрового круга, говорил о многом.

С наступлением ночи всё стихло. Спустя время за которое сгорает палочка благовоний мастифф наконец вернулся к Мэн Хао и лег рядом. Его спина была странно выгнуты, затрудняя движение, варвары сумели сломать еще одну ногу и отломать один из длинных зубов.

Ци мастиффа ослабел, ранее роскошный мех весь слипся от крови. Пес медленно истекал кровью, но не прекращал лизать руку Мэн Хао. Он едва уловимо заскулил, словно пытаясь рассказать Мэн Хао о том, что сегодня произошло. Словно он пережил всю эту боль и страдания ради одного момента, когда вернется к Мэн Хао, и тот нежно погладит его по голове. В его сердце Мэн Хао стал… семьей. Они сражались вместе, он рос рядом с ним. Мэн Хао давал ему целебные пилюли, и когда бы он не посмотрел на мастиффа его взгляд оставался теплым и ободряющим. Всё это постепенно превратилось в абсолютное доверие к Мэн Хао. Этот человек стал для пса опорой, поэтому он пойдет на все, чтобы защитить его.

На четвертый день вновь раздались крики и вой. Мэн Хао не мог унять дрожь, слыша печальный вой своего единственного товарища. Он отчаянно хотел подняться на ноги, но не мог. Вспышка яда принесла с собой мучительную боль. Взмокший от пота юноша мог только сидеть и смотреть на магические символы на каменной стеле. Это всё, что он мог сейчас сделать.

И на четвертый день никто не смог преодолеть тридцатиметровый круг Мэн Хао. Этой ночью, когда звуки сражения стихли, мастиффу понадобился целый час, чтобы приползти обратно к Мэн Хао.

Мэн Хао видел кровавый след, оставленный мастиффом на земле, сломанные зубы и спину, искривленную под странным углом. Пес обессиленно упал рядом Мэн Хао и лизнул его ладонь. Тихо скуля, он словно пересказывал события наконец закончившегося дня.

Глаза Мэн Хао покраснели, он не видел мастиффа, но мог почувствовать насколько ослабел его Ци. Благодаря яду он стал не сильнее обычного смертного и прекрасно понимал, что без защиты мастиффа он бы не дожил до рассвета второго дня. Вот только у всего есть цена. С каждым днем мастифф слабел, очень скоро придет день, когда его верный друг уйдет сражаться и больше не вернется…

Мэн Хао усилием воли держал свои глаза открытыми. Он буравил взглядом магические символы на каменной стеле в надежде обрести просветление. Но как бы он не старался понимание всё не шло. Как будто… это были обычные символы, которые не имели никакого отношения к нему, чужаку.

И вот, настал пятый день…

В этот день отчаянные крики, долетающие до Мэн Хао были громче, чем когда-либо раньше. На сей раз люди сумели преодолеть тридцатиметровый круг Мэн Хао, но прежде чем они успели что-либо сделать их разорвало на кусочки. Кровавый дождь окатил Мэн Хао, и до него донесся невероятно печальный вой мастиффа. Этой ночью мастиффу потребовалось четыре часа, чтобы вернуться. Он не прикоснулся к хозяину, а просто рухнул рядом. Кровь медленно стекала из его пасти, а жизненная сила походила на маленький колыхающийся огонек. Казалось только несгибаемое упрямство до сих пор держало его в живых. Несмотря на свое ужасающее состояние он и дальше будет… защищать Мэн Хао.

Мэн Хао с трудом разомкнул ссохшиеся губы, его тело трясло и пронзало нестерпимой болью. Он не мог пошевелиться, но каким-то чудом выдавил из себя: «Уходи! Уходи… отсюда… Слышишь меня? Уходи!”

Он не видел мастиффа, только черное как смоль ночное небо. Мастифф поднял голову и посмотрел на Мэн Хао, затем перевел взгляд на сияющую дверь и заскулил, будто он понял сказанное.

«Я приказываю тебе уйти!» — задыхаясь просипел Мэн Хао, каждое слово требовало невероятных усилий.

Массивное тело мастиффа вздрогнуло, а в глазах мелькнула печаль. Он с трудом поднялся на ноги и лизнул лицо Мэн Хао. Проигнорировав приказ, он лег рядом с Мэн Хао, вместо того, чтобы… уйти.

У Мэн Хао сердце кровью обливалось. Его покрасневшие глаза раз за разом осматривали символы на каменной стеле. Внезапно их на секунду затуманило, словно он сумел уцепиться за что-то, но это новое чувство исчезло также быстро, как появилось. На заре шестого дня у подножья горы вновь послышалось движение. С ревом мастифф поднялся на ноги, одарил Мэн Хао прощальным взглядом и устремился вниз.

После его ухода Мэн Хао, дрожа, оперся на руку и медленно поднялся! В его глазах мерцало две Запредельные Лилии. Он вскинул голову к небесам, из его горла вырвался рев, который он сдерживал все эти шесть дней. Его глаза полыхнули жаждой убийства, и он взлетел в воздух. Будучи в небе, он заметил здоровяка с огромной дубиной, ею верзила хотел размозжить голову мастиффа, который сейчас бесформенной грудой лежал на земле.

Лицо Мэн Хао потемнело от гнева. Он поднял руку и выпустил в здоровяка грозовой туман. Здоровяк оказался на стадии Возведения Основания, поэтому туман с громким хлопком отшвырнул его назад. Более того множество варваров начали в страхе пятиться.

Мэн Хао встал между мастиффом и ордой варваров. Когда он поднял руку из бездонной сумки со свистом вырвалось сотни летающих мечей и два деревянных меча. Они начали кружить вокруг Мэн Хао, постепенно превращаясь в огромный водоворот острой стали. Мэн Хао что-то крикнул, и летающие мечи взорвались. Металлические осколки разорвали всех стоящих неподалеку варваров. Когда их душераздирающие вопли стихли у основания горы внезапно появилось восемь человек с аурами стадии Создания Ядра. Они устремились прямиком к горной вершине.

Мэн Хао молчал, в сущности он вообще не обратил внимание на приближающиеся фигуры. Сейчас он смотрел на хватающего ртом воздух мастиффа, которого, судя по всему, от смерти отделял один шаг. Мэн Хао опустился на колени и нежно погладил изломанное тело своего товарища. Пес слабо дернулся и попытался открыть рот, чтобы лизнуть ему руку, но не смог.

Мэн Хао перевел взгляд на мерцающие магические символы на каменной стеле, по-прежнему игнорируя приближающиеся фигуры. Глядя на стелу, перед его глазами предстали сцены: шести последних дней; как мастифф рисковал своей жизнью в смертельной битве; как маленький щенок радостно следовал за ним по четвертой формации; как во второй формации маленький, пушистый комочек раз за разом бросался в битву вместе с ним; как в начале турнира за Наследие Кровавого Бессмертного совсем крохотный щенок появился на его ладони, и как тот лизнул ему руку своим маленьким языком. Он не удержался от вздоха.

«Я должен был понять раньше, — мягко произнес Мэн Хао, — эти магические символы не слишком отличаются от Восьмого Заговора Заклинания Демонов».

Один взмах руки и магические символы пропали. Теперь они были начертаны на его сердце, магический текст точь-в-точь повторят тот, что совсем недавно мерцал на каменной стеле. Рука Мэн Хао легла на спину мастиффа, внутри пса появилось алое сияние, а вместе с ним леденящий кровь холод, который распространился во все стороны.

Холод заморозил варваров стадии Создания Ядра на месте прямо в воздухе. И не только их. Алое сияние накрыло всю гору варваров, все земли до самого горизонта, целый мир заполнил леденящий холод цвета крови. На это место… легла печать мороза. Ничто в этом мире не могло пошевелиться.

Мэн Хао присел, удивленно смотря на мастиффа. Пятая формация, каменная стела и просветление целиком и полностью зависело от действий Кровавого Божества… Участник турнира за Наследие и Кровавое Божество должны были сформировать определенный уровень близости.

Спустя какое-то время Мэн Хао поднял лежащего мастиффа. Они поднялись на вершину горы и покинули пятую формацию, оставив на мире позади печать крови.

Мэн Хао точно не знал, как остальные преодолели эту формацию, но для него смысл формации был в укреплении связи между участником турнира и Кровавым Божеством. Он не знал, как повели себя Кровавые Божества остальных, но его мастифф несмотря ни на что всегда возвращался к нему. Усталый и раненый он всегда ложился рядом и облизывал его ладонь. Для Мэн Хао этот пес стал… частью его жизни.

«Наследие мне более не интересно. Мне до него нет никакого дела. Но я собираюсь приложить все усилия, чтобы вытащить тебя отсюда. Это я тебе обещаю!»

Глава 128. Ли Даои и Шестая Формация

Одновременно с Мэн Хао, который нес на руках мастиффа, из пятой формации вышел Ван Лихай. Его Кровавому Божеству свирепой Черной Черепахе тоже пришлось несладко, всё ее тело покрывали раны. В их гонке пока лидировал Ли Даои, уже вступивший в шестую формацию, второе место делили Мэн Хао и Ван Лихай, следом шли еще пять человек, которые пока не прошли пятую формацию.

Ван Лихай скользнул по Мэн Хао подозрительным взглядом, после чего сел в позу лотоса подальше от него. На платформе за пределами пятой формации к Мэн Хао устремился бурный поток духовной энергии неба и земли, которую юноша незамедлительно начал передавать умирающему мастиффу. Мэн Хао вытащил целую горсть целебных пилюль и начал по одной давать раненому животному, в надежде, что они поспособствуют его выздоровлению.

К счастью, на платформе уровень духовной энергии оказался довольно высок, особенно на выходе с пятой формации. Духовная энергия лилась в мастиффа бурным потоком от Мэн Хао, его раны начали медленно затягиваться, а раздробленные кости начали постепенно срастаться вместе. Спустя какое-то время смерть наконец отпустила пса из своих холодных рук, угроза миновала. Восстановившись немного, он лизнул ладонь Мэн Хао и попытался подняться на ноги, чтобы самостоятельно начать поглощать духовную энергию.

Снаружи, в Южном Пределе, в толпе зрителей случился настоящий переполох. Около десяти тысяч пар глаз смотрели на Мэн Хао и Ван Лихайя. Практики оживленно обсуждали двух людей, занимающих сейчас второе место.

Время шло. Через семь дней Сун Цзя, шатаясь, выбралась из пятой формации. Кровавого Феникса с ней не было… Она сразу же приняла позу лотоса. Вскоре из каменного алтаря вдалеке вырвался зеленый шар света и полетел к Сун Цзя. Когда девушка поделилась с ним кровью своей Культивации в неяркой вспышке возникла кровавая бабочка, которая начала кружить вокруг нее. Мэн Хао сразу понял, что ее Кровавое Божество не выжило в последнем испытании. Он не знал, как ей удалось пройти пятую формацию, но, чтобы не случилось, ей дали шанс выбрать новое Кровавое Божество.

Спустя еще пару дней Ван Лихай закончил медитацию. Он решительно направился к шестой формации, спустя довольно большой промежуток времени Сун Цзя последовала за ним. Со временем всем участникам турнира удалось покинуть пятую формацию, всем кроме ученика Секты Золотого Мороза, который так и не появился на платформе. Его смерь стала первой… среди участников турнира за Наследие Кровавого Бессмертного. После его смерти другой Практик занял его место в зоне Наследия. Вот только все участники уже миновали пятую формацию, только с небывалой удачей у новичка есть шанс их догнать, в противном случае ему стоит забыть про Наследие. Времени, чтобы нагнать всех было слишком мало.

Кончина ученика Секты Золотого Мороза заставила юного члена Секты Пурпурной Судьбы задумчиво замереть на платформе по выходу с пятой формации. Спустя некоторое время он решил выйти из турнира, будучи неуверенным, что ему по силам пройти шестую формацию. Возможно это его последний шанс выбраться из этого места живым. После долгих раздумий участник от Секты Одинокого Меча тоже решил, что продолжать участвовать в состязании неразумно и опасно.

Ученик Секты Кровавого Демона, тот самый юноша, который выглядел как Ван Юцай семь-восемь лет назад, с каменным лицом покинул пятую формацию и пару дней поглощал духовную энергию. После чего он и его Кровавый Пикси последовали за Ли Даои, Ван Лихайем и Сун Цзя в шестую формацию, тем самым переместив его на четвертое место в гонке.

В девяти формациях турнира за Наследие Кровавого Бессмертного с каждой новой формацией сложность увеличивалась в разы, особенно четко это было заметно после четвертой. Даже подготовленным участникам испытания давались с трудом. А в шестой, седьмой, восьмой и девятой формации будет еще сложней. За семь турниров только одному человеку удалось дойти до девятой формации. Этим человеком был Избранный Ли Клана!

Помимо него только тринадцать участников смогли пройти дальше шестой формации, и лишь шестеро добрались до седьмой. Начиная с шестой формации резко возрастала сложность, как и ужесточались последствия неудачи. Вот почему многие снимались с турнира после пятой формации. Эти люди пришли сюда не для обретения Наследия, а только ради тренировки. Многие Практики во внешнем мире отдали бы всё, чтобы получить бесценный опыт от участия в турнире за Наследие Кровавого Бессмертного.

Спустя еще несколько дней Мэн Хао наконец открыл глаза. Духовная энергия вокруг него почти полностью истончилась. Вторая Дао Колонна внутри оформилась на девяносто процентов. После шестой формации он не сомневался, что сможет завершить ее.

Рядом стоял мастифф, полностью оправившийся от ран, его боевой дух был высок, как никогда. Культивация пса вновь скакнула вверх на среднюю стадию Создания Ядра. Тело увеличилось до пятнадцати метров в длину, делая мастиффа похожим на маленькую гору. В его рубиновых глазах пылало яростное пламя, алая шубка вновь приобрела прежний люстр и пышность. Длинные и невероятно острые клыки ярко сверкали. Когти стали особенно пугающими, размером с человеческую голову, достаточно мощные, чтобы разорвать земную твердь на части.

Когда Мэн Хао поднялся, мастифф выглядел особенно радостно. Мэн Хао направился вперед, маленькая лохматая гора следом. Сердца всех без исключения людей, наблюдающих за этой сценой в Южном Пределе, учащенно забились: образ человека и его громадного спутника навсегда запечатался в их памяти.

«Шестая формация… — Мэн Хао глубоко вздохнул и обернулся к мастиффу. Его свирепый оскал тут же исчез, глаза ярко засияли, и он опустил голову, прося Мэн Хао погладить его по голове. Когда рука Мэн Хао легла ему на голову, тот от удовольствия зажмурился. — Я точно заберу тебя с собой во внешний мир!» — улыбнулся Мэн Хао, в его глазах мелькнула твердость.

Убрав руку с головы мастиффа, он направился вперед и исчез в шестой формации, во вспышке света мастифф последовал за ним.

Шестая формация!

В этом мире верховодили гром и молнии. По прибытию Мэн Хао в уши ударил раскатистый грохот. Было очевидно, что этот мир не очень большой, земля представлял из себя топкое болото, от которого разило смертью и разложением. А вдалеке… высились огромный древний храм цвета обсидиана и гигантская статуя. Статуя изображала человека в простом халате, его правая рука была поднята к небу, а левая лежала на эфесе меча.

Меча… парящего в воздухе.

Храм выглядел старым, от него исходила древняя аура, будто он стоит здесь с незапамятных времен. Издали строение вообще напоминало гору. Серебряные росчерки молнии ударяли вниз, словно желая уничтожить храм, словно небо не одобряло само его существование.

Во вспышке молнии можно было разглядеть топь, мириады рук, тянущиеся из ила, которые пытались что-то схватить. Лес рук растянулся до самого горизонта. В болоте виднелись лица, из их ртов вырывались мучительные вопли. Мужчины и женщины, дети и старики. Из лиц росли зеленые щупальца, которые странным образом раскачивались из стороны в сторону…

Мэн Хао смотрел на этот чудовищный пейзаж. Ему еще никогда не доводилось видеть нечто подобное, да и храм вдалеке он видел впервые, но имя словно по наитию возникло в его разуме.

«Погибель…»

Крики лиц в болоте слились в один общий отчаянный гимн ненависти к небу, пели его люди погибшие против своей воли. Их ярость никогда не угаснет, неважно сколько лет минует. Это слово было частью названия их Клана.

Погибель!

Существование Древнего Клана Погибели шло вразрез с волей небес. Истребительное Треволнение пало на них, но Клан не желал так просто сдаваться. В своей непокорности небесам они собрали всю мощь их Клана и создали храм, сделали эти священные земли своими. Земле нельзя повредить, как и разрушить храм. Клан Погибели не может быть полностью уничтожен!

На вершине храма покоился огромный черный барабан, словно в течение многих веков его раз за разом окропляли кровью. У основания храма, рядом с гигантской статуей, стояла слегка приоткрытая каменная дверь. Изнутри лился яркий свет, в котором можно было разглядеть вырезанных на камне свирепых чудовищ.

Подобно грому прогремел древний голос, объявший весь мир, заглушивший все вопли и крики: «Желающий мое Наследие, да вступит он в храм мой!»

Глаза Мэн Хао сверкнули, пятнадцатиметровый мастифф оскалил зубы и свирепо огляделся. Из его горла послышалось утробное рычание, а глаза превратились в два сверкающих рубина. Его огромный корпус, роскошный алый мех, вместе с торчащими из него костяными шипами создавали совершенно невероятную картину.

Гром непрестанно рокотал в небе, темноту то и дело прорезали вспышки молний. Тело Мэн Хао превратилось в луч радужного света, который полетел прямиком к древнему храму. Позади мастифф с ревом последовал за хозяином. Как только оба поднялись в воздух, руки, тянущиеся из болота, внезапно начали растягиваться. В мгновение ока они достигли Мэн Хао и чуть было не схватили его.

Он холодно хмыкнул, хлопнул по своей бездонной сумке и послал вперед два деревянных меча. Мечи закружились вокруг юноши, отрубая руки, прежде чем те успевали даже коснуться его халата. Кровь черным дождем полилась вниз. Мерзкий, тошнотворный запах разом заполнил каждый уголок этого мира. Тело мастиффа начало испускать красное свечение, ни одной руке не удалось коснуться его, еще на подходе их всех разрывало на куски.

Когда Мэн Хао и мастифф были на полпути от храма лица в болоте в унисон завизжали. Зеленые щупальца-паразиты на лицах этих людей в болоте распрямились. Они превратились в множество острых стрел, которые рванули вверх к Мэн Хао.

Глава 129. Патриарх Ли Клана!

Зеленые шипы оказались невероятно быстры, поэтому сложно было судить сколько именно их выстрелило в Мэн Хао. Но одно можно было сказать точно, за считанные секунды они сумели покрыть огромное расстояние, теперь их от Мэн Хао отделяло всего сто метров. Но тут мастифф взревел и рванул вперед, его массивный корпус прикрыл Мэн Хао.

Прогремел такой мощный взрыв, что запросто мог бы заглушить удар грома. Когда кровавое сияние столкнулось с летящими щупальцами-шипами, земля содрогнулась. Прогремел еще один взрыв, после которого грохот еще стоял в воздухе около десяти вдохов. А потом один за другим щупальца-шипы распались и превратились в зеленый туман, который тут же накрыл всё вокруг.

Это изрядно утомило мастиффа, но он всё равно нашел в себе силы угрожающей зарычать. Мэн Хао вышел из столкновения без повреждений, он погладил мастиффа по голове и вместе человек и собака продолжили свой путь к древнему храму. Когда до храма оставалось шесть сотен метров остатки щупальцев-шипов в виде зеленого тумана внезапно пришли в движение. Туман начал сгущаться и в мгновение ока превратился в гигантскую туманную сферу, которая преградила Мэн Хао путь. Туман бурлил и рокотал, постепенно принимая форму зеленой туманной головы со светящимися глазами. Она открыла рот, и изнутри вырвалось еще больше тумана. В тумане галопом неслись призрачные лошади, их кавалькада устремилась на Мэн Хао и мастиффа. При их приближении глаза Мэн Хао сузились. Он прочертил правой рукой в воздухе, очевидно приведя в действие одному ему ведомое запечатывающее заклятье. А потом его правая рука легла на спину мастиффа. Когда запечатывающее клеймо коснулось мастиффа, из его тела вырвался леденящий алый свет способный заморозить всё, что встанет у него на пути!

Призрачная кавалькада застыла! Руки внизу, лица, болото, всё застыло!

Если он не получит Наследие, тогда ему не удастся использовать эту технику во внешнем мире, без Кровавого Божества она не работает. Благодаря Наследию Восьмого Заговора Заклинания Демонов, он уже немного понимал, как работают запечатывающие техники. Новообретенная техника оказалась довольно могущественной, у Мэн Хао появилось чувство, что после детального изучения и при должной сноровке он сможет использовать ее на приемлемом уровне даже без Кровавого Божества.

Алое сияние запечатало всё, Мэн Хао и мастифф миновали гигантскую голову и поспешили к древнему храму.

Когда уже казалось, что они успешно добрались до храма, неожиданно всё внутри Мэн Хао закричало о надвигающейся смертельной опасности. Мастифф тоже задрожал, уцепился зубами за край его халата и потащил его назад.

Огромный клинок около трех метров в толщину просвистел у того места, где только что стоял Мэн Хао. Острие вонзилось в землю, она задрожала и на ее поверхности образовалась огромная трещина. В это же время печать льда начала трескаться. В следующий миг все вернулось в норму. Огромный меч, который секунду назад парил в воздухе теперь покоился в руке статуи, стоящей снаружи храма.

От недавней атаки у Мэн Хао изо рта брызнула кровь. Побледневшего юношу изо всех сил тащил назад мастифф. Они не успели уйти далеко, когда гигантская статуя внезапно ожила. Она медленно подняла голову и посмотрела на Мэн Хао. Неописуемое давление опустилось на юношу, вместе с ним он почувствовал леденящий душу холод. Словно взгляд этой статуи пронзал его насквозь, мог видеть самые потаенные секреты.

Руки в болоте больше не тянулись вверх, наоборот они судорожно пытались убрать поглубже в мутную воду, словно статуя вселяла в них неодолимый ужас. Зеленая туманная голова опустила глаза, словно выражая почтение статуе. Гром и молнии в небе, наоборот, усилились. Они сконцентрировались на статуе, как будто сами Небеса хотели превратить голову статуи в груду щебня. Рядом с Мэн Хао, растянувшись ничком, лежал дрожащий мастифф, словно одним своим существованием статуя обладала силой, с которой он не мог справиться.

“Треволнение Грома не стихает несчетное число лет. Несмотря на эту формацию, и несмотря на то, что я это не он, ты всё равно пытаешься уничтожить мой дух...? Катись отсюда!"

Статуя подняла руку и щелкнула пальцами. Воздух задрожал от оглушительного рокота, рука статуи словно превратилась в черную дыру. Молнии задрожали и попытались объединиться вместе, но в итоге они рассыпались на множество вспышек электричества и исчезли. В следующий миг… в небе не осталось ни одной молнии. Наступила тишина. Земля дрожала, мириады лиц в болоте тряслись от страха. Парящая в воздухе туманная голова тоже склонилась в страхе. Мастифф все себя также. В этой статуи было что-то, чему никто из них не мог сопротивляться.

"Твоя Дао Колонна не отвечает требованиям Наследия, — сказала статуя, холодно глядя на Мэн Хао, — ты... ты не достоин обрести Наследие. Но раз ты прошел пятую формацию, я не стану убивать тебя. А теперь проваливай!" Весь мир содрогнулся от этого голоса. Изо рта Мэн Хао брызнула кровь, его самого отшвырнуло на сотни и сотни метров назад. Рядом с ним возникла сияющая дверь.

"Что до тебя... — продолжила статуя, ее холодный взгляд переместился на мастиффа, — второсортное отродье Крови. Ты не достоин того, чтобы быть поглощенным мной, не говоря уже о том, чтобы стать Духом Регалией..."

Левая рука статуи легла на меч, собираясь разрубить дрожащего на земле мастиффа. Глаза Мэн Хао налились кровью. Позади мягко сияла дверь, всё что ему нужно было сделать: войти в нее, и тогда он покинет шестую формацию. Он изо всех сил попытался затормозить, отчего его правая нога болезненно хрустнула, а изо рта брызнула очередная порция крови.

"Почтенный, я недостоин Наследия, пускай. Но пожалуйста, не причиняйте ему боль..." — от голоса Мэн Хао мастифф вздрогнул.

Он хотел посмотреть на Мэн Хао, но опустившееся на него давление от статуи похоже привело в действие какую-то древнюю метку внутри него. Он мог только бессильно дрожать. Из его пасти раздался едва различимый скулеж. Клинок в руках статуи замер на полпути. Каменная голова повернулась к Мэн Хао.

"Ты потерял право покинуть это место", — равнодушно произнесла статуя, сияющая дверь тут же распалась на куски.

Клинок продолжил лететь вниз не на мастиффа, а уже на Мэн Хао. С грохотом Мэн Хао в брызгах собственной крови потерял контроль над собственным телом и рухнул в болото. Его тут же обхватили руки, готовые утащить его на дно вместе с собой. В этот момент с Культивацией Мэн Хао произошло что-то странное, он не мог ее циркулировать, словно появилось какое-то невидимое ограничение. Он мог только наблюдать, как руки медленно затягивают его вниз, но в его глазах пылал огонь непокорности и ярости.

Из горла прижатого к земле мастиффа вырвался пронзительный рёв. Дрожа, он поднял голову. Его тело похожее на маленькую гору вспыхнуло невероятной силой. Изнутри послышался треск, и тут его тело охватило пламя, пламя крови. Внезапно его тело увеличилось в размерах, теперь он был высотой в тридцать метров. Он вырвался из под контроля статуи и разрушил древнюю метку внутри себя. С ревом он полетел к Мэн Хао, которого уже наполовину затянуло в трясину.

"Кто бы мог подумать, воспламенение Кровавого духа... — холодно произнесла статуя, — Кровавые Божества хладнокровны и не имеют чувств. Ты, второсортное отродье Крови, не заслуживаешь духовного сознания".

Статуя еще раз занесла меч в этот раз намереваясь одним ударом расправиться и с Мэн Хао, и с мастиффом. Но прежде чем меч опустился вниз в глазах статуи возникла борьба. Меч замер в воздухе.

"Отголоски воли кровавого раба... — мрачно произнесла статуя, — проклятье, почему ты еще не рассеялся? Я пытаюсь помочь Наследию твоего господина. Я хочу, чтобы Наследие жило и его получил другой. Почему... почему ты противишься мне? У этого турнира нет правил, поэтому то, что я завладел тобой — это воля Небес!"

Борьба в глазах статуи начала гаснуть. Тем временем, тело мастиффа, объятое пламенем, со всего размаху ударилось о поверхность болота. Сияние кровавого пламени тут же расползлось во все стороны, уничтожив на своем пути множество рук. Болото вытолкнуло обратно бледного Мэн Хао. Мастифф схватил его зубами и стрелой помчался к огромной двери у древнего храма.

Он летел просто с невероятной скоростью, очевидно готовый пойти на всё, чтобы доставить Мэн Хао к двери. Глаза Мэн Хао резко открылись и посмотрели на мастиффа, потом его взгляд остановился на статуе. Борьба в ее глазах почти завершилась. Она вонзила гигантский меч в болото, отчего множество рук вспыхнули демоническим светом и рванули к летящему Мэн Хао и мастиффу.

Пес печально посмотрел на Мэн Хао и со всей силы швырнул его к сияющей двери. Всё произошло настолько быстро, что он даже не успел лизнуть Мэн Хао руку, как привык делать с младенчества. После чего его тело загорелось, сжигая подступающие руки. Кровавое сияние вокруг него постепенно бледнело, усталость одолевала. Пса окружила аура смерти, одновременно с этим десятки тысяч рук схватили его и потащили к болоту.

В глазах мастиффа застыла печаль, словно он вспоминал прошлое: как он любил лежать на ладони своего хозяина, и как было приятно, когда тот гладил его по голове. Все воспоминания были о его хозяине...

Ошеломленный Мэн Хао влетел в полуоткрытую дверь, и мир перед его глазами начал рассыпаться на части. Все внутри, включая мастиффа, исчезло. Последнее, что он увидел навсегда отпечаталось в его памяти: печальный взгляд мастиффа, его последний, прощальный взгляд. Из глаз Мэн Хао полились слезы, у него внутри словно что-то надломилось. Помимо горечи утраты в его душе вспыхнуло ослепительное пламя гнева и ярости.

В шестой формации глаза статуи окончательно прояснились. Борьба прекратилась. Ее правая рука разжалась. На ладони стоял невероятно красивый молодой человек в белом халате. Рядом с ним в воздухе кружил тридцатиметровый Кровавый Дракон. Это был не кто иной как... Избранный Ли Клана, Ли Даои!

Он стоял на ладони статуи, на его лице застыла глубокое почтение. Он опустился на одно колено и низко поклонился: "Младший выражает почтение Патриарху".

Глава 130. Совершенное Основание!!

«Что с остальными?» — невозмутимо спросила статуя.

Учитывая тот факт, что Ли Даои обратился к статуе «Патриарх», и сказанные до этого слова про «завладение статуей», личность этого человека была довольно очевидной. Им оказался Избранный Ли Клана, который сумел пройти восьмую формацию и не ступил в девятую четыре тысячи лет назад. Единственный значимый факт во всей биографии этого человека. После возвращения в Ли Клан он мало чего добился и через тысячу лет умер во время медитации. Ныне, если только в разговоре не упоминается Наследие Кровавого Бессмертного, никто даже и не вспомнит о нем.

Однако одним из самых охраняемых секретов Ли Клана были предсмертные слова этого самого человека, передававшиеся в Ли Клане из поколения в поколение. На самом деле, Патриарх… не умер в тот день. В его последних словах говорилось, что после восьмого турнира за Наследие Кровавого Бессмертного, линия крови Древней Погибели попадет в руки Ли Клана!

Четыре тысячи лет назад только часть этого человека вернулась в Южный Предел после турнира за Наследие, одна половина души вышла с телом наружу, другая половина осталась внутри, завладев спящим Кровавым рабом в шестой формации. Только члены Ли Клана знали об этом. Совершенно невероятная ситуация. Кровавый раб был невероятно могущественным, Патриарх Ли Клана будучи всего-лишь на стадии Возведения Основания каким-то чудом сумел вселиться в него. На самом деле никто ниже стадии Зарождения Души не смог бы повторить нечто подобное. И все же… у него как-то получилось! Никто не знал, каким именно образом ему это удалось. Он вернулся в Клан с расколотой душой, оставшаяся часть со временем угасла, оставив после себя инструкции и предсмертные слова.

«Патриарх, не обращайте внимание на учеников Сун Клана и Секты Кровавого Демона, — почтительно улыбнулся Ли Даои, — тот, кому сейчас удалось сбежать тоже не достоин вашего внимания, но Ван Лихай из Ван Клана должен умереть!»

Кровавый Дракон рядом с ним поднял голову. Внезапно неподалеку от Ли Даои появилось несколько Кровавых Божеств. Одним из них была Черная Черепаха Ван Лихайя, другим был Кровавый Пикси юноши очень похожего на Ван Юцайя. Кровавые Божества пали ниц и задрожали, после чего Кровавый Дракон набросился на них и проглотил целиком. Они не в силах были сопротивляться.

«Юнец из Ван Клана… — самоуверенно произнесла статуя, глядя на Кровавого Дракона, — я легко могу уничтожить Избранного Ван Клана. Моя помощь распространяется только на шестую формацию, что до остальных, там я не смогу напрямую вмешаться. Однако за последние четыре тысячи лет я многое понял о зоне Наследия Кровавого Бессмертного. Более того никто в мире знает это место лучше меня. Стоит мне вселиться в Кровавого Дракона, и я смогу провести тебя через седьмую, восьмую и девятую формацию за время горения всего нескольких палочек благовоний. И тогда Наследие станет твоим».

«Благодарю за помощь, Патриарх, — почтительно отозвался Ли Даои, — Наследие мало меня волнует, я здесь по приказу Главы Клана, моя задача найти и вывести вас отсюда».

«По завершению восьмого турнира Наследие будет принадлежать Ли Клану, — голос статуи глубокий и древний, — эти слова были сказаны мною, поэтому не стоит в них сомневаться. Наследие Кровавого Бессмертного принадлежит тебе. Я оказался заперт здесь на четыре тысячи лет и мало знаю о том, что творится снаружи… Интересно сколько из моих друзей до сих пор живы?»

После этих слов между бровями статуи вспыхнул свет, появилась трещина и статуя словно посерела. Свет из головы статуи прочертил сверкающую дугу и слился с Кровавым Драконом. Кровавый Дракон не стал сопротивляться, его тело дернулось несколько раз, а потом из глаз полился свет, источая древнюю ауру. Дракон сглотнул словно не до конца проглотил только что съеденных Кровавых Божеств. Его тело сверкнуло и внезапно расширилось до трех тысяч метров, мир шестой формации заколебался. Время шло. В конечном счете дракон съежился до шести метров в длину. Он вместе с Ли Даои полетели к сияющей двери и покинули шестую формацию. Позади осталась безжизненная статую, которая недвижимо стояла в полнейшей тишине.

Как только Ли Даои покинул шестую формацию толпа снаружи, насчитывающая около десяти тысяч Практиков Южного Предела, пришла в неистовство: ведь Ли Даои вышел последним. Первым был Мэн Хао, который по прибытию на платформу зашелся кровавым кашлем. Он с трудом сел в позу лотоса и приступил к медитации. Его появление наделало немало шуму среди зрителей. Он жадно поглощал духовную энергию, чтобы залечить собственные раны, хотя его глаза оставались закрытыми от него исходило невероятно мощная кровожадная аура.

Следом показался юноша из Секты Кровавого Демона, который выглядел точь-в-точь как Ван Юцай, за ним вышла Сун Цзя. Обоим сильно не повезло: их тела покрывало множество ран, каждый заработал по несколько переломов, их дыхание было сбитым и неровным, к тому же нигде не было видно их Кровавых Божеств.

Сжав зубы, они сели в позу лотоса, как Мэн Хао, и принялись с помощью дыхательных упражнений залечивать раны и переломы, благо духовной энергии здесь было вдосталь. Раны быстро затянулись, но одного быстрого взгляда было достаточно, чтобы заметить, что их Кровавые Божества так и не появились. На их лицах бушевали эмоции, но в глазах задумчивость, было очевидно о чем они думают.

Ван Лихай так и не выбрался из шестой формации. Эта новость произвела настоящий фурор снаружи. Все четко видели, как размытый силуэт Ван Лихайя исчез из шестой формации, это означало только одно — смерть.

Члены Ван Клана не могли поверить своим глазам, особенно Защитник Дао Ван Лихайя и Старейшины Ван Клана. Глаза этих людей налились кровью, им начало казаться, что еще секунда и их голова взорвется от напряжения.

Весь Южный Предел в одночасье погрузился в хаос, никому и в голову не могло прийти, что Ван Лихай может погибнуть. Глава Ван Клана придет в ярость, когда узнает. Ван Лихай был невероятно важен для нынешнего молодого поколения Ван Клана, ведь он был Сыном Дао на стадии Возведения Основания. Избранные, несмотря на всю их важность, в определенных обстоятельствах могли стать разменной монетой, но смерть Сынов Дао была недопустимой, они были слишком ценны. Подобному правилу придерживались множество Сект и Кланов, несмотря на всю важность турнира за Наследие Кровавого Бессмертного никто кроме Ван Клана не послал туда Сына Дао, только Избранных!

Только двух членов Ван Клана похоже совсем не расстроила трагическая смерть их собрата. Ван Тэнфэйя буквально трясло от едва сдерживаемого восторга. Он ждал этого дня очень, очень долго. Стоящего рядом с ним Ван Сифаня тоже обрадовала неожиданная смерть Ван Лихайя. Оба не сговариваясь переглянулись, кончина Ван Лихайя открыла в их будущем новые горизонты.

Когда, наконец, вышел Ли Даои с шестиметровым Кровавым Драконом публика снаружи удивленно ахнула.

Бледная Сун Цзя медленно встала и направилась к сияющему выходу из зоны Наследия, она решила больше не испытывать судьбу. Следом за ней юноша из Секты Кровавого Демона, который выглядел как в Ван Юцай, тоже поднялся, не обращая внимания на Ли Даои, он нерешительно замер, смотря на Мэн Хао. В конечном итоге он тоже решил выйти наружу через сияющую дверь.

Выбывание сразу нескольких участников из турнира стало для зрителей полной неожиданностью.

«Что произошло в шестой формации? Похоже только у Ли Даои осталось Кровавое Божество. Да и Ван Лихай… каким-то образом погиб! А ведь он Сын Дао Ван Клана!»

«Только у Ли Даои осталось Кровавое Божество, и судя по внешнему виду оно очень могущественное! Быть может у него действительно есть шанс заполучить Наследие!»

Пока люди снаружи оживленно обсуждали последние события, Мэн Хао открыл покрасневшие глаза. Он медленно поднялся и направился к сияющей двери. Прежде чем он исчез в сияющей арке, он посмотрел в сторону размытой фигуры Ли Даои, а точнее хорошо видимого Кровавого Дракона. Приглядевшись к дракону, сердце Мэн Хао бешено забилось. Сложно сказать, заметил ли это кто-то еще, но взгляд дракона был точно такой же, как и у статуи в шестой формации. Мысли понеслись галопом, довольно быстро он собрал кусочки мозаики вместе. Он был на восемьдесят-девяносто процентов уверен, что именно произошло.

Почувствовав на себя взгляд, Ли Даои обернулся и насмешливо хмыкнул: «Запомни, меня зовут Ли Даои. А что до твоего пса, собаке собачья смерть, так вроде говорят?»

От этих слов голова Мэн Хао загудела, словно сотни тысяч молний одновременно взорвались у него в голове. Из уголков его губ потекла тонкая струйка крови, взгляд Мэн Хао будто мог прожечь дыру в груди Ли Даои. В его глазах полыхала ярость. Он многого достиг в своей Культивации и очевидно желал поквитаться со многими людьми, но сейчас желание свернуть этому человеку шею было практически неодолимым. Чем сильней он хотел чьей-то смерти, тем немногословней становился, такая черта характера проявлялась у него еще с детства, с возрастом это только усилилось.

Удел обывателей и недалеких в ярости переходить на крик и угрозы, действительно стоит бояться людей, которые даже в гневе сохраняют молчание!

После продолжительной паузы, Мэн Хао резко крутанулся на пятках и направился к сияющей двери. Ли Даои же со смехом полетел к седьмой формации.

В жерле вулкана глаза Мэн Хао по-прежнему полыхали яростью. Сцены из шестой формации раз за разом прокручивались у него в голове, от него начала исходить нарастающая кровожадная аура.

«Ли Даои, я, Мэн Хао, лично отправлю тебя на тот свет!» — с налитыми кровью глазами он выглядел донельзя свирепо.

Его тело превратилось в луч света и устремилось к алхимическому уголку Чу Юйянь. По прибытию он обнаружил Чу Юйянь регулирующую земное пламя. Пилюля Совершенного Основания была на грани завершения. Поначалу девушка думала, что Мэн Хао не успеет вовремя, что даст ей дополнительное время на изучение пилюли. И все же, несмотря на все ожидания, он прибыл точно в срок. Она подумывала не провернуть ли очередную хитрость, но мрачное лицо Мэн Хао заставило ее передумать. Юноша напоминал вулкан на грани извержения, которому не до шуток.

Мэн Хао молча подошел ближе и сел в позу лотоса. Всё это время ненависть и желание убить Ли Даои нарастали в нем словно снежный ком. Сильное, неописуемое чувство тревоги терзало в его сердце. Он просто отказывался поверить, что мастифф погиб. Он возведет Совершенное Основание, а затем спасет его!

Чу Юйянь не решалась сама начать разговор, поэтому сосредоточившись, она сделала глубокий вдох и стиснула зубы. Ее рука прочертила в воздухе заклинание, а потом легла на алхимическую печь. Земное пламя и магма под печью бушевали, алхимическая печь затряслась.

В эту секунду казалось, что весь туман в вулкане забурлил. По земле прошла дрожь. Снаружи поднялся ветер. Над облаками начала сгущаться огромная туча, она постепенно расползалась во все стороны. С неба сорвались первые молнии, сопровождаемые оглушительным грохотом. С каждым ударом молнии странные, загадочные знаки появлялись в небе снаружи.

«Это действительно Пилюля Грома?» — у Чу Юйянь были свои подозрения, клубящийся туман и настоящее буйство стихии в мире снаружи только подтвердили эти опасения. Эта пилюля… точно не была Громовой Пилюлей.

«Чтобы пилюля своим появлением спровоцировала такую реакцию Небес… Будто это враг, ради уничтожения которого Небеса не перед чем не остановятся! Проклятье… да что это за пилюля такая?!» — Чу Юйянь была поражена до глубины души. Стоило ей нажать на крышку алхимической печи, как в уши ударил грохот, внезапно алхимическую печь разорвал на куски мощный взрыв. Изо рта Чу Юйянь брызнула кровь, а саму ее отшвырнуло назад к каменной стене, где она без чувств рухнула на землю.

Глаза Мэн Хао внезапно открылись, сам он рванул вперед. После разрушения алхимической печи грохот усилился, вспышки молний участились, земля дрожала, на ее поверхности начали появляться трещины. Мэн Хао вытянул вперед руку… и выхватил таинственную семицветную пилюлю из остатков алхимической печи.

Пилюля Совершенного Основания!

Пилюля, идущая против Небес, запрещенная небом и землей. Мир снаружи вулкана зарокотал. Облака клубились, их то и дело озаряли вспышки молний. Казалось несчетное число молний собралось вместе, дабы уничтожить пилюлю в руках Мэн Хао. Если кто-то рискнет проглотить эту пилюлю под взглядом Небес, тогда этого человека ждет настоящее Треволнение Грома!

Само существование этой пилюлю не позволено Небесами, как и не позволено кому-либо проглотить ее. Принятие пилюли будет считаться типом Культивации, который влечет за собой полное уничтожение! На этом пути ждет только Треволнение Небес!

Однако, Мэн Хао не сомневался. Пилюля в его руки казалось начала таять, у него возникло чувство, что если сейчас ее не проглотить, она сама исчезнет без помощи Треволнения Грома! О причинах такого феномена думать не хотелось, как и не было времени, чтобы продублировать эту пилюлю с помощью зеркала. Видя первые признаки распада в пилюле, глаза Мэн Хао решительно сверкнули, и он положил пилюлю себе в рот.

В небе молнии собрались вместе, готовясь низвергнуться вниз.

В мгновение ока пилюля растаяла у него во рту и спустилась вниз его живота. Тело наполнил гул и странная сила, которая словно бы могла разрушить всего его до основания. Эта сила не походила на дарованную небом и землей, ее сложно описать словами, она была просто другой. В этот момент Дао Колонна Мэн Хао начала дрожать, на трещине появились первые признаки заживления.

Ощущение совершенства нарастало в теле Мэн Хао. Его плоть стала крепче, золотая Дао Колонна загудела и начала расширяться. От кожи полился бледно-золотистый свет, который становился всё ярче и ярче. Появилось ощущение такой силы, которую он никогда не еще не испытывал на Безупречном Основании. Вместе с этим мир перед ним преобразился, его Духовное Сознание сейчас испытывало безудержный рост. Изменения затронули каждый аспект его тела. Спустя десятки тысяч лет в мире Практиков наконец появилось Совершенное Основание. По легенде Совершенное Основание не видели с незапамятных времен. Но вот оно, в теле Мэн Хао. Мощь его Духовного Сознания далеко обошла ту, что была у Практиков средней ступени Возведения Основания. Более того Мэн Хао чувствовал, что с достаточным количеством духовной энергии он сможет мгновенно сформировать вторую и третью Дао колонну! К тому же будущие Дао колонны будут легендарными Совершенными Дао колоннами!

В эту секунду в небе раздался грохот. С неба на вулкан низвергся огромный разряд молнии, который ударил прямо в сияющий щит. Когда молния попала в щит все семь зон Наследия Кровавого Бессмертного в Южном Пределе внезапно залило кроваво-красное сияние. Тут же пропало изображение участников турнира, после чего алое сияние взмыло к Небесам в виде огромной колонны крови. Вокруг каждой такой колонны кружили кроваво-красные железные цепи. К тому же на вершине каждой колонны находилась расплывчатая связанная фигуры, которая истошно кричала, словно находилась в ужасной агонии.

Все произошло слишком быстро. Толпы людей вокруг каждой из семи зон Наследия удивленно замерил, не особо понимая, что происходит.

«Что происходит?! Что случилось?!»

«Кровавое сияние взметнулось к небесам! Теперь нельзя увидеть, что происходит внутри зоны Наследия. Что происходит?!”

Это потрясло всех без исключения Практиков Южного Предела. Множество людей вылетели из различных храмов пяти великих Сект и трех великих Кланов. Все они были древними Практиками, которые предпочитают проводить время в уединенной медитации. Бурные события снаружи пробудили их ото сна, один за другим они покидали свои убежища.

«Жертва Кровавого Бессмертного! Это же легендарная Жертва Кровавого Бессмертного Древнего Клана Погибели!!!»

«Согласно легенде, если кто-то вознамерится напасть на Древний Клан Погибели, тогда появится Жертва Кровавого Бессмертного. Но Древнего Клана Погибели уже давно нет, что за враг мог напасть на него…»

Тем временем Мэн Хао стоял на дне вулкана и наблюдал за бушующим небом. Он быстро поднял Чу Юйянь, связал ее черной сетью и убрал в сторонку. После этого его тело радужным лучом понеслось к жертвенному алтарю Кровавого Бессмертного.

Над ним Треволнение Грома ударяло о сияющий щит, отчего по его поверхности пошла рябь. Несмотря на рябь яркое красное сияние вырвалось из глубин вулкана и превратилось в огромную колонну крови. Она стала восьмой кровавой колонной появившейся в Южном Пределе.

При других обстоятельствах алтарь Кровавого Бессмертного никогда бы так не сделал, но Мэн Хао проглотил Пилюлю Совершенного Основания и спровоцировал Треволнение Грома. Именно удары Треволнения Грома по щиту жертвенного алтаря Кровавого Бессмертного вызвали защитную реакцию. Атаковать сияющий щит — это всё равно, что атаковать Кровавого Бессмертного!

«Только держись, — прошептал Мэн Хао, — я обещал, что заберу тебя с собой. Я иду за тобой, — и зловеще добавил, — а когда я спасу тебя, мы вместе убьем Ли Даои!»

Он стрелой летел вперед, не сомневаясь ни секунды. Стоило ему попасть внутрь…

В зоне Наследия Кровавого Бессмертного клубились облака, поднялся ветер. Мертвец, сидящий после девятой формации, дернулся. Он медленно поднял свою высохшую голову, в которой возникло яркое сияние. Свет был странным, но почему-то казалось, что эта высохшая до кости голова выглядела довольной.

«Наконец-то… Я ждал…»

Мир восьмой формации задрожал, небо казалось сейчас разделится на две части. Алое сияние накрыло все вокруг. Стоящую тишину внезапно нарушил вой. Восторженный вой!

В седьмой формации высилась одинокая гробница. На ней были вырезаны два слова: Гробница Небес!

Внутри гробницы стоял гроб почти три тысячи метров в длину. В центре груды костей лежал ветхий стяг. Стяг был о трех хвостах[1], на каждом из которых было начертано имя. Время стерло первых два имени, но не третье, там была начертано фамилия «Цзи».

Земля задрожала, а в небе раздался рокот. Ли Даои удивленно замер в гробнице. Кровавый Дракон рядом с ним поднял голову и начал загибать когти, проводя какие-то вычисления. И тут он резко крикнул: «Быстрее, нет времени доставать Стяг Трех Небесных Душ. Нужно как можно быстрее добраться до девятой формации. Если мы опоздаем… тогда ты останешься без Наследия!!!»

«Что происходит?!» — с перекошенным лицом воскликнул Ли Даои.

«Уже много лет Наследие ожидает того, кто бросит вызов Небесам, так же как это сделал Древний Клан Погибели. Этот человек здесь! Но у нас еще есть шанс. Кровавый Бессмертный мертв, поэтому первый кто доберется до него получит Наследие!!!»

«Я бы уничтожил его, если бы знал, что Наследие выберет его. Без него Наследию суждено попасть ко мне в руки!» — в глазах Ли Даои вспыхнула жажда убийства.

«Раньше убить его было бы не трудно, но теперь, когда он внутри зоны Наследия Кровавого Бессмертного, кто посмеет его хоть пальцем тронуть! Кто сможет его убить?!» — Кровавый Дракон увеличился до прежних трех тысяч метров, явно желая уйти отсюда как можно скорее.

Тем временем Древний Храм Погибели, одно из трех самых опасных мест Южного Предела, казалось ожил. В стенах древнего храма недвижимо стояло несметное число статуй. Даже если кто-то войдет в храм они продолжат стоять, но теперь десятки и десятки тысяч статуй внезапно дрогнули. Их глаза открылись, головы вскинулись вверх, к Небесам. Весь Клан в унисон непокорно взвыл. Эхо еще не успел утихнуть, а статуи уже взмыли вверх, окружив храм.

Приличное число Практиков, что дежурили рядом с храмом, удивленно поразевали рты.

Всеобщее удивление только усилило появление множества призрачных образов Древнего Храма Погибели. Как будто сама душа храма внезапно поднялась с земли. Он превратился в слепящий луч света, который унес с собой десятки тысяч статуй. В небе, храм принял форму гигантской боевой колесницы, которая несла с собой многотысячное войско.

Могучее войско Клана отправилось на войну с Небесами!

[1] Стяг может выглядеть следующим образом: так; так; так. У меня есть еще одна теория: к древку может быть привязано три длинных полотнища (Похожие на флаг из Banner’s saga) либо друг за другом вниз, либо внахлест.

Глава 131. Я Пришел Выполнить Обещание!

Появление восьми кровавых колонн, взметнувшихся к небесам, изрядно переполошило всех в Южном Пределе. Ранее призрачный Древний Храм Погибели, ныне боевая колесница вызывала ужас и трепет у всех, кто ее видел.

Тем временем Мэн Хао вернулся в зону Наследия Кровавого Бессмертного. Когда его нога коснулась платформы снаружи шестой формации весь мир задрожал, а воздух наполнился оглушающим рокотом. Платформа начала ходить ходуном, все магические формации ярко вспыхнули, непонятно откуда, но мир постепенно заполнял клубящийся туман. Множество лучей зеленого света вырвались из жертвенного алтаря и устремились к Мэн Хао. Искрящиеся шары света казалось были взволнованы и каждый надеялся, что именно его выберет Мэн Хао, как своё новое Кровавое Божество. Некоторые шары света источали ауру превосходящую по мощи даже Кровавого Дракона и Кровавого Пикси.

Еще сложнее было объяснить, почему духовная энергия этого места с каждым вздохом накатывалась на Мэн Хао подобно приливной волне. В его теле энергия ускорила циркуляцию Культивации, каждый вдох усиливал его тело.

Поднялся ветер, облака тоже заволновались, всю зона Наследия трясло. Громоподобный рокот заполонил все вокруг.

В груди Мэн Хао зрело странное чувство: будто Наследие Кровавого Бессмертного зовет его. Магические формации, платформа, аура, всё не было таким, как прежде! Разумеется, люди Южного Предела не могли увидеть эти метаморфозы, образы в красном сиянии пропали. Единственный человек, кто мог видеть перемены… был Ли Даои. Пройдя седьмую формацию, он стоял на платформе за ее пределами. Он мрачно посмотрел назад на Мэн Хао, стоящего на платформе рядом с шестой формацией, отчего его глаза ярко вспыхнули. Рядом с ним высился огромный Кровавый Дракон три тысячи метров в длину, в которого вселился Патриарх Ли Клана. Он тоже смотрел на Мэн Хао, в его глазах застыла обжигающая зависть и некое неведомое ему чувство.

«Значит Наследие принадлежит ему… — Ли Даои вскинул голову и от души расхохотался. — В этой жизни нет ничего приятней, чем украсть Наследие, которое принадлежит кому-то другому. Потрясающее чувство», — со смехом он исчез в восьмой формации.

Когда смех докатился до Мэн Хао, он перевел взгляд туда, где только что стоял Ли Даои, в его глазах смешались мягкое сияние просветления и яростное пламя жажды мести. Он не стал бросаться в погоню, напротив взмахом руки он разогнал скопище шаров зеленого света вокруг себя. Ни один из них не был достоин стать его Кровавым Божеством.

«У меня есть только одно Кровавое Божество!» — упрямо произнес он.

Он проигнорировал седьмую формацию и сделал то, что ни один участник за всю долгую историю турниров за Наследие Кровавого Бессмертного никогда не делал. Он… развернулся и вошел в шестую формацию!

«Я обещал, что найду и заберу тебя с собой», — прошептал он и исчез.

Когда он оказался внутри, с неба ударили молнии, мириады рук потянулись к нему из болота. Вдалеке, рядом с иссиня черным Древним Храмом Погибели, неподвижно стояла гигантская статуя. Мир остался прежним, только Мэн Хао был уже совершенно другим человеком. Более не на Безупречном Основании, его быстро заживающая Дао Колонна подняла его на легендарное Совершенное Основание!

Сразу по прибытию в шестую формацию он поднялся в воздух, источая мощь своей Культивации. Он сделал один вдох и мир дрогнул. В небе бушевали гром и молнии, земля дрожала. Из-за Совершенного Основания Мэн Хао не мог вобрать ни капли духовной энергии во внешнем мире, но этот мир был буквально до отказа заполнен духовной энергией, которая устремилась к Мэн Хао бурным потоком. После всего одного вдоха, Мэн Хао почувствовал себя… повелителем этого мира!

С грохотом молнии рассекали небо. Длинные волосы Мэн Хао трепал ветер. Он взмахнул правой рукой и рубанул вниз. Болото заколыхалось, тянущиеся вверх руки внезапно остановились, множество лиц в мутной воде уставились на Мэн Хао. Их лица больше не искажали гримасы злобы, их сменило восхищение и благоговение.

Огромная трещина рассекла топь, она всё расширялась и расширялась, расщепляя на части руки и лица. Мэн Хао полетел вниз, при его приближении топь расступилась, не смея приблизиться, словно юноша вселял в нее чудовищный страх. Мэн Хао рванул внутрь, его тело сверкало ярче вспышки молнии. Трещина становилась все шире, пока Мэн Хао, наконец, не увидел глубоко внизу… тело.

Тридцатиметровый зверь пропал, мастифф стал размером с ладонь. Его глаза были закрыты, из под слоя ила торчали пучки шерсти, только не красного цвета, а мертвенно серого. Ярость и свирепость тоже исчезла. Милый, пушистый щенок теперь остался только вечным образом в памяти Мэн Хао.

В голове мелькнуло как щенок рос; как он бегал кругами вокруг него, счастливо и игриво лая; как они вместе с мастиффом сражались в третьей формации; как он счастливо крутился вокруг него во время их путешествия через пустыню; как в пятой формации вспышка яда ослабила его до уровня обычного смертного, и как мастифф защищал его вопреки всему; как после каждой битвы он возвращался к нему, ложился рядом и лизал ему руку. Он пытался заставить его уйти, но пес не бросил его. В конце концов он ценой собственной жизни помог своему хозяину спастись из шестой формации. Перед глазами Мэн Хао стояла сцена, как мириады тянущихся рук утаскивают мастиффа прочь, не дав ему шанса на прощание лизнуть руку хозяина.

«Я не дам тебе умереть здесь. Не смей закрывать глаза!» — глаза Мэн Хао покраснели, одна его рука легла на маленькое тельце мастиффа, другая взметнулась вверх к небу.

Мощь его Культивации взывала к жизни. Тело Мэн Хао содрогнулось, когда трещина на его Дао Колонне полностью закрылась. Его наполнила невероятная сила, совершенно не похожая на ту силу, что циркулировала между небом и землей. Эта новая сила проистекала из его собственных неба и земли![1]

Сейчас он не просто вбирал духовную энергию, он ее похищал!

Как только духовная энергия неба и земли попадала внутрь Мэн Хао, она больше не могла покинуть его и вернуться в круговорот. Словно незаживающая рана на теле неба и земли. Потерянная в нем духовная энергия уже никогда не вернется.

Его глаза вспыхнули странным светом, волосы развивались на ветру. Его аура становилась все сильней, от его тела начало исходить золотое сияние. Он прикусил язык и сплюнул немного своей крови. Кровь упала на бездыханное тело мастиффа, которое не смогло впитать ее.

«Ты порожден из моей крови, ты сумел дорасти до духовного сознания…» — прошептал Мэн Хао.

Он вытянул руку, и кровь на его ладони превратилась в Кровавый Шар, который он послал в мастиффа, заставляя того принять ее. В тоже время его Культивация как с цепи сорвалась, она насильно высасывала духовную энергию из шестой формации. Мэн Хао подобно черной дыре втягивал в себя безграничную духовную энергию, которую он перенаправлял в тело мастиффа.

Время шло. Болото начало высыхать, руки и лица начали крошиться. Даже молнии превратились в силу, которую поглотил Мэн Хао. Небо посерело, теперь его пересекала огромная трещина… Статуя вдалеке тоже начала рассыпаться на куски. Древний Храм Погибели сиял призрачным светом, пока окончательно не растаял в воздухе. Весь мир безжизненно застыл. Остались только Мэн Хао и мастифф.

Его тельце дернулось, он словно изо всех сил пытался разомкнуть глаза. Он чувствовал ауру своего хозяина. Медленно он поднял невероятно тяжелые веки и посмотрел на Мэн Хао.

Бум!

Шестая формация разбилась. Тело мастиффа дрожало, но в его глазах пылало пламя жизни. Пока мир вокруг них рушился пес медленно поднялся на ноги!

Он не был по настоящему живым, поэтому не мог умереть. Будучи Кровавым Духом, будучи Кровавым Божеством… он мог быть перерожден!

За всю многовековую историю турнира за Наследие Кровавого Бессмертного еще ни одно Кровавое Божество не переживало перерождения. Мастифф… стал первым. Первое, что он увидел, когда открыл глаза… был его хозяин, человек, который помог маленькому щенку дорасти до духовного сознания.

Г-р-р-р-р!!!

Мастифф запрокинул голову и оглушительно взревел. Его тело начало быстро увеличиваться в размерах. В мгновение ока оно выросло до шестидесяти метров в длину. Его роскошный мех снова вырос, только теперь вместо алого он стал пурпурным! Теперь он походил на лохматую пурпурную гору. Острые шипы вновь выросли из его лап, а изо лба теперь торчал длинный рог. Зубам вернулась бритвенная острота. Новый облик мастиффа был еще более внушительный и пугающий, чем раньше!

Для всего остального мира мастифф являлся свирепейшим и кровожаднейшим из созданий, ведь он был Кровавым Божеством бесчувственным и холодным. Но был только один человек рядом с которым он чувствовал себя также, как и когда был щенком, которому хотелось лизнуть руку, и почувствовать на своей голове его нежное прикосновение.

Один такой человек на всем белом свете!

[1] Под небом и землей здесь понимается мир/вселенная — Прим. пер.

Глава 132. Совершенная Дао Колонна!

Когда Мэн Хао вернулся на платформу, от шестой формации позади не осталось и следа. Если бы зрители могли это видеть, их удивлению не было бы предела. За всю историю турнира за Наследие Кровавого Бессмертного еще никому не удавалось уничтожить магическую формацию! Но на этом дело не кончилось… Следом за шестой далеко позади начала трескаться первая формация. С оглушительным грохотом она разбилась вдребезги, высвободив огромный объем духовной энергии. Мэн Хао и мастифф принялись с энтузиазмом ее поглощать. Теперь внутри Мэн Хао колыхалось бескрайнее море духовной энергии.

И тут вторая Дао Колонна наконец сформировалась. Совершенная, без единого изъяна. Вторая Совершенная Дао Колонна! Культивация Мэн Хао мощным рывком взмыла вверх. Его тело сияло, источая мощную ауру. Вторую и третью формацию постигла та же участь, они разбились на куски. Скорее всего после такого следующего турнира за Наследие Кровавого Бессмертного не будет.

Мэн Хао поднял глаза и вступил в седьмую формацию, в его взгляде читалась жажда крови. Мастифф вскинул голову и взревел, после чего трансформировался в луч света и последовал в магическую формацию за хозяином.

Внутри седьмой формации находилась огромная гробница. На ней были начертаны два кроваво-красных слова «Гробница Небес». Как только нога Мэн Хао переступила порог нового мира, Гробница Небес начала дрожать. По деревянной поверхности гроба пошли трещины, множество побелевших от времени костей превратились в труху. От обветшалого стяга вилась черная дымка.

Бум!

Оглушительный грохот сотряс весь мир, когда Гробница Небес взорвалась словно произошло извержение вулкана. Стяг о трех хвостах взлетел вверх, хлопая на ветру, он испускал такую мощь, что глаза Мэн Хао невольно сузились. В следующий миг стяг исчез и появился уже неподалеку от алтаря и трона, которые стояли после девятой формации. Стяг подлетел к мертвецу в безликой маски и превратился в три седых пряди на его черной как смоль шевелюре.

В это же время седьмая формация рассыпалась на куски прямо под ногами Мэн Хао. Вместе с разрушением формации на него нахлынула гигантская волна духовной энергии. Такая неописуемо мощная духовная энергия дала толчок к формированию внутри Мэн Хао третьей Дао Колонны. Он опустился на платформу подле седьмой формации. Позади него вторая, третья и четвертая формации рассыпались на куски. Теперь пути назад не было. Только пятая формация пока еще держалась, но и на ней начали появляться трещины.

Уничтожение нескольких формаций сразу высвободило настолько много духовной энергии, что она затуманила небо зоны Наследия. Туман закружился в водовороте центром которого был не кто иной, как Мэн Хао! Это было поистине впечатляющее зрелище, особенно издали.

Мэн Хао безостановочно впитывал в себя духовную энергию, мастифф не отставал. Культивация человека и собаки росла. Холодный взгляд Мэн Хао остановился на восьмой формации. Хотя фигура по-прежнему оставалась размытой, не было никаких сомнений, что это Ли Даои, юноша тоже посмотрел на Мэн Хао.

«Как ему удается уничтожать формации так быстро?!» — пробормотал Ли Даои, у него зрело недоброе предчувствие. Он понимал, что Мэн Хао судьбой предназначено стать преемником Наследия, но происходящее всё равно поразило его до глубины души.

Кровавый Дракон взревел: «Все эти формации много лет ждали его появления, они самоуничтожаются, уступая ему дорогу. Но Кровавый Бессмертный мертв, если ты окажешься достаточно быстр, то Наследие будет твоим!»

Холодный огонек вспыхнул в глазах Ли Даои, и он немедленно бросился в девятую формацию.

«Быть может Наследие и вправду принадлежит тебе… — сказал он, — но тебе не повезло столкнуться со мной. Я уведу его прямо у тебя из-под носа!»

Видя, как Ли Даои и обеспокоенный на вид Кровавый Дракон вошли в девятую формацию, в Мэн Хао вспыхнуло пламя ярости. Отбросив все сомнения, он и мастифф нырнули в восьмую формацию.

Внутри их встретил пугающий вой из пропасти, которой и являлась восьмая формация. В нестройном вое слышалась мольба, предвкушение и надежда бессчетного числа душ. Эхо еще не успело стихнуть, а восьмую формацию уже покрыли трещины, она начала рассыпаться на части.

Формация уничтожала сама себя согласно древней команде, оставленной перед смертью самим Кровавым Бессмертным. В одной такой команде говорилось, что первый представший перед ним человек обретет Наследие. В противовес ей была другая, если появится человек отвергнутый Небесами все девять формаций распадутся на части, их духовная энергия должна помочь избраннику получить Наследие.

Когда восьмой формации не стало, величественная духовная энергия устремилась к Мэн Хао и мастиффу. Мастифф вскинул голову и взвыл. Его Культивации преодолела барьер стадии Создания Ядра и перешла на стадию Зарождения Души! Тело мастиффа увеличилось до трехсот метров в длину, теперь он выглядел еще свирепей. От воя пурпурного мастиффа задрожал весь мир. Его тело источало ранее невиданную, неописуемую мощь!

В тоже время третья Дао Колонна Мэн Хао оформилась примерно наполовину. Как только он оказался на платформе между восьмой и девятой формацией, пятая формация превратилась в пыль. Позади не осталось ни одной платформы, ни одной магической формации. Осталась только духовная энергия, которая превратилась в настоящее море тумана, окутавшего всю зону Наследия.

Впереди стояла последняя девятая формация, внутри Ли Даои и его помощник Кровавый Дракон. Однако они еще не завершили её!

«Ли Даои!» — взревел Мэн Хао, жажда мщения пылала ярче полуденного солнца. Мастифф стадии Зарождения Души последовал за хозяином в последнюю формацию.

Как только оба скрылись внутри, платформа позади обрушилась. Однако в это же время Ли Даои и дракон выбрались из девятой формации!

Изо рта юноши брызнула кровь, Кровавый Дракон выглядел ослабевшим. Кровавому Дракону, одержимому четырех вековым Патриархом Ли Клана, дорого обошелся такой быстрый переход через девятую формацию!

«На самом деле появление истинного преемника Наследия оказалось, как нельзя кстати, магические формации ослабли, что упростило наш путь. Даои, взойди на жертвенный алтарь! Когда предстанешь перед Кровавым Бессмертным, ты станешь его преемником во втором поколении!» — взревел Кровавый Дракон, судя по всему он очень долго ждал этого момента, ведь если Ли Даои получит Наследие, тогда он сможет войти в Бессмертное сокровище и стать Духом Регалией, а это значит, что он никогда не умрет!

Из горла Ли Даои вырвался довольно зловещий восторженный хохот: «Наследие принадлежит мне!»

Ли Клану пришлось немало заплатить, чтобы ему выпал шанс заполучить Наследие. До турнира он уже свыкся с мыслью, что ему самой судьбой предначертано заполучить Наследие. С появлением Мэн Хао и после откровения Патриарха его уверенность слегка пошатнулась. Когда магические формации начали рушиться сами по себе, без вмешательства Мэн Хао, было бессмысленно отрицать, кто истинный преемник Наследия.

Но он не хотел уступать, не хотел примиряться с правдой. Он похитит Наследие!

«Я заберу Наследие, а потом уничтожу тебя, — хохотал Ли Даои. — и изменю свою судьбу!» Он взмыл вверх прямо к огромному зеленому алтарю.

В девятой формации была лишь чернота, чернота без конца и края. Глубоко под землей этого мира покоился скелет. Скелет посмотрел вверх, в его пустых глазницах вспыхнул яркий свет. Этот свет надежды прошел сквозь земную толщу и достиг Мэн Хао.

«Наследие Кровавого Бессмертного ждало много лет в надежде, что когда-нибудь придет… — сбивчиво шептал скелет. — Я надеюсь, что в конце ты не встанешь на путь невозврата, который когда-то избрал мой господин Бессмертный…»

Свет в глазницах медленно угас, кости превратились в пыль. Девятую формацию тряхнуло, в следующую секунду она распалась на множество кусков. Снова в Мэн Хао влилось огромное количество духовной энергии. В результате третья Дао Колонна в теле Мэн Хао окончательно сформировалась!

Третья Совершенная Дао Колонна!

Мэн Хао достиг пика ранней ступени Возведения Основания! Его Духовное Сознание быстро увеличивалось вплоть до того, что оно отчасти превосходило Духовное Сознание поздней ступени Возведения Основания.[1]

Еще одна Дао Колонна и он сможет взойти на среднюю ступень стадии Возведения Основания. Хотя он сам еще не достиг среднее ступени Возведения Основания, его Совершенное Основание делало его настолько могущественным, что он без труда мог растереть в порошок любого Практика средней ступени Возведения Основания. Даже Практики поздней ступени Возведения Основания с Треснувшим и Расколотым основанием были ему не ровней.

Как только Мэн Хао сформирует четвертую Дао Колонну и достигнет средней ступени Возведения Основания, единственные во всем Южном Пределе, кто смогут на равных с ним сражаться, будут Практики, достигшие великой завершенности Возведения Основания, будучи в одном шаге от стадии Создания Ядра.

Различные Секты и Кланы взращивали таких людей в самых своих сильных учеников. К таким экспертам обычно обращались… Сыны Дао!

В большинстве своем у всех было Безупречное Основание; их боевые умения, Культивация и удача делали их лучшими среди всех остальных на каждой стадии. Сыны Дао Южного Предела! Ли Даои был Сыном Дао Ли Клана, Ван Лихай тоже был Сыном Дао. Эти люди превосходили Избранных. Во всех Сектах и Кланах на каждую стадию приходилось только по одному Сыну Дао!

Как только третья Дао Колонна оформилась в теле Мэн Хао, он взошел на платформу подле девятой формации. Вдалеке на зеленом алтаре сидел мертвец на каменном троне. Он медленно поднял голову и посмотрел на… Ли Даои!

Мертвец сжала рукой маску на своем лице и начал медленно ее снимать!

[1] Я дважды перепроверил, но Духовное Сознание действительно превосходит оную на поздней ступени Возведения Основания. У Эргена случаются ошибки в описании силы персонажа, особенно это касается Духовного Сознания. Вполне возможно в следующих главах будут корректировки, а может и нет — Прим. пер.

Глава 133. Как Ты Смеешь?!

Как только мертвец снимет маску, он передаст ее стоящему перед ним человеку. Поскольку маска была сокровищем Наследия, это делало получателя победителем турнира за Наследие. Кровавый Дракон Ли Даои выглядел взволновано. Четыре тысячи лет он ждал этого момента. Войдя в маску, он станет Духом Регалией и сможет, наконец, покинуть это забытое богом место и вернуться в Южный Предел.

«Это наследие принадлежит мне!» — воскликнул Ли Даои, его глаза сверкали.

Однако именно в этот момент Мэн Хао вышел из девятой формации. Увидев, что происходит, он не стал мешкать и стрелой рванул вперед. С Совершенным Основанием у Мэн Хао появилось странное чувство, словно он стал повелителем зоны Наследия. Это чувство только усилилось после уничтожения девятой формации.

Трехсотметровый мастифф рядом с ним вскинул голову и завыл. Благодаря его невероятной скорости он оказался на месте даже быстрее своего хозяина.

«Это Наследие моё, — сказал Мэн Хао, прищурив глаза, — что с ним делать это мое дело. Но, если ты думаешь, что можешь просто украсть его, рискни, посмотрим насколько ты везучий!»

Ему уже довелось один раз похитить Наследие, поэтому он совершенно спокойно воспринял поползновения Ли Даои. Его злило не то, что он делает, а то какими методами он пытается достичь желаемого. Мэн Хао как никогда раньше хотел убить Ли Даои. Использовав свою Культивацию на полную, он направился вперед, его руки выполняли магические жесты. Появились Флаг Грома вместе с двумя деревянными мечами, все три предмета источали невероятное давление, и все три метнулись к Ли Даои.

В этот момент мертвец снял маску с лица, сам он после этого обратился в прах. Даже рука, державшая маску, превратилась в прах. Когда прах развеял ветер, маска поплыла по воздуху к Ли Даои. Лицо юноши восторженно сияло. Его правая рука попыталась схватить артефакт, но маска не дала себя коснуться, оттолкнув его руку. Дело было не в том, что он не мог взять ее, а в том, что только с Духом Регалией маска обретет своего хозяина.

Когда Кровавый Дракон увидел, как маска оттолкнула руку Ли Даои, он сразу все понял и бросился вперед. В данный момент маска была пуста, первое Кровавое Божество, попавшее внутрь, станет Духом Регалией.

Когда дракон приблизился к маске, она начала засасывать его внутрь, когда тот погрузился в маску наполовину, мастифф внезапно взревел. Его рев волной прокатился по всей зоне Наследия. Не обращая внимания на Кровавого Дракона, который был в процессе захвата контроля над маской, трехсотметровый мастифф с огромной скоростью налетел на дракона. Как только пес коснулся ее поверхности, маска засосала его внутрь, спустя еще секунду дракон последовал за ним. Это ознаменовало собой начало борьбы за контроль над маской между мастиффом и Патриархом Ли Клана!

«Ты не знаешь, когда надо остановиться, — прогремел голос Патриарха Ли Клана, — когда я стану Духом Регалией я пожру тебя!».

Из маски вырвался слепящий алый свет, но к этому алому сиянию примешался пурпурный! Выглядело это, словно два разноцветных сияния схлестнулись в борьбе, каждый пытался поглотить другого! Причина одна: маска не принадлежала ни Ли Даои, ни Мэн Хао. Чье Кровавое Божество возьмет верх, тот и станет победителем турнира за Наследие. К тому же… Кровавому Бессмертному и в голову не могло прийти, что два Кровавых Божества сойдутся в поединке за право стать Духом Регалией.

Одно было совершенно ясно… Кто бы не победил, мастифф или Кровавый Дракон, после этого его ждет огромный скачок в силе. В лучшем случае победившее Кровавое Божество окажется в одном шаге от стадии Отсечения Души, а с правильным Дао просветлением сможет и вовсе взойти на стадию Отсечения Души!

«Ты только зря потратил силы на воскрешение этого второсортного Кровавого Духа», — засмеялся Ли Даои.

«Он поможет мне обрести Наследие!» — Мэн Хао приближался, и тут их взгляды встретились. Зона Наследия медленно рушилась, в этом гибнущем мире остались только они двое.

Надвигаясь на Ли Даои, Мэн Хао произнес всего одну фразу: «Твоя смерть разрешит все проблемы».

«Я как раз собирался это сказать!» — усмехнулся Ли Даои.

Он вскинул правую руку, и она вспыхнула ярким светом. Перед ним материализовалась сверкающая золотая боевая колесница, которая сразу же полетела на Мэн Хао. Мир зоны Наследия сотряс грохот, Мэн Хао попятился назад, с уголков его рта капала кровь. Лицо Ли Даои исказилось, он тоже попятился, закашлявшись кровью. Зона Наследия вокруг них продолжала рушиться, на поверхности жертвенного алтаря из темно-зеленого камня начали появляться трещины. Послышался треск, судя по всему остатки Кровавого Бессмертного в ближайшее время уничтожат себя и навсегда исчезнут из этого мира. Любой, кто не покинет это место вовремя, будет похоронен здесь навеки!

Борьба внутри маски между мастиффом и Кровавым Драконом обострилась, изначально у мастиффа не было никакого шанса против Кровавого Дракона. Но после воскрешения и благодаря крови из Совершенного Основания Мэн Хао, он трансформировался в ранее невиданное Кровавое Божество.

Свободная духовная энергия устремилась к маске, которую начали поглощать мастифф и Кровавый Дракон. Только между ними было одно существенно отличие: всё что мастифф поглощал оставалось в нем, ни капли не просачивалось наружу. Кровавый Дракон не мог похвастаться чем-то подобным. Хотя у Кровавого Дракона вначале было преимущество, после непродолжительной схватки с мастиффом он так и не смог избавиться от него, как и захватить контроль над маской Наследия.

Выражения лица Ли Даои вновь изменилось, и он отступил еще дальше назад. Он попытался схватить маску, но она вновь оттолкнула его руку. Без Духа Регалии никто не сможет забрать ее!

Кровавый Бессмертный не мог предвидеть подобного исхода. Изначально задумывалось, что за маской должен был явиться всего один человек. Его Кровавое Божество захватило бы контроль над маской за считанные секунды и стало бы Духом Регалией. После этого зоны Наследия не станет, а победитель сможет забрать маску с собой во внешний мир. Вместо этого все пошло наперекосяк, отсюда и эта довольно щекотливая и одновременно невероятно опасная ситуация!

Всё вокруг них рушилось, внизу появился огромный водоворот, который постепенно поглощал этот мир. Ничто уже не выберется наружу, если попадет в водоворот. С началом разрушений мир стал абсолютно пустым!

Наверху поблескивала завеса. По ее поверхности пошла рябь, скорее всего под гнетом всеобщей энтропии она долго не протянет. Единственный путь обратно во внешний мир вел через эту завесу, всё что нужно сделать – просто войти в нее.

Ни одна из противоборствующих сторон до сих пор не сумела взять контроль над маской, никто не хотел уступать. Мир рушился, но маску по-прежнему нельзя было забрать. Когда Ли Даои это понял, его лицо скривилось. Мэн Хао же наоборот был невероятно спокоен. Он отступил назад, утер кровь с подбородка, а потом вновь бросился вперед. Его три Совершенных Дао колонны излучали мощную духовную силу, во время атаки руки Мэн Хао сложились в заклятие. В воздухе возник трехсотметровый Огненный Питон, который с ревом полетел на Ли Даои. На самом деле, это был уже не питон, а настоящий дракон! Ревущий золотой дракон, объятый бушующим пламенем. За драконом летел Клинок Ветра тридцати метров в длину. Огненный ветер ударил в Ли Даои. В магическом арсенале Мэн Хао было не так уж много действительно мощных техник. Все они принадлежали стадии Конденсации Ци, к сожалению, ни одной стадии Возведения Основания. Мэн Хао прекрасно понимал, что это было его слабым местом.

«Посмотрим кто из нас беспощадней…» — зловеще засмеялся Ли Даои. Он видел, что его противник использует нестандартную магию, поэтому о быстрой победе можно забыть. Настоящим победителем будет тот, кто дольше сумеет продержаться в рушащемся мире. У кого первого сдадут нервы, и он сбежит, бросив маску, тот потеряет все шансы на обретение Наследия.

Лицо Ли Даои омрачилось. Он был Сыном Дао Ли Клана. К этому титулу ведет длинный и кровавый путь, он был готов ко всему, в том числе убивать без колебаний. Что до похищения чужой удачи, в прошлом ему неоднократно уже доводилось проворачивать нечто подобное. Выходец из ничем не примечательной побочной ветви Ли Клана, он сумел стать Сыном Дао, человеком во многом превосходящим Избранных. Всё дело в его характере. Он самоуверенно полагал, что упрямство было одним из его самых ценных качеств.

В его руках появился веер, который состоял из четырех цветов, при каждом взмахе он посылал цвета вперед. Цвета столкнулись с Огненным Драконом и Клинком Ветра Мэн Хао. Прогремел взрыв. Четыре цвета со свистом полетели в четыре разные сторон и превратились в четыре меча, которые ударили в Мэн Хао.

Ли Даои хохотал как одержимый. Его левая рук хлопнула по бездонной сумке и в ладонь упали восемнадцать черных жемчужин. Ли Даои швырнул их в Мэн Хао, на подлете к нему они неожиданно взорвались. От взрыва в воздухе образовались искривления, отчего мир начал рушиться еще быстрее.

«Все еще думаешь, что можешь тягаться со мной в беспощадности?» — сейчас на лице Ли Даои стояло выражение чистейшего безумия.

Четыре цветных меча и странные искривления воздуха давили на громовой щит Мэн Хао. Прогремел еще один оглушительный взрыв, Мэн Хао попятился назад на несколько шагов. Его глаза безжалостно сверкали. Он вызвал очередного трехсотметрового Огненного Дракона, в этот раз он пролетел мимо Ли Даои, его новой целью была сияющая дверь наверху.

«Ускорить разрушение мира вовсе не беспощадно, — холодно сказал Мэн Хао, — уничтожить выход… вот это я называю беспощадностью. Ну что, рискнешь?»

Огненный Дракон ударился о сияющую завесу и взорвался. По ее поверхности уже ходила рябь, но после взрыва от нее начали откалываться огромные куски, которые таяли прямо в воздухе. Ли Даои явно не ожидал такого поворота, его глаза удивленно расширились, а сердце бешено застучало в груди.

Глава 134. Восьмой Заговор Заклинания Демонов

Во время сражения с Ли Даои Мэн Хао понял, что, имей он четыре Дао Колонны вместо трех, битва бы очень быстро завершилась в его пользу. Теперь он еще сильней хотел убить Ли Даои, одна проблема, в своей Культивации он достиг поздней ступени Возведения Основания, ко всему прочему был Сыном Дао Ли Клана, которые по всем статья превосходили Избранных. Такого человека непросто убить.

Гораздо важнее Ли Даои был мастифф. Пока маска не попала под чей-то контроль, а из-за присутствия здесь Ли Даои сложно сказать, чем закончиться противостояние Кровавых Божеств. Для того чтобы помочь мастиффу, Мэн Хао придется сначала разобраться с Ли Даои. И решением этой проблемы… стало уничтожение выхода!

Внизу пенился туман, с каждой минутой мир разрушался всё быстрее. Водоворот ревел и неумолимо рос. Вскоре темно-зеленый жертвенный алтарь утонул в нем более чем на половину. Мэн Хао попятился, взмахнув рукавом, он призвал грозовой туман и послал его в сторону быстро распадающейся двери. Выражение лица Ли Даои изменилось, в его глазах вспыхнуло холодное пламя. Стиснув зубы, он тоже взмахнул рукавом и запустил веер в сияющую дверь. Мощная атак Ли Даои оставила на двери еще больше трещин. После этого магического шквала целым остался только тридцатиметровый участок двери. Правда, он тоже быстро рассыпался на куски.

«Не может быть, чтобы ты был безжалостней меня, — процедил Ли Даои, — ни за что не поверю, что ты готов пожертвовать собственной жизнью!»

Его тело во вспышке радужного света рванул вперед, правой рукой он сначала исполнил заклятие, а затем направил ее вперед. В следующую секунду позади него возник желтый талисман, он, постоянно увеличиваясь в размерах, пролетел сквозь тело Ли Даои в сторону тридцатиметровой двери.

Глаза Мэн Хао холодно блеснули. Он хлопнул по своей бездонной сумке и извлек десять летающих мечей. Они просто не смогли выдержать мощи трех Дао колонн Мэн Хао и почти сразу взорвались. Посреди всей этой вакханалии, тридцатиметровая дверь задрожала, от нее откололись еще несколько кусков и теперь осталось всего шесть метров. Алтарь из темно-зеленого камня почти полностью засосал бушующий водоворот. Всепожирающий водоворот начал подниматься вверх в сторону Мэн Хао и Ли Даои.

Вся зона Наследия находилась на грани полного разрушения. Повсюду виднелись трещины, в уши обоим юношам ударил оглушительный рокот. Над ними сиял единственный путь назад, но и он уменьшался с каждой секундой. Вместо шести он теперь уменьшился до трех метров. Мэн Хао вновь хлопнул по своей бездонной сумке и вызвал еще десять летающих мечей. Ли Даои побледнел, он понимал, что, если мечи еще раз взорвутся о дверь, тогда последний целый трехметровый участок не выдержит и тоже рассыплется на куски.

Ли Даои сначала подумал, что Мэн Хао действительно решил свести счеты с жизнью, оставшись здесь навеки. Но тут Мэн Хао взмахнул своим широким рукавом и полетел вверх в окружении летающих мечей. Теперь это, наоборот, выглядело так, словно он сдался и поэтому уходит. Естественно он обрушит за собой дверь. В этом случае даже если Ли Даои заполучит Наследие Кровавого Бессмертного, ему не удастся выбраться во внешний мир.

Ли Даои обуяли сомнения. При таком раскладе совершенно бессмысленно пытаться получить Наследие. Он уже было собрался преградить Мэн Хао путь, но внезапно осознал, что любое его действие, а точнее последствия его действий в виде взрывной волны, наверняка разрушат без того ослабевшую дверь.

«Если я уйду, тогда Наследие…»

Ему не хотело, чтобы он, Сын Дао Ли Клана, был похоронен в этом месте. Его ждало яркое будущее с огромным количеством возможностей, потеря всего одного Наследия мало что изменит. С другой стороны, если он здесь сложит голову…

«По сравнению с моей жизнью, Наследие ни черта не стоит. Да и кому нужен какой-то древний Патриарх. Решено. Но если кто-то другой получит Наследие, тогда это место станет его могилой!» — глаза Ли Даои налились кровью, а из его горла вырвался вой.

У него изо рта брызнула кровь, когда кровь окропила его тело, он превратился в кровавую тень в несколько раз больше человека. Он рванул вверх к двери, сумев пролететь мимо Мэн Хао и его летающих мечей прежде чем те успели взорваться.

Когда он проходил сквозь дверь, его правая рука легким взмахом выбросила пригоршню черных жемчужин, готовых в любую секунду взорвать дверь и отрезать Мэн Хао путь к спасению. У этого плана был один существенный недостаток, когда сам Ли Даои скрылся на другой стороне, его рука должна была находиться внутри зоны Наследия, дабы оставить этот прощальный подарок. Мэн Хао сделал глубокий вдох, он ждал подходящего момента, чтобы использовать это заклинание.

«Заклинание Демонов, Восьмой Заговор, Заклинание Тела!»[1] — когда он произнес эти слова, его глаза были кроваво-красного цвета.

Впервые ему представился случай использовать загадочную магию[2], полученную от Заклинателя Демонов Восьмого Поколения. После множества проб и ошибок Мэн Хао несколько раз пытался применить это заклинание, к сожалению, безрезультатно. Но обретя просветление в магическом тексте пятой формации зоны Наследия Кровавого Бессмертного, все части мозаики сошлись воедино. Его пальцы сложились в заклинание, у Мэн Хао возникло чувство, что в этот раз, с тремя Совершенными Дао колоннами, у него обязательно получится. Это чувство возникло еще во начале битвы с Ли Даои и с каждой минутой крепло.

Он рубанул пальцем вниз, весь мир задрожал. И все же дрожал не мир, а Мэн Хао и его палец. Появились тонкие нити неосязаемого Ци, которые судя по всему были каким-то образом связаны с рушащимся миром. Они были повсюду, смешанные с духовной энергии неба и земли, эти нити создавали призрачные образы мира. Но это было не всё, вместе с призрачными образами мира появились призрачные образы Ли Даои!

Ли Даои не до конца прошел сквозь сияющий щит. Его тело затряслось… и замерло! В это же время три Дао колонны внутри Мэн Хао померкли, словно используемая техника почти полностью истощила его духовную энергию.

Побледневший Мэн Хао взмахнул правой рукой, и грозовой туман накрыл пригоршню готовых в любую секунду взорваться черных пилюль. Два деревянных меча полетели к Ли Даои, остальные летающие мечи лишились духовной энергии и взорвались, послав во все стороны ударную волну.

Спустя всего один миг Ли Даои пришел в себя. Все произошло настолько быстро, что он просто не успел понять, что происходит. Его тело выбралось наружу, но прежде чем он смог хоть как-то отреагировать, из его глотки вырвался душераздирающий вопль. Он не успел вовремя вытащить правую руку! В мгновение ока деревянные мечи Мэн Хао отрубили ее!

Внутри зоны Наследия остался бледный, кашляющий кровью Мэн Хао. Мир вокруг него распадался на части, которые исчезали в водовороте. Грозовой туман глухо громыхнул, он успешно заблокировал взрыв пригоршни черных пилюль, но даже будучи приглушенным взрыв все рвано задел сияющую дверь. Теперь от нее осталось всего два метра.

От такого обращения грозовой туман истончился, казалось еще секунда и его развеет ветер, даже небольшие всполохи электричества были едва заметны. Когда Ли Даои, во всяком случае большая его часть, спасся бегством, Мэн Хао перевел дух и поспешил к наполовину пурпурной, наполовину красной маске. Поначалу красное сияние выигрывало, но с уходом Ли Даои его сила резко уменьшилась. Внутри маски Патриарх Ли Клана буквально бушевал от ярости.

“Ли Даои!!” — в бешенстве взревел он.

В прошлом он был Практиком, но сейчас переродился в виде Кровавого Божества. Поэтому единственное непреложное правило зоны Наследия теперь распространялось и на него!

Победитель турнира за Наследие обязан иметь Кровавое Божество! Равно как и Кровавое Божество должно принадлежать участнику турнира за Наследие! Когда участник покидает турнир Кровавое Божество исчезает. По его возвращению Кровавое Божество снова появляется.

Однако будучи в маске Патриарх Ли Клана не исчез, вот только бегство Ли Даои сильно его ослабило. Окружающее его сияние начало тускнеть.

Игнорируя рушащийся мир, Мэн Хао принялся циркулировать три Дао колонны своего Совершенного Основания, отчего вся сила неба и земли в округе устремилась к нему. Мэн Хао коснулся маски, и, подобно проводнику, вливал духовную энергию в мастиффа. С подкреплением пурпурное сияние мастиффа стало ярче, он начал вытеснять Кровавого Дракона, одержимый Патриархом Ли Клана, полностью отрезав ему все пути к отступлению. В этот момент мастифф контролировал больше половины маски, и все же он не смог захватить ее полностью. А значит маску по-прежнему нельзя было забрать во внешний мир. Патриарха Ли Клана не так-то просто поглотить, несмотря на безнадежность своего положения, он отчаянно сопротивлялся.

«Если ты будешь упрямиться, худшее, что может произойти — мы все сегодня умрем, — прокричал Мэн Хао. Всё вокруг с грохотом рассыпалось на куски. Сияющий выход был едва ли больше одного метра в ширину, — если уступишь и позволишь моему Кровавому Божеству взять контроль над маской Наследия, тогда я не позволю ему поглотить тебя полностью. Часть твоей души сохраниться, когда-нибудь наступит день, и ты сможешь выбраться из маски и снова стать человеком! Выбирай!»

«С чего ты взял, что я помогу тебе выиграть?! — резко возразил Патриарх Ли Клана. — И почему я вообще должен тебе доверять?!» Старик прекрасно понимал всю серьезность нависшей над ним угрозы, и что отказ от предложения Мэн Хао означает смерть. Но он всё равно не хотел уступать.

«Можешь мне не верить, но у тебя нет другого выхода», — глаза Мэн Хао сверкнули.

Десять вдохов не было ответа, окружающий их мир вошел в финальную стадию своего самоуничтожения. От всепоглощающего водоворота Мэн Хао отделяло всего три метра. Выход над ним едва достигал одного метра в ширину. И тут бессильно взревел Патриарх Ли Клана.

[1] «Заклинание» здесь используется, как глагол «заклинать что-либо», а не существительное. Второй смысл у иероглифа 封 — запечатывать, но как я писал раньше ввиду совершенной неблагозвучности слова, оно заменено на заклинание.

[2] Под магией здесь еще может пониматься «теургия» — магическая практика, появившаяся в рамках неоплатонизма; в античности, в языческих культах, направленная на практическое воздействие на богов, ангелов, архангелов и демонов с целью получения от них помощи, знаний или материальных благ. Поскольку мы имеем дело с китайской традицией думаю европейская терминология не подходит. Справку я привел просто на всякий случай.

Глава 135. Побег из Вулкана

Как и сказал Мэн Хао, Патриарху Ли Клана не оставалось ничего, кроме как довериться ему. Ведь отказ равносилен смерти. С Мэн Хао у него хотя бы будет шанс на спасение. Если он откажется, и Мэн Хао оставит его здесь, тогда о каких-либо планах на дальнейшую жизнь можно забыть. Еще до предложения Мэн Хао Патриарх Ли Клана понимал, что единственный способ выбраться отсюда: дать мастиффу поглотить себя, тем самым позволив ему завладеть маской. Что он и сделал. Маска упала в руку Мэн Хао, он крепко сжал ее и рванул к уже готовому захлопнуться выходу.

Когда он выбрался наружу, зоны Наследия позади не стало, ее с грохотом поглотил водоворот. В жерле вулкана Мэн Хао во вспышке света миновал кровавое озеро и алтарь в его центе. От каменной головы откалывались огромные куски, которые падали в озере,

Вот только в следующий миг озеро полностью высохло. Осталась только яма в земле, всё остальное было иллюзией. Несмотря на это наверху по-прежнему грохотал гром. Мэн Хао посмотрел на небо над вулканом: сверху громыхал гром, молнии заполонили небо подобно серебряным драконам. Они собрались вместе, словно истово хотели ударить вниз, но сейчас их сдерживало красное сияние. Кроваво-красное сияние казалось живым, как будто оно осознанно желало сразиться с Небесами. Это было так далеко, что Мэн Хао не мог разобрать детали, но одно он видел точно… сияющий щит на кратере вулкана исчез.

«Такое небесное представление наверняка привлечет внимание, нельзя здесь больше оставаться!» — покрепче стиснув маску в руках, Мэн Хао помчался к Чу Юйянь, попутно направив в маску немного Духовного Сознания.

Мастифф полностью завладел ей, став Духом Регалией. После поглощения одержимого Кровавого Дракона мастифф впал в спячку. Культивация Патриарха Ли Клана была невероятно могучей, все благодаря его изначальной силе, которая добавилась к уже существующей Культивации Кровавого Дракона. Будучи Кровавым Божеством, мастифф мог вобрать его в себя, но для полного поглощения нужно время. Мэн Хао не имел ни малейшего понятия сколько именно времени на это нужно. Однако он знал, чего примерно ожидать, когда пес проснется и выйдет из маски. Мастифф без сомнений станет невероятно сильным, что очень поможет Мэн Хао в будущем. А пока он спал. Одно хорошо, оба, мастифф и маска, полностью принадлежали Мэн Хао.

Внутри у Мэн Хао всё сжалось в предвкушении. Вот только пока мастифф спал он временно не мог воспользоваться маской.

«Как долго ты будешь спать…?» — Мэн Хао сделал тяжело вздохнул.

В дальнем уголке маски он заметил маленький обрывок духовного сознания Патриарха Ли Клана. Настолько маленький, что Мэн Хао мог уничтожить, стоит ему только пожелать. Тщательно все взвесив, он решил не убивать его. Помимо Патриарха обнаружилась книга-трактат цвета крови, рядом с ней лежал флаг о трех хвостах. Узнав всё что нужно, Мэн Хао отозвал Духовное Сознание и убрал маску в сумку ИньЯнь.

Он приземлился рядом с Чу Юйянь, которую по-прежнему опутывала черная сеть. Мэн Хао задумчиво посмотрел на грозу снаружи вулкана, кровавое сияние и сияние грозы схлестнулось в небе.

«Здесь больше нельзя оставаться, пора убираться отсюда. Треволнение Грома пришло за мной, но оно каким-то образом спровоцировало реакцию жертвенного алтаря Кровавого Бессмертного…» — решительно сказал он.

Взмахом рукава Мэн Хао сгреб Чу Юйянь и огляделся с помощью Духовного Сознания Совершенного Основания. С холодным смешком он обнаружил спрятанные в неприметных трещинах законченные малые пилюли. Обчистив закладки Чу Юйянь, он полетел к кратеру вулкана. Спустя целых полгода вот она — долгожданная свобода. Получив возможность уйти, его сердце наполнилось предвкушением будущего, предвкушение, которое быстро сменилось шоком.

Он разглядел вдалеке огромный, древний храм, который походил на боевую колесницу, обстреливающую небо. Вокруг нее роились множество фигур с поразительными аурами, все они сражались с Небесными молниями. Треволнение Грома было поистине невероятным зрелищем. Одной такой молнии было достаточно, чтобы у Мэн Хао все внутри похолодело от страха.

«Выходит… это Треволнение Грома было прислано за мной?» — его сердце ёкнуло.

Ему оставалось только гадать, что случилось бы внутри вулкана, не зайди он в зону Наследия после того, как проглотил Пилюлю Совершенного Основания. Треволнение Грома попыталось вскрыть зону Наследия Кровавого Бессмертного, в результате спровоцированное Наследие подняло на бой с Небесами Древний Храм Погибели. Мэн Хао даже с Совершенным Основанием в одиночку вряд ли бы продержался дольше секунды

Глубоко дыша, Мэн Хао как можно быстрее полетел вверх вместе с Чу Юйянь. Снаружи он выглядел так, словно ему немного не по себе, но глубоко внутри в нем нарастало тревожное чувство. Все потому, что кроваво-красное сияние начало меркнуть, а образ Древнего Храма Погибели медленно расплывался. К счастью Треволнение Грома тоже начало постепенно рассеиваться, судя по всему после еще одного залпа всё будет кончено.

Как ни странно, сбежать из вулкана во внешний мир было не самой удачной идеей, но у Мэн Хао не было другого выхода. Он понимал, что Треволнение Небес привлечет всеобщее внимание, по его окончанию это место будет кишеть Практиками. Вот тогда сбежать будет по-настоящему трудно. Только сейчас он может скрыться, воспользовавшись неразберихой.

Как Мэн Хао и предполагал, обширные земли вокруг вулкана окружила почти тысяча Практиков, всех их привлекло Треволнение Небес. Разумеется, у всех хватило ума не приближаться слишком близко, и наблюдать за всем издали. Когда Треволнение начало слабеть, глаза собравшихся маслянисто заблестели. Сложно сказать, кто двинулся первым, но в следующую секунду со всех сторон в центр зоны Треволнения, земель, над которыми только что бушевало Треволнение, устремились Практики. Улепетывая что есть мочи Мэн Хао внезапно нахмурился. Он остановился и несколько вдохов бубнил что-то себе под нос. После этого его глаза решительно сверкнули.

«Если я продолжу убегать, обязательно натолкнусь на других Практиков. Учитывая направление моего движения, они первым делом заподозрят меня… Раз я не могу убегать туда, куда хочу… тогда поступим так!» — он развернулся, вместо того, чтобы лететь к краю зоны Треволнения он направился к ее центу. В обратную сторону от того, куда ему было нужно.

Он летел весьма неспешно. Что до Чу Юйянь, она уже давно лежала в сумке ИньЯнь. Это сумка как ни крути была бездонной, внутри находился целый мир. В нем временно можно было хранить даже живых людей. Мэн Хао плыл по воздуху и внимательно осматривал окрестности. Спустя примерно десять вдохов впереди показалась группа из десяти Практиков. От группы откололись три или четыре человека. Эти Практики летели в его сторону, их взгляды ненадолго задержались на Мэн Хао, после чего скользнули дальше. Он сделал вид, что делает тоже, как и они, ищет зону Треволнения. Сейчас он тщательно осматривал землю внизу, не обращая внимание на летящих людей. Если своим поведением он как-то выдаст себя, эти люди наверняка попытаются преградить ему путь.

В этот самый момент Древний Храм Погибели полностью исчез. Кроваво-красное сияние померкло, грозовые тучи начали рассеиваться. Но… остался всего одна молний, которая еще не бросила свою миссию. Несмотря на рассеивающееся небо она ударила вниз, прямо в Мэн Хао. Она хоть и летела невероятно быстро, но с каждым метром ее сияние тускнело. Нет сомнений она попадет в Мэн Хао, неважно насколько легко он отделается, это точно привлечет внимание Практиков поблизости. Если позволить им хоть что-то заподозрить, опасность увеличится стократно.

Десять Практиков замерли, разинув рты, в ужасе от того, что в них летит молния. В панике они бросились в рассыпную. В этот критический момент у Мэн Хао созрела мысль. Он от души расхохотался и вместо того, чтобы бежать, бросился вперед с криком: «Ха, будь я проклят, отголоски Треволнения Грома! Наконец мне, Вану, Небеса даровали толику удачи!»

Не прекращая смеяться, Мэн Хао одним взмахом руки вызвал грозовой туман. Ошалело Практики наблюдали, как хохочущий безумец летел навстречу молнии Треволнения Грома.

«Он с ума сошел?»

«Он назвал себя Ваном. Из Ван Клан?»

Не Треволнение Грома ударило в Мэн Хао, а он сам бросился ему навстречу. Так это видели все Практики, именно такого эффекта добивался сам Мэн Хао.

Бабах!

Прогремел мощнейший взрыв. Треволнение Грома разбилось о грозовой туман Мэн Хао. Мэн Хао закашлялся кровью, его тело дрожало, три Дао колонны внутри едва избежали полного уничтожения. Всего одна молния Треволнения Грома, да еще неизвестно насколько ослабленная, чуть не убила его. К счастью все сложилось довольно удачно. Без жертвенного алтаря Кровавого Бессмертного, без Древнего Храма Погибели момент его триумфа, момент достижения Совершенства стал бы последним в его жизни.

Молния Треволнения Грома вокруг Мэн Хао распалась на маленькие разряды электричества, которые впитал грозовой туман. Судя по всему, Треволнение Грома повредило Флаг Грома и одновременно усилило его. Сияние тумана стало ярче, словно произошедшее только закалило его.

«Всё же я не зря пришел! — Мэн Хао, не ожидавший такого поворота, сумел совладать с эмоциями и еще раз от души расхохотался. — Благодаря Треволнению Грома мое сокровище завершено! Хорошо! Очень хорошо!» После этой небольшой сценки он сделал вид, что полетел искать еще отголоски Треволнения Грома.

«Этот юнец переплавлял сокровище!»

«Переплавлять сокровище во время Треволнения Грома?! А этот Ван не робкого десятка!»

«Ты смотрел только на сокровище и не обратил внимание на него самого. Удар Треволнения Грома стал для него своего рода крещением. Для людей практикующих Культивацию Молний это невероятно полезно!»

Десяток Практиков бросились вперед в надежде тоже найти отголоски Треволнения Грома.

Глава 136. Чжоу Дая!

На лице Мэн Хао стояло точно такое же выражение, как и у пролетевших мимо него десяти Практиков. Он продолжил свой полет, только уже не так быстро. Довольно скоро остальные Практики нагнали его, некоторые даже перегнали. Он не бросился бежать, а просто последовал за ними, по-прежнему претворяясь, что он, как и они, разыскивает источник Треволнения Небес и молнии Треволнения Грома.

«Почему началось Треволнение Небес? — спросил Мэн Хао мимоходом и с задумчивым видом добавил. — Разве здесь есть что-то особенное, способное вызвать всё это?»

«Хороший вопрос! Мне еще не доводилось видеть Треволнение Небес такого размаха. Это может быть вздор, но есть ли шанс, что кто-то пытался преодолеть Треволнение? Правда никто этого не делал с древних времен, теперь об этих подвигах можно прочитать только в старинных манускриптах…»

«Согласен, очень уж всё странно…»

К середине дня облака Треволнения начали расступаться, пропустив лучи полуденного солнца. Около тысячи Практиков обыскивали каждый камень, пока, наконец, не обнаружился вулкан. Прежде чем кто-либо успел войти три луча света вспыхнули над головами всех присутствующих, каждый луч был около трехсот метров в ширину. Из них появились три человека. Троица исчезла в жерле вулкана слишком быстро, чтобы кто-то успел разглядеть их лица. Но даже не видя лиц, все почувствовали исходящую от этих людей мощнейшую ауру, такая бывает только у Практиков поздней ступени Создания Ядра на стадии Ложного Зарождения Души.

Стоя в толпе, Мэн Хао и ухом не повел, лишь его зрачки слегка сузились. Мгновение спустя троица выбралась из чрева вулкана, они пробежали глазами по толпе, позволив всем разглядеть их лица.

«Это Старейшины Синего Облака!»[1]

«Да, это они. Они Распорядители Внешней Секты Черного Сита…»

«Это место находится под контролем Секты Черного Сита, их появление вполне предсказуемо. Теперь, когда они здесь, оставаться больше нет смысла…»

Черные халаты с узором из цветов и облаков трех престарелых Практиков трепал ветер. Окинув взглядом толпу, старики о чем-то посовещались, а потом один из них выкрикнул: «Это место запечатано, вон отсюда!»

Они сели в позу лотоса. Один из трех стариков вытащил нефритовую табличку. После одного взмаха рукава нефритовая табличка превратилась в черный дым, который исчез в небе.

Мэн Хао также, как и все остальные Практики, понуро полетел прочь.

«Значит это место находится рядом с Сектой Черного Сита…» — размышлял Мэн Хао, глядя вдаль. Внезапно он ускорился и превратился в радужный луч света. Правой рукой он хлопнул по сумке ИньЯнь и уставился на выпрыгнувшую оттуда нефритовую табличку с картой.

«Ого, ветер из-под крыла Птицы Пэн забросил меня… аж до самой Секты Черного Сита… Интересно, как поживает Старшая Сестра Сюй?» — подумал он, в голове вспыхнули образы далеких дней в Секте Покровителя, его прогулок со Старшей Сестрой Сюй.

Мэн Хао летел еще несколько дней, пока не заприметил вдалеке небольшой лесок. Приземлившись, он хлопнула по сумке ИньЯнь и вызволил оттуда Чу Юйянь. Бледная девушка молча вперила в Мэн Хао ледяной взгляд. Абсолютно спокойный Мэн Хао наклонился и принялся шарить по ее халату руками. Разумеется, он не мог не почувствовать всю грациозность ее фигуры. Глаза Чу Юйянь расширились от удивления и гнева.

«Ты что творишь?!» — закричала она. Мэн Хао, не обращая внимание на ее возглас, продолжал обыскивать халат, пока не достал из его складок четыре целебные пилюли.

«Эти пилюли принадлежат мне», — убирая их в карман, сообщил Мэн Хао.

Он уже давно догадался, что Чу Юйянь спрятала несколько малых пилюль Совершенного Основания. Лишившись пилюль, девушка лишь хмыкнула. Даже с восстановленной Культивацией она всё равно не могла высвободиться из черной сети.

«Как договаривались, я отпущу тебя, — Мэн Хао взмахнул рукавом, черная сеть разжалась и спала с тела девушки, — я ведь сказал, что вытащу тебя оттуда, Мэн Хао никогда не нарушает слово».

В момент, когда хватка сети ослабла, в глазах Чу Юйянь сверкнул странный огонек. Ее Культивация вернулась на среднюю ступень Возведения Основания, и казалось она уже готова была применить заклинание. Мэн Хао равнодушно смотрел на нее, спокойный словно пруд зимой. Ее сердце ёкнуло, слова на секунду застряли в ее горле, по лицу было видно, что внутри у нее бушует настоящий ураган из эмоций.

«Предыдущие разногласия между нами разрешены, — процедила она сквозь зубы, — но, если мы встретимся в будущем, мы по-прежнему будем врагами. Даже и не думай болтать о произошедшем в вулкане, если хоть одна душа об этом узнает, я обещаю, что найду и убью тебя!»

Она проснулась совсем недавно, поэтому не знала ни о Треволнении, ни о Наследии Кровавого Бессмертного. По сравнению с их первой встречей, ее отношение к Мэн Хао претерпело значительные изменения. На вид он всё еще находился на начальной ступени Возведения Основания, но его расслабленная поза почему-то страшила её. Половина этого страха результат полугода, прожитого бок о бок с ним, другой половиной было непонятно откуда взявшееся предчувствие, которое кричало о грозящей ей опасности. Её казалось, что если сейчас атакует Мэн Хао, то будет сожалеть об этом до конца дней своих. Ее угрозы еще не успели стихнуть, а она уже превратилась в луч белого света и исчезла вдали. В ней клокотало единственное желание: убраться от этого человека как можно дальше. Неоднозначные события последних шести месяцев вероятно уже никогда не сотрутся из ее памяти.

Мэн Хао проводил взглядом изящный силуэт, пока тот окончательно не пропал. У него в голове проносились картины их совместной жизни на дне вулкана; ее изорванного одеяния; гладкой, белой как снег кожи; стройной девичьей фигуры.

Его губы еще какое-то время касалась легкая улыбка, пока он холодно не произнес: «Ты видел достаточно, а теперь выходи».

Ответом ему была тишина. Мэн Хао поднял руку и призвал трехсотметрового Огненного Дракона, от которого повалило удушающим жаром.

«Нет, нет, нет, — в панике взвизгнул голос, — Собрат Даос, не нужно переходить к крайностям…»

Голос звучал совсем рядом, внезапно пустота задрожала и буквально из воздуха появилась мерцающая фигура, которая затем приняла форму молодого человека. Выглядел юноша жуликовато, он нервно поглядывал на Мэн Хао, стиснув в руках бумажный талисман. Огненный Дракон поднял голову на незваного гостя, глаза зверя зловеще сверкнули, как будто отрезая ему все пути к отступлению.

Мэн Хао продолжил, равнодушно, как и всегда: «Вы, почтенный, уже довольно долго преследуете меня, чем я заслужил такую честь?»

От взгляда этих холодных глаз у жуликоватого Практика скрутило желудок. Его Культивация была на начальной ступени Возведения Основания, но она ничего не могла сделать с чудовищным давлением, исходящим от Мэн Хао, особенно с учетом огромного пылающего Огненного Дракона. Его сердце дрогнуло. На вид мощь этого Огненного Дракона равнялась Культивации поздней ступени Возведения Основания. Аура Огненного Дракона окружила это место со всех сторон, заставив его раскрыться.

«Ваш покорный слуга Чжоу Дая из Секты Золотого Мороза, — пролепетал бледный юноша и быстро показал Мэн Хао верительную бирку[2], — Собрат Даос, пожалуйста, не убивай. Мои намерения чисты. Дело в том, что я видел, как ты своим флагом поглотил молнию Треволнения Грома. Обрадованный, я последовал за тобой в надежде выторговать его».

Будучи всё это время на хвосте у Мэн Хао, он, конечно-же, видел девушку и сразу узнал в ней Чу Юйянь. Чу Юйянь была Избранной Секты Пурпурной Судьбы и нареченной Ван Тэнфэйя. И все же он с удивлением обнаружил ее одетую в мужской халат, который очевидно принадлежал этому юноше. Увидев растерянный блеск в ее глазах и услышав, что она сказала Мэн Хао, в голове Чжоу Дая сразу появилось множество мыслей и предположений относительно упомянутого девушкой «произошедшего». Из всех идей напрашивался только один вывод: он стал свидетелем прелюбодеяния… Чжоу Дай немного нервничал от своего неожиданного открытия, но глубоко внутри это несказанно его обрадовало.

«Прелюбодеяние! — подумал он. — Порочная связь! Маленький Патриарх будет очень рад об этом узнать. Возможно он даже вознаградит меня».

«Секта Золотого Мороза, — задумчиво произнес Мэн Хао, холодно глядя в глаза жуликоватому Практику, — ты знаком с Ли Фугуйем?»

“Ли Фугуй? — удивленно переспросил Чжоу Дая. — Эм, вы имеете ввиду Маленького Патриарха? Конечно я его знаю! Все в Секте Золотого Мороза знают Маленького Патриарха», — судя по выражению лица, этот Чжоу Дай не врал.

«Как Толстяк умудрился стать Маленьким Патриархом?» — подумал Мэн Хао. В следующий миг его глаза остановились на бумажном талисмане в руках Чжоу Дая. Сердце Чжоу Дая заныло, ему очень не хотелось расставаться с талисманом, но другого выхода не было.

«Собрат Даос, я не хотел вас оскорбить. Я, Чжоу Дая, действовал не подумав, прошу меня простить. Надеюсь этот невидимый талисман сможет загладить мою вину».

Мэн Хао изучил невидимый талисман с помощью Духовного Сознания, убедившись, что всё в порядке, он принял его.

«Секта Золотого Мороза находится в Стране Снегопада, — невозмутимо поинтересовался Мэн Хао, — не далеко ли ты забрался от дома?»

«Секта Черного Сита не участвовала в турнире за Наследие Кровавого Бессмертного, — осторожно начал юноша, — поэтому я и еще несколько моих собратьев получили от Секты приказ выяснить причины такого странного поведения. Как ни удивительно приказ получили не мы одни. С похожими указаниями здесь собрались люди из других Сект. Почти сразу по моему прибытию я увидел Треволнение Грома…» — он специально сделал акцент на то, что он не единственный, кто прибыл на территорию Секты Черного Сита.

«Что ты сумел выяснить?» — благодушно поинтересовался Мэн Хао.

«При таком раскладе сложно раскопать что-то действительно интересное. Недавно Секта Черного Сита начала предлагать множество сокровищ для привлечения вольных Практиков стадии Возведения Основания. Если хотите знать мое мнение, от всей этой ситуации дурно пахнет».

Выражение лица Мэн Хао не изменилось. Одарив Чжоу Дая прощальным взглядом, он взмахнул рукавом и исчез во вспышке света. Когда фигура Мэн Хао растаяла за горизонтом Чжоу Дая, наконец-то, облегченно выдохнул. Он утер пот со лба, стоять перед Мэн Хао с этой его давящей аурой было весьма непросто. В разговоре с ним он чувствовал будто идет по очень тонкому льду, одна неверно брошенная фраза могла стать для него последней.

Но теперь всё позади, его глаза возбужденно сияли: “Прелюбодеяние! Он прелюбодействовал с Чу Юйянь! На ней даже была его одежда. Ха-ха! Нужно как можно скорее сообщить эту новость Маленькому Патриарху, уверен она его порадует».

В своей Секте Чжоу Дая был тем еще сплетником. Натолкнувшись на, как он полагал, отличный материал для сплетен, он поднялся в воздух и полетел в сторону места сбора его Секты.

[1] Семантически в оригинале слово «Синее облако» имеет отсылку к «небу», «известный», «возвышенный», «уходу от внешнего мира» — Прим. пер.

[2] На уроках истории все наверняка слышали пайцзы — монгольские таблички/медальоны, которые подтверждали статус/полномочия владельца или служили в качестве «паспорта». В Китае тоже было нечто подобное. Назывались они верительными бирками. О них упоминается в связи с Хуан-ди — одним из пяти легендарных правителей древности, основатель даосизма и первопредок всех китайцев. Поэтому возможно пайцзы монголы позаимствовали у китайцев, а не наоборот. — Прим. пер.

Глава 137. Десятый Патриарх Ван Клан

Несколькими днями ранее… Южный Предел. Страна Высоких Небес.

Это государство располагалось в самом центре Южного Предела, его территория во много раз превышала территорию Государства Чжао. Даже в Южном Пределе таких государств не наберется больше полудюжины. В Стране Высоких Небес отсутствовали Секты, одна из тех немногих стран, где вообще не было Сект. Вместо них в стране располагался Клан под названием Ван. У этой страны было другое название… Ван!

Мужчины из Ван Клана, которые не могли практиковать Культивацию и по сути были смертными, становились частью королевской семьи Страны Высоких Небес. Те, кто могли практиковать Культивацию становились частью Изначального Дома Ван. Побочные ветви Ван Клана состояли из Практиков без фамилии Ван. Так повелось с незапамятных времен.

После того, как Мэн Хао проглотил Пилюлю Совершенного Основания и выбрался из зоны Наследия Кровавого Бессмертного, раздался звук. Источником звука стала десятая гора из Трехсот Запретных Гор в Стране Высоких Небес. Это был звук дыхания. Триста Запретных Гор Ван Клана вместо горной цепи были разбросаны по всей территории Страны Высоких Небес. В глубинах каждой горы скрывался деревянный гроб. Только самые могущественные члены Ван Клана после смерти удостаивались чести быть похороненными в Запретных Горах. По легенде, один из Патриархов Ван Клана, живший десятки тысяч лет назад, был похоронен в одной из Запретных Гор, правда, никто не знал в какой именно. Ван Клан хранил много секретов, о многих из которых пять великих Сект имели лишь общее представление. В древних манускриптах скорее всего можно было отыскать обрывочную информацию, но у Ван Клана было слишком много секретов, накопленных за их многовековую историю. Согласно легенде, они пришли со звезд…

Сейчас пещера внутри десятой горы тонула в алом свете крови и пламени. Море огня внутри, казалось не потухнет даже спустя десять тысяч лет. В глубинах вулкана покоился красный гроб без крышки. Внутри лежал старец. Морщинистое лицо, высохшее, тщедушное тело, этот человек умер очень, очень давно. Однако от тела не исходило ни капли ауры смерти. Более того его глаза начали медленно открываться, когда они открылись полностью, спокойное море огня… внезапно пришло в движение. Жар не возрос, а наоборот немного ослаб.

«Я чувствую… Ауру Совершенства…» — проскрежетал старец.

Голос звучал так, словно он не разговаривал целую вечность. Но стоило ему заговорить, как вся десятая гора задрожала. Это сразу же привлекло внимание старших членов Ван Клана. Множество фигур покинули территорию Изначального Дома Ван. Лица пожилых членов Клана светились радостью. Они знали, что в десятой горе покоится один из их Патриархов!

«Совершенство…» — прохрипел старец в гробу, его глаза вспыхнули диковинным светом, рокот в горе усилился, а прибывшая делегация из Изначального Дома Ван почтительно склонила головы.

«Приготовьте три тысячи Воскрешающих Камней! — приказал старец, его голос эхом доносился из десятой горы. — Пришло время моего перерождения!» От этих слов группа пожилых членов Ван Клана пришла в полный восторг.

«На пике стадии Поиска Дао я запечатал свою Культивацию. Вначале я думал, что подобно членам старшего поколения, с приближением смерти смогу только издали любоваться Бессмертием, разочарованный в собственном невежестве, неспособный сделать один последний шаг. Я думал, что не смогу отправиться к звездам и вернуться к моим собратьям из Клана… — высохшие губы старца тронула легкая, но в тоже время до жути странная улыбка. — Но теперь… забрезжила надежда… — улыбка стала шире, а глаза засияли еще ярче. — Легендарный Родоначальник Ван Клана наказал передавать этот Дао из поколения в поколение. Он был рожден заурядным, но однажды сумел присвоить себя чужое Возведенное Основание, это стало отправной точкой на его пути к могуществу… Так началась его легенда. С появлением Совершенного Основания я смогу проследовать по пути моего далекого предка, присвоить себе Совершенство и сделать последний шаг к Обретению Бессмертия! Вот только… Культивация этого человека слишком слаба, чтобы выдержать Обретение Бессмертия. Мне нужно еще немного подождать, да, немного подождать, подождать…» — улыбка старца в гробу становилась все шире. Спустя какое-то время его глаза вновь закрылись. Море пламени внутри десятой горы вспыхнуло с новой силой.

Несколько дней спустя, бесконечное, безоблачное небо пересекал луч зеленоватого света. Это, конечно же, был Мэн Хао. Что до Чжоу Дая, Мэн Хао с первой минуты знал, что юный плут увязался за ним, но решил ничего не предпринимать. Разумеется, озаботившись, чтобы он не услышал вещей, знать о которых ему не положено. Когда выяснилось, что он оказался знакомым Толстяка, Мэн Хао решил его отпустить.

«Даже вспоминать боюсь сколько духовных камней мне пришлось потратить на Пилюлю Совершенного Основания. Кое-что осталось, но не слишком много… — Мэн Хао хмуро заглянул в сумку ИньЯнь и вздохнул. — Еще до попадания в мир Практиков мне всегда не хватало серебра, став Практиком стадии Конденсации Ци, мне стало не хватать духовных камней, даже достигнув стадии Возведения Основания… мне по-прежнему не хватает духовных камней».

Его немного поутихшая страсть к духовным камням, похоже, вновь вернулась. Но чем выше он забирался в своей Культивации, тем больше требовалось духовных камней.

«Еще эта трехцветная Запредельная Лилия, если я не смогу изгнать ее яд, мне придется ой как не сладко, — брови юноши сдвинулись еще сильней, пока он продолжал бубнить себе под нос — к тому же, хоть я и стал намного сильней с Совершенным Основанием, я отрезан от неба и земли. Я больше не могу вбирать духовную энергию… теперь ее можно получить только из пилюль, а на них далеко не уедешь…»

Мэн Хао был морально готов к чему-то подобному. Если бы ему представился второй шанс, он без раздумий выбрал бы Пилюлю Совершенного Основания.

«Где-то прибыло, где-то убыло. Всё честно! — Мэн Хао вытащил из сумки ИньЯнь кровавую маску, сразу же на душе потеплело. — Несмотря на мое незавидное положение, я хотя бы сумел заполучить Наследие Кровавого Бессмертного. Осталось только дождаться, когда проснется мастифф, а с ним уже станет полегче».

Его глаза загорелись в предвкушении. Послав Духовное Сознание внутрь кровавой маски, он нащупал спящего мастиффа, от него исходила мощная аура, которая постепенно становилась сильней. Правда неизвестно сколько времени у него уйдет на пробуждение.

«И еще этот флаг», — глаза Мэн Хао сверкнули.

Духовное Сознание нащупало ветхий флаг о трех хвостах. Попробовав проникнуть Духовным Сознанием внутрь, он словно столкнулся с океаном. По сравнению с ним его собственное Духовное Сознание было ничтожно маленьким. Что-либо сделать с флагом ему точно не удастся. Мэн Хао чувствовал невероятную мощь, подобную той, что была у Небес, мощь способную опустошить небо и землю.

«Моей Культивации недостаточно… Сокровище судя по всему повреждено. Но раз оно находилось в зоне Наследия Кровавого Бессмертного, то должно быть невероятно ценным. С более высокой Культивацией я смогу его использовать, тогда, уверен, оно будет достаточно могущественным, чтобы Небеса содрогнулись».

Дрожа от предвкушения, он отозвал Духовное Сознание, но тут его внимание привлек иероглиф на третьем хвосте флага: «Цзи»[1]

«Интересно почему именно иероглиф Цзи? Может это фамильное имя?»

После непродолжительных раздумий он переключился на свиток Наследия Кровавого Бессмертного. Стоило ему посмотреть на него, как его голова начала раскалываться от боли. Обычный человек счел бы боль невыносимой и мучительной, но не Мэн Хао. Такая боль ни в какое сравнение не шла с тем, что он испытывал во время вспышек яда. Сосредоточившись на боли в голове, он сумел обнаружить особую технику.

«Трактат Поглощения Духа!» — сердце Мэн Хао бешено застучало, когда перед ним возникли три кроваво-красных иероглифа, которые навсегда впечатались в его разум.

В голове Мэн Хао зазвучал древний голос, сложно сказать принадлежал ли он мужчине или женщине: «Практикуя Культивацию согласно моему трактату, ты сможешь взять под контроль дух и кровь и слить их воедино в своем теле. Переплавь их в тело из крови, Дух Крови, Кровавый Бессмертный, Дао Крови! Меж небом и землей не счесть методов Культивации. Линия крови Наследия простирается до могущественного первого Основателя. Линия крови хранит в себе его волю, она может быть передана даже спустя множество поколения. Как только линия крови в наследнике пробудится, он обретет скрытый талант! Мою технику можно использовать дабы присвоить скрытый талант и почувствовать всемогущую волю Основателя. Переплавь тело, присвой скрытый талант, сделай его своим. Чтобы уничтожить Бессмертных и Демоном некоторые даже пытались призвать призрак Основателя в мир! Небеса считаю практику Культивации согласно технике из моего Наследия святотатством. Не страшись ни призраков, ни божеств. Переверни хранилище Небес движением руки, опусти голову и да восплачет небо и земля!»

Постепенно трактат впечатывался в разуме Мэн Хао. Огромный объем знаний хлынул из маски в голову Мэн Хао.

«Я — Кровавый Бессмертный. Вся моя жизнь — битва с Небесами. Трижды я вкусил горечь поражения! Я присвоил Духов неба и земли. В своем желании присвоить линию крови Цзи, я был отвергнут Небесами, и они же пожелали уничтожить меня. Уничтожьте тело, но моя воля живет! Даже после трех поражений я не сдался. Вот почему я сотворил три техники: Кровавый Палец, Кровавая Ладонь и Кровавый Мир Смерти! Преемник Наследия моего Дао, помни, ты должен присвоить себе линию крови Цзи! Да восплачет Дао Небес, пусть земля скорбит! Помни о техниках Кровавого Бессмертного, Девять Убийственных Заклятий! Помни, в день достижения Дао, надень маску и подними флаг о трех хвостах. Брось вызов древним, обрушь Небеса!»

Без лица, одно слово, пламя войны сомкнулось;

Рваные тучи, дождь цвета крови, в небе они схлестнулись;

Плени богов, вперед войска, башни объяты пламенем;

Выкуй из духов и кровных линий девять смертельных таинств!

Весь дрожа, Мэн Хао открыл глаза. Он до сих пор летел через пустое небо, внизу бесконечной вереницей тянулись горы. Его глаза подернула пелена, в голове по-прежнему звучал древний голос: «Присвой линии крови людей, их успехи. Сила линии крови определяется силой Основателя Рода… Присвоенный скрытый талант линии крови может быть переплавлен в тело крови… тело, переплавленное за пределами тела… Никому не удержать мощь целой линии крови. Крови трех поколений достаточно для создание малого кровавого клона. Если сплавить линию крови шести поколений, тогда возможно создать прекрасного Кровавого Духа. Если же поколений будет девять, тогда великая завершенность Кровавого Духа будет доведена до конца! Предки определяют силу линии крови. Чем сильнее прошлые поколения, тем сильнее Кровавый Дух! Засим он становится смертью. Девять линий крови, девять экспертов. Они станут девятью смертями; девять смертей, слитых воедино. Это… Дао Крови!»

У Мэн Хао пересохло во рту. Он больше не мог лететь. Приземлившись на пустынную гору, он принял позу лотоса и отдался пульсирующему чувству Трактата Поглощения Духа в своей голове. Это был полный трактат, полное Наследие. Но было в этом Наследии что-то наполняющее Мэн Хао запах крови. Он долго просидел в раздумьях, пока его глаза не засияли.

Без лица, одно слово, пламя войны сомкнулось;

Рваные тучи, дождь цвета крови, в небе они схлестнулись;

Плени богов, командуй воинством, башни объяты пламенем;

Выкуй из духов и кровных линий девять смертельных таинств!

«Внутри находится четыре заклинания…» — Мэн Хао задумчиво посмотрел на маску у себя в руке.

Безликая маска, без глаз, носа, ушей или рта. Он заворожено смотрел на маску, его ладонь опалило теплом. Словно в забытье он поднес маску, от которой исходила кровавая аура, к лицу. Чем ближе маска приближалась к лицу, тем сильней раскалялась ее поверхность. Когда она почти коснулась лица Мэн Хао, медное зеркало в бездонной сумке внезапно издало пронзительный птичий крик. Птичий крик вторгся в разум Мэн Хао, отчего сердце юноши затрепетало. Пелена спала с его глаза, и он резко отвел маску в сторону. Он пристально взглянул на маску и бросил: «Эй ты, клочок души, жить надоело?!»

[1] Иероглиф Цзи 季 — означает «сезон», «конец», «закат», «последний», «младший», так же Цзи может выступать в качестве фамилии.

Глава 138. Талисман удачи

Мэн Хао произносил слова, левой рукой совершая магические жесты. Из уголка его губ потекла кровь, когда он надавил пальцем на солнечное сплетение. Эта кровь — невероятно ценна, у Практиков ее было немного. Но Мэн Хао не колебался. Пальцем он смахнул кровь Культивации с подбородка, а затем приложил его к маске.

Согласно Трактату Поглощения Духа в его голове, это был самый простой метод для обретения контроля над маской. Его палец глубоко погрузился в маску, пока не достиг самого дальнего уголка. Там сидел хмурый и несговорчивый Патриарх Ли Клана.

«Твоя воля слаба! — закричал Патриарх Ли Клана. — Вот почему маска пытается околдовать тебя!»

Палец Мэн Хао замер недалеко от Патриарха Ли Клана. От глаз юноши повеяло холодом, спустя миг он молча надавил пальцем, отчего крик Патриарха Ли Клана перерос в отчаянный вой. От давления его тело начало тускнеть, словно еще немного и он полностью исчезнет.

«Во внешнем мире я бы одним пальцем мог разрубить тебя на тысячи кусков!» — бушевал Патриарх Ли Клана.

В его тускнеющих глазах Патриарха стояло упрямство. Мэн Хао остановился и медленно отвел палец. Только Патриарх Ли Клана успел облегченно перевести дух, как палец вновь надавил на него. Раздался очередной вопль боли и отчаяния. Тело Патриарха Ли Клана не просто тускнело, а еще и лишалось Ци Крови. Выглядел Патриарх не очень, но он всё равно продолжал с вызовом смотреть на Мэн Хао и нависший над ним палец.

«Действительно ли меня околдовала маска или это ты все подстроил? — холодно произнес Мэн Хао. — Мы оба знаем, что случилось. Эти две атаки были твоим наказанием, но не думай, что они сотрут последствия твоих действий. Если выкинешь еще что-то в этом духе, я, Мэн Хао, буду вынужден разорвать наш договор и стереть тебя с лица земли».

Он убрал палец. Внешне Патриарх Ли Клана держался твердо, но внутри у него все сжалось от страха и тревоги. Только что он действительно воспользовался моментом просветления Мэн Хао относительно Трактата Поглощения Духа. Он в тайне воспользовался особыми техниками, дабы повлиять на маску таким образом, чтобы ее надел Мэн Хао. До победы оставалось совсем чуть-чуть, но Мэн Хао вовремя сумел сбросить наваждение.

«Эта неприкаянная душа очень странная, — сказал Мэн Хао, посмотрев на маску, — и дело не в Кровавом Божестве, здесь что-то другое».

Убирая палец, он позволил одной капле крови упасть на дух Патриарха Ли Клана. Кровь в полете превратилась в кровавый туман, который немедленно окутал Патриарха Ли Клана. Изнутри послышались вопли, но Мэн Хао даже бровью не повел. Он отозвал Духовное Сознание, позволив Патриарху Ли Клана остаться внутри маски наедине со своими истошными криками.

Через Наследие Кровавый Бессмертный предупреждал Мэн Хао об опасности. Теперь он понял, что не стоит надевать маску без необходимости, иначе он рискует потерять в ней самого себя. К сожалению, Кровавый Бессмертный не удосужился объяснить происхождение маски. Только надев эту изменчивую маску можно использовать множество техник и заклинания Наследия Кровавого Бессмертного. Например, четыре основных заклятия. Однако без Культивации стадии Создании Ядра ни в коем случае нельзя надевать маску. Техники, созданные после трех поражений Кровавого Бессмертного: Палец, Ладонь и Мир Смерти не требовали маску для использования. Эти техники навсегда запечатались в разуме Мэн Хао.

«Даже выиграв Наследие, я всё равно не могу использовать силу маски, одно хорошо это временно. Да еще эта неприкаянная душа… Нет сомнений мастифф взял маску под контроль и стал Духом Регалией, каким тогда образом неприкаянная душа сумела провернуть свой маленький трюк?»

Мэн Хао никак не подал виду, но неопределенность давила тяжким грузом. Именно из-за нее он не стал спешить с убийством Патриарха Ли Клана. Убрав маску в сумку ИньЯнь, Мэн Хао достал медное зеркало и задумчиво осмотрел его. Крик из зеркала помог избежать непоправимого, без внешнего вмешательства Мэн Хао точно бы поддался и надел маску. Учитывая предупреждение Кровавого Бессмертного сложно сказать каков бы был результат, скорее всего весьма печальный.

«Было похоже будто кричала птица…»

Он еще раз осмотрел медное зеркало, даже послал внутрь Духовное Сознание. Когда ничего не произошло оно отправилось обратно в сумку. Теперь пришел черед талисмана удачи Патриарха Покровителя. В прошлом Мэн Хао уже предпринимал попытки его изучить, в этот раз он раскрутил свою Культивацию и отправил внутрь немного духовной энергии. Внезапно его глаза заблестели.

«Выходит, эта штука не совсем бесполезна… Интересно, как поживает Старшая Сестра Сюй? Мы не виделись столько лет, интересно не забыла ли она меня?» — в голове Мэн Хао всплыл образ отстраненной Сюй Цин, когда она говорила о Пилюле Красоты. От воспоминаний губы юноши тронула теплая улыбка.

«Время летит…» — вздохнул он.

Мэн Хао неспешно поднялся, окинул взглядом горизонт и полетел вперед, оставив пустынную гору далеко позади.

Полмесяца спустя. Крупный город Практиков на территории Секты Черного Сита.

За одним из столов в трактире сидел юноша в длинном черном халате ученого. Он неспешно потягивал вино и изредка поглядывал в окно, из которого открывался вид на городскую площадь и высокую черную пагоду. Кожу юноши покрывал легкий загар, однако от него буквально веяло ученостью и изяществом. Его словно высеченные скульптором черты лица вкупе с нарядом ученого делали его похожим на мыслителя мира смертных. Простая, но в тоже время элегантная походка, светящиеся интеллектом глаза. Его губы слегка изогнулись, давая всем понять, что к нему лучше не подходить. Это был не кто иной, как Мэн Хао. Ведомый слухами про Секту Черного Сита, он прибыл в город несколько дней назад.

Ему до жути хотелось увидеть Сюй Цин, но нельзя было очертя голову броситься ее искать. Поэтому Мэн Хао решил воспользоваться тем фактом, что Секта Черного Сита набирала вольных Практиков стадии Возведения Основания. Не зная точного времени сбора, он рассудил, что не лишним будет разузнать всё заранее прежде чем впутываться в очередную авантюру.

«Кто бы мог подумать, что здесь стоит Башня Тан…» — прошептал он себе под нос, глядя на высокую черную пагоду вдалеке.

Он не ожидал наткнуться на Башню Тан в городе Практиков, справедливо полагая, что они стоят исключительно в городах смертных. Не спуская глаз с Башни Тан, Мэн Хао поставил чашу с вином на стол. В следующий миг в его руках появился древний, испещренный трещинами кусок нефрита — талисман удачи, который Мэн Хао увел у Патриарха Покровителя. Сколько не бился над ним, он так и не смог выяснить его назначение. Благодаря Совершенному Основанию ему удалось обнаружить несколько намеков, которые помогли совершить прорыв в его изысканиях.

«Талисман удачи переносит человека в другое место… одно но перемещает он в абсолютно случайное место. Судя по трещинам после нескольких перемещений артефакт скорее всего придет в негодность», — он начал вертеть талисман в руках, послав внутрь Духовное Сознание, Мэн Хао сразу почувствовал, как активизировалась сила перемещения, — раз при перемещении не задана четкая конечная точка, значит талисман удачи может забросить меня куда угодно. Думаю, будет весьма опрометчиво пытаться испытать его».

Прощальный взгляд на артефакт и талисман удачи тоже отправился в сумку. После случая с Птицей Пэн Мэн Хао совершенно не радовала мысль быть заброшенным в неизвестное ему место. Кто знает насколько опасным может оказаться место на другом конце?

За размышлениями он пропустил момент, когда трактир начали заполнять Практики. В заведении подавали только вино, настоянное на бамбуке. Оно почти не ощущалось во рту, но обжигало горло. В желудке жар только усиливался, отчего по всему телу проходила волна тепла. Совершенно неописуемое ощущение. Если человеку понравиться это чувство, он просто влюбиться в этот напиток, если нет, он больше никогда к нему не притронется.

Неподалеку от Мэн Хао тихо перешептывалась группа Практиков.

«Народ ведет себя осмотрительней обычного. В последнее время стало слишком много чужаков стадии Возведения Основания…»

«Верно подмечено. Вольные Практики что за сброд. Недавно я столкнулся с одним, очень кровожадный на вид. Я думаю это был свирепый Практик из Черных Земель».

«Их привлекла награда, объявленная Сектой Черного Сита. Секта Черного Сита не мелочиться и предлагает Пилюлю Сита Земли. Она считается одно из пяти самых полезных пилюль для стадии Возведения Основания. Говорят, что даже сам Грандмастер Дух Пилюли из Секты Пурпурной Судьбы весьма благожелательно о ней отзывался. Их изготавливают только в Секте Черного Сита».

«Тут дело не в навыках алхимии, скорее другие просто боятся. На каждой Пилюле Сита Земли начертана печать-талисман. Если кто-то посмеет изготовить эту пилюлю, Секта Черного Сита выследит и уничтожит нарушителя, не важно из какой он окажется Секты».

Судя по их тону, все говорившие тоже были непрочь заполучить Пилюлю Сита Земли. В самый разгар их беседы в трактир вошел молодой человек в черном халате. Остановившись в дверях, он холодно окинул взглядом залу, после чего расположился в самом дальнем углу. Он достал кусочек железа размером с ноготь и принялся вертеть его в руках, задумчиво поглядывая на других посетителей.

Выражение лица Мэн Хао не изменилось. Он поднес чашу к губам и сделал очередной глоток. Снаружи медленно садилось солнце. Просидев здесь почти целый день, он выяснил, что Секта Черного Сита набирает Практиков стадии Возведения Основания. Любой на стадии Возведения Основания мог записаться, в награду Секта давала Пилюлю Сита Земли, вне зависимости от прошлого или происхождения кандидата.

«Да, так о чем это мы? Чего пытается добиться Секта Черного Сита? Она ведь одна из пяти великих Сект Южного Предела. Зачем им понадобилось столько Практиков стадии Возведения Основания? И дураку ясно, происходит что-то странное. Платят Пилюлей Сита Земли, чего бы они не хотели взамен — это точно будет очень опасно!»

«Брат Сунь, твои сведения устарели. По последним слухам Секта Черного Сита обнаружила древнее поле боя. Несколько раз они пытались его обследовать, но им помешало древнее заклинание. Только заменив око заклинания, они смогут пробиться внутрь, а для этого требуется очень много Практиков стадии Возведения Основания. Весьма рисковое предприятие, как по мне».

«Всё это не более чем слухи. Древние поля сражений — места невероятно жуткие и опасные. Но, если это правда, тогда понятно, почему Секта Черного Сита платит Пилюлей Сита Земли!»

С тремя Совершенными Дао колоннами, с которыми можно было противостоять поздней ступени Возведения Основания, Мэн Хао не составило труда подслушать их разговора, его не остановил ни шум в трактире, ни шепот говорящих.

Десятки тысяч лет никто не видел Легендарное Совершенное Основание. По достижению средней ступени Возведения Основания Мэн Хао встанет на один уровень с Сынами Дао различных Сект и Кланов. С другой стороны, Совершенное Основание несло свои опасности, например, при переходе на стадию Создания Ядра низвергнется Треволнение Небес невероятной мощи, намного сильнее того, что недавно пережил Мэн Хао. Мэн Хао не был уверен, что сможет его пережить, вряд ли ему во второй раз придут на помощь Кровавый Бессмертный или Древний Храм Погибели.

«До Треволнения стадии Создания Ядра еще далеко. Волноваться нет причин».

Мэн Хао сделал очередной глоток из чаши. Волна тепла распространилась по всему его телу. Мэн Хао подумал об информации в черепашьем панцире Шангуань Сю, а точнее о той ее части, где описывалось Совершенное Основание и Совершенное Золотое Ядро.

«Интересно, смогу ли я переплавить Совершенное Золотое Ядро по достижению стадии Создания Ядра? На что это будет похоже? — поколебавшись немного, он решил пока отложить этот вопрос. — С другой стороны будет нелишним начать собирать ингредиенты для переплавки Совершенного Золотого Ядра»

Начало смеркаться. Посетители начали потихоньку расходиться. Мэн Хао тоже собрался уходить, как вдруг он резко развернулся и посмотрел вглубь залы, туда, где в углу сидел молодой человек в черном халате, который пристально следил за Мэн Хао. Его окутывала смертоносная аура, она клубилась, периодически принимая форму то горы трупов, то моря крови.

«У тебя есть кое-что, что мне нужно», — холодно произнес он, не спуская ледяного взгляда с Мэн Хао.

Глава 139. Громолист

Холодные слова еще звенели в воздухе, когда молодой человек в черном поднялся со стула. Он неспешно подошел к столу Мэн Хао, окинул его ледяным взглядом и сел. Мэн Хао спокойно посмотрел на подошедшего, вместо приветствия он поднял чашу и пригубил вино.

«У тебя есть Громолист!» — объявил незнакомец в черном, не спуская глаз с Мэн Хао. Он раскрыл ладонь и показал кусочек железа, от которого исходило темно-зеленое свечение.

«Это необычное железо, — продолжил молодой человек невозмутимо, выглядел он при этом донельзя гордо, — это кусок ценнейшего железного дерева, такое можно получить только, из дерева, в которое ударила молния. Оно особенно остро ощущает присутствие целебных ингредиентов так или иначе связанных с громом и молнией, таких как, скажем, Громолист. Как ты смотришь на то, чтобы расстаться со своим Громолистом?»

Он положил кусок железа на стол, движение выглядело незамысловато, но тут из его ладони вырвался свет, который превратился в расширяющуюся электрическую дугу. Молодой человек находился на средней ступени Возведения Основания. Электрическая дуга всё расширялась, Культивация незнакомца объяла всю залу, включая Мэн Хао. Вокруг него клубилась смертоносная аура, казалось, если Мэн Хао хотя бы заикнется об отказе, тот немедленно атакует.

«Проваливай», — произнес Мэн Хао с прохладцей, после очередного глотка.

Молодой человек в черном нахмурился: «Несколько лет я не покидал пределы Черных Земель. Смотрю, люди во внешнем мире стали теми еще гордецами».

Его губы растянулись в холодной улыбке. Когда он медленно начал замахиваться правой рукой, Мэн Хао поднял голову и посмотрел на незнакомца. Стоило их глазам встретиться, как молодой человек задрожал. Его правая рука замерла в воздухе, а сердце учащенно забилось. Взгляд Мэн Хао подобно острому клинку вонзился в незнакомца. Сердце в груди гулко застучало, а в голове зазвучал рокот. Его Духовное Сознание заколебалось, леденящий холод начал расти внутри него, отчего все тело незнакомца покрылось холодным потом. Жажда убийства в глазах незнакомца сменилась изумлением. Давление, исходящее от Мэн Хао, пригвоздило его к стулу. Все это стало результатом всего-лишь одного взгляда Мэн Хао. Молодой человек не являлся Практиком Страны Чистых Небес, нет, он был свирепым Практиком из Черных Земель. Для него битвы не на жизнь, а на смерть были обычным делом, годы кровопролития развили в нем некое шестое чувство, которое сейчас кричало ему об опасности. В данный момент, хоть он и видел перед собой Практика начальной ступени Возведения Основания, нутро подсказывало, что перед ним сидит кровожадный дух, который может пожрать его целиком. Леденящий холод усилился, на лбу незнакомца проступила испарина. Он чувствовал, как его Культивацию постепенно подавляют. Несмотря на бешено стучащее сердце и катящийся градом пот, он не смел шелохнуться.

Мэн Хао же всё это время спокойно смотрел на него. Со всей его кровожадной аурой, этот человек находился всего-лишь на средней ступени Возведения Основания, разобраться с ним не составит труда. Он медленно поставил чашу с вином на стол. Одарив незнакомца в черном прощальным взглядом, он развернулся на пятках, взмахнув при этом рукавом, и вышел из трактира.

Как только Мэн Хао скрылся из виду, молодой человек в черном сбросил оцепенение. Он с ужасом посмотрел в сторону, где совсем недавно стоял Мэн Хао. Всего за один миг его полностью подавили без какого-либо участия боевой магии одним лишь Духовным Сознанием!

«Что за Культивация у этого парня? — подумал человек в черном. — Снаружи выглядит как начальная ступень Возведения Основания, но его Духовное Сознание во много раз превосходит мое… Я не почувствовал ни капли жажды убийства, но стоило ему посмотреть на меня, как я задрожал».

Он резко поднялся и бросился вдогонку за Мэн Хао с криком: «Собрат Даос, пожалуйста подожди! Почтенный, меня прозывают Лу Тао. Пожалуйста, Собрат Даос, выслушай меня, —он прибавил шагу и почти догнал Мэн Хао. Теперь он вел себя так, словно его подменили, — я готов заплатить за Громолист, — тараторил Лу Тао, наконец поравнявшись с Мэн Хао, — если ты, Собрат Даос, готов расстаться с ним, я буду безмерно тебе благодарен. Я отдам тебе всё что попросишь! Давай всё обсудим».

От Мэн Хао исходило ощутимое давление, но Лу Тао был очень нужен Громолист, поэтому у него не было другого выхода, кроме как просить. Мэн Хао на секунду нахмурился, но потом просто пошел дальше, проигнорировав Лу Тао.

«Собрат Даос, молю! Сколько бы ты не попросил духовных камней, целебных пилюль или магических предметов, мы обязательно сойдемся в цене. Если у меня нет того, что ты хочешь, я найду способ это добыть».

Он внезапно понял, что всё это время Мэн Хао двигался в сторону окраины города. Осознание этого факта принесло с собой беспокойство. Учитывая обстоятельства их знакомства, он решил воздержаться от дальнейших провокаций, в страхе, что Мэн Хао может напасть на него в какой-нибудь безлюдной алее.

«Собрат Даос… ты прибыл сюда за Пилюлей Сита Земли Секты Черного Сита? — уверенно предположил он. — Нынче её достать совсем не трудно, унести ноги, сохранив шкуру в целости и сохранности — совсем другое дело. Собрат Даос, если ты согласен обсудить мое предложение, тогда я могу представить тебя одному моему знакомому ученику Секты Черного Сита. У него есть недоступная чужакам информация о Секте Черного Сита, с ней твои шансы успешно убраться подальше вместе с Пилюлей Сита Земли сильно возрастут».

Игнорируя лепет Лу Тао, Мэн Хао продолжал идти, пока они не оказались в тихом переулке.

«Уважаемый Собрат Даос, я всей душой желаю заполучить Громолист, — Лу Тао натянуто улыбнулся, — он невероятно важен. Возможно тебе тоже что-то нужно, и это что-то можно обменять на Громолист?»

Мэн Хао замедлил шаг, а потом вовсе остановился и резко обернулся. Его глаза остановились на Лу Тао, в этом взгляде не было ни радости, ни злости.

«Дай взглянуть на твое сокровище из железного дерева», — равнодушно произнес Мэн Хао. Его глаза ярко сверкнули.

Когда Мэн Хао резко повернулся, Лу Тао подпрыгнул от неожиданности. Не говоря ни слова, он вытащил сокровище из железного дерева и бросил Мэн Хао. Мэн Хао ловко поймал его и послал внутрь немного Духовного Сознания. Он сразу же почувствовал Громолист в своей сумке ИньЯнь, лист источал ауру молнии, которую поглощал кусочек железа, отчего тот начал слабо мерцать.

«Похоже он не врет, — подумал Мэн Хао, — вот только все слишком удачно совпало, подозрительно».

Он понял, что именно благодаря кусочку железа Лу Тао выследил Громолист, но осторожность в таком вопросе никогда не повредит, поэтому он решил расспросить незнакомца.

«Так случилось, что у меня действительно есть Громолист. Если хочешь заключить сделку, сперва расскажи, что ты собрался с ним делать», — Мэн Хао швырнул кусочек железного дерева обратно Лу Тао.

Громолист был частью награбленного в пещере Патриарха Покровителя, к тому же он заполучил не просто один лист, а целое дерево. Его защищало сдерживающее заклятие Патриарха Покровителя. К сожалению, Мэн Хао не особо представлял, что с ним делать. Он знал только одно, Флаг Грома может окутать и защитить Громолистья.

«Ну… — Лу Тао на секунду заколебался, раздраженно буравя Мэн Хао взглядом. Наконец, он стиснул зубы и продолжил. — Почтенный, у меня есть магия жизни, которую можно переплавить из камня с Гор Неминуемого Грома. Ради того, чтобы высвободить всю ее мощь, я потратил последние несколько лет в поисках различных предметов с атрибутом молнии. Вот только ни один из них даже близко не стоит рядом с Громолистом. Громолистья встречаются крайне редко, поэтому почувствовав твой, я, пусть и сгоряча, ненамеренно оскорбил тебя».

Дабы подтвердить правдивость своих слов, он нажал себе на живот. Изо рта Лу Тао вырвалась электрическая дуга, которая превратилась в камень размером с кулак. Камень был черного цвета, его поверхность испещряли узоры похожие на разряды молнии и лианы.

«Что ты там говорил про Секту Черного Сита?» — невозмутимо поинтересовался Мэн Хао.

«Я могу свести тебя с одним из членов Секты Черного Сита. Они весьма редко имеют дело с чужаками, — затараторил Лу Тао, — небольшое вознаграждение, и он расскажет тебе почему Секта Черного Сита нанимает Практиков. Собрат Даос, если ты согласишься продать мне Громолист, тогда я этой же ночью отведу тебя на тайную встречу. Там будет еще семь или восемь Братьев Даосов, принимающей стороной выступает влиятельный член старшего поколения. Помимо магических предметов, там еще можно будет приобрести информацию.

Одним из участников будет ученик Внутренней Секты Черного Сита. Собрат Даос, доверься мне. Нынче в Стране Чистых Небес драконы и змеи смешались в клубок, сложно отличить порядочных людей от проходимцев, ведь сюда слетелись Практики из различных Сект и Кланов. К тому же в самой Секте Черного Сита существует множество фракций и клик, что порой приводит к внутренним конфликтам. Вот почему новости расходятся так быстро. Это в порядке вещей. Разумеется, будут и ложные сведения, но вся информация не может ложной, иначе никто бы ничему не верил, поэтому будут и полезные сведения. Ну а что делать с полученной информацией, спросишь ты? В этом вопросе тебе сможет помочь только собственный ум и интуиция».

«Мне нужно подумать, — произнес Мэн Хао, ни один мускул на его лице не дрогнул, — когда приму решение, я тебе сообщу».

Невозможно было понять о чем он думает. Мэн Хао бросил нефритовую табличку Лу Тао, который уже открыл было рот, собираясь продолжить свою тираду, но прежде чем он успел произнести хоть слово, Мэн Хао покинул переулок и скрылся за поворотом. Лу Тао беспомощно смотрел ему вслед, но потом его глаза засверкали.

«Сведения Жреца Созвездий из Секты Черных Земель обходятся недешево, но он почти всегда говорит правду. Я действительно смог найти здесь Громолист… С поиском покончено, теперь нужно придумать как его заполучить. Разумеется, я не забыл оставить на нем Ци Паразита, теперь ему от меня никуда не деться! Когда Громолист будет у меня в руках, я наконец-то смогу переплавить Безглазую гусеницу!»

Он стиснул в руке нефритовую табличку и ухмыльнулся. Ему удалось умолчать о том, как он на самом деле собирался поступить с Громолистом. Лу Тао задумчиво развернулся и пошел обратно. Чего он не заметил, так это невидимую призрачную фигуру, которая держала в руке крылатое насекомое размером с ноготь. Пальцы держали существо крепко, оно не могло сбежать. Фигура стояла неподалеку от Лу Тао и холодно наблюдала за ним. Когда Лу Тао покинул переулок, фигура двинулась следом.

Призрачной фигурой был Мэн Хао. Оказавшись вне зоны видимости Лу Тао, он использовал невидимый талисман и последовал за ним по темным улицам. Время от времени Лу Тао угрюмо доставал нефритовую табличку, которую дал ему Мэн Хао. В конечном итоге он остановился у ничем не примечательного особняка. После трех стуков дверь открылась сама собой, но, когда юноша прошел сквозь нее, воздух заколебался.

Прошло достаточно времени, чтобы успела сгореть палочка благовоний. За это время мимо Мэн Хао прошло четыре или пять Практиков. Ему не удалось определить их пол, но все находились на стадии Возведения Основания, один из них был на поздней ступени. Лица этих людей были скрыты, все попали внутрь особняка после трех стуков, как и Лу Тао.

Глаза Мэн Хао заблестели. Раздавив жука в руке и сорвав скрывающий его талисман, он взмахом рукава облачился в новый халат, нахлобучил на голову бамбуковую шляпу и скрыл лицо тканевой маской. А потом он направился к особняку.

Глава 140. Кто Не Знает Правил?

Мэн Хао неспешно приблизился к особняку и постучал три раза. Дверь беззвучно открылась, явив кромешную темноту, судя по всему на входе действовал некий черный щит. Мэн Хао заметил, как щит задрожал, но не обнаружил каких-либо признаков угрозы, похоже на простое заклинание, которое следит за входящими Практиками. Мэн Хао понаблюдал за ним немного, размышляя о недавно вошедших людях перед ним. Ответ не заставил себя долго ждать.

"Он пропускает только Практиков стадии Возведения Основания".

В своей бамбуковой шляпе он абсолютно спокойно направился к щиту. Спустя пару вдохов ему в глаза ударил мягкий свет. Он с удивлением обнаружил перед собой строение похожее на дворец смертного принца. Внушительный и величественный, словно огромный зверь развалившийся на земле. От него исходила некая торжественная аура. Снаружи стоял старик в халате даоса с безмятежным выражением лица с Культивацией на поздней ступени Возведения Основания. Когда старик приблизился глаза Мэн Хао блеснули.

Он окинул Мэн Хао взглядом и тихо произнес: " Собрат Даос, будь любезен предъяви приглашение, если у тебя нет приглашения, меня устроит удостоверяющий медальон".

Под полями бамбуковой шляпы глаза Мэн Хао замерцали. Не говоря ни слова, он взмахнул рукой и бросил старику медальон. Мельком взглянув на него, старик почтительно протянул его двумя руками.

"Так вы из Секты Пурпурной..."

Покашливание Мэн Хао заставило его умолкнуть. Он молча отошел в сторону пропустив Мэн Хао внутрь. Мэн Хао забрал медальон и прошествовал мимо старика во дворец. Медальон попал к нему после схватки с Дин Сюйем. В этот раз все прошло более гладко, опыт использования чужой личины был как нельзя кстати.

Судя по всему, здесь собрались как драконы, так и рыбы , настоящий кавардак. Если они действительно досконально проверяют личности гостей, как эта встреча может быть тайной? Успев проанализировать ситуацию еще снаружи дворца, он неспешно вошел внутрь уже совершенно спокойный.

Во дворце он обнаружил декоративный каменный сад, струящиеся через него ручьи, через которые были перекинуты темно-зеленые деревянные мостики. Чуть поодаль стоял павильон, оттуда доносились звуки каких-то струнных инструментов, они играли весьма чарующую мелодию. Внутри павильона сидело семь человек, большинство из которых держались на почтительном расстоянии друг от друга. Никто не разговаривал, вместо этого они внимательно рассматривали друг друга. Вполне ожидаемо. Когда вошел Мэн Хао взгляды всех присутствующих остановились на нем.

Трое из семи были без масок. Одним из них оказался хмурый Лу Тао. Его взгляд лишь мимоходом скользнул по Мэн Хао. Двое других не скрывали лиц: женщина в роскошных одеждах похожая на знатную леди, весьма миловидная, на вид ей можно было дать не больше тридцати. Манящий взгляд этой женщины только подчеркивал ее шарм. Она посмотрела на Мэн Хао, улыбнулась и кивнула. Последним был мужчина средних лет в длинном желтом халате. С застывшей маской одиночества на лице он держал в руке чарку с вином, к которой то и дело прикладывался. Лица оставшейся четверки скрывали маски. Даже их пол было трудно определить.

Мэн Хао невозмутимо присел за одним из свободных столов. Оглядевшись вокруг, он обнаружил, что в павильоне всего девять столов. Считая его, восемь из них были заняты. Очевидно последний стол был для устроителя этого мероприятия, а не для гостя Практика.

Спустя какое-то время в павильон ввалился здоровый мужчина на средней ступени Возведения Основания. Настолько широкоплечий и высокий, что ему не было смысла пытаться спрятать свою личину от остальных. Он надменно прошествовал внутрь павильона, но спустя каких-то пару шагов замер.

Он хмуро огляделся и холодно произнес: "Мне, Сюй, уже доводилось бывать на тайных встречах. Сегодня, придя по приглашению, я обнаружил, что для меня не осталось места. Кто из вас Собратья Даосы не знает правил?" — он хлопнул по бездонной сумке и вытащил синюю нефритовую табличку.

На ее поверхности было вырезано слово: "Тайна".

Нефритовая табличка мягко светилась. С улыбкой молодая женщина своей изящной рукой извлекла свою нефритовую табличку и положила на стол перед собой. Потом Лу Тао, а за ним и все остальные. В конце только Мэн Хао и двое из Практиков в масках не показали нефритовую табличку.

Источая силу поздней ступени Возведения Основания, один из Практиков в маске спокойно сидел, не обращая внимание на здоровяка. Здоровяк решил не связываться с ним, поэтому его взгляд остановился на Мэн Хао и втором Практике без таблички. Оба они находились на ранней ступени Возведения Основания. Глаза здоровяка холодно сверкнули.

"Эй, вы двое. Раз у вас нет нефритовых табличек — проваливайте. Если вы сейчас же уберетесь, возможно сможете сохранить свою шкуру", — в его голосе звучала неприкрытая кровожадность, которая словно леденящая стужа заполонила павильон.

Остальные участники встречи с любопытством наблюдали за происходящим. Никто из них не собирался вмешиваться, похоже их ничуть не тревожил тот факт, что сейчас может начаться смертельный магический поединок.

Мэн Хао никак не отреагировал, как и второй человек в маске. Все звуки в павильоне стихли.

Здоровяк по фамилии Сюй хмыкнул и зашагал не к Мэн Хао, а ко второму человеку, который просто оказался немного ближе к здоровяку. Его глаза ярко сверкали, когда он уже было собирался взмахнуть рукой, его неожиданно прервал легкий кашель. Он эхом прокатился по павильону, все присутствующие включая Сюйя невольно обернулись.

Источником звука оказался старик в длинном желтом халате. На лице старика застыло безмятежное выражение, тело его в один момент казалось призрачным, в другой совершенно реальным. Он шел весьма неспешно, однако за три или четыре шага он оказался внутри павильона.

"Приветствую, Собрат Даос Циншань".

"Приветствую тебя, Собрат Даос Циншань".

С появлением старика все за исключением Мэн Хао подскочили на ноги. Выражение лица Мэн Хао изменилось, и он тоже поднялся на ноги и почтительно сложил руки в знак приветствия.

"Оставим формальности, — произнес старик невозмутимо, — все вы герои этого поколения Южного Предела. Я здесь всего лишь в качестве устроителя этой тайной встречи. Садитесь".

Старик расположился за девятым столом и пробежался по собравшимся своими яркими, сверкающими глазами. В конце концов они остановились на человеке по фамилии Сюй. Под взглядом старика здоровяк невольно сжался и почтительно склонил голову. Мэн Хао поступил так же. Старик находился на стадии Возведения Основания, вот только он явно был выше поздней ступени Возведения Основания: на полпути к стадии Создания Ядра, он попадал в категорию Практиков Псевдо Ядра.

В государстве Чжао человек с такой Культивацией мог с легкостью претендовать на пост выше Главного Старейшины. Присутствие старика немного беспокоило Мэн Хао, но оно навело его на кое-какие мысли о цели сегодняшнего мероприятия.

“Собрат Даос Циншань, — нервно выдавил громадный Сюй, — я взываю к справедливости. Я прибыл по приглашению, однако кто-то посмел занять мое место". Он сложил руки и почтительно поклонился.

"Кто занял твое место?" — небрежно поинтересовался старик, его взгляд подобный молнии остановился на Мэн Хао.

"Этот человек!" — воскликнул здоровяк Сюй, указав на Практик в маске.

На что тот только холодно хмыкнул. Судя по звуку Практик в маске был женщиной.

"Её я пригласил лично, — возразил старик, он говорил не очень быстро, но и не очень медленно, словно дрязги Практиков перед ним его не волновали, — поэтому она не могла занять твое место".

От этого заявления здоровяк Сюй на секунду разинул рот. А потом он перевел взгляд на Мэн Хао. Неприветливый огонек вспыхнул в его глазах. Раз одного из двух людей без нефритовых табличек пригласили, значит этот незваный гость посмел занять его место. Взгляды всех присутствующих сосредоточились на Мэн Хао, даже женщина, которая только что хмыкнула смотрела на него своими холодными глазами. Скрытый полями бамбуковой шляпы, лицо Мэн Хао оставалось бесстрастным.

"Все присутствующее находятся здесь по праву, — произнес старик спокойно, — однако, если ты пришел без приглашения, тогда тебе придется остаться снаружи павильона. Когда мы перейдем к делу, ты сможешь сделать ставку, только тогда, когда все внутри павильона откажутся торговаться дальше".

"Так это ты посмел занять мое место, — взревел Сюй, — жить надоело?! Можешь не вставать. Я стану посмешищем, если сейчас не разорву тебя на кусочки".

Сюй прослыл довольно вспыльчивым человеком, поэтому, когда его место заняли на глазах у всех, его жажда убийства вспыхнула ярким пламенем. Его тело во вспышке рвануло на Мэн Хао, источая силу средней ступени Возведения Основания. Никто и пальцем не пошевелил, чтобы его остановить. Старик равнодушно наблюдал за происходящим.

Когда между ними осталось всего три метра, он взмахнул рукой, отчего возникшая огромная магическая ладонь обрушилась на Мэн Хао. Мэн Хао сидел как ни в чем не бывало. Он поднял левую руку и взмахнул пальцем в сторону здоровяка.

От одного взмаха пальцем вся духовная энергия неба и земли в павильоне погрузилась в хаос. В это же время лицо здоровяка перекосило. Внезапно возникло ощущение, что он потерял контроль над своей Культивацией, словно ее что-то заблокировало.

Глаза всех присутствующих включая старика Циншань сузились. Второй рукой Мэн Хао вызвал трехсотметрового Огненного Дракона, который бросился на Сюйя.

С диким воплем все его тело затряслось, на лице здоровяка удивление сменилось полным отчаянием. И тут его кожа вспыхнула. Мощный порыв ветра подхватил его и впечатал в землю. В мгновение ока его массивное тело превратилось в кучку пепла, который унес ветер.

Только бездонная сумка пережила огненное инферно. Приземлившись в руки к Мэн Хао, он несильно хлопнул по ней и извлек нефритовую табличку с надписью: "Тайна".

"Мое приглашение", — произнес он, положив табличку на стол.

Лицо Мэн Хао скрывали поля бамбуковой шляпы, поэтому никто не мог увидеть выражения его лица, они услышали лишь его скрипучий голос.

Глава 141. Второе Появление Пилюли Красоты

В павильоне стояла гробовая тишина. В сердце Лу Тао закрался страх, а глаза подозрительно сузились, глядя на величаво сидящего Мэн Хао, на человека, который с такой легкостью убил Сюйя. Страх посетил не только его сердце. Женщина в дорогих одеждах пронзила Мэн Хао взглядом, глубоко внутри она понимала, что такого человека лучше не провоцировать.

Мужчина средних лет с чаркой опустил её на секунду, острый взгляд его глаз остановился на Мэн Хао. Практик поздней ступени Возведения Основания в маске медленно поднял голову и тоже посмотрел на Мэн Хао. Пытаясь понять уровень Культивации Мэн Хао в нем медленно нарастала нерешительность. Женщина в маске одарила Мэн Хао мимолетным взглядом и отвернулась.

"Теперь, когда с разногласиями покончено мы можем начать тайную встречу, — начал старик Циншань, он дружелюбно посмотрел на Мэн Хао, — все вы контактировали с Секретным Торговым Союзом Страны Чистых Небес. Пока вы ведете здесь свои дела, я выступаю в качестве свидетеля. Можете начинать без опасений, в случае возникновения каких-то проблем Секретный Торговый Союз берет на себя всю ответственность. А теперь, Собратья Даосы, приступим".

Старик говорил в таком тоне, словно беседовал с членами своего поколения. Как ни удивительно недавняя демонстрация Мэн Хао не только испугала всех участников встречи, но и произвела впечатление на старика. Закончив свою речь, он взмахнул рукавом и вызвал медную алхимическую печь, инкрустированную восемью летающими драконами. Она приземлилась в центре павильона.

"Собратья Даосы, — сказал Лу Тао, сложив руки, — пожалуйста, позвольте мне начать".

Он взмахнул рукавом и послал в медную алхимическую печь старика Циншань нефритовую табличку.

"Это список предметов, которые я сегодня предлагаю. Внутри также есть рисунок. Собратья Даосы, если кто-то из вас встретит этого человека, будьте любезны сообщите мне. За эти сведения я готов щедро заплатить камнями с Гор Неминуемого Грома."

После него богато одетая леди с улыбкой вытащила свою нефритовую табличку. Не говоря ни слова, она отправила ее в медную печь. Требуемые ей предметы, а также предметы на продажу были перечислены в ее нефритовой табличке. Если кого-то что-то заинтересует, любой участник может связаться с ней.

Тайные встречи были ничем иным, как торговыми мероприятиями небольшого масштаба. Как никак большинство участников прибыли из разных краев и осторожно вели свои дела. Тут то и вступал Секретный Торговый Союз. Союз организовывал похожие встречи по всему Южному Пределу и выступал в качестве третьей стороны свидетельствующей сделки.

Наконец настал черед Мэн Хао. Он задумался на секунду. Он не до конца понимал, что именно происходит, и все же достал нефритовую табличку. Наполнив ее частицей Духовного Сознания, он швырнул в печь. Внутри был всего лишь одна фраза: "Что задумала Секта Черного Сита и насколько опасно ее приглашение?"

Вскоре все восемь участников поместили в печь свои нефритовые таблички. Старик Циншань поднял правую руку и сложил пальцы в заклятие. Из печи начал нарастать гул, а потом внутри вспыхнуло пламя, которое расплавило нефритовые таблички. Восемь золотых драконов на ее поверхности начали извиваться словно живые. Из них повалил туман, который обволок всех присутствующих.

У Мэн Хао ёкнуло сердце. Он не сопротивлялся туману, однако не ослаблял бдительность. Когда туман полностью накрыл его, внезапно все звуки стихли. Впереди он заметил восемь сияющих шаров света, словно туман переместил его в другое место, отделив при этом от остальных. В его разум потоком хлынула информация. Дюжины целебных пилюль, магических предметов и прочей мелочи на продажу, а также описания различных предметов, которые участники хотели приобрести.

Вскоре глаза Мэн Хао засияли. Вернув Духовное Сознание, он коснулся одного из шаров света. В эту же секунду информация из нефритовой таблички, которую он сам предоставил оказалась у него в голове. Теперь все встало на свои места. Разобравшись со своей нефритовой табличкой, он переключил свое внимание на последний светящийся шар.

Внутри находился рисунок. Увидев изображенного на нем человека, Мэн Хао сухо рассмеялся. Это был портрет Мэн Хао. Ко всему прочему в разделе желаемых предметов значился Громолист.

"Хм, значит на этих так называемых тайных встречах, ты можешь попросить о чем пожелаешь. А идея довольно неплохая. Ты можешь без страха спрашивать о том, о чем при обычных обстоятельствах не посмел бы и заикнуться. По заключению сделки, никто из участников не узнает с кем он ее заключил. Похоже помимо меня еще двое интересуются Сектой Черного Сита".

Скрестив ноги, он принялся ждать, пока кто-то не свяжется с ним. Тем временем он послал Духовное Сознание, дабы исследовать другие шары света. Внезапно из ниоткуда туман залил белый свет. Глаза Мэн Хао сузились. Он коснулся его, и сразу же в голове прозвучало сообщение: "Мне немного известно о Секте Черного Сита, только общие сведения. Но они точны, за них я прошу пятьсот тысяч Духовных Камней".

Мэн Хао нахмурился. В погоне за сведениями в такого рода месте всегда нужно опасаться за правдивость информации. Отделить зерна от плевел будет весьма затруднительно.

Следом возник еще один луч белого света. Мэн Хао коснулся его и прочитал сообщение внутри: "Вокруг Секты Черного Сита гуляет множество слухов. У меня есть сведения из Внутренней Секты. Правдивы ли они или нет, решать тебе. Если ты согласен, уплати семьсот тысяч духовных камней".

"Я первый раз на такого рода сборищах, — подумал хмуро Мэн Хао, — без какого-либо опыта я даже не знаю как совершить сделку. К тому же цена весьма серьезная вне зависимости от того насколько полезными окажутся сведения. Да и духовных камней у меня сейчас не то чтобы много".

Проигнорировав оба сообщения, Мэн Хао продолжил изучать другие шары света. Он обнаружил, что информация в них постепенно обновляется, цены повышаются или наоборот понижаются. Внезапно медное зеркало в сумке ИньЯнь накалилось, мгновением позже жар пропал. Мэн Хао остолбенел. Вытащив зеркало, он внимательно его изучил, но так и не смог обнаружить что с ним не так. Когда зеркало вернулось в сумку, он задумчиво продолжил изучать шары света, а точнее предметы, выставленные на продажу. В одном из шаров света, среди множества позиций его внимание привлек один пассаж.

"Трактат о Безжалостном Времени..."

Ярко сияющие слова в списке резко контрастировали с блеклым текстом, привлекшим его внимание. Буквально секунду назад ничего подобного не было, слова словно появились из ниоткуда. Судя по всему, не будь Духовное Сознание Мэн Хао выше средней ступени Возведения Основания, этот пассаж остался бы скрытым. Текст окружала завеса некой таинственной техники, сквозь которую могли видеть только Практики с Духовным Сознанием поздней ступени Возведения Основания.

"Трактат о Безжалостном Времени состоит из трех частей. Вместе они описывают секрет переплавки Времени, который в свою очередь позволяет выковать магический Меч Времени! Здесь и сейчас я предлагаю первую часть. Если мое предложение вам интересно, свяжитесь со мной".

Глаза Мэн Хао сузились. Чем больше Мэн Хао читал, тем ярче становился блеск в его глазах. На данный момент в воздухе плавали несколько запросов относительно Пилюли Возведения Основания. Не обращая на них внимание, он целиком и полностью сосредоточился на Трактате о Безжалостном Времени.

"... и тогда рождается Время. Сущее ничто... Магия этого меча позволяет достичь многого... Три таких меча высвобождают могущественную магию, девять еще более совершенное волшебство, а с восемнадцатью можно умертвить само Время!

Выковать Меч Времени можно из деревьев мистической природы. Эти древние деревья напитаны вечно изменяющимся Временем. Такие как древо Весны и Осени, древо Иссякших Дум, и самое лучшее древо Одухотворенности. Если этих трех деревьев нет, тогда можно использовать мистическое Тысячелетнее древо..."

Глаза Мэн Хао сверкнули. Он отозвал духовного сознания и сделал глубокий вдох, в его глазах задумчивость. Будучи владельцем древа Весны и Осени, информация о Мече Времени выглядела весьма интригующей.

Мгновением позже Мэн Хао поднял руку и коснулся шара света. Вырвавшийся белый свет тут же обволок его руку. Он оставил в нем сообщение и послал свет обратно. Прошло совсем немного времени, как белый свет вернулся с сообщением: "Только люди с подходящей Культивацией могут увидеть Трактат о Безжалостном Времени, похоже ты из таких. Однако я владею лишь первой частью. Без сотрудничества нам не добыть две оставшиеся части. Из присутствующих еще один человек пожелал принять участие, если ты присоединишься к нам шансы на успех только возрастут. Если ты хочешь принять участие в предприятии, которое проводит Секта Черного Сита в этих землях, тогда дай Дао обет — не разглашать то, что ты сейчас узнаешь никому, даже своей Секте. Оставь Дао обет на нефритовой табличке и пошли мне. Только тогда я могу гарантировать твою долю добычи".

После секундной заминки глаза юноши решительно сверкнули. Он поднял нефритовую табличку и приложил ее ко лбу. После чего она отправилась в белый свет, который сразу же испарился вместе с табличкой. Спустя какое-то время Мэн Хао увидел, как перед ним возникли несколько шаров света. Духовное Сознание выявило сообщение внутри.

"Год назад Секта Черного Сита обнаружила таинственную карту. Карта указывала путь к древней Обители Богов. За последний год Секта Черного Сита несколько раз пыталась проникнуть внутрь, однако их продвижение остановилось на краю обрыва. Дальше обрыва могут пройти только Практики стадии Возведения Основания. Входящие должны соответствовать стандартам установленным Сектой Черного Сита. Чем больше предметов человек принесет из Обители, тем больше получит Пилюль Сита Земли. Место встречи в этих древних и диких землях там, где пересекаются тени от солнца и луны, примерно через десять дней. Ты должен как можно скорее отправиться в Секту Черного Сита и присоединиться к вольным Практикам стадии Возведения Основания, которые сейчас вербует Секта".

Мэн Хао нахмурился. Белый свет исчез, оставив задумчивого юношу одного.

"Нынче в Стране Чистых Небес гуляет слишком много информации, поэтому подтвердить подлинность полученных сведений скорее всего не выйдет. Хотя большинство информации так или иначе касается какого-то древнего поля битвы или Обители Богов. Похоже множество людей посмышлёней пришли к тому же выводу. Страна Чистых Небес принадлежит Секте Черного Сита. Те, кто говорят, что сумятица в стране напрямую не связана с Сектой — глупцы. С другой стороны, пилюля Сита Земли придется очень кстати..."

Благодаря тайной встрече Мэн Хао немало узнал о Секте Черного Сита, вот только чем больше он узнавал, тем подозрительней становилась вся ситуация.

"Пора уходить", — подумал он, придя к решению.

Его Духовное Сознание скользнуло по оставшимся шарам света. Он уже было собрался отозвать его, но тут глаза юноши сузились. Даже будучи на земле со скрещенными ногами, из него на секунду вырвалась волна стремительного Ци. Он уставился на шар света, где описывался Трактат о Безжалостном Времени. Новый предмет появился в продаже — целебная пилюля.

Имя ей было: "Пилюля Красоты".

Пилюля Красоты! Заурядная пилюля, совсем недорогая. Ее никто бы и не заметил среди множества других пилюль. Но у Мэн Хао пилюля вызвала воспоминания шести-семилетней давности. Воспоминания о прекрасной лунной ночи.

"Я и думать не мог, что наткнусь здесь на Пилюлю Красоты", — вздохнул Мэн Хао.

Он уплатил требуемую сумму, и вскоре его покупку принес шар света. Увидев пилюлю на своей ладони, Мэн Хао удивленно вздрогнул.

Глава 142. Секта Черного Сита

В тумане тело Мэн Хао задрожало, его глаза начали испускать яркое сияние, дыхание участилось. Его Культивация пришла в движение, отчего туман вокруг забурлил, хотя сам Мэн Хао этого даже не заметил. Все его внимание было приковано к Пилюле Красоты и к вырезанному символу на ее поверхности. Символу горы.

Очевидно начертанная чей-то рукой без использования магии. Это была совершенно обычная пилюля, ничем не примечательная. Символ был чем-то очень личным...

Человек не из Секты Покровителя ни за что не узнал бы вырезанную на пилюле гору. Это была Восточная Гора Секты Покровителя! Её форма сразу же вспыхнула в памяти Мэн Хао, он узнал её.

Некто вырезал символ горы на Пилюле Красоты, которая каким-то чудом попала в Страну Чистых Небес... кто бы это мог быть? В разуме Мэн Хао внезапно возник девушки в белых одеждах, ее холодной красоты, как она привела Мэн Хао в мир Практиков, как в лунном свете она повернулась и посмотрела на него... Сюй Цин.

Старшая Сестра Сюй.

У Мэн Хао не было доказательств, чтобы со всей уверенностью утверждать, что ему в руки попала та самая подаренная Старшей Сестре Сюй пилюля. Но он нутром чуял, что все сходится.

Он медленно сжал пилюлю в руке. Несмотря на то, что он сидел в полной тишине, под полями его бамбуковой шляпы разгорелась настоящая буря эмоций.

"Если она так и не использовала пилюлю и даже взяла с собой в Секту Черного Сита тогда... что она тут делает? Что с ней приключилось в Секте Черного Сита? Этот символ изображает Восточную Гору. Она скучает... по Секте Покровителя или по кому-то...? Что значит символ Восточной Горы? Отдала ли она пилюлю кому-то? Или просто продала? Одном можно сказать точно: человек на другом конце шара света — точно не она".

Он разжал кулак и еще раз взглянул на слегка шероховатые грани пилюли. Внезапно ему нестерпимо захотелось увидеть Старшую Сестру Сюй. Глубоко внутри он уже знал ответы на заданные им вопросы.

“Старшая Сестра Сюй…”

Его глаза сверкнули, и он сделал глубокий вдох. Эта пилюля недвусмысленно намекала, что если она не продала или подарил пилюлю, то остается только один вариант...

В сердце юноши закололо, а в глазах помутилось. В его разуме стоял образ Старшей Сестры Сюй из далекого прошлого. Сколько лет прошло... Он неспешно убрал Пилюлю Красоты в сумку ИньЯнь.

“Секта Черного Сита…. А теперь еще Трактат о Безжалостном Времени..."

Мэн Хао медленно поднял голову и вперил взгляд в шар света перед ним. Развязать драку в этом месте явно будет не самой лучшей идеей, кто знает к чему приведут такие опрометчивые действия. Он не хотел баламутить воду и распугать всех рыб, тем самым предупредив своих врагов.

Он еще какое-то время размышлял, в конце концов его глаза решительно сверкнули. Решение принято — он точно посетит Секту Черного Сита.

Все желание дальше торговать сведениями или предметами у Мэн Хао начисто испарились. Он никак не мог перестать думать о Старшей Сестре Сюй. Когда встреча подошла к концу, он облегченно вздохнул. Туман вокруг него рассеялся. Старик Циншань кивнул участникам и взмахнул рукой, после чего развернулся и вышел. Оставшиеся Практики в павильоне тоже не стали задерживаться, один за другим они исчезли, их случайным образом переносили наружу. Такой метод ведения дел делал Секретный Торговый Союз с каждым годом всё популярней.

После переноса Мэн Хао обнаружил себя у ворот другого особняка где-то в городе. От места, где он выслеживал Лу Тао его теперь отделяла добрая половина города. Мэн Хао уже выяснил, что дворец, который он только что посетил, находился где-то за чертой города. Место, куда привел его Лу Тао было ничем иным, как обычными воротами, переносящими в другое место.

Он брел по залитой лунным светом улице и любовался ночным небосводом. Его длинная, одинокая тень на мостовой уныло следовала за ним. Луна в небе не изменилась, скорее всё вокруг изменилось. Казалось, что годы разделяли вчерашний и сегодняшний день. Оглянувшись на свое прошлое, он осознал, что по сути у него нет места, которое можно было бы назвать домом.

Он вздохнул и побрел дальше.

Он шел пока на горизонте не занялся рассвет, и даже после этого продолжал идти пока не покинул город Практиков. В конце концов его тело превратилось в радужный луч света и полетело через Страну Чистых Небес к Секте Черного Сита!

Несколько дней спустя.

Секта Черного Сита располагалась на востоке Страны Чистых Небес среди Сотни Тысяч Гор. Один взгляд на широкие и могучие главные ворота вселял трепет и благоговение в сердца Практиков.

Окружавшие её Сотни Тысяч Гор служили своего рода преградой между внешним миров и девяносто девятью горными пиками в самом центре. Над этими девяносто девятью горными пиками возвышалась огромная гора, основание которой по размерам могло бы тягаться с целым континентом. Подножье горы украшали ивы, некоторые выросли до нескольких дюжин метров, другие достигали сотни метров в высоту. Клубящиеся вокруг облака создавали поистине внеземную картину. Её покрывали богато украшенные дворцы, храмы и пагоды. Девяносто девять горных пиков внизу все были соединены разноцветными арочными мостами. Выглядело это действительно красиво. По каменным склонам плывущей среди облаков гигантской горы журчала вода, делая Секту похожей на произведение искусства. Умиротворенность пейзажа слегка разбавляли негромкие звуки колоколов.

Самый высокий горный пик словно мог достать до самих Небес. Именно там многие поколения стояла невероятных размеров курительница для благовоний. Из курительницы торчали три огромных благовонных палочки. Казалось они никогда не погаснут, а их аромат никогда не истает. Дым от палочек медленно поднимался в небо, там его подхватывал ветер и разделял на тонкие струйки подобно ветвям ивы, после чего дым окончательно рассеивался.

Это были земли Секты Черного Сита.

На самом деле, пожелай того Секта Черного Сита могла бы с легкостью присвоить себе все окружающие их Сотни Тысяч Гор. Как никак она являлась одной из пяти великих Сект Южного Предела. Ее Дао Резервы необъятны, а техникам Секты десятки тысяч лет.

Духовная энергия в этом месте была особенно насыщенной. В сущности, уровень духовной энергии вокруг Сотни Тысяч Гор намного превышал тот, что был у Духовных гор в Государстве Чжао. Любая гора здесь имела больше духовной энергии, чем вся долина, где Мэн Хао достиг стадии Возведения Основания. В особенности это касалось Тысячи Гор, там всё было настолько пропитано духовной энергией, что даже долголетие смертных было намного выше обычного. С самого рождения эти люди вдыхали духовную энергию, им не требовалось практиковать Культивацию, чтобы увеличить долголетие.

На Сотне Гор всё было еще поразительней.

На границе Сотни Тысяч Гор стоял молодой человек в черном халате, с высокомерным и горделивым выражением лица.

"Сотня Гор Секты Черного Сита, — произнес он невозмутимо, — место, где только достойные члены Внутренней Секты могут заниматься Культивацией. В действительности так называемым Духовным горам разбросанным по всему миру не тягаться с Тысячей Гор".

Рядом с ним стояли пять Практиков, взгляды всех прикованы к Секте Черного Сита. Их наряды различались, судя по всему прибыли они из разных краев. Среди этих людей стоял человек в халате ученого. Его кожа была немного загорелой, но он буквально источал отточенную и ученую ауру. Конечно же его звали Мэн Хао.

"Десять Тысяч Гор отведены для гостей. Однако, мой вам совет Собратья Даосы, не стоит без особой надобности покидать гору, на которой вас поселят, — молодой человек сверкнул улыбкой пяти его спутникам, — снаружи гор для гостей запечатано множество свирепых бестий, к тому же есть несколько гор, которые имеют особое назначение, их охраняют ученики Внутренней Секты. Если вы заявитесь в одно из таких мест, вполне вероятно живым вам оттуда не выбраться".

С лица молодого человека не сходила улыбка, его взгляд еще раз скользнул по людям вокруг него.

"Собратья Даосы, вы все отозвались на зов Секты Черного Сита. Здесь вы — гости Секты. Вы останетесь в пределах Десяти Тысяч Гор, каждому будет отведен собственный горный пик. Для вас уже подготовили всё, что может потребоваться для занятия Культивацией. Достигнув горы ученик с Горы Пилюль Секты Черного Сита доставит вам Пилюлю Сита Земли. Эта пилюля знак нашего гостеприимства. Однако, я, Чжэн, должен напомнить, что, приняв пилюлю, вступив на гору и расписавшись отпечатком пальцев вы тем самым принимаете на себя обязательства согласно нашему договору. Если вы пойдете против своего слова и попытаетесь скрыться, Секта Черного Сита найдет вас и накажет", — с улыбкой он сложил руки и поклонился.

Неподалеку стояло пять учеников Внутренней Секты, судя по всему провожатые для гостей.

"Звучит справедливо", — сказал один из пяти Практиков, старик в сером халате. Остальные тоже одобрительно закивали. Взирая на бескрайние горы, Мэн Хао не проронил ни слова.

"Отлично. Собратья Даосы, вам не придется долго ждать, скоро мы начнем. Уже собралось немало людей", ¬¬— молодой человек еще раз поклонился.

В группе Мэн Хао мужчина средних лет с болезненно-желтоватым лицом внезапно спросил: "Сколько Собратьев Даосов стадии Возведения Основания уже прибыло?"

"Не считая вас, дамы и господа, у нас гостят уже девяносто семь человек", — молодой человек по фамилии Чжэнь кивнул, после чего превратился в луч света и растворился вдали.

“Собратья Даосы, прошу за нами. Мы сопроводим каждого из вас к предоставленной вам горе", — группа молодых учеников Внешней Секты почтительно сложили ладони, поклонились и повели за собой гостей.

Провожатым Мэн Хао оказалась молодая девушка 26-27 лет. Ее Культивация достигла седьмой ступени Конденсации Ци. Весьма миловидная, судя по ее виду довольно смышленая.

"Почтенный, пожалуйста следуйте за мной", — произнесла девушка мягко.

Хотя с кожи Мэн Хао еще не сошел весь загар, он был образован и благороден. Он источал ауру ученого. В мире Практиков такое редко встречается. Отчего девушка то и дело искоса поглядывала на него. Особенно манящими были его чистые, не затуманенные глаза, в глубинах которых скрывался Демонический огонек. Молодая и впечатлительная девушка невольно зарделась под взглядом Мэн Хао.

"Почтенный…" — склонив голову, произнесла она.

"Пойдем", — улыбнулся он.

Девушка напомнила ему о Секте Покровителя и Сюй Цин. Он смотрел на бескрайние горы Секты Черного Сита, в его глазах блестела решительность. Девушка привела Мэн Хао к высокой изумрудно-зеленой горе. На ее вершине стоял дом, к которому примыкал двор. Куда не посмотри всё вокруг обвивали лианы, каменная дорожка, ведущая к дому, спиралью оплетала склон горы. Под порывами ветра духовная энергия кружилась вокруг горы, подобная сцена весьма воодушевляла.

Добравшись до дворика Мэн Хао вытащил из бездонной сумки головное украшение, инкрустированное жемчугом, которое он добыл на тайной встрече после схватки с Сюйем, и протянул девушке, после чего отослал прочь. Она на негнущихся ногах пошла вниз по дорожке, щеки ее полыхали, а глаза то и дело возвращались к Мэн Хао. Сердце ее учащенно билось.

Вскоре небо потемнело. Ночь медленно вступала в свои права, а на мир опустилась тишина. Единственный звук нарушавший всеобщую умиротворенность был стрекот насекомых снаружи. Мэн Хао сел скрестив ноги на втором этаже и погрузился в медитацию.

Внезапно, он открыл глаза. В этот самый момент тишину снаружи прорезал душераздирающий предсмертный крик.

Глава 143. Призрак В Ночи

Из окна второго этажа на Мэн Хао смотрела высоко висящая в небе луна. Вокруг горы вдалеке, словно дымка, вспыхивали заклятия. Отчаянные вопли доносились оттуда. В попытке понять, что происходит несколько человек поднялись в воздух, вскоре несколько радужных лучей устремились к горе. Вспышки заклинаний довольно быстро потухли, тишина и покой вновь вернулись в мир.

Мэн Хао нахмурился, его глаза сверкали в ночи. На горе, откуда доносились крики, жил человек из их пятерки, тот с болезненно-желтоватым лицом. Видя, как к горе направилось несколько человек, Мэн Хао тоже было подумал пойти на разведку, но тут он резко остановился. Выражение его лица сменилось, взгляд приковала к себе сумка ИньЯнь. Хлопнув по ней, он извлек Нефрит Заклинания Демонов.

Нефрит мерцал и испускал таинственное свечение. В сердце Мэн Хао возникло странное, непонятное чувство, казалось некий невидимый Ци колол его прямо в сердце.

Задумчиво он положил кусок нефрита, оставленный Восьмым Заклинателем Демонов, на раскрытую ладонь.

Древний голос Восьмого Заклинателя Демонов зазвучал в его голове: "В извечном цикле реинкарнации некоторые духи избегают погребения. Их Ци похож на Демонический, и одновременно не является таковым. Они стоят над всеми живыми существами, и тем не менее заражены десятками тысяч изменения мира смертных. Этот Ци безмятежен. Поглощенный костьми и душами, они могут наставить на путь. Столкнувшись с таким Ци, ты должен запечатать его!"

Мэн Хао на секунду задумался, и в конечном счете решил остаться в доме. Стоя у окна, он отправил Духовное Сознание в сторону того места, откуда доносились душераздирающие вопли. Он сразу услышал чей-то спор.

"Это уже шестой погибший Собрат Даос. Мы немедля же уходим, если Секта Черного Сита и дальше будет отмалчиваться!"

"Верно. Мы ответили на призыв только ради Пилюли Сита Земли. Одно, когда люди гибнут в битве и совсем другое, когда эти несчастные умирают среди ночи! Потом приходите вы, запечатываете место происшествия, запрещая кому-либо проводить расследование. Странно всё это! Конечно у нас есть вопросы!"

Рядом с горой столпилось около дюжины Практиков, все холодно смотрели на членов Секты Черного Сита, которые не пускали их на место происшествия. Вдалеке немало Практиков покинуло свои горы и наблюдала за происходящим с почтительного расстояния. Они молчали, но все, как один, испускали мощь своей Культивации. Поднявшееся могучее давление, было своего рода безмолвным протестом.

Лица учеников Секты Черного Сита перекосило. И тут мрачный голос отчеканил: "Секта предложит всем желающим своё объяснение через три дня".

Когда слова стихли появился старик в просторном одеянии Даоса. От его давящей ауры всех Практиков невольно передернуло. Ученики Секты Черного Сита поклонились.

"Приветствуем Старейшину Чэнь".

Старик неспешно шел вперед. Он остановился у подножья горы, однако все Практики стадии Возведения Основания, парящих наверху, благоразумно держали языки за зубами. Многие почтительно поклонились. Очевидно они узнали новоприбывшего.

Мэн Хао бесстрастно смотрел в окно, однако его брови слегка сдвинулись. Старик являлся Старейшиной Секты Черного Сита, его Культивация преодолела тенеты стадии Возведения Основания, добравшись до стадии Создания Ядра.

Взгляд Старейшины скользнул по собравшимся: "Я благодарен вам, что вы нашли время посетить нашу Секту Черного Сита, — когда старик говорил его голос звучал не очень громко, однако в разумах всех присутствующих его слова звучали кристально ясно, — недавние убийства прогневили меня. В течение трех дней я найду и собственноручно убью преступника".

"Пока Старейшина Чэнь рядом, нам гораздо спокойней. Благодарим вас, почтенный, за отправление правосудия", — Практики стадии Возведения Основания один за другим начали кланяться, а затем вернулись на свои горы. Появился старейшина Секты Черного Сита. Хотя он и не объяснил случившееся, кто рискнет с ним препираться?

Вскоре наступила тишина. Старейшина Чэнь вместе с большинством учеников Секта Черного Сита отбыли восвояси. С горы, где погиб Практик, не доносилось ни звука. Больше никто не настаивал на проведении расследования.

Глубоко в своих мыслях Мэн Хао сел, скрестив ноги, и погрузился в медитацию. У себя в голове он прокручивал слова Восьмого Заклинателя Демонов.

"Странные дела творятся в Сект Черного Сита..." — Мэн Хао открыл глаза, в них полыхало пламя. Колющий Ци по ощущениям становился плотней.

Он на секунду задумчиво склонил голову, а затем достал маску Наследия Кровавого Бессмертного. Послав внутрь частицу Духовного Сознания, он обнаружил там Патриарха Ли Клана, окутанного кровавым туманом Мэн Хао. За всё это время старик весьма ослабел, больше тот не кричал, как раньше, у него просто не было на это сил.

"Что ты знаешь о Секте Черного Сита?" — спросил Мэн Хао через частицу Духовного Сознания. Старик, а точнее его воплощение в виде Кровавого Духа, всегда казался ему странным. Он становился еще страннее, стоило Мэн Хао подумать о Ли Даои.

"Хрен тебе, а не "что ты знаешь", мелкий гаденыш, — просипел Патриарх Ли Клана, его голос буквально сочился ядом, — будь у тебя хоть крупица таланта, ты..."

Прежде чем тот успел закончить Мэн Хао спокойно уколол палец и каплей крови добавил кровавого тумана вокруг старика. Услышав его отчаянный вопль, Мэн Хао отозвал Духовное Сознание. Он не стал задавать больше вопросов, вместо этого убрав маску прочь.

Тем временем, под Десятком Тысяч Гор Секты Черного Сита раскинулась, словно гигантский лабиринт, сеть карстовых пещер . В глубинах лабиринта стояла высокая платформа, на которой горели факелы. Неровный свет факелов отбрасывал на стены пещеры причудливые тени.

На вершине платформы, скрестив ноги, сидело три старых Практика. Их тела высохли, и хоть старики и сидели, они скорее походили на покойников. Вокруг них кружил мощный Ци Смерти. Однако их глаза оставались открытыми, они светились древним, потусторонним светом.

Силуэты этой троицы то и дело искажались, словно они существовали одновременно в материальной и призрачной форме, не до конца будучи частью этого мира.

Между ними лежала шкура какого-то дикого зверя. С изорванными краями, на ее поверхности была нарисована своего рода карта. Казалась, что кожаная карта медленно шевелиться. На ней стоял призрачный образ человека, его рот открыт в беззвучном крике. Призрак выглядел точь-в-точь как мужчина с болезненно-желтоватым лицом. Тот самый человек, что прибыл вместе с Мэн Хао.

Фантом начал расплываться, когда он исчез, шкура медленно увеличилась в размерах, правда самую малость, а ее поверхность заблестела чуть-чуть ярче. Любой сторонний наблюдатель нашел бы эту сцену весьма странной.

"Завтра под луной, она поглотит еще одного человека, — спустя какое-то время произнес один из стариков хриплым, скрипучим голосом, — только тогда мы сможем начать".

"На сей раз, мы должны преуспеть, во чтобы то ни стало. Мы должны...! Мы должны добыть легендарный предмет. Не только для нас, но и для Патриархов. Тогда все мы проснемся ото сна. Больше нам не придется прятаться в мире мрака, в этом пустом месте, где нет ни одного клочка земли, на который можно было бы ступить ногой".

"Собралось недостаточно малышей стадии Возведения Основания. Мы разослали весть в каждый изведанный уголок, но Секты и Кланы непросто одурачить. Хм".

"Ничего не поделаешь. Эти малыши стадии Возведения Основания всего лишь одна из частей. Когда всё будет готово, мы точно преуспеем".

Голоса постепенно стихли. Вскоре единственным звуком в пещере осталось шевеление шкуры, помещенная между тремя стариками, словно какой-то объект поклонения.

Ночь прошла спокойно, занялся рассвет. Мэн Хао открыл глаза, выйдя из медитативного состояния. Выглянув наружу своего нынешнего обиталища, он увидел приближающийся луч радужного света. Им оказалась девушка в черном одеянии. Высокая, стройная, со светлой кожей и красивыми волосами, ниспадающими на ее плечи. Она сбавила скорость, остановившись снаружи дома Мэн Хао.

"Ученица Хань Бэй из Секты Черного Сита. Гора Пилюль поручила мне доставить тебе Пилюлю Сита Земли, — сказала она, судя по ее голосу, девушка была весьма неглупой, — Собрат Даос, не мог бы ты, пожалуйста, выйти ко мне?"

Ее улыбка была подобно распускающемуся цветку. Одно ее присутствие казалось делало все краски немного ярче. Ее глаза манили, а белоснежная улыбка очаровывала. Она носила длинное изумрудно-зеленое платье, расшитое пурпурными узорами. Всё это создавало образ неземной красоты.

Мэн Хао вышел, и они вместе расположились за столом.

Не прекращая улыбаться, она посмотрела на Мэн Хао, ее глаза засияли ярче, хотя сложно сказать, было ли это нарочно или нет.

"Собрат Даос, могу я узнать твое имя?" — спросила она с едва уловимой улыбкой. Ее мелодичный голос, похожий на пение птиц, ласкал уши.

"Мэн Хао", — произнес он невозмутимо, даже не пытаясь скрываться. Рассматривая девушку перед ним, он мог сказать только одно: её Культивация была невероятной. Где-то на начальной ступени Возведения Основания.

"Мэн... — Хань Бэй на секунду не сдержала удивления. Она внимательно изучила его лицо, после чего рассмеялась. — Так ты Собрат Даос Мэн. Вот соглашение. Будь любезен поставь отпечаток большого пальца. После этого ты получишь Пилюлю Сита Земли. В дальнейшем, если ты выполнишь все условия, названные в соглашении Сектой, то получишь еще одну". Она подняла свою изящную ручку, ее запястье оплетал изумрудно-зеленый браслет. Из него вырвалась вспышка света и в руке девушки возник бумажный свиток, который она протянула Мэн Хао.

Лицо юноши оставалось бесстрастным, его взгляд надолго задержался на браслете, но в итоге он принял свиток. Осмотрев его, Мэн Хао приложил большой палец к бумаге, тем самым приняв условия. Хань Бэй всё это время не спускала с него глаз. Когда с формальностями было покончено, она достала нефритовую шкатулку размером с ладонь и поставила на стол.

"Вот твоя Пилюля Сита Земли. Учти, пилюлю нельзя использовать днем. Всё-таки её полное название Пилюля Лунного Сита Матери Земли. Когда ты примешь её, она испьет лунный свет".

Она улыбнулась, поднялась на ноги и уже было собралась уходить, но Мэн Хао остановил её вопросом: "Мы не встречались раньше?"

Она удивленно повернулась: "Не припомню, чтобы видела тебя раньше Собрат Даос Мэн".

"Прости, — сказа он и нахмурился, словно о чем-то глубоко задумавшись, — обознался".

Хань Бэй рассмеялась, кивнув напоследок, она превратилась в луч света и исчезла. Пока она летела обратно ее улыбка сменилась задумчивым выражением лица.

Мэн Хао взял шкатулку с пилюлей Сита Земли. Вернувшись в свои апартаменты, он открыл ее. Внутри лежала целебная пилюля размером с кулак младенца, ее белую поверхность покрывал слой воска. Несмотря на это в нос Мэн Хао ударил насыщенный аромат целебных трав вместе с волной духовной энергии.

"На самом деле мне хватит и одной пилюли. Но я не могу просто взять и проглотить её, нужно сначала проверить подлинная эта пилюля или подделка". Он убрал нефритовую шкатулку и погрузился в медитацию.

Вскоре опустилась ночь. Высоко на ночном небосводе висела луна, всё было тихо. Снаружи горы Мэн Хао бесшумно появилась расплывчатая фигура. Выглядела она крайне чудно, походя на шевелящийся кусок шкуры. Вблизи можно было разглядеть лицо фигуры, она носила тоже лицо, что и человек с болезненно-желтоватым лицом, который недавно погиб.

Глаза расплывчатой фигуры буквально светились в темноте. Она рассматривала окрестные горы, пока её взгляд не остановился на горе Мэн Хао. Во вспышке света фигура устремилась прямиком к резиденции Мэн Хао.

Пока она летела к дому на вершине горы, Мэн Хао, который сидел, скрестив ноги, и медитировал, внезапно вскинул голову. Его глаза ярко сверкнули.

Глава 144. Тень В Толпе

Мэн Хао холодно хмыкнул. Хлопком руки по сумке ИньЯнь он беззвучно извлек два деревянных меча, а с помощью талисмана стал невидимым.

В этот момент тень с болезненно-желтоватым лицом долетела до вершины горы. Вся растительность на пути тени увядала, словно что-то высосало из нее всю жизнь. Каменная дорожка превратилась в прах, казалось всю гору взял в кольцо Ци Смерти. Однако люди снаружи не имели об этом ни малейшего понятия.

Достигнув резиденции Мэн Хао, тень прошла сквозь стену второго этажа.

Так она и зависла в воздухе, ее пустые глаза поблескивали в лунном свете. От незваного гостя исходила демоническая аура. В полной тишине тень с болезненно-желтоватым лицом зловеще оглядел апартаменты на втором этаже.

Мэн Хао так и не сдвинулся со своего места. Он сидел, скрестив ноги, невидимый для глаз странной тени. Конечно же он узнал ее, вот только выглядел теперь этот человек странно, что-то неправильное было в том, как он выглядел. Мэн Хао вспомнил об отчаянных воплях, которые доносились с соседней горы прошлой ночью. С той горы, где остановился человек с болезненно-желтоватым лицом.

Половина мозаики уже сложилась в голове Мэн Хао.

"Это мертвец, которого превратили в марионетку, или может кто-то применил на нем искусство Духовной Куклы, чтобы взять под контроль..." Внезапно его тело сверкнуло, и он переместился на три метра в сторону.

Прогремел взрыв, и мебель, на которой он только сидел, превратилась в пепел. Глаза человека с болезненно-желтоватым лицом странно сверкнули, и он рванул на Мэн Хао, словно мог его видеть.

Мэн Хао сорвал талисман невидимости, поднял правую руку и сложил пальцы в заклятие. Два деревянных меча устремились на нападавшего, который даже не попытался уклониться. Оба деревянных меча пробили фигур насквозь, оставив после себя две зияющих дыры, правда крови почему-то не было. Всё выглядело так, словно человек с болезненно-желтоватым лицом внутри был совершенно пуст, как будто от него осталась только кожа.

Если бы проблема была только в этом, тогда не было бы причин для беспокойства. Но тут две дыры в его теле начали сливаться воедино. Они превратились в гигантскую пасть, которая неожиданно вырвалась из тела человека с желтоватым лицом и бросилась на Мэн Хао, явно намереваясь сожрать его.

Выражение лица Мэн Хао не изменилось. Он отступил назад и сложил пальцы в заклинание. Один взмах руки и Огненный Дракон с ревом возник в комнате и рванул к нападавшему. Тень даже не попыталась увернуться, вместо этого она набросилась и пожрала Огненного Дракона.

Когда она повернула свою голову к Мэн Хао, её рот исказила жуткая улыбка. И тут она рванула к Мэн Хао.

Мэн Хао нахмурился, выставив вперед руки, обе его ладони формировали заклинания. Появилось целый рой летающих мечей. В мгновение ока они разбились, превратившись в облако железных осколков, и полетели вперед с огромной скоростью. Словно ураган, облако летело навстречу тени с желтоватым лицом. Одновременно с этим два деревянных меча, источая ауру бритвенной остроты, пошли на второй заход на это странное существо. Оба удара пришлись прямо в голову. Почти сразу же Мэн Хао швырнул в нее черную сеть.

С треском град железных осколков сумел почти напополам разорвать нападавшего, деревянные мечи по-прежнему торчали из его головы. Но фигура... несмотря на чудовищные раны, остатками своего лица смотрела на Мэн Хао и улыбалась тем, что осталось от ее рта. Она еще раз попыталась броситься на него, но черная сеть держала крепко. Тело существа задрожало, словно пыталось протиснуться сквозь просветы в сети.

Она источало странную силу притяжения, отчего второй этаж заходил ходуном, словно в любой момент тень всосет в себя весь этаж.

"Не могу его убить... потому что это существо на самом деле не живое. Не удивительно, что оно смогло прикончить столько Практиков стадии Возведения Основания".

Нахмурив лоб, Мэн Хао наблюдал, как незваный гость шатаясь шел в его сторону, глаза существ горели холодным светом. Мэн Хао указал правой рукой на землю и исполнил заклинание.

“Заклинание Демонов… Восьмой Заговор, Запечатывание Плоти!" — он поднял руку и указал на изломанную фигуру перед ним.

Все здание, да что там, вся гора задрожала. На самом деле это не было дрожью, а всего-лишь иллюзией. Что действительно дрожало, так это тело и палец Мэн Хао. Для Мэн Хао весь мир словно застыл. А затем начали появляться множество призрачных образов мира, один поверх другого. Дом и гора были там всего-лишь иллюзией, что до тени, у неё тоже появился призрачный образ.

Впервые улыбка на лице тени сменилась удивлением и недоверием. Из ее рта уже было собирался вырваться пронзительный крик, как призрачные образы мира обрушились и сковали ее. Она больше не могла пошевелиться.

В этот момент Мэн Хао двинулся вперед. Большим пальцем он рассек подушечку среднего, капля крови превратилась в Кровавый Палец. Это была одна из техник вытравленная в памяти Мэн Хао Наследием Кровавого Бессмертного, одна из трех способностей не требующая использование маски.

Однако для этой техники требовалась очень мощная Культивация. Немного предварительно потренировавшись Мэн Хао теперь мог пользоваться Кровавым Пальцем. Однако он до сих пор не мог применить Кровавую Ладонь и Кровавый Мир Смерти.

В любом случае, впервые за десятки тысяч лет Южный Предел лицезрел Кровавый Палец. По природе своей очень могучая техника. Если учесть, что в формации Наследия Кровавого Бессмертного Мэн Хао освоил навык фокусировки мощи своей Культивации, эта атака пальцем с мощью трех Совершенных Дао колонн Совершенного Основания заставит содрогнуться даже Детей Дао различных Сект.

Мэн Хао подошел и коснулся средним пальцем лба странной тени и провел им вниз. Из глотки тени вырвался пронзительный визг, а тело ее затрясло. Меж глаз существа появилась широкая кровавая рана, которая тянулась вниз где-то на тридцать сантиметров. Наружу вырвалась целая волна серого Ци. Внезапно тело качнулось и бросилось на улицу со всей возможной скоростью.

Не мешкая, Мэн Хао устремился в погоню. Стояла настолько удушающая тишина, что Мэн Хао невольно замер. После секундного размышления он вернулся в свои покои и хлопнул по своей бездонной сумке. Достав талисман удачи, он отправил внутрь немного Духовного Сознания и облегченно вздохнул. Он еще работал. Решив пока не телепортироваться куда подальше из этого странного места, он холодно выглянул в окно. Ни ветра, ни шелеста листьев, никаких признаков движения. Если что-то начнется, он сможет сбежать в любой момент.

Время шло. Внезапно со стороны гор по соседству донесся душераздирающий вопль. Следом второй, а потом и третий, за ним четвертый и наконец пятый!

Трое из них были учениками Секты Черного Сита, которые находились неподалеку и просто не успели спрятаться. Они истошно вопили пока из их тел высасывали плоть и кровь, в конце концов на земле остались только безжизненные мешки кожи.

Неспокойная ночь.

Множество Практиков стадии Возведения Основания держались насторожено, Секта Черного Сита выслала еще больше учеников Секты. Только к рассвету всё более-менее успокоилось. Большинство видели изломанную тень, которая безжалостно убила учеников Секты Черного Сита, а также двух Практиков стадии Возведения Основания. В конце концов Старейшина Секты Черного Сита разобрался со странной тенью. Для большинства Практиков это стало ответом на все их вопросы.

Следующие несколько дней все было спокойно, больше никаких загадочных убийств Практиков. Постепенно обсуждения этих кровавых убийств сошли на нет.

Прошло шесть дней, как Мэн Хао прибыл в Секту Черного Сита, всё это время он не ослаблял бдительность. Но больше незваных гостей не было. На рассвете седьмого дня зазвонили колокола, звон услышали все, кто находился в регионе Десяти Тысяч Гор, в том числе все Практики стадии Возведения Основания.

"Собратья Даосы Южного Предела, — прогремел голос, — вы получили обещанные Пилюли Сита Земли, теперь пришел черед вам выполнить свою часть уговора. Если вы поможете Секте Черного Сита добыть нужный нам предмет, мы щедро вознаградим вас Пилюлями Сита Земли!"

С гор, где жили Практики стадии Возведения Основания, вылетело множество лучей радужного света. Мэн Хао присоединился к ним, он покинул гору и завис в воздухе, холодно взирая на окружающих его Практиков.

Тысячу Гор Секты Черного Сита покинули дюжины лучей радужного света и взмыли вверх. Вместе с ними в воздух поднялось множество черных Фэншуй компасов, каждый из которых достигал в диаметре тридцати метров. На каждом компасе стоял всего один человек. Четверо носили халаты Даосов Секты Черного Сита и были на стадии Конденсации Ци. Остальные находились на стадии Возведения Основания.

Ученики стадии Конденсации Ци очень смущались и нервничали, словно хотели быть где угодно, но только не здесь. Однако они не могли противиться приказам Секты. Это были ученики Внешней Секты с совершенно заурядным скрытым талантом. Учеников с более высоким скрытым талантом Секта не отправила бы.

Вскоре десять трёхсотметровых пурпурных Фэншуй компасов вылетело с Сотни Гор Секты Черного Сита. На каждом, скрестив ноги, восседал Практик. Одной из них была девушка по имени Хань Бэй. Среди остальных девяти Практиков в пурпурных халатах, сидящих на компасах, попадались как женщины, так и мужчины. Все были в приподнятом настроении. Очевидно они являлись Избранными Секты.

Они поднялись в небо и зависли в воздухе. Вдалеке от них появились три золотых Фэншуй компаса шириной три тысячи метров. На каждом сидело по одному человеку. Двое мужчин и одна женщина. Помимо Старейшины Чэнь, двое остальных были людьми средних лет с холодным выражением лица. Сила стадии Создания Ядра волнами расходилась от этой троицы, это сразу же привлекло внимание всех собравшихся.

Следом за тремя золотыми Фэншуй компасами появился еще один поменьше. Пурпурного цвета триста метров в диаметре. На нем сидел старик в пурпурном халате, черная родинка на его лице слегка портила его внеземной облик. Выглядел он весьма свирепо. С его появлением всё вокруг словно потемнело.

Но внимание Мэн Хао привлек не этот старик. Позади него на огромном Фэншуй компасе ехали сотни Практиков. Среди них в одиночестве стояла женщина.

Как только его взгляд остановился на ней, Мэн Хао сразу же вспомнил ту ночь под луной много лет назад. Он как сейчас видел, как она повернулась и посмотрела на него, мог даже припомнить сказанные тогда слова: "Я была в Мастерской Пилюль Культивации. Ту Пилюлю Красоты, что ты мне подарил, купил не ты".

Старшая Сестра Сюй.

Глава 145. Древний Путь Меж Гор!

«Патриарх Пурпурного Сита!»

«Ни за что бы не подумал, что нас возглавит сам Эксцентрик стадии Зарождающейся Души Секты Чёрного Сита – Патриарх Пурпурное Сито. Я слышал, как народ болтал про его невероятно смертоносную ауру! В прошлом, когда Патриарх только оформил свою Зарождающуюся Душу, он в одну ночь уничтожил сразу три Секты, весь Южный Предел тогда об этом только и говорил!»

«По слухам Секта Чёрного Сита побывала в этом опасном месте уже пять раз. И каждый раз они оставляли там людей для охраны. Сегодня шестая попытка. Только посмотрите сколько они собрали людей! Эта Секта такая невероятно могущественная, неудивительно, что она является одной из пяти Великих Сект Южного Предела».

Мэн Хао слушал, как вокруг него разговаривают люди и чувствовал давление, исходящее от старика в пурпурном халате. Однако Мэн Хао смотрел не на старика, а дальше, на гигантский, девять тысяч метров в диаметре, жёлтый Фэншуй компас, который летел в его сторону. А точнее на девушку, стоящую среди сотен Практиков.

В длинном чёрном платье, с очень бледным, почти без кровинки, лицом. Из-за этого, её и без того прохладный нрав, стал ещё холоднее. Однако… Глядя на неё, Мэн Хао знал, что пытается этим скрыть хрупкость своего сердца.

«Старшая Сестра Сюй… – пробормотал Мэн Хао, вперив в нее взгляд. Наконец-то он смог облегчённо вздохнуть. Ведь теперь они нашли друг друга. Вот только они были одновременно так близко и одновременно так далеко...

Именно в этот момент Мэн Хао нахмурил брови. Он заметил стоящую рядом со Старшей Сестрой Сюй миловидную девушку, вот только наперекор ее внешне игривому характеру, в ее глаза издевательски блестели. Казалось она за что-то отчитывала Старшую Сестру Сюй, которая понурив голову, не смела возразить. Отчего её лицо стало ещё бледнее.

Глаза Мэн Хао холодно заблестели.

На огромном Фэншуй компасе, помимо Старшей Сестры Сюй, ехало ещё несколько сотен учеников Секты. Их Культивация была различна, но было совершенно очевидно, что они – самые обычные ученики, а не Избранные Секты. На этом Фэншуй компасе находилась огромная иссиня-чёрная статуя человека с голым торсом и крыльями за спиной. Крылья были наполовину раскрыты, отчего статуя выглядела очень необычно.

Ещё более странным было то, что голову статуи венчала очень высокая шляпа, которая выглядела неуместно. И всё бы ничего, но при дальнейшем осмотре с помощью необыкновенного Духовного Сознания, Мэн Хао с удивлением обнаружил, что это была не просто безжизненная статуя. Она дышала! И с каждым вдохом она высасывала Ци из сотен учеников Секты Чёрного Сита, которые стояли вокруг неё.

Мэн Хао сузил глаза, многие ученики, находящиеся на том Фэншуй компасе, пребывали в отличном настроении, очевидно, не подозревая о том, что с ними делала статуя.

На десятиугольном пурпурном Фэншуй компасе восседал благородный и элегантный на вид молодой человек. Он встал и с улыбкой заговорил с группой гостей-Практиков, среди которых был и Мэн Хао.

«Собратья Даосы, полагаю, что многие из вас уже знают меня. Моё имя Се Цзе из Секты Чёрного Сита».

Мэн Хао узнал голос, который до этого уже до этого слышал.

«Думаю, лишь немногие из вас, Собратья Даосы, знают о сегодняшнем путешествии, – сказал он с улыбкой, – по пути я всё вам объясню! Пожалуйста, следуйте за мной!»

Вдруг, пурпурный Фэншуй компас, на котором стоял этот человек, увеличился в размерах, пока не достиг трёх тысяч метров в диаметре, а затем полетел в сторону группы Практиков. Мэн Хао и остальные приглашённые Практики стадии Возведения Основания, казалось, думали каждый о своем. Тем не менее, они все, как один, превратившись в лучи радужного света, полетели к пурпурному Фэншуй компасу. Среди около ста приглашённых Практиков, большинство из них, как и Мэн Хао, находились на начальной стадии Возведения Основания. Было еще восемнадцать человек на средней стадии, а позднюю представляли всего лишь три человека.

Из этих трёх одним был старик, с которым прибыл Мэн Хао. Вторым был свирепо выглядящий мужчина, облаченный в белый халат, он испускал пугающую ауру. У него не было бороды, даже его кадык был очень мал. Однако, его окружала сильная смертоносная аура.

Последним Практиком была пухлая девушка с заурядной внешностью. Однако её окружала мощь Культивации поздней стадии Возведения Основания, из-за чего все относились к ней с почтением. Все трое приземлились на пурпурный Фэншуй компас Се Цзе. Сам Се Цзе проявил к ним намного больше уважения, чем к другим, подозвав к себе.

Мэн Хао, оглядывая вольных Практиков стадии Возведения Основания, заметил в неподалеку Лу Тао в компании роскошно одетой девушки с тайной встречи. Ещё внимание Мэн Хао привлёк человек, который находился на ранней стадии Возведения Основания и безобидно топтался среди других Практиков. Точнее, внимание Мэн Хао привлёк его Ци, который он не мог описать. Это Ци походило на смрад, который обычно исходит от гниющего трупа.

Похоже, что никто больше не заметил этого, и спустя какое-то время Мэн Хао задумался об информации, которую узнал из Нефрита Заклинания Демонов. Он также вспомнил колющий сердце Ци, который почувствовал в Секте Чёрного Сита.

Фэншуй компас завибрировал под ногами, а затем полетел вперёд. И вместе с другими Фэншуй компасами Секты Чёрного Сита, они превратились в радужные лучи света, быстро полетев вперёд.

Они направились в сторону Сотни Гор Секты Чёрного Сита.

Мэн Хао стоял неподвижно и молчал. Любой, кто смотрел на него, видел лишь начальную стадию Возведения Основания. Кроме Лу Тао, никто его не заметил. Даже Старшая Сестра Сюй. Её лицо было печальным, будто бы она размышляла о собственном будущем.

Как только Фэншуй компасы приблизились к центру Сотни Гор, нити дыма, исходящие от огромной курильницы, начали извиваться над сектой. Слой за слоем, они переплетались, образовав огромное кольцо дыма.

Как только кольцо из дыма было завершено, пространство внутри него пошло рябью. Мэн Хао наблюдал, как главный Фэншуй компас вошёл в это кольцо, а после бесследно исчез. Когда в кольцо влетел пурпурный Фэншуй компас, на котором стоял Мэн Хао, его глаза заблестели. Вскоре все Фэншуй компасы с Практиками оказались в кольце, после чего дымовое кольцо развеялось, и Секта Чёрного Сита пришла в норму. За пределами Сотни Гор тут же появился барьер. Барьеры также поднялись вокруг Тысячи Гор и Сотни Тысяч Гор. Теперь вся Секта была запечатана столь надежно, что никто не мог ни выйти, ни войти.

Примерно в то же время, когда Секта Чёрного Сита была запечатана, из разных мест начало появляться Божественное Сознание, прочёсывая всю Страну Чистых Небес. Это было Божественное Сознание различных Сект Южного Предела, которые пытались выяснить, что происходит в Секте Чёрного Сита.

Из-за различных соглашений между ними и Сектой Чёрного Сита, они не имели права вмешиваться.

Тем временем над Фэншуй компасом раздался голос Се Цзе: «Братья Даосы, нет причин для паники. Это одно из величайших сокровищ Секты Чёрного Сита, Отлитая Небесами Курильница. В древние времена на ней были вырезаны руны, пронзающие пустоту, сделав её переносящим порталом.

«А что касается того, куда ведёт портал, то боюсь, что никто из не бывал в этом месте. Даже я сам точно не знаю…»

Сразу после переноса люди недовольно зашумели, объяснение Се Цзе быстро всех утихомирило.

Мэн Хао холодно осмотрелся. Похоже, что их окружал мрак с вкраплениями точек света, которые напоминали звёзды. Снаружи — пустота без какого-либо источника света. Только благодаря свечению от Фэншуй компасов можно было разглядеть людей, стоящих на них. Впереди, один за другим, летели другие Фэншуй компасы. Большинство учеников Секты Чёрного Сита, медитируя, сидели в позе лотоса. Лишь группа Избранных на пурпурном Фэншуй Компасе замерли, вглядываясь в темноту. Ещё дальше, трое Эксцентриков на стадии Создании Ядра похоже о чем-то переговаривались с помощью Божественного Сознания. Еще дальше самый сильный из них, Патриарх Пурпурного Сита, сидел с закрытыми глазами подобно изваянию.

Старшая Сестра Сюй молча сидела среди сотен учеников Секты Чёрного Сита. Статуя, стоящая в толпе учеников, казалось растворилась во мраке этого тёмного мира. Призрачные образы перекликались с ней, они делали статую еще более причудливой.

На Фэншуй компасе Се Цзе, старик в сером халате, один из Практиков поздней стадии Возведения Основания, сдвинув брови, спросил: «Собрат Даос Се, ты сказал, что ранее уже несколько раз бывал в здесь. И ты всё ещё не знаешь, как описать место нашего назначения…?»

Се Цзе, казалось, задумался на мгновение, а затем, оглядев толпу в нерешительности, всё же произнес: «Ну, я немного знаю о пути, которым мы сейчас идём. Как правильно догадался Собрат Даос Ту, это путь, по которому Практики в древние времена путешествовали к звёздам для сбора чужеземных Духовных Линий . Это путь меж Гор!»

Все Практики вокруг в изумлении уставились на Се Цзе, а затем начали оглядываться, словно намереваясь запечатлеть увиденное в своей памяти.

«Но это ненастоящий путь меж Гор, – сказал Се Цзе, наслаждаясь реакцией Практиков, – лишь Бессмертные могут ступить на истинный путь, а мы лишь находимся на одном из вспомогательных дорожек, на одном из сотен ручьев, что впадает в Млечный Путь. Тем не менее, по этому пути самостоятельно нам не пройти, вот почему нам требуется сила Отлитой Небесами Курильницы Секты Чёрного Сита. Она позволит нам безопасно пройти этой дорогой».

Выяснилось, что это не истинный путь меж Гор, но лишь одно из ответвлений. Но даже так, чтобы открыть его, потребовалась мощь великой Секты. Обычная Секта ни за что не смогла бы повторить нечто подобное.

Се Цзе обвёл глазами толпу и остановился на Мэн Хао, и немного нахмурившись, сказал: «О, а ты должно быть Собрат Даос Мэн. Прошу, присядь со мной».

На самом деле, он с первой минуты обратил внимание на Мэн Хао. Ещё перед отбытием три Патриарха стадии Создания Ядра лично поручили ему приглядывать за ним. Он не знал и никак не мог понять почему трое Патриархов стадии Создания Ядра обратили своё внимание на какого-то с начальной стадией Возведения Основания. Се Цзе улыбнулся Мэн Хао, но его улыбка не была искренней. Он не испытывал теплых чувств к Мэн Хао и назвал его имя лишь чтобы посеять семя раздор между Практиками. Возможно, что так он сможет разузнать что-нибудь о Мэн Хао. Всё вышло, как и задумывалось, от его слов все окружающие Практики обратили внимание на Мэн Хао. Многие, не стесняясь, его разглядывали.

Лицо Мэн Хао оставалось бесстрастным, словно происходящее его мало заботило. Он прекрасно понимал, что его действия той ночью обязательно привлекут чьё-то внимание. Это было неизбежно. Услышав слова Се Цзе, Мэн Хао слегка кивнул: «Мое место меня устраивает. Моя Культивация слаба и незначительна, чтобы сидеть рядом со столь могучими людьми».

Конечно же трое эксцентриков Создания Ядра, которые переговаривались с помощью Божественного Сознания, заметили это. Но они стали вмешиваться. Они не до конца понимали какими необычными способностями обладает Мэн Хао. Именно поэтому Глава Секты Чёрного Сита распорядился понаблюдать за ним.

Се Цзе едва уловимо улыбнулся и уже хотел было сказать что-то ещё, как тут все Фэншуй компасы затряслись, а после и вовсе остановились. Магический свет, исходящий от компасов, мгновенно погас. Трое эксцентриков Создания Ядра переменились в лице. Впервые с начала их пути могущественный Патриарх Пурпурного Сита открыл глаза. Они лучились величием и осторожностью.

И тут в сознании всех Практиков прогремел его древний голос: «Тишина!»

На всех словно опустилась неосязаемая печать, заставившая всех умолкнуть. Во мраке вокруг них внезапно вспыхнул красивый, пятицветный сгусток света. Перед ними появилась огромная медуза десятки тысяч метров в длину. Ее бесчисленные щупальца мягко извивались, а её полупрозрачное тело медленно колыхалось. Её свечение ударило в глаза всем присутствующим.

Внутри тела медузы отчетливо виднелся полуразложившийся труп. Похоже, что медуза наполовину уже его переварила.

Глава 146. Это Наивысшая Мука .

Меж бровей трупа зияла дыра, которая грани её были полностью замерзшими. Словно даже, если всё тело истает, это место будет существовать вечно.

Все остолбенело смотрели на медузу, которая медленно пролетала мимо. Её длинные щупальца проплыли среди Фэншуй компасов, а затем начали удаляться в черноту. Наконец Патриарх Пурпурное Сито негромко вздохнул. Встав, он сложил ладони и низко поклонился удаляющейся медузе.

А затем, его древний голос медленно заполнил всё пространство вокруг: «Это был Предок из третьего поколения Секты Чёрного Сита. Его Культивация находилась на пике стадии Поиска Дао. Когда он попытался обрести Бессмертие, Патриарх Клана Ван подло атаковал его. В итоге, Предок не смог достичь бессмертия, провалившись на этот путь. В тот год между нашей Сектой и Кланом Ван завязалась кровопролитная война, которая продлилась три тысячи лет. В конечном счете баталии стихли, однако, будучи учениками Секты Чёрного Сита, вы должны помнить этот печальный фрагмент истории своей Секты».

По лицам многих учеников Секты Чёрного Сита было понятно, что они впервые слышат об этом. Когда они слушали, их глаза ярко сверкали. Мэн Хао с замиранием сердца проводил взглядом гигантскую медузу.

Вскоре их группа продолжила путь. Больше им не попадались странные феномены, на вроде гигантской медузы. После двух дней полета Фэншуй компасы вдруг засветились ослепляющим светом, их свет исчез в одном из ответвления пути меж Горами.

Мэн Хао увидел невероятный, бескрайний горный хребет. Всё вокруг было серым, и насколько хватало глаз, не было видно и следа растительности. Словно путь, уводящий куда-то, вдалеке виднелось огромное ущелье. По обеим сторонам ущелья тянулись крутые скалы, уходящие вниз так далеко, что невозможно было разобрать дна.

Удивительно, но за пределами ущелья в позе лотоса сидело несколько сотен бледных и потрёпанных Практиков. Из них сорок-пятьдесят носили разные наряды, явно не одежда учеников Секты Чёрного Сита. Это была группа приглашённых Практиков стадии Возведения Основания, которые прибыли задолго до группы Мэн Хао.

Обе группы обменялись взглядами.

Остальные Практики были учениками Секты Чёрного Сита. Когда они заметили группу Патриарха Пурпурного Сита, их лица заметно оживились. Когда они все поднялись на ноги из толпы вышла красивая женщина средних лет в элегантном наряде. Она буквально источала зрелую грацию, хотя лицо ее выглядело немного бледным.

Увидев Патриарха Пурпурное Сито, она облегченно выдохнула и кивнула. Женщина не заметила Мэн Хао, но он её узнал. Именно она несколько лет назад увела с собой Сюй Цин Из Секты Покровителя.

«Вместе с Патриархом Пурпурное Сито теперь у нас два Практика стадии Зарождающейся Души, — подумал Мэн Хао. — что это за место такое? Это точно Обитель Богов?»

Мэн Хао на мгновение задумался, а затем хлопнул по сумке ИньЯнь. Достав талисман удачи, он послал в него немного своей духовной энергии. Талисман по-прежнему мог перенести его отсюда в любой момент, отчего его тревога слегка поутихла. Ведь одной из причин, почему он решился отправиться в Секту Чёрного Сита, была именно способность телепортации талисмана удачи. Этот предмет попал ему в руки из личной коллекции Патриарха Покровителя, один этот факт вселял определенную уверенность, даже если сам он еще ни разу им не воспользовался.

Краем глаза Мэн Хао заметил, стоящую в большой группе Практиков, Сюй Цин. Она хмурила лоб, а в это время над ней издевалась игривая девушка. Мэн Хао нахмурился. Он ясно видел, что Старшая Сестра Сюй была несчастна. Он окинул взглядом игривую девушку, в его глазах вспыхнуло холодное пламя.

В этот момент Патриарх Пурпурное Сито встал. Фэншуй компас под его ногами уменьшился в размерах. Он подошел к красивой женщине, и они начали негромко о чём-то говорить. Во время их беседы лицо Патриарха Пурпурное Сито скривилось. Всё обсудив, они вместе направились к ущелью

Следом все ученики Секты Чёрного Сита оставили свои Фэншуй компасы и превратились в лучи радужного света, отправившись к ущелью. Практики, сидящие в позе лотоса за пределами ущелья, тоже поднялись на ноги и полетели следом.

Се Цзе сложил ладони перед вольными Практиками: «Дамы и господа, прошу за мной».

Фэншуй компас под ним начал уменьшаться. Все словно бы обдумывали, что им дальше делать, однако, никто из них не отступил. Держа свои мысли при себе, группа Практиков превратилась в лучи радужного света и полетела к ущелью.

Когда Мэн Хао медленно летел вперёд, его лицо оставалось невозмутимым. Позади группа Сюй Цин тоже пришла в движение. Вот только Сюй Цин ещё не достигла стадии Возведения Основания, потому не могла лететь по-настоящему, вместо этого, она летела на каком-то разноцветном тумане.

Мэн Хао немного замедлился. Се Цзе внезапно обернулся и посмотрел на Мэн Хао. Его глаза сверкали подобно молниям. Казалось он собирался что-то сказать, но его опередила, подлетевшая к Мэн Хао девушка.

«Собрат Даос Мэн, мы снова встретились».

Девушка носила длинный пурпурный халат. Красивая и очаровательна, ее улыбка демонстрировала белоснежные зубы. Приблизившись, она продолжила лететь рядом с Мэн Хао.

«Ах, Собрат Даос Хань», – произнёс Мэн Хао после кивка. Это была та самая девушка, что несколько дней назад принесла ему Пилюлю Сита Земли.

Группа, насчитывающая около тысячи человек, со свистом влетела в ущелье. По обе стороны от них высились крутые скалы. Никто не мог разглядеть дна, словно у ущелья его вовсе не было.

«Собрат Даос Мэн, — внезапно заговорила Хань Бэй своим мягким голосом, — твои манеры изысканы и отточены. Похоже ты родом из необычайной семьи. Неужели ты присоединился к нам только лишь из-за Пилюли Сита Земли?»

Когда Мэн Хао посмотрел на неё, его глаза сверкнули: «Боюсь, я не понимаю, о чём ты говоришь, Собрат Даос Хань».

К этому моменту, их группа довольно сильно углубилась в ущелье. Скалы по обе стороны уже начали становиться чёрными. И вдруг камни начали блестеть.

Прежде чем Хань Бэй смогла что-то сказать Мэн Хао, окружающие Практики возопили: «Это же… кристальные скалы!»

«Что это за место? Так много кристаллов! Они даже лучше Духовных Камней высокого качества!»

Некоторые Практики подлетели к кристальным скалам, явно намереваясь отколоть себе немного. Однако стоило им ударить по скале, как из их ртов вырвался животный рев, когда их тела начали высыхать. Их жизненная сила, плоть и кровь была высосана в мгновение ока, а они сами и их бездонные сумки превратились в прах. В местах, где они ударили по скале, теперь, появилось ещё больше кристаллов, которые таинственно мерцали.

От этой сцены глаза Мэн Хао сузились. Окружающие их вольные Практики невольно втянули полную грудь воздуха. Что же до учеников Секты Чёрного Сита, они даже не обратили на это внимания. Видимо, они знали, что может сделать кристальная скала.

«Собрат Мэн, – многозначительно улыбнулась Хань Бэй, – за тобой наблюдают. Будь осторожен. Кстати… твоя фамилия действительно Мэн?» Прежде чем он успел ответить, она улетела.

Внезапно по ущелью прокатился ужасающий рёв. Он заполнил собой всё вокруг, отчего все задрожало. А потом неожиданно стих. Мэн Хао нахмурил брови, глядя в след улетающей Хань Бэй. Впереди он увидел огромную каменную дверь, которую пытались разбить Патриарх Пурпурного Сита и красивая женщина средних лет. Однако каменная дверь не поддавалась. Даже будучи разбитой на куски, она восстанавливалась благодаря какой-то неведомой силе.

В стороне от каменной двери Мэн Хао увидел еще одну группу из двухсот Практиков, сидящих в позе лотоса. Когда они поднялись на ноги вперед вышел бледный юноша с жемчужиной в руке. Её мягкое сияние похоже замедляло восстановление каменной двери.

«Младший Лю У приветствует Патриархов», – когда юноша заговорил, Патриарх Пурпурное Сито и красивая женщина пробились через дверь, после чего они взмахом рукава еще сильней замедлили восстановление двери.

Следом за ними группа из тысячи Практиков, включающая Мэн Хао, быстро проскользнула через образовавшееся отверстие. Не имело значение, хотели ли они идти вперед или нет. Трое эксцентриков стадии Создания Ядра позади не позволят никому убежать.

Путь за каменной дверью был еще более странным. Там стояли четыре таких же двери, которые нужно было уничтожить. За каждой из которых находилась группа учеников Секты Чёрного Сита.

С продвижением группы, Мэн Хао становился всё настороженней. Очевидно Секта Чёрного Сита не первый раз исследует это место. На самом деле всё выглядело так, словно они делают это уже довольно долго.

«Эти каменные двери похожи печати. Это место…» — Мэн Хао смотрел вперёд, нахмурив брови. Вдруг он вместе с остальными остановился и уставился вперед на огромную черную дверь. Эта была не из камня, а из какого-то странного сияющего черным светом металла. Обе створы были утоплены в кристальную скалу. На самой двери находилось громадное лицо, судя по закрытым глазам, оно спало.

Когда появилась группа Практиков закрытые глаза внезапно распахнулись, лицо разинуло пасть и взревело, что всё вокруг задрожало. Даже Патриарх Пурпурное Сито не выдержал и у него изо рта брызнула кровь.

Тоже произошло с Мэн Хао и остальными. Брызнувшая кровь Практиков соединилась в единый поток, который вобрало в себя огромное лицо. Сожрав кровь, лица громко срыгнуло.

Голос лица походил на рокот грома: «По приказу моего хозяина, я стою на страже Наивысшей Муки. Вам не войти без медальона… Эй, еще раз, зачем вас сюда принесло?»

Патриарх Пурпурное Сито и красивая женщина, сложив ладони, низко поклонились, на их лицах маска почтения. Патриарх Пурпурного Сита достал бамбуковый тубус, из которого вылетел потрёпанный кусок кожи. При виде куска кожи Мэн Хао сощурил глаза. От кожи исходило похожее ощущение, что и от странной тени, которая недавно хотела прикончить его.

Когда вылетел кусок кожа появился призрачный образ глаза. И этот глаз уставился прямиком на Мэн Хао.

Их взгляды встретились, зрачки Мэн Хао сузились.

Кусок кожи развернулся и поплыл к огромному лицу.

Глава 147. Смотря Друг на Друга

«Вы можете использовать его только один раз», — сказало лицо с зевком.

Пока оно говорило, позади группы людей внезапно раздался яростный вопль. Мэн Хао обернулся и увидел, что странная статуя, которую они взяли с собой внезапно начала таять. В итоге она превратилась в три шара черного тумана, в каждом из которых сидел старик, окруженный Ци Смерти. Те самые старики, что сидели на высокой платформе под Сектой Черного Сита!

Старейшины в черном тумане рванули к лицу на двери. Когда они слились с ним, лицо стало размытым и искаженным, после чего его пасть распахнулась.

Древний голос прогремел: «Быстро внутрь! Мы можем удержать проход столько, сколько горит половина благовонной палочки!»

Голос звучал так словно его владелец находился по другую сторону желтых источников , отчего сердца всех присутствующих затрепетали. Прежде чем кто-либо успел сделать хоть шаг, изо рта выбралась фигура. Ей оказался мужчина средних лет, казалось, что даже его Культивации полыхает огнем. Половина его тела была полностью уничтожена, а торчащее из плоти Алое Ядро было объято пламенем.

С растрепанными волосами, его лицо искажала гримаса безумия. Вырвавшись наружу человек закричал: "Все мертвы! Колонна Тысячи Имен не завершена. Все мертвы! ХА-ХА! Все мертвы…”

“Это же... Старейшина Чжэн!”

"Точно! Он был частью передовой группы. Что с ним приключилось..."

Ученики Секты Черного Сита оживленно загомонили, только они сразу же узнали безумца. Зрачки Се Цзе сузились, выражение лица Хань Бэй тоже изменилось, в ее прищуренных глазах горел странный огонек. Остальные члены Секты Черного Сита отреагировали примерно также.

Мужчина в исступлении нес бред, который эхом разносился по ущелью. Его слова никого не оставили равнодушным. Его истерия поразила всех еще больше. Учитывая торчащее Алое Ядро, он очевидно являлся эксцентриком стадии Создания Ядра. Его жуткое состояние, которое иначе как безумием не назовешь, многим дало понять, что их может ждать впереди. Вопли безумца продолжали разноситься эхом по ущелью, особенно слово "мертвы", которое он повторил три раза. Словно невидимый молот, это слово обрушилось на сердца всех Практиков.

Учеников Секты Черного Сита эта сцена не так задела, как остальных. Как никак они знали об этом месте гораздо больше, чем Мэн Хао и остальные вольные Практики. Пополнив ряды, их группа прошла еще через одну дверь, теперь их уже было около двухсот человек. На лица всех и каждого тяжело было смотреть. Будто безумный эксцентрик стадии Создания Ядра набросил на всех неосязаемую тень смерти.

Пока безумец причитал, глаза Патриарха Пурпурное Сито сверкнули ярким светом. Он приблизился к Старейшине Чжэн и поднял руку. Весь цвет неожиданно пропал из мира, а Старейшина Чжэн бросился на Патриарха Пурпурное Сито будто растеряв остатки самоконтроля. Патриарх Пурпурное Сито хлопнул ладонью по макушке безумца. Хлопок был такой силы, что все невольно вздрогнули. Тело обезумевшего Старейшины Чжэн задрожало, а глаза внезапно прояснились. Пламя, объявшее Алое Ядро, начало угасать.

Ему вернулся рассудок, но прежде чем он успел что-то сказать, Патриарх Пурпурное Сито холодно хмыкнул и взмахнул рукавом. Поднялся черный ветер, который подхватил Старейшину Чжэн и отшвырнул прочь.

"Что за бредни! Поскольку ты — Старейшина, я сохраню тебе жизнь. Вернись в Секту и в качестве наказания ты будешь заперт на сто лет для уединенной медитации!"

Патриарх Пурпурное Сито действовал быстро и эффективно. Когда он поднял руку еще раз, Мэн Хао и остальные вольные Практики почувствовали невероятное давление, отчего сердца в их груди учащенно забились.

"Вольные Практики — произнес он невозмутимо, — вы получили целебную пилюлю моей Секты и подписали соглашение. Мы прибыли в Обитель Богов. К сожалению, внутри всё нестабильно, эта нестабильность несовместима с высокой Культивацией. Если вы добудете указанные предметы, то сможете обменять их на Пилюли Сита Земли. Возьмите эти нефритовые таблички". Давящая аура заполонила всё вокруг. Взмахом рукава он послал двум сотням вольных Практиков нефритовые таблички.

"Нет смысла отрицать, там опасно, но это место не смертельная ловушка. Всё-таки многие ученики нашей Секты пойдут с вами. Поэтому повода для беспокойства нет", — пока он говорил, красивая женщина средних лет равнодушно оглядывала толпу. Оба они вполне могут обойтись без прямых угроз, учитывая их Культивацию, никто не посмеет им и слово поперек сказать.

Мэн Хао молча убрал талисман удачи обратно в бездонную сумку. Вольные Практики вокруг тоже хранили молчание. Сложно было сказать, что у этих людей сейчас на уме. Они были теми, кто сумели достичь стадии Возведения Основания будучи свободными Практиками без принадлежности к какой-либо Секте. Быть может среди них и затесалось несколько глупцов и простаков, но большинство из них были весьма хитры и расчетливы. Они добровольно пришли сюда несмотря на риск, движимые только собственной выгодой.

Семь-восемь человек во вспышке полетели к черной двери. Влетев в пасть, они сразу же исчезли. Остальные довольно быстро потянулись следом.

Бубня себе что-то под нос, Мэн Хао посмотрел на Патриарха Пурпурное Сито и красивую женщину средних лет. Позади их толпы стояли эксцентрики стадии Создания Ядра, они молча взирали на происходящее с непроницаемыми лицами.

"Старшая Сестра Сюй похоже в беде. Раз уж я здесь, то не могу просто закрыть на это глаза", — решительно прошептал Мэн Хао.

Он вместе с дюжиной Практиков превратились в лучи радужного света и полетели к черной двери. На полпути к цели он обернулся и посмотрел на Се Цзе с его притворной улыбкой. Там же находилась красавица Хань Бэй и другие избранные Секты Черного Сита. Вдалеке в толпе стояла бледная Сюй Цин. Когда Мэн Хао посмотрел на нее, Сюй Цин внезапно задрожала и удивленно посмотрела на него. На ее лице промелькнуло удивление.

Спустя столько лет Мэн Хао сильно изменился, но она тотчас его узнала. Ведь именно она привела его в Секту Покровителя, сделав его тем самым своим Младшим Братом. Именно он подарил ей Пилюлю Красоты той ночью под луной. Сцены из прошлого замелькали перед глазами Сюй Цин. Воспоминания о днях минувших, отчаяние, все это слилось воедино в ее сердце, как во сне.

Взгляды обоих встретились. Их разделяла тысяча людей, но несмотря на расстояние, они были не так уж далеко друг от друга. На самом деле они были очень и очень близки друг к другу.

Мэн Хао одарил ее теплой улыбкой. Главная причина почему он прибыл в Секту Черного Сита была увидеться с ней, со старым другом. И теперь, он увидел её, а она его. Он повернулся и исчез в пасти лица на черной двери. Словно потеряв что-то, Сюй Цин внезапно почувствовала пустоту в сердце. Неосознанно она сделал шаг вперед, но было уже слишком поздно. Мэн Хао исчез. В ее сердце нарастали чувства, которых она сама не понимала. Снаружи Сюй Цин сохраняла холодную маску.

Обычно никто не мог тронуть ее сердце, она ревностно оберегала его. И вот, по непонятной причине ее затопила радость, а когда Мэн Хао исчез, ей показалось, что она чего-то лишилась. Ей редко доводилось испытывать нечто подобное, и даже когда такие чувства возникли Сюй Цин всеми силами старалась их подавить. Но только не сегодня, эти чувства нельзя подавить.

"Эй, я с тобой разговариваю, потаскуха! — рявкнула игривая девушка, стоящая рядом с ней. — Хочешь притворяться глухой, пожалуйста, -— ядовито процедила она, — но ты ведь не думаешь, что сможешь от меня спрятаться? "

"Пфф! — рассмеялась она холодно. — В прошлый раз ты была ранена. Если бы Старший Брат Чжао не попросил Младшую Сестру Хань спасти тебя, ты бы уже давно кормила червей там, внутри. И вместо благодарности ты стала еще более замкнутой! Это всего лишь девственность, чего ты так уперлась? Ну ты и дура!"

Игривая девушка посмотрела на миловидное и одновременно холодное лицо Сюй Цин и зловеще улыбнулась. Чем сильней в ней полыхала зависть, тем сильней она хотела, чтобы Сюй Цин стала такой же, как она.

Сюй Цин повернулась и посмотрела на человека, который изводил ее все эти годы. Медленно, делая ударение на каждое слово, она сказала: "В тот день в Обители Богов именно твой ненаглядный Старший Брат Чжао нарушил правила. Именно он чуть меня не погубил. Старшая Сестра Хань помогла мне не по просьбе Старшего Брата Чжао, а потому что она схватила мою бездонную сумку, а с ней и меня".

Ее спина прямая, а выражение лица донельзя серьезное. Эту свою часть характера она обычно держала в тайне от остальных учеников. Игривая девушка никак не ожидала, что Сюй Цин после стольких нападок решится ей возразить. Она уставилась на нее не мигая, после чего расхохоталась.

"Посмотрите-ка, потаскуха умеет дерзить, — насмешливо ответила она, — Старший Брат Чжао уже обо всем договорился. В этот раз тебе не сбежать. А когда он возьмет твою девственность, будь уверена, я буду стоять рядом и наблюдать. Ты еще скажешь мне спасибо".

Практики вокруг них начали подниматься в воздух и отправляться к черной двери. Со вспышкой Сюй Цин запрыгнула на разноцветный туман и тоже полетела вперед.

Игривая девушка со смехом последовала за ней. Но тут она заметила впереди человека в пурпурном халате. Когда их взгляды встретились ее губы сразу же растянулись в улыбке.

Красавчик в пурпурном халате был молод с Культивацией начальной ступени Возведения Основания. Он едва заметно кивнул, и оба перевели взгляд на Сюй Цин, только вот глаза мужчины горели скрытым желанием.

Это был тот самый человек, о котором постоянно упоминала игривая девушка.

Старший Брат Чжао.

Глава 148. Взрывоопасная Ситуация

Когда все прошли черную дверь, огромное лицо начало искривляться. От лица отделились три туманных фигуры, которые превратились в трех высохших стариков. Они выглядели так словно, только что выбрались из могилы. Без колебаний они направились к статуе, в которой прибыли сюда. Вокруг них клубилась густая, разъедающая черная аура.

"Что случилось? — спросило лицо. — А ладно. В любом случае вы не можете войти без удостоверяющего предмета!"

По лицу на секунду промелькнуло замешательство, после чего его глаза прояснились, и оно взвыло. В ущелье осталось всего одиннадцать человек. Помимо Патриарха Пурпурное Сито и красивой женщины средних лет, оставшиеся девять имели Культивацию стадии Создания Ядра. Не обращая внимание на вой, они сели в позу лотоса и закрыли глаза. В тоже время их пальцы делали магические пассы . В центре группы из девяти человек появился и завис в воздухе плод женьшеня. Плод был полупрозрачным и буквально искрился. Внутри он бурлил, словно хранил в себе удачу самих Небес. Духовный Фрукт изгибался в такт с вращением Культивации девяти Практиков, выглядело так, словно из него начали вырастать голова, руки и ноги. Патриарх Пурпурное Сито и красивая женщина стояли поодаль, не спуская глас с Духовного Фрукта.

"Я была там один раз, — сказала женщина мрачно, — но не прошло и тридцати вдохов, как некая странная сила вышвырнула меня оттуда. Даже с Божественным Сознание я не смогла обнаружить предмет. Остается надеяться только на Башню Сотни Духов. Она не завершена до конца, надеюсь в этот раз их хватит".

Патриарх Пурпурное Сито, помолчав немного, невозмутимо ответил: "Я лично подготовил этот Духовный Женьшень. С формой Женьшеня мы сможем остаться внутри в течение горения одной благовонной палочки. Всё готово. Со слов Лидера Секты и Патриархов еще один провал, и мы откроем Обитель Богов для всех. Мы воспользуемся мощью всего Южного Предела и переплавим предмет из легенд. Всё-таки для Практиков вроде нас этот предмет — единственная надежда, помимо Пещеры Перерождения!"

Красивая женщина после небольшой паузы сказала: "В этом случае нам придется поделиться. Даже если Секта Черного Сита осуществит переплавку, чем больше людей мы привлечем, тем меньше шанс, что до нас дойдет очередь... Меня это не так сильно заденет, но тебе и остальным будет непросто".

"Верно. Даже если придется пожертвовать учениками нашей Секты, в этот раз мы обязаны добиться успеха!" В его родинке появились вкрапления пурпурного цвета, придавая ему весьма свирепый облик.

* * *

Мир вокруг кружился, отчего даже трудно было определить где верх, где низ. Вскоре мутная круговерть начала рассеиваться.

Сверху нависало темное густого синего цвета небо, земля под ногами выглядела, как чернозем. Всюду зеленела растительность, покрывая холмы, что высились вдалеке. Между гор змеей тянулась широкая река, журчание воды доносилось даже сюда. Такая картина предстала перед Мэн Хао, когда он оказался внутри. Рядом никого не было, он остался один.

"Немаленькое место..." — сказал он, взглянув на небо. В лучах закатного солнца небо окрасилось в красивый красный цвет. Более того, тщательно осмотревшись, Мэн Хао обнаружил в небе признаки невидимой луны.

"Встреча нашей группы по поиску Трактата о Безжалостном Времени будет в месте, где солнце и луна пересекают друг друга".

Глаза Мэн Хао сверкнули, он пошел вперед, на ходу превратившись в луч радужного света.

"Здесь еще должна быть какая-то Башня Сотни Духов. Для чего она, интересно?" — у Мэн Хао возникло дурное предчувствие.

В пути он сразу проверил свой талисман удачи в сумке ИньЯнь. После проверки его Духовным Сознанием ему стало чуточку легче. С каждым разом он все больше и больше проникался любовью к своему талисману удачи.

"Неудивительно, что Патриарх Покровитель хранил талисман в своей личной коллекции. Он может перенести меня даже отсюда. Этот талисман настоящее сокровище, которое может вытащить меня из любой переделки. Старшая Сестра Сюй зашла сразу за мной, кто знает куда дверь перенесла людей из Секты Черного Сита. Их перенесли всей группой или как нас, вольных Практиков, разбросало случайным образом? Второй вариант маловероятен. В любом случае лучше бы мне побыстрее ее найти".

Его глаза свирепо полыхнули, стоило ему только подумать об игривой девушке и ее издевательском смехе над бледной Сюй Цин. В думах о ней он достал нефритовую табличку Секты Черного Сита. После добавления Духовного Сознания он увидел список. Изучив его немного, он отозвал Духовное Сознание, после чего раздавил нефритовую табличку. После этого Мэн Хао отправился на поиски Старшей Сестры Сюй.

Вскоре наступила ночь, на потемневшем небе медленно поднялась луна. В темноте Мэн Хао с небольшого холма заметил впереди древние руины. Именно в этот момент луна скрылась в облаках, отчего руины стали едва различимы. Судя по их виду, они были невероятно древними, словно стояли здесь множество веков. Мэн Хао не покидало ощущение, что давным-давно на этом место стоял оживленный город. Теперь половина его была погребена под землей. Видимые на поверхности здания казалось готовы рассыпаться в любую секунду. Этой лунной ночью развали выглядели как никогда одиноко. Ветер, дувший сквозь руины, принес с собой странный звук: тихий шепот бессчетного числа людей. Мэн Хао не сумел разобрать, о чем они говорят, но голоса звучали крайне причудливо.

Рядом с руинами высилась каменная стела. Буквы на ней давно истерлись, остался лишь покрытый трещинами камень. Он внимательно осмотрел ее и уже было собрался уходить, как вдруг выражение его лица резко изменилось. Облака рассеялись. В лунном свете Мэн Хао увидел что-то в трещинах каменной стелы. Внутри извивалась золотая похожая на лиану веточка. На ней росли листья, которые прикрывали маленький, размером с большой палец, фрукт. Он узнал его из описания в нефритовой табличке, которую недавно раздавил: это был один из предметов, которые требовались Секте Черного Сита — Лунокаменный Фрукт.

Мэн Хао спокойно сел, скрестив ноги, и начал рассматривать его своими холодными глазами. Спустя совсем немного времени из леса неподалеку выскочила фигура. Ей оказался мужчина средних лет с Культивацией на начальной ступени Возведения Основания. Он в мгновение ока достиг каменной стелы и попытался вытащить Лунокаменный Фрукт.

Как только его пальцы коснулись фрукта, холодный свет вырвался из каменной стелы. Новоприбывший Практик невольно попятился от удивления. Холодный свет превратился в несколько лучей, каждый из которых устремился на наглеца.

Раздалось несколько хлопков, мужчина закашлялся кровью. Он пытался справиться с удивлением в надежде организовать хоть какое-то сопротивление и спасти себя. Но прежде чем ему это удалось его тело задрожало и внезапно его голова упала с плеч. Из каменной стелы вылезли золотые лианы и схватили обезглавленное тело. Одна из лиан пронзила плоть и словно начала поглощать что-то. Как и следовало ожидать, спустя пару вдохов от Практика остался высохший остов.

Мэн Хао наблюдал за происходящим со стороны. Но даже после кровавой сцены он продолжал сидеть в тишине, лишь его глаза ярко сверкали.

"Что поглотили лианы?" — подумал он.

Под пристальным взглядом Мэн Хао каменная стела зарябила и из нее вышел мрачный юноша в пурпурном халате. Его Культивация находилась на пике средней ступени Возведения Основания очень близко к поздней ступени. Его руку обвивала толстая лиана, которая больше походила на щупальцу, чем на растение. Юноша одним своим видом внушал страх.

Мэн Хао уже видел его раньше. Он был одним из учеников Секты Черного Сита, который путешествовал с его группой. Кажется он принадлежал к числу Избранных и летел он на пурпурном Фэншуй компасе.

Юноша даже не взглянул на высохший труп на земле, вместо этого он поднял голову и посмотрел на том место, где сидел Мэн Хао. Когда их взгляды встретились, глаза юноши сверкнули. Их разделяли всего несколько сотен метров. Они сверлили друг друга взглядом несколько вдохов, после чего юноша побежал вперед и в прыжке превратился в луч радужного света, который устремился к Мэн Хао.

Тем временем неподалеку от того места бледная Сюй Цин пыталась бежать. Разноцветный туман под ее ногами был на грани распада. За ней по пятам следовал Старший Брат Чжао из Секты Черного Сита и игривая девушка по фамилии Сюэ. Губы Чжао растянулись в улыбке. Он вместе Сюэ неторопливо преследовал Сюй Цин.

"Младшая Сестра Сюй, только удача помогла тебе сбежать в прошлый раз, — произнес он. Он был красив, этот человек по имени Чжао, — вот только в этот раз я заплатил Старшему Брату Се. Он в тайне приказал всем ученикам, что увидят тебя немедленно сообщить мне. Не прошло и пары часов, а я уже нашел тебя, чудесно, да?"

Его смех достиг ушей Сюй Цин, отчего ее без того бледное лицо стало еще бледнее. Она стиснула зубы, не говоря ни слова, она выжимала из разноцветного тумана всю возможную скорость. Вот только не важно насколько быстро мог лететь туман, Чжао находился на стадии Возведения Основания, поэтому сбежать от него она не могла.

"Младшая Сестра Сюй, ты должна быть польщена, что Старший Брат Чжао обратил на тебя свой взор. Мне мой первый раз тоже не понравился, но сейчас все хорошо. Просто сдайся и всё наладится", — игривая девушка никак не отреагировала, когда руки Чжао начали бродить по ее телу. Она лишь рассмеялась.

"Я не хочу всё усложнять, — сказал Чжао, пламя в его глазах становилось всё сильней, — я просто хочу твою девственность. Если ты согласна у меня есть Пилюля Возведения Основания. Я считаю это весьма достойная цена. Если продолжишь упорствовать, тогда не обижайся, если я возьму тебя силой".

Он поднял палец и направил вперед порыв ветра. Он налетел на Сюй Цин и поднял полы ее халата, обнажив бледную кожу. Сюй Цин вздрогнула, из уголков ее рта струйкой потекла кровь. Тем не менее она стиснула зубы и продолжила лететь вперед.

Молодой человек по имени Чжао захохотал. Когда он еще раз поднял руку, глаза его затуманивала страсть.

Глава 149. Жажда Убийства!

Мэн Хао со своего холма спокойно наблюдал за несущимся на него юношей в пурпурном халате. На подходе тот вызвал порыв ветра и семь-восемь щупальце-подобных лиан, каждая толщиной с питона. На конце каждой лианы поблескивал ряд острых зубов.

Средняя ступень Возведения Основания он сам был на начальной ступени Возведения Основания, правда с Совершенным Основанием. Даже не зная ни одной техники стадии Возведения Основания, он обладал бескрайним Ядром морем еще с тех пор, как был на стадии Конденсации Ци, всё благодаря Духовному Трактату. К тому же он взошел на стадию Возведения Основания после достижения великой завершенности Конденсации Ци.

С таким солидным фундаментом за спиной во время турнира за Наследие Кровавого Бессмертного Мэн Хао очень изменился. Боевое мастерство его Культивации достигло таких высот, что он смог схлестнуться с Ли Даои, который имел статус Дитя Дао Ли Клана. Не важно, что поединок не кончился победой Мэн Хао, всё-таки ему удалось отрубить противнику руку. С любым другим Практиком без статуса Дитя Дао Мэн Хао разобрался бы в два счета. По достижению средней ступени Возведения Основания он без труда сможет сразиться с любым из Детей Дао различных Сект и Кланов. В этом ключе упоминать кого-то вроде Избранного средней ступени Возведения Основания бессмысленно.

Юноша в пурпурном халате с холодной улыбкой источал сильную кровожадную ауру. Мэн Хао поднялся, объятый темной ночью, с неба на него падал лунный свет. С безмятежным выражением лица, впрочем, как и всегда, он поднял руку и рассек ногтем подушечку пальца. Он неспешно пошел вперед и, как только юноша в пурпурном халате оказался в зоне досягаемости, взмахнул рукой. Выглядело это как совершенно случайный жест.

Вместе с движением пальца поднялся мощный ветер. Лицо юноши в пурпурном халате исказила гримаса, в его прищуренных глазах вспыхнуло недоверие. Внезапно мир перед его глазами накрыла красная пелена, это была не иллюзия, всё по-настоящему! Вокруг красный цвет и одинокий окровавленный палец летит прямо на него.

Лианы, обвитые вокруг его руки, начали извиваться и распахнули свои пасти. Готовые пожрать все на своем пути они внезапно начали пронзительно шипеть. Их затрясло, не успев покрыть последние тридцать метров до Мэн Хао, они превратились в лужи крови. Кровь превратилась в барьер, который окружил юношу в пурпурном халате. Казалось, что все это происходит медленно, но на само деле все произошло со скоростью вылетающей искры из кремня.

Из горла юноши вырвался отчаянный крик. Отбросив все попытки атаковать, он начал отступать. Мэн Хао за ним. Один шаг вперед, и Мэн Хао поднялся в воздух и полетел на юношу в пурпурном халате. Он поднял руку и коснулся кровавого барьера указательным пальцем.

"Разбейся". Вслед за словом прогремел взрыв.

Кровавый барьер разбился, лианы на руке юноши разорвало на куски. Пережил всё это только пурпурный с золотом фрукт, он пока подавал признаки жизни. Казалось он молил о пощаде.

“Ты….”

Юноша начал кашлять кровью, его лицо бледное как простыня, а глаза бешено метались в страхе. Впервые в жизни он почувствовал страх. Будучи Избранным Секты Черного Сита, а также учеником в пурпурном халате, его позиция в иерархии Внутренней Секты были весьма высока. Еще никому не удалось превзойти его в боевой магии. Обычно другие старались снискать его расположение. И вот сейчас, глядя в бесстрастное лицо Мэн Хао, все его естество кричало ему о страшной опасности.

В этот решающий момент юноша в пурпурном халате начал делать магические пассы, а затем он взмахнул ладонью перед собой семь или восемь раз. Каждый взмах оставлял за собой рябь в воздухе, которая сгустилась в огромную черную ладонь.

По-прежнему спокойный Мэн Хао открыл рот и выплюнул грозовой туман. Туман с хлопком упал на его ладонь.

С лица юноши в пурпурном халате не сходило отчаяние. Он уже было собрался применить следующее заклинание, как вдруг Мэн Хао возник прямо перед ним. Коленом Мэн Хао ударил прямо в горло, голова юноши зазвенела, а после пришла нестерпимая боль. Руки, которые готовились применить еще одно заклинание безвольно обвисли, а его тело скрутило от боли.

Вся кровь в теле юноши прилила к голове, отчего его некогда красивое лицо теперь выглядело как перезрелый баклажан. Дрожа в страхе, он хотел что-то сказать, вот только что ты скажешь в одном шаге от смерти? Слова так и не покинули его губ. Мэн Хао ногтем рассек кожу между бровей юноши, другой рукой он выполнил несколько странных пассов и надавил.

С громким хлопком тело юноши отлетело назад, словно кукла, которой подрезали нити. Кровь всего его тела, сосредоточенная в его голове, начала фонтаном бить из раны на лбу. Он даже не мог закричать, губы не слушались. Глаза застилала кровь, бьющая из его лба словно из гейзера. Побелевший юноша рухнул на землю, какое-то время подергавшись, он затих. Смерть нашла его.

Его кровь вспыхнула, она превратилась в кровавый пар, который сгустился в каплю размером с ноготь. Капля крови приземлилась в руку Мэн Хао, и он произнес: "Три поколения крови могут создать малое тело. Шесть поколений позволяют оформить полноценное тело. Результат Девяти поколений крови зовется Кровавый Дух или смерть".

Юноша в пурпурном халате почувствовал на себе мощь Трактата Поглощения Духа.

"Владельцы пурпурных халатов — Избранные Секты Черного Сита. Будучи Избранным у него наверняка могущественная линия крови".

Прежде чем убрать ее в сумку, он поднял каплю вверх и еще раз посмотрел на нее. Его взгляд вернулся к трупу на земле. Мэн Хао подобрал бездонную сумку, а также пурпурный с золотом фрукт, который совсем недавно буквально молил о пощаде. Пурпурный с золотом фрукт задрожал в руке Мэн Хао, словно это было живое существо, просящее о пощаде.

"Бесполезные предметы не интересуют Мэн Хао. Что ты умеешь? Покажи!" — с этими словами он бросил фрукт на землю.

Когда он зашевелился, из него начали вырастать лианы. Буквально за десять вдохов около дюжины лиан достигли в длину тридцати метров. Они частично закопались в землю, а потом рванули вверх, раскачиваясь из стороны в сторону в каком-то жутком танце. Эта сцена кого угодно могла повергнуть в трепет.

"Этого недостаточно", — покачал головой Мэн Хао.

Лианы-щупальцы задрожали. Внезапно они согнулись и молниеносно ударили в тело юноши в пурпурном халате. Оно разорвало труп на куски словно переспелый арбуз, а потом сожрало его целиком! Невероятно!

Мэн Хао хмуро наблюдал, как лианы сожрали все тело буквально за несколько вдохов. После этого щупальца задрожали и внезапно на них начали прорастать листья с сияющими магическими символами. Глаза Мэн Хао расширились от удивления. Вскоре листков выросло около сотни, их магически символы покинули лиану и полетели к Мэн Хао. Когда они слились воедино в руках у Мэн Хао оказалась книга из листьев! Полистав ее немного, глаза Мэн Хао ярко засверкали.

Магические символы в каком-то смысле обладали схожей силой с Духовным Сознанием. Судя по всему, они описывали какую-то технику. Она называлась Удар Девятнадцати Черных Туч, именно ей перед смертью попытался воспользоваться юноша в пурпурном.

К сожалению техника была незаконченной, в той части, что попала к Мэн Хао описывалось только пять ударов, у остальных отсутствовали различные мнемотехники. Возможно юноша не до конца освоил эту технику. Сощурив глаза, Мэн Хао некоторое время пристально изучал книгу. С его Совершенными Дао Колоннами разобраться в технике было совсем не трудно. Ему потребовалось некоторое время, чтобы понять причину незавершенности наставления. И дело было не в том, что пурпурные с золотом лианы оказались слишком слабыми.

Несмотря на всё это он был весьма доволен. Если дать лианам время развиться, результат будет совсем другой. Он убрал книгу из листьев и кивнул головой. Взмахом рукава он отправил каплю крови в лиану, заклеймив её. Кровавая печать —техника, которую Мэн Хао случайно нашел в Наследии Кровавого Бессмертного.

Лианы заметались, их цвет постепенно менялся. Вскоре пурпурный цвет сменился бордовым, придавая извивающимся вокруг Мэн Хао лианам Демонический облик. От них исходила Демоническая аура, но ее почти невозможно было обнаружить.

Мэн Хао задумчиво рассматривал лианы, следом его взгляд переместился на бездонную сумку в его руке. В сумке юноши тоже обнаружилось кое-что интересное. Среди нескольких нефритовых табличек его внимание привлекла белоснежная табличка, отправив внутрь немного Духовного Сознания, в его разуме вспыхнула карта.

На карте двигалось множество белых точек...

Помимо белых точек на карте еще были отмечены серые точки, большинство из которых тоже двигались.

"Это..."

Довольно быстро он нашел на карте свое местоположение, и тут его внимание привлекло место не очень далеко от того, где он находился. Три белые точки: одна впереди, две неотступно следовали за ней. Похоже первую точку преследуют!

Сердце юноши забилось. Послав Духовное Сознание в первую из трех точек, в его разуме сразу возник образ бледной Сюй Цин. С закусанной губой она бежала вперед что есть мочи.

Как только он увидел ее, в нем подобно вулкану вспыхнула жажда убийства. Одним из преследователей оказалась та игривая девушка, вторым красавчик по фамилии Чжао.

От этой сцены от тела Мэн Хао потянуло ледяной стужей, а его глаза засияли холодным светом. Лианы, словно почувствовав намерение хозяина, тоже начали испускать кровожадную ауру.

Без колебаний Мэн Хао превратился в луч радужного света и полетел навстречу Сюй Цин. Лианы, зарывшись в землю, последовали за ним.

Глава 150. Простота

Чжао Чжаньхэ был весьма доволен собой. Одной рукой он держал Сюэ Юньцуй, а второй скоро будет сжимать мягкие формы Сюй Цин. Его губы растянулись в грязной улыбке.

Взмахом рукава он вызвал порыв ветра, который поднял полы платья Сюй Цин и громко расхохотался. Один вид такой одновременно своенравной и слабой Сюй Цин возбуждал его. Продолжая погоню, он один за другим посылал в девушку порывы ветра, с каждым разом все сильнее повреждая ее платье. Она закусила губу и продолжила бежать. Постепенно все чувства заменило одно — отчаяние.

Заигрывание Сюэ Юньцуй и резкие ответы Сюй Цин только раззадоривали Чжао Чжаньхэ. Ему некуда было спешить. В этот раз Сюй Цин вряд ли повезет, как в прошлый раз. Ей не сбежать, поэтому он решил насладиться медленным процессом ее поимки. Нет ничего лучше подобного развлечения. Его возбуждала слабость его жертвы. Чем больше она сопротивлялась, тем хуже ей будет, когда он ее поймает.

"Сюй Цин, я положил на тебя глаз с первого твоего дня в Секте Черного Сита, предупредил всех. Почему ты думаешь все эти годы тебе никто не докучал? Однако, ты по-прежнему не видишь моих добрых намерений! Похоже тебя не учили, что за добро надо отплатить добром. Поэтому не обессудь, если я буду безжалостен", — от души расхохотался он.

В Секте он бы еще подумал стоит ли пойти против правил, особенно при большом количестве свидетелей. Но здесь некого бояться. К тому же его статус ученика Конклава Секты Черного Сита был даже выше чем у членов Внутренней Секты. Пожелай он что-то устроить среди собратьев учеников, он был в своем праве.

Один из Патриархов Чжао Клана являлся Старейшиной Секты Черного Сита. К тому же несколько сотен лет назад член Клана Чжао достиг стадии Зарождения Души и стал Патриархом Секты, после чего он отправился медитировать в уединении и так и не вышел. Из-за Патриарха со стадией Зарождения Души Клан Чжао с Сектой Черного Сита связывали крепкие узы.

На самом деле статус ученика Конклава не имел никакого отношения к скрытому таланту Чжао. Только он из всей Секты с его непримечательным скрытым талантом смог достичь стадии Возведения Основания. Всё благодаря помощи Патриарха стадии Создания Ядра и нескольких Пилюль Возведения Основания. Достигнув стадии Возведения Основания, Чжао Чжаньхэ был весьма доволен собой. Он вырос в Секте, если не считать нескольких людей, с которыми лучше не связываться, никто не смел ему перечить. Если он хотел ветра, он получал ветер. Коли возжелал дождя, получал и его.

В Чжао Клане каждое поколение рождало двух сыновей. В другой ветви Клана Чжао у него был двоюродный брат Чжао Биньу. Как и он, Чжао Биньу тоже принадлежал к Конклаву учеников. Его скрытый талант в несколько раз превосходил Чжао Чжаньхэ, поэтому Клан не скупился на его развитие. Чжао Чжаньхэ всё прекрасно понимал и не соревновался с ним. Вместо этого он погрузился в мир удовольствий. Ни одна из учениц Секты не могла ему отказать. Даже если она не хотела, кто её спрашивает? Патриархов мало заботил такой порядок вещей. В крайнем случае всё это было ради расширения Клана. Если ученица забеременеет, ее положение изменится в лучшую сторону.

Все эти факторы в совокупности сделали из Чжао Чжаньхэ избалованного принца Секты. Во внешнем мире о нем и слыхом не слыхивали, но в Секте у него была определенная репутация.

"Посмотри, показались звезды. Уже совсем скоро. Звезды станут свечами на нашей свадьбе, а это место будет комнатой для новобрачных. Что скажешь?" — со смехом он послал еще один порыв ветра в Сюй Цин.

Ее тело задрожало, а изо рта брызнула кровь. В действительности Чжао Чжаньхэ внимательно следил за количество выпущенной духовной энергии, боясь её случайно убить.

Внезапно разноцветный туман под ее ногами распался на части, и Сюй Цин рухнула вниз. Со смехом Сюэ Юньцуй подскочила к ней, схватила за волосы и прижала к земле. Сюй Цин не могла даже вырваться, силы оставили ее. Несмотря на бледное, изнуренное лицо ее глаза сверкнули словно льдинки, когда она посмотрела на Чжао Чжаньхэ, который медленно приближался, на ходу снимая халат. В порыве отчаяния она попыталась прикусить язык, но Сюэ Юньцуй сжала ее челюсть.

"Ну-ну, Младшая Сестра Сюй, не надо. Если хочешь покончить с собой подожди пока Старший Брат Чжао с тобой не закончит", — смеялась Сюэ Юньцуй, несмотря на ласковый голос, ей не удалось скрыть яда в голосе.

"Так-то лучше", — рассмеялся Чжао Чжаньхэ, благодарно глядя на Сюэ Юньцуй.

Он провел ладонью по ее щеке, отчего глаза девушки засверкали. Похоже его одобрение ее возбуждало. Чжао Чжаньхэ окинул взглядом Сюй Цин, прижатую к земле Сюэ Юньцуй. Его взгляд скользнул по ее гибким формам, и он рассмеялся.

"Если я заставлю тебя принять целебную пилюлю, и ты не будешь сопротивляться, это лишит меня половины удовольствия. Поэтому обойдемся без пилюли".

Его халат был полностью развязан. Сюй Цин дрожала, по ее щекам текли слезы. Она не могла сопротивляться, Культивация Сюэ Юньцуй была выше её. К тому же погоня оставила девушку почти без сил. В этот раз, похоже, сбежать не выйдет.

Холодность ее лица сменилась горьким отчаянием. Ее глаза потухли. Ей на секунду показалось, что она видит Секту Покровителя и Мэн Хао, стоящего на Восточной Горе. Она подумала о Горе Дацин и юном ученом, который пытался спустить вниз по скале лиану. День их первой встречи. Она тихо стояла у него за спиной, пока он судорожно пытался найти подходящую лиану. Она наблюдала, как он сбросил ее вниз, и слышала, как люди внизу что-то лепетали про Бессмертных. В тот день смертный ученый не показался ей столь уж интересным. Хотя она и взяла его с собой. Она вспомнила пораженные взгляды толпы, когда Мэн Хао подарил ей целебную пилюлю... и как он посмотрел на нее прежде чем исчезнуть в пасти черной двери.

"Похоже это конец..." — слезы ручьем текли по ее бледным щека. Она не могла унять дрожь и страх в своем сердце. День, когда она покинула Секту Покровителя, стал последним счастливым в ее жизни. А теперь, видимо, всему пришел конец.

Будучи еще маленькой девочкой, она поняла, что была не очень умна, а иногда весьма глупа. Вот почему она научилась скрывать всё это холодной улыбкой. Холодностью и немногословностью она всё это время скрывала свой не очень яркий ум, к тому же это делало мир вокруг проще. Ей не нравилась сложность, которой она не понимала. Сюй Цин больше по душе был мир и покой. Она всем сердцем любила заниматься Культивацией в одиночестве. Так она наблюдала, как летят годы, отливы и приливы в море жизни, возвращаясь к приятным воспоминаниям из прошлого. В этом была вся она. Сюй Цин — холодная оболочка и простое сердце.

Она очень старалась не плакать. Ее тело дрожало, и она закрыла глаза. Она не хотела смотреть на Чжао Чжаньхэ с его чудовищной силой. Будучи простым Практиком стадии Конденсации Ци, в ее Секте счастье было недосягаемой роскошью. Она не могла сопротивляться... неспособная даже умереть.

Когда девушка закрыла глаза Сюэ Юньцуй рассмеялась и тихо прошептала ей на ухо: "Сопротивляться бесполезно, поэтому просто закрой глаза. Именно так поступила я много лет назад. Если хочешь винить кого-то, вини свою холодность и жалкую Культивацию..."

Смех Чжао Чжаньхэ эхом разнесся по округе. Взмахом рукава он вызвал розовое сияние. Оно накрыло все в радиусе тридцати метров, создав своего рода мерцающий, розовый барьер. Барьер полностью скрыл их троицу. Снаружи это место выглядело совершенно непримечательно.

В то время, как барьер раскрывался, яркий луч света стрелой летел по ночному небу. В его центре находился, пылающий холодной яростью Мэн Хао. Он прибыл на место в мгновение ока и окинул взглядом окрестности. Он сдвинул брови, место выглядело совершенно заурядно, ничего странного. Он уже собрался было лететь дальше, как его глаза сверкнули. Он сверился с нефритовой табличкой и заметил, что точки Сюй Цин и тех двоих пропали.

Не зная причины, в его сердце начало расти беспокойство. Он посмотрел вниз и взмахнул рукавом. Тридцатиметровый Огненный Дракон рванул вниз. С грохотом он ударился об землю, подняв целое облако пыли. Однако в одном тридцатиметровом участке пыль не поднялась. На фоне кружащей в воздухе пыли это было особенно заметно.

Чжао Чжаньхэ под барьером улыбался, как довольный кот. Облизнув губы, он уже собирался приступить к Сюй Цин, как вдруг снаружи прогремел взрыв. Он сдвинул брови и прищурился. По лицу Сюэ Юньцуй мелькнуло удивление. Её реакция была молниеносной. Почти инстинктивно она выхватила острый клинок и приставила к горлу Сюй Цин. Всё потому, что она уже видела этого юношу в черном халате ученого. Его глаза кровожадно светились, когда он поднял руку, она отчетливо увидела окровавленный палец. Он коснулся им барьера и взрыв сотряс всё вокруг. Юноша выплюнул грозовой туман и ударил им о розовый барьер.

Очередной взрыв сотряс небо и землю. Барьер не выдержал такого напора и с треском разбился. Будучи в пучине отчаяния, Сюй Цин всё-таки решилась открыть глаза. Она не мигая уставилась на разрушенный барьер. За его пределами стоял человек, его жажда убийства была почти осязаемой. Позади него копошился клубок бордовых лиан!

Он походил на Бессмертного Смерти, который покинул желтые источники подземного мира, дабы нести смерть и разрушения. При его приближении мощный порыв ветра сотряс всё вокруг.

"Вы двое... жить надоело?!" — вероятно Мэн Хао не смог бы вложить в эту фразу больше ярости и гнева, даже если бы захотел. Его слова, подобно рёву, ударили им в уши, словно послание из самой преисподней!

“Мэн Хао…” — прошептала Сюй Цин с улыбкой.

Ее улыбка была лишена ее обычной холодности, это была простая улыбка. Простая и счастливая улыбка.

Глава 151. Я Сама Это Сделаю

Гнев Мэн Хао казалось передался бордовым лианам. Они бились в каком-то диком исступлении. Пыль в воздухе скрывала фигуру Мэн Хао. Его халате ученого выглядел слегка блекло. Длинные черные волосы развевались на ветру, а раскаленная добела ярость и жажда убийства вздымались подобно огромной волне. Смертоносная аура резко контрастировала с обычным поведением Мэн Хао.

Его покрасневшие от гнева глаза видели всё: беспомощность Сюй Цин, ее горечь и отчаяние, ее бледную красоту и простую улыбку, озарившую ее лицо. Эта улыбка ответила Мэн Хао на все вопросы.

Мэн Хао любил её. Любовью юности, которая возникает, когда юноша заглядывается на красивую девушку. Простой любовью. После роспуска Секты Покровителя их разлучил мир. Но теперь они вновь встретились. Годы разлуки не казались столь уж большим сроком, они пролетели подобно сну.

"Семь или восемь лет назад ты была холодной, как лед, молодой девушкой, той ночью в лунном свете принявшая мой подарок — Пилюлю Красоты. Теперь спустя столько лет мы снова встретились, несмотря на бледность лица ты улыбаешься. Семь или восемь лет назад я был ученым; человеком, который сбросил с горы Дацин бутыль. Ты никогда не узнаешь, какое обещание я оставил на послании внутри. Спустя столько лет вот он я, моя жажда убийства всколыхнет сами Небеса. Мой жизненный путь не так уж длинен, но он его устилают кости Практиков. Семь или восемь лет..."

Для смертных многое может измениться за столько лет. Для Практиков семь или восемь лет не очень длинный срок, хотя с другой стороны все Практики начинают свой путь со смертного. Мэн Хао больше не походил на юного ученого, которым был восемь лет назад, но воспоминания о тех днях живы до сих пор. Они навсегда останутся с ним.

Он посмотрел на Сюй Цин и улыбнулся. Его улыбка была теплой и счастливой, словно он повстречал старого друга. Улыбка погасла, когда взгляд Мэн Хао остановился на дрожащем Чжао, тот с распахнутым халатом никак не могу унять дрожь в коленях.

Чжао Чжаньхэ глаза Мэн Хао казались острыми клинками, которые вонзились в его глаза. Этот чудовищный взгляд словно бы проникал в самые глубины его разума, отчего даже в голове Чжао задрожал. Сквозь его плоть и кровь, добравшись до его костей, он пронзил его меридианы Ци. Взгляд достиг Дао Колонн, покрытых трещинами, его очевидно Расколотого Основания. Дао Колонны задрожали, словно от одного взгляда Мэн Хао они могли рассыпаться на куски. У Чжао Чжаньхэ мороз пробежал по коже.

"Собрат... Собрат Даос, почтенный, меня зовут Чжао Чжаньхэ — ученика Конклава Секты Черного Сита. Собрат Даос…" — заплетающимся языком лепетал он.

Может он и был избалованным принцем, но точно не дураком. Розовый барьер был сокровищем, которое мог разрушить только Практик поздней ступени Возведения Основания. Однако Мэн Хао с начальной ступенью Возведения Основания расправился с ним за два удара.

Он чувствовал на себе леденящую и кровожадную ауру Мэн Хао. Настолько интенсивную ауру он не видел ни разу в жизни.

"Твоя фамилия Чжао? — произнес Мэн Хао спокойно, сделав шаг вперед. — Я только что убил кого-то с такой же фамилией. Его звали Чжао Биньу".

Мэн Хао узнал имя своей жертвы из удостоверяющего медальона, который валялся в его бездонной сумке.

Мэн Хао сделал всего один шаг, но Чжао Чжаньхэ казалось, что тот наступил прямо на его сердце. Его сердце, готовое вырваться из груди, пронзила странная, нестерпимая боль.

Только сейчас до Чжао Чжаньхэ дошли слова Мэн Хао. Внутри у него словно что-то взревело, а его тело затрясло. Неосознанно он сделал шаг назад. Взгляд Мэн Хао нес с собой невероятную давящую ауру. Голова Чжао Чжаньхэ закружилась, тело отказывалось ему повиноваться. Столкнувшись с Мэн Хао, его Культивация полностью перестала действовать, она не могла выдать ни капли силы.

Это был давящий гнет!

Мэн Хао излучал всю мощь своих Совершенных Дао Колонн, те создавали такое чудовищное давление, что могли разрушить Дао Колонны любого Практика стадии Возведения Основания! Врожденная способность Совершенного Основания. Поскольку Совершенное Основание соперничало за духовную энергию с Небесами, оно обладало способностью испускать давящий гнет на Культивации всех на стадии Возведения Основания!

Мэн Хао сделал еще один шаг. Лицо Чжао Чжаньхэ стало мертвенно бледным. В уголках его рта показалась кровь, глаза юноши бешено забегали.

"Собрат Даос... давай... давай всё обсудим..." — с трудом выдавил он, но Мэн Хао сделал третий шаг. Когда нога обрушилась на землю, душа Чжао Чжаньхэ содрогнулась, а сам юноша начал кашлять кровью. Его Дао Колонна не могла выстоять под чудовищным напором Мэн Хао. Внезапно ее пересекла огромная трещина!

За ней вторая, потом третья, пока сеть трещин не покрыла всю Дао Колонну. Вся кровь отлила от перекошенного лица Чжао Чжаньхэ. Несмотря на дрожь он собирался с силами, чтобы как-то отбиться от незнакомца, но тут Мэн Хао сделал четвертый шаг, этот шаг был наполнен мощной жаждой убийства.

В эту секунду рев внутри Чжао Чжаньхэ достиг крещендо. Его сердце на секунду прекратило биться, все его внутренние органы замедлили работу, Дао Колонна трескалась, пока внезапно... не разбилась!

Дао Колонна разбилась!

Из глотки Чжао Чжаньхэ вырвался леденящий кровь вопль, первый и последний в его жизни. Он начал кашлять кровью, а потом его плоть начала высыхать и блекнуть. По лбу его пепельно-бледного лица градом катил пот. Тело юноши неожиданно двинулось, но всё что он смог сделать, так это попятиться назад.

Прежде чем он смог сбежать, Мэн Хао сделал пятый шаг и оказался прямо перед Чжао Чжаньхэ. Он ударил коленом, но только не в горло Чжао Чжаньхэ, а между ног!

Хрусь, хрусь!

Резкая боль согнула Чжао Чжаньхэ пополам. Не обращая внимание на его вой, Мэн Хао схватил человека на земле за горло и сжал. Крик застрял в горле Чжао, он мог только беззвучно стонать, пока его лицо медленно становилось темно-фиолетовым.

Не способный говорить, не способный даже закричать, боль казалось возросла десятикратно. Его безумно бегающие глаза выкатились из орбит, а туловище продолжало трепыхаться. Он как никогда хотел дать сдачи. Но... Чжао не мог сопротивляться. Он не мог ни высвободиться, ни выкрикнуть угрозы. Его трясло от боли словно смертного, его Дао Колонна разрушена. От Культивации ничего не осталось.

"Прекрати!" — дрожащим голосом крикнула бледная Сюэ Юньцуй, которая по-прежнему стояла рядом с Сюй Цин. Она тоже дрожала от страха, но ее клинок был в каких-то миллиметрах от горла Сюй Цин, готовый в любой момент перерезать ей горло.

Мэн Хао ей представлялся настоящим чудовищем, жестоким и беспощадным. Бледная как простыня она не смела даже посмотреть ему в глаза. Девушка уже сильно жалела, что всё это затеяла. Но ситуация зашла слишком далеко, поэтому у нее нет другого выхода, кроме как молить о пощаде.

"Ты... ты же Мэн Хао, верно? Сюй Цин рассказывала о тебе и Секте Покровителя... Это все одно большое недоразумение. Я уже собиралась уходить..." — ее голос заметно дрожал. Хотя меч был в ее руке, по-настоящему испуганным была именно она.

"Раньше я был ученым, — сказал Мэн Хао равнодушно. Чжао Чжаньхэ по-прежнему находился в цепкой хватке Мэн Хао, вместе с ним он повернулся и посмотрел на Сюэ Юньцуй, — однажды я наткнулся на один старинный текст, — продолжил он мягко, — вероятно прибывший сюда из Великого Тан, что в Восточных Землях. Там описывались тысячи самых омерзительных методов казни. Из-за одного из них меня несколько ночей мучили кошмары".

Со взглядом полным отвращения он схватил Чжао Чжаньхэ за палец. Один за другим он принялся ломать кости в его пальцах, затем в руках, потом в плечах, следом за ними и остальные кости в его теле. Чжао Чжаньхэ хотел только одного — погрузиться в забытье, но не мог из-за Мэн Хао. Закончив, Мэн Хао сжал правую руку и с хрустом сломал шею Чжао Чжаньхэ.

За все это время он так ни разу и не смог закричать. Такой была его гибель...

Мэн Хао бросил обмякшее тело Чжао Чжаньхэ на землю и посмотрел на Сюэ Юньцуй: "А как ты хочешь умереть? Я позволю тебе выбрать".

Лицо девушки стало мертвецки бледным, ее колотило, меч в ее трясущейся руке задрожал. Глядя на Мэн Хао, в ней постепенно нарастал ужас. Словно она наяву переживала свой самый страшный кошмар.

"Ты... не вынуждай меня!!!" — завизжала она.

В эту секунду земля под ней внезапно взорвалась. Бордовые лианы, подобно змеям, обвили ее тело, меч вырвался из ее рук и закрутился в воздухе. Мэн Хао ленивым взмахом рукава отшвырнул его в сторону. Лианы обивались вокруг Сюэ Юньцуй, из их ртов текла слюна, похоже они только ждали команды Мэн Хао.

"Не убивай ее... — прошептала Сюй Цин, с трудом поднявшись на ноги. Она посмотрела на Мэн Хао и сказала. — Я хочу сама это сделать. Все эти годы я ждала момента, когда смогу отрезать ее грязный язык".

Стиснув зубы, она подняла меч Сюэ Юньцуй. Лианы подтолкнули дрожащую девушку в ее сторону.

“Младшая Сестра Сюй… Я...” — взмолилась Сюэ Юньцуй.

На лице Сюй Цин холодная маска, она подняла меч и медленно вонзила его в рот своей мучительницы. Из горла Сюэ Юньцуй вырвался истошный крик, на что Сюй Цин наклонилась и тихо прошептала: "Сопротивляться бесполезно, поэтому просто закрой глаза и наслаждайся. Я всегда хотела тебе это сказать, шлюха!"

Она провернула меч и спустя десять вдохов Сюэ Юньцуй обмякла.

Глава 152. Беседа Со Старым Другом Под Луной

Сюй Цин вонзила меч еще глубже, пока клинок не пронзил голову Сюэ Юньцуй насквозь. Когда безжизненное тело Сюэ Юньцуй рухнуло на землю, бледная Сюй Цин отошла и молча посмотрела на свою мучительницу. Мэн Хао подошел к ней и вместе они сели на землю. Лианы утащили тело Сюэ Юньцуй под землю, чтобы там вдосталь насладиться свежей плотью.

Луна висела высоко на ночном небосводе, стояла тишина. Никто не обратил внимание на вспышки боевой магии, всё-таки земли в Обители Богов были весьма обширны.

"Первый раз?" — спросил Мэн Хао.

В лунном свете их тени перекрывали одна другую. После небольшой паузы она кивнула.

"После моего первого убийства, сердце болело очень долго", — сказал он мягко.

Глядя на нее, в его памяти мелькали образы из Секты Покровителя. Легкий бриз унес с собой запах крови. Развивающиеся волосы Сюй Цин мягко касались щек Мэн Хао. Сложно сказать касались ли они его лица, или быть может его сердца.

"Это произошло уже после роспуска Секты?" — спросила Сюй Цин, повернувшись к нему.

Несмотря на неестественную бледность, лицо девушки казалось Мэн Хао невероятно красивым. Он вспомнил ту ночь много лет назад, когда проводил ее к Восточной Горе. И мысль, что мелькнула у него в голове при виде ее удаляющейся фигуры: "А я бы мог на ней жениться". Воспоминание из прошлого, как же давно это было. Сложно сказать было ли то чувство простой юношеской блажью.

"Нет, это произошло в Секте", — с улыбкой ответил Мэн Хао. Он чувствовал себя как никогда расслаблено. Обитель Богов была опасным местом, но по какой-то причине он чувствовал себя непринужденно, словно вернулся назад в Секту Покровителя, на вершину Восточной Горы, которую венчала луна.

"Вот как?"

Сюй Цин выглядела удивленной. Она пристально посмотрела на Мэн Хао, забыв прикрыть свое лицо маской холодности. Даже ее отсутствующий взгляд казался ему невероятно красивым. Нынешняя Сюй Цин отличалась от образа Старшей Сестры Сюй в его памяти. Холодность была недосягаема, но сейчас ошеломленный вид делал ее невероятно милой.

Мэн Хао рассмеялся.

"У меня возникло чувство, что я так никогда и не понял настоящую тебя, Старшая Сестра", — сказал он с улыбкой.

Больше он не был ученым. Многое пережив за эти годы, в плане опыта и мудрости он сильно повзрослел. Теперь ему не составляло труда увидеть, что Сюй Цин намеренно сковала себя маской холодности.

Он заметил участки молочно-белой кожи, которые виднелись сквозь прорехи в ее платье. Не в первый раз ему довелось увидеть женщину в подобном виде, но по какой-то причине Чу Юйянь оставил его равнодушным. Но с Сюй Цин была совершенно другая история.

Когда их взгляды на мгновение встретились она первая отвела глаза, ее сердце бешено колотилось в груди. На её щеках выступил румянец, и она начала нервно мять в руках края своего платья. Мэн Хао негромко кашлянул и хлопнул по сумке ИньЯнь. Вытащив запасной халат, он накинул его ей на плечи. Девушка молчала, но позволила себя укрыть.

Она подняла свое миловидное лицо и посмотрела на луну в небе. В лунном свете Мэн Хао любовался ее волосами, ее чарующим лицом, оно выглядело таким изящным и хрупки, что казалось могло разбиться от одного порыва ветра.

"Ты убил кого-то из Секты? Кого?" — Сюй Цин делала вид, что не замечает, как Мэн Хао разглядывает ее, но предательский румянец стал ярче.

"Ученика Внешней Секты по фамилии Чжао, — ответил Мэн Хао, вспомнив медное зеркало и чудовищную смерть Старшего Брата Чжао, — он хотел отобрать Пещеру Бессмертного, что ты мне отдала".

"А ты не робкого десятка, — сказала она, переведя взгляд с ночного неба обратно на Мэн Хао, — ты умудрился убить человека внутри Секты". Ее слова были сказаны серьезно, а с серьезностью вернулась холодность. Вот только Мэн Хао уже мог разглядеть ее простую незамутненную красоту, скрытую под этой холодностью.

"На самом деле... я убил не только его", — возразил он, слегка покашляв.

"Ох?"

После этого Старшая Сестра Сюй опять надолго замолчала. Ей казалось, словно это их первая встреча. Внимательно на него посмотрев, она задумчиво спросила: "Выходит ты привык к этому? — и сразу же в спешке добавила. — Я имею ввиду, после всех этих убийств, исчезла ли тяжесть в твоем сердце?"

"Давай сменим тему", — в ответ произнес Мэн Хао. Он видел, что ей очень хотелось услышать ответ. Вот только, когда мужчина и женщина сидят вместе под луной, «убийство» не самая лучшая тема для разговоров.

"Ах", — кивнула она. Ее холодность скрывала ее истинное "я", и на секунду она не знала, о чем дальше говорить.

"Хочу тебе кое-что показать".

Мэн Хао хлопнул по сумке ИньЯнь и вытащил Пилюлю Красоты. С улыбкой он протянул ее Старшей Сестре Сюй. При виде пилюли по ее лицу промелькнуло удивление. Ее глаза неотрывно смотрели на пилюлю. Осторожно взяв ее, она закрыла глаза. Невозможно было сказать, о чем она думает. В следующий миг она открыла глаза и внимательно посмотрела на Мэн Хао. Уже третий раз Мэн Хао дарит ей Пилюлю Красоты.

Она убрала её и тихо сказала: "Я слышала несколько лет назад Государство Чжао... исчезло".

Мэн Хао тяжело вздохнул. А потом поведал ей историю Патриарха Покровителя. Она сидела под луной и внимательно его слушала. Когда он дошел до части, где он выяснил, что Патриарх Покровитель на самом деле был гигантских размеров зловредной и порочной черепахой, ее рот от удивления немного приоткрылся, а на лице мелькнуло недоверие. Для Мэн Хао она была действительно красивой. Внезапно он умолк, отчего Сюй Цин заглянула ему в глаза. Стоило их взглядам встретиться, как она резко отвернулась и начала разглядывать горизонт, сердце в ее груди бешено стучало. Она испытывала странное чувство, и еще эта странная нервозность. Ей еще не доводилось испытывать такого рода эмоции. Но если честно, она была не против, как ни странно ей даже немного понравилось.

"Я сталкивалась со Старшим Братом Чэнь несколько раз... — начала она внезапно, не уверенная, о чем еще можно поговорить. — Мы в древней Обители Богов... Ах да, как ты умудрился достичь стадии Возведения Основания...?"

Мэн Хао посмотрел на нее и его губы растянулись в теплой улыбке.

"Что за история с Чжао Чжаньхэ?" — спросил он негромко.

"Он был учеником Конклава Секты Черного Сита, — ответила она с нескрываемым отвращением, — его Клан очень тесно связан с Сектой. Сам он — грязная, бесстыжая свинья. Последние несколько лет он, используя Пилюлю Возведения Основания в качестве приманки, переспал со множеством учениц Секты..."

“Пилюля Возведения Основания…”

С первого взгляда было ясно, что ее Культивация находилась на завершенности Конденсации Ци. С помощью Пилюли Возведения Основания она может в медитационном уединении без труда достичь стадии Возведения Основания.

"Это очень редкий вид пилюль, — сказала она угрюмо, — даже ученикам Внутренней Секты непросто ее достать. Получить одну такую можно только с помощью кого-то из старшего поколения или оказать Секте какую-нибудь значительную услугу. Ну или обладать невероятным скрытым талантом. По прибытию в Секту Черного Сита Патриарх Чжэнь сразу же забыла обо мне. Однако мой нрав напомнил одной женщине на стадии Создания Ядра ее саму в юности, поэтому она сделала меня своей ученицей и пообещала мне Пилюлю Возведения Основания, но несколько лет назад она покинула Секту и так и не вернулась. По слухам, она погибла..."

Мэн Хао хлопнул по сумке ИньЯнь. Тотчас в его руке оказалось три Пилюли Возведения Основания.

"У меня есть несколько", — сказал он, протянув девушке пилюли.

Сюй Цин потеряла дар речи. Она и представить не могла, что у Мэн Хао окажется Пилюля Возведения Основания, и не просто одна, а целых три. Три таких пилюли произведут в Секте Черного Сита настоящий переполох.

"Это... — дыхание Сюй Цин сбилось, когда она увидела символ, вырезанный на пилюлях. Ее глаза расширились от удивления. — Их сварил Грандмастер Дух Пилюли".

"У меня осталось только три. Но если этого недостаточно, я смогу достать еще, когда мы выберемся отсюда". С улыбкой он вложил пилюли в руку Сюй Цин. Для любого другого человека эти три пилюли стали бы настоящим сокровищем.

"Их хватит, честно. Одной... может двух должно быть достаточно". Она собиралась еще что-то сказать, когда ее ладонь накрыла ладонь Мэн Хао.

"Они мне не нужны. Возьми их. Если нужно я могу подежурить, пока ты ими воспользуешься".

"Даже после нескольких дюжин лет на девятой ступени Конденсации Ци, даже будучи полностью готовой с переплавленным до предела телом, даже тогда у меня на это уйдет несколько месяцев. Это место не подходит. Я подожду, пока не вернусь в Секту, а там найду подходящий момент, чтобы совершить прорыв. Мэн Хао, тебе нельзя здесь долго оставаться. Будь осторожен, Секта Черного Сита уже давно знает о существовании этого места, но никак не могла попасть внутрь. Совсем недавно они наткнулись на древнюю карту. С ее помощью они смогли открыть проход. Раньше эта земля по праву считалась настоящей Обителью Богов, но спустя много лет всё изменилось, теперь это владения смерти".

Услышав ее предостережение, глаза Мэн Хао сверкнули.

"Похоже это как-то связано с древним, жестоким Духом. Я точно не знаю, что он такое, но в Секте про него гуляет множество слухов. Тем не менее, я знаю зачем они собрали столько вольных Практиков стадии Возведения Основания. Им не нужны сокровища, им нужен материал для создания Башни Сотни Духов! Это не такой уж большой секрет среди учеников Внутренней Секты, даже некоторым ученикам Внешней Секты об этом известно. Но никому нет дела до вольных Практиков. На самом деле, даже среди вольных Практиков есть те, кто знают правду. Башня Сотни Духов весьма незамысловата. По сути с помощью различных магических техник для Культивации выплавляется сотни Дао колонн, вместе они формируют Башню Сотни Духов. Ее назначение — вот настоящая тайна. Думается, что даже ученикам Внутренней Секты об этом ничего не известно. Среди учеников Конклава только двоим или троим быть может что-то известно".

Больше Сюй Цин об активности Секты в Обители Богов ничего не знала. Внезапно издалека послышался мощный грохот.

В эту же секунду в Обители Богов началось землетрясение. Вместе с ним появилась странная сила притяжения. Глаза Мэн Хао вспыхнули. Он чувствовал, как задрожали его Дао колонны, словно нечто пыталось вырвать их прямо из его тела.

Глава 153. Преграды На Пути

Лицо Мэн Хао окаменело. Его Культивация, дабы противостоять силе притяжения, завращалась, источая невероятную мощь Совершенных Дао колонн. Сюй Цин поначалу словно вообще ничего не заметила, но увидев застывшее лицо Мэн Хао, забеспокоилась.

Грохот, эхом разнесшийся по округе, затронул не только на Мэн Хао, но и остальных вольных Практиков. Все, как один, вне зависимости от того, что они делали, сели, скрестив ноги, и погрузились в медитацию. Вот только один за другим тела вольных Практиков начали взрываться, посылая во все стороны фонтаны крови и плоти. Целыми остались только их Дао колонны. Эти Дао колонны поднялись в воздух и полетели к источнику этой странной силы притяжения — платов в горах, которое казалось возникло в результате действия некой могучей силы. На плато стояла черная башня.

Снаружи она выглядела недостроенной и насчитывала пока три этажа. Со всех сторон к ней слетались Дао колонны, которые складывались в четвертый этаж! После завершения четвертого этажа сила притяжения ослабла, а потом и вовсе исчезла. Около тридцати вольных Практиков стали жертвой этой странной башни.

От этой чудовищной сцены в сердца выживших вольных Практиков закрался страх. Вот только они здесь заперты, несмотря на самые тщательные поиски никто не мог обнаружить выход.

Источник силы притяжения окружала почти тысяча учеников Секты Черного Сита, они в позе лотоса читали нараспев какой-то причудливый трактат. Новоприбывшие ученики Секты Черного Сита, куда бы их не забросило в Обители Богов, все спешили к черной башне.

Мэн Хао открыл глаза, они горели загадочным светом. Он посмотрел в сторону, откуда доносился грохот и куда тянула сила притяжения. Его Дао колонны стабилизировались. Будучи Совершенными Дао колоннами, несмотря на весьма мощную силу притяжения, они были вне опасности.

Глядя на побледневшее лицо Мэн Хао, Сюй Цин быстро сказала: «В той стороне место сбора учеников Секты Черного Сита. Всем ученикам строго наказали собраться там, как только они окажутся внутри Обители. На месте мы должны будем читать нараспев какой-то странный трактат, правда я не знаю зачем. Учитывая прошлый раз, я была здесь уже дважды и знаю где выход. Тебе нельзя здесь оставаться, давай я отведу тебя туда».

Мэн Хао никак не ответил. Его взгляд по-прежнему был устремлен в направление источника силы притяжения. Спустя какое-то время он покачал головой: «Сила притяжения почти не воздействует на меня. К тому же в случае чего у меня есть способ спастись отсюда. Что до тебя… — он посмотрел на девушку. — С появлением этой странной силы притяжения вольные Практики поняли, что происходит нечто очень странное. Они будут охотиться за учениками Секты Черного Сита, в надежде выпытать у них информацию. Кто знает, какие у этих людей методы допроса. Ко всему прочему, если ты знаешь о выходе, остальным скорее всего тоже это известно. Сомневаюсь, что эксперты из Секты Черного Сита оказались настолько беспечными».

Он посмотрел на Сюй Цин, которая в его памяти всегда была Старшей Сестрой.

«Мы столько лет не виделись, я искренне надеялся, что мы сможем подольше побыть вместе, — сказал он тихо, — но сейчас не время. Я провожу тебя до места сбора Секты Черного Сита. Там ты будешь в безопасности».

«Ты действительно можешь сбежать из Обители?» — спросила Сюй Цин, ее тон предельно серьезен.

«Честно», — так же серьезно ответил Мэн Хао.

Сюй Цин затихла, казалось, что она хотела еще что-то добавить, но ее опередил Мэн Хао. Он обхватил ее изящную талию и взмыл в небо. Им в лицо ударил ветер, но Культивация Мэн Хао его заблокировала. В объятиях Мэн Хао Сюй Цин опять покраснела.

Девушка была настолько близко, что он мог почувствовать тонкий, незабываемый аромат ее волос. Пока они летели Сюй Цин молчала. В прошлом она была Старшей Сестрой, но юноша рядом с ней больше не был ее слабым Младшим Братом. Он стал Практиком стадии Возведения Основания. Судя по тому, как легко он расправился с Чжао Чжаньхэ, за последние годы он сильно изменился.

Пока Мэн Хао вдыхал ее приятный запах, она тоже чувствовала его. Вдыхая его запах, она чувствовала себя в безопасности, как дома. Она внезапно вспомнила о горе Дацин и юном ученом Мэн Хао. Они летели в Секту Покровителя в похожей манере, как он нес ее сейчас, крепко прижав к себе.

От этой мысли на ее губах вспыхнула улыбка. Она смотрела на точеный профиль Мэн Хао, и время, казалось, остановилось. Бурлящее в ней чувство было ей незнакомо, но одно она знала точно, сейчас ее окружал мир и покой. И тут она почувствовала, что Мэн Хао действительно был ей как брат, младший брат.

«Ты вырос», — внезапно сказала Сюй Цин, не до конца понимая, почему это сказала.

После ее слов Мэн Хао неожиданно остановился и криво ухмыльнулся. На ее лице по-прежнему маска холодной отчужденности, но очевидно это всё было притворством.

«Я думаю ты всего на несколько лет меня старше…» — сказал он, прочистив горло.

«На пять лет старше! — возразила она серьезно. — Я твоя Старшая Сестра! Это не шутки».

Глядя в ее расширенные от удивления глаза, он добавил со смехом: «Конечно, конечно, разве я сказал, что ты не моя Старшая Сестра».

Они летели время, за которое сгорает благовонная палочка. Внезапно перед ними возникло восемь лучей света. Прежде чем они успели пролететь дальше, их заметили.

«Конденсация Ци… Эта девушка ученица Секты Черного Сита!»

«Да, похоже. Она нам подходит!» — все говорящие были на начальной ступени Возведения Основания. Их глаза маслянисто заблестели, когда они заприметили Мэн Хао и Сюй Цин.

Мужчина в синем халате холодно посмотрел на Мэн Хао и потребовал: «Собрат Даос, нам не нужно знать, что эта женщина сказала тебе. Отдай нам ее, сейчас же!» Выглядело всё так, что в случае неподчинения этот человек атакует Мэн Хао.

Все восемь Практиков не скрывали своих недружеских намерений. После инцидента с силой притяжения, они, напуганные до чертиков, решили найти ученика-одиночку из Секты Черного Сита и допросить его. Наткнувшись на одного такого, они не могли ее отпустить.

Дыхание Сюй Цин сбилось, её пальцы неосознанно покрепче вцепились в халат Мэн Хао. Для нее эта шайка Практиков стадии Возведения Основания имела невероятно могучую Культивацию. Учитывая ее собственную, она не смогла бы противостоять даже одному из них.

«Прочь с дороги!» — рявкнул Мэн Хао.

Всё это время он продолжал лететь прямо на них. Сюй Цин стало не по себе. Она, конечно, присутствовала при расправе над Чжао Чжаньхэ, но сейчас против них было целых восемь человек. Ей никак не удавалось унять дрожь внутри.

От слов Мэн Хао мужчина в синем халате расхохотался, его глаза кровожадно полыхнули. Культивация Мэн Хао находилась на начальной ступени Возведения Основания, как и у него, вот только его спину прикрывало еще семь Практиков. Мэн Хао же был совсем один, поэтому о какой драке может идти речь? Однако, Мэн Хао наперекор всему посмел им перечить.

Губы семи остальных Практиков растянулись в холодной улыбке. Для них слова Мэн Хао были обычной бравадой.

Как только мужчина в синем поднял руку, дабы произвести магический пасс, а его спутники полезли в сумки за магическими предметами, изо рта Мэн Хао внезапно вырвался грозовой туман и, прежде чем они успели понять, что происходит, окутал их. Из земли вверх рванула дюжина бордовых лиан. Яростно шипя, они проникли в грозовой туман.

Изнутри тут же начали раздаваться душераздирающие вопли. Судя по громкости люди внутри одной ногой уже ступили в желтые источники. Выражение лица Мэн Хао не изменилось, крепко обнимая Сюй Цин, он полетел дальше. Грозовой туман схватил бездонные сумки незадачливых похитителей и принес Мэн Хао. Лианы снова закопались в землю. Что до группы из восьми Практиков, от них не осталось и следа.

Быстрая и чистая смерть Практиков словно бы вообще не затронула Мэн Хао. Сюй Цин втянула полную грудь воздуха. Мэн Хао стал невероятно сильным.

Они продолжили свой путь по ночному небу, источник силы притяжения становился всё ближе. На пути им попадались как Практики одиночки, так и группы из трех-пяти человек. В общей сложности они столкнулись еще с десятью Практиками начальной ступени Возведения Основания. Никто не смог преградить Мэн Хао путь.

Когда они почти добрались до места сбора Секты Черного Сита позади Мэн Хао вспыхнуло два огня, ими оказались два Практика средней ступени Возведения Основания. О них беспокоиться не стоило, поскольку впереди вспыхнул луч света, внутри которого находился старик, тот самый старик, что прибыл вместе с Мэн Хао в Секту Черного Сита. Его Культивация находилась на поздней ступени Возведения Основания.

Он остановился в нескольких сотнях метров от Мэн Хао и холодно посмотрел на Сюй Цин: «Собрат Даос, я уже довольно долго жду кого-то из Секты Черного Сита, отдай мне девушку».

Двое Практиков средней ступени Возведения Основания парили позади, взяв Мэн Хао и Сюй Цин в кольцо. Оба Практика были мужчинами средних лет. Их суровые глаза испускали леденящую, кровожадную ауру. Они явно были людьми жестокими и бессердечными.

«Что бы тебе не было нужно, — ответил Мэн Хао невозмутимо, — я могу тебе об этом рассказать».

Бледная Сюй Цин поглубже вжалась в грудь Мэн Хао. Без него она бы давно уже попала в лапы вольным Практикам. На их пути они видели несколько учеников Секты Черного Сита, а точнее то, что от них осталось после поимки и допроса.

Но вольные Практики всегда остаются вольными людьми. Никто из них просто так не станет делиться информацией. Всё-таки информация, особенно своевременная, может спасти жизнь. Поведав ее другим, они тем самым уменьшают собственные шансы на выживание.

«Я не привык получать сведения из вторых рук, — возразил старик спокойно, — я доверяю только тому, что выяснил собственноручно».

Мощь поздней ступени Возведения Основания вырвалась из тела старика, вместе с ним мощный давящий гнет обрушился на Мэн Хао.

Глава 154. Каждый Идет Своей Дорогой

Мэн Хао никак на это не ответил. Он повернул голову и одарил Сюй Цин едва заметной улыбкой. Вместе с девушкой он рванул назад. Старик поздней ступени Возведения Основания хмыкнул и подобно коршуну бросился за Мэн Хао. Его скорость была просто невероятной, он демонстрировал всю мощь Культивации поздней ступени Возведения Основания, отчего в воздухе в восьми местах задрожал воздух, что намекала на количество его Дао колонн.

К этому моменту Мэн Хао уже добрался до двух мужчин средней ступени Возведения Основания. Со смехом один из них начал выполнять руками магические пассы. Сотня Ледяных Клинков возникли прямо из воздуха, они закрутились, формируя гигантский вихрь. Вихрь устремился к Мэн Хао, каждый клинок наполняла сила Возведения Основания.

Его спутник хлопнул по своей бездонной сумке и вытащил пять размером с голову черных, жужжащих ос с красным жалом.

«Ты переоцениваешь себя!» — воскликнул человек с Ледяными Клинками.

Вихрь Ледяных Клинков со свистом летел к Мэн Хао. Правая рука юноши крепко держала Сюй Цин, левая рука вызвала огромного Огненного Дракона вместе с Клинком Ветра. Поразительно, но Огненный Дракон был не чисто красного цвета, теперь у него появились золотые прожилки! Благодаря Великому Духовному Трактату он стал Золотым Драконом.

Клинок Ветра слился с Драконом, отчего тот увеличился до трехсот метров в длину. Слева и справа на спине Огненного Дракона выступали две шишки, как только Клинок Ветра коснулся дракона, из них вырвались огромные крылья. С раскрытыми крыльями он выглядел точь-в-точь как Инлун. Мэн Хао Мэн Хао получил просветление об этой технике, после того, как Птица Пэн пробудила в нем Наследие Инлуна

Следом за Драконом появилось Море Пламени. Его породила мощь Совершенных Дао Колонн. Оба Практика средней ступени Возведения Основания ничего не успели сделать.

Бум!

Вихрь Ледяных Клинков рассеялся в мгновение ока, его остатки превратились в пар, который приняло в себя Море Пламени. Пылающий Инлун взревел. Оба Практика средней ступени Возведения Основания попятились, на их лицах стояло удивление. Они глазом моргнуть не успели, как Инлун целиком сожрал одного из них. С отчаянным воплем его тело превратилось в пепел.

Все произошло со скоростью вылетающей искры из кремня. Ни старик, ни оставшийся Практик средней ступени Возведения Основания не успели среагировать.

С непроницаемым лицом Мэн Хао направился прямиком к пяти гудящим осам.

Они в ярости бросились на него, но на полпути их тельца начали дрожать, словно они почувствовали впереди нечто столь ужасное, что боялись приблизиться. Они развернулись и бросились наутек, такой реакции их хозяин явно не ожидал.

Пока он справлялся с удивлением, в каждом глазу Мэн Хао возникло то ли смеющееся, то ли рыдающее демоническое лицо. Одно было кристально четким, второе размытым. С их появлением Мэн Хао сразу же окружила странная аура. Пять ос пронзительно запищали, их тельца затрясло. Они прекратили бегство, а потом внезапно в ярости бросились друг на друга.

Пока все завороженно наблюдали за этой сценой, Мэн Хао прошел мимо ос, поднял левую руку и рассек подушечку пальца. Внезапно всё вокруг накрыла кровавая аура. Когда она исчезла, Мэн Хао возник рядом со вторым Практиком средней ступени Возведения Основания. Окровавленный указательный палец коснулся лба этого человека. Его затрясло, глаза вылезли из орбит, а тело начало быстро высыхать. Когда Мэн Хао убрал палец, тело его противника превратилось в лужу крови, которую впитала в себя земля.

Мэн Хао перевел взгляд на старика поздней ступени Возведения Основания. Прошло всего несколько вдохов с начала атаки Мэн Хао, и за столь короткий срок он сумел уничтожить двух могучих Практиков средней ступени Возведения Основания. Его методы безжалостны, а техники причудливы.

Старик поежился, теперь он понял почему Се Цзе из Секты Черного Сита обратил внимание на Мэн Хао, когда они летели на Фэншуй компасе, и даже пытался спровоцировать, дабы вызнать о его способностях.

«Хочешь продолжить?» — вкрадчиво поинтересовался Мэн Хао. Кровавое сияние его указательного пальца освещало юношу багряным светом.

Старик не ответил. С его уровнем Культивации он тоже мог с легкостью убить обоих Практиков средней ступени Возведения Основания, вот только не в такой расслабленной манере. Его сердце сковал страх, при этом Мэн Хао не выказывал ни капли беспокойства. Старик почтительно сложил руки и посторонился, пропуская Мэн Хао вперед.

«Я Сюй Юдао, я приношу свои извинения за этот инцидент. Я думаю, мы еще встретимся», — закончил он многозначительно.

Мэн Хао на секунду задумался, а потом кивнул. Кровавое сияние погасло, и он полетел дальше. Сюй Цин в его руках еще не успела оправиться от мощи, которую продемонстрировал Мэн Хао в этом коротком поединке.

Собравшись с мыслями, она неуверенно спросила: «Какой… какой настоящий уровень твоей Культивации?»

«Я на пике начальной ступени Возведения Основания», — улыбнулся он в ответ.

Человека, который только что хладнокровно убил двух человек словно и не было вовсе. Годы действительно его изменили. Однако эти изменения могли увидеть только его враги. Его отношение к друзьям, его ученость, всё это осталось прежним.

На самом деле, безжалостность, с которой он убивал людей, была следствием яда в его теле. Пораженный ядом трехцветной Запредельной Лилии человек будет невероятно жесток и свиреп до его трансформации в настоящую Запредельную Лилию.

«Как ты смог одолеть этих людей, они же на средней ступени Возведения Основания…?» — нахмурив брови, спросила Сюй Цин.

«О, по множеству причин, — ответил он просто, — может я и простой Практик начальной ступени Возведения Основания, но я могу на равных сражаться с людьми поздней ступени Возведения Основания».

Вскоре они достигли горы. На ее вершине Мэн Хао увидел широкое рукотворное плато, на котором стояла большая черная башня. Вокруг башни в позе лотоса сидело около тысячи учеников Секты Черного Сита, с той стороны доносился распеваемые ими слова трактата. К сожалению, слов трактата ему разобрать не удалось.

«Я не могу пойти дальше, — сказал он, его взгляд переместился с плато впереди на Сюй Цин, — думаю дальше безопасно, остаток пути ты сможешь пройти сама. Вот, возьми. Этот предмет дарует невидимость. Ты сможешь им пользоваться после достижения стадии Возведения Основания». Он передал ей талисман невидимости.

На ее плечах до сих пор был накинут халат Мэн Хао. Даже в слегка великоватом ей халате она всё равно была красивой. Сюй Цин посмотрела на Мэн Хао, собираясь что-то сказать, но вместо этого она прижалась к нему и обняла. Когда ее лицо коснулось его груди, она услышала биение его сердца. В этом объятии не было страсти, так сестра обнимает брата, семью.

Небо светлело, ночная мгла отступала. Мэн Хао любовался красивыми волосами Сюй Цин. Ему на секунду показалось, что волосы будто почувствовали на себе его взгляд, или может это просто ветер? Развиваясь, они нежно касались его лица. Неизвестно сколько прошло времени, когда Сюй Цин, наконец, отстранилась и посмотрела ему прямо в глаза.

«Будь осторожен, — попросила она, — уходи отсюда так быстро, как сможешь». После чего она запрыгнул на летающий меч и полетела к плато. Она спланировала в небольшой лесок у основания горы и вышла оттуда уже не в халате Мэн Хао, а в свежей форме ученика Секты Черного Сита

Мэн Хао проводил взглядом силуэт Сюй Цин впереди. Его обуяло отчаяние, на секунду он почувствовал себя так же, как в день роспуска Секты Покровителя. Ныне он больше не был Практиком стадии Конденсации Ци. Теперь он стал Практиком стадии Возведения Основания с Совершенным Основанием. Уже не ребенок, а молодой мужчина. Мудрость, которая пришла со взрослением, помогла ему понять: не важно мужчина ты или женщина. Каждый человек имеет право выбирать сам. Его дорогой может пройти только он сам. Быть может его путь пересечется с другими, но сейчас он должен идти один. Если только… он не станет настолько могущественным, что сможет проложить собственный путь. Изменить всё. Иначе вся жизнь будет полна разочарований.

Убедившись, что Сюй Цин добралась до места сбора Секты Черного Сита, его глаза решительно сверкнули. Он поднял голову и посмотрел на небо. Восходящее солнце и луна находились почти друг над другом. Глаза Мэн Хао загорелись.

«Раз уж я здесь, не помешает всё проверить. Если Трактат о Безжалостном Времени существует, тогда с помощью медного зеркала и деревьев Весны и Осени я смогу выковать так называемое сокровище Времени! К тому же неплохо бы разобраться с Громолистом. Лу Тао где-то здесь. Возможно мне удастся что-то выяснить».

Он поднялся в воздух и полетел вперед, сверяясь с положением солнца и луны. Спустя какое-то время внезапно послышался грохот и вновь появилась сила притяжения. В этот раз Мэн Хао собственными глазами увидел, что произошло с Практиком начальной ступени Возведения Основания не выдержавшим напора. Его тело взорвалось, а из его останков вылетели бесплотные Дао Колонны.

«Сила притяжения усиливается, боюсь, если так и дальше пойдет, даже я не смогу устоять», — мелькнула совсем не радужная мысль.

Он хмуро подавил дрожь в Дао колоннах и полетел вперед так быстро, как мог. Солнце и луна еще недолго в нужном положении, но теперь он знал куда лететь. Похоже, до места встречи рукой подать.

Глава 155. Последний

Спустя четыре часа сила притяжения вернулась. Всё это время Мэн Хао летел через казалось бескрайние горы. Обитель Богов — очень странное место. На небе ярко светило солнце, но если приглядеться, то можно увидеть в нем слабые очертания луны. Похоже, до разъединения осталось около двух часов.

Еще через час пути впереди показалась широкая равнина, покрытая высокой, по пояс человека, травой. Она медленно качалась на ветру, отчего равнина слегка напоминала море. Кроме свиста ветра больше не было никаких звуков. На единственном не заросшим травой участке равнины в позе лотоса сидело две женщины и один мужчина.

Облаченный в серый халат мужчина с непроницаемым лицом медитировал с закрытыми глазами. От него исходила леденящая аура. Культивация этого человека находилась на поздней ступени Возведения Основания. Он был одним из трех Практиков поздней ступени Возведения Основания, который приехал на пурпурном Фэншуй компасе.

Одна из женщин тоже была частью группы с пурпурного Фэншуй компаса. Полноватая, с простым лицом, словно у крестьянки, в плане Культивации она достигла поздней ступени Возведения Основания. Она с нетерпением поглядывала на вторую женщину, лицо которой таинственным маревом скрывала вуаль.

«Собрат Даос, ты позвала меня, чтобы просто тут сидеть? Я почему-то не могу поверить, что наша цель — место столь же опасное, как и драконье логово. Разве меня и Собрата Даоса Сымы недостаточно?» — холодно хохотнула она. Мужчина вышел из медитации, открыл глаза и внимательно посмотрел на женщину в вуали.

«Собрат Даос Ли, имей терпение, — негромко сказала женщина в вуали, — я пригласила пятерых. Если они не придут, мы можем забыть о нашем предприятии. Втроем шансов на успех почти нет».

Женщина по фамилии Ли хмыкнула и собиралась еще что-то сказать, но женщина в вуали опередила ее: «Потерпи еще немного. Солнце и луна еще около двух часов будут перекрывать друг друга. Если они не придут через два часа, тогда нам ничего не останется, как попытать удачу втроем».

Через час в небе появился радужный луч света. Внутри летел человек в пурпурном халате. Буквально за пару вдохов он присоединился к сидящей троице. Это был молодой человек, его красивое лицо пересекала слабая улыбка. Судя по его пурпурному наряду, он явно был человеком незаурядным. По приземлению он окинул взглядом сидящих, с улыбкой сложил руки и поприветствовал их.

«Я опоздал, прошу прощения, Собратья Даосы, — после чего добавил, — извини, что заставил ждать Младшая Сестра Хань».

Новоприбывшим оказался Се Цзе — ученик Конклава Секты Черного Сита. Он с ухмылкой посмотрел на женщину в вуали, когда раскрыл ее личность. С появлением Се Цзе женщина по фамилии Ли слегка нахмурилась. Она поднялась на ноги и сложила руки в знак приветствия. Мужчина лишь коротко кивнул.

Женщина в вуали нахмурилась, когда взгляды обоих сосредоточились на ней. Негромко рассмеявшись, она сняла вуаль, явив точеное, изящное, невероятно красивое, словно нефрит, лицо.[1] Ее красота словно осветила собой всё вокруг

«Хань Бэй приветствует Собратьев Даосов, — сказала девушка, — я не хотела раскрывать свою личность по личным причинам, но раз это задело Старшего Брата Се, дабы всех успокоить я больше не буду носить вуаль».

Женщиной в вуали оказалась Хань Бэй. Глядя на ее чарующие черты лица вкупе с лучезарной улыбкой, никто не мог долго злиться на нее.

Се Цзе улыбнулся: «Я не знал, что Младшая Сестра Хань желает остаться инкогнито. Мои слова были произнесены в спешке, прошу простить меня».

«Это уже не важно, — улыбнулась она, — учитывая активность Секты, Младшая Сестра боялась, что, открыв лицо, ее могут неправильно понять. Но пока здесь Старший Брат Се мне нечего бояться. Наши шансы только что возросли».

Женщина по фамилии Ли выглядела задумчивой, Практик в сером халате лишь нахмурил брови. Слова Хань Бэй походили на хлопковый шарик с иголкой внутри. Се Цзе собирался ответить, как вдруг он резко повернул голову. Все кроме мужчины в сером посмотрели в ту же сторону. К ним приближался радужный луч света, свистящий вокруг него ветер, хлестал по траве под внизу. Им оказался не кто иной, как старик Сюй Юдао.

Сверкая глазами, Сюй Юдао подошел к собравшимся. Он внимательно осмотрел всех присутствующих, после чего его взгляд остановился на Хань Бэй: «Выходит приглашение было от Собрата Даоса Хань. Мне кажется все не прочь услышать, что Секта Черного Сита здесь делает».

Хань Бэй улыбнулась: «С твоей особой техникой Собрат Даос нам гораздо легче будет достичь цели. Что до объяснений, можете быть спокойны, совсем скоро я всё объясню».

При виде Сюй Юдао женщина по фамилии Ли поприветствовала его сложенными ладонями. Се Цзе вторил ей, а человек в сером снова кивнул. До сих пор никто не удостоился его внимания.

«Все в сборе?» — спросил Се Цзе с неизменной улыбкой.

«Я слышала не хватает еще одного», — вкрадчиво улыбнулась Се Цзе женщина по фамилии Ли.

«Вот как?» — прищурился Се Цзе.

Если ему не изменяла память, среди прибывших вольных Практиков только эти трое находились на поздней ступени Возведения Основания. «Может Хань Бэй пригласила кого-то из учеников Секты Черного Сита? — мелькнула у него мысль. — Кто бы это мог быть…?»

«Кого мы ждем? — спросил он с улыбкой. — Не поделишься с нами, Младшая Сестра Хань?»

«Именно, — подхватила женщина по фамилии Ли, — мне тоже интересно, кто этот последний Собрат Даос? Если он человек важный, я точно хочу познакомиться с ним. Если он — никто, тогда возникает вопрос зачем мы сидим и ждем его?»

Человек в сером закрыл глаза, не обращая внимание на беседу. Сюй Юдао задумался, его глаза при этом блестели.

Хань Бэй после небольшой паузы сказала: «Я тоже не знаю кто он, как я не знала вас до нашей встречи. По моим прикидкам, может он и не важный человек, но без него наша группа вполне вероятно вернется после сегодняшнего похода с пустыми руками. С ним наши шансы вырастают на тридцать процентов», — в ее спокойных словах звучали железные, уверенные нотки.

«Да ну?» — присвистнул Се Цзе. Это точно привлекло его внимание.

«Почему же Младшая Сестра Хань считает его настолько важным?» — женщина по фамилии Ли презрительно рассмеялась, ей казалось, что Хань Бэй преувеличивает. Она не верила, что Практики стадии Возведения Основания могут быть настолько полезны. Вот человек на стадии Создания Ядра — совершенно другое дело, но, чтобы кто-то такого калибра присоединился к ним? Нет, невозможно.

«Быть может он на стадии Псевдо Ядра? — спросила он насмешливо. — Собрат Даос Хань, тебе стоит быть более осторожной. В этом мире полно людей, которые скажут всё что угодно ради славы или похвалы». Не то чтобы ей не нравилась именно Хань Бэй, она просто ненавидела всех красивых женщин.

«Я не знаю точно. Может он и на стадии Псевдо Ядра, а может и нет, — ответила Хань Бэй спокойно, оценивающе глядя на женщину по фамилии Ли, — в любом случае, в одном можете быть уверены, он человек уникальный».

После этого женщина по фамилии Ли замолчала. Внезапно Се Цзе и Сюй Юдао повернулись и посмотрели куда-то вдаль. Вскоре вся группа наблюдала за приближением луча света.

Это, конечно же, был Мэн Хао. Внезапно он заметил чистый участок на равнине, над которым висели скрещенные солнце и луна, там же стояла небольшая группа людей. Приземлившись на землю, он с своим обычным выражением лица подошел к ним.

В глазах Мэн Хао мелькнуло узнавание при виде Сюй Юдао. При виде Мэн Хао лицо Хань Бэй буквально засветилось, а губы озарила улыбка. Се Цзе лишь холодно окинул взглядом Мэн Хао.

«Приветствую, Собратья Даосы, — сказал он невозмутимо, — меня немного задержали в пути». Он скользнул взглядом по собравшимся, на Хань Бэй он задержал взгляд на несколько секунд дольше, чем на остальных.

«Начальная ступень Возведения Основания? — нахмурилась женщина по фамилии Ли. Ее лицо исказилось в презрительной гримасе, после чего надменно продолжила. — И вот его Собрат Даос Хань назвала ключевым членом нашей группы? Она думает, что жалкий Практик начальной ступени Возведения Основания важен? Курам на смех. Может быть этот малыш из младшего поколения случайно наткнулся на это место?»

Мэн Хао молча посмотрел на нее.

«Мне вот тоже интересно», — добавил улыбающийся Се Цзе. Его глаза едва уловимо сверкнули.

Слова Се Цзе словно подлили масла в огонь высокомерия женщины по фамилии Ли: «Будет унизительно, если кто-то с начальной ступенью Возведения Основания присоединиться к нам. Может он здесь и по рекомендации Хань Бэй, но я, Ли, должна лично удостовериться в его навыках».

Она направилась в сторону Мэн Хао: «Вызови всю свою Культивацию до последней капли, — потребовала она, — если ты переживешь один мой удар, тогда я признаю твое право участвовать. Если ты недостоин, тогда тебя прикончит Секта Черного Сита. Похоже так и так тебя ждет смерть!»

Последние слова она сказала, приблизившись к Мэн Хао. Ее руку охватил слепящий оранжевый свет. Свет превратился в розовый кнут, который с треском щелкнул в воздухе.

[1] Надеюсь вы не представили себе зеленое лицо, нефрит бывает белого, скорее даже молочного цвета, а белая/молочная кожа считается на востоке символом красоты и изящества — Прим. Пер.

Глава 156. Страх Перед Мэн Хао

Лицо Мэн Хао было спокойным как зимний пруд. Никто из собравшихся Практиков и пальцем не пошевелил, чтобы ее остановить. Мужчина в сером вообще медитировал с закрытыми глазами. Сюй Юдао, прекрасно зная об необычных способностях Мэн Хао, благоразумно помалкивал.

У Хань Бэй имелись свои подозрения относительно невероятной силы Мэн Хао, но она не была уверена на все сто. Ей в руки попало немного секретной информации, которая и стала причиной ее недавних спекуляций. Эта ситуация как нельзя лучше подойдет для выявления уровня его боевого мастерства, всё что нужно — просто наблюдать.

Хань Бэй хотела предупредить женщину по фамилии Ли, но послушает ли она? Культивация Ли находилась на поздней ступени Возведения Основания, но в плане интеллекта она уступала всем присутствующим. Единственная причина почему она достигла поздней ступени Возведения Основания — удача ее предков, и как следствие ресурсы для Культивации, которые она унаследовала.

Что касается Се Цзе, он специально подыграл Ли, поэтому вмешиваться не собирался. Стоя в стороне, он с улыбкой наблюдал за Мэн Хао. Ему не давал покоя вопрос: почему Старейшины Секты приказали ему приглядывать за Мэн Хао. По прибытию в Обитель Богов он потерял Мэн Хао из вида, но случай снова свел их вместе. Грех было этим не воспользоваться.

У каждого был план, каждый из них строи козни. Мэн Хао искоса посмотрел на собравшихся, хотя он не до конца уловил мотивацию этих людей, догадки у него имелись. Он с непроницаемым лицом наблюдал за приближающейся женщиной с розовым хлыстом. Он не сделал ни одного шага назад, наоборот, пока она шла, он сделал три шага ей навстречу.

Одновременно с этим он поднял правую руку и ударил. Удар вызвал мощный порыв ветра, который яростно хлестнул по растущей вокруг траве. Не останавливаясь, Мэн Хао ударил еще раз, а потом еще, и еще и еще!

Эти пять ударов были частью Девятнадцати Ударов Черных Туч, которые лианы добыли из умирающего юноши в пурпурном халате. Наставление оказалось неполным, но объяснение первых пяти ударов досталось Мэн Хао целиком. Каждый удар наполняла мощь Совершенных Дао колонн. По завершении техники перед ним появилась огромная магическая ладонь размером с человека. Ветер со свистом ударил во все стороны, и ладонь рванула вперед.

С появлением пяти ударов Черных Туч Хань Бэй и Се Цзе резко поменялись в лице. Они сразу же узнали эту огромную ладонь. Ведь это была техника Секты Черного Сита, чужак никак не мог ее знать. И все же Мэн Хао применил ее прямо у них на глазах. Нет смысла отрицать, сердца обоих затрепетали.

Женщина по фамилии Ли хоть и находилась на поздней ступени Возведения Основания имела всего семь Дао колонн. К тому же не Треснувших, а Расколотых. С презрительной ухмылкой она хлестнула фантомным хлыстом по огромной ладони Мэн Хао. Глубоко внутри она знала, как всё закончится: хлыст пройдет сквозь ладонь, как горячий нож сквозь масло, и ладонь распадется. После этого хлыст обрушится на этого юнца, ломая кости и отсекая конечности.

Бум!

Со взрывом что-то разрушилось. Но не ладонь Мэн Хао. При контакте с ладонью магический хлыст дрогнул и рассыпался на куски. Женщина по фамилии Ли явно такого не ожидала, ее презрение сменилось недоверием, а в глазах забрезжил страх.

Откуда ей было знать, как все повернется? Она вложила в магический хлыст мощь поздней ступени Возведения Основания. Но сила магической ладони Мэн Хао превзошли все ее ожидания.

Когда хлыста не стало, гигантская ладонь со свистом ринулась вперед. Вокруг нее кружила аура. Презрение с лица женщины по фамилии Ли как ветром сдуло, теперь она дрожала от страха, все инстинкты кричали ей о надвигающейся опасности. Она отскочила назад, в ее правой руке возник маленький щиток. Она прикусила язык и сплюнула на него немного крови из своей Культивации. Маленький щиток закружился и, увеличившись в размере, полетел навстречу ладони Мэн Хао.

Прогремел еще один взрыв. Щит дрогнул, поддался назад на несколько метров, он едва смог сдержать магическую ладонь. Мэн Хао тем временем продолжал шагать вперед. Его превосходящее любого Практика поздней ступени Возведения Основания Духовное Сознание обрушилось на женщину по фамилии Ли.

От невыносимой боли она закричала, словно острый клинок вонзился прямо ей в мозг. Ее собственное Духовное Сознание было на грани разрушения. Кашляя кровью, она зашаталась. В этот момент Мэн Хао поравнялся с маленьким щитком. Взмахом руки он приказал призрачной ладони принести ему щит. С помощью Духовного Сознание он стер метку прошлого владельца и убрал его в бездонную сумку. Взгляд Мэн Хао вновь вернулся к женщине по фамилии Ли.

Она была в полнейшем ужасе, ее Духовное Сознание подавлено, ее сокровище лишилось ее метки и перешло к Мэн Хао. Она бросилась назад со всей возможной скоростью, ее лицо бледнее мела, голова сильно гудела, словно в ней звонили колокола. Отлетев на дюжину метров, она остановилась и потрясенно посмотрела на Мэн Хао.

«Ты…»

По ее коже пробежал холодок. И дураку ясно, что Культивация Мэн Хао точно не принадлежала начальной ступени Возведения Основания. Ей еще не встречались настолько могучие и опасные Практики с начальной ступенью Возведения Основания. Впервые ей довелось испытать на себе такое чудовищное Духовное Сознание. Она была уверена, что даже с Безупречным Основанием никто не способен на такое.

"Техника насчитывает девятнадцать ударом", — сказал Мэн Хао со своей обычной невозмутимостью. Он даже не упомянул о только что захваченном сокровище.

После его слов женщина по фамилии Ли втянула полную грудь воздуха, ее лицо стало еще бледнее, если такое вообще возможно. Ее заметно трясло. Результатом недавней атаки стали трещащие Дао колонны, кровавый кашель, к тому же ей пришлось потратить сокровище. Если бы он использовал больше пяти атак, ее не спасло бы никакое сокровище. Тогда ее Дао колонны наверняка бы повредились.

"Собрат Даос, твоя Культивация глубока и непостижима, — с заметным напряжением в голосе сказала она, — я была груба и поступил опрометчиво, пожалуйста, не гневайся. В качестве извинения прими мой щит Облачной Вершины".

Она с застывшим в глазах ужасом сложила руки и почтительно поклонилась Мэн Хао.

Сюй Юдао сверлил взглядом Мэн Хао. Теперь он был точно уверен, что поступил правильно, когда решил не связываться с Мэн Хао. Мэн Хао никак не мог быть на начальной ступени Возведения Основания. В противном случае... такая мысль была во много раз страшней. Человек в сером моргнул и посмотрел на Мэн Хао, после чего кивнул. Хань Бэй задумчиво разглядывала Мэн Хао и слабо улыбалась.

"Собрат Даос Мэн, ты вовремя. Сейчас наши шансы добыть Трактат о Безжалостном Времени возросли на тридцать процентов".

Се Цзе рассмеялся и ничего не сказал. Он не стал спрашивать про Девятнадцать Ударов Черных Туч. Страх перед Мэн Хао поселился в его сердце, теперь он знал, что кого-то вроде него лучше просто так не провоцировать. Как никак, он видел только его монструозное Духовное Сознание, но ни одной магической техники или предмета, которые у него наверняка имелись.

С людьми, которых он до конца не понимал, Се Цзе всегда вел себя очень осторожно. Только выяснив все детали, он обрушивался на них подобно молнии.

"Забудем пока про Трактат о Безжалостном Времени, — сказал Мэн Хао спокойно. Его бесстрастное лицо повернулось к Хань Бэй, — я прибыл в Обитель Богов по приглашению Собрата Даоса Хань. Вот только это место находится под контролем твоей Секты. Мне любопытно, если я помогу тебе добыть Трактат о Безжалостном Времени будут ли мои Дао колонны вырваны по завершению нашего похода?"

Глаза Хань Бэй и Се Цзе сверкнули. Прежде чем они смогли ответить Сюй Юдао мрачно расхохотался: "Собрат Даос Мэн не церемонится. Признаюсь, меня тоже снедает любопытство. Быть может кто-то из вас, Собратья Даосы, развеет наши опасения?"

"Я тоже хотел бы получить ответ на этот вопрос", — сказал человек в сером. Взгляд его холодных глаз остановился на Хань Бэй и Се Цзе.

Похоже женщину по фамилии Ли тоже беспокоила сохранность собственной шкуры. Она молча сделала несколько шагов вперед, тем самым заперев кольцо вокруг Хань Бэй и Се Цзе.

Хань Бэй улыбнулась: "Собратья Даосы, прошу не заставлять нас предавать секреты Секты. Я и вправду не могу сказать, но даже если бы и могла, вы бы всё равно мне не поверили. В любом случае, текущая активность Секты в этом районе — секрет Секты. Даже будучи ученицей Конклава мне немного известно. Однако в месте, куда мы держим путь, я гарантирую вашу безопасность, — взмахом руки она отправила четыре нефритовых таблички Мэн Хао и остальным, после чего продолжила. — В этой нефритовой табличке описывается способ покинуть Обитель. С ее помощью вы сможете без проблем уйти. Из Обители Богов наружу ведет несколько выходов. Если вы мне не верите, то можете прочесть нефритовую табличку и проверить наличие выходов самостоятельно. Тогда вы поймете почему я выбрала это место в качестве точки сбора".

Она улыбалась своей самой честной улыбкой. Мэн Хао проверил нефритовую табличку Духовным Сознанием, после чего огляделся. Согласно табличке, всего существовало три выхода. На одном из них... они сейчас стояли.

Мэн Хао сделал несколько пассов, описанные в нефритовой табличке, и сразу же почувствовал под ногами нарастающую силу перемещения. Вот только сейчас не время для проверок, поэтому он остановил заклинание.

"Вот четыре жука Духовной Печати, — сказала Хань Бэй, — если хотите проверить этот выход пошлите в них немного Духовного Сознания и отправьте наружу. Так вы узнаете, что я не вру".

Она взмахнула правой рукой. Четыре белых, размером с палец жука приземлились в руки Мэн Хао и остальным. Сюй Юдао осмотрел своего и кивнул. Заклеймив его Духовным Сознанием, он с помощью техники из нефритовой таблички бросил жука на землю. И тот исчез. Женщина по фамилии Ли повторила манипуляции Сюй Юдао. Человек в сером даже не посмотрел на жука Хань Бэй, вместо этого он хлопнул по своей бездонной сумке и вытащил скорпиона.

"Конечно я тебе верю, Собрат Даос Хань", - сказал Мэн Хао.

Он продолжил заклинание и отправил жука через проход. Однако вместе с жуком он послал одну из лиан, которая пряталась глубоко в земле. От жука он получил неясный образ какого-то другого места где-то очень далеко.

В тоже время он внезапно почувствовал страх посланной лианы. Мэн Хао прищурился. Лиана погибла почти мгновенно. Мэн Хао получил картину того, что она увидела перед смертью. Гигантский бронзовый треножник. Внушительный и величественный, десятки тысяч метров в высоту.

Глава 157. Квадратный Треножник![1]

Образ исчез. На лице Мэн Хао не дрогнул ни один мускул. Он посмотрел на Сюй Юдао и остальных, их лица ничего не выражали. Выходит, все, включая Сюй Юдао и человека в сером, одобрили метод Хань Бэй. "Может ли такое быть, что никто не заметил бронзовый треножник?" — подумал Мэн Хао. После клеймления кровью лианы начали источать слабую Демоническую ауру.

— Собратья Даосы, теперь позвольте мне проводить вас к месту, где скрыт Трактат о Безжалостном Времени, — с улыбкой сказала Хань Бэй. — Не важно, чем закончится сегодняшний день, если мы добудем Трактат, каждый из вас получит по копии.

Она поклонилась группе, поднялась в воздух и полетела через равнину. Се Цзе следом, за ним поспешили Сюй Юдао и женщина по фамилии Ли. Мэн Хао и человек в сером последними превратились в лучи радужного света и помчались за ними. В пути никто не разговаривал, каждый был погружен в собственные мысли. Лицо Мэн Хао ничего не выражало, но в голове у него стоял образ бронзового треножника. Он был на семьдесят-восемьдесят процентов уверен, что выход вовсе не вел наружу, а был частью какого-то плана Хань Бэй.

Может она и может обдурить остальных, но с талисманом удачи ему нечего было бояться. Место, где был скрыт Трактат о Безжалостном Времени было поразительным и одновременно невероятно странным, иначе Хань Бэй не пришлось бы тратить столько сил и ресурсов, чтобы попасть туда. "Любопытно, как Хань Бэй вообще узнала о Трактате о Безжалостном Времени..." — размышлял Мэн Хао, разглядывая летящую впереди Хань Бэй. Внезапно Сюй Юдао заговорил, озвучив невысказанный вопрос Мэн Хао:

— Собрат Даос Хань, ты так и не объяснила: ни как ты узнала о Трактате о Безжалостном Времени, ни как первая часть попала к тебе в руки".

— Коли Собрату Даосу Сюй не терпится, я все расскажу, когда мы прибудем на место, — повернулась Хань Бэй с улыбкой.

В этот момент они достигли края равнины. Внезапно издали опять раздался рокот, несмотря на расстояние, он всё равно подействовал на всех кроме Се Цзе и Хань Бэй. Практики поздней ступени Возведения Основания вращали свою Культивацию, пока сила притяжения не прекратилась. В конце все выглядели лишь немного бледнее обычного.

Хань Бэй посмотрела на них, словно прося извинений, но ничего не сказала. Она лишь коснулась рукой земли, после чего сразу же поднялся сильный ветер. Хань Бэй сделала глубокий вдох и хлопнула по бездонной сумке. В ее руку упал нефритовый флакон сине-зеленого цвета. С его появлением лицо девушки слегка потемнело. Она бросила его на землю, и под взглядами всех членов группы после падения на его поверхности начала разрастаться сеть трещин. Из них начала сочиться синяя жидкость, от которой исходила едва уловимая горькая аура. Когда аура начала расширяться человек в сером прищурился.

"Это же... Эликсир Синих Небес!"

Одновременно с этим возгласом флакон раскололся на части. Синяя жидкость из флакона превратилась в туман, который объял все в радиусе трехсот метров. Внезапно зеленой травы не стало, словно это было всего лишь иллюзией. Земля под ногами стала черной как смоль, будто пораженная каким-то проклятьем — древним заклятием, действующим здесь тысячелетиями.

"Сразу видно человека многомудрого и опытного. Догадка Собрата Даоса Сымы верна — это Эликсир Синих Небес. Даже одну его каплю добыть очень непросто. Этот отвар способен пробиться сквозь различные иллюзии, — она одарила человека в сером улыбкой и посмотрела на Мэн Хао и остальных. — Собратья Даосы, я знаю у вас накопилось много вопросов. Сейчас мы стоим над древним порталом, который ведет в запечатанную область внутри Обители Богов. На самом деле Секта Черного Сита знает об Обители Богов уже несколько сотен лет, однако ее нашла не Секта, а мой далекий предок, член моего Клана. Из-за Обители Богов Секта Черного Сита вынудила его присоединиться, таким образом связав линию крови Хань с Сектой. Ко всему прочему карта, давшая нам право прохода, была создана много лет назад, как результат кропотливых исследований одного моего дяди из Клана. Он применил загадочную технику, дабы переплавить собственную кровь в карту. Потому что... — она сделала небольшую паузу после чего продолжила. — Потому что Обителью Богов раньше правил патриарх Хань Клана. В конечном итоге он стал един с Дао и исчез. Несмотря на это связь с этим место периодически проявлялась в некоторых из его потомков. Я не знаю, что задумала Секта, но прежде чем отдать всю свою кровь карте мой дядя рассказал про связь его линии крови с этим местом. Он узнал о секретной технике Хань Клана, что скрыта внутри: три тома магии Времени. Магии способной создать сокровище Разрушающее Время. С его помощью можно высосать годы жизни другого человека. Именно поэтому для его создания требуется древо Весны и Осени или деревья с похожими свойствами. Даже в древности, — ее бархатный голос стал тише, — сокровище Разрушающее Время считалось невероятно редким. Можно сказать, сейчас секрет его изготовления утерян. Но если он где еще и существует в этом мире, то только здесь! Что до первой части Трактата о Безжалостном Времени... ее передавали из поколения в поколение в моем Клане. Я объединю все три части и переплавлю сокровище Разрушающее Время. Это мое личное дело, и я бы не хотела, чтобы кто-то из Хань Клана прознал об этом, к тому же внимание Секты Черного Сита мне тоже ни к чему. Вот почему вы здесь. Старший Брат Се здесь ввиду наших с ним прошлых договоренностей".

Очевидно каждый составил свое мнение относительно правдивости ее рассказа и насколько много лжи она примешала к правде. Способ подбора ею спутников тоже давал пару намеков. Глаза Мэн Хао сверкнули, но глубоко внутри он не смог сдержать смех: "Похоже у каждого свои мысли на этот счет. Кроме меня похоже никто не слушал объяснение Хань Бэй. И она это прекрасно понимает. В ее рассказе что-то не сходится, однако... Трактат о Безжалостном Времени скорее всего существует. На данный момент, кроме деревянных мечей, у меня очень мало мощных магических предметов. Древо Весны и Осени с помощью медного зеркала можно легко продублировать, а с техникой из Трактата о Безжалостном Времени проблема нехватки мощных предметов будет решена. Но думаю стоит быть осторожным, если что-то пойдет не так, я немедленно ухожу с помощью талисмана удачи".

Пока Мэн Хао принимал решение, Хань Бэй сделала несколько пассов для открытия древнего портала у них под ногами. Изнутри послышался древний, многовековой рокот, словно внизу спало какое-то гигантское чудовище. Внезапно яркий свет окутал их трехсотметровую площадку. С появлением света Хань Бэй посмотрела на небо, словно что-то прикидывая в уме. А потом ее тело со вспышкой исчезло в портале. С легкой улыбкой Се Цзе последовал за ней, следом Сюй Юдао и остальные.

Мэн Хао проверил это место Духовным Сознанием, дабы убедиться, что это всего лишь портал. Когда все остальные прошли внутрь и стали расплываться, он тоже нырнул вниз. Сияющий наверху свет тут же погас, все остальные тоже исчезли. Когда они вышли, небо было точь-в-точь, как небо Обители Богов, однако землю покрывали трещины. Что-то виднелось вдалеке. Когда Мэн Хао увидел, что именно, его глаза незаметно блеснули.

Впереди высился гигантский бронзовый треножник!

Высотой в несколько десятков тысяч метров, эта громадина словно подпирала собой небо. Довольно грубой работы, он тем не менее был невероятно древним, словно стоял здесь с незапамятных времен. Треножник во все стороны испускал безграничную мощь, напугав всех, даже Хань Бэй. Мысли галопом понеслись в головах членов их маленькой группы.

"Треножники — регалии наций. Выковать их может только человек с невероятной судьбой. Похоже... этот внушающий ужас треножник стоит здесь уже очень и очень долг! Невероятное сокровище! Кто оказался настолько наглым, что выковал этот божественный треножник?! Этот архаичный стиль ни с чем не спутать. Должно быть он стоит здесь многие десятки тысяч лет. Может его выковало некое древнее всемогущее существо...?"

Каждый член их маленькой группы не спускал глаз с треножника. Даже человек в сером во все глаза уставился на него. В его глазах горел странный огонек. Се Цзе прищурился, какое-то время он никак не мог взять под контроль бушующие эмоции. Мэн Хао тотчас его узнал. Треножник — последнее, что увидела лиана, которую он послал через так называемый выход. Оглядевшись, он удостоверился, что всё вокруг выглядит в точности так, как в виденном им образе.

Мэн Хао холодно рассмеялся про себя, но виду не подал. Он незаметно вытащил талисман удачи и проверил его работоспособность. До сих пор он иногда не мог сдержать своего восхищения Патриархом Покровителем. Сложно сказать насколько ценен был этот талисман, но одно он знал точно — талисман работал и здесь. Сбросив камень с души, он перевел свое внимание обратно на треножник. Глядя на него нельзя не чувствовать благоговение. Хотя он видел его не в первый раз, увидеть его воочию, стоять рядом с ним — совершенно другое дело. Рядом с этой громадиной Мэн Хао чувствовал себя жалкой букашкой.

— Треножник треснут... — прокомментировал Сюй Юдао со вздохом.

Все отчетливо видели пересекающую этот гигантский, внушающий трепет треножник большую трещину. Выглядело так, словно трещина безуспешно пыталась расколоть треножник пополам. У всех сразу же возникла мысль, что только другое столь же могучее сокровище было способно на такое. Но Мэн Хао трещина представлялась иначе. Она не результат использования другого магического предмета. Он посмотрел в небо и почувствовал каково это, когда на тебя обрушивается Треволнение Грома. От трещины исходило похожее ощущение, должно быть в нее действительно ударило Треволнение Грома!

— Тот, кто сумеет завладеть этим огромным треножником и использует в качестве своего магического предмета сотрясет Мир Практиков, — слова Се Цзе прозвучали негромко, но в них отчетливо слышались страстные нотки.

[1] [方] - помимо "квадратный" имеет значение "квадратное начало", т.е. 'земля', как противопоставление 'круглому' небу.

Глава 158. Возможно ли существовать под одним небом с Цзи?!

Хань Бэй сделала глубокий вдох, ее лицо буквально светилось от возбуждения. Взмахом руки она вызвала древний кусок нефрита в форме полумесяца. Темно-зеленого, почти черного цвета выглядел он необычайно. Такой предмет не ожидаешь увидеть в чьих-то руках, а скорее закопанным где-то в древней гробнице, в которую многие века не проникал солнечный свет. Цвет нефрита похоже результат поглощения слишком большого количества губящей ауры смерти. Из нефрита-полумесяц вырвался яркий свет, заливший собой все вокруг. Сияние колыхнулось, когда оно полетело к трещине в огромном треножнике, а затем исчезло в ней.

— Здесь покоятся две части Трактата о Безжалостном Времени! — объявила Хань Бэй.

Она полетела вперед, следом за ней Сюй Юдао, женщина по фамилии Ли и человек в сером. Мэн Хао тоже не отставал. Шесть лучей света постепенно приближались к гигантскому треножнику. Чем ближе был треножник, тем сильней становилась давящая аура, испускаемая громадиной. Вскоре они достигли зияющей трещины, которая скорее походила на огромный каньон, разверзнутый на поверхности треножника. Их группа остановилась у самой трещины. Тонкий слой тумана окутывал путь впереди. Внутри трещины ничего не было видно, кроме черноты.

Рядом с трещиной Се Цзе хлопнул по своей бездонной сумке. Вырвавшийся зеленый свет превратился в лохматого зеленого зверя. Существо со вспышкой рвануло прямо внутрь трещины. Коснувшись тумана, оно взывало, а тело зверя начало распадаться на части. От этой сцены все заметно напряглись.

— Только кто-то с невероятным Духовным Сознанием может снять завесу тумана и закрыть трещину, — сказала Хань Бэй, — только тогда мы сможем войти.

Она посмотрела вверх, словно что-то рассчитывая в уме. А потом она повернулась к Мэн Хао. Не она одна. Сюй Юдао тоже смотрел на Мэн Хао. После поединка Мэн Хао и женщины по фамилии Ли, мощь его Духовного Сознания произвела на него неизгладимое впечатление.

— Собрат Даос Хань должно быть шутит, — возразил Мэн Хао немного грубовато, — этот треножник стоит здесь тысячелетиями, у него совершенно невероятная аура. Я не думаю, что смогу даже коснуться трещины.

— Собрат Даос Мэн, ты не понял, — спешно возразила она, — конечно я знаю, что кто-то с нашей Культивацией не может коснуться треножника. Моя фамильная драгоценность может устранить трещину. Однако направить ее всё равно должно Духовное Сознание. Только так можно залечить трещину.

Пока девушка говорила, она хлопнула по бездонной сумке и вытащила небольшой размером с ладонь веер. У него было всего три секции, каждую из которых покрывали магические руны.

— Только один человек может использовать сокровище, а твое Духовное Сознание самое сильное в нашей группе. Я искренне надеюсь на твою помощь. Когда мы войдем внутрь в других местах тебе не придется ничего делать. Как только дух веера будет разбужен Духовным Сознанием, он высвободит мощь во многом превосходящую нашу Культивацию. Этот веер изготовил Хань Клан специально для этого момента.

Мэн Хао окинул взглядом веер, после чего рукой приманил его к себе. Сначала он внимательно осмотрел парящий перед ним веер, после чего кивнул. Видя его согласие, Хань Бэй облегченно вздохнула. Она отошла в сторону, дабы предотвратить любые недоразумения. Лицо юноши ничего не выражало, когда тот высвободил Духовное Сознание.

Хань Бэй и остальные сосредоточились на нем. Чувствуя его невероятную мощь, они невольно начали сравнивать его со своим Духовным Сознанием. Результат сравнения еще сильнее всех насторожил.

Мэн Хао принялся изучать веер Духовным Сознанием. Как и следовало ожидать, на нем было клеймо Хань Бэй. Мэн Хао поднял голову и взглянул на огромный треножник. В следующий миг он выставил руку вперед, и веер вспыхнул. Три секции веера начали дрожать в каком-то причудливом танце. Как только вокруг Мэн Хао возник вихрь, жестом руки он отправил его в сторону тумана. С грохотом вихрь и туман столкнулись. Туман заколыхался и забурлил, поначалу казалось, что вихрь и туман смогут нивелировать друг друга, но вихрю не хватало мощи, поэтому она начал медленно затихать. "Трещину можно закрыть, но процесс будет весьма изматывающим", — подумал Мэн Хао, наблюдая, как туман в трещине начал восстанавливать себя, словно перерождаясь. После небольшой паузы он поднял правую руку и отправил еще больше Духовного Сознания. В этот раз пламя, охватившее веер, выглядело гораздо внушительней. И у пламени появился второй оттенок!

Наблюдающие Практики прищурились, они чувствовали мощь Духовного Сознания Мэн Хао, теперь оно в два раза превышало их собственное. Это потрясло всех до глубины души, особенно Хань Бэй, в ее глаза, прикованные к действу впереди, закрался страх.

Выглядело так, словно веер высасывал Духовное Сознание Мэн Хао так быстро, как мог, поэтому он внимательно следил за процессом, в случае первых признаков потери контроля, он тут же разорвет связь веера с Духовным Сознанием. Вновь появился вихрь, в это раз немного мощнее предыдущего. В следующую секунду Мэн Хао окончательно исчез в бушующем урагане. Остальные могли видеть только едва различимую фигуру, которая подняла руку, отчего первая секция веера тут же превратилась в горстку пепла, вторая секция тоже начала распадаться на части. Ветер нарастал, он буквально ревел от наполняющей его мощи. Когда вихрь схлестнулся с туманом от третей секции веера остался только горящий пепел. При виде рассыпающегося на части веера сердце Хань Бэй защемило. Но потом ее взгляд посуровел, обратной дороги нет.

Бум!

Прогремел чудовищный взрыв. Вихрь и туман пожирали друг друга, и вдруг в тумане образовалась прореха. В это же время из треножника в группу Практиков ударила волна зловещего холода. Словно открылась дверь, которая веками оставалась нетронутой. Запечатанная веками аура прошла сквозь Мэн Хао и остальных. Но на этом дело не кончилось, внутри холода Времени находились воспоминания, которые накрыли всех шестерых. Неожиданно перед ними возникло видение дней давно минувших.

Видение показало гигантский бронзовый треножник. Под красным небом он парил над землей. Ошеломительные разряды молнии раз за разом обрушивались на треножник, они резали и рвали, словно ведомые единственным желанием: уничтожить его до основания. Но треножник не поддавался, он гордо парил среди бушующей грозы. В красном небе внезапно возник водоворот, по другую сторону которого можно было разглядеть образы другого мира. Треножник хотел бросить вызов Небесам и пройти сквозь водоворот в размытый мир на другом конце.

Внизу столпились сотни тысяч людей. На коленях они в унисон распевали слова каких-то трактатов. Их голоса слились воедино и эхом разносились по округе. Когда Мэн Хао услышал песнопение, то сразу вспомнил учеников Секты Черного Сита, распевающих тот странный трактат. Звучало... очень похоже, хотя, как и в прошлый раз, он не мог разобрать слова. Внезапно из треножника прогремел голос:

"Желание твое скрыть звезды сим Небесным Сводом, затуманить очи мои сим Небесным Сводом, сковать Древо Мира, погасить звезды. Господин мой быть может крепко спит, но как может он существовать под одним небом с Цзи?!"

С неба градом падали молнии, желая уничтожить треножник. Видение неожиданно оборвалось для всех кроме Мэн Хао. Остальные ошеломленно переглянулись. Мэн Хао же был немного ближе к треножнику, и его первым коснулся порыв ветра Времени, поэтому его видение продлилось немного дольше.

Он наблюдал, как огромный треножник медленно поднимается всё выше и выше. Молнии, сыплющиеся с красного неба, начали сливаться воедино. Невозможно сосчитать сколько молний объединились в одно монструозное громовое копье. Похожее на огромный зуб, окруженное яркими всполохами, небеса низвергли его на треножник. Прогремел взрыв, и гигантский треножник задрожал. Удар оставил на нем огромную трещину. Более он не вздымался в небо, вместо этого он начал падать. Когда треножник рухнул с неба, второй голос со вздохом сказал:

"Ты воспротивился, не позволил забрать отсюда сей треножник. Так пусть... он покоится здесь веки вечные в ожидании того дня, когда ты падешь!"

На этом моменте видение оборвалось для Мэн Хао. Он сделал один глубокий вдох и посмотрел на треножник. Туман начал исчезать, а трещина затягиваться. На лице Хань Бэй мелькнуло беспокойство. Не теряя ни секунды, она рванула к трещине. Не сговариваясь, остальные бросились следом. Мэн Хао не остался в стороне, все они на максимальной скорости полетели к трещине. Как только они оказались внутри трещины медное зеркало в сумке Мэн Хао нагрелось. Впрочем, сейчас было не самое удачное время разбираться почему. Внутри треножника Мэн Хао обнаружил мир грома и молний. Пространство шириной около нескольких десятков тысяч метров полностью заполняли грохочущие молнии, походило это на огромную реку. Свет от такого количества молний практически ослеплял.

Однако у их маленькой группы имелись более насущные дела, чем любоваться миром внутри треножника. Неожиданно раздался душераздирающий вопль. Женщина по фамилии Ли вошла последней. Как только она попала внутрь на нее с невероятной скоростью обрушилась молния. С диким криком ее тело превратилось в пепел, даже ее бездонная сумка сгорела дотла.

Глава 159. Квадратный cнаружи, Круглый внутри, Таков порядок Небес

Все произошло настолько быстро, что Сюй Юдао даже моргнуть не успел. Человек в сером рядом с прищуром хлопнул по своей бездонной сумке и вытащил деревянную табличку. От нее исходило голубоватое свечение, которое судя по всему могло отражать молнии. Когда голубоватое свечение окутало Практика в сером, тот отошел от остальных на несколько метров, словно не хотел стоять с ними рядом. Выражение лица Се Цзе тоже изменилось, одновременно с тем, как человек в сером окутывал себя голубым светом, в его руке появилась деревянная статуэтка с тремя головами и шестью руками. Ее мягкий свет тут же объял Се Цзе. Хань Бэй опередила их обоих. Перед ней появился трехцветный лотосовый трон, очевидно какое-то отражающее молнии сокровище. Только Сюй Юдао и Мэн Хао оказались без подходящих предметов. Сюй Юдао холодно хмыкнул и развернул синее сокровище похожее на целебную пилюлю, её сине-зеленый барьер окутал его тело.

Мэн Хао мрачно рассмеялся: «Эти трое очевидно в сговоре, иначе откуда у всех троих отражающие молнии сокровища?» Только он и женщина по фамилии Ли пришли неготовыми.

— Отличный ход, Собрат Даос Хань, — сказал Мэн Хао невозмутимо, его глаза скользнули по его четырем спутникам.

— Я не ожидала, что здесь будет столько молний, — небрежно возразила Хань Бэй, — не понимаю, о чем ты. Собрат Даос Мэн, если у тебя нет отражающего молнии сокровища можешь воспользоваться Противогромовым Листом. Их защитные свойства весьма посредственные, но это лучше, чем ничего.

В ее руке возник прозрачный листок, девушка вопросительно посмотрела на Мэн Хао. На самом деле, всё это время она не спускала с него глаз, особенно с момента их появления внутри треножника. Се Цзе и два других Практика тоже смотрели на Мэн Хао, сложно было сказать, о чем они думают. В их глазах стоял невысказанный вопрос.

Наверху потрескивали молнии, мощные громовые раскаты казалось заполняли собой все вокруг. Каждый всполох молнии выглядел достаточно мощным, чтобы сразить человека на поздней ступени Возведения Основания. Внезапно в их сторону ударила молния. Прогремел взрыв и разряд распался на множество дуг поменьше.

— У меня нет отражающего молнии сокровища, вместо этого я владею техникой привлечения молний, — ответил Мэн Хао спокойно.

Рядом с ним вспыхнул грозовой туман, который сгустился во Флаг Грома. Вокруг него потрескивало электричество, в том числе частицы Треволнения Небес, которые собрал Мэн Хао. Этот флаг — действительно невероятный предмет. Молнии поблизости изогнулись, словно их что-то тянуло вниз. Если притянуть все молнии, собранные в этом месте, никакая магия отражения молний их не спасет. От них даже пепла не останется, а смерть будет такой же быстрой, как и смерть женщины по фамилии Ли.

С появлением Флага Грома молнии вокруг заколыхались. Когда Мэн Хао проглотил флаг, сходящиеся уже было к одной точке молнии рассеялись. Но теперь всем стало ясно, в этом месте флаг может очень быстро приманить, а с ними и их смерть.

Выражение лица Се Цзе изменилось, человек в сером нахмурился, а Сюй Юдао пораженно попятился. Страх перед Мэн Хао отчетливо виднелся в их глазах. Чувство страха закралось в их умы и сердца, отчего все они невольно скривились. Се Цзе мрачно произнес:

— Собрат Даос, не заходишь ли ты слишком далеко? — предельно осторожный, все его внимание было сосредоточено на Мэн Хао.

Сюй Юдао уже дважды стал свидетелем безжалостности Мэн Хао. Он со смешанными чувствами смотрел на него, не говоря при этом ни слова. И все же, ему не удалось сдержать тихий вздох. В его глазах Мэн Хао был не слабее некоторых эксцентриков стадии Создания Ядра. «Зачем ему отражающее молнии сокровище? С привлекающим молнии сокровищем мы неожиданно поменялись ролями, теперь наша группа оказалась в невыгодном положении», — мелькнула у него мысль.

— Собрат Даос, что это значит? — спросил человек в сером у Мэн Хао.

— О, ничего особенного, — беззаботно ответил Мэн Хао, — я просто хотел напомнить вам, дорогие Собратья Даосы, что Мэн Хао может призвать молнии, когда пожелает.

Он был готов применить громовое сокровище, как только хоть один разряд молнии ударит в его сторону. Хань Бэй несколько вдохов собиралась с мыслями, после чего ее губы тронула искренняя улыбка.

— Я пошутила Собрат Даос Мэн. Разумеется, у меня есть способ как защитить тебя от молний.

Она взмахнула рукой, и листок покинул ее лотосовый трон. Она хотела было отправить листок ему, но Мэн Хао со смехом пошел в ее сторону. Девушка заметно сникла, от его методов ее сердце сковал страх. А увидев, как Мэн Хао идет к ней, Хань Бэй невольно попятилась. Но он уже стоял рядом с ней.

— Зачем всё усложнять Собрат Даос Хань, — невозмутимо сказал он. Над их головами потрескивали молнии. — Не проще ли будет нам вместе воспользоваться твоим лотосовым троном? Ты ведь не против?

Ее лицо застыло. Прежде чем она успела возразить, Практик в сером кивнул:

— Так будет лучше всего.

— Я согласен, — вздохнув облегченно, поддержал Сюй Юдао.

Глаза Се Цзе блеснули, но он видимо решил держать свое несогласие при себе. Хань Бэй лишь секунду колебалась, после чего кисло улыбнулась:

— Если таковы твои условия Собрат Даос Мэн, как я могу тебе отказать?

Стиснув зубы, она открыла барьер лотосового трона и позволила Мэн Хао войти. Когда Мэн Хао встал рядом Хань Бэй, остальные трое облегченно перевели дух. Недавняя угроза Мэн Хао явно не вписывалась в предполагаемый ими сценарий развития событий. От одной мысли, что могло произойти у всех троих побежал мороз по коже. Мэн Хао воистину не знал жалости.

Хань Бэй внимательно посмотрела на Мэн Хао и натянуто улыбнулась. После короткого кивка она двинулась вперед, спокойный как зимний пруд Мэн Хао следом. Се Цзе и остальные не отставали.

Их небольшая группа начала продвижение через реку молний. Стоял неописуемый грохот. Молнии ударяли в землю, рассыпаясь множеством искр. Очевидно отражающие молнии сокровища оказались весьма эффективны, они были в полной безопасности. Мэн Хао искоса посмотрел на своих спутников, про себя он лишь холодно рассмеялся. Подобные магические предметы никак не могли попасть в руки Практикам стадии Возведения Основания. За каждым из них должно быть стоит некая могущественная фигура, которая принудила их отправиться сюда. «У Се Цзе есть только Секта Черного Сита, — подумал он, — человек в сером явно непростой вольный Практик. У него наверняка есть весьма обширные связи». Чем дальше продвигалась их группа, тем более мощными и пугающими становились молнии. Грохот не прекращался ни на минуту. Мэн Хао и раньше видел Треволнение Грома, но эти молнии казались ему куда более устрашающими. «Здесь нет места Практикам стадии Возведения Основания. Один разряд может с легкостью убить нас всех. И все же, никого, похоже, это не заботит. Очевидно им заранее было известно, что ожидать внутри. Я стал жертвой Треволнение Грома, поскольку мои Дао Колонны не имели права на существование. Этот треножник... дух Небес должно быть впал в ярость. Его обуяла нестерпимое желание уничтожить треножник, желание во много раз сильнее, чем в моем случае», — размышляя, Мэн Хао рассматривал окрестности. Но неприлично большое количество молний загораживали обзор. Оставался лишь одна дорога — вперед. В пути никто не разговаривал. За час они прилично продвинулись, хотя их по-прежнему окружали молнии, их интенсивность заметно поубавилась, отчего дорога впереди слегка прояснилась, открыв впереди захватывающую дух сцену.

— Это же... — Сюй Юдао разинул рот от удивления.

Глаза Се Цзе заблестели, а его дыхание сбилось. Глаза человека в сером сверкали, уставившись вдаль. Взгляд Хань Бэй посветлел.

Далеко впереди в центре гигантского треножника высилось девять огромных статуи. Каждая статуя изображала мужчину в расцвете сил. Их одежда отличалась от современной, несмотря на кажущуюся простоту это точно были длинные халаты. Среди девяти людей трое носили на головах короны. У двоих были длинные до пояса волосы. Один оказался лысым. От них исходила величественная аура, которую сложно было описать словами. Похоже каждая статуя символизировала один могущественный Дао, демонстрирующий путь неба и земли.

Эти статуи никого не оставили бы равнодушным, любой мог почувствовать их древнюю славу. Статуи не стояли прямо, наоборот все они преклоняли одно колено, обе руки вытянуты вверх, головы опущены. В руках статуи держали какие-то предметы!

Одно сокровище имело форму колеса, другое выглядело как совершенно невероятный меч, еще был сияющий нефритовый флакон. Каждая статуя держала свое сокровище. Мерцающий свет, испускаемый сокровищами, создавал множественные сияющие образы-отзвуки. Мэн Хао и остальные потеряли дар речи. Одна из статуй держала два древних свитка! Лицо статуи сильно напоминало Хань Бэй! Спину статуи пересекала большая трещина, очевидно оставленная молнией Небес. Сложно сказать, когда именно молния ударила в статую. Но было еще кое-что. Мэн Хао ошарашено замер, его спутники тяжело задышали. Между девяти статуй в самом центре находился предмет, которому они все поклонялись... бронзовый круглый треножник! Неожиданно в голове Мэн Хао зазвучал голос:

"Квадратный снаружи, круглый внутри, таков порядок Небес!"[1]

[1] Идеальный вид сосудов для жертвоприношений — квадратный снаружи, круглый внутри. Второе значение можно найти в Хуай-нан-цзы: "Небесный путь — круглый, путь Земли — квадратный". Древние китайские монеты были цилиндрической формы с квадратом в центре. Они означали соединение инь и ян; пару небо и земли "тянь-цзы" как символ всего космоса. На вопрос как стоит жить мастер Шэн Янь однажды сказал: «Будь квадратным внутри (имей собственные принципы/убеждения) и круглым снаружи (действуй практично/умело)».

Глава 160. Фамилии Мэн нет среди Девяти Семей

Снаружи — гигантский квадратный треножник, в то время как внутри него находился Небесный круглый треножник. Круглый треножник действительно был порядком Небес! От увиденного голова Мэн Хао загудела. Ощущая на себе мир огромного треножника, ему казалось, что тот хранит в себе нечто всеобъемлющее.

"Девять коленопреклоненных фигуры, девять — кульминация Небес, — пробормотал человек в сером, пытаясь унять дрожь, — коленопреклоненные фигуры не люди, они очевидно символизируют волю Небес! Нет, нет. Треножник должен быть сделан наоборот. Небеса круглые, земля квадратная. Так повелось с древних времен, всем об этом известно. Это закон, установленный десятки тысяч лет назад, принцип неба и земли. Треножник должен быть круглым снаружи, и квадратным внутри. Так будет правильно. Тогда будет, как в поговорке: ‘Небеса снаружи и наверху, земля внутри и внизу’"

Человека в сером уже заметно трясло, он все продолжал что-то бубнить себе под нос. Словно ему не удавалось понять мир этого треножника, который был квадратным снаружи и круглым внутри. Сюй Юдао во все глаза таращился на круглый треножник. Невозможно было понять, о чем он думает. Се Цзе прищурился. Несмотря на шок, он быстро вытащил нефритовую табличку, на которую записал все увиденное. Хань Бэй тоже пребывала в состоянии шока. Она не могла оторвать глаз от трещины на спине статуи. Ее глаза ярко сверкали, очевидно в благоговейном трепете перед предком.

"Я понял, — теперь и голос человека в сером дрожал, — небеса круглые, земля квадратная. Круглый треножник снаружи становится Небесами, квадратный треножник внутри становится землей. Такое расположение будет соответствовать воле Небес, но это... это воплощение зла! Эти треножники воплощают землю, покрывающую собой Небеса, словно хороня Небеса! Таким образом круглый треножник — Небеса, квадратный треножник — земля. Это место... могила!!!" — изумленно заключил он.

Он медленно сделал три шага вперед и закашлялся кровью. Лицо Практика в сером стало белее мела, а глаза пораженно сверкали. Его рука начала метаться из стороны в сторону, словно он что-то рассчитывал, голос же наоборот стал громче:

"Девять коленопреклоненных — точно кульминация Небес! Их просто изобразили в виде статуй, каждая из которых символизирует легендарные Девять Мифических Звезд. Девять Мифических Звезд поклоняются треножнику. Здесь сосредоточен порядок Небес. Бронзовый квадратный треножник, внутри которого похоронено сердце Небес! Как дерзко! Как грандиозно! Могила, где Небеса похоронены в земле!!! Чья это могила? Некто добровольно встретил смерть, ради того, чтобы украсть удачу у самих Небес! Это гроб, а Обитель Богов снаружи — гробница! Если сложить всё это вместе, то никакая это не Обитель Богов. Это Обитель Проклятых! Могила непокорности Небесам!"

Его слова услышали все. Выражение лиц Сюй Юдао и Се Цзе изменилось. Мэн Хао сделал глубокий вдох, в надежде успокоиться. Слова человека в сером эхом звучали у него в голове. Они казались знакомыми, быть может это место... действительно могила. Ему сразу вспомнилось видение и слова, сказанные голосом напоследок:

"Ты воспротивился, не позволил забрать отсюда сей треножник. Так пусть... он покоится здесь веки вечные в ожидании того дня, когда ты падешь".

Мэн Хао сделал еще один глубокий вдох и задумался о словах древнего голоса внутри треножника:

"Желание твое скрыть звезды сим Небесным Сводом, затуманить очи мои сим Небесным Сводом, сковать Древо Мира, погасить звезды. Господин мой быть может крепко спит, но как может он существовать под одним небом с Цзи?!"

Эхо голоса грохотало в голове Мэн Хао. Его сердце готово было вырваться из груди. Он вспомнил легенду о древе Весны и Осени, как Древо Мира добровольно обрушилось, но не уступило Небесам. Еще вспомнилась история о конце Древнего Клана Погибели, флаге о трех хвостах, который сейчас покоился в маске Кровавого Бессмертного. На флаге начертан всего один символ... "Цзи" Еще он вспомнил об условии Кровавого Бессмертного переплавить линии крови Цзи!

— Собратья Даосы, нет причин для паники, — сказала Хань Бэй, ее чистый, звонкий голос разнесся эхом. Хотя он не смог перекрыть грохот грома, все отчетливо ее услышали. — Я не знаю могила ли — это место, но как видите статуя со свитками мой предок. Статую расколол Небесный Гром. Вот почему первая часть Трактата о Безжалостном Времени покинул это место и его смогли найти прошлые поколения моего Клана, — она повернулась к Мэн Хао и остальным. — Более того из всех сокровищ можно забрать только трактат. Остальные статуи целые и невредимые. Я посетила немало тайных встреч, тот факт, что вы смогли увидеть мое послание значит, что вам суждено было оказаться здесь. Каждого из вас сподвигли пойти свои причины, за каждым из вас стоит кто-то могущественный. Я об это конечно же знаю, и мне всё равно, кого вы представляете, — дальше она продолжила уже мягче. — Я только надеюсь, что ради Девяти Мифических Звезд вы сдержите свои обещания. Сейчас мы можем только наблюдать издали, но, когда мы приблизимся к статуям, я знаю, как добыть два манускрипта. После этого мы сделаем всем копии. На самом деле истинная причина моего прихода сюда — отдать дань уважения статуе моего предка.

Ее слова несли с собой странную успокаивающую силу. Человек в сером постепенно начал приходить в норму. Мэн Хао гадал специально ли он нес весь тот бред, к тому же его насторожили слова Хань Бэй: "ради Девяти Мифических Звезд".

— Идти недалеко, — продолжила Хань Бэй, — однако я должна попросить о помощи Собратьев Даосов Сюй и Сыма. Дальнейшее продвижение преграждает еще больше молний. Изначально мы вообще не должны были сюда добраться. Но когда первая часть трактата покинула это место, именно она проложила путь. Идти по нему будет намного безопасней. Более того молнии будут не так сильны. К тому же они периодически ослабевают где-то на час. Этого времени должно хватить, чтобы нам всем безопасной пройти. Я специально подстроила так, чтобы время начала нашего похода совпадало со временем ослабления молний!

Ее взгляд скользнул по собравшимся Практикам, словно в ожидании чего-то. Спустя где-то десять вдохов молнии начали блекнуть. Они оставались опасными, но их давящая аура заметно снизилась. Теперь они не казались столь же жуткими, как раньше.

— Молнии ослабнут на час. Собрат Даос Сюй, Сыма поспешите! — воскликнула девушка и подняла руку, глаза ее сияли.

Потемневший от времени кусок нефрита взлетел над ними, словно указывая направление. Бурча что-то под нос, Сюй Юдао полетел вперед. Практик в сером похоже полностью пришел в себя и последовал за Сюй Юдао. Оба испускали мощь поздней ступени Возведения Основания. Один из них явно излучал Древесный аспект Ци. Практик в сером источал Пыльный аспект Ци, который по всем параметрам превосходил Древесный Ци. Пока они шли вперед, волнами начало расходиться желтовато-коричневое свечение. Оба вытащили свои магические предметы. Хань Бэй сделала глубокий вдох, ее древний нефрит Времени ярко засверкал. Все двигались крайне осторожно.

Как только молнии ослабели они смогли подняться в воздух и полететь. Однако, чем ближе были статуи, тем насыщенней становились молнии. С неба послышался рокот. Молнии посыпались с неба, некоторые ударяли в непосредственной близости от их пятерки. Так они и шли. Сюй Юдао и человеку в сером продвижение вперед давалось нелегко.

Вскоре на их сокровищах появились трещины, без колебаний они вытащили еще несколько отражающих молнии сокровищ. Мэн Хао с ничего не выражающим лицом молчал. Он не дал не единого намека, что может помочь, как никак со своей задачей он справился, поэтому в дальнейшем они вряд ли обратятся к нему за помощью. Несмотря на все опасности этого места остальные всё равно решили прийти сюда, и пришли они во все оружия. В руке Мэн Хао держал талисман удачи, свой туз в рукаве.

Время тянулось медленно, их группа уверенно приближалась к статуям. Лица Сюй Юдао и человека в сером приобрели пепельный оттенок. Они были на пределе. Чем ближе были статуи, тем обильней становились молнии. Оба уже использовали несколько магических предметов, у них начался кровавый кашель, больше они не могли продолжать.

Внезапно на их группу обрушилась молния. Лица Сюй Юдао и остальных дрогнули. Древний нефрит Времени Хань Бэй накрыл всех ярким барьером. Как только молния с грохотом столкнулась с барьером изо рта Хань Бэй и остальных брызнула кровь. Когда их окружило электрическое сияние все участники экспедиции побледнели. Особенно сильно задело Сюй Юдао и человека в сером, они никак не могли унять дрожь. Члены группы смогли вздохнуть спокойно только тогда, когда молния рассеялась, оставив после себя электрические искры. Переглянувшись, каждый мог заметить, как остальные заметно насторожились.

— Собрат Даос Хань, — сказал Сюй Юдао, — не ты ли сказала, что молнии будут слабей? Почему этот разряд оказался настолько мощным?!

Мэн Хао утер кровь с подбородка, его глаза сияли. Частицы молнии, попавшую в его тело, вобрал в себя Флаг Грома. Похоже он переживал еще одно преображение. На самом деле несмотря на кажущиеся раны и кровавый кашель он был в порядке. Однако он продолжал делать вид, что ему плохо. Утерев кровь с губ, Хань Бэй холодно ответила:

— Вы все добровольно решили прийти сюда. Не может быть, чтобы хоть кто-то из вас не знал, что здесь нет места Практикам стадии Возведения Основания. Без моего знания этого места, без моего древнего нефрита Времени, без других вещей, о которых все в курсе, мы бы не смогли оказаться здесь. Мы бы даже не смогли войти в треножник. Что до молний, да, они сейчас ослабли. Конечно остается шанс, что нам не повезет, и на нас обрушится не ослабленная молния, — девушка повернулась к Се Цзе. — Старший Брат Се, пришел твой черед действовать. В этом месте находится то, что ищет Секта Черного Сита, то, что они планировали вытащить с помощью Башни Сотни Духов. Похоже они не стали обращать внимание на наше небольшое предприятие, но нет сомнений, они стоят на страже снаружи. Мы оба знаем, что они не смеют войти сюда, ведь только потомкам Девяти Великих Семей это дозволено, любого другого ждет смерть. Девять Великих Семей Южного Предела последние годы находятся в упадке. Всё настолько плохо, что они больше не могут соперничать с Кланами этого поколения и в большинстве своем состоят из смертных. Способные к Культивации члены примкнули к различным Сектам. Со всем нашим прошлым, сейчас мы ничем не лучше домашнего скота. Ты и я лишь орудия в руках Секты Черного Сита.

Се Цзе какое-то время молчал, а потом с улыбкой сказал:

— Один вопрос уже долго не дает мне покоя. Среди Девяти Великих Семей нет фамилии Мэн. К тому же ни одна из девяти статуй внешне не похожа на Собрата Даоса Мэн. Как тогда он смог сюда попасть? — закончил он, многозначительно посмотрев на Мэн Хао.

Глава 161. Появление Наивысшей Муки!

Теперь не только Се Цзе смотрел на Мэн Хао, Сюй Юдао и человек в сером одарили его многозначительным взглядами. В голове Мэн Хао мысли неслись галопом, теперь он понял почему остальные так странно на него смотрели, как только они вошли в треножник. Мэн не входили в Девять Великих Семей, по этой причине остальные по прибытию сразу же поняли, что Мэн Хао здесь под вымышленным именем.

Даже он был не до конца уверен относительно этого откровения. Его взгляд устремился сквозь пелену молний к огромным статуям, и действительно, среди них были лица похожие на Сюй Юдао, человека в сером и даже Се Цзе. Статуи изображали их предков. Их фамилии можно было проследить в прошлое к Кланам, которые некогда назывались Девятью Великими Семьями. "Могу ли я быть одним из Девяти Великих Семей...?" — спросил себя Мэн Хао. Мгновением позже его губы растянулись в улыбке, пусть и холодной. Он точно не принадлежал ни к одной из Девяти Великих Семей.

Он вспомнил как во время проникновения в треножник медное зеркало в его сумке ИньЯнь нагрелось. Но один этот факт вряд ли мог считаться железным доказательством. Мэн Хао так же припомнил, как во время тайной встречи зеркало тоже нагрелось в тот момент, когда Хань Бэй выложила информацию о первой части Трактата о Безжалостном Времени. "Хань Бэй должно быть очень долго готовилась к этому моменту, — подумал он, — и наш поход — результат не одной тайной встречи. Информация не только была ограничена по уровню Культивации поздней ступени Возведения Основания, но и по линии крови Девяти Великих Семей". Собрав все обрывочные сведения, он пришел к выводу, что всё так или иначе указывает на причастность медного зеркала. "Что вообще такое это зеркало? Своей аурой оно способно взрывать диких зверей, да еще его способности к дублированию. Похоже именно зеркало, как-то сжульничав, помогло мне попасть сюда. Даже не будучи частью Девяти Великих Семей я всё равно смог войти". Все эти мысли пронеслись в голове Мэн Хао одна за другой. Между вопросом Се Цзе и ответом Мэн Хао прошло всего пару вдохов.

— Включают ли Девять Великих Семей Мэн, я не знаю, — ответил он невозмутимо, — но мое нахождение внутри треножника, и то, что я смог дойти до этого места само по себе является ответом на все вопросы.

Выражение его лица недвусмысленно давало понять, о чем он говорит. Се Цзе моргнул и нахмурился. Он не нашелся с ответом на слова Мэн Хао. Мэн Хао, высказавшись в свою защиту, ничего не подтвердил, но ничего и не отрицал, быть может быть его слова содержали часть того и другого. Се Цзе долго не спускал с него глаз. Ответ был ясен — Мэн Хао сам не знал почему так вышло. Возможно он действительно был частью Девяти Великих Семей?

— Собрат Даос Мэн объяснился, — спокойно подытожила Хань Бэй, — Старший Брат Се, я знаю, что у тебя есть Пилюли Зеленого Покрытия, врученные тебе лично Лидером Секты с наказом использовать именно здесь. Я всё знаю, бессмысленно отрицать.

Се Цзе ненадолго умолк. Он мрачно оглядел сверкающие молнии, а потом хлопнул себя по макушке и выплюнул маленькую зеленую пилюлю размером с ноготь. Пилюля взорвалась, отправив во все стороны большой объем зеленого Ци. Из-за этого молнии начали становиться прозрачными, словно их что-то окутало. Их группа продолжила идти еще несколько сот метров с Сюй Юдао и человеком в сером в авангарде. После этого Се Цзе с напряжением в голосе сказал:

— У меня всего три Пилюли Зеленого Покрытия!

Он выплюнул еще одну и послал ее в сторону едва различимых молний. Благодаря мощи двух Пилюль Зеленого Покрытия они добрались до девяти статуй. Статуи повергали в трепет, треножник по центру казалось мог хранить в себе Небеса. Древняя аура вокруг коснулась лиц Практиков, каждый чувствовал словно их переместило во времена глубокой древности. Они казалось могли пощупать эту безграничную эпоху.

Хань Бэй не смогла сдержать восторженного блеска в глазах. Она, задыхаясь от восторга, не спускала глаз со статуи ее предка. Рядом с ней Сюй Юдао, человек в сером и даже Се Цзе стояли в тишине и просто глазели на статуи своих предков. Мэн Хао не дано было понять, что сейчас твориться в их головах. Его лицо было самым спокойным в их группе, он внимательно рассматривал одну статую за другой. Наконец он посмотрел на круглый треножник, который символизировал Небеса.

Пока он разглядывал треножник, уголком глаза он заметил движение рядом с одной из статуй. Глаза резко метнулись в ту сторону, от увиденного его зрачки удивленно расширились. С плеча одной из статуй, которая напоминала человека в сером, упавшая пыль явила что-то странное. Нечто квадратное, эластичное похожее на желатин, как ломоть холодца. Чистый и белый, при виде его первой реакцией любого стало бы нестерпимое желание его съесть. Объект покоился на плече статуи и слегка шевелился, стряхивая пыль. Мэн Хао во все глаза уставился на него, невольно разинув рот. Похоже он был живой! Внезапно он вспорхнул с плеча статуи и приземлился на ее голову. А потом и вовсе взлетел в воздух. Холодец пересекла тонкая линия, которая затем раскрылась в огромный рот. В эту же секунду с неба с грохотом ударил гром. Десять молний низверглись прямо на холодец. Холодец пожевал немного, а потом замер словно переваривая молнии. Мэн Хао пораженно наблюдал, как тот упал вниз, а потом, попрыгав немного по земле, взобрался на круглый треножник и замер.

Теперь не только Мэн Хао обратил на него внимание. Грохот молний и странный прыгающий холодец сложно было не заметить. Хань Бэй и остальные нерешительно переглянулись. Хань Бэй сощурила глаза, а глаза Се Цзе наоборот широко распахнулись. Ахнув, оба понимающие переглянулись.

— Это же...

— Вот для чего Секте Черного Сита нужна Башня Сотни Духов. Они хотят достать отсюда Величайшую Муку, — человек в сером внезапно сказал:

Его глаза блеснули таинственным светом. В зрачках человека в сером возник странный символ, словно тот пытался собрать побольше информации. Это никак не было связано с Культивацией, а скорее с особенностями его глаз.

Прежде чем Хань Бэй и Се Цзе успели ответить холодец внезапно прыгнул. На его поверхности как по волшебству появилось лицо старика с закрытыми глазами. Пошевелив носом, глаза внезапно открылись. В них отчетливо виднелась безысходность. Холодец рванул к выходу из квадратного треножника, но потом почему-то замер в воздухе, словно в замешательстве. После он просто летал в воздухе и пожирал молнии. При виде этого глаза пятерых Практиков заблестели.

— Почему оно называется Величайшей Мукой? — внезапно спросил Мэн Хао человека в сером.

— Мне не известно, — ответил он, — о его происхождении я не смог ничего разузнать. Секта Черного Сита, с другой стороны, занимается его исследованием гораздо дольше. В тех крохах информации, что мне удалось добыть было только его имя Величайшая Мука…

— Мне плевать как эта штука зовется, — прервал его Сюй Юдао, — уже прошло полчаса. Если Собрат Даос Хань не достанет оставшуюся часть Трактата о Безжалостном Времени, тогда все наши усилия были в пустую!

Хань Бэй молча села в позу лотоса перед статуей своего предка. Ее руки выполняли магические пассы, а древний нефрит кружился вокруг нее, источая зеленоватое свечение. Глаза Мэн Хао заблестели, и он подошел немного ближе. Наступило временное затишье. Только наверху грохотал гром. Спустя где-то сотню вдохов глаза Хань Бэй открылись, а с ее губ начали срываться слова заклинания. Сюй Юдао, человек в сером и Се Цзе держались настороженно.

Хань Бэй дочитала заклинание и сплюнула немного крови на древний нефрит. Он вспыхнул слепящим зеленым светом и полетел к рукам статуи. Он летел не очень быстро, качаясь из стороны в сторону. Кровь отлила от лица Хань Бэй, словно девушка с трудом контролировала движение нефрита. Когда древний нефрит достиг статуи, два трактата ярко засияли. С грохотом на их поверхности появились трещины. Внезапно два куска нефрита вырвались из двух свитков.

У каждого члена их маленькой группы имелись свои подозрения почему так случилось, но одно было точно — два куска нефрита улетали прочь от взорвавшихся свитков трактата. Со свистом они рванули прочь, оба летели по странной траектории, словно никто их не контролировал. Похоже они пытались покинуть пределы квадратного треножника. Но прежде чем они успели уйти далеко их схватило зеленоватое сияние древнего нефрита Хань Бэй. Словно все три были связаны между собой. Два куска нефрита замерли в воздухе. Они гудели и дрожали, словно чему-то сопротивляясь.

Хань Бэй закашлялась кровью, судя по ее лицу она была на пределе. Внезапно древний вырвался из-под ее контроля и полетел вниз. В эту же секунду два оставшихся куска нефрита полетели дальше. Всё произошло в считанные мгновения, времени на размышления не было. Сюй Юдао во вспышке устремился за одним из кусков нефрита. Человек в сером сощурил глаза и тоже зеленым лучом света полетел за вторым куском нефрита. Се Цзе с подозрением на лице избрал целью изначальный кусок нефрита.

— Остановитесь, Собратья Даосы. На любого коснувшегося их не из моей линии крови обрушится Великое треволнение! Я знаю способ как соединить все три куска нефрита воедино, — борясь с кровавым кашлем, воскликнула Хань Бэй.

Глава 162. Коварные Планы

Разумеется, ее слова остальные пропустили мимо ушей. Сюй Юдао только прибавил скорости. Три человека, три разных направления. Пока они летели вперед, их отражающие молнии сокровища слабо поблескивали. Глаза всех троих маслянисто блестели. Мэн Хао тоже присоединился, однако он не стал гнаться за нефритами, вместо этого он направился к Хань Бэй, которая судя по всему потеряла контроль над собственным древним нефритом. Одновременно с этим Сюй Юдао догнал свой нефрит, один взмах рукава и тот отправился в сумку. Вся погоня прошла без происшествий.

— Ха-ха! Собрат Даос Хань, я добыл его вместо тебя. Я пока его придержу и позже вручу тебе копию.

Пока Сюй Юдао хохотал, глаза Се Цзе внезапно ярко сверкнули. Любой, кто посмотрит на него, сразу заметит, что он действовал со свойственной ему осмотрительностью. Однако Хань Бэй не прикидывалась, тревога и неприязнь на ее лице после такого чудовищного кровавого кашля была настоящей. Когда Сюй Юдао успешно захватил нефрит, Се Цзе отбросил свои подозрения и увеличил скорость. В его сторону внезапно ударила молния, из-за чего ему пришлось выплюнуть третью Пилюлю Зеленого Покрытия. С грохотом Се Цзе привел пилюлю в действие и защитился от молнии. Прикусив язык, он сплюнул немного крови, которая превратилась в кровавый туман. Когда он прошел сквозь него его скорость значительно выросла. В мгновение ока он оказался рядом с куском нефрита. Этот кусок нефрита тоже отправился в бездонную сумку.

Глаза Се Цзе полыхнули, когда он посмотрел на человека в сером. Тот мчался вперед, сосредоточив все внимание на куске нефрита, но в его действиях по-прежнему угадывалась осторожность. После успеха Сюй Юдао и Се Цзе он увеличил скорость и от обретения последнего куска нефрита его отделяли считанные мгновения. Взгляды всех были прикованы к нему. Мэн Хао смотрел, как тот взмахнул рукавом, намереваясь забрать кусок нефрита. По непонятной причине неожиданно начали собираться молнии. Быстрее, чем кто-либо успел моргнуть, десять разрядов обрушились на человека в сером, его отражающие молнии сокровища не выстояли и разбились. С лицо перекошенным от страха он всеми силами пытался увернуться, но, когда прогремел взрыв, от тела Практика в сером остался лишь пепел. Его бездонная сумка так же не сохранилась. Только древний кусок нефрита вышел из столкновения без единой царапины. Кусочки пепла и костей, остатки Практика в сером, медленно падали вниз.

Хань Бэй вновь зашлась кровавым кашлем. На красивом лице ни кровинки, она подняла трясущуюся руку в сторону улетающего куска нефрита. Он дрогнул и сменил направление, полетев обратно к Хань Бэй и Мэн Хао. Судя по его траектории летел он именно к Мэн Хао.

— Собрат Даос Мэн, осторожней! — резко окрикнула Хань Бэй.

Все произошло слишком быстро. После смерти человек в сером лицо Се Цзе скривилось. На лице Сюй Юдао застыла маска ужаса. Но они не могли отвести глаз от куска нефрита летящего к Мэн Хао и Хань Бэй. Смерть человека в сером выглядела случайной и похоже не была связана с древним нефритом.

Оба одновременно сорвались с места. Расклад вышел неутешительный, если Мэн Хао попробует вмешаться, они объединят силы и уничтожат его. Но их скорость оказалась немного ниже его. Даже приложив все усилия, они опоздают буквально на мгновение. Мэн Хао сверкнул глазами и рванул вперед, в уголках его губ играла едва уловимая насмешливая улыбка. Трое Практиков со всей возможной скоростью летели к куску нефрита.

В этот момент закрытые глаза холодца, парящего в воздухе, внезапно открылись. Они остановились на троих Практиках, летящих к нефриту, и внезапно холодец ринулся вперед с умопомрачительной скоростью. В следующую секунду он приземлился на голову Сюй Юдао. Сюй Юдао задрожал и жалобно воскликнул:

— Собрат Даос Се, помоги....

Прежде чем Се Цзе успел хоть что-нибудь сделать, холодец открыл рот. Сверху сразу же ударил целый рой молний. Выглядело так, словно они все попали в рот холодцу, вот только после яркой вспышки от Сюй Юдао остался лишь пепел, который подхватил ветер. Он даже не успел закричать.

Охнув, Се Цзе замер, сердце в его груди бешено колотилось. Он потрясенно наблюдал за парящим в воздухе холодцом. По его коже пробежал холодок.

Когда Сюй Юдао погиб, а Се Цзе остановился, древний нефрит по-прежнему летел навстречу Мэн Хао. Юноша хохотнул и отлетел в сторону, пропустив кусок нефрита. Теперь тот летел прямиком к Хань Бэй. Она опешила, как и Се Цзе, который до сих пор не пришел в себя после смерти Сюй Юдао по вине холодца. Мэн Хао рассмеялся и холодно посмотрел на Хань Бэй и Се Цзе:

— Ваш спектакль смог одурачить этого глупца в сером, но вы действительно думаете, что сможете и меня обвести вокруг пальца?

В его глазах читалась насмешка. Он выплюнул Флаг Грома. Все молнии вокруг сразу же погрузились в хаос. После слов Мэн Хао Хань Бэй нахмурилась, а глаза Се Цзе сверкнули. Оба молчали.

— Вы явно не ожидали встретить здесь холодец, поэтому то Сюй Юдао и погиб. Это явно был несчастный случай, а не частью вашего плана. В любом случае, — добавил он холодно, — со смертью Сюй Юдао ваш план на троих лишился одного участника. Думаю, сейчас самое время предложить мне занять его место, особенно учитывая, что я не против.

Он улыбнулся. Флаг Грома пустил по воздух рябь, отчего молнии яростно заколыхались. Не желая привлекать внимание холодца, он притянул Флаг Грома поближе и подавил рябь.

Се Цзе скривился. Коварство Мэн Хао заслуживало восхищения. За всё время пути он почти не разговаривал с Хань Бэй и Сюй Юдао. Никто не должен был связать их вместе. Но Мэн Хао как-то удалось.

— Предсмертные слова Сюй Юдао окончательно все прояснили, — Хань Бэй слабо улыбнулась, тревогу с ее лица словно ветром сдуло, — Собрат Даос Мэн, ты невероятно прозорлив. Твоя наблюдательность достойна восхищения. Верно, в конце должно остаться только трое. Буду с тобой предельно откровенна, ради этого места я предала Секту Черного Сита. Изначально Секта Черного Сита разрешила нам с Се Цзе прийти сюда, вот только мы и думать не могли, что объект, который разыскивает Секта находится здесь. И смерть Сюй Юдао тоже стала неожиданностью.

Она поправила прическу и улыбнулась. Ее красота не ослепила Мэн Хао, всё это время он пристально за ней наблюдал, опасаясь ее махинаций. Девушка была невероятно умна и хитра, Се Цзе не шел с ней ни в какое сравнение.

Пока девушка говорила, она подняла руку и сжала пальцы. Синяя прядь света полетела к ней с того места, где погиб Сюй Юдао. Следом серая прядь света устремилась к ней от места гибели практика в сером. Они закружились в воздухе. Хань Бэй открыла рот и выплюнула желтую прядь. Три пряди сплелись и ярко засияли. Желтая очевидно принадлежала женщине по фамилии Ли, которую Хань Бэй забрала после ее смерти.

"Здесь покоятся сокровища Девяти Великих Семей, но только сокровище Хань Клана можно забрать с собой. Остальные статуи не тронуты, и как следствие запечатаны. Нам изначально требовалось пряди трех линий крови и сила трех людей, чтобы открыть истинное местоположение переплавляющего Время сокровища Хань Клана. Теперь нам придется использовать прядь Сюй Юдао. Брат Мэн, забудем прошлые разногласия. Если ты согласен, тогда ты сможешь получить копию переплавляющего Время сокровища. Я готова поклясться именем моих знаменитых предков! — она хлопнула по бездонной сумке и вытащила Фэншуй компас. Она быстро стерла клеймо и сказала. — Прими его в качестве извинений. На самом деле выход, о котором я говорила ранее, не ведет наружу. Он просто вернет тебя сюда. Этот Фэншуй компасе — сокровище Секты, с его помощью ты сможешь покинуть это место. Однако он не поможет тебе выбраться из Обители Богов, только покинуть квадратный треножник".

Фэншуй компас полетел к Мэн Хао. С ничего не выражающим лицом он отправил внутрь немного Духовного Сознания. А потом обменялся взглядами с Хань Бэй, глаза обоих одновременно блеснули. Се Цзе в стороне мрачно наблюдал за их беседой и лишь холодно хмыкнул. Мэн Хао принял Фэншуй компас и проверил его с помощью Духовного сознания, удостоверившись, что это устройство для перемещения, он кивнул.

Улыбка Хань Бэй стала еще ярче. Она коротко кивнула Мэн Хао и повернулась к Се Цзе, который сверлил взглядом Мэн Хао. Он даже не пытался скрыть недовольство. Он и Хань Бэй уже какое-то время были вместе. После их миссии они вернутся в Секту и официально станут возлюбленными.

Хань Бэй сделала глубокий вдох и взмахнула своей изящной рукой. Три разноцветных пряди сплелись и пришли в движение. Они стали длинней и принялись формировать сложный узор вокруг статуи предка Хань Бэй с трещиной на спине. В тоже время Хань Бэй прикусила язык и сплюнул немного крови. Три пряди приобрели ярко красный оттенок, продолжая лететь к трещине. Потом они разъединились. Хань Бэй ухватилась за одну прядь, две других полетели к Мэн Хао и Се Цзе. Как только Мэн Хао схватил свою прядь, то сразу почувствовал жар от зеркала в сумке ИньЯнь.

"Предметы в руках девяти статуй ненастоящие, а всего лишь иллюзии. Истинное сокровище скрыто внутри круглого треножника. Никто не может их забрать, даже члены девяти линий крови. Однако в тело предка Клана Хань попало Треволнение Грома, так образовалась эта трещина. Вот почему стало возможным достать переплавляющее Время сокровище внутри треножника, одно из девяти сокровищ! Это можно сделать только одним способом — вскрыть круглый треножник. Правда, с нашей Культивацией это невозможно. Брат Мэн; Се, дорогуша! Помогите усилить мощь моей линии крови. Мы используем мощь моего предка-статуи, чтобы добыть предмет!"

Ее глаза вспыхнули загадочным светом, когда она посмотрела на Мэн Хао с Се Цзе и обворожительно улыбнулась.

Глава 163. Нежное Убийство

Мир внутри треножник зарокотал. Молнии затанцевали в воздухе, чем, похоже, напугали холодец. Его внимание переключилось на Мэн Хао и остальных. Послышался голос Хань Бэй:

— Я собираюсь применить магию линии крови, Брат Мэн; Се, дорогуша, пожалуйста, посодействуйте всеми силами.

Она прикусила язык и сплюнула немного крови на пряди, которые проникли в трещину статуи. Пряди заискрились красным. Раздался протяжный звук, и вся статуя задрожала. С нее посыпалась пыль. Мэн Хао внезапно почувствовал, как прядь в его руке принялась вытягивать его Культивацию и Духовное Сознание. Его глаза сверкнули, но лицо осталось бесстрастным. Се Цзе рядом с ним тоже вкладывал в прядь свою Культивацию и Духовное Сознание. Он посмотрел на Мэн Хао, и на секунду в его глазах вспыхнула жажда убийства. А потом его взгляд переместился на Хань Бэй и потеплел. Можно было сказать, что эти двое напоминали "зеленую сливу и лошадь из бамбука".[1] Детство их прошло в конфликтах, но сейчас Хань Бэй похоже сумела найти ключик к его сердцу.

Внезапно рокот усилился. Хань Бэй побледнела. Она контролировала три пряди, Се Цзе и Мэн Хао просто помогали ей своей Культивацией и Духовным Сознанием. Они никак не могли повлиять на статую. Они вливали свою силу, пока Хань Бэй управляла мощью своей линии крови. Ее линия крови может коснуться духа предка в статуе — такую магию могла применить только она. Любой другой от прикосновения к духу статуи просто бы лишился Культивации. Ни Мэн Хао, ни Се Цзе не могли повторить того же, что и она.

Прошло около десяти вдохов. В небе над ними гремел гром. Внезапно коленопреклоненная статуя взревела... ее глаза ярко засияли словно живые. Тело статуи... медленно задрожало, словно собираясь встать. Несмотря на бледность лица глаза Хань Бэй стали ярче. Она сплюнула еще немного крови, отправив Ци Крови внутрь статуи. Вся статуя задрожала, будто началось землетрясение. И тут огромная статуя... встала!

Ее глаза неярко светились, когда статуя медленно подняла руки таинственная аура заполонила всё вокруг. Мэн Хао запечатывал каждый увиденный образ глубоко в памяти. Один глубокий вдох, и он вновь принялся вливать Культивацию и Духовное Сознание. Хань Бэй затрясло. Эта дрожь была настоящей без притворства, ее лицо стало мертвенно-бледным. Но глаза девушки решительно сверкали. Она сплюнула еще немного крови.

Бум!

Статуя медленно вытянула правую руку с выставленным вперед указательным пальцем. Казалось палец хранил в себе неописуемую мощь, которая устремилась к круглому треножнику в центре. Мэн Хао прищурился, его глаза загорелись загадочным светом.

— Мне нужно больше силы! — воскликнула Хань Бэй.

Без колебаний Се Цзе начал вливать еще больше силы в прядь у себя в руке. Мэн Хао сверкнул глазами и повторил за ним. Краски возвратились на лицо Хань Бэй, в следующий миг она вновь сплюнула немного крови, наполняя статую силой. Палец по-прежнему указывал на треножник. Похоже тот откроется с минуту на минуту.

Без предупреждения палец опустился вниз. Вместо треножника он теперь указывал на Се Цзе. Движение было настолько молниеносным, что на лице Се Цзе только успело проступить удивление.

— Хань Бэй, что ты делаешь?! — закричал Се Цзе, отшвырнув прядь от себя.

В его глазах застыл ужас, сам он рванул назад. Глаза Мэн Хао вспыхнули. Из его рта вырвался Грозовой Туман, который не дал Се Цзе отскочить назад. Тело Се Цзе примерзло к месту. Его возглас еще не успел стихнуть, когда огромный палец настиг его. Палец едва коснулся кожи, но тело юноши, включая Дао Колонны, тут же взорвались. В следующий миг все было кончено. Вместо душераздирающего вопля, его предсмертный крик был полон гнева. Где только что стоял Се Цзе теперь лежала оранжевая прядь. Прядь исчезла в пальце статуи.

Бездонная сумка Се Цзе приземлилась в руки Хань Бэй. Она вытащила из нее черный флакон и раздавила его, выпустив наружу призрачную фигуру, которая выглядела точь-в-точь как Хань Бэй. Девушка поглотила ее через уши, нос и рот. Все их короткое противостояние заняло не больше нескольких вдохов. Мэн Хао с непроницаемым лицом наблюдал за происходящим, только его глаза слабо блестели.

— Благодарю за помощь, Собрат Даос Мэн, — сладко улыбнулась Хань Бэй с коротким кивком.

— Избавиться от дорогуши Се было весьма умно, Собрат Даос Хань, — невозмутимо сказал Мэн Хао.

Такой поворот событий ничуть его не удивил, всё потому, что вместе с Фэншуй компасом девушка отправила ему сообщение. Там она предупредила его, что собирается убить Се Цзе.

— Когда Секта Черного Сита захватила меня и моих соплеменников, мы думали, что к нам будут хорошо обращаться, но в действительности мы были не лучше зверей в клетках. Се Цзе был хуже всех, все мое детство прошло в его постоянных нападках. А когда мы выросли у него появились другие желания... Вполне естественно было убить его. Если бы я этого не сделала, тогда все добытое сегодня досталось бы Секте Черного Сита. Теперь мы можем разделить добычу между собой, — она улыбнулась Мэн Хао, — Брат Мэн хитер и невероятно наблюдателен, я не стану рисковать, надеясь, что смогу обмануть тебя. Поэтому с Фэншуй компасом я оставила сообщение. Я всегда достигаю желаемого. Сегодня техника переплавки Времени станет нашей. С этого момент тебе не придется больше ничего делать.

Она говорила искренне, хотя не смогла удержать негромкий вздох. Из шести людей, отправившихся в поход, у каждого были свои планы. Только Мэн Хао видел всё насквозь, и поэтому выжил. Люди вокруг него гибли, а он оставался невредим. В сердце Хань Бэй появился страх, а с ним и восхищение. Именно поэтому она подсознательно боялась провоцировать его. Вот почему в этот раз она говорила правду, обнажив свои истинные намерения.

Выражение лица Мэн Хао не изменилось. Он молча кивнул. Но Грозовой Туман по-прежнему кружил вокруг него, если Хань Бэй что-то задумала он немедленно призовет молнии, а с ними и смерть.

Хань Бэй перевела дух и посмотрела на него. Она отбросила всякое желание манипулировать событиями. Их путь вышел весьма насыщенным, ей пришлось задействовать все припасенные в рукаве трюки. Больше осложнений ей не нужно. Ее руки выполнили несколько пассов, огромная статуя двинулась к круглому треножнику. Когда она коснулась его, мир внутри квадратного треножника тряхнуло. Крышка на круглом треножнике медленно сдвинулась, изнутри повалил пурпурный Ци. Внутри Мэн Хао заметил три блестящие нефритовые страницы. Их появление совпало с повалившим пурпурным Ци, они не до конца покинули пределы треножника, словно могли рухнуть назад в любую секунду. Хань Бэй тяжело задышала, ее глаза ярко сверкали. После хлопка по бездонной сумке она вытащила маленький глиняный сосуд размером с человеческую голову. Он взлетел и, превратившись в луч света, рванул к круглому треножнику. На подходе его поверхность растрескалась, когда сосуд разбился оттуда высыпался прах, который полетел дальше. В прахе можно было разглядеть десять призрачных фигур. Мужчины и женщины, молодые и старые, все они походили друг на друга. Должно быть все они принадлежали к одной линии крови. Это был не просто прах, а прах различных членов Хань Клана, содержащий их жизненную силу. Фигуры разлетелись в стороны и почтительно поклонились треножнику.

"Линия крови Патриарха Хань, согласно древнему договору, линия крови сохранена, Патриарх, пожалуйста вернитесь..." — пока призраки говорили, они ступили в пурпурный Ци.

В тоже время статуя Патриарха Хань Клана вытянула руку и нажала на стенку треножника. Треножник завибрировал, раздавшийся гул сотряс всё вокруг. Призраки тем временем загорелись. Статуя тоже вибрировала, с пяток вверх на поверхности статуи начала разрастаться сеть трещин. Неожиданно она начала рушиться. Этот день станет последним для девяти статуй, отныне их будет восемь!

Хань Бэй закачалась, словно по ней хлестнула какая-то невидимая сила. Она попятилась на пару шагов и сплюнул еще немного крови. Пурпурное сияние вылетело из рассыпающейся статуи. Мэн Хао ясно видел радость, вспыхнувшую в глазах девушки. В пурпурном сиянии лежал маленький, спящий человек. Он устремился к Хань Бэй и исчез между ее бровей. "Вот зачем она здесь!" — подумал Мэн Хао, нахмурив брови. Тем временем самопожертвование десяти призраков Хань Клана высвободило три нефритовых страницы из круглого треножника. Когда те вылетели наружу, из круглого треножника послышался вздох. Из-за этого вздоха одна из трех летящих страниц внезапно замерла в воздухе, а потом полетела обратно к треножнику. Две других продолжили лететь дальше.

[1] Распространенная идиома. Буквально означает: "невинно играющие мальчик и девочка", что означает невинные отношения/дружба между мальчиком и девочкой в детстве, второе: как следствие таких отношений в детстве — дружба/отношения в более зрелом возрасте.

Глава 164. Аура Птицы...

На лбу Хань Бэй вспыхнула пурпурная точка. Тяжело дыша, она бросилась за одной из страниц, Мэн Хао тоже поднялся в воздух, его целью стала вторая страница. Уклоняясь от молний, они разлетелись в разные стороны, каждый за своей страницей из нефрита. Когда оба уже были готовы схватить страницы, холодец, который наблюдал за ними все это время, внезапно решил вмешаться.

Непроницаемое выражение лица Мэн Хао дрогнуло, а Хань Бэй сникла. Оба почувствовали страх. Сам по себе холодец был неопасен, но он имел очень опасную привычку запрыгивать людям на голову, дабы полакомиться молниями. Другими словами, его вмешательство возвещает приход града молний!

— Проклятье! — в сердцах бросил Мэн Хао, он заметил, как холодец полетел в его сторону, Хань Бэй облегченно вздохнула, летя в другую сторону.

Не спуская глаз с холодца, Мэн Хао схватил нефритовую страницу и рванул назад так быстро, как мог. Он втянул обратно Грозовой Туман, отличный предмет для шантажа остальных в его группе, в текущей ситуации он может привлечь холодец, а с ним и молнии. К сожалению, он среагировал слишком медленно.

Он летел назад со всей возможной скоростью, но холодец оказался настырным существом. Спустя мгновение он оказался прямо перед Мэн Хао. Он уже было собрался запрыгнуть ему на голову, и Мэн Хао был бессилен ему помешать, как вдруг холодец задрожал, лицо старика вновь всплыло на его поверхности. Оно открыло глаза, в его взгляде читалось неверие и отвращение. Внезапно оно заговорило:

"Проклятье! Проклятье! Как вышло, что от тебя несет аурой этой треклятой птицы?!"

Он отскочил в отвращении, словно не мог находиться рядом с Мэн Хао. Отлетев назад, его неожиданно стошнило, словно от одного вида Мэн Хао у него возникали рвотные позывы. Но на этом все не закончилось. Во вспышке света он появился перед Хань Бэй. Она с ужасом смотрела, как холодец целиком проглотил ее нефритовую страницу. Когда он начал жевать, Хань Бэй похолодела. Ей ничего не оставалось, как отскочить назад.

"Мерзость, мерзость, мерзость..." — причитало лицо на холодце, перекошенное от одного вида Мэн Хао.

Выглядело так, будто он боялся даже близко подойти к нему. Мэн Хао странно посмотрел на улепетывающий холодец, потом на оцепеневшую Хань Бэй. Она некоторое время молчала, а потом сказала:

— Поздравляю с обретением техники переплавки Времени Хань Клана, Собрат Даос Мэн. Всего существует три страницы, но в каждой из них скрывается еще одна техника, которую можно использовать отдельно от других, — на ее лице отразились смешанные чувства.

Внезапно в небе загрохотали молнии. Их сила, количество и интенсивность начала возрастать, каждый разряд вернул себе ту мощь, которую они видели вначале пути. Отведенный час подошел к концу. Без сокровищ для защиты от молний их ждала верная смерть, и перспектива быть превращенными в горстку пепла. При виде грозовой пелены в небе лицо Мэн Хао застыло. Хань Бэй тоже выглядела потрясенно.

— Брат Мэн, ты добыл предмет, поэтому он твой, — в спешке добавила она, — я не буду претендовать на него, но я должна попросить тебя позаботиться о нем. Пожалуйста, не потеряй эту страницу. При следующей встрече я жду от тебя копию, как мы условились.

Последние слова еще не покинули ее губ, а она уже вытащила из бездонной сумки Фэншуй компас. Во вспышке света компас перенес девушку наружу. В эту секунду холодец сверкнул вперед, видимо он хотел воспользоваться остаточной силой перемещения, дабы покинуть мир треножника.

Мэн Хао окинул взглядом широкое поле молний и тоже вытащил Фэншуй компас. Он добавил в него Духовное Сознание, задействовав его перемещающую способность. В следующий миг он переместился прочь из мира молний. Когда он появился снаружи, над ним висело потемневшее небо, а земля дрожала. Повсюду раздавались взрывы. Его Дао колонны сразу же стали нестабильны. Он закашлялся кровью и зашатался. Оглядевшись, он обнаружил себя на широкой равнине недалеко от места встречи с Хань Бэй. Он сделал глубокий, Хань Бэй не соврала, Фэншуй компас действительно сработал.

Он поднял руку в которой был зажат талисман удачи, только Мэн Хао собрался направить внутрь немного Духовного Сознания и покинуть эту странную Обитель Богов, как вдруг вдалеке начала расти огромная башня. Все дрожало и грохотало. Аура башни казалась знакомой, не стадии Создания Ядра, не стадии Зарождения Душа, а Возведения Основания! Это была Башня Сотни Духов, башня, построенная из Дао колонн более чем двух сотен Практиков стадии Возведения Основания!

Мэн Хао втянул полную грудь воздуха, когда заметил Башню Сотни Духов. Вокруг нее роились призраки множества Практиков. Они выли, кричали и рыдали, создавая странную мелодию отчаяния. Звук взметнулся до небес, отчего все вокруг потемнело. Со всех сторон свежедобытые Дао колонны слетались и сливались с башней. Мощь башни росла прямо на глазах.

"Думается мне, остальные вольные Практики стадии Возведения Основания мертвы..." — он осекся, пораженный до глубины души зловещим замыслом Секты Черного Сита.

Дао колонны трепетала внутри его тела. Любые другие Дао колонны уже давно бы потеряли над собой контроль, но только не Совершенные Дао колонны. "Нельзя здесь больше оставаться..." — подумал он. Именно в этот момент он повернул голову и посмотрел куда-то вперед. Его глаза заблестели, он решил пока не уходить, вместо этого он полетел в направление своего взгляда. Полет занял где-то десять вдохов. На равнине внизу он увидел группу из четырех Практиков, медитирующих в позе лотоса. Окружал их защитный барьер, который похоже мог сопротивляться силе Башни Сотни Духов. Одним из сидящих оказался Лу Тао! Мэн Хао увидел, как у одного из четверки изо рта брызнула кровь. Его тело взорвалось, а Дао Колонна устремилась в небо. Следом задрожал еще один Практик. Он распахнул глаза и уставился на Лу Тао.

— Ты грязный... — взревел он в отчаянии, но прежде чем успел закончить его тело разорвало на куски, а Дао Колонна улетела куда-то в небо.

Лицо третьего побелело, и он разделил судьбу двух товарищей. Смерть троих Практиков в несколько раз усилила барьер. Бледный Лу Тао внутри остервенело скрипел зубами. Между ним и силой притяжения осталась только мощь этого заклинания.

Мэн Хао сразу заметил, что трое Практиков находились под контролем Лу Тао. В действительности их Дао колонны были ничем иным, как кровавой жертвой для защиты Лу Тао. Их смерть лишь подпитала заклинание. Мэн Хао с безмятежным выражением лица приземлился рядом с заклинанием, посмотрел на Лу Тао и негромко покашлял. Лу Тао задрожал. Когда он открыл глаза и увидел перед собой Мэн Хао, у него сердце чуть не выскочило из груди.

— Вот... вот так встреча Собрат Даос Мэн... — пролепетал бледный Лу Тао.

— Отличное заклятие, — невозмутимо похвалил Мэн Хао.

Он говорил не очень быстро, но и не очень медленно, однако его слова сильно встревожили Лу Тао. Когда он смотрел на Мэн Хао, то не мог заметить ни намека на то, что сила притяжения на него действует.

— Собрат Даос Мэн, чего... чего ты хочешь?" — нервно спросил Лу Тао.

Если Мэн Хао решит помешает работе заклинания, тогда барьер падет. Он сразу представил, что с ним сделает сила притяжения, когда это произойдет: его тело разорвет на куски, а Дао колонна присоединится к другим в качестве опоры огромной башни.

— Расскажи мне про свойства Громолиста, — сказал Мэн Хао, разглядывая заклинание и Лу Тао внутри.

— Я все тебе сказал в прошлый раз, Собрат Даос Мэн, — выпалил он еще более нервно, — Громолист..."

Мэн Хао оборвал его, надавив рукой на барьер, защищавший Лу Тао. Заклинание задрожало, а на поверхности барьера появилась маленькая трещина. Лу Тао перекосило от ужаса.

— Стой, Собрат Даос Мэн, пожалуйста... я не обманываю. Громолист действительно может...

Мэн Хао лишь холодно хмыкнул и продолжил давить. С треском на поверхности барьера появилось еще семь-восемь трещин. Лу Тао внезапно ощутил, как сквозь них начала просачиваться сила притяжения. Его Дао Колонны стали нестабильны. У юноши все внутри похолодело, поведение Мэн Хао напугало его до смерти.

— Громолистья редко встретишь в Южном Пределе, — затараторил он, — существует особая техника, которая может соединить их с магическим предметом, дабы наделить предмет мощью молний! Собрат Даос Мэн, послушай, у меня есть нефритовая табличка, я могу доказать. Просто прочти технику, записанную внутри, и ты обретешь просветления!!!

Он вытащил нефритовую табличку и показал Мэн Хао. Его трясло, в последней фразе прозвучала невысказанная мольба. Слова Лу Тао звучали искренне, словно он больше ничего не скрывал.

— Ты за кого меня держишь? — в глазах Мэн Хао вспыхнул холодный огонек.

Указательным пальцем он пробил барьер насквозь. С треском на поверхности заклинания возникло еще больше трещин. Через них и зияющую дыру внутрь хлынула сила притяжения. Лу Тао скрутило в приступе кровавого кашля. Похоже его тело может взорваться в любую секунду.

Глава 165. Шелковое Дерево Грома!

Постой!!! — завизжал Лу Тао, бледный как мел юноша чувствовал на своем затылке холодное дыхание смерти.

У него перед глазами стояла сцена массового убийства Практиков ради их Дао колонн по прибытию в Обитель Богов. Будучи жителем Черных Земель, у него имелась секретная техника, с ее помощью он сумел выжить. Но Мэн Хао источал невиданное им доселе гнет. К тому же не важно какой будет ответ, он все равно ему не поверит. У Мэн Хао были все козыри на руках. В ситуации, где одно неверное слово решает жить ему или умереть, Лу Тао отбросил все свои хитрости.

— Я говорю правду, — умолял он, — Громолистья могут быть соединены с магическими сокровищами, тем самым наделяя их силой молнии. Почему ты мне не веришь?!

Лу Тао захрипел, судя по его виду он достиг предела, сказав все что знал. В его глазах неожиданно мелькнуло понимание, его отчаяние дало выходу смелости и дерзости. Юноша хрипло расхохотался:

— Я все понял. Дело не в том, что ты мне не веришь. Ты просто хочешь меня прикончить! Валяй, разбей мое заклинание. Я, Лу, объяснил тебе назначение Громолиста, если хочешь убить меня, давай. Но тогда можешь забыть об информации в моей нефритовой табличке! — стиснув зубы, Лу Тао крепко сжал нефритовую табличку. Если Мэн Хао уничтожит заклинание, Лу Тао разобьет табличку, тогда погибнет рыба и сеть будет порвана — проиграют оба.

Мэн Хао спокойно смотрел на Лу Тао и спустя какое-то время вздохнул. Он поднял руку и рубанул вниз. Послышался хлопок, но это был не звук разрушенного заклинания. Мэн Хао уничтожил нефритовую табличку в руках Лу Тао, превратив ее в горстку пепла. У Лу Тао внутри все похолодело. Судя по поступку Мэн Хао… он ему не поверил!

— Можешь сказать, можешь молчать. Мое терпение на исходе — сказал Мэн Хао холодно.

Не то чтобы он не поверил в историю Лу Тао про Громолистья и наделение магических предметов мощью молний. Просто этот прохвост слишком легко все выложил. История скорее всего правдивая, но Мэн Хао не мог себе представить, чтобы Громолистья из коллекции Патриарха Покровителя имели настолько банальное применение. Горькая улыбка пересекла лицо Лу Тао, но он ничего не сказал. Мэн Хао кивнул и начал давить на заклинание, в этот раз намереваясь разбить.

— Я всё скажу!!! — Лу Тао задрожал, его сердце готово было вырваться из груди. Дрожащая внутри Дао Колонна помогла ему смириться и принять решение. — Я все скажу, но ты поклянешься, что ничего не сделаешь, чтобы навредить моему заклинанию.

Все его истории до этого содержали лишь полуправду, которая скрывала истину — самую важную часть. Учитывая ситуацию, в которой он оказался, выбора у него не осталось.

— Говори, — выражение лица Мэн Хао осталось прежним, но глаза его засияли таинственным светом.

Лу Тао сделал глубокий вдох и после небольшой паузы принялся за рассказ:

«Громолистья растут на Дереве Грома, но настоящее его название Шелковый Гром или Тутовое Дерево Грома».

Мэн Хао и бровью не повел после всех этого объявления. Мэн Хао холодно смотрел на Лу Тао, с этим непроницаемым лицом невозможно было понять, о чем он думает. Отчего сердце Лу Тао сжалось от страха. Выражение полное муки и страданий всё явственней проступало на его лице, холод внутри полностью захватил его сердце и тело.

«Существует легенда о Тутовом Дереве Грома. По легенде в древности некое всемогущее существо обрело просветление, сидя под Тутовым Деревом Грома. Небесное Треволнение низверглось с небес, желая стереть с лица земли новый Дао. Воля молнии заразила дерево. Что до всемогущего существа, оно раскололо Треволнение Грома пополам и ушло к звездам. Даже после ухода всемогущего существа Шелковое Дерево Грома впитало в себя частицу Дао вместе с мощью Треволнения Грома. Дерево было уничтожено, но спустя тысячу лет из мертвого ствола показался росток! Так была рождена шелковица, которая одновременно не шелковица. Гром, и одновременно не гром. Шелковое Тутовое Дерево Грома!»[1]

Глаза Мэн Хао заблестели, однако он продолжал молча слушать историю Лу Тао.

«Что до всемогущего существа достигшего просветления под Шелковым Тутовым Деревом Грома, в тот знаменательный день он сказал, что если не сможет достичь абсолютного превосходства, тогда пусть его тело истлеет, и он на веки вечные останется под сенью дерева!» — Лу Тао склонил голову, пытаясь скрыть упрямство в глазах.

Мэн Хао задумчиво слушал историю Лу Тао, она не казалась выдуманными на ходу россказнями.

«С появления Шелкового Тутового Дерева Грома прошли многие века. В конечном счете оно стало частью сердца земли, из-за чего выросли еще деревья. Каждое из них несет с собой память пережитого в древности первым деревом. Поскольку воля Небес изменяется, дерево сумело освободиться от того, из-за чего оно высыхало. Ныне это дерево настолько же ценное, как перья феникса и рога цилинев».[2] — Лу Тао замолчал на секунду, а потом продолжил — Большинство Практиков соединяет дерево с магическими предметами, некоторые впитывают их в свои Дао колонны, получая тем самым неуязвимость к молниям, которым обладает Шелковый Тутовый Громолист. Вот только в Черных Землях можно встретить гусеницу шелкопряда, зовущуюся Леденящим Снегом. Она может жить только в метели глубокой зимой. Из всех особых насекомых в этом мире, она занимает девяносто седьмое место. Потрясающая гусеница, вместо шелка она создает чудовищный холод. Ценится среди Практиков, и если кому удастся ее добыть, то будет считаться ценнейшим сокровищем. Ее можно переплавить в Леденящий Дух, воплощенный в виде Леденящего сокровища. Гусеница не то чтобы редко встречается, но и не очень часто».

На этом моменте Лу Тао замолчал и посмотрел на Мэн Хао. Их взгляды на секунду встретились. Лу Тао вздохнул и продолжил:

«Мало кто знает, что между гусеницей и Шелковым Тутовым Деревом Грома существует необычная связь. Если гусенице скормить листы этого дерева тогда появится шанс, что она станет четвертой в списке особых насекомых… Безглазой Гусеницей! Безглазая Гусеница превращается в куколку, которая дает нить шелка. Нить нельзя разорвать, равно как нельзя уничтожить тело. Тело нельзя уничтожить, равно как нельзя разорвать нить. Это создает бесконечный цикл. Нить становится неуязвимым сокровищем. Безглазая Гусеница появлялась лишь дважды за всю историю, каждый раз нить, что она создавала, производила настоящий переполох в мире Практиков. В Восточных Землях она послужила причиной конфликта. И поныне никто не знает, как погибли эти две Безглазые Гусеницы».

Лу Тао вздохнул про себя. Закончив свой рассказ, он последний раз посмотрел на Мэн Хао, после чего закрыл глаза. Разглядывая Лу Тао, Мэн Хао бубнил себе что-то под нос, наконец он рассмеялся. Превратившись в луч радужного света, он полетел к горизонту. Когда Мэн Хао ушел Лу Тао открыл глаза. Его пустой взгляд устремился в небо, из его горла вырвался тяжелый вздох. Постепенно в глаза юноши вернулся холодный свет.

«Мой рассказ: девяносто процентов правды и десять процентов лжи. Этот парень умен, но даже ему будет сложно отделить зерна от плевел. Бьюсь об заклад он отправиться на поиски Гусеницы Леденящего Снега. Если он действительно скормит ей Шелковые Тутовые Громолистья, тогда ему точно не жить! Сейчас мне только нужно продержаться до конца операции Секты Черного Сита. Потом я смогу обыскать это место и быть может найду хотя бы намеки на то, что мне нужно», — с этой мрачной мыслью юноша сделал глубокий вдох и закрыл глаза, начав заделывать прорехи в заклинании.

В глубоких раздумьях Мэн Хао летел по небу. Конечно, он не поверил всей истории Лу Тао, однако часть ее точно была правдой, в этом Мэн Хао был уверен. Очень сложно придумать что-то подобное на ходу, возможно половина истории правда, другая половина выдумки. «С желанием приходит незавершенность, коли у меня нет желаний буря не коснется меня», — с улыбкой Мэн Хао продолжил лететь. Куда ни глянь всюду голая земля, ему даже ни разу не повстречались вольные Практики. Впереди Башня Сотни Духов испускала яркое свечение, накрывшее собой все вокруг. С такого расстояния Мэн Хао не мог разглядеть Сюй Цин в толпе. Он молча отправил в талисман удачи немного духовной энергии и тут же почувствовал силу перемещения, но переместиться сразу не мог. Для активации перемещения требовалось время.

Мэн Хао сделал глубокий вдох и подлетел к вершине горы неподалеку, где сел в позу лотоса. Не обращая внимание на то, что твориться вокруг, он продолжал вливать духовную энергию в талисман удачи, постепенно наращивая мощь перемещения. «Когда сгорит пол благовонной палочки все будет готово…» — он впервые использовал талисман удачи, поэтому столь существенный его недостаток стал для него неожиданность.

Здесь было не очень безопасно, но людей вокруг не было, только вдали сияла Башня Сотни Духов. Совершенное Основание по-прежнему успешно защищало его от воздействия башни. Со временем будет все сложней и сложней сопротивляться силе притяжения. Поэтому он полностью сосредоточился на талисмане удачи. «Интересно куда меня переместит…» Он моргнул, когда почувствовал нарастающую силу перемещения. Мэн Хао коснулся правой рукой земли, грязь разлетелась в разные стороны и из земли показались лианы-щупальца. Они превратились в пурпурный с золотом фрукт, который Мэн Хао убрал в сумку ИньЯнь.

В эту секунду рядом с Башней Сотни Духов что-то сверкнуло в воздухе. Предмет был небольшим, но Мэн Хао сразу же узнал его. Именно с ним они с Хань Бэй столкнулись перед уходом из квадратного треножника… холодец!

Он парил в воздухе, древнее лицо на его поверхности с интересом разглядывало Башню Сотни Духов. Внезапно из его рта вырвался пронзительный рев, который заполонил небо и землю. Поднялся ветер, в небе клубились облака, земля задрожала. Даже Башня Сотни Духов закачалась, словно землетрясение действительно могло ее обрушить. Сотни призраков, что кружили вокруг, пронзительно взвыли. В их телах начали появляться молнии. Вокруг башни в позе лотоса сидела тысяча учеников Секты Черного Сита, впереди стояло восемь Практиков стадии Создания Ядра. С появлением холодца облака словно пришли в неистовство. Восемь Практиков открыли глаза и посмотрели на небо.

— Оно появилось!!!

— Эта штука — Величайшая Мука?

Их глаза возбужденно засверкали, а сердца бешено застучали, их руки тем временем делали магические пассы. Земля у них под ногами засияла, внезапно словно из ниоткуда появились Патриарх Пурпурное Сито и красивая женщина: Практики стадии Зарождения Души!

— Похоже, его сумели выкурить!!!

— Сегодня он станет моим! — закричал Патриарх Пурпурное Сито. Его горящие от предвкушения глаза сосредоточились на холодце.

[1] Здесь идет прямая корреляция двух частей названия. Тутовое дерево или шелковица, а точнее его листья считаются основным кормом тутового шелкопряда, который, собственно, шелк и производит. В плане символизма. Солнце по китайским легенда выглядит как трехногая Птица Солнца, которая живет в восточном море на вершине гигантской шелковицы. Это дерево считается связью между землей и восточными небесами. Обычно изображают шелковицу в виде святого, мирового древа. На более приземленном уровне шелковице приписывается магическая сила, способность противостоять злу, отводить молнии от сада, в котором она растет.

[2] Перья феникса и рога цилинев — синоним чего-то невероятно редкого, западным аналогом будут, вероятно, единороги.

Глава 166. Величайшая Мука Находит Хозяина!

— Согласно древним текстам — это Величайшая Мука, — сказал Патриарх Пурпурное Сито, — за всю жизнь он ни разу не признал хозяина. Ему нравится гром и пожирать молнии. Но больше всего его восхищают не молнии, а электричество в теле человека! Электричество в Дао колоннах сотни Практиков, а также мощь их Культивации — всё это объединяет в себе Башня Сотни Духов. Это существо еще ни разу не сталкивалось с такой мощной, неосязаемой аурой, которая исходит от башни! — он внимательно посмотрел на холодец.

Женщина рядом с Патриархом Пурпурное Сито тоже не спускала глаз с холодца. Оба вращали свою Культивацию, готовые броситься вперед в любую секунду. Тяжело дыша, Патриарх Пурпурное Сито отправил ей сообщение с Божественным Сознанием: «Подожди еще немного. Эта штука невероятно быстра, если она захочет сбежать, даже Патриарх Секты его не поймает. С его невероятной аурой в случае поимки холодец может просто взорвать себя и ждать следующего перерождения. Кто знает сколько тысяч лет пройдет прежде чем он появится вновь… Мы должны подождать, пока он не примется за Башню Сотни Духов. Внутри печать, созданная совместными усилиями трех Патриархов снаружи, она лишит его способности самоуничтожения. Тогда мы с тобой сможем поймать его живьем!!!»

Мэн Хао хмуро наблюдал за холодцом. Эта штука не предвещала ничего хорошего. В треножнике он умудрился убить несколько человек и под конец еще заговорил, оставив у Мэн Хао странный осадок. Ему и вправду не понравился холодец. «Похоже именно ради него Секта Черного Сита все это затеяла». Около десяти вдохов Мэн Хао решал, что делать. Талисман удачи был почти готов, после чего им можно будет воспользоваться в любую секунду. С безопасного расстояния Мэн Хао спокойно наблюдал за развитием событий. Он был готов уйти в любой момент.

В небе холодец внезапно издал очередной угрожающий вопль. Башня Сотни Духов закачалась, готовая рухнуть вниз. С нее то и дело срывались электрические дуги, как и невероятно заманчивая аура, которую, кроме холодца, обычные Практики не могли почувствовать. Когда его нос что-то учуял, глаза лица широко распахнулись. Патриарх Пурпурное Сито с замиранием сердца следил, как существо подлетело к Башни Сотни Духов, широко раскрыло рот и откусило большой кусок. Чем больше кусков пожирало магическое лицо на холодце, тем счастливей оно становилось. Оно даже принялось довольно насвистывать. Оно пожирало башню кусок за куском, пока не осталась всего половина. Неожиданно остаток башни взорвался!

Башня с грохотом начала рушиться внутрь самой себя. Такой поворот напугал холодца до смерти. Разрушающаяся башня превратилась в огромную цепь, которая с немыслимой скоростью схватила холодец. Холодец в ужасе завизжал. Он попытался улететь в небо, но не мог, словно его что-то удерживало. В этот момент снаружи Обители Богов статую рядом с черной дверью окружил таинственное сияние. В этом темном сиянии на куске шкуры, контролируя ее, в позе лотоса медитировали три фигуры.

В Обители Богов раздался пронзительный визг. Мэн Хао посмотрел на скованного в воздухе цепью холодца. На магическом лице паника, оно хотело сбежать, но цепь держала крепко. В попытке отпрыгнуть подальше цепь позади растянулась подобно длинному хвосту. В эту секунду глаза Патриарха Пурпурное Сито сверкнули. Один шаг, и он исчез. После чего он возник рядом с холодцом и попытался его схватить. Женщина одновременно с ним появилась с другой стороны холодца. Страх на магическом лице стал еще явственней, и оно отчаянно закричало. Его тело начало дрожать и испускать во все стороны волны молний. Небо и земля задрожали. Лицо Патриарха Пурпурное Сито исказилось, и он отскочил в сторону. Красивая женщина нахмурилась и тоже отскочила, не желая касаться молний.

Как только оба отступили холодец рванул вперед, на его лице отчаяние и бессилие. Цепь не давала ему лететь достаточно быстро. Позади Патриарх Пурпурное Сито сверкнул глазами и холодно хмыкнул:

— Тебе не скрыться! — его голодный голос сотряс воздух. — Ведь сегодня за тобой пришла Секта Черного Сита!

Он сделал шаг вперед и вытянул руку. Красивая женщина холодно хмыкнула и тоже вытянула руку. В мгновение ока ее тело окружили звезды, они превратились в разноцветные лучи, которые начали окружать холодца со всех сторон. Несмотря на дрожь холодец продолжала лететь вперед. Магическое лицо заговорило древним голосом старика:

— Вы, люди, не можете этого сделать…

От этих слов по рядом учеников Секты Черного Сита прокатилось удивление. Они даже подумать не могли, что этот предмет способен разговаривать.

— Похоже ты точно Величайшая Мука, — со смехом сказал Патриарх Пурпурное Сито.

Вместе с красивой женщиной они полетели за ним. Их глаза горели загадочным светом, а их тела превратились в лучи света, которые тоже принялись окружать холодца. Но на этом все не закончилось. Восемь Практиков стадии Создания Ядра скомандовали ученикам Секты Черного Сита начать распевать трактат.

В это же время далеко в Южном Пределе десятки тысяч Практиков Секты Черного Сита сидели в позе лотоса и в унисон с тысячей учеников в Обители Богов распевали трактат. Над Десятком Тысяч Гор Секты Черного Сита в небе возник огромный водоворот. Он вбирал в себя пение десятков тысяч Практиков и перемещал его в Обитель Богов, вкладывая его в уста тысячи Практиков внутри. Все задрожало и закачалось под мощью трактата. На магическом лице холодца появилось встревоженное выражение.

— Вы — безнравственные люди! Почему вместо этой птицы, вы пытаетесь обратить меня… — голос дрожал от страха, а потом и вовсе перешел на визг.

Внезапно он начал испускать яркую синюю ауру. Отчаянно визжа, холодец хотел только одного — сбежать. И тут в небе что-то загрохотало. В воздухе появилась гигантская клетка, ее черные прутья покрывало множество сияющих рун. От нее исходила настолько мощная давящая аура, что земля под ней начала трескаться. Клетка устремилась к холодцу, намереваясь захватить его живьем и накрепко запереть. Прутья клетки источали черную ауру, в ней мерцали множество алчно скалящих лиц. Все это произошло буквально в один миг. Даже Мэн Хао, который находился довольно далеко, это потрясло до самого основания. Талисман удачи был почти готов. Несмотря на то, что вдалеке творилось что-то невероятное, его это мало волновало, он сфокусировался только на собственном спасении.

Но тут… Мэн Хао прыгнул и рванул назад. «Проклятый холодец, почему он летит сюда?» — он без колебаний полетел в туда, откуда пришел, не спуская глаз с холодца, который по непонятной причине решил лететь к нему. Мэн Хао готов был биться об заклад, что холодец не пролетит мимо него. Воспоминания оставленных им разрушений в треножнике еще были свежи в его памяти. Мэн Хао ни на секунду не сомневался, что холодец летит к нему. По спине юноши пробежал холодок. Он подумал о двух эксцентриках стадии Зарождения Души, о глухом пении трактата, о гигантской клетке в небе. Холодец всё больше и больше его раздражал.

Но он был всего лишь на стадии Возведения Основания, ему не уйти от того, за кем гонятся два Практика стадии Зарождения Души, а по факту вообще вся Секта Черного Сита. Даже несмотря на цепь скорость холодца сложно было описать. В один миг он летел где-то вдалеке, а в следующей возник перед Мэн Хао. Холодец медленно приземлился на голову пораженного Мэн Хао. Юноша хватил его и отшвырнул куда подальше, но в следующий миг тот снова прыгнул на Мэн Хао и укусил его за руку.

— Если мне не сбежать, — взвыл холодец, — тогда и тебе не уйти, бессовестное дитя…

Патриарх Пурпурное Сито и красивая женщина приближались, когда они увидели, что сделал холодец, их глаза полыхнули яростью.

— Ты не посмеешь! — в ярости воскликнул Патриарх.

Его крик казалось достиг Небес, а земля внизу задрожала. Его скорость была просто невероятной, спустя пару мгновений он оказался перед Мэн Хао. Лицо старика было перекошено от гнева, когда его ладонь обрушилась на Мэн Хао.

Бум!

Вокруг Мэн Хао возник мерцающий барьер. Его вызвал не Мэн Хао, а холодец. Когда тело Мэн Хао рвануло назад он вообще ничего не делал, его за собой потащил холодец, который вцепился в его руку. Тело холодца больше не было прозрачным, оно теперь выглядело немного мутным.

— Какая гадость, какая гадость, какая гадость… фу-фу-фу… — причитал холодец.

Патриарх Пурпурное Сито и красивая женщина замерли, к гневу на их лицах примешалось неверие.

— Связывает узами… он… связывает себя узами с хозяином?!

— Я признал хозяина, — закричал холодец, запрыгнув на голову Мэн Хао, он принял форму в шляпы, — я связал себя узами с этим юнцом. Бессмысленно! Теперь ловить меня бессмысленно! Вы аморальные людишки, я признал хозяина! У меня нет сил бежать, больше нет защитного барьера. Я ранен, я умираю! Кучка глупых людишек, вы слишком злые! Я, я, я, я…»

Внезапно он осекся и удивленно спросил у Мэн Хао:

— Эй, может уже начнешь перемещение?

Глава 167. Ты Знаешь, Это Неправильно…

— Ты дурак? О, я обожаю дураков. Дураки — это хорошо. Нет, даже лучше, чем хорошо. Э-э-э, может уже начнешь перемещение? Постой, а ты и в самом деле дурак? Почему птица выбрала дурака? — холодца словно прорвало.

Патриарх Пурпурное Сито задрал голову к небу и взвыл. Подняв руку, он рванул вперед. Весь свет словно померк, а по воздуху пошла рябь, которая волной покатилась на Мэн Хао.

Кровь отлила от лица Мэн Хао. С кислой улыбкой он окинул взглядом мерцающий щит, который защищал его от Патриарха Пурпурное Сито. Тот стремительно распадался. Наверху в темной ауре клетки призрачные лица в ярости закричали. Времени размышлять не было. Он сжал талисман удачи, и тут раздался грохот, все его тело пронзила нестерпимая боль. Со стороны выглядело, будто, как только защитный барьер пал, рядом с Мэн Хао появилась черная дыра. Юноша вместе с холодцом исчезли в ней, но последние слова холодца еще висели в воздухе:

— Хотя так ты мне даже больше нравишься, ты точно дурак? Не может быть. Этого просто не может быть. Птица — воплощение бесстыдства, и все же она выбрала человека, который оказался дураком… дураком… дураком…

Все внезапно стихло. В опустившейся тишине эхом звучали слова холодца. Патриарх Пурпурное Сито застыл с перекошенным от гнева лицом. Цепь безвольно упала на землю, холодец связал себя узами с Мэн Хао, поэтому смог сбросить цепь.

— Связан… — выдавил Патриарх. — Он действительно связал себя узами с хозяином. Согласно древним текстам он никогда не связывал себя узами! У него никогда не было хозяина!

Он задрал голову и закричал что есть сил. Красивая женщина тяжело вздохнула, в следующий миг ее глаза засверкали. Клетка и цепь превратились в пепел, которые унес прочь ветер. Призраки в черной ауре начали истончаться, а потом аура вовсе исчезла. Сердце Патриарх Пурпурное Сито затрепетало:

— Талисман удачи из Секты Удачи Млечного Пути… этот юнец смог сбежать благодаря этому талисману. Я найду его, во чтобы то ни стало я найду его. Нельзя позволить его Секте найти юнца первым. Величайшая Мука нашла хозяина. Прекрасно, новая переменная. Возможно Ци Долголетия уже не получить, но можно будет сделать Пилюли Долголетия!!!

Тем временем в Южном Пределе.

Рядом с территорией подконтрольной Секте Кровавого Демона находилось озеро. Водная гладь была настолько ровной, что походила на зеркало. От озера исходила духовная энергия, отчего весь год оно было затянуто туманом, создавая просто неземное зрелище. Но так думали только смертные. Хотя уровень духовной энергии был весьма неплох, он ни в какое сравнение не шел с тем, что имелось у пяти великих Сект. Даже в некоторых Сектах поменьше было больше духовной энергии. Хотя эта территория находилась в сфере влияния Секты Кровавого Демона, оно находилось на стыке с территорией Секты Одинокого Меча.

Изредка мимо пролетали Практики Секты Кровавого Демона. В действительности место прослыло весьма опасным. Всё из-за кровной вражды между Сектой Кровавого Демона и Сектой Одинокого Меча, об это знали все Практики в Южном Пределе. Пока еще вражда не переросла в настоящие столкновения, но маленькие стычки периодически случались. Земли вокруг озера стали полями сражения Секты Одинокого Меча и Секты Кровавого Демона.

Рядом с озером стояла горная деревушка, в ней обитал Клан по фамилии Сяо. Самым могущественным членом Клана был Практик средней ступени Возведения Основания. Семь или восемь членов были на стадии Конденсации Ци, а у остальных вообще не было скрытого таланта. Много лет назад Глава Клана был учеником Секты Кровавого Демона. Он старел, да еще и прошлые ранения давали о себе знать. Его Культивация перестала прогрессировать, а долголетие подходило к концу. Обычно в таких случаях учеников просили покинуть Секту Кровавого Демона и основать собственный Клан на прилегающих землях. Их потомки в будущем получат шанс стать частью Секты Кровавого Демона.

Обычно Секта Одинокого Меча, даже если и проходила через эти земли, не трогала таких людей. Благодаря этому многие годы Сяо Клан жил в мире и покое. Мир этот зиждился на том, что большие Секты не обращали на них внимание, оставляя Клану разбираться с конфликтами и трением с соседними Кланами Практиков. Из-за их удачного расположения прямо на берегу Духовного озера многие Кланы Практиков хотели заполучить контроль над озером, и поглядывали на него, как голодный тигр на добычу. Если бы не Культивация Главы Сяо Клана их бы уже давно поделили соседи. К несчастью для Сяо Клана долголетие Сяо Чанэня подошло к концу, его тело неумолимо слабело. Это стало началом кризиса. Сегодня с весьма недобрыми намерениями прибыли члены Сюй Клана. Они шли через территорию Сяо Клан, на лицах каждого холодная улыбка.

— Собрат Даос Чанэнь, — зловеще произнес Глава Сюй Клана Сюй Лоди с притворной улыбкой, — тебе стоит со всей серьезностью отнестись к моему предложению. Если мы заключим брачный альянс, тогда вместе сможем пользоваться озером. Тогда фамилии Сяо и Сюй никогда не исчезнут. Это лишь приблизит день, когда наши Кланы смогут вернуться в лоно Секты Кровавого Демона.

Позади него стояло около дюжины членов Клана на стадии Конденсации Ци. Самым заметным был человек на восьмой ступени Конденсации Ци, который в данный момент улыбался девушке из Сяо Клана. Высокая, облаченная в длинный зеленый халат, с развевающимися на ветру шелковыми волосами, с кожей подобно нефриту, ее умные глаза подобно глазам феникса нежно смотрели вперед. Ее невероятную красоту портили лишь насупленные брови, словно она на что-то сердилась. Сяо Чанэнь рядом с ней выглядел больным, пламя его жизни тускнело. Позади него стояло семь или восемь членов Клана на стадии Конденсации Ци. Он еще раз окинул взглядом людей Сюй Клана и собрался было что-то сказать, но вместо слов из его горла вырвался кашель. Девушка поддержала его за руку. Сяо Чанэнь перевел дух и сказал:

— Сюй Лоди, ты можешь забрать озеро, но о брачном альянсе можешь забыть.

Он погладил девушку по руке, а потом посмотрел на группу из Сюй Клана. Явно ослабевший старик взглядом мог вырывать ногти и резать железо.

— Сюй Клану нужно озеро, — сказал Сюй Лоди, — так же мы хотим эксперта по талисманам Сяо Клана, мы хотим эту девушку. Если ты согласен — отлично, но если нет…

На его губах играла улыбка, но глаза светились жаждой убийства. Он сделал шаг вперед, когда нога коснулась земли во все стороны разнеслась аура средней ступени Возведения Основания. Лица членов Сяо Клана стадии Конденсации Ци побледнели, они начали заметно нервничать. По поверхности озера пошла ряб.

В эту секунду солнце, ярко светившее в небе, внезапно потемнело. В следующую секунду все пришло в норму. Это произошло настолько быстро, что никто ничего не заметил. Однако лица Глав Сяо и Сюй Клана напряглись. Сюй Лоди не мог поверить своим глазам, что до Сяо Чанэня, хоть его сердце обуревал праведный гнев, он только и мог, что удивленно разинуть рот. Члены обоих Кланов уставились на озеро. Огромная черная дыра возникла прямо над озером, отчего зеркальная гладь забурлила. Оттуда появился человек, окруженный густой черной аурой. Из его рта брызнула кровь. А потом все услышали громкий голос:

— Я не закончил. Ты действительно дурак… дурак… дурак?

Бледный Мэн Хао огляделся. Его взгляд остановился на Практиках из Сяо и Сюй Кланов. Только когда исчезла черная дыра Сяо Чанэнь пришел в себя. В его глазах вспыхнул странный свет. Девушка рядом с ним хотела было что-то сказать, но он аккуратно прикрыл ее рот ладонью. Он сделал это, поскольку был хозяином озера. Сюй Лоди не единственный, кто в последнее время приходил с недобрыми намерениями и желанием захватить власть. Появление этого нового гостя наполнило сердце старика тревогой. Его глаза непреклонно сверкали, а его губы растянулись в холодной улыбке. Сначала он было забеспокоился, но проверив Культивацию Мэн Хао, он облегченно вздохнул. Хотя его по-прежнему слегка смущал способ, которым Мэн Хао прибыл сюда.

— Собрат Даос, кто ты такой и почему ты вторгся на земли Духовного озера? — эти слова произнес не Сяо Чанэнь, а Сюй Лоди.

Он тоже заметил Культивацию начальной ступени Возведения Основания. Учитывая шаткое равновесие двух Кланов, он должен был убедиться, что этот человек не помощник Сяо Чанэня. Семь или восемь младших членов его клана нервно уставились на незнакомца.

— Почтенный, во время перемещения что-то пошло не так, поэтому меня выкинуло сюда, — во вспышке света Мэн Хао приземлился на берег озера.

Сяо Чанэнь непроизвольно оттащил девушку назад на несколько шагов, подальше от Сюй Лоди. Его соплеменники поступили также. Он ничего не сказал, но внезапно в его глазах вспыхнула надежда. Сюй Лоди при виде этого нахмурился. Когда Мэн Хао приземлился на берег Сюй Лоди внезапно зашагал вперед, мощь его средней ступени Возведения Основания разливалась во все стороны. На его губах играла притворная улыбка. Но тут шляпа на голове Мэн Хао заговорила:

— Ты знаешь, это неправильно. Какое бесстыдство. Ты не должен лгать. Очевидно ты оказался здесь, потому что спасал собственную шкуру. У тебя была причина прийти сюда. Ты оказался здесь специально!

Лицо Мэн Хао потемнело, а Сюй Лоди удивленно уставился на шляпу. Сяо Чанэнь прищурился, но его лицо в следующий миг стало непроницаемым. Девушка рядом с ним не могла отвести потрясенных глаз со шляпы Мэн Хао. Мэн Хао нахмурился, стащил шляпу с головы, скомкал ее и выкинул так далеко, как смог.

— Собратья Даосы, — сказал он, словно шляпы вовсе не было, — где я? До какой Секты ближе всего отсюда? — он сначала посмотрел на Сюй Лоди, его бурлящую Культивацию и настороженное выражение лица, а потом перевел взгляд на Сяо Чанэня.

— Собрат Даос зачем спрашивать, когда ты уже знаешь ответ. Почему ты…

Эта ситуация с каждой минутой казалась Сяо Чанэню все более странной. Но прежде чем он успел закончить, шляпа, которую только что выбросил этот человек, внезапно восстановила форму и вновь оказалась на голове Мэн Хао.

Глава 168. Подарок Сяо Клан

«Ты ведь знаешь, что это неправильно, аморально. Нельзя бросать вещи на землю. Что, если бы ты попал в маленького ребенка? Ты ведь не хочешь взять такой грех на душу. Даже, если бы ты не попал в маленького ребенка, ты мог попасть в рыбку, ни или креветку. Это тоже было бы неправильно. Слушай. Впредь очень осторожно снимай меня. Ты должен...»

Пока шляпа проповедовала Мэн Хао хмурил брови, а Сюй Лоди смотрел на всё это разинув рот. Его соплеменники с недоверием поглядывали на Мэн Хао. Сюй Лоди начало казаться, этот спектакль — какой-то изощренный план чужака.

— Довольно! — крикнул он. — Сюда нельзя просто прийти когда вздумается. Если ты не скажешь правду, тогда я выбью ее из тебя.

Он никак не мог понять прибыл ли этот незнакомец для того, чтобы помочь Сяо Клану или оказался здесь случайно, но сейчас выходка Мэн Хао начала его раздражать. К тому же его Культивация находилась всего лишь на начальной ступени Возведения Основания. Он выяснит всю его подноготную, все его намерения, после поимки. Сюй Лоди сделал шаг вперед, поднял руку, возникшее красное свечение сгустилось в красный хлыст. Хлыст, щелкая, затанцевал в воздухе. На конце хлыста появилась свирепая голова змеи с раздвоенным языком. Она полетела прямо в Мэн Хао. Когда Сюй Лоди сделал свой ход, члены Сюй Клана заметно оживились. Когда Глава Клана атаковал, он всегда добивался победы, так было всегда. Они не могли дождаться, когда Глава Клана начнет вытирать пол этим Практиком начальной стадии Возведения Основания.

Мэн Хао холодно посмотрел на Сюй Лоди. По пути к точке сбора Секты Сюй Цин он повстречал немало таких Практиков. Мэн Хао швырнул бордовый фрукт, как только тот упал на землю, то сразу же закопался. В эту же секунду земля задрожала. Красный хлыст еще летел к Мэн Хао, когда внезапно прогремел взрыв, перед Мэн Хао вместе с фонтаном земли показались бордовые лианы. Они поднялись на дюжину метров вверх, источая мощь равную средней ступени Возведения Основания. Лианы сразу же бросились наперерез хлысту. С грохотом хлыст и лианы схлестнулись, вот только хлыст не выдержал даже одного удара и распался, а лианы оскалились и рванули к Сюй Лоди.

Члены клана Сюй недоверчиво смотрели, как десяток лиан приближались к их Главе. Сюй Лоди закричал, а потом неожиданно ударил себя в живот. Сплюнув кровь изо рта, он превратил ее в туман. Туман сгустился в кроваво-красную голову, которая встала на пути лиан. Прогремел еще один взрыв и лицо Сюй Лоди побелело. Он зашатался и попятился в сторону своих соплеменников, которые тоже кашляли кровью.

— Практик Шаман! — выдохнул Сюй Лоди, пятясь назад.

Не только на него это произвело впечатление. Зрачки Сяо Чанэня увеличились, а на лицах членов его Клана мелькали различные эмоции. Дыхание девушки рядом со стариком ускорилось.

— Даже если ты и Практик Шаман, твоё Духовное существо всего лишь на средней ступени Возведения Основания... — глаза Сюй Лоди горели жаждой убийства.

Он отлично знал, что поединки с Практиками Шаманами были опасными только из-за их Духовных существ. Такие Практики обычно обладали слабым телом и боялись смерти. Однако он не успел закончить предложение, осекшись. Впереди из земли показалась еще одна лиана, пурпурного цвета она была гораздо толще остальных. Ее аура равнялась мощи Культивации поздней ступени Возведения Основания. Лиана изначально так не выглядела, но, когда Мэн Хао заклеймил ее собственной кровью, она трансформировалась, теперь ее ствол имел силу поздней ступени Возведения Основания.

"Катись отсюда!" — холодно сказал Мэн Хао.

Выражение его лица не изменилось, на самом деле даже внутри он оставался спокойным. Ему только что удалось унести ноги от Практика стадии Зарождения Души, поэтому даже Практик поздней ступени Возведения Основания выглядел бы на его фоне мелкой сошкой.

Сяо Чанэня забеспокоился, он хотел было что-то сказать, но видя ухмылку Мэн Хао, он прикусил язык. Сюй Лоди скривился. Взмахом рукава он приказал отступать, он и его соплеменники скрылись вдалеке. Его взгляд буквально сочился ненавистью, но не к Мэн Хао, а к Сяо Клану. Теперь он был абсолютно уверен, что Мэн Хао пришел на помощь Сяо Клану.

Мэн Хао посмотрел в спину убегающего Сюй Лоди. Он не стал отзывать лианы, а просто перевел взгляд на Сяо Чанэня, по-прежнему ухмыляясь.

— Собрат Даос, — начал Сяо Чанэнь, — большое спасибо за помощь. Меня, Сяо, загнали в угол. Прими мои искренние извинения за доставленные неудобства... — он сложил руки и поклонился Мэн Хао.

Честным людям нет смысла скрываться за завесой слов. Сяо Чанэнь говорил прямо, отчего ухмылка Мэн Хао превратилась в искреннюю улыбку. Хоть он не до конца разобрался в ситуации, намеки всё же были, много говорила и радость на лице Сяо Чанэня. Мэн Хао сразу смекнул, что его использовали, дабы надавить на Сюй Клан. Именно поэтому он никого не убил, и вообще позволил Сюй Лоди сбежать. Сяо Чанэнь колебался, Сюй Лоди покинул их деревню в гневе не на Мэн Хао, а на Сяо Клан. Несмотря на это он им помог. Текущую проблему ему удалось разрешить, но что будет, когда Сюй Клан вернется? Если Мэн Хао к этому времени покинет их деревню, тогда Сяо Чанэнь дорого заплатит за сегодняшний инцидент. И в следующий раз дочерью и озером ему не отделаться. Сяо Чанэня горько рассмеялся и поклонился Мэн Хао еще раз. Девушка рядом с ним похоже тоже, наконец, пришла в себя, она поклонилась вместе с Сяо Чанэнем.

— Больше спасибо, благодетель, — прозвучал мелодичный и ясный голос девушки.

В этот момент все стихло, только с головы Мэн Хао по-прежнему доносилось причитание шляпы:

"... а потом ты должен аккуратно меня поднять. Нельзя наступать на меня ногой".

На самом деле, голос не умолкал ни на секунду, слова, подобно водопаду, лились изо рта холодца нескончаемым потоком. Мэн Хао нахмурился.

— Собрат Даос, прошу простить меня, — сказал Сяо Чанэнь, — меня не заботит, что Сюй Клан хочет заполучить Духовное озеро или запугать меня, ввиду моего угасающего долголетия. Но они хотят поглотить весь мой Клан. Я.. — старик скривился и зашелся кашлем.

Девушка вышла вперед, она с тревогой посмотрела на Сяо Чанэня. Мэн Хао тоже смотрел на старика и плотную ауру смерти, что его окружала.

— Что это за место? — невозмутимо спросил он.

— Почтенный, — сказала девушка, — мы на границе между Сектой Кровавого Демона и Сектой Одинокого Меча.

Хоть ее голос звучал мягко, она нервно поглядывала на юношу. Мэн Хао хлопнул по своей бездонной сумке и вытащил нефритовую табличку. Спустя некоторое время он нахмурился, выяснив где находится. Сяо Чанэня наблюдал за ним и свирепыми лианами. и заскрипел зубами:

— Собрат Даос, я хотел бы подарить тебе это Духовное озеро!

Все члены Сяо Клана, кроме девушки, удивленно уставились на него. Мэн Хао поднял голову и молча посмотрел на старика.

— Раньше я был учеником Секты Кровавого Демона, — продолжил Сяо Чанэнь, — но в одной схватке я был ранен и едва избежал смерти. Моя Культивация больше не может расти, как и мое долголетие не может быть увеличено. Боюсь, мне осталось не больше пары лет. Это Духовное озеро передал мне член старшего поколения перед своей смертью. Только благодаря ему Сяо Клан вырос до таких размеров. Однако все больше людей начинают заглядываться на него. Я не знаю, как сохранить его для Клана. Духовная энергия в озере может и не кажется обильной, но она очень благотворно влияет на Духовных существ. Дыхательные упражнения совершенные здесь очень полезны для них. Собрат Даос, пожалуйста, прими его.

Его слова были искренни. Несмотря на горечь в сердце, он просто не видел другого выхода. Его связь с Сектой Кровавого Демона в прошлом, к тому же он не мог принять участие в конфликтах и сражениях Кланов, основанных бывшими учениками Секты Кровавого Демона. Единственный выход — этот Практик ранней стадии Возведения Основания, у которого оказалось Духовное существо поздней ступени Возведения Основания.

— К тому же, — добавил Сяо Чанэнь, — в последнее время между Сектами Кровавого Демона и Одинокого Меча растает напряженность. Иногда происходят стычки, но это место не поле боя, за исключением редких нападок соседних Кланов, никто не обращает на это место внимание...

Он тщательно подбирал слова, пытаясь убедить Мэн Хао остаться. Мэн Хао улыбнулся, его глаза заблестели. Хоть всё прошло не по плану, ему достался объект, который в Обители Богов разыскивала Секта Черного Сита. Без сомнений это вызвало гнев всей Секты, и хоть об этом официально не объявят, они точно будут его искать. "Интересно заденет ли как-то это Старшую Сестру Сюй... — подумал он про себя. — Маловероятно". Сейчас его главной задачей было поднять уровень Культивации, ему нужно сформировать четвертую Дао Колонну. Только тогда со своим Совершенным Основанием он сможет на равных сражаться с Детьми Дао пяти великих Сект и трех великих Кланов. В тоже время он будет сильнее любого Избранного, тем самым став одним из десяти самых сильных Практиков стадии Возведения Основания во всем Южном Пределе. После формирования шестой Дао колонны, он был уверен, что сможет уничтожить любое так называемое Дитя Дао. "Один недостаток Совершенного Основания: я не могу поглощать духовную энергию неба и земли. Даже если найти способ насильно поглощать духовную энергию, это все равно будет очень сложно... Остаются только целебные пилюли. Но и это будет работать не очень долго", — Мэн Хао негромко вздохнул. Совершенное Основание со всей своей силой тоже не без изъяна. Вот только при всем при этом, если его попросят сделать выбор еще раз, он без колебаний выберет Совершенное Основание. "Что будет, когда я достигну поздней ступени Возведения Основания..." — мелькнула мысль, глаза юноши едва заметно сверкнули. Он долгом смотрел на Сяо Чанэня, а потом кивнул.

— Мы позже можем обсудить озеро, — сказал он равнодушно, — я останусь здесь в уединенной медитации. Не беспокойте меня. И еще, принесите мне все духовные камни, что есть в Клане.

Сяо Чанэнь сначала было обрадовался, но потом кисло улыбнулся. Стиснув зубы, он кивнул.

Глава 169. Боги, Ты действительно не знаешь?

Тем временем за пределами деревни Сяо Клана, мрачный Сюй Лоди летел по небу вместе со своими соплеменниками. Он обернулся и ядовито прошипел:

— Сяо Чанэнь, если ты смог нанять чужестранца, тогда и я могу! Жалкий Практик Шаман. Если забрать силу его Духовного существа, что останется? Ничего. Тогда убить его будет проще простого, все знают, что Практики Шаманы без своих Духовных существ не стоят и выеденного яйца. Я снесу ему голову за секунду! — холодно хмыкнув, он посмотрел на членов своего клана. — Отправляетесь дальше без меня. Ничего еще не кончено!

Члены Сюй Клана разлетелись кто куда. Сюй Лоди взмахнул рукавом и в луче радужного света полетел к горизонту. "Ничего не остается, как попросить помощи у Господина Сан Ло. Он на поздней ступени Возведения Основания с семью Дао колоннами. У Практика Шамана против него нет ни единого шанса. Одна проблема, он человек весьма эксцентричный, поэтому может отказаться помочь... Если учесть уплаченную за прошлую сделку несколько лет назад цену, я думаю он согласится. Все окупится, если мне достанется Духовное озеро!" — приняв решение, Сюй Лоди прибавил ходу. После целого дня пути он добрался до одинокой горы, вокруг которой кружили стервятники. Впереди виднелась куча сваленных деревьев шесть метров в высоту, на вершине которой валялось тело. Судя по степени разложения, тело гниет уже несколько месяцев. Рядом с покойником примостилось несколько стервятников, которые лениво клевали разлагающуюся плоть. Картина пробирала до костей. Их глаза странно сверкнули, когда они заметили Сюй Лоди. Твари явно не боялись живых.

— Сюй Лоди просит аудиенции с Господином Сан Ло, — сказал он, не в силах отвести взгляда от тела.

Тело давно уже лишилось жизненной сил, но судя по сохранившимся пожиткам принадлежало Главе местного Клана с Культивацией поздней ступени Возведения Основания. Его слова эхом прокатились по одинокой горе. Спустя какое-то время в ответ прозвучал скрипучий голос:

— Несколько месяцев назад этот наглец посмел косо на меня посмотреть, поэтому я схватил его и принес сюда. Я решил наказать его, связав здесь, откуда мне было знать, что он окажется таким слабаком? Его хватило всего на два месяца. Теперь ты, с чем сегодня пожаловал?!

Сюй Лоди сделал глубокий вдох, пока кланялся одинокой горе.

— Почтенный, я столкнулся с проблемой. Господин Сан Ло, мне нужна помощь в устранении одного человека, — он сразу перешел к делу, зная нелюбовь Господина Сан Ло к длинным, пространным объяснениям.

— Устранить человека... Бваха-ха-ха! — прогремел пронзительный смех. — Я помогу тебе, но только в знак нашей дружбы. Но у меня есть ряд условий. Причем довольно длинный.

— Я понимаю, — сказал Сюй Лоди и швырнул бездонную сумку, но прежде чем та коснулась земли, она сменила направление, словно ее потащила невидимая рука.

— Подожди несколько дней, — продолжил скрипучий голос, — когда я закончу переплавку костей этого наглеца, я пойду с тобой.

Неожиданно стервятники подхватили тело и полетели к одинокой горе. Сюй Лоди перевел дух, его глаза кровожадно сверкнули: "Сяо Чанэнь, посмотрим, как ты будешь отбиваться в этот раз!" Сюй Лоди сел в позу лотоса и погрузился в медитацию.

Тем временем в горной деревушке Сяо Клана Мэн Хао сидел в позе лотоса в маленькой комнате неподалеку от озера. Его окружало мягкое свечение, которое позволяло ему наблюдать за тем, что происходит снаружи, но не давало другим увидеть, что происходит внутри. Свечение создавали девять бумажных талисманов. Талисманы нарисовала и лично доставила девушка из Сяо Клана. Установив талисманы, она откланялась. После чего Мэн Хао вдобавок выставил Грозовой Туман, и только тогда смог спокойно достать бездонную сумку. Он вытащил Пилюлю Сита Земли и принялся ее изучать. Пока он разглядывал пилюлю, холодец на его голове вновь открыл рот:

— Эй, где я остановился? А точно, продолжим с прошлой темы. Ты не можешь так поступать. Какое бесстыдство! Нельзя просто швырнуть меня на землю. Это перебор!

Мэн Хао никак на это не ответил. Холодец без остановки всё говорил и говорил. Похоже он мог болтать на одну тему хоть весь день. Еще ничего, если бы он не повторялся, но всё было с точностью наоборот, и видимо холодца это мало заботило, если вообще заботило.

— Что случится, если ты попадешь в маленького ребенка...? А как же растения и трава... Маленькие рыбки и другие зверюшки ни в чем не виноваты...

Мэн Хао пытался не слушать это назойливое жужжание, но холодец постепенно говорил все громче. В конечном счете он начал орать, его голос был настолько громким, что даже сквозь Грозовой Туман люди снаружи слышали его. Услышав голос, члены Сяо Клана переглянулись.

— Заткнись!!! — Мэн Хао, скрежеща зубами, схватил шляпу и швырнул на землю.

— Эй? Я не закончил. Где мы остановились? О да, давай сменим тему. Ты не можешь так поступать. Какое бесстыдство...

Мэн Хао задрал голову к небу, на его лицо было больно смотреть. В следующий миг он уже был на ногах и топтал шляпу. Внезапно появилось лицо мудрого старца, несмотря на то, что Мэн Хао по нему топтался, лицо не кричало, вместо этого он затараторило еще быстрее:

— Ты не можешь так поступать со мной, это слишком жестоко! Это слишком бесстыдно!

— Что тебе от меня нужно? — процедил Мэн Хао сквозь сжатые зубы. — Ты же сбежал, почему ты увязался за мной? Поди прочь. Уйди!

— Эй? Я связан с тобой узам, а связь с хозяином на всю жизнь. Я никогда не уйду, уйти будет слишком бесстыдно. Я никогда не сделаю что-то столь беспринципное... столь... — Мэн Хао поднял голову и просто уставился в пустоту. За время пока он неподвижно стоял успели бы сгореть две благовонных палочки. Наконец он опять посмотрел на шляпу. — ... столь безнравственное. Я сейчас рассказал тебе про семьсот сорок пять черт характера, которых у меня нет. Разве ты не видишь какой я культурный? Искренний? Если кратко, я никогда тебя не покину.

Мэн Хао молчал. Внезапно он вызвал Огненного Дракона, которым он врезал по шляпе. В этот раз отчаянный вопль все же раздался, но он быстро опять сменился болтовней. Когда дым рассеялся на шляпе не было ни одной царапины. Мэн Хао сверлил его взглядом, у него даже вены на лбу проступили. Он всегда считал себя уравновешенным человеком, но сейчас он был на грани взрыва. Он еще немного попрыгал на шляпе, но... внезапно прекратил.

Продолжая тарахтеть, шляпа вернулась на голову Мэн Хао. Теперь она стала зеленого цвета и выглядела даже причудливей, чем прошлый вариант[1]. Лицо Мэн Хао потемнело.

— Послушай дитя, не трепыхайся. Я хороший и просто пытаюсь помочь. Сейчас ты идешь по порочному пути, но я решил приложить все силы, дабы исправить тебя. Дитя, ты даже не представляешь сколько таких как ты сделали всего один неверный шаг в жизни, а потом сожалели об этом до конца дней своих. Я помогу тебе избавиться от ожесточенности и злобы. Я помогу тебе освободиться от этой проклятой птицы. В прошлой жизни мне не удалось, и в жизни до нее, и в прошлой жизни до нее тоже не удалось. Эта проклятая, омерзительная птица единственная, кого я так и не смог обратить! — послышался звук, будто шляпа заскрипела зубами. — Но в этой жизни я точно ее обращу!

— О какой птице ты говоришь? — мрачно спросил Мэн Хао.

В нем нарастало странно чувство. Шляпу нельзя уничтожить, нельзя выбросить, она невероятно назойливая.

— Ты не знаешь? — спросила шляпа, спрыгнув с его головы. Она вновь превратилась в холодец с древним лицом, которое недоверчиво рассматривало Мэн Хао. — Боги, ты действительно не знаешь, кто эта проклятая, бесстыжая, убившая несметное количество... —холодец затрясся, из его рта нескончаемым потоком неслись ругательства. Мэн Хао тяжело вздохнул, вновь задрал голову к небу и закрыл глаза. После того как сгорела еще одна благовонная палочка, он вернулся к холодцу. Холодец как раз подводил итоги. — ... которую нужно бросить в выгребную яму, эту проклятую птицу? Ты действительно не знаешь о ком я говорю?

Мэн Хао сердито посмотрел на холодец и после длинной паузы медленно сказал:

— Нет, не знаю.

— Ты точно не знаешь? — пораженно переспросил холодец. — Точно, точно не знаешь? Невероятно! Ты точно, точно, точно не знаешь?

— Я... Не... Знаю! — отчеканил Мэн Хао. Общение с холодцом невероятно обескураживало.

— Боги! На твоем теле ее аура, и ты не знаешь. Как это возможно? Как ты можешь не знать? Боги, о боги. Ты точно, точно, точно, точно не знаешь? — судя по расширенным от удивления глазам, холодец не мог ему поверить.

Мэн Хао не нашелся что сказать. Он закрыл глаза и попытался медитировать. С хлопком холодец опять превратился в зеленую шляпу и приземлился на голову Мэн Хао. Учитывая халат ученого Мэн Хао выглядел до ужаса экстравагантно. Любой, кто его увидит обязательно протрет глаза, дабы удостовериться не померещилось ли ему. Прошло достаточно времени, чтобы успела сгореть палочка благовоний.

— Но как ты можешь не знать?

Спустя две палочки.

— ... Уму непостижимо! Ты действительно не знаешь...

Спустя два часа.

— Почему ты молчишь? О, я понял. Тебе стыдно. Ну-ну, всё в порядке. Я хороший. Я сделаю все, что в моих силах, дабы свернуть тебя с порочного пути. Я...

Выражение лица Мэн Хао становилось все неприглядней. Он достиг точки кипения. Его терпение лопнуло. Взревев, он схватил шляпу и вышвырнул на улицу. Он хлопнул по своей бездонной сумке и вызвал сотню летающих мечей, которые стремительно помчались к шляпе. Несколько магических пассов, и Огненный Дракон вместе с Клинком Ветра полетели следом. От взрывов горную деревушку затрясло, все члены Сяо Клана затряслись от ужаса. Зрачки Сяо Чанэня расширились. Хоть он и не видел, что происходит, взрывы просто поражали. Девушка тоже выглядела потрясенной, а потом на ее лице проступило странное выражение.

Мэн Хао скрежетал зубами. На ходу он рассек палец и вызвал Кровавый Палец. Другой рукой он применил Восьмой Заговор Заклинания Демонов. Чудовищные взрывы сотрясли небо и землю. И в следующий миг все стихло. Мэн Хао раздосадованный сверх всякой меры смотрел на холодец, который энергично прыгал неподалеку.

— Так странно. Ты действительно не знаешь. Как это возможно? Ты действительно не знаешь?

[1] В Китае "носить зеленую шляпу" выражение, относящееся только к мужчинам, которое означает, что вам изменяет жена/подружка. Предположительно появилось при Династии Юань, когда родственников проституток заставляли носить зеленые шляпы.

Глава 170. Одинокий Сан Ло

Мэн Хао сразу об это пожалел, ему не стоило задавать этот вопрос. Откуда ему было знать, что холодец выдаст такую длинную тираду. Он глубоко вдохнул, но прежде чем он успел хоть что-то сказать, лицо холодца посветлело.

— О, кажется я понял. Ты не достиг стадии Создания Ядра, поэтому она не может выйти. Ха-ха-ха! Она не может выйти...

Мэн Хао бессильно опустил голову и кисло улыбнулся холодцу. Он заскрипел зубами, но все же сказал:

— Если ты сейчас не заткнешься, я отнесу тебя обратно в Секту Черного Сита!

Сейчас он мечтал только об одном, чтобы назойливое жужжание в его ушах наконец стихло.

— Не страшно. В любом случае я связал себя узами с хозяином, поэтому для переплавки меня им придется переплавить и тебя. Эй? — на лице холодца мелькнуло удивление, он задумался на пару мгновений и продолжил. — А это хорошая идея! Интересно будет испытать переплавку на себе, что я почувствую? Надо подумать.

Лицо холодца загорелось в предвкушении, Мэн Хао чувствовал нарастающее бессилие.

— Как я могу заставить тебя уйти? — с горьким смешком спросил он.

В этот раз его вопрос прозвучал гораздо мягче, чем раньше, отчего холодец мгновенно стал серьезней. Серьезным, почти лекторским тоном он принялся за объяснение. Мэн Хао не слушал, он просто задрал голову к небу. Когда в его голове сгорела одна воображаемая благовонная палочка он услышал.

— ... если кратко, я никогда тебя не покину! Мне нужно обратить эту птицу. Пока я ее не обращу, я никуда не уйду!

Мэн Хао всегда думал, что способен оставаться собранным, фокусироваться на поставленной задаче и не отвлекаться. Теперь он понял, что ему просто раньше не доводилось сталкиваться с холодцом. Не важно кто, он или какой другой непревзойденный эксперт, этот пустомеля, этот словесный рог изобилия кого угодно сведет с ума... Мэн Хао сделал глубокий вдох. Теперь он гораздо лучше понимал характер этой штуки. Самое главное правило — не давать ей тем для разговора! Он склонил голову и где-то через час достиг состояния, в котором мог почти полностью блокировать галдеж в ушах. Несмотря на болтовню холодца, Мэн Хао достал Пилюлю Сита Земли и принялся ее изучать. На его лице стояло серьезное выражение, но игнорировать бессвязную речь холодца было очень трудно. Это стало еще сложней, когда холодец спрыгнул с головы и приземлился прямо перед ним. Похоже холодца задевало, когда на него не обращали внимание.

— Ты не можешь так поступать. Какое бесстыдство!!! — закричал он, заведя очередную тираду.

Наступила ночь. Мэн Хао выглядел весьма измучено. Его глаза покраснели, он полностью игнорировал нескончаемый стрекот холодца в ушах. С ужасом и отчаянием он выяснил, что даже без темы для разговора холодец все равно продолжал болтать. Всю ночь до рассвета, потом до следующей ночи. И тут, наконец-то, у холодца похоже закончились темы для разговора. Мэн Хао облегченно вздохнул, холодец тем временем полетел к берегу... и начал беседовать с рыбой в озере...

Мэн Хао еще раз облегченно вздохнул. Он достал медное зеркало вместе с духовными камнями Сяо Клана и продублировал одну Пилюлю Сита Земли. Задумавшись на секунду, он отправил Духовное Сознание в пустую нефритовую табличку, и она вылетела в окно. Пару мгновений спустя девушка Сяо Клана с Духовной обезьяной нервно подошла к его апартаментам. Обезьяна неожиданно завизжала. Девушка посмотрела в сторону озера и увидела шляпу-холодец, которая орала на рыб в озере.

— Сяо Цайфэн приветствует вас, Почтенный, — сказала девушка, переведя взгляд с орущего холодца на Мэн Хао, которого окружал Грозовой Туман.

Она с поклоном протянула поводок Духовной обезьяны. Глаза Мэн Хао распахнулись. Не говоря ни слова, он послал Пилюлю Сита Земли обезьяне, та, не задумываясь, ее проглотила. Она закатила глаза и завизжала. Глаза Мэн Хао блестели, пока он проверял обезьяну с помощью Духовного Сознания. Неожиданно лунный свет начал превращаться в тонкие нити, которые впитывала обезьяна. Теперь обезьяна закатила глаза от удовольствия. Мэн Хао наблюдал за обезьяной четыре часа, всё это время Сяо Цайфэн терпеливо стояла неподалеку. Наконец Мэн Хао кивнул.

— Очень хорошо, — сказал он невозмутимо.

Сяо Цайфэн облегченно вздохнула, сложив ладони, она поклонилась Мэн Хао и увела обезьяну. Даже невооруженным глазом было видно, что зверь стал намного сильнее. Мэн Хао задумчиво качнул головой. С помощью духовных камней Сяо Клана он принялся дублировать пилюлю. Полное название пилюли было Пилюля Лунного Сита Матери Земли, принимать ее нужно только ночью. Она впитывала лунный свет, поэтому результат от ее использования был выше всяких похвал. Стоимость одного дубля пилюли оказалась немаленькой, да и Сяо Клан сложно было назвать великим Кланом. Ему передали не очень много духовных камней, истратив половину, Мэн Хао получил всего шесть Пилюль Сита Земли. "Пришлось истратить одну пилюлю, никогда не бывает лишним перестраховаться". Занялся рассвет. Мэн Хао посмотрел на шесть разложенных Пилюль Сита Земли. Он закрыл глаза и попытался прикинуть: сколько пилюль ему потребуется для возведения четвертой Дао Колонны. Завершив круг из трех Дао колонн, совсем скоро начнут проступать очертания четвертой Дао колонны.

Шло время, наступил полдень. Холодец по-прежнему сидел на берегу и болтал с озерной водой. Духовное Сознание Мэн Хао подсказало, что вся рыба давно уже сбежала на дно озера, осталась только одна, она билась головой о берег, словно не в силах терпеть мучения. Со страхом в сердце Мэн Хао принялся собирать оставшиеся духовные камни. Его не пугало количество духовных камней, он боялся привлечь внимание холодца. Еще не хватало дать холодцу новую тему для разговора.

Он отозвал Духовное Сознание, и тут выражение его лица изменилось. Мэн Хао посмотрел сквозь Грозовой Туман наружу, к горной деревушке Сяо Клана со свистом приближалось два луча радужного света. Практик в авангарде носил черный халат. Невысокий, можно даже сказать карлик. Его длинный халат скрывал его лицо, длинные полы халата хлопали на ветру. С первого взгляда никто бы даже не заметил карлика внутри халата, только черный халат летящий по небу. Позади карлика летел мрачный Сюй Лоди, его глаза полыхали жаждой убийства. Карликом был не кто иной, как Господин Сан Ло, помощью которого заручился Сюй Лоди. Оба двигались невероятно быстро, они достигли горной деревушки за несколько вдохов. Карлик что-то сказал, его жестокий, пронзительный голос громыхал подобно молнии, достигая каждого уголка Сяо Клана. Сяо Цайфэн побелела, Сяо Чанэнь прищурился, в его глазах застыл страх. Прежде чем кто-либо сумел выйти наружу, с грохотом защитный барьер Сяо Клана разлетелся на куски. Главные ворота Сяо Клана рядом с озером превратились в кучу щепок. Поднялся сильный ветер. Особняк Сяо Клана закачался. Не практикующие Культивацию члены Сяо Клана задрожали, услышав этот голос. Бледный Сяо Чанэнь быстро повел группу людей на улицу. Он с удивлением увидел разбитые вдребезги главные ворота, карлика, неспешно шагающего к нему, а также черный халат, который волочился за ним по земле. Сяо Чанэнь попятился:

"Это же тот дикарь... похоже злой рок навис над моим Сяо Кланом..."

Из-за карлика он не мог призвать ни капли своего боевого духа. Господин Сан Ло был известен в их регионе. Он не связывался с Сектой Кровавого Демона, но среди соседних Кланов Практиков никто не хотел с ним связываться. Ведь его Культивация находилась на поздней ступени Возведения Основания, и совсем скоро он взойдет на стадию Создания Ядра. Прослывший жестоким и свирепым человеком, он атаковал любого, кто на него косо посмотрит. Из-за этого за ним закрепилась такая пугающая репутация. Но этого недостаточно, чтобы занять его текущее положение в их регионе. Всё-таки Кланы Практиков здесь все были связаны с Сектой Кровавого Демона. Вот только... Сан Ло когда-то был учеником текущего поколения Секты Кровавого Демона. Он был изгнан, когда нарушил правила Секты. Его Культивацию оставили нетронутой, а также не стали препятствовать ему делать что вздумается в мире снаружи. Сяо Чанэнь даже слышал, что у него был брат не карлик с невероятным скрытым талантом. По слухам, его брат принадлежал к Избранным Секты Кровавого Демона.

— Я, Сяо Чанэнь, приветствую Господина Сан Ло, — сказал бледный Сяо Чанэнь, наблюдая как Сан Ло и Сюй Лоди медленно приближаются.

Сюй Лоди выглядел невероятно довольно, отчего Сяо Чанэнь тяжело вздохнул. На Мэн Хао надежды было мало. Его Духовное существо — очень сильное, но Культивация его самого слишком слабая. Сан Ло громко хмыкнул, медленно приближаясь к Сяо Клану вместе с Сюй Лоди. Его глазки торчали из халата.

— Сяо Чанэнь, позови Практика Шамана, которого ты пригласил! — рассмеялся Сюй Лоди холодно. — Что? Боишься показаться, а, Шаманишка? Выходи, будь ты проклят!

Сяо Чанэнь мог только стоять, не смея и слова сказать. Позади дрожали его соплеменники. Только Сяо Цайфэн стояла неподвижно, несмотря на бледность лица ее глаза яростно горели. Сан Ло наслаждался страхом в глазах членов Сяо Клана. Предложение Сюй Лоди его воодушевили, но он не мог удержаться от вздоха. Его жизнь, подобно снегу, была пустой. На вершине всегда одиноко, глубоко в душе он всегда хотел повстречать человека, который бы смог победить его. Ему было невдомек, что Мэн Хао поднялся на ноги, когда голос Сюй Лоди прошел сквозь Грозовой Туман. Мэн Хао слышал, как холодец постепенно подводил итоги своего монолога. По его прикидкам скоро он опять примется досаждать ему.

— Мне позарез нужно найти кого-то, кто освободит меня от этой пытки, — подумал он, — этой муки! — скрипя зубами, он вышел на улицу.

Когда Грозовой Туман покинул пределы помещения, воздух вокруг озера задрожал. Мэн Хао с кислой улыбкой зашагал вперед. Под ним зашевелилась почва, и лианы вырвались из-под земли с пронзительным шипением. Покрасневшими глазами, всё благодаря холодцу, Мэн Хао посмотрел на карлика и Сюй Лоди. Он решил атаковать человека с поздней ступенью Возведения Основания в надежде, что их поединок продлиться дольше нескольких мгновений.

— Ничтожество на начальной ступени Возведения Основания? — сказал самоуверенно Сан Ло, глядя на приближающегося Мэн Хао, — Сюй Лоди ты просто жалок.

Его глаза выглянули из халата, они горделиво сверкали. Но сердце его наполняло одиночество снега.

— Господин Сан Ло, почтенный, меня не в чем винить, — начал оправдываться Сюй Лоди, — помоги мне избавиться от его Духовного существа. Без него я в два счета размажу этого парня по земле.

Он кровожадно посмотрел на Мэн Хао. Сюй Лоди было невдомек, что не Мэн Хао станет целью истинной кровожадности и жестокости, ею будет, одинокий как снег Сан Ло. То, что произойдет дальше Сан Ло не забудет до конца своих дней. До самой смерти его будут мучить кошмары событий, оставившие след в его душе... и это произойдет очень скоро. Возможно в будущем он не будет чувствовать себя так же одиноко, как снег...

Глава 171. Дитя Дао Секты Кровавого Демона

Сан Ло презрительно хмыкну в ответ на слова Сюй Лоди. Тот заметно оживился, когда заметил приближающегося Мэн Хао. Глаза Сюй Лоди полыхнули жестокостью.

— Сегодня Сюй Лоди поможет тебе понять: если решил помочь кому не следовало, ты рискуешь навлечь на себя мой гнев! — воскликнул он страстно. — Я так же помогу всем понять, чего больше всего боятся Практики Шаманы!

Члены Сяо Клана от его слов побелели. Сяо Чанэнь горько засмеялся, прекрасно понимая, что сделанного не воротишь. Он сделал глубокий вдох и направился вперед, мощь его Культивации внезапно волной ударила во все стороны. Выглядела она, как сила средней ступени Возведения Основания, только немного ослабшей. Он давно уже достиг конца долголетия, поэтому его меридианы Ци начали чахнуть. С натугой он мог применить силу средней ступени Возведения Основания, но такая нагрузка вредила его жизненной силе.

— Это не касается чужеземца, только Сяо Клана, — сказал он, словно став выше, — этот человек здесь не по приглашению Сяо Клана, а лишь проездом. Если исчезновение Сяо Клана — воля Небес, тогда забирайте Духовное озеро! Но если вы заберете кого-то из моих соплеменников, тогда с ним должны хорошо обращаться. В противном случае вы заплатите, даже если это будет стоить мне жизни!

Его слова, наполненные силой, заставили Сюй Лоди нахмуриться. Карлик Сан Ло только хрипло расхохотался. Мэн Хао посмотрел на Сяо Чанэня, неожиданно его чувства к этому человеку изменились. Он кивнул и невозмутимо сказал:

— Собрат Даос Сяо, не ты ли подарил мне озеро? Раз так, значит оно принадлежит мне. У кого хватит духу отобрать его у меня?

Лианы бросились на Сан Ло и Сюй Лоди. Сан Ло презрительно рассмеялся. Взмахом широкого рукава он вызвал черную каменную печать[1]. Она увеличилась в размерах и, источая давящую ауру, от которой все лианы застыли, рванула вперед. Только главный ствол лианы с воем продолжил атаку. С пронзительным смехом Сан Ло шагнул вперед. Когда он поднял руку оказалось, что она намного меньше обычной. Взмах его руки был направлен в сторону несущегося ствола лианы. В нее со свистом полетел черный ветер. В это же время прогремел смех Сюй Лоди. Во вспышке света он бросился на Мэн Хао, глаза его кровожадно блестели. Сяо Чанэнь прыгнул наперерез Сюй Лоди. Тот презрительно ухмыльнулся и взмахом рукава отшвырнул Сяо Чанэня с дороги.

— Я пока оставлю тебя в живых, мы ведь скоро станем родней, нам еще предстоит вместе пить вино на свадьбе, — рассмеялся он и рванул к Мэн Хао, — теперь ты поймешь, чего больше всего боятся Практики Шаманы — обезглавливания!

Его смех прозвучал крайне самодовольно. Мэн Хао же оставался бесстрастным, как и всегда. Ни один мускул на его лице не дрогнул, при приближении Сюй Лоди. Когда до цели Сюй Лоди оставалось около девяти метров, глаза Мэн Хао холодно сверкнули. Он не отступил, наоборот во вспышке света он возник прямо на пути Сюй Лоди. Один магический пасс вызвал пылающее Море Пламени вместе с Огненным Драконом. Как только появился Огненный Дракон Сюй Лоди ошарашено разинул рот.

— Это… это…

Он словно не мог поверить своим глазам, но Огненный Дракон источал невероятную давящую ауру, которая превосходила даже позднюю ступень Возведения Основания. Почувствовав смертельную опасность, его голова загудела, словно в него ударила молния. На лице Лоди по-прежнему застыло недоверие.

— Поздняя ступень Возведения Основания!!! — воскликнул он, дрожа, в его глазах вспыхнул страх.

Откуда ему было знать, что юнец на начальной ступени Возведения Основания сможет высвободить мощь равную поздней ступени Возведения Основания? Что до обезглавливания, предположительно легкая добыча внезапно превратилась в свирепого зверя, который может разорвать его на сотни тысяч кусочков!

Такой поворот поразил не его одного. Сяо Чанэнь замер словно громом пораженный. Он не мог понять не мерещится ли ему всё это. Его голова гудела, но потом в глазах вспыхнула радость. Когда появился Огненный Дракон, лианы, подавленные Сан Ло, внезапно вздрогнули и зашевелились. Из черного халата два глаза удивленно смотрели на разворачивающуюся сцену. Все это произошло практически мгновенно. Слова Сюй Лоди еще не стихли, а их уже сменил душераздирающий вопль, который услышали все в деревне. Трехсотметровый Огненный Дракон превратил его в кучку пепла, который тут же подхватил ветер. Всё что от него осталось — вопль, еще звенящий в воздухе. Его бездонная сумка приземлилась в руку Мэн Хао.

Сяо Чанэнь едва сдерживал радость, Сяо Цайфэн рядом с ним наблюдала за Мэн Хао с загадочным блеском в глазах. Остальные члены Сяо Клана восторженно пялились на Мэн Хао. Лицо Сан Ло скривилось, из-за смерти Сюй Лоди его сердце учащенно забилось. Осторожный по натуре он сразу же бросился бежать. Будучи на поздней ступени Возведения Основания, он был не тем, кто легко идет на риск. Его тело сверкнуло в попытке скрыться. У него мелькнула мысль, что скорее всего этот человек не станет его преследовать. Если он не бросится в погоню, значит подтвердит, что слабее. Тогда Сан Ло развернется и ринется в атаку. Это уже давно являлось его излюбленной тактикой, он применял ее, пока пламя в метафорической печи не окрасилось в синий[2]. На что Мэн Хао лишь холодно хмыкнул и прыгнул вверх, превратившись в луч радужного света, он полетел за Сан Ло. Сан Ло тут же скривился. «Раз он преследует меня, значит считает, что может убить. Этого не может быть!» — с бешено стучащим сердцем он улепетывал что есть мочи. Взмахом руки он отправил гудящую черную каменную печать в Мэн Хао.

Мэн Хао мог сразиться с Практиком на поздней ступени Возведения Основания с девятью Дао колоннами, но бой был бы не из легких. Сан Ло, с другой стороны, имел всего лишь семь Дао колонн. Мэн Хао мог позволить себе смотреть на него свысока. Его правая рука выполнила магический пасс, вызвав два деревянных меча. Один полетел навстречу черной печати, другой в сторону радужного луча, в котором летел Сан Ло. С грохотом каменная печать рассыпалась на куски, отчего Сан Ло гневно взвыл. При виде приближающегося деревянного меча его тело задрожало. Он ловко переломил нефритовую табличку, а потом двумя руками выполнил магический пасс, после этого он направил указательный палец вперед перед собой. Вокруг него словно всё потемнело, казалось, что его палец всасывал странную силу вокруг него. От него начала исходить раздражающая, колючая аура. Мэн Хао нахмурился, похожую ауру он почувствовал в Секте Черного Сита. Эта версия была намного слабее, как если сравнить светлячка и полную луну. Если подумать, он испытал нечто подобное в пещере в горной долине.

Когда деревянный меч со скрипом остановился в воздухе прогремел взрыв. Мощный порыв ветра ударил в халат карлика, явив уродливое, покрытое шрамами лицо и два, бегающих в страхе, глаза. По лбу карлика градом валил пот.

— Собрат Даос, давай все обсудим, — нервно начал Сан Ло.

Он чувствовал, что пока он выжимал из себя всю силу до последней капли, его противник действовал почти небрежно. Разница в их мастерстве была слишком очевидна!

Мэн Хао взял паузу, чтобы проверить ауру карлика. Его сердце неожиданно забилось быстрее. У него и до этого были свои подозрения на счет ауры, но столкнувшись с ней вновь, он поднял руку и выставил палец: “Заклинание Демонов, Восьмой Заговор!”

Его палец опустился и всё потемнело. Сан Ло задрожал, почувствовав изменение в Ци неба и земли, в его глазах вспыхнуло удивление. И тут нечто подавило его Культивацию. Послышался свист, это деревянный меч вновь пришел в движение, еще секунда и он пронзит горло Сан Ло. В глазах карлика отчаяние. Однако в этот самый момент Мэн Хао взмахнул рукавом. Вместо того, чтобы снести голову карлику, клинок из дерева подхватил Сан Ло и принес Мэн Хао. Юноша вытянул руку и схватил Сан Ло за шею. В эту секунду Культивация в теле Сан Ло восстановилась, и он вновь мог двигаться. Впрочем, он был настолько напуган, что боялся пошевелиться. Рука на его шее источала ауру смерти, в такой близи от Мэн Хао все его тело задрожало. Ощущение от ауры Мэн Хао сковало сердце карлика животным ужасом.

— Ты… ты… — мямлил бледный карлик.

Тем временем в другой части мира высилась горная цепь, которую весь год скрывали темные тучи. В горной долине сидело двое юношей. Оба задумчиво смотрели на лежащую между ними доску для игры в Го. Одним из них был юноша в белых одеждах с равнодушным выражением лица. Он обладал практически неземной красотой. Веер в его руках медленно раскачивался из стороны в сторону. Второй носил синий наряд. На вид ему можно было дать около тридцати лет. С зажатым в руке камнем он с глубокомысленным видом рассматривал доску. На его шее висел нефритовый кулон. Внезапно послышался треск, и поверхность кулона потрескалась. Человек в синем нахмурился. Он перевел взгляд с нефритового кулона обратно на доску.

— Что-то не так? — спросил бархатным голосом юноша в белом.

— Ничего, — почтительно ответил юноша в синем, — это мой ни на что не годный брат. Должно быть он оскорбил кого-то, кто оказался ему не по зубам и теперь просит о помощи.

— Его имя Сан Ло, верно…? — улыбнулся юноша в белом. — Пойдем и все проверим. Мне в любом случае нечем заняться, поэтому я составлю тебе компанию.

— Ваше величество, статус Дитя Дао слишком почетен, я не смею… — юноша в синем подскочил на ноги.

— Не беспокойся, — сказал юноша в белых одеждах.

Это был Дитя Дао Секты Кровавого Демона!

[1] Квадратный камень, на одной из сторон которого нанесены иероглифы. Используется, как и западные аналоги, только вместо оттиска в воске, его обычно окунают в чернила и оставляют печать на бумаге.

[2] Корреляция с «чистотой» пламени желтое -> синее пламя, думаю понятно. На всякий случай, эта идиома означает, что человеческая мысль или идея достигла абсолютной ясности и чистоты; либо навык достиг высочайшего мастерства.

Глава 172. Штурм Средней Ступени Возведение Основания!

В горной деревушке Сяо Клана Сяо Чанэнь с энтузиазмом поглядывал на Мэн Хао. Его соплеменники готовы были боготворить Мэн Хао. Он кивнул им, но ничего не сказал и вернулся в защищенную комнату рядом с озером, его рука по-прежнему сжимала горло Сан Ло. Закрывшись Грозовым Туманом, он ослабил хватку на горле карлика и принял позу лотоса. Бледный карлик не сопротивлялся, вместо этого он застыл напротив Мэн Хао, в его глазах стояло почтение. Внутри он нервно ждал, когда его спасет старший брат. Он косо посмотрел на шляпу, которая лежала на берегу озера. До его ушей доносилась ее болтовня, но он в испуге быстро отвел глаза. Ему начало казаться, что он угодил в странное место, еще более жуткое, чем его одинокая гора. Мэн Хао оглядел Сан Ло, решая, что с ним делать. Наконец, он поднял руку в манящем жесте. Аура тела Сан Ло сосредоточилась на ладони Мэн Хао. Она казалась невидимой, но Мэн Хао чувствовал ее неприятную и колючую природу. Он хмуро разглядывал ее какое-то время, а потом его глаза сверкнули. «Возможно это Демонический Ци…?» — прошептал он. Он позволил ауре рассеяться, и перевел взгляд на Сан Ло. Под взглядом Мэн Хао у Сан Ло мурашки побежали по коже.

— Собрат Даос… — начал он, но его прервал Мэн Хао.

— Кажется нас навестил Практик-злодей, которого нужно обратить… — сказал он, слегка покашляв.

От этих слов Сан Ло опешил. Холодец, который только что разговаривал с рыбой в пруду, внезапно запрыгнул внутрь апартаментов и уставился на Сан Ло.

— Где? Где он? — восторженно затрещал холодец, — Ты? Ох, бедный, бедный злодей, так нельзя! Какое бесстыдство! Во имя справедливости позволь мне тебя обратить…

Прежде чем Сан Ло успел среагировать, Мэн Хао взмахом рукава оттолкнул его назад и схватил его бездонную сумку. Одновременно с этим черная сеть крепко скрутила Сан Ло. Мэн Хао отскочил подальше от карлика, который ошалело наблюдал за происходящим. В этот момент холодец-шляпа приземлилась на голову Сан Ло и вздохнула:

— Дитя, не надо бояться. Сиди смирно и позволь великому воплощению справедливости помочь тебе сойти с порочного пути… — холодец буквально прыгал от восторга. — Какое послушное дитя. Не нужно сопротивляться, не нужно бороться, не нужно смущаться. Я помогу тебе. Послушай, первое, что тебе нужно знать…

Когда холодец приступил, Сан Ло задрожал, но он не смел сопротивляться. Мэн Хао даже был его немного жаль. Он стер клеймо с сумки, увидев содержимое, его глаза заблестели. Внутри оказалась весьма солидная сумма духовных камней, во много раз больше той, что ему подарил Сяо Клан. «Этого должно хватить для дублирования пилюли. К тому же у меня еще осталось несколько сумок после Обители Богов. В них тоже нашлось несколько Пилюль Сита Земли». Взмах руки юноша заставил Грозовой Туман чуть сгуститься, чтобы снаружи нельзя было видеть, что твориться внутри. А потом он достал медное зеркало и принялся делать копии. Вскоре опустились сумерки. Снаружи Грозового Тумана вопил Сан Ло, выглядело это так, словно он находился под пыткой и испытывал неописуемые страдания.

— Заткнись! Пусти меня! Ааааааа! Проклятая шляпа! Закрой рот!

— Дитя, не надо так. Ты знаешь… ну вот опять ты прервал меня. Я забыл на чем остановился. Ладно, придется начать сначала. В этот раз слушай внимательно, хорошо? Путь зла словно терновник. Но не бойся, дитя, я рядом. Я не позволю шипам терновника уколоть твою румяную и нежную попку…

Мэн Хао выглянул наружу, немного сочувствуя Сан Ло, а потом посмотрел вниз на несколько дюжин Пилюль Сита Земли на полу. Он сделал глубокий вдох и положил одну из них себе в рот. Она тут же растаяла, превратившись в волну духовной энергии, уже долгое время Мэн Хао не чувствовал ничего подобного. Его тело было словно высохшей пустыней, на которую внезапно попала живительная влага. Его лицо просветлело, он закрыл глаза и приступил к дыхательным упражнениям. Со временем звуки внешнего мира исчезли, и он погрузился в Культивацию. Одна пилюля. Две пилюли. Три пилюли… Пока он принимал пилюли, лучи лунного света на ночном небе начали искривляться и менять направление. Все они устремились вниз к земле, к Мэн Хао. Издали выглядело так, словно гигантский шелковое полотно опустилось на Сяо Клан.

Пилюля Сита Земли заслуживало титул божественной пилюли Секты Черного Сита, как и титул одной из самых эффективных пилюль во всем Южном Пределе для стадии Возведения Основания. Она оказалась намного эффективней, чем изначально представлял себе Мэн Хао. Когда он положил седьмую пилюлю в рот, его тело вздрогнуло. Внутри внезапно стал видны неясные очертания четвертой Дао Колонны. Когда она оформится, Культивация Мэн Хао пробьется на среднюю ступень Возведения Основания!

Он сделал глубокий вдох и хмуро посмотрел на сияющий водопад лунного света в небе. «Слишком заметна. Со всей ее поразительной эффективностью, она привлекает чересчур много внимания…» С этим ничего нельзя было сделать. Ему ничего не оставалось, как пробиться поскорее, сформировать четвертую Дао Колонну и достичь средней ступени Возведения Основания. Он сделал еще один глубокий вдох и поднял восемнадцатую Пилюлю Сита Земли. Как только она коснулась его языка три Совершенные Дао колонны затрепетали, поглощая безграничную духовную энергию. Четвертая Дао Колонна стремительно обретала форму.

Снаружи на фоне ночного неба покрывало из лунного света действительно привлекло внимание людей из Сяо Клана. Сяо Чанэнь может и находился на краю могилы, но его зрение все еще было острым. С прищуром он тут же направился к закрытому барьером месту, где Мэн Хао практиковал Культивацию и встал на стражу неподалеку. Мэн Хао с добротой отнесся к его Сяо Клану. Сяо Чанэнь понимал, что после его смерти, единственный шанс на выживание Клана будет в руках Мэн Хао. Вот почему он принял решение во чтобы то ни стало не позволить никому помешать Культивации Мэн Хао.

Тем временем, за пределами Сяо Клана покрывало лунного света привлекло внимание всех Кланов Практиков по соседству. Много кто решил слетать на разведку, дабы выяснить куда именно ниспадает лунный свет. Что до старшего брата Сан Ло он вместе с юношей в белом неспешно летели по воздуху. Казалось, что они летят не очень быстро, но на самом деле они оставляли позади несколько сотен метров с каждым рывком. При виде покрывала лунного света юноша в белом прищурился. Человек в синем халате нахмурился:

— Это похоже на место, где держат Сан Ло…

— Интересно. Кто-то на территории Секты Кровавого Демона принял Пилюлю Сита Земли Секты Черного Сита. И судя по всему не одну…

В это же время в лесной чаще неподалеку от Сяо Клана на огромном дереве медитировала группа из десяти Практиков в одинаковых халатах. У каждого из них к спине был приторочен меч. Стояла тишина, даже пение птиц стихло. Но с появление полотна сотканного из лунного света все десять человек, как по команде, открыли глаза. Чэнь Фан[1] был частью этой группы. Он нахмурившись посмотрел в сторону горизонта. Между членами группы Практиков, которые оказались частью Секты Одинокого Меча, тут же разгорелась приглушенная дискуссия.

— Это в пограничных землях Секты Кровавого Демона. Что за странный феномен…?

— Такое обычно происходит, когда кто-то принимает Пилюлю Сита Земли Секты Черного Сита. Эффект нельзя скрыть. Кто-то неподалеку должно быть принимает целебные пилюли.

— Сколько пилюль уже принял этот человек? Количество лунного света просто поражает…

В особняке Сяо Клана жители деревни начали нервничать, словно перед столкновением с опасным врагом. Последние дни выдались крайне насыщенными: этакой смесью чудовищного ужаса и приятного удивления. Раз за разом они были на грани полного уничтожения, но каждый раз их Клан выживал. И вновь при виде ниспадающего лунного света, им опять стало не по себе.

Сяо Цайфэн побледнела, у нее имелся талант к созданию талисманов, но слабая Культивация не давала этому таланту полностью раскрыться. Она молча стояла в стороне и наблюдала, как Сяо Чанэнь в позе лотоса стережет Мэн Хао.

Совсем скоро на ночном небе начали появляться лучи радужного света, все они летели в направление Сяо Клана. Судя по всему, их было по меньшей мере несколько десятков человек. Летя по ночному небу, их искрящиеся глаза были прикованы к Сяо Клану и месту уединенной медитации Мэн Хао, куда ниспадал лунный свет. Старик на начальной ступени Возведения Основания громко рассмеялся:

— Любопытно. Я обязан увидеть, кто именно, будучи в уединенной медитации, решил устроить такое светопреставление.

Судя по хищной улыбке, намерения у него были не самые добрые. Его глаза жадно блестели. Очевидно он вознамерился нарушить медитацию и похитить удачу того, кто сидел внутри. Кажется, у всех созрел похожий план, всё-таки Сяо Клан едва ли можно было назвать сильным Кланом. Помимо Сюй Клана были и другие, кто хотел присвоить озеро. Большинство соседних Кланов поглядывало на него, как голодный тигр на добычу. Незваные Практики почувствовали на себе взгляд Сяо Чанэня. Мощь его Культивации внезапно вырвалась наружу. Он сделал глубокий вдох и поднялся в небо. С громким хлопком старик, потеряв контроль, отлетел назад, из его рта брызнула кровь. Сяо Чанэня был смертельно бледен, но он парил в воздухе, сверля взглядом незваных гостей.

— Я, Сяо Чанэнь, стою одной ногой в могиле, — сказал он хладнокровно, — жизнь и смерть мало что значат для меня. Любой, кто хочет отправиться на тот свет вместе со мной, пожалуйста, сделайте шаг вперед.

Хоть его Культивация была не очень высокой, слова его несли с собой серьезную угрозу. Под сенью барьера рост Культивации Мэн Хао достиг критической точки. Все это время он без остановки поглощал Пилюли Сита Земли, четвертая Дао Колонна оформилась уже наполовину. До ее завершения осталось совсем немного. А когда это произойдет Мэн Хао не станет безгранично могущественным, но сможет с легкостью смести любого на стадии Возведения Основания!

В этом заключалась истинная сила Совершенного Основания!

[1] Если кто забыл, вместе с Сюй Цин и Мэн Хао он был членом Внутренней Секты Покровителя.

Глава 173. Отвергнут Небесами? Грабь!

Мэн Хао сосредоточился на формировании четвертой Дао Колонны, но ситуация снаружи не стала для него неожиданностью. У него было предчувствие, что произойдет нечто подобное. Вселенского переполоха, конечно, не случилось, но ниспадающий лунный свет в любом случае штука весьма заметная. Мэн Хао так же понимал, что чем дальше, тем быстрее ситуация будет выходить из-под контроля. Наилучшим выходом из ситуации было закончить прорыв как можно скорее. Вот только… Совершенное Основание не могло вбирать в себя духовную энергию Неба и Земли. Ему могли помочь только Пилюли Сита Земли, и даже с их невероятной эффективностью процесс постепенно замедлялся. Он буквально чувствовал, как пилюли с каждым разом становятся все менее действенны. В таком темпе было не похоже, что ему хватит пилюль для завершения четвертой Дао Колонны.

Пока Мэн Хао в тишине Культивировал, снаружи слова Сяо Чанэнь прорезали тишину лунной ночи. Все на миг стихло, но потом раздался холодный смех, и три человека бросились вперед. Их лица скрывал мрак ночи, но их Культивация бурлила, давая понять, что один из них находился на средней ступени Возведения Основания. Среди соседних Кланов Практиков средняя ступень Возведения Основания считалась довольно мощной. В противном случае Сяо Клану не удалось бы так долго сохранять контроль над озером. Лишь конец долголетия Сяо Чанэня позволил всему этому зайти так далеко.

Три фигуры со свистом летели на Сяо Чанэня. С грохотом четверо людей схлестнулись в поединке. Изо рта Сяо Чанэня брызнула кровь, бледного старика отшвырнуло назад словно куклу, которой подрезали нити. Практик средней ступени Возведения Основания холодно рассмеялся и пошел дальше. Двое других Практиков со смехом подскочили к щиту Мэн Хао.

В этот критический момент Сяо Чанэнь не знал, что делать. Он знал, что Мэн Хао достиг переломного момента в Культивации, но к его стыду, он был бессилен помочь. Даже сожжение жизненной силы ради временного усиления мало чем поможет.

Два Практика начальной ступени Возведения Основания добрались до барьера, с рокотом барьер продержался два вдоха, а потом распался. Его создала Сяо Цайфэн будучи на стадии Конденсации Ци, то что барьер выдержал два вдоха под натиском Практиков начальной ступени Возведения Основания говорило о ей невероятном скрытом таланте в сфере создания талисманов.

Когда барьер пал два Практика начальной ступени Возведения Основания ударили по Грозовому Туману. В мгновение ока их тела окутали молнии, с треском обоих отшвырнуло назад, из их ртов брызнула кровь. Обоих сковал ужас, Дао Колонны внутри дрожали на грани разрушения. Грозовой Туман бурлил, его защита раскинулась на тридцать метров вокруг Мэн Хао, создавая непроницаемую завесу, через которую никто не мог пройти. Сяо Чанэнь облегченно выдохнул. Человек на средней ступени Возведения Основания, с которым он сражался, замер, посмотрев через плечо на Грозовой Туман.

Под защитой Грозового Тумана Мэн Хао открыл глаза. Они ярко сверкнули, когда он мрачно посмотрел на последние три Пилюли Сита Земли. Четвертая Дао Колонна была готова на девяносто процентов. Этих пилюль недостаточно для прохождения последних десяти процентов. «Вот насколько эффективны Пилюли Сита Земли… Возможно я не смогу достичь средней ступени Возведения Основания…» В его глазах горел упрямый огонек. Он как никто другой знал о трудностях его пути Культивации, обладая невероятным боевым мастерством, для занятия Культивацией ему требовалось прикладывать колоссальные усилия. Пока он об этом размышлял снаружи послышался шум:

— Собратья Даосы, Культивация этого человека привела в движение невероятную силу, я боюсь, когда он закончит все наши Кланы Практиков будут в опасности. Давайте воспользуемся подвернувшимся шансом и уничтожим его, тем самым мы избавимся от проблем в будущем.

— Верно. Сяо Клан слаб. Его существование бессмысленно. Уничтожение такого Клана — естественный отбор, этого нельзя избежать!

— Давайте объединим усилия. Грозовой туман не выдержит, если мы вместе атакуем!

Десять Практиков стадии Возведения Основания из местных Кланов одновременно обрушились на Грозовой Туман, который яростно бурлил.

«Злое сердце — никчемная жизнь», — вырвалось с уст Мэн Хао, глаза юноши холодно замерцали, когда он посмотрел за пределы Грозового Тумана.

Он сгреб три оставшихся пилюли и забросил себе в рот. Ниспадающий лунный свет усилился, словно река чистого света, он вливался в тело Мэн Хао. Несмотря на падающую эффективность пилюль его четвертая Дао Колонна была в шаге от завершения. Когда до завершения колонны оставалось совсем чуть-чуть, неожиданно Мэн Хао почувствовал, как в его теле нарастает необъяснимый гул. Он удивленно осознал, что его тело начало высыхать, словно его плоть и кровь, жизненную силу и даже Культивацию начала вбирать в себя четвертая Дао Колонна.

Ему только что открылся секрет Совершенного Основания. Четвертая Дао Колонна принялась бесконтрольно поглощать в себя всё. Похоже четвертая Дао Колонна оформится любой ценой, даже ценой жизни Мэн Хао!

От такого поворота его лицо напряглось, такого сценария он явно не предусмотрел. В этот самый момент Грозовой Туман пал под натиском атаки десяти Практиков стадии Возведения Основания. Когда они вломились внутрь их встретил мрачный Мэн Хао. Его тело высыхало, жизненная сила капля за каплей покидала его. Его волосы поседели. Впрочем, Культивации никуда не делась. Внезапно перед ним возник Практик начальной ступени Возведения Основания. Но прежде чем тот успел среагировать рука Мэн Хао сомкнулась на его горле. Практик успел только удивленно моргнуть, когда ему сломали шею. После его смерти Мэн Хао затрясло, а в глазах юноши вспыхнул таинственный свет. Тело незадачливого Практика внезапно начало сморщиваться и высыхать, в следующий миг от него остались одни кости. Культивация этого человека перешла в четвертую Дао Колонну через руку Мэн Хао.

«Вот оно как! — Мэн Хао оживился. — Хоть у меня и Совершенное Основание, но первые три Дао Колонны я возвел во время турнира за Наследие Кровавого Бессмертного, духовной энергии там было вдоволь, поэтому я так и не почувствовал всех возможностей Дао Колонн. Но теперь всё ясно. По достижению определенного момента четвертая Дао Колонна переходит к стадии, когда только смерть сможет остановить процесс ее возведения. Тогда она начнет поглощать даже мою жизненную силу. А всё потому, что она не может вбирать в себя духовную энергию из внешнего мира, только энергию из плоти и крови! Совершенство. Настолько сильно Совершенство! Но эта сила может стать оружием. Небеса отвергли меня, посему я должен грабить живых! Тела Практиков наполняет духовная энергия, которая не принадлежит небу и земле! Вот почему, ее можно похитить! Теперь я понял, в будущем нечто подобное будет случаться каждый раз при формировании новой Дао Колонны! Сегодня… будет рождена моя четвертая Дао Колонна!»

Мысли Мэн Хао неслись галопом. Он ослабил хватку и его ледяные глаза скользнули по столпившимся в его комнате Практикам. Во вспышке света он рванул к ним. Раздались отчаянные вопли. Культивация этих людей не превышала среднюю ступень Возведения Основания, большинство находились на начальной ступени Возведения Основания. Как вообще они могли противостоять Мэн Хао? Мэн Хао метался от одного Практика к другому, ему нужно было только их схватить, дальше, без каких-либо усилий с его стороны, четвертая Дао Колонна жадно впитывала в себя их энергию. Один за другим их тела превращались в груду костей. Перед смертью Культивацию каждого Практика полностью вбирала в себя четвертая Дао Колонна. Больше Мэн Хао не выглядел высохшим, видимо его плоть и кровь начали восстанавливаться.

Сяо Чанэнь с ужасом наблюдал за творившейся внутри бойней. Практики, которые совсем недавно пытались прорваться внутрь, сейчас пытались унести ноги. Для них Мэн Хао больше не был Практиком, он казался им чудовищем, злым демоном. Где он ступал, там раздавались душераздирающие крики; весь его путь был устлан костями. На лицах выживших застыл ужас.

— Что это за магия?!

— Как он это делает?!

— Этот парень… он высосал жизнь и Культивацию из всех, до кого доберется!

Оставшиеся двадцать или около того Практиков начали в панике разбегаться кто куда. Мэн Хао поймал одного. Он коснулся макушки его головы, и воздух сотряс его леденящий кровь крик. Его тело высыхало, пока он не погиб. Мэн Хао избавился от бледности, теперь его лицо приобрело здоровый румянец.

Он сделала глубокий вдох и внезапно у него перед глазами встала сцена из Пещеры Патриарха Покровителя, когда Патриарх поглощал Практиков стадии Создания Ядра. “Великая Техника Демонической Жизни? — вспомнил Мэн Хао. Она выглядела точь-в-точь, как то, что сейчас делал Мэн Хао. — Возможно это некий вид просветления, который приходит после попадания в ситуации, где либо ты убьешь, либо тебя. Великая Техника Демонической Жизни. Демонической Жизни…» Мэн Хао вздохнул про себя и подавил глубоко укоренившийся в нем Конфуцианский образ мышления. В его теле лучилась силой четвертая Дао Колонна. Он со вздохом схватил еще одного Практика за горло. Четвертая Дао Колонна поглотила и его Культивацию. Вскоре четвертая Дао Колонна достигнет завершенности.

«Путь моего Совершенного Основания устилают горы трупов и реки крови. Я.… понял».

Он опять вздохнул и продолжил свою кровавую работу. Он не размяк. Конфуцианство всегда будет частью него, он никогда не сможет стать по-настоящему беспощадным убийцей. Однако, если обстоятельства будут требовать обратного, он будет действовать без жалости.

Глава 174. Средняя Ступень Совершенного Основания!

Лунный свет мягко падал на место побоища. Не одного Сяо Чанэня сковал леденящий ужас, его соплеменники тоже в ужасе уставились на Мэн Хао. Незваные Практики бежали что есть мочи, отчетливо понимая, что секундное промедление может стоить им жизни. Но Мэн Хао был быстрее. С растрепанными волосами он подобно призраку преследовал своих жертв. Он высасывал их жизненную силу и Культивацию, оставляя после себя высохшие и сморщенные тела на земле. Некоторые пытались сражаться, но Мэн Хао словно не замечал их жалкого сопротивления. Даже без четвертой Дао Колонны Мэн Хао мог без труда победить Практика поздней ступени Возведения Основания. С почти готовой четвертой Колонной он находился на самой границе средней ступени Возведения Основания. Как эти отбросы из Секты Кровавого Демона могли ему противостоять?! Их приход сюда, одно глупое решение привело их к гибели. Они захотели уничтожить Грозовой Туман, а вместо этого освободили настоящего бога смерти!

Мэн Хао восстановился больше чем наполовину. Седина исчезла, и его кожа больше не выглядела высохшей. Ранее высосанная Дао Колонной жизненная сила полностью восстановилась. Четвертая Дао Колонна испускала Демоническую ауру, словно желала отнять и пожрать всю духовную энергию, что попадется ей на пути!

«Отрезанный от неба и земли, я возьму положенное мне силой! Это сила Совершенства!»

Бум!

Мэн Хао нагнал двоих Практиков начальной ступени Возведения Основания. Они развернулись и с криком высвободили всю мощь своей Культивации. В ход пошли магические техники, сокровища, всё что у них было они бросили против Мэн Хао. Прогремел взрыв, но Мэн Хао стоял уже рядом с одним из них. Его ладонь мягко коснулась лица одного из них. Высохший труп упал на землю. Тело Мэн Хао сверкнуло и раздался еще один вопль. Выжившие с ужасом наблюдали, как мужчина в расцвете сил стремительно превращается в старик. Его волосы побелели, а потом и вовсе выпали, его плоть и кровь усохли. Глаза старика затуманились, и он испустил дух.

Мэн Хао вздохнул. Между ними не было вражды, но эти люди напали на него с целью предотвратить проблемы в будущем. Хотя они атаковали его из-за Сяо Клана, факт остается фактом — они пришли сюда добровольно. Им судьбой было предначертано встретиться с Мэн Хао.

Глаза юноши сверкнули просветлением, он всё понял и продолжил свою атаку без колебаний. После того, как он высосал жизненную силу и Культивацию старика на средней ступени Возведения Основания, у него внутри раздался громкий гул. Гул вырвался во внешний мир, отчего все удивленно застыли. Улепетывающие Практики задрожали в страхе, им казалось, что они угодили в ужасный кошмар, который они не забудут до конца своих дней. Образ Мэн Хао, запечатленный в их душах, останется там до конца жизни.

Мэн Хао вздрогнул и начал испускать золотое сияние. Казалось, что Мэн Хао окутала золотая броня, сотканная из света!

В этот самый момент четвертая Дао Колонна полностью оформилась. Именно она являлась источником гула. Небо начали затягивать тучи. Казалось, что из них пара невидимых глаз внимательно наблюдает за Мэн Хао. Неожиданно появилось ощущение похожее на Треволнение Грома. Оно исчезло так же быстро, как и появилось, в ожидании стадии Создания Ядра, дабы наслать разрушительное наказание!

Даже без ветра волосы Мэн Хао развивались. Появление четвертой Дао Колонны позволило ему перейти на среднюю ступень Возведения Основания! С мощью Совершенного Основания Мэн Хао стал самым могущественным человеком на стадии Возведения Основания среди пяти великих Сект и трех великих Кланов Южного Предела!

В момент прорыва кровь отлила от лица наблюдающих Практиков, а сами они начали дрожать. Дао Колонны внутри их тел затряслись. У некоторых Практиков на Дао Колоннах даже появились трещины, отчего они зашлись в кровавом кашле. Словно эти Дао Колонны стыдились находиться в присутствии Совершенных Дао Колонн Мэн Хао. Совершенное Основание делало его властителем стадии Возведения Основания. Сердца Практиков стадии Возведения Основания задрожали, их Колонны нестабильны.

Из-за невероятной мощи и силы Дао Колонн Мэн Хао дрожащие Практики пали ниц перед ним. Не по собственной воле, это была воля Дао Колонн, их знак уважения и благоговения перед своим властелином! Потеряв контроль над своими телами, Практики опустили головы, в разуме этих людей осталась только рокочущая пустота. Это была настоящий сокрушительный гнет, это была сила, которая достигла таких высот, что могла создать связь между небом и землей.

В мире Практиков сокрушительный гнет — это результат огромной разницы между Культивацией. Однако сокрушительный гнет исходил не от Мэн Хао, а от его Дао Колонн!

Совершенные Дао Колонны обрушили сокрушительный гнет на другие Дао Колонны. Даже Практики на стадии завершенности Возведения Основания с Расколотыми Дао Колоннами могли только дрожать в страхе перед лицом Мэн Хао. Это… это сила четырех Совершенных Дао Колонн. Сложно представить мощь Мэн Хао, когда он создаст пятую, шестую или даже девятую Дао Колонну! Какой сокрушительный гнет он будет испускать тогда? Уже будет неважно Треснувшее Основание у человек или Безупречное Основание, все они будут подобно муравьям под ботинком Мэн Хао. После формирование девятой Совершенной Дао Колонны Мэн Хао сможет перейти на стадию Создания Ядра! Мэн Хао не знал на что это будет похоже, но его сердце затрепетало в предвкушении.

В этот момент снаружи Сяо Клана в воздухе появились два луча света. Один мерцал синим светом, другой белым, завидев Мэн Хао, оба полетели в его сторону.

— Выходит это кто-то из Избранных! — сказал юноша в белом.

Дитя Дао Секты Кровавого Демона посмотрел вниз с блеском в глазах. В них горели жаждой битвы. При взгляде на Мэн Хао его глаза сверкнули подобно молниям. Рядом с ним находился юноша в синем халате — брат Сан Ло. Он скользнул взглядом по Мэн Хао, и тут его шестое чувство закричало ему о чудовищной опасности!

В это же время неподалеку от места событий, но и не слишком близко раскинулись огромные долины. Таких долин было десять, в каждой стояли богато украшенные дворцы и пагоды. В каждой долине находилось озеро. Издали место выглядело… мрачно и загадочно. Это были… земли одной из пяти великих Сект Южного Предела… Секты Кровавого Демона!

В центре каждой долины росло дерево. Одна его часть выглядела увядшей и засохшей, другая цвела и зеленела. Причудливое зрелище, эти деревья были явно чем-то очень необычным. Они считались ценным сокровищем Секты Кровавого Демона!

Под сенью дерева в позе лотоса сидела неясная фигуры. Внезапно она подняла голову. Ее взгляд пронзал все на свое пути, пока не достиг Сяо Клана и Мэн Хао. Губы фигуры растянулись в улыбке и послышался едва уловимый шепот:

— Выходит я не зря трижды тебе помог, — прозвучал сиплый голос, — этот мальчишка сильно вырос… Похоже и Юй’Эр тоже там. Возможно это треволнение, о котором говорил Практик в пурпурных одеждах в день ее рождения? — его прервал грохот грома в небе. — Дао Небес не погибло, я не войду в желтые источники подземного мира!

Фигура посмотрела в небо, из ее глаз вырвались два луча свирепого красного света. Это была… та самая кроваво-красная фигура, что появилась неподалеку от Секты Покровителя! Именно этот кроваво-красный Кровавый Демон, пролетая по небу, спас Мэн Хао от Лорда Провидение.

В небе над Сяо Кланом мерцал золотой свет. Окружающие его Практики дрожали в страхе. Мэн Хао повернулся и посмотрел на Практика в белом. Красивый, облаченный в просторные былые одежды, он источал Демоническую ауру. Помимо Демонической ауры он обладал аурой утонченности. Хоть он прибыл с другим Практиком, пока он парил в воздухе все взгляды были обращены только на него. Даже в присутствии тысяч и тысяч людей он все равно бы остался в центре внимания. Мимо его красоты вкупе с Демонической аурой не прошла бы ни одна женщина. В женской одежде он бы стал несравненной красавицей своего поколения.

Взгляды Мэн Хао и юноши в белом встретились. Мэн Хао сразу же почувствовал в его глазах жажду битвы. Рядом с ним стоял Практик в синем, его взгляд быстро обнаружил связанного сетью Сан Ло неподалеку. Он уже было хотел броситься вперед, когда юноша в белом рукой остановил его:

— Ты ему не ровня, — юноша в белых одеждах улыбнулся, — этот человек… меня очень заинтересовал.

Его улыбка была безмятежной и теплой. Носи он женскую одежду, от его утонченной улыбки расцветали бы цветы! С улыбкой юноша в белых одеждах сделал шаг вперед. Хоть шаг был сделан в воздухе, когда нога опустилась, Мэн Хао показалось словно нога опустилась прямо на его сердце. Выражение лица Мэн Хао изменилось, словно внезапно на него обрушился невероятный гнет. Волна силы вырвалась из юноши в белых одеждах, который находился на завершенности поздней ступени Возведения Основания.

— Это мои Семь Шагов Демонического Лотоса. Каждый шаг неразрушим. Держись, Собрат Даос.

С улыбкой юноша в белых одеждах сделал еще один шаг. Его сила внезапно достигла невероятных высот, словно она обладала собственной волей. Глаза Мэн Хао вспыхнули. Пока юноша в белых одеждах приближался, из ниоткуда появилась странная аура. Она кружила вокруг, источая странный аромат. Пахло приятно, но в ней можно было потерять самого себя.

После второго шага Мэн Хао начал дрожать, а блеск в его глазах стал острее. Улыбаясь, юноша в белых одеждах сделал третий шаг. Когда нога опустилась растущая сила увеличилась еще в несколько раз. Тело красавчика казалось стало неуязвимым. Это был только третий шаг, но для Мэн Хао время неслось стремительно, словно весь мир заменили на что-то другое.

Глава 175. Ли Шици

У Мэн Хао возникло странно чувство будто пространство вокруг него отсекло от остального мира; чувство, будто его Культивация начала понижаться и его снова отбросило назад к начальной ступени Возведения Основания. Одновременно в его разуме появился невероятно отчетливый образ: он вернулся на гору Дацин в уезде Юньцзе и через окно в залитой лунным светом комнате увидел себя самого с книгой в руках. Мэн Хао прищурился, прежде ему не доводилось сталкиваться с такой странной магической техникой.

Юноша в белых одеждах начал делать четвертый шаг!

Голова Мэн Хао закружилась и в ней возникло еще больше видений. Он внезапно осознал, что не сможет выйти из этого состояния после седьмого шага. Тогда техника достигнет пика, и его противник без особых усилий сможет обрушить на него гнет невероятной силы. Гнет способный смести любого на стадии Возведения Основания!

«Раз эта техника неразрушима, я должен переломить ситуацию!», — подумал Мэн Хао с блеском в глазах, и он поднял голову. Правую руку он направил к земле. Земля казалось задрожала, но дрожала, в действительности, не земля, а сам Мэн Хао. Повсюду начали возникать призрачные образы, только у одного Мэн Хао не было своего призрачного образа!

— Это Восьмой Заговор, Запечатывающий Плоть Палец, — холодно произнес Мэн Хао, — держись, Собрат Даос.

Он поднял руку и указал вперед. Внезапно дрожь в теле Мэн Хао стихла. Призрачные образы, накладываясь один на другой, обрушились на юношу в белых одеждах. Они слились с его телом, породив призрачный образ самого юноши. Пятый шаг, который он собирался сделать, так и не был закончен. Разум юноши в белом затрепетал, он горделиво посмотрел на Мэн Хао.

Мэн Хао не атаковал. Это была скорее схватка техник, а не смертельный поединок. Мэн Хао равнодушно встретил взгляд юноши впереди. Юноше в белом потребовался один вдох, чтобы прийти в себя. Вот только сила нарастающего импульса его техники, будучи прерванной Мэн Хао, рассеялась. Семь Шагов Демонического Лотоса — техника, которая полагается на силу импульса. Начавшись ее сложно будет разбить даже с высокоуровневой Культивацией. Время от времени юноша в белом появлялся в мире Практиков, но еще никогда он не сталкивался с человеком способным на стадии Возведения Основания прервать его Семь Шагов Демонического Лотоса, даже Детям Дао других Сект такое было не по плечу. Но сегодня произошло нечто беспрецедентное. При взгляде на Мэн Хао в его глазах вспыхнул странный блеск. Теперь его лицо выражало почтение, такое уважение могло быть только между экспертами одного поколения.

— Принять и не дать что-то взамен не тот принцип, по которому я живу, — невозмутимо пояснил Мэн Хао, — у меня тоже есть чем поделиться. Приготовься.

Он поднял руку и ногтем рассек подушечку среднего пальца. Алая кровь заструилась по пальцу. Движение было небрежным, но глаза Мэн Хао свирепо сверкнули. Когда Мэн Хао атаковал, наблюдатели не увидели ничего особенного. Но юноша в белых одеждах сразу же сощурил глаза. Мир перед ним окрасился цветом крови. Его невозмутимое лицо слегка дрогнуло, а внутри поднялось чувство, кричащее о надвигающейся смертельной опасности. Его рука коснулась бездонной сумки, в ней появилась ветка, с которой торчали три высохших и три зеленеющих листка. Он взмахнул ей перед собой. Никто ничего не слышал, но по воздуху прошла зыбкая волна.

Мэн Хао скучающе хмыкнул и сделал три шага назад. Когда он это сделал сила начала угасать, поэтому он остановился и сделал шаг вперед. Шаг казалось обрушился прямо на сердце юноши в белых одеждах, чей разум затрепетал. Его тело зашаталось, словно на него давила огромная невидимая сила. Он отступил на несколько шагов, от его лица отлила кровь несмотря на использованное магическое сокровище. Пока краски постепенно возвращались к его лицу он внимательно разглядывал Мэн Хао.

— Почтенный, меня зовут Ли Шици[1], — у юноши в белом было довольно женственное имя. Не спуская глаз с Мэн Хао, он мягко добавил, — не окажет ли мне честь Собрат Даос позволив услышать его имя?

При взгляде на юношу в белых одеждах у Мэн Хао возникло странное чувство. Что-то с ним было не так. После короткой паузы он ответил:

— Мэн Хао.

— Брат Мэн, человек в твоем плену кровный родственник моего Младшего Брата. Надеюсь, его можно отпустить. Если он как-то оскорбил тебя, я приношу свои искренние извинения.

Мэн Хао перевел взгляд на юношу в синем халате, который смотрел на Сан Ло внизу. Взмахом руки Мэн Хао снял сеть со своего пленника. Бледный как простыня Сан Ло рванул прочь что есть сил. Шляпа Мэн Хао бросилась за ним вдогонку.

— Эй? Куда ты? Мэн Хао, как ты мог так поступить? — гневно взревел холодец, погнавшись за Сан Ло. — Так нельзя, какое бесстыдство! Ты не можешь просто так его отпустить. Я не успел свернуть его с дорожки зла…

Дрожа, Сан Ло на всех парах летел к Практику в синем халате. На его лице стоял ужас, когда он вцепился в халат старшего брата и со страхом посмотрел на приближающегося мучителя. Ли Шици пораженно посмотрела на шляпу.

— Эй? — брякнул удивленно холодец. — На что уставилась? Ты ведь девушка? Боги, ты выглядишь как парень, когда на самом деле ты девушка. Странно, очень странно. У нее там внизу нет конца… нет конца! — холодец вернулся на голову Мэн Хао, снова превратившись в ярко зеленую шляпу.

Лицо Ли Шици потемнело, она свирепо посмотрела на шляпу, а потом на Мэн Хао. Возникшие было между ними добрые чувства мгновенно испарились. Мэн Хао кисло улыбнулся. Холодец неожиданно всё прояснил. До него наконец дошло почему люди называли холодец Величайшей Мукой. Не обращая внимания на выражения лиц Мэн Хао и Ли Шици, он принялся болтать, очевидно готовясь к беседе, которая растянется на три дня и три ночи:

— Странно, очень странно. Ты на самом деле девушка… а? —холодец осекся, похоже обнаружив что-то более интересное за горизонтом.

В эту секунду в Секте Кровавого Демона основатель Кровавый Демон, сидящий под сенью странного дерева, задрожал мелкой дрожью. Он тотчас отозвал свой взгляд, оборвав всю связь с внешним миром.

— Проклятье, — тяжело задышала размытая фигура основателя Кровавый Демон, — откуда взялось это чудовище? Разве его превосходительство его не запечатал? Однако вот он, на голове ученика Секты Заклинания Демонов!!! Нельзя с ним связываться. По легенде много могучих экспертов древности лишились рассудка по его вине… Он выглядит слабым… любой ценой, я должен избежать обнаружения…

В деревушке Сяо Клана холодец продолжал всматриваться за горизонт. Казалось он на мгновение о чем-то задумался, а потом его тело сверкнуло, и он посмотрел обратно на Ли Шици. Ли Шици холодно хмыкнула и гневно посмотрела на Мэн Хао. Не говоря ни слова, она развернулась и полетела прочь. Практик в синем сухо покашлял, схватил Сан Ло и в луче радужного света полетел за ней.

— Эй? Уже уходишь девочка? Постой! Я не закончил…

Мэн Хао опять помрачнел. Оставшиеся Практики хотели сбежать, но их Дао Колонны дрожали, поэтому они не могли пошевелиться. Они с тревогой поглядывали на Мэн Хао.

— Отныне никому из вас не дозволяется и шагу ступить на земли Сяо Клана, — сказал Мэн Хао холодно.

Взмахом рукава он освободил Практиков. Они тут же принялись кланяться Мэн Хао и заверять об усвоенном уроке. После этого они улетели так быстро, как могли. Когда последний из незваных гостей скрылся за горизонтом к нему подошел бледный Сяо Чанэнь. Сложив руки, он низко поклонился Мэн Хао:

— Благодарю, благодетель!!!

Остальные члены Сяо Клана тоже приблизились и пали ниц перед юношей. Сяо Цайфэн пристально посмотрела на него, а потом кивнула. Мэн Хао оглядел Сяо Клан.

— Я не могу остаться, — сказал он мягко, — через несколько дней я отправлюсь в путь. Всё что мог я уже сделал.

— Этого достаточно, — заверил его Сяо Чанэнь, — страх перед благодетелем даст Сяо Клану несколько дюжин спокойных лет. После того, как в нашем Клане появится еще один Практик стадии Возведения Основания, наши проблемы будут решены.

Аура смерти вокруг старика стала отчётливей. Скорее всего он не дотянет даже до конца года. Мэн Хао умолк. После длинной паузы он кивнул и вернулся под Грозовой Туман.

Через три дня пришло время уходить. Перед уходом он отсек две лианы и поместил их в Духовное озеро. После чего помог Сяо Цайфэн заклеймить их, в будущем они станут собственностью Сяо Клана.

Сяо Цайфэн с улыбкой провожала взглядом исчезающую на горизонте фигуру Мэн Хао. Кто знает, как долго его тень останется в ее сердце? Глядя на исчезающую точку, глубоко в душе она знала, что между ними ничего бы не вышло. Сяо Чанэнь посмотрел на Сяо Цайфэн и вздохнул. В лучах утреннего солнца его тело выглядело слабее обычного. Старость неумолимо брала свое.

Несколькими днями позже. Мэн Хао летел по небу вдоль границы между Сектами Кровавого Демона и Одинокого Меча. С его лица не сходило хмурое выражение, всё из-за нескончаемой болтовни холодца-шляпы. Ни раза за последние три дня он не прекратил говорить.

— Девушка. Ха-ха-ха! Это оказалась девушка. Мэн Хао, тебе не кажется это странным? Почему ты молчишь? Так нельзя, какое бесстыдство. Выходит, ты сражался в девочкой! Боги… Ты ведь знаешь, что я старейшина старшего поколения с постоянно меняющейся формой. Как ты можешь так со мной обращаться? Это очень неправильно, очень бесстыдно…

В покрасневших глаза Мэн Хао стояло отчаяние. Бесконечная болтовня шляпы, словно пытка, кого угодно сведет с ума. Мэн Хао чувствовал, как его терпение приближается к точке невозврата. Но атаковать холодец бессмысленно, проклинать тоже, выкинуть его нельзя. Он прилип к нему на веки вечные словно банный лист. Мэн Хао начало казаться, что ему больше ничего не остается, кроме как сойти с ума.

Утомленный юноша продолжил свой путь. Его глаза сверкнули, когда он заметил восемь ярких лучей света, летящих в его сторону. Культивация этих людей находилась на стадии Возведения Основания. Лучи света все были цвета крови. Несколько Практиков поддерживали заклинание, в котором виднелось неясное очертание какого-то огромного кроваво-красного зверя. Он парил над летящими людьми. При виде восьмерых Практиков глаза Мэн Хао загорелись, и он спросил у холодца:

— Постоянно меняющаяся форма, говоришь? Я тебе не верю.

— Ты мне не веришь?! — в ярости вскричал холодец.

Похоже Мэн Хао умудрился задеть его гордость.

[1] Моя команда ученых говорит, что такое имя обычно дают девочкам (в 95 случаев из 100)

Глава 176. Веришь? Мать Твою!

Изначально Мэн Хао планировал взять примирительный тон, но потом выбрал презрительный и недоверчивый тон:

— Если ты сможешь превратиться блестящую бездонную сумку, которая ясно дает понять, что в ней лежит ценное сокровище, может я тебе и поверю, — сказал он.

Он очень старался звучать как можно более враждебно. В ярости холодец в миг превратился в сверкающую золотом бездонную сумку. Будучи прозрачной любой мог увидеть внутри квадратный треножник, и четыре демонических меча. Четыре меча мистически кружились вокруг треножника, намекая на ценность этих сокровищ. Реализма добавлял тот факт, что треножник и мечи, казалось, пытались освободиться из бездонной сумки.

— Ну, как тебе…? — прозвучал голос холодца из сумки.

Внутри Мэн Хао был приятно удивлен, но снаружи сохранял маску презрения:

— Нет свечения!

Его слова еще не успели слететь с губ, как сумка зашуршала и небо озарило слепящее сияние. Золотое сияние привлекло внимание восьмерых Практиков. Их группа сразу же сменила направление в сторону Мэн Хао.

— Теперь ты мне вери…? — спросил голос из сумки.

Но Мэн Хао не дал ему закончить, он схватил сумку и швырнул в сторону приближающихся Практиков.

— Веришь? Мать твою!!! — несмотря на воспитание в этой ситуации Мэн Хао просто не смог не ругнуться.

Он рванул от холодца так быстро, как мог. В свой бросок он заключил всю мощь своей Культивации. Приближающиеся Практики от удивления поразевали рты. Выражения их лиц слегка различались: некоторые смотрели на сумку с подозрением, другие с осторожностью, третьи были удивлены свалившейся удаче. Однако все как один попытались схватить сумку.

— Ты обманул меня! Как же я взбешен! — закричал холодец.

Когда рука одного из Практиков уже почти коснулась сумки она исчезла и возникла вдалеке на голове Мэн Хао, опять превратившись в шляпу. Но похоже этого ему было мало, с хлопком на голове юноши появилась еще одна шляпа, а затем еще одна, и еще, и еще… Вскоре башня из шляп на голове Мэн Хао была выше его самого. Восемь Практиков замерли словно громом пораженные, им еще не доводилось видеть чего-то подобное.

Выражение лица Мэн Хао становилось все неприглядней. Он уже чувствовал подкрадывающееся безумие. С такой формой холодца он будет в центре внимания, куда бы не пошел…

— Собрат Даос с зелеными шляпами, — холодно позвал один из Практиков, — это территория Секты Кровавого Демона. Чужеземцам здесь не рады. Еще меньше нам здесь нужны всякие шутники. Сними эти дурацкие шляпы и проваливай!

Мэн Хао уже собирался уйти. Но стоило последней части фразы достигнуть его ушей, он резко развернулся и свирепо уставился на группу Практиков. Настроение Мэн Хао было хуже некуда, поэтому последние слова его задели.

— Как ты смеешь на нас пялиться? — угрожающе спросил один из Практиков. — В этом случае, может быть тебе стоит оставить нам свои глаза перед уходом. С этими зелеными шляпами тебя в любом случае будут поднимать на смех все, кому не лень.

После этого он и его товарищи полетели на Мэн Хао.

— Проваливайте! — рявкнул Мэн Хао, взмахнув рукавом.

Сила его Культивации превратилась в ураганный ветер, который обрушился на его противников. Прогремел взрыв, изо рта патрульных Секты Кровавого Демона брызнула кровь. Их затрясло, а на лице человека, спровоцировавшего Мэн Хао застыло недоверие. Насколько он мог судить Культивация Мэн Хао находилась на средней ступени Возведения Основания, но его атака по мощи равнялась поздней ступени Возведения Основания. Из уголков его рта текла кровь, но, когда он увидел глаза Мэн Хао его сердце застыло. Осознав поспешность своих действий, Практик взмолился:

— Собрат Даос, это…

Глаза Мэн Хао яростно сверкнули, и Практик прикусил язык. Он и его товарищи превратились в лучи сета и бросились бежать. Оторвавшись от Мэн Хао, они остановились и переглянулись.

— Этот парень такой агрессивный. Откуда он взялся? Старший Брат, нужно доложить об этом Наставнику. Наставник вышлет кого-то для его поимки!

— Верно. Старший Брат, это территория Секты Кровавого Демона, можем ли мы позволять кому-то вроде него разгуливать на свободе?

— Закройте рты! — рявкнул мужчина, спровоцировавший Мэн Хао с непроницаемым выражением лица. — Он молод, и всего одним взмахом руки смел нас всех. Вы действительно думаете, что это обычный чужестранец? Он точно не из Секты Одинокого Меча. А с учетом назревающей между нашими Сектами войны, мы не можем спровоцировать еще одну Секту! Ясно же, он просто пролетал мимо и не хотел наживать врагов, поэтому мы так легко отделались. Поэтому закройте рты и просто забудьте о случившемся. Такие трения — обычное дело среди Практиков. Нет смысла докладывать об этом инциденте Секте.

Приняв решение, он вместе с товарищами устремились к горизонту. Когда они улетели, лианы в земле, которые все это время слушали их разговор, закопались поглубже и исчезли.

Там же, где они его оставили, Мэн Хао топнул ногой по земле. Земля вздыбилась и бордовые лианы выползли на свет. В следующий миг они превратились в бордовый фрукт и отправились в его бездонную сумку. Наконец юноша переключил внимание на шляпу.

— Так нельзя! Это неправильно. Если ты позволил им уйти, значит должен им довериться, а не посылать кого-то шпионить за ними. Так нельзя. Какое бесстыдство! Эй? Я кое-что вспомнил. Я слышал, как ты выругался!!! Ругаться плохо. Как тебе не стыдно. Разве моя мать что-то тебе сделала? Зачем ты вообще про нее вспомнил? Очень странно. Что тебя с ней связывает? Если только… — внезапно лекторский тон холодца приобрел странную интонацию. — Если только ты и она…

Не обращая внимание на него, Мэн Хао хлопнул по своей бездонной сумке и вытащил комплект одежды. Он порвал ее на лоскуты и засунул себе в уши. Голос холодца сразу же стал тише. А потом холодец сухо покашлял, и в следующую секунду его слова звучали прямо в голове у Мэн Хао. Измотанный и изможденный Мэн Хао уставился в одну точку и спустя какое-то время со вздохом вытащил лоскуты из ушей.

— Теперь я понимаю почему тебя называют Величайшей Мукой, — сказал он.

Холодец тут же задрожал от восторга:

— Почему? Почему?! Это имя я получил очень, очень, очень давно от старого друга. Я спросил его что оно значит, но он так мне и не сказал.

Холодец сосредоточил все свое внимание на Мэн Хао. Мэн Хао никак не ответил. Вместо этого он думал о человеке, который не объяснил холодцу значение имени. А потом о пустословии холодца, и невольно поежился. Он понял причину. Ответив на его вопрос, он точно вооружит холодца темой для разговора как минимум на месяц. От одной мысли об этом его пробрал холодный пот. Только после встречи с холодцом человек действительно понимает всю глубину мучений, что несет с собой это создание. Поэтому он решил сменить тему.

— Пока ты в такой форме, мы не можем двигаться дальше, — сказал Мэн Хао, — возможно ли сменить форму на что-то помимо горы шляп?

В этот раз Мэн Хао подбирал слова осторожно, боясь разозлить своего невольного попутчика. У него перед глазами стояла картина разрастающейся горы зеленых шляп. Если так действительно пойдет, что ему делать?

Его тон внешне ни капли не сварливый, но внутри он чувствовал душащее его бессилие. Внезапно он сильно заскучал по Кровавому Мастиффу. Но тот, к большому сожалению, еще спал. Как ни странно, вопрос Мэн Хао привел холодца в восторг.

— Эй? Если не шляпа, то какую форму мне принять?

Мэн Хао уже привык к этому, поэтому ничего не говоря он сел в позу лотоса в горном лесу и вытащил нефритовую страницу переплавки Времени. С помощью Духовного Сознания Мэн Хао принялся за ее изучение. Спустя какое-то время его глаза заблестели. Он бубнил себе под нос: «Время Весны и Осени требует дерево Весны и холод Осени; Пламя глубокой Зимы и дух Лета. Переплавить четыре сезона, слить их с Культивацией. Переплавить четыре сезона еще раз для того, чтобы получить малый меч. Меч должен быть тщательно взращен. С просветлением Времени можно наполнить меч пластом в сотню лет. После сотни лет должна пройти тысяча лет прежде, чем он примет форму. Через десять тысяч лет появление первого Меча Времени сотрясет небо и землю».

Мэн Хао нахмурился, глядя на нефритовую страницу. Мощь меча очевидна, вот только для его развития требуется слишком много времени. «Хань Бэй, похоже, всерьез нацелилась на этот меч, значит это не должно занять столько времени, верно…? Должен быть способ ускорить процесс создания меча, — погруженный в раздумья Мэн Хао подумал о третьей странице, которую проглотил холодец, а также о первой, которую забрал круглый треножник. — Ответ должен быть на третьей странице. Жаль, что треклятый холодец ее съел». Мэн Хао поднял голову и посмотрел на холодец. Он изучал страницу о переплавке Времени около часа, холодец, конечно же, всё это время холодец без умолку болтал.

— Во что превратиться? Во что превратиться? Во что превратиться?

Он спрыгнул с головы Мэн Хао и принялся прыгать перед ним из стороны в сторону. Выглядел он крайне возбужденным.

— Ты можешь превратиться в страницу, которую ты проглотил? — неожиданно спросил Мэн Хао.

— Э? Хорошо… — согласился он, но тут же передумал. — Эй? Секундочку. Ты что это задумал? Ни за что! Она моя. Тебе не наложить на нее свои грязные руки.

Глава 177. Использовать Его Силу

От слов холодца глаза Мэн Хао сузились. "Может ли быть, что проглатываемые предметы он не переваривает, а просто собирает?"

— Пытаешься меня обдурить? Не мечтай. Пфф, — после чего холодец глубокомысленно продолжил, — дитя, ты следуешь по пути зла, раскайся и будешь спасен.

— Превратись в то, что произвело на тебя самое глубокое впечатление, — кисло сказал Мэн Хао.

Он до сих пор размышлял о значении слов холодца. Ему нужно придумать способ заставить холодца выплюнуть страницу.

— Самое глубокое впечатление? Ну это просто. За всю мою жизнь самое глубокое впечатление произвело на меня это!!!

Судя по звукам холодец скрипел зубами. С хлопком холодец превратился в... Пестрого попугая! Размером с ладонь, его перья блестели, словно покрытые дождевой водой. Он выглядел немного изнуренно, с закругленным клювом и глазами-щелками. От него исходили слегка пошловатые эманации, да и в целом его окружала аура бесстыдства. Он замер перед Мэн Хао, глядя на него своими пошлыми глазками-щелками. После чего склонил голову и клюнул себя несколько раз. При виде попугая Мэн Хао слегка опешил. За всю его жизнь ему еще ни разу не встречалась такая похотливо выглядящая птица. Его глаза-щелки и пестрые перья выглядели особенно странно. Попугай сухо покашлял и искоса посмотрел на Мэн Хао:

— Именно она произвела на меня самое глубокое впечатление — эта проклятая птица. В прошлой жизни я так и не сумел заставить ее сдаться, так и не сумел обратить. В этой жизни я точно смогу ее обратить! Эта бесстыжая, похотливая птица, которая любит все у чего есть мех и перья!!!

Слова холодца звучали так, словно он говорил сквозь стиснутые зубы. Его новый облик и последние слова делали его форму еще более живой. Мэн Хао сделал глубокий вдох. Он вспомнил о том дне, когда чуть не надел кровавую маску и услышал крик птицы из медного зеркала. Потом вспомнил с какой настойчивостью медное зеркало атаковало лохматых зверей. В его голове пронеслось несколько образов. Об этой птице говорит холодец...? После непродолжительных колебаний Мэн Хао вытащил медное зеркало из сумки ИньЯнь.

— Ты говоришь о нем? — спросил он.

Холодец-попугай заклекотал. Взмахнув крыльями, он рванул вперед и зажал медное зеркало в когтях, после чего принялся его яростно клевать.

— Проклятье! Да, это он. Я чувствую его ауру внутри. Я заклюю тебя до смерти ты проклятая птица-убийца! На тебе! На тебе...!

Холодец-попугай казалось слегка тронулся. Его перья вздыбились, сам он с клекотом заклевывал медное зеркало. Мэн Хао в шоке наблюдал за этим. Он вспомнил как нашел зеркало и как раскрыл его способности. С самого начала его заинтриговала мистическая природа зеркала, но спустя столько лет ему так и не удалось что-либо выяснить. Мэн Хао почувствовал, что новый холодец-попугай быстро сводит его с ума. Тот безумно клекотал и испускал ауру ярости. Мэн Хао сам сейчас был готов дать выход накопившемуся стрессу. Ему внезапно сильно захотелось встретиться с попугаем, обитающим в его зеркале. "Попугай должно быть совершенно необыкновенный, раз может заставить холодца так злиться. Может, если вытащить его, он поможет справиться с холодцом? — глаза Мэн Хао заблестели от неожиданного понимания. — Разве холодец не сказал, что по достижению стадии Создания Ядра, попугай выйдет наружу? Возможно... он что-то вроде Мастиффа, своего рода Дух Регалия!"

— Почему ты не отвечаешь? А? — бушевал холодец-попугай. — В этот раз я с тебя не слезу, в этот раз я тебя обращу! Ха-ха! Что не можешь выйти? Конечно не можешь! Я могу злить тебя сколько хочу, а ты не можешь выйти.

Холодца трясло от возбуждения. Внезапно медное зеркало сверкнуло. Холодец взвизгнул, ослабил хватку и полетел прочь. Медное зеркало бросилось следом, раз за разом посылая невидимые лучи в холодец. Довольный Мэн Хао просто наблюдал, не предпринимая никаких попыток остановить зеркало. Однако быстро выяснилось, что холодец похоже совсем не пострадал. Поэтому юноша взмахом рукава вернул зеркало в сумку ИньЯнь. Холодец-попугай примостился на плече Мэн Хао и принялся болтать, как ни в чем не бывало. По крайне мере он больше не походил на груду шляп.

Желание достичь стадии Создания Ядра вспыхнуло в Мэн Хао с новой силой. Ему пришлось сделать еще один глубокий вдох. Не обращая внимание на стрекот холодца, он поднялся в воздух и полетел к горизонту. "Еще остается проблема с ядом, - подумал он, - нужно придумать способ, как проникнуть в Секту Пурпурной Судьбы и стать учеником Грандмастера Дух Пилюли. Тогда я смогу избавиться от яда раз и навсегда". Его глаза заблестели. Он попробует что-то придумать, когда в следующий раз окажется на территории Секты Пурпурной Судьбы. Древо Весны и Осени временно облегчает вспышки яда, тем самым даря ему драгоценное время. Но полностью избавиться от яда можно только в Секте Пурпурной Судьбы. "К тому же для Совершенного Золотого Ядра я должен сначала создать Пурпурное Ядро. А для формирования Пурпурного Ядра нужна соответствующая техника: Техника Секты Пурпурной Судьбы Пурпурный Ци с Востока!" — нахмурился Мэн Хао. Идея была хорошей, но он не мог придумать способ проникнуть в Секту Пурпурной Судьбы, слишком много ее членов он в свое время оскорбил: У Динцю, Чу Юйянь, ученики, с которыми он повстречался с Государстве Чжао, которые сейчас должны быть учениками Внутренней Секты. "Нужно сменить личность. Нужно стать кем-то другим", — он вздохнул. Очевидно у него разыгралось воображение и об этом пока лучше забыть. Внезапно выражение его лица изменилось. Он посмотрел на сумку ИньЯнь. "Маска... Если бы у меня была маска сменяющая лицо, тогда у меня бы вышло. Маска... у меня есть одна! Но обладает ли она нужной мне силой? К тому же для использования она требует Культивацию стадии Создания Ядра. А если маску потом будет не снять..." Он медленно повернул голову и посмотрел на болтливого попугая на плече. Его глаза блестели.

— Чего уставился? — удивленно крякнул холодец-попугай.

Мэн Хао проигнорировал вопрос. Он приземлился на землю и сел в позу лотоса, хлопнул по сумке ИньЯнь и вытащил кровавую маску. Холодец-попугай при виде маски захлопал крыльями и начал кружить вокруг Мэн Хао, пронзительно крича:

— Что это? Что это? Боги! Что это за злая штука? Дитя, на пути зла ты зашел слишком далеко. Но не бойся, я верну тебя на путь добродетели. Я обращу тебя. Эээээй? Что внутри? Почему я вижу старика? Уууааа! Старик выглядит несчастным. Дитя, так нельзя. Это неправильно. Какое бесстыдство. Эй? Этот старик захватил чье-то тело! Старик как тебе не стыдно! Так нельзя...

Мэн Хао влил в маску Духовное Сознание и сразу же увидел спящего кроваво-красного мастиффа, его аура, величественная и безграничная, стала еще сильней. Взгляд Мэн Хао стал мягче.

— Поскорее просыпайся... — сказал он через Духовное Сознание.

Мастифф дернулся, и Мэн Хао почувствовал тепло — ответ мастиффа. Улыбка Мэн Хао потеплела, он вспомнил о пережитом во время турнира за Наследие Кровавого Бессмертного.

— Я буду ждать, — сказал Мэн Хао мягко.

Его глаза сверкнули в сторону флага о трех хвостах. Он точно знал, что с его нынешней Культивацией ему и думать не стоит о том, чтобы им воспользоваться. Мэн Хао сумел только добавить немного Духовного Сознания и заклеймить его для себя. “Создание Ядра… если я стану экспертом стадии Создания Ядра, тогда смогу использовать флаг..." Последним Мэн Хао проверил Патриарха Ли Клана. Он сжался в комочек в углу, тело его стало прозрачным и иллюзорным, а лицо бледным и болезненным. Казалось он мог исчезнуть в любой момент. Почувствовав на себе взгляд Мэн Хао, он посмотрел на него, взгляд старика оставался таким же свирепым, как и раньше.

— У меня из головы не выходит вопрос, — начал Мэн Хао спокойно, – зачем ты помог Ли Даои? Впервые я увидел тебя в шестой формации, ты был статуей, во второй раз уже в виде Кровавого Божества Ли Даои. Почему? — Патриарха Ли Клана холодно рассмеялся, но не ответил. — Ты вселился в Кровавое Божество. И мне интересно, прежде чем ты вселился в Кровавое Божество... кем ты был? — голос юноши оставался спокойным.

Когда Патриарха Ли Клана услышал слова Мэн Хао его сердце дрогнуло. Его личность была большим секретом. Мэн Хао мог только спекулировать на тему его связи с Ли Даои, но до чего-то более весомого ему ни за что не докопаться. Патриарх Ли Клана презрительно расхохотался:

— Хочешь знать? Умоляй меня целый год, тогда я подумаю.

Он не боялся ничего даже смерти. После четырех тысяч лет одиночества в зоне Наследия Кровавого Бессмертного, его воля была крепче стали. Даже прошлые угрозы Мэн Хао на него не действовали. Выражение лица Мэн Хао не изменилось. Он в последний раз взглянул на ослабевшую форму Патриарха Ли Клана, а затем отозвал Духовное Сознание.

— Ты ведь любишь людей обращать, верно? — внезапно спросил Мэн Хао.

— Нет, - торжественно ответил холодец, — я не люблю обращать людей, я люблю их убеждать. Понимаешь? Убеждать.

Мэн Хао покачал головой и вздохнул:

— Жизнь старика в маске полна злобы и порока. Он совершил много зла, зла в своей самой наихудшей форме. Этот человек полностью испорчен бесстыдством и безнравственностью. Он обожает обижать слабых и всегда действует подло и гнусно. Я поймал его и поместил сюда из сострадания, чтобы вразумить его. Но его магия слишком сильна. Я не могу повлиять на него...

Прежде чем он успел закончить, глаза попугая округлились, и он прыснул:

— Как ты смеешь?! Такие люди могут быть обращены только мной! Больше всего я ненавижу таких вот злодеев! Именно я должен обратить его!

Получив возможность обратить такого плохого человека холодец просветлел. Не дожидаясь ответа Мэн Хао холодец во вспышке света исчез в кровавой маске.

Глава 178. Старый Друг

В маске холодец встревоженно закричал:

— Это, это, это же... Траурный Флаг[1] Девяти Погребений!!! У него уже три хвоста! Зло! Настоящее Зло! — крайне суровый холодец подлетел к Патриарху Ли. — Старик, ты настоящее воплощение зла! Во имя справедливости я обращу тебя! Так дальше продолжаться не может, какое бесстыдство. Такими темпами тебя ждет дурной конец...

Мэн Хао покашлял и убрал маску в сумку. Теперь он мог облегченно вздохнуть. "Траурный Флаг Девяти Погребений?" — Мэн Хао погрузился в раздумья.

Уже собираясь покинуть пределы горного леса, он неожиданно замер. Он скрыл Культивацию и прищурил глаза. С Культивацией средней ступени Возведения Основания он мог соперничать с Дао Детьми. С другой стороны, у него не было причин для этого. Это место находится на границе между Сектами Кровавого Демона и Одинокого Меча. Он сделал мысленную зарубку не забывать об осмотрительности. Спустя около десяти вдохов в небе над ним показалось несколько пестрых лучей света. Ими оказались десять Практиков на летающих мечах. В одинаковой форме они выглядели весьма впечатляюще. Из десяти людей трое впереди выделялись больше всего. На их халатах смешивались черный и белый цвет. К спинам этих людей были приторочены мечи, аура мечей ярко сияла, словно способная разрубить всё на своем пути.

Одни оказался статный мужчина лет сорока с развивающимися черными волосами, в которые примешивались редкие седые пряди, с Культивацией поздней ступени Возведения Основания. Позади него молодой человек лет тридцати с тонкими губами и суровым выражением лица. Его глаза феникса[2] источали холод. Невероятно красивый, но немного хладнокровный по натуре. От меча под его ногами исходило леденящий гнет. С Культивацией средней ступени Возведения Основания он был живым воплощением величественной силы. Последнему было около 27-28 лет. С непримечательным лицом, он буквально лучился мощной аурой справедливости. Всего-лишь на начальной ступени Возведения Основания, но его глаза ярко сверкали. Этот человек сразу же разворошил воспоминания Мэн Хао. Им оказался не кто иной, как... Старший Брат Мэн Хао из Секты Покровителя, кого забрали в Секту Одинокого Меча. Прошли годы. И все же, вот он — Чэнь Фан. Он вспомнил о дне их расставания, казалось это произошло так давно: Секты Покровителя не стало, Государство Чжао исчезло. Мэн Хао гадал, остался ли Чэнь Фан тем человеком, которого он знал.

Он молча наблюдал за группой людей в небе. Все они принадлежали к Секте номер один Южного Предела — Секте Одинокого Меча. Увидеть здесь учеников Секты Одинокого Меча было обычным делом. Всё-таки это пограничная зона между Сектами Кровавого Демона и Одинокого Меча. Мэн Хао слышал о трениях между двумя великими Сектами, как и о пограничных стычках.

Когда группа Чэнь Фана уже почти скрылась за горизонтом, Мэн Хао посмотрел на небо. Вскоре там показалось десять лучей кроваво-красного света. Они летели на высокой скорости, создавая волну ветра, которая хлестала по деревьям внизу. Над их группой летело несколько огромных зверей. У всех десяти Практиков на лице было мрачное, кровожадное выражение. Жажда убийства кружила вокруг них и рычащих зверей, которые казалось питались ей. Это, конечно же, были ученики Секты Кровавого Демона. С умопомрачительной скоростью они пронеслись мимо Мэн Хао. Судя по направлению, они преследовали членов Секты Одинокого Меча.

Когда вторая группа растаяла за горизонтом, Мэн Хао выбрался из-под сени деревьев. Бубня себе что-то под нос, он посмотрел в направление, где скрылись две группы. Вместо того, чтобы лететь за ними, он последовал за ними под прикрытием деревьев. Когда прошло время, за которое сгорает две благовонных палочки, он услышал грохот взрывов впереди. Он прибавил ходу и вскоре заметил Практиков Секты Одинокого Меча и Секты Кровавого Демона схлестнувшихся в магическом поединке. В воздухе то и дело вспыхивали вспышки взрывов и магии.

Для людей из Секты Одинокого Меча меч был невероятно острым инструментом, несущим смерть. Магия людей из Секты Кровавого Демона постоянно менялась. Как не странно у них не преобладал цвет крови, вместо этого они использовали целый арсенал различных техник. Три призрачных зверя обладали невероятной силой. Не смотря на столь скромное число, они были настолько свирепыми, что к ним было невозможно приблизиться. Ни в одной группе не было эксперта стадии Создания Ядра. Самым сильным был человек на стадии Псевдо Ядра. Остальные имели Культивацию стадии Возведения Основания. Их яростная схватка окрасила небо кровавыми вспышками. Мэн Хао наблюдал, как погибло несколько человек. Похоже Секта Кровавого Демона постепенно брала верх. Внезапно глаза Практика стадии Псевдо Ядра из Секты Одинокого Меча холодно сверкнули.

— Заклинание Одинокого Меча!! — закричал он.

Ученики Секты Одинокого Меча, включая Чэнь Фана, слетелись к нему. Их мечи замерцали и в мгновение ока слились в один гигантский меч триста метров в длину. Огромный меч избрал своей целью трех призрачных зверей. Прогремел взрыв. Призрачные звери дрожали и выли, один за другим они начали растворяться в воздухе. Огромный меч превратился в сотню сияющих лучей-клинков[3], которые устремились в сторону оставшихся учеников Секты Кровавого Демона, а также... в сторону укрытия Мэн Хао. Юноша нахмурился и поднялся в воздух. Взмахом рукава он вызвал ураганный ветер, который разбил летящие в него лучи-клинки.

Неожиданное появление Мэн Хао, и его быстрая расправа над лучами-клинками тут же привлекла к нему внимание Практиков из Секты Одинокого Меча. Особенно сурового молодого человека на средней ступени Возведения Основания с холодными глазами. Лучи-клинки, которые разбил Мэн Хао находились под его контролем.

— Это подлый замысел проходимцев из Секты Кровавого Демона, — сказал молодой человек хладнокровно, — Младшие Братья, слушай мою команду: убить его! — у него даже не возникло желания установить личность Мэн Хао, его появления было достаточно для отправления наказания.

Сорокалетний Практик поздней ступени Возведения Основания нахмурился, но вмешиваться не стал. Глаза остальных Практиков холодно блеснули, и они бросились на Мэн Хао. В этот момент Чэнь Фан заметил Мэн Хао, мгновением позже его глаза радостно вспыхнули.

— Стойте! — воскликнул он и бросился вперед со всей скоростью начальной ступени Возведения Основания. Он обогнал остальных и завис напротив Мэн Хао. — Это мой Младший Брат! Стойте!

Его лицо буквально светилось от счастья, при виде Мэн Хао на него нахлынули воспоминания из прошлого. Мэн Хао улыбнулся Чэнь Фаню. Слова и поступки Чэнь Фаня были искренними, сейчас Мэн Хао не сомневался... он не изменился. Он был таким же, как и семь-восемь лет назад. Мэн Хао сделал глубокий вдох и сказал:

— Приветствую, Старший Брат.

Он сложили руки и низко поклонился. Чэнь Фан рассмеялся. Последние семь-восемь лет изменили его внешне, но характер остался прежним. Он подошел и обнял Мэн Хао.

— Младший Брат Чэнь, — сказал суровый молодой человек с фальшивой улыбкой, — как вышло, что я никогда не встречал твоего Младшего Брата? Не знал, что в рядах нашей Секты есть такой ученик.

Его слова слышались обвинительные нотки. Чэнь Фан поморщился и заслонил собой Мэн Хао.

— Старший Брат Чжоу, он не ученик Секты Одинокого Меча. Он мой Младший Брат из Секты Покровителя.

Мэн Хао ничего не сказал, сохраняя свое обычное выражение лица. Ему хотелось посмотреть, как Чэнь Фань справится с этой ситуацией.

— Так это ученик из маленькой захолустной Секты, — сказал Чжоу зловеще и одновременно расслаблено, — при других обстоятельствах его можно было просто проигнорировать, но он сейчас шпионил за нами, за это его ждет расплата!

Остальные ученики Секты Одинокого Меча переглянулись и молча отступили. Судя по их реакции им не впервой видеть стычки между Чэнь Фанем и Чжоу. Мужчина на стадии Псевдо Ядра вздохнул и раздраженно посмотрел на обоих и на Мэн Хао.

— Ждет расплата? — спросил Чэнь Фан невозмутимо. Его глаза холодно сверкали, пока он заслонял собой Мэн Хао. — Чжоу Шаньюэ, интересно узнать, какая именно расплата ждет моего Младшего Брата? Пока я здесь, кто из вас посмеет что-то ему сделать?

Он хлопнул по своей бездонной сумке, из нее выскочил черный клинок размером с ладонь, который начал медленно кружить вокруг его головы. Мэн Хао изменился в лице при виде черного клинка. Как и остальные Практики, даже человек на стадии Псевдо Ядра удивленно ахнул. Лицо Чжоу Шаньюэ исказила гримаса. Буравя Чэнь Фаня взглядом, его глаза завистливо блестели, но его сердце сковал ужас. От клинка исходила пугающая сила стадии Создания Ядра!

— Чжоу Шаньюэ, я жду, — сказал Чэнь Фан спокойно.

[1] Стяг о трех хвостах, с этой главы заменен на флаг о трех хвостах.

[2] Длинные глаза с двойными веками и небольшими "рыбьими хвостиками", идущими вверх и вниз.

[3] Судя по треду на реддите. Лучи Клинки - это манифестация меча в виде сгустка энергии/света. Нечто похожее используется в манге/аниме, когда после взмаха клинка энергетическая волна разбивает предмет в нескольких десятках метрах от мечника.

Глава 179. Братья По Секте

— Это же летающий кинжал моего отца! — холодно процедил Чжоу Шаньюэ, не спуская глаз с черного клинка над головой Чэнь Фана.

— Это подарок моего Наставника, — так же холодно возразил Чэнь Фан.

Лицо Чжоу Шаньюэ омрачилось, взмахнув рукавом, он пошел на Чэнь Фаня:

— Расплата? — спросил он. — Очень просто. Я хочу оба его глаза. Посмотрим посмеешь ли ты убить меня. Если тебе хватит пороху ты заслужишь мое уважение, но как ты объяснишь своему Наставнику, а точнее моему отцу, убийство его сына?!

Лицо Мэн Хао оставалось бесстрастным. Он лишь наблюдал за разворачивающейся перед ним сценой. Чэнь Фан перед ним холодно следил за приближающимся Чжоу Шаньюэ. Он поднял руку, и летающий кинжал начал светиться. В любую секунду ситуация могла выйти из-под контроля. Чжоу Шаньюэ со свирепой ухмылкой продолжал идти вперед.

— Не могу поверить, что ты решил атаковать меня, а не чужака!

— Для тебя он может и чужак, но для меня Младший Брат.

Чэнь Фан взмахом рукава послал в Чжоу Шаньюэ кинжал. Мороз пробежал по коже Чжоу Шаньюэ, и он внезапно замер. Черный кинжал завис прямо напротив его лица.

— Не вынуждай меня, Чжоу Шаньюэ, — сказал Чэнь Фан мягко.

Мэн Хао уже собирался выйти вперед, но первым вмешался Практик стадии Псевдо Ядра:

— Вы двое, вы что творите? Чжоу Шаньюэ оставь это! Чэнь Фан, если это действительно Младший Брат из твоей старой Секты, тогда ты должен за него поручиться, а это значит ты будешь в ответе за все его будущие ошибки.

В его словах без труда можно было заметить угрозу. Сохраняя фасад медиатора и пытаясь уладить их разногласия, этот человек на самом деле раздувал из мухи слона. Богатый опыт Мэн Хао позволил ему сразу же раскусить его. Он сухо рассмеялся:

— Мои дела никак не касаются моего Старшего Брата. Если вы не заберете свои слова обратно, ваше превосходительство, тогда я заставлю вас это сделать.

Его слова были холодны, как лед. Отчего глаза Практика холодно сверкнули в сторону Мэн Хао. Чэнь Фан, разумеется, подумать не мог, что Мэн Хао посмеет вмешаться. Не говоря ни слова, одним магическим пассом он призвал кинжал к себе.

— Чэнь Фан, дело не в том, что я пытаюсь лишить тебя лица. Просто твоему Младшему Брату следует преподать урок, — с мрачной ухмылкой мужчина средних лет взмахнул рукавом и двинулся к Мэн Хао.

Выражение лица Мэн Хао не изменилось. В его Культивации было четыре Дао Колонны. Он мог сражаться с поздней ступенью Возведения Основания и на равных бороться с Дао Детьми с их Безупречным Основанием. Поэтому этот человек в лучшем случаем с Треснувшим Основанием не представлял для него угрозы. Мэн Хао мог с легкостью с ним расправиться. Учитывая, что он являлся собратом учеником Старшего Брата Чэнь, Мэн Хао не мог позволить этим людям угрожать себе, поскольку в дальнейшем это может плохо сказаться на Старшем Брате Чэнь. Именно поэтому он как бы отделил себя от Чэнь Фана.

Практики Секты Одинокого Меча с холодными улыбками презрительно наблюдали за Мэн Хао. Очевидно все думали, что Мэн Хао заносчивый и тщеславный юнец, раз решил схлестнуться с человеком на великой завершенности Возведения Основания.

— Старший Брат Чэнь, я не думал, что ты водишь дружбу с людьми, которые настолько себя переоценивают.

— Он надеется на присутствие Старшего Брата Чэнь, как лиса, использующая силу тигра.

— Ему жить надоело!

Зловещая улыбка пересекла лицо Чжоу Шаньюэ. Он отошел на несколько шагов, довольно наблюдая за начатым им конфликтом. С едва заметной улыбкой Мэн Хао спокойно смотрен на идущего к нему мужчину, он уже собирался шагнуть вперед, как вдруг на его плечо легла рука Чэнь Фана.

— Старший Брат Ли, мой Младший Брат юн и неопытен. Пожалуйста, позволь мне сохранить лицо и не принимай его слова близко к сердцу. Давай обо всем забудем.

Сказав это, он сжал плечо Мэн Хао и тепло ему улыбнулся:

— Слушай Старшего Брата, — сказал он.

Когда слова достигли ушей Мэн Хао, его неожиданно заполнило тепло, какого он не испытывал долгое время. Он посмотрел Чэнь Фану в глаза и кивнул. Человек по фамилии Ли остановился, холодно зыркнул на Мэн Хао, а потом перевел взгляд на Чэнь Фана. Постепенно мускулы на его лице начали расслабляться. После длинной паузы он сказал:

— Ты должен научить своего Младшего Брата не переоценивать свои силы. Если он это не усвоит, то не пройдем много времени, прежде чем кто-то найдет его искалеченное тело.

Он взмахнул рукавом и пошел прочь. Чжоу Шаньюэ издевательски улыбнулся и последовал за ним вместе с остальными учениками Секты Одинокого Меча.

— Мы подождем тебя впереди, — сказал Ли, — у тебя есть время горения одной благовонной палочки, чтобы наверстать упущенное со своим Младшим Братом.

Когда они растворились вдалеке Мэн Хао остался наедине с Чэнь Фанем.

— Старший Брат, я...

— Не нужно оправдываться, — сказал Чэнь Фан с широкой улыбкой.

Он заключил Мэн Хао в теплые объятия. Чэнь Фан, радостно рассмеявшись от такого неожиданного воссоединения, оглядел Мэн Хао с ног до головы.

— Ты вырос, теперь большой и сильный! Ха-ха! Больше уже не маленький ученый, да?

Взяв руку Мэн Хао, своим привычным серьезным тоном он спросил:

— Невероятно, правда? Вот они мы, Братья, которые встретились вновь на просторах Южного Предела. Мы должны это отметить! Пошли, пошли, расскажи своему Старшему Брату чем ты занимался последние годы. До меня дошли слухи, что Государство Чжао исчезло! Э...

Он не дал Мэн Хао и слова вставить. У него всегда был такой характер. Он говорил и говорил, пока отведенное им время не подошло к концу. Мэн Хао так ни разу не удалось вклиниться в его монолог. Всё, как в старые добрые времена в Секте Покровителя. Словоохотливость Чэнь Фана не смущала Мэн Хао. Сердце юноши окутало тепло, ведь он понимал, что все сказанное Чэнь Фанем было из-за искренней заботы о нем. Сейчас юношу обуревали различные эмоции: радость, заботливость, восторг.

— Помнишь толстяка Ли Фугуйя? Он еще везде за тобой ходил. Теперь он важная шишка в Секте Золотого Мороза. Во время моего прошлого визита в Секту Золотого Мороза с моим Наставником я видел, как он там куражился. Нет сомнений Секта считает его настоящим сокровищем. Ему никто не смеет переходить дорогу, поскольку рядом всегда околачивается толпа учеников Секты, готовая в любую секунду прийти на помощь… С Младшей Сестрой Сюй другая история. Мне удалось только попросить нескольких знакомых из Секты Черного Сита приглядеть за ней. Она не может выбраться со стадии Конденсации Ци уже несколько лет. Ей нужна Пилюля Возведения Основания. За последние несколько лет я оказал Секте несколько услуг достойных награды. Думаю, скоро я смогу получить Пилюлю Возведения Основания у Наставника и послать ей. О, чуть не забыл про Ван Тэнфэйя... Лучше тебе его не провоцировать, теперь у него впечатляющая сила. Ах да, ты не поверишь последним слухам. Болтают, его невеста Чу Юйянь из Секты Пурпурной Судьбы спуталась с другим мужчиной. Новости уже облетели все Секты. Свидетель видел Чу Юйянь в одежде другого мужчины. Очевидно, происходит что-то весьма подозрительное... Как ты думаешь кто бы это мог быть? В любом случае я восхищаюсь этим человеком. Он сумел увести Чу Юйянь прямо из-под носа Ван Тэнфэя...

Мэн Хао по-прежнему не мог и слова вставить. Когда разговор переключился на Чу Юйянь, на лице Мэн Хао промелькнуло странное выражение. "Выходит этот Чжоу Дая начал распускать слухи, как я и предполагал..." Он сухо раскашлялся, ничего не подтверждая. Вместо этого он сказал:

— Ого, этот парень должно быть невероятен. Надеюсь мне удастся с ним повстречаться, а может и подружиться, — Мэн Хао сымитировал восхищенное выражение лица Чэнь Фана.

В эту секунду послышался свист рассекаемого воздуха. Мэн Хао увидел летящего на мече ученика Секты Одинокого Меча, который очевидно прибыл поторопить Чэнь Фана. Воспользовавшись паузой в монологе своего друга, Мэн Хао поскреб голову и сказал:

— Старший Брат, возможно тебе стоит...

Но его прервал неожиданный вопрос Чэнь Фана:

— Младший Брат, как у тебя на личном фронте? Нашел себе возлюбленную?

— Эмм...

Мэн Хао слегка опешил. Вопрос Чэнь Фана застал его врасплох, но прежде чем он нашелся с ответом Чэнь Фан кивнул.

— О, я понял. Ты до сих пор зациклен на Старшей Сестре Сюй. Младший Брат, слушай внимательно. В Южном Пределе полно женщин, но только четыре считаются самыми красивыми. Чу Юйянь — одна из них, но ты можешь о ней забыть. Она принадлежит Ван Тэнфэю и тому загадочному парню. Но с твоей приятной внешностью и Культивацией остальные три тебе подходят.

Глаза Чэнь Фана ярко заблестели, сейчас он немного напоминал сваху. Мэн Хао со всей своей прозорливостью не смог предвидеть такого вопроса, поэтому тупо уставился на Старшего Брата Чэня. Кто бы мог подумать, спустя все эти годы Старший Брат Чэнь начнет интересоваться чем-то подобным? Мэн Хао прочистил горло:

— Старший Брат, я...

— Не стесняйся. Послушай, у твоего Старшего Брата полно опыта в таких вещах. Может ты пока чего-то не понимаешь, но не бойся. Я обо всем позабочусь. У нас полно времени, полно.

— Э... полно времени... — на лбу Мэн Хао проступил пот.

— Значит так, ты идешь со мной в Секту Одинокого Меча. Там мы сможем отпраздновать наше воссоединение, — не дав Мэн Хао шанса возразить, Чэнь Фан схватил его за руку и потащил за собой.

— Старший Брат, это...

— Слушай Старшего Брата, хорошо? К тому же скоро один из трех великих Кланов, Сун Клан, устраивает крупное мероприятие. Они пригласили Избранных и Детей Дао со всего Южного Предела. Меня тоже пригласили, почему бы тебе не составить мне компанию? Отличный шанс встретиться с Избранными нынешнего поколения Южного Предела. Держись меня, и я все устрою. Государства Чжао, как и Секты Покровителя больше нет. Последние годы меня больше всего беспокоила твоя судьба! Несколько лет назад я послал людей найти тебя, но к тому времени Государства Чжао уже пропало, я боялся, что и ты пропал или, еще хуже, погиб. Хотя это слишком грустная тема, оставим ее. Младший Брат даже сейчас больше всего меня беспокоишь именно ты, — он непреклонно посмотрел на Мэн Хао, — ты сам по себе, без Секты! Так не пойдет. Слушай своего Старшего Брата, хорошо?

Тепло, окутавшее сердце Мэн Хао, распространилось по всему его телу. Не найдя в себе сил возразить, Мэн Хао медленно кивнул.

Глава 180. Шань Лин

Чэнь Фан посмотрел на Мэн Хао и от души расхохотался. Счастливый Чэнь Фан и Мэн Хао превратились в лучи света и полетели к группе учеников Секты Одинокого Меча. Человек по фамилии Ли нахмурился, когда увидел, кто летит рядом с Чэнь Фаном.

— Мой Младший Брат знаком с Наставником и желает с ним встретиться, — объяснил Чэнь Фан, — он отправится в Секту с нами.

Человек по фамилии Ли молча превратился в луч радужного света и устремился в небо.

— Младший Брат, когда окажемся в Секте я попрошу Наставника взять тебя в ученики, тогда мы станем Братьями по Секте Одинокого Меча. Думаю, всё пройдет хорошо. Я никогда ни о чем не просил наставника, поэтому шанс восемь-девять к десяти, что он согласится. Разумеется, он возьмет тебя в качестве простого ученика. Но с его Культивацией на стадии Зарождения Души даже его простые ученики занимают высокое положение в Секте Одинокого Меча.

Похоже Чэнь Фан уже полностью распланировал будущее Мэн Хао. Мэн Хао колеблясь возразил:

— Старший Брат, я не думаю, что сейчас для этого подходящее время. Мне нужно разобраться с некоторыми своими делами.

— Младший Брат! — серьезно сказал Чэнь Фан. — Я понимаю твое нежелание присоединяться к Секте. Раньше мне тоже не хотелось. Я хотел всю свою жизнь быть членом одной Секты. Но мы... Практики. Наша Секта — наша главная опора, особенно здесь, в Южном Пределе. Без членства в Секте человек становится вольным Практиком. Вне зависимости от Культивации вольным Практикам гораздо сложней прогрессировать. Впустую потраченные годы без единого намека на результат — обычное дело для вольных Практиков. Поэтому в этом вопросе доверься мне. Секта Одинокого Меча считается лидирующей Сектой Южного Предела с безграничными Дао Резервами. Это место обеспечит нас всем необходимым для развития.

Мэн Хао никак на это не ответил. В пути Чэнь Фан продолжал сыпать советами. Когда в полдень следующего дня впереди показались главные ворота Секты Одинокого Меча Мэн Хао сдался и кивнул. Чэнь Фан расплылся в улыбке и посмотрел на Мэн Хао заботливым взглядом, как члены старшего поколения смотрят на молодняк. Хотя Чэнь Фан был ненамного старше Мэн Хао, для него Мэн Хао навсегда останется юным ученым, который только что присоединился к Секте.

Секта Одинокого Меча стояла на гигантской горе, которая издали бросалась в глаза. Это была главная гора Южного Предела, ее размеры во сто крат превышали размеры любой другой горы. Называл ее... Гора Одинокого Дао! В небе над ней парила зеркальная копия горы, вместе они походили на гигантские песочные часы. Такая картина никого бы не оставила равнодушным. Вторая гора называлась... Гора Одинокого Меча!

Обе горы были настолько большими, что их нельзя было охватить одним взглядом. Впервые Мэн Хао видел нечто столь гигантское. Ему не удалось сдержать внутренней дрожи от этой грандиозной картины. Но дело было не только в двух горных пиках. В центре двух гор находился гигантский меч, который пронзал их насквозь. Рукоять меча торчала из горы наверху и исчезала в небе. В лучах полуденного солнца перед Практиками предстала воистину внеземная картина.

Мэн Хао сделал глубокий вдох. С Сектой Черного Сита он уже видел две великие Секты Южного Предела. Секта Черного Сита была влиятельной Сектой. Люди падали ниц в страхе перед их силой. Но грубая мощь Секты Одинокого Меча не заставляла людей склонять голову, нет, она заставляла их бояться! "Интересно на что похожи остальные великие Секты..." — подумал Мэн Хао, разглядывая Секту Одинокого Меча.

Их группа быстро приближалась к цели. На подлете к Горе Одинокого Дао они достигли места, откуда вздымался красивый барьер, сотканный из разноцветного сияния. Человек по фамилии Ли холодно посмотрел на Мэн Хао и, хмыкнув, растворился в сиянии. Мэн Хао равнодушно проводил того взглядом. По его мнению, этот человек был из той породы людей, что не могут видеть истинной сути вещей. Если бы Чэнь Фан не остановил его, скорее всего он был бы сильно ранен, а то и вовсе мертв, в зависимости от настроения Мэн Хао.

— Не беспокойся, — подбодрил Чэнь Фан, — когда Наставник возьмет тебя в ученики, Старший Брат Ли не посмеет тебя задирать.

Он обнадеживающе улыбнулся и повел его через барьер. В его руках появилась нефритовая табличка, которая окутала их мерцающим сиянием. Когда сияние погасло они оказались у подножья Горы Одинокого Дао. В воздухе витал цветочный аромат, щебетали птицы, где-то шумел ручей. Довольно много учеников Секты Одинокого Меча сновали туда-сюда. Завидев Чэнь Фаня, они останавливались и приветствовали его. Чэнь Фан повел Мэн Хао ко двору одного из домов.

— Младший Брат, — сказал он, — жди здесь. Мне нужно отдать дань уважения Старейшинам, а потом найти Наставника. Скорее всего я вернусь уже после заката солнца. Можешь отдохнуть или прогуляться. Только не уходи далеко. Когда я вернусь мы сможем продолжить нашу беседу.

Он сжал плечо Мэн Хао и исчез во вспышке радужного света. Оглядевшись, Мэн Хао открыл калитку и вошел в дом. Внутри дом был обставлен со вкусом, без излишеств. От дома исходила аура утонченности, особенно от большой коллекции свитков в углу. Мэн Хао выбрал один древний текст и сел читать. Спустя какое-то время он отложил свиток и задумчиво спросил себя: "Может мне действительно присоединиться к Секте Одинокого Меча... Не самый лучший вариант, однако после истории с холодцом Секта Черного Сита вряд ли оставит меня в покое, вступить в Секту Одинокого Меча может оказаться не такой уж плохой идеей". Его глаза упрямо блеснули, когда он подумал о самом лучшем варианте — Секте Пурпурной Судьбы. Проблема с ядом была всего лишь одной из причин для присоединения именно к этой Секте. "Да, Секта Пурпурной Судьбы безусловно лучший вариант, — подумал он, — я очень хочу выучить технику Пурпурный Ци с Востока... С ней я смогу создать Пурпурное Ядро, венец стадии Создания Ядра. К тому же там я смогу научиться алхимии. Хватит надеяться на других, каждый раз как мне нужно изготовить пилюлю. Особенно, если дело касается Пилюли Совершенного Ядра..." Мэн Хао придавался размышлениям вплоть до самого вечера, через окно в комнату проникал багряный свет заходящего солнца. Мэн Хао сделал глубокий вдох. Поскольку Чэнь Фан еще не вернулся, он решил прогуляться и осмотреть Гору Одинокого Дао. В лучах закатного солнца затянутые туманом склоны выглядели слегка размыто. Движение привлекло внимание Мэн Хао. Приглядевшись, он заметил женщину в синем платье, скользящую вниз с Горы Одинокого Дао. Появление женщины словно сняло возникшую было размытость. Ее путь сопровождал звук падающих на колени людей.

— Это Старшая Сестра Шань Лин.

— Это действительно она. Я слышал, что на закате девятого дня каждого месяца она спускается с горы, чтобы собрать росу...

— Приветствую, Старшая Сестра Шань Лин.

Звуки их голосов донеслись до Мэн Хао. Пока он наблюдал, как женщина медленно спускается по горной тропе, в его голове внезапно прогремел голос Нефрита Заклинания Демонов:

"Камень, низвергнутый с Девятой Горы станет новой горой. Гора наделена душой, демонической душой. Воля ее не принадлежит этому миру. Встретив ее... позволь ей переродиться, коли она добра. Запечатай и уничтожь, коли она жестока. Выбор за тобой".

Слова эхом разнеслись в голове Мэн Хао. Он уже привык к странностям Нефрита Заклинания Демонов, но ему все равно потребовалось какое-то время, чтобы прийти в себя. Он посмотрел на женщину, в его глазах вспыхнул странный огонек. Довольно многочисленная группа Практиков пролетая мимо тоже поклонилась женщине и высказала слова приветствия. Одним из них оказался мужчина по фамилии Ли.

Женщина, словно почувствовав взгляд Мэн Хао, неожиданно замерла в воздухе. Она пронзительно посмотрела на Мэн Хао, их взгляды встретились всего на пару мгновений. Женщина слегка нахмурила брови, отвернулась и продолжила спуск. Когда она исчезла вдали, человек по фамилии Ли похоже заметил Мэн Хао и его короткий обмен взглядами с женщиной. Не ускользнули от него и нахмуренные брови Шань Лин. Холодно хмыкнув, он стрелой помчался к Мэн Хао. Это привлекло внимания учеников Секты Одинокого Меча по соседству. В мгновение ока человек по фамилии Ли оказался над двориком Мэн Хао.

— Опять ты! — сказал он холодно, буравя Мэн Хао взглядом. — Сначала ты переоцениваешь себя, а теперь еще и смеешь проявлять неуважение к Старшей Сестре Шань Лин из нашей Секты! Зачем ты здесь?!

Его гневная тирада приковала взгляды всех учеников к Мэн Хао.

— Кто этот парень?

— Он выглядит знакомо, но я не могу вспомнить, где его видел...

— Я помню его. Это гость Старшего Брата Чэнь, они прибыли сегодня в полдень. Интересно что Старшему Брату Ли от него нужно?

Мэн Хао с непроницаемым лицом разглядывал парящего над ним напыщенного болвана.

— Что именно вы имеет в ввиду, ваше превосходительство? — спросил Мэн Хао невозмутимо.

— Какой бы не была причина, ты в Секте Одинокого Меча. Учитывая твой поступок, мне кажется пора, вместо твоего Старшего Брата, преподать тебе урок.

Конечно же, учить Мэн Хао чему-то в его планы не входило. Этот тип изначально ему не понравился, к тому же он по какой-то причине заставил нахмуриться Шань Лин. Ли поднял руку и высвободил мощь великой завершенности Возведения Основания.

— Глупости, — возразил Мэн Хао невозмутимо.

Человек по фамилии Ли рубанул рукой вниз Появился призрачный образ большого меча. Наполненный силой великой завершенности Возведения Основания, он обрушился на Мэн Хао. Глаза Мэн Хао сверкнули холодным светом, и он тоже поднял руку. К этому человеку он не испытывал ни капли добрых чувств. Но прежде чем он успел что-то сделать, черный кинжал просвистел в воздухе и ударился о призрачный меч. С грохотом призрачный образ рассеялся. Человека по фамилии Ли передернуло, когда он увидел радужный луч света Чэнь Фана.

— Старший Брат Ли, ты продолжаешь докучать моему Младшему Брату. С Культивацией стадии Псевдо Ядра ты действительно хочешь потерять лицо? Я один из Семи Сыновей Одинокого Меча. Ты кем себя возомнил?

Глава 181. Сошлись достойные соперники, Генерал нашел равного себе

Чэнь Фан приземлился рядом с Мэн Хао и холодно посмотрел на человека по фамилии Ли. Лицо Ли слегка скривилось, когда он увидел Чэнь Фан и в особенности его черный кинжал.

— Думаешь сможешь защищать его вечно? — холодно хмыкнул он. Ли одарил Мэн Хао презрительным взглядом. — Какой толк, если всё что он делает так это прячется за спинами других. Похоже средняя ступень Возведения Основания — его потолок!

— Пока я здесь ни один волос не упадет с головы моего Младшего Брата! — отчеканил Чэнь Фан спокойно, но его словами можно было резать гвозди и железо.

Ли свирепо посмотрел на Мэн Хао еще презрительнее прежнего:

— Сегодня ты не пал от моей руки только из-за твоего Старшего Брата. Поглядим, как долго ты сможешь прятаться!

Он развернулся и со взмахом рукава исчез вдали. Мэн Хао со вздохом проводил Ли взглядом. Он, конечно же, понял намерения этого человека, но ничего не мог с этим поделать. Убить его не составит труда, но уже дважды Чэнь Фан заслонял его собой, не давая ему начать поединок. Чэнь Фан повернулся к Мэн Хао, который лишь кисло улыбнулся. Он, разумеется, неверно истолковал выражение лица Мэн Хао.

— Не волнуйся, Младший Брат, — успокоил его Чэнь Фан, — этот тип Ли никто. Со мной тебе нечего бояться, — видя полное тревоги лицо Чэнь Фаня, Мэн Хао не нашелся, что сказать, — к сожалению, Наставник в прошлом месяце закрылся в медитационном уединении и не выйдет еще несколько месяцев. Впрочем, я оставил ему послание. Он получит его, как только выйдет. Когда мы с тобой вернемся из Сун Клана, ты сможешь официально присоединиться к Секте Одинокого Меча. Тогда этот Ли не рискнет докучать тебе, а пока тебе нужно быть более осторожным. Хотя я всегда буду неподалеку, так что особо не беспокойся.

Забота Чэнь Фаня приятно грела душу Мэн Хао.

— Премного благодарен, Старший Брат, — сказал он, сложив ладони в поклоне.

— Меня не за что благодарить. И оставь все эти формальности! Пойдем, пойдем. Зажжем немного свечей и поболтаем.

Он от души расхохотался и потащил Мэн Хао в дом. Там он вытащил из бездонной сумки пару кувшинов с вином.

— В плане выпивки твоему Старшему Брату нечего предложить, поэтому я позаимствовал пару кувшинов Вина Мечей у Наставника. Отличная штука. За столько лет я успел к нему пристраститься.

Он передал Мэн Хао один кувшин, открыл свой и сделал глоток. Мэн Хао принял сосуд и попробовал вино. Его щеки тут же немного покраснели, а по телу прокатилась волна тепла, настолько горячая, что он почти сразу покрылся потом. Он медленно втянул полную грудь воздуха и так же медленно выдохнул. У себя в голове он сравнил эту горячую волну с очищающим пламенем. Весь в поту он продолжал вдыхать и выдыхать. Когда он посмотрел на Чэнь Фана, глаза его блестели ярче обычного.

— Что это за вино?

— Изготовлено лично Наставником. Хе-хе. Ну же, пей. Это вино хорошо помогает Практикам, особенно на стадии Возведения Основания. По эффективности оно сопоставимо с целебными пилюлями! — улыбнулся он и сделал очередной глоток. — Я всё время его пью. О, и кстати, Младший Брат, вижу твоя Культивация на средней ступени Возведения Основания. Не забывай, что мы, Практики, строим горы, а в этом деле самое важное прочный фундамент.

Говорил он серьезно, поэтому Мэн Хао слушал, задумчиво разглядывая кувшин в руках. Изредка он соглашался со сказанным кивком. Чэнь Фан продолжил:

— Не гонись жадно за все новыми стадиями Культивации, забыв про фундамент. Возьми меня, к примеру. Я мог бы оформить четвертую Дао Колонну и войти на среднюю ступень Возведения Основания еще в том году, но Наставник запретил. Он всегда говорил, что возведение Дао Колонн, это как строить лодку из дерева — сделанного не воротишь. Самой лучшей стратегией будет двигаться по течению и соблюдать осторожность. Переплавка третьей колонны во много раз важней создание четвертой Дао Колонны. Когда третья будет готова, тогда можно будет как положено возвести четвертую. И вот еще что, — добавил Чэнь Фан предельно серьезно, — во время нашей Культивации всегда будут проблемы и трения с другим Практиками. Но не всё можно решить убийством! Ты должен понять, что неважно, о чем мы говорим: будь то магическая техника или предмет, они лишь средства для защиты Дао! Только, я повторяю, только для защиты, сами по себе они не являются Дао! Что есть Дао? Моя Культивация недостаточно высока, поэтому мне скорее всего даже не стоит поднимать этот вопрос. Но Наставник как-то сказал, что даже он не до конца понимает его значение, однако одного забывать не следует: убийства и магические техники служат лишь для защиты! Не позволяй убийства и жажде крови извратить твой Дао. Ты должен слушать свое сердце и следовать собственным убеждениям и принципам.

Чэнь Фан посмотрел на Мэн Хао и внезапно сменил тему:

— Ты знаешь, у тебя весьма заметная смертоносная аура.

Внезапно послышался еще один голос, он доносился из сумки ИньЯнь Мэн Хао.

— Верно! Верно! Я сразу сказал, что смертоносная аура этого дитя слишком сильна. Ты прав. Это имеет смысл. Твои слова невероятно точны!

Чэнь Фан удивленно осекся, когда словно из ниоткуда прозвучал новый голос. Лицо Мэн Хао потемнело. Прежде чем он успел хоть что-то сказать, из его сумки с яркой вспышкой вырвался попугай. Хлопая крыльями, он принялся кружить по комнате. Все это время он проповедовал Патриарху Ли Клана в кровавой маске. Сделав несколько кругов по комнате, он приземлился на плечо Мэн Хао.

— Что это...? — растерянно спросил Чэнь Фан.

— Я подобрал эту штуку во время странствий и только потом выяснилось, что избавиться от нее нельзя... — ответил Мэн Хао.

Холодец прервал его на середине предложения.

— Сынок, ты как никогда прав, — сказал он, поглядев на Чэнь Фана, — смертоносная аура Мэн Хао слишком сильна. Так нельзя! Бесстыдство! Ну же, ну же, нам нужно обсудить парочку вопросов. Я думаю, ты мне понравишься.

Мэн Хао сделал глубокий вдох и сочувственно посмотрел на Чэнь Фаня. У него перед глазами стояла картина невыносимой пытки, что ждет Чэнь Фаня.

— Так ты Духовное существо моего Младшего Брата, — сказал Чэнь Фан, с любопытством разглядывая попугая на плече Мэн Хао, — приятно познакомиться. С радостью готов буду вступить с вами в дискуссию.

Глаза Чэнь Фаня блестели, при виде их Мэн Хао не смог удержаться от вздоха. Его уже не спасти... Но Мэн Хао не мог так просто сдаться.

— Старший Брат, эта птица...

— Младший Брат, ты оговорился, — сказал Чэнь Фан серьезно, — это не птица, а попугай. Говорящий попугай! По его глазам видно, что он обладает недюжинным интеллектом. Это Дух! Хорошо о нем заботься.

Холодец чуть не разревелся от слов Чэнь Фаня, кажется он наконец-то встретил родственную душу.

— Ты прав. Твои слова имеют смысл. Почему я первым встретил не тебя? Эй. Не будем об этом. А теперь, не хочешь ли обсудить смысл жизни?

— Смысл жизни? Давай! — восторженно воскликнул Чэнь Фан. — Всегда хотел с кем-то об этом поговорить. Но по непонятной причине мой Наставник всегда находится в медитационном уединении. Как и мои Младшие и Старшие братья. Я изначально хотел поболтать с моим Младшим Братом, но, если ты хочешь присоединиться, пожалуйста.

— К разговору о смысле жизни нужно подготовиться. К примеру... почему бы нам не обсудить сегодняшнюю погоду? Только действительно образованный человек может обсуждать погоду...

— Эм? Погоду? Ну... давай. Я думаю сегодня утром была отличная погода. Но знаешь, я думаю продуктивней будет обсудить смертоносную ауру моего Младшего Брата.

— Эй? Я полностью согласен. Ты прав. Твои слова имеют смысл. Я всегда говорил, что плохая погода негативно влияет на настроение. В смысле, в смысле, разве ты не согласен с этим утверждением...?

— Ну, я впервые об этом слышу, — признался Чэнь Фан, — но в этом есть смысл. Помню, одним ненастным днем несколько лет назад мои занятия Культивацией не увенчались успехом. Я весь день был как на иголках, поэтому, да, я думаю твое утверждение имеет смысл.

— Имеет смысл? Ты думаешь мои слова имеют смысл?! Боги! Милостивые Боги! В этой жизни, и в жизни до нее, и до нее мне еще никогда не говорили чего-то подобного. Ты думаешь, что у моих слов есть смысл...

Холодца затрясло от возбуждения. Он спрыгнул с плеча Мэн Хао и приземлился напротив Чэнь Фаня. Пока он словно в забытье наблюдал за ними, их беседа для Мэн Хао постепенно превращалась в неразборчивый гул. Глаза попугая и Чэнь Фаня ярко блестели. Две родственные души наконец нашли друг друга, их разговор плавно перетек в своего рода соревнование.

Мэн Хао поежился и отполз назад. Он нашел самый дальний уголок в доме, сел в позу лотоса и погрузился в медитацию. Он боялся, что если продолжит слушать их, то в конце концов не выдержит и вспылит. Шума от птицы было более чем достаточно, но теперь... Пока Мэн Хао смотрел на Чэнь Фаня и попугая в его голове крутилась одна поговорка: "Сошлись достойные соперники, генерал нашел равного себе..." Время шло, Мэн Хао старался всеми силами не обращать внимания на разговор этих двоих. Спустя два часа Мэн Хао открыл глаза. Он прикинул, что к этому времени их разговор должен подойти к концу, но, приоткрыв глаза, обнаружил, что их беседа в самом разгаре.

— Верно? Скажи, что я прав...?

— Абсолютно верно. Ты знаешь, это напомнило мне об одном случае в прошлом году...

— Конечно! Именно об это я и говорил! Ах да, разве мы не собирались обсудить смысл жизни? Что скажешь, если после обсуждения утренней погоды, а потом разговора о полуденном солнце...

— Отличная идея. Отложим разговор о смысле жизни под конец. Лучше будет подождать до заката. Нет ничего лучше, чем обсудить жизнь, купаясь в лучах заходящего солнца...

В ушах Мэн Хао звучало просто монотонное жужжание. Он безучастно посмотрел на восторженного Чэнь Фаня и холодца-попугая. Человек и птица, глаза обоих горели энтузиазмом... Мэн Хао поежился и закрыл глаза, боясь, что эти двое могут затянуть его в беседу.

Время тянулось невыносимо медленно….

Глава 182. Всегда есть птица, которая летит выше

Рассвет...

Мэн Хао открыл глаза, а потом снова их закрыл.

— Ты настоящий друг! В прошлых жизнях мне не с кем было поболтать, кроме как с самим собой. До сих пор я и не думал, насколько скучно говорить с самим собой... Я до сих пор не понимаю, почему все меня так не ненавидят. Они даже назвали меня Величайшей Мукой, представляешь?

— Да! За все время в Секте Одинокого Меча еще ни одна беседа не приносила мне столько удовольствия.

— Да, теперь, когда мы закончили обсуждать полуденное солнце, давай немного затронем послеобеденное...

Позднее утро...

Через окна в дом струился солнечный свет. Мэн Хао приоткрыл глаза, посмотрел на Чэнь Фаня и холодца и со вздохом вернулся к медитации.

— Позволь мне сказать, меня раздражает время после полудня. Я помню однажды в прошлом году, когда....

— Ты прав! Меня тоже. Но в это время мне остается только скрипеть зубами...

Прошло еще несколько часов, наступил полдень. Мэн Хао еще несколько раз открывал глаза, но в итоге с кислым смешком закрывал их вновь. Чэнь Фан и холодец проговорили всю ночь и все утро. Человек и птица казалось ни капли не устали, наоборот они словно были в приподнятом настроении. Мэн Хао не мог не подивиться стойкости Старшего Брата Чэнь. Он и холодец словно были созданы друг для друга.

Все это время Мэн Хао не покидал своего угла, у него была мысль подняться, но его сдерживал страх быть втянутым в беседу холодца и Чэнь Фаня. Он вдохнул и закрыл глаза, притворяясь будто он ничего не слышит.

В конечном итоге солнце начало садиться...

— Больше всего я люблю закат. Каждый раз при виде заходящего солнца, я вспоминаю тот случай, когда я еще был крошечным холодцом, я...

— Закат — невероятно красивое зрелище… Ты даже не представляешь, как сложно практиковать Культивацию. О, это напомнило мне о случае много лет назад, я тогда собирал тысячу история про закат. Мне уже не терпится тебе их всех рассказать. Давай. Начнем с первой...

Солнце село, опустились сумерки, потом наступила ночь. Человек и птица болтали без умолку целые сутки. Они все говорили и говорили, словно совсем не устали. В полночь стало заметно, что Чэнь Фан начал сдавать.

— Эмм, может отдохнем немного?

— Ни за что! Мне редко выпадает возможность поучаствовать в такой восхитительной дискуссии. Мы еще не добрались до разговора о смысле жизни. Ах, смысл жизни. Такой же красивый, как… цветок… ну как его… я забыл. Перед разговором о смысле жизни мы просто обязаны обсудить лунный свет...

— Ум... хорошо. Как ни удивительно, у меня есть три тысячи историй про лунный свет...

— Эй? У меня тоже есть истории! На самом деле, у меня их десять тысяч. Давай сначала ты, а потом я.

Мэн Хао в любую секунду готов был взорваться. Его глаза покраснели, дыхание участилось, что ему даже пришлось искать успокоение в медитации. Ночь тянулась невыносимо медленно. Снаружи всё было тихо. Но в одном доме беседа человека и птицы достигла своей кульминации. Когда через окна в комнату заглянули утренние лучи, они нашли бледного как мел Чэнь Фаня с покрасневшими глазами.

— Давай отдохнем немного... у меня... у меня сегодня дела...

— Ни за что! Я не закончил. Мы еще не добрались до разговора о смысле жизни. Поскольку мы покончили с моими десятью тысячами историй про лунный свет, можно продолжить нашу дискуссию.

Закончилось утро, следом полдень, и вот наступил еще один закат. На Чэнь Фане лица не было, он тупо смотрел на попугая и слушал нескончаемый поток слов, который лился из его клюва. В его глазах постепенно росло восхищение.

— Теперь, когда мы подготовились, мы можем перейти к обсуждению смысла жизни. Эй…? Снаружи темно. Я только что вспомнил, когда мы говорили о закате я забыл рассказать тридцать тысяч историй. Так не пойдет! Мне редко выпадает такой шанс. Я просто обязан поделиться ими с тобой...

Холодец прочистил горло и приступил. Через несколько часов стало ясно, что даже у словоохотливости Чэнь Фаня есть предел.

— У меня... у меня действительно дела... — сказал Чэнь Фан, резко поднявшись.

Его закачало, бледный юноша на негнущихся ногах попятился. Мэн Хао открыл глаза и с восхищением посмотрел на Чэнь Фаня: ему удалось без остановки проговорить с холодцом два дня и две ночи.

— Младший Брат, у меня возникли неотложные дела, я, пожалуй, пойду. Эм... я вернусь через пару дней...

Судя по его бледному лицу, у него кружилась голова. Больше он не смотрел на холодец с восхищением, теперь в его глазах застыл страх. Он всегда считал себя оратором, но теперь понял насколько ошибался. Оказалось, есть некто, кто превзошел даже его! Не дожидаясь ответа Мэн Хао, он распахнул дверь и попытался сбежать.

— Старший Брат, — бросил ему вслед Мэн Хао, — ты и говорящий Духовный попугай словно два сапога пара, почему бы тебе не взять его с собой...

Лицо Чэнь Фаня перекосило, и он запнулся. Без колебаний его тело превратилось в луч света и растворилось в темноте.

— Отличный парень, — вздохнул холодец в чувствах, — мне очень понравился твой Старший Брат Чэнь. Уже много лет у меня не было такой длительной и насыщенной дискуссии. Эй? Мы так и не обсудили смысл жизни!

У Мэн Хао холодок пробежал по коже. Холодец должно быть по-настоящему серьезный оппонент, раз смог заставить Чэнь Фаня сбежать, поджав хвост.

— Жаль я не смог закончить, — расстроенно сказал холодец, — я уже было обрадовался. Похоже это конец?

Не прекращая говорить, он вернулся на плечо Мэн Хао.

— Почему бы нам с тобой не поговорить, а то мне что-то одиноко...

Кровь отлила от лица Мэн Хао, он невольно втянул полную грудь воздуха и натянуто улыбнулся, его разум судорожно пытался найти спасительное решение.

— Я думаю, ты кое о ком забыл, — сказал он.

— О ком? О ком? О ком? О ком я забыл? Как я мог забыть о ком-то?

Холодец похоже был способен ухватиться за любой шанс, только бы завязать разговор.

— Ты забыл о старике в маске! — выпалил Мэн Хао. — Ты так и не смог свернуть его с порочного пути.

— Эй? Отлично! На самом деле старик не так уж и плох. Но ты прав. Надо с ним поговорить.

Обретя новую цель, холодец исчез в сумке ИньЯнь Мэн Хао. До Мэн Хао донесся едва различимый пронзительный вопль Патриарха Ли Клана. Вопль был совершенно нечеловеческим. Мэн Хао тяжело вздохнул и горько рассмеялся. Он посмотрел на луну снаружи и опять вздохнул, гадая, что станет с его жизнью в будущем. Постоянное присутствие холодца выглядело устрашающей перспективой. "Должен быть способ контролировать его. Проклятый холодец... — Мэн Хао заскрипел зубами, его глаза ярко сверкали. — Его старый враг... медное зеркало... попугай..." Его глаза засверкали еще ярче, в предвкушении стадии Создания Ядра.

Три дня пролетели почти незаметно, за всё это время Чэнь Фан ни разу не навестил Мэн Хао. Очевидно холодец настолько напугал его, что он не смел и носа показать. В противном случае его ждала бы еще одна невероятно длинная беседа.

На четвертый день он опасливо открыл дверь и резко отскочил назад. Убедившись в отсутствии попугая на плече Мэн Хао, он оглядел комнату и вздохнул. Мэн Хао лишь кисло улыбнулся. Что он мог сказать? Чэнь Фан нервно переминался с ноги на ногу снаружи.

— Его... Младший Брат, его... его нет? — с тревогой спросил он.

— Вроде того... — сказал Мэн Хао, выйдя на улицу.

Чэнь Фан облегченно вздохнул и натянуто улыбнулся Мэн Хао.

— Младший Брат, твой попугай... Ох, что за птица. Я искренне восхищаюсь им. Хотя не будем о нем. До званного пира Сун Клана остались считанные дни. Я уже обо всем позаботился. В назначенное время мы переместимся прямо туда. Но сегодня позволь мне показать тебе мою Секту Одинокого Меча. Всё-таки после пира Сун Клана эта Секта станет и твоей тоже.

Он схватил Мэн Хао за рукав и потащил за собой. Выражение лица Мэн Хао не изменилось, в уме он воскресил карту Южного Предела. Сун Клан находился недалеко от Секты Пурпурной Судьбы. Что до Секты Одинокого Меча, Мэн Хао последние несколько дней много о ней думал. И принял решение отказаться от предложения Чэнь Фана присоединиться к Секте Одинокого Меча. По-прежнему не решены были два вопроса: маскировка и способ проникновения в Секту Пурпурной Судьбы. Только там он сможет узнать о Пурпурном Ци с Востока и алхимии. К тому же придется еще придумать как убедить Грандмастера Дух Пилюли рассеять яд в его теле. По этим причинам он не верил, что Наставник Чэнь Фаня сможет помочь ему с ядом. Ему нужна помощь эксперта не на стадии Зарождения Души, а на стадии Отсечения Души! Мэн Хао был абсолютно уверен в этом. Но после такого теплого приема, ему было неудобно говорить об этом Чэнь Фаню прямо. Что до Сун Клана, Мэн Хао очень хотел там побывать, но его смущала только Секта Черного Сита, представители которой наверняка там тоже будут. "Нужно придумать как связаться с Хань Бэй... — подумал он. — Она наверняка знает, что произошло в Секте после моего побега". Он с холодной улыбкой потер бездонную сумку. Внутри покоился кусок нефрита, который позволит диктовать Хань Бэй его условия.

Чэнь Фан отправился с Мэн Хао на экскурсию по Секте Одинокого Меча. Здания выстроились в изгибающиеся линий, то тут, то там виднелись ручьи и водоемы. Это место выглядело величественно и изыскано. За беседой они не заметили, как наступил полдень. В конце концов они добрались до большого круглого здания, в котором было несколько сотен учеников Секты Одинокого Меча.

— Это арена для поединков, — объяснил Чэнь Фан, — здесь ученики Секты Одинокого Меча могут сразиться друг с другом. Можно ранить, но нельзя убивать. Тех, кто нарушит правила, ждет суровое наказание.

Мэн Хао окинул ее мимолетным взглядом и уже было собрался уходить, как внезапно прозвучал зловещий голос:

— Гости могут сражаться на арене, дабы продемонстрировать свои техники и посмотреть на что способны ученики нашей Секты. Я, Ли, вступаю на арену и хочу пригласить нашего гостя... сразиться со мной, если он, конечно, не боится!

Это был тот самый человек по фамилии Ли. На его лице играла фальшивая улыбка, пока он шагал через толпу, издевательски поглядывая на Мэн Хао.

— Собираешься спрятаться за Старшим Братом еще раз? Ты вообще драться умеешь, ты, ни на что не годный неудачник? Если ты боишься, тогда молись, чтобы в будущем нас не свела судьба.

Все собравшиеся на арене Практики, как по команде, уставились на Мэн Хао и Чэнь Фана.

Глава 183. Сколько лет мы не видели его застенчивой улыбки

Выражение лица Мэн Хао не изменилось, его не задели слова Ли. Он спокойно взирал на ухмыляющегося Ли и мрачного Чжоу Шаньюэ, который стоял рядом. Чэнь Фана же похоже разозлил вызов Ли, прекрасно зная о хороших отношениях между Чжоу Шаньюэ и Старшим Братом Ли, и об их неприязни к нему лично. Только летающий кинжал удерживал их от чего-то серьезного. Но присутствие Мэн Хао постоянно притягивало внимание этой зловредной парочки.

— Если хотите драться, как насчет вас двоих против меня? — спросил Чэнь Фан сухо.

— Будучи братьями по Секте нам нечему учиться друг у друга, — рассмеялся Ли, — я хотел бы научиться паре трюков у чужака. Младший Брат Чэнь, ты ведь не собираешься мешать нашему обмену опытом?

Чэнь Фан холодно хмыкнул и схватил Мэн Хао, тот лишь улыбался, ситуация весьма его забавляла. Но Чэнь Фан был решительно настроен защитить Мэн Хао, поэтому он не стал возражать против его добрых намерений. Мэн Хао уже было собрался последовать за Чэнь Фанем, как тут Чжоу Шаньюэ угрюмо произнес:

— Если ты боишься, можешь так и сказать.

Практики Секты Одинокого Меча засмеялись.

— Давай так. Старший Брат Ли ограничит свою Культивацию до средней ступени Возведения Основания. Тогда все будет честно. Нам просто очень интересно посмотреть магию чужаков. Младший Брат Чэнь, это тебя не касается. Ты не можешь вечно таскаться за ним.

Практики Секты Одинокого Меча обычно сторонились чужаков. Большинству из них разворачивающаяся драма пришлась по вкусу, хоть они и не хотели насмехаться над Старшим Братом Чэнем. Чэнь Фан не обращал на них внимание и продолжал тащить Мэн Хао за собой. Однако слова Чжоу Шаньюэ заставили Мэн Хао резко затормозить. Он повернулся к Ли и Чжоу Шаньюэ, вызвав на лице гневное выражение.

— Поскольку это не смертельный поединок, я предлагаю пари, — в притворной ярости воскликнул он.

Отчего Практики Секты Одинокого Меча еще громче рассмеялись. Культивация большинства из них была ниже Мэн Хао, но они принадлежали к Секте Одинокого Меча, Секте номер один Южного Предела. Вполне очевидно, что они чувствовали некоторое превосходство над ним. Чжоу Шаньюэ и Ли расхохотались.

— Превосходно, — сказал Ли, — если ты выберешься из под юбки Младшего Брата Чэнь, тогда небольшое пари никому не повредит. У меня есть ценный меч и несколько десятков тысяч Духовных Камней!

Со смехом он хлопнул по своей бездонной сумке и вытащил лазурный клинок. Вокруг него кружила аура меча, хоть и не очень впечатляющая, назвать ее заурядной тоже язык не поворачивался.

— Младший Брат, ты… — попытался урезонить его Чэнь Фан, но его прервал Мэн Хао с всё еще покрасневшими глазами.

— Кучка духовных камней и меч? Этого недостаточно для Мэн Хао. Выложите на стол что-то посерьезней и тогда мы сразимся! — прогремел его голос.

Сказанные им слова, сопровождало выражение лица, которое он использовал уже давно. В Государстве Чжао что-то подобное случалось не раз, к тому же в его сумке до сих пор лежало так и не использованное золотое копье… Ответом стал громкий смех толпы. Ухмылка Ли стала еще шире.

— Отлично, — сказал Ли, — что бы ты не поставил, я уравняю ставку.

Чжоу Шаньюэ рядом с ним тоже рассмеялся.

— Не важно, что ты поставишь, — добавил он, — если Брат Ли не сможет уравнять, тогда это сделаю я!

Он скосил взгляд в сторону Чэнь Фаня, в глубине его глаз пряталась жажда убийства. Мэн Хао ахнул, его глаза заметались, словно он хотел сбежать.

— Ты серьезно?! — спросил Мэн Хао натянуто.

— Ты в Секте Одинокого Меча, — ответил Чжоу Шаньюэ нахально, — ты думаешь тебя здесь кто-то обманет?

Чэнь Фан схватил руку Мэн Хао, собираясь что-то сказать. Задрожав, Мэн Хао посмотрел на него и сказал:

— Старший Брат Чэнь, не одолжишь мне свой кинжал?

Чэнь Фан внимательно на него посмотрел, после чего взмахом руки он вызвал черный кинжал, источающий силу стадии Создания Ядра! Чэнь Фан очень дорожил кинжалом. В случае потери его нынешнее положение в Секте сильно пошатнется. Последствия будут очень серьезными, однако за несколько вдохов он принял решение и вложил кинжал в руку Мэн Хао. Такая демонстрация братской любви глубоко тронула Мэн Хао. Тепло окутало все его тело, этот момент он не забудет до конца своих дней.

— Младший Брат, — приободрил Чэнь Фан, — если ты будешь сражаться, сражайся с легким сердцем. Ничего страшного, если ты проиграешь, зато в случае победы сможешь выиграть что-то ценное!

Хотя он не сильно верил в победу Мэн Хао, это было частью его характера. Толпа пораженно притихла, спустя несколько секунд люди оживленно загомонили.

— Это же летающий кинжал Патриарха Чжоу!!!

— Это символ Семи Сыновей Одинокого Меча, Старший Брат Чэнь дал его чужаку, чтобы тот сделал ставку…

— Это очень серьезная ставка!!!

Глаза всех Практиков загорелись, многие вытащили нефритовые таблички связи, чтобы поделиться новостями с остальными учениками.

— Это моя ставка. Теперь ваш черед. Не будет ответной ставки, не будет драки! — голос Мэн Хао звучал решительно, судя по его глазам он был готов идти до конца.

Наблюдателям, с другой стороны, эта бравада казалась напускной, словно он пытался блефом заставить Чжоу и Ли отвязаться от него. Чжоу Шаньюэ задрожал, пожирая взглядом кинжал в руке Мэн Хао. Он и Ли тяжело задышали, после чего недоверчиво переглянулись. Откуда им было знать, что Чэнь Фан действительно отдаст Младшему Брату кинжал.

— Если вам нечего поставить, тогда не обессудьте, если я откажусь участвовать, — повторил Мэн Хао, готовясь вернуть кинжал Старшему Брату Чэню.

Чжоу Шаньюэ не мог этого допустить. Он расстегнул воротник и показал нефритовый кулон, свисающий с его шеи.

— Этот спасительный нефрит выковал мой отец из крови собственной Культивации. У него нет атакующей силы, но он может выдержать атаку человека на стадии Отсечения Души! Если ты победишь — он твой. Я даже дам тебе кровь из своей Культивации для переплавки кулона! Я, Чжоу, всегда держу свое слово! — его слова могли гнуть гвозди и резать железо.

Чэнь Фан и собравшиеся Практики поразевали рты. Чэнь Фан внимательно посмотрел на спасительное сокровище, которое его Наставник даровал своему сыну для защиты. В плане ценности он несомненно превосходил кинжал. Мэн Хао сделал вид, что кулон поразил его до глубины души. Он неровно задышал, отчего Чжоу Шаньюэ холодно рассмеялся. Слегка натянуто Мэн Хао выдавил:

— Этого недостаточно. Вы сказали, что оба поставите что-то равное моей ставке!

Ли от души расхохотался, холодно посмотрел на Мэн Хао, а потом одарил Чэнь Фаня зловещим взглядом. Сейчас он был уверен, что нужно делать. Он знал характер Чэнь Фаня. Он точно не лицемер, поэтому выражение его лица должно быть настоящим.

— Я, Ли, не владею ценными сокровищами, как Младший Брат Чжоу. Но у меня припасено немало духовных камней. Собратья ученики, если вы одолжите мне немного духовных камней, я буду у вас в долгу. Я верну их вам и добавлю по одному сверху на каждые сто камней, что вы мне дадите.

Он еще раз расхохотался, видя, как сотни Практиков начали почтительно ему кланяться. Сначала неуверенно, но затем все больше и больше Практиков подлетали к нему.

— Не беспокойтесь Старший Брат Ли. Конечно мы тебе поможем.

— Ха-ха! У меня немного духовных камней, всего несколько тысяч, это все мои накопления. Если они нужны тебе, Старший Брат Ли, они твои.

— Не волнуйся, Старший Брат Ли. Мы не откажем тебе в помощи.

Голоса сотни Практиков заполнили воздух. Каждый из них вытащил от сотни до нескольких тысяч духовных камней. Вскоре на полу арены начали расти кучи по несколько десятков тысяч духовных камней в каждой.

— Эти духовные камни не идут ни в какое сравнение с сокровищем Младшего Брата Чжоу. Ладно, ладно, не буду обманывать, у меня есть несколько магических предметов стоящих несколько десятков тысяч духовных камней. В общей сложности выходит примерно пятьсот тысяч!

Он взмахнул рукавом, поднялся в воздух, превратившись в луч света, он помчался к арене. Под ликование толпы он приземлился в центре арены и повернулся к Мэн Хао. Чэнь Фан натянуто улыбнулся Мэн Хао. Он хотел дать парочку советов Мэн Хао, но тот положил кинжал на пол и полетел к арене. Никто не попытался его остановить.

Когда он оказался внутри, собравшиеся Практики принялись тянуть шеи, чтобы не пропустить ни секунды боя. Ли высокомерно коснулся пальцем своего лба и понизил свою Культивацию до к средней ступени Возведения Основания, словно у него стало шесть Дао Колонн.

— Ли не из тех, кто обижает слабых, — сказал он, выстави вперед челюсть, — поэтому я использую только силу средней ступени Возведения Основания. Ни при каких обстоятельствах я не применю силу поздней ступени Возведения Основания.

— В этом нет нужды, — прошептал Мэн Хао.

В центре арены стоял совершенно другой юноша, вся наигранность улетучилась. Теперь он улыбался счастливой и немного застенчивой улыбкой. Собравшимся была не знакома эта застенчивостью. Но членам Секты Пурпурной Судьбы, которые много лет назад выменяли у него копье в Государстве Чжао она была хорошо знакома. При виде этой улыбки у них всё внутри холодело, словно они угодили в какой-то кошмар. А потом они бы пришли в ярость.

— Совсем скоро, я заставлю тебя взять свои слова обратно… — сказал Мэн Хао застенчиво.

Он выглядел в точности как юный ученый, который стоял на горе Дацин много лет назад. Немного смущенный юноша сделал первый шаг.

Глава 184. Семь Истреблений

Ли понятия не имел ни о репутации Мэн Хао в Государстве Чжао, ни о железном копье, которое было выставлено на всеобщее обозрение в Секте Пурпурной Судьбы… Во вспышке света Мэн Хао рванул к Ли. Правой рукой он выполнил магический пасс и вызвал небольшого крылатого Огненного Дракона тридцати метров в длину. Вот только совсем необычного цвета, алое пламеня в этот раз было темнее обычного. Это очевидно был Инлун. Мощь Культивации Мэн Хао была сконцентрирована в драконе, ни единой капли не пролилось наружу. Только кто-то намного сильней Мэн Хао, кто-то со стадией выше, чем у него мог почувствовать в нем едва уловимые колебания Культивации.

Но внешне дракон действительно походил на нечто вышедшее из-под руки человека на средней ступени Возведения Основания. Зрители начали презрительно ухмыляться. Его магическая демонстрация их весьма позабавила. Чэнь Фан внутри тяжело застонал. Он ничего не сказал, но свет в его глазах померк, и дело было не в летающем кинжале, а в том, что это была арена для поединков, никто не мог сказать точно какую смертоносную технику может использовать Ли.

Чжоу Шаньюэ с улыбкой наблюдал за происходящим, выглядел он очень довольным. Ему никогда не нравился Чэнь Фан, с самого первого дня, как отец привел его в Секту Одинокого Меча. У него было ощущение, что отец относился к нему гораздо лучше, чем того заслуживал этот иноземец. К тому же он всегда считал летающий кинжал отца своим, однако отец отдал его Чэнь Фану. Как так вышло? Как вышло, что он не стал членом Семи Сыновей Одинокого Меча этого поколения? Он не знал и не решался спросить у отца. По этой причине вражда с Чэнь Фанем с каждым днем лишь нарастала. «Сегодня мне наконец подвернулся шанс! — подумал он. — Чэнь Фан, ах Чэнь Фан, летающий кинжал теперь будет моим. Ты жалкое ничтожество. Думал можешь со мной тягаться?!» — его губы растянулись в улыбке, и он рассмеялся.

На арене для поединков Ли тоже смеялся. С надменной ухмылкой он наблюдал за летящим на него Огненным Драконом.

— Дикий Практик из захолустной Секты, — начал он выспренно, — ты не достоин находиться здесь. Твоя магия проста и незамысловата! Жалкая техника Огненного Дракона, ты серьезно? Даже ограничив себя средней ступенью Возведения Основания, я могу запросто убить тебя.

Он взмахнул рукавом и мощь его Культивации средней ступени Возведения Основания забурлила. С двух сторон его ладони появились призрачные образы луны и солнца. Оба образа превратились в две сияющих ауры мечей. Вторым взмахом Ли отправил их навстречу летящему Огненному Дракону.

Толпа одобрительно загудела. Разумеется, все это произошло практически мгновенно. Призрачные образы луны и солнца столкнулись с Огненным Драконом, но по какой-то причине они начали сгибаться и искривляться. С грохотом меч луна схлестнулся с Драконом, выглядело это так, словно он столкнулся с горой. Меч в мгновение ока рассыпался на куски. Железные осколки даже не успели коснуться земли, в воздухе их расплавил жар Огненного Дракона. В это же время разбился меч солнце. Тридцатиметровый Огненный Дракон вышел из схватки без единой царапины. Быстрее прежнего он рванул к Ли. Пока он летел вперед, его тело начало увеличиваться в размерах: тридцать метров, девяносто, сто пятьдесят… в мгновение ока он дорос до трехсот метром и продолжал расти!

Дракон излучал странную силу, которая создала чудовищное Море Пламени. Это была аура Огненного Дракона. Он раскрыл гигантские крылья, заслонив небо, после чего всю арену для поединков накрыло пламя. Все произошло настолько быстро, что поймало врасплох, явно не ожидавшего такого Ли. Чжоу Шаньюэ и окружающие его Практики Секты Одинокого Меча пораженно уставились на дракона. Рев сотряс арену для поединков. От такой мощи барьер, установленный на арене, зарябил. Когда дракон взревел, Мэн Хао молниеносно бросился в атаку. От пораженного лица Ли отхлынула кровь. Вокруг него возникло девять нефритовых табличек, кружась вокруг него, они создали защитное поле, которое закрыло его от невероятно мощного Моря Пламени. Эти девять нефритовых табличек явно обладали невероятными защитными свойствами. Но Мэн Хао летел вперед, словно выпущенная из лука стрела. В следующий миг он ударил по защитному полю девяти табличек. Вместе с очередным взрывом раздался отчаянный вопль. Зрители в оцепенении наблюдали, как пламя начало гаснуть. Ли отлетел назад словно кукла, которой подрезали нити. Ошалевший взгляд, кровавый кашель — Ли выглядел неважно.

Мэн Хао спокойно вышел из Моря Пламени и улыбнулся своей фирменной застенчивой улыбкой. Чжоу Шаньюэ от удивления разинул рот и пораженно уставился на Мэн Хао. Чэнь Фан заморгал, словно не мог поверить своим глазам.

В нависшей тишине человек по фамилии Ли зашевелился. Мрачный как туча он коснулся пальцем своего лба. Его тело задрожало, когда в него начала возвращаться сила великой завершенности Возведения Основания. Из него вырвалась мощь стадии Псевдо Ядра. Она во много раз превосходила мощь, показанную им несколько секунд назад. Когда он увидел Мэн Хао выходящего из Моря Пламени, его глаза застлала жажда убийства. На лицо Ли вернулось прежнее надменное выражение.

— Похоже ты познать истинную мощь моей Культивации!

Выражение лица Мэн Хао не изменилось. Он застенчиво улыбался и молчал. При виде этой улыбки Ли передернуло от отвращения. Он бросился вперед, на ходу вытащив меч из бездонной сумки. Лазурный клинок закружился над его головой, постепенно принимая форму кита. Он вбирал в себя силу поздней ступени Возведения Основания Ли, отчего на арене послышался гул. И тут появились семь призрачных образов мечей! Толпа зашумела.

— Семь Истреблений! Старший Брат Ли применил смертельную технику!!!

— Это одна из самых сильных стоек стадии Возведения Основания, выдающаяся магия Семи Сыновей Одинокого Меча…

Лицо Чэнь Фан скривилось. «Семь Истреблений Одинокого Меча!» — он сразу узнал ее и хотел было вмешаться, но Чжоу Шаньюэ преградил ему путь.

— Младший Брат Чэнь, ты ведь знаешь, что нельзя вмешиваться в поединки на арене. Неужто ты решил нарушить правила Секты?

Пока ученики Секты Одинокого Меча обсуждали творящееся на арене, волосы Ли растрепались, он сделал несколько магических пассов и вызвал вихрь. Вихрь слился с лазурным мечом, отчего на арене раздался рокот. Ли с перекошенным злобой лицом взмахнул пальцем. Лазурный меч, рассекая само пространство, с поразительной скоростью рванул к Мэн Хао. Эта атака была одной из самых мощных на стадии великой завершенности Возведения Основания и одной из самых могущественных техник Секты Одинокого Меча. Всем сразу стало ясно, что Ли решил нанести смертельный удар!

— Изначально я планировал использовать эту магию, чтобы занять место одного из Семи Сыновей. Но сегодня… я снесу ей твою голову! — его мрачный голос эхом прокатился по арене.

Меч и семь призрачных образом надвигались на Мэн Хао… Но глаза юноши смеялись.

— В области магических техник у меня до сих пор имеются большие пробелы… — пробормотал он.

Он резко ударил рукой перед собой. Тотчас, все задрожало, а летящий меч остановился. Мэн Хао сделал шаг вперед и ударил во второй раз, потом в третий и четвертый. Каждый шаг сопровождался ударом. С пятым ударом он оказался недалеко от меча. Земля задрожала, когда перед Мэн Хао возникла огромная призрачная рука, которая обрушилась на меч.

Одновременно с этим Мэн Хао высвободил Духовное Сознание. Даже будучи на начальной ступени Возведения Основания его невероятное Духовное Сознание могло сотрясти Практиков поздней ступени Возведения Основания. Новая Дао Колонна сделала его еще сильней. Духовное Сознание слилось с призрачной рукой. Рука с оглушающим грохотом обрушилась на лазурный меч. Меч дрогнул, его призрачные образы начали схлопываться и исчезать один за другим. Все это произошло практически мгновенно. Когда все призрачные образы исчезли, на лазурном клинке начали появляться трещины.

Тем временем призрачная рука прошла сквозь меч и ринулась к Ли. Все произошло настолько быстро, что он просто не успел увернуться. Кровь брызнул у него изо рта, бледный Ли, шатаясь, попятился назад.

Поскольку Мэн Хао находился рядом с лазурным мечом, он вытянул руку и надавил. С треском меч… переломился пополам.

— Ты проиграл… а теперь плати, — сказал Мэн Хао.

Взмахом рукава он швырнул две половины лазурного меча к ногам Ли. Мертвенно бледный Ли зашелся кровавым кашлем. Его аура сильно ослабела. Он, словно не веря, во все глаза уставился на Мэн Хао.

Глава 185. Званный пир Сун Клана

Тишина опустилась на арену для поединков. Сотни учеников Секты Одинокого Меча пораженно уставились на Мэн Хао. Постепенно удивление начало сменяться страхом, ведь в мире Культивации уважали силу. Мэн Хао несмотря на среднюю ступень Возведения Основания сумел победить человека на великой завершенности Возведения Основания, это произвело на всех неизгладимое впечатление. Следом страх превратился в уважение. Уважение к Мэн Хао.

Толпа молча наблюдала, как Мэн Хао покинул арену и направился к Чэнь Фаню, на его лице всё та же застенчивость. Чэнь Фан вышел из оцепенения и расхохотался. Его смех разбил нависшую над остальными Практиками тишину.

— Кто этот парень?!

— Он на средней ступени Возведения Основания, но сумел победить человека на великой завершенности Возведения Основания! Такой тип Культивации… такая сила… не может быть, что о нем никто не слышал!

— Он… похож на Дитя Дао! Его магия мне что-то напоминает. Выглядела, как Девятнадцать Ударов Черных Туч из Секты Черного Сита…

Разгорелась жаркая дискуссия. Бледный Чжоу Шаньюэ на негнущихся ногах попятился на пару шагов. Он наклонил голову и внимательно посмотрел на Мэн Хао, словно видел того впервые. До этого он думал, что ему стоит уделять больше внимания Чэнь Фаню. Но по завершению поединка его глазах вспыхнули жгучей ненавистью.

— Ах ты презренный ублюдок без стыда и совести! Ты — мошенник!!! Ну конечно, ты знал о силе своей Культивации и просто притворялся слабым! Все это время ты избегал драки ради этого момента!!! Твоя порочность не знает границ!!! — Чжоу Шаньюэ скрежетал зубами и сыпал проклятьями, пока бледный Ли брел к выходу из арены.

Он горько усмехнулся, в его взгляде направленного в Мэн Хао к ненависти был примешан целый спектр эмоций. Он до сих пор до конца не осознал произошедшего. Очевидно, его обвели вокруг пальца. Всё это время у него было ощущения контроля над ситуацией, однако выяснилось, что он просто играл своему противнику на руку. О поставленных духовных камнях даже думать не хотелось, особенно учитывая, что сколько их он занял у собратьев по Секте. Его лицо стало пепельно-бледным. Мэн Хао негромко покашлял и застенчиво улыбнулся:

— Заметьте, именно вы настояли на поединке.

Чжоу Шаньюэ затрясло. Взмахом рукава он собрался было уйти, очевидно собираясь нарушить слово и оставить нефритовый кулон себе. Чэнь Фан холодно хмыкнул.

— Младший Брат Чжоу, — сказал он невозмутимо, — поставленные ценности пустяки по сравнению с репутацией Секты Одинокого Меча. Ты ведь не собираешься нарушить слово?

Взгляды всех присутствующих устремились к Чжоу Шаньюэ. Все они были частью Секты Одинокого Меча. Возможно им не всегда удается сравниться с другими в мастерстве, но с момента попадания в Секту им вбивали всю важность чести и благородства. Пойти против собственного слова — значит нарушить эти принципы. Чжоу Шаньюэ почувствовал на себе взгляды сотни соучеников. Он гневно топнул ногой и с болью в сердце швырнул нефритовый кулон Мэн Хао. Вместе с ним он отправил ему каплю собственной крови. Он свирепо посмотрел на Мэн Хао, в его взгляде к ярости примешивался стыд. Если бы он мог, то убил бы Мэн Хао сотню раз. Когда Чжоу растворилось вдалеке Мэн Хао еще раз негромко покашлял. Подобные взгляды не были для него чем-то новым, он уже давно к ним привык. Взор юноши упал на бездонную сумку Ли с десятками тысяч духовных камней, которые тот поставил на кон. Сам Ли в данный момент гадал, как возвратить долг собратьям ученикам. От мысли, что он теперь был в должниках у сотни учеников, у него слегка помутнело в глазах.

Без единого намека на вежливость Чэнь Фан подошел и схватил бездонную сумку. Ли ничего не сказал, а лишь грустно улыбнулся. Чэнь Фан уже хотел развернуться и пойти обратно, как Мэн Хао еще раз покашлял.

— Старший Брат, а как же меч стоимостью десятки тысяч духовных камней?

Как Мэн Хао мог о нем забыть? Если учесть его любовь к духовным камням, а также проблему присоединения к Секте Пурпурной Судьбы, у него могло что-то вылететь из головы, но когда дело касалось духовных камней память Мэн Хао работает безотказно.

— Меч? — потребовал Чэнь Фан у бледного Ли.

С кислым лицом Ли вытащил меч. Его сердце буквально разрывало на части. Он передал меч Чэнь Фаню, судя по выражению его лица могло показаться, что Ли расстается с любовью всей своей жизни. Он гневно посмотрел на Мэн Хао, ненависть в его глазах становилась все явственней.

— Никакого стыда! — прошипел он сквозь зубы, взмахнул рукавом и скрылся.

Чэнь Фан холодно хмыкнул и поспешил к Мэн Хао с его выигрышем. По возвращению домой улыбавшийся Чэнь Фан посерьезнел и сказал:

— Младший Брат, сегодня ты выиграл, но в следующий раз больше так не делай. Это было очень опасно, и теперь тебе нужно опасаться мести этой парочки.

Мэн Хао кивнул, прекрасно понимая беспокойство Чэнь Фаня. С улыбкой он сказал:

— Старший Брат, давая я возьму духовные камни, а ты заберешь нефритовый кулон?

— Нет, не стоит, — Чэнь Фан немного замялся, —забирай все себе. Главное слушай своего Старшего Брата. Это моя Секта, поэтому у меня есть всё, что мне нужно. Насчет нефритового кулона… лучше будет, если ты его возьмешь, но, когда Наставник выйдет из уединенной медитации, ты вернешь его. Всё-таки скоро ты присоединишься к Секте.

Мэн Хао еще раз попытался убедить Чэнь Фаня взять нефритовый кулон, но Чэнь Фан не поддавался на уговоры. В конечном итоге Мэн Хао собрал свой выигрыш, а Чэнь Фан достал им вина. Два брата расположились поудобней и принялись вспоминать славные деньки в Секте Покровителя.

Даже спустя несколько дней Наставник Чэнь Фаня не вышел из уединенной медитации. День званного пира Сун Клана неумолимо приближался. Наконец, на рассвете Секту Одинокого Меча наполнил колокольный звон. У подножья горы находилась территория обычная накрытая сдерживающими заклятиями. Сейчас люди со всех концов Секты слетались к этому месту. Мэн Хао и Чэнь Фан среди них. На подлете Мэн Хао сразу бросился в глаза невероятных размеров перемещающий портал, который окружали девять каменных колонн. Неподалеку от нее в позе лотоса неподвижно сидел старик в сером халате.

— Это хранитель портала, — объяснил Чэнь Фан тихо, — его работа следить за порталом.

Мэн Хао кивнул и скользнул глазами по самому порталу и его окрестностям. Помимо Чэнь Фаня и Мэн Хао уже прибыло три человека. В халатах Даосов Секты Одинокого Меча у каждого из-за спины торчала рукоять длинного меча. Эти трое посмотрели на Мэн Хао и кивнули. С улыбкой Мэн Хао приветственно сложил ладони. Они улыбнулись в ответ. Несмотря на молчаливый обмен приветствиями Мэн Хао не покидало ощущение, что эти трое знают кто он. Вероятно, недавний матч с Ли сделал ему неплохую репутацию в Секте Одинокого Меча.

Постепенно начали прибывать еще люди. Когда сгорело пол палочки благовоний у портала собралось восемнадцать человек. Среди них ни одного старика, всем было около тридцати лет, некоторым даже было в районе двадцати. Они буквально искрились жизненной силой, к тому же все были, как на подбор, красавцами. Все находились на стадии Возведения Основания, двое в их группе на поздней ступени Возведения Основания. По прибытию все обращали внимание на Мэн Хао, некоторые кивали ему, некоторые делали вид, что не заметили его.

— Скоро прибудет Старейшина, — прошептал Чэнь Фан, — он поведет нас через перемещающий портал в Сун Клан. Старший Брат приложит все усилия, чтобы найти тебе возлюбленную! — усмехнулся он, но выражение его лица было предельно серьезным.

Мэн Хао слегка опешил. Уже второй раз Чэнь Фан заводит об этом разговор. У Мэн Хао возникло странное предчувствие относительно грядущего визита в Сун Клан.

Вскоре в небе появился луч света дюжину метров в ширину. В следующий миг он возник рядом с их группой. Им оказался старик в просторном, грязном и мятом халате Даоса. Его красноватое лицо венчала копна длинных седых волос. У него был винный нос[1], а от него самого разило алкоголем. В руках старик держал бутыль с вином. За его спиной тоже виднелся огромный иссиня-черный меч. По прибытию старик громко срыгнул.

— Приветствую, Старейшина Фан! — в унисон выпалили Чэнь Фан и остальные, сложив ладони в знак приветствия. Мэн Хао тоже сложил ладони и поклонился.

— Так, мелкие сопляки. Поглядим хватит ли у вас удачи взять в жены эту девчушку из Сун Клана и приумножить славу предков нашей Секты Одинокого Меча… — от громоподобного голоса старика Мэн Хао задрожал и не только он, казалось даже земля дрожала.

Старик особо подчеркнул «приумножить славу предков», отчего человек в сером приоткрыл глаза и покачал головой. Похоже формулировка старика ему не очень понравилась, однако он ничего не сказал. «Он точно не Практик стадии Создания Ядра», — подумал Мэн Хао, переведя дух. Ему встречались раньше эксцентрики стадии Зарождения Души, он похоже… был одним из них! Стадия Зарождения Души! Чэнь Фан вышел вперед. Почтительно сложив ладони, он сказал:

— Старейшина Фан, это ученик из моей бывшей Секты, мой Младший Брат…

— Ясно. Без проблем! Только по возвращению не забудь достать мне парочку кувшинов зелья твоего Наставника.

Старик похлопал Чэнь Фаня по плечу, скользнул взглядом по Мэн Хао и зашагал к переносящему порталу. Мэн Хао колеблясь начал:

— Старший Брат, этот визит в Сун Клана…

Чэнь Фан оборвал его:

— Сун Клану ищут мужа для своей дочери, поэтому они пригласили пять Сект и два Клана. Младший Брат, если ты разыграешь свои карты правильно, то у тебя появится шанс. Не важно станешь ли ты членом Секты Одинокого Меча или Сун Клана, главное у тебя будет надежное основание для занятия Культивацией.

Он схватил Мэн Хао за рукав и потащил к порталу. Мэн Хао колебался еще мгновение, но потом мысленно принял решение: «Пока вокруг меня люди из Секты Одинокого Меча, даже и не стоит пытаться убедить холодца изменить мою внешность. Всё идет не так, как я планировал. Ну ладно, по прибытию в Сун Клан выдумаю отговорку поубедительней и сделаю ноги».

[1] Винный нос еще называют носом пьяницы.

Глава 186. Очередная встреча с Ван Тэнфэем

Сун Клан считался одним из трех великих Кланов Южного Предела, но он немного сторонился других. История Клана насчитывает десятки тысяч лет и тесно вплетена в историю Южного Предела. Он расположился неподалеку от широкой холмистой равнины, на которой стояло несколько гор. На юго-востоке от равнины раскинулась горная цепь Хребет Небес, у его подножья текла широкая река. С высоты птичьего полета горы и река походили на покоящееся на руках очаровательное женское лицо.

Сун Клан стоял на вершине этой горной цепи. Он отличался от остальных Кланов: вместо главных ворот у них была древняя крепость, от которой в обе стороны расходились стены. Они оплетали окрестные горы, создавая действительно впечатляющую картину. Крепость при столице была выстроена из черного как смоль камня, чем-то напоминая огромного дикого и невероятно свирепого зверя. Столь впечатляющая крепость ясно давал всем понять, что с Сун Кланом лучше не связываться. Столицу окружали восемь городов поменьше, их встроили в постоянно изменяющийся по высоте ландшафт. Каждый город населяли члены Клана. В небе над Сун Кланом медленно вращались огромные Солнце и Луна. Когда на внешний мир опускалась ночь, в Сун Клане ярко светило солнце. Когда снаружи наступал день, над Сун Кланом висела луна. Солнце и Луна считались ценнейшим сокровищем Сун Клана.

Каждый Клан обладал ценным сокровищем, только так они могли сохранять свой статус веками. К примеру, у Секты Черного Сита имелась курильница, а у Секты Одинокого Меча гигантский меч. Все они были ценными сокровищами. В случае Сун Клана висящие в небе Солнце и Луна накрывали своим светом весь клан, превращая его в совершенно другой мир, отличный от мира снаружи. Именно благодаря им уже много лет Сун Клана сохранял свое высокое положение и не вступал в конфликты с другими Сектами и Кланами. Они не провоцировали других, те, в свою очередь, не провоцировали Сун Клан.

Сун Клан не был столь же могущественным, как Секта Одинокого Меча; или загадочным, как Секта Кровавого Демона; или вычурным, как Секта Пурпурной Судьбы; не обладал таким же широким набором магических формаций, как Секта Золотого Мороза; не был столь же всесторонним, как Секта Черного Сита. Среди трех великих Кланов Сун Клан занимал самую скромную позицию. Их Дао Дети не совершали невероятных подвигов, да и сам Клан не стремился к славе. Нет, это был довольно спокойный Клан. Чего у них было в достатке, так это, информации, накопленной за бесчисленное число лет. Они не провоцировали других, те в свою очередь не решались провоцировать их!

Занимаемые ими горы производили неизгладимое впечатление. Если в будущем Южный Предел сотрясут изменения, другие Секты и Кланы скорее всего падут. Но один Клан вероятнее всего выстоит — Сун Клан. Это был настолько незаметный Клан, что люди практически ничего не знали про него, а незнание ведет к страху.

За последние несколько сотен лет только один член Сун Клана регулярно посещал Южный Предел, все знали его, как Эксцентрика Суна. Человек с диковинным характером и любовью к коллекционированию различных диких тварей. Его вылазки позволили ему наладить контакты со многими Сектами и Кланами.

Сейчас в столице Сун Клана беспрерывно мелькали вспышки света, члены Клана готовились к древнему традиционному празднеству Сун Клана. Женщинам Сун Клана не разрешалось выходить замуж за чужаков, тем самым переходя в другие Секты и Кланы. Наоборот, мужа искали за пределами Клана, и он после свадьбы становился частью семьи и Секты. Нового зятя производили в ученики Конклава Сун Клана. Много лет различные Секты хотели проникнуть в Сун Клан. Однако, благодаря такому странному и древнему брачному обычаю, этих Кланов давно уже нет. Сун Клан, с другой стороны... существует до сих пор. Разумеется, эта схема не всегда работала гладко...

Сун Цзя молча смотрела в окно. Мир снаружи заливал солнечный свет, а над Сун Кланом висело ночное небо. Легкий бриз щекотал ее лицо и развивал ее волосы, подчеркивая ее потрясающую красоту. Словно о чем-то тревожась, девушка выглядела печально. Тревога ее была напрямую связана с неотвратимой судьбой, что ждала всех женщин Сун Клана. По этой же причине к тревоге примешивалась тоска. Она ничего не могла поделать, сопротивляться было бессмысленно. Написанные предками законы Сун Клана нельзя изменить. За спиной девушки раздался мягкий голос:

— Мы отличаемся от остальных Сект и Кланов. Женщины Сун Клана не могут вечно сохранять чистоту. Ни ты, ни я не можем это изменить.

Хозяйкой голоса оказалась женщина в расцвете сил, которая с любовью смотрела на Сун Цзя. Сун Цзя ничего не ответила, но в конце концов кивнула. В ее голове стояли картины из турнира за Наследие Кровавого Бессмертного: то чувство беспомощности, когда погиб Кровавый Феникс, как она в слезах наблюдала, как он медленно растворяется в воздухе. «Возможно так распорядилась судьба». Выглядела девушка измученно, но даже она не портила ее красоты, наоборот ее красота приобретала особый, бархатный оттенок. Женщина позади знала, о чем думает Сун Цзя. Она подошла и принялась гладить Сун Цзя по волосам.

— Это судьба, — сказала она, — не злой рок, а миссия. Миссия Сун Клана Южного Предела.

— Гибель Южного Предела. Собрать сотню Кланов. Переплавить их линии крови. Укрыться от Небесных Чертог... — Сун Цзя прошептала слова, которые повторяли люди с самого ее детства. — Но отец сказал, что во всем Южном Пределе нет такой силы, которая может полностью уничтожить Южный Предел. В Восточных Землях тоже нет ничего подобного.

Она повернулась к женщине.

— Эта легенда восходит к стародавним временам. К сожалению, мама тоже не понимает ее значение.

После этого мать и дочь надолго замолчали. Тем временем снаружи Сун Клана ярко светило солнце. На равнине у подножья Сун Клана, вспыхнул свет, он в течение десяти вдохов усиливался, пока не погас, оставив после себя дюжину или около того Практиков. Мэн Хао вздохнул и потер переносицу. Перемещение далось ему нелегко. Его внимание сразу же привлек мир мрака вокруг. Впереди высилась огромная горная цепь, над которой висела... луна. Мэн Хао на секунду опешил. Чэнь Фан рядом с ним в чувствах вздохнул.

— Мы на территории Сун Клана. Это мой первый визит, но я слышал истории об этом невероятном Клане.

Старик с кувшином сделал глоток, срыгнул и от души расхохотался. Его смех эхом разнесло по округе, отчего из темноты Сун Клана вырвалось несколько лучей света.

— Винный Нос! — недовольно прогремел один из огней. — Как вышло, что Секта Одинокого Меча послала именно тебя? Запах твоего перегара можно учуять даже отсюда!

— Эксцентрик Сун! Как я мог не прийти? Старый Даос перед кончиной должен напиться вволю! — воскликнул старик и взмыл в небо.

Мэн Хао сделал глубокий вдох. Часть про "Эксцентрика Суна" изрядно его напугала. Он посмотрел вверх и увидел членов Сун Клана летящих в лучах света. Одним из был старик, хотя Мэн Хао раньше с ним не встречался, он сразу понял, что это тот самый Эксцентрик Сун из Государства Чжао. "Не успел прийти и уже наткнулся на него, — подумал Мэн Хао, — здесь нельзя долго оставаться... если Эксцентрик Сун узнает, что я здесь, даже боюсь представить, что он может со мной сделать..." Мэн Хао уже хотел было незаметно улизнуть, когда рука Чэнь Фаня легла ему на плечо.

— Младший Брат, ты видел? Я не знаю имени этого почтенного, но все зовут его Эксцентрик Сун. Говорят, он весьма чудаковатый, а в его коллекция насчитывает множество диких зверей. Еще он весьма азартен и любит заключать пари с другими Сектами...

Мэн Хао натянуто улыбнулся и сказал:

— Старший Брат, я не могу пойти с тобой, мне надо...

Мэн Хао осекся, когда старик из Секты Одинокого Меча и Эксцентрик Сун начали друг на друга орать.

— Твой Сун Клан — скупердяи! На Горе Десяти Тысяч Деревьев в качестве награды лежит всего одна жемчужина? Какой толк от этой паршивой жемчужины?! И ради нее юнцы из моей Секты Одинокого Меча должны сражаться? Ну уж нет!

— Это Квадратная Жемчужина может рассеять даже самые экзотические яды, — возразил Эксцентрик Сун, — это сокровище переплавлено Солнцем и Луной моего Сун Клана. И она будет подарком будущему мужу дочери Сун Клана. Как не старайся, ты ее не получишь. К тому же, какое сокровище может сравниться с девушкой Сун Клана? Твою мать! Секта Одинокого Меча пришла свататься или просто захапать сокровище?!

Услышав их перепалку, глаза Мэн Хао вспыхнули. Чэнь Фан рядом с ним нахмурился.

— Младший Брат, обдумай все еще раз, — сказал он серьезно, — ты сможешь здесь встретить много друзей. Ли Фугуй скорее всего тоже будет, а ведь вы не виделись много лет. Но, если ты действительно хочешь уйти, Старший Брат не будет тебя останавливать.

Мэн Хао задумчиво наклонил голову, а потом улыбнулся.

— Твоя взяла, раз уж я уже здесь, пожалуй, можно побыть здесь какое-то время.

Чэнь Фан улыбнулся в ответ. Он похлопал Мэн Хао по плечу и хотел еще что-то добавить, но возник еще один слепящий свет, который приковал внимание всех присутствующих, включая Эксцентрика Суна и старика с кувшином. Сияющий свет приближался, в нем можно было разглядеть несколько дюжин человек. Глаза Мэн Хао заблестели, а Чэнь Фан поморщился.

Это была делегация Ван Клана. Она состояла как из мужчин, так и из женщин. По прибытию они огляделись, их взгляды тоже приковала к себе горная цепь, на которой расположился Сун Клан. Возглавлял делегацию старик с умиротворенным лицом. Он подошел к Эксцентрику Суну и старику из Секты Одинокого Меча и сказал:

— Собрат Даос Фан, ты быстро. Не чудный ли аромат вина Сун Клана заставил тебя прибыть быстрее остальных?

Старейшина Фан со смехом приложился к кувшину.

— Я не такой уж и быстрый. По крайне мере, я не столь же быстр, как Собрат Даос Ван в тот раз в Пещере Перерождения. С какой скоростью и изяществом ты улепетывал, мне не тягаться.

Старик из Ван Клана улыбнулся. Он не ответил, но сложил руки и поприветствовал Эксцентрика Суна легким кивком. Позади него в рядах Ван Клана стоял Ван Тэнфэй. В белом халате, с едва заметной хмуростью на лице, он словно размышлял о чем-то очень важном. Красивые черты лица, отточенный нрав. Вокруг него казалось искажался воздух, чтобы создать атмосферу безупречности. Рядом с ним стоял Ван Сифань. Он гордо и отчужденно взирал на горы Сун Клана. Потом его взгляд скользнул по делегации Секты Одинокого Меча, при виде Мэн Хао он слегка нахмурился. "Выглядит знакомо..." Его взгляд двинулся дальше, прежде чем он успел вспомнить Мэн Хао.

В этот момент Ван Тэнфэй заметил Мэн Хао, его расширенные от удивления глаза недоверчиво сверкнули. Мэн Хао тоже посмотрел на него. Они находились в разных группах, в сотнях метрах друг от друга, однако взгляды их скрестились. Как тогда, много лет назад в Секте Покровителя!

Глава 187. Старина Толстяк

"Мэн Хао!" — подумал Ван Тэнфэй, его глаза вспыхнули таинственным светом. Резкая боль пронзила указательный палец его правой руки. Вокруг черного как смоль пальца пульсировала темная аура. В последнюю очередь Ван Тэнфэй ожидал встретить здесь Мэн Хао. Даже спустя столько лет он сразу же узнал его. Этот треклятый Практик из Государства Чжао похитил его наследие и камня на камне не оставил от его тщательно составленного плана! При виде Мэн Хао дыхание Ван Тэнфэйя участилось. Всё это время он считал, что Мэн Хао сгинул вместе с Государством Чжао, откуда ему было знать, что этот мерзавец внезапно объявится здесь? Да еще с делегацией Секты Одинокого Меча. За несколько вдохов в его голове пронеслось множество мыслей. Справившись с бушующими эмоциями, юноша отвернулся. "Раз уж я здесь, — подумал Ван Тэнфэй, — надо дождаться благоприятного момента и принести его в жертву моему ядовитому пальцу". На его лицо вернулась маска спокойствия, к нему постепенно возвращалось равнодушие к Мэн Хао, которое он испытывал несколько лет назад. Словно он всегда будет выше Мэн Хао не важно где: в Государстве Чжао или в Южном Пределе. Его не волновал Мэн Хао. Он был членом Ван Клана, Избранным. Он превосходил Мэн Хао во всем, и не важно, что его связывало с Сектой Одинокого Меча. Для него Мэн Хао был не крупнее маленькой букашки. С его безукоризненной внешностью и нравом, где бы не стоял он всегда будет в центре внимания. На его равнодушном лице заиграла легкая улыбка. Равнодушие к Мэн Хао медленно превращалось в презрение и надменность. Он немного наклонил голову, словно давая понять, что Мэн Хао был никем, и его можно уничтожить стоит ему только пожелать.

Ван Сифань, с другой стороны, слегка нахмурился. Когда он еще раз посмотрел на Мэн Хао, в его глазах загорелся странный огонек. Уголки его губ тронула улыбка. Похожая на Ван Тэнфэйя, пренебрежительная улыбка. Теперь он вспомнил тот случай много лет назад. Он вспомнил о той букашке, которую не прихлопнул на Восточной Горе Секты Покровителя только из-за вмешательства Хэ Лохуа.

— Любопытно, — его негромкий смешок услышал только Ван Тэнфэй, — похоже, мы снова повстречали этого несносного мальчишку. Тэнфэй, тебе выпал шанс поквитаться с ним за тот случай несколько лет назад. Убей его и подтверди сказанные тогда мной слова. Ты — Избранный, а он обычная букашка.

Ван Тэнфэй улыбнулся.

— Я уже давно перестал вспоминать тот случай, — сказал он равнодушно, — но в одном ты прав, мне действительно стоит снести ему голову.

Он вновь посмотрела на Мэн Хао, его глаза уверенно сверкнули, как бы говоря о том, насколько легко его будет убить. Потом он отвернулся и начал любоваться пейзажем. Он снова выглядел задумчиво, словно пытался решить какой-то очень важный вопрос.

— Не зацикливайся, — негромко сказал Ван Сифань, — тебе стоит довериться Чу Юйянь.

После длинной паузы Ван Тэнфэй прорычал:

— Если я узнаю кто это, я разорву его на тысячу кусочков!!!

В его глазах блеснули холодной, нечеловеческой ненавистью, а также унижением. В нем закипела жажда убийства, намного сильнее той, что он испытывал к Мэн Хао. Это тот случай, когда он не мог игнорировать ситуацию и никак не мог остыть.

Выражение лица Мэн Хао осталось прежним. Встреча с Ван Тэнфэем стала для него полнейшей неожиданностью. В нем забурлили различные эмоции. Вражда между ними сейчас мало его заботила. Спустя столько лет Мэн Хао, как ни странно, чувствовал, что в юности был чересчур вспыльчивым и импульсивным. В той ситуации, если задуматься, было немного и его вины. Теперь Культивация Мэн Хао выросла до средней ступени Возведения Основания, а его боевое мастерство ставило его в один ряд с Дао Детьми, хотя мало кто об этом знал. Мэн Хао прикинул: если он сумел победить Ван Тэнфэй на стадии Конденсации Ци, сейчас у того вообще нет шансов. Больше его интересовал поиск Сун Кланом зятя и Квадратная Жемчужина, о которой упомянул Эксцентрик Сун. Перспектива найти сокровище способное рассеивать даже самые экзотические яды заставила сердце Мэн Хао забиться в предвкушении. Он не был уверен справиться ли Квадратная Жемчужина с ядом Запредельной Лилии, но раз Сун Клан предлагает ее в качестве награды, это наверняка непростой предмет. "Интересно, сможет ли она рассеять яд... Если сможет, тогда мне не нужно будет проникать в Секту Пурпурной Судьбы. Можно будет остаться в Секте Одинокого Меча". Сердце забилось быстрее. На его пути Культивации следующим большим препятствием была стадия Создания Ядра. Этот мост очень непросто пересечь, поэтому членство в могущественной Секте точно не повредит. Тщательно всё обдумав, его глаза решительно сверкнули.

Над прибывшими Эксцентрик Сун, Старейшина Фан и Практик стадии Зарождения Души из Ван Клана превратились в лучи радужного света и устремились к накрытому тьмой Сун Клану. Двое сопровождающих Эксцентрика Суна Практика полетели делегациям, по одному на каждую делегацию. Они сложили руки, поклонились и с улыбкой сказали:

— Собратья Даосы Секты Одинокого Меча и Ван Клана, пожалуйста, следуйте за нами. Мы войдем в горы Сун Клана вместе.

Все поднялись в воздух. Некоторые члены Ван Клана и Секты Одинокого Меча судя по всему были давними знакомыми. Две делегации объединились в одну большую группу. Их путь в сторону Сун Клана сопровождали разговоры и смех. Мэн Хао и Чэнь Фан оказались с краю группы на некотором расстоянии от Ван Клана. Ван Тэнфэй с холодным выражением лица о слишком глубоко задумался, чтобы обращать внимание на Мэн Хао.

Они довольно быстро добрались до границы солнечного дня внешнего мира и ночной темноты Сун Клана. Внутри Сердце Мэн Хао подпрыгнуло от удивления. Между внешним миром и Сун Кланом была огромная разница. Духовную энергию здесь... можно было поглощать!

Неожиданное открытие потрясло Мэн Хао до глубины души. Разумеется, годы занятия Культивацией научили его не показывать эмоции на лице. "Выходит... в этом месте я могу поглощать духовную энергию! Оно идеально подходит для моих занятий Культивацией!" Сун Клан превзошел все ожидания Мэн Хао. Он хотел было начать вращать Культивацию и приступить к поглощению духовной энергии, когда в его голове промелькнула мысль, и он остановился. Главным средством, позволяющее ему все эти годы избегать различных ловушек и капканов, была его осторожность. Вот почему он решил проявить осторожность и здесь. Он огляделся, пытаясь разглядеть у остальных схожую реакцию, ученики Секты Одинокого Меча начали хмуриться.

— Вот как. Здесь мы не можем поглощать духовную энергию... — прошептал ему Чэнь Фан. — Я раньше слышал про странности Сун Клана, похоже люди не врали. Судя по всему, только члены Сун Клана с помощью особых дыхательных упражнений могут поглощать духовную энергию. И дело не в том, что эта духовная энергия запретна, нет, просто она недоступна другим Сектам и Кланам.

Прошло немного времени. Глядя на все эти горы и города Практиков, Мэн Хао чувствовал на себе, исходящую от них мистическую ауру. Наконец, они добрались до столицы Сун Клана.

На огромной столичной площади уже собралось множество Практиков из разных краев. На месте уже были делегации Секты Золотого Мороза и Секты Кровавого Демона. Место оживленно кипело, слышались обрывки разговоров. Еще не успев приземлиться, до Практиков Секты Одинокого Меча и Ван Клана донесся громкий голос:

— Это абсолютная и стопроцентная правда. Я, Чжоу Дая, видел все собственными глазами. В тот день на Чу Юйянь был надет не ее обычный наряд, а мужской халат! К тому же, она похоже весьма близка с тем мужчиной Практиком. Вы мне не верите? Я, Чжоу Дая, клянусь, если я в моих словах есть хоть капля лжи, я выколю себе глаза!

Говорящий был молодым Практиком. Он говорил настолько страстно, что у него слюна брызгала изо рта. Он окинул толпу учеников Сун Клана восторженными, сверкающими глазами. Несколько дюжин членов Сун Клана изумленно наблюдали, как во время своего выступления он жестикулировал и подпрыгивал на месте.

Практики Секты Кровавого Демона сидели в позе лотоса в стороне. Среди них сидела Ли Шици в белом халате! Рядом с Ли Шици сидело двое: Старший брат Сан Ло и Ван Юцай! Ван Юцай молча смотрел на группу людей из Секты Золотого Мороза. Там стоял довольно пухлый невысокий юноша с немного прыщавым лицом, который поглядывал на Чжоу Дая и самодовольно улыбался. Это, конечно же, был Ли Фугуй.

Когда они наткнулись друг на друга, Толстяк с удивлением обнаружил, что Ван Юцай практически никак не реагировал на все его попытки завести разговор, и даже делал вид, что вообще его не знает. Толстяк не знал, что с этим делать, поэтому лишь негромко вздохнул.

— Вы просто не представляете себе выражение лица Чу Юйянь, — продолжал Чжоу Дая, — можно только сказать, что оно было потрясающим. А тот мужчина Практик, что ж, он был невероятно красив, настоящий дракон среди мужчин. Честно. Они обнялись и сладко что-то прошептали друг другу на ухо. Руки их нежно ласкали друг друга, дыхание участилось...

По ходу своего рассказа Чжоу Дая все больше распалялся. Ли Фугуй внезапно прочистил горло и громко сказал:

— Я подтверждаю его слова, поскольку тоже был там. Эм, сначала я хотел отругать их, всё-таки все вы знаете, что Чу Юйянь возлюбленная Собрата Даоса Ван Тэнфэя. И поскольку мы с Собратом Даосом Ван Тэнфэем близкие друзья, увидев Чу Юйянь с тем Практиком, я хотел отругать их. Вот только... Эх, вы бы их видели... ясно как день, что чувства, возникшие между ними, иначе как настоящей любовью не назовешь.

Слушая его, на лицах членов Сун Клана появилось странное выражение. Разумеется, они знали Толстяка: член Секты Золотого Мороза, с которым никто не решался связываться. Он был настоящим сокровищем Секты, поэтому обладал невероятно высоким статусом. Любой оскорбивший его человек навлекал на себя гнев всей Секты Золотого Мороза. Все потому, что Секта Золотого Мороза имела восемнадцать наследий линий крови. Объединив их силу, Секта получит контроль над могущественным заклинанием из Дао Резерва. По слухам, заклятие было настолько мощным, что могло сразить Бессмертного!

Однако много лет у Секты имелось только семнадцать линий крови. Последняя линия крови пропала, и несмотря на все попытки Секта Золотого Мороза не могла ее найти. В Секте не оказалось людей, которые могли унаследовать эту линию крови. Вот почему уже много лет Секта Золотого Мороза не могла применить свое самое могущественное заклинание. Но Ли Фугуй оказался идеальным кандидатом для принятия наследия, тем самым став сокровищем Секты. Жрецы Секты обращались с ним обходительно и очень заботились о его защите. Можно сказать, что целая Секта исполняла каждый его каприз. К тому же... Толстяк не любил заниматься Культивацией и не хотел, чтобы к нему приставили Защитника Дао. Поэтому, в страхе, что с ним может что-то случиться, Секта отправляла с ним большую группу учеников. Самым серьезным происшествием стало уничтожение целой Секты лично Жрецом, когда кто-то из ее членов оскорбил Ли Фугуя. После того случая на весь Южный Предел было провозглашено, что любой, кто хоть пальцем тронет Ли Фугуя, навлечет на себя безудержную ярость всей Секты Золотого Мороза.

Глава 188. Настоящая любовь бесценна

На самом деле Ли Фугуй противостоял Ван Тэнфэю во всем, и не спускал ему ничего. За пределами и внутри Секты он не упускал случая выдать о нем какую-нибудь саркастическую ремарку. Это, конечно же, невероятно раздражало Ван Тэнфэя. Но он ничего не мог с этим поделать. О схватке с Ли Фугуем не могло быть и речи. Это была всего лишь мелкая вражда между членами младшего поколения. К тому же Секта Золотого Мороза сильно дорожила Ли Фугуем. Важность Ван Тэнфэя для Ван Клана была несопоставима с важностью Ли Фугуя для Секты Золотого Мороза.

К смущению собратьев по Секте Золотого Мороза Толстяк неожиданно запрыгнул на стол. Они лишь негромко покашляли, когда он закричал:

— Ах, настоящая любовь. Собратья Даосы, вам доводилось такую видеть? Без сомнения — это настоящая любовь. Как я, Ли Фугуй, мог разлучить влюбленных? Мог ли я действительно это сделать только ради моего ни на что не годного друга Ван Тэнфэя? Мог ли я нарушить эту картину истинной любви? Никогда! Я никогда бы так не поступил! Есть поговорка о том, что любовь преодолевает... ну как его... я забыл. В любом случае, однажды один человек мне сказал, на самом деле это был мой самый лучший друг, человек, которого я уважаю больше всего в этом мире. Он сказал мне: «Любовь самая ценная вещь в мире и куда ценнее миллионов духовных камней!» — пока он говорил, у него во рту можно было заметить невероятно большие зубы.

В конце своей речи он сглотнул ком в горле и заплакал. После такой декларации члены Сун Клана натянуто улыбнулись. Практики Секты Кровавого Демона странно смотрели на Толстяка. Ли Шици нахмурилась, но ничего не сказала. Ван Юцай тоже хранил молчание, но в уголках его губ играла едва заметная улыбка.

— Вот почему, — продолжил Толстяк еще более взволнованно, — я притворился, что ничего не видел. Но это заставило меня задумать о никудышности Ван Тэнфэйя. При это он еще совсем не имеет совести. Любой при виде этих двух влюбленных скажет, что это истинная любовь. Будь я на месте Ван Тэнфэйя, я бы просто улыбнулся и отпустил красотку. Этот неизвестный Практик и в плане внешности, и в плане Культивации и всего остального явно превосходит Ван Тэнфэйя. Как жаль...

Неожиданно с неба разгневанно прогремело:

— ЛИ ФУГУЙ!!!

Ван Тэнфэй, источая жажду убийства, оторвался от группы и подобно заточенному клинку рванул к Ли Фугую. Но не успев подобраться достаточно близко, ему на перерез бросились ученики Секты Золотого Мороза. Один из них, высокий, дюжий мужчина холодно хмыкнул, сжал руку в кулак и поднял его вверх. По воздуху во все стороны пошла рябь и послышался рокот. Ван Тэнфэя изменился в лице. Ван Сифань тоже с невероятной скоростью рванул вперед. В следующий миг он заслонил собой Ван Тэнфэя и выставил обе руки вперед. Прогремел взрыв. Побледневший Ван Сифань схватил Ван Тэнфэя и потащил его назад. Он злобно посмотрел на здоровяка из Секты Золотого Мороза.

— Члены Ван Клана, пожалуйста, следите за манерами, — сказал здоровяк невозмутимо.

Сила стадии Создания Ядра кружила вокруг него. Группа Мэн Хао приземлилась на землю. Мэн Хао со странным выражением лица негромко покашлял. Он смотрел на Толстяка, спрятавшегося за здоровяком. После тирады Тостяка Мэн Хао почувствовал смущение и толику вины.

— Ты видел? — прошептал Чэнь Фан. — Ли Фугуй птица высокого полета в Секте Золотого Мороза. Если подумать, ситуации Ван Тэнфэя действительно не позавидуешь. Младший Брат, ты встречался с Чу Юйянь? Мне жуть как хочется узнать из какой Секты Практик, что сумел захомутать Собрата Даоса Чу Юйянь...

— Эмм... да, мы встречались... — сказал неуверенно Мэн Хао.

— Я очень надеюсь встретиться с этим парнем, — Чэнь Фан вздохнул, — он должно быть гений, раз сумел увести Чу Юйянь прямо из-под носа Ван Тэнфэя. Ах, как ловко. Настоящий мужчина. Как ловко, как ловко...

Мэн Хао почувствовал прилив вины. Он склонил голову и начал медленно пятиться, не спуская глаз с толпы. Молчаливый Ван Юцай избегал взгляда Мэн Хао.

— Ван Тэнфэй, ты посмел на меня руку поднять? — возопил Толстяк, высунув голову из-за спины здоровяка. — Мать твою! — взревел он, указав на него пальцем. — Ты действительно посмел атаковать меня?! Согласно правилам старшинства пяти Сект и трех Кланов я твой Дядюшка-наставник. Тебя не учили, что кидаться на старших нельзя?!

Толстяк вытащил духовный камень из бездонной сумке и забросил в рот. Пока он с хрустом жевал духовный камень, выглядел Толстяк довольно свирепо. Прожевав духовный камень, Толстяк протянул руку. С вымученной улыбкой здоровяк передал ему нефритовый бутыль, который Толстяк тоже закинул в рот.

— Ли Фугуй, это уже слишком! — скрежетал зубами Ван Тэнфэй.

На что Толстяк закрыл глаза и сказал:

— Их связывает настоящая любовь. Ты ведь знаешь, что такое настоящая любовь? Настоящая любовь — это то, что расцвело между твоей женой Чу Юйянь и этим неизвестным Практиком. Я видел всё собственными глазами. Почему ты хочешь лишить их счастья?!"

В толпе раздался смех, отчего Ван Тэнфэй побагровел.

— Если бы ты только мог понять. Ах, настоящая любовь. Бесценна! Я искренне восхищаюсь этим Собратом Даосом. Искусный малый, он действительно смог покорить...

Пока Толстяк распинался, Мэн Хао продолжал пятиться, но делал он это недостаточно быстро. Внезапно взгляд Чжоу Дая остановился на нем, по его лицу мелькнуло недоверие, которое быстро сменилось изумлением. Сердце Мэн Хао застучало. Хотя Мэн Хао сам положил начало этой ситуации, откуда ему было знать, что сегодня это выльется в сегодняшнюю сцену. Он хотел спрятаться, но Чжоу Дая внезапно воскликнул:

— Это он!!! — с криком он ткнул пальцем в Мэн Хао, словно боясь, что люди не узнают его. —Это он! Это тот самый Практик, который был с Чу Юйянь!!!

Чжоу Дая действительно оправдывал свое имя "большой рот". Он был не только прожжённым сплетником, но и еще имел поразительно громкий голос. Все сразу же проследили, куда указывал Чжоу Дая. Взгляды всех собравшихся сосредоточились на Мэн Хао.

Лицо Мэн Хао потемнело. Ученики Секты Одинокого Меча пораженно уставились на него и неосознанно начали пятиться. Вскоре рядом с Мэн Хао остался только Чэнь Фан. Тот тоже, разинув рот, смотрел на Мэн Хао. Он быстро пришел в себя и быстро отошел в сторону, чтобы не стать причиной недоразумения. Если кто-то атакует Мэн Хао, он, конечно же, вмешается, но сейчас его брат оказался в центре любовного скандала... Хотя глаза Чэнь Фаня ярко сверкали, в них можно было разглядеть как недоверие, так и восхищение. Благодаря Чжоу Даю на Мэн Хао теперь пялились все ученики Секты Одинокого Меча, Ван Клана, Сун Клана и Секты Кровавого Демона. Все собравшиеся на площади Практики смотрели на Мэн Хао.

На лице Ли Шици мелькнуло странное выражение. Она заметила Мэн Хао за несколько секунд до Чжоу Дая. Но сейчас она лишь хмыкнула и отвернулась. Ван Юцай пораженно смотрел на Мэн Хао. Что до Ван Тэнфэя, тот молча замер, сверля взглядом Мэн Хао. На его шее вздулись вены, а глаза начали наливаться кровью. Сейчас он думал о наследии Инлуна, об испытании во Внутреннюю Секту Покровителя. О чувстве, накрывшем его в пещере Инлуна: чувстве унижения и ярости, которые могли всколыхнуть небеса.

Стояла гробовая тишина. Все взгляды были прикованы к Мэн Хао. За последние несколько дней слух о странном мужчине, которого видели в компании Чу Юйянь разлетелся по всем пяти великим Сектам и трем великим Кланам. Источником этого живописного и довольно правдоподобного слуха, конечно же, была Секта Золотого Мороза. Все гадали, кем мог быть этот неизвестный Практик. И теперь перед всеми Чжоу Дая указал на Мэн Хао.

Толстяк потрясенно замер, а потом начал тереть глаза. Внезапно потрясение сменилось почти осязаемой радостью. Он хотел уже броситься вперед, когда в небе появились около дюжины пестрых огней. Когда они пошли на снижение, стало ясно, что это делегация Секты Пурпурной Судьбы! Чу Юйянь среди них не было, однако Мэн Хао узнал двоих. Цянь Шуйхэнь и Лу Сун, эти двое сумели взобраться на начальную ступень Возведения Основания. Они летели по обе стороны от молодого человека с бесстрастным лицом. От него исходила сила поздней ступени Возведения Основания, судя по всему он занимал довольно высокое положение среди учеников Секты Пурпурной Судьбы.

Спустя пару мгновений в небе возникли еще десять огней: прибыла Секта Черного Сита. Красавица Хань Бэй была членом делегации Секты. Несмотря на мужское одеяние одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять, что перед ними женщина. Она рассмеялась, когда один из сопровождающих членов Сун Клана что-то ей сказал. После прибытия двух новых Сект Практики обычно принимались искать старых друзей и знакомых, но сейчас над площадью нависла странная атмосфера. Большинство собравшихся одарили новоприбывших лишь мимолетным взглядом. Как только Чжоу Дая увидел еще людей, то закричал еще громче:

— Это он! Это Практик, которого я видел с Чу Юйянь. Она надевала его одежду...

В действительности между "надевала его одежду" и "носила его одежду" была огромная разница. Практики из Секты Пурпурной Судьбы замерли и уставились на Мэн Хао. Будучи учениками Секты Пурпурной Судьбы, как они могли не знать о слухах про Чу Юйянь? Зрачки Цянь Шуйхэня и Лу Суна при виде Мэн Хао расширились от удивления, но удивление быстро сменилось ненавистью. Прошло уже много лет после инцидента с копьем Мэн Хао, но обида не стерлась до сих пор. Даже спустя столько лет люди в Секте об этом болтали. После того случая ненависть проникла в их кости. За всю жизнь они не испытывали более страшного унижения. Цянь Шуйхэнь пристально уставился Мэн Хао и тяжело задышал. В глазах Лу Суна вспыхнула жажда убийства.

— Проклятье, это он!!!

— Это он!!!

Крик этих двоих еще сильнее удивил собравшихся. Вся эта неразбериха с Чу Юйянь пока оставалась неразберихой, но пышущие гневом два ученика Секты Пурпурной Судьбы точно были не шуткой. Судя по их виду они всей душой ненавидели Мэн Хао.

Глава 189. Все враги в сборе

Мэн Хао натянуто улыбнулся. Участок площади вокруг него давно опустел, лишь привлекая к нему еще больше внимания. "Если бы я знал, что так все закончится, — вздохнул он с горькой улыбкой, — я бы не отпустил тогда Чжоу Дая... Эх, похоже сегодня все мои враги решили посетить это скромное сборище..." Он покашлял и рефлекторно потер переносицу. Внезапно у него возникло ощущение, что за последние годы он, пожалуй, слишком много чего натворил. А теперь его жертвы пришли за возмездием.

— Проклятье, Мэн Хао! — взревел Цянь Шуйхэнь. — Я никогда не забуду ту историю с железным копьем!

Внезапно он бросился вперед. Глаза Лу Суна рядом с ним медленно наливались кровью. Из-за случая с копьем все эти горды над ними потешались собратья по Секте. Как же они хотели отыскать этого подлеца Мэн Хао и отомстить, но Государство Чжао исчезло и предположительно Мэн Хао вместе с ним. Сегодняшняя встреча стала для них полнейшей неожиданностью. В сердцах обоих сразу же разгорелось пламя мести. Ван Тэнфэй, готовый рвать и метать, тоже сделал шаг вперед.

— Мэн Хао, я тебя терпеть не мог еще с Государства Чжао. Лучше бы тебе объясниться за случившееся с Чу Юйянь...

Ван Тэнфэй все это время чувствовал себя главным объектом насмешек Практиков всего Южного Предела. Такое он не мог просто принять. Он хотел убить Мэн Хао на месте.

— В интересную ситуацию ты угодил, Брат Мэн, — донесся голос Хань Бэй из толпы учеников Секты Черного Сита. — Не ожидала тебя здесь встретить. Оказывается, с тобой связано столько интересных историй, — она вздохнула, — не забудь о нашей сделке и твоем обещании.

Прикрыв рот ладонью, она рассмеялась и подмигнула Мэн Хао. От ее слов глаза собравшихся засверкали еще ярче. Появление Мэн Хао похоже привлекало внимание все новых и новых Практиков. Теперь, даже те, кто слыхом не слыхивал о нем весьма заинтересовались его персоной. Пока толпа шумела из делегации Секты Кровавого Демона послышался голос Ли Шици:

— Собрат Даос Мэн Хао, ты просто кладезь невероятных историй! Но мне куда интересней узнать, что случилось с той несносной шляпой?

Сложно было сказать, о чем она думает, но глаза девушки заинтересованно блестели. В попытке справиться с изумлением Чэнь Фан сделал глубокий вдох, его глаза восхищенно сияли. Толстяк, не скрывая восторга, смотрел на Мэн Хао. Похоже куда бы Мэн Хао не отправился, он везде становился центром всеобщего внимания. Так было в Секте Покровителя, так случилось и здесь. "Недаром он мой Старший Брат!" — подумал Толстяк и сделал глубокий вдох. Его восхищение Мэн Хао достигло такой высоты, что он хотел прямо сейчас пасть на колени.

Мэн Хао сухо покашлял, продолжая натянуто улыбаться. Он чувствовать себя немного виновато, но прежде чем он сумел ответить в небе появились еще десять лучей света. Делегация Ли Клана. Теперь собрались все пять великих Сект и два великих Клана. В центре группы Ли Клана летел Ли Даои. Ли Клан давным-давно заменил его руку. Со статусом Дитя Дао он не мог жениться и перейти в Сун Клан, поэтому довольно очевидно, что он прибыл сюда не за невестой Сун Клана, а по какой-то другой причине. Как и до этого, по приземлению глаза всех членов Ли Клана сосредоточились на Мэн Хао. При виде Мэн Хао глаза Ли Даои расширились от удивления. Почти сразу его Культивация закипела, аура великой завершенности Возведения Основания затопила площадь.

— О, решил-таки почтить нас своим присутствием! — мрачно процедил он, сделав шаг в сторону Мэн Хао.

Его глаза полыхали жгучей жаждой убийства. Остальные собравшиеся сразу смекнули, что его и Мэн Хао связывает какая-то невысказанная история. Разумеется, их поединок на турнире за Наследие Кровавого Бессмертного оставил после себя вражду, которую можно стереть только смертью одного из них. Обнаружив здесь Мэн Хао, жажда крови Ли Даои вспыхнула настолько ярко, что ее могли почувствовать все собравшиеся. Те, кто не знали Мэн Хао зашумели в предвкушении драки, которая может разразиться в любую секунду.

— Сначала история с Чу Юйянь, потом Ван Тэнфэй вознамерился его убить, потом что-то про железное копье и Секту Пурпурной Судьбы. Следом какие-то договоренности между ним Хань Бэй из Секты Черного Сита! Еще и Ли Шици из Секты Кровавого Демона!!! И наконец... он смог вызвать у Дитя Дао Ли Клана совершено несвойственную ему реакцию!!!

— Как он мог перейти дорогу такому количеству Сект и Кланов? Похоже он каким-то образом сумел спровоцировать всех! Как вышло, что я о нем ничего не слышал?

— Что здесь происходит...? Его имя Мэн Хао, хм? Судя по всему, он — мастер раздражать людей...

— Из пяти великих Сект и трех великих Кланов только Секта Одинокого Меча и Сун Клан похоже не имеют с ним проблем. Он прибыл с делегацией Секты Одинокого Меча, очевидно с ними у него проблем нет. А что с Сун Кланом? Этот мастер по выведению людей из себя наверняка сумел и им как-то насолить?

Гомон толпы на площади неожиданно перекрыл рев Толстяка, он восторженно побежал к Мэн Хао.

— Мэн Хао, как я скучал! — воскликнул он.

Заплаканный юноша крепко обнял Мэн Хао. За столько лет он сильно вырос и, похоже, стал еще толще. Мэн Хао улыбнулся, хотя улыбка вышла слегка вымученной, ведь его нынешнее положение — дело рук Толстяка...

— Мэн Хао! Я требую объяснений! — Ван Тэнфэй мрачный как туча буравил Мэн Хао взглядом.

Ван Тэнфэй чувствовал словно ему на голову нахлобучили зеленую шляпу[1], еще никогда он не чувствовал себя настолько униженным. Он и Ли Даои сделали еще один шаг в сторону Мэн Хао.

— Ты так и не объяснил, что случилось в тот день. Раз уж ты здесь, ты мне все выложишь.

— Проклятье, Мэн Хао, вражда, возникшая в тот день, будет решена сегодня! — Цянь Шуйхэнь и Лу Сун тоже начали надвигаться на Мэн Хао.

Казалось в любую секунду начнется потасовка. Глаза Мэн Хао заблестели. Толстяк развернулся и взревел:

— Мэн Хао мой брат! Кто посмеет его тронуть?!

Услышав его заявление, члены Секты Золотого Мороза переглянулись и встали рядом с Толстяком. Здоровяк лишь покачал головой и ничего не сказал. Возникший рядом с Мэн Хао Толстяк заставил Ван Тэнфэя нахмуриться. Чэнь Фан тоже вышел вперед.

— Мэн Хао мой Младший Брат. Собратья Даосы, если вы действительно хотите что-то учинить, тогда я, Чэнь Фан, буду вынужден вмешаться.

Внезапно появился летающий кинжал. С появлением Чэнь Фана Цянь и Лу из Секты Пурпурной Судьбы замялись. Хань Бэй рассмеялась и вышла вперед.

— Брат Мэн, учитывая нашу дружбу, как я могу остаться в стороне?

Не говоря ни слова, Ван Юцай вышел из толпы учеников Секты Кровавого Демона и встал рядом с Мэн Хао. Следом прозвучал холодный голос Ли Шици:

— У тебя невероятно раздражительная шляпа, но ради моего Младшего Брата Ван Юцая Секта Кровавого Демона поддержит тебя. Посмотрим у кого хватит духу тронуть тебя.

Рассматривая сторонников Мэн Хао, Ли Даои нахмурился. Они оказались в весьма деликатной ситуации, хотя с другой стороны, поскольку собрание проводит Сун Клан сегодня точно не будет кровопролития. Но он и представить себе не мог, что у Мэн Хао окажется столько союзников: Секта Золотого Мороза, Секта Одинокого Меча, Секта Кровавого Демона, Секта Черного Сита. Все эти люди поддерживали его.

Ван Тэнфэй волком смотрел на Мэн Хао, его глаза горели холодным светом. Это потрясло его до глубины души. Как бывший ученик Секты Покровителя смог собрать столько союзников? Чэнь Фан и Ли Фугуй, Хань Бэй из Секты Черного Сита, Ли Шици из Секты Кровавого Демона. Кто знает почему они его поддержали, но Мэн Хао, не сказав за всё это время ни единого слова, умудрился на корню оборвать все попытки его атаковать.

Цянь Шуйхэнь и Лу Сун начали нервничать. Они тоже не могли представить, что Мэн Хао спустя столько лет вернется с такими обширными связями. На площадь опустилась тишина, но ее почти сразу прервал новый нетерпеливый голос.

— Ребятня, что происходит? Что за переполох? А ну остыньте! Сун Клан устраивает пир, а вы решили тут устроить заварушку?! — голос принадлежал Эксцентрику Суну, которого сопровождали эксцентрики из других Сект и Кланов.

Все они улыбались, видимо их совсем не заботило происходящее. Появление стариков слегка сбавило градус напряженности на площади. Люди начали постепенно возвращаться к своим делегациям. Мэн Хао склонил голову и пошел с Чэнь Фанем. Неожиданно взгляд Эксцентрика Суна остановился на Мэн Хао.

— А ну стоять! — прогремел он.

Мэн Хао замер и незаметно вздохнул. С безмолвным, горьким смешком он повернулся к Эксцентрику Суну. Судорожно соображая, он пытался найти выход из ситуации. Его рука невольно легла на бездонную сумку, если придется, он попробует воспользоваться талисманом удачи.

— Юнец, почему твое лицо кажется мне знакомым... — нахмурился Эксцентрик Сун.

— Старейшина Сун, — воскликнул Лу Сун, — это тот самый парень с железным копьем из Государства Чжао!!!

Зрачки старика расширились от удивления. Он внимательно посмотрел на Мэн Хао.

— Так это ты, мелкий паршивец!!!

Толпа Практиков изумленно ахнула. Все пришли к выводу, что Сун Клан был единственным Кланом, который Мэн Хао не оскорбил. Теперь все смотрели на Мэн Хао со смесью удивления и восхищения. Мэн Хао как-то умудрился насолить не просто ученику младшего поколения Сун Клана, нет, он перешел дорогу эксцентрику стадии Зарождения Души! Мэн Хао улыбнулся, сложил руки и поклонился Эксцентрику Суну.

— Мэн Хао из младшего поколения приветствует Наставника Сун старшего поколения. Почтенный, ваша Культивация невероятна, а нрав подобен Небесам. Много лет назад, я был глуп и невежественен. Почтенный, вы — благородный человек с безупречной репутацией, я искренне надеюсь, что в этот радостный для всех день вы не станете создавать трудности для младшего поколения.

Эксцентрик Сун одарил Мэн Хао долгим, многозначительным взглядом. Хотя он ничего не сказал, иногда тишина говорила больше, чем тысяча слов. Глаза Ван Тэнфэя блеснули, и он сделал шаг в сторону Мэн Хао.

— Старейшина Сун, — начал он, — между мной и этим членом младшего поколения имеется неразрешенная вражда: он унизил мою нареченную. В присутствии Собратьев Даосов из разных Сект и Кланов я прошу вашего разрешения покончить с нашей враждой!

Тем временем в высоком замке столицы Сун Клана Сун Цзя смотрела на мерцающий иллюзорный экран, который показывал всё, что происходит на площади. На ее губах играла улыбка, она пристально изучала ученый профиль Мэн Хао.

— Какой интересный человек, — рассмеялась она, — как он смог оскорбить столько людей сразу, даже Дядюшку?

Женщина рядом с ней тоже рассмеялась и тепло посмотрела на Сун Цзя.

— О, он тебе понравился?

[1] . Для тех, кто забыл. Зеленая шляпа в Китае означает, что девушка/жена ему изменяет.

Глава 190. Почтенная

— Нет, — сказала Сун Цзя слишком уж быстро, на ее щеках появился небольшой румянец.

Природа наделила ее невероятной красотой и чутким нравом. С любовью глядя на ее реакцию, женщина рядом с ней рассмеялась, но ничего не сказала.

— Он просто заинтриговал меня, — сказала Сун Цзя негромком, — он умудрился оскорбить столько людей, однако не меньше людей встало на его сторону. К тому же он не выглядит как Практик, а скорее, как ученый.

Женщина снов засмеялась, выражение ее лица смягчилось. В ее правой руке возник пылающая нефритовая табличка. Со вспышкой она растворилась в воздухе, и внезапно по горам Сун Клана прокатилась едва уловимая волна. Настолько слабая, что ее могли заметить только люди на стадии Зарождения Души и выше.

На ночном небосводе сияла луна. На ее поверхности появилось множество магических рун, которые казалось могли заглянуть в прошлое и будущее. Спустя какое-то время они погасли. Одновременно с этим время вокруг женщина казалось начало двигаться в обратную сторону. Во вспышке пламени возникла нефритовая табличка, казалось для нее время тоже повернулось вспять. Сун Цзя следила за происходящим, но не с удивлением, а в ожидании чего-то.

— Отлично, — сказала женщина, нажав пальцем на нефритовую табличку, — давай заглянем в прошлое человека, который "заинтриговал" тебя.

После нажатия на нефритовую табличку в воздухе возник образ. Он показал маленький уезд и мальчика, читающего книгу у окна в свете лампы. Периодически он обмахивал себя перьевым веером, видимо на улице стояло лето. Мальчиком, конечно же, был Мэн Хао.

Образ моргнул. Мэн Хао в ладно скроенном, чистом халате ученого вышел из своего дома и облокотился на стену. Выглядел он довольно подозрительно. Вскоре с соседнего двора показался паланкин. Юноша восторженно принялся тянуть шею.

Иллюзорный экран еще раз моргнул, теперь Мэн Хао стоял на вершине горы Дацин. Со вздохом он бросил бутыль в реку у подножья горы.

Моргнул. Мэн Хао в Секте Покровителя, в руках у него красивая белая пилюля, с тревогой он отдает пилюлю. На этой сцене Сун Цзя не смогла удержаться от смеха. Женщина тоже улыбнулась и покачала головой.

Моргнул. Мэн Хао в лавке на плато, со своей застенчивой улыбкой продает целебные пилюли по заоблачным ценам. Из того времени было много образов, но они понеслись настолько быстро, что ничего не удалось понять. Женщина нахмурилась и казалось задумалась.

Моргнул. На следующем образе Сун Цзя узнала Эксцентрика Суна, он сидел на вершине горы, пока Мэн Хао бежал по склону с железным копье наперевес. Она видела Мэн Хао в городе Практиков и продажу железного копья Лу и Цяню. И кровопролитие, которое последовало за сделкой. Сун Цзя все это время смеялась.

— Мэн Хао, этот негодник... он совсем не похожа на ученого! — она продолжила смотреть, от смеха ее глаза превратились в два чарующих полумесяца.

Образы вновь помутнели. Вновь Мэн Хао оказался в Южном Пределе, но в этот момент нефритовая табличка начала трескаться. В мгновение ока ее поверхность покрыла сеть трещин. Внезапно послышалось, как где-то очень далеко холодно хмыкнула какая-то женщина. Но его услышали помимо двух женщин в комнате еще и весь Сун Клан. На лице матери Сун Цзя отразилось изумление, у нее изо рта брызнула кровь. Она схватил потрясенную Сун Цзя и, шатаясь оттащила ее на несколько шагов.

Горы Сун Клана задрожали. Одновременно с этим Солнце и Луна Сун Клана внезапно вспыхнули ярким светом. Эта вспышка продлилась всего мгновение, а потом свет замигал и погас, словно некая внешняя сила подавила его. В этот момент, казалось бескрайние горы Сун Клана закачались... одна за другой горы проседали на несколько сантиметров словно их придавила некая могучая сила. Эти несколько сантиметров были предупреждением, демонстрацией... чьей-то силы. Словно некто недвусмысленно намекал, что стоит ему пожелать и от Сун Клана останутся только воспоминания.

В это же время все Практики стадии Зарождения Души задрожали и закашлялись кровью. В глубине гор Сун Клана, в его Дао Резервах внезапно раздался рокот. Он не покинул пределов Резерва, поэтому лишь считанные единицы могли его почувствовать. В самом глубоком и удаленном месте Сун Клана стояла каменная колонна. На ее вершине лежал труп, точнее его половина: нижняя половина туловища отсутствовала. Глаза мертвеца внезапно открылись, а вместе с ними вырвалась аура пиковой стадии Поиска Дао. Мертвец задрожал, словно не мог противостоять невероятной мощи, нависшей над Сун Кланом.

— Почтенная, умерьте свой гнев. Сун Клан Южного Предела виноват...

— Если ты знаешь, что виноват, тогда исправь свою ошибку, — прозвучал очень раздраженный женский голос. — По традиции твой Сун Клана выдает дочерей замуж? Эта девчушка отлично подойдет на роль служанки.

— Почтенный... — мертвец колебался.

— Что еще? Ты наверно не знаешь, но Сун Клан из Восточных Земель хочет заполучить эту возможность, но не может. Вздумал мне перечить?

От передаваемого женского голоса весь Сун Клан задрожал, а горы просели еще на семь сантиметров.

— Почтенный, мы сделаем, как вы велите! — без колебаний согласился мертвец.

Женский голос исчез. В это же время в столице бледная как простыня Сун Цзя тяжело дышала вместе со своей матерью, из уголков губ девушки капала кровь.

— Цзя'эр, этого человека ни в коем случае нельзя провоцировать. Он...

Прежде чем она закончила, ее затрясло. Словно в ее разум проникло Божественное Сознание. Она умолкла, но в конечном счете странно посмотрела на бледную Сун Цзя. Все произошедшее в Сун Клане не прошло незамеченным мимо Мэн Хао и остальных. Дрожь земли озадачило всех, особенно эксцентриков стадии Зарождения Души. Эксцентрика Суна задрожал и зашелся кровавым кашлем. Старик попятился, на его бледном лице застыло изумление. Из всех людей в Сун Клане он кашлял кровью дольше всех.

В этот самый момент на площади возник призрачный образ женщины. Невидимая для всех кроме самого могущественного эксперта Дао Резерва Сун Клана — мертвеца на пике Поиска Дао. Только он мог почувствовать ее зыбкую ауру на площади Сун Клана. С момента появления ее взгляд не покидал с Мэн Хао. Взгляд полный доброты, нежной привязанности и любви.

В следующий миг площадь вернулась в норму. Все были настолько поражены, что на площадь опустилась гробовая тишина. Практики стадии Зарождения Души выглядели нездорово. Мертвецки бледный Эксцентрик Сун одеревенел от страха. Он не знал ни что произошло, ни что сотрясло весь Сун Клан. Тяжело дыша, он утер кровь с подбородка и внезапно вздрогнул, когда в его голове раздался внушающий благоговение голос. Он принадлежал Патриарху Сун Клана стадии Отсечения Души. Это было сообщение, переданное через Божественное Сознание Патриарха стадии Отсечения Души, который в свою очередь передавал наказ мертвеца на пике стадии Поиска Дао. Все на стадии Отсечения Души в Сун Клане получили одинаковое сообщение:

"Никому не трогать Мэн Хао!"

Тишину на площади нарушил голос Ван Тэнфэя.

— Мэн Хао, ты не имеешь права отказаться от сегодняшнего поединка!

Он направился к Мэн Хао, источая силу своей Культивации. Сила, превосходящая начальную ступень Возведения Основания, всё росла и росла. Дао Колонны Ван Тэнфэя гудели энергией средней ступени Возведения Основания. Мэн Хао моргнул и посмотрел на приближающегося Ван Тэнфэя. Ван Тэнфэй поднял правую руку, вокруг его пальца появились черные усики, в его глазах спокойствие.

— В Секте Покровителя Государства Чжао ты похитил то, что принадлежит мне и занял мое место во Внутренней Секте. В Южном Пределе ты оскорбил меня. Ты действительно думаешь, что достоин быть заклятым врагом Ван Тэнфэя? — его волосы развивались, несмотря на отсутствие ветра, его ядовитый палец испускал странное темное свечение. — Ты не достоин быть заклятым врагом Ван Тэнфэя. Ты был жалкой букашкой тогда, ей ты и остался! Сегодня я принесу тебя в жертву моему ядовитому пальцу!

Слова Ван Тэнфэя эхом прокатились по площади.

— Закончил? — спросил Мэн Хао невозмутимо.

Он пошел вперед, поднял правую руку и ударил. В его ладони сконцентрировалась мощь его четырех Совершенных Дао Колонн. Ни капли не пролилось наружу. С рокотом он ударил в сторону Ван Тэнфэя. Собравшиеся Практики, затаив дыхание, внимательно следили за происходящим. Только Хань Бэй, Ли Шици и Чэнь Фан странно смотрели на напыщенного Ван Тэнфэя. Толстяк заметно нервничал. Если бы здоровяк из Секты Золотого Мороза не держал его за плечо, тот бы уже давно бросился на помощь Мэн Хао.

С громким шлепком Ван Тэнфэя отшвырнуло назад, изо рта юноши брызнула кровь. Атака ладонью оказалась не ударом, а пощечиной. С громким "шлёп" несколько зубов Ван Тэнфэя растрескались. Ошеломленный юноша плюхнулся на спину.

— Немыслимо...

Мэн Хао, продолжая идти, нанес еще один удар. С громким шлепком изо рта Ван Тэнфэя брызнула очередная порция крови. В этот раз пощечина пришлась по другой его щеке.

— Немыслимо! — бросил побледневший Ван Тэнфэй.

Вместо растерянности в его словах прозвучал безумный гнев. Удивление и страх испарились, унижение смыло все эти чувства. Он злобно посмотрел на Мэн Хао и взвыл. Ван Сифань двинулся вперед, как и хмурый Практик стадии Зарождения Души из Ван Клана. Внезапно глаза Эксцентрика Суна сверкнули. Неловко, и словно не веря, что он действительно это делает, Эксцентрик Сун вытянул руку, дабы помешать этим двоим совершить непоправимое.

Глава 191. Поражение за поражением!

Практик стадии Зарождения Души из Ван Клана повернулся и впился взглядом в Эксцентрика Суна. Мэн Хао тем временем подошел к пятящемуся Ван Тэнфэю и схватил его за указательный палец.

— Не этот ли палец я отрубил в тот раз? — вопрос прозвучал скорее, как утверждение.

В глаза Ван Тэнфэя вспыхнула ярость, а также приятное удивление. Этот палец дорого ему обошелся. Он мог отрастить обычный палец, но он проявил стойкость и вынес все мучения только для того, чтобы вырастить ядовитый палец. По его мнению, это было своего рода перерождением — вывод, к которому он пришел во вспышке просветления, его поражение в Государстве Чжао станет поворотным моментом на пути к славе. Боль была просто невыносимой, но он выдержал и создал ядовитый палец, который стал его личным сокровищем. Ван Тэнфэй знал, что не бывает жизни без неудач, но не каждый может превратить неудачу в сокровище. Такая решимость может стать началом выдающейся жизни. Возможно эта мысль не лишена смысла, но иногда судьба бывает особенно жестокой. Сегодня... он столкнулся с Мэн Хао.

Некоторые вещи Мэн Хао делал ненамеренно. Хорошо это или плохо неизвестно, но трехцветная Запредельная Лилия делала его невосприимчивым к другим ядам, делая его тело невероятно ядовитым. Когда Ван Тэнфэй увидел, как Мэн Хао схватил его за палец, то не смог удержаться от смеха. В этот смех он вложил всю свою ненависть и восторг. Он уже представлял, как Мэн Хао через пару мгновений начнет кричать и корчиться, а потом превратиться в лужу крови на земле. Однако его смех резко прервал его же резкий вопль. Юноша недоверчиво посмотрел на свою руку. Его палец накрыла рука Мэн Хао, через несколько вдохов послышался хлопок. Черный туман пальца дрожал словно живой, боясь приблизиться к Мэн Хао. Мэн Хао ослабил хватку. Ван Тэнфэя затрясло, из его рта брызнула кровь. Он зашатался и попятился назад, тупо глядя на место, где недавно был его палец. Внезапно в его голове вспыхнуло воспоминание семи-восьмилетней давности: воспоминание его поражения. Он всегда считал себя Избранным, а своего противника жалкой букашкой. Его поражение было всего лишь случайностью, теперь то он достиг стадии Возведения Основания, сейчас его противник точно был слабее его. Но сегодня...

— Ты прав, мы с тобой не заклятые враги, — сказал Мэн Хао равнодушно. Когда он посмотрел на бледного Ван Тэнфэя, на его губах еще играла слегка застенчивая улыбка. — Это слишком сильное слово, которое неверно описывает наши с тобой отношения.

Он не пытался убить Ван Тэнфэя. Это того не стоило, к тому же убийство Ван Тэнфэя повлечет за собой слишком много последствий. Самое странное, Мэн Хао всегда доставалось то, что принадлежало Ван Тэнфэю. Эта мысль несла с собой странный осадок, теперь Мэн Хао еще меньше хотелось его убить.

На площадь опустилась тишина. Невидимая женщина нежно смотрела на Мэн Хао. Ее губы тронула улыбка, а когда она увидел, как Мэн Хао рассеял ядовитый палец, эта улыбка стала ласковой. При виде застенчивого выражения лица Мэн Хао, она засмеялась и покачала головой. В ее взгляде стало еще больше любви.

— Это дитя всегда был сердцеедом... — прошептала женщина. — Девушки просто не могут устоять.

Она взглянула на Хань Бэй и Ли Шици, словно оценивая потенциальную невестку.

— Линия крови Хань Клана... слабовата. Она не подойдет. А вот другая... интересно. По крайне мере она достаточно сильна.

Застенчиво улыбаясь, Мэн Хао вернулся к Чэнь Фаню. К ним подбежал Толстяк и подмигнул Мэн Хао. Бледный Ван Тэнфэй молча вернулся к своему месту рядом с Ван Сифанем. Он горько рассмеялся, словно потеряв волю сражаться дальше. Ван Сифань ничего не сказал. Его взгляд направленный на Мэн Хао источал жажду убийства. Почувствовав взгляд, Мэн Хао повернулся и скрестил с Ван Сифанем взгляды. Мэн Хао вспомнил тот день много лет назад, когда он сидел на вершине Восточной Горы в Секте Покровителя. Ныне он больше не тот человек, которого Ван Сифань мог убить одним лишь взглядом. "Интересно, смогу ли я сражаться со стадией Создания Ядра после возведения девятой Совершенной Дао Колонны?" — уже довольно долго эта мысль не давала ему покоя. Вкусив мощь Совершенных Дао Колонн, он с нетерпением ждал момента, когда создаст Совершенное Ядро. Но больше его интересовал вопрос, сможет ли он сражаться с людьми на стадии Создания Ядра будучи на стадии Возведения Основания! Он точно не знал. Но сегодня Мэн Хао принял решение: Ван Сифань должен умереть. Почувствовав холодность взгляда Мэн Хао, жажда убийства в глазах Ван Сифаня усилилась. У него возникло чувство, если не убить Мэн Хао как можно скорей, довольно скоро такой возможности больше не представится. "Культивация этого Мэн Хао развивается слишком быстро..." — Ван Сифань признался себе, что недооценил Мэн Хао.

Из его размышлений его вырвал звон столичных колоколов. Небо заполонили разноцветные лучи. Весь Сун Клан начал перемещаться из ночи в утро. На мир снаружи опустилась ночь. Во время смены времени суток духовная энергия в Сун Клане постепенно становилась еще плотней. Вот только кроме членов Сун Клана никто не мог с помощью дыхательных упражнений поглотить ее. Никто кроме... Мэн Хао. Его глаза блестели. Ему даже не нужно было что-то делать, она сама, прядь за прядью, стекалась к его телу, медленно наполняя его четыре Совершенные Дао Колонны. Помимо восстановления его почти пустых четырех Дао Колонн, она стала причиной появления силуэта пятой колонны. Разумеется, полностью оформить пятую Дао Колонну не выйдет, на это нужно слишком много времени. Возможно останься он в Сун Клане надолго у него бы вышло.

Под колокольный звон солнце и луна сменяли друг друга. Пока день сменялся ночью в небе вспыхнули пестрые огни. Из этих трех огней неожиданно вышло три фигуры. Большинство членов Сун Клана благоговейно смотрели на эти пестрые огни, отчего собравшиеся Практики из других Сект и Кланов тоже позадирали головы. Три фигуры постепенно приобретали более отчетливые очертания, они словно появлялись из ниоткуда. Одним оказался старик в белом халате. На его улыбающемся лице невозможно было заметить ни капли паники, в связи с недавним землетрясением в Сун Клане. Рядом с ним стояли двое мужчин в расцвете сил, настоящие красавцы, да и еще с весьма глубокой Культивацией.

— Я несказанно рад, что вы пришли помочь в поиске мужа для дочери нашего Сун Клана! Начнем! — сказал старик и добродушно рассмеялся.

После одного взмаха его руки площадь задрожала и словно из воздуха появились столы для пира. Одновременно с этим вокруг них закружилось время, и в следующую секунду площадь и Сун Клан исчезли, теперь они парили в небесах. Их окружали облака, создавая внеземную атмосферу. Следом появились служанки, их лиц нельзя было разглядеть, но у каждой была изящная фигура. Они, танцуя, перелетали от стола к столу, поднося гостям вино и Духовные фрукты.

До гостей донесся шум ветра, журчание воды и пение птиц. Пир выглядел невероятно изыскано. Ни Мэн Хао, ни кому-либо еще на стадии Возведения Основания никогда доводилось видеть чего-то подобного. Некоторые разглядывали окружение, другие пялились на служанок. Практики стадии Зарождения Души, которые возглавляли свои делегации заулыбались и принялись сыпать комплиментами:

— Культивация Старейшины Сун Тяня достигает неба. Этот звездный сдвиг времени действительно отточен до совершенства.

Стариком в белом халате оказался Патриарх Сун Тянь. По слухам, он уже очень давно достиг стадии Отсечения Души. Но сказать что-то наверняка было невозможно. Сун Тянь рассмеялся и сел в позу лотоса вместе с двумя спутниками.

Практик стадии Зарождения Души из Ван Клана взмахнул рукавом и сел рядом с Сун Тянем, при этом мрачно поглядывая на Эксцентрика Суна. Очевидно он еще не простил Эксцентрику Суну его вмешательства.

Мэн Хао расположился за столом рядом с Толстяком. С появлением Мэн Хао Толстяк наотрез отказался сидеть с Сектой Золотого Мороза, объявив, что теперь он будет сидеть с Мэн Хао. Он принялся в красках описывать свои приключения в Секте Золотого Мороза. Похоже он совсем не изменился. Изредка он делал паузу, доставал духовный камень и забрасывал в рот. А потом Толстяк неожиданно достал совершенно невероятный летающий меч. Этим сверкающим клинком он принялся точить свои зубы.

— Один мой друг из Секты дал мне этот меч для защиты, — пояснил он, — когда я точу им зубы, возникает неприятное ощущение. Если хочешь, можешь его взять. И Толстяк протянул меч Мэн Хао.

На клинке еще оставалось немного слюны Толстяка... Мэн Хао колебался. У Чжоу Дая, который сидел рядом с Толстяком, глаза чуть не выкатились из орбит.

— Маленький Патриарх, — воскликнул он, — этот меч магическое наследуемое оружие Девятнадцатой Кровной Линий...

— Не зуди! Это всего лишь магическое оружие. Ах, неважно. Похоже я не могу тебе его отдать. Но у меня есть другие. Он достал еще одно большое магическое оружие, его яркий блеск сразу же привлек внимание окружающих.

— Как тебе этот? — довольно спросил Толстяк.

При виде ухмыляющегося Толстяка Мэн Хао не смог сдержать улыбки. Чэнь Фан вздохнул и покачал головой, немного завистливо глядя на Толстяка. Ему было прекрасно известно насколько важен Толстяк был для Секты Золотого Мороза. К ним подлетела Хань Бэй в своем мужском одеянии.

— Собрат Даос Ли, не подвинешься? — с легкой улыбкой спросила она у Толстяка. — Я хотела бы сесть здесь.

Толстяк сначала посмотрел на Хань Бэй, а потом на Мэн Хао.

— Мэн Хао, а у этой девчонки красивая кожа. Как думаешь, кто красивей: она или Чу Юйянь? — заговорщицки прошептал Толстяк.

Мэн Хао сделал глоток вина, а после этого негромко прочистил горло. Толстяк с хохотом подвинулся, освободив место для Хань Бэй. Судя по ее лицу, слова Толстяка совсем ее не задели. Она посмотрела на Мэн Хао, очаровательно моргнула, а потом рассмеялась. Она подвинулась немного ближе и нежно прошептала ему на ухо:

— Брат Мэн, как именно ты собираешься отблагодарить меня за помощь Сюй Цин?

Глава 192. Забавы с Хань Бэй

— Собрат Даос Хань, ты это о чем? — невозмутимо спросил Мэн Хао.

Несмотря на внешнее спокойствие, по коже у него пробежал холодок. Он посмотрел в глаза Хань Бэй, которая пристально смотрела на него, словно прощупывая. Если хоть мускул дрогнет на лице Мэн Хао Хань Бэй это заметит. Именно поэтому она придвинулась настолько близко. Хань Бэй типичная интриганка, это Мэн Хао понял еще по Обители Богов Секты Черного Сита. Более того никто среди его сверстников не мог сравниться с ней в плетении интриг.

— Брат Мэн, — сказала она с очаровательной улыбкой, — зачем спрашивать, если ты уже и так знаешь ответ? Младшая Сестра Сюй раньше была членом Секты Покровителя Государства Чжао, как и ты.

Нежный голос Хань Бэй вкупе с мужским нарядом делал ее еще соблазнительней.

— О? — протянул Мэн Хао с едва заметной улыбкой.

Увидев выражение его лица, она вздрогнула. Девушка нахмурила брови, и внезапно в ее сердце непонятно откуда появилась нервозность.

— Брат Мэн, именно ради тебя я несколько раз помогла Младшей Сестре Сюй. Если бы не мое вмешательство после инцидента в Обители она бы попала под серьезное подозрение, к счастью, у меня достаточно влияния в Секте, поэтому после того, как ты забрал Величайшую Муку, ее не связали с тобой, — она улыбнулась. — Так как ты собираешься отплатить мне?

Ее улыбка очаровывала, но глаза девушки коварно блестели. Несмотря на ее пленительную красоту Мэн Хао больше других знал о хитрости и коварстве этой женщины, даже если этого нельзя было прочесть на ее лице. Он никогда не забудет "Се, дорогуша" и что произошло с Се в следующую секунду. Чудовищная сцена его кончины проигрывалась у Мэн Хао перед глазами. Девушка наклонилась к Мэн Хао немного ближе. Со стороны они выглядели так, словно были очень близки.

— Собрат Даос Хань, — сказал он невозмутимо, — тебя не волнует, что подумают другие, когда увидят насколько близко ты прижалась ко мне? Что если Секта Черного Сита что-то заподозрит? Я так понимаю, они разыскивают меня. После сегодняшних событий они точно пошлют за мной людей.

Его слова звучали небрежно, но на самом деле он тоже пытался прощупать Хань Бэй.

— Брат Мэн, можешь просто задать интересующие тебя вопросы. Не нужно вести себя так осторожно.

Она хихикнула и посмотрела на него. Его щеку ласкало ее размеренное дыхание, в котором угадывался особый аромат орхидей. Мэн Хао нахмурился и слегка отстранился. Хань Бэй многозначительно улыбнулась и еще раз придвинулась к нему. От нее действительно очень приятно пахло. Мэн Хао нахмурился и снова отодвинулся. Хань Бэй негромко рассмеялась, в ее смехе звучали насмешливые нотки.

— Верно, Секта Черного Сита действительно ищет тебя. Но можешь не волноваться, другие Секты не в курсе. Поиски проводятся в тайне. Впрочем, тебе всё равно лучше быть осторожным...

Она улыбнулась с мыслью: "Похоже я придвинулась к Мэн Хао слишком близко". Она хотела отодвинуться, но внезапно рука Мэн Хао обхватила ее за гибкую талию и притянула к нему.

— Как именно ты хочешь, чтобы я тебя отблагодарил? — спросил он. — Не расскажешь?

Он был настолько близко, что она чувствовала на себе его дыхание. Их взгляды встретились, хотя в них сквозила теплота, но на самом деле оба схлестнулись в поединке козней и интриг. Хань Бэй выглядела слегка смущенной. Наглость Мэн Хао стала для нее полнейшей неожиданностью. Быстро восстановив самообладание, ее глаза вновь засияли непокорной красотой.

— Это просто — сказала она нежно, — отдай мне нефритовую страницу, которую ты забрал из квадратного треножника. Я хочу ее целиком. Это всё.

Ее тело неуловимо изогнулось, она отстранилась от Мэн Хао и поднялась.

— Брат Мэн, хорошо подумай над моим предложением, — сказала она напоследок.

Мэн Хао в ответ одарил ее едва заметной улыбкой. Он ничего не сказал, вместо этого он хлопнул по бездонной сумке и вытащил нефритовую табличку. Когда он бросил ей табличку, девушка нахмурилась. Это была обычная нефритовая табличка, не та, которую она хотела. Ей были прекрасно известны навыки Мэн Хао по части интриг, к нему нельзя относится несерьезно. Она приняла нефритовую табличку и отправила внутрь Духовное Сознание. На лице девушки на секунду мелькнуло странное выражение, а потом к ней вернулась ее обычная маска. Она внимательно посмотрела на Мэн Хао, а потом ее губы растянулись в широкой улыбке. Девушка поклонилась и пошла обратно к местам Секты Черного Сита.

Мэн Хао поднял бокал и сделал глоток вина. В табличке был запечатлена картина убийства Се Цзе, которую Мэн Хао в тайне записал в тот день. Как ни удивительно, но даже не найди его Хань Бэй, он сам размышлял как бы с ней связаться. Эту нефритовую табличку он приготовил для страховки, и чтобы выбить из нее побольше сведений.

Толстяк посмотрел вслед уходящей Хань Бэй, а потом принялся забрасывать Мэн Хао вопросами. Чэнь Фан восхищенно смотрел на своего Младшего Брата, он осознал, что с такими навыками, как у Мэн Хао, ему не нужна помощь в поисках невесты.

Спустя какое-то время послышался колокольный звон, и вновь появились разноцветные огни. Из них вышли двое: мужчина и женщина. Мужчина был красив, высок и строен, его глаза чем-то напоминали молнии. Его белоснежный халат обрамляли длинные черные волосы, придавая его красоте демонический оттенок. Он с улыбкой сложил руки и поприветствовал собравшихся.

— Это Дитя Дао Сун Клан — Сун Юньшу!!!

— У Сун Юньшу невероятная Культивация. Дитя Дао Сун Клана, он главный эксперт Клана стадии Возведения Основания...

— Девушка рядом с ним должно быть Сун Цзя. Именно для нее Сун Клан ищет мужа.

Мэн Хао поднял глаза и окинул взглядом новоприбывших. Сун Цзя была миниатюрной и хрупкой, с длинными волосами, светлой кожей и красивыми яркими глазами. Она буквально излучала нежную женственность. В ее глазах не было хитрости Хань Бэй, ни скрытого предупреждения Ли Шици, ни холодности Сюй Цин. Ее глаза сверкали мягкостью. Одного взгляда на нее достаточно, чтобы любой мог почувствовать ее чистоту и кроткость. Она походила на тот тип женщин, что никогда не выходят из себя. Сун Цзя окинула взглядом собравшихся. Ее взгляд задержался на Мэн Хао дольше, чем на остальных. Сидящий впереди Сун Тянь со смехом объявил:

— Час пробил! Из поколения в поколение Сун Клан занимается Культивацией без чрезмерных формальностей. Мы предпочитаем простоту. Герои и люди выдающихся талантов из разных Сект и Кланов, добро пожаловать в Сун Клан. За исключением тех, кто пришел понаблюдать все вы собрались здесь по одной причине. Я не стану тратить ваше время длинными объяснениями.

Он взмахнул правой рукой и облака впереди начали пениться. В мгновение ока возник огромный водоворот, за которым виднелся странный мир. В этом мире было огромное море в центре которого стояло гигантское дерево. Дерево по своим размерам превосходило даже горы. Толстые лианы оплетали его ствол, которые казалось вились к самим небесам. Ствол был невероятных размеров. Наверху его ветки расходились, создавая форму напоминающую гриб. С них свисали лианы, некоторые доставали даже до моря. Под мощными порывами ветра в море поднимались высокие волны. В небе клубились черные тучи, с раскатом грома из них ударила молния.

Званный пир Практиков оказывается проводился на облаках этого мира.

— На вершине этого дерева покоится Квадратная Жемчужина, — со смехом сказал Сун Тянь, — тот, кто первый добудет жемчужину станет мужем дочери текущего поколения Сун Клана!

Он посмотрел на гостей, а потом на Сун Цзя. Его глаза смотрели на девушку любовно, как родитель смотрит на свое дитя. А потом его взгляд на мгновение задержался на Мэн Хао. Эксцентрик Сун всё это время не проронил ни слова. Невозможно было понять, о чем он думает. Хань Бэй не двигалась, но остальных членов Секты Черного Сита похоже подмывало броситься вперед. Все они прибыли в Сун Клан ради одного: занять первое сердце и завоевать дочь Сун Клана. Ведь успех будет не благом для Секты, а для них самих.

Сложно сказать, кто двинулся первым. Множество фигур подскочило на ноги и полетело к облачному водовороту и морю внизу. Ли Даои не пошевелился, со статусом Дитя Дао он выступал в качестве зрителя. Он не мог жениться и войти в семью Сун Клана. Остальные члены Ли Клана, наоборот, один за другим рванули к водовороту.

Ван Тэнфэй сидел с задумчивым видом, словно не мог решиться. Ван Сифань преградил ему путь рукой, но юноша уже принял решение. Он поднялся и превратился в радужный луч света, который устремился к водовороту. Его решение участвовать было воспринято неоднозначно. На него во все глаза уставились члены Секты Пурпурной Судьбы, особенно их Практик стадии Зарождения Души, в его глазах вспыхнул странный свет. Практик стадии Зарождения Души из Ван Клана рядом с ним нахмурился.

Толстяк сухо покашлял и посмотрел на Мэн Хао, а потом тоже полетел. Его Культивация еще не достигла стадии Возведения Основания, но у него был целый арсенал магических предметов. Следом за ним отправились и остальные члены Секты Золотого Мороза. Вместе они устремились к водовороту. Чэнь Фан и остальные из Секты Одинокого Меча тоже один за другим поднимались в воздух. Как и ученики Секты Кровавого Демона, включая Ван Юцая. Невозмутимая Ли Шици осталась на месте. Мэн Хао посмотрел сквозь крутящийся водоворот на огромное дерево и бушующее море. Он сощурил глаза и ненадолго задумался, после чего поднялся и направился к водовороту.

Невидимая женщина по-прежнему стояла неподалеку. Она наблюдала, как Мэн Хао исчез в водовороте. Нежность и любовь в ее глазах стала еще явственней. Наконец она вздохнула.

— Ты должен пройти этот путь один. Возможно однажды ты найдешь способ найти нас, тогда ты всё поймешь... Если тебе не удастся, тогда мама будет ждать твоей реинкарнации в желтых источниках подземного мира, — мягко сказала она, провожая взглядом Мэн Хао.

Она закрыла глаза, повернулась и исчезла. Словно ее никогда здесь не было.

Гигантские волны вздымались под сильными порывами метра. Ветер был настолько сильный, что казалось мог снести приближающихся Практиков, делая задачу по достижению гигантского дерева еще трудней. На фоне гигантского дерева люди выглядели как муравьи, совсем крошечными. Мэн Хао посмотрел вниз на море и прищурился. Под гигантскими волнами плавали какие-то едва различимые тени. Чутье ему подсказывало сторониться теней под водой.

— Поиск зятя Сун Клана — настоящее испытание огнем, — объявил Патриарх Сун Клана, — но мы не хотим омрачать этот радостный день кровопролитием. Если кто-то почувствует себя в серьезной опасности, вы можете сдаться, всего одно слово и вас перенесет обратно.

Его слова эхом прокатились по морю. Ветер резко ослаб, словно боясь помешать речи старика.

Глава 193. Цветок зацветет на рассвете!

Над морем и огромным деревом парил облачный водоворот. Над этим водоворотом Сун Клан устроил званный пир в честь поиска Сун Кланом зятя. Голос Патриарха Сун Клана еще звучал среди волн, но невидимая женщина уже исчезла. В глубинах гор Сун Клана в месте, где располагались Дао Резервы в глазах мертвеца без нижней половины туловища вспыхнул таинственный свет, к этому свету привешивалась некоторая нерешительность.

"Кто... кто это был? — задумался мертвец. — У нее похоже душа Бессмертного, но с другой стороны она словно не достойна ее... Она смотрела на юношу Мэн Хао с любовью и теплотой. Но смотрела эта женщина не на Мэн Хао, а... на Запредельную Лилию внутри него! Она сказала, что когда он предстанет перед ними, то всё поймет. Почему от этих слов у меня волосы на голове встали дыбом... — глаза старика блеснули древним светом, и он продолжил размышлять. — Она сказала, что в случае неудачи будет ждать его реинкарнации в желтых источниках подземного мира. Звучит логично. Похоже для нее это совершенно обычное дело... Но обычные Практики не делают этого. Культивации не может реинкарнировать, поэтому реинкарнация для Практиков бессмысленна. Иначе почему существует Пещера Перерождения? Перерождение возможно, что означает возможно прожить новую жизнь. Но такого феномена как реинкарнация не существует. В этом ключе реинкарнация возможна только... для легендарной Запредельной Лилии! Запредельная Лилия сливается с человеком в форме реинкарнации. Вот почему она зовется Запредельной Лилией![1] Когда цветок сольется с человеком, человек исчезнет, но цветок останется. Однако в этом мире нет абсолютных вещей. Если Запредельную Лилию укротить и поглотить, тогда для человека становится возможным Семицветное Обретение Бессмертия!"

Патриарх Сун Клана, который совсем недавно явил себя своему Клану внезапно поднялся в воздух. Когда появились неясные очертания его отсутствующей половины тела его глаза сверкнули. Волосы старика взметнулись, и он преклонил колени на вершине колонны.

— Бессмертный, происхождение твое покрывает завеса тайны. Сун Клан присматривал за Южным Пределом многие поколения. Бессмертный, я прошу тебя, развей мои сомнения! — он прикусил язык и сплюнул немного крови из своего сердца.

Кровь почти мгновенно исчезла. Однако Солнце и Луна в небе Сун Клана замерцали, от них начало исходить свечение, которое не заметил ни один чужак. Это свечение прошло горы насквозь, пока не остановилось перед стариком и не превратилось в неясную фигуру неопределенного пола. Она была настолько размытой, что создавалось ощущение, что она находится в двух местах сразу: в пещере Патриарха и где-то еще…

Когда старик увидел фигуру, на его лице застыло благоговейное выражение. Он знал, что перед ним Дух сокровища Клана. Этот Дух... раньше был Патриархом Сун Клана. Согласно легенде, после достижения Бессмертия, он оставил частицу своего Духа здесь. Фигура подняла руку и нежно хлопнула старика по макушке. Тело старика задрожало, а его глаза недоверчиво сверкнули. Он посмотрел вниз, но размытая фигура уже исчезла, словно ее никогда не было. Старик-мертвец сделал глубокий вдох: "Цветок зацветет на рассвете, и достигнет Бессмертия в день перемен. Мать Запредельной Лилии... Бессмертный Зари... Этот Мэн Хао слишком опасен..." Мертвец ненадолго замолчал, в конце концов он не отдал ни одного приказа и не сделал ничего, чтобы отменить слова, которые невидимая женщина заставила его сказать.

Тем временем под облачным водоворотом бушевало море и свистел ветер. Дюжины Практиков вошли внутрь и принялись кружили вокруг огромного дерева. Тот, кто сможет пробиться через ураганный ветер и достигнуть самого дерева, скорее всего займет первое место в их соревновании. Став частью Сун Клана, победить сможет заниматься Культивацией на загадочной территории Сун Клана. Почти все Практики отчаянно желали заполучить эту возможность. Вот ради чего они собрались, вот ради чего они будут сражаться.

Мэн Хао, с другой стороны, прибыл сюда не для того, чтобы жениться на дочери Сун Клана. Хотя это место блестяще подходило для Культивации, он был не из тех людей, кто привык зависеть от других. Разве что ради какой-то важной цели, в остальных случаях ему нравилось быть свободным как ветер. Странствовать под небесами, наслаждаться видами, любоваться красотами земли и природы... вот что для Мэн Хао означало слово "жизнь". Когда он посмотрел на гигантское дерево впереди, его глаза заблестели: на вершине громадины лежала жемчужина. Никого не интересовала сама жемчужина, только ее значение. Только Мэн Хао была интересна жемчужина с практической точки зрения, а не то, что она символизировала победу в состязании. Не будь ее, Мэн Хао бы даже здесь не было. "Я надеюсь жемчужина поможет мне избавиться от яда. Тогда мне не придется придумывать изощренный план по проникновению в Секту Пурпурной Судьбы". Глаза Мэн Хао вспыхнули, а сердце юноши забилось быстрее. Он полетел вперед, а потом на секунду остановился. "Вот как, похоже я могу и здесь поглощать духовную энергию. К тому же ее здесь еще больше, чем снаружи. Что за секрет хранит Сун Клан? Отчего духовная энергия в этом месте такая же, как в зоне Наследия Кровавого Бессмертного? Почему я могу поглощать ее?" Несмотря на мучащие его вопросы он на большой скорости полетел вперед, одновременно вращая свою Культивацию. Четыре Совершенных Дао Колонны и, как следствие, его тело стали чем-то вроде черной дыры: духовная энергия вокруг тотчас начала стягиваться к нему. Мэн Хао не поглощал ее с безудержной скоростью, нет, он делал это неспешно и осторожно.

Вдалеке парил мрачный Ван Тэнфэй, его сердце было полно злобы к которой примешивалась капелька безумия. С самого детства он был Избранным. Его путь был предопределен, когда на него в детстве с небес упала кровь Инлуна. Ему похоже всегда улыбалась удача. Однако... благодаря его брату Ван Лихаю, он не смог обрести статус Дитя Дао Ван Клана. Постепенно Клан уделял ему все меньше и меньше внимания. Все детство Ван Тэнфэй провел в тени своего брата. Он хотел сопротивляться, сражаться; он хотел превзойти своего брата; он хотел доказать, что достоин звания Дитя Дао Ван Клана. По этой причине он оставил Клан и отправился в Государство Чжао в поисках Безупречного Основания, прекрасно понимая, что в Ван Клане тяжело будет добиться высокого положения.

Полный идеализма и честолюбия, он направился в Государство Чжао, чтобы найти Безупречное Основание и наследие Инлуна. По плану он должен был вернуться из Государства Чжао и вызвать своего брата на дуэль. Всё это разрушил Мэн Хао. Его победили, разнесли в пух и прах, но он не хотел сдаваться. Благодаря поддержке Ван Сифаня и Чу Юйянь он вышел из тени с новым ядовитым пальцем. Более того только благодаря помощи Чу Юйянь он сумел достичь Треснувшего Основания.

Став свидетелем смерти брата на турнире за Наследие Кровавого Бессмертного, он внезапно почувствовал, как тучи над его будущем медленно расходятся. Его неудачи наконец-то породят собой стремительный взлет. Тогда он верил, что жизнь Ван Тэнфэя наконец наладилась. Вот только... последующие события застали его врасплох. К его изумлению Ван Лихай не погиб. Ван Лихай погибший на турнире за Наследие Кровавого Бессмертного оказался Дао Клоном Патриарха Ван Клана.

После турнира слух о Чу Юйянь и каком-то странном мужчине распространился по Сектам как лесной пожар. Он не мог такого потерпеть. Но еще большим сюрпризом стало молчание Чу Юйянь на его вопросы о случившемся. Ван Тэнфэй мог пережить всё это, мог стиснуть зубы и терпеть, но именно здесь, в Сун Клане, он выяснил, что Мэн Хао оказался тем мужчиной, которого видели с Чу Юйянь! Это сводило его с ума. Он пошел ва-банк в надежде убить Мэн Хао, но их поединок стал последней каплей. Эта капля, это сокрушительное поражение от руки Мэн Хао, вот что заставило Ван Тэнфэя горько смеяться. Его образ мыслей, его характер, все изменилось в тот момент. Его подтолкнули на грань безумия. "Я могу обойтись без Ван Клана, — подумал он, глядя вдаль покрасневшими глазами, — не нужна мне и Чу Юйянь. Я, Ван Тэнфэй, проложу собственный путь. Я заберу всё, что принадлежит Мэн Хао. Я заберу всё назад!!!" Его тело задрожало в безумном порыве, когда он рванул сквозь ветер к дереву.

Толстяк зажал нос, смотря навстречу ветру. Семь или восемь учеников Секты Золотого Мороза замкнули его в защитное кольцо.

— Секта запретила мне жениться на дочери Сун Клана. Но я думаю, что попытка не пытка, — сказал он и закинул в рот духовный камень и разжевал его.

Ученики Секты Золотого Мороза натянуто улыбались.

— Маленький Патриарх, не стоит этого делать. Почтенный, что если вы впадете в исступление и в конце случайно станете мужем дочери Сун Клана? По возвращению в Секту нас будет ждать чудовищное наказание...

— Верно, Маленький Патриарх, обдумайте все еще раз... Обдумайте все еще раз...

Толстяк уставился на них во все глаза.

— Но я уже здесь, — сказал он.

— Маленький Патриарх, — поспешно вставил Чжоу Дая, — разве вы уже забыли о всех Младших Сестрах в Секте, помните, как они заглядывались на вас? К тому же у вас уже есть несколько официальных возлюбленных назначенных Лидером Секты. Они все ждут вас...

Он лучше всех знал подход к Толстяку, вот почему после его слов Толстяк тяжело вздохнул.

— Ладно, нет так нет. Давайте просто понаблюдаем за весельем.

Пока ученики Секты Золотого Мороза пытались отговорить Толстяка от участия, вдалеке летел Ван Юцай и задумчиво разглядывал гигантское дерево. Вокруг него кружилась странная аура. На вид ему можно было дать лет семнадцать-восемнадцать, но выглядел он крайне замкнутым и необщительным. Потом перевел взгляд на Толстяка, следом на Мэн Хао. Но как только Мэн Хао повернулся в его сторону, он сразу же отвел взгляд. Что бы не произошло между ним и Дун Ху, это останется между ними двоими.

Воющий заунывный мотив ветер хлестал по морю словно обезумев, к тому же эти загадочные тени снующие под водой. В общем и целом, это место повергало в трепет. Участники ринулись вперед к гигантскому дереву, их первым противником стал ураганный ветер.

[1] 彼岸花 еще можно перевести, как Цветок того берега, где один берег жизнь, другой смерть, Цветок Парамиты, что в буддизме означает потустороннюю жизнь, отсюда и Запредельная — в смысле "за пределом жизни". Буквальный перевод Ликорис лучистый, про него я уже писал.

Глава 194. Воля Древа Мира

Чем выше человек взлетал, тем сильней становился ветер, поэтому в этом месте нельзя было высоко взлететь. Мэн Хао увидел, как один из учеников Секты Черного Сита попытался полететь прямиком к вершине дерева, но не успев подняться высоко, он закричал, и его тело превратилось в кровавое марево. Ветер постепенно усиливался, казалось будто его наполняли острые лезвия, а также неописуемый гнет, которые превращал территорию в три тысячи метров вокруг дерева в невидимую стену.

По прибытию внутрь Мэн Хао сразу же почувствовал невероятный гнет. Чем ближе он был к дереву, тем плотней становилась духовная энергия. Разумеется, он по-прежнему мог поглотить ее, чем ближе к дереву, тем быстрее проходил процесс поглощения. В его глазах мягко вспыхнули. "Всем будет невероятно трудно продвигаться вперед, но для меня это место настоящий кладезь Культивации! — он посмотрел на громадное, растянувшееся на тысячи метров вверх, дерево впереди. — Что это... что это за дерево такое?" Он чувствовал, что здешняя духовная энергия не являлась духовной энергий неба и земли, наоборот ее источником было гигантское дерево.

Всем без исключения Практикам было невероятно трудно продираться к дереву. В небе над ними члены пяти Сект и трех великих Кланов наблюдали за всем через облачный водоворот. Глаза многих зрителей блестели. Водоворот позволял видеть все ясно и четко. Сун Тянь улыбнулся:

— Из всех героев и Избранных различных Сект и Кланов, что сегодня собрались, интересно, кто первым достигнет вершины дерева?

Эксцентрики стадии Зарождения Души ухмыльнулись.

— Сложно сказать. Я и подумать не мог, что для поиска зятя Сун Кланом будет задействована эта бесценная картина...

— Это дерево должно быть призвано осколком воли древнего Древа Мира. Сразу видно руку древнего Даосского Кудесника Шуй Дунлю. Он написал картину обретя просветление в месте, где уничтожило себя легендарное Древо Мира. Говорят, с достаточным просветлением можно призвать само дерево. Это действительно ценное сокровище, раз оно способно призвать что-то столь древнее.

Хань Бэй сидела в сторонке и слушала разговор Практиков стадии Зарождения Души. Сквозь облачный водоворот она смотрела на Мэн Хао. На ее лице застыла маска спокойствия, не давая никаких намеков, о том, что творилось у девушки в голове. Ли Шици задумчиво рассматривала дерево, созданное осколком воли Древа Мира. Мужчина в расцвете сил — Практик стадии Зарождения Души из Секты Черного Сита сказал:

— Осколок воли Древа Мира способен высвобождать легендарную древнюю Заменяющую Небеса духовную энергию. К сожалению, она бесполезна для Практиков, и будет им только мешать. Однако с подходящей Культивацией и должным уровнем просветления Древо Мира возможно поместить в этот мир. Это сокровище просто невероятно! В конечном счете можно будет использовать это сокровище для помощи ученикам совершить прорыв в Культивации.

Его взгляд, направленный в облачный водоворот, задержался на Мэн Хао. Он уже давно его заметил, но, конечно же, пока ничего не предпринимали и помалкивал.

— Дерево действительно осколок воли Древа Мира. Картина называется "Древняя Воля Древа Мира". Ее подарил мне Властелин Восьмого Моря из Моря Млечного Пути, когда мне было около тысячи лет. Я принес ее с целью помочь членам младшего поколения обрести просветление из древних времен, а также для блага нас всех. Картина недолго еще пробудет у меня в руках, — Сун Тянь со смехом покачал головой, — я планирую подарить картину следующему мужу дочери этого поколения Сун Клана.

После его слов Практики стадии Зарождения Души молча уставились в облачный водоворот, глаза их ярко сверкали. Внезапно, сидящий на несколько мест дальше, Эксцентрик Сун со смехом сказал:

— Патриарх, будет ли уместным заключить небольшое пари с нашими гостями относительно того, кто первым доберется до дерева?

Старейшина Фан из Секты Одинокого Меча от души расхохотался. Он сделал глоток вина и весело сказал:

— Каждый очевидно проголосует за ученика своей Секты. Старейшина Сун, на кого вы поставите?

— Я ставлю на него! — воскликнул Эксцентрик Сун и указал в облачный водоворот...

На Мэн Хао!

Все Практики стадии Зарождения Души проследили, куда указывал палец Эксцентрика Суна. Глаза Практика стадии Зарождения Души из Секты Черного Сита понимающе блеснули. Практик из Ван Клана нахмурился. Старейшина Фан из Секта Одинокого Меча рассмеялся и одарил Эксцентрика Суна многозначительным взглядом.

— Прекрасно, что на кону? — спросила с притворной улыбкой сморщенная старушка с седыми волосами, Практик стадии Зарождения Души из Секты Кровавого Демона.

Ее скрипучий голос напоминал звук трущихся друг о друга костей.

— Я ставлю Фрукт Души! — сказал он.

Взмахнув рукавом, Эксцентрик Сун нажал пальцами себе на лоб. Спустя несколько вдохов появился призрачный образ маленькой, сидящей в позе лотоса, фигуры. В мгновение ока этот маленький человек сгустился в предмет похожий на Духовный Фрукт, от которого исходил чарующий аромат. Это был настоящий Фрукт Души, их могли создавать только Зарождающиеся Души Практиков стадии Зарождения Души. Фрукт приравнивали к небесным материям и мирским сокровищам. Небо и земля могли создать Духовные фрукты, но для Практиков стадии Зарождения Души их собственные тела были Небом и Землей, которые тоже могли создавать Фрукты Души. Фрукты Души, как и удача Неба и Земли, являлись самыми ценными сокровищами для Практиков стадии Зарождения Души. Такие Фрукты помимо восстановления сил, выступали лучшим источником исцеления для Практиков стадии Зарождения Души.

От слов Эксцентрика Суна на лицах остальных Практиков стадии Зарождения Души появилось задумчивое выражение. Довольно быстро каждый из них выложил свой Фрукт Души, вскоре восемь сокровищ медленно плавало в воздухе. Восемь Фруктов Души. Для любого Практика на стадии Зарождения Души такое их количество выглядело невероятно заманчиво. Практики старались не подавать виду, но глубоко внутри они дрожали от возбуждения. Взгляды всех устремился сквозь облачный водоворот на соревнующихся учеников.

Сун Тянь улыбнулся и не стал вмешиваться. Из двух его спутников: один медитировал с закрытыми глазами, второй мрачно следил за Практиками через облачный водоворот. Дитя Дао Сун Клана Сун Юньшу спокойно сидел рядом с Сун Тянем. Он хранил молчание и просто улыбался, только в глубине его глаз незаметно полыхал огонек.

Эксцентрик Сун заметно оживился, поглядывая на Мэн Хао через облачный водоворот. "Отлично, юнец, — подумал он, — теперь покажи тоже, что ты продемонстрировал в тот день в Государстве Чжао. Если ты победишь, в качестве награды я подарю тебе один из Фруктов Души". После случившегося в Государстве Чжао, а также различных слухов, услышанных им в Сун Клане, Эксцентрик Сун с нетерпением ждал, что в этот раз выкинет Мэн Хао.

Пока люди наверху делали ставки, дюжины Практиков внизу пробивались к гигантскому дереву. Из-за давящего на них гнета, они не могли двигаться достаточно быстро. Однако они медленно, но уверенно продвигались вперед. Пока лидировал Ван Тэнфэй: юноша с покрасневшими глазами очертя голову летел вперед. Это состязание было его последним шансом. Если ему удастся присоединиться к Сун Клану и начать все с чистого листа, тогда еще возможно будет достичь столь желанного им высокого положения

— Чу Юйянь, шлюха. И ты, Мэн Хао! Вы еще обо мне услышите! — он стиснул зубы и преодолел еще несколько дюжин метров.

За Ван Тэнфэем молча следовал Ван Юцай. Позади них группа Практиков, которую возглавлял Чэнь Фан. Толстяк со своей "стражей" двигался не очень быстро, но и не очень медленно. Мэн Хао немного отстал, однако внешне он выглядел абсолютно спокойно. То и дело он останавливался и осторожно втягивал частицу богатой духовной энергии вокруг него. Так прошел час. Ван Тэнфэю до дерева осталось около тридцать метров. Ван Юцаю около шестидесяти. Остальным где-то триста метров. Наверху Эксцентрик Сун начал нервничать. Практики стадии Зарождения Души рядом с ним улыбались.

В трехсот метрах до цели Мэн Хао сделал глубокий вдох. На всем пути он осторожно поглощал духовную энергию. Эффект был сравним с целой пригоршней Пилюль Сита Земли. Несмотря на осторожность с каждой минутой он поглощал все больше духовной энергии. Внезапно глаза Мэн Хао заблестели. "Такой шанс выпадает редко, — подумал он, — раз так, я заберу ее всю!" Его глаза решительно сверкнули, когда юноша двинулся дальше. Когда Мэн Хао прекратил сдерживать свои Дао Колонны, его тело вздрогнуло. От вращающихся колонн все тело загудело. Вокруг юноши появился большой водоворот, который начал втягивать в себя духовную энергию.

Вода под ним яростно забурлила, воздух вокруг Мэн Хао искривился, отчего его тело слегка расплылось. Таинственная духовная энергия со свистом устремилась к нему, отчего его скорость резко возросла. Повысить свою скорость не являлось для него приоритетной задачей, однако, чем дальше он летел, тем обильней становилась духовная энергия. В мгновение ока он покрыл пятьдесят метров до дерева, следом еще пятьдесят... Культивация Мэн Хао постепенно повышалась. Появившиеся до этого очертания пятой Дао Колонны стремительно приобретали форму. Обрадованный Мэн Хао сделал глубокий вдох и полетел еще быстрее. После решения без ограничений поглощать духовную энергию, не было ни одной причины, почему он не мог поглотить ее всю без остатка. В этом был весь Мэн Хао. Даже будучи ученым он вел себя также. Это был его стиль жизни. Обычно он не любил привлекать к себе внимание, но иногда без этого невозможно было обойтись. И раз уж это случилось, он выложится на полную.

Его пятая Дао Колонна постепенно принимала форму, а его Культивация уверенно росла. Глаза юноши ярко сверкали, его аура становилась все сильнее! Еще через несколько вдохов он оказался в девяноста метрах от дерева. Его молниеносная скорость и темп поглощения духовной энергии были просто невероятными. Участники соревнования сразу это заметили.

Они увидели окружающий его внушающий ужас водоворот, и чувствовали, как он поглощал недоступную им духовную энергию. Она стекалась к нему с невероятной скоростью, оставляя за собой рябь в воздухе.

— Что он делает...?

— Он... он поглощает духовную энергию? Невозможно!

— Как... как у него это получается?

Остальные Практики оцепенело уставились на него. И не только они. В облаках наверху все зрители пораженно наблюдали за разворачивающейся в облачном водовороте картиной.

— Он поглощает духовную энергию!

— Что он такое? Какая техника Культивации позволяет проделать нечто подобное?!

Глаза Практиков стадии Зарождения Души, следящие за каждым действием Мэн Хао, сверкали подобно вспышкам грома. Это потрясло их до глубины души, никогда прежде они не видели чего-либо подобного. Любопытно, что несмотря на Культивацию стадии Зарождения Души, которая позволял легко увидеть Культивацию человека, они не могли разглядеть Культивацию Мэн Хао. Словно им препятствовала некая причудливая сила, делая невозможным уловить даже намек. Мужчина из Секты Черного Сита с прищуром задумчиво разглядывал юношу в водовороте. Еще до начала состязания он заметил странное затемнение вокруг Дао Колонн Мэн Хао.

Пока Практики стадии Зарождения Души с тревогой наблюдали за продвижением Мэн Хао, Патриарх Сун Клана тоже следил за ним с толикой удивления в глазах. На самом деле он с самого начала наблюдал только за ним. Эксцентрик Сун громко расхохотался. Ему тоже всё это показалось невероятным, но к его удивлению примешивалась изрядная доля радости. Под его хохот Хань Бэй втянула полную грудь воздуха, размышляя о способности Мэн Хао проникнуть в квадратный треножник, хотя фамилии Мэн не было среди Девяти Великих Семей. Глаза в форме феникса Ли Шици задумчиво смотрели на Мэн Хао.

Внизу вокруг огромного дерева клубилась духовная энергия, которая усиливала мощность ветра. Когда до дерева оставалось тридцать метров ветер ударил в Ван Тэнфэя, отбросив его назад на девяносто пять метров! Остальных тоже снесло. После этой рокировки Мэн Хао оказался ближайшим человеком к дереву, всего в девяноста метрах от ствола гиганта.

Ван Тэнфэй вскинул голову и взвыл. Не в силах смириться с поражением, он рванул вперед настолько быстро, насколько мог. В тоже время Мэн Хао сделал глубокий вдох и двинулся вперед. Ему удалось продвинуться на тридцать метров, а потом еще на тридцать! После двух рывков от дерева его отделяли всего тридцать метров. На фоне этой громадины он чувствовал себя маленькой букашкой. Вокруг него по-прежнему кружился водоворот, стягивающий к нему безграничную духовную энергию этого места. Формы пятой Дао Колонны теперь были полностью видны. Если так дальше пойдет, он вскоре сможет ее закончить.

С пятой Дао Колонной Мэн Хао несомненно станет... самым могущественным человеком на стадии Возведения Основания. Не важно кто: Дитя Дао или Избранный, любой на стадии Возведения Основания будет подобен сухостою, который Мэн Хао сможет раздавить ботинком!

Глава 195. Подавить Всех

Мэн Хао выпал действительно редкий шанс. Благодаря свалившейся на него удаче Культивация Мэн Хао росла как на дрожжах, к тому же, чем ближе было дерево, тем обильней становилась духовная энергия. Не обращая внимания на взгляды, сверлящие его спину, он сделал глубокий вдох, для него теперь существовало только дерево и его странная доступная для поглощения духовная энергия. Как же он соскучился по пьянящему чувству при поглощении духовной энергии.

Сверкнув глазами, он рванул вперед. Духовная энергия подле дерева яростно бурлила. Его тело напоминало черную дыру, от которой не могла скрыться ни капли духовной энергии. С повышением Культивации пятая Дао Колонна становилась все явственней, вскоре она перестанет быть бестелесной. Десять процентов, двадцать, тридцать... С каждой секундой, с каждой новой прядью духовной энергии радость Мэн Хао возрастала.

На фоне гигантского дерева Мэн Хао чувствовал себя маленьким и слабым жучком. Они отличались так же, как светлячок отличался от полной луны. Мэн Хао прыгнул вперед в сторону огромного дерева, тем самым первым добравшись до его ствола. Остальные Практики нагоняли: через десять вдохов Ван Юцай и Ван Тэнфэй тоже добрались до дерева. Они, конечно же, не могли поглощать духовную энергию, поэтому не могли восстановить силы. По сравнению с Мэн Хао, который чувствовал себя здесь, как рыба в воде, путь к дереву дался им очень тяжело. В следующий миг Мэн Хао уже оторвался от этих двоих на три сотни метров. Отчего глаза зрителей странно заблестели, особенно у Патриарха Сун Клана. Он завороженно наблюдал за Мэн Хао через облачный водоворот. "Выходит, он может поглощать там духовную энергию... — подумал он. — Но это всего лишь картина Древа Мира. Ее даже нельзя назвать образом-проекцией. Однако в ней содержится частица воли Древа Мира, а также обильная духовная энергия, хотя и ее не то чтобы много..." В блеске его глаз тем не менее виднелось сомнение.

Эксцентрик Сун был настолько рад, что его так и подмывало пуститься в пляс. Его губы растянулись в широкой улыбке, а при виде ерзающих на месте Практиков стадии Зарождения Души, эта улыбка стала еще шире. Взмахом рукава он собрал выигрыш.

— Собратья Даосы, кажется я победил. Не хотите заключить еще одно пари? Готов спорить, что этот юнец станет следующим зятем Сун Клана. Что скажете? Готовы заключить пари?

Остальные Практики стадии Зарождения Души игнорировали его, вместо этого сосредоточив свое внимание на облачном водовороте. Они задумчиво следили за подъемом Мэн Хао. Эксцентрик Сун попытался еще пару раз, но поняв, что они не хотят с ним разговаривать, со смехом убрал горстку Фруктов Души. Неприязнь к Мэн Хао за историю в Государстве Чжао как ветром сдуло.

— А этот Мэн Хао неплох, — пробормотал Эксцентрик Сун, глядя в облачный водоворот, — эй, если бы я тогда знал про него, то обязательно бы поставил на юнца в пари с У Динцю.

Тем временем Ван Тэнфэй с покрасневшими глазами, достигнув дерева, пытался подняться по стволу вверх. Духовная энергия, которую он никак не мог поглотить, давила на него со всех сторон. Ветер нещадно хлестал, но он продирался вперед, отбросив всю осторожность. Он знал, что стоит ему упасть с дерева, как весь путь придется начинать сначала. Продвижение вверх давалось невероятно трудно, но каждый раз при взгляде на Мэн Хао впереди, свистящий ветер и давление сверху уходило на второй план. С безумием и нестерпимой завистью в сердце юноша продолжал пробиваться через чудовищное давление. "Как я могу ему проиграть?! — в ярости подумал он. — Я Избранный Ван Клана! Он украл мое Наследие и возлюбленную! Сегодня я отберу его удачу. Небеса, почему вы так несправедливы с Ван Тэнфэем?! Я отказываюсь! Я отказываюсь сдаваться!!!" — стиснув зубы, он продолжил восхождение. Несмотря на бушующий ветер он крепко держался за дерево, хотя ему казалось, что его руки в любой момент могут предательски разжаться. К своему удивлению Ван Тэнфэй обнаружил, что недоступная ему духовная энергия, которая являлась источником этого давления, ослабевала вокруг Мэн Хао. Чем ближе к Мэн Хао, тем легче был подъем. Позади Ван Юцай, Цянь Шуйхэнь, Лу Сун, Толстяк и остальные, наконец, достигли дерева и бросились за троицей в погоню. Ни от кого не ускользнула возросшая скорость Мэн Хао.

Мэн Хао выяснил, что несмотря на кажущуюся обильность духовной энергии, в этом месте она была разделена на несколько слоев. Духовная энергия в текущем слое почти полностью иссякла. По этой причине Ван Тэнфэй и остальные смогли ускорить свой подъем. Несмотря на понижение духовной энергии, Мэн Хао продолжил подъем. Вскоре он наткнулся на новый слой обильной духовной энергии, которую тут же принялся вбирать в себя. Пятая Дао Колонна была завершена почти на сорок процентов. "Духовная энергия разбита на несколько слоев, — подумал он, — каждый слой я могу полностью вобрать в себя. Несмотря на кажущуюся густоту, ее на самом деле не очень много. Но поглотив ее всю, я смогу оформить пятую Дао Колонну". Юноша продолжал подъем, пока духовная энергия продолжала вливаться в его тело. Когда уровень духовной энергии сильно снижался, он поднимался вверх к новому слою.

Позади Ван Тэнфэй и остальные продолжали наращивать скорость. С уменьшением уровня духовной энергии уменьшалось и давление. Поэтому их единственной проблемой остался бушующий ветер. Их подъем теперь стал значительно проще, что позволило начать сокращать расстояние между ними и Мэн Хао.

Гигантское дерево в толщину было несколько дюжин метров. Оно стояло не так уж далеко от облачного водоворота, где сидели гости и Практики стадии Зарождения Души. Они, не говоря ни слова, задумчиво наблюдали за происходящим. Практик из Ван Клана холодно хмыкнул:

— Эксцентрик Сун, заключим еще одно пари. В этот раз я ставлю два Фрукта Души!

Эксцентрик Сун нахмурился, явно сомневаясь. Практик из Секты Черного Сита негромко покашлял:

— Я тоже участвую, — сказал он.

Практик стадии Зарождения Души из Ли Клана вторил:

— Выходит, еще одно пари, — сказал он невозмутимо, — Эксцентрик Сун, не желаешь поучаствовать? Два Фрукта Души с человека. Победитель забирает всё.

От его слов сомнения Эксцентрика Суна только возросли. Спустя какое-то время он стиснул зубы, хотя на самом деле безоговорочно верил в способности Мэн Хао, поэтому со взмахом рукава он произнес:

— Я в деле!

После чего все Практики стадии Зарождения Души выложили свои Фрукты Души. Увидев такое их количество, остальные Практики задрожали от предвкушения. Нынешняя ставка в два раза превосходила прошлую.

Пока эксцентрики заключали пари, Мэн Хао споро взбирался вверх. Он прошел уже три слоя гигантского дерева, тем самым одолев около трети пути. К этому моменту Ван Тэнфэй и компания сократили отставание до тридцати метров. Похоже они скоро его обгонят.

Лицо Мэн Хао было спокойным как зимний пруд. Главным призом для него стала духовная энергия этого места, его уже мало волновало, кто займет первое место. Внезапно Ван Тэнфэй взревел. Применив какую-то неизвестную технику, его тело засияло, а сам он рванул вперед с невероятной скоростью. За один вдох он покрыл больше тридцати метров и обогнал Мэн Хао почти на десять. Но прежде чем он успел обрадоваться на него обрушилась давящая сила. Давление накрыло его со всех сторон, отчего юноша зашелся кровавым кашлем. В следующий миг Мэн Хао обогнал его, по-прежнему втягивая в себя духовную энергию. Давление начало спадать, в противном случае Ван Тэнфэй скорее всего был бы раздавлен гигантской невидимой "рукой" дерева. Мэн Хао со своим неизменным выражением лица двинулся дальше, не обращая внимание на Ван Тэнфэя. Он миновал место, окроплённое кровью Ван Тэнфэя, всё это время не прекращая вытягивать духовную энергию. Закончив с этим слоем, он двинулся к следующему.

Очевидно любой мог обогнать Мэн Хао, совершив один резкий рывок, однако после неудачи Ван Тэнфэя, сердца Практиков внизу дрогнули. Они странно поглядывали на спокойного Мэн Хао. Что до Толстяка, он делал один глубокий вдох за другим, словно пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями.

После Ван Тэнфэя никто больше не рискнул обогнать Мэн Хао...

Пока Мэн Хао продолжал свой неспешный подъем, остальным ничего не оставалось, как взять его темп. Смущенные и беспомощные они следовали за Мэн Хао. Не секрет, что у многих были свои планы, но только близ вершины они применят различные магические техники, чтобы в последнем рывке обойти Мэн Хао и выиграть состязание!

Глава 196. Привлекая всеобщее внимание

Мэн Хао, разумеется, об этом знал. Со своим обычным выражением лица он, продолжая игнорировать остальных, останавливался на каждом слое и поглощал столько духовной энергии, сколько мог, после чего возобновлял подъем. В нескольких метрах позади собрались остальные Практики. Они беспомощно взирали на Мэн Хао, ожидая, пока тот закончит и двинется дальше, чтобы начать подъем самим.

Каждая пара глаз в этом мире сейчас смотрела на Мэн Хао. Он был центром всеобщего внимания. Все участники соревнования Сун Клана по поиску зятя стали лишь ступеньками на пути Мэн Хао. Не важно победит Мэн Хао или нет, он уже смог произвести впечатление на Сун Цзя. После этого и потасовки перед пиром, девушка не обращал внимание ни на кого, кроме Мэн Хао. Возможно это судьба. Завтра пять Кланов и три Секты узнают о Мэн Хао, как об Избранном! Возможно это судьба. Завтра истории об ученом Мэн Хао из Государства Чжао разлетятся по всему Южному Пределу. Отныне в мире стало на одного Избранного больше! Словно по воле судьбы ранее никому не известный Мэн Хао стал центром всеобщего внимания. С каждым днем о нем будут говорить все больше и больше... особенно учитывая историю с ним и Чу Юйянь. Молва подобно лесному пожару пронесется по всему Южному Пределу. Мэн Хао станет объектом завести неисчислимого числа Практиков. Разумеется, не обойдется и без женского внимания. Всё-таки он и одна из четырех самых красивых женщин Южного Предела находятся в центре крупного любовного скандала. Теперь все обратят на него внимание. В тоже время любой, кто не слышал про сделку Мэн Хао с Сектой Пурпурной Судьбы в Государстве Чжао, теперь точно об этом узнает. Имя Мэн Хао с каждым днем будет всё известней. Если бы люди знали о вражде Мэн Хао с Сектой Черного Сита и как ему удалось забрал Наследие Кровавого Бессмертного, он бы сразу же стал самым известным Практиком Южного Предела. Всё-таки ему не было равных среди Избранных, что до Детей Дао, он мог заставить их изрядно попотеть. Сегодня собравшиеся стали свидетелями первых шагов Мэн Хао по Южному Пределу, свидетелями начала его странствий по Южному Пределу.

Время шло. Мэн Хао со своим характерным невозмутимым лицом медленно взбирался по дереву. Толпа Практиков позади нетерпеливо рычала. Юноша из Секты Пурпурной Судьбы посмотрел на неспешно поглощающего духовную энергию Мэн Хао и нахмурился. Не в силах это больше терпеть он рванул вперед. После хлопка по бездонной сумке вокруг него начали кружить восемь талисманов. Их яркое свечение создавало некий защитный барьер. С ликующим воплем он проскочил Мэн Хао и вошел на следующий слой. Практик стадии Зарождения Души Секты Пурпурной Судьбы спокойно заметил:

— Это Избранный Секты Пурпурной Судьбы Лю Гао. Его Культивация весьма необычна, а восемь талисманов подавляют любое внешнее давление на восемьдесят процентов.

Его слова еще не успели стихнуть, когда лицо говорившего скривилось. Оказавшись в следующем слое, Лю Гао начал дрожать. Мускулы на его лице напряглись, а изо рта брызнула кровь. Юношу трясло словно нечто невидимое атаковало его со всех сторон. Остальные Практики снизу наблюдали за его отчаянной борьбой. Мэн Хао прочистил горло, остановился и посмотрел вверх. Буквально через пару вдохов ученик Секты Пурпурной Судьбы зашелся кровавым кашлем. Один за другим восемь талисманов начали разбиваться. С отчаянным воплем юноша рухнул в море внизу. В следующий миг его бледное лицо показалось над поверхностью воды, и он вновь принялся взбираться по стволу дерева. Довольно быстро он нагнал остальных, когда он посмотрел на Мэн Хао наверху в его глазах стояло уважение и страх. Остальные Практики задумчиво смотрели на Мэн Хао, который еще раз прочистил горло и двинулся дальше, на пути поглощая духовную энергию.

Больше никто не пытался его обогнать, им оставалось только беспомощно плестись следом. Время шло, Мэн Хао продолжал покорять дерево слой за слоем. Пятая Дао Колонна оформилась почти на семьдесят процентов. С каждым процентом ему требовалось все больше духовной энергии. Вскоре Мэн Хао до верхушки гигантского дерева оставалось около трех километров.

Глаза Ван Тэнфэя сверкнули, хотя Ван Юцай ничего не сказал, его глаза тоже ярко засверкали. Судя по выражению лица Толстяка, он был весь в предвкушении. У него и в мыслях не было пытаться обогнать Мэн Хао, но он с нетерпением ждал, что же выкинет Мэн Хао добравшись до вершины.

Не только глаза участников блестели, в облаках наверху эксцентрики из различных Сект и Кланов, а также члены Сун Клана следили за одним лишь Мэн Хао. Хотя его участие в поиске Сун Кланом зятя стало для всех неожиданностью, переломный момент в состязании неумолимо приближался, поэтому все с нетерпением ждали развязки.

— На вершине дерева их ждет последнее испытание. Собралось столько героев из всех Сект и Кланов, что трудно сказать... кто именно сможет пройти его, — сказал Патриарх Сун Тянь с улыбкой.

— Я слышал традиционный поиск зятя Сун Кланом обычно включает сложное испытание. Любопытно послушать про его природу. Старейшина Сун, не поделишься с нами подробностями? — со смехом добавил один из Практиков стадии Зарождения Души.

— Верно, — сказал Практик стадии Зарождения Души из Секты Золотого Мороза, — я тоже про него слышал. Старейшина Сун, рассказывай, всех нас снедает любопытство.

Похоже новости о последнем испытании весьма заинтриговали гостей. Патриарх Сун Тянь громко расхохотался, а потом посмотрел на мужчину средних лет, сидящего по правую руку.

— Муцю, мы выбираем мужа для твоей дочери, почему бы тебе не рассказать про последнее испытание?

Мужчина был красив и удал. На предложение Патриарха он почтительно сложил ладони и окинул взглядом собравшихся, его глаза при этом сверкнули подобно молниям. Он перевел взгляд на Сун Цзя, черты его лица смягчились. Невозмутимо Сун Муцю начала:

— Последнее испытание в нашем поиске зятя отличается от испытаний, проводимых в прошлых поколениях. Это проверка Сердца Дао Практиков![1]

Практики стадии Зарождения Души нахмурились. Старейшина Фан из Секты Одинокого Меча хмуро сделал глоток из своего бутыля и сказал:

— Природа Сердец Дао даже нам не очень понятна, не говоря уже об этих малышах стадии Возведения Основания.

— Вот почему это особенное испытание, — ответил Сун Муцю, — Старейшина Фан прав, Сердца Дао загадочны и непостижимы. На самом деле, Сун Клан верит, что самые главные аспекты Сердца Дао определяются характером и поступками человека. Эти два фактора, а также упорство... вот что такое Сердце Дао. Сегодняшнее испытание не вынесет каких-то строгих вердиктов, но оно даст нам намек на то, чего ожидать от человека в будущем. Поскольку речь идет о Сердцах Дао испытание состоит в выборе!

Словно сказав достаточно, Сун Муцю умолк и отказался от дальнейших комментариев. После его слов все гости глубоко задумались. Что до Сун Цзя, она неотрывно следила за Мэн Хао через облачный водоворот, гадая какой выбор сделает Мэн Хао во время последнего испытания...

Пока он продолжал наблюдать за происходящим через облачный водоворот, глаза Сун Юньшу сверкнули. Несмотря на свой статус Дитя Дао Сун Клана, глядя на Мэн Хао, он никак не мог избавиться от недоброго предчувствия, растущего у него внутри. Для него скрывать эмоции было делом привычным, поэтому внешне он оставался спокойным. Но глубоко внутри ему было жутко интересно посмотреть на выбор Мэн Хао. «Как Дитя Дао Сун Клана я прошел испытание до званного пира. Мой выбор...» — Сун Юньшу погрузился в раздумья. Он прошел только со второй попытки, что заслужило ему лестную похвалу от Патриарх Сун Тяня.

— Со слов Муцю все это звучит довольно запутанно, — с улыбкой сказал Патриарх Сун Тянь, — последнее испытание включает в себя выбор, а также проверяет наблюдательность. Должен заметить, что Дитя Дао нашего Сун Клана успешно прошел это испытание со второй попытки.

Старик довольно скосил взгляд на Сун Юньшу. Это еще сильнее распалило всеобщее любопытство. Зрители перевели взгляды вниз, в ожидании прорыва Мэн Хао. Не обделили вниманием они и группу Практиков позади него, которые только ждали подходящего момента, чтобы броситься вперед.

Мэн Хао поднимался всё быстрее и быстрее. Его Пятая Дао Колонна оформилась на восемьдесят процентов, поэтому теперь ему требовалось еще больше духовной энергии. После ужасающего побоища при завершении его последней Дао Колонны Мэн Хао хотел быть абсолютно уверен, что в этом месте достаточно духовной энергии, прежде чем он достигнет точки невозврата. В противном случае в самый решающий момент ему придется начать поглощать других Практиков, чего ему бы очень не хотелось.

Быстро и одновременно осторожно юноша поглощал духовную энергию. После себя он оставлял совсем немного духовной энергии и поднимался к следующему слою. Верхушка дерева становилась всё ближе. Из-за остатков духовной энергии остальные Практики почувствовали давление, им ничего не оставалось, как замедлиться. Подъем вверх усложнился, но они продолжали упорно продираться к цели. Не смотря на всех их старания, расстояние между ними и Мэн Хао постепенно увеличивалось. В покрасневших глазах Ван Тэнфэя не осталось ни единого белого пятнышка. Он безрассудно рвался вперед.

До вершины дерева Мэн Хао оставалось всего лишь полтора километра. Один километр. Пятьсот метров. Двести пятьдесят метров. Сто пятьдесят метров. Пятьдесят... В прыжке Мэн Хао преодолел последний отрезок пути и приземлился на вершине дерева.

Все это время взгляды всех собравшихся были прикованы к нему одному!

[1] 道心 или Даосинь помимо Сердца Дао можно еще перевести, как Дух Дао. Согласно "Шу цзин" (одной из частей Пятикнижия в Конфуцианстве) Даосинь — Высшая Истина, абсолютная и незаметная, она присутствует в каждом живом существе.

Глава 197. Великий Духовный Трактат!

Патриарх Сун Клана и Эксцентрик Сун, оба следили за Мэн Хао. В сущности, все собравшиеся в облаках члены Сун Клана тоже смотрели только на него. Все внимание Практиков стадии Зарождения Души было сосредоточено на нём одном. Такое количество внимание показывало насколько Мэн Хао успел прославиться на просторах Южного Предела. Члены Сун Клана, такие как Сун Юньшу, а также Хань Бэй, Ли Шици, Ли Даои... не спускали глаз с Мэн Хао. Избранные различных Сект и Кланов несмотря на их отчаяние и бессилие, несмотря на череду неприятных мыслей, проносящихся у них в головах, тоже смотрели только на Мэн Хао. Ван Тэнфэй, Толстяк, Ван Юцай, Цянь Шуйхэнь, Лу Сун… На вершине дерева, на вершине мира под взглядом самих небес стояла одинокая фигура Мэн Хао.

Только ступив на вершину дерева, он сразу же почувствовал устремившуюся к нему безграничную духовную энергию: ее точно хватит для завершения пятой Дао Колонны. С верхушки дерева огромное море словно стало меньше, с такой высоты оно напоминало зеркало. За пределами зеркала зияла пустота. Этот мир не был бескрайним, как могло показаться вначале. Оказалось, что среди пустоты плыло едва различимое нечто похожее на рукописный текст:

«Древняя воля Древа Мира: уважай его силу, не забывай его стремлений. Написана на месте, где Древо Мира уничтожило себя».

Картину подписывали лишь два слова: Шуй Дунлю.

"Шуй Дунлю... может ли весь этот мир быть... картиной?" — глаза Мэн Хао вспыхнули, когда он посмотрел на парящие в воздухе слова.

Мэн Хао глубоко вдохнул и позволил духовной энергии беспрепятственно входить в него. Как только пятая Дао Колонна оформилась на девяносто процентов перед ним внезапно возник человек! Это был старик с совершенно необыкновенной аурой. В длинном сером халате, несмотря на почтенный возраст, невозможно было определить насколько старик стар. Он выглядел, как человек из далекого прошлого, только неизвестно насколько далекого. Мэн Хао не чувствовал эманаций Культивации этого человека, словно перед ним предстал смертный, а не Практик, но как смертный мог быть настолько древним?

Старик окинул Мэн Хао взглядом, его спокойное лицо сияло неописуемым благородством. Казалось, что даже сами небеса расступаются перед ним. Старик спокойно сказал:

— Небеса не являются Небесами, Земля не является Землей. Звезды вечны, Дао будет существовать всегда! — его слова звучали мягко, также как его длинные волосы мягко трепетал ветер. — Это место не принадлежит ни Небесам, ни Земле. Картина Древа Мира хранит в себе бесконечно текущие воспоминания. Испей их и великий Дао пред тобой выведет тебя к вышине неизмеримо высокой. Избери путь и предстань предо мной.

Внезапно среди листвы кроны дерева возникло девять извилистых пути. Все они вели к старику, который стоял в нескольких сотнях метрах впереди. Каждый путь вел к одному и тому же месту — старику. Старик поднял руку, в его пальцах была зажата жемчужина размером с большой палец.

— Избери верный путь и предстань предо мной, тогда жемчужина станет твоей. Ошибешься, тогда всё придется начинать сначала.

Белая жемчужина казалось хранила в своих глубинах целый мир. Мэн Хао заметил, что она не была круглая, по какой-то неведомой причине она имела квадратную форму. Очень странно. Мэн Хао неожиданно почувствовал, как нечто слегка подавило трехцветную Запредельную Лилию у него внутри. "Девять путей. И я должен выбрать один..." — нахмурился он. К этому моменту Ван Тэнфэй и остальные почти его нагнали, однако они не могли ступить на вершину дерева, словно некая невидимая сила позволяла находится на вершине дерева только одному человеку.

Мэн Хао задумался на какое-то время, разглядывая девять путей. У него не было ни единого намека на то, какой путь выбрать. Он оглядел старика, и тут его глаза заблестели. Старик держал жемчужину тремя пальцами! Подумав еще какое-то время, Мэн Хао сделал глубокий вдох и направился к третьему пути. Только его нога коснулась третьего пути, как вдруг весь мир перевернуло вверх ногами. В его ушах раздался рокот, а перед глазами всё поплыло. Когда зрение восстановилось, он обнаружил себя близ подножья дерева! Он стремительно летел к морю, до которого оставалось всего несколько сотен метров. С сильным головокружением он остановил падение. Наверху на вершину дерева взбирался Ван Тэнфэй. "Я ошибся, придется начать сначала..." — он сдвинул брови. При выборе пути, похоже, недостаточно просто ткнуть пальцем в небо. Как можно выбрать верный, если, конечно, не пройти все пути по очереди? Мэн Хао что-то неразборчиво бубнил себе под нос. А потом его глаза сверкнули, когда Ван Тэнфэй подобно падающей звезде рухнул с вершины дерева. Он тоже провалился, и ему тоже предстоит начать сначала. Мэн Хао подскочил на ноги и быстро полетел к вершине дерева. За время горения половины благовонной палочки он оказался в трех тысячах метрах от вершины. За весь подъем он наблюдал, как десять Практиков рухнули с вершины дерева вниз.

Тем временем на облаках Практики стадии Зарождения Души смотрели за действом, нахмурив брови. После нескольких неудачных попыток между ними разгорелась дискуссия.

— Девять путей. Как узнать какой выбрать...? Тут наверняка нужно что-то подметить. Ответ кроется не в слепой удаче, а в самом старике!

— У него нет эманаций Культивации, однако его окружает совершенно невероятная аура. Возможно ответ на загадку лежит в его словах...

— Не удивительно, что испытание требует наблюдательности. У задачки нет явного решения. Дитя Дао Сун Клана сумевший пройти испытание со второй попытки действительно заслуживает уважения.

Хань Бэй следила за происходящим на дереве. Ее глаза с интересом блестели. Подумав немного, она сказала:

— Четвертый путь слева!

Глаза Ли Даои сверкнули. Когда он узнал, что Дитя Дао Сун Клана прошел со второй попытке, в нем загорелся дух соперничества. Он медленно произнес:

— Четвертый путь справа. Ничем не примечательный путь, но листва на нем немного гуще. К тому же старик похоже делал едва заметную паузу на каждом четвертом слове!

Глаза Ли Шици тоже сверкнули, но она ничего не сказала. Задумчиво девушка рассматривала девять путей. На лице Сун Юньшу застыло безмятежное выражение лица, но глубоко внутри он не смог удержаться от вздоха. Да, ему удалось пройти со второй попытки, но на самом деле ему просто повезло. Он понятия не имел, как прошел. Патриарх Сун Тянь рассмеялся, но ничего не сказал. Слушая их дебаты, он покачал головой и перевел взгляд на вершину дерева.

Мэн Хао почти добрался до цели. С его скоростью он со свистом преодолел последние три километра. У вершины остался только Толстяк и его свита Секты Золотого Мороза. Заметив Мэн Хао, Толстяк сразу же посторонился и пропустил его, на что Мэн Хао благодарно кивнул. Когда еще один человек не прошли испытание Мэн Хао во вспышке света во второй раз оказался на вершине дерева. В этот раз его пятая Дао Колонна оформилась более чем на девяносто процентов. Духовной энергии поубавилось, но Мэн Хао был уверен, что ее остатков должно хватить. На вершине он замер и сделал глубокий вдох. Он взглянул на старика и девять путей, вспоминая сказанные им слова. А потом он ступил на четвертый путь! Тем самым повторив выбор Хань Бэй! Вот только коснувшись ногой пути, все перевернулось с ног на голову, и он рухнул с вершины дерева вниз. "Это место начинает выводить меня из себя!" — начал закипать Мэн Хао, в его глазах стояло разочарование вперемешку с решимостью.

Остальные Избранные различных Сект и Кланов после провала принялись повторно взбираться по дереву. И все же один за другим они ошибались и падали вниз, как Мэн Хао. Мэн Хао взобрался наверх в третий раз. К этому моменту все странно поглядывали на старика и его девять путей. Они ломали голову, пытаясь понять, что они проглядели. Какой путь верен?

Среди Практиков стадии Зарождения Души дискуссия всё разгоралась:

— Загадочное место. Каждый из этих юнцов уже попытался дважды, перепробовав все девять путей.

— Очевидно правильный путь постоянно меняется. Похоже решающим фактором будет банальная удача.

Насупившаяся Хань Бэй не спускала глаз с вершины дерева. У нее в голове начала зреть идея о том, какой путь действительно верный.

— Не тревожьтесь, друзья, — сказа Патриарх Сун Тянь со смехом, — чтобы найти истинный путь, каждый из участников должен проявить внимательность. Все зависит от их Сердец Дао.

Под облачным водоворотом Мэн Хао поднимался вверх по гигантскому дереву. Когда до вершины оставалось девять километров до завершения пятой Дао Колонны оставался буквально один шаг. Похожий феномен произошел с ним в Сяо Клане: его тело начало высыхать. К счастью, в этом месте было полно духовной энергии. Бесконтрольная сила притяжения Дао Колонны начала поглощать духовную энергию неважно как далеко она находилась. Вся до последней капли она устремилась к Мэн Хао. От ощущения растущей Культивации на его щеках проступил румянец. Он продолжал свой стремительный подъем, вскоре до вершины осталось три километра. Его голова кружилась и гудела, Мэн Хао изменился в лице, когда внутри него начало собираться золотое свечение. Его Культивация принялась вращаться, отчего свечение пролилось наружу. Казалось оно хотело превзойти само Древо Мира!

Посреди свечение возникли вереницы неясных магических символов, однако в момент их появления весь мир затопил золотой цвет. Практики стадии Зарождения Души наверху поражено поразевали рты. Один за другим они начали вскакивать со своих мест.

— Это же...

— Великий Духовный Трактат!! — задыхаясь воскликнул один из Практиков стадии Зарождения Души.

Глава 198. Первый на стадии Возведение Основания!

Практики стадии Зарождения Души растеряли остатки самообладания. Их глаза невероятно ярко сверкнули, один за другим они начали выкрикивать:

— Это... нет сомнений это сила одного из трех классических трактатов.

— Золотое сечение... признак Великого Духовного Трактата!!!

— Этот юнец Культивирует Великий Духовный Трактат. Разве он не был потерян много лет назад? Остались лишь разрозненные фрагменты. Откуда у этого юнца целый трактат?!

— Судя по всему у него имеется Наставление по Конденсации Ци Великого Духовного Трактата. Предположительно последний раз его видели сотни лет назад в Государстве Чжао в руках человека с непостижимой Культивацией по имени Патриарх Покровитель.

Взгляды всех сосредоточились на Мэн Хао, но больше их внимание привлек не юноша, а Великий Духовный Трактат!!! Каждый из них мог раздавить Мэн Хао словно букашку без какого-либо сопротивления с его стороны. Тот, кто захватит Мэн Хао сможет заполучить Великий Духовный Трактат. Это наставление будет несказанно полезно любой Секте. В Южном Пределе с трактатом любой сможет безнаказанно творить что вздумается. А Секта этого человека станет несравненной, и без сомнений станет хозяйкой Южного Предела. Отсюда такая радость и возбуждение у Практиков стадии Зарождения Души. Даже, если Мэн Хао станет зятем Сун Клана, они всё равно словно гончие псы так просто от него не отстанут!

Но пока Мэн Хао не был членом Сун Клана, а всего лишь одним из участников среди многих. Сейчас было не место и не время, но как только Мэн Хао выберется из мира-картины представители всех Сект и Кланов Южного Предела попытаются его поймать. При таком раскладе его жизнь — последнее, что их интересует. Ради Великого Духовного Трактата ни один из Практиков стадии Зарождения Души не побоится воспользоваться Поиском Души, дабы вырвать Великий Духовный Трактат из Мэн Хао. После завершения Поиска Души он отправится в мир иной!

В момент появления Великого Духовного Трактата Мэн Хао сразу же стал целью всех могущественных Сект Южного Предела! Не трудно догадаться, о чем думали собравшиеся. Глаза Практиков стадии Зарождения Души маслянисто блестели. Хоть они и находились в Сун Клане, рано или поздно кто-то из гостей сделает свой ход.

Все гости перевели взгляд на Патриарха Сун Клана. Мэн Хао открыл свой секрет, теперь все знают, что у него в руках находится Великий Духовный Трактат. Как это могло не привлечь другие Секты и Кланы? Но с точки зрения текущего расклада сил Сун Клан имел преимущество. Пока Практики стадии Зарождения Души смотрели на Патриарха Сун Клана, каждый из них незаметно раздавил пальцами нефритовую табличку, отослав сообщение в свои Секты и Кланы.

Эксцентрик Сун замер словно громом пораженный. Остальные члены Сун Клана пребывали в схожем состоянии. Патриарх Сун Тянь резко поднялся, его дыхание сбилось, а глаза старика загорелись таинственным светом. Вспомнив недавний инцидент и предупреждение Патриарха из Дао Резерва, его глаза решительно сверкнули.

— Этого Мэн Хао... — сказал он, — никто и пальцем не тронет! Любой, кто создаст ему трудности напрашивается на смерть! Дамы и господа, вы гости моего Сун Клана!

Его слова грохотали подобно грому, заставив Практиков стадии Зарождения Души заметно напрячься. В уголках их губ появилась кровь. Теперь гости боязливо поглядывали на грозного Патриарха Сун Клана.

— Не важно зачем вы здесь, сейчас проходит поиск зятя Сун Клана, — сказал он, сверкнув глазами, — победитель станет частью Сун Клана. Когда участники состязания выйдут, тогда можете дать волю жадности. Но если Мэн Хао станет зятем моего Сун Клана, значит того пожелали Небеса!

— Старейшина Сун, мы, разумеется, подчинимся, — с улыбкой сказал Практик стадии Зарождения Души из Секты Черного Сита.

Остальные Практики стадии Зарождения Души согласно закивали, делая вид, что Мэн Хао им совсем не интересен. Но в глубине души они готовились к прибытию собратьев по Секте. Патриарху Сун Тяню было об этом прекрасно известно. Он внутренне вздохнул и замолчал, продолжая наблюдать за золотым миром через облачный водоворот.

В золотом сиянии Мэн Хао вспыхнули магические символы. Это был Великий Духовный Трактат. Наблюдатели прекрасно видели магические символы, но запомнить их не могли. В памяти останутся только расплывчатые образы. В Южном Пределе существовало три трактата. Один источал золотое сияние... Великий Духовный Трактат!

Из истории стерлось откуда он появился, и кто является его создателем. Впрочем, вокруг него гуляло множество легенд. Одна говорит, что создателем был могучий Практик стадии Поиска Дао, который прошел по пути Девятой Горы и Моря. Но легенда звучала слишком грандиозно, поэтому многие в нее не верили. Так или иначе, каждое из семи наставлений Великого Духовного Трактата считалось ценнейшим сокровищем. Более того Секта Пурпурной Судьбы стала одной из великих Сект именно благодаря фрагменту наставления по Возведению Основания Великого Духовного Трактата. Всего-лишь фрагмент одного из наставлений породил великую Секту. Одно это показывало насколько невероятны знания, скрытые в Великом Духовном Трактате.

Практикуя Культивацию с помощью Великого Духовного Трактата тело со временем достигает состояния, когда оно начинает испускать магический текст трактата. Это особое состояние было знаком! Обычно его достигали после оформления девятой Дао Колонны, только тогда текст становился видимым. Но из-за Совершенного Основания Мэн Хао достиг этого особого состояния на пятой Дао Колонне. Вот почему текст трактата стал видимым именно сейчас.

Разумеется, для самого Мэн Хао это тоже стало полной неожиданностью. Он тотчас вытащил талисман удачи и приступил к его активации. Пока текст трактат плыл вокруг его тела, а мир тонул в золотом цвете Избранные различных Сект и Кланов пораженно уставились на Мэн Хао. Толстяк ахнул и прошептал:

— Это Мэн Хао. Он был потрясающим еще в Секте Покровителя, потом в Южном Пределе ему удалось соблазнить Чу Юйянь. А теперь он решил продемонстрировать еще больше своей силы...

Ван Юцай онемело уставился на золотой свет, глубоко внутри в нем медленно поднималось волна восхищения. Ван Тэнфэй выглядел так, словно в него ударил гром. Его затрясло. В нем хотел было вспыхнуть протест, но он вынужден был признать, что... больше не мог смотреть на Мэн Хао свысока. Более того в сердце юноши рос страх: с их последней встречи прошло меньше десяти лет. Еще через десять лет насколько далеко от него оторвется Мэн Хао? Ван Тэнфэй боялся представить себе тот день, когда он, будучи еще на стадии Возведения Основания, повстречает Мэн Хао уже на стадии Создания Ядра. Что тогда произойдет...?

Переполох от появления трактата, во много раз превзошел ту сцену, что устроил подъем Мэн Хао по дереву. Тело Мэн Хао сотрясал рокот. Рокот был на порядок сильней того, что он чувствовал при возведении четвертой Дао Колонны в Сяо Клане, настолько, что сердце Мэн Хао дрожало, а плоть трепетала. Он чувствовал, как завершается его пятая Дао Колонна. Спустя пару вдохов в его голове эхом прокатился чудовищный рокот. Наконец-то, пятая Дао Колонна обрела форму!

Его пятая Совершенная Дао Колонна!

С пятой Дао Колонной его Культивация достигла новых высот. Из его тела вырывался слепящий золотой свет, вокруг плыли слова Великого Духовного Трактата. Казалось они словно склонились перед Мэн Хао. Каждый его вдох заставлял слова трепетать. Стоило его глаза мигнуть, как золотое свечение становилось ярче. Уровень Культивации Мэн Хао повысился, а с ним и его боевое мастерство. Мэн Хао пережил неслыханное преображение!!!

Неожиданно небо над горами Сун Клана затянули тучи Треволнения, спустя какое-то время они рассеялись. Длинные волосы Мэн Хао развивал ветер, тело юноши источало неописуемую мощь. Его сердце билось в унисон с рокотом в его голове. Ему пришлось сделать еще один глубокий вдох, чтобы успокоиться. Взрывной рост Культивации позволил его боевой мощи превзойти прошлую пиковую форму. Сейчас Мэн Хао был уверен, что легко сможет справиться с любым человеком на стадии Возведения Основания. Не важно кто: будь то Избранный или Дитя Дао, все они теперь были слабее его. С его Совершенным Основанием и пятью Дао Колоннами на стадии Возведения Основания он был непобедим! Любой эксперт стадии Возведения Основания с Безупречным Основанием будет раздавлен его Совершенным Основанием.

В тоже время Мэн Хао нутром чуял грозящую ему опасность. Он прекрасно понимал, что за ним наблюдают. Плывущий вокруг текст трактата очевидно принадлежал Великому Духовному Трактату. Несмотря на грозящую опасность глаза Мэн Хао решительно сверкнули. С талисманом удачи в руках он прыгнул вперед. Лишив этот мир духовной энергии, Мэн Хао в окружении золотого сияния направился прямиком к вершине дерева. "Пока за мной еше никто не пришел. Думаю, это ненадолго..." — нервничал Мэн Хао, но так просто сдаваться не собирался. Его цель Квадратную Жемчужину до сих пор никто не забрал. Наложив на нее руки, он сможет воспользоваться талисманом удачи и сделать ноги. "Талисман удачи сумел вытащить меня из древней Обители Богов, с этим место вообще не должно возникнуть проблем!" Для активации талисмана удачи требовалось время. Вливая в него мощь своей Культивации, Мэн Хао стремительно взбирался вверх. С помощью пяти Дао Колонн он стрелой преодолел последние три километра и оказался на пустой вершине дерева.

Старик в сером халате никуда не делся. Золотое свечение повлияло на девять путей, теперь они выглядели, как девять дорог из золота. Мэн Хао в третий раз оказался перед выбором. Его глаза ярко сверкнули. Пришло время окончательного выбора. Выбора... который мог сделать только Мэн Хао!!!

Глава 199. Десятый путь!

Все эксцентрики стадии Зарождения Души сосредоточенно смотрели в облачный водоворот. От дальнейших действий их сдерживал только Сун Клан. Несмотря на страх ими уже были сделаны нужные приготовления. По их мнению, Мэн Хао мало чем отличался от черепахи в кувшине, которой не сбежать, даже если у нее вырастут крылья. Единственным препятствием на пути их планов был Сун Клан. Сложно переоценить ценность наставления по Конденсации Ци Великого Духовного Трактата. Сейчас многие гадали, почему их Секты и Кланы позволили трактату остаться в Секте Покровителя, почему его никто не забрал...?

Собравшиеся эксцентрики следили за Мэн Хао в ожидании окончания состязания и подкрепления из их Сект. Однако... в глазах эксцентрика стадии Зарождения Души Секты Черного Сита незаметно для остальных вспыхнул странный огонек. Сообщение в сломанной им нефритовой таблички отличалось от остальных. Помимо информации о Великом Духовном Трактате он добавил информацию о местонахождении Мэн Хао. Патриарх Секты Черного Сита сразу после похищения Величайшей Муки приказал поймать вора. Об этом не трубили на каждом углу, поэтому поиски проводились в тайне. Вот почему для Секты Черного Сита появление Великого Духовного Трактата только всё усложняло. "Теперь все Секты внимательно следят за ним, — подумал Практик стадии Зарождения Души Секты Черного Сита, — нужно захватить его первым, прежде чем он выложит все свои секреты!" Его губы растянулись в холодной улыбке. "Древняя Обитель Богов не смогла удержать этого парня. С талисманом удачи древней Секты Удачи он может оказаться в любой точке мира". Он был единственным среди собравшихся Практиков стадии Зарождения Души кто знал, что призрачный образ Древа Мира не сможет удержать Мэн Хао внутри. Впрочем, повода для беспокойства не было. Когда Секта Черного Сита узнала про талисман удачи было подготовлена уйма запасных планов.

Под облачным водоворотом в сияющем золотом мире Мэн Хао сделал глубокий вдох. Он внимательно смотрел на старика, который находился в нескольких сотнях метров от вершины. Их разделяло девять путей, каждый их которых блестел золотым светом. Три пути сверкали немного ярче чем остальные. "Какой выбрать...?" — задумался Мэн Хао на миг. А потом в его глазах вспыхнул холодный свет. Он уже сделал два неверных выбора, это его третья попытка. Он знал: в случае провала четвертого шанса ему не представится.

На самом деле Мэн Хао уже догадался какой путь верен. Тот же путь, которым он прошел раньше. Если человек хочет практиковать Культивацию, он должен проявлять настойчивость, не менять постоянно решение. Это был ключ для прохождения девяти путей перед ним. "Но этот выбор... не соответствует моей воле..." Глаза Мэн Хао сверкнули подобно двум льдинкам. Когда он двинулся вперед, Практики стадии Зарождения Души сразу это заметили. Несмотря на затопившее весь мир слепящее золотое сияние, их глаза могли видеть, что действительно происходит.

Как только Мэн Хао рванул вперед, его пять Совершенных Дао Колонн высвободили мощь невидимую остальными Практиками стадии Возведения Основания. Золотое сияние усилилось, как и возросла его скорость. Вот только... он не выбрал ни один из девяти путей. Вместо этого он поднялся в воздух... и полетел прямо к старику в сером. Все это произошло практически мгновенно. Мэн Хао пролетел мимо девяти путей и возник прямо напротив старика. Со взмахом руки Культивация юноши забурлила. Тотчас возник шестисотметровый Огненный Дракон и обрушился на старика в сером. Мэн Хао опустил руку, отчего Квадратная Жемчужина вырвалась из рук старика и полетела к нему. Всё это время старик никак не пытался остановить его. Когда Огненный Дракон поглотил его, а жемчужина покинула его руку, в глазах старика возник загадочный огонек, уголки его губ тронула едва уловимая улыбка. Прогремел древний голос:

— Очевидно ты осознал какой путь верен. Почему ты сделал такой выбор?

Когда прогремел голос, золотое сияние затопившее мир словно что-то подавило. Теперь все Избранные из различных Сект и Кланов отчетливо видели, что происходит на вершине дерева. Увиденное повергло их в шок. Не веря своим глазам, они смотрели на объятого пламенем старика в сером и парящего в воздухе Мэн Хао. Нельзя было не заметить, что он отказался выбрать один из предложенных путей, вместо этого решив убить старика.

— Он посмел атаковать?!

— Этот... этот... этот Мэн Хао отказался идти одним из девяти путей. Вместо этого он решил напасть?! Как такое возможно?

— Старик непостижим. С первого взгляда видно, что он совершенно незауряден, да и это место слишком странное. Не могу поверить, что Мэн Хао решился напасть! Проклятье... почему я об этом не подумал?!

Пока Избранные внизу возбужденно переговаривались, Практики стадии Зарождения Души наверху повскакивали с мест, взгляды этих людей были направлены на Мэн Хао. Особенно пронзительным был взгляд Патриарха Сун Тяня, он недоверчиво ахнул, после чего на его лицо вернулось серьезное выражение. Эксцентрик Сун, Хань Бэй, Ли Шици, Ли Даои, а также Дитя Дао Сун Клана Сун Юньшу пораженно уставились на Мэн Хао. Тяжело дыша, Сун Юньшу не спускал глаз с Мэн Хао. Он прошел проверку со второй попытки, пройдя одни путем дважды. Однако он и подумать не мог, что можно поднять руку на старика в сером.

— Как такое возможно? — просипел Сун Юньшу. — Это же Дух дерева...

В этот момент до них донесся вопрос объятого пламенем старика. Тот же вопрос, которым сейчас задавались все присутствующие: "Почему он избрал такой путь?"

— Строго следовать правилам — бессмысленно, — ответил Мэн Хао, — охотно подчиняться благоволению небес тоже хорошо. Беспредельное упорство тоже годится. Но я не могу выбрать ни один из этих путей.

С этими словами он полетел вверх! Мэн Хао не станет подчиняться правилам этого места, вместо этого он проложит собственный путь. С Совершенным Основанием само его существование было запрещено Небом и Землей, Треволнение Грома желало его уничтожить. Но он продолжит двигаться вперед. Этим он отличался от остальных. Его путь не был результатом соблюдения жестких правил. Зачем ему следовать правилам этого места? Зачем ему выбирать один из девяти путей? Он решил пробиться вперед и забрать жемчужину силой, кровопролитием! Он мог бы успешно пройти испытание, пройдя правильной дорогой, вот только тогда так называемое упорство было бы ничем иным, как еще одной формой следования правил. Это не настоящее упорство!

Из пламени прогремел хохот старика. Губы на его древнем лице растянулись в счастливой улыбке, но было в этой улыбке еще что-то... предвкушение. Он внимательно посмотрел на Мэн Хао, позволив пламени пожрать себя, вскоре его тело исчезло. Когда старик исчез Мэн Хао рванул вверх, Избранные на дереве внизу молча за ним наблюдали. Они не могли отвести от Мэн Хао глаз, сердца этих людей пребывали в смятении. Выбор Мэн Хао оказался прост, но мало кто был способен на такую простоту. Жизнь этих людей была жизнью подчинения, жизнью, где требовалось соблюдать правила. Возможно где-то глубоко внутри у них тлело слабое желание нарушить правила, но они не имели ни малейшего понятия, как это сделать. Мэн Хао же был совершенно другим!

Ван Тэнфэй стал бледнее мела, Ван Юцай потерял дар речи. Губы Толстяка медленно расплывались в восхищенной улыбке. Слова Мэн Хао произвели на него неизгладимое впечатление.

Услышав его слова, все Практики стадии Зарождения Души одновременно ахнули. При взгляде на Мэн Хао у каждого из них в голове пронеслась одна и та же мысль: "Если юнец выживет он точно многого добьётся в Южном Пределе!" Такой характер, такой душевный настрой, такие методы достижения целей... всё это привело Практиков стадии Зарождения Души к одному выводу. Несмотря на наличие у Мэн Хао Великого Духовного Трактата они больше не хотели поймать его и Поиском Души вырвать трактат, ведь это приведет к его кончине. Если они смогут заставить его присоединиться к их Секте, тогда из него можно вырастить воистину могущественного эксперта!

Глаза Ли Даои ярко сверкали, в них можно было заметить нестерпимое желание сразиться с Мэн Хао. Глаза Ли Шици тоже ярко блестели, глядя на Мэн Хао в облачном водовороте, ей неожиданно захотелось матча-реванша с Мэн Хао. Хань Бэй задумчиво поглядывала на Мэн Хао. В глубине ее глаз мерцало восхищение и одобрение. Ей не давала покоя одна мысль: будучи на месте Мэн Хао она бы точно решила пройти одним и тем же путем дважды. Ей бы не хватило решимости поступить как Мэн Хао. В ретроспективе это решение может показаться простым, но в действительности почти никто не стал бы даже рассматривать такую возможность. Сун Юньшу сидел погруженный в раздумья. Сун Цзя рядом с ним не спускала глаз с Мэн Хао. Происходящее навсегда останется в ее памяти.

— «Строго следовать правилам — бессмысленно», — повторил Патриарх Сун Тянь, — отлично сказано!

Он поднялся на ноги. Сердца Практиков стадии Зарождения Души забились быстрее, ситуация развивалась явно не в их пользу.

— Это дитя сумело добыть Квадратную Жемчужину. Кем бы он ни был, кого бы не оскорбил в прошлом, дочь моего Сун Клана теперь его! Кто теперь рискнет тронуть его?!

От его слов многие задумчиво сели. И все же никто не заметил скрытого смысла в словах Патриарха Сун Тяня. В этой странной формулировке он никак не упомянул, что Мэн Хао женится и войдет в их семью. В этот самый момент множество ярких огней вспыхнули за пределами гор Солнца и Луны Сун Клана с ними прибыл могучий Ци. Похоже пять Сект и два Клана получили известия!

Глава 200. Убийство под ночным дождем!

В момент появления пяти Сект и двух Кланов в мире облачного водоворота Мэн Хао летел вверх. Пока все взгляды были сосредоточены на нем он надавил на талисман удачи, вливая в него мощь своей Культивации. Он заранее приготовил талисман удачи, поэтому от одной пряди духовной энергии перед ним разверзлась огромная черная дыра. Все Избранные и эксцентрики стадии Зарождения Души смотрели, как кружащий водоворот черноты превратился в открытую пасть, которая проглотила Мэн Хао.

Избранные различных Сект и Кланов от удивления поразевали рты. Практики стадии Зарождения Души могли только наблюдать за исчезновением Мэн Хао. Как хоть кто-то из них мог предсказать такую развязку? Став свидетелями исчезновения Мэн Хао, Практики стадии Зарождения Души, не в силах больше сдерживаться, подскочили на ноги и бросились к облачному водовороту. Патриарх Сун Тянь внутренне вздохнул. У него не было выбора, кроме как сделать это объявление. Однако даже с учетом того, что все происходит на территории Сун Клана, им будет сложно выстоять против пяти Сект и двух Кланов. Может оно и к лучшему, что Мэн Хао сбежал самостоятельно. Сейчас Сун Тянь не мог помешать Практикам стадии Зарождения Души броситься вдогонку за Мэн Хао. Однако в следующую секунду лица Практиков скривились. Судя по всему, Мэн Хао задействовал какую-то могучую магию перемещения.

— Выходит у жалкого Практика стадии Возведения Основания имеется ценное перемещающее сокровище. Какие еще тайны хранит этот Мэн Хао?!

— Великий Духовный Трактат, ценнейшее перемещающее сокровище. Секта Пурпурной Судьбы просто обязана наложить на него руки!

С прибытием представителей пяти великих Сект и двух великих Кланов Практики стадии Зарождения Души вернулись на место. Талисман удачи перенес Мэн Хао прочь из Сун Клана.

Тем временем… В Секте Черного Сита на главной горе, стоящей в самом центре Сотни Тысяч Гор, над гигантской курильницей вился дым. В эту секунду дюжины Практиков рванули вперед и растворились в дыме курильницы. Внизу мрачные Патриарх Пурпурное Сито и красивая женщина наблюдали за отправляющимися Практиками. Патриарх Пурпурное Сито нахмурившись сказал:

— С этим талисманом удачи его весьма непросто выследить. Если отправить учеников стадии Создания Ядра или магические предметы с мощью Создания Ядра это помешает Курильнице Тройной Черноты определить точное местоположение по отзвукам перемещения. Одна крошечная ошибка и их может закинуть на сотню километров от цели. К тому же Курильницу Тройной Черноты можно использовать только раз в месяц.

— Не важно, — невозмутимо ответила красивая женщина, — даже без учеников стадии Создания Ядра, мы послали Чжоу Цзе с отрядом учеников стадии Возведения Основания. Учитывая его Культивацию и статус Дитя Дао я думаю его хватит, чтобы отвлечь Мэн Хао. Всё что ему нужно, так это удержать его на месте какое-то время. Как только остальные закончат заклинание мы мгновенно переместимся к ним, тогда Мэн Хао не сбежать, даже если у него неожиданно вырастут крылья.

— Не забудь про талисман удачи, кто знает сколько еще в нем осталось зарядов. Если талисман целый, его можно использовать до семи раз. Он задумчиво наблюдал, как последний ученик растворился в дыме Курильницы Тройной Черноты.

— Не беспокойся, — приободрила его женщина, — Мэн Хао всего лишь на средней ступени Возведения Основания. По древним записям я смогла произвести расчеты: учитывая его Культивацию на активацию талисмана удачи ему требуется время, за которое сгорают две благовонных палочки. Пока Чжоу Цзе и остальные удерживают его и готовят наше заклинание — Мэн Хао обречен. Он обычный, ничем не примечательный Практика стадии Возведения Основания. Не волнуйся Старший Брат Пурпурное Сито, совсем скоро мы окажемся рядом с Мэн Хао.

Тем временем в безымянной части Южного Предела над горами нависали черные грозовые тучи. Гром и вспышки молний перепугали диких зверей живущих в этих безлюдных горах. Крупный, размером с горошину дождь обрушился бурным потоком с небес. Закатное солнце полностью скрыли черные тучи, потемневший мир накрыло дождливое марево. Росчерк молнии пересек темное небо, внезапно по воздуху пошла рябь, рассекшая плотный поток дождя. Из огромной клубящейся черной дыры вывалился бледный Мэн Хао.

Он сразу же огляделся. Черная дыра исчезла, оставив Мэн Хао наедине с дождем. Он, словно не замечая ненастья, внимательно осматривал окрестности, убедившись, что всё в порядке, он облегченно вздохнул. С треском на поверхности талисмана удачи появилась еще одна большая трещина. Похоже после еще нескольких перемещений он рассыплется на куски. "Это действительно спасительное сокровище, — подумал он, — не стоит использовать его небрежно..." Поколебавшись еще немного, он сделал глубокий вдох. Внезапно его тело задрожало. Дождевая вода больше его не казалась, одежда Мэн Хао высохла. "Сейчас, думаю, все Секты и Кланы разыскивают меня". Он сдвинул брови: золотое сияние Великого Духовного Трактата даже для него стало полной неожиданностью. Поэтому ему ничего не оставалось, как сбежать. "К счастью, я прихватил с собой Квадратную Жемчужину. Интересно, сможет ли она избавить меня от яда трехцветной Запредельной Лилии...?" Его глаза заблестели в предвкушении. Он решил найти спокойное место в горах, вырезать в скале Пещеру Бессмертного и испытать жемчужину. Сделав всего один шаг, он внезапно изменился в лице.

Место, куда он попал уже пришло в норму, почему же у него возникло ощущение, что открывается еще один проход? Действительно, открылась иссиня-чёрная дыра, от нее волнами исходила сила, которая искажала направление капель дождя.

Глаза Мэн Хао вспыхнули жаждой убийства. Он мог попытаться сбежать, всё-таки второй проход не мог быть простым совпадением. Кто-то похоже решил проследить за ним по отзвукам перемещения. Но он решил остаться. Его глаза блеснули холодным, угрожающим светом. Если бы он бросился бежать сейчас, то мог бы обеспечить себе десять вдохов форы, но вместо этого он решил остаться и сражаться. Он решительно зашагал вперед. Взмахом руки Мэн Хао вызвал огромный Клинок Ветра и Огненного Дракона, оба столкнулись с черной дырой. Когда Огненный Дракон с грохотом ударился о черную дыру, та начала распадаться на части. Одновременно с этим возникли тени дюжин Практиков. Тени постепенно приобретали очертания, готовые выйти наружу. Без колебаний Мэн Хао поднес руку ко рту и прикусил подушечку пальца. Техника Кровавого Пальца немедленно обрушилась на ослабевшую черную дыру.

Бум!

Шум по силе мог сравниться с грохотом грома. Черная дыра затрепетала и разбилась на куски. Душераздирающих криков не было, однако из дюжин Практиков только половина успешно выбралась наружу! Вторая половина погибла в черной дыре! Бескровное убийство. Такое стало возможным только благодаря решительности Мэн Хао. Не решись он нанести удар или бросься бежать, сейчас бы ему пришлось иметь дело не с дюжиной противников, а с двумя дюжинами.

Выжившая дюжина Практиков сразу же разразилась мощью поздней ступени Возведения Основания. В их рядах стоял человек с длинными черными волосами. Высокий, стройный, на его красивом лице губы вытянулись в тонкую линию, а глаза мерцали странным светом. Его Культивация находилась на великой завершенности Возведения Основания — стадии Псевдо Ядра!

— Секта Черного Сита! — Мэн Хао прищурился, он без труда узнал наряд Практиков.

Жажда убийства вспыхнула в нем с новой силой. Секта Черного Сита, теперь все встало на свои места. Больше он не проронил ни слова. С этого момента он будет атаковать без жалости и колебаний. Он шагнул вперед, вращая пять Совершенных Дао Колонн. Они не проливали ни капли силы наружу. Пока Мэн Хао надвигался на ближайшего Практика Секты Черного Сита вокруг него вибрировали капли дождя. Этот человек холодно хмыкнул, поднял руку и вызвал призрачный образ огромной руки, которая устремилась к Мэн Хао. В полной тишине остальные Практики рванули к Мэн Хао. Только Практик стадии Псевдо Ядра не двинулся с места. Стоя на почтительном расстоянии, он хлопнул по своей бездонной сумке и вытащил курильницу размером с руку. Один взмах руки и курильница зажглась. Из нее начал подниматься дым, который сгустился в концентрические кольца из магических символов. Выглядели они, как портал для перемещения.

В момент появления портала Мэн Хао достиг Практика стадии Возведения Основания, который вызвал призрачную руку. Тот свирепо ему улыбнулся. По его мнению, важность этой миссии была раздута до неприличия. На поздней ступени Возведения Основания он мог без труда разделаться с Практиком средней ступени Возведения Основания.

— Я, Се, возьму твою жизнь! — рассмеялся он.

Как только он рванул вперед сияющие копья неожиданно вырвались у него с плеч. Похоже он намеревался пригвоздить ими Мэн Хао. Выражение лица Мэн Хао не изменилось. Он поднял руку и направил палец в сторону приближающейся призрачной руки. С грохотом рука распалась на множество фрагментов. Практик Секты Черного Сита по имени Се пораженно смотрел на надвигающегося Мэн Хао. Мэн Хао даже не удостоил этого человека взглядом. Скрытая до этого момента сила его Культивации внезапно вырвалась наружу.

Бум!

От Мэн Хао волной поднялось давление, и внезапно он оказался рядом с Практиком Се. Молниеносным движением его рука вцепилась в горло незадачливого Практика. В глазах холод, пальцы сжали горло. С мерзким хрустом его шея сломалась.

Это было убийство под ночным дождем!

Глава 201. Поединок Дитя Дао!

Это тоже выглядело, как бескровное убийство, брызнувшую кровь тотчас смыл дождь. Мэн Хао нравилось драться под очищающим проливным дождем, поэтому он не расходовал силу Культивации на то, чтобы отвести от себя дождевые капли. Ослабив хватку, юноша повернулся. Дождевая вода капала с его мокрых волос и подбородка, его одежда постепенно намокала. В резкой вспышке молнии Мэн Хао казалось был окружен демоническим ореолом. Окружающие его Практики из Секты Черного Сита ошеломленно замерли, презрение в их глазах сменилось сосредоточенностью.

Дитя Дао Чжоу Цзе прищурил глаза, он не стал атаковать, продолжая держать над головой курильницу. Дым довольно споро сгущался в воздухе над ним.

— Убить его любой ценой, — его холодный голос перекрыл бушующее ненастье.

Мэн Хао окружали более десяти Практиков. После команды Дитя Дао все они бросились в атаку: магические техники, оружие различных форм и размеров в мгновение ока обрушились на Мэн Хао. Прогремел взрыв. Эта битва была самая напряженная битва Мэн Хао, все его противники находились на поздней ступени Возведения Основания. Какая-нибудь маленькая Секта никогда бы не смогла воспитать столько Практиков такого уровня. Секта средней руки имела такие возможности, но никогда бы не отправил их всех сразу. Для любой Секты Практик поздней ступени Возведения Основания являлся настоящим подарком Небес. Если хотя бы один из них доберется до стадии Создания Ядра, он сможет изменить судьбу целой Секты. Только великие Секты вроде Секты Черного Сита имели настолько много ресурсов, что могли себе позволить отправить на одно задание такое количество Практиков стадии Возведения Основания.

Глаза Мэн Хао вспыхнули. Без пятой Дао Колонны эта битва была бы невероятно сложной, а может даже и смертельно опасной. Но не сегодня, с пятой Дао Колонной на стадии Возведения Основания он был неуязвим. Можно сказать, что Мэн Хао стал самым сильным человеком до стадии Создания Ядра во всем Южном Пределе!

Приближающихся учеников Секты Черного Сита встретил зловещий смех Мэн Хао. Левая рука Мэн Хао в манящем жесте вызвала Огненного Дракона-Инлуна. Однако он материализовался не до конца, Мэн Хао воспользовался его жаром, чтобы превратить капли дождя в густой туман. Под завесой тумана Мэн Хао хлопнул по своей бездонной сумке и вытащил два деревянных меча. Сделав вокруг хозяина несколько кругов, они устремились вперед. Бурлящий туман накрыл место схватки и полностью перекрыл обзор сражающимся. Жар неполного дракона продолжал создавать туман. Прогремел гром, с неба ударила молния. Один за другим из тумана начали раздаваться отчаянные вопли.

Мэн Хао словно тень мелькал в плотной пелене, неся за собой смерть. Два деревянных меча впереди юноши отсекли голову ученику Секты Черного Сита. Перед смертью ученик только и успел, что удивленно распахнуть глаза. Разразилась настоящая бойня. Мэн Хао двигался подобно призраку. С мерзким хрустом от руки Мэн Хао пал еще один Практик. Мэн Хао швырнул бездыханное тело вперед на летящее в него копье. С хлопком тело разлетелось на кровавые ошметки. Мэн Хао двинулся дальше. Взмахом рукава он вызвал Клинок Ветра и разрубил на куски им еще одного противника. Порубленная на куски плоть посыпалась из тумана на землю. При виде этого Чжоу Цзе поморщился, тем не менее он продолжал управлять курильницей. Струящийся дым курильницы сгустился где-то на шестьдесят процентов.

Внезапно из тумана раздался еще один резкий вопль. Ученик Секты Черного Сита с наполовину уничтоженным телом вывалился за пределы тумана, казалось, что ему удалось успешно сбежать, но тут рука Мэн Хао схватила его за голову, и Практик закричал. В этот момент из тумана показалось лицо Мэн Хао. Их взгляды с Чжоу Цзе скрестились после чего Мэн Хао улыбнулся и растворился в тумане. В следующую секунду из тумана вывалилось тело ученика Секты Черного Сита, в стеклянных глазах покойника застыл ужас. Чжоу Цзе задрожал, на его лице возникло неприглядное выражение. Крики и вопли в тумане слабели, грохот взрывов становился всё тише. Внезапно из тумана показалась фигура.

— Старший Брат Чжоу, спаси меня! — закричал ученик Секты Черного Сита.

У него отсутствовала правая рука, а лицо перекосила гримаса ужаса. Крик еще не успел стихнуть, когда из тумана вырвалась метровая призрачная рука. С невероятной скоростью она догнала убегающего Практика. Рука с оглушительным взрывом обрушилась на беглеца, его тело задрожало, а рот беззвучно задвигался, словно пытаясь что-то сказать, но в следующее мгновение его тело взорвалось.

К этому времени туман вокруг Мэн Хао начал спадать. Вышедший наружу Мэн Хао благодаря своему халату и длинным волосам выглядел, как слабый ученый. Но холод в его глазах заставил Чжоу Цзе поежиться. Туман накрыл дюжину Практиков поздней ступени Возведения Основания… и только Мэн Хао вышел оттуда живым!

— Ваше превосходительство, не слишком ли вы жестоки? — спросил Чжоу Цзе и медленно опустил руку.

Больше не осталось людей, которые смогут задержать Мэн Хао, купив ему немного времени для завершения заклинания курильницы. Секты Черного Сита сильно просчиталась при оценке силы Культивации Мэн Хао. В действительности Патриарх Пурпурное Сито получил сведения о Культивации Мэн Хао от Старейшины, который сейчас гостил в Сун Клане. Он заметил, что сила юноши превосходит среднюю ступень Возведения Основания и скорее был ближе к поздней ступени Возведения Основания. Однако во всей Секте истинная мощь Мэн Хао была известна одному лишь Чжоу Цзе, эта мощь даже рядом не стояла с поздней ступенью Возведения Основания. Его ужасающий гнет превосходил даже эту ступень.

После тщательного анализа у Чжоу Цзе появилось сильное опасение, что мощь духовной силы его противника кардинально отличалась от остальных Практиков. Она выглядела как обычная духовная сила, но почему-то присущая исключительно Мэн Хао. По идее духовная сила в магических техниках, которыми атаковал Мэн Хао, должна со временем рассеяться и вернуться обратно в Небо и Землю. Вот только сила в атаках Мэн Хао не рассеивалась, наоборот Небо и Земля ее словно отвергали. Она просто парила в воздухе, как масляная пленка на воде.

Похоже взрывная мощь этой отверженной силы была одной из причин могущества Мэн Хао. Чжоу Цзе довольно быстро пришел к этому решению, но оно по-прежнему не решало его текущей проблемы. Его сердце сковал страх. Благодаря этой взрывной мощи Мэн Хао на средней ступени Возведения Основания мог также легко расправляться с Практиками поздней ступени Возведения Основания, как ломать сухие прутья или трухлявое дерево. В этом… нет сомнений!

Духовная сила Мэн Хао отличалась от силы остальных Практиков, она принадлежала только ему. Духовная энергия остальных принадлежала Небу и Земле. С помощью дыхательных упражнений Практики могли ее позаимствовать. В зависимости от ступени Культивации время на сколько ее можно занять разнилось. Но одно оставалось неизменным: вся духовная энергия после смерти возвращается в лоно Неба и Земли. Это круговорот. Также как девять путей старика в сером на вершине Древа Мира, это было правилом Неба и Земли.

— На самом деле я не жесток, — равнодушно ответил Мэн Хао, — это вы жестоки. В действительности я весьма добросердечный человек. Однако ваше появление здесь — вот настоящая проблема.

Взмахом руки Мэн Хао полностью развеял туман. Ливень обрушился на обоих, разделив их плотной стеной дождя. Но взгляды их не сходили друг с друга, блеск в глазах двух бойцов становился все свирепей.

— Я Чжоу Цзе Дитя Дао из Секты Черного Сита! — неожиданно объявил Чжоу Цзе, подняв руку.

В ней возникла синяя тридцатисантиметровая благовонная палочка. Палочка уже горела, ее дым извивался, пока не принял форму загадочно светящегося меча. Это явно была необычная благовонная палочка.

— Я Мэн Хао из государства Чжао, — спокойно произнес Мэн Хао.

Правой рукой он выполнил магический пасс. Вокруг него принялись кружить два деревянных меча, от них исходила сияющая аура мечей, а также монотонный гул словно мечи жаждали испить крови. Мэн Хао раньше уже доводилось сталкиваться с Детьми Дао: первая схватка была с Ли Даои, кончившаяся его бегством и отрубленной рукой; потом противоборство между ним и Ли Шици; и нынешняя схватка с Чжоу Цзе. «При схватке с Ли Даои у меня было три Дао колонны, — подумал Мэн Хао, — четыре при встрече с Ли Шици. Теперь у меня пять колонн. Сейчас я могу доказать, что пять Совершенных Дао Колонн непобедимы на стадии Возведения Основания!» В глазах Мэн Хао вспыхнул восторженный блеск. Два гудящих деревянных меча, словно почувствовав желание Мэн Хао сражаться, загудели громче, а их ауру стала еще ярче.

— Ты похож на женщину, которую я встретил во время странствий несколько лет назад. Я пробовал ухаживать за ней, но у нас ничего не вышло. Только ее фамилия была не Мэн.

Чжоу Цзе покачал головой. Несмотря на язвительное замечание Мэн Хао действительно заслужил его уважения. Во всем Южном Пределе около десяти людей на стадии Возведения Основания заслуживали его уважения. Каждый из них имел статус Дитя Дао! Но сегодня перед ним предстал Мэн Хао. Человек способный стоять плечом к плечу с нынешним поколением Детей Дао. Слова еще не успели слететь с его губ, как тело Чжоу Цзе вспыхнуло силой великой завершенности Возведения Основания. Волна силы разметала его волосы. Дождевая вода огибала его тело, словно не смея коснуться Чжоу Цзе. Свирепо оскалившись, он направился к Мэн Хао. Глаза Мэн Хао сверкнули, и он тоже направился вперед и выпустил Духовное Сознание.

Дождь был единственным свидетелем поединка сильнейших на стадии Возведения Основания!

Глава 202. Столкновение сильнейших!

В небе схлестнулись множество слоев облаков, грохотал гром. Тем временем внизу Мэн Хао и Чжоу Цзе шли навстречу друг другу. Их взгляды скрестились, вокруг бушевала мощь их Духовного Сознания. Атаки Духовным Сознанием не имеют формы, их невозможно увидеть, но их потенциал, как смертоносного оружия во много раз превосходил магические предметы!

Не спуская глаз с оппонента, Мэн Хао и Чжоу Цзе одновременно задрожали. Чжоу Цзе чувствовал себя так, словно его придавила гигантская гора. Из уголков его рта капала кровь. Он стиснул зубы в свирепом оскале. На Мэн Хао их игра в гляделки тоже повлияли. Его губы растянулись в тонкую линию, но крови не было. Холодно хмыкнув, он сделал шаг вперед. Как только его нога коснулась земли, оба опять задрожали. Чжоу Цзе немного побледнел, он уже понял, что Мэн Хао превосходит его в плане Духовного Сознания. Без колебаний он отскочил на несколько шагов, одновременно исполнив магический пас левой рукой. В другой его руке струйка дыма из тридцатисантиметровой благовонной палочки тут же превратилась в изогнутый меч, который без промедления рванул к Мэн Хао.

Пока меч со свистом летел к Мэн Хао, дым, из которого он состоял, начал расширяться, пока в нем не стали видны очертания человека с изогнутым мечом в руках. Когда фигура из дыма замахнулась мечом, глаза Мэн Хао сверкнули. Левой рукой он исполнил магический пасс, отчего два жаждущих крови деревянных меча громко загудели, превратились в два луча света и рванули наперерез дымному мечнику. Мечи покрыли разделяющее их расстояние до цели в мгновение ока. Не было ни уклонения, ни каких-то других маневров: две атаки неслись друг на друга словно заклятые враги. Сила их столкновения была таковой, что один из мечей непременно должен был разбиться. Одновременно со взрывом Мэн Хао взмахнул двумя руками, будто кукловод управляющий деревянными мечами с помощью невидимых нитей. Деревянные мечи засияли настолько ярко, что по воздуху пошла рябь, всё вокруг задрожало. Кто посмеет к ним приблизиться?

После взрыва в глазах Чжоу Цзе возник странный блеск. Он еще раз взмахнул левой рукой и опустил благовонную палочку в правой. Из нее повалило еще больше дыма. В мгновение ока дым превратился в десять призрачных фигур с оружием в руках. Все они бросились на Мэн Хао. При виде приближающихся фигур на лице Мэн Хао не дрогнул ни один мускул. Он поднял руки и выставил их перед собой. Два деревянных меча с пронзительным свистом неожиданно начали притягивать к себе всю энергию Неба и Земли. Аура мечей вокруг них увеличилась на тридцать метров, сами мечи казалось превратились в два Инлуна-клинка, которые принялись кружить вокруг Мэн Хао. С ревом несущиеся призраки из дыма один за другим начали растворяться в воздухе, не в силах добраться до Мэн Хао.

— Смотрю, тебе нравится сидеть в защите, — холодно прокомментировал Чжоу Цзе, — это можно исправить.

Когда левая рука выполнила магический пасс и нажала на благовонную палочку, его глаза полыхнули холодным светом. Палочка начала гореть быстрее, выпуская еще больше дыма. Дым формировал кольца, которые расходились вперед концентрическими кругами. Каждое новое кольцо было больше предыдущего. Как только собралось больше сотни колец они обрушились на Мэн Хао. Они окружили его, словно намереваясь обволочь со всех сторон.

Даже когда кольца из дыма готовы были его поглотить, на лице Мэн Хао оставался его обычное спокойное выражение. Он открыл рот и выплюнул Грозовой Туман. В прошлом Грозовой Туман сумел вобрать в себя Треволнение Грома, а также волю молний из квадратного треножника. Похоже это послужило причиной для невероятной трансформации. Стоило туману раскинуться, как в небе над сражающимися прогремел гром. Грозовой Туман, похоже, как-то повлиял на тучи: те начали сгущаться, готовые разразиться молнией в любую секунду. Судя по всему, на территорию за пределами Грозового Тумана Мэн Хао вскоре обрушится град из молний!

Дым всё увеличивался, пока с грохотом с неба не обрушилась молния. При контакте с молнией дым разорвало на клочки. Чжоу Цзе прищурился. Такая тактика была для него в новинку. Под прикрытием Грозового Тумана Мэн Хао пошел вперед. Дым вокруг него бурлил, в небе стоял оглушающий грохот. Раззадоренные молнией, два деревянных меча вспыхнули удушающей жаждой убийства.

Под проливным дождем шел юноша с развивающимися волосами, у любого при виде Мэн Хао душа бы ушла в пятки от пугающего, демонического чувства. Внезапно от Мэн Хао начала исходить властная аура, такую ауру он демонстрировал впервые!

— На самом деле, — небрежно бросил Мэн Хао, — мне намного лучше удается нападение.

Словно переполненный сокрушительной силой, как какой-то древний зверь, готовый поставить мир на колени, он шагал вперед. Чжоу Цзе лишь с большим трудом удержал себя от бегства. Мэн Хао сейчас кардинально отличался от человека, сидящего в защите, буквально пару мгновений назад. Его переполняла свирепость, будто раньше он походил на клинок в ножнах… который сейчас обнажили. Пришло время демонстрации!

Один шаг, второй, третий… С каждым шагом Мэн Хао гром становился всё громче. На небе сверкнула молния. Мэн Хао вспыхнул всей силой своей Культивации, которую подкрепляло его развернутое Духовное Сознание. Чжоу Цзе пораженно застыл, он нутро чуял, что нельзя позволить Мэн Хао взять преимущество. Иначе схватка закончится крайне быстро. После третьего шага его противника Чжоу Цзе принял решение. Он разжал пальцы правой руки, отчего наполовину сгоревшая благовонная палочка неожиданно взлетела в воздух.

Когда он двумя руками принялся выполнять магические пассы глаза Чжоу Цзе начали наливаться кровью.

— Истребляющий Дым Западного Перевала! — выставив перед собой руки, нараспев произнес он.

Благовонная палочка еще раз вспыхнула. Для новой порции дыма ей пришлось пожертвовать значительным количеством своей длины. Густой дым полетел прямо на Мэн Хао.

— Взрыв! — закричал Чжоу Цзе.

Густой туман сразу же взорвался. Все вокруг затрясло, звук взрыва перекрыл даже гром в небе. Дым покрыл собой молнии, когда он прокатился зеленоватой волной, неся с собой смертоносную силу истребления. Мэн Хао затрясло. Грозовой Туман замерцал, а потом просто схлопнулся под таким чудовищным напором. Два деревянных меча еще сопротивлялись последней атаке, сам Мэн Хао попятился на пять шагов. В уголках его губ показалась кровь. «Похоже Дети Дао из великих Сект крепкие орешки…» Мэн Хао сделал глубокий вдох, его глаза сверкнули.

Немного бледный Чжоу Цзе выставил вперед руки для очередного магического пасса. Благовонная палочка почти прогорела, сейчас от нее осталось не больше пяти сантиметров. Густой дым опять устремился к Мэн Хао.

— Взрыв! — взвыл Чжоу Цзе.

Надвигающийся дым Мэн Хао встретил пятью ударами перед собой: Пять Ударов Секты Черного Сита! Техника пяти ударов была выполнена в мгновение ока. Пока истребляющий дым увеличивался в размерах перед Мэн Хао возникла огромная рука, которая ринулась прямо на клубящийся дым. От взрыва содрогнулась земля, все капли дождя вокруг превратились в мелкую морось. Мэн Хао прищурился и отошел на шаг. Его пять Совершенных Дао Колонн вращались, позволяя ему снова и снова выпускать атаку из пяти ударов. Одна гигантская ладонь, вторая. В следующий миг перед Мэн Хао возникло по меньшей мере десять гигантских ладоней. Весьма впечатляющее зрелище. Все ладони, сияя золотым светом, со свистом полетели на Чжоу Цзе.

К этому моменту глаза Чжоу Цзе почти полностью покраснели. Его руки быстро один за другим выполняли магические пассы. Благовонная палочка полностью сгорела, ее дым полетел наперерез атакам Мэн Хао. При контакте прогремел очередной оглушающий взрыв. Взрывная волна рябью прошла по воздуху, погнула деревья и превратила капли дождя в пар. Изо рта Мэн Хао брызнула кровь, однако выражение его лица стало еще свирепей. Чжоу Цзе шатаясь попятился на семь-восемь шагов. Не в силах сдерживать подступивший к горлу ком, он закашлялся кровью. Несмотря на бледность лица его глаза ярко блестели.

Оба молча сверлили оппонента взглядом. Оба знали… битва еще далека от завершения. Чжоу Цзе использовал только один магический предмет. Он пока не применил магических техник Секты или смертельных приемов. Как, впрочем, и Мэн Хао. Они схлестнулись в поединке взглядов где-то на три вдоха, после чего Чжоу Цзе запрокинул голову и расхохотался.

— Великая Ладонь Черных Туч! Мне знакома эта магическая техника! Брат Мэн, раз и тебе она известна, думаю сегодня нам выпал отличный шанс обменяться опытом. Позволь мне продемонстрировать почему технику Великая Ладонь Черных Туч Секты Черного Сита еще называют Черными Тучами!

Он поднял правую руку и внезапно его дыхание сбилось. Одновременно с движение руки появилось двадцать шесть призрачных образов. Каждый образ выглядел как рука. Чжоу Цзе прищурился и выставил руку в сторону Мэн Хао.

— Это настоящая Великая Ладонь Черных Туч! — с криком он ударил перед собой, после чего возникла гигантская рука.

От гигантской руки, словно сотканной из тумана, исходило темное свечение. Схожесть черного тумана с черными тучами дала имя этой технике! Великая Ладонь Черных Туч со свистом и громоподобным рокотом устремилась к Мэн Хао. В плане глубины понимания и силы эта атака намного превосходила неполную версию Мэн Хао.

Глаза Мэн Хао сверкнули, но он ничего не сказал. Это было частью его характера: во время магических поединков он почти не разговаривал. Все свои слова он вкладывал в атаки, сохраняя молчание, он увеличивал мощь каждого своего удара. Мэн Хао поднял правую руку и рассек подушечку пальца. Как только палец окрасила кровь мир перед глазами Мэн Хао покраснел.

Глава 203. Я силен! Вот почему я еще жив!

Наследие Кровавого Бессмертного!

Без лица, одно лишь слово, пламя войны сомкнулось,

Рваные тучи, дождь цвета крови, море до неба взметнулось.

Плени богов, вперед войска, пламя объяло башни,

Переплавь души и линии крови в девять смертельных казни![1]

Эти слова несли с собой магическую силу. Для высвобождения этой силы требовалась достаточная Культивация — стадия Создания Ядра. Мэн Хао прекрасно знал, что пока не может использовать ее, однако Кровавый Палец, Кровавая Ладонь и Кровавый Мир Смерти не имели требований к Культивации. Для их использования требовалось только определенное количество духовной энергии. Вместе с Восьмым Заговором Заклинания Демонов это были его главные козыри, его коронные техники.

Перед сегодняшней схваткой Мэн Хао неоднократно использовал Кровавый Палец. Невероятно могущественная техника, она могла потрясти любого, кто ее увидит. Мир перед Мэн Хао покраснел, это верный знак техники Кровавого Пальца. Мэн Хао уже давно привык к этому кроваво-красному миру. Он взглянул на Чжоу Цзе и огромную Великую Ладонь Черных Туч, которая со свистом неслась на него. Черный дым, из которого была соткана ладонь, переплетался со странным Ци. Чем ближе к цели была ладонь, тем больше она становилась. Мэн Хао уже представил себе, как она перекрывает ему обзор, скрыв от него остальной мир. Ему сразу вспомнился случай с Патриархом Провидение в государстве Чжао, когда в Секте Покровителя он нанес удар ладонью. Тогда Мэн Хао был слишком слаб, чтобы оказать хоть какое-то сопротивление. Удар разнес Секту Покровителя и оставил огромный след ладони на земле. Но в небе возникла красная вспышка, которая словно меч способный рассечь Небо и Землю, разрубила ладонь пополам и спасла Мэн Хао. Сейчас в голове Мэн Хао стоял образ того случая в государстве Чжао: несущейся на него с неба огромной ладони. Разумеется, Чжоу Цзе и рядом не стоял с Лордом Провидение. И всё же эта сцена разбередила старые воспоминания...

Внезапно губы Мэн Хао растянулись в улыбке. Он поднял руку навстречу летящей ладони. Атака ладони увеличивалась в размерах и быстро приближалась, созданный ей ураганный порыв ветра разметал волосы и полы халата Мэн Хао... Он указал окровавленным пальцем правой руки на приближающуюся Великую Ладонь Черных Туч и рубанул вниз. Это резкое движение выглядело как вспышка света в мире непроглядной тьмы. Такая же яркая, как свет, когда человек впервые в жизни открывает глаза. Похожим ударом Кровавый Демон разрубил атаку ладони Лорда Провидение. Этот удар... результат просветления Мэн Хао, после столкновения лицом к лицу с гигантской ладонью в Секты Покровителя государства Чжао!

Я силен! Вот почему я еще жив!

Прогремел взрыв. Мэн Хао не сдвинулся с места. Огромной ладони до цели оставалось каких-то двадцать сантиметров, когда на ее поверхности возникла огромный разрез, начинающийся между средним и безымянны пальцем и уходящим вниз через всю ладонь. А потом трещина начала расширяться. Мэн Хао даже бровью не пошевелил, когда две половины ладони пролетели с двух сторон от него. Очередной порыв ветра растрепал его волосы, но глаза юноши ярко сверкали. Они напоминали два солнечных диска темной ночью. На них нельзя было надолго задержать взгляд... это свет ослеплял!

— Хочешь продолжить? — спокойно спросил Мэн Хао.

Чжоу Цзе стоял и молча смотрел на Мэн Хао. Горечь, возникшая было в его сердце, в следующий миг сменилась жаждой битвы, его глаза вновь оживились.

— Конечно я хочу продолжить, — невозмутимо ответил он, — с тех пор, как я обрел статус Дитя Дао я еще никогда не терпел поражения.

Он вдохнул полную грудь воздуха и взмахнул рукой по направлению к курильнице в стороне. В следующий миг курильница задрожала: сначала она потрескалась, а потом и вовсе с треском рассыпалась на куски.

— Теперь никто не помешает нашему поединку.

Его слова были просты, как и его действия. Эта простота показывала невероятную силу, силу истинного эксперта. Эта было всего лишь малая часть силы, но даже ее хватило, чтобы Мэн Хао сощурил глаза. "Он отрезал себе пути отхода, — подумал Мэн Хао, — теперь, когда некуда бежать, ему придется надеяться только на себя и на всю ту мощь, что он сможет собрать. Чжоу Цзе действительно выдающийся человек". Он кивнул.

Чжоу Цзе надавил на бездонную сумку, оттуда вырвалось пять сияющих прядей света. С появлением яркого сияния темнота вокруг них внезапно рассеялась. Вместо пяти прядей света перед Чжоу Цзе теперь парили пять сияющих меча! Каждый из них переливался всеми цветами радуги! Чжоу Цзе выставил вперед палец. Пять мечей подлетели к пальцу и встали один над другим.

— Сито Луны Матери Земли, Рассекающая Небеса Формация Мечей!

Чжоу Цзе указал рукой в землю. Одновременно с этим ярко сияющие мечи со вспышкой исчезли. Сразу после исчезновения мечей Мэн Хао сощурил глаза и отскочил на шесть шагов. Почти в эту же секунду пять мечей материализовались из воздуха. Они рванули вверх прямо к отступающему Мэн Хао. Их мерцающий свет слепил глаза, со свистом лучи молниеносно оказались над Мэн Хао, аура мечей вздымалась в небе. Их Ци подобно капкану заблокировал Мэн Хао, смерть окружала его со всех сторон.

— Любопытно, — бросил Мэн Хао с прищуром.

Он взмахнул большим пальце правой руки в сторону пяти клинков. С громким хлопком вокруг Мэн Хао внезапно возник круглый тридцатиметровый кровавый барьер. С грохотом пять мечей обрушились на барьер. Чжоу Цзе закашлялся кровью, а потом исполнил очередной магический пасс двумя руками. Пять мечей пронзительно засвистели. Во вспышке света пять мечей превратились в двадцать пять мечей!

Мечи построились в воздухе и еще раз полетели к Мэн Хао. При их приближении Мэн Хао нутром почуял исходящую от них смертельную опасность. Однако выражение его лица не изменилось. Видя приближение уже двадцати пяти мечей, он взмахнул рукавом. Сила его Культивации забурлила. Он распорол подушечку указательного пальца ногтем большого, окропив второй палец кровью. С силой двух Кровавых Пальцев он еще раз взмахнул рукой.

Бум!

От такого мощного взрыва у сражающихся помутнело в глазах. Все вокруг них казалось исказилось. Двадцать пять мечей были успешно заблокированы. Чжоу Цзе взвыл. Он резко надавил себе на грудь, что у него на лице взбугрились вены. Двадцать пять мечей взлетели в небо, и в следующую секунду еще раз трансформировались. Теперь в небе зависло сто двадцать пять мечей. Они обрушились на Мэн Хао со всех сторон. В противостоянии с таким количеством клинков кровавый барьер замерцал и начал сужаться. В мгновение ока он сжался где-то на десять метров. Около половины мечей успешно прошли барьер и понеслись к Мэн Хао.

Мэн Хао сделал глубокий вдох и рассек третий и четвертый палец. Четыре пальца теперь наполняла сила Наследия Кровавого Бессмертного. Когда Мэн Хао рассек пятый палец мир объяло кровавое свечение! Пять покрытые кровью пальца создавали кровавый отпечаток руки. Это вторая из трех техник Наследия, ее сила превосходит мощь Кровавого Пальца Это... Кровавая Ладонь!

С появлением Кровавой Ладони место битвы огласил чудовищный рокот. Над головой Мэн Хао сгустилась гигантская магическая кровавая ладонь. Мэн Хао взмахнул рукой: ярко красное кровавое свечение начало расширяться, при проходе его через формацию мечей, более сотни клинков затрепетали в воздухе и отлетели назад. Мэн Хао сделал шаг вперед и еще раз взмахнул рукой. С рокотом территорию в триста метров вокруг Мэн Хао внезапно заполнил образ гигантской кровавой ладони. Мэн Хао стоял в самом ее центре. Огромная рука рванула вверх и сжалась в кулак.

Лицо Чжоу Цзе перекосило. Он сквозь кровавый кашель быстро выполнил еще несколько магических пассов в надежде собрать сияющие мечи. Но тут у него кровь отхлынула от лица. Более сотни мечей, судя по всему, находились под контролем огромного кровавого кулака. Они безуспешно пытались освободиться из-под контроля. Тридцать мечей трясло настолько сильно, что со скорбным свистом они рассыпались на куски. Мэн Хао холодно хмыкнул. С треском еще тридцать летающих мечей превратились в пыль, за ними еще тридцать и, наконец, последние тридцать мечей... Буквально за пару вдохов огромный кулак раздробил все летающие мечи. После чего кровавая рука медленно исчезла, оставив после себя пять мерцающих потрескавшихся меча.

— У меня осталась последняя техника! — сквозь зубы выдавил Чжоу Цзе.

Его глаза безумно вспыхнули, когда Мэн Хао непринужденным взмахом рукава смел сияющие мечи к себе в сумку.

— Черное Сито, Покорение Бессмертного! — взвыл Чжоу Цзе.

Левой рукой он надавил себе на лоб, а правой совершил простой взмах. Вылетело несколько дюжин нефритовых таблички. С треском каждая из них рассыпалась на куски. Воздух заполнил сладкий, чарующий аромат, но он быстро сменился на отвратительный смрад, из-за которого хотелось немедленно освободить желудок от его содержимого. Внезапно место поединка заполнил Ци, который похоже принадлежал Чжоу Цзе...

Глаза Мэн Хао вспыхнули. В его голове прозвучал древний голос Нефрита Заклинания Демонов: "Толпа злых душ провозгласила себя Бессмертными. Стоит ли бояться человека и гору? Повстречав их, запечатай немедля!"[2] Мэн Хао уже привык к неожиданным предостережениям в его голове. Он окинул взглядом Чжоу Цзе и его всевозрастающий могучий Ци. Искаженное лицо Чжоу Цзе начисто лишилось его первоначальной красоты, теперь поверх его лица мелькали неисчислимое множество других лиц. Судя по гримасе боли и мучений, Чжоу Цзе больше не мог сдерживаться. Его начала медленно покидать жизнь, а лицо темнеть. Похоже эту технику нельзя использовать на стадии Возведения Основания, даже если этот человек... Дитя Дао!

— Восьмой Заговор Заклинания Демонов!

Мэн Хао медленно поднял руку. От него начал исходить Ци, который не могли заметить другие люди, но прекрасно видели множество причудливых призраков, вливающихся в Чжоу Цзе. Армия призрачных лиц сейчас покрывало настоящее лицо Чжоу Цзе, но на каждом из них застыло одно и тоже выражение... выражение ужаса...

[1] Переработал перевод заклинания Наследия Кровавого Бессмертного. В заклинание в прошлых главах будет заменено на новое.

[2] Прим. Иероглиф Бессмертный 仙 состоит из иероглифов Человек 人 и Гора 山. К сожалению, это непередаваемая игра слов. В целом, сообщение Нефрита очень похоже на саркастическую ремарку.

Глава 204. Лига Заклинателей Демонов!

Заклинание Демонов, Восьмой Заговор!

Из всей магии Секты Заклинания Демонов Мэн Хао в совершенстве овладел только одной техникой. Можно даже сказать, что это была не обычная магическая техника, а божественная способность! В каждом поколении Заклинатель Демонов должен создать новый заговор, этот заговор создал Заклинатель Демонов восьмого поколения. Будучи Заклинателем Демонов в девятом поколении Мэн Хао должны были подготовить к тому, что грядет, но Патриарх Покровитель, конечно же, всё испортил. Только благодаря куче совпадений и удаче Мэн Хао удалось заполучить и выучить Восьмой Заговор Заклинания Демонов.

Он тяжело вздохнул и опустил правую руку. Куда не посмотри у всех предметов на месте поединка появились призрачные образы. Тело Мэн Хао задрожало, а с ним и весь мир. Всё выгнулось в сторону Чжоу Цзе, перед ним возникло неисчислимое множество призрачных образов. Казалось всё это происходило долго, но на самом деле все произошло практически мгновенно. Призрачные образы начали таять, а со стороны Чжоу Цзе послышались отчаянные вопли и стоны. Голоса не принадлежали ему, то были голоса вселившихся в него духов. Чжоу Цзе затрясло, в его глазах застыло замешательство. Из его тела вырвалась пульсирующая черная аура, в ее невероятно густой черноте можно было разглядеть девять призраков-стариков с перекошенными безумием и ужасом лицами. Они свирепо смотрели на Мэн Хао.

Эта сцена была недоступна глазам сторонних наблюдателей... как и их уши... не слышали душераздирающих воплей! Единственный, кто мог их слышать и видеть был Мэн Хао. Он — Заклинатель Демонов девятого поколения, несмотря на еще не раскрытый потенциал, одна капля его крови уже могла железно подтвердить его принадлежность к девятому поколению. Поэтому он видел и слышал всё.

Призрачные души пытались заговорить с ним сквозь отчаянный вой:

— Лига Заклинателей Демонов, ты из девятого поколения...

— В день достижения нашего Дао, вы, Заклинатели Демонов, остановили и переплавили нас, помешав нам стать Демонами!

— Кого вообще волнует Лига Заклинателей Демонов? В конечном счете они тоже станут неприкаянными душами Неба и Земли!

После этих слов их бестелесные тела затрепетали, а вой усилился. Окружающая их черная аура начала развеиваться, самих призраков начала поглощать земля. Их силуэты расплывались, а потом начали исчезать. Мэн Хао задумчиво наблюдал за ними. Он почти ничего не знал о Лиге Заклинателей Демонов, все сведения о Лиге ему приходилось собирать по крупицам. При взгляде на неприкаянные души глаза Мэн Хао холодно сверкнули. Взмахом правой руки он заставил неприкаянные души исчезнуть. Их предсмертные слова до сих пор звенели у Мэн Хао в ушах.

— Положи конец Лиге Заклинателей Демонов! Лорд Цзи подменил Небеса и выковал Дарующую Бессмертие Платформу. Мы истово желали стать Бессмертными, но погибли. Что с того? Ваша Лига не позволила нам достичь своего Дао. Скоро все изменится, тогда увидишь, какая из бессчетного числа неприкаянных душ Неба и Земли пожрет тебя!!!

Пока голоса пророчили бледный Чжоу Цзе постепенно начал приходить в себя. В его глазах по-прежнему стояла замешательство. Мэн Хао скользнул по нему взглядом, а потом со взмахом рукава повернулся и побрел прочь под проливным дождем. Чжоу Цзе смотрел в спину исчезающей под дождем фигуре. Он глубоко вдохнул, сложил ладони и низко поклонился.

— В следующую нашу схватку, — сказал он еле слышно, — я не стану убивать тебя, даже если одержу верх. Я отплачу за добро и докажу устремленность моей Культивации.

Потом он с натугой повернулся и исчез вдали во вспышке света. Тем временем в глубине каменной пещеры Сотни Тысяч Гор Секты Черного Сита... В момент кончины неприкаянных душ в пещере послышался яростный рев. Хотя рев был такой силы, что даже небеса могли его услышать, в Секте Черного Сита его не мог услышать ни один ученик.

— Лига Заклинателей Демонов! Он из Лиги Заклинателей Демонов!!! Будь прокляты эти Заклинатели Демонов, каждое их поколение! Лорд Цзи в страхе перед ними наслал смертельное проклятие на Заклинателя Демонов девятого поколения! Это девятое поколение... Смерть, смерть, смерть... Лига Заклинателей Демонов должна быть уничтожена! До последнего колена!!! В Дарующей Бессмертие Платформе не хватает только души Заклинателя Демонов. Найти его! Вырвать его душу и испить его кровь дабы обрести Бессмертное тело!!!

Пока голос бушевал вся территория Сотни Тысяч Гор внезапно содрогнулась. Горы и земля содрогнулись, словно пробудился дух гор. Из-за возникшей пульсирующей черной ауры потемнело небо. Когда волны черной ауры уже собирались вырваться наружу, мертвец[1], что упал с неба рядом с Пещерой Перерождения в Южном Пределе внезапно пошевелился. Вместе с этим движением он выпустил ауру невидимую ни одной живой душе. Она тотчас накрыла весь Южный Предел своей чудовищной силой. Из-за этой новой силы неприкаянные души под Сотней Тысяч Гор задрожали. Наступила тишина.

— Кто ты такой?! — тишину нарушила могущественная аура из-под Сотни Тысяч Гор.

Настолько могущественная, что могла заставить покойников дрожать. Когда ее увидели неприкаянные души, они пали ниц перед аурой, словно перед своим властелином. Над Секты Черного Сита поднялась аура и накрывала собой миллионы километров во все стороны. Опустилась непроглядная тьма. Но самое странное... никто не мог всего этого увидеть! Для обычных людей и Практиков небо было синего, глубокого как море, цвета!

— Я пришел в поиске судьбы, — ответил глубокий и древний голос.

Звук голоса прокатился через Сотню Тысяч Гор Секты Черного Сита, заполнив ее древностью неисчислимых лет. Голос казался... немного уставшим. Но в этой усталости сквозила едва уловимая... смертоносная аура. Словно вся жизнь этого человека прошла в битве, словно он убил настолько много, что уже давно сбился со счета. Голос нес с собой невероятную волю.

— Чего тебе надо? — спросила властная аура под Сектой Черного Сита.

— Судьба приходит и уходит; Дао существует всегда. Парнишка угодил в тенеты судьбы. Если ты вздумаешь помешать, я оставлю перерождение и наперекор моему плану уничтожу вас всех.

Властная аура ничего не ответила. Спустя какое-то время она потухла. После чего прозвучал надменный голос:

— Не стоит менять своих планов. Мы сами тебя найдем! Выберите тридцать Избранных Секты Черного Сита и пришлите в пещеру Синей Бездны! Пришло время нам вернуться в мир смертных!

Тем временем… в глубинах пещеры Перерождения лежало тело. Тело не человека, а скорее рыбы[2]. Маленькой рыбки размером с руку. В пустых глазницах рыбы внезапно вспыхнуло потустороннее пламя.

По дну моря Млечного Пути тянулся длинный канат. Заканчивался он у каменной формации и деревянного гроба. Тишину морской пучины нарушил странный звук, словно кто-то внутри гроба скреб ногтями по крышке. Послышался хриплый голос:

— Лиги Заклинателей Демонов...

Судя по всему, это название разбудило в хозяине голоса грустные воспоминания. Звук голоса медленно поднялся к поверхности, и в море Млечного Пути разразился невиданный доселе шторм.

Конец Книги II: Странствия в Южном Пределе

[1] Раз даже я забыл о ком речь и поскольку у него нет имени, а значит его нельзя найти в блоге с помощью поиска. Напоминаю. Про появление мертвеца в Южном Пределе можно прочитать в Главе 59, Главе 61, что с ним стало можно прочитать в Главах 107-108.

[2] Птица Пэн из нашей истории в реальном мире впервые упоминается в книге философа Чжуан-цзы (IV век до н. э.), где описано её происхождение от исполинской рыбы Кунь путём метаморфозы.

Content

Я Запечатаю Небеса
Книга 2: Странствия в Южном Пределе

Глава 96. Демонический Нефрит в Горной Лощине

Глава 97. Прорыв Культивации в Горной Долине

Глава 98. Долина Красного Каната

Глава 99. Возведение Основания!

Глава 100. Удар клинка, Совершенство

Глава 101. Заклинатель Демонов Восьмого Поколения

Глава 102. Восьмой Заговор Заклинания Демонов!

Глава 103. Сокровище

Глава 104. Грядущая Буря, Птица Пэн Расправляет Крылья

Глава 105. Ядовитый Цветок в Правом Глазу

Глава 106. День, когда Запредельная Лилия Расцветет Семью Цветами

Глава 107. Древо Весны и Осени

Глава 108. Тайная Борьба Начинается

Глава 109. Легенда о Погибели

Глава 110. Чу Юйянь Замыслила Убийство

Глава 111. Птица Пэн и Инлун

Глава 112. Всё Изменилось

Глава 113. Алтарь в Озере

Глава 114. Премного Благодарен, Собрат Даос Чу

Глава 115. Хочешь выбраться отсюда?

Глава 116. Название содержит спойлер, поэтому находится в конце главы

Глава 116. Наследие Бессмертного!

Глава 117. Небольшое Наказание

Глава 118. Не Взойдя на Небесную Гору Невозможно Стать Бессмертным

Глава 119. Наследие Потрясшее Южный Предел

Глава 120. Пять Сект и Три Клана Южного Предела

Глава 121. Кровавое Божество Мэн Хао

Глава 122. Достижение Соглашения

Глава 123. Придание Сознанию Формы

Глава 124. Завершение Формации

Глава 125. Эта Формация Будто Специально Создана Для Меня

Глава 126. Нежданно-негаданно

Глава 127. Это Я Тебе Обещаю

Глава 128. Ли Даои и Шестая Формация

Глава 129. Патриарх Ли Клана!

Глава 130. Совершенное Основание!!

Глава 131. Я Пришел Выполнить Обещание!

Глава 132. Совершенная Дао Колонна!

Глава 133. Как Ты Смеешь?!

Глава 134. Восьмой Заговор Заклинания Демонов

Глава 135. Побег из Вулкана

Глава 136. Чжоу Дая!

Глава 137. Десятый Патриарх Ван Клан

Глава 138. Талисман удачи

Глава 139. Громолист

Глава 140. Кто Не Знает Правил?

Глава 141. Второе Появление Пилюли Красоты

Глава 142. Секта Черного Сита

Глава 143. Призрак В Ночи

Глава 144. Тень В Толпе

Глава 145. Древний Путь Меж Гор!

Глава 146. Это Наивысшая Мука .

Глава 147. Смотря Друг на Друга

Глава 148. Взрывоопасная Ситуация

Глава 149. Жажда Убийства!

Глава 150. Простота

Глава 151. Я Сама Это Сделаю

Глава 152. Беседа Со Старым Другом Под Луной

Глава 153. Преграды На Пути

Глава 154. Каждый Идет Своей Дорогой

Глава 155. Последний

Глава 156. Страх Перед Мэн Хао

Глава 157. Квадратный Треножник!

Глава 158. Возможно ли существовать под одним небом с Цзи?!

Глава 159. Квадратный cнаружи, Круглый внутри, Таков порядок Небес

Глава 160. Фамилии Мэн нет среди Девяти Семей

Глава 161. Появление Наивысшей Муки!

Глава 162. Коварные Планы

Глава 163. Нежное Убийство

Глава 164. Аура Птицы...

Глава 165. Шелковое Дерево Грома!

Глава 166. Величайшая Мука Находит Хозяина!

Глава 167. Ты Знаешь, Это Неправильно…

Глава 168. Подарок Сяо Клан

Глава 169. Боги, Ты действительно не знаешь?

Глава 170. Одинокий Сан Ло

Глава 171. Дитя Дао Секты Кровавого Демона

Глава 172. Штурм Средней Ступени Возведение Основания!

Глава 173. Отвергнут Небесами? Грабь!

Глава 174. Средняя Ступень Совершенного Основания!

Глава 175. Ли Шици

Глава 176. Веришь? Мать Твою!

Глава 177. Использовать Его Силу

Глава 178. Старый Друг

Глава 179. Братья По Секте

Глава 180. Шань Лин

Глава 181. Сошлись достойные соперники, Генерал нашел равного себе

Глава 182. Всегда есть птица, которая летит выше

Глава 183. Сколько лет мы не видели его застенчивой улыбки

Глава 184. Семь Истреблений

Глава 185. Званный пир Сун Клана

Глава 186. Очередная встреча с Ван Тэнфэем

Глава 187. Старина Толстяк

Глава 188. Настоящая любовь бесценна

Глава 189. Все враги в сборе

Глава 190. Почтенная

Глава 191. Поражение за поражением!

Глава 192. Забавы с Хань Бэй

Глава 193. Цветок зацветет на рассвете!

Глава 194. Воля Древа Мира

Глава 195. Подавить Всех

Глава 196. Привлекая всеобщее внимание

Глава 197. Великий Духовный Трактат!

Глава 198. Первый на стадии Возведение Основания!

Глава 199. Десятый путь!

Глава 200. Убийство под ночным дождем!

Глава 201. Поединок Дитя Дао!

Глава 202. Столкновение сильнейших!

Глава 203. Я силен! Вот почему я еще жив!

Глава 204. Лига Заклинателей Демонов!