Дэйвис Джозеф

Посол к Сталину

Предисловие Мемуариста

Друзья! Горячий привет! Рад представить Вам книгу американского посла к Сталину в 1937-38-м годах. На своём экземпляре "Миссии в Москву" президент Рузвельт написал: "Эта книга – явление, она на все времена". Сталин наградил посла Дэйвиса, единственного из всех послов, высшей наградой Союза – Орденом Ленина. Не за книгу, за помощь в открытии второго фронта против Гитлера.

По этой книге в 1943-м году в Голливуде сняли замечательный фильм "Миссия в Москву". В первых кадрах можно увидеть обращение лично посла Дэйвиса к зрителям. Общий тираж книги о Советском Союзе в США достиг почти миллиона экземпляров.

После Победы автор книги и съёмочная группа оказались в опале. Слишком честную и дружественную картину СССР они показали. В разгар Маккартистской "охоты на ведьм" фильм был положен на дальнюю полку, а книгу перестали издавать. Создатели фильма чудом не оказались под арестом.

Сегодня эта книга – настоящий исторический документ. Посол приводит совершенно секретные доклады Белому дому, свои дневники и письма. Перед его глазами проходят самые важные события предвоенного мира, выдающиеся политики и дипломаты.

Большое внимание посол уделяет Советской культуре. В книге мы можем встретить его восхищение Пушкиным, Советским балетом, скульптурами Мухиной и картинами Герасимова.

Отдельная часть посвящена репрессиям и процессам над предателями 1937-38-го годов. Дэйвис – не дипломат, он сорок лет проработал прокурором, а после адвокатом в американских судах. И его выводы о процессах над троцкистами поражают глубиной и проработанностью.

В книге можно найти рассказы о гигантских успехах Советской промышленности и титанических стройках. Посол рассказывает и чисто бытовые подробности Советской жизни. О своих встречах с руководителями партии, наркомами, обычными рабочими и крестьянами. Есть даже о поездке посла в Артек и как он подгулял на дегустации на винзаводе в Массандре.

К большому сожалению, книга, хоть и посвящена нашей Родине, не издавалась на русском языке. Настало время исправить это упущение. Приятного чтения!

Когда Земли допишем картину, тубы высохнут до конца,

Краски выгорят вполовину, отпоём критикана юнца,

Отдохнём, и клянусь, пора бы, подремать век напролёт,

Пока Мастер добрых рабочих снова не призовёт.

Будет счастье трудягам добротным, им даруют стул золотой,

Им писать в семимильных полотнах, будто кистью – кометы хвостом.

Им позировать будут святые: Магдалина, Павел и Пётр,

Одним махом охватят столетья и усталость вовек не придёт!

Лишь тот Мастер работу оценит, лишь тот Мастер поправит нам кисть,

Мы работаем не за деньги, не за славу мараем лист,

Но лишь каждый за счастье трудиться, каждый с отдельной звезды,

Напишет всё – так, как было, богу истинной правды без лжи!

(Примечание Мемуариста. Это могучее стихотворение Редьярда Киплинга, вообще-то, посол Дэйвис в книге не приводит. Зато постоянно цитирует, не указывая источник.

Когда посол описывает успехи Советской индустриализации, он и вовсе говорит, что русские рабочие пишут на семимильных полотнах кистями из хвостов комет. А уж коммунизм он постоянно сравнивает с Киплинговским "работаем не за деньги, но лишь каждый за счастье труда".

Очень похоже, что это одно из самых любимых стихотворений Дэйвиса. Вещь, действительно, очень сильная, я не удержался, перевёл и его. По-моему, отличный эпиграф ко всей книге Дэйвиса. Особенно, последняя фраза: "напишет всё – так, как было". Начинаем!)

Посвящается двум великим женщинам: моей матери и жене.

Эпиграф. Безусловно, ни одному народу мы не можем отказать в праве, которое лежит в основе и нашего собственного правительства. Каждый может управляться по собственному желанию и вести дела через любой орган, который представляется ему подходящим. Через короля, конвент, ассамблею, комитет, президента или любой другой по его выбору. Томас Джефферсон.

Предисловие посла

Это было 25-е августа 1936-го года. Дата запомнилась мне оттого, что это день рождения моей матери. Тогда я отдыхал в Адирондакских горах. Мне позвонил старый друг – пресс-секретарь Белого дома Стив Эрли и сообщил, что Президент хотел бы со мной встретиться. Я немедленно отправился в Вашингтон. Президент принял меня в администрации Белого дома. Во время ланча, поданного прямо на его рабочем столе, он сказал, что хотел бы обсудить возможное назначение меня дипломатом за рубеж.

Подоплёка этого лежала в давних временах администрации президента Вильсона, когда в молодости мы оба были преданы прогрессивному делу демократической партии. В те давние времена между нами возникли теплые дружеские отношения. Мы играли в гольф так часто, как позволяла работа. Имели много общего во взглядах на политику и вообще, часто виделись.

Уже в те дни он был выдающимся человеком. В ранние дни администрации Вильсона мы дважды в месяц собирались на мероприятия «Клуба общественных обсуждений». По смыслу это было что-то вроде «Малого кабинета» более поздних времён.

Все мы видели в этом высоком статном молодом помощнике военно-морского министра будущего великого прогрессивного либерала, и готовы были поддерживать его вплоть до президентского поста. Я активно участвовал во всех его последующих выборных кампаниях вместе с Луисом Хове и другими политиками. Все эти годы наша дружба оставалась сердечной и крепкой.

(Примечание Мемуариста. Луис Хове упомянут Дэйвисом не просто так. Это – настоящий серый кардинал американского политического Олимпа. Скрываясь под маской простого журналиста, Хове натурально выбирал губернаторов и назначал высших политиков США. Это самый доверенный и самый закрытый из помощников Рузвельта. Близкое знакомство Дэйвиса с Хове – знак причастности к высшим сферам американской политики. Продолжаем.)

Одними из самых сильных уз нашей дружбы оказались наши матери. В мои юные годы мадам Рузвельт выбрала меня любимчиком среди других друзей своего сына. Эта дружба зрела с ходом лет и эта великая леди, замечательная женщина теперь проявляет доброту уже к моим собственным детям. Во время учёбы в колледже Вассара она часто приглашала детей на чай в Гайд Парк к их величайшему удовольствию.

Моя мать была евангелисткой. Она восхищалась юным помощником военно-морского министра. Из всех молодых людей того периода он был ее настоящим любимцем. Она была совершенно убеждена, что однажды он станет президентом Соединённых Штатов.

В ранние годы его президентства Рузвельт часто предлагал мне присоединиться к его ближайшему окружению. Но я был сильно занят моей адвокатской практикой и не мог оставить её ради политики.

Мы засиделись за ланчем, вспоминая старые времена. Затем Президент сказал, что после обсуждений с государственным секретарём (Корделлом, как он называл его) он принял решение, что я должен поработать в его администрации на дипломатическом посту за рубежом.

(Примечание Мемуариста. Речь идёт о государственном секретаре Корделле Халле. Личность замечательная, рекордсмен по длительности нахождения на этом посту – одиннадцать лет. Нобелевский лауреат премии мира.

Друг Советского Союза ещё тот, в 1939-м году пробил запрет на поставки в СССР американских самолётов. Это за два года до начала Мировой Бойни, неизбежность которой была уже очевидна всем.

Халл был еще и большим другом нацистов. В 1937-м году принёс официальные извинения немцам за высказывания мэра Нью-Йорка Ла Гардиа против Гитлера. По его же инициативе в 1939-м году развернули обратно в Европу пароход "Сент-Луис" с почти тысячей еврейских беженцев от Гитлера. Более трети пассажиров парохода попали в нацистские лагеря и не пережили Войны. Прекрасные, в общем, друзья были у Дэйвиса и Рузвельта. Продолжаем.)

Он спросил куда бы я хотел отправиться. Я ответил – в Россию или Германию. По моему мнению, именно они были наиболее важными на тот момент местами в Европе. Он ответил крайне характерно. Рузвельт сказал, что и сам в этих условиях "чрезвычайно сильно" хотел бы увидеть Россию.

Джесси Штраус, наш посол в Париже, недавно скончался. Я сказал очень откровенно, что ни миссис Дэйвис, ни я по множеству причин не хотели бы ехать в Париж. Пост в Германии был занят, но мог скоро освободиться, так как послу Додду не нравилось в Берлине и он подумывал об отставке.

Итак, решено, – сказал президент, я поеду в Россию. Но он настаивал, чтобы я был готов к переезду в Берлин не позднее чем через год, так как крайне хотел видеть меня именно там.

Он был рад узнать, что я владею немецким. Он также сказал, что Россия обречена быть жизненно важным фактором в связи с миром или войной в Европе. Он предпочёл бы получить мою оценку сильных и слабых сторон этой ситуации, основанную на личных наблюдениях.

Более того, служба в Москве окажется очень ценной в связи с последующей работой в Берлине. Обстановка в Германии, по его мысли, определит будет ли в Европе мир или война. Именно она решит: ждёт ли нас мир во всём мире или Мировая война.

Несмотря на то, что он не слишком верил в возможность сохранения мира, тем не менее хотел приложить все разумные усилия, чтобы предотвратить войну в Европе, если только это окажется возможным. Для нас, в Соединённых Штатах, это было крайне насущным вопросом.

По его мнению, ответственность за всё лежала на Германии, или даже вернее – на Гитлере. Всё зависело от того, будет ли у Гитлера "стремление к миру" или "стремление к завоеванию". Если последнее, то, вероятно, с этим ничего невозможно поделать и война неизбежна. Но если первое, то Германия должна пойти на сотрудничество со всеми миролюбивыми нациями в усилиях уладить любые экономические или другие разногласия, которые порождают войну.

Если мир не хочет быть затоплен ужасами войны, с неизбежными кошмарными невзгодами, с которыми придётся столкнуться всем людям мира и последующим поколениям, то в равной мере необходимы: доступ к полезным ископаемым, политическая безопасность и разоружение. Он считал, что моя подготовка и опыт достаточно вооружили меня, чтобы помочь его плану попытаться сохранить или урегулировать мир, если это возможно.

Обе стороны, по его мнению, заявляли о желании сохранить мир и обе стороны обвиняли друг друга в обмане и желании заполучить особые преимущества или мировое господство с помощью силы. Простым способом выявить их истинные цели, к миру или завоеванию, было отношение к разоружению. Эта проблема осложнялась техническими моментами и степенями ограничения конкретных вооружений.

Он предложил идею, что все народы должны согласиться прекратить производство любого оружия, которое окажется тяжелее, чем способен унести на плече мужчина. Такое соглашение о разоружении вместе с соглашением о справедливом доступе к природным ископаемым и тому подобным могли сохранить мир.

Вооруженные силы по этому плану будут уменьшены до полицейского уровня и ни одна нация не сможет военной силой угрожать своим соседям или достичь такого военного превосходства, чтобы представлять угрозу остальному сообществу народов. Президент сказал, что хотел, чтобы я продвигал эту идею и исследовал ситуацию в Европе с подобного угла зрения. Так или иначе, это станет проверкой откровенности отношения Гитлера к вопросу сохранения мира.

Он настаивал, что во время подготовки в госдепартаменте к моей работе, мне следует держать в уме последующее направление послом в Берлин в течение года. В промежутке, тем не менее, он хотел бы направить меня в Москву.

Я выразил ему моё удовольствие от возможности отправиться в Россию в качестве посла. Мы поболтали о старых добрых днях президента Вильсона. Рузвельт напомнил, что впервые мне предлагали посольство в Россию еще в 1913-м году. Тогда президент Вильсон предложил мне это назначение, но я отклонил его потому, что хотел участвовать в выборах Сената в Висконсине.

Следуя указаниям президента, я немедленно встретился с государственным секретарём, моим старым другом Корделлом Халлом. Он сказал, что обсуждал с президентом моё назначение, выразил своё искренне согласие и радость, что я присоединяюсь к его департаменту. Мы детально обсудили ситуацию в Европе, включая Германию и Советский Союз. Вот так я пришёл к поездке в Москву.

Читатель может спросить – зачем вообще издавать эту книгу? Вообще говоря, я не собирался писать мемуары, но времена изменились. Россия сейчас в самом разгаре сражений, исход которых определит – станут ли народы Земли жить упорядоченным и мирным сообществом или будут управляться шайкой бандитов и уголовников с уничтожением всего, что мы ценим в жизни.

(Примечание Мемуариста. Эти строки написаны непосредственно перед изданием книги в 1941-м году. То есть Дэйвис говорит о том, что Советский Союз, сражаясь с фашистами на своей территории, борется за мир во всём мире. Продолжаем.)

Совсем недавно СССР вёл переговоры с Гитлером. Было заключено официальное соглашение о ненападении друг на друга. Но сегодня сотни тысяч русских мужчин, женщин и Советских лидеров, чьи дома были атакованы в ночи мнимыми друзьями, храбро сражаются и умирают за дело, жизненно важное для нашей безопасности. Сегодня они наши союзники.

В нашей стране были распространены и во многом сохраняются навязанные мнения, некоторые предубеждения и, в значительно большей степени, неверные представления о России и Советском Союзе. Не будучи ярым сторонником России, или, напротив, любителем поспорить, я надеюсь, что содержащиеся в книге материалы дадут читателю основательный набор фактов и, возможно, более точное понимание Советского правительства, его руководителей и народа.

Оценивая материалы этой книги, вынося Ваши собственные суждения о фактах и их толковании, я считаю справедливым, чтобы Вы знали немного о моём происхождении, моих убеждениях и моих политических взглядах. Если бы читателем был я, то хотел бы знать всё это, чтобы оценить весомость представленных материалов.

Как я заявлял мистеру Сталину, президенту Калинину и остальным, я определённо не являюсь коммунистом. Меня называют капиталистом. Я горжусь таким обозначением, но по мне лучше звучит "индивидуалист". Капитализм с присущими ему правами собственности – это просто результат индивидуалистического порядка в обществе, который предоставляет каждому из нас возможность обзаводиться собственностью в соответствии с нашими способностями в обществе честной конкуренции.

Настоящим признаком индивидуализма является не собственность. Это – личная свобода мышления и свобода возможностей. Капитализм – лишь одна из граней индивидуализма. Фактически, я непосредственный продукт такой индивидуалистической системы, построенной правительством и обществом нашей страны, которые представляют самое лучшее, что пока создала цивилизация для простых людей.

Отрочество моё прошло на среднем западе. Образование я получил в Университете Висконсина. В политике я был прогрессивистом, искренним последователем Вудро Вильсона и "Нового курса" Франклина Делано Рузвельта.

С точки зрения веры, что привила мне матушка, у меня не было трудностей с принятием идеи, что все верующие во Христа и его учение являются теоретическими коммунистами. В той степени, что выступают за братские отношения человечества.

С другой стороны, я равно твёрдо убеждён, что коммунизм, как таковой, не будет работать на этой Земле, с той человеческой природой, что мы имеем. И не будет работать до следующей эры или двух, до той поры, пока человеческая природа не эволюционирует до точки, когда люди захотят работать "лишь каждый за счастье трудиться" и в бескорыстном обществе.

(Примечание Мемуариста. Вот что я Вам говорил! Не успела начаться книга, а Дэйвис уже вовсю цитирует Киплинга. Кстати, шутка про "эру или две", из того же стихотворения. У Киплинга любопытная игра слов – вздремнуть эру, вечность или парочку вечностей. К сожалению, в переводе удачно сохранить эту игру слов, не выбившись совсем за размер, не удаётся. То есть посол Дэйвис намекает, что коммунизм не настанет примерно никогда. Продолжаем.)

Также я твёрдо убеждён, что любая слишком быстро выдвинутая идея не только не победит соответствующие беды, но, вероятно, сама породит даже большие проблемы, чем те, которые собиралась врачевать. Я твёрдый сторонник эволюции в противовес революциям. Я считаю, наша система лучше справляется с делом для простых людей и делает это медленнее, но более надёжно. Потому что ищет способы развития скорее эволюционным, а не революционным путём.

Эти убеждения, с которыми я отправился в Москву, я вынес неизменными. Тем не менее, я увидел и узнал многое, что было мне неизвестно. Я вижу существующие силы, очевидно усиливающиеся, которые окажут далеко идущее влияние на общественные и политические условия будущего. Это обновило мою веру в христианскую религию, как нерушимую силу, а также в преимущества нашей формы правления и нашего образа жизни.

Выдержка из сказанной экспромтом прощальной речи персоналу посольства в Москве 9-го июня 1938-го года.

Конверт номер 1, доклад номер 6 от 21-го июля 1938-го года, из посольства в Брюсселе.

Я никогда не отправлялся домой из Европы, но почтительно благодарю бога моей матери, что мои предки имели смелость и уверенность в своих силах, а также отвагу бросить вызов неосвоенным территориям сто лет назад и эмигрировать в Соединённые Штаты Америки. Своими жертвами они дали возможность моим детям и внукам наслаждаться преимуществами демократической формы правления и привилегией жить в Соединённых Штатах. Я никогда не отправлялся домой из Европы, но чувствую насколько благословенен американский народ.

Подумайте, чем мы наслаждаемся в противовес многим европейским странам. У нас есть свобода – личная независимость. У нас есть право высказываться свободно. У нас есть право собираться мирно. У нас есть право свободно мыслить. У нас есть право поклоняться Господу как подскажет наша совесть. Наша свобода, наши жизни, наша собственность, наши права защищены даже от правительства как такового. Каждый человек – король в своём собственном замке.

Наши свободы и наши жизни защищены законами, согласно которым даже всемогущее правительство должно доказать вину превыше обоснованных сомнений, прежде чем человек может быть наказан. Что отдали бы миллионы мужчин и женщин в Европе сегодня, чтобы получить такие гарантии и наслаждаться этими благами!

Достоинство мужественности и женственности, святость человеческой жизни и свободы, самоуважение человеческого духа – это лучшие подарки, принесённые цивилизацией этому миру. Всё это может быть найдено в Соединённых Штатах и не может в значительной степени быть найдено нигде в мире ещё.

Мне всё равно сколько могут дать материальных или общественных благ детям или старшему возрасту тоталитарные государства и диктатуры, если свобода и независимость должны быть принесены для этого в жертву, цена слишком велика для уплаты.

(Примечание Мемуариста. Обратите внимание на последнюю фразу. Высокий пафос посла об американских свободах вдруг перебивается сожалениями о детях и стариках. Далее в книге посол прямо напишет насколько поразили его Советские Дома пионеров и пенсии по возрасту. Ничего подобного в США просто не было. Продолжаем.)

Когда я отправился в Россию, я решил для себя, что направляюсь туда без предубеждений и с объективным рассудком. Мои отчёты госдепартаменту, письма, что я писал домой, записки в моём дневнике – это честные записи фактов и моих реакций на ситуации, людей и события так, как я их видел.

Я всегда обдуманно старался быть честным, беспристрастным и объективным. Когда я покидал Россию, президент Калинин действительно сказал мне:

"Нам жаль, что Вы уезжаете. Несмотря на то, что Вы не согласны с нашими убеждениями и нашей политической идеологией, мы верим, что Вы были честны в Ваших оценках и честны в попытке увидеть, что было сделано. Худшее, что Вы имели сказать, Вы сказали нам, а лучшее, что Вы имели сказать, Вы сказали нашим врагам."

Один старинный французский философ сказал: "Когда знаешь человека, то не можешь его ненавидеть." Я узнал лидеров Союза Советских Социалистических Республик достаточно. Это способные и сильные люди. Я не согласен с ними по многим аспектам, но я на их стороне, относя это и к самому себе, а именно, с точки зрения доверия к честности их убеждений и прямоте целей.

По моему мнению, эти люди уверены, что поступают правильно. С первого взгляда на записи могут возникнуть небольшие сомнения, но это увязано с их собственной безопасностью, они преданы делу мира и с идеологических, и с чисто практических соображений.

К русским людям я испытываю глубокое уважение и привязанность. У них выдающиеся качества идеализма и воображения, что отражено во всей их литературе, музыке и русском искусстве. В равной степени они наделены великими духовными качествами, которые реализуют в стремлении улучшить условия жизни простых людей, которые они героически показывают в способности идти на величайшие жертвы самой жизнью ради дела, в которое верят.

Когда я покинул Москву, я подготовил донесение, озаглавленное: "Сводка фактов о Советском Союзе". Это было попыткой сформулировать объективно и бесстрастно связанные с этой крайне необычной ситуацией факты, благоприятные и наоборот, на основании теории, что когда все факты представлены честно, то заключения естественным образом вытекают из фактов и нет нужды их доказывать дополнительно.

Эта книга предполагается как продолжение того отчёта и предназначена моим собратьям американцам. Таково общее положение, которое Вы должны знать, читая и оценивая записи, содержащиеся в этой книге.

Джозеф Дэйвис, Вашингтон, 1-е октября 1941-го года.

Примечание посла.

Материалы книги состоят из следующего: официальные отчеты, направляемые мною в государственный департамент, как из посольства в Москве, так и из Брюсселя, либо из других мест где я был с особыми поручениями; личных писем должностным лицам или друзьям; заметок из моего дневника; выписок из журнала, который я вел в дополнение к дневнику в рабочих целях, а также примечаний или особых заметок, разъясняющих или комментирующих определённые факты в тексте.

Официальные донесения говорят сами за себя и являются со всех значимых сторон "точными формулировками". Я признателен государственному департаменту за разрешение использовать эти материалы в общественных интересах. Разумеется, они убедительны и являются лучшим доказательством каково было моё мнение и оценка фактов и ситуаций в те самые даты, когда составлялись эти донесения. В редких случаях я опустил некоторые моменты, чтобы избежать повторов.

Оригинальные дневниковые записи были крайне сжаты и едва ли не зашифрованы. Они предназначались мною, чтобы напомнить себе о событиях или людях и при этом давать настолько мало информации, насколько возможно, для любого другого, в случае, если дневник попадёт не в те руки. Некоторые из записей в дневнике, что становится очевидным из текста, были расшифрованы в целях большей ясности, другие оставлены в оригинальном варианте.

Имена людей там, где необходимо для защиты источника информации или самого человека, были намерено опущены и отмечены прочерками. Примечания или особые заметки неизменно датированы моментом их составления, чтобы читателю было предельно ясно, что эти записи сделаны после возникновения описываемых фактов. Помимо этого книга не содержит никаких записей, сделанных задним числом.

Материалы донесений, которые могут иметь особую ценность как базовые источники информации для студентов или представлять интерес другим читателям, но возможно, замедлят ход событий в моём рассказе, помещены в приложения к книге.

Я глубоко признателен моему другу Джею Франклину Картеру за помощь в отборе из большого объема доступных материалов того, что вошло в эту книгу. Его опыт дипломатического работника за рубежом и в общественных делах вместе с его общепризнанными редакторскими навыками оказались мне значительной подмогой.

Я также признателен Спенсеру Вильямсу, чьи знания и опыт касательно Советского Союза были очень полезны. Я хотел бы выразить особую благодарность Стенли Ричардсону, моему другу и бывшему секретарю, выдающаяся работоспособность и преданность которого позволила сохранить большую часть этих дневников и записей.

В заключение, я хотел бы отметить большой вклад в эту книгу моей жены, которая постоянно дарила мне вдохновение, энтузиазм и верные суждения, точно так же, как и во всей другой моей работе.

Часть первая. Миссия начинается

с 16-го ноября 1936-го по 30-е марта 1937-го.

Дневник, Вашингтон, 16-е ноября 1936-го.

Сегодня президент подписал и передал мне документы о назначении меня послом Соединённых Штатов в Союз Советских Социалистических Республик.

Дневник, Вашингтон, 20-е ноября 1936-го.

Моё назначение представлено прессе.

Дневник, Вашингтон, 23-е ноября 1936-го.

Принёс присягу в офисе госсекретаря в присутствии многих старых друзей, включая: Пата Харрисона, Стива Эрли, Джесси Джонса, Дэна Ропера, Милларда Тайдингса, Джо Тамалти, Дика Вэли, Лео Кроули, Мерли Торпа, Джорджа Холмса и других. Дети и Марджори также присутствовали, что доставило мне особенное удовольствие.

Дневник, Вашингтон, 14-е декабря 1936-го.

Посетил обед, данный в нашу честь послом и мадам Трояновской в Советском посольстве. Это был замечательный приём, отлично проведённый. Мы все получили удовольствие.

Дневник, Вашингтон, 15-е декабря 1936-го.

Совещались сегодня с Самнером Уэллсом о положении дел в СССР. Он имел длительный и разнообразный дипломатический опыт. Его предложения оказались очень полезны в ходе моей работы в департаменте по ознакомлению с положением дел в Советском Союзе и моими будущими обязанностями.

Представляется, что помимо рутинных обязанностей, таких как продвижение американских интересов и защита граждан США, важнейшими, с точки зрения этой миссии в Москву, являются следующие особые направления.

Первое. Переговоры по возобновлению истекающего в следующем году Советского торгового соглашения, которое предусматривает закупки у нас Советским правительством.

Далее. Вопрос урегулирования ситуации, возникшей из недопонимания в связи с интерпретацией так называемого долгового соглашения. Это было частью договорённостей, достигнутых президентом и Литвиновым когда СССР был признан Соединёнными Штатами. Советское правительство отказывается выполнять то, что представлялось его обязательствами совершить некоторые выплаты русского долга Соединённым Штатам, а также оплатить иски американских граждан.

(Примечание Мемуариста. Речь идёт о выплате царских долгов России, от которых большевики отказались. Этому вопросу посол еще уделит большое внимание. Американцы очень сильно хотели получить хотя бы часть этих денег. При этом обойдя тех же французов или англичан, которым царская Россия была должна намного больше. Продолжаем.)

Из-за этого возникло значительное охлаждение в отношениях. Это вопрос высокой важности, и если он может быть улажен сообразно с нашим самоуважением, то дружеские отношения и сотрудничество необходимо восстановить. Особенно, в виду китайско-японской ситуации и возможности начала в Европе Мировой войны.

Другим вопросом, который мне предложили подробно исследовать, являлась оценка сил Советского Союза: политических, промышленных и с военной точки зрения. А также определение политики СССР по отношению к Германии, Гитлеру и миру в Европе. С точки зрения текущего момента, это примерно то, чем я планирую заниматься в Москве.

Похоже, впереди меня ждёт очень интересное время, особенно, в связи с моим общим пониманием ситуации между Германией, ее отношениями с Францией, Англией и миром в Европе.

Дневник, Нью-Йорк, 30-е декабря 1936-го.

Марджори и я посетили прощальный обед в Отеле Мэйфлауэр, организованный группой старых друзей под председательством министра юстиции Гомера Каммингса. Устроено было щедро, мой старый друг Гомер и друзья взяли на себя множество хлопот. Это было выдающееся собрание с большинством лидеров всех трёх ветвей власти, безотносительно их партийной принадлежности. Я был весьма тронут.

Вне всяких сомнений, одной из неважных, но очень приятных частей этого назначения президента оказалась великодушная заинтересованность и доброжелательность старых друзей. Также был обед, данный моими старыми приятелями из Федеральной торговой комиссии, включая всех тех, кто работал со мной когда я был Уполномоченным по корпорациям при президенте Вильсоне, прежде чем это бюро было включено в состав комиссии.

Затем была группа в Нью-Йорке, возглавляемая Джимом Моффетом, договорившаяся дать обед в нашу честь в Ритце. Это оказалось совершенно неожиданным и отличным. Что удивило и по настоящему тронуло, так это большое количество прибывших из Вашингтона: Джим Бирнс, Джим Фарли, Билл МакАду, Пат Харрисон, Альбен Баркли, Фрэнк Мёрфи, Джесси Джонс и старый добрый Стив Эрли. Друзья долгих лет, они приняли участие, благодаря этой дружбе.

Конечно, вещи, которые были сказаны по доброте, были неумеренны и показывали, скорее, благородство выступающих, но они всё равно многое значили для меня. Также оказался очень полезен обед, данный прямо перед моим отъездом Ривом Шлеем, президентом Американо-Российской торговой палаты.

Дневник, Вашингтон, 2-е января 1937-го.

Я и Марджори были приглашены на неофициальный обед с президентом и миссис Рузвельт, перед посещением приёма в Белом Доме. Присутствовала вся семья, за исключением Анны и Джона Боттиджера. Президент был в ударе.

После обеда президент и я удалились в его Овальный кабинет на втором этаже за последними наставлениями по моей миссии. Принимая во внимание разногласия, ожидающиеся между нами и Советским правительством по поводу долгового соглашения, он считал, что я должен демонстрировать исполненное собственного достоинства дружелюбие так долго, как между двумя странами будут существовать дипломатические отношения.

Такое отношение должно характеризоваться определенными оговорками, с прозрачным намёком, что президент и госсекретарь глубоко разочарованы в неудаче их правительства выполнять то, что представляется нам их явными обязательствами. Позиция, сказал он, состоит в том, что мы не настаиваем на дальнейших переговорах по этому вопросу.

Мяч на стороне Советского правительства и это намного более важный вопрос для них, чем для нас. Подождем, сказал он, и увидим что произойдёт.

Тем временем, он считал полезным для меня приложить усилия для сбора всей информации из первых рук, из личных наблюдений, где возможно, относительно сильных сторон режима с военной и хозяйственной точек зрения. А также постараться установить, какова будет политика их правительства в случае войны в Европе.

Я рассказал ему о предложении судьи Мура убедить посла Додда проработать еще один дополнительный год прежде, чем меня переведут в Берлин на его место. Президент немедленно решительно сказал – Нет. План должен выполняться так, как был намечен ранее.

Журнал, Вашингтон, 3-го января 1937-го.

Встречался с послом Трояновским. Он выразил обеспокоенность как бы мое пребывание в Москве не осложнилось в начале некоторой небольшой холодностью со стороны части Советских официальных лиц, возникшей из имеющегося между США и Советским Союзом недопонимания. В этой связи он хотел бы уверить что меня примут очень радушно и что Советское правительство осведомлено о моих капиталистических взглядах, профессиональном и деловом опыте, также как о моей работе во времена президента Вильсона в качестве председателя Федеральной торговой комиссии.

Они были знакомы с моей работой и были уверены, я буду рассматривать их ситуацию и проблемы объективно и без предубеждения. Я подтвердил, что он совершенно прав, так как сам заинтересован в этом же. Я еду с непредвзятым рассудком. Он выразил надежду, что любые спорные вопросы могут быть улажены на основе точного понимания позиции каждой из сторон.

Принципиальным вопросом разногласий между правительствами оставался вопрос долга. Я сообщил Трояновскому, то что собирался в соответствии с указаниями президента и госсекретаря. Лично я считал, что большой ошибкой Советского правительства может стать недопонимание по долговому вопросу, что омрачит доверие, испытываемое президентом США и нашим правительством к честности и надёжности обещаний Советского правительства.

Я хотел бы обсудить это с Биллом Буллитом.

Дневник, Вашингтон, 4-е января 1937-го.

Официальный обед, данный в нашу честь послом и мадам Саито в японском посольстве. Саито – старый друг и компаньон по игре в гольф в "Пылающем древе".

(Примечание Мемуариста. "Пылающее древо" – закрытый элитный гольф-клуб в Мэриленде. Участниками клуба в разные времена были большинство американских президентов и политиков. Название получил от яркой осенней листвы высокого дуба на холме. Вступительный взнос 75 тысяч долларов, то есть более пяти миллионов рублей. Женщины в клуб не допускаются. Продолжаем.)

Постараться развлечь нас – было весьма приятным жестом с его стороны. Тем не менее, я был несколько сбит с толку, так как я был назначен в Москву, а Япония и Москва были едва ли не в ссоре. Итак, я решил быть совершенно недипломатичным и отправился откровенно обсудить проблему с Саито.

Он сразу ухватил суть и сказал: "Это просто. Мы пригласим моего коллегу – Советского посла и мадам Трояновскую". Моя проблема разрешилась очень приятным вечером.

За кофе международные отношения были поддержаны предложением организовать международную группу "Гольф-клуба Пылающее древо" по аналогии с Международным Ротари-клубом.

(Примечание Мемуариста. Ротари Интернешнл – включает более тридцати трёх тысяч ротари-клубов по всему миру. Как правило, объединяет наиболее богатых и влиятельных персон. Во многом построено по принципам глобальной масонской ложи. История для западного истеблишмента типичная. Например, президент Франклин Рузвельт являлся открытым масоном и входил в Великую ложу масонов Нью-Йорка. Продолжаем.)

Было решено, что без сомнения Вашингтонское отделение "Пылающего древа" будет номером первым в такой организации. Мнения по вопросу кому отдать второй номер, Токио или Москве, яростно разделились. Мы предложили передать этот вопрос на рассмотрение Лиги Наций!

(Примечание Мемуариста. Про Лигу Наций, прообраз ООН, посол Дэйвис, очевидно шутит. Допилась, в общем, весёлая компания. "Если Вы не отзовётесь, мы напишем в Спортлото!" Продолжаем.)

Дневник, в море, 5-го января 1937-го.

Мой старый друг Оуэн Янг, председатель Совета директоров Дженерал Электрик, был достаточно добр, чтобы прийти и потратить пару часов обсуждая со мной Россию. Дженерал Электрик делает бизнес объёмом в миллионы долларов с Амторгом, официальным агентством Советского правительства в нашей стране.

Он рассказал мне, что Советское правительство имеет исключительно высокий рейтинг доверия в банковских и деловых кругах Нью-Йорка и всей страны. Что у них репутация педантично аккуратных плательщиков по своим финансовых обязательствам, безотлагательно и даже ранее требуемой даты.

Он утверждал, что в ходе деловых отношений Дженерал Электрик с Советским правительством, оцениваемых в миллионы долларов и длящихся уже десять или пятнадцать лет, Советы всегда были скрупулёзно точны в своих платежах и держались своих обязательств во всех отношениях. В противоположность людям, не связанным с бизнесом и политически ориентированным, с которыми я обсуждал Советы ранее, он подтвердил выдающуюся репутацию Советского правительства по выполнению своих обещаний.

Марджори, Екай (Эмлин Найт Дэйвис, моя дочь, выпускница колледжа Вассара) и я приплыли в Европу в полночь, в Бремен. На борту был Уолтер Дюранте.

Дневник, Берлин, 14-го января 1937-го.

Прибыл в Берлин и немедленно нанёс официальный визит послу Додду.

Дневник, Берлин, 15-го января 1937-го.

Советский посол в Берлине Суриц особенно любезен во внимании, которое проявляет к нам сам и его сотрудники. Он сообщил, что Москва дала недвусмысленные указания сделать всё возможное, чтобы наше пребывание было удобным и приятным.

Он добавил, что внешнеполитическое ведомство (Литвинов) получило чёткие указания из Кремля (от Сталина) вести новое дипломатическое представительство со всевозможной любезностью и не допустить, чтобы никакие трения, существовавшие ранее, повлияли на отношение к новому послу. Я был рад слышать это.

Дневник, Берлин, 16-го января 1937-го.

Мы остановились здесь, чтобы отдохнуть несколько дней. Посол и миссис Додд устроили очень приятный обед. Доктор Шахт и его супруга, бывший посол Германии в Вашингтоне фон Гаффрон-Притвитз, польский посол Липски, русский посол и мадам Суриц вместе с моим давним другом и одногруппником по Университету Висконсина Луисом Лочнером превратили обед в очень приятное событие.

Провёл подробное обсуждение с главой "Русского отдела" в германском министерстве иностранных дел. К моему удивлению, он утверждал, что мои взгляды на устойчивость внутренней российской политики и надёжность Сталинского режима не выдерживают критики.

Он считал, что мои сведения полностью не верны – Сталин вовсе не окопался во власти как следует. Он утверждал, что я, вероятно, обнаружу там большую революционную активность против власти, которая может вскоре перейти в открытую.

(Примечание Мемуариста. Сегодня принято утверждать, что предателей-троцкистов обвинили зазря. Что никакого государственного переворота они не замышляли и с Германией о свержении Сталина не договаривались. Но отчего-то германский МИД уверен, что Советского вождя вот-вот свергнут. Очень любопытный штрих к процессам Радека и Бухарина, на которые вскоре лично попадёт посол Дэйвис. Продолжаем.)

Нанёс визит послу Додду, чтобы попрощаться и обсудить, что я узнал в его сфере ответственности.

В соответствии с приглашением, полученным на обеде, нанёс визит также доктору Шахту в Рейхсбанке. Он попросил оградить его от посетителей и у нас оказалась добрая пара часов для разговора. Он был весьма огорчен по поводу предполагаемого недостатка честности Британии и Франции и их ответственности за экономические проблемы Германии.

Шахт выразил высшую степень восхищения президентом. Он сказал, что президент США в наивысшей степени один из величайших людей мира, что ему присуща необычная способность сводить любую ситуацию к элементарным факторам и применять простой здравый смысл для ее решения. Подобное, – сказал он, – свойство гения и подлинного величия.

Дневник, Берлин, 17-го января 1937-го.

Был приглашён на чай к русскому послу, осмотрел его замечательные русские картины. Это был "сидячий" чай – полноценное угощение. Особенно красивы оказались "снежные" картины. Все принадлежали кисти старых русских мастеров.

Здание посольства досталось еще от старого времени, необычайно красиво – огромные комнаты, высокие потолки, всё в имперской манере.

Сам посол представляет тип старого революционного интеллектуала – высоко образованный и интересный. Бурной холодной ночью они сопроводили нас до самого поезда. Нам пришлось буквально протискиваться в вагон, так как он остановился только на короткое время, чтобы взять пассажиров. Но мы благополучно справились и слегка "выдохнули". Тронулись к Варшаве в одиннадцать сорок.

Журнал, Берлин, 17-го января 1937-го.

Любопытное заявление нацистов попалось мне в газете вчера.

"Мы ждали смены эпох, полного разрушения политических и общественных идеологий. Именно для этого и созданы демократии. Но сегодня они сознательно или бессознательно ничто более, чем центры заразы, переносчики бацилл и подручные большевизма. Они – одна группа, мы – иные. Будущее отвратит коллективизм от неустойчивых реакционных масс. Демократии подобны песку, ползучему песку. Наш государственный политический идеал подобен пикам гранитных скал!"

Это поразило меня в качестве весьма сжатого, ясного и угрожающего заявления о германском отношении к окружающему миру. Это пугающе. Боюсь, это указывает на дух завоеваний скорее, чем на желание мирно развиваться на своих землях.

Дневник, в поезде, 18-го января 1937-го.

Холодная, безрадостная страна, которую мы проезжаем – Польша. В Варшаве нас посетил Джон Кахади. Кажется, он всем здесь доволен. Поезд чистый, весьма серый и холодный в вагоне-ресторане и не слишком удобный в вагоне спальном.

Позднее, граница СССР.

Советник посольства Лой Хендерсон встретил нас в пограничном городке Негорелое. Все говорили мне, что он совершенно замечательный человек и выдающийся кадровый офицер. Я нахожу его скромным и очевидно, способным сотрудником. Он мне понравился, уверен мы с ним поладим. Бедняга Хендерсон прошлой ночью съел "плохой еды" (довольно частый случай здесь) и был весьма нездоров, тем не менее, держался достойно.

Путешествие на поезде в Россию.

Москва – первые впечатления.

Журнал, Москва, 19-го января 1937-го.

Москва стала для меня настоящим сюрпризом. Конечно, это – красивый старый город, но в дополнение к этому: бурление на улицах, множество строящихся зданий и удобная одежда, которая выглядит здесь вполне обыденно, очень меня удивили. Вне всяких сомнений, ритм жизни здесь бьет ключом и эти люди развиваются гигантскими шагами.

(Примечание Мемуариста. Здесь у посла игра слов. Можно понять и так, что люди на улицах спешат и ходят размашисто. Одновременно, фраза посла означает, что дело не в походке, а в стремительных стройках и могучем развитии страны. Продолжаем.)

Дневник, Москва, 19-го января 1937-го.

Прибыли этим утром. Мы все приятно удивлены зданием посольства, так называемым Спасо Хаус.

(Примечание Мемуариста. Также известно как особняк Второва. Историческое здание начала двадцатого века, колоннами и полукруглым фронтоном слегка напоминающее Белый дом в Вашингтоне. Посол Дэйвис почему-то в книге называет его не так, как принято сейчас у американцев, а слегка на итальянский манер Спаццо Хауз. Продолжаем.)

Если верить мистеру Хаддлу, инспектору Почт при госдепартаменте, это наиболее красивое из наших посольств. Оно выгодно отличается от любого другого посольства в европейских странах. Справа перед домом довольно необычная для Москвы история – очень приятный маленький парк.

Чуть далее направо – красивая старая церквушка, при взгляде на которую сжимается сердце от ее ветхого и несчастного вида. Сейчас она занята несколькими семьями и признаки недостатка ухода, а также приходящего в упадок внешнего вида удручают. Между церковью и Спасо Хаусом расположен некогда очаровательный старый особняк, бывший городской дом российских дворян, но его настигла та же трагедия. Дом тоже в запустении, заселён семьями рабочих и солдат.

(Примечание Мемуариста. Посол Дэйвис так трогательно переживает за пришедшие в упадок лепнину и штукатурку. Еще бы, ведь в этих домах могли бы жить "приличные люди", а не какие-то "семьи рабочих и солдат". Очень типичный взгляд капиталиста. Продолжаем.)

Позднее.

Вручение верительных грамот внешнеполитическому ведомству.

Литвинов в Женеве и будет отсутствовать в Москве несколько дней. Было условлено, что мне следует представить мои верительные грамоты без отлагательства его первому заместителю – Крестинскому.

После визита к Крестинскому, мы также посетили мистера Стомонякова, второго заместителя, который произвёл на меня гораздо лучшее впечатление, чем Крестинский.

Крестинский – близорукий маленький человек с профессорскими очками и довольно отталкивающим лицом. Он произвёл на меня впечатление нечистого на руку человека. Я бы не стал ему доверять.

Первые впечатления.

Номер один, Москва, 19-го января 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю. Доклад посла Дэйвиса.

Совершенно секретно.

Сэр, имею честь доложить, что перед отплытием из Соединённых Штатов я имел несколько бесед с мистером Трояновским, Советским послом в Вашингтоне. Внешне эти встречи носили неофициальный, светский характер. При последней встрече Трояновский, говоря приватно, выразил обеспокоенность, что моё пребывание в Москве может быть вначале осложнено некоторой холодностью части Советских официальных лиц, происходящей из разногласий и недопонимания, которые, как он слышал, возникли между мистером Литвиновым, народным комиссаром иностранных дел и послом Буллиттом.

Разумеется, на это я возразил, что полностью разделяю большое разочарование, испытанное послом Буллиттом после отказа Советского правительства выполнять то, что представлялось его явными обязательствами. Я не позволил данной теме развиваться в спорном ключе, но выразил надежду, что моя миссия может оказаться полезной в улучшении отношений между двумя странами.

(Примечание Мемуариста. Буллит был послом США в СССР до Дэйвиса. Причём настолько "замечательным" в кавычках, что умудрился переругаться со всеми. В итоге его с позором отправили домой еще до назначения нового посла. Это не помешало ему потом поливать Дэйвиса грязью как "непрофессионального дипломата". Хорош профессионал! Продолжаем.)

На предыдущей встрече посол Трояновский выразил надежду, что нам удастся смягчить некоторые в прошлом спорные вопросы и путём более точного понимания урегулировать некоторые из этих вопросов к обоюдному удовлетворению сторон. На прошлой встрече я откровенно слегка затронул то, что представлялось мне удручающим фактом, а именно, что великий человек, президент Соединённых Штатов достиг принципиального согласия с представителями Советского правительства по вопросу расширенного соглашения. Параметры этого соглашения, в свете существующих условий, были хорошо известны обеим сторонам и, по моему мнению, были недвусмысленно выражены в чётких определениях письменного меморандума.

Выполнено это соглашение не было. Ситуация продолжает развиваться и указывает на путаницу во второстепенных вопросах и последовательное умышленное сведение на нет общих принципов соглашения, которые Советский Союз обязался исполнять.

Далее я не распространялся по этому вопросу. Только выразил сожаление, указав в то же время на относительную неважность этого вопроса для Соединённых Штатов и высокую значимость для российского народа в будущем благожелательного либерального общественного мнения в Соединённых Штатах, особенно в виду неустойчивой международной обстановки. Эти события представляются значимыми с точки зрения отношения Советского правительства к долговому вопросу.

Во время этих обсуждений я большей частью только слушал, за единственным исключением, указанной выше беседы с Трояновским.

В Берлине я совершил несколько визитов в германское министерство иностранных дел. Все эти беседы носили неформальный и неофициальный характер. Существо дела было ранее направлено Вам кодированным сообщением вместе с докладом о моей неофициальной беседе с доктором Шахтом.

(Примечание Мемуариста. Обратите внимание – посол охотно показывает нам совершенно секретные доклады о всякой ерунде. Но как только речь заходит о действительно серьёзных вещах, сразу извините – было направлено шифрограммой в Вашингтон. Очень любопытно было бы узнать, что за сообщение привёз главному банкиру Гитлера посол Дэйвис от президента накануне Мировой Бойни. Продолжаем.)

Мы покинули Берлин в одиннадцать часов вечера и прибыли в Негорелое на русской границе следующим вечером. Условия в первом классе немецкого поезда до границы указывают на некоторое ухудшение обслуживания по сравнению с качеством обслуживания в Германии несколько лет назад.

Спальный вагон от Негорелого (станция на Советской границе) до Москвы определённо был превосходен, безукоризненно чист и с отличным обслуживанием. Дорожное полотно было неровным.

Объединённая железнодорожная станция и таможенная застава на русской границе представляли собой новое здание, аккуратное, солидное и впечатляющее. Официальные лица были учтивы, внимательны и хорошо знали своё дело.

На границе нас встретил секретарь Хендерсон и, вероятно, эти условия были созданы его стараниями. Следующим утром в одиннадцать тридцать мы прибыли на Белорусский вокзал в Москве.

В посёлках, что мы проезжали поутру, повсюду бросаются в глаза новые стройки. Люди на железнодорожных станциях кажутся тепло одетыми и не слишком отличаются в стремлении одеться потеплее, от жителей глубинки, которых можно увидеть в сельских районах запада Соединённых Штатов.

На вокзале в Москве нас встретил мистер Барков из протокольного отдела народного комиссариата иностранных дел и сопроводил нас в резиденцию посла (Спасо Хаус), который был подготовлен заранее к нашему приёму, благодаря предусмотрительности миссис Дэйвис. Дом оставался пустым с отъезда посла Буллитта и пришёл в некоторый упадок.

Глава протокольного отдела наркомата иностранных дел мистер Барков уведомил меня по прибытии (утром девятнадцатого января), что в связи с отсутствием мистера Литвинова, пребывающего в Женеве, меня будет рад принять заместитель наркома мистер Крестинский в три часа пополудни того же дня.

В сопровождении мистера Хендерсона, первого секретаря посольства, я прибыл к назначенному часу к мистеру Крестинскому и обнаружил с ним мистера Неймана, главу третьего западного политического департамента наркомата иностранных дел, который занимается американскими делами.

(Примечание Мемуариста. Посол Дэйвис в первых заметках из Советского Союза сильно путается в названии должностей и ведомств. Наркомат иностранных дел он то называет министерством, то вообще кличет на британский манер Форин Офисом. Это вносит в текст некоторую путаницу. В данном случае речь идёт о департаменте советского наркомата. Ничего, со временем посол разберётся в этих тонкостях. Продолжаем.)

Я передал слова приветствия внешнеполитическому ведомству и мистеру Крестинскому от государственного секретаря. Также были переданы копии верительных грамот и запрашивающая приём у мистера Калинина нота, чтобы представить письмо с отзывом моего предшественника и мои верительные грамоты.

Он сказал, что в виду того, что проводится заседание Совета РСФСР и Центрального исполнительного комитета РСФСР, время мистера Калинина полностью расписано. Но он надеется, что мистеру Калинину удастся принять меня двадцать третьего или двадцать пятого января. Я ответил, что нужды в спешке нет и я не хотел бы доставлять мистеру Калинину неудобства, особенно в виду неотложных и важных общественных дел.

Вместе с мистером Хендерсоном и мистером Нейманом я немедленно нанёс визит мистеру Стомонякову, второму заместителю народного комиссара иностранных дел. Мистер Стомоняков специализируется на делах регионов Дальнего и среднего востока, а также восточной Европы. Он также принял нас очень вежливо.

Двадцать первого января должно было состояться заключительное заседание Конституционного конвента РСФСР и по моей просьбе мистер Барков из протокольного отдела организовал нам приглашение. Доклад о моих впечатлениях вместе со справочной информацией будет направлен следующим дипломатическим пакетом.

(Примечание Мемуариста. Посол Дэйвис неверно называет это собрание по аналогии с американскими конституционными конвентами. На самом деле, речь идёт о семнадцатом чрезвычайном Всероссийском съезде Советов, который в этот день утвердил новую Конституцию РСФСР. Продолжаем.).

Я не могу завершить этот отчёт, не выразив признательность за превосходную и действенную помощь, предоставленную мне сотрудниками посольства, замечательной командой, преданной и знающей своё дело.

Имею честь оставаться, сэр, искренне Ваш, Джозеф Дэйвис.

Дневник, Москва, 20-е января 1937-го.

Спал допоздна. Послал поздравительную телеграмму президенту по поводу инаугурации. Потратил весь день, приводя в порядок мою канцелярию, разбирая бумаги и готовясь к работе.

Вечером устроил обед в посольстве для журналистов и их жён. Жёны привлекательны и милы. Очень впечатлила нас миссис Джо Барнс, она тиха и сдержанна, но при этом очень определённа в суждениях и строго придерживается их, что в наши дни "нелёгкая доля". Насколько мне известно, она намного более радикальна, чем ее муж.

Было довольно забавно, что они отправились в Россию. Вполне очевидно, что логично мыслящий Демари Бесс и его талантливая, изящная маленькая жена – прирождённые консерваторы, тогда как Барнсы – настоящие радикалы. Барнс и Бесс – люди выдающихся способностей, оба честные, но придерживаются диаметрально противоположных врождённых точек зрения.

Деуэлс и Чарльз Наттерс не слишком радикальны или консервативны и при этом очень умны и проницательны. К моему сожалению, Джо Филлипс покидает нас. Он хорошо знает Россию. Он передал мне заметки касательно его изучения коллективных хозяйств, сделанные на местах во время длительного путешествия по Украине в прошлом году.

Они представляют действительную ценность, так как основаны на фактических наблюдениях исключительно способного и опытного обозревателя и журналиста в этот переломный момент развития важного проекта Советского правительства. Обсуждения по поводу России были горячими и непростыми. Это было отличным погружением прямо в суть дела и оказалось весьма полезным. Они все мне нравятся. Думаю, мы с ними хорошо сработаемся.

Журнал, Москва, 21-е января 1937-го.

Совершил первый официальный протокольный визит к британскому послу Чильстону. Посольство живописно расположено на реке прямо напротив Кремля в красивом старинном особняке. Посол весьма дружелюбен и сердечен. Он произвёл впечатление очень разумного и уравновешенного человека. Он сделал выдающуюся карьеру на британской дипломатической службе. Сюда он прибыл из Вены и Будапешта.

Он считает, что это правительство надежно укрепилось, что европейская обстановка, учитывая тревожный мир, является угрожающей и выглядит не слишком хорошо. Он предложил обращаться к нему в любое время.

Я поблагодарил и сказал, что, по моему мнению, интересы Соединённых Штатов и Великобритании, без нужды в формальных соглашениях, всегда могут двигаться более или менее параллельными путями. Благодаря тому, что политические, юридические, этические и религиозные идеи обоих народов по существу – одни и те же. Более того, благодаря нашему общему языку и сходству общественных институтов опасность взаимного недопонимания весьма мала.

Кремль и запреты в питании.

(Примечание Мемуариста. Телеграфный стиль дневников посла иногда очень трудно понять. Контекста мало, а отрывочные записи могут означать что угодно. Например, название этой главы буквально звучит: "Кремль, диета, не надо".

Дело осложняется тем, что в английском языке слово "диета" может означать как пищу, так и Парламент, Рейхстаг, Сейм, а также японское законодательное собрание или короткое судебное заседание.

Исходя из политической направленности книги, вполне уместно смотрелась бы глава про "Кремль и Рейхстаг не вместе". Но нет, далее, к счастью, выясняется, что имеются в виду банальные ограничения врачей в непривычной пище для новых дипломатов. Продолжаем.)

Москва, 21-е января 1937-го.

Достопочтенному Марвину Макинтайру.

Дорогой, Мак!

(Примечание Мемуариста. Имеется в виду Марвин Хантер Макинтайр, личный секретарь Рузвельта. Известный американский журналист, в своё время выступавший редактором "Вашингтон Таймс" и "Вашингтон Пост". Крайне влиятельный в политических кругах человек. Продолжаем.)

Москва – великолепный старинный город. Кремль грандиозен и красив. Он окружён кирпичной стеной в тридцать или сорок футов высотой с зубчатым верхом и чем-то похожим на бойницы в защитных башенках. Фасад с одной стороны в определённо французском феодальном стиле с восточным влиянием. Купола и колокольни трех церквей каждая увенчаны звездой и полумесяцем. Косы и серпы на декоративных верхушках добавляют картине совершенно неожиданный восточный колорит.

(Примечание Мемуариста. Описание кремлёвских церквей Дэйвисом выглядит несколько не от мира сего. Посол слегка перебарщивает с восточной романтикой. Скорее всего, он обратил внимание на полумесяцы внизу купольных крестов, унаследованные от византийского канона. Впрочем, учитывая, что посол в тексте называет московские колокольни буквально минаретами, он не вполне понимает, что перед ним христианские храмы. Бывает. Продолжаем.)

Доктор посольства Банкли выдал нам лист "Спасибо, не надо", с перечнем того, что мы можем есть и что должны избегать на дипломатических приёмах. Здесь в пище достаточно распространены заразные инфекции, практически всё под запретом. Нет сливок, безопасных для мороженого, нет безопасных овощей, так что совет Билла Буллита привезти запас продуктов с собой оказался полезным со всех сторон и весьма разумным.

(Примечание Мемуариста. Не знаю уж чем таким кормили американских дипломатов, но опасения Дэйвиса явно преувеличены.

Невольно вспоминается старый анекдот, как товарищ Сталин интересуется – почему британские дипломаты долго не выходят из уборных? Товарищ Берия на это отвечает, что сам не может понять. Вроде расстарались, подавали всё лучшее, заграничное. Даже соль и та была английская!

В отличие от Берии из анекдота, Советские школьники помнят, что английской солью называли магнезию, сильное слабительное. Продолжаем.)

Погода замечательна. Воздух морозен, чист и безветренен. Снег и даже воздух чисты и свежи, а деревья сверкают на ярком солнечном свету изморозью на ветвях. Передавай привет нашим. Второпях, твой Джозеф.

Лист "Спасибо, не надо!"

Составлен и отпечатан для нас доктором Румрейхом и начальником медицинской части посольства доктором Банкли.

До тех пор, пока Вы здесь еще недостаточно долго, чтобы прошла иммунизация:

– Не пейте некипячёную водопроводную воду;

– Не пейте молоко или сливки;

– Не принимайте в пищу молочные продукты (мороженое, масло, заварной крем и т.п.) местного происхождения;

–Не ешьте сырые овощи;

– Не употребляйте консервированные овощи, если не уверены, что они из США;

– Избегайте сырого и плохо прожаренного мяса;

– Избегайте все колбасы;

– Будьте крайне осторожны по поводу рыбы (по двум причинам: рыба может оказаться не слишком свежей, кроме того рыбные ленточные черви очень распространены в Европе).

– Не ешьте фаршированную рыбу.

Британское посольство безопасно. Французское следует за ним. Все остальные под вопросом, так как зависят от местных продуктов.

Неудивительно, что персонал здесь имеет собственный продуктовый склад.

Дневник, Москва, 21-е января 1937-го.

В двенадцать сорок пять, благодаря любезности внешнеполитического ведомства, мы посетили заключительное заседание Конституционного конгресса. Присутствовали Марджори, Эмлин, Джон Дэйвис Стамм (мой личный секретарь), Хендерсон и я сам под предводительством мистера Баркова из службы протокола. Нас разместили на почётных местах. Это оказалось неожиданно интересно. Зал новый и впечатляющий, на скамьях тысячи две или даже больше делегатов. Президиум около сорока человек на возвышении. Казаки (мужчины и женщины). Выступления молодых людей из воздушных и химических войск. От четырехсот до пятисот атлетов.

Прогулялись вокруг Кремля.

(Примечание Мемуариста. Не вполне понятно о чём кратко пишет в дневнике Дэйвис. Возможно, имеются в виду выступления молодых участников ОСОАВИАХИМа. Полностью – общества содействия обороне, авиационному и химическому строительству. Будущего ДОСААФ. Продолжаем.)

Конституционное собрание.

Москва, 25-е января 1937-го.

Достопочтенному Стивену Эрли!

Дорогой, Стив! Нам посчастливилось, прибыв сюда вовремя, попасть на заключительное заседание Конституционного собрания крупнейшей самоуправляющейся части Советского Союза.

Собрание состоялось в Кремле. Зал, в котором оно проводилось, совершенно изумителен. Он примерно четырёхсот футов в длину и восьмидесяти в ширину с очень высокими потолками. На одной стороне помещения располагаются дипломатические ложи – там, где обычно расположены балконы. Другая стена состоит, в основном, из очень высоких, красивых окон примерно восьми футов ширины и тридцати или сорока футов высотой.

Освещение выполнено в модернистском стиле, в виде простых, но красивых матовых плафонов. Помещение убрано красивыми занавесами в белый и светло-голубой цвета. В конце помещения размещен высокий помост около восьми футов высотой, на котором заседают примерно пятьдесят высших должностных лиц. Председательствовал президент Калинин.

Непосредственно перед этим президиумом было что-то вроде трибуны или кафедры, на которую поднимались выступающие. Ниже размещались три места стенографистов, а в проходе перед ними бесчисленные фотографы, газетчики и яркие софиты. По залу свободно были расположены микрофоны.

Зал был заставлен чем-то вроде наших церковных скамей со спинками, причём на спинке каждой скамьи был прикреплён складной столик. В этом длинном, похожем на храмовый неф, зале разместилось около двух тысяч восьмисот делегатов с распечатанными копиями Конституции перед ними, а за ними с галереи наблюдало более тысячи зрителей. Зрелище грандиозное!

Даже люди сами по себе оказались очень интересны. Среди них я заметил несколько монгольских лиц. В центре зала лица, большей частью, довольно молодо выглядящие и если не интеллектуальные, то смышлёные и энергичные. Около четверти делегатов – женщины.

Среди делегатов были мужчины в военной и военно-морской форме, крестьяне и крестьянки, все удобно одетые и выглядящие вполне достойно. Некоторые дамы носили белые шали, другие в ярких свитерах, кое у кого волосы были явно завиты.

Они все были погружены в изучение своих распечаток Конституций статья за статьёй, по мере объявления голосований за эти статьи. Люди на помосте сильно отличались внешне большей интеллектуальностью. Комиссар обороны, нарком транспорта и начальник кавалерии все были в военной форме, остальные в гражданских костюмах, включая женщин в чёрных платьях и белых воротничках.

(Примечание Мемуариста. Дэйвис называет наркома обороны ошибочно Военным комиссаром, буквально – комиссаром по Войне. Даже в названиях чувствуется разительное отличие Советского и американского подходов. Америка готовится воевать, СССР готовится оборонять свои рубежи. Продолжаем.)

Перед голосованием были три выступления, два мужских и одно женское. Все не старше сорока, с яркой индивидуальностью и большой долей ораторского искусства. Очевидно, сознающие свои возможности и добивающиеся своим мастерством выступления кульминаций, вознаграждаемых аплодисментами.

Выступающая дама прибыла во главе делегации Кавказа. Они прошествовали на трибуну. Казаки были в их живописной форме, а треть женщин нарядились в костюмы из блестящих атласных юбок и белого верха с красочными платками на голове. Это было настоящее представление.

Третьим выступал молодой человек двадцати восьми или тридцати лет в длинных бриджах. Он выглядел весьма атлетично и выступал с большим задором. Он возглавлял общество молодых людей и в качестве подготовки его речи нам было показано очень волнующее представление.

В задней части зала примерно на десять футов выше пола на галерее располагались восемь горнистов в небесно-голубой авиационной форме. Под звуки их серебряных горнов в каждый из четырех проходов промаршировали около четырёхсот молодых людей со штандартами, знамёнами, в пёстрой форме.

Парни и девушки с отличной выправкой и военной точностью стали по стойке смирно. Они представляли каждый из видов военных и военно-морских сил, даже химические войска и парашютистов. Обращали на себя внимание юноши с нашивками с числом парашютных прыжков.

Среди трепещущих знамён и флагов выступающий держал пламенную, но выдержанную речь, перемежаемую аплодисментами. Затем, снова сопровождаемые звуками горнов, они промаршировали обратно под восторженные аплодисменты. Это было здорово выполнено и впечатляло.

(Примечание Мемуариста. Да, это определённо были не "общества молодых людей", как пишет Дэйвис, и не молодые военные, а вполне гражданские курсанты кружков ОСОАВИАХИМа, рабочие и студенты. Будущие ДОСААФовцы, в общем. Продолжаем.)

За Конституцию голосовали постатейно, путём поднятия руки. Каждый делегат поднимал в руке красную карточку, чтобы проголосовать "за". Когда голосование было завершено, заседание надолго было прервано овациями, делегаты призывали чествовать различных руководителей.

Затем небольшая группа в задней части принялась петь Коммунистический гимн. Мало-помалу его подхватили, зал сам слился в едином ритме и было спето несколько куплетов. Мелодия оказалась типично русской, в грустной протяжной тональности.

Она звучала неспешно, величаво и сильно контрастировала с воинственным стилем Марсельезы. Казалось, голоса разделились на гармонические группы, с чётко различимыми тенорами и контральто. Это оказалось по настоящему волнующе и оставило впечатление мощи и серьёзности. Собрание распалось и люди разошлись.

(Примечание Мемуариста. Сильно подозреваю, что пели они не какой-то абстрактный коммунистический гимн, а непосредственно Интернационал. Первая версия песни, названной гимном партии большевиков, появится только через год в 1938 -м. Она и правда протяжная.

Что любопытно, музыка будет хорошо знакомая нам – музыка гимна Александрова, а вот слова были совсем другими. В 1943-м году будет особый конкурс, на котором Эль Регистан и Михалков напишут к этой музыке великий текст про Союз нерушимый.

А вот назвать протяжным и минорным Интернационал – это надо постараться. Песня как раз крайне бодрая и боевая. Кстати, посол совершенно напрасно противопоставляет Интернационал французской Марсельезе. Как раз в начале века он пелся на мотив рабочей Марсельезы. Позднее и правда, стал несколько более протяжен и величественен.

Презренны Вы в своём богатстве,

Угля и стали короли!

Вы, ваши троны – тунеядцы,

На наших спинах возвели.

Заводы, фабрики, палаты,

Всё нашим создано трудом.

Пора! Мы требуем возврата,

Того что взято грабежом.

Продолжаем.)

Мне сообщили, что у этих съездов, наряду с другими, есть и образовательные задачи. Делегаты должны вернуться в свои коллективы и обучать людей законодательству.

Марджори присоединяется в выражении любви детям и нежных пожеланий Хелен и тебе самому. Как всегда, Джозеф Дэйвис.

(Примечание Мемуариста. При прочтении может создаться впечатление, что Дэйвис, мягко говоря, наивный и простоватый человек. Вместо доклада о действительной сути Конституции он повествует о трубящих в горны курсантах и пении гимнов. Это далеко не так.

Когда Дэйвис будет докладывать президенту о процессе над изменниками-троцкистами мы увидим крайне цепкого, профессионального и подробно разобравшегося в сути каждого протокола допроса специалиста. Сдаётся мне, американского читателя просто не нужно лишний раз дразнить правами Советского гражданина. Ни к чему. Поэтому и остаются только рассказы про гимны, а не про основной закон СССР. Продолжаем.)

Дневник, Москва, 23-е января 1937-го.

Весь дипломатический корпус сильно взволнован тем, что семнадцать старых большевиков предстали перед Верховным судом СССР по обвинению в измене своей стране. Они называют это "процессом Радека". Этот человек, Карл Радек – очень известный публицист и выдающаяся личность, имеющий множество друзей за рубежом.

Процесс начался сегодня утром и проводится в благородном собрании, которое при старом режиме было светским клубом для дворянства.

(Примечание Мемуариста. Придётся немного поправить посла Дэйвиса. Суд этот назывался процессом "параллельного антисоветского троцкистского центра". Впрочем, википедия сообщает, что никакого центра не существовало и это всё выдумки Сталинистов.

А благородное собрание – это нынешний Дом Союзов, названный в честь центрального Совета московских профсоюзов. Характерно, что сегодня в здании, где судили изменников Родины, временно заседает Государственная Дума. Ирония судьбы. Продолжаем.)

В полдень, сопровождаемый советником Хендерсоном, я отправился на этот процесс. Дипломатическому корпусу специально были подготовлены пропуска на места для зрителей. Заседание длилось до трёх часов дня, затем суд прервался до шести вечера.

Я посетил также и вечерние слушания с шести до половины одиннадцатого. Для меня они оказались особенно любопытными и захватывающими. Во время перерыва вечернего заседания мы с одним журналистом сходили за пивом и бутербродами. Все старались помочь мне разобраться в этой ситуации.

Дневник, Москва, 25-е января 1937-го.

В соответствии с протоколом, весь официальный состав нашего посольства был должен сопровождать и сопроводил меня в Кремль по случаю представления верительных грамот. Они были формально представлены президенту, прежде чем мы удалились для беседы в его кабинет.

После мероприятия коллектив вернулся со мной на очень хороший обед, подготовленный Марджори. Джей Ди (Джон Стамм, мой личный секретарь) сделал групповые фотографии в большой обеденной зале.

Икра, икра везде и ни одного тебе яичка, кроме как за комиссарским столом. Мы попросту не могли найти ни одного! По крайней мере, когда нам было сказано, что они принесены на обед (яйца, а не икра).

(Примечание Мемуариста. Дэйвис старательно строит из себя идиота, которым опытный уголовный адвокат и один из богатейших людей США явно не является. Страдает совершенно в духе таможенника Верещагина из "Белого солнца пустыни". Опять эта икра, хлебушка бы! Продолжаем.)

Доклад президенту о долговом вопросе и Калинине.

Москва, 25-е января 1937-го.

Достопочтенному Франклину Делано Рузвельту.

Дорогой мой, мистер президент! К счастью, обычай произнесения официальных речей на церемонии представления верительных грамот был отменён. Калинин уделил мне двадцать минут. Его приветствие оказалось очень сердечным, а когда я упомянул, что Вы говорили лично о нём, он попросил передать Вам наилучшие пожелания как "великому человеку". Встреча прошла очень тепло.

Он сказал, что уверен – все спорные вопросы между двумя странами могут быть урегулированы. Мой ответ был осторожен: я искренне на это надеюсь и верю, что это возможно, если подходить к вопросам с таким же ясным пониманием, с которым эти соглашения задумывались президентом Соединённых Штатов.

Я был бы рад обсудить эти вопросы по возвращении Литвинова, если им будет так угодно. Я хотел произвести впечатление (и как мне показалось, вполне преуспел), что это оставлено на их усмотрение и вопрос не слишком значим для нас. Калинин выразил удовлетворение, что, по его мнению, мой профессиональный опыт гарантирует объективность и независимость суждений, безотносительно того, что я мог слышать неблагоприятного от дипломатических источников в Москве.

Я ожидаю возвращения Литвинова, чтобы понять будет ли он ставить на рассмотрение долговой вопрос. Есть признаки, что они хотели бы забыть его. Если так, буду следовать указанной Вами линии. С глубоким уважением, искренне Ваш, Джозеф Дэйвис.

Президент Калинин о Советской обстановке.

Номер одиннадцать, Москва, 25-е января 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Доклад посла Дэйвиса относительно представления верительных грамот мистеру Калинину.

Совершенно секретно.

Сэр, имею честь сообщить следующее касательно официального представления моих верительных грамот президенту Калинину. Представляется, что обычай обмена формальными выступлениями во время представления верительных грамот был отменён.

(Примечание Мемуариста. Этот момент отлично сыгран в кинокартине 1943-го года "Миссия в Москву". Посол Дэйвис церемонно передаёт Калинину свои грамоты и явно ждёт традиционного царского церемониала. А всесоюзный староста как бы рассеянно суёт нераспечатанный конверт под пресс-папье и предлагает начать беседу.

У Советского руководителя просто нет времени церемонии разводить. Американский посол несколько ошарашен настолько деловым подходом большевиков. Продолжаем.)

Президент Калинин сел за свой стол и предложил мне стул напротив Крестинского рядом с мистером Нейманом и переводчиком. Присутствовали еще двое, а именно мистер Уншлихт, секретарь Союзного совета Центрального исполнительного комитета СССР и мистер Хацкевич, секретарь совета национальностей Центрального исполнительного комитета.

Президент Калинин предложил мне сигарету и я поблагодарил его по-русски словом "Спасибо", что вызвало смех. Я сказал, что хотел бы выразить от себя, семьи и персонала признательность за обходительность на границе и за всё прочее, что сделало наше путешествие в Москву комфортным и приятным. Затем я представил отзыв моего предшественника и мои собственные верительные грамоты.

Затем, я сообщил, что моё правительство через государственного секретаря мистера Халла хотело бы передать мистеру Калинину приветствия и душевные тёплые пожелания. Что перед моим отъездом я совещался с президентом Рузвельтом и он упоминал лично о президенте Калинине.

Мистер Калинин выразил удовольствие, что его упомянул "великий президент" и заявил, что вопросы разногласий между странами могут быть разрешены ко взаимному удовлетворению. На это я ответил очень взвешенно, что я также на это надеюсь и уверен в этом. Разумеется, это может быть сделано, если подходить к вопросу с расширенных позиций, с которых президент Рузвельт задумывал достигнутое с Литвиновым соглашение.

(Примечание Мемуариста. По-моему, посол Дэйвис не до конца понимает, что большевики над ним слегка посмеиваются. Для жителя "самой свободной страны мира" почему-то естественно совершенно неприлично благоговеть перед своим президентом, как перед папой Римским.

Ему невдомёк, что отношение к руководящим кадрам в СССР совершенно иное. Они такие же люди, как и все остальные, только с большей возложенной ответственностью. Поэтому, когда Калинин говорит, что ему приятно "что его упомянул великий президент", уверен – присутствующие прячут от посла невольные улыбки. Продолжаем.)

Я заявил, что я не профессиональный дипломат и привык работать прямо. На это мистер Калинин ответил, что его правительство основано на поддержке народа и что их руководители приверженцы прямой и откровенной дискуссии. Затем, я заявил, что моему правительство особенно повезло в том, что мы изолированы и сильно удалены от всех возможных угроз других стран.

И что поэтому мы привыкли к прямой дипломатии, тогда как общая европейская дипломатия, возможно, находится под влиянием требований национальных страхов или национальных амбиций. Президент Калинин ответил, что настолько, насколько рассматривает этот вопрос сама Россия, у них нет страха перед внешней агрессией, так как они уверены, что армия и народ достаточно сильны, чтобы защитить себя.

Затем он выразил надежду, что у меня сложилось благоприятное впечатление. Я ответил, что Москва очень красивый город, что меня повсюду впечатлила активная деятельность, как признак нового строительства и прогресса. Меня сильно впечатлило поведение и внешний вид людей на улицах, которые большей частью выглядят в порядке, тепло одеты и в основном заняты делом.

(Примечание Мемуариста. Читателю 1941-го года понять этот пассаж Дэйвиса мудрено. Сегодня, к сожалению, понять посла нам гораздо легче. Дэйвис приехал из Америки в самый разгар Великой Депрессии.

По всей видимости, типичный вид улиц Нью-Йорка или Вашингтона тех дней – это очереди голодных оборванных безработных, без тёплых вещей, которые стоят за бесплатной похлёбкой. Документальной хроники тех лет сохранилось достаточно.

А тут эти большевики, явно сытые, прилично одетые и все при деле. Не слишком приятное для американца сравнение с родной страной. Продолжаем.)

Президент Калинин затем заявил, что они добились очень существенных достижений, их промышленный выпуск чрезвычайно сильно вырос, потребности людей стремятся удовлетворить настолько быстро, насколько возможно, но, спрос настолько велик, что подобен всепожирающему пламени. Оно поглощает предложение сразу по мере производства, чтобы покрыть нужды людей.

Затем он заявил, что они очень рады получить посла, который в силу своего профессионального опыта будет смотреть на ситуацию объективно и не склонен к скоропалительным оценкам, пока все факты не будут должным образом рассмотрены в перспективе.

Затем, он намекнул, что его правительство, вероятно, испытывает лёгкое предубеждение к чрезмерно дружелюбным людям и порой бывает приятно поражено теми, кто изначально холодны в общении. Он сказал, что поспешные и поверхностные суждения о ситуации обычно пристрастны.

Он проиллюстрировал это, сказав, что гость может увидеть пару пьяных на улицах Москвы и сделать из этого заключение, что все русские – пьяницы, что, разумеется, не соответствует истине. Он выразил надежду, что я увижу как можно больше из того, что они делают и стараются делать для народа, и буду оценивать это справедливо и объективно.

На это я ответил, что являюсь продуктом индивидуалистической и капиталистической системы, начинал с весьма скромных позиций, тяжело работал всю мою жизнь и мои симпатии на стороне простых людей, точно так же как и симпатии моего правительства. Я заверил их, моя цель стараться наблюдать открытым рассудком, справедливо приходить к заключениям и доносить их до моего правительства в точности.

В этом они могут быть уверены, так как это не только мои личные желания, но результат моего обучения и моей привычки мыслить таким образом, сложившейся за годы предшествующего опыта. Имею честь оставаться, с уважением, Ваш Джозеф Дэйвис.

Дневник, Москва, 25-е января 1937-го.

Калинин живёт в Кремле. Прихожая и кабинет, в который меня пригласили, опрятны и очень просто обставлены. Калинин производит приятное впечатление. У него серьезные глаза и простая любезная манера держаться. У него репутация очень популярного в Советском народе человека. Он начинал рабочим на одном из литейных заводов.

(Примечание Мемуариста. По всей видимости, имеется в виду работа Калинина токарем на заводе «Красный путиловец», он же – знаменитый «Кировский завод». Продолжаем.)

Он настолько комфортен в общении как «старый ботинок» из поговорки. Калинин произвёл на меня впечатление доброго, приятного и компетентного человека с простым обращением.

Неподготовленность Франции.

Журнал, Москва, 26-е января 1937-го.

В печати сообщается, что Рейно в Париже привёл некоторые любопытные факты о вооружённых силах Европы. Фактор скорости изменит всё. У Германии две тысячи аэропланов, у Италии тысяча девятьсот, у Франции же только тысяча триста.

Таким образом сделано было не многое: против каждых двух германских бомбардировщиков у Франции только один, а против нескольких сотен французских танков у Германии и России тысячи. Мне кажется, о неизбежности войны в Европе говорят все, но никто, кроме Германии и России, не принимает её всерьёз.

(Моим главным источником последних известий является радио на коротких волнах. Я прослушиваю его ежедневно и делаю заметки, чтобы иметь перспективу европейских событий. В моём карманном дневнике недостаточно места и я взял себе за правило вести записи в журнале, чтобы расширить отражение вопросов, которым не могу уделить достаточного внимания в дневнике.)

Дневник, Москва, 27-е января 1937-го.

Одиннадцать утра. Посетил японского посла Шигемитсу. Он инвалид и очень способный человек. Он рассказал о «Шанхайском инциденте», в котором лишился ноги и о помощи, которую оказал ему американский посол Нельсон Джонсон.

С четырёх до пяти вечера прогулялись с Марджори вокруг Кремля. Посетили в одном из музеев специальную выставку Рембрандта. Должно быть, там было представлено более тридцати полотен, включая Блудного сына, Рождение Христа и множество других. Весьма выдающаяся выставка.

Также мы посетили Третьяковскую галерею. Прекрасные картины Герасимова, "Орден Ленина", очень крупные полотна Сурикова, "Солдаты в Альпах" и тому подобное. Снежные картины Грабова, Юона и Шишкина. Посетил комиссионный художественный магазин и осмотрел картины современных Советских художников. Они поразительно интересны.

(Примечание Мемуариста. К своему стыду, имя Константина Фёдоровича Юона ничего мне не говорило. А ведь это известный академик Академии художеств СССР и лауреат Сталинской премии 1943-го года. Создавал совершенно удивительные, пронизанные светом пейзажи. Посмотрите в интернете – не пожалеете. А еще он нарисовал по рассказу Чехова замечательный советский мультфильм 1952-го года – Каштанку. Продолжаем.)

Дневник, Москва, 28-е января 1937-го.

Начал раунд официальных визитов: китайский, германский, персидский, турецкий.

(Примечание Мемуариста. Посол по старинке называет Иран Персией. Впрочем, это немудрено, название официально изменилось только в 1935 году).

Провёл ланч с турецким послом. После ланча мы с Марджори снова вышли в город, чтобы осмотреть другую выставку современных русских художников в мастерской. Мы с большим интересом провели там два часа. Приобрёл несколько замечательных работ маслом (снег, Революция и т.п.) для моей коллекции в Университете Висконсина.

Извлечения из издаваемого Ассоциацией выпускников Университета Висконсина каталога коллекции русских полотен и икон имени Дэйвиса, которая была передана послом Университету.

Письмо посла Дэйвиса от 9-го марта 1937-го ректору Ла Фолетту с предложением коллекции Университету.

Дорогой Фил!

С тех пор, как я приехал в Россию, у меня в голове крутится одна мысль и я хотел бы в связи с этим попросить твоего совета.

Русские картины по своей художественной выразительности, силе и красочности исключительны. Несмотря на то, что это в общем-то может и не быть характеристикой изящества работы художников других школ, тем не менее, они создали некоторое число великих картин.

С моей личной точки зрения, меня всегда больше интересовала история, которую рассказывает картина и впечатление, которое она производит на чувства, чем техника её исполнения.

Итак, я собрал некоторые из этих картин. Большей частью это оригиналы. В некоторых случаях это копии. Художники, как тебе известно, работают здесь на государство, но мне удалось получить разрешение от властей заказать копии этих картин, выполненные теми же самыми художниками.

Моей целью было получить собрание картин, более или менее описывающих различные сферы жизни и деятельности страны: народ, солдат, действия в революционные моменты, строительство гигантских предприятий и жизнь в удалённых уголках России.

Мне пришло в голову, что Университету Висконсина может быть интересным получить эту коллекцию. И я подумываю подарить её.

Эта коллекция, хоть и включает несколько выдающихся работ, не является со строго художественной точки зрения одной из самых значимых. Она может быть интересна и вызывать обсуждения.

При этом все иконы высшего класса этого вида искусства. Они исключительны и совершенно уникальны. Они отбирались ведущими техническими экспертами по иконам, связанными с Советским правительством и особенно с Третьяковской галереей. Они охватывают лучшие типы икон различных периодов.

Выдержка из официального объявления ректора Ла Фолетта о принятии коллекции от 20-го мая 1937-го.

Подарок посла Дэйвиса своей коллекции Университету – благородный и великодушный поступок. Это выдающийся художественный вклад в Университет, особенно ценный личностью дарителя.

Дневник, Москва, 29-е января 1937-го.

Одиннадцать дня. Нанёс визит посланник, старый добрый джентльмен. Обсуждали его отношение к процессу над изменниками. Он считает, обвиняемые виновны.

Двенадцать дня. Встречался с послом. Обсуждали экономическое развитие и золотые резервы. На некоторые утверждения он смотрит скептически, при этом считает, что по значимым вопросам они говорят правду.

(Примечание Мемуариста. Фамилии и страны посланника и посла умышленно опущены Дэйвисом. Это специально отражено в тексте. Характерно, что когда посол восхищается картинами или беседует о всякой ерунде, фамилии указываются. Как только появляются серьёзные государственные вопросы, фамилии публике знать не следует. Не так прост посол Дэйвис, как пытается казаться. Продолжаем.)

Час дня. Посетил последний день процесса. Слушал заключительные обращения к суду Радека, Сокольникова, Сюкинского, Серебрякова и других. Слушания закрылись в три пополудни.

(Примечание Мемуариста. Не вполне понимаю, кто такой Сюкинский. Среди семнадцати обвиняемых по этому процессу никого с похожей фамилией не было. Подозреваю, что в дневнике посол ошибочно так записал Пятакова. Далее в официальном докладе госсекретарю посол указывает фамилии обвиняемых верно. Продолжаем.)

Четыре дня. Приглашён с Марджори и Эмлен на чай к мадам Литвиновой.

Пять пятнадцать. Посетил турецкое посольство.

Пять тридцать. Посетил персидское посольство.

Девять вечера. Ушёл спать, устал смертельно.

Когда мы только прибыли, мадам Литвиновой не было в Москве. В сообществе распространялись типичные слухи, что она была ликвидирована, исчезла и т.п. Марджори, Эмлен и я были приглашены на чай в Спиридоновка Хаус, старинный особняк, используемый правительством для приёмов.

(Примечание Мемуариста. Посол опять всё перепутал. Спиридоновка – это название улицы, на которой располагался особняк. Сам дом известный – это усадьба жены Саввы Морозова, того самого фабриканта, что активно поддерживал социалистов до Революции.

Особняк выполнен в староанглийском стиле, со стрельчатыми окнами и вполне вписался бы в интерьер Лондона. Действительно, нарком Литвинов некоторое время там проживал. С 1938-го года в этом здании будет организован Дом приёмов министерства иностранных дел. Продолжаем.)

Мадам Литвинова приветствовала нас в манере очаровательной английской дамы, которой она и являлась. Она приехала с Урала, где преподавала "Бейсик Инглиш", которым очень сильно интересовалась.

(Примечание Мемуариста. Посол не шутит про английскую леди. Женой наркома Литвинова была Айви Лоу, гражданка Великобритании. Довольно известная английская революционная писательница.

Она действительно занималась изучением и преподаванием в Свердловске так называемого "Базового английского". Это такая упрощенная версия английского, одна из попыток создать язык международного общения вроде эсперанто.

Аббревиатура звучала красиво "Британо-американский научный международный коммерческий". Пока Черчилль не выступил с речью, что покорённые Британией туземцы не способны понимать приказы своих господ и срочно нужно придумать обрезанный английский для их обучения. Большого развития Бейсик Инглиш так и не получил. Продолжаем.)

Она ярко демонстрировала признаки очарования и ума, но при этом уделяла мало внимания внешности. Её руки были красными и обветренными. Она приходится сестрой моему старому другу, сэру Сиднею Лоу, с которым мы познакомились в Вашингтоне, во время Первой Мировой. С Литвиновым она познакомилась в Лондоне и вышла за него.

(Примечание Мемуариста. Дэйвис не мог знать, что грядёт еще и Вторая Мировая Война. Поэтому никто не употреблял устоявшееся у нас название Первой Мировой. Для Дэйвиса это была просто "Великая война". Продолжаем.)

Оборотная сторона московских процессов.

Номер пятьдесят семь, Москва, 17-е февраля 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Процесс изменника Радека (с 23-го по 30-е января).

Совершенно секретно.

Сэр, имею часть доложить следующее по отношению к определённым деталям и моим впечатлениям от недавнего, так называемого, процесса изменников Троцкого-Радека.

Ближайшее политическое окружение.

Этот процесс является естественным следствием убийства Кирова первого декабря 1934-го. Киров, работавший в Ленинградской области, был одним из выдающихся лидеров партии и Сталинского правительства. В тот момент его убийство вызвало потрясение.

Доклады дипломатов департаменту того времени показывают, что это вызвало большое движение и беспокойство части руководителей правительства в Москве. Лично Сталин, Ворошилов – народный комиссар обороны и другие главы правительства поспешили прибыть на место преступления, по всей видимости опасаясь, что существует широко распространённый заговор с целью свержения Сталинского правительства.

С 19-го по 24-е августа 1936-го года в Москве состоялся процесс Каменева-Зиновьева, когда шестнадцать обвиняемых были привлечены к суду, признаны виновными и впоследствии расстреляны. Этот первый процесс также был следствием убийства Кирова.

Нынешний процесс происходит из тех же событий и по причине сделанных на процессе разоблачений, и на основании предполагаемых улик, обнаруженных впоследствии.

(Примечание Мемуариста. Официальное название первого процесса – процесс антисоветского объединённого троцкистско-зиновьевского центра. Шестнадцать подсудимых обвинялись в подготовке заговора с целью свержения Советской власти, убийстве Кирова, подготовке убийства Ворошилова, Орджоникидзе, Жданова, Кагановича и ряда других партийных деятелей.

Всё совершалось на деньги и по указке из-за рубежа, в основном по линии Троцкого. Процесс был открытым. Все, кроме двоих, полностью признали свою вину под давлением предъявленных улик. В 1988-м году Горбачёв всех реабилитировал. По логике Горбачева, видимо, парни были ни в чём не виноваты, а Кирова они грохнули по ошибке. Продолжаем.)

На текущем процессе было семнадцать обвиняемых, в том числе пять или шесть известных политических деятелей. Остальные были различных типов: инженеры, искатели приключений и тому подобное. Без особой известности – просто не внушающие доверия инструменты для шпионажа, саботажа, терроризма и выполнения различных преступных деяний. Официальное обвинение строилось на особом уголовном уставе. Они обвинялись в измене своей стране, шпионаже, саботаже, а главное в исполнении террористических действий.

Уголовный кодекс.

Предписанные законом формулировки, запреты и назначение наказания носят особый характер. Эти предписания были введены в силу с первого января 1927-го года. Соучастник имеет равную степень вины с исполнителем преступления.

Даже участие в любой организованной преступной политической деятельности, готовящей исполнение любых из этих деяний, влечёт за собой такое же наказание, какое предусмотрено для конкретного преступления. Уголовный кодекс направлен в первую очередь на возвеличивание роли государства.

Наказания за преступления против государства намного более суровы, чем за преступления против гражданской собственности или жизни. Их максимальное наказание за обычное гражданское убийство по мотивам алчности, скупости и тому подобным – десять лет заключения.

В то же время, максимальное наказание за покушение на государственную собственность – смерть. Другая черта уголовного законодательства, значение которой было наглядно в этом процессе, недостаток градаций наказания.

Например, в своих свидетельских показаниях Радек указывает, что тогда, в 1935-м году после четырёх лет участия в том, что переросло в заговор с целью свержения правительства, он решил чистосердечно раскаяться и признаться. Так как условия изменились таким образом, что его взгляды стали иными, чем в 1931-м году. Тем не менее, он обнаружил себя на позиции, на которой вменялось максимальное наказание.

Происхождение главных обвиняемых.

Чтобы верно оценить эту ситуацию, необходимо держать в голове, что практически все главные обвиняемые с юных лет росли в атмосфере заговоров против установленного порядка. Как интеллектуалы, они устраивали заговоры против царя в свои молодые годы, в свои университетские годы, и ежедневно в силу своих занятий встречались со смертью "на пороге" до самых времён торжества Революции. Они пропитались заговорами до мозга костей.

После смерти Ленина в 1924-м между лидерами разразилась борьба за место преемника. Двумя самыми выдающимися соперниками выступили Троцкий и Сталин. Первый был блестящим, разносторонним, динамичным. Второй – грузин, был простым, работящим, с великой способностью к труду – гений организации, человек выдающейся физической и умственной силы и восточного терпения.

В качестве секретаря Коммунистической партии он медленно выстроил свою партийную машину, что привело к поражению Троцкого и его итоговой высылке в 1927-м.

Судя по всему, в тот момент борьба шла не столько между принципами, сколько между двумя личностями. Это подтверждается тем, что многие предлагаемые сейчас Сталиным вещи были частью программы Троцкого. Это следует некоторым образом уточнить тем фактом, что Сталин несомненно, даже в те дни был склонен к программе развития коммунистической идеи в России как "вещи, которую нужно сделать в первую очередь", предоставляя мировую Революцию саму себе.

В то время, как Троцкий был и тогда, и сейчас яростным сторонником превыше всего именно мировой Революции. Тогда Троцкий привлёк большое число восторженных приверженцев из лидеров партии. Эти люди после падения Троцкого были отправлены в глубинку и лишены своих мест в государственном аппарате.

Некоторые позднее отрёкшиеся от идей Троцкого, были приняты обратно в партию и снова получили официальные посты. Тем не менее, над ними всегда висело облако подозрений. Ни одному из них не доверили должности первоклассной важности и было ясно, что нынешние власти никогда не станут настолько им доверять. Таковы были шесть главных обвиняемых.

Следует также держать в уме, что именно Сталин разработал Пятилетний план в 1929-м году после высылки Троцкого. Он включал программы индустриализации и сельскохозяйственной коллективизации. На протяжении 1931-го и 1932-го годов, когда возник предполагаемый заговор, эти планы накладывали на население ужасающие трудности.

Обстановка тогда была намного хуже, чем в 1935-м году. Результаты Пятилетки только начали показывать своё возможное выполнение в 1934-м или 1935-м. Общепризнанно, что Сталинский режим намного сильнее в 1935-м, чем в 1931-м.

Это улучшение ситуации многократно упоминалось во время признательных показаний главных обвиняемых в качестве оправдания смены их взглядов и конечной причины их раскаяния и признания вины. Другим фактором, определяющим обстоятельства этого необычайного процесса, является то, что для этих людей коммунизм приравнивается к религии. Преданность ему – фанатична.

Зал суда и атмосфера.

Я посещал заседания процесса, который продлился шесть дней, со всем рвением. Он был ужасающим в своей человеческой трагедии. Заседания проходили в длинной комнате с высокими потолками, которая при старом режиме была частью московского светского клуба.

По обеим сторонам центрального прохода размещались ряды сидений, занятых на каждом заседании различными группами "рабочих", за исключением нескольких рядов по центру предназначенных для местных и иностранных корреспондентов и дипломатического корпуса. Насколько я осведомлён, различные группы "рабочих" были присланы с обязанностью проинформировать позднее о заседаниях процесса свои организации.

Выдержка из письма президенту от 4-го февраля 1937-го.

Во время дневного перерыва между четырьмя и шестью часами пополудни я наметил себе посетить различные учреждения, магазины и тому подобное. В каждом из мест я обнаружил группы от двадцати до шестидесяти собравшихся, к которым обращался некий человек, описывающий процесс и преступления обвиняемых.

Меня проинформировали, что подобное происходит по всей стране с постоянно работающим радио. Их политические и пропагандистские организации простираются вглубь каждого сообщества. Самый нижний уровень, называемый "ячейка", состоит из трех членов партии, отвечающих за организацию своего конкретного подразделения. Джим Фарли мог бы дать некоторые дополнительные подсказки, если бы приехал сюда.

(Примечание Мемуариста. Посол Дэйвис напрасно ставит слово "рабочие" в кавычки. Видимо, он привык за годы карьеры в американском суде к подставным слушателям, влияющим на мнение присяжных. Он не может понять, что это настоящие рабочие, делегированные на процесс товарищами по партии со своих заводов.

Разумеется, одна из задач делегатов – выступить по итогам перед товарищами на фабрике с рассказом что именно происходило на процессе. Это не правительственная пропаганда, именно так выглядит настоящая, подлинная демократия, власть народа. Продолжаем.)

На помосте в передней части зала заседали трое судей, все в форме. Это были члены Военной коллегии, части Верховного суда, уполномоченные проводить процессы по преступлениям против государства. Помост был частью платформы примерно на пять футов выше пола, в центре которого был "колодец".

Для свидетелей предназначалось возвышение около фута высотой, примерно в восьми футах и лицом к заседающим судьям. В "колодце" также были столы для адвокатов защиты.

По правую сторону помоста сидели обвиняемые, отделённые простыми деревянными перилами на высоте примерно трех или четырёх футов (как у присяжных заседателей). Они сидели в четыре ряда по четыре стула каждый лицом к центру "колодца".

Каждые полчаса под командой офицера прибывали четыре солдата и сменялись на посту рядом с заключёнными почти на самом краю "колодца". На противоположной стороне "колодца" размещался обвинитель и его два помощника, один из них в военной форме.

Суд созывался в полдень каждого дня и продолжал заседание с тридцати минутными перерывами до четырёх дня. В шесть часов заседание возобновлялось и закрывалось только в десять вечера.

Процесс.

Судебное разбирательство открылось чтением официального обвинения секретарём суда. Это было длинное, подробное изложение предъявляемых преступлений, сформулированное в подробных деталях, с перечислением многочисленных улик. Заявление о наличии представленных подтверждающих доказательств в форме письменных документов вызвало что-то вроде сенсации среди журналистов и дипломатических обозревателей.

Невозможно сказать, были ли серьезные расхождения между предъявленными обвинениями и представленными в ходе процесса документальными свидетельствами, так как в ряде случаев документы представлены не были. Утверждалось, что они были уничтожены обвиняемыми как свидетельства против себя, а в других случаях документы только упоминались в ходе признательных показаний, либо предоставлялись для рассмотрения только самому военному суду.

Каждый из обвиняемых в ответ на вопросы главного судьи поднимался на своём месте и признавал свою вину. Отделение для заключённых было уставлено микрофонами, расположенными удобно для их выступлений. Обвинитель с заметками, в которых, очевидно, содержались письменные признания, задавал сравнительно мало вопросов, после чего каждый из обвиняемых рассказывал о своих преступлениях в хронологическом порядке. Обвинитель вёл дело невозмутимо и с достойной восхищения выдержкой.

Во внешности обвиняемых не было ничего необычного. Они все выглядели хорошо упитанными и внешне здоровыми. В первые несколько дней процесса они проявляли значительное любопытство по отношению к толпе и, хотя были серьёзны, не казались слишком озабоченными. Однако по мере продолжения процесса, всё же, в их позах проявлялись признаки отчаяния.

Они обхватывали головы руками или склонялись лбами к перилам. По большей части казалось, что они старательно слушают показания других главных обвиняемых. Могло показаться, что слишком многие из показаний стали для них сюрпризом в некоторых деталях.

Комментарии к показаниям и главные обвиняемые.

Основными обвиняемыми на процессе были Пятаков, Радек, Сокольников, Серебряков и Муралов. Первым свидетелем вызвали Пятакова, он стоял перед микрофоном лицом к обвинителю через "колодец" и выглядел как преподаватель колледжа, произносящий лекцию.

Он работал помощником народного комиссара тяжелой промышленности. По общему мнению, успех пятилетнего плана в значительной мере его заслуга. Утверждалось, что он происходил из старой производственной семьи.

(Примечание Мемуариста. Посол забыл упомянуть, что семья-то производственная, да не с той стороны. Отцом Пятакова был директор сахарного комбината "Братьев Яхненко и Симиренко" в Киевской губернии. Продолжаем.)

Он излагал историю своих преступных деяний детально, спокойно и бесстрастно. По мере его показаний, так же как и в случае с другими обвиняемыми, обвинитель просил его прерваться и обращался к другим обвиняемым с просьбой подтвердить описанные им конкретные особые факты.

В некоторых случаях они уточняли или обсуждали отдельный факт, но в основном, подтверждали, что преступление имело место. Всё это производилось обвиняемыми с высочайшей степенью бесстрастности.

Особенно я заметил это за Серебряковым, старым железнодорожником, которого подняли, чтобы подтвердить факт особенно ужасного преступления. Он сделал это кратко, после чего уселся совершенно равнодушно и зевнул.

Радек, обвиняемый, вызванный вторым, был совершенно другого типа. Низкий и приземистый, но с энергичной и выдающейся индивидуальностью он неплохо владел публикой. Он был одет как крестьянин, а его индивидуальность подчёркивалась бакенбардами, переходящими в поросль под его подбородком.

Его позиция состояла в том, что, само собой разумеется, он являлся в заговоре одним из политических лидеров. Что, хотя он не принимал непосредственного участия в этих конкретных преступлениях, но соучаствовал им, знал об их подготовке, несёт на себе ответственность за них и не пытается избежать этой ответственности.

Тем не менее, он постоянно настаивал, что это "искусственно созданные" преступления и постоянно оправдывал себя на той основе, что они носили политический характер и совершались во имя целей, приверженцем которых он тогда был. У него произошло несколько резких перепалок с обвинителем, в которых он выступил не лучшим образом.

Во время своих показаний он держался хорошо, хотя во время последнего заявления суду попросил помнить, что это он раскрыл заговор Троцкого, с подтекстом, что именно благодаря ему Троцкому не удалось захватить власть.

Серебряков выглядел самым кротким из разбойников, какие только когда либо перерезали глотки (с ангельским лицом), мимоходом излагал ужас за ужасом, которые он замышлял. По своей манере он казался более-менее смирившимся.

(Примечание Мемуариста. Дэйвис называет в тексте Серебрякова "пиратом". В переносном смысле, конечно.)

Сокольников, бывший посол в Лондоне, заместитель народного комиссара иностранных дел, был человеком совершенно иного типа. Смуглый, круглолицый, с высоким лбом. Он также давал показания в стиле бесстрастной лекции о своём участии в заговоре, логично и чётко излагал доводы, которые побудили его и его соучастников пуститься в заговор с Японией и Германией.

Основой всего было отсутствие возможности реализации их планов улучшения жизни русских людей изнутри, так как Сталинское правительство было настолько сильно, что массовые волнения внутри страны не смогли бы его опрокинуть. Исторически у них были основания считать, что их лучшим шансом захватить власть было развязать войну с иностранной державой и создать меньшую страну буквально "из углей". Благодаря дружественному расположению победителей (немцев) и вероятной позиции других западных стран Европы по итоговому мирному соглашению.

Муралов выглядел по-военному, с эспаньолкой на подбородке, копной седых волос и тонкими орлиными чертами. Он был прилично выше шести футов и носил простую тёмную русскую блузу, застёгнутую до шеи. Он держал себя с достоинством, выглядел мужественно и прямо. Одно время он занимал высший командный пост в вооружённых силах в Москве.

(Примечание Мемуариста. Муралов с самых первых дней Революции в 1917-м был комиссаром, а по факту командовал, Московским военным округом. С 1921-го года он уже официально был командующим войсками Московского военного округа.)

В естественной манере, с которой он давал показания о своих причинах поддержать Троцкого, как одного из старейших и лучших друзей, было много признаков правдивого рассказа. Он называл Троцкого великим человеком, который "был мужчиной, когда остальные вели себя как мыши". А также, когда он говорил о причинах отказа признать вину и публично отречься.

Он отрицал, что на него оказывалось какое-либо давление и утверждал, что на протяжении восьми месяцев отказывается признавать вину, так как возмущён своим арестом, разозлён и решительно настроен. Сперва он думал, что предпочтёт умереть героем и таким образом продвинет дело заговора, но затем, постепенно осознав заговор целиком, пришёл к заключению, что правительство Сталина добилось значительных успехов и делает для русского народа великие вещи.

Он ошибался и видит свой долг в чистосердечном признании этого. Остальные обвиняемые давали длительные показания со ссылками на свои конкретные преступления и представляли собой сильно разные типы людей. Все обвиняемые, казалось, стремятся громоздить одно обвинение себя на другое – признавая максимальную вину.

(Примечание Мемуариста. Посол Дэйвис по старой судебной привычке, чтобы казаться умнее, любит в книге ввернуть фразочку на латыни. Чтобы не перегружать текст, я привожу их в переводе на русский по смыслу. Продолжаем.)

Им требовался минимальный перекрёстный допрос от обвинителя. В случае с одним из обвиняемых обвинитель даже посоветовал тому вернуться к сути дела и не приукрашивать свои показания дополнительными преступлениями. Поведение обвинителя было совершенно лишено запугивания. Очевидно, в этом не было нужды.

(Примечание Мемуариста. То есть, в американском суде тех лет ситуация, когда обвинитель наводит страх на подсудимого, была нормой? Любопытное сравнение "кровавых Сталинских палачей" и "честных американских судов".)

По окончании заслушивания подсудимых обвинитель долго выступал перед судом, основываясь частично на доказательствах вины, но в значительной части на посторонних исторических вопросах. Это было эрудированное, компетентное выступление.

Заключительные выступления обвиняемых.

Обвиняемый Пятаков в своей заключительной речи не просил снисхождения, также как и Шестов, являвшийся главным организатором совершения некоторых наиболее гнусных преступлений. Фактически, Шестов заявил, что он заслуживает смерти и хотел бы умереть.

Радек не просил пощады, кроме того намёка, не просил и Муралов. Сокольников просил, но в очень горделивой манере. Остальные без исключения просили о прощении. В заключение этих последних слов суд объявил перерыв и пять часов спустя вынес свой приговор.

Вердикт суда.

Все обвиняемые были признаны виновными и получили приговоры соответственно тяжести своих преступлений. Пятаков и Серебряков, как члены антисоветского троцкистского центра и те, кто совершили измену, шпионаж, разрушительные и террористические действия, были приговорены к высшей мере наказания – расстрелу.

Одиннадцать других, включая Муралова, как организаторы и прямые исполнители преступлений были приговорены к высшей мере наказания – расстрелу. Двое, Радек и Сокольников, будучи членами антисоветского троцкистского параллельного центра, неся ответственность за его преступные деяния, но прямо не участвуя в организации и исполнении конкретных преступлений, были приговорены к десяти годам заключения.

Двое других, Арнольд и Строилов были приговорены к десяти годам заключения за конкретные преступления, в которых они обвинялись. Суд также постановил, что личное имущество осуждённых подлежит конфискации, а также что все осуждённые к заключению будут лишены политических прав на срок пять лет каждый. Снисходительность, оказанная по отношению к Радеку и Сокольникову, вызвала всеобщее удивление.

Общие замечания.

Самая необычная часть этого процесса, с точки зрения Запада, что такой процесс вообще должен был состояться. Все обвиняемые полностью признали себя виновными. Суду не требовалось ничего делать, кроме как заслушать возможные просьбы о снисхождении, утвердить факты и вынести обвинительный приговор.

Но здесь так называемый процесс был, длился шесть дней и обвинитель привёл предположительно все доступные ему доказательства. Совершенно бесполезное, с нашей точки зрения, судебное разбирательство.

(Примечание Мемуариста. Вот как! Либералы традиционно клянут Советское судопроизводство как полное беззаконие. Не говоря уже о процессах 1937-го года.

А тут оказывается, Дэйвис, один из самых дорогих адвокатов США, при таких вводных – вообще бы не устраивал процесс. Приговорили бы за пять минут очевидных преступников и пошли с судьёй играть в гольф. Интересный взгляд на вопрос. Продолжаем.)

Вероятно, у властей были две цели проведения этого процесса.

Неофициальная, но общепризнанная, а именно: что процесс был разыгран в пропагандистских целях. Он был задуман, во-первых, как предупреждение всем существующим и потенциальным заговорщикам и подпольщикам Советского Союза. Во-вторых, чтобы дискредитировать Троцкого за рубежом. И в-третьих, чтобы укрепить народную поддержку правительства против вражеских стран – Германии и Японии.

По ходу процесса были задействованы все возможные средства пропаганды, чтобы донести до каждого уголка страны эти ужасные признания. Газеты были полны не только отчётами о признательных показаниях, но также комментариями самого яростного и бранного характера по отношению к осуждённым. Радио также старалось сверх меры.

(Примечание Мемуариста. Это ещё посол Дэйвис не видел массы открытых писем рабочих коллективов, которые возмущались на ряде процессов слишком мягкими приговорами суда. И написаны эти письма были простыми рабочими, а не по указке из Кремля в пропагандистских целях. Это просто невозможно.

Интересно, какие чувства испытывал бы посол Дэйвис, если бы разоблачили заговорщиков, которые готовили проигрыш родной страны в войне с соседями, расчленение родной страны "на угольки" и убийство американского президента с десятком сенаторов. И более того, очень многое из этого успели подготовить. Не потянуло бы на "бранные комментарии", нет? Продолжаем.)

Другой вероятной причиной было показать публике на открытом процессе добровольность и правдивость признаний обвиняемых. Если бы эти признания были совершены на закрытом слушании или представлены письменно за подписью обвиняемых, их подлинность могла бы оспариваться. Теперь же факт признательных показаний никогда не сможет быть оспорен перед лицом публичного признания вины, совершённого в открытом судебном процессе.

(Примечание Мемуариста. Это посол Дэйвис недооценивает цинизм наших политиков. Казалось бы, как можно отрицать показания преступников. Их неделю заслушивали с перекрёстными доказательствами в том числе зарубежные журналисты и дипломаты. Оказалось, вполне можно.

Горбачёв реабилитировал большую часть осуждённых чохом, без глубоких разбирательств. А сегодня в серьезной "исторической" в кавычках литературе можно прочитать, что все обвинения фальсифицированы Сталиным. А процесс использовался исключительно для захвата диктаторской власти.

Представляю, какие потоки откровений вылились бы на нас, проведи большевики нормальный закрытый военный трибунал, как советовал Дэйвис. Продолжаем.)

Из отчётов с предыдущих процессов ясно, что нынешний процесс, по мнению многих наблюдателей, отличается практически единогласными признаниями вины и большим количеством перекрёстных доказательств. Общее мнение со стороны незаинтересованных наблюдателей состоит в том, что, похоже, существовал вполне настоящий заговор против Советского правительства.

С помощью нашего переводчика я внимательно следил за показаниями обвиняемых. Естественно, должен признать, я был предубеждён против надёжности показаний этих обвиняемых. Единогласие их признаний, факт их длительного заключения (в том числе в одиночных камерах) с возможностью принуждения и применения силы к ним самим или к их семьям – всё это давало мне веские основания сомневаться в надёжности их заявлений.

Тем не менее, рассматривая объективно и основываясь на моём опыте ведения судебных дел и способности оценивать убедительность показаний, данной мне предыдущим опытом, я пришёл к вынужденному выводу, что государство затеяло этот процесс, чтобы доказать существование широко распространённого заговора против Советского Союза. Заговор среди политических деятелей, что, в соответствии с законодательством, являлось преступлениями, изложенными в официальном обвинении.

Всё же я делаю оговорку, основанную на значительном различии нашей и Советской систем исполнения наказаний за нарушение закона и психологии этих людей, что, возможно, мои методы проверки достоверности могут быть не вполне точны здесь. Тем не менее, допуская, что человеческая природа в основном одинакова повсюду, я всё же впечатлён многими признаками достоверности, отмеченными мною по ходу процесса.

Предполагать, что эти слушания были задуманы и разыграны как театральная политическая постановка, значило бы полагать у сценаристов такого действа гений творца равный Шекспиру и Беласко.

(Примечание Мемуариста. Имеется в виду Дэвид Беласко – знаменитый в американской среде театральный сценарист и режиссёр. Активно ставился на Бродвее в начале двадцатого века и создал более четырёхсот пьес. Стремился к "фотографическому реализму" постановки. До сих пор в США действует театр его имени.

Кстати, ровно ту же мысль высказывает и присутствовавший на процессе Лион Фейхтвангер. Знаменитый немецкий писатель прямо пишет – если этот процесс театральная постановка – покажите мне режиссера, я хочу увидеть другие его пьесы. Репетировать такое нужно годами и с большим талантом. Продолжаем.)

Историческая основа и окружающие обстоятельства также придают показаниям достоверность. Доводы, которые приводят в оправдание своих деяний Радек и Сокольников, и результаты, которых они надеялись достичь, вполне вероятны и совершенно правдоподобны. Подробные детали, временами наглядно удивляющие даже обвинителя, равно как и остальных обвиняемых, о которых сообщали различные свидетели, давали неумышленное подтверждение сути обвинений.

Манера давать показания различных обвиняемых и их поведение на трибуне также имели для меня значение. Бесстрастные, логичные, детальные заявления Пятакова и впечатление отчаянной откровенности, с которой он их делал, несли в себе основания для осуждения. То же самое с Сокольниковым. Старый генерал Муралов был особенно убедителен. Он держался с большим достоинством и прямотой старого солдата. В своём последнем слове он сказал:

"Я отказался от защитника и отказываюсь говорить в свою защиту, потому что привык защищаться хорошим оружием и атаковать хорошим оружием. У меня нет хорошего оружия, с которым я мог бы защитить себя. Я не смею никого винить в этом, я сам – тот, кого нужно винить. Это моя трудность. Это моё несчастье…"

Менее значимые обвиняемые, которые выступали только инструментами, подробно излагали в деталях свою летопись преступлений, и во многих случаях демонстрировали признаки, что эти заявления произносятся впервые. Эти и другие факты, что я наблюдал, побуждают к мысли, что в показаниях, конечно, могли присутствовать чрезмерные приукрашивания, но через материалы, устанавливающие наличие политического заговора с целью свержения текущего правительства, проходила последовательная нить правды.

Судя по записям этого процесса, мне было бы тяжело представить какой бы то ни было суд, в любой юрисдикции, который совершил бы что либо иное, кроме признания подсудимых виновными в нарушении закона, как установлено в обвинительном заключении и определено законодательством.

Я обсуждал со многими, если не со всеми членами дипломатического корпуса в Москве и, возможно, за одним исключением, они все придерживаются мнения, что слушания явно установили существование политического заговора с целью свержения правительства.

В дипломатическом корпусе нет единого мнения по отношению к показаниям о предполагаемом соглашении Троцкого с Японией и Германией. Разумное обоснование подобного плана, столь спокойно обсуждённого и объяснённого Сокольниковым и Радеком, имеет смысл для тех, кто указывает, что такой план хорошо согласуется с поведением Ленина при получении власти путём войны с Германией в 1917-м и подъемом социал-демократов в Германии "на углях войны".

Другими эта часть показаний не принимается в расчёт. При этом все согласны, что государство разоблачило заговор против текущего правительства. Процесс по своему воздействию на мои чувства был настолько же ужасен, насколько вдохновляющим было Конституционное совещание.

С момента процесса постоянно циркулируют слухи о массовых арестах интеллектуалов и политически мыслящих людей в различных частях России, которым приписывается участие в заговоре Троцкого. Вдобавок к этому, существуют нелепые слухи, что вдова Ленина, маршал Революции и действующий комиссар обороны и другие высокопоставленные лица брошены в тюрьму.

Из-за рубежа доходят слухи, что комиссар обороны Ворошилов наступает на Москву, комиссар иностранных дел Литвинов арестован и так далее, и тому подобное. Эти два последних – неправда, насколько мне известно. Остальные могут быть преувеличены.

Интересно отметить, что в первые дни Революции, по общему мнению, Ленин и другие интеллектуальные революционеры согласились между собой, что извлекут уроки Французской Революции и не допустят междоусобной борьбы внутри партии, чтобы не способствовать контрреволюции.

На деле же, сейчас остались только три первоначальных лидера большевиков: Сталин, Калинин и Ворошилов. Все остальные высланы или мертвы, многие ликвидированы или расстреляны. Несмотря на понимание опасности разрушения своих идеалов личным тщеславием, человеческая природа снова проявляет себя как и во времена Французской Революции. Только здесь ход событий идёт медленнее.

(Примечание Мемуариста. Про всего трёх чудом не ликвидированных старых большевиков посол Дэйвис повторяет модную либеральную байку. Давайте немного позанудствуем и вспомним состав Советского правительства на 1937-й год.

Председатель Совета народных комиссаров СССР – Вячеслав Молотов, член РСДРП с 1906-го года. Возглавлял питерских большевиков и издавал "Правду" еще до приезда Ленина. Управляющий делами Совнаркома Мирошников, будущий замнаркома финансов. Член партии с 1917-года.

Нарком водного транспорта Пахомов, член партии с 1912-го года, меньшевик. Нарком Советского контроля Антипов, в партии тоже с 1912-го года. Нарком здравоохранения Каминский. Член РСДРП с 1913-го года.

Нарком земледелия Чернов, в партии с 1909 года. Нарком продовольствия Калманович, в партии с 1904-го года. Упоминавшийся уже нарком иностранных дел Литвинов – член партии с 1898-го года. Список можно продолжать.

Как-то многовато для "всего трёх выживших старых большевиков. Другое дело, что не все они переживут на своих постах 1937-й и 1938-й годы, но это другая крайне непростая и трагическая история внутрипартийной борьбы, предательств и вредительства в органах. Продолжаем.)

В дипломатическом корпусе, точно так же как среди американских журналистов главенствует мнение, что власть правительства Сталина очень крепка и при отсутствии международной войны останется таковой на долгое время.

В заключение я хотел бы отметить, что весь этот процесс и окружающие его обстоятельства потрясают наш рассудок. Тем не менее, это наиболее мощная демонстрация благ, которые даёт настоящая конституционная защита личных свобод.

Право обвиняемых на защитника до начала процесса, право отказаться свидетельствовать против себя самого, и, превыше всего, презумпция невиновности и применение старого принципа общего права, что лучше тысяча виновных людей избегут наказания, чем один невиновный будет несправедливо осуждён – всё это получает практическое значение когда сталкиваешься с процессом наподобие этого.

Имею честь оставаться, сэр, с уважением Джозеф Дэйвис.

(Примечание Мемуариста. Честно говоря, я так до конца и не понял финальный пассаж Дэйвиса. То ли он намекает, что в США настоящая защита прав личности, а у "этих большевиков" так себе.

То ли, наоборот, удивлён присутствием традиционных принципов законности на Советском политическом суде. Напомню, когда всего через несколько лет в Штатах грянет Маккартизм и начнётся "охота на ведьм", никаких "конституционных прав" у заподозренных в симпатии к коммунизму попросту не будет.

Вот где начнутся совершенно беззаконные театральные постановки в виде судов с заранее известными приговорами. Продолжаем.)

Заступничество за Владимира Ромма.

Номер сорок семь, Москва, 12-е февраля 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю касательно инцидента Ромма в ходе процесса изменника Радека.

Совершенно секретно.

Сэр, имею честь доложить об инциденте, произошедшем в связи с процессом изменника Радека, который должен попасть в досье департамента для документального засвидетельствования. Во время слушаний процесса Радека ко мне пришел мистер Уолтер Дюранте из Нью-Йорк Таймс и показал телеграмму, полученную от группы журналистов из Соединённых Штатов. Телеграмма гласила следующее.

(Примечание Мемуариста. В тексте Дэйвис говорит о каблограмме, то есть о телеграмме, переданной по подводному трансатлантическому кабелю. Сейчас так уже никто не говорит, поэтому пусть будет просто телеграмма.)

"Все члены газетных коллективов Вашингтона с тревогой прочли об аресте нашего коллеги из "Известий" Владимира Ромма. В наших деловых отношениях Ромм показал себя настоящим другом и защитником СССР. Ни единожды он даже слабо не проявил недостатка поддержки или нелояльности к действующему правительству.

Он делал больше любого другого Советского представителя для популяризации Сталинского режима в нашей стране. Надеемся, что письмо в его защиту может быть настойчиво представлено на свидетельство его судьям и что Вы попросите посла Дэйвиса также передать это заявление."

Я очень внимательно ознакомился с показаниями Ромма. Когда они подошли к концу, стало совершенно очевидно, что делать какие-либо официальные комментарии по этому вопросу было бы неуместно, по крайней мере, на тот момент. Правильность такого отношения была единогласно признана американскими журналистами в России.

Прилагаю копию личного и конфиденциального письма, направленного мною мистеру Артуру Кроку из Нью-Йорк Таймс с объяснением ситуации.

Приложение. Номер один, копия письма от 26-го января 1937-го, адресованного послом Дэйвисом мистеру Артуру Кроку.

Лично и конфиденциально.

Дорогой Артур!

Уолтер Дюранте показал мне телеграмму, полученную от членов ассоциации прессы при Конгрессе, касающуюся тяжёлого положения Ромма, с листом подписей, включающим и твою подпись. Разумеется, мои симпатии были на твоей стороне и я изучил его показания с глубочайшим интересом и участием.

Ромма вызвали на свидетельское место в тот самый день, когда я получил твоё сообщение. Его показания были совершенно необычны. Без побуждения обвинителя или использования наводящих вопросов он рассказал в хронологическом порядке очень простую и ясную историю.

Он раскрыл, что являлся близким другом Радека, перенял от последнего его позицию и в подробнейших деталях описал как в нескольких случаях служил посредником между Радеком, Троцким и сыном Троцкого Седовым. Как передавал туда и обратно письма, зашитые в переплёте немецких книг.

Он заявил, что изначально являлся сторонником Троцкого и с момента обсуждений с Седовым в 1931-м или 1932-м годах стал частью троцкистской организации. Эти письма, по которым давали показания Ромм и другие обвиняемые, были основой обвинения в заговоре против них. На их основании обвинение планировало установить, что Троцкий готовил с помощью этих обвиняемых свержение текущего русского правительства путём саботажа, терроризма, убийств и распространения пораженческих настроений среди населения.

А также на основе активного участия Японии и Германии через иностранных шпионов в развязывании ранней войны против России, ведомой в основном Германией. В результате войны предполагался приход заговорщиков к власти в новой, меньшего размера Советской республике после распада Советского Союза, передачи Украины Германии, а приморских областей и Сахалинских нефтяных полей Японии.

Официальное обвинение включает многочисленные нарушения действующего законодательства Советского Союза и типичный контрреволюционный террористический заговор. Ромм также заявил, что использовал государственные агентства, то есть телеграфное агентство ТАСС для связи с Троцким.

Бедняга не оставил себе ни единого шанса. Он заявил, что с 1934-го года, когда он прибыл в Соединённые Штаты, он планировал всю дальнейшую совместную работу. Несмотря на несколько подавленный вид на трибуне, внешне он выглядел в порядке и, насколько я могу судить, его показания имели признаки убедительности.

В этих обстоятельствах, помочь ему на процессе сделалось совершенно невозможным.

Я с радостью сделаю всё, что могу, чтобы помочь бедному парню, особенно в виду заинтересованности твоих сотрудников дома. Но, в конце концов, он Советский гражданин, знал Советские законы и знал на что шёл. Разумеется, эта ситуация – исключительно русское дело, и любое моё вмешательство, особенно, если мою просьбу отклонят, может поставить администрацию в неловкое положение. Фактически, в этих обстоятельствах это было бы совершенно неуместно.

Сразу по завершении слушаний я пригласил наших корреспондентов, включая Дюранте, Диуэла, Наттера и Бесса в резиденцию перекусить и мы подробно обсудили ситуацию. Они пришли к единому мнению в анализе ситуации, как я писал выше.

(Примечание Мемуариста. С Роммом всё очень непросто. Сейчас есть данные, что он много лет работал на Советскую разведку. С 1922-года работал нелегалом в Париже и Берлине под руководством местных резидентов Сташевского (Верховского), Бортновского и Тылтыня.

В 1924-м году был назначен уполномоченным иностранного отдела ОГПУ – то есть внешней разведки. Далее официально работал корреспондентом в Токио, Женеве, Париже. С 1934-го года работал спецкором в Вашингтоне. Сколько хозяев было у этого агента – сегодня судить сложно. Мы не можем полностью исключить и судебную ошибку. Продолжаем.)

Среди корреспондентов наиболее распространённым мнением было, что, независимо от мотивов, которые могли повлечь эти необычные массовые признания, вообще говоря, обвиняемые говорят правду, хотя бы частично. И что обвинение завело обоснованное дело о существовании широко распространённого заговора Троцкого с целью уничтожения действующего правительства.

Опять повторяется Французская Революция. Лично я с большим интересом следил за этим судебным процессом и не пропустил ни одного заседания.

Если требуется какая-либо демонстрация мудрости и желательности принципов англо-саксонского права для защиты обвиняемых на основе презумпции невиновности, права на защитника, права на отказ свидетельствовать против себя, приказа о доставке в суд и прочности англо-саксонского права от Великой хартии вольностей до Билля о правах, она может быть обнаружена в этих слушаниях.

Даже подобные процессы иногда могут установить правду, равно как дьявол не врёт Христу, когда говорит: «Знаю кто ты, святой сын Божий!», но Бог оберегает личную свободу и права независимо от того установлены ли они законом.

(Примечание Мемуариста. Дэйвис хочет сказать своему другу больше, чем пишет. Закон Божий в США преподавался повсеместно и существовала распространённая традиция передачи как бы намёков в виде ссылок на стихи Евангелия. Например, на бомбардировщике было написано «Павел двенадцать девятнадцать» и всем сразу понятно – это отсылка к стиху «мне отмщение и аз воздам».

Со словами, приведёнными Дэйвисом, та же история. Это первая глава Евангелия от Марка. Иисус проповедует в синагоге и один из прихожан начинает вопить, что тот пришёл всех погубить. Тогда оказывается, что прихожанин одержим злым духом, которого Иисус успешно изгоняет.

Намёк посла прозрачен – Россия это такой же прихожанин, одержимый, очевидно, злым Сталиным. А Штаты должны этого злого духа изгнать. Выдумщики американские. Продолжаем.)

Пишу тебе это лично и вне официального дипломатического протокола. Искренне твой.

В письме моему другу Артуру Кроку я не сказал, что собираюсь поднять этот вопрос с Советским правительством неофициально, потому что не был до конца уверен в уместности этого. Хендерсон, как и всегда, оказался полезен. Мы обсудили вопрос с ним и он склонялся к мысли, что дипломатической неуместности в моём личном ходатайстве перед властями не должно возникнуть, если я очень чётко укажу, что это не входит в мои официальные дипломатические полномочия.

В соответствии с договорённостями, я посетил президента Калинина, премьера Молотова и министра иностранных дел Литвинова. «Очевидно», – сказал я, – «целью дипломатического представительства в США и Москве является развитие дружеских отношений и улучшение понимания». Поэтому, я взял на себя смелость лично и весьма неофициально обратить внимание на желательность серьёзного рассмотрения дела Ромма.

Я обрисовал, по возможности, высокую репутацию, положение и место в обществе американских журналистов и, что даже если это не поможет, то возымеет благоприятный эффект на общественное мнение Соединённых Штатов, если бы Советское правительство могло высказать свои соображения касательно преданности Рома своему правительству и его поведения в этой связи в Вашингтоне.

Было бы правильно, чтобы свидетельства подобного рода рассматривались в связи с вопросом виновности Ромма. Моё предложение было воспринято учтиво. Молотов заявил, что высоко ценит мои добрые намерения и приветствует мои предложения.

С другой стороны он сказал, что к сожалению, джентльмены из прессы в Вашингтоне не владеют всеми известными ему фактами. Поэтому он надеется, что они придержат свои оценки пока не будут раскрыты все факты. Его правительство не может никого заключить под стражу пока не будут подробно исследованы все обстоятельства.

Если, тем не менее, останется место для сомнений, они серьёзно примут во внимание заявления американских журналистов из Вашингтона. Я ушёл с ощущением, что если что-то можно будет сделать, это будет сделано. Бедняга Ромм, конечно, не оставил себе ни единого шанса после своих признательных показаний на открытом процессе.

Во всяком случае, его больше не вызывали на открытый процесс и меня проинформировали, что он был направлен на работу внутри страны. Посол Уманский, когда я позднее беседовал с ним об этом деле, сообщил, что это благодаря американским журналистам, которые спасли его, так как «отчёты о деяниях Ромма выглядели очень плохо».

(Примечание Мемуариста. Посла Дэйвиса не стали расстраивать, но американские журналисты помогли не очень. Владимир Ромм был расстрелян 8-го марта 1937-го года. Важная история – в список обвиняемых по процессу Радека он не попал.

Осуждён был позднее, закрытым заседанием Военной коллегии Верховного суда СССР. Скорее всего, это говорит о том, что расстреляли его не за связи с Троцким, а за чисто шпионские дела.

Судя по всему, были данные о его работе не только на Советскую разведку, но и на чужие спецслужбы. Случай, увы, нередкий. Как бы то ни было, пока не раскроют архивы, правды мы не узнаем. Был ли Ромм честным разведчиком или предателем, кто знает. Продолжаем.)

Дневник, Москва, 30-е января 1937-го.

Час дня, принимал визит посла.

(Примечание Мемуариста. Опять фамилия и страна посла вымарана Дэйвисом из соображений секретности. Чем дальше перевожу, тем сильнее кажется почему-то, что посол этот из Германии. Уж больно хорошо ложатся его мнения в колею современных либеральных антисоветских баек. Продолжаем.)

Он крайне ожесточён против Советского режима. Что касается процесса Радека, который на этой неделе стал для дипломатического корпуса сенсацией, он считает это сфабрикованным делом и внутренней борьбой между старыми большевиками.

Он считает, что все эти признания выбиты разнообразными угрозами и силовыми полицейскими методами. Он рассказал мне весьма необычную историю, которую только что сам услышал.

Некий польский гражданин был арестован на Украине по обвинению в шпионаже. Насколько он понял, польскому посольству не удалось добиться его освобождения, поэтому польское правительство взамен арестовало двух видных коммунистов в Польше. Это привело к обмену заключёнными на границе. Поляк казался очень больным и был взят под наблюдение польских врачей, а затем госпитализирован.

Они пришли к заключению, что больной был одурманен без его согласия путём введения атропина или какого-то другого наркотика в пищу с целью ослабить его волю. По его мнению это было одной из причин этих признаний на процессе.

Он также предположил, что причиной признания Ромма был вынужденное возвращение его жены и ребёнка в Россию и что Ромм понёс наказание из-за страха, что им причинят вред. Он сказал, что с его стороны это чистая догадка, не подкреплённая доказательствами.

Это было первым конкретным утверждением, что я услышал в связи с общими слухами об использовании наркотиков и это тоже оказалось слухами, да притом из предвзятого источника.

(Примечание Мемуариста. Если сегодня включить некоторые либеральные радиостанции – услышим там слово в слово доводы этого самого неназываемого посла. Процесс – театральная постановка, подсудимые одурманены наркотиками, семьи в заложниках и т.п. Восемьдесят лет прошло, а методички доктора Геббельса работают на неподготовленные умы всё так же хорошо. Продолжаем.)

Комментарий Дэйвиса.

В последующей беседе об этом "атропиновом" докладе другой дипломат из соседней страны сказал, что он не принимал бы эту историю в расчёт из-за предубеждённости и враждебности рассказчика. Он ссылался на Брюса Локкарта и его описание в мемуарах "Британский агент" как обращались с ним в ГПУ, когда его арестовали по подозрению в участии в неудачном покушении на Ленина. Он также цитировал сделанные обвиняемыми на процессе заявления о неприменении к ним насильственных мер третьей степени. Значение этим заявлениям можно придавать разное, тем не менее, они были сделаны.

(Примечание Мемуариста. Не сразу понял, что посол Дэйвис очень странно передал название главного политического управления ГПУ. У него в тексте это звучит как Гей-Пэй-Оу. Платите, в общем, эти самые, которые не совсем парни, оу. Непонятно, то ли это неудачная транскрипция, то ли посол так странно шутит. Продолжаем.)

Советское правительство опубликовало английские переводы слушаний на этих двух процессах чисток, которые я посещал. С согласия внешнеполитического ведомства мне удалось добыть пятьдесят или шестьдесят копий каждого, которые я разослал различным друзьям в Соединённых Штатах.

Читателю может быть любопытно узнать, что два наиболее выдающихся юриста, один – заместитель министра юстиции при администрации президента Вильсона, достопочтенный Чарльз Уоррен, автор действующей книги стандартов для Верховного суда Соединённых Штатов и другой, достопочтенный Сет Ричардсон, заместитель министра юстиции при администрации Гувера, сказали мне, что с интересом внимательно прочитали протоколы слушаний. Оба пришли к заключению, что по их мнению, из представленных доказательств невозможно вынести никакого другого приговора, кроме как о виновности обвиняемых.

Еще один комментарий Дэйвиса.

В деле Бухарина годом позже одной из самых необычных особенностей процесса стало финальное заявление – "последнее слово" Бухарина. Он обсуждал признания. Он прочёл книгу Фейхтвангера о последнем процессе, которую нашёл в тюремной библиотеке, и пункт за пунктом рассмотрел выдвинутые в ней разнообразные объяснения или теории. После чего заявил, что все они "ошибочны". Теория о наркотиках тоже была в их числе.

(Примечание Мемуариста. Речь, очевидно, идёт об известной книге Лиона Фейхтвангера "Москва. 1937". Немецкий писатель как и посол Дэйвис лично присутствовал на процессе параллельного троцкистского центра и оставил достаточно схожие записи. У него тоже почему-то сложилось впечатление, что заговор имел место и судили подлинных преступников, а не просто личных врагов Сталина. Продолжаем.)

Продолжение дневника от 30-го января 1937-го.

На Красной площади проводилось народное празднование вынесенных военным судом приговоров. Этим вечером на площади открывался крайне необычный вид. Толпы марширующих с энтузиазмом мужчин и женщин выражали удовлетворение от того, что "изменники разоблачены и наказаны".

(Примечание Мемуариста. Позволю себе немного поправить посла Дэйвиса. народ праздновал всё-таки не приговоры. Праздновали разоблачение гибельного для страны и народа заговора.

Праздновали то, что врагам не удалось устроить войну, привести к распаду Советского Союза, оторвать от России Украину и всё то, что так хотели сделать заговорщики, если верить их показаниям.

Сегодня может и хотелось что-нибудь такое отпраздновать, но где тот Союз и та Украина? А ведь обошлись без всяких заговорщиков. Продолжаем.)

Сенатору Джеймсу Бирнсу, Москва, 18-е февраля 1937-го.

Дорогой Джим.

В процессе изменника Радека главным пороком процедуры, с нашей точки зрения, являлось подчинённое положение прав личности интересам государства. В этих судебных процедурах, как и в ряде других европейских стран, предполагается, что после того, как будут представлены убедительные доказательства, государством налагается на обвиняемого обязанность давать показания.

Такие гарантии общего права, защищающие личную свободу человека от возможного угнетения правительством, как: право обвиняемого на совет защитника после ареста, право отказаться свидетельствовать против себя самого, право на доставление в суд, право требовать, что государство должно доказывать виновность, вместо требования обвиняемого доказывать свою невиновность, – никогда все эти гарантии не впечатляли меня своим благом для общественных интересов настолько, как впечатлили на этом процессе.

Все эти обвиняемые содержались в одиночном заключении неделями и месяцами. Один за другим они поднимались и рассказывали свои истории совершенно бесстрастно и в самых подробных деталях, нагромождая одно обвинение себя самих на другое. Главенствующее мнение таково, что объективно глядя в лицо услышанному, правительство доказало свою правоту по меньшей мере в том, что разоблачило заговор против текущего правительства.

Нейман о германской агрессии.

Достопочтенному государственному секретарю.

Меморандум об обсуждении, имевшем место первого февраля 1937-го года между послом Дэйвисом и мистером Нейманом из народного комиссариата иностранных дел.

Секретно.

В полдень первого февраля 1937-го в компании мистера Хендерсона, первого секретаря, я нанёс визит мистеру Нейману, главе третьего западного политического департамента народного комиссариата иностранных дел. По ходу этой беседы я по существу сказал ему следующее.

Я сильно впечатлён увиденным в Советском Союзе. Совершенно удивительно видеть попытки Советского Союза провести за пять или шесть лет индустриализацию, которая потребовала в Соединённых Штатах нескольких поколений.

Я особенно заинтересован Вашими производственными вопросами и надеюсь, если это будет возможно, в самом ближайшем будущем совершить путешествие по промышленным регионам и посмотреть фактически, что именно происходит. Я хотел бы изучить из первых рук в точности что сделано уже, что Вы делаете сейчас и что еще остаётся доделать.

Особенно сильно я хотел бы понять условия развития Вашей металлургической промышленности. Много лет назад я сделал исследование американской металлургической промышленности и объединил мои изыскания в двухтомном труде, который всё еще расценивается как авторитетная работа по этому вопросу.

Естественно, я заинтересован в развитии американо-советских коммерческих отношений, но я также искренне симпатизирую усилиям Вашего правительства провести индустриализацию и улучшить условия жизни всего населения.

Могу добавить, что я не дипломат. Я юрист с экономическими знаниями и бизнесмен и говорю в большей степени как деловой человек, а не как дипломат. Фактически, Соединённые Штаты географически расположены настолько удачно, что можно сказать, – у нас нет большой нужды в дипломатии в международных делах, в той степени как это обычно понимается в Европе. Наше главное желание – жить в мире с другими странами и поддерживать мир во всём мире.

Я предложил в ближайшем будущем посетить Ленинград, а также некоторое число индустриальных районов Украины. Я уже обсуждаю вопрос получения железнодорожных билетов и народный комиссариат путей сообщений был очень добр помочь мне в этом.

Мистер Нейман ответил, что Советскому правительству отрадно узнать, что я планирую приложить старания и получить информацию о происходящем в стране из первых рук. Он заверил меня, что Советские власти сделают всё возможное, чтобы содействовать мне в этом. Он сказал, что обсудит этот вопрос с соответствующими комиссариатами и будет готов предложить названия конкретных фабрик, которые могут оказаться мне интересны.

Он сказал, что знает, что я присутствовал на процессе и поинтересовался каковы мои впечатления. Я ответил, что процесс был особенно интересен мне, так как я некоторое время выступал уголовным адвокатом в Соединённых Штатах и процесс дал мне возможность сравнить Советские юридические процедуры с аналогичными процедурами Соединённых Штатах. Я сказал, что базируясь на моем личном опыте адвоката и рассматривая вопрос объективно, считаю, что в рамках их законодательства и судебной системы правительство очевидно доказало свою правоту.

При этом, тем не менее, были некоторые психологические и другие факторы, связанные со слушаниями, которые я не вполне могу оценить, так как они лежат вне моего предыдущего опыта.

Мистер Нейман отметил, что для него интересной чертой процесса явилось то, как он безжалостно раскрыл планы Германии. Он сказал, что был недавно информирован из заслуживающих доверия источников, что нацисты классифицировали войны, в которых может участвовать Германия, на две категории. А именно: полностью зарубежные и частично зарубежные.

Нацистские лидеры и германские военные власти придерживаются мнения, как он знает, что Германия не успевает подготовиться до 1938-го года для участия в большой полностью зарубежной войне. То есть войне, в которой стремительная атака снаружи не сопровождается восстанием внутри. Но что она может без большого риска участвовать в частично зарубежной войне, то есть войне, в которой нападение извне будет сопровождаться гражданской войной изнутри.

Испания и Чехословакия уже определены как страны, в которых может вестись частично зарубежная война, и судебный процесс разоблачил устремления Германии с помощью Троцкого настолько разрушить Советское единство, чтобы поместить Советский Союз в ту же категорию.

Мистер Нейман заявил мне позднее, что некоторые члены промышленных и хозяйственных подразделений Советского правительства в курсе моих отчётов в качестве уполномоченного по корпорациям и председателя федеральной торговой комиссии и эти отчёты известны с лучшей стороны. Я ответил, что мне доставит удовольствие направить им для использования подборку отчётов, подходящих к их промышленности и проблемам.

Комментарий Дэйвиса.

Через несколько недель я снабдил их полным набором моих отчётов в качестве уполномоченного по корпорациям и как председателя федеральной торговой комиссии по стали, лесу, углю, сельскохозяйственной технике и т.п.

Дневник, Москва, 2-е февраля 1937-го.

Полдень. Встречались с посланником. Он был в США и Вашингтоне несколько раз. Мнение по процессу – виновны. Обсуждали Коминтерн.

(Примечание Мемуариста. Опять фамилия посланника вымарана Дэйвисом из дневника.)

Четыре часа дня. Приходил Дженкинс, американский инженер. Он строит листопрокатный стан на Донбассе. Дал интересное описание промышленности этого региона и плотины Купера, уступающей только плотине Боулдера. Описал алюминиевый комбинат, листопрокатную фабрику и т.п. У него высокое мнение об умственных способностях русских инженеров.

(Примечание Мемуариста. Плотина Боулдера, на самом деле, – это Дамба Гувера. Одна из крупнейших плотин с гидроэлектростанцией в США. Высота плотины более двухсот метров.

Забавно, что до 1932-го года плотина называлась Дамбой Гувера. Но как только Президент Гувер проиграл выборы Рузвельту, она превратилась в плотину Боулдера.

Дэйвис, как последовательный сторонник Рузвельта, называет её только так. Занятно, что через два года после ухода Рузвельта дамба опять обрела имя Гувера. А нам говорят, что это большевики любили города переименовывать.

С плотиной Купера еще любопытнее. На самом деле имеется в виду легендарная ДнепроГЭС. Действительно, при её сооружении привлекали в качестве консультанта известного американского строителя плотин Хью Купера.

Про этом главным проектировщиком плотины и станции был Советский инженер и академик Иван Александров. Впрочем, за помощь в работе мистер Купер таки получил свой Орден Трудового Красного Знамени. Продолжаем.)

Пять пятнадцать вечера. Внешнеполитическое ведомство пригласило нас на просмотр Советских кинофильмов. Смотрели хронику нашего прибытия и встречи с Калининым в качестве "короткого" ролика и основной фильм – драму о Революции.

Французский оборонный бюджет.

Журнал, Москва, 3-е февраля 1937-го.

Французское казначейство одобрило расходы на национальную оборону в четырнадцать миллиардов франков (примерно семьсот миллионов долларов) на следующие три года.

Насколько разительный контраст с Советами! Франция одобрила около двухсот пятидесяти миллионов долларов в год на 1938-й, 1939-й и 1940-й. Россия планирует потратить только в 1938-м году в золотом пересчёте в десять раз больше.

Дневник, Москва, 3-е февраля 1937-го.

Полдень. Встречались с посланником. При обсуждении процесса конфиденциально проинформировал, что, по его мнению, обвиняемые были виновны.

(Примечание Мемуариста. Опять безымянный посланник из дневника. По всей видимости, уже другой. Не вполне понятно, посол Дэйвис встречается с крупными дипломатами других стран или это к нему наши наркомы в посольство бегают.

Опять же, вне контекста непонятна должность. Британское слово "министр" может означать как настоящего министра, так и дипломатического советника или чиновника высокого ранга. Продолжаем.)

Пять тридцать вечера. Приехал германский посол, граф фон дер Шуленбург. Он очень жизнерадостен и привлекателен на свой германский манер. Обсуждали процесс и тяжелое положение немецких заключенных под арестом, к которым не допускаются германские дипломатические представители.

Он сказал, что сорок или пятьдесят немцев находятся под арестом или постоянно содержатся в заключении, троих новых арестовали только вчера. Это его занимает! Он саркастически смеялся при ссылках на процессе на предполагаемые действия Германии.

Литвинов предостерегает против Гитлера.

Номер тридцать три, Москва, 6-е февраля 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Конференция с народным комиссаром иностранных дел Литвиновым в три пополудни 4-го февраля 1937-го.

Сэр, имею честь доложить, что встречался с народным комиссаром иностранных дел, мистером Максимом Литвиновым 4-го февраля 1937-го.

Я начал обсуждение с объявления мистеру Литвинову, что я привёз приветствия президента Соединённых Штатов и государственного секретаря, мистера Халла, ему, как главе внешнеполитического ведомства и правительству, которое он представляет.

На это мистер Литвинов ответил, что у него в памяти осталось неизгладимое впечатление о президенте Рузвельте, он считает его "великим человеком" и привержен тем же идеалам в двух отношениях, которые преследует и Советское правительство. А именно: облегчение страданий народных масс путём гуманитарных усилий и его заступничество за мир во всём мире.

Он также добавил, что восхищен государственным секретарём мистером Халлом, особенно, говоря о его южно-американской дипломатии. Моим ответом было, что по моему мнению, он толкует отношение президента к этим двум вопросам корректно и это представляет отношение всего американского народа в общем.

С той оговоркой, что многие люди, такие как я, несмотря на глубокую симпатию к правительственным целям облегчения жизни и возвышения масс, могут сомневаться в мудрости некоторых из применяемых методов и верят, что эволюция лучше революции. Опасаются, что побуждаемые благими намерениями усилия произвести это ускоренно, вместо поступательного развития, могут нанести вред делу человеческого счастья.

Я воспользовался случаем, чтобы заявить мистеру Литвинову, что он может без всяких оговорок положиться на мои личные симпатии целям и усилиям, предпринимаемым его правительством в попытках добиться для Советского народа лучших стандартов жизни и большей свободы. Он и его правительство могут быть вполне заверены, насколько будет касаться моего личного отношения, оно будет объективно направлено на честное и беспристрастное изложение фактов, условий, тенденций и сил так, как я нахожу их.

А также, что у нас отсутствуют дипломатические проблемы в европейском смысле, благодаря нашему удачному географическом положению и мы не собираемся точить томагавки.

Вслед за этим мистер Литвинов предположил, что мы заинтересованы в международной торговле. На это я ответил, что, будучи на государственной службе, я провёл экспертное изучение американской внешней торговли за шесть лет и, по моему мнению, величайшим иностранным рынком в мире были сами Соединённые Штаты.

Международная торговля важна для нас, в основном, как резервы для выравнивания наших собственных деловых условий и мы весьма независимы от нее, как от насущного фактора нашей национальной политики.

С другой стороны, мы, разумеется, заинтересованы в развитии международной торговли, но она не слишком жизненно важна или заслуживает столь же серьёзного обсуждения, как у не столь щедро одаренных народов. Мистер Литвинов предположил, что несмотря ни на что Америка не настолько хорошо изолирована от мировых проблем и мировая обстановка всё сильнее вторгается в нашу изоляцию.

Также он заявил, что у нас могут возникнуть проблемы с Японией. Что, судя по развитию событий, даже в Америке мы не можем чувствовать себя полностью защищенными в уверенности, будто мы полностью изолированы от мировых событий. На это я ответил, что нам повезло в том, что и Япония, и все наши соседи знают, что мы не претендуем ни на что из того, чем они обладают, и что Тихий океан, Скалистые горы и наши силы таковы, что мы можем быть уверены в сохранении дружественных отношений.

Благодаря продвижению в южной Америке, демократическая идея твёрдо установилась в этом полушарии и существует глубокое понимание между президентом, секретарём Халлом и основными правительствами западного полушария по сохранению наших общих интересов на основе мира. Одним из величайших достижений секретаря Халла является, возможно, наиболее тесное сотрудничество и взаимное доверие между народами обеих Америк, чем когда либо.

Я спросил мистера Литвинова о его оценке европейской ситуации и есть ли признаки снижения напряжения. Он ответил: «к сожалению, нет» и энергично выразил непонимание почему Англия и Франция «постоянно носятся» с Гитлером в Германии.

Он не может понять почему они должны выпускать ноты и запросы, постоянно подстёгивать германскую ситуацию, таким образом подчёркивать значение Гитлера, «подкармливать его тщеславие» и самомнение, что он (Гитлер) самая главная фигура в Европе. Он считает, нужно позволить Гитлеру «вариться в собственном соку».

Политика Гитлера остаётся неизменной с момента публикации книги «Моя борьба». Гитлер одержим жаждой завоеваний и господства в Европе. Литвинов не в состоянии понять почему Великобритания не видит, как только Гитлер захватит Европу, он также проглотит и Британские острова.

Казалось, он сильно взволнован этим и испытывает тревогу как бы разногласия между Англией, Францией и Германией не пришли к компромиссу. Я не делал никаких заявлений касательно желательности урегулирования германской проблемы для сохранения мира в Европе, потому как хотел получить его полное видение, без влияния моих собственных оценок.

В завершение беседы я поблагодарил мистера Литвинова за обходительность, с которой нас встретило внешнеполитическое ведомство и которую продолжает уделять нам до настоящего времени. Он сказал, что очень рад отметить, что мы приняли его старания и выразил сожаление, что не мог лично приветствовать нас по прибытии, так как находился в тот момент в Женеве.

Также он сказал, что перед отъездом дал чёткие распоряжения уделить нам всё возможное внимание, потому что и он и его коллеги в правительстве, со ссылкой на мою профессиональную карьеру, очень рады назначению на этот пост человека моего типа. Это даёт им уверенность в объективности и справедливости моих отчётов о том, к чему они стремятся и что уже сделано.

Я также поблагодарил его за заботу, проявляемую к сотрудникам посольства до моего приезда. Придерживаясь определённой до беседы политики, я не затрагивал спорных вопросов. Также поступил и он.

Имею честь оставаться, искренне Ваш, Джозеф Дэйвис.

Дневник, Москва, 5-е февраля 1937-го.

Потратил утро на диктовку донесений. Полдень, визит посланника. Он сказал, что у процесса было три цели: для внутреннего потребления, для внешнего потребления и страх войны для укрепления позиций правительства Советского Союза.

Он рассказал забавную историю про Гитлера и его войска, расположенные поблизости от психиатрической лечебницы. К постовому пристал сумасшедший и сказал: «Этот человек – не настоящий Гитлер. Фюрер – это я!». Посланник подумал, что, возможно, сумасшедший был прав.

(Примечание Мемуариста. Опять секретный визит человека без фамилии.)

Первые обсуждения по урегулированию русского долгового вопроса.

Номер 68, Москва, 18-е февраля 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Американо-Советские отношения. Неофициальное обсуждение долгового и кредитного вопросов.

Совершенно секретно.

Народный комиссар внешней торговли Розенгольц пригласил нас на обед в свой загородный дом (дачу) пятого февраля. К нашему удивлению, мы встретили там Ворошилова, народного комиссара обороны, Микояна, народного комиссара пищевой промышленности, Вышинского, обвинителя, который вёл процесс Радека и Розова, нового главу Амторга в Нью-Йорке.

За кофе и сигарами после ланча Розенгольц явно повернул беседу от торговых вопросов к ситуации с долгом. Розенгольц заявил, что спорные вопросы могут быть урегулированы при практическом подходе. Их правительство не видит моральных обязательств платить по долгам Керенского, но даже в этом случае он надеется, что вопрос может быть урегулирован.

Проблема долгов перед другими странами ставит его правительство в неудобное положение. С Великобританией и Францией они согласовали временное соглашение рассматривать долговую и кредитную историю раздельно. Он сказал, что спорные вопросы между нашими странами могут продвигаться к разрешению подобным же подходом и спросил нет ли у меня идей как нам подойти к этому вопросу.

Я ответил, что у меня нет точных указаний моего правительства начать обсуждения долгового вопроса или предложить какой-либо план. Он сказал, что полагает, вопрос может быть скорее проработан путём переговоров частным порядком Розовым, как главой Амторга, чем решён через министерства иностранных дел.

На это я ответил, что не могу говорить за моё правительство, но обсужу это с государственным секретарём и, разумеется, хотел бы узнать больше об конкретных планах урегулирования этого вопроса путём частных переговоров. Он сказал, что полагает целесообразным, чтобы Розов изучил ситуацию и где-нибудь в июле вернулся к вопросу уже с возможными предложениями. Я сказал, что лично я не вижу никакого вреда в таких изысканиях Розова, если таково желание его руководства.

Розенгольц настаивал на позиции, принятой Англией и Францией, по рассмотрению своих внутренних сложностей и отделении долгового вопроса от ситуации с кредитованием. На это я ответил, что по образованию не дипломат и не вполне уверен, но моей первой обязанностью является обсудить долговую проблему с мистером Литвиновым и наркоматом иностранных дел когда он сочтёт удобным обговорить это со мной.

Но поскольку, они облечённые ответственностью члены Совета народных комиссаров и заинтересованы в разрешении проблемы, то я готов говорить с ними вполне откровенно, особенно в виду того, что они сами начали этот разговор.

Затем я заявил, что вполне понимаю трудности, столкнувшие друг с другом государственных деятелей обеих стран, по причине особых условий, которые налагаются силами, независимыми от того, что может требовать простой здравый смысл. А именно, с одной стороны, возможно, требования Акта Джонсона в Соединённых Штатах, которые я детально объяснил и затруднения, которые Россия может испытывать по причине наличия договорных обязательств вести себя по отношению ко всем своим кредиторам точно так же, как Россия поведёт себя по отношению к Соединённым Штатам.

(Примечание Мемуариста. Акт Джонсона, он же Акт об иностранных ценных бумагах был принят в 1934-м году. Смысл очень простой и на первый взгляд логичный. Закон запрещает США покупать иностранные бумаги, по сути давать другой стране в долг, если она не платит по другим своим долгам перед США.

Хитрость, как обычно, в деталях. Акт принимался по итогам Бреттон-Вудского соглашения и был направлен, в первую очередь, против Советского Союза. Всем было понятно, что Советский Союз не может нести ответственности за сотни миллионов, что назанимал по всему миру царь.

Приняв такой акт, власти США по сути ввели санкции против СССР – никаких кредитов, в том числе и торговых, пока не признаете и не вернёте царские долги. Что характерно, Акт Джонсона не отменён до сих пор. Продолжаем.)

Говоря от себя лично, по моему мнению, долговые обязательства по отношению к нам имеют особую важность для СССР в силу особых обстоятельств. В этой ситуации существует крайне важное различие между их отношением к Англии и Франции и их отношением к Соединённым Штатам.

Их обязательство вести себя со всеми нациями-кредиторами одинаково – противостоит им. Сложности в связи с этим были хорошо известны им еще до момента заключения соглашения с Литвиновым.

Необратимый факт состоит в том, что президент Соединённых Штатов великодушно предложил план, крайне ценный для Советского правительства в то время. Соглашение между джентльменами было заключено с полным пониманием фактов и условий там, где не могло быть недопонимания о том, что подразумевается под этим джентльменским соглашением в принципе.

Я внимательно изучил меморандум джентльменского соглашения и он предусматривает, что ссуда могла быть выдана как национальным правительством, так и его соотечественниками. Основной долг, который может достигать двухсот миллионов долларов или более, был для нашей национальной экономики относительно, но "мушиной какашкой" на огромной стене и значил для нас не более, чем дело принципа.

При этом для них являлось серьезным делом сохранить доверие нашего правительства при выполнении этого соглашения. У нас нет агрессивных милитаристских соседей, угрожающих нашему миру. У нас есть огромный корпус гуманитарной демократической мысли, оказывающей сильное влияние на мировое мнение среди либерально-настроенных людей повсюду, что может оказаться неоценимо важно для России когда-нибудь в будущем.

Говоря как друг гуманитарных побуждений и целей русских людей, лично я чувствую себя обязанным сказать, что будет очень жалко, если Советское правительство позволит затуманить доверие, которое могло бы иметь моё правительство к честности и характеру ведущих здесь дела людей.

По моему мнению, это особенно верно оттого, что среди великих наций Земли нет руководителей, рассматривающих с настолько большой симпатией фундаментальные гуманитарные цели русских людей, насколько это делают президент Рузвельт и госсекретарь Халл. Будет очень плохо, если Советское правительство допустит условия, которые подорвут или уничтожат доверие в честность русского руководства. Финансовые кредиты и деловые соображения по своей значимости абсолютно тускнеют по контрасту с этим затронутым делом принципа.

(Примечание Мемуариста. Подумать только, вся эта высокая патетика о мире во всём мире, гуманитарных принципах и всяком таком затеяна ровно с одной целью. Выцарапать у СССР какие-то двести миллионов старых царских долгов.

Ещё и показать нос Британии и Франции, долги перед которыми у царя были намного больше, чем перед США. На словах "мушиные какашки" и только "дело принципа", а на деле – гоните звонкую монету, да поскорее. Продолжаем.)

На это Ворошилов ответил, что обсуждаемая финансовая величина относительно мала и вопрос должен быть урегулирован целиком на общих принципах, нужно только найти способ. Он высоко оценивает величие президента Соединённых Штатов и в сказанном мною было много убедительного.

Затем он заявил, что хотя он дружил с послом Буллиттом, он уверен, многие трудности были созданы этим послом. На это я немедленно ответил, в совершенно точных выражениях, что восхищаюсь послом Буллиттом, знавал его как сильного, откровенного человека, кто действовал прямо с уверенностью, что данные обязательства будут выполнены в том же духе, в котором заключались. А также, что важнее факт продолжающегося наличия этих условий, а не причины их возникновения.

Розенгольц также сообщил, что у них есть информация о наличии в конкретных подразделениях государственного департамента серьезной оппозиции по вопросу выработки какого бы то ни было соглашения с Россией и спросил действительно ли это так.

Я ответил, что не верю в правдивость этого, и не нахожу это действительным фактом. Возможно, подобное может оказаться правдой "где-то внизу", так же как может оказаться правдой, что "где-то внизу" в наркомате иностранных дел России могут быть резко враждебные к американскому правительству люди, рассматривающие нас как представителей ненавистного капиталистического общественного порядка.

Но мне неизвестно о подобном отношении. Также, я уверен, что подобное не соответствует действительности по отношению к моему президенту, государственному секретарю, судье Муру, другим ответственным лицам в департаменте или ко мне самому.

В заключение я очень ясно обозначил, что у меня нет особых инструкций прорабатывать долговой вопрос. Отношение моего правительства таково, что этот вопрос находится на стороне Советского правительства, ввиду взятых на себя обязательств. Мяч на их стороне.

(Примечание Мемуариста. Вместо "мяч на их стороне" Дэйвис употребляет довольно редкую идиому о том, что проблема находится у них на коленях. То есть её, как маленького ребенка, нужно вынянчить и вырастить. Продолжаем.)

Моё отношение к ним исключительно дружеское, я всегда к их услугам, если они посчитают нужным поднять этот вопрос. Я обсужу с департаментом планы мистера Розова и буду ожидать их дальнейших пожеланий по ситуации.

Ворошилов, Розенгольц и Вышинский заявили, что высоко ценят мою откровенность, весьма рады, что мой прошлый опыт и, как они убеждены, мой объективный взгляд на ситуацию, характеризуют американское дипломатическое представительство здесь. Во всяком случае, они надеются, моё пребывание в России окажется приятным. На это я заверил их, что всё именно так и обстоит.

В сухом остатке получается, что эти руководители правительства знакомы с фактами из первых рук. Наша позиция состоит в том, что значимое соглашение было заключено при полном знании всех фактов, еще до его заключения. Это соглашение ими не выполняется.

Дело это сравнительно малой важности для нас и может иметь жизненно важные последствия для них в будущем. Это их проблема и следующий ход на их стороне. Имею честь оставаться, сэр, искренне Ваш, Джозеф Дэйвис.

Официальный обед на даче Розенгольца.

10-е февраля 1937-го.

Достопочтенному Стивену Эрли.

Дорогой, Стив. События здесь развиваются в стремительном темпе. Я здесь примерно две недели, а событий набежало уже столько, что кажется – будто два месяца.

Данный комиссаром внешней торговли обед был необычен и интересен. Ясным холодным днём мы проехали по заснеженным окрестностям примерно тридцать пять миль дорогой Сталина, широкой асфальтовой магистралью, вероятно около ста пятидесяти футов шириной. Это часть новой военной трассы.

На другом конце этих миль оказался лес белых берёз с одной стороны и зелёных елей с другой, оба очищенные от подлеска. Это был район загородных дач, с заборами около десяти футов высотой, обычно выкрашенными в зелёный цвет. Все выглядели заботливо ухоженными.

Извилистый подъезд от дороги к даче был весьма живописен. Дом, большой и удобный, возвышался посреди красивейшего вида запорошенного снегом пейзажа. Он был неплохо и приятно обставлен в довольно тяжеловесном современном германском стиле.

На пути домой мы проезжали дачу Сталина. Она также была окружена высоким крашеным забором с несколькими солдатами рядом. К нему почти невозможно прорваться, но думаю, я увижу его прежде, чем уеду.

Эти комиссары, конечно, ведут себя достойно. Живут они или в Кремле, окружённом стеной городе внутри города, с красивыми старинными дворцами старого двора и церквями, или в загородных домах. Или там и там.

Ворошилов произвел на меня чрезвычайно сильное впечатление, впрочем как и все они. Ворошилову пятьдесят четыре, а выглядит примерно на тридцать шесть.

(Примечание Мемуариста. На самом деле, Ворошилову зимой 1937-го стукнуло не пятьдесят четыре, а уже пятьдесят шесть.)

Он не высок, но держится с большим достоинством и крайне эффектной военной выправкой. Более того, я думаю, он человек большой интеллектуальной силы, способный выхватывать из ситуации главное, выметая наружу всё несущественное.

Генеральный прокурор – человек примерно шестидесяти лет и во многом напоминает Гомера Каммингса. Спокойный, бесстрастный интеллектуал, способный и мудрый. Процесс над изменниками он вёл в манере, сыскавшей моё уважение и восхищение как адвоката.

(Примечание Мемуариста. А вот с Андреем Януарьевичем Вышинским история обратная. Дэйвис ему набавил на взгляд целых семь лет. В декабре Вышинскому исполнилось всего пятьдесят три. Непростая была жизнь и работа у главного обвинителя СССР. Продолжаем.)

Микоян, комиссар пищевой промышленности, – характерный южнорусский тип, грузин. Смуглый, выдающийся нос, высокие скулы, волевой подбородок и стремителен как рапира.

(Примечание Мемуариста. У посла Дэйвиса в некоторых вопросах в голове форменная каша. Анастас Иванович сильно бы удивился, что его, природного армянина и по рождению, и по фамилии, посол почему-то считает грузином.

Еще сильнее удивились бы грузины, если б узнали, что представляют собой "южных русских". Впрочем, "я не грузин, я – русский грузинского происхождения", сказано по делу, хоть и совсем другим товарищем. Продолжаем.)

Розенгольцу около пятидесяти, темный, совершенно не еврейской наружности, с довольно узкими глазами, довольно атлетичный (у него есть крытый теннисный корт, чтобы поддерживать себя в форме). Он полностью отвечает за всю внешнюю торговлю и контролирует эту гигантскую монополию. Он один из наиболее тяжело работающих здесь людей. Думаю, он может оказаться полезен.

Все они в крайней степени восхищены президентом, их информированность о том, что удалось ему совершить и манере, в которой он работает, совершенно исключительны. Все они засыпали меня вопросами и выражали величайший интерес во всём, что касается его, выражая мнение, что он величайшая в мире фигура в правительстве.

(Примечание Мемуариста. Я с большим трудом могу представить, как тот же Ворошилов или Микоян восхищаются американским президентом, как очарованные кавалергардом юные девицы.

Скорее всего и посол малость преувеличивает восторги большевиков, да и большевики, отметив неумеренные восхваления послом своего начальства, перемигнулись и стали лить елей в пользу Рузвельта. Не исключено, что Дэйвис принимал всё это за чистую монету. Продолжаем.)

Все говорят, что Сталин – человек простой, но человек потрясающей целеустремлённости и способности к работе. Он держит ситуацию в своих руках. Он скромен, живёт порядочно и несомненно, предан целям установления социалистического государства и полного коммунизма, с достаточной твёрдостью и гибкостью натуры, чтобы зарекомендовать себя как политика, так же как и великого лидера.

Пишу наспех, Джозеф Дэйвис.

Дневник, Москва, 6-е февраля 1937-го.

Потратил беспокойное утро, отправляя депеши и письма с дипломатической почтой.

Полдень. Встречался с литовским посланником – человеком в возрасте. Обсуждали процесс. Он заявил, что, несомненно, существовал разветвлённый заговор. Сталин, по-прежнему, полновластный правитель и держит ситуацию в руках.

Обсудили дурацкие слухи, курсирующие в иностранной печати, про наступающего на Москву Ворошилова и т.п. Настолько же глупый слух, что арестована жена Сталина. Обсудили условия жизни – выразил мнение, что ситуация стала намного лучше и в ближайшие несколько лет покажет еще более значительное улучшение.

Час дня. Нанёс визит финскому посланнику.

(Примечание Мемуариста. По прежнему, не могу с уверенностью разобрать идёт ли речь в тексте о действительных министрах или о дипломатических посланниках. Из коротких заметок Дэйвиса понять это невозможно. Второе, вернее. Но тогда неясно, отчего бы не называть их просто послами. Возможно, имеется в виду некий подчинённый дипломатический ранг. Продолжаем.)

Международный звонок из Лондона. "Интернэшнл Ньюс" спрашивали о сообщениях, будто Ворошилов с армией наступают на Москву. Также спрашивал литовского посланника об истории с атропином.

Старый джентльмен не выразил к этому доверия. Он в подробностях обсудил различные теории почему обвиняемые сознались. Он не верит в применение прямого физического насилия (противопоставляя этому давление на нервы) и пустился в дальнейшие рассуждения о своих доводах в пользу такого мнения. Он во многих отношениях высокого мнения об этом режиме.

Выдержка из письма сенатору Милларду Тайдингсу.

5-е февраля 1937-го.

Протокол требует потратить сущую уйму времени на обмен визитами с послами и дипломатическими советниками. Это бывает скучным, но по факту я обнаружил это занятие полезным и даже интересным. Из этих визитов мне удалось извлечь множество ценной информации.

Более того, среди них попадаются любопытные типажи, все они произвели на меня крайне сильное впечатление как множество талантливых людей. У многих из них большой опыт работы здесь и суждения этих людей весьма ценны. Разумеется, нет нужды говорить, что слушал я больше, чем говорил, кроме утверждений общего характера.

Вечерами я провожу время с различными членами коллектива, экспертами в различных областях и чувствую, что получил хорошее понимание ситуации и цельный взгляд на общую картину. Это, по меньшей мере, окажется базой для более взвешенной оценки фактов так, как я их вижу.

Журнал, Москва, 9-е февраля 1937-го.

Провёл очень любопытную встречу с послом Афганистана. Он – старшина дипломатического корпуса здесь и пробыл здесь дольше всех. Леди Чильстон, блестящая, очаровательная, ухоженная дама из британского посольства сказала с озорным огоньком в глазах, что «московский официальный сезон всегда открывался обедом у афганского посла».

Мы также посетили обед в нашу честь, данный афганским посольством другим вечером. Моя драгоценность, дочь Екай также была включена в приглашение. Это оказалось очень приятным мероприятием.

Посол, выпускник Оксфорда и кузен короля своей страны – человек больших способностей и обаяния. Он поддерживает дружеские отношения с необычными и артистичными людьми Советского Союза и приглашает на свои вечера замечательных артистов, щедрых на пение и выступления.

При обсуждении процесса посол отметил, что, с нашей точки зрения, уголовная процедура в России основана на Кодексе Наполеона, а потому не обеспечивает обвиняемым в полной мере ту защиту, которую даёт система общего права. Затем он пустился в объяснения как установления магометанских законов в его стране создают условия для такой защиты.

Ничто, сказал он, не возвеличивает достоинство человеческого ума и личности настолько, насколько установленная законом защита его свободы от преследований могущественными людьми любой страны. Он считает, что мерой развитости цивилизации является степень защищенности человека от обвинений в преступлениях даже от самого государства.

Он имел в виду право обвиняемых отказаться свидетельствовать против себя самого и право на презумпцию невиновности. Он сказал, что эти принципы охраняются в его стране магометанской системой права.

(Примечание Мемуариста. Насколько я понимаю, афганский посол имеет в виду исламскую средневековую систему права. Те самые суды шариата. С милыми обычаями отрубания ворам рук или побивания камнями подгулявших барышень.

Сравнивать ее с Советским правосудием, да еще и в пользу афганского – даже как-то неловко. В своё время исламское право было большим шагом по сравнению с царившим вокруг беззаконием. Но, мягко говоря, времени с тех пор прошло немало. При всём уважении к пророку Магомету и его почитателям. Продолжаем.)

Также он считает, что Советы совершают множество хороших вещей по самым разным направлениям. Но мудрость веков, – сказал он, – свидетельствует, что лишь небольшого прогресса можно достичь, не задействуя личный интерес в качестве стимула.

Человеческая природа всё еще не достигла, и вероятно еще долго не сможет достичь момента, когда люди работают просто ради радости труда. Побуждения к работе и развитию – всегда лежат среди личных интересов и так будет еще очень долго.

Этот мудрый и добрый человек впечатлил меня своей искренностью и своим философским взглядом на мир. Может случиться так, – сказал он, – что этот эксперимент сработает и будет успешно развит путём некоторых допущений и изменений на основе фундаментальных черт человеческой природы. Он может стать одним из шагов эволюции и развития. Время покажет, – завершил посол.

Дневник, Москва, 10-е февраля 1937-го.

Полдень. Конференция с посланником. Здесь шесть лет, очень умён, хорошо начитан.

Уверен, что заговор существовал, а подсудимые виновны. Обсуждал тот факт, что обвиняемые с юных лет, со своих университетских дней вплоть до высылки в Европу, были погружены в психологию подпольных заговоров.

Финляндия между Россией и Германией.

Номер семьдесят восемь, Москва, 19-е февраля 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

О визите в Москву доктора Хольсти, министра иностранных дел Финляндии.

Совершенно секретно.

Сэр, имею честь доложить следующее относительно недавнего визита в Москву доктора Хольсти, финского министра иностранных дел.

Высказано множество предположений о значении и цели этого визита. Русское и финское правительства теперь связаны пактом о ненападении. Возникли обсуждения, может ли это означать возможное расширение соглашения до пакта о взаимной обороне.

Я обсуждал эту ситуацию со множеством дипломатов и общее мнение сошлось в том, что это просто общий обмен дружественными обсуждениями по торговым делам. Возможно, с тем подтекстом, что Финляндия хотела бы опровергнуть как беспочвенные некоторые слухи. А именно, слухи, что существует понимание между Германией и Финляндией в связи с возможным германским нападением через Балтику.

Основной причиной визита явилось решение Финляндии определённо занять позицию нейтралитета между Германией и Советским Союзом и стать членом нейтрального Скандинавского блока, в настоящее время состоящего из Норвегии, Швеции и Дании. За последние шесть месяцев проведено множество неформальных обсуждений между представителями финского правительства и скандинавских стран.

Целью этих обсуждений было исследовать, возможно ли Финляндии быть принятой в качестве дружественного члена скандинавского блока. Скандинавские страны дали Финляндии понять, что прежде, чем она сможет стать тесно связанной с ними, она должна убедить в своей нейтральности Советский Союз. Визит Хольсти выступил конкретным шагом в этом направлении.

Доктор Хольсти, которого я принимал в посольстве, заявил мне, что принципы его правительства полностью демократичны, посвящены сохранению мира, и строгой приверженности Лиги Наций. Он произвёл на меня впечатление выдающегося человека, приверженного демократическим принципам.

Он принимал участие в заключении соглашения по возврату нам финских долгов, а также в приготовлениях к выплатам. По профессии он журналист и одно время читал лекции в Университете Лиланда. Имею честь оставаться, искренне Ваш, Джозеф Дэйвис.

(Примечание Мемуариста. Грешным делом был уверен, что господин Хольсти окажется таким же любителем Гитлера, как и многие собеседники посла. Но нет, похоже, министр был весьма приличным человеком.

Позволил себе даже несколько раз публично покритиковать нацистов. Но к 1938-му стало понятно, что Финляндия крепко стала на фашистские рельсы и Хольсти был вынужден уйти в отставку.

Впрочем, его труды по возврату царских долгов Америке не прошли даром. Он получил почётную профессорскую должность в Стэнфорде. Переехал с семьей в США, где и прожил до конца своих дней. Продолжаем.)

Дневник, Москва, 11-е февраля 1937-го.

Бельгийский посланник, де Теллье пробыл здесь долгое время. Имел с ним сегодня крайне интересную беседу. Он опытен, способен, проницателен и мудр. Хорошо знает свою Европу. По его мнению, обвиняемые на процессе были виновны. Слабостью СССР в отношениях с зарубежьем является Коминтерн.

Примечание посла. Коминтерн – организация коммунистической партии со штаб-квартирой в Москве. Утверждают, что она оказывает помощь и направляет действия и пропаганду коммунистов в странах за пределами России.

Говард, – сказал он, – в своём разговоре со Сталиным руководствовался верной идеей. Говард? – сказал я, – кого Вы имеете в виду? Как же, – сказал он, – разумеется Вашего великого редактора и издателя Роя Говарда.

Вы знаете Роя Говарда? – удивился я. Нет, – сказал он, – также как я не был здесь когда он встречался со Сталиным. Но я следил за всем, имевшим отношение к этим вопросам и Рой Говард попал не в бровь, а в глаз в интервью со Сталиным, как это сообщалось в печати.

(Примечание Мемуариста. Посол использует очень образную американскую идиому "забил гвоздь в голову", то есть попал в самую точку. Имеется в виду интервью, данное товарищем Сталиным Говарду и опубликованное в "Правде" от 5-го марта 1936-го года.

Ознакомиться с ним можно в четырнадцатом томе полного собрания сочинений Сталина. Учитывая, что тома, начиная с четырнадцатого, издавались только с 1965-го года, причём издавались в США, достоверность их материалов всегда нужно проверять.

К счастью, сейчас доступны сканы архивов газеты "Правда". Открываем газету. Большое интервью на целую страницу:

Говард: В чём, по Вашему, заключается основная причина современной военной опасности?

Сталин: В капитализме… В его империалистической фазе – такая система, которая считает войну законным методом разрешения международных противоречий, методом законным если не юридически, то по существу. Продолжаем.)

Он считает, что Гитлер резко выступал против Советов, чтобы заработать политический капитал для домашнего потребления. Но что для Гитлера вполне возможно объединение со Сталиным, если Сталин согласится не распространять пропаганду в Германии.

Он уверен, что Сталин – практический реалист и националист, в противовес интернационалисту Троцкому. По его мнению, Сталин моментально выбросит Коминтерн за борт, если будет уверен в мире. Он держится за него как за военное оборонное агентство. Политика Сталина состоит в том, что для развития СССР и удержания правительства у власти, необходим мир.

Дневник, Москва, 12-е февраля 1937-го.

Четыре тридцать дня. Чай и фильм "Сан-Франциско", который произвёл большое впечатление на английского, итальянского, турецкого и китайского послов и их персонал, пришедших на просмотр.

Примечание посла. Когда посол Буллит расположил посольство в Спасо Хаусе, он отвёл одну из больших комнат для показа кинофильмов. Это оказалось очень полезным в налаживании контактов как с дипломатическим корпусом, так и с представителями правительства.

Билл Хейс продолжил объединяющую традицию и регулярно поставлял новые киноплёнки. Они могли доставляться курьерами. Когда бы ни демонстрировались эти картины, двери всегда были широко распахнуты для всего американского сообщества, равно как для дипломатического корпуса.

Соотечественники, разумеется, высоко ценили эти показы. Все ценили. Они превратились в заведённую традицию. Это не было бы возможно, если бы не сотрудничество и помощь киноиндустрии и Билла Хейса.

Это доставляет море удовольствия многим американцам в Советской России и существенно помогает посольству в наведении контактов.

(Примечание Мемуариста. Имеется в виду Уильям Хейс, глава американской ассоциации производителей и распространителей кино. Это главное объединение кино-деятелей Голливуда с двадцатых годов и до сих пор.

Известен своим "Кодом Хейса" – сводом правил жесточайшей цензуры для кино-деятелей. Именно благодаря ему, в ранних американских картинах преступники всегда наказаны, романтические сцены исключительно скромны, никто не сквернословит и не рекламирует различные скотские качества личности. Продолжаем.)

Продолжение дневника.

После обеда Марджори и я предприняли прогулку в метели, сопровождаемые парнями из ГПУ. Обнаружили на Арбате, главной деловой улице неподалёку от посольства, пять магазинов губной помады, парфюмерии и три цветочных магазина.

Примечание посла. Миссис Дэйвис и я часто говорили об этих цветочных и парфюмерных магазинах. Один из важных показателей дрейфа этого правительства от принципов марксистского коммунизма.

Здесь есть государственные магазины, продающие цветы в корзинах по цене от двух долларов в золотом эквиваленте до пятнадцати долларов. Пятнадцать долларов – двухнедельная зарплата среднего рабочего.

Из продажи предметов, находящих спрос в фундаментальных инстинктах человеческой природы, извлекается капиталистическая прибыль. Молодые люди страны, в силу биологических побуждений, стремятся доказать своим любимым девушкам, что они во всём превосходят соперника.

Насколько лучше цветы он ей пришлёт, настолько же он показывает свою большую желанность по сравнению с соперником. Поэтому он вынужден больше зарабатывать.

Делать это он может только применяя мотив к прибыли, проклятие чистого коммунизма. Более того, самая суть коммунизма состоит в бесклассовом обществе.

Здесь же присутствует стимул создать классовое общество, побуждаемое к мотиву выгоды, благодаря государственной торговле товарами, желанными в силу совершенно первобытного человеческого инстинкта.

(Примечание Мемуариста. Очень хочется обозвать посла Дэйвиса последними словами. Во-первых, он представляет социалистов как неких голодранцев или идеологических отшельников. Наличие цветочного магазина повергает его в недоумение.

Во-вторых, он сводит высокое чувство любви к первобытным инстинктам кролика, ищущего возможность размножиться. И в-третьих, нужно обладать очень вывернутым умом, чтобы за пару шагов дойти от цветочного магазина до предательства Советским правительством коммунистических идей. Продолжаем.)

Москва, 18-е февраля.

Выдержка из письма сенатору Кею Питтману.

Москва выглядит во многом как и другие европейские города. Красные и зелёные огоньки светофоров, большие автобусы на улицах, трамваи, автомобили, грузовики и тому подобное. Повсюду толпы людей.

Люди из глубинки съехались сюда, чтобы работать на автомобильных заводах, в результате чего город за очень короткое время вырос с миллиона восьмисот тысяч до четырёх миллионов населения.

Жилищные условия очень скудны и Москва явно ужасно перенаселена. При этом на улице нет даже признаков нуждающихся. Все вполне выглядят в порядке.

Притеснение католического духовенства в Германии.

Журнал, Москва, 14-е февраля 1937-го.

Если верить печати, между нацистами и церковью произошёл серьёзный раскол. Кардинал Фаульхабер, проповедуя в Мюнхене, привёл множественные примеры нарушения Конкордата с Римом, заключённого по личной инициативе Гитлера. При этом сказал, что несмотря ни на что, католики должны добросовестно придерживаться его, так как он был торжественно подписан в качестве инструмента честного сотрудничества.

(Примечание Мемуариста. Этот Конкордат – штука похуже Мюнхенского сговора. В 1933-м году Гитлер договорился с папой Римским о заключении договора. Нацисты давали церкви в Германии некоторые права и преференции, а Рим в свою очередь платил полной монетой.

Были запрещены все политические организации католиков, а с церковных кафедр зазвучали хвалы нацизму. Римская католическая церковь, точно так же, как и ведущие капиталистические державы, бережно выкармливала нацистское чудовище.

Говоря словами товарища Сталина: Вам интересно, что скажет по этому вопросу папа Римский?! А сколько у него дивизий? Продолжаем.)

Кажется, Гитлер решил вырвать с корнем нашу религию, как препятствие его власти и планам. Зловещий знак его истинных целей. Боюсь, Гитлер захвачен стремительным потоком сил, что он привёл в движение и остаётся лишь небольшая надежда на успокоение европейского мира с подобной заносчивой, антихристианской нацистской философией, политикой травли и жестокости.

Примечание посла. Всё это время я с живейшим интересом наблюдал развитие ситуации в Европе и особенно, ситуации внутри Германии в связи с возможностями сохранения мира в Европе на основе согласования интересов главных действующих сил. Разумеется, это полностью зависело от целей Гитлера и нацистской партии.

Либо как вопрос обдуманных намерений, либо как последовательное влияние сил, приведённых ими в движение. Одним из наиболее важных флюгеров, показывающих куда ветер дует, с точки зрения оценки целей Гитлера, явилось его отношение к религии.

Невозможен никакой настоящий мир, если десятки тысяч немецких католиков и лютеран станут объектом преследования. Более того, подобные преследования показывают степень, до которой нацистская партия готова дойти в распространении своих идей расового превосходства.

Частью которых является концепция новой германской религии, основанной на мифах Рихарда Вагнера и концепции Гитлера, обожествляющей силу, власть, войну и умаляющей добродетели альтруизма братской любви, мира, человечности и доброты. Я продолжал поэтому с живейшим интересом следить за ходом усиления различных преследований в Германии.

Человеческая природа и коммунизм.

Москва, 18-е февраля 1937-го.

Достопочтенному Пату Харрисону.

Дорогой, Пат. Обстановка здесь стала для меня большим сюрпризом. Книги, прочтённые мною во время подготовки к приезду, а я прочёл большую их часть, имели изъян слишком крайних суждений, как в одну, так и в другую сторону. Правда лежит где-то посередине.

Не возникает даже вопроса, что человеческая природа проявляется и здесь всё тем же старым путём. Многое на это указывает. Чиновники живут очень хорошо и многие имеют загородные дома, дачи.

Многие рабочие зарабатывают больше денег по сдельной системе оплаты, которую ввели, чтобы ускорить развитие промышленности. Здесь на улицах в изобилии роскошные магазины: свежие цветы, лавки полностью занятые парфюмерией, лаком для ногтей и прочими дамскими штучками.

Древние биологические позывы заставляют и мужчин, и женщин добывать капиталистические деньги в большем количестве, чем у других, чтобы баловать себя роскошью. Зато в правительстве они призывают к патриотизму, прославляют родную землю, поют национальный гимн. Мировая Революция ушла на второй план.

Те же самые древние процессы, возникшие после Французской Революции, начинают проявлять себя и здесь, только гораздо медленнее. Во Франции чиновники и военные объединились с буржуазией и банкирами, чтобы сохранить собственную власть против рабочих.

Здесь чиновники имеют стальные связи с промышленными рабочими против крестьян. У них сильная армия и они думают, что способны защитить себя от Германии, или Японии, или от обеих сразу. Они добывают большие объёмы золота и накапливают его. Баланс их торговли и платежей за последние два года положителен.

Они более не вывозят золото. Как мне сказали, в армии они посвящают столько же времени политической информации, сколько уделяется военным и техническим вопросам. Они откровенно соглашаются, что пытаются изменить человеческую природу в этом поколении. Та еще работёнка!

Дневник, Москва, 15-е февраля 1937-го.

Конференция с Кулондром, французским послом. Подробно обсудили Коминтерн и то, что он является преградой на пути действительного международного доверия. Он подчеркнул насущные военные угрозы Советам и советовал делать им скидку с этой точки зрения.

Предположил, что процесс над изменниками может облегчить России охлаждение отношений с Коминтерном, потому что Троцкий притянет всех радикалов и с этого момента будет противопоставлен Сталину.

(Примечание Мемуариста. С Коминтерном всё очень не просто. Посол говорит о том, что не располагая самой сильной армией в Европе, Советы вынуждены удерживать капиталистов от нападения в том числе и Коминтерном. Это постоянная угроза революционных выступлений внутри той же Германии, если они попытаются напасть на Советский Союз.

В определённый момент стало понятно, что для мировой Революции время еще не пришло. И Сталин прекращает тратить гигантские деньги и силы на поддержку коммунистических партий за рубежом. В мае 1945-го года Коминтерн распускается.

Это позволило нашим заклятым союзникам слегка выдохнуть и всё-таки хоть как-то включиться в борьбу с Гитлером. Была в роспуске Коминтерна и ещё одна положительная сторона. Сталин выбил из рук западных пропагандистов тезис о том, что все коминтерновцы – платные агенты Москвы. Рабочие партии за рубежом смогли более свободно бороться за свои права. Продолжаем.)

Последние выборы во Франции показали, что сорок процентов членов коммунистической партии склоняются вправо по направлению к социал-демократам, вместо того, чтобы придерживаться линии партии. Он сказал, что Советы ведут честную игру с Францией с той поры, как был подписан договор между двумя странами и ссылался на вышеупомянутый как доказательство их добросовестности.

Литвинов предупреждает против войны и "нейтралитета".

Номер семьдесят девять, Москва, 19-е февраля 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Американо-Советские отношения. Беседа между послом Дэйвисом и народным комиссаром иностранных дел мистером Литвиновым.

Совершенно секретно.

Имею честь доложить о беседе между мной и мистером Литвиновым, народным комиссаром иностранных дел 15-го февраля по случаю обеда в посольстве, данного в честь мистера Литвинова и его подчинённых в качестве ответной любезности за официальный обед, данный в честь нашего прибытия.

В беседе наедине Литвинов дал комментарии касательно визита Рансимена к президенту и прямо спросил не имела ли отношения беседа с ним к участию в экономической помощи Германии.

(Примечание Мемуариста. Имеется в виду первый виконт Доксфорда Уолтер Рансимен. Один из виднейших политиков Британии. На 1937-й год возглавлял британскую торговую палату.

Это не объединение торговцев, а часть правительства Британии, существующая с семнадцатого века. Политик высокого уровня. Впрочем, несмотря на благородную кровь, виконт оказался тем еще мерзавцем.

Именно он улаживал вопросы с отторжением от Чехословакии Судетской области. В пользу Гитлера, естественно. Продолжаем.)

На это я ответил, что не располагаю подобной информацией, кроме как из печати. Казалось, он сильно взволнован этим визитом и снова озвучил крайне резкое отношение к тому, чтобы Англия и Франция вообще вовлекались в обсуждения с Германией.

Я ответил в том смысле, что не владея точными фактами, считаю, что президент Соединённых Штатов и госсекретарь заинтересованы в любом плане, направленном на восстановление нормальной международной торговли и стабилизации условий, которые сохранят в Европе мир. При этом я уверен, что они будут требовать весомых гарантий. Любой предлагаемый план будет включать в себя более или менее постоянное решение, рассматривающее не только экономические и торговые условия, но и взаимную программу разоружения.

Затем я спросил не замечает ли он в речах Гитлера признаков установления различий между русским народом и русским правительством и благоприятную возможность, которая позволит сделать некоторые заявления со стороны официальных лиц русского правительства с целью, что оно обязуется не продвигать пропаганду в Германии, при условии, что Германия не будет проводить пропаганду в России. Я также рискнул предположить, что подобное заявление лишит Гитлера его главного аргумента против России, который он постоянно вдалбливает дома.

Он ответил отрицательно. Германия озабочена только завоеваниями и было бы ошибкой преувеличивать значение Гитлера, вовлекая его в обсуждения такого характера, как предлагают Англия и Франция. В этой связи я хотел бы сообщить, что очень осторожно прозондировал мнение некоторых долго пробывших здесь дипломатов, относительно их взглядов лежит ли соглашение между Россией и Германией в сфере возможного, несмотря на их наглядные резкие отношения в настоящее время.

Общее мнение заключается в том, что обе стороны могут уладить любые сложности, если выгоды будут стоить того.

Литвинов затронул тему и выразил озабоченность по поводу готовящегося в Соединённых Штатах законодательства о нейтралитете. Он настаивал, что все законы о нейтралитете разрабатывались как протест против войны. В настоящее время такое законодательство о нейтралитете отклонилось от подобной точки зрения и более не содействует установлению мира. Он настаивал, что в текущей ситуации с Испанией результатом такого законодательства о нейтралитете будет только увеличение опасности войны в Европе.

На это я ответил, что главенствующее общественное мнение в Соединённых Штатах, как я его чувствую, склоняется в пользу некоторых форм законодательства о нейтралитете. Оно основано на двух идеях: первая – сохранить мир, и вторая – предотвратить втягивание Соединённых Штатов в войну. Я не изучал различные предложения Конгрессу, но без сомнения, президент и госсекретарь уделяют им большое внимание. Я уверен, что исполнительная ветвь правительства проявляет разумную и действенную степень осторожности.

Приложение к донесению номер семьдесят девять, подготовленное присутствовавшими сотрудниками посольства.

Совершенно секретно.

Семнадцатого февраля посол принимал на обеде Советское официальное лицо "барона" Штейгера, известного тем, что пользуется большим доверием Кремля. Мистер Хендерсон и мистер Кеннан также присутствовали.

Примечание посла. Когда я вспоминаю этот эпизод меня впечатляет замечательная точность информации Штейгера. Штейгер весьма загадочный для Москвы человек. Его официальный пост во главе Культурного бюро не является особо значительным по своему функционалу.

Он считается кем-то вроде посредника между Кремлём и дипломатическим корпусом, позволяющим контактировать вне обычных дипломатических каналов наркомата иностранных дел. Его зовут "бароном" Штейгером.

После обеда я отвёл его в сторонку и спросил конфиденциально как ему удаётся выживать среди террора и чисток. Он выразительно пожал плечами и показал указательным пальцем на заднюю часть шеи за ухом.

Жест очевидно относился к тому, что казни приговорённых преступников исполняются не у каменной стены перед расстрельным взводом, а в подвалах тюрьмы на Лубянке. Приговорённый неожиданно вызывается к коменданту, а по пути охранник без предупреждения стреляет ему в затылок.

Предчувствие Штейгера имело твёрдые основания. Одним вечером позднее мы были приглашены правительством в бывшую королевскую ложу на премьеру новой оперы. Штейгер тоже был на спектакле. После представления моя дочь Екай и мисс Уэллс, Стэнли и Джоан Ричардсон были приглашены бароном Штейгером перекусить и потанцевать в ночной клуб отеля Метрополь.

В соответствии с той историей, вскоре после полуночи, прямо за столиком, барона Штейгера похлопали по плечу двое в гражданском платье. Он, извинившись, сказал, что скоро вернётся и ушёл с ними. Он не вернулся и никто больше его не видел.

(Примечание Мемуариста. Так вот откуда берутся столь любимые либералами байки про расстрелы пачками в подвалах Лубянки. Есть большие сомнения, что приговоры исполнялись таким образом. С бароном Борисом Штейгером история еще более непростая. В кавычки посол ставит барона совершенно напрасно – барон вполне был настоящий.

Есть сведения, что с начала двадцатых годов Штейгер активно работал на ГПУ. Впрочем, удивительно, если бы такой вот неофициальный посредник для иностранных послов действовал самостоятельно. В августе 1937-го года действительно арестован, осуждён и расстрелян. Не за дворянское происхождение, за шпионаж.

Реабилитирован не был даже в лихие девяностые, когда щедрой рукой прощение развешивали даже откровенным бандитам. Видимо, не просто так. Хранится где-то в архивах Лубянки заветная папочка с железными доказательствами работы барона на вражескую разведку.

Но послу Дэйвису, не разбираясь, и так всё понятно. Отвели беднягу барона в подвалы Метрополя, да там и шлёпнули без суда. Коммунисты, что с них взять. Продолжаем.)

Продолжение приложения к донесению посла.

Касательно недавнего визита финского министра иностранных дел барона Хольсти, гость посла Штейгер заявил, что визит не следует ни переоценивать, равно как нельзя недооценивать. С финской стороны он побуждался желанием финского правительства, в виду грядущих выборов, как-то компенсировать критику, что правительство является прогерманским.

Идея визита была поддержана шведским правительством. Когда гостя спросили о природе настроений финского народа, приведших к обвинениям правительства в про-германизме, тот ответил, что по природе эти настроения скорее носят не анти-российский, а попросту пацифистский характер. В Финляндии общее чувство против России, неважно царистской или большевистской, по прежнему очень сильно.

Обращаясь к ситуации в Польше, гость выразил мнение, что единственной чётко выраженной ориентацией Польши является анти-российская. Польское правительство столкнулось с патовой ситуацией, которая делает невозможным полностью принять про-французскую или про-германскую политику.

Русско-польские отношения, добавил он, до некоторой степени пострадали от недавно опубликованной книги чехословацкого посланника в Бухаресте, к которой министр иностранных дел Чехословакии написал введение. Эта книга увеличила подозрения по поводу Советско-Чехословацкого пакта касательно Польши.

(Примечание Мемуариста. Еще одна байка тех лет про очередной пакт Молотова-Риббентропа. Теперь, видимо, Сталин тайно поделил Польшу с чехословаками. В настоящей истории вышло совершенно наоборот.

Это поляки по сговору с Гитлером поделили Чехословакию. Через полтора года после этой встречи посла, осенью 1938-го состоится Мюнхенский сговор и Польша военным путём захватит у чехов Тешинскую область.

Причём, Советский Союз тогда потребовал у Польши прохода для войск, чтобы оказать Чехословакии защиту от польской агрессии. Поляки, разумеется, такого разрешения не дали, а объявлять Польше войну было неуместно. Западные державы Польшу остановить даже и не пытались. А в 1937-м все подозревали пакт Сталина. Ну кого же еще. Продолжаем.)

Затем беседа свернула к Германии. Гость посла выразил мнение, что любые агрессивные действия Германии в настоящее время или в ближайшем будущем будут иметь катастрофические последствия для самой Германии. Это было особенно верно касательно любых попыток расширения на восток.

Было только два пути, которыми Германия могла атаковать Россию. Один через Литву и Балтийское море. Второй через Чехословакию и Румынию. В обоих случаях линии снабжения окажутся слишком длинными а подходы для атаки слишком узкими.

Более того, германская военная машина всё еще не готова к действиям. Самолеты слишком медлительны, а танки слишком лёгкие. В настоящее время шансы Германии на вторжение гораздо лучше по направлению на Австрию, Венгрию и Югославию.

Последняя страна особенно сильно впала в необычную форму зависимости от Германии в экономическом смысле. Германия задолжала ей за последние поставки настолько много денег, что выплатить их можно только товарами. Так что можно уверенно сказать, что в структуре югославского импорта вскоре наступит полное господство германских товаров.

Когда были затронуты экономические условия в Германии, джентльмен сказал, что Гитлер может, вероятно, продержаться без трудностей следующий год или два. Даже если из-за рубежа не будет сделано ничего для облегчения ситуации. Он считает, что Британия согласится на возврат Германии других колоний, лишь бы не своих собственных.

По отношению к американо-российским отношениям гость посла выразил уверенность, что если подходить к делам спокойным, терпеливым путём, всё будет в порядке. Имею честь оставаться, искренне Ваш, Джозеф Дэйвис.

Дневник, Москва, 18-е февраля 1937-го.

Встречались с посланником. Относительно процесса: нет сомнений, что широко распространённый заговор имел место и обвиняемые виновны.

Касательно мира в Европе: наступает решающий год. Угрозой является не испанская ситуация, а Германия и Гитлер, побуждаемый отчаянием и вынужденный сражаться прежде, чем к войне подготовится Англия.

СССР хочет мира превыше всего остального и за достижение мира, по его мнению, заплатит даже цену соглашения с Гитлером. Весьма необычный взгляд перед лицом того яростного пути, которым Гитлер и Сталин обзывают друг друга всеми подлыми именами, что есть под солнцем.

Дневник, Москва, 19-е февраля 1937-го.

Полдень. Конференция с Молотовым и Литвиновым в Кремле. Во время неё я воспользовался возможностью неофициально обсудить доводы журналистов из Вашингтона по поводу верности Ромма СССР во время пребывания в нашей столице.

Восемь тридцать вечера. Ужин в германском посольстве. Советник графа фон Шуленбурга, генерал фон Кёстринг, родился в России. Отец был крупным землевладельцем. Он дал интересную оценку сил Красной армии. Считает, что правительство сможет устранить промышленные сложности в скором времени.

(Примечание Мемуариста. Речь о генерале Эрнсте-Августе Кёстринге, бывшим в тот период военным атташе Германии в СССР. Родился под Москвой и отлично владел русским языком. Его отец управлял до Революции имением графов Шереметьевых.

Генерал – личность любопытная. При всей его многолетней службе в Москве и дружбе с Советскими дипломатами – оказался убеждённым врагом. Во время Войны занимался формированием карательных отрядов из коллаборационистов на Северном Кавказе. Продолжаем.)

Рассказал интересную историю о "бароне" Штейгере. Что его отец – бывший украинский немец, а его семье было разрешено большевиками проживать в Швейцарии, но при условии, что сын останется здесь в качестве заложника.

За кофе я напрямую спросил генерала Кёстринга о его мнении по поводу боевых качеств Красной армии. В ответ на мой недипломатичный вопрос он сказал, по существу, следующее. Русская армия, вообще говоря, хорошая армия.

Человеческий материал – личный состав – превосходен. Физически сильные, храбрые и отличные солдаты. Механизированные силы хороши. Не настолько хороши, как в германской армии, но хороши.

Воздушные силы численно сильны. Их истребители и самолёты разведки отличны, но вот бомбардировщики слишком тяжелы и слабы. В целом, исключая превосходство в численности, они не могут сравниться с германскими военно-воздушными силами.

Русские истребители, хотя и замечательны, но не самые лучшие. Их парашютные войска превосходны (всего несколько лет назад на показательных учениях русской армии впервые целый полк с полным снаряжением был десантирован в нескольких милях за условной линией фронта).

(Примечание Мемуариста. Возможно, речь идёт о крупных учениях 1936-го года в Белоруссии. Тогда проводились показательные выступления, в том числе для иностранных военных представителей и дипломатов.

С самолётов десантировано более трёх тысяч парашютистов. Еще более восьми тысяч бойцов, с техникой и полевыми орудиями были перевезены самолётами на заранее подготовленные полевые аэродромы. Впечатление иностранцев от мощи десантников Красной армии оказалось весьма ошеломляющим. Продолжаем.)

Доклад по урегулированию долга.

Москва, 25-е февраля 1937-го.

Совершенно секретно.

Мой дорогой, мистер президент!

С момента моего последнего письма я встречался с Литвиновым дважды. В соответствии с протоколом, я условился нанести официальный визит Молотову, главе кабинета. К моему удивлению, на встрече присутствовал Литвинов.

После общепринятых фраз Молотов заявил, что его правительство надеется на продвижение отношений между двумя правительствами по линии большего взаимопонимания. Конкретные, достигнутые ранее, договорённости всё еще не выполнены полностью. Он уверен, эти вопросы могут быть урегулированы на основе практического подхода к проблеме.

Я снова завил крайне взвешенно, что надеюсь на это и снова подчеркнул факт, что президент Соединённых Штатов путём открытого подхода пошёл на конкретное соглашение, которое не исполняется. Президент Соединённых Штатов внёс неизмеримый вклад в содействие улучшению отношений. Он украсил великое здание либеральной демократической мысли своими действиями по признанию Советского Союза.

Обе страны, несомненно, имеют одну великую общую цель – сохранить мир. Лично я испытал бы огромное сожаление, особенно с русской точки зрения, если будет брошена тень на доверие, которое президент Соединённых Штатов и наше правительство питают к добросовестности и честности ответственных за решения Советского правительства людей.

(Примечание Мемуариста. Не устаю поражаться высокой патетике американских капиталистов в чисто шкурном для них вопросе. Мы за мир, доверие и всё хорошее. Демократия, либерализм, спасём планету. А теперь дайте денег, а не то плохо будет. Как это может уживаться в одной голове? Продолжаем.)

Молотов снова выразил уверенность, что вопросы могут быть доработаны практическим путём. Затем он заявил, что полагает частью моей миссии здесь как раз – урегулировать данные проблемы. Я ответил, что не получал конкретных указаний по этим вопросам, но это часть повседневной работы.

Я готов участвовать в любых обсуждениях с Литвиновым, если окажется желательным проработать в принципе некоторое соглашение, удовлетворяющее обе стороны и способное восстановить степень доверия и взаимного уважения, которая характеризовала начало этих переговоров между двумя правительствами.

(Примечание Мемуариста. В тысячный раз посол Дэйвис повторяет как не важен долговой вопрос для США. Что он не получал никаких инструкций от президента по этому поводу, что, как мы видим из начала книги, прямая ложь. И вообще строит из себя неприступную барышню.

Если же посмотреть на ситуацию взглядом орла – всё становится очевидно. Выбить из Советского правительства царские долги – самая важная, если не единственная цель миссии Дэйвиса.

Выбить, потратив на это не более года и уехать послом к Гитлеру договариваться о совместной борьбе против коммунистов. Указания президента вполне недвусмысленны. Продолжаем.)

Литвинов практически не принимал участия в дискуссии, кроме вопроса когда я планирую вернуться из моей поездки по промышленным районам. Также он сказал, что очень хотел бы пригласить меня на дачу на пикник и я согласился с целью обсудить там эти вопросы. Следуя Вашей мысли, я создал у них впечатление, что вопрос намного более значим для них, чем для нас и что следующий ход за ними. Искренне Ваш, Джозеф Дэйвис.

(Примечание Мемуариста. Не уверен, что Молотов и Литвинов разделяли это впечатление. Трудновато поверить в неважность для американцев долгового вопроса, если на каждой встрече посол только про него и говорит. Нам это настолько неважно, что я, пожалуй, расскажу Вам об этом еще раз. Смешно. Продолжаем.)

Молотов склонен разрешить долговой вопрос.

Номер девяносто пять, Москва, 26-е февраля 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Формальный визит к комиссару Молотову, 19-го февраля. Американо-Советские отношения.

Совершенно секретно.

Сэр, имею честь доложить, что согласно установленного здесь протоколом обычаю, я совершил формальный визит к комиссару Молотову, главе Совета народных комиссаров в его кабинете в Кремле. К моему удивлению, также присутствовали комиссар по иностранным делам Литвинов и мистер Нейман, глава американского отделения наркомата иностранных дел, выступавший в качестве переводчика. Нижеследующее – отчет об имевшей место дискуссии.

Я заявил этим джентльменам, что привёз приветствия от президента Соединённых Штатов и государственного секретаря. Молотов сказал, что его правительство надеется на улучшение отношений между двумя правительствами по линии углубления взаимного понимания. Было заключено конкретное соглашение, которое еще не полностью выполнено.

Он считает, что эти вопросы могут быть завершены ко взаимному удовлетворению. Он заявил, что предполагает, что моё правительство послало меня сюда, имея в виду эти вопросы.

Далее он заявил, что, сожалеет, что вопросы разногласий не двигаются с места и он уверен, все вопросы могут быть урегулированы на основе практического подхода. Я ответил весьма взвешенно, что искренне надеюсь на это. Я всегда с сожалением рассматривал ситуацию, в которой было принципиально разработано широкое соглашение, при исполнении которого вопросы пришли в результате в неудовлетворительное состояние.

Взаимное доверие между американским и российским народами, а также их правительствами, – это важный вопрос цивилизации и мира во всём мире. Молотов сказал, что согласен со мной и чувствует убеждённость, что вопросы могут быть доработаны практическим путём. Они полагают частью моей миссии как раз урегулирование данных вопросов.

Я заявил, что не имею точных указаний по этим вопросам, но разумеется, это часть ежедневной работы. И хотя это не является для нас вопросом серьёзной значимости, было бы весьма благоприятно, если бы соглашение могло быть доработано ко взаимному удовлетворению.

Таким образом может быть восстановлена та степень доверия, которая привела к началу этих переговоров. Далее я заявил, что был бы рад обсудить этот вопрос подробнее с Литвиновым когда ему будет удобно.

Молотов выразил удовлетворение, что человек моего типа с судебным и экономическим опытом и юридическим образованием прибыл сюда в качестве представителя Соединённых Штатов. Он выразил интерес и удовлетворение тому факту, что я планирую лично осмотреть некоторые промышленные районы страны.

Литвинов не принимал участия в обсуждении. Встреча прошла приятно. Литвинов пригласил меня приехать в свой загородный дом на обед. Я ожидаю очень откровенного разговора с ним когда у нас будет достаточно времени для подробного разбора этой темы. Имею честь оставаться, сэр, искренне Ваш, Джозеф Дэйвис.

Визит в кремль, слухи об арестах.

19-е февраля 1937-го.

Мистеру Марвину Макинтайру.

Мой дорогой Мак.

(Примечание Мемуариста. Напомню, это тот самый Макинтайр, личный секретарь президента Рузвельта.)

Кажется, мы здесь сильно оторваны от настоящего мира. Все новости мы получаем из английской прессы тремя днями позднее. В данных о последних событиях мы вынуждены полагаться на коротковолновые радио-отчёты из Лондона.

Они весьма поверхностны в том, что касается Соединённых Штатов. Американские газеты привозят дипломатической почтой с интервалом в десять дней. В иных случаях мы зависим от русской печати и "Московских новостей" на английском, которые полны пропагандой и крайне ограниченно дают новости из-за рубежа. Кажется, до дома лежит долгая дорога.

(Примечание Мемуариста. Речь идёт об издании на английском языке "Москоу дейли ньюс". Начала печататься с 1930-го года и охватывала пятьдесят четыре страны мира. Никакой нынешней "Раше тудей" такое распространение и не снилось.

Газета предназначалась для английских и американских специалистов, работающих в СССР. Что еще любопытнее на тему мнимой Советской пропаганды. Основала газету американка Анна Луиза Стронг.

Видная писательница и религиозная деятель. Более того, в 1949-м году ее вышлют из СССР как американскую шпионку, а её книги несколько лет будут под запретом издания. Такая вот "пропаганда". Продолжаем.)

На днях Марджори, меня и весь коллектив провели экскурсией по Кремлю. Это окружённый стенами город, построенный в пятнадцатом веке. Стены поднимаются от улицы на высоту от сорока до шестидесяти футов, или даже выше.

Он расположен в центре города и выглядит как красивая темница для роскоши. Его средний диаметр, я бы сказал, половина мили. Внутри стен красивые здания старого царского двора, просторные внутренние площади и величественные улицы.

Трое главных ворот хорошо охраняются солдатами. Он широко используется в качестве жилых квартир для комиссаров, контор и залов собраний. Внутри также есть три больших церкви, похожих на соборы, кроме золочёных куполов как у мечетей.

Мы обошли весь Кремль, благодаря любезности наркомата иностранных дел. Одно впечатляющее здание превращено в музей. Оно совершенно уникально. В нём содержится старое геральдическое оружие вплоть до времён крестовых походов.

Мантии и парадные одеяния царей, драгоценности короны, облачения священников, иконы и украшенные библии, посуда и фарфор царского двора, королевские экипажи, сёдла, сбруя и тому подобное за последние пятьсот лет. Драгоценности короны поразительны. Одеяния царской семьи и священства, иконы, алтарные покровы, драгоценные переплёты, эфесы мечей и даже седла инкрустированы россыпями жемчугов и неисчислимым количеством крупных изумрудов, рубинов, сапфиров и алмазов. То еще зрелище!

В вестибюле размещены транспаранты с надписями: "Узникам капитализма, жертвам фашизма! Рабочие России шлют привет рабочим мира!". Предположил, что я вхожу по все три класса и почувствовал себя поприветствованным.

Фрески снаружи церквей очень красивы, но плохо ухожены и в ряде случаев почти полностью стёрлись. Именно в Кремле я представлял мои верительные грамоты президенту. И здесь же проводилось Конституционное собрание.

(Примечание Мемуариста. Не вполне понял как крупный капиталист Дэйвис, которого готовили стать послом в Германии, причисляет себя к узникам капитализма и жертвам фашизма. Да еще и к рабочим мира. Но нам не жалко, пролетарский привет и ему. Продолжаем.)

Дневник, Москва, 20-е февраля 1937-го.

Полдень. Встречались с посланником, крайне интересным человеком. Отдали должное книге Фрэнка Симондса "Цена мира". У него полнейшее недоверие к пактам в связи с любыми обещаниями Германии о мире в Европе.

Несмотря на выпады Гитлера по отношению к Советам, он предвидит возможный союз между Россией и Германией, если он будет отвечать целям Гитлера и российским интересам.

25-е февраля 1937-го.

Дорогая, Рахиль О'Фон!

(Примечание Мемуариста. Это вторая дочь Дэйвиса от предыдущего брака. И наша и английская википедия отчего-то уверены, что у Дэйвиса была только одна дочь. Это не так, их было трое – Элеанор, Рахиль Вирджиния и Эмлен Найт.

Последняя – та самая Екай, с которой посол прибыл в Россию. Екай – семейное прозвище по первым буквам имени.

Посол в примечании указывает, что письмо адресовано его дочери, миссис Рахиль Уолкер. Любопытно, что посол обращается к дочери – Рахиль О'Фон. Это валлийское поэтическое прозвище матери Дэйвиса. Она же – проповедница Рахиль с острова Энглси.

К моменту составления письма, матери Дэйвиса уже более 20 лет как не было на свете. Судя по всему, Дэйвис пишет своей дочери, ласково называя её именем знаменитой бабушки. Возможно, это какой-то старинный валлийский обычай. Продолжаем.)

Ленинград.

Получили замечательные впечатления в Ленинграде. Конечно, мы осматривали его в лучших возможных обстоятельствах. Весь город укрыт снежным покрывалом и весь день падали крупные хлопья.

Город очень красив, с замечательными конными статуями, разбросанными по площадям, паркам и мостам. Это практически город островов. Главная улица очень длинная и порядка ста или ста пятидесяти футов в ширину. К нашему удивлению, витрины красиво и совершенно блестяще украшены выставленными товарами на любой вкус, что появилось, как нам сказали, только в прошлом году.

Эрмитаж.

Мы потратили несколько часов в Эрмитаже и Зимнем дворце, расположенных на большой открытой площади, которую они перерезают как диаметр большого круга. Всё это окружено зданиями, с миниатюрной триумфальной аркой в центре.

(Примечание Мемуариста. Когда посол Дэйвис называет Эрмитаж и Зимний дворец через запятую, формально он прав. Эрмитаж составляет лишь часть комплекса Зимнего дворца. Но звучит странно.

Кстати, если имеется в виду триумфальная арка главного штаба напротив Эрмитажа, то не такая уж она и миниатюрная. Весьма внушительное сооружение. Продолжаем.)

По другую сторону дворца течёт река Нева. Зимний дворец – огромная штуковина, очень красив в красном кирпиче и богато украшен. Эрмитаж – очень красивое здание, построенное Екатериной Великой для хранения ее сокровищ искусства.

Он соединяется Зимним дворцом мостом и дополнительно другим мостом с той стороны, поднятым впоследствии. Эрмитаж всегда был сокровищницей искусства. Сейчас он, вероятно, даже расширился, так как весь Зимний Дворец превращён в галерею искусств и музей.

(Примечание Мемуариста. Не могу удержаться от комментария. Мы привыкли, что Эрмитаж зеленовато-голубого цвета, а ведь исторически это красный дворец. Впервые голубой цвет на стенах появился только после Войны. Более того в Войну Эрмитаж и вовсе перекрасили в унылый серый цвет, чтобы вражеские бомбардировщики не могли его опознать. Продолжаем.)

Сокровища искусства.

Комнаты совершенно не поддаются счёту и наполнены красивейшими вещами. Коллекциями древнегреческой и римской керамики, статуями, картинами, камеями и так далее, и тому подобное. Многие комнаты сами по себе полностью украшены на стенах и потолке мрамором различных оттенков и гигантскими мраморными колоннами. Здесь обширные коллекции Рембрандта, Леонардо да Винчи, Андреа дель Сарто, Рейнольдса, Ван Дейка. Всё на свете от первобытных поделок до искусства двадцатого века, рассортированное по странам и периодам.

Мадонна Литта кисти Леонардо да Винчи, небольшая картина, размером примерно в пятнадцать дюймов – одна из самых красивых вещей, что я когда-либо видел. Скульптура скорчившегося мальчика Микеланджело надолго останется в моей памяти.

Самые необычные наши впечатления посвящены трем сокровищницам, которые закрыты от публики и держатся под замком. Директор провёл нас туда и обратил внимание на самые интересные экспонаты. Там содержится знаменитая Скифская коллекция древних украшений. Кроме того: часы, камеи, инкрустированные сёдла и упряжь Петра Великого, Екатерины и других русских монархов.

Древние реликвии, выкопанные в Крыму на Чёрном море, показывают жизнь греческих торговцев и представлены украшениями из захоронений правителей. Мы видели там знаменитые золотые серьги, которые действительно замечательно красивы.

Они примерно двух с половиной дюймов длинной и выглядят выдающейся филигранной работой. Под микроскопом можно рассмотреть резные орнаменты лошадей и возничих на колесницах. Все выполненные с величайшей красотой и утончённостью. Нам сказали, что современным мастерам неизвестны инструменты для столь тонкой работы.

Мы потратили довольно много времени в картинных галереях и музеях. Там совершенно очаровательная коллекция картин Репина, знаменитого художника царских времён. Его портреты Толстого, Листа и Рубинштейна – великие творения.

Исаакиевский собор.

Мы проехались по городу и остановились у Исаакиевского собора, изумительного строения, законченного около ста лет назад. Картины святых и апостолов, алтарь и прилегающие стены, потолки – очень красивы. К нашему удивлению, при ближайшем рассмотрении выяснилось, что они сделаны из мозаики с совершенно удивительным мастерством.

Собор даёт впечатление, схожее с собором святого Петра. Его монолитные колонны из красного гранита, внешнее и внутренне убранство очень выразительны. Украшения из ляпис лазури и малахита в конструкции этих зданий потрясают своей щедростью и красотой.

(Примечание Мемуариста. В описании собора мне видится, возможно, невольная игра слов посла. Когда он говорит, что собор даёт впечатление, схожее с главным христианским собором святого Петра в Риме, это можно прочесть буквально и так, что Исаакиевский собор даёт представление о Санкт-Петербурге. Вносит лепту в архитектурный облик города. Вообще, аллюзии между городом святого Петра и собором святого Петра напрашиваются. Продолжаем.)

Сильно впечатляет массивная бронзовая статуя Петра Великого, обозревающего Неву с коня на большой площади между собором и рекой. Она расположена в парке между бывшим Сенатом и Адмиралтейством, окрашенными в жёлтый и белый цвета. За рекой красивые старинные здания бывшего Университета Санкт-Петербурга.

(Примечание Мемуариста. Почему бронзовая-то? Медная. Медный всадник же! Эх, не читал посол Дэйвис Пушкина. Впрочем, посол формально прав – памятник действительно сделан из бронзы. Это у Пушкина была двойка по металловедению. Но с гением не поспоришь. Продолжаем.)

Промышленные предприятия.

Я не буду пытаться рассказывать о промышленных районах, которые я посетил, или больших фабриках, которые я видел. Я был впечатлён многими новыми зданиями для расселения рабочих. На самой известной старинной фарфоровой фабрике, благодаря любезности директора, были изготовлены три чайных набора, по одному для каждого из твоих детей.

Это копии известных наборов прошлого, которые, я надеюсь, тебе понравятся. Каждая часть расписана вручную и запечена в красивейший фарфор. На задней части каждого из предметов содержится надпись, что он выполнен для меня как американского посла.

Чтобы изготовить их потребовалось целых три месяца. Я был рад воспользоваться этой возможностью, так как это станет милыми сувенирами для твоих детей.

Художники и их мастерские.

Другие очень интересные впечатления мы получили, благодаря доброте директора художественных мастерских. Все современные художники работают на государство и большей частью заняты в изображении сцен Революции или обычной русской жизни.

Эти картины дышат большой энергией и цветом. Мастерские расположены в большом доме, в котором художники и работают, и живут и очень любопытны. Мы осмотрели как создаются крупные полотна исторических событий.

Ленинградский балет.

Воскресным вечером мы отправились в оперу в красивый старинный оперный театр. Во вторник были на балете. Публика выглядит во многом похоже на толпу, которую можно увидеть у Кейфа. Никаких вечерних платьев, но все в выходных костюмах и с некоторыми признаками попыток выглядеть стильно, особенно в части женских причёсок.

(Примечание Мемуариста. По всей видимости, имеется в виду известный водевильный театр Бенджамена Франклина Кейфа в США. Театр для простой публики и сравнение с ним явно слегка уничижительное. Очевидно, посол ожидал увидеть в Ленинградской опере старую аристократию в смокингах и вечерних платьях. Продолжить.)

Несколько недель по всей стране отмечали столетие смерти Пушкина. Для русских людей это смесь Байрона и Шекспира. Он мыслил свободно и женился на благородной даме, которая, как предполагается, была любовницей царя. Его убили на дуэли, которая, как говорят, была подстроена.

И опера, и балет основаны на работах Пушкина, а музыка принадлежит великому Чайковскому. Опера "Евгений Онегин" – романтическая история двух молодых людей с положением, чья дружба была разрушена непониманием и любовными раздорами.

Это всё вылилось в дуэль, на которой поэт был убит. Это указывает на кончину самого Пушкина и было им же самим написано, что достаточно удивительно. Сценические эффекты, постановка и актёрская игра необычайно хороши и отлично исполнены. Пение было хорошим, но не великим.

Балет "Рождественская ночь" был великолепен в каждом отношении и самая красивое, что доводилось мне видеть из подобных постановок.

История основана на сне маленькой девочки под рождественской ёлкой. Там куклы оживают, танцуют, игрушечные солдатики устраивают битву с игрушечными крысами. Игрушечный Прекрасный принц спасает маленькую девочку и тому подобное. Уланова, наиболее известная сейчас из балерин, и Сергеев выступили замечательно и почти столь же хороши как Павлова и Мордкин.

(Примечание Мемуариста. Посол Дэйвис не силён в искусстве. Описан явно балет Щелкунчик. Автор либретто и постановщик – великий Мариус Петипа, а саму сказку написал Гофман. Пушкин никакого отношения к этому не имеет. Продолжаем.)

Некоторые сцены оказалась столь красивы, что практически брали за душу. Во второй сцене тридцать или сорок маленьких детей, участвовавших в первой сцене спустились в оркестровую яму, где сидели около сотни музыкантов.

Их чистые сопрано поддерживали воздушность темы "Танца фей" Чайковского. В это время на сцене сорок или пятьдесят девушек в белом танцевали в кружащихся снежинках на фоне красивейших белых декораций. Это было эффектно и по-настоящему трогательно.

Дневник, Москва, 26-е февраля 1937-го.

Потратил день на подготовку к путешествию на Донбасс, в Харьков и Днепропетровск, затем на большую дамбу. Приехали с Марджори на вокзал в пять двадцать вечера.

Вагон-ресторан и спальный вагон были в полном нашем распоряжении, включая московских американских корреспондентов.

Доклад по развитию долгового вопроса.

Москва, 5-е марта 1937-го.

Совершенно секретно, лично в руки.

Достопочтенному Франклину Рузвельту.

Мой дорогой, мистер президент.

С моего прошлого доклада я потратил десять дней, путешествуя по стране. Мне удалось охватить промышленные районы – Ленинград, Харьков, большую дамбу Купера и Донбасс, которые вместе с московским промышленным районом дают примерно от семидесяти до восьмидесяти процентов Советской тяжёлой промышленности. Я хотел осмотреть оборудование, персонал, условия проживания и мощности в работе, чтобы доложить и объяснить Вам более компетентно эту исключительную ситуацию.

(Примечание Мемуариста. Как мы помним, дамбой Купера посол называет могучую плотину ДнепроГЭС.)

Объемистый и детальный доклад будет направлен департаменту следующей дипломатической почтой. Думаю, он будет иметь значительную ценность.

Мои наблюдения подтверждают и живо возвращают к Вашей беседе с Литвиновым о том, куда они движутся. То, что совершили за последние семь лет в тяжелой промышленности эти люди – совершенно уникально. Они "рисуют на гигантских полотнах кистью из кометы хвоста".

(Примечание Мемуариста. Посол снова цитирует Киплинга. Очень похоже, что это одно из его любимых стихотворений. Он часто упоминает в тексте неявные отсылки к нему. Когда говорит про "на вечность или на две", когда ссылается на "работать ради радости труда" и т.п. Продолжаем.)

И в задумке и в исполнении это – выдающееся дело. Голые степи были превращены в гигантские промышленные районы всего за шесть лет! Фабрики и оборудование, которые я видел, первоклассны. Это результат обобщения лучших инженерных решений капиталистических стран.

Большинство руководителей заводов в возрасте около тридцати пяти. Они серьёзны, усердны, выглядят хорошо подготовленными и сильными управляющими. Около четверти рабочих – женщины.

Целых восемьдесят процентов моложе тридцати лет. Рабочие-станочники на этих заводах набираются примерно на двадцать пять процентов с действующих промышленных предприятий и на оставшиеся семьдесят пять процентов из сельского населения. Крестьяне нанимаются на строительство предприятия, а затем обучаются в вечерних технических училищах для работы станочниками и машинистами.

Все эти предприятия имеют собственные лаборатории, технические библиотеки, вечерние школы. Заводской учёт себестоимости отображается на графиках, показывает операции и тенденции с точностью до минуты.

У каждой фабрики свой детский сад (ясли для кормящих матерей), клубы для рабочих, рестораны и прочее социальное обеспечение. Средняя зарплата – двести пятьдесят рублей в месяц, что в золотом эквиваленте (по курсу чёрного рынка) двенадцать с половиной долларов.

Коммунистические принципы здесь фактически отменены. "От каждого по способностям, каждому по потребностям" ушло. Они получают столько, сколько заработали.

Главной движущей силой является стремление заработать и собственный эгоизм. Сверху донизу выпуск продукции поощряется премиями и дополнительной зарплатой за работу лучше "нормы". Это относится к управленцам, инженерам и рабочим.

Само предприятие должно зарабатывать прибыль и зарабатывает обычно от пяти до тридцати процентов, которые уходят центральному правительству. Основанная ими система необходима для успеха. Это социалистическое предприятие, основанное на капиталистических принципах прибыли и эгоизма. Они были вынуждены придти к этому, чтобы заставить машину работать.

Конечно, есть много вещей не в порядке. Их фабричное производство, хотя и порядочное, не идёт ни в какое сравнение с тем, как выглядит эффективная организация производства у нас дома. Цена доброй пары туфлей – от двадцати пяти до пятидесяти процентов средней зарплаты. Предположительно, среди вялых и менее эффективных рабочих существует сильное недовольство более высокими зарплатами квалифицированных рабочих.

Большим невидимым фактором, который делает эту работу сравнительно простой, является громадное богатство страны и используемая руководством диктаторская власть. Без сомнений, существуют гигантские потери и громадные ошибки, но они незначительны по сравнению с доступными им ресурсами и теряются на фоне общей картины.

Говоря в общем, мои оценки подтверждают общее впечатление дипломатического корпуса, а именно, дай им пять или десять лет мира и будут достигнуты выдающиеся результаты этой промышленной программы. С глубоким уважением, искренне Ваш, Джозеф Дэйвис.

(Примечание Мемуариста. Вольно или невольно посол Дэйвис обыгрывает знаменитые слова Столыпина: "Дайте нам двадцать лет покоя и Вы не узнаете нынешней России". Но капиталисты покоя не дали, ни при Столыпине, ни при Сталине. Капитализм без войн обойтись не может. Продолжаем.)

Русская промышленность. Как и почему она работает.

Номер сто шестнадцать, Москва, 12-е марта 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

О посещении послом Дэйвисом промышленных районов Советского Союза.

Совершенно секретно.

Сэр, имею честь доложить следующие наблюдения в связи с моим недавним посещением ряда промышленных районов СССР. Чтобы адекватно понять и оценить производственные силы Советского Союза необходимо полагаться не только на опубликованные источники информации. Хотя они и содержат большой объём данных, тем не менее, они сильно пропитаны пропагандой и кроме этого, не содержат многие важные для правильной оценки ситуации факты.

Имея это в виду, я совершил обзор различных промышленных районов Советского Союза. Мне посчастливилось получить от властей карту, показывающую различные регионы, виды природных ресурсов и различные виды промышленных предприятий в этих районах.

Основываясь на ней, я спланировал личный визит с инспекцией в район Ленинграда, где расположены крупные текстильные и фарфоровые предприятия и другие виды промышленности. Эти виды естественны для северного морского порта, но не развиваются Советскими властями из-за возможной военной уязвимости.

Также я посетил Донбасс и Днепропетровскую область на Украине. В этих регионах на протяжении четырёхсот километров расположены крупные запасы угля и железа. В центра района располагается дамба ДнепроГЭС, которая в мире уступает размерами только дамбе Боулдера.

(Примечание Мемуариста. Смотри-ка, а посол оказывается вполне знает верное название ДнепроГЭСа. Выходит, все эти "плотины американского инженера Купера" предназначены исключительно для ушей президента. Хитроват наш дон Тамэо, да и политик изрядный.

Примечание к примечанию. Да, я знаю, что у Стругацких было чуть иначе, но уж больно ловко Бушков отчеканил эту фразу по-своему. Продолжаем.)

Эти районы дают приблизительно семьдесят восемь процентов общего производства угля Советского Союза. В том числе, более пятидесяти процентов угля коксующегося качества и примерно шестьдесят процентов Советского производства чугуна в чушках. Около пятидесяти пяти процентов от общего числа доменных печей страны расположено в этом районе.

Плотина ДнепроГЭС с её вспомогательными подстанциями, построенная полковником Купером, в 1935-м году выдала мощность в пятьсот восемьдесят семь тысяч киловатт. Вероятно, в течение года или двух эта мощность удвоится.

Пять первых больших турбин производства Дженерал Электрик теперь дополнены еще четырьмя уже Советского производства. В этом регионе планируется строительство трёх других крупных гидроэлектростанций, для которых сейчас разрабатываются строительные проекты. Они еще сильнее увеличат доступную электрическую мощность.

Одними из выдающихся достижений пятилетнего плана являлись: планирование, проектирование и создание гигантских фабричных производств в этом районе. Только в Донецком угольном регионе они занимают площадь в восемьдесят одну тысячу четыреста семьдесят пять квадратных километров.

В этом районе расположены: крупнейшие сталепрокатные предприятия, заводы тяжелого машиностроения и заводы электрических турбин, алюминиевая фабрика, фабрики про производству тракторов и химикатов, производства сельскохозяйственных машин и другие крупные промышленные производства. Все эти гигантские предприятия, некоторые с коллективами более тридцати восьми тысяч мужчин и женщин, были построены, персонал обучен и начали давать продукцию всего за последние шесть или семь лет. Этот регион также содержит одни из лучших сельскохозяйственных земель страны.

Когда было объявлено, что я намереваюсь совершить путешествие по этим регионам, американские журналисты спросили могут ли они сопровождать меня в этой поездке. Они утверждали, что вместе со мной смогут получить более благоприятную возможность осмотреть эти предприятия, чем без меня. Поскольку Советские власти не возражали, я ответил журналистам, что буду рад взять их с собой в поездку.

Вместе с моей дочерью, секретарём и четырьмя журналистами: Чарльзом Наттером из Ассошиэйтед Пресс, Норманом Деуэлем из Юнайтед Пресс, Демари Бесс из Христианского научного обозревателя и Джозефом Филиппсом из Нью-Йорк Херальд Трибьюн, мистером Гордоном и мистером Сниффером из персонала посольства мы отправились в шестидневное путешествие по этим районам в четверг двадцать шестого февраля 1937-го года.

Мы посетили пять городов и крупнейшие предприятия этого района, включая производство колёсных и гусеничных тракторов (12 000 рабочих), фабрику по выпуску электрических турбин (38 000 рабочих), ДнепроГЭС, алюминиевый завод (3 000 рабочих), предположительно, крупнейший комбинат полного цикла в мире. Запорожский комбинат по выпуску стали и железа в чушках (35 000 рабочих), сталепрокатный завод (13 000 рабочих), госпиталь (180 врачей, 120 младшего медперсонала), ясли и детские сады, крупнейший в Советском Союзе завод сельхозтехники (16 000 рабочих), изготавливающий сеялки, бороны, плуги и комбайны, соединяющие в себе жатку и молотилку.

Также посетили первый дом «Юных пионеров» заведение на 280 комнат, предназначенный для развития школьников (27 000 школьников) вне обычных школьных занятий в научной и художественной областях, в конструировании самолётов и наземного транспорта, а также другие виды производственного обучения (320 преподавателей).

Эти заведения – одна из самых интересных задумок Советского Союза и строятся во всех крупных центрах, благодаря словам Сталина, что самый ценный капитал государства – это умы молодёжи.

Любые поощрения и стимулы, прилагаемые к естественным стремлениям молодёжи через эти заведения, направлены на выявление возможных талантов. Поездка оставила очень чёткие впечатления.

Планирование.

Система планирования впечатляет совершенно выдающейся смелостью задуманного и энергичностью исполнения. Пять лет назад район Запорожья, сегодня содержащий все эти гигантские предприятия и город на 125 тысяч человек, с современными кирпичными жилыми домами, широкими улицами и парками, был пустынной равниной.

(Примечание Мемуариста. Посол, говоря о Запорожье, употребляет слова «голой прерией», намекая на американских первопоселенцев.)

Здания строились после консультаций с лучшими иностранными инженерами совместно с Советскими инженерами, большей частью неквалифицированными рабочими, насколько мне говорили. Во время строительства рабочие готовились в вечерних технических школах для работы на предприятии, когда оно будет достроено.

Становым хребтом рабочего коллектива, примерно 25%, являются рабочие, привлекаемые с других действующих предприятий сходного профиля из других частей страны.

Здания и оборудование.

В основном, здания и оборудование самого современного типа. Строительные компании, преимущественно американские, но также германские, французские и английские. В каждом случае выбирались, чтобы получить лучшие и самые современные технические и научные достижения в проектировании производств.

Оборудование, операции, труд.

Нужно отметить, что где бы ни приспосабливали производственные процессы, на отдельных производственных участках или на предприятии в целом, наивысшая эффективность работы достигается в конвейерном производстве при стандартизации операций. Два выдающихся впечатления от промышленного производства: степень привлечения женщин к производственным операциям (примерно двадцать пять процентов) и молодость среднего рабочего.

В основном от шестидесяти до восьмидесяти процентов моложе тридцати и очень малый процент старше сорока лет. При посещении цехов заметно, что хотя темпы не настолько ускоренные, как на высоко эффективных предприятиях у нас дома, тем не менее они справляются очень хорошо, примерно на сорок или пятьдесят процентов.

Управленческий персонал.

Одно из сильнейших впечатлений произвели на нас (и это стало предметом комментариев всех журналистов) люди, управляющие этими производствами. По большей части, это мужчины около тридцати пяти лет. Только одному было сорок, и еще одному сорок пять.

Они все дипломированные инженеры, получившие образование в России. При этом все подготовлены путешествиями и техническим обучением в других странах. Все выглядят уравновешенными, трудолюбивыми, научного типа, спокойными в манерах, но с признаками больших запасов управленческой силы.

На всех этих предприятиях большие инженерные коллективы. На всех открыты библиотеки, лектории и вечерние школы для сотрудников. В библиотеках представлены технические журналы многих других стран, общая литература, работают переводчики.

Зарплаты, эффективность и прибыль.

Средняя зарплата обычно от двухсот до двухсот пятидесяти рублей в месяц (это примерно от десяти долларов до двенадцати пятидесяти в золотом эквиваленте при незаконном обмене). Фабричная столовая предоставляет вполне хорошую пищу за два рубля (десять центов).

Плата за жильё в фабричных жилых домах различается в зависимости от числа членов семьи и метража, но как правило, не превышает пятнадцати процентов месячного заработка (положение, закреплённое законом). Так называемые «ударники» получают более высокую зарплату, чем обычные работники.

Так называемые «Стахановцы» (соревнующиеся сдельщики) получают от восьмисот до двух тысяч рублей в месяц. На каждом предприятии от пятнадцати до восьмидесяти пяти процентов стахановцев. Человек становится стахановцем когда его выработка достигает максимальной мощности его станка.

Инженеры получают от восьмисот до двух тысяч рублей в месяц. Директора и управленческий персонал получают от полутора до двух тысяч рублей в месяц (от семидесяти пяти до ста долларов по нелегальному курсу).

Весь производственный процесс нормирован, предусмотрены премии к зарплате, основанные на производительности. Это относится и к руководителям.

Производственные расходы, накладные расходы, продуктивность и подобные факторы отражаются в весьма впечатляющих оценках эффективности, иллюстрированных графиками. Руководство бережно отслеживает тенденции от года к году и в общем записи показывают заметные улучшения каждый год.

Как правило, каждое предприятие представляет собой самостоятельное подразделение. Директор договаривается с комиссаром тяжёлой промышленности касательно объемов производства на год. Цена на продукцию фиксируется для перепродажи, в основном, через комиссара по тяжёлой промышленности, а в некоторых случаях напрямую.

Цена фиксируется таким образом, чтобы получить прибыль от пяти до десяти процентов к себестоимости продукции (в одном из случаев достигла тридцати процентов). Часть прибыли свыше этого согласованного уровня используется для улучшения жилищных условий, развития детских садов, библиотек, яслей и тому подобного. Всё находится в распоряжении директора, который распределяет этот "директорский фонд" на премии, награды и т.п. инженерам и так далее. Или каким-либо иным способом по его выбору.

Эти обобщения должны быть некоторым образом уточнены, так как эти факты были получены на различных изолированных предприятиях, которые мы посетили и могут не быть типичны для всей промышленности страны. В главном же, тем не менее, моё впечатление таково, что основное мы оценили верно. Масштабное расширение предприятия финансируется государством. Обычное устаревание оборудования – включено в себестоимость.

(Примечание Мемуариста. По всей видимости, посол Дэйвис говорит об источниках финансирования капитальных затрат при социалистическом хозяйстве. То есть, завод не должен сам зарабатывать прибыль для строительства нового цеха.

На эти цели деньги выделит государство, что позволяет сделать минимальной цену товара и регулярно снижать цены в магазинах. Что при Сталине делалось неоднократно.

А вот затраты на воспроизводство фондов, то есть чтобы заменить вышедший из строя физически или устаревший станок – закладываются в калькуляцию. Это то, что у бухгалтеров зовётся амортизацией основных средств. Продолжаем.)

Коммунистические и социалистические принципы.

Нет сомнений, что руководители этого правительства были вынуждены отказаться от коммунистической идеи распределения в соответствии с потребностями и прийти к принципу распределения в качестве компенсации в соответствии с заработанным. Стимул личного заработка за дополнительные приложенные усилия пронизывает всю систему.

Сначала появилась система рабочих "ударников", сейчас же государство продвигает движение Стахановцев всеми известными средствами пропаганды. На всём протяжении люди вознаграждаются премиями за дополнительную работу. Мотив прибыли задействован повсеместно.

(Примечание Мемуариста. Не хочется читать мистеру Дэйвису лекцию по политэкономии, но посол путает социализм с коммунизмом. Каждому по потребностям – это когда полностью будет перестроено общество, достигнуто изобилие и другой уровень общественных отношений. То есть коммунизм.

До той поры придётся довольствоваться коммунизмом неразвитым, то есть социализмом. И никто не запрещает платить за хорошую работу больше. Напротив, уравниловка – дело исключительно вредное. И личную собственность никто не запрещал.

Главное ведь – забрать у капиталистов заводы. Чтобы не получалось так – тысячи рабочих создают стоимость, а прибыль забирает себе один мистер Твистер, бывший министр. В СССР это главное сделано было. Настоящий социализм именно в этом и заключается. Продолжаем.)

Если не случится войны в Европе (многие фабрики сейчас готовятся к военному использованию, что показали нам на фабрике гусеничных тракторов), то моё мнение совпадает с мнением дипломатического корпуса в Москве. В ближайшие пять или десять лет Советская экономика будет развиваться гигантскими шагами. Это также предполагает, что не случится гражданской войны в результате контрреволюции и "Революция не будет пожирать собственных детей."

(Примечание Мемуариста. Кто не помнит – посол цитирует известную фразу, сказанную перед собственной гильотиной Жоржем Дантоном. Будучи яростным участником Великой Французской Революции, его казнили своими же бывшие соратники. Продолжаем.)

Главным фактором, который может гарантировать это развитие, является гигантское богатство и неразработанные ресурсы страны. Как минимум на поколение здесь будет куда приложить амбициозные стремления молодёжи. Также нужно отметить факт, что страна самодостаточна.

Она каждый год производит огромное количество сельскохозяйственной продукции и минеральных ресурсов и еще долгие годы не будет зависеть от импорта или экспорта. Она производит большое количество золота.

(Примечание Мемуариста. Самый большой золотой запас за всю историю Россия имела при Сталине к 1941-му году. Тогда удалось накопить более двух тысяч восьмисот тонн золота. Это в два раза больше чем царские запасы 1914-го года, которые Первая Мировая съест потом до нуля. Это больше, чем современные золотые резервы России. Так что да, с золотом у Сталина был полный порядок. Продолжаем.)

Вне всяких вопросов, в их текущем состоянии эффективность не может идти в сравнение с капиталистическими государствами и возможно, никогда и не сможет. Тем не менее, в отсутствие конкуренции или нужды в конкуренции с капиталистическими государствами, эта неэффективность не должна и не будет обнаруживаться.

Могут существовать крупные потери из-за бюрократии, лени или неспособности к труду или невозможности приспособиться к инструментальному производству и тому подобное. Но даже при этом чистая прибыль, вероятно, окажется настолько большой, чтобы продолжать делать богаче государство, а через это и большинство населения. Неэффективность поглотится жиром.

В городе Днепропетровске за прошлый год построено шестнадцать больших новых школ из белого кирпича. Каждая на двадцать пять или тридцать комнат. Все оплачены из прибылей местной промышленности, переданных местному муниципалитету.

В случае втягивания в европейский конфликт, есть некоторые сомнения – сможет ли промышленная поддержка фронту выдержать долгую войну. Я полагаю, что она сможет в гораздо большей степени, чем ожидается, с учётом увиденного мною в этом регионе.

Есть множественные сообщения о саботаже рабочих в качестве протеста против сдельной системы труда и системы ускорения Стахановцев. Если текущая тенденция по расширению более высокой оплаты за большую или более эффективную работу продолжится и если стандарты жизни продолжат улучшаться, то в Советском Союзе скоро не будет "бесклассового" общества.

При текущих темпах нарастания дифференциации и увеличения премий через очень короткий период времени появятся очень четко различимые классовые различия, основанные на собственности. Человеческая природа работает здесь также, как и всегда.

После прибытия на каждое предприятие мы обычно встречались в главной конторе с директором. В каждом случае они давали нам вполне откровенные ответы на все полученные вопросы и также обрисовывали общую картину предприятия. Затем следовал осмотр цехов предприятия, во время которого исследовались и записывались дополнительные факты.

Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Примечание посла. К этому донесению приложены доклады о различных, посещённых нами предприятиях, которые также содержат стенографические записи моих интервью с различными управляющими предприятиями. Они объёмны и содержат техническую информацию. Чтобы представить более детальное содержание этих отчётов, но в более сжатой форме, я подготовил особый меморандум (смотри приложение).

(Примечание Мемуариста. К сожалению, текст этого примечания посла сильно испорчен печатью какой-то библиотеки или мемориального фонда. В любом случае, потеря невелика. Ясно, что посол отсылает своего читателя к приложениям, содержащим тот самый меморандум о визите в промышленные районы. Продолжаем.)

Дневник, Днепропетровск, 28-е февраля 1937-го.

Здесь произошла любопытная вещь. В главном комиссионном магазине я увидел очень милую картину маслом. Я решил приобрести её для моей коллекции в Университете Висконсина.

Директор магазина представил её как работу прославленного итальянского художника. Цена оказалась довольно высока, но я всё равно приобрёл ее и попросил доставить в спальный вагон.

Этим же вечером мы заметили изрядную суету вокруг вошедшей в наш вагон группы. К нашему удивлению, мы обнаружили наших друзей из ГПУ, тайной полиции, которые задержали директора магазина. Они принудили его прийти, вернуть оплаченную мной цену и признаться, что он исказил факты и что картина не была оригиналом.

Они были сильно возмущены этим, а также тем, что меня ввели в заблуждение. Я сердечно поблагодарил их за участие. Мне пришлось провести непростое время, пытаясь убедить их, что бедняга и так серьёзно наказан.

Несмотря на то, что между мною и этими людьми не было общения или взаимодействия, сам факт, что мы ежедневно видели друг друга и с улыбкой приветствовали "доброе утро" или "доброй ночи" создал некоторый вид товарищества. Нет сомнений, они были глубоко озабочены нашей защитой в любое время.

Фактически, я уверен, что одной из важных причин для практики держать глав посольства под постоянным наблюдением тайной полиции, когда мы вне наших посольств, является обеспечение нашей защиты.

Совсем не так давно в германского посла была брошена бомба, а другому дипломату высокого уровня прострелили руку заговорщики, которые пытались вызвать дипломатический инцидент и создать этим проблемы Советскому правительству.

Ещё больше религиозных преследований в Германии.

Журнал, Днепропетровск, 28-е февраля 1937-го.

Новость дня. Доктор Ниемюллер объявил своей пастве в Далеме, что герр Вайсслер, его помощник, погиб в концентрационном лагере 19-го февраля. Добавив, что, согласно сообщению тайной полиции, он повесился.

Мир никогда не примет это заявление как факт. Это плохо выглядит для любых надежд европейского мира на сотрудничество с Германией под Гитлером и нацистами.

Дневник, Москва, 4-е марта 1937-го.

Обед в итальянском посольстве. Обсуждали за кофе доклад о разногласиях на партийных советах касательно новых положений Конституции. Как сообщалось, Сталин настаивал на либерализме Конституции, даже если это угрожает его личной власти и партийному контролю.

При обсуждении угрозы войны бельгийский посол сказал, что Англия удерживает баланс сил европейского мира и что Германия старается привлечь Англию на свою сторону.

Если Германия стремится найти выход через войну, первой будет атакована Чехословакия. А далее Франции решать – прийти ли на помощь Чехословакии в соответствии с обязательствами по международному договору или нет. И зависеть это будет от того, как собирается поступить Англия.

Англия, в свою очередь обязалась прийти на помощь только в том случае, если будет атакована сама Франция. Посол сказал, что Англия не подписывалась под обязательством помогать Франции, если Франция сама выступит агрессором. Ключ к решению германского вопроса находится во взаимопонимании с Россией. Так он считает.

Он очень оптимистичен в своих оценках. Он может оказаться прав.

Литвинов, Испания и коллективная безопасность.

Номер сто пятьдесят шесть, Москва, 26-е марта 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Испанская ситуация, мир в Европе, Советское участие в соглашении о вооружениях.

Совершенно секретно.

Сэр, в соответствии с договорённостями, я посетил комиссара иностранных дел Литвинова, чтобы выразить уважение перед отправкой в Соединённые Штаты. Объяснив, что уезжаю ненадолго домой, я сообщил, что вернусь в июне.

Затем я спросил как развивается ситуация в Испании. Он сообщил, что с точки зрения республиканских сил, очень хорошо. С точки зрения мира в Европе, тоже вполне хорошо.

Он выразил опасения, что отступление итальянских сил заставит Муссолини направить дополнительные силы в Испанию, чтобы реабилитировать свой авторитет. В этой связи, он сказал, что международный комитет в Лондоне испытывает большие трудности. Ситуация выглядит для них очень плохо.

В соответствии с германскими предложениями, рассматривается эвакуация добровольцев из Испании. В связи с этим Гранди выдвинул условие, что прежде необходимо рассмотреть вопрос эмбарго на золото испанского правительства. После того, как другие правительства согласились на это, Гранди провозгласил, что итальянское правительство не будет далее обсуждать вопрос эвакуации добровольцев из Испании.

(Примечание Мемуариста. По всей видимости речь идёт об известном фашисте, итальянском после в Великобритании Дино Гранди, графе Мордано. Известен тем, что в 1943-м году понял, что Италия проигрывает Войну и бросился яростно свергать бывшего начальника.

Муссолини свергли, да так успешно, что главный свергатель Гранди вместо должности великого диктатора был вынужден бежать из страны.

С Международным комитетом еще интереснее. Когда в Испании подняли фашистский мятеж, в Лондоне немедленно собрались все европейские страны, кроме Швейцарии. Всего двадцать семь государств.

И объявили, что никто не будет вмешиваться в испанскую войну. То есть помогать этим подозрительно красным республиканцам. Помогать можно только, поставляя оружие Гитлеру и Муссолини. Которые, на минуточку, просто напали на независимую страну Испанию.

Назывался этот замечательный комитет по удушению свободы простых испанцев – Комитетом по невмешательству в испанские дела. Советский Союз пытался протестовать, наш представитель Майский регулярно выступал на заседаниях комитета, но призвать к разуму не удалось. А в 1938-м году комитет фактически прекратил свою работу. В Испании победил фашизм. Продолжаем.)

На его предположение об отчаянном характере ситуации, я ответил, что для Муссолини было бы естественным желать восстановить свой авторитет, прежде чем вовлекаться в дальнейшие обсуждения. При этом кажется, что события в Испании очень быстро меняются. Всего две недели назад испанский посол заявлял мне, что его правительство серьёзно обдумывает возможность объявления Италии войны.

И казался очень подавленным из-за отступлений, которые терпели республиканские войска. А сейчас, по прошествии двух недель, позиции полностью поменялись местами и поэтому ситуация может измениться к лучшему с такой же быстротой.

Литвинов заявил, что это возможно, но повторил своё твёрдое убеждение, что если итальянцы направят дополнительные силы в Испанию, ситуация приобретёт наиболее серьёзный характер для мира в Европе. Он настойчиво подчеркнул, что если демократические правительства сейчас твёрдо заявят Италии, что не потерпят подобных действий, Муссолини не пойдёт на это, так как Италия не стремится к войне в Европе. Внутренние условия Италии, экономические и политические, не слишком хороши и Италии не выдержать европейской войны.

Когда я предположил, что возможно, демократические страны, включая Англию, не хотят угрожать твёрдой позицией пока не подготовятся в надлежащей мере, он ответил, что ни Германия, ни Италия не готовы в надлежащей мере. На выраженное мною удивление, что Германия не подготовлена с военной точки зрения, он подтвердил, что по их информации, Германия определённо не готова.

Даже в военном смысле, не говоря уже о соображениях экономического характера. Затем я сказал, что до меня дошли слухи, будто Советский Союз выражает тревогу, как бы Франция и Англия не заключили мир в Западной Европе с Германией и Италией, оставив Россию один на один с Германией. Он крайне решительно ответил, что по его мнению, это не соответствует фактам.

Примечание посла. В то время распространялось большое число слухов, что Англия, Франция, Германия и Италия могут объединиться на основе нового "Западного Локарно". Таким образом, мир в Западной Европе будет гарантирован этими правительствами, но за исключением Советского Союза. Подозревали, что Гитлеру развяжут руки в Восточной Европе, ради сохранения мира на Западе.

(Примечание Мемуариста. Ничего удивительного в этих слухах не было. Более того, с некоторыми оговорками Мюнхенский сговор и стал таким "новым западным Локарно". Совсем недавно перед этим, в 1925-м году в Швейцарии в Локарно были заключены семь международных военных союзов.

Участвовали Германия, Италия, Англия, Бельгия, Франция, Польша и Чехословакия. Договорами были закреплены границы на западе и предоставлена почти полная свобода Германии с нашей стороны Европы.

По сути, Локарнские договора были военным союзом такого старинного Евросоюза против СССР. Штука, при своей лицемерной миролюбивости, едва ли не хуже НАТО. Так что слухи вполне объяснимы. Продолжаем.)

Затем я заявил, что в своей основе европейская ситуация выглядит просто. Трудно понять почему государственная мудрость Европы не может предложить, чтобы Англия, Франция, Германия, Италия и Россия согласились сохранять территориальную целостность Европы и на основе торговых соглашений снабжать Германию сырьём и посредством этого заверить, что она может жить.

Это освободит народы Европы и мира от пугающего бремени вооружений и страха катастрофической войны. Быстрый ответ был таков: "Полагаете, Гитлер когда-нибудь согласится на что-нибудь вроде этого?"

Я сказал, что не знаю, но по моему мнению, существует очень значительное влиятельное и ответственное мнение в Германии, к которому могла бы воззвать эта идея. Литвинов ответил, что полагает это может быть и так. Что Шахт относится к такому типу людей. Но он не думает, чтобы такие люди могли пересилить Гитлера, политические и военные силы, имеющие власть над Германией.

Затем он заявил, что единственной надеждой сохранения европейского мира, является быстрая, твёрдая декларация европейских демократий, что они всеми вместе будут стоять за мир. Он назвал Францию, Россию и Чехословакию. Он сказал, что если Соединённые Штаты присоединятся к подобной декларации, это будет означать не только европейский, но и глобальный мир, так как это решит заодно и японский вопрос. Я ответил, что мы не испытываем серьёзных опасений по отношению к Японии, и вообще говоря наши люди, серьёзно противятся впутыванию или вовлечению в европейские проблемы.

(Примечание Мемуариста. Как блестяще самоуверен американский посол. Не вызывает у него опасений японский милитаризм. И вообще, зачем лезть в европейские дела. В 1941-м году оказалось, что Америка не так уж и далека от Японии.

Японские бомбы, превратившие базу в Перл Харборе в пыль вместе с гигантскими боевыми кораблями США, сразу почему-то вызвали у Рузвельта "опасения по поводу Японии". А ведь еще в 1937-м году Литвинов им говорил – опомнитесь, братцы, а то поздно будет! Продолжаем.)

С другой стороны, лично я испытываю уверенность, что и президент Соединённых Штатов, и государственный секретарь преданы делу мира и были бы ради внести свой вклад любым согласующимся с нашей традиционной политикой способом, если и когда придёт время. Я донёс до него, тем не менее, что говоря таким образом, я выражаю только мои личные взгляды.

Затем Литвинов сказал, что был бы рад воспользоваться случаем и передать мне некоторую, возможно, значимую для Соединённых Штатов информацию. А именно.

После заключения последнего соглашения о морском разоружении Советский Союз поднял перед Великобританией вопрос строительства крейсеров с конкретным калибром и т.п. Вопрос заключался в том, будет ли включено в соглашение условие, что СССР запрещено строить крейсера и тому подобное в количестве более, чем предусмотрено для любой другой страны-участницы.

Англия обсудила этот вопрос с Германией и другими правительствами и все согласились, что СССР имеет право построить семь крейсеров, в то время как текущее ограничение для Германии равнялось трём крейсерам. От СССР не потребуются раскрыть свою программу Японии. После этого Германия предложила на обсуждение, чтобы ей разрешили увеличить квоту до пяти крейсеров, а СССР может после этого расширить свой флот на десять кораблей.

СССР внёс предложение, что инициатива должна носить взаимный характер, а именно, что СССР должен также иметь право расширить программу до десяти крейсеров, при условии, что Германия затем сможет увеличить флот на пять кораблей. Вопрос временно заморозили, с вероятностью, что он может быть положительно решен в дальнейшем.

(Примечание Мемуариста. Эти взаимные предложения звучат несколько странно и тем не менее, вполне соответствуют истории. Дело в том, что соглашения об ограничении морских вооружений заключить друг с другом те же Германия и СССР не могли. Особого смысла в таком узком соглашении не было. Подписывали все морские соглашения с владычицей морей Британией.

Именно поэтому СССР не хотел в одностороннем порядке ограничивать своё строительство флота, пока ровно такое же ограничение не подпишет с Англией и Германия. Так и получилось в итоге. Оба морских соглашения: англо-советское и англо-германское были подписаны в один день, 17-го июля 1937-го года. Так что оценка ситуации и прогноз Советского наркома совершенно правильные. Продолжаем.)

Литвинов заявил, что по его мнению за три месяца мне удалось собрать больше информации и знаний о России, чем любому другому послу за два года. На это я ответил, что имею привычку знакомиться с фактами прежде, чем прийти к какому-либо мнению, которое буду докладывать руководству.

Он спросил о моих впечатлениях. Я коротко сказал, что очень впечатлён тем, что они делают, силой их руководства, трудностями, которые они преодолевают. Я чувствую, они сейчас искренне привержены миру.

Будущее определит результат их правительственного эксперимента. Я, по-прежнему, придерживаюсь мнения, что наша система – лучшая для облегчения жизни массе людей и наши процессы эволюции на основе демократии лучше, чем революционный эксперимент здесь.

Беседа завершилась его выражением добрых пожеланий президенту Соединённых Штатов и государственному секретарю, а также личным пожеланием доброго пути. Имею честь оставаться, сэр, искренне Ваш, Джозеф Дэйвис.

Выдержка из письма Стивену Эрли

9-е марта 1937-го.

Не проходит и дня, чтобы к нашему американскому шоферу "Чарли" Гилиберти на улице не подошёл какой-нибудь американец, принявший Советское гражданство. Умоляющий, чтобы тот походатайствовал перед американскими властями помочь ему вернуться домой.

Тысяча коммунистов приехали сюда в 1934-м, 1935-м годах из Австрии. Как мне сказал австрийский советник, они приняли гражданство в земле обетованной, а теперь не могут выбраться и прилагают все усилия, чтобы вернуться назад домой.

(Примечание Мемуариста. Крайне странная байка, которая очень понравилась бы современным либералам. Сдаётся мне, что этот самый шофер "Чарли" малость приврал послу.

Если бы были реальные массовые перебежчики – посол назвал конкретное число обратившихся за американским паспортом. Никакой проблемы для американца получить в посольстве паспорт своей бывшей страны и выехать домой не было.

Злой чекист с наганом за каждым американским инженером или рабочим не ходил. Продолжаем.)

Дневник, Москва, 9-е марта 1937-го.

Харрисон, один из помощников посла в Варшаве приехал на несколько дней. Он крайне информированный человек. У него любопытные взгляды. Он сказал, что в случае войны Польша столкнётся с отчаянным выбором.

При этом он считает, что правительство будет про-германским и против СССР. Большой класс землевладельцев, объединённых с городской буржуазией, обладает действительной властью в правительстве.

Балтийский блок (Эстония, Латвия и Литва) в отчаянной ситуации. Это искусственные государства, созданные из старой России Лигой Наций. В случае европейской войны они вероятно будут уничтожены, хотя бы временно.

(Примечание Мемуариста. "Искусственные государства, созданные из обломков России" – какой слог, какой слог!)

Он сказал, что Литва про-российская. В Эстонии значительное германское население тянущее назад в старые ганзейские времена. Эстония и Латвия обе пытаются выживать между двух могущественных опасных врагов: Германии и СССР.

Он согласился со мной, что Малая Антанта находится в процессе развала. Существование венгерских меньшинств в Румынии, Чехословакии и Югославии, а также крайне эгоистичные проблемы этих небольших государств дают Гитлеру отличную возможность стараться расщепить их, играя на шовинистических интересах каждой из них против остальных.

(Примечание Мемуариста. Малая Антанта это такой же искусственный союз Чехословакии, Югославии и Румынии от 1921-го года. Создан, разумеется, Британией и Францией для сдерживания России.

Ровно как в это же время создается на границе враждебная нашей стране искусственная Польша. Распадётся всё это сердечное согласие в 1938-м году, когда в Мюнхене великие державы скормят Чехословакию Гитлеру с потрохами. Додружились против СССР австро-венгерские осколки. Продолжаем.)

Он считает, что Финляндия – самое светлое пятно в российском наркомате иностранных дел, так как она вполне очевидно защищает свою независимость от Германии настолько же отчаянно, как и от России.

Дневник, Москва, 11-е марта 1937-го.

Новый эстонский советник, полковник Козниц любопытный тип. Сегодня провели долгое обсуждение. Мы отлично уживались вместе в Германии. Он русский, учился в Ленинграде и служил офицером в одном из распавшихся царских полков.

Он один из группы старых царских военных, которые сражались с большевиками в Эстонии и добились успеха в создании государства. Он всё еще молод с очень привлекательной внешностью и открыт новым идеям. Он особенно хорошо информирован о России.

Его впечатление таково, что это весьма критический год для России. Без сомнения, поднимается серьёзное политическое недовольство, главным образом из соперничества между старыми большевиками. Люди в правительстве, скорее, искушённые, тёртые большевики-революционеры ранних дней, чем класс более поздних интеллектуалов, которых возглавлял Троцкий.

(Примечание Мемуариста. Каждое слово эстонского советника традиционно пышет яростной "любовью" в кавычках к бывшей российской Родине. Как и сейчас. Ох, не зря эти парни так массово побежали записываться в батальоны СС.

Посол, характеризуя Советское правительство, употребляет интересное сочетание буквально "сваренные вкрутую" большевики. Очень подходит. Продолжаем.)

Сталин – очень сильный, способный человек, с практическим складом ума, большой мудростью и здравым смыслом. Молотов – выдающийся человек с большой интеллектуальной мощью и мудростью.

Контроль Сталина над армией через Ворошилова, который безусловно предан, и его контроль над тайной полицией, без сомнений, делают его позиции во власти незыблемыми. Кажется, они сознают опасности для своего правительства и без сомнений могут принять строгие меры для защиты режима.

Из всего этого у меня сложилось отчётливое впечатление, что все приграничные государства крайне тщательно стараются не обидеть ни одного из двух больших парней по каждую сторону вокруг себя.

Другой дипломат, советник, вчера сделал мне очень разъясняющее заявление. При обсуждении процесса он сказал, что обвиняемые были без сомнения виновны. Все мы, кто посещал процесс, согласны в этом.

Внешний мир из отчётов в печати, тем не менее, кажется считает, что процесс был подстроен (он называл это фасадом, видимостью). Хотя мы и знаем, что это не так, вполне вероятно, внешний мир думает именно таким образом.

Дамский пикник на даче Молотова.

Дневник, Москва, 14-е марта 1937-го.

Марджори ездила на пикник к мадам Молотовой. Это было весьма необычно – группа жён комиссаров, все из которой активно работали инженерами, докторами или руководителями предприятий.

Мадам Молотов, жена премьера, является членом кабинета, была комиссаром рыбной промышленности, а сейчас комиссар по косметике.

(Примечание Мемуариста. Посол что-то здесь путает. Более того, похоже, при расшифровке дневника перед изданием книги в 1941-м году он просто дописал более поздние должности, которые помнил.

Жена Молотова, Полина Жемчужина работала в наркомате пищевой промышленности и наркомом, насколько мне известно, не была. Не существовало и наркомата по косметике.

В 1937-м году она возглавляла управление парфюмерно-косметической, синтетической и мыловаренной промышленности. Наркомат рыбной промышленности выделится из Наркомпищепрома только в 1939-м году. И вот тогда жена Молотова и правда станет наркомом.

Интересно, что прежде чем стать наркомом, Жемчужина прошла большой путь. От экономического факультета академии имени Плеханова до директора фабрики парфюмерии "Новая заря". И только потом с серьёзным опытом руководства в промышленности и отделах наркомата, стала наркомом. Продолжаем.)

Это совершенно выдающаяся женщина. Стиль, в котором она создала все эти очень элегантные парфюмерные магазины и салоны косметики, указывает на большое число руководящих указаний.

Она и остальные серьёзно мыслящие женщины, работающие инженерами, врачами и т.п. проявили большой интерес к Марджори. Особенно к факту, что женщина её типа может настолько глубоко интересоваться серьёзными деловыми вопросами и быть "работающей женщиной".

(Примечание Мемуариста. Сравнивать Марджори с настоящими "работающими женщинами", врачами и инженерами несколько странно. Эта дама не работала ни одного дня. Она владела.

Родилась в семье крупного капиталиста Чарльза Поста. Унаследовала его фирму и чудовищно разбогатела на поставках продовольствия для армии. В 1937-м году она была самой богатой женщиной Америки.

Основная "работа" этой дамы – покупать за дурные деньги антиквариат, картины и статуи. Считала себя крупным ценителем искусства. Продолжаем.)

Идея устроить "ланч болтушек" это что-то совершенно новенькое в Советском опыте, насколько я знаю. Поэтому я попросил Марджори надиктовать ее мнение, пока оно еще свежо в ее памяти. Вот это мнение.

Днём мы осмотрели производство на фабрике (на одной из четырех, которыми она руководит). Фабрика изготавливает замечательные духи, крема и т.п. Мадам Молотова пригласила нас на пикник. Мы с удовольствием согласились, но даже не имели понятия насколько редкий и интересный опыт мы там получим.

День наступил и мы ехали примерно час по провинции мимо рублёвских лесов. Проехали несколько больших загородных домов и наконец показался зелёный забор и охрана. Ворота были открыты и по дороге в дом мы увидели еще несколько охранников.

Дом большой и современный, но никоим образом не дворец ни внутри, ни снаружи, довольно простой. Хороший вкус, просторный, но обставлен не в уютном или обжитом стиле, при этом со всех сторон уместно.

Холл, большая лестница, гардеробные, просторные жилые комнаты. Нет фотографий и безделушек. Большая обеденная комната с широкими створчатыми окнами. Стол украшен цикламенами, не менее трёх дюймов каждый.

(Примечание Мемуариста. К своему стыду не знал, что такое цикламены. Оказалось, цветы, альпийские фиалки.)

По периметру комнаты восемь или десять белых или лиловых кустов сирени в горшках, красивые крупные соцветия со множеством цветов. Я сидела справа от мадам Молотовой, далее миссис Кеннан, жена секретаря посольства, мисс Уэллс, мадам Кубарь, мадам Крестинская, мадам Стомонякова.

Стол был полон закусок. Обед был продуман и включал множество блюд. Три вида мяса, шесть видов рыбы, одна из них весьма особая – курносая штучка примерно восьми дюймов длиной, выловленная Волге, очень хороша.

Я была вынуждена есть, несмотря на предупреждение доктора посольства и я ела, долго. Они тоже питают неприязнь к живности, но мы, американцы, привыкли к проверенной и стерилизованной пище.

Вся атмосфера была очень сердечной, все очень старались, чтобы мы хорошо провели время и так и было, но Ах! если бы хоть кто-то говорил по-английски. Общаться через переводчика было тяжело, если не сказать больше.

(Примечание переводчика. Марджори употребляет даже более сильное выражение. Буквально – "ах, если бы хоть кто-то умел говорить". Ну понятно, для самой богатой дамы Америки есть только один настоящий язык – английский. То, что она приглашена в компанию русских в чужой для нее стране и сама ни капли не знает русского, ее не смущает. Продолжаем.)

После моего возращения последовала интересная реакция на тот обед. В библиотеке я обнаружила Джо с одним из газетчиков. Тот был совершенно поражён, когда узнал где мы были и завалил Джо тысячей вопросов.

Затем, этим же вечером на ужине в бельгийском дипломатическом представительстве я сидела рядом с британским послом лордом Чильстоном. Он буквально взорвался от волнения после моей истории о нашем обеде и даже переспросил два или три раза: "Где, Вы сказали, проходил этот обед?".

Затем, после того, как удовлетворился ответом, что это была мадам Молотова и дело было на её даче, посол сказал: "Вы, американцы, удивительны! Я здесь семь лет и даже носок туфли не могу просунуть к ним в дверь. А Вы только прибыли и после всего нескольких недель попали на обед, данный в Вашу честь. Мне не дано этого понять!"

Журнал, Москва, 14-е марта 1937-го.

Марджори рассказала мне об очень интересном разговоре с мадам Крестинской на другой день. Мадам Крестинская – врач и супруга заместителя наркома иностранных дел.

(Примечание Мемуариста. Иногда у посла просто беда с нашими должностями. Я уже говорил, что наркомат у него иногда волшебным образом превращается в Форин Офис или в Министерство иностранных дел. Так и замнаркома Крестинского посол по аналогии с родными США обозвал в журнале "заместителем государственного секретаря". По смыслу верно, но звучит, мягко говоря, странно. Продолжаем.)

Она заведует размещением в госпиталях Москвы женщин и детей. Приятного типа женщина среднего возраста, с очень привлекательной головой и лицом. Не возникает сомнений в ее искренности и чистоте. В ответ на вопрос Марджори она сказала: "Наше правительство не против религии как таковой. Наш народ просто предпринимает шаги, чтобы защитить наших людей от злоупотреблений религии."

Затем она пустилась в рассказ как при царском режиме греческая ортодоксальная церковь была частью правительства, с царём в качестве религиозного главы церкви, равно как и правителя государства. Все священники была на зарплате у правительства. Ноша расточительного правительства, сказала она, была на спинах людей.

Это стало, как она описывала, ужасным надругательством. В конце концов стало настолько плохо, что в Думе, законодательном органе, созданном одним из Александров, почти треть членов составляли священники и духовные лица.

Эти люди, сказала она, обесценили свою религию и разжирели от всевозможных излишеств и всех видов притеснения бедняков. Религия, – сказала она, – использовалась как опиум, чтобы убаюкать недумающих людей к принятию этих невыразимых условий.

(Примечание Мемуариста. Любопытно. Товарищ Крестинская говорит об опиуме для народа в понимании не Ленина, а Маркса. Для времён Маркса опий – еще не наркотик, а скорее обезболивающее. Вредное, но в чём-то спасительное.

Почувствуйте, насколько высокие образы он приводит: "Религия – вздох угнетённой твари, сердце бессердечного мира, дух бездушных порядков. Религия есть опиум народа."

У Ленина всё выражено гораздо точнее. Никаким религиозным утешением там и не пахнет. Там уже не болеутоляющее, а натуральный наркотик для масс.

Сравните: "Религия есть опиум народа. Религия – род духовной сивухи, в которой рабы капитала топят свой человеческий образ, свои требования на сколько-нибудь достойную человека жизнь".

Отметим товарища Крестинскую в лучшую сторону и вместе с ней проявим уважение к последнему прибежищу отчаявшихся людей – к религии. Продолжаем.)

Поэтому они были вынуждены отделить религию от государства, так и поступили. Новая Советская Конституция определённо утверждает свободу по отношению к религии, но также утверждает, что религия не должна быть частью государственного правительства.

Должна быть такая же свобода высказываний против религии, как и за неё. Это, – сказала она, – устанавливает действительную свободу, и она знает, что руководители правительства не имеют ничего против религии как таковой, но настроены решительно не допустить возврата тех прежних условий. Имеет значение, что жена Сталина похоронена на освященной земле, согласно её последней воле, как говорят.

Советская добыча золота.

Москва, 15-е марта 1937-го.

Достопочтенному Генри Моргенто младшему.

(Примечание Мемуариста. Генри Моргенто – довольно известный финансист США. Одиннадцать лет, начиная с администрации Рузвельта, был министром финансов. Всего добился сам после того как… женился на внучке основателя крупнейшего банка США – Леман бразерс.

Известен организацией масштабной финансовой помощи Израилю. Выступал главой целого ряда содействующих Израилю организаций. Продолжаем.)

Дорогой Генри!

С моего прибытия я прилагал все усилия, чтобы попытаться добыть информацию о Советском золотом резерве. Практически невозможно узнать что-то определённое. Это в большей или меньшей степени военный секрет, который тщательно охраняется и доступен, конечно, только в виде пропаганды идеи об их могуществе по сравнению с Германией и Японией.

На основе лучшей информации, что я смог добыть, ситуация примерно следующая. Производство Южноафриканского Союза между трёхстами двадцатью пятью и трёхстами пятьюдесятью тысячами килограмм. Производство Советского Союза примерно сто семьдесят пять тысяч. В то время как Соединённые Штаты и Канада производят около ста тысяч каждые.

(Примечание Мемуариста. Южноафриканский Союз – на тот момент один из британских Доминионов. Фактически – британская колония. В 1961-м году превратится в независимую страну ЮАР. Эх, страна моя, Трансвааль. Продолжаем.)

Эти данные получены из исследования дипломатической миссии в Риге. Главная информация здесь в том, что производство Советского Союза в 1936-м году значительно превысило указанный выше размер и оценивается между двумястами и двумястами пятьюдесятью миллионами долларов. Золотой резерв Госбанка оценивается в триста пятьдесят миллионов долларов.

В другой день я получил привилегию осмотреть коллекцию сокровищ и драгоценностей в Госбанке. Меня удивил размер золотых самородков. У них хранятся два самородка цельного золота от сорока до пятидесяти фунтов каждый. По их виду я бы сказал, что это практически чистое золото. Без сомнения, в здешних горах скрыто большое богатство.

Миссис Литвинова, которая преподавала в одном из университетов этого региона, сказала миссис Дэйвис и мне, что школьные каникулы и выезды простых людей на пикники в основном тратятся на поиски в холмах золотых самородков с замечательным успехом. Литвинов сказал мне вчера, что недавно, будучи в горах, он в ходе обычной прогулки поднял камень с довольно значительным содержанием золота.

Искренне Ваш, Джозеф Дэйвис.

(Примечание Мемуариста. Супруга наркома Литвинова, как мы помним, преподавала в Свердловске. Это, конечно, Урал, но особых гор в районе Свердловска нет, скорее холмы.

Создаётся впечатление, что Литвиновы слегка издеваются над доверчивым иностранцем. Да у нас этого золота… валяется на каждом шагу. Каждый пионер домой с пикника тащит, да я и сам вот вчера… Прожжённый капиталист Дэйвис иногда искренне верит в сущую чепуху. Продолжаем.)

Свобода религии в России.

Номер сто тридцать один, Москва, 17-е марта 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Анти-религиозное движение в Советском Союзе.

Совершенно секретно.

Сэр, настоящим имею честь доложить следующее в отношении анти-религиозного движения в Советском Союзе. В связи с принятием в новой Конституции разделов, касающихся религии, проходили значительные обсуждения и Советские власти уделяли большое внимание состоянию анти-религиозного движения.

От одного очень хорошо информированного члена дипломатического корпуса я узнал, что во время обсуждения разделов Конституции о религии некоторые яростно нападали на эти предложения как слишком опасные. И только вмешательство Сталина позволило сохранить их. Он занял позицию ,что если существует опасность для коммунистической партии, её дело ответить на этот вызов и победить.

Сейчас, спустя несколько недель, в партийных кругах возникло сильное беспокойство по поводу того, что может показаться очень существенными выгодами церкви за этот год. Согласно управляющему делами Центрального Совета, за последние четыре года количество членов Общества воинствующих атеистов снизилось с четырёх до двух миллионов человек. Имею честь оставаться, сэр, искренне Ваш, Джозеф Дэйвис.

Выдержка из меморандума по анти-религиозному движению в Советском Союзе.

Несмотря ни на что, дарованное новой Конституцией право голосовать на выборах священникам (статья 135) вызывает серьёзные опасения в умах пропагандистов атеизма. "Какую опасность представляет это право голосовать, если общее число священнослужителей в Советском Союзе всего примерно сто тысяч человек?" – спрашивает Ярославский, председатель общества воинствующих атеистов Советского Союза в статье от июля-августа 1936-го, вышедшей в "Антирелигиознике".

(Примечание Мемуариста. Правильное название организации – Союз воинствующих безбожников СССР. Емельян Ярославский – видный историк, академик Советской Академии наук. В 1943-м году награждён Сталинской премией за книгу по истории гражданской войны.

Передал премию на строительство танковой колонны "За передовую науку". За борьбу с религиозным мракобесием неоднократно подвергался нападкам в карикатурах белой эмиграции. Продолжаем.)

После того, как Ярославский указал, что маловероятно, чтобы массы голосовали за священника, он делает следующее заявление:

"Если некий священник возьмёт себе в голову выставить себя кандидатом в местный Совет или даже в Верховный Совет, у нас есть право вести против такого кандидата борьбу, показывая его как пример пороков религии и религиозных предрассудков."

Дополнение (не направлялось с оригинальным донесением).

16-го ноября 1933-го года между Советским Союзом и правительством Соединённых Штатов были установлены нормальные дипломатические отношения путём обмена сообщениями между президентом Рузвельтом и Максимом Литвиновым, секретарём Советского Союза по иностранным делам, который тогда присутствовал в нашей стране. Переписка содержит гарантии, данные Советским Союзом правительству Соединённых Штатов.

Особым образом, среди других положений, американским гражданам в России были гарантированы следующие права относительно религии:

1. Право свободно пользоваться свободой совести и религиозного исповедания, без лишения прав или преследований в связи с их верой или обрядами.

2. Право проводить без досаждений и надоеданий любого вида религиозные службы и ритуалы культовой природы, включая крещение, миропомазание, причастие, свадебные или похоронные ритуалы на английском языке.

3. Право без ограничений давать религиозные наставления их детям, наедине или в группах, либо привлекать для таких наставлений других лиц.

4. Подданные Соединённых Штатов должны быть наделены правами по свободному исповеданию религии, не менее благоприятными, чем права подданных наиболее привилегированных в этом смысле стран. Гражданам Соединённых Штатов гарантируется право проводить службы в церквях, домах или других зданиях, арендованных согласно законам страны, на их родном языке или любом другом языке, который предусмотрен обычаями их религии.

Им должно быть дано право хоронить мёртвых в соответствии с их религиозными практиками на кладбищах, созданных и поддерживаемых ими с одобрения соответствующих властей. До той поры, пока они подчиняются полицейским установлениям противной стороны по отношению к зданиям и здравоохранению.

Конституция Союза Советских Социалистических Республик.

Статья 124-я.

В целях обеспечения гражданам свободы совести, церковь в СССР отделена от государства и школа от церкви. Свобода отправления религиозных культов и свобода антирелигиозной пропаганды признается за всеми гражданами.

Статья 135-я.

Выборы депутатов являются всеобщими: все граждане СССР, достигшие 18 лет, независимо от расовой и национальной принадлежности, вероисповедания, образовательного ценза, оседлости, социального происхождения, имущественного положения и прошлой деятельности, имеют право участвовать в выборах депутатов и быть избранными, за исключением умалишенных и лиц, осужденных судом с лишением избирательных прав.

Примечание посла. Этот пересмотр Советской Конституции был произведён правительством вскоре после восстановления дипломатических отношений и признания Советского Союза Соединёнными Штатами. В Москве мне сказали и я считаю источник заслуживающим доверия, что одними из самых важных факторов, повлиявших на принятие этих разделов относительно свободы вероисповедания и распространения права голосовать и быть выбранными на всех граждан, безотносительно их религии, были явные и настойчивые запросы, сделанные президентом Рузвельтом в сношениях с Литвиновым в Вашингтоне в связи с "признанием" СССР.

(Примечание Мемуариста. Посол не упускает случая лизнуть своего Президента. Конечно же, большевики приняли Конституцию исключительно по указке из Вашингтона. Так нам хотелось "признания" от американцев.

В действительности, разумеется, дело обстояло не так. Первая Конституция СССР появилась в 1924-м году. И по сути, была союзным договором между республиками. О правах людей в ней практически не слова. Чисто организационный документ.

Первая настоящая Конституция была принята, опять же не правительством, как пишет Дэйвис, а Всесоюзным съездом Советов в декабре 1936-го. Народом то есть. Вот это уже вполне современный документ о правах и обязанностях Советских людей.

Как и почему она принималась подробно рассказал в своей речи 25-го ноября 1936-го года на том самом съезде некий товарищ Сталин. Полюбопытствуйте, часть этой речи сохранилась даже в кинозаписи. Про великого Рузвельта там почему-то ни строчки. А завершает Сталин свою речь так:

"В результате пройденного пути борьбы и лишений приятно и радостно иметь свою Конституцию, трактующую о плодах наших побед. Приятно и радостно знать, за что бились наши люди и как они добились всемирно-исторической победы.

Приятно и радостно знать, что кровь, обильно пролитая нашими людьми, не прошла даром, что она дала свои результаты. Это вооружает духовно наш рабочий класс, наше крестьянство, нашу трудовую интеллигенцию.

Это двигает вперед и поднимает чувство законной гордости. Это укрепляет веру в свои силы и мобилизует на новую борьбу для завоевания новых побед коммунизма!" Продолжаем.)

Сталин настаивает на секретном голосовании и всеобщих избирательных правах.

Номер 138, Москва, 18-е марта 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Коммунистическая партия. Пленум Центрального комитета, проведённый в феврале 1937-го года.

Совершенно секретно.

Сэр, имею честь доложить следующее в связи с недавним собранием, так называемым Пленумом, обсуждавшим и определившим некоторые политические установки коммунистической партии. А также, о ведущейся сейчас в результате кампании по очищению и реорганизации партии.

На этом собрании, проведённом несколько недель назад, стало понятно, что главным вопросом обсуждений стал вопрос новой Конституции в связи с новыми пунктами о всеобщих избирательных правах и тайном голосовании. С той поры явно наблюдается активная партийная деятельность. Эта ситуация подробно обсуждается дипломатическим корпусом. Русские газеты наполнены пропагандой по отношению к этим вопросам.

Вполне очевидно, прилагаются большие усилия, дабы оживить партийную организацию. Руководители партии, крупные и мелкие, постоянно заявляют в печати, что партия должна очистить себя, избавиться от пассивности и бездеятельности и возглавить продвижение принципов Конституции, помогать изъявлению воли народа на ближайших выборах.

(Примечание Мемуариста. Когда посол говорит о необходимости оживить партию, у него любопытная игра слов. Буквально это звучит как дегальванизировать партию. Забронзовела малость партия, надо бы сей памятник малость отколупать и заставить работать на народ. Очень хороший образ, как мне кажется. И не только для времён товарища Сталина. Продолжаем.)

Испанский посол сказал мне, что совет партии (Пленум), то есть подробная партийная дискуссия, практически в стиле наших прений, собирался с одной целью. А именно – решить применять ли положения новой Конституции о тайном и всеобщем голосовании или нет.

Настаивали, что поступить так – значит подвергнуться серьёзной опасности, из-за отсталости электората. Утверждают, что лично Сталин решил в пользу применения действительного тайного и всеобщего голосования, к которым призывает новая Конституция.

(Примечание Мемуариста. Любопытное у американского юриста Дэйвиса представление о законности. Оказывается, неважно, что там записано в Конституции. Решать применить её или нет будет лично Рузвельт, простите, Сталин.

Байки испанского посла, конечно, забавны, но смысл ускользает. Зачем было в декабре принимать Конституцию, чтобы через полтора месяца задуматься, а нужна ли она вообще? Сдаётся мне, Советская законность работала несколько иначе. Продолжаем.)

Ситуация сейчас представляется таковой, что лидеры партии, осознав, что с тайным и всеобщим голосованием дело может выскользнуть из рук, решили запустить большую политическую кампанию, дабы удостовериться, что смогут направлять и контролировать избирателей на грядущих выборах. Имею честь оставаться, сэр, искренне Ваш, Джозеф Дэйвис.

(Примечание Мемуариста. А вот на это очень похоже. Отдельные партийные бюрократы и жульё очень сильно занервничали, что могут лишиться тёпленького местечка. И принялись ожесточённо грызться за место у кормушки. Возможно, вина за раскручивание маховика репрессий 1937-го лежит, отчасти, именно на этой реакционной части партийной бюрократии.

Как-то не задумывался раньше о явной взаимосвязи новой Конституции и последовавшими репрессиями. Как только простым Советским людям дали настоящую демократию и власть, отдельные партийные чиновники тут же перегрызли друг друга. Не дождавшись даже выборов, заранее. Напомню, что выборы в Верховный Совет пройдут только в декабре 1937-го. Продолжаем.)

Коммунизм идёт на компромисс с человеческой природой.

Номер 132, Москва, 17-е марта 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Возможные указания на отступление или изменение главного коммунистического принципа русской Революции.

Совершенно секретно.

Сэр, имею часть доложить, что в обсуждениях с персоналом посольства мы подробно устно разобрали ситуацию в России в виду набравшихся различных тенденций и фактов. Они указывают на отход или изменение действующим режимом базовых коммунистических принципов, на которых основывалась Революция.

Представляется довольно ясным, что правящие круги в силу необходимости и для самосохранения были вынуждены отказаться, хотя бы временно, от многих своих коммунистических принципов. Идея бесклассового общества продолжает разрушаться на практике. Правительство само по себе является бюрократией со всеми признаками класса, а именно: особыми привилегиями, более высоким уровнем жизни и тому подобным.

Иллюстрацией является факт, что единственная икра, которую можно достать здесь, подаётся только высшим членам правительства или возможно, приобретается в качестве одолжения через кремлёвский ресторан, работающий для высших членов правительства, живущих там. Сверху донизу обнаруживаются признаки класса.

(Примечание Мемуариста. То ли дело в благословенных США. Не поленился, залез на американский сайт по продаже чёрной икры. Для примера, сто грамм икры белуги стоят в США 684 доллара. Это на наши деньги больше пятидесяти тысяч рублей. За маленькую баночку икры. Демократия. Продолжаем.)

Писатели, художники, даже руководители джазовых коллективов получают высокие зарплаты и пользуются классовыми привилегиями, которые позволяют тратить деньги на предметы роскоши и тому подобное.

Членство в партии составляет особенно привилегированный класс.

В промышленности классы также установились и быстро усиливаются через систему, предлагающую более высокую оплату за больший объём работы. Это в свою очередь ведёт к более высокому уровню жизни среди отдельных рабочих. Классовое сознание подтверждается разницей в жилищных условиях и признаками осознания стиля у части женщин и жён рабочих.

Эти условия конфиденциально признаются здесь официальными лицами. Но они ищут оправдания этому в марксистской теории, что не существует классовых различий кроме тех, что пролегают между рабочими и капиталистическим классом владельцев собственности, который их эксплуатирует.

А поскольку предприятия носят социалистический характер для пользы государства и значит – отсутствует капиталистический класс владельцев собственности, то и в полном смысле слова не существует классов из-за этих различий. Конечно, противоречивость этого очевидна.

В конце концов, "класс" – всего лишь слово, чтобы описать идею. Основа этой идеи в том, что существуют различные группы людей, которые разделяются промеж себя. Очевидно, главные видимые отличия обнаруживаются в разном уровне жизни и особых привилегиях, которыми они пользуются. Не может быть сомнений, что по существу это классовое общество, содержащее семена эгоизма, которые в этих условиях прорастают.

На мой взгляд, значимой вещью касательно этой ситуации является то, что эти теоретические коммунисты, когда облечены ответственностью и сталкиваются с необходимостью сохранения себя во власти, вынуждены прибегать к основам человеческой природы, а именно: собственные интересы и прибыль за труд, чтобы заставить их планы работать и оправдывать свою бюрократию. Бескорыстная промышленная система, которую они основали, впадёт в застой. Чтобы преуспеть, они обязаны прибегнуть к фундаментальным стимулам прибыли и личного эгоизма.

Лидеры заявляют, что это просто ступень в их усилиях достичь полного коммунизма. Есть все признаки того, что правительство само копает себе яму. Пройдёт много времени, прежде чем это капиталистически-социалистическое государство, с его руководителями, наслаждающимися роскошью и властью, разовьётся в государство коммунистическое с бескорыстным обществом.

(Примечание Мемуариста. В тексте книги посол цитирует то ли кого-то из классиков, то ли детскую считалку. К сожалению, первоисточника цитаты найти мне не удалось. Буквально это звучит так: "чудовище добывает мясо, на котором оно ужасно вырастет". Судя по смыслу, речь идёт о том, что правительство, немного отступив от базовых принципов, пожнёт в итоге натуральную бурю. Или закопают сами себя. Продолжаем.)

В армии также старая идея товарищества офицеров и простоты заменена званиями, золотыми галунами, погонами, наградами и аккуратной формой, отличающей один класс от другого.

Другой поразительный признак отступления от коммунистической идеи лежит в отношении правительства к дому, разводам, отеческому долгу, отчизне и национальному патриотизму. Идея мирового пролетариата и Революции отставлена в сторону и заменена идеей национальной России. Гигантская пропаганда привлечена, чтобы создать эту национальную идею. Имею честь оставаться, сэр, искренне Ваш, Джозеф Дэйвис.

Примечание посла. Нужно понимать, как это изложено в приложенных к этому донесению извлечениях (опущены здесь из-за недостатка места), что Советские официальные лица не признают выводы, что я сделал.

"Красная шапочка" – речь Советского посла в Лондоне.

Номер 139, Москва, 18-е марта 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Совершенно секретно.

С момент отъезда испанского посла в Лондон может иметь, а может и не иметь значения то, что Майский, Советский посол в Лондоне произнёс весьма воинственную речь, предполагая, что Россия достаточно вооружилась, дабы справиться с японским и германским нападением, если потребуется – одновременно. По радио также объявили, что законное правительство Испании сделало Англии и Франции предварительные предложения касательно уступок для них в испанском Марокко.

(Примечание Мемуариста. Интересно, кого именно посол именуют законным правительством Испании. Республиканцев-социалистов или фашистов Франко. Судя по тому, как эти законные раздают Кемские волости иностранцам, явно франкистов.

Занятно, уже скоро как век пройдёт, а схема капиталистов одна и та же. Устроить гражданскую войну, объявить своих марионеток законным правительством, а сторонников действительно законной власти упоённо бомбить. Так выглядит американская демократия. Продолжаем.)

Недавно в официальной печати здесь опубликовали длинное обращение, резко обличающее Италию. Оно подписано множеством выдающихся публицистов, учёных и хорошо известных людей из университетских кругов. Некоторыми лицами это расценивается как предвестник усиления военных действий Советского правительства в испанской ситуации.

Одновременно с этим, возобновились слухи, что правительство обдумывает направлять снабжение для Испании с военно-морскими конвоями русских кораблей.

Служащий внешнеполитического ведомства также сообщил мне на другом вечере в бельгийском посольстве, что они оценивают ситуацию с большой серьёзностью и что-то должно быть сделано в действительности.

У меня сложилось впечатление, что европейская ситуация неустойчива до последней степени. Изменения внезапны, даже неистовы, указывают на сдвиг реалистичных национальных интересов. Не существует твёрдой земли, на которой можно было бы заложить фундамент какой бы то ни было безопасности. Кажется, все играют в свои собственные игры, а национальные интересы просто взбунтовались.

(Примечание Мемуариста. Говоря о ситуации в Европе, посол буквально сравнивает её с разлившейся ртутью. С неуловимыми шариками живого серебра.)

Вне испанской ситуации общее мнение таково, что Англия "притормозила" на время, чтобы перевооружиться. Она не рискнёт снова, обжегшись, как в Эфиопии. По общему мнению, на это потребуется года полтора или два. Также всеми признаётся, что опасность лежит в факте, что Германия из-за отчаявшихся или параноидальных лидеров может решиться поставить всё на карту прежде, чем Англия перевооружится.

Меньшие страны Европы, как представляется, рассматривают ситуацию с большими опасениями. Эти впечатления возникли из моих обсуждений с дипломатическими представителями этих стран. Имею честь оставаться, сэр, искренне Ваш, Джозеф Дэйвис.

(Примечание Мемуариста. Наберитесь немного терпения, друзья, про Красную шапочку сейчас будет. Посол Майский уже набрал воздуха в грудь.)

Речь Советского посла Майского в Лондоне.

Журнал, Москва, 13-е марта 1937-го.

Как сообщают в печати, Советский посол в Лондоне произнёс сильную речь. Майский сказал, что опасность войны вообще и против России в частности, за последние пятнадцать месяцев только выросла. Германо-японское восстановление отношений фактически равнозначно военному союзу против СССР. Но Россия с удовлетворением осознаёт, что ее готовность и сила сопротивления также возросли.

Её две границы были "сделаны почти неприступными военными укреплениями, большими хорошо экипированными армиями со всеми современными приспособлениями войны и крупными воздушными силами. В то же время, наша экономическая готовность также не вызывает вопросов."

Он сказал, что стремление к полному экономическому самообеспечению не является частью их политики. Они борются за независимость, а не за экономическую исключительность. И они уже достигли положения, при котором в случае войны СССР может продержаться сколь угодно долго на базе самостоятельной экономики.

Сегодня я могу сказать, – продолжил он, – с полной ответственностью за каждое слово, что в настоящее время мы достаточно сильны, чтобы отразить любое нападение на наши территории, любой иностранной державы, или любого сочетания держав и можем сделать это самостоятельно.

(Примечание Мемуариста. Тут у Дэйвиса при переводе речи Майского возникает игра слов. СССР не только может самостоятельно отбить любые атаки, но может сделать это одной рукой. Практически, одной левой. Хорошо звучит! Продолжаем.)

Их главная забота, утверждает он, предотвратить развязывание войны и вот это в одиночку сделать нельзя. Это делает настоятельным вопрос придания новой энергии Лиге Наций и укрепление принципов коллективной безопасности.

Они верят, что Европа сейчас подошла к переломному моменту, в котором должна сделать конечный выбор. Либо превратить коллективную безопасность в действительную вещь, либо стремиться к так называемой "локализации войны". Путь постоянного отступления перед агрессором в "смехотворной надежде, что, возможно, после всего, этот прожорливый волк не проглотит маленькую Красную Шапочку."

(Примечание Мемуариста. Есть замечательные воспоминания как товарищ Сталин шутливо на примере посла Майского объяснял капиталистам принцип коллективной безопасности.

– Нас тут, товарищи, шестеро. И товарищ Майский, как бы он ни хотел нас побить, знает, что мы будем драться вшестером. Если ему взбредёт в голову такая идея. И непременно побьём его. Вот поэтому товарищ Майский и вынужден вести себя прилично! Продолжаем.)

Дневник, Москва, 18-е марта 1937-го.

Дюранте, Спенсер Вильямс из американо-российской торговой палаты и Джон Хазард приходили на ланч. Дюранте оценил Советское производство золота примерно в четыреста пятьдесят миллионов долларов в год.

Вильямс поделился интересной информацией о том, что американские фирмы не расположены делать бизнес в России из-за требований местного рынка. Одна из фирм увеличила цену на три тысячи долларов за тонну, чтобы прекратить действующие уже квартал поставки, когда русские обратились к ней с просьбой поставлять больше материалов. Всё это к полному изумлению Амторга (Советского агентства в Нью-Йорке).

Джон Хазард – один из самых интересных молодых американцев в Москве. Это один из молодых сторонников Чарльза Крейна, обучающийся в Московском Университете.

(Примечание Мемуариста. Фигура Чарльза Крейна заслуживает особого упоминания. Это крупный капиталист и один из доверенных людей президента Вильсона. Банкир и создатель Федеральной резервной системы США. В сфере его интересов была царская Россия, Китай и арабский мир.

В России он владел несколькими заводами, часто приезжал, активно участвовал в событиях февральской Революции. К большевикам относился крайне отрицательно, финансировал белое движение.

Считался ведущим специалистом по российским делам. Но от должности посла благоразумно отказался. Это такой типичный Сорос, агент влияния ЦРУ, которое тогда еще не догадались создать.

Как обычно, большой любитель Гитлера. Называл нацистскую Германию самым здоровым государством Европы. Настойчиво советовал Рузвельту искать связи с Германией, а не Россией. Следует понимать, что молодой студент Хазард из гнезда Чарльза Крейна, скорее всего, что-то вроде американского шпиона. Продолжаем.)

Он очень способный, говорит по-русски и превосходный студент. Сегодня у нас с ним был ланч и его перечисление трудностей в изучении права в Московском Университете оказалось очень интересным и забавным. Я попросил его изложить это на бумаге, чтобы отправить в департамент.

Кажется, во время процессов и чисток на юридическом факультете была большая неразбериха. Занятия переносились и возникла путаница относительно текстов, которые должны быть изучены. Хазард рассказал мне, что у главы факультета проблемы с властями и есть опасность, что его снимут.

Кажется, он сделал смертельную ошибку, приняв не только первоначальную коммунистическую доктрину братского товарищества, но предсказав, согласно классическим принципам Маркса, что государство как таковое полностью исчезнет, поскольку в нём пропадёт нужда. Он сделал дополнительную ошибку определив время, в течение которого произойдет такое развитие, в результате которого государство исчезнет.

Он сделал это в некоторых публикациях и юридических статьях много лет назад. К сожалению, время, которое он предсказывал – это 1937-й год. Он оказался в опасном положении, преподавая принципы, которые опровергались наглядными каждому фактами.

(Примечание Мемуариста. По всей видимости, речь идёт об Якове Леонтьевиче Бермане. Судя по дошедшим до нас обрывкам его истории, это был убеждённый троцкист и меньшевик. Осужден за антисоветскую деятельность и расстрелян в 1937-м году.

С юридическим факультетом МГУ тоже крайне любопытная история. Все официальные ресурсы университета обходят этот вопрос стыдливым молчанием. История факультета внезапно прерывается в 1937-м и возобновляется только в 1942-м году.

Судя по всему, гражданин Берман вырастил на факультете, которым когда-то заведовал сам Вышинский, крайне достойную смену. Настолько достойную, что факультет просто закрыли на пять лет.

А единичных, не вызвавших вопросов у властей преподавателей, вывели в Московский юридический институт. На базе которого и создадут в Войну новый юрфак.

Возможно, дедушка Ленин знал о чём говорил в письме к товарищам в московской тюрьме: "Адвокатов надо брать в ежовые рукавицы и ставить в осадное положение, ибо эта интеллигентская сволочь часто паскудничает!" Продолжаем.)

Закон сенатора Питтмана о нейтралитете.

Журнал, Москва, 18-е марта 1937-го года.

Радио сообщает, что Палата Представителей одобрила дополнения к части закона сенатора Питтмана о нейтралитете в части, касающейся оплаты и военных поставок. Положения были ограничены на два года, а президенту было дано право временно решать какие товары и сырьё должны быть помещены под эмбарго.

Интересно, может ли Литвинов ошибаться и можем ли мы не понимать, что таким образом мы морим голодом народы, которые воздвигают последние бастионы защиты свободы и демократии против тоталитаризма и жесточайшего контроля над жизнью людей.

(Примечание Мемуариста. Вообще, закон Питтмана – яркая иллюстрация подлой в кавычках "миролюбивой" политики США. Принят в 1935-м году и запрещал торговать со странами, вовлечёнными в военные конфликты. А после фашистского мятежа в Испании в закон добавили еще и пункт про гражданскую войну.

Рузвельт делал вид, что против закона, но своё законное вето почему-то не наложил. Сначала это дикое постановление приняли на полгода, потом продлили на год, запретив еще и кредиты, а в 1937-м году сделали билль бессрочным.

По сути, этим актом правительство США отдало Европу на съедение Гитлеру. Именно из-за этого акта Англия и Франция, как ни просили, так и не получили военных поставок, когда началась Война.

Перестал работать закон Питтмана только в 1941-м году, когда приняли закон о ленд-лизе. В основном для Англии, кстати, а не для нас.

Характерно, что несмотря на явное участие Гитлера в войне против испанских республиканцев с 1936-го года, воюющей стороной Сенат США его не признавал. Поэтому крупные капиталисты США вовсю строили Гитлеру нефтеперерабатывающие, автомобильные и танковые заводы.

И буквально затопили перед Войной Германию американскими займами. Нейтралитет, такой нейтралитет. Продолжаем.)

Дневник, Москва, 20-е марта 1937-го.

Имел интересную беседу с пришедшим на ланч отцом Брауном. Это очень доблестный солдат Господа. Он пришёл с Биллом Буллитом.

Примечание посла. Отец Браун прибыл в Москву одновременно с послом Буллитом сразу после признания Советского Союза Соединёнными Штатами. В ходе переговоров о признании президент в первую очередь настаивал на праве американских граждан в Советском Союзе на свободу вероисповедания и связанном праве священникам их веры исполнять свои святые обязанности в Советском Союзе.

Это был один из важных пунктов соглашения между двумя правительствами. Священники, тем не менее, насколько я понимаю, ограничены в проповедовании, с пониманием, что они не должны лично обращать в свою веру Советских граждан.

Отец Браун был практические единственным западным представителем христианства в Советском Союзе и служил всем конфессиям. При этом, согласно строгим формулировкам соглашения, он имел право служить только американским соотечественникам.

Конец примечания посла.

Он служит всем христианам с большой преданностью и смирением. Он вызывает у меня большое уважение. Более того, он мне нравится. Он простой, скромный и очень хороший человек. У него здесь очень трудная задача.

То и дело, антирелигиозная кампания снова вспыхивает против некоторых людей и жизнь отца Брауна становится сложнее. Живёт он во французском посольстве. Мы с французским послом следим за продлением его визы время от времени, чтобы он мог оставаться в стране.

Это доставляет нам большое удовольствие. Полагаю, он также находит удовольствие в том, что имеет возможность приходить и играть на нашем пианино когда ему захочется.

Дневник, Москва, 21-е марта 1937-го.

Партия в некоторых отделениях запустила общественную кампанию по уничтожению всего, кроме самых искусных икон, одеяний священников, священных сосудов и тому подобного.

Очень жаль, что всё это должно быть уничтожено. Я сделал запрос, чтобы мы могли приобрести некоторые из этих священных реликвий и думаю, разрешение будет нам дано. Если нам удастся это сделать, мы спасём для священных целей хотя бы некоторые из этих красивых вещей религиозной жизни старой России.

Примечание посла. Запрос одобрили.

Московские магазины и театры.

Москва, 22-е марта 1937-го.

Дорогая Элеанор!

Примечание посла. Моя дочь, миссис Миллард Тайдингс.

(Примечание Мемуариста. Вот и третья дочка появилась в книге. Да не просто так, а замужем за мистером Тайдингсом. Сенатором Миллардом Тайдингсом от Мэриленда.

Сенатор, на удивление, похоже, был приличным человеком. Постоянно вносил в сенат инициативы то об осуждении антисемитской политики Гитлера, то, уже после войны, о ядерном разоружении, то о расследовании охоты маккартистов на ведьм. Инициативы, правда, регулярно отклонялись конгрессом, но так уж заведено. Продолжаем.)

Мы были очень заняты приготовлениями к отъезду. Марджори имела успех у жён комиссаров (членов кабинета). Они все работающие женщины, задействованные в крупных занятиях в качестве врачей, руководителей парфюмерных фабрик, инженеров и тому подобного. Они нашли много общего с интересами Марджори и её способностями в деловых вопросах.

Среди самых интересных заведений здесь выделяются опера, балет и театр. Прошлым вечером мы смотрели трагедию Толстого – Царь Фёдор.

(Примечание Мемуариста. Правильное название пьесы всё же "Царь Фёдор Иоаннович". Да и Толстой не тот, который Лев, и не тот Алексей Толстой, что порадовал нас Аэлитой, Гиперболоидом инженера Гарина и Буратино.

Речь идёт об Алексее Константиновиче Толстом, писателе девятнадцатого века, авторе "Князя Серебряного" и "Средь шумного бала случайно". Продолжаем.)

Трагедию давали в Московском Художественном Театре, построенном около пятнадцати лет назад, настоящем центре московского драматического искусства. Он был, конечно, на русском, но мы ознакомились с сюжетом заранее и в высшей степени наслаждались постановкой.

(Примечание Мемуариста. На тот момент театр назывался "Московский художественный академический театр СССР имени Максима Горького". Да-да, тот самый Советский МХАТ. И свою историю театр числит с 1898-го года, со времён Станиславского и Немировича-Данченко. Продолжаем.)

Актёры играли великолепно. Каждый член труппы, вплоть до самого незначительного персонажа, был мастером своего дела. Их поддержка ведущим героям и общее впечатление оказались искусными и всесторонними. Не было ни одной фальшивой нотки и каждый актёр на сцене вносил артистизм и детали в поддержку общей картины и впечатления.

Это было весьма замечательно, поскольку иногда на сцене оказывалось сорок или пятьдесят человек сразу. Главные роли были сыграны прекрасно. Декорации также были очень красивы, конечно, поскольку им доступны огромные коллекции из старых дворцов и палат, которые государство присвоило себе.

(Примечание Мемуариста. Про бедность МХАТА тех лет написано немало. Сохранились воспоминания, что второстепенным персонажам костюмы шили только спереди, так как не хватало материи.

И главной задачей актёра было в запале не повернуться спиной к залу. Какие уж там богатства, якобы разграбленные большевиками, из дворцов. Посол принимает замечательное мастерство наших художников-декораторов за чистую монету. Продолжаем.)

Сценические картины поставлены с большой тщательностью и художественным усердием. Это была одна из наиболее поразительных вещей такого рода, что я когда-либо видел.

Также очень интересны здесь заведения под названием "комиссионные магазины". Они имеют сходство с нашими антикварными магазинами и управляются государством. В них продаются все виды вещей, принесённых владельцами, от картин до спальных гарнитуров, от драгоценностей до фарфора.

Время от времени можно ухватить что-то необычно хорошее, но в основном вещи быстро разбирают. Года полтора назад у них был так называемый "Торгсин", магазины, продающие вещи за доллары (золотые магазины). Сейчас всё это превращено в комиссионные магазины. Долларами теперь не заплатишь, за всё приходится платить рублями. Мы все замечательно развлеклись, немного прикупив кое-что в этих местах.

(Примечание Мемуариста. Торгсин – замечательное учреждение своего времени. Полностью – Всесоюзное объединение по торговле с иностранцами. Там можно было за валюту и драгоценности купить дефицитные товары.

Проработал Торгсин всего пять лет, но за это время государство собрало большой объем валюты и ценностей для закупки оборудования и строительства промышленных гигантов.

Общая валютная выручка Торгсина превысила 273 миллиона рублей. Это сумма равна затратам для закупки оборудования десяти крупнейших Советских предприятий тех лет! Продолжаем.)

На другой вечер у нас был ужин в честь комиссара внешней торговли.

Примечание посла. Впоследствии приговорённого к расстрелу как предатель и участник заговора с иностранным противником.

(Примечание Мемуариста. Речь идёт об Аркадии Розенгольце, действительно расстрелянном в марте 1938-го. Судили его не только за сговор с Германией. Это был третий и последний большой процесс против троцкистов.

Среди обвиняемых оказались такие партийные бонзы как Рыков, Бухарин, Ягода. Кроме заговоров они обвинялись во вполне ощутимых преступлениях. Убийстве Горького и его сына, Куйбышева, подготовке убийства Сталина. Так что посол Дэйвис слегка лукавит. Продолжаем.)

Он управляет этой гигантской монополией экспорта и импорта. Присутствовали только русские официальные лица, персонал посольства и их жёны. Также были некоторые высшие государственные деятели, включая начальника генерального штаба маршала Егорова. Его очаровательную жену, бывшую кинозвездой, комиссара народного образования с его высокой величавой женой (из бывших дворян) и некоторых других, которых я не описываю.

Примечание посла. Маршал Егоров также был осуждён и расстрелян за участие в заговоре.

(Примечание Мемуариста. Маршал Александр Егоров действительно был арестован за участие в заговоре военных, ниточки тянулись к Тухачевскому. Из первого расстрельного списка его вычеркнул лично Сталин.

Но в 1939-м году, в виду вскрывшихся улик, Военная коллегия Верховного суда СССР приговорила Егорова к расстрелу.

Ряд современных украинских источников сообщают, будто всё дело было в жене маршала. Галина Цешковская, известная актриса и красавица, очень нравилась Сталину. Будто бы у них был роман.

Ходит даже рассказ как в 1932-м году на квартире Ворошилова пьяный Сталин кидал в декольте Цешковской хлебный мякиш и мандариновые корки. На глазах у сильно униженного мужа-маршала. За то, мол, и расстреляли маршала, чтобы не мешал встречам вождя с любовницей.

Впрочем, качество источников таково, что это явная подлая выдумка и поклёп. Продолжаем.)

В дипломатическом корпусе это произвело некоторую сенсацию. Официальные лица взяли себе за правило быть с нами очень добры. У нас даже не было томагавка, чтобы закопать и мы только желали им успехов во всех их хороших начинаниях, даже если могли сомневаться в их способность довести планы до конца.

Дневник, Москва, 23-е марта 1937-го года.

Провели в посольстве интересный вечер с ужином, данным в честь Красной армии. Идея возникла следующим образом. Мы получали множество любезностей из рук служащих Красной армии и я предложил полковнику Фэймонвилу, военному атташе посольства, провести обед для командиров Красной армии.

Это оказалось новостью для московских дипломатических кругов. Были некоторые сомнения примет ли Красная армия такое приглашение. Согласно протоколу, ситуация была аккуратно прозондирована и приглашение было принято "с удовольствием".

За посольским столом рассадили около шестидесяти человек. В том числе, высшее командование армии и флота и различных выдающихся людей, таких как лётчики Герои Советского Союза, известные парашютисты, конструктора самолётов и тому подобное. Внешность этих людей производила сильное впечатление: сильные, здоровые, с приятными лицами.

Их форма была идеально подогнана и сияла разнообразными знаками различия и наградами, включая Орден Ленина и тому подобное. Полковник Фэймонвил, очень хорошо знавший всех этих людей, приветствовал их первым и представил миссис Дэйвис и мне.

Некоторые пришли с жёнами. Другие выразили сожаление об отсутствующих жёнах. Обед прошёл радостно. Большинство наших гостей никогда не пробовали прежде "старинный" американский коктейль.

Кажется, он был принят благосклонно. Другими гостями оказались члены персонала посольства. Обед вышел настолько замечательным, насколько могло организовать посольство, со всеми капиталистическими аксессуарами.

(Примечание Мемуариста. Посол имеет в виду не просто "старинный" коктейль. Это вполне конкретная американская выпивка под названием "Олд Фэшн". Делают его из виски, травяного бальзама, кускового сахара и цедры апельсина.

Подают в традиционных низких широких бокалах. Из таких в старом голливудском кино всегда медленно, весь вечер потягивают виски. Подозреваю, что посла несколько шокировала манера наших командиров пить такие коктейли залпом. Продолжаем.)

Маршал Ворошилов сидел справа от миссис Дэйвис с одной из девушек посольства для перевода. Вице-маршал Тухачевский сидел слева от хозяйки рядом с моей дочерью. Она говорила по-русски довольно хорошо, как выпускница колледжа Вассара и студентка Московского Университета.

(Примечание Мемуариста. Посол опять путает должность и звание. Тухачевский был маршалом. И одновременно заместителем наркома обороны. Никаких вице-маршалов в СССР не бывало. Продолжаем.)

Они хорошо поладили на русском и он принялся расспрашивать её про Карла Маркса и коммунистическое учение. Он спросил изучала ли она когда-нибудь марксизм. Она ответила: "Да, в колледже". Он осведомился: "Не думаете ли Вы, что это замечательная система?" Она сказала: "Нет", она не впечатлена ею.

После этого он сказал: "Разве Вы не хотите быть настолько же свободны, насколько русские женщины?" Для Екай это оказалось слишком. Она бросилась в атаку и провела очень лаконичное сравнение свобод американских и русских женщин. Позднее Марджори сказала: "Вероятно, он не поверил, но с другой стороны, может и поверил."

Примечание посла. В течение девяти недель после этого обеда одиннадцать высших офицеров армии и флота оказались под военным трибуналом и были расстреляны. Среди них маршал Тухачевский и еще четверо генералов высшего командования, которые были гостями на нашем ужине.

Тухачевского обвинили как главу заговора с целью свержения правительства. Слухи говорят, будто он оказался настолько глуп, что разболтал некоторые планы своей любовнице, которая явно следовала правилу Ленина: «никому не верь, следи за женой, следи за детьми, доноси правительству об их действиях».

Дамочка сообщила об откровениях Тухачевского в ГПУ. Один крупный чиновник сказал мне, что фактически Тухачевский был предан очень красивой девушкой – германской шпионкой. Ни один из этих предполагаемых фактов не был озвучен на последующем процессе Бухарина, который детально раскрыл заговор Тухачевского по дворцовому государственного перевороту.

(Примечание Мемуариста. Во-первых, ничего подобного про слежку за жёнами и детьми Ленин не говорил. Во-вторых, версия про хитрого герра Шелленберга подбросившего Сталину фальшивый компромат на Тухачевского, давно разоблачена. Нет никаких оснований судить о такой операции.

И в-третьих, сдаётся мне, на процессе ровно потому и не озвучивали бредни про германскую красотку-шпионку и постельные откровения маршала. Судили его на основании иных, совершенно другого уровня достоверности свидетельств и доказательств измены Родине. Продолжаем.)

В соответствии с протоколом для подобных случаев, провозглашались тосты. Как хозяин приёма, я предложил тост за здоровье Красной армии, армии граждан, рабочих и крестьян, "армии народной, превыше всего преданной делу мира". Маршал Ворошилов ответил экспромтом по-русски в очень искусной, вместе с тем простой и выразительной манере.

Он говорил по-русски и каждое предложение переводили как только он произнёс его. Он сказал, что может лично засвидетельствовать правдивость того, что Красная армия – это армия, прежде всего, преданная делу мира. Он сказал, что в Красной армии нет ни одного человека, сверху до низу, который бы с радостью не сбросил свою форму и амуницию, если бы мог себе такое позволить.

Но пока они вынуждены сражаться для защиты своих домов, за сохранение мира на родной земле в безумном мире, где свобода народов постоянно под угрозой нападения обезумевших поджигателей войны. После обеда устроили просмотр кинофильмов.

Советы поддерживают свободный Китай.

Журнал, Москва, 26-е марта 1937-го.

Перед моим отъездом мне выдалась возможность переговорить с китайским послом, мистером Цзян Тинфу. Посол Тинфу выпускник Корнельского университета, очень дружественно настроен к Соединённым Штатам. На свой пост он был назначен с позиции секретаря президента Китая, мистера Лю Шена.

(Примечание Мемуариста. Конечно, произношение китайских имён может очень сильно разниться для европейского уха. Тем не менее, в английской традиции я тоже не обнаружил никаких президентов Лю Шенов.

Скорее всего, речь идёт о главе партии Гоминьдан Чан Кайши. Том самом Чан Кайши, что наградил предателя генерала Власова Орденом Золотого дракона. Продолжаем.)

У меня сложилось впечатление, что за последние несколько дней отношения между Китаем и Советским союзом неизмеримо улучшились. Возникло определённое понимание. Заключена договорённость о том, что Советский Союз воздержится от коммунистических действий в Китае, которые враждебны действующему Китайскому правительству.

Договорённости особо оговаривают, что СССР не будет предоставлять помощь никаким независимым коммунистическим военным силам Китая или местным правительствам. Это очень много значит для Китая и многообещающе для укрепления ситуации в стране. Со своей стороны китайское правительство примет меры, чтобы позаботиться о тех людях Китая, которые вследствие этого окажутся лишены средств поддержки.

(Примечание Мемуариста. История покажет, что Чан Кайши окажется тем еще империалистом и негодяем. И придётся Советскому Союзу поддерживать его злейшего врага – товарища Мао.

Только под руководством Мао и при нашей военной поддержке удастся освободить Китай от японских карателей. По сути, создать современный независимый Китай. Для многих открытие, но если бы не товарищ Сталин, никакого Китая бы просто не было. Продолжаем.)

Дневник, Париж, 29-е марта 1937-го.

Оказались здесь по дороге домой в прекрасный пасхальный понедельник. Вечером посетили оперу "Маруф, башмачник из Каира". Долго мы не высидели. За исключением пения и одного из танцоров, представление оказалось весьма ниже ожиданий и не шло ни в какое сравнение с русской оперой Москвы и Ленинграда.

Дневник, в море, 30-е марта 1937-го.

Отплыли из Шербурга домой на "Королеве Марии".

Часть вторая. Вашингтон и страны Востока

5-е апреля – 20-е июня 1937-го.

Дневник, Нью-Йорк, 5-е апреля 1937-го.

Прибыли в Нью-Йорк. По прибытии сразу же отправился посетить моего старого друга полковника Хауза, который чувствовал себя неважно. Все эти годы его советы неизменно оказывались мудрыми и дальновидными.

Он сказал, что был очень рад, когда президент попросил меня отправиться в Россию. Это одна из больших возможных сил, влияющих на мир во всём мире. Трудно переоценить важность суждения, основанного на личных знаниях действительных сильных сторон Советского правительства, их руководителей и армии.

Слишком много предубеждённых взглядов на Советы ходит по Европе и это ошибка. Руководствоваться предубеждениями вместо фактов – дурная привычка.

Это также очень важно в связи с японским вопросом. Он сожалел, что посол Додд настолько не преуспел в Берлине. Он считает лучшим типом дипломатического представительства такое, которое всегда твёрдо отстаивает идеалы и политику своей страны.

Но при этом осознаёт одной из своих ведущих целей влияние на правительство, при котором аккредитовано, по линиям, ведущим к интересам родной страны и всеобщему миру.

Серьёзной ошибкой является позволить дипломату загнать себя в ситуацию такой враждебности, чтобы оказаться безрезультатным в стране своей аккредитации. Додд был способный человек и держался высоких принципов. Полковнику тяжело было видеть, что Додд неправильно понял свои задачи, особенно в связи с тем, что полковник сам порекомендовал Додда президенту.

Полковник сказал, что очень рад, что президент желает направить меня в Германию сразу после России. Он считает, всё еще есть надежда выработать основы между Германией, Англией и Францией, которые позволят сохранить мир в Европе.

Шансы на это, сказал он, становятся всё меньше и меньше, а ситуация ухудшается с каждым днём. Ужасно жаль, но война практически неизбежна, если только что-нибудь не будет сделано.

Это была отличная встреча, мы вспоминали старые дни президента Вильсона. Здорово посмеялись над историей как мы сидели у президента Вильсона, а он принимал решения по членству в Федеральной торговой комиссии.

Полковник сказал: "Помнишь, Дэйвис, как Вильсон сказал – Не желаю никаких юристов в этой комиссии. Они испортят любое доброе дело. Очень жаль, Дэйвис, что ты юрист, но я всё равно хотел бы видеть тебя председателем!" Полковник тихонько посмеивался.

Меня также впечатлило, что хотя я близко знал полковника Хауза двадцать пять лет или более, он ни разу не позволил себе дурного слова о нашем великом вожде, президенте Вильсоне, несмотря на их разногласия в последние годы.

После этого я немедленно уехал в Вашингтон, чтобы сделать доклад государственному департаменту.

(Примечание Мемуариста. Этот в кавычках "полковник" личность крайне специфическая. Начать с того, что Эдвард Хауз никогда не служил в армии. Полковник он такой же, как "полковник" Сандерс, основатель мировой сети забегаловок с жареными курами из Кентукки.

Полковник Хауз – настоящий серый кардинал начала двадцатого века. Современники вспоминали, что влияние Хауза на президента Вильсона было огромно. При этом крупных политических постов Хауз официально не занимал.

Как обычно, этот добренький дедушка, с которым так мило Дэйвис вспоминает минувшие дни, – циничная акула империализма. Хорошо известна запись Хауза в дневнике незадолго до Версальского мира:

"Миру будет спокойнее, если вместо огромной России в мире станут четыре России. Одна – Сибирь, а остальные – поделённая европейская часть страны". Тоже, видимо, тихонько посмеивался. Продолжаем.)

Дневник, Вашингтон, 6-е апреля 1937-го.

Сразу по прибытии в Вашингтон сделал длительный детальный доклад государственному секретарю Корделлу Халлу. Мне доставило удовольствие, что секретарь комментировал "усилия, что я прилагал к этой непростой работе" и проявленную мною инициативу. Особенно, в этих длительных путешествиях в глубинку "чтобы увидеть своими глазами" каковы условиях вне столицы. Он очень великодушно отозвался о качестве моей работы.

Вечером устроили ужин с Джорджем и Мари Холмс, Стивом и Хелен Эрли, Гарри Гопкинсом, Джесси и миссис Джонс. Все они собрались на ужин неофициально и Джордж настаивал, чтобы я присоединился к ним. Джордж Холмс был в ударе.

Он провёл свой обычный хорошо известный "Открытый форум", на котором "крышка была снята" и каждый оказался на "сковороде". Мы отлично провели время. Гарри Гопкинс и Джесси Джонс особенно интересовались Россией. Они буквально заставили меня говорить о ней. Они хотели подробно знать, что я думаю об увиденном мною промышленном развитии.

Вполне очевидно, им было трудно поверить собственным ушам. Для меня самого было бы непросто поверить в это шестью месяцами ранее, если бы я не видел это своими собственными глазами.

(Примечание Мемуариста. Интерес к Советской индустриализации неслучаен. И Джонс и Гопкинс возглавляли при Рузвельте крупные государственные структуры по борьбе с Великой депрессией.

По сути, задачей обоих было вытащить из кризиса американскую промышленность. И гигантские промышленные успехи Советского Союза на фоне медленно разоряющейся американской промышленности не могли не поражать.

Кстати, всю Войну именно Гопкинс будет главным, хоть и неофициальным дипломатом между Рузвельтом и Сталиным. Он будет заниматься организацией всех главных вопросов: от ленд-лиза до Ялтинской и Потсдамской конференций. Продолжаем.)

Дневник, Вашингтон, 7-е апреля 1937-го.

Был на ланче у президента в его кабинете. Изложил ему детали моего путешествия в промышленные районы, процесса Радека и общей обстановки. Он подробно расспрашивал о процессе.

Его интерес был особенно направлен на обвинения изменников в сотрудничестве с Германией и Японией. Он хотел знать моё мнение о судьях, обвинителях и судебных процедурах.

Он полагал, что моё путешествие на Украину и на Донбасс и отчёты об этих производствах оказались очень ценны для оценки действительной и потенциальной силы России.

Относительно общей европейской военной ситуации он сказал, что пока я здесь, мне следует извлечь столько, сколько смогу из отчетов департаменту о Германии и её отношении к миру в Европе.

Он сказал, что на обеде в Гридайронском клубе он обрисовал Лютеру, германскому послу, возвращавшемуся в Германию, свой план разоружения. Этот план предусматривал просто, что ни одно государство не должно производить вооружения тяжелее, чем может унести мужчина на своих плечах.

Это само по себе предотвратит агрессию сухопутных сил и начнёт длинный путь к сохранению мира. Он просил Лютера обсудить эту идею со своим правительством когда вернётся в Берлин. Он сказал, что я мог бы проследить за этим когда буду возвращаться через Берлин в Москву.

(Примечание Мемуариста. Клуб Гридайрон, буквально клуб "решётка для барбекю" – тоже организация по типу масонской. Создан богатейшими издателями и самыми влиятельными домами прессы. Заседания клуба всегда закрыты, а участники – виднейшие капиталисты и политики. Отчёты о приёмах в клубе не публикуются никогда. Продолжаем.)

Германия, сказал он, создаёт небывалый промышленный военный механизм. Это станет новым фактором войны и крайне опасным, создающим новый вид войны. Он попросил меня уделить особое внимание этой ситуации в связи с моими изысканиями по поводу Германии.

Он был особенно заинтересован объёмом германского государственного и частного долга и их отношением к валовому национальному богатству и валовому национальному доходу. А также каково налоговое бремя: как личное, так и в отношении бизнеса.

А также какой процент валового национального дохода тратится на вооружение и военные приготовления. Я сказал, что достану всё, что смогу в департаменте. Он настроен скептически, но всё же надеется, что кое-что ещё можно сделать, чтобы бороться против течения событий и возможно отыскать некоторые точки опоры, на которых Гитлер, Англия и Франция могли бы прийти к согласию и таким образом предотвратить войну.

Из того, что я услышал, Додд держится за свой пост и не хочет его покидать. Пока он не уйдёт, будет не слишком много шансов, насколько мы видим, попытаться сделать что-то по сближению позиций этих стран.

События развиваются с чудовищной быстротой. Создаются силы, которые будет трудно остановить. Укореняется враждебность и личная вражда. На это указывает и резкость Шахта по отношению к так называемому упрямству Британии.

Не слишком похоже, чтоб у меня появился шанс попробовать сделать что-то из того, что было на уме у президента, если только что-нибудь резко не переменится. Пока не появится возможность сделать что-нибудь подобного рода, пост в Берлине выглядит не слишком привлекательно.

В случае войны эти прусские немцы, которые могут быть очень высокомерны, могут сделать эту работу крайне неприятной для человека, который им не понравится. Я был рад, что президент выглядит исключительно хорошо. Как ему это удаётся, при всех его заботах, выше моего понимания.

Дневник, Вашингтон, 8-е апреля 1937-го.

Приступил к работе в госдепартаменте в комнате, отведённой послам, находящимся "в отпуске домой" для подобных целей.

(Примечание Мемуариста. Говоря о послах "в отпуске домой" Дэйвис шутит. Это выражение одновременно означает побывку, временный отпуск домой американского заключённого из тюрьмы. Так вот страдал в Московской опере свободолюбивый американский посол. Продолжаем.)

Флакк, отвечающий за германское направление, очень помог. Лично он располагает выдающимся объёмом информации и снабдил меня опубликованными источниками информации, а также отчётами из Германии, которые оказались очень полезны. Проработал весь день.

Дневник, Нью-Йорк, 12-е апреля 1937-го.

Мой друг Боб Филд сказал, что полковник Хауз плохо себя чувствует. Мы договорились с Бобом поехать в гости к полковнику. Он был в постели, очень немощный и слабый. Тем не менее, ум его блистал как доллар.

Мы подробно обсудили ситуацию в Европе. Полковник особенно тревожился, что Додд должен оставить пост в Берлине прежде чем станет слишком поздно. Он считал, что события в Европе развиваются с такой быстротой, что скоро окажется слишком поздно для кого бы то ни было "идти против течения".

Полковник сказал, что всё еще есть шанс согласовать точки зрения Британии, Франции и Гитлера на некоторой рабочей основе компромисса, который предотвратит войну. Это возможно, если кто-то способный и тактичный сможет свести стороны вместе.

Насущный вывод был таков: нельзя упустить ни одной возможности в попытках предотвратить войну в Европе или она поглотит нас всех. Он сказал, Додду невозможно ничего сделать в этом направлении, из-за той ситуации, в которую он позволил себя загнать.

Он понимает и симпатизирует личной точке зрения Додда, но к несчастью она лишила его всякого возможного влияния. Что из его личного опыта Мировой войны, он чувствует, что мнения противостоящих сторон могут быть сведены вместе только неким умным посредником.

Он обсудит вопросы с каждым отдельно, а затем попытается найти точки соприкосновения различных позиций. Он даже обдумывал и высказал желательность направить Боба Филда в Германию, чтобы встретиться с Доддом и донести до него взгляды полковника.

Боб Филд – очень способный человек, бывший до войны стипендиатом Родса в Англии.

(Примечание Мемуариста. Упоминание стипендии Родса говорит о двух вещах. Первая – Филд учился в Оксфордском университете. Второе – такую стипендию давали только детишкам из элиты или по большой протекции. Продолжаем.)

Боб приехал из Техаса и был протеже полковника, работавшего с ним во время и после Мировой войны. Он всегда пользовался заслуженным доверием полковника Хауза, не только в силу своего характера, но и в силу своих способностей.

(Примечание Мемуариста. Тут посол Дэйвис завернул весьма хитро. Можно прочесть эту же фразу про Боба в оригинале и в довольно неприглядном смысле. А именно, что Боб всегда умело пользовался доверием полковника Хауза, не только для укрепления своей репутации, но также как возможностью. Большой язвой всё-таки был старина Дэйвис. Продолжаем.)

Я попросил полковника не делать этого. Я не хотел, чтобы на Додда давили, принуждая к каким-либо решениям в результате моих действий. Кроме того, я очень боюсь, что уже слишком поздно.

(Примечание Мемуариста. Поражает уверенность Дэйвиса, что уж он-то справится с посольством в Германии гораздо лучше посла Додда. При том, что Вильям Додд – умнейший человек, выпускник двух университетов, профессор истории в университете Чикаго. Да и в Берлине Додд с 1933 года, пронаблюдал все годы становления Гитлера и нацистской партии.

При этом Дэйвис за свои шестьдесят один год никогда не был на дипломатической работе. А о Германии, по собственному признанию, и вовсе имел весьма поверхностные представления.

Очень похоже, что дело кроется в соперничестве Додда и Дэйвиса за благосклонность президента Рузвельта. И Додд явно выигрывал. По крайней мере, он оказался единственным из послов, имевших право сноситься с Рузвельтом, минуя госсекретаря Корделла Халла. А вот Дэйвису приходится заносить хвосты и президенту и госсекретарю. Продолжаем.)

Дневник, Вашингтон, 15-е апреля 1937-го.

Пообедали с Генри Моргенто и Уманским. Работал в департаменте весь день.

Секретарь по коммерции, мой старый друг Даниэль Ропер позвонил и спросил мог бы я прийти и поговорить с его "Деловым советом", который как раз собрался на заседание.

Конечно, я был рад исполнить его просьбу. Это были лидеры американского делового мира и многие из них – мои старые друзья. Я рассказал им, что я видел в России, а также что я видел в Европе. Я выступал практически без подготовки.

(Примечание Мемуариста. Когда посол говорит, что выступал почти экспромтом он употребляет любопытную идиому. Буквально: "я говорил будто прямо только что с наковальни". Как горяченькая, только что откованная деталь, которая еще требует окончательной доводки и обработки. Продолжаем.)

Суть моей речи заключалась в том, что неважно каковы могут быть наши налоги при работе там. "Мы и половины не знаем!" – пока не столкнёмся с условиями, которым противостоят бизнесмены Европы и люди Европы, и не только с их налогами, но также со страхом, в котором все они живут.

Неважно какие налоги взимаются там. Из того, что видел, я бы с радостью уплатил что угодно за привилегию жить в Соединённых Штатах с нашими законами, нашей системой индивидуализма, которая защищает от тирании государства, партии или человека.

(Примечание Мемуариста. Это фальшивое восхваление прелестей родного американского капитализма перед бизнесменами означает только одно. В Европе налоги на бизнес были существенно ниже, чем в США. Поэтому приходилось пугать Гитлером, чтобы американские производства в погоне за прибылью не разбежались из США. Например, как сейчас, в Китай. Продолжаем.)

Планы проникновения германской агрессии.

Журнал, Вашингтон, 22-е апреля 1937-го.

Поразительно, насколько откровенно нацисты сообщают миру, что они собираются сделать. Официальные новостные агентства объявили, что шестьсот молодых немцев из Юго-западной Африки во время профессионального обучения в Берлине сформировали Национальную группу Юго-Западной Африки, поклявшуюся в верности герру Гитлеру.

Они "обучались в общине" для того, чтобы, вернувшись домой, основать там "германскую общину". Это или колоссальный блеф, чтобы способствовать их дипломатическим манёврам или отчаянная опасность остальным странам в мировом сообществе наций.

(Примечание Мемуариста. История Юго-Западной Африки весьма любопытна. Это территории в самом низу Африканского континента, чуть выше современной ЮАР. В конце девятнадцатого века эти земли оккупировала Германия и объявила своей колонией.

Война там не утихала вплоть до середины Первой Мировой. Воевали не с местным населением, тех просто грабили. Германия делила порабощенных туземцев с Англией.

И вот к 1915-му году Британия победила, германские оккупанты были вынуждены убраться домой. Освободив место оккупантам английским.

Все эти игры с германскими рабочими колонистами – очередная попытка вернуть контроль над бывшей колонией. Получить формальное право напасть на эту страну для мнимой защиты "германской общины".

Выбраться из-под оккупации сначала Англии, а потом их наследников в Африке – Южно-африканской республики территория смогла только к 1966-му году! Сегодня эта бывшая колония Германии и Британии называется Намибия. И почему только там сегодня не особо привечают белых парней? Продолжаем.)

Дневник, Вашингтон, 25-е апреля 1937-го.

Гарольд Вилки, ректор Университета Висконсина приходил, чтобы договориться по поводу принятия русских картин и икон, которые я привёз с собой для передачи Университету. Президент и миссис Рузвельт выразили интерес к их осмотру, поэтому договорились выставить их в Восточной комнате Белого дома.

После осмотра картин президентом и его гостем, моим старым другом Чарльзом Крэйном он настоял, чтобы я и Марджори остались на чай с ним в семейной гостиной на втором этаже. Президент особо отозвался о яркости и красоте снежных зарисовок.

(Примечание Мемуариста. Посол уже, наверное, в пятый раз восхищается "снежными картинами" России. Теперь уже и президент в полном восхищении. Неужели, снег для американцев такая уж диковинка?

С другой стороны, тот же Вашингтон и правда лежит сильно южнее средней России. Вашингтон – это чуть меньше тридцати девяти градусов северной широты. Ровно на этой же широте находится южная Испания, Турция и Душанбе. Так что да, со снегом в Америке проблемы. Продолжаем.)

Дневник, Вашингтон, 28-е апреля 1937-го.

Сегодня обедали с президентом прямо за его столом в Белом доме. Предоставил ему лучшую из возможных оценку экономического состояния Германии, войны и тому подобного. Есть признаки, сказал он, что германская экономическая, промышленная и финансовая мощь намного больше, чем пытаются нас уверить в некоторых частях света.

Германия сильнее, чем обычно принято думать. Он угнетён этой ситуацией. Ему она кажется неотвратимой. Всё же, пока есть шансы предотвратить её, мы должны сделать всё, что сможем. Это может оказаться катастрофическим для нас также, как для Европы и остального мира.

Он обсудил ситуацию на Балканах, Малую Антанту и их потенциальные возможности, как в средствах предотвращения войны, так в военном отношении в случае войны. Он считает, что было бы хорошей идеей в течение лета мне посетить эти различные страны, граничащие с Советским Союзом, и в возможной военной зоне. И доложить ситуацию ему. Додд собирается просить об отставке и он хотел бы, чтобы я планировал отправку в Берлин.

Аресты и преследования католиков в Германии.

Журнал, Вашингтон, 29-е апреля 1937-го.

Дьявольский котёл продолжает кипеть. Четверо римских католиков, включая священника по имени Россэйнт приговорены народным судом Берлина к длительным срокам заключения за подготовку государственной измены. Священника приговорили к одиннадцати годам каторжных работ. Он осуждён за связи с коммунистами – это что-то новенькое!

Дневник, Вашингтон, 29-е апреля 1937-го.

Долго совещались с секретарём Халлом по темам моих обсуждений с президентом. Простота, чёткость мышления и духовная сила наших предков первопоселенцев и народа гор Тенесси, из которых он вышел, прямо проявились в этом великом государственном секретаре.

Его моральное возмущение несправедливостью, беспристрастность суждений и сила убеждений вместе с его мягкостью и терпением – распространённые признаки американского характера там, где он еще остаётся.

(Примечание Мемуариста. Что-что, а польстить начальству посол Дэйвис умеет. По отзывам, этот «мягкий и терпимый» госсекретарь вёл себя с персоналом крайне жёстко и вообще был тем еще «голубем». Продолжаем.)

Потратил остаток дня, обсуждая отчёты с Вильямсоном и Уолласом Мюрреем. Из всего, что я смог получить из этих отчётов и обсуждений с этими людьми, являющимися экспертами, похоже, что Малая Антанта (Чехословакия, Румыния, Болгария, Югославия) находится на грани распада. Если это случится, будет плохо, так как это не только оплот мира, но также и военный бастион обороны.

Нас очень впечатлили взгляды Мюррея. Вероятно, он разбирается в ситуации на Балканах лучше, чем кто-либо здесь. Он на службе долгое время и даёт отменно взвешенные оценки.

Дневник, Вашингтон, 30-е апреля 1937-го.

Потратил день, работая в департаменте. Вчера в конце дня долго беседовал с Самнером Уэллсом. Меня всегда впечатляют его выдающиеся способности и ясность суждений. Он глубоко знает ситуацию в Европе.

Особенно ценно то, что он рассматривает все возможные исходы с точки зрения влияния на ситуацию в обеих Америках, итогового влияния на Южную Америку и на наше политическое и экономическое будущее. Он преданно служит президенту и госсекретарю, равно как и стране.

Гитлер утвердил новый Орден для иностранцев. Государство и церковь.

Журнал, Вашингтон, 1-е мая 1937-го.

Объявили, что Гитлер утвердил новую награду для иностранцев на службе у Германии. Называется – Орден заслуг Германского орла.

(Примечание Мемуариста. Этот орден, усыпанный брильянтами и орлами со свастиками, отлично пометил лучших друзей Гитлера за рубежом. Первым наградили изобретателя фашизма Муссолини.

Среди награждённых: милейший каратель генерал Франко и маршал Маннергейм, про которого теперь рассказывают, что никаким фашистом он не был.

Также в числе кавалеров: Генри Форд и создатель IBM Томас Уотсон, которые совсем даже не финансировали Гитлера на войну против Советов. И почему это Гитлер был уверен в обратном? Продолжаем.)

Гитлер также заявил, что государство собирается взять всех детей нации и делать из них новых германских мужчин и женщин. «Когда ребёнку десять лет, он еще не приобрёл чувства высокого происхождения или родства», – объяснял он, – "но такой же как и другие дети. Это возраст, в котором мы собираемся собрать их, объединить их в колонии и не отпускать до восемнадцати.

Они вступят в партию, СД, СС и другие организации или сразу отправятся работать, в Трудовой фронт или Трудовые корпуса, а затем в армию на два года. Если и это не сможет создать из этих людей нацию, тогда не сможет ничто."

Их идеал – слепое подчинение. Человеку остаётся только один выбор: либо согнуться, либо сломаться. Он продолжил: "Мы не можем позволить кому бы то ни было атаковать эту власть."

Становится всё яснее и яснее, что именно подразумевает Гитлер. Человечные и миролюбивые цели христианской религии не помешают ему делать Рейх и себя самого повелителями германского народа, а возможно, и всего мира.

(Примечание Мемуариста. Не вполне понятно, зачем посол приплёл сюда церковь. Гитлер говорит о планах воспитания молодёжи в нацистском духе. Причём тут католические попы? Более того, папа Римский ничего против Гитлера не имел. Еще в 1933-м году подписан Конкордат между Ватиканом и нацистами.

Впрочем, у посла часто восприятие мира идёт через религиозные очки. Возможно, дело в воспитании. Он сам вспоминал, как его матушка служила в качестве священника. Продолжаем.)

Дневник, в море, 5-е мая 1937-го.

Отплыли на лайнере "Бремен" в двенадцать тридцать пополудни. Уолтер Дюранте приехал, чтобы проводить нас. Мы остановимся в Лондоне на несколько дней пока идёт Коронация.

(Примечание Мемуариста. Лайнер "Бремен" – легенда своего времени. Такой германский наследник "Титаника". Гигантский роскошный трансатлантический лайнер. Мог перевезти через океан две тысячи пассажиров с максимальным комфортом.

Когда началась Мировая Война, корабль стали использовать в качестве плавучих казарм. Немцы планировали задействовать судно во время высадки в Британии. Но в марте 1941-го корабль спалили свои же матросы. Расследование показало, что дело было не в войне и не в английских шпионах. Великолепный корабль спалили дотла конкуренты владельцев лайнера. Капитализм, что поделаешь.

По поводу коронации. В это время в Британии творился натуральный бардак. В январе 1936-го умирает Георг Пятый. На престол восходит Эдуард Восьмой – личность для престола непригодная совсем. Королём он пробудет меньше года.

По официальной версии из-за любви к дважды разведённой даме. Король Англии со времён Синей бороды еще и глава церкви. А потому должен вести себя прилично. У Черчилля есть замечательная речь об этом отречении.

По факту Эдуард оказался слабоват умишком. Немедленно принялся дружить с Гитлером и Муссолини, салютовать нацистские приветствия, а его пассию и вовсе все считали германской шпионкой. Короля интеллигентно попросили подвинуться.

Как раз в мае 1937-го на престол взошёл заика Георг Шестой. Этот оказался, как ни странно, вполне приличным человеком. Доверил Черчиллю формировать кабинет, активно выступал против Гитлера, дружил в Советским Союзом, насколько это возможно для короля и капиталиста.

Именно по его приказу был выкован знаменитый меч "Защитникам Сталинграда". Достойный получился король. Продолжаем.)

Дневник, Лондон, 21-е мая 1937-го.

Пообедали с послом и миссис Бингхэм. Было любопытно. Бингхэм отлично здесь обустроился. Я впечатлён его способностями и скромностью. Его выступление на обеде Пилигримов очевидно произвело сильное впечатление. Он выглядит до последнего дюйма американским джентльменом и представляет доброе имя нашей страны здесь.

Персонал также проявлял к нам большое внимание, несмотря на моё определённое заявление, что мы здесь совершенно неофициально. Они и посол отклонились от своей линии, чтобы разъяснить нам каждое соображение. Атертон, тихий, скромный и довольно замкнутый, поразил меня владением европейской ситуацией. Наши беседы оказались полезны.

Дневник, Лондон, 24-е мая 1937-го.

Уэбб Миллер, директор Юнайтед Пресс в Европе, написавший "Нет мне покоя", сегодня зашел на час или парочку. Он только что вернулся из Испании, "зловония человеческих существ", как он назвал это.

Он собирался в Москву и хотел получить разрешение отправиться в перелёт из Москвы через Северный полюс. Он просил меня помочь ему договориться с Советским правительством. Конечно, я сказал, что перейду все границы и попрошу помочь ему.

(Примечание Мемуариста. Речь о знаменитом журналисте, проехавшем все горячие точки за полвека. От Первой Мировой до Испании и Финляндии. Просился он в беспосадочный Советский перелёт Москва-Ванкувер через Северный полюс.

Полёт этот совершенно героический. Летели в июне 1937-го почти трое суток над полярными льдами. Экипаж Чкалова, Байдукова, Белякова совершил настоящий подвиг. До этого перелёт из СССР в США без посадки считался в мире невозможным. На американской земле героев принимал лично Рузвельт. Продолжаем.)

Вечером ходили в Ритц на обед с миссис Дуайт Морроу. Полковник Линдберг был там и сказал, что двенадцатого мая у него родился маленький сын. Также он рассказал о забавном случае на обеде у Геринга в Берлина. О домашней львице Геринга и как эта игривая домашняя зверушка в гостиной полностью уничтожила великолепную военную форму Геринга.

(Примечание Мемуариста. На хорошенькие приёмы ходят американские журналисты. Герман Геринг – второй человек Рейха после Гитлера. По какой-то причине считает необходимым развлекать американскую прессу. С чего бы это? Кстати, Нюрнбергский трибунал приговорил душку Геринга к повешению. К сожалению, преступник успел покончить с собой раньше. Продолжаем.)

Дневник, Лондон, 25-е мая 1937-го.

Долгий и приятный визит мистера Ллойд Джорджа и лорда Дэвиса, главы Клуба нового Содружества, организации борющейся за мир между народами.

Эта энергичная организация делает важное дело. Лорд Дэвис человек гигантского состояния, растрачивает его, чтобы предотвратить войну. Он – настоящая движущая сила этой организации. Посетили сегодня большой ланч в Карлтоне, данный клубом в честь Уинстона Черчилля.

Дневник, Лондон, 26-е мая 1937-го.

Марджори и я обедали с мистером и миссис Черчилль в очаровательных маленьких апартаментах в городе. На стенах восхитительные, очень интересные работы маслом. Как сказала нам миссис Черчилль – они написаны её мужем. Его хобби – класть изгороди из кирпичей и камней, создавать сады камней и рисовать маслом пейзажи. На обеде присутствовало большое число дипломатов из европейских стран.

За кофе Черчилль поинтересовался "этими процессами о чистках". Он засыпал меня вопросами. Я рассказал ему правду, как видёл её сам. Очевидно, для дипломатических гостей это стало большим сюрпризом. Разговоры подобного рода здесь не в моде, настолько резки предубеждения.

Черчилль не испытывает любви к коммунистам. Он имел некоторый печальный опыт в связи с ними. Тем не менее, он честный и рассудительный человек и хотел бы разобраться в фактах. Он определённо не любитель принимать желаемое за действительное.

Я привёл факты с Советской точки зрения и кратко описал доводы правительства по этим делам. Черчилль сказал, что я дал ему совершенно новое понимание ситуации.

Он спросил о мощи Советской промышленности и армии. Очень плохо, что этот человек больше не в правительстве здесь. Мир был бы в большей безопасности. Он произвёл на меня впечатление великого человека.

(Примечание Мемуариста. Черчиллю в 1937-м году уже шестьдесят три года. Но его величайшие годы еще впереди. В 1940-м году он возглавит британский кабинет и прослужит премьером всю Войну. Негодяй, империалист и каратель был еще тот, но личность, безусловно, великая. Продолжаем.)

Преследование церкви в Германии.

Журнал, Лондон, 30-е мая 1937-го.

Оно всё еще продолжается! Особый суд Берлина приговорил сорока двух бывших членов Международной студенческой библейской ассоциации к срокам заключения на той основе, что они "преследовали тёмные политические цели под маской религиозных действий."

Дневник, Лондон, 1-е июня 1937-го.

Русский посол Майский пригласил посла Бингхэма и меня на ланч. Из дам присутствовала только миссис Майская. Бингхэм (по моей просьбе) и я подчеркнули Майскому, что Советский Союз, как второй крупнейший в мире золотодобытчик, сильно заинтересован в мировой цене на золото. И что в их интересах объединиться с секретарём Моргенто в его усилиях поддержать мировой рынок золота для сохранения стабильности мировой торговли и курсов обмена.

(Примечание Мемуариста. Секретарь Моргенто – этот тот самый министр финансов США, женившийся на дочке хозяина банка Леман бразерс.)

Дело заключалось в том, что предполагалось будто Россия собирается выставить очень большой объем золота на рынок Нью-Йорка этой весной. Этого было вполне достаточно, чтобы обвалить американский рынок.

Я сказал Майскому, что обсуждал это с Литвиновым и подчеркнул, что, несомненно, в интересах России "не сбивать рыночную цену" на один из самых ценных их продуктов. Я не сказал ему, так же, как не сказал Литвинову, что Моргенто очень озабочен их поставками золота. Бингхэм сделал отличное заявление, крайне убедительное. Думаю, Майский был впечатлён.

Примечание посла.

Впоследствии достигли договорённости, что СССР направит особого финансового секретаря в качестве посредника между их посольством в Вашингтоне и Министерством финансов США.

Трагедия католиков в Германии.

Журнал, Лондон, 10-е июня 1937-го.

В депеше из Рима сообщается, что его Святейшество Папа Римский принял группу германских паломников из Аугсбурга. Он сказал им: "Католическая Германия сейчас переживает часы, не только мрачные, но и достойные сожалений – поистине, они столь мрачны, столь угрожающи и столь печальны, что вызывают у нас слёзы."

Расстрелы красных генералов.

Журнал, 11-е июня 1937-го.

Печать доносит потрясающие новости, что после закрытого процесса Военная коллегия приговорила к высшей мере маршала Тухачевского, генералов Путну, Якира, Уборевича, Фельдмана, Корка, Примакова и Эйдельмана за "неоднократную подлую измену, передачу военных секретов бесспорно враждебным силам фашизма, а также за службу агентами с целью свержения Советского государства и восстановления капитализма."

Суд состоял из судьи Ульриха и восьми старших офицеров армии. Сообщалось, что двое из них – маршал Блюхер (прибывший с Советского Дальнего Востока) и старый большевистский герой маршал Будённый требовали смертного приговора.

Обвинённые генералы до недавнего времени занимали практически все ключевые командные посты в европейской России, включая Минск, Киев и Харьков. Генерал Путна, при этом, был военным атташе в Лондоне.

Генерал Фельдман возглавлял управление по командному и начальствующему составу Красной армии. Генерал Эйдельман был председателем Осоавиахима (Общества содействия обороне, авиационному и химическому строительству).

Согласно официальному сообщению о процессе, заключённые признали обвинения и явным образом признали, что в течение длительного времени действовали в качестве шпионов и агентов соседних государств, которым они предали все военные секреты Советского Союза.

Двенадцатого июня правительство сообщило, что восемь приговорённых были расстреляны.

Журнал, Лондон, 14-е июня 1937-го.

Сегодня печать сообщила, что Розенгольц, комиссар внешней торговли отстранён от своего поста. Бедняга Розенгольц! Я надеялся, его это не коснётся. Всего несколько недель назад мы были приглашены провести день на его даче.

Журнал, Берлин, 20-е июня 1937-го.

По дороге обратно в Москву я остановился в Берлине и навестил Шахта в Рейхсбанке. У нас вышел долгий разговор. Он с большим пылом пустился в долгое обсуждение несправедливостей, которые Германия потерпела и всё еще терпит от рук Британии и Франции. Я выслушал его до конца, но затем стал говорить с ним весьма откровенно.

Эти вещи, – сказал я, – могут убедить американский народ, за исключением одного фактора. Это – воинственная и угрожающая позиция, занятая лидерами Германского Рейха. Совершенно дерзкая и жестокая манера, в которой они угрожают тем, что они сделают "если только не". И всё это с постоянным позвякиванием саблей.

Иллюстрируя свою мысль, я привёл факт, что если фермер из Миннесоты в силу неудач, неурожая или пожара, сталкивается с нуждой и разорением, его соседи создадут "общество помощи" и объединятся, чтобы помочь неудачливому, но порядочному гражданину получить шанс встать на ноги и стать процветающим, уважающим себя членом общества.

Но если эти же самые соседи придут к убеждению, что этот неудачливый человек на самом деле Джесси Джеймс, бандит, который воспользуется их помощью и станет сильнее только для того, чтобы позднее напасть на них, они естественно останутся глухи к его мольбам о несправедливостях, которым он подвергся. Я полагаю, это иллюстрирует позицию, в которую Германия быстро загоняет себя.

(Примечание Мемуариста. У посла в этом пассаже два любопытных выражения. Когда он говорит об обществе соседской взаимопомощи, он буквально называет его "строительной пчелой", по аналогии с "рабочей пчелой". А когда говорит о внезапно оглохших к мольбам бандита соседях, это звучит как "повернулись к говорящему глухим ухом". Продолжаем.)

Он ответил, что они пробовали действовать таким образом и потерпели неудачу. Единственный язык, который понимает Франция и Британия, – язык силы. Я сказал, что не думаю, чтобы дело обстояло таким образом.

Затем я очертил предложение президента по ограничению вооружений только до защитного оружия. Такого, что мужчина может унести на своём плече. Он почти подпрыгнул на своём кресле от энтузиазма. Он сказал, что это настолько просто, будто выражено гением. Он считает, что это возможно удастся сделать.

Он спросил меня: "Вы сможете повторить эти вещи Гитлеру, если отыщется такая возможность?" Я сказал: "Разумеется, буду рад сделать это." Он сказал, что, по его мнению, это можно организовать (Смотри письмо президенту).

Что ж, увидим! Это проверка, есть ли действительно воля к миру или жребий уже брошен и Гитлер выбрал свой путь. Безвозвратный путь. К войне.

Часть третья. Чистки в Красной Армии

25-е июня – 28-е июля 1937-го.

Дневник, Москва, 25-е июня 1937-го.

Марджори и я посетили Новодевичий монастырь. Внутри монастыря располагается кладбище, на котором в освящённой земле похоронена жена Сталина. Могила отмечена стелой из грубого белого мрамора в центре островка зелёной травы, ограниченного чёрным мраморным бордюром.

Из этого грубого белого мраморного камня выступает изумительная голова милой женщины – красивое лицо, волосы просто убраны за уши и собраны узлом на затылке. Тело и грудь теряются в грубом камне простой стелы. Это очень красивый образчик скульптуры создан известной женщиной-скульптором Мухиной.

Это она создала величественную фигуру мужчины и женщины, размещённой на вершине Советского павильона на Парижской выставке.

(Примечание Мемуариста. Речь идёт о международной выставке в Париже 1937-го года. У подножия Эйфелевой башни разместились настоящие здания крупнейших стран мира. Самыми величественными павильонами были признаны Германский и Советский.

Наш павильон высотой с двадцатиэтажный дом венчала статуя Рабочего и Колхозницы. На мрачной колонне Германского павильона восседал гигантский бронзовый орёл. Характерно, что эти павильоны оказались ровно друг против друга. Рабочий и колхозница в едином порыве как бы грозили нацистской птице. Продолжаем.)

Здесь также похоронен сын Горького. Могила отмечена другим красивым мраморным скульптурным портретом. Он наполовину выступает из куска мрамора. Юноша в широких брюках, без пиджака, рубашка распахнута на шее. Это выдающаяся по своей живости скульптура. Она тоже создана прославленным скульптором Мухиной.

Москва, 26-е июня 1937-го.

Дорогой, мистер президент!

Следуя линии нашего последнего обсуждения, по дороге сюда я остановился в Берлине. Я обнаружил, что посол Лютер не вернулся в Германию напрямую, но едет через страны Востока.

Тем не мене, я совершил крайне интересный личный визит к Шахту. Он говорил с большой откровенностью и глубоким чувством.

Он сказал, что настоящей причиной неприятностей в Европе является страх. Попытки решить проблему стабилизацией валюты, устранением экономических помех торговле и тому подобным, конечно полезны, но окажутся тщетными для предотвращения катастрофы европейской войны, ибо не устранят причину – страх захвата или вторжения, военного или экономического.

Затем я заявил ему, что президент в обсуждении со мной анализировал ситуацию в Европе и пришёл к выводу, что решение может быть найдено в соглашении между Европейскими народами о сокращении вооружений до чисто оборонительной военной основы. На основе устранения самолётов, танков и тяжёлого вооружения следует ограничить вооружения до таких, которые мужчина может унести на своей спине. С соглашением среди народов по адекватному надзору за выполнением этого плана нейтральным государством.

Шахт буквально подскочил от этой идеи. Он сказал: "Несомненно, это решение!" Он сказал, что по своей простоте оно имеет все признаки гениальности. Его энтузиазм был совершенно исключителен.

(Примечание Мемуариста. Личность Ялмара Шахта неоднозначна. С одной стороны видный нацист, главный банкир Гитлера. Именно он организовывал финансовую подготовку к завоевательной войне Рейха.

С другой стороны – Шахт всегда был противником масштабной войны. В 1944-м году даже участвовал в подготовке покушения на Гитлера. Когда оно сорвалось, успел посидеть в лагерях. Нюрнбергским трибуналом был оправдан. Продолжаем.)

Я спросил, считает ли он, что германское правительство может рассмотреть план такого рода. Он с уверенностью заявил, что может.

Я спросил встречался ли он с послом Лютером после его возвращения. Он ответил, что не встречался. Я предложил, чтобы он ознакомился с донесениями посла министерству иностранных дел, направленными до отъезда Лютера из Вашингтона. Он сказал, что сделает это. Также он сказал, что проработает эту идею с правительством и порекомендует им обсудить её со мной подробнее.

Если стороны действительно желают мира, вот она формула и помощь, только руку протяни. Она может быть проработана со сравнительно малыми трудностями. Если она может быть воплощена в реальность, тогда Ваш план спасёт европейскую цивилизацию.

Если же другая сторона уклонится, возможный обмен письмами между президентом Соединённых Штатов и второй стороной прояснит атмосферу и возложит бремя ответственности за войну на тех, на ком ему надлежит быть.

С заверениями в моем глубоком восхищении и теплыми пожеланиями, с уважением Джозеф Дэйвис.

Нота бене. В виду того, что это был не официальный, а чисто личный визит к Шахту, я не сообщал о нём послу Додду.

(Примечание Мемуариста. Что-то темнит посол Дэйвис. Привозит план разоружения, собирается встречаться с Гитлером и при этом ничего не говорит действующему послу США в Германии.

Что-то другое хотел Рузвельт от Шахта. Не случайно американцы пошли сначала не к партийным бонзам, а туда, где хранилось германское золото. В Рейхсбанк. Может и оправдали главного банкира Гитлера не просто так? Кто знает. Продолжаем.)

Дневник, Москва, 27-е июня 1937-го.

Ходили смотреть футбольный матч на московский стадион. Советская команда-чемпион играла с испанской командой-чемпионом, прибывшей в Москву на турнир. Стадион – гигантская чаша из бетонных конструкций, построенная в наиболее современном стиле и выигрывает в сравнении с любым из наших стадионов. Вместимость стадиона более ста тысяч человек!

(Примечание Мемуариста. Речь идёт о знаменитой футбольной серии из девяти матчей сборной испанской Басконии с Советскими клубами. Это было большим событием для Советского футбола. Дэйвис попал на второй матч серии с Динамо Москва.

По воспоминаниям, гигантский стадион было почти полон. Собралось более девяноста тысяч болельщиков. Наши игроки сначала повели в счёте, но потом удача изменила. Закончилась игра со счетом два – один в пользу испанцев. Продолжаем.)

Журнал, Москва, 28-е июня 1937-го.

Очень важно, что не только здесь, но по всей Европе ни для кого не существует частной жизни, скрытой от присмотра тайной полиции. Утверждают, что есть только два места, где с уверенностью тебя не подслушают. Или на открытом пространстве, или в комнате, где можно стучать по дереву графитовым карандашом и прерывать звуковую волну.

Это распространённая практика в Москве. Мне говорили, то же самое происходит по всей Европе. Тайная полиция вездесуща. Ни одно правительство не доверяет другому правительству.

Ужасная часть этого состоит в том, что даже к чётким обещаниям правительства нет никакого доверия. Даже если эти обещания записаны и скреплены печатью. Более того, в философии нацистской партии подобное предательство не только не считается за бесчестье, но ценится как знак силы и способностей.

Я был поражён двумя моими самыми первыми дипломатическими визитами к коллегам-послам. Я обратил внимание, что каждый убирал телефон в стол, объяснив мне, что именно в телефонных аппаратах тайная полиция обычно прячет свои диктофоны.

Убийство красных генералов,

28-е июня 1937-го.

Достопочтенному Самнеру Уэллсу.

Мой дорогой Самнер.

Обстановка тут, как обычно, озадачивает. Те, кто пробыл здесь дольше всего, считают, что ситуация очень, очень серьезная. Похоже, наилучшей оценкой, является вера в то, что по всей вероятности, существовал определённый заговор с целью военного государственного переворота.

Не обязательно против Сталина, но против правительства и против партии. И что Сталин ударил с привычной скоростью, мужеством и силой. По всей стране развернулись яростные "чистки".

Самые уравновешенные умы дипломатического корпуса придерживаются мнения, что на правительство не надвигается угроза и оно по-прежнему сильно. Всё это, тем не менее, с оговоркой, что всё зависит от того, была ли армия серьезно заражена заговором и отлучена от Сталинской администрации или нет.

Общее впечатление таково, что не была, но точно не знает никто. Этот фактор учёту не поддаётся.

Прошлой зимой Иден отверг германские подходы по отношению к экономической помощи через колонии или иным образом, пока в Восточной Европе не будет гарантировано такое же политическое благополучие, как в Западной. Демонстрация русских самолётов и танков в Испании охладило пыл германского и итальянского военного командования. Это признаётся всеми.

Мощь Красной армии и заявляемая, хорошо известная приверженность СССР к миру расценивается в качестве явного фактора в поддержании мира в Европе. Это определённо может внести свой вклад в баланс сил и поддержать демократический "блок".

(Примечание Мемуариста. Этот самый Самнер Уэллс – фигура любопытная. И дело даже не в обвинении в любовной связи с двумя чернокожими проводниками, которым завершилась его карьера. Это заместитель госсекретаря США и ближайший политический порученец Рузвельта.

Это Уэллс ставил во главе Кубы марионеточного диктатора Батисту. Которого так тяжело потом пришлось свергать Фиделю Кастро. В 1940-м году вёл активные переговоры с Рудольфом Гессом и лично с Гитлером. Аплодировал Мюнхенскому сговору.

Издал декларацию о незаконном захвате СССР Прибалтики. В общем, друг Советов еще тот. Что не помешало Маккартистам во время охоты на ведьм объявить Самнера чуть ли не Советским агентом. Противоречивая была личность. Продолжаем.)

Дневник, Москва, 29-е июня 1937-го.

Вечером провели обед тридцати шести в честь литовского посланника, поэта – весьма известного и большого друга США. Также были китайский и французский послы и высокопоставленные гости.

Наилучшим замечанием вечера стало заявление очаровательной маленькой супруги китайского посла. Она сказала: "Нет, я не дипломат. Я действительно искренна. Я говорю правду."

Примечание посла. К моему удивлению, я обнаружил, что советник Балтрушайтис был большим поклонником Эдгара Алана По и переводил его работы на русский.

(Примечание Мемуариста. Речь идёт о литовском после Юргисе Балтрушайтисе. Он действительно был крупным поэтом, варился к кругах поэтов Серебряного века от Бальмонта до Брюсова. Будучи литовским патриотом и националистом, написал более трёх сотен стихов. На русском, что характерно, языке.

Впрочем, на родном литовском он тоже отметился. Любопытно, что первый сборник литовских стихов будет подготовлен к изданию незадолго до смерти. Разумеется, в Париже. В оккупированном фашистами Париже. Интересный штрих к литовскому национализму. Продолжаем.)

Жизнь в Москве.

Москва, 30-е июня 1937-го.

Дорогая Екай!

Мы провели очень приятный вечер в норвежском дипломатическом представительстве с Урбисом. Это был небольшой совершенно очаровательный обед. Имел очень интересную беседу с французским послом, который крайне озабочен кризисом в Испании. Кризис проистекает из отстранения Германии и Италии из комитета о невмешательстве и от участия в надзоре за событиями.

Садик норвежского представительства довольно мил и мы долго просидели там в сумерках. В одиннадцать вечера было еще довольно светло.

Позднее мы отправились на званый ужин в болгарское представительство в честь рождения наследника престола. Там были все и встретить всех друзей из корпуса оказалось очень приятным.

Мадам Литвинова пришла с наркомом иностранных дел, немедленно подхватила Марджори и они вдвоём надолго отправились в толпу. Мадам Литвиновой было интересно услышать о тебе и твоём интересе к Базовому английскому. Она хотела узнать о твоей работе в летней школе и когда ты планируешь получить степень в колледже Вассара.

(Примечание Мемуариста. Если Вам кажется, что товарищ Литвинова, пришедшая с наркомом, то есть с мужем – звучит странно, Вы правы. Но всё еще хуже. Дэйвис продолжает путать должности. В данном случае Литвинов впервые превратился у него в секретаря по иностранным делам, то есть министра иностранных дел по-американски. Продолжаем.)

Воскресным вечером мы обедали в итальянском посольстве. Посол и миссис Россо выглядели замечательно. Все проявляли большой интерес к вечеринке, собранной тобой в посольстве в наше отсутствие. Они рассказали нам всё о ней и как замечательно ты всё провела. Очевидно, это большой успех.

Как обычно, впечатления утрированы и преувеличены. Это связано с описанием в иностранной печати влияния чисток Красной армии на обстановку в Москве. Насколько касается Москвы, на поверхности всё так же спокойно, как в этот июньский день. Всё во всех отношениях так же нормально, как когда ты была здесь.

Разумеется, в дипломатическом корпусе возникло большое волнение, беспокойство и слухи. Слухи эти многочисленны и таинственны, в них шёпотом сообщается о многозначительных выводах из информации, полученной за чашкой чая. Возможно, где-то под поверхностью может существовать и вероятно, существует сильное брожение среди русских людей. Но это Россия и видимо, такие вещи определённо замалчиваются.

Главный вопрос – будет ли подорван боевой дух армии расстрелами этих генералов или их верность отвратится от Сталина. Если Сталину удастся удержать верность армии, он укрепится политически намного сильнее, чем когда бы то ни было, поскольку сокрушил всех потенциальных соперников и лидеров.

Журнал, Москва, 1-е июля 1937-го.

Советское правительство объявило о выпуске нового оборонного займа на четыре миллиарда рублей под четыре процента годовых. Он должен быть полностью погашен к 1957-му году.

(Примечание Мемуариста. Еще один характерный штрих к рассказам либералов, будто Сталин начал готовиться к Войне только с конца 1940-го года.)

Это заинтересовало меня по двум причинам. Первая – это показывает насколько много они тратят на оборону – вдвое больше, чем Англия и Франция вместе взятые. Вторая – показывает, что за использование замороженного труда (то есть капитала) нужно платить.

В противовес базовой коммунистической идее, что платить нужно только за человеческий труд, что никому не следует платить за использование замороженного труда (капитала), поскольку это порок капитализма. Проценты – это оплата за использование капитала и здесь они платятся самим государством в прямое нарушение фундаментального принципа Марксистской философии.

(Примечание Мемуариста. Посол Дэйвис в попытке уязвить большевиков не видит ключевой разницы. Капиталист получает проценты. И рабочий, отдавший получку на оборонный займ, тоже получает проценты.

Но есть некоторая разница между берлинским или лондонским рантье, наживающемся на труде рабочих масс и простым работягой, отдавшим последнее на защиту своей Родины. На защиту как раз от армий тех самых берлинских и лондонских рантье. Продолжаем.)

Когда Япония обнаружила, что Россия не блефует.

Номер 414-А. Москва, 1-е июля 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Советско-японский инцидент на Амурской границе.

Совершенно секретно.

Сэр, в связи с сообщениями о протестах, сделанных японским послом мистером Шигемитсу Советскому дипломатическому ведомству 29-го июня, я получил информацию из надёжного источника, что обсуждения между послом Шигемитсу, Литвиновым и Стомоняковым (заместителем Литвинова) носили необычайно серьёзный характер. Они характеризуются крайне наглядной озабоченностью сторон, затянулись надолго и продлились всю ночь до ранних часов утра.

Утром 30-го июня мне снова сообщили, что японский посол практически выдвинул Литвинову ультиматум, с требованием к Советскому правительству отвести их военные силы с островов. Литвинов до некоторой степени согласился и в конце концов предложил, чтобы обе стороны отвели свои вооруженные силы, дабы сделать возможными переговоры и обсуждения сопутствующих юридических вопросов без опасности столкновения близко расположенных вооружённых сил.

Япония отказалась сотрудничать по этому предложению о подобном взаимном отводе сил. Представляется, что ситуация осталась в той точке, когда Япония категорически требует отвести Советские силы, а Литвинов предлагает отвод сил обеим сторонам. При этом, с другой стороны, Япония держится за сданные ей карты и отказывается принять что-либо, кроме ее первоначального требования эвакуации Советских сил.

Днём того же дня, 30-го июня, прежде, чем переговоры возобновились, произошло столкновение между вооруженными силами Советских патрулей и Японско-Маньчжурскими катерами и канонерскими лодками на реке Амур поблизости от тех островов. В результате одно судно было потоплено, другое выброшено на берег с сопутствующей гибелью нескольких человек.

В этот день снова были проведены расширенные обсуждения между японским послом и внешнеполитическим ведомством. Насколько я информирован, переговоры снова продлились до ночи и не привели ни к какому соглашению. Такова обстановка здесь на утро первого июля.

(Примечание Мемуариста. Речь идёт о "Благовещенском инциденте", он же "инцидент у Константиновских островов". Это была явная провокация японских оккупантов Китая с целью развязать войну против СССР и Китая.

На тот момент, на захваченной Японией территории Китая было создано марионеточное государство Маньчжоу-Го. Никакой самостоятельности оно не имело, служило исключительно маской для японских карателей.

Началось всё с того, что японские канонерские лодки 29-го июня атаковали наших пограничников на островах Сеннуха и Большой на реке Амур поблизости от Благовещенска. На следующий день три наших патрульных катера снова были атакованы японцами и вступили в бой.

Второго июня в целях сохранения мира СССР согласился отвести наши войска, сохранив за собой право на эти острова. Провокация японцев не удалась.

Впрочем, меньше чем через неделю японцы своего добьются. Начнётся долгая и кровавая японо-китайская Война. Японские каратели уничтожат за эти годы более тридцати двух миллионов, в основном, мирных китайских крестьян.

Закончится эта война только победами нашей Красной армии над японскими милитаристами в августе 1945-го года. Продолжаем.)

Через Лондонский офис Ассошиэйтед Пресс я получил информацию, что в Токио ситуация рассматривается как крайне серьёзная. Общественное мнение Японии серьёзно взбудоражено. Японское правительство рассматривает созыв особого заседания для изучения проблемы и даже Токийская фондовая биржа, скорее всего, будет закрыта.

(Примечание Мемуариста. Обратите внимание, официально Япония не имеет никакого отношения к инциденту. Советские пограничники столкнулись с войсками Великой Маньчжурской Империи, она же Маньчжоу-Го.

У них даже свой президент был, в 1945-м бросивший страну и пытавшийся сбежать на личном самолёте. Не успел, наши десантники взяли его прямо на взлётной полосе.

А вот для дипломатического корпуса никакого Маньчжоу-Го просто нет. Все понимают, что на самом деле на Россию в очередной раз коварно напала милитаристская Япония. Продолжаем.)

Вы, бесспорно, помните, как в донесении номер сто пятьдесят два от 26-го марта 1937-го я сообщал о моей мартовской беседе с японским послом.

Вы помните, что во время моего пребывания в Вашингтоне, я обсуждал с президентом, так же как и с Вами значимость той беседы с японским послом. И что президент предложил департаменту обдумать не станет ли неплохой идеей для посла Грю и меня встретиться где-нибудь посередине между США и Японией, чтобы обсудить, что может быть сделано для дела мира и понимания между этими двумя странами.

Имея в виду эти факты, стремительность развития событий и вероятность того, что каждой из сторон может оказаться выгодным развязывание войны в это время, а также учитывая пугающие возможности, которые может повлечь подобная война не только для участвующих сторон, но и для Европы и косвенно для всего мира, я решил посетить и японского посла, и Литвинова, чтобы удостовериться какова ситуация в действительности, чтобы я мог точно доложить Вам факты, а также, пользуясь случаем, выразить надежду, лично и неофициально, что ситуация может удерживаться в таком состоянии, чтобы не допустить скатывание к настолько серьёзному инциденту, который может повлечь опасность войны.

(Примечание Мемуариста. Предыдущее предложение у посла в оригинале занимает одиннадцать полных строк. Сорок лет юридической карьеры Дэйвиса дают о себе знать. Продолжаем.)

Японский посол ответил очень быстро и предложил мне встретиться в течение часа. От Литвинова я получил ответ, что он будет рад встретиться со мной второго июля.

Хочу подчеркнуть, что специально прояснил японскому послу, что встречаюсь с ним по моей собственной инициативе, в первую очередь, чтобы уточнить факты. Что, выражая мою собственную надежду, что данному инциденту не позволят развиться в большую ситуацию, которая могла бы вызвать катастрофу войны, я ни коим образом не выступаю от имени или по указаниям моего правительства, так как не получал подобных указаний.

В следствие быстроты развития событий, я взял на себя ответственность предпринять вышеуказанные действия, в виду получения настолько точных фактов, насколько возможно из первых рук, чтобы доложить Вам и президенту. А также, поскольку надеюсь, что смогу внести вклад в умиротворение опасной ситуации без серьёзного риска недопонимания. Имею честь оставаться, сэр, искренне Ваш, Джозеф Дэйвис.

Примечание посла. Позднее в 1938-м году в Европе одно высокое официальное лицо Японии сказал мне, что японское правительство умышленно провело эти проверки Советской обороны и военной мощи. Японцы были удивлены и впечатлены механизированными силами и эффективностью Красной армии на Востоке.

(Примечание Мемуариста. Ну что и требовалось доказать. Посол так и пишет, что имела место японская провокация. Гораздо интереснее позиция США. К началу июля инцидент на Амуре развивается уже две недели. Вся мировая дипломатия возбуждённо гудит. А у американского посла нет никаких указаний предпринять хоть что-нибудь. Как будто не происходит ничего.

Для понимания, китайцы до сих пор считают датой начала Второй мировой войны не сентябрь 1939-го, а вот эти жаркие июльские дни 1937-го. В мире отчётливо начинается Мировая война, а США с удовлетворением спокойно за этим наблюдает.

И не нужно говорить, что в Белом доме кто-то что-то не понимал. Мы только что прочли крайне определённое донесение в Вашингтон. А ведь кроме посла действовали еще разведки, корпорации и т.п. Зато теперь поляки рассказывают в Европарламенте, будто дорогу к Войне открыл СССР, подписав договор о ненападении в августе 1939-го. Просто смешно! Продолжаем.)

Дневник, Москва, 4-е июля 1937-го.

В полдень праздновали четвёртое июля (День независимости), с пяти до семи официальный приём. Собрался весь дипломатический корпус. От двадцати до двадцати пяти Советских официальных лиц из ведомства Литвинова, также судья и миссис Ульрих (он председательствовал на всех этих процессах о чистках).

(Примечание Мемуариста. Василий Ульрих – личность крайне масштабная. Двадцать два года бессменно председательствовал Военной коллегией Верховного суда СССР. Прокурора Вышинского все отчего-то помнят отлично, а вот Ульрих остался на втором плане.

Между тем, это он судил революционера и террориста Бориса Савинкова. Он возглавлял коллегию на первом и втором процессе антисоветского Троцкистского центра, судил Тухачевского и заговор генералов. Через его руки прошли после Войны дела предателей Власова, атаманов Шкуро и Краснова и многих других.

Сегодня либералы приписывают Ульриху звериную жестокость. Якобы, он лично расстреливал обвинённых. Чуть ли не в зале суда. Например, существует басня о личном расстреле бывшего наркома юстиции Крыленко.

Впрочем, я бы поостерёгся без доказательств верить таким историям. В западной прессе мы сейчас регулярно читаем как лидер Северной Кореи лично расстреливает своих генералов из миномёта. А потом оказывается, что эти генералы вполне живы и здоровы. Продолжаем.)

Имел отличный разговор с Литвиновым. Высказал ему весьма откровенно сложившуюся в США и Западной Европе реакцию на чистки и казни генералов Красной армии. Это определённо скажется плохо и пагубно на внешней репутации СССР. По моему мнению, это поколебало уверенность Франции и Англии в силу СССР против Гитлера.

Литвинов был очень откровенен. Он сказал, что они должны были убедиться через эти чистки, что не осталось изменников, которые могут пойти на сотрудничество с Токио или Берлином. Однажды мир поймёт, то что им пришлось сделать, было продиктовано стремлением защитить своё правительство от угрожающей измены.

Фактически, он сказал, что они оказали услугу всему миру, защитив себя от угрозы Гитлера и нацистского мирового господства, сохранив Советский Союз могучим бастионом на пути угрозы нацизма. Что когда-нибудь мир оценит насколько великим человеком был Сталин.

Вопиющая очевидность германской пропаганды.

Журнал, Москва, 4-е июля 1937-го.

Еще одно выдающееся проявление тупости нацистов. Подумать, что они могут выйти сухими из воды с сообщением, только что поступившим из Берлина. Что священник Бухольц приговорён в Кенигсберге к трём годам заключения, три католических капеллана к более коротким срокам за действия в качестве зачинщиков волнений во время процессии на праздник тела Господня.

Шестеро мирян католиков также получили приговоры от шести до двенадцати месяцев заключения. "Католические священники, побеспокоившие процессию тела Господня" – что за пародия! Туфля, разумеется, была одета не на ту ногу.

Влияние чисток на мир в Европе.

Выдержка из письма Стивену Эрли.

Москва, 4-е июля 1937-го.

Политическая обстановка здесь постепенно остывает. Есть признаки, что аресты и чистки всё еще продолжаются. Никто не может предсказать какой эффект это произведёт на армию. Чтобы понять это потребуется время.

Сейчас кажется, будто верность армии правительству Сталина не ослабла. Если это так, правительство станет внутренне сильнее, чем когда бы то ни было ранее, поскольку Сталин с характерной скоростью уничтожил всех возможных лидеров. Печальный факт этого всего в том, что поступив так, он подорвал веру Западной Европы в мощь его армии и мощь его правительства.

А также ослабил веру Англии и Франции в силу русской армии и ослабил демократический блок в Западной Европе. Это серьёзно, поскольку единственной реальной надеждой на мир является ось Лондон-Париж-Москва.

(Примечание Мемуариста. Напомню, через два года, прежде чем заключить договор о ненападении с Германией, СССР всё лето пытался договориться с той самой осью. Британия и Франция переговоры всячески затягивала.

Присылали вместо настоящих переговорщиков каких-то отставных дипломатов без полномочий, выдвигали невыполнимые требования, бесконечно цеплялись к малозначительным формулировкам и т.п. Переговоры ни к чему не привели.

Все прекрасно понимали, что блок СССР с великими мировыми державами не оставит ни Гитлеру, ни Мировой войне ни единого шанса. Но почему-то упорно противились этому блоку. Быть может оттого, что эта грядущая Война была крайне выгодна мировому капиталу. Продолжаем.)

Журнал, Москва, 7-е июля 1937-го.

Ответственный руководитель агентства ТАСС Долецкий объявлен в прессе врагом народа.

(Примечание Мемуариста. Речь идёт о Якове Долецком, настоящая фамилия Фенигштейн. До процесса дело не дошло. Когда Долецкий узнал о выдвигаемых против него обвинениях, то застрелился. Обычно, так поступают провалившиеся шпионы, хотя из сегодняшнего дня те события оценивать почти невозможно. Продолжаем.)

Дополнение к журналу.

Московский корреспондент с большим опытом здесь информировал меня о следующих фактах в деле Долецкого. Обстоятельства, при которых исчезновению столь заметной фигуры как Долецкий дозволили стать известным, представляют собой поразительную иллюстрацию атмосферы и тактики "Великой чистки".

Слухи, что он был схвачен ГПУ в обычной манере ночного ареста, возникли сразу же, на следующий день. Но в Советской прессе не появилось ничего и ничего не было заявлено официально. Американские корреспонденты, быстро ухватившиеся за слухи, почуяли, что напали на достаточное доказательство, чтобы оправдать их стремительные отчёты об этом. Несмотря на то, что журналисты рисковали высылкой из страны за обход цензуры подобными действиями.

Они обнаружили, что представительства ТАСС, с которыми они поддерживали сравнительно тесный контакт, оказались в состоянии крайнего замешательства, поскольку некоторое число помощников и наперсников Долецкого также были арестованы или сбежали вслед за его арестом. Решающее доказательство попало в руки только несколько недель спустя, когда провинциальная газета, издаваемая на Урале, объявила Долецкого "польским шпионом" и "врагом народа".

Она всё же не смогла указать были ли правдивы сообщения, что Долецкий до ареста совершил самоубийство или вместо этого его казнили впоследствии. При этом, жертвы чисток, публично заклеймённые "врагами народа" обычно всеми считались либо уже мёртвыми, либо, несомненно, приговорёнными к казни.

Долецкий во времена царизма был старым польским революционером. Он посетил Соединённые Штаты как только Литвинов договорился о признании СССР с Президентом Рузвельтом в Вашингтоне.

Дневник, Москва, 8-е июля 1937-го.

Сообщают, что среди других арестованных за измену были Каминский, Рудзутак, Межлаук (член Политбюро), Карахан, Крестинский, Розенгольц, Оссинский, Уншлихт и Стерн.

Мне кажется невозможным, чтобы Межлаук, Крестинский и Розенгольц могли быть заподозрены в измене. Крестинский – первый заместитель Литвинова во внешнеполитическом ведомстве. Его жена – выдающаяся врач, преданный член партии. В сущности она отдаёт свою жизнь, заботясь о женщинах и детях в госпиталях города Москвы.

Они оба производили впечатление "пылко преданных делу". Это же могло оказаться причиной их троцкизма. Никто не может сказать наверняка в этой странной ситуации.

Розенгольц – комиссар внешней торговли. Мы обедали на его даче всего несколько месяцев назад. Кажется невероятным, что он замешан в эту историю.

Межлаук – один из самых выдающихся экономистов Советского Союза. Он широко известен в Соединённых Штатах. Он был председателем комиссии государственного плана СССР, которая подготовила очень объёмный отчёт о пятилетнем плане. Вполне классический по своему исполнению, отражающий большое доверие к способностям Межлаука.

Недавно его сделали главой тяжёлой промышленности. Конечно, простой факт состоит в том, что обычная психология в этой ситуации не применима. Серьёзность и искренность их убеждений могут свидетельствовать в пользу вины, поскольку они обвиняются в политических преступлениях.

В конце концов, на последнем процессе стоял вопрос, был ли Радек преданным идеалистом-мучеником за то, что как он верил, являлось его политической верой или же он был политическим преступником. Это, несомненно, было правдой по отношению к главным обвиняемым. Так что, кто знает. Признаюсь, ситуация оставляет только гадать.

Дневник, Москва, 9-е июля 1937-го.

Собрание в честь Сандлера, министра иностранных дел Швеции. Литвинов отозвал меня в сторону и сказал, что Сандлер настаивает, что все малые страны Европы должны быть освобождены от обязательств шестнадцатой статьи Устава Лиги Наций. Эта статья принуждает их предпринимать общие действия против любой нации, которую Лига посчитает агрессором и т.п.

Он с горечью пожаловался, что это "германская пропаганда". Сандлер просто поддался германским трюкам. Это закончится тем, что "коллективная безопасность" будет уничтожена. Только она одна еще представляет силу против агрессора. И тогда Гитлер поработит всех одного за другим.

Литвинов был сильно раздражён, поскольку сказал, что Сандлер привёл аргумент, что если шестнадцатая статья будет отменена, это сделает проще для Соединённых Штатов вступить в Лигу. Так же, как и другим странам, не желающим участвовать и быть связанными решениями Лиги по европейским делам.

Литвинов вскользь упомянул, что Сандлер заявил, будто Соединённые Штаты симпатизируют этой идее. Он спросил что я думаю и я ответил, что у меня нет подобных инструкций и это вне моей сферы ответственности. Моё же личное мнение в том, что насколько упоминаются Соединённые Штаты, это – ерунда.

Соединённые Штаты не присоединятся к Лиге Наций сейчас. По моему мнению, это заслуживает сожаления, но тем не менее, это факт. Также, по моему мнению, простой здравый смысл американского народа подталкивает нас ко мнению, что единственное средство безопасности для малых народов в Европе – объединиться и сформировать единый фронт против наций-агрессоров. Литвинов был вне себя от гнева от трагедии провала очевидных действий.

Конечно, сказал он, после Абиссинии все эти малые страны напуганы до смерти и хотят быть избавлены от любых обязательств, которые могут подтолкнуть их против Гитлера. Гитлер запугает их всех до невозможности, одного за другим.

(Примечание Мемуариста. Ситуация с Абиссинией крайне показательна. В конце 1935-го года на независимую Эфиопию напала фашистская Италия. Уже к маю 1936-го после долгих и жестоких боёв фашисты взяли столицу Аддис-Абебу. Началась фашистская оккупация. Ни одна из демократических стран Европы даже не почесалась по этому поводу. Продолжаем.)

Журнал, Москва, 9-е июля 1937-го.

Кардинал Пачелли при освещении церкви в Лизьё со всей силой обвинил новую нордическую религию нацистов:

"Во всех церквях могущественной нации, которую грешные лидеры желают пропитать поклонением расе, возмущённый протест восьмидесятилетнего понтифика звучит как голос с горы Синай, призывающий обратно неотъемлемые права личного Бога воплощенного в человеке Мира и Святого Суда, который вверен ему."

(Примечание Мемуариста. Посол пишет по-французски с ошибками, поэтому до конца понять про какой городок он говорит невозможно. Скорее всего, имелся в виду городок на двадцать тысяч населения Лизьё во французской Нормандии. Знаменит на всю Францию этот городок местной святой – Терезой.

В начале двадцатого века в посёлок начались массовые паломничества. Примечательно, при жизни Тереза была скромной, никому не известной монахиней. Слава пришла после издания, уже после её ухода, книги "История одной души".

Главная идея Терезы – для святости не обязательно совершать гигантские подвиги. Достаточно каждый день оставаться хорошим человеком. Творить добро по малу. Её идея "Малого пути" очень хорошо перекликается с идеей Сталина о коллективной безопасности в Европе. Когда даже небольшие государства, объединившись против агрессора в едином порыве, смогут сохранить общий мир.

Восьмидесятилетний понтифик – по всей видимости, римский папа Пий Одиннадцатый. Ему как раз в феврале стукнуло восемьдесят. Чем он там насчёт Гитлера возмущался не очень понятно. Как будто Конкордат с нацистским рейхом подписывал не он. Продолжаем.)

Здесь разворачивается крупная операция.

10-е июля 1937-го.

Достопочтенному Самнеру Уэллсу.

Мой дорогой Самнер!

Без сомнений, здесь разворачивается крупная операция. На поверхности вещей всё спокойно. На улицах или в толпе Вы не увидите ничего необычного, но постоянно ходят слухи как непроверенные, так и достоверные, о значимых людях во всех частях жизни, находящихся в тюрьме или ликвидированных.

Предсказывать не так-то просто. Слишком много факторов здесь не поддаются оценке. Существуют угрозы внешней войны и угрозы убийства политических деятелей. Любая из них может опрокинуть систему как тележку с яблоками и смешать все расчёты.

(Примечание Мемуариста. Про тележку с яблоками – это не красивости стиля посла, а устоявшееся американское выражение. Можно было бы убрать из перевода яблоки и написать только о сломе нормальной работы системы, но на мой вкус так звучит даже лучше. Продолжаем.)

Если, тем не менее, армия останется верна Сталину и есть признаки, что так и будет, тогда это правительство временно окажется гораздо сильнее укреплено во власти, хотя бы на какое-то время, чем оно было прежде.

Есть множество указаний, что Франция потеряла веру в мощь её русского союзника. В Англии я был впечатлён общим мнением, что Англия окажется в печальном положении, если ей придётся полагаться на Францию с её внутренними слабостями и на Россию в её теперешней ситуации.

Мнение о русской мощи полностью обратно тому, что было три месяца назад. Это относится и к политическому влиянию режима, и к силе Красной армии. Я не удивлюсь, если это мнение полностью поменяется обратно в течение следующих трёх месяцев. События развиваются очень быстро. Они не были настолько сильны, как считалось три месяца назад и они не настолько слабы, как предполагается теперь.

Человеческая мощь здесь огромна. Способность жить ради идеи и преданность делу у этих людей совершенно выдающиеся и вызывают восхищение. Более того, страна чудовищно богата и несмотря на всю неэффективность бюрократии и политического контроля над промышленностью, должен быть и непременно будет сухой остаток достижений, которые, благодаря размеру страны, окажутся очень значительными.

Более того, они уже совершили некоторые необычайно хорошие вещи и многое из увиденного вызывает во мне восхищение и уважение. Но цена, которую приходится платить, слишком велика.

(Примечание Мемуариста. В оригинале посол начинает фразу с упоминания человеческих сил, то есть, прямо говоря, трудовых ресурсов, рабочей силы. Но сформулировано это так, что речь идёт явно не о рынке труда. В данном контексте посол играет словами и патетика очень высока. Действительно, человеческая мощь, как в Фаусте:

Кто подвиги венчает, кто защита,

Богам под сенью Олимпийских рощ?

Что это? Человеческая мощь!

В поэте выступившая открыто!)

"Гнёзда" предполагаемых изменников.

Журнал, Москва, 13-е июля 1937-го.

Правительство определённо последовательно в зачистке всех возможных гнёзд "внутреннего нападения", как назвал их Литвинов.

Москвы достигли сообщения о расстреле на Дальнем Востоке шестидесяти одного "руководителей и членов троцкистской японо-германской террористической и шпионской организации, действовавшей на дальневосточных железных дорогах. Систематически снабжавших шпионской информацией конкретные иностранные разведывательные службы".

"Пламенная юность" спортивного парада.

14-е июля 1937-го.

Дорогая Бижу (моя дочь Екай).

Получил твоё письмо в самый день одного из национальных празднований на Красной площади. Это был день спортивной молодёжи – одно из выдающихся, вполне типичных здесь шоу.

Сталин и все его комиссары были на трибуне мавзолея Ленина перед Кремлём. Мы расположились на той самой дипломатической трибуне, где ты была на Первое мая. Я обсуждал с Джей Ди как бы мы хотели, чтобы ты тоже могла посмотреть это выступление, поскольку это был замечательный дополняющий контраст к военной демонстрации Первомая. Это было по своему весьма восхитительно и впечатляюще.

(Примечание Мемуариста. Как мы помним, Джей Ди – это прозвище секретаря посла – Джона Стамма.)

Это был яркий солнечный день. Оба конца и противоположные фасады были щедро украшены флагами, красными транспарантами и различными большими эмблемами, расписанными рисунками спортивных медалей, посвящениями Сталину и тому подобным.

Массы вокруг трех сторон площади, приблизительно три или четыре сотни каждая, состояли из мужчин и женщин. Они оставляли площадь заполненной примерно до половины для марширующих и различных атлетических живописных картин и выступлений.

(Примечание Мемуариста. Открыл "Правду" за вторник 13-е июля 1937-го, номер 191. Первые полосы посвящены параду физкультурников и знаменитому межконтинентальному перелёту. На развороте Алексей Сурков пишет о том параде, явно подражаю стилю Гомера. Приведу только начало:

Трепетным флагам -

Пылающим крыльям жар-птицы,

Круг стадионов,

Сверкающих зеленью, тесен.

Юность вступает,

На Красную площадь столицы,

В звоне фанфар,

В перекличке улыбок и песен.

А завершается стихотворение так:

Вот он, шагает. Мускулистый, непобедимый,

Радостный, завтрашний день Земли!)

На параде и выступлениях было почти столько же женщин, как и мужчин. Это была "пламенная молодёжь". И очень красивая это была молодёжь – простоволосые, дочерна загорелые, в основном одетые только в белые шорты и красочные майки. Каждая команда шла в своей форме.

Некоторые в костюмах Янсен, остальные в обычной гимнастической униформе. Сочетания голубого и белого, красного и белого, оранжевого и белого, тёмно-красного и жёлтого, густого красного и рыжеватого – все комбинации, которые можно представить – с белыми теннисными туфлями, с цветами в волосах у женщин или с букетами в руках у марширующих. Это создавало восхитительное зрелище!

(Примечание Мемуариста. Так и не нашёл в англоязычных источниках толкового объяснения что такое костюм Янсен. Есть ссылки на стиль Мари Янсен – пиджак и короткая юбка. Но поручиться, что именно это имел в виду посол, не могу. Продолжаем.)

В дополнение к этому были тысячи загорелых солдат с бритыми головами, в голубых шортах и белых теннисках. За ними были две или три тысячи атлетов из различных частей Советского Союза. Они были особенно колоритны, особенно с Украины, Кавказа и Восточной части страны.

Последние несли флейты, рога и барабаны, создававшие таинственную музыку для своих танцев с саблями и всех видов народных, восточных религиозных, спортивных танцев и маршей. Цветастые платья и халаты выступающих, так же как и красота танцев, были уникальны и удивительны.

Парад продлился около четырёх часов. Подсчитали, что участвовало примерно сорок или пятьдесят тысяч молодых людей. Были все виды цветочных панно, выполненных выдающимся образом. С колокольчиками, маками и всеми видами цветов в изобилии. Ты знаешь, насколько красивые картины они делают из живых цветов.

Платформы были предназначены большей частью для показа различных видов командных видов спорта. Там были лыжники, действительно скользившие на лыжах в компании по меньшей мере полутора тысяч молодых людей. Очевидно, на их лыжах были круглые ролики, позволявшие скользить по асфальту.

(Примечание Мемуариста. Занятно, оказывается лыже-роллерный спорт тоже придумали в СССР. По удивлению посла заметно, что полторы тысячи лыжников на асфальте в разгар жаркого лета поразили его до глубины души. Вот так и рождаются легенды о суровых Советских биатлонистах, безысходно бегущих по приказу Сталина в лыжах по асфальту. Продолжаем.)

На некоторых платформах были горизонтальные брусья с выступающими на них гимнастами. И трамплины с акробатами, выполняющими высокие двойные сальто прямо на платформе. Другие катались на коньках или санях по платформам во время движения платформ на параде.

Одно из выступлений атлетов включало сорок или пятьдесят молодых парней и девушек, выступавших на платформе прямо во время движения.

В общем, это было одно из самых красивых и необычных выступлений, что я когда-либо видел. Конечно и день был хорош. И замечательная, прекрасно выглядевшая молодёжь, и идеальное телосложение, и здоровый внешний вид – всё внесло свой вклад, чтобы создать совершенно необычное зрелище.

Дневник, Москва, 16-е июля 1937-го.

Работал весь день подчищая дела в офисе. Вечером давали обед в часть Чарли Наттера из Ассошиэйтед Пресс, который уезжал в Испанию. Мы все будем скучать по нему. У всех нас он вызывал уважение и восхищение. После обеда показывали фильмы и персонал, как обычно, пришёл их посмотреть. "Лунная соната" с Падеревским.

(Примечание Мемуариста. Речь идёт об известном музыкальном фильме 1937-го года. Особое внимание Дэйвиса привлекает исполнитель главной роли самого себя – бывший польский дипломат Ян Падеревский.

Действительно, Падеревский в 1919-м году был премьер-министром и министром иностранных дел Польши при правительстве Пилсудского. Но быстро разочаровался в политике и вплотную занялся музыкой. Как музыкант он и прославился.

В 1939-м году, после захвата Польши фашистами в Лондоне создадут марионеточное польское правительство. Падеревский, которому шел семьдесят девятый год, снова вернётся в политику. Продолжаем.)

Делаю бизнес со Сталиным.

Номер четыреста тридцать три, Москва, 16-е июля 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Переговоры в связи с предложенным возобновлением торгового соглашения с Советским Союзом.

Секретно.

Немедленно после получения телеграммы из департамента я лично посетил комиссара Литвинова и имел с ним длительное обсуждение в связи с вышеуказанным делом. Меморандум, описывающий данное обсуждение, прилагается.

Я настоятельно советовал, что Советскому правительству следовало бы существенно увеличить обязательства по закупкам в Соединённых Штатах по сравнению с предыдущим годом. И что подобное обязательство не должно составить менее сорока миллионов долларов.

Литвинов, кажется, был приятно удивлён предложением, делал заметки. Он заявил, что так как не имел дела с коммерческими договорами, то обсудит этот вопрос с теми, кто занимается этим вопросом и донесёт до них соображения, взгляды и факты, которыми я с ним поделился.

Вследствие этого, мы провели обсуждения с мистером Нейманом и Розенблюмом из внешнеполитического ведомства и мистером Каминским из наркомата внешней торговли, чтобы разобрать вопрос до конкретных деталей. По мере проведения этих переговоров мистером Хендерсоном, мистером Кеннаном и мистером Дарброу, я встречался с Литвиновым и дважды лично с Нейманом. Соответствующий меморандум об этих встречах прилагается.

Пятнадцатого июля провели во внешнеполитическом ведомстве весьма удовлетворительную конференцию с господами Нейманом, Розенблюмом, Каминским и Виноградовым. На этой конференции мистер Кеннан присутствовал вместе со мной. Результаты этой конференции были направлены Департаменту телеграммой номер 176 от 16-го июля в одиннадцать вечера.

Неудачно, что переговоры о возобновлении этого коммерческого соглашения должны проводиться в этот конкретный момент. Сейчас проводятся чистки партии и правительства, приведшие к расстрелу 12-го июня генералов Красной армии, а против иностранцев возбуждена «кампания ненависти».

Сейчас мы пришли к стадии, когда достигли практически всего, что планировали достичь. По факту, нас приятно удивило явное желание со стороны этих людей вести дела с Соединёнными Штатами открыто, что является уникальной позицией по сравнению с их отношением к другим странам.

В ходе переговоров они были вынуждены уступать по всем позициям, кроме одной – статьи об экспорте. За их настойчивостью в этой части, вероятно, стояли два мотива. Первый – болезненное самолюбие от лица их правительства. Второй – им необходимо показать хотя бы что-то, как результат своих переговоров с иностранцами.

В связи с этими переговорами я хотел бы обратить внимание на исключительный вклад мистера Хендерсона, мистера Кеннана и мистера Дарброу. Они не жалели сил и времени, чтобы быстрее довести дело до завершения и все показали исключительные способности и ясность суждений. Имею честь оставаться, с уважением Джозеф Дэйвис.

Примечание посла. Переговоры успешно завершились существенным увеличением обязательств по закупкам в Соединённых Штатах. В связи с возможным интересом некоторых читателей, о сути дела или о процедуре в подобных случаях, в приложении приводится соответствующий меморандум.

Торговое соглашение.

Выдержка из письма Стивену Эрли.

10-го августа 1937-го.

Мы хорошо поработали для Корделла по торговому соглашению – это было непросто. Здесь было сильное замешательство из-за этих чисток. Это замедлило нас, но мы сделали изрядное достижение, добившись роста на тридцать три целых и три десятых процентов обязательств по закупке американских товаров на следующий год.

Это особенно верно, если вспомнить, что всего шесть месяцев назад Великобритания ради бизнеса в пятьдесят миллионов долларов была вынуждена предоставить Советскому правительству долгосрочный займ на такую же сумму под низкий процент.

Я испытываю удовлетворение, что справился с этой работой. Они теперь знают нашу позицию в точности. Я тщательно следовал указаниям президента. Тем не менее, нам удалось удержать позицию, при которой к нам сохранилось крайне дружественное отношение, которое стало взаимным, благодаря этим переговорам.

Когда-нибудь это может получить конкретное значение или даже ценность в связи с возможным развитием на Дальний Восток или даже в Европе. Кто знает!

Дневник, Москва, 23-е июля 1937-го.

Сегодня отправил Генри Уоллесу доклад о коллективных хозяйствах. Это один из самых интересных экспериментов здесь. Личное фермерство практически запрещено здесь правительством. По стране усиленно продвигается научное земледелие с использованием сельскохозяйственной техники.

Правительство создаёт в каждом районе машинные станции с сельскохозяйственной техникой для крупномасштабного земледелия. Урожай делится между этими станциями, сельхоз. рабочими и государством. В некоторых районах России мне сказали, что существуют так называемые колхозы-миллионеры, настолько велика колхозная часть урожая.

В других районах этот коллективизм не работает, поскольку топография страны не подходит для механизированной обработки. Пшеница выращивается при такой системе очень хорошо. С фруктовыми садами, виноградниками и тому подобным сложностей больше.

Во времена принудительного введения коллективных хозяйств несколько сотен тысяч людей предположительно погибли от голода в 1931-м и 1933-м годах. Я всё еще слышу рассказы американцев, бывших здесь в то время, об ужасах той ситуации.

По всей видимости, крестьяне забастовали и отказались производить больше, чем им требовалось на зиму. Когда правительство забрало свою долю урожая, крестьяне стали протестовать, что если забрать ту часть урожая, их ждёт голод. Ответ правительства заключался в том, что это очень плохо. Оно победило забастовку.

Русский медведь бредёт напролом.

Номер четыреста пятьдесят пять, Москва, 28-е июля 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Предполагаемый срыв Советского промышленного плана.

Совершенно секретно.

Сэр, имею честь сообщить, что за последние шесть месяцев критика в Советской прессе условий в промышленности была настолько настойчивой и резкой, что среди наблюдателей возникло ощущение, что серьёзный надлом экономической промышленной структуры неизбежно надвигается.

На первый взгляд, ситуация кажется отчаянной. Ни один самый суровый критик не сможет выдвинуть Советской промышленности такое обвинение в неэффективности, какие постоянно звучат со страниц правительственных газет. Ежедневно публикуются расчёты как та или иная отрасль промышленности откатывается назад в объёмах производства, или не может функционировать как следует, или отстаёт по срокам.

Дух самокритики, существующий в Советском складе ума, лучше всего проявился в этих атаках на промышленность. Неспособность тяжёлой промышленности работать как следует часто рассматривается как одна из причин критики и недовольства казнённых в июне генералов Красной армии.

Кажется, среди наблюдателей воспринимается практические единодушно, что в этих условиях правительство столкнулось с наиболее серьёзным вызовом. Если полная картина фактов подтвердит преобладающий взгляд о серьёзности обстановки, тогда это станет вопросом первостепенной значимости, так как жизненно влияет на любую оценку текущей и будущей власти или влияния этого правительства.

Прикладываю к этому результаты исследований соответствующей обстановки вместе с её анализом и выводами, которые кажутся резонно вытекающими из него. Произошедшее и продолжающееся заметное замедление всей промышленности – вне всяких сомнений, правда. Было бы совершенно удивительно, если бы промышленность здесь или где-либо ещё смогла перенести условия, подобные здешним за последние восемь месяцев, без серьёзного ослабления её эффективности.

Прежде всего, все эти промышленные организации контролируются и во всех аспектах управляются правительством. Поэтому они особенно восприимчивы к политической обстановке. А политическая обстановка за последний год была особенно плоха.

Дезорганизация из-за предполагаемого саботажа.

За последние полтора года лидеры партии вывернулись наизнанку в охоте на троцкистов, шпионов и саботажников, которые предполагаемо вступили в заговор с врагами из-за рубежа, чтобы разрушить и саботировать работу промышленности.

(Примечание Мемуариста. Здесь у посла любопытная игра слов. Партия не просто вывернулась наизнанку, она "бьёт по кустам", как загонщики на охоте бьют палками по кустам, чтобы спугнуть, поднять спрятавшуюся дичь.)

Возникают многочисленные процессы руководителей и директоров фабрик, которые обвиняются, правильно или ошибочно, в этих преступлениях. Едва ли можно найти отрасль промышленности, которая не сотрясалась бы до основания своей организации обвинениями подобного рода и не была подвержена внутренним интригам и расстройству, которые неизбежно вызываются подобной ситуацией.

Партия старается сделать партийные соображения главными в промышленности.

Одновременно с этим, в соответствии с речью Сталина на мартовском Пленуме ЦК партии, экономическая эффективность критикуется всеми лидерами общественного мнения. Постоянно звучат обвинения, что "истинная вера" забыта и игнорируется "этими экономистами и управленцами", с головой ушедшими в промышленную и хозяйственную работу. Они забыли своё первейшее обязательство перед партией и это необходимо срочно исправить. Бизнес и управление производством становится вторичным по отношению к партийной деятельности и соображениям.

Результатом этого могут стать только существенные задержки и расстройство производства. Управляющие и директора фабрик вынуждены остро чувствовать политические нужды. Во многих случаях они оказываются неспособны уволить некомпетентного рабочего и во многих других ситуациях сами становятся объектами атак политически-активных подчинённых за предполагаемые проступки.

Эти и многие другие результаты, как сообщается в печати, являются естественным следствием стремления вознести партийные соображения над обычными соображениями эффективности и здравого смысла, которыми обычно и правильно руководствоваться при управлении бизнесом.

Зарплаты и проблема чернорабочих.

Обнаружилось, что движение стахановцев (сдельная система оплаты) настолько увеличило затраты на производство, что система оплаты тоже должна быть исправлена. Далее, каждая из этих отраслей и их руководителей озабочены получением прибыли. Поскольку именно из прибыли руководство и рабочие получают свои премии за производство продукции свыше плановых заданий. Затраты на персонал, таким образом, жизненно важным образом влияют на систему.

В попытке снизить затраты и повысить прибыль этих отраслей, была сделана попытка ввести в действие с 20-го апреля 1937-го пересмотренные стандарты для стахановцев. Эти новые стандарты поднимали нормы и снижали ставки оплаты. Целью было стимулировать рабочих производить больше, чтобы получить ту же зарплату.

План предусматривал и обещал, что руководство фабрик обеспечат более высокую эффективность производственной организации и использования оборудования, чтобы дать рабочим возможность производить больше с теми же усилиями и по-прежнему, сохранить высокие зарплаты, несмотря на новые стандарты.

Система очевидно не сработала. Возникло общее недовольство среди рабочих. Новые нормы принесли новые несправедливости. Часто более квалифицированные зарабатывали меньше, чем менее квалифицированные, как результат – недовольство.

Сообщается о бессчётных жалобах на несправедливости. В общем, зарплаты пошли вниз, а вместе с ними производительность труда на единицу и объём продукции пошли на убыль. Советские газеты, торговые и технические журналы полны обвинений в неправильном управлении промышленностью и "ошибочной организацией системы оплаты труда". Естественным следствием этого стало возросшее недовольство среди рабочих, замешательство у руководства и очень существенный рост текучести кадров.

Рост текучести кадров.

В Советской промышленности всегда серьёзной проблемой была текучесть кадров. Трудовая миграция в норме очень велика. Она с трудом может позволить какое-либо существенное улучшение этого фактора. Средний процент по всей промышленности страны числа увольняющихся работников по сравнению со среднегодовым числом рабочих в зарплатных ведомостях в 1936-м году составил восемьдесят семь с половиной процентов.

В угольной промышленности за последний год текучесть составила сто двенадцать процентов, в нефтяной промышленности девяносто пять процентов, а в чёрной металлургии около семидесяти процентов. При такой текучке в угольной промышленности, когда за год полностью поменялся весь персонал и еще двенадцать процентов новых "помощников", вследствие увольнений или ухода, кажется удивительным, как отрасль смогла показать настолько хорошие результаты.

Результирующее падение производства за последние шесть месяцев, в соответствии с печатью и решениями Центрального комитета партии, было вызвано. Первое – последствиями подрывной активности троцкистов. Второе – беспорядком и недостатком способностей управленцев и инженеров. Третье – ошибочной организацией системы оплаты труда.

Вдобавок к этому, следует иметь в виду, что вся страна в муках надвигающихся выборов. Новая Конституция вывела гири на весах избирателей из равновесия. До этого партия опиралась на класс промышленных рабочих, составляющий около двадцати процентов всех избирателей.

По новой Конституции, сельскохозяйственные рабочие впервые наделены равными правами с промышленными рабочими и они составляют восемьдесят процентов избирателей. Для правительства жизненно важно показать сильную народную поддержку. В результате партия развила гигантскую активность сверху донизу, простирая все виды действий на всю страну. Всю партийную организацию перетряхнули.

Шестьдесят процентов руководителей местных партийных организаций (из которых шестьдесят тысяч разбросаны по всей стране) полностью сменились. Политическое и партийное давление оказывается на каждую промышленную ситуацию, как и на все остальные отрасли национальной деятельности. Политика пропитывает площадку, фабрику, склад, контору и сбытовые базы сверху донизу, с последующей дезорганизацией и неэффективностью.

В этих условиях неудивительно, что часть отраслей не справляется с плановыми заданиями по производству 1937-го года. Это главная и постоянно возобновляющаяся проблема в жалобах Советской печати.

По Советскому методу государственная плановая комиссия устанавливает на каждый год план, который требует от промышленности увеличивать объёмы на конкретный процент по сравнению с предыдущим годом. Закладываемый каждый год рост требований к промышленности необычаен. Так, общая выручка (доходы) промышленности в 1934-м году составлял приблизительно тридцать миллиардов рублей.

В 1935-м вырос приблизительно до пятидесяти одного миллиарда рублей, а в 1936-м до шестидесяти двух миллиардов. План на 1937-й год требует дать еще на двадцать восемь процентов больше, чем в 1936-м.

Критика со стороны партии и прессы всегда направлены на неспособность промышленности привести текущее производство к требованиям плана 1937-го. В виду существующих условий, описанных выше, у меня возник вопрос не о том, каково отставание или невыполнение плановой продукции 1937-го. Но каково производство сейчас по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

1936-й год показал прирост в двадцать пять процентов в 1935-му. А 1935-й показал рост на шестьдесят шесть процентов к 1934-му. Если теперь, в существующих в этом году условиях, промышленность сможет удержать производство на уровне прошлого года, это будет значить, что эффекты этой обстановки, описанные в печати, не настолько серьёзны или значительны как это обычно представляется.

Беседа с комиссаром тяжёлой промышленности.

В этой связи я недавно имел возможность провести весьма длительное обсуждение с Межлауком, новым комиссаром тяжёлой промышленности.

Примечание посла. Увидев Межлаука, я испытал большое облегчение, поскольку это опровергло слух о его аресте, о котором я докладывал 8-го июля. Как представитель Советского правительства он подписал контракт в Скенектади с Дженерал Электрик. Позднее мы отправились в Детройт и во многом благодаря личному впечатлению, что он произвёл на Генри Форда, Форд Мотор Кампани подписала контракт по содействию Советской автомобильной промышленности.

(Примечание Мемуариста. Скенектади – небольшой городок на шестьдесят пять тысяч населения в Штате Нью-Йорк. По сути, городок построен вокруг заводов Дженерал Электрик и Американской локомотивной компании. По сути, это такое американское Тольятти.

Что касается Форда, то, например, завод имени Молотова в Горьком, знаменитый ГАЗ, строился американцами практически под ключ. К чести Советских инженеров нужно сказать, что завод очень быстро отошёл от изначальных фордовских моделей грузовиков и стал производить более совершенную технику. Продолжаем.)

Я спросил его каковы в действительности факты о текущей ситуации в связи с этими утверждениями о спаде промышленности в этом году. Он сказал, что были большие сложности во взаимодействии некоторых отраслей. В некоторых сферах производства произошёл существенный спад, вследствие того, что поставщики оказались неспособны вовремя доставить запчасти на главные предприятия. Это особенно верно для автомобильной промышленности и в некоторых других отраслях, где внедрялась конвейерная система производства.

(Примечание Мемуариста. Как инженер, подтверждаю, что это частая проблема плохо просчитанного запуска новых технологий на производствах. Один из участков, цехов или заводов в кооперации вдруг показывает резкий скачок в производительности и вместо общего роста, наоборот, стопорит всю систему.

Производства в цепочке до и после эффективного завода просто не справляются ни с его обеспечением предыдущими переделами, ни с обработкой и распределением его продукции. На настройку кооперации требуется время. Продолжаем.)

Он заявил, что в этом году они пока ещё не выполняют требования плана, который устанавливает прирост на двадцать восемь процентов к прошлому году. Но при этом они сейчас выпускают примерно на двенадцать процентов больше, чем в прошлом году. Я спросил его какие результаты, по его мнению, ожидаются по итогам года. Он сказал, что они значительно превысят 1936-й.

Он подчеркнул, что хотя, например, в автомобильной промышленности выпуск на тридцать три процента ниже планового, тем не менее он на семьдесят процентов выше выпуска прошлого года и общий выпуск за год превысит двести тысяч автомобилей.

Также он заявил, что в добыче угля и производстве стальных чушек возникли нестандартные условия, но что он ожидает исправления этой ситуации к концу года.

Следуя этому обсуждению я поручил экономическому отделу посольства подобрать цифры из доступных источников опубликованной информации (они в целом точны). Я обнаружил, что производство угля и стали в чушках за первые шесть месяцев этого года по факту всего на два процента ниже прошлого года. В то время как в производстве стали и листового проката отмечается рост за первые шесть месяцев к прошлому году на одиннадцать и двадцать процентов соответственно.

Заключение.

Таким образом, можно заключить, что утверждение будто эта ситуация является настолько серьёзной, что может означать развал всей системы, не подтверждается фактами.

Чрезмерное значение промышленности в Советской экономике.

Вероятно верно, что важности промышленного развития здесь придаётся чрезмерное значение по сравнению с общей картиной экономики Советского правительства. За последние восемь лет Советский Союз потратил на промышленные инвестиции гигантские суммы.

Также верно, что были созданы совершенно выдающиеся заводы и производственные участки с поразительными результатами. Лидеры коммунистической партии и особенно, создатели этого русского плана снова и снова подчёркивают важность промышленности как идеального поля для создания коммунистического государства. Все ресурсы и хозяйство этой гигантской страны направлены на строительство промышленной экономики.

Тем не менее, изучение и анализ бюджета Советского Союза показывает, что при рассмотрении функционирования и жизни всего государства, вклад промышленности сравнительно невелик.

В соответствии с бюджетом 1935-го года, общий доход СССР составлял приблизительно шестьдесят пять миллиардов рублей (примерно три миллиарда долларов в золоте). Займы и взносы от фондов социального страхования оцениваются в три процента этой суммы. Сорок шесть процентов получается напрямую от сельского хозяйства и в основном складывается из государственной части урожаев крестьян.

Дополнительные двадцать шесть процентов всех доходов поступают от пищевой промышленности, которая, разумеется, в основном всё равно земледельческая. Коммерческая торговля вносит дополнительные двенадцать процентов. Тяжёлая промышленность даёт девять процентов и лёгкая промышленность – всего четыре процента.

Если общую выручку (доходы) тяжёлой и лёгкой промышленности полностью исключить из государственных доходов 1935-го года, то всё равно не получим заметного снижения выручки по сравнению с 1934-м годом. Поскольку всё еще останется сумма, превышающая выручку предыдущего года на три миллиарда рублей.

Это еще одна простая иллюстрация факта громадных богатств Советского Союза и особенно, сельскохозяйственных богатств страны, которые делают возможным с явным успехом проводить и поддерживать эти коммунистические и социалистические эксперименты.

(Примечание Мемуариста. Представляю насколько тяжело послу Дэйвису писать эти строки. Ровно в это время в США продолжает бушевать Великая Депрессия. Гигантские концерны В США и Европе пошли ко дну. У бесплатных ночлежек и столовых выстраиваются длинные очереди лишённых работы людей.

И на этом фоне у проклятых, делающих всё неправильно коммунистов почему-то все отрасли растут. И растут небывалыми темпами. Нет, ничем, кроме гигантских богатств страны, объяснить такое невозможно. Нельзя же признать, что социализм просто-напросто даёт возможность развиваться гораздо более быстрыми темпами, чем загнивающий капитализм. Никак нельзя. Продолжаем.)

Эти богатства не только позволяют скрыть неэффективность и потери в промышленности, но и позволяют перекрыть весь вклад промышленности и едва ощущать влияние экономического или финансового управления государства. Контролируя армию, правительство может позволить себе даже не обращать внимание на общественные последствия этого.

Наиболее вероятный вывод в том, что трудности в организации промышленности Советского Союза не настолько серьёзны, как сейчас считается. Более того, кажется вероятным, что даже если наиболее пугающие прогнозы о полном промышленном и хозяйственном распаде подтвердятся, полное крушение промышленности не окажет настолько серьёзного эффекта на весь Советский организм, как принято считать. В силу относительной малой значимости вклада промышленности по сравнению с гигантскими ресурсами и мощью, которые поддерживают жизнь государства.

(Примечание Мемуариста. В этих рассуждениях посла мне видится одна крайне нехорошая вещь. Такое ощущение, что капиталисты смотрят на чистки в партии, на спад промышленности, на заговор генералов и радостно потирают руки. В Белом доме уже ощутили радость победы над Советами.

Вот-вот и эти большевики рухнут окончательно, Россия пойдёт вразнос, снова станет всё как было при царе, когда страна деградировала настолько, что большую часть военных заказов Первой мировой была вынуждена размещать за бешеные заёмные деньги на заводах в США.

По сути, Дэйвис только и делает, что своими докладами развеивает эти представления. Нет, господа из департамента, увы, Советская власть крепка, как и прежде. Но ему, кажется, в США никто не хочет верить. Продолжаем.)

Тем не менее, существует одна фаза тяжёлой промышленности, имеющая первостепенное значение, возможно даже для существования правительства как такового. А именно – её абсолютная необходимость как часть готовности к войне.

Военные обозреватели обычно утверждают, что Советская армия первоклассна по качеству солдат и офицерского состава. По общей уверенности, эта армия отлично проявит себя в случае войны. Но в условиях современной войны линия фронта не может быть сильнее второй линии обороны, то есть поставок оборудования, танков, амуниции, боеприпасов и тому подобного.

Ответственные руководители правительства, по моим личным данным, обладают острым "военным сознанием". Они проницательно оценивают угрозу от Германии с одной стороны и от Японии с другой.

Без сомнения, президент Калинин озвучил мнение своих товарищей когда заявил мне, что полностью уверен в своей армии и чувствует себя защищенным от нападения, даже если оно произойдёт одновременно с обеих сторон. Их промышленность расположена по стране таким образом, что становится ясно – промышленные планы разрабатывались и претворяются в жизнь частично как военная мера.

Огромные ресурсы и богатство Советского Союза позволяют выдерживать потери и неэффективность до необычайной степени без значительного ослабления его мощи. Хотя эффективность даже не приближается к эффективности капиталистических стран, весьма вероятно, что в критической ситуации Советская промышленность очень хорошо проявит себя.

Говорят, Англия всегда выкарабкается из трудностей. Русский медведь настолько могуч и так богато запасся жиром, что можно уверенно предсказать – в конечном счёте, он пройдёт напролом через любые трудности. Имею честь оставаться, с уважением, Джозеф Дэйвис.

За что они расстреляли Тухачевского.

Номер четыреста пятьдесят семь, Москва, 28-е июля 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Расстрел генералов Красной армии 12-го июня 1937-го и последовавший общий кризис.

Строго секретно.

С процесса над высшими офицерами Красной армии и их расстрелов прошло несколько недель. Мне пришло на ум, что Вам и департаменту может быть интересен мой анализ произошедшего, с точки зрения выгод этой перспективы. Равно, как и моя оценка значения и влияния этих событий на действующий режим.

Примечание посла. В связи с этим донесением следует держать в уме последовательность событий. Записи процесса Радека, прошедшего в январе, практически не имели ссылок на маршала Тухачевского или генералов Красной армии. По факту, когда было упомянуто имя Тухачевского, обвинитель изменил ход допроса, чтобы защитить его от возможных обвинений.

Сразу после процесса возникла большая активность среди части кремлёвских властей. Завершилась она расстрелом генералов Красной армии в июне.

Процесс Бухарина не проводился вплоть до марта 1938-го. На этом процессе были впервые оглашены детальные и конкретные обвинения против Красной армии, впутывающие некоторых её командиров в участие в «пятой колонне».

Этот отчёт был составлен до процесса Бухарина и тогда мы все оставались в неизвестности. Это показывает, что многие из нас упускали действительное значение этих событий по отношению к возможной измене и тайному сговору с Германией, которое было раскрыто последующими событиями.

Конец примечания посла.

Процесс, обвинение и казнь этих офицеров, белой кости Красной армии, произошли 12-го июня. События развивались с быстротой молнии и настолько ужасающей трагической силой, что на некоторое время оказалось трудно вынести взвешенное суждение об этой ситуации. Среди дипломатов и других обозревателей в Москве возникло не только сильное замешательство, но также ожесточённость и предубеждённое мнение.

Здесь и в Европе распространяются все виды слухов. Некоторые из них гласят, что в Красной армии существовал явный заговор по свержению Сталинского правительства. Бонапартистский переворот с маршалом Тухачевским в роли Корсиканца провалился.

Было заключено определённое соглашение между генералами Красной армии и германским Рейхсвером по сотрудничеству с Германией как части надвигающегося германского путча на Украине. Это входило в более обширный заговор Троцкого с целью уничтожить режим Сталина путём внешней войны. Целью было – создать новое буферное государство между Европой и Востоком, чтобы с помощью Красной армии спасти в кавычках «настоящий коммунизм».

(Примечание Мемуариста. Если кому-то такой сценарий кажется фантастическим, советую вспомнить совсем недавние события на одной площади. На местном наречии она так и зовётся «площадь», майдан то есть.

Собственно, план Троцкого осуществился в полном объёме. Путч на Украине, отделение от России, буферное государство между Европой и Россией. Почему такой же план заговора в 1937-м считают безумной выдумкой Сталина – загадка. Продолжаем.)

Говорят, что Сталин это «больной человек Кремля», страдающий истерическим комплексом с умственным расстройством угрозы собственной жизни. Это выливается в расстрелы всех, кто угрожает его выдающемуся положению, поскольку он видит в них угрозу собственной безопасности.

(Примечание Мемуариста. Посол явно обыгрывает фразу про «больного человека Европы». По легенде именно так охарактеризовал британскому послу положение ослабевшей Османской империи царь Николай Первый.

Собственно, байки про паранойю Сталина могли бы быть смешными, если бы участники троцкистских заговоров не рассказывали в подробностях кто, когда и как должен был по плану ликвидировать Сталина, Ворошилова, Молотова и т.п. Продолжаем.)

Также ходит слух, что у Сталина серьёзные проблемы с сердцем и его лечит известный австрийский врач (вероятно, правда). На его страхах паразитирует группа новых, амбициозных членов тайной полиции (НКВД), которые «гнут радостно колени», выставляют напоказ свою преданность и растущую эффективность, постоянно разоблачая предполагаемые заговоры (которые на самом деле не существуют).

(Примечание Мемуариста. Тут посол нешуточно поставил меня в тупик. Излагается это всё какими-то несуществующими в английском языке словами. Когда речь дошла до "беременных коленей", я и вовсе впал в ступор. А потом открыл Гамлета и оказалось:

Беременны колени те желаньем

Согнуться радостно в поклоне раболепном.

И быть одарены рукою богача.

Так что, друзья мои, понапридумывал Вильям Шекспир такого, что вполне достанет даже, наших НКВДешников клеймить. Продолжаем.)

Говорят, что армия вовлечена в смертельную борьбу с тайной полицией, возникшей из чувства обиды армии на шпионаж тайной полиции за армейскими офицерами в связи с этими политическими процессами и соответствующими троцкистскими заговорами. Вся армия, якобы, пропитана анти-Сталинскими чувствами и выступает рассадником контрреволюции.

Ворошилов (комиссар обороны), якобы, также под подозрением и в опасности неизбежной казни. Вся хозяйственная структура полностью деморализована этими партийными чистками и в опасности коллапса. По всему Советскому Союзу идут коллективные расстрелы в массовом масштабе. Экономическая катастрофа с вооружённой Революцией и свержением правительства неизбежны.

Большая часть этих слухов создаётся враждебной иностранной прессой. Истории дошли до того, что Красная армия идёт маршем на Москву. Красная армия, возможно, проведёт демонстрацию на западе, в Польше, чтобы отвлечь внимание от внутренних проблем и т.п.

Эти слухи и теории указывают на лихорадочное отношение, которое может естественным образом быть присуще ситуации такого трагического рода и которая настолько полно опутана недостатком информации. Некоторые из этих сообщений, вероятно, правдивы.

Московский взгляд на эти слухи.

Теория «больного человека Кремля» практически полностью не принимается во внимание. У Сталина были некоторые проблемы с сердцем, как и у большинства членов правительства. Но его постоянно видят на различных мероприятиях, совсем недавно я сам его видел вблизи. Он выглядит сильным, крепким, здоровым и нормальным.

Более того, говоря в общем, в дипломатических кругах ответственность за эти казни в чисто личном смысле не возлагается на Сталина. Он пользуется огромным уважением, независимо от этих ужасных событий. По общему мнению, это порядочный, скромный, склонный к уединению, целеустремлённый человек. Всецело преданный коммунизму и возвышению пролетариата.

Ответственность обычно возлагается на «действия партии» через её лидеров. Разумеется, в этой связи, всеми признаётся, что у Сталина сильнейший характер. Он тот, кого мы могли бы назвать «спокойный босс», который позволяет, чтобы его товарищи принимали самостоятельные решения.

Что касается заявленной вины этих генералов в очевидных фактах – действительном заговоре с германским правительством – общее мнение, что обвинение не доказано. Хотя, нужно сказать, двое очень хорошо информированных послов, с которыми я обсуждал этот вопрос, выразили уверенность, что, вероятно, в обвинениях есть некоторая доля правды.

Прошло несколько недель и горячие головы слегка поостыли. За это время я сделал попытку расследовать факты и добыть умеренные суждения и оценки людей, которые могут оказаться настолько же информированы, как иностранцы. Чтобы прийти к согласию что же произошло на самом деле, какова текущая сила правительства и его перспективы.

Внешняя сторона Москвы непосредственно после исполнения приговоров.

По прибытии в Москву я обнаружил, что на поверхности вещей всё выглядит как обычно. На улицах, в дорожном движении или толпе ничто не указывало на какие-либо проблемы. Нет никаких признаков (как пишут в газетах) казаков, ставших лагерем у Кремля или гарцующих по Красной площади.

(Примечание Мемуариста. Фраза кажется странной. Какие казаки с палатками на Красной площади? А между тем, посол не шутит, западные газеты писали ровно это.

При царе в случае любых беспорядков вызывались казачьи части, чтобы усмирять мирное население шашками и нагайками. Иногда царские казачки действовали против горожан как натуральные каратели. Достаточно вспомнить 1905-й год.

Так что западный мир вполне логично ожидал от Сталина таких же действий. Заговоры, волнения – срочно вызывать карательные команды и лупить по царской традиции по мирным демонстрациям из пулемётов. А казаков почему-то не видать. Может была некоторая разница между царём и большевиками? Продолжаем.)

Вскоре после моего прибытия мне представился случай встретиться с некоторыми комиссарами и официальными лицами внешнеполитического ведомства и я не смог обнаружить перемены в их поведении или отношении. Во время встречи с Литвиновым, народным комиссаром иностранных дел, в связи с обсуждением ситуации в Испании и Европейских дел, я прямо спросил его понимает ли он насколько эти события ослабили Советский Союз в политическом и военном смыслах в глазах западной Европы.

Он заявил, что Советский Союз далеко не слаб и намного сильнее, чем был. Что правительство должно быть действительно сильно, чтобы вынести потерю стольких своих руководителей по обвинениям в измене и продолжать «уверенное плавание» без штормов и проблем, делать каждый день свою обычную работу.

Под поверхностью, тем не менее, есть признаки, что разворачивается операция большой значимости. В местной и, особенно, в провинциальной печати постоянно поддерживаются уголовные процессы против сотен обвиняемых и расширяющиеся чистки в партии. Они имеют место в промышленности, сельском хозяйстве, науке, художественных кругах, театре и всех сферах деятельности.

Постоянная жёсткая критика различных ситуаций и отдельных личностей каждый день появляется в новостных колонках контролируемых государством газет. Еще более убедительны передаваемые из уст в уста сообщения об исчезновении или аресте того или другого, порой заметного, а порой совершенно рядового человека.

Часто эти слухи подкрепляются информацией из первых рук. Вероятно, многое преувеличено. Тем не менее, в моём понимании, нет сомнений, что власти с большим пылом непреклонно проводят «чистки» с нарастающей последние несколько месяцев быстротой.

Казни этих офицеров Красной армии – часть общей ситуации. Конкретную трагедию невозможно адекватно понять или объяснить, кроме как часть общей картины.

Во время процесса Радека упоминались имена маршала Тухачевского и генерала Путны. В тот момент прокурор Вышинский позаботился оградить Тухачевского от любых возможных обвинений в соучастии. Несмотря на это, сразу после процесса Тухачевский пропал.

Распространились слухи о его заключении в тюрьму и тому подобном. В это время было множество разговоров о жестокой междоусобной борьбе между армий и тайной полицией.

Недавняя хронология трагедии.

В конце марта Тухачевский вернулся в Москву. Вместе с Ворошиловым, генералом Егоровым и другими обвиняемыми Тухачевский приходил на апрельский ужин в посольство, который мы давали в честь офицеров Красной армии.

В то время ни что не указывало на напряжение между этими людьми. У Тухачевского была репутация очень способного человека. На меня лично он большого впечатления не произвёл. Он имел свежий и молодцеватый вид, слегка полноват для своего роста и выглядел как человек, наслаждающийся жизнью.

Французский посол месье Кулондр сказал, что понимает, что крах Тухачевского может быть частично приписан его неосторожности с подружкой (предполагаемой германской шпионкой).

В апреле было объявлено, что Тухачевский будет одним из официальных представителей на коронации Короля Георга. Одиннадцатого мая официально объявили, что он отстранён от должности заместителя комиссара обороны и назначен на второстепенный пост в районе Волги.

Семнадцатого мая Центральный Исполнительный комитет коммунистической партии принял решение об установлении контроля Советов над армией. После этого каждый военный округ подчинили одному военному офицеру и двум другим членам Совета. Это означало абсолютный контроль партии над армией и политическое господство над военной дисциплиной и действиями.

Одиннадцатого июня Тухачевский и другие обвиняемые были арестованы, обвинены в измене и сотрудничестве с иностранным государством (Германией). Было объявлено, что они признали свою вину. На следующий день подвергнуты суду трибунала и признаны виновными.

Сопутствующие обстоятельства, деятельность партии, приближающиеся выборы.

Этим событиям сопутствовали действия политического и экономического характера, взаимосвязанные с непосредственной трагедией этих расстрелов. В январе этого года, окончательная редакция новой Советской Конституции была одобрена и утверждена конституционными собраниями различных составляющих республик.

Она была задумана как идеальная Конституция, направленная на защиту общей свободы и меры защиты свобод личных. Эта Конституция содержала другие установления, имеющие далеко идущее влияние.

До этого, например, промышленные рабочие пользовались большим преимуществом в своём представительстве в правительстве над сельскохозяйственным населением. При старой системе каждые сто двадцать пять тысяч крестьян выдвигали одного представителя, в то время как каждые двадцать пять тысяч промышленных рабочих также выдвигали одного представителя.

Новая Конституция это изменила. Все голоса были приведены к единому основанию. В дополнение к этому, свободные выборы гарантировались путём тайного индивидуального голосования. Предполагалось, что эти выборы пройдут в мае. Они были отложены.

В течение февраля и марта я слышал от двух разных членов Совета народных комиссаров или кабинета, что они работают день и ночь, забросив свои прямые официальные обязанности, в связи партийной подготовкой близящихся выборов.

Испанский посол утверждал, что его информировали, будто в феврале и марте 1937-го на Пленуме Центрального комитета партии обсуждалось стоит ли наделять сельскохозяйственных избирателей столь гигантской властью так резко. Настаивали, что в Испании причиной поражения народного движения оказалось то, что лидеры попытались дать свободу и равное право выбирать, без предварительного снабжения их демократии подходящей организацией и подготовкой в деревенских районах.

Он утверждал, что лично Сталин разрешил эти споры в пользу движения вперёд, на той основе, что это проверит способности коммунистической партии и это должно быть немедленно реализовано с большим пылом и силой.

(Примечание Мемуариста. Повторюсь, посол Дэйвис крайне своеобразно представляет демократию. Разрешать голосовать простолюдинам можно только тогда, когда всё схвачено на местах и в каждой деревне назначены правильные кандидаты, которые заранее победили. Не знаю, возможно, американская модель демократии работает именно так.

Сама идея обсуждать на Пленуме вопрос применять или не применять всенародно принятую Конституцию звучит дико. Такого просто не могло быть. Добавлю ещё, что в Испании, кажется, проблема была не в недостатке работы пропагандистов в деревне.

Проблема в Испании была в фашистском мятеже, подготовленном и поддержанном фашистской Германией и Италией. В том числе чисто военными средствами. Какая уж тут демократия. Продолжаем.)

Пятого марта на Пленуме Центрального комитета партии, Сталин произнёс эпохальную речь по этому поводу. Он бранил партию, за то, что она уделяет слишком много внимания хозяйственному развитию и слишком мало благополучию партийных механизмов.

Он требовал, чтобы каждый член партии стал бдительным солдатом на страже их идеалов от капиталистических государств, иностранных шпионов и тому подобного. Он определённо делал ставку на поддержку сельскохозяйственных рабочих и рабочих промышленных, против руководителей предприятий и партийных лидеров.

На протяжении всего марта и апреля и даже до настоящего времени каждое средство пропаганды – печать, радио и массовые выступления – выступало за реорганизацию, чистку и оживление партийной организации.

(Примечание Мемуариста. Стенограмма заключительного выступления Сталина на этом Пленуме сохранилась. Как обычно, имел в виду товарищ Сталин вовсе не заботу о партийной организации.

Он как раз говорил, что партия часто занимается не своим делом. Вмешиваться в низовые хозяйственные вопросы не следует. Но нельзя и оставить хозяйство без партийного контроля. Вот прямая цитата Сталина из той речи:

"В жизни… политика и хозяйство не отделены и неотделимы. Они вместе существуют и вместе действуют. Ни в коем случае нам нельзя уходить от хозяйства. Ни в коем случае!" Продолжаем.)

К семнадцатому мая, как сообщалось в Московской Правде, пятьдесят пять процентов официальных лиц пятидесяти четырёх тысяч первичных партийных организаций, разбросанных по Советскому Союзу, были избраны по первому разу.

К двадцать седьмому мая заявлялось, что от пятидесяти шести до шестидесяти двух процентов всей партийной организации, включающей десятки тысяч партийных ячеек, были сменены и "партия перестраивается". Партия стала ближе к массам. И всё это к тому, что "выборы сами себя не проведут".

(Примечание Мемуариста. Вот еще один характерный фрагмент из той речи Сталина о связи партии с массами:

"Можно признать как правило, что пока большевики сохраняют связь с широкими массами народа, они будут непобедимы. И наоборот, стоит большевикам оторваться от масс и потерять связь с ними, стоит им покрыться бюрократической ржавчиной чтобы они лишились всякой силы и превратились в пустышку." Продолжаем.)

За это время партийное руководство определённо делало попытки сблизиться с крестьянами. Правительственная печать постоянно критиковала местных партийных руководителей за угнетение крестьян коллективных хозяйств. Против местных чиновников выдвигались обвинения в халатном управлении сельскохозяйственными делами.

Продуктовые налоги были облегчены для сельскохозяйственных коллективов и для крестьян единоличников. Всё это имело явные черты политической гонки за голосами крестьян.

Сопутствующий промышленный кризис.

Одновременно с этими политическими событиями имели место хозяйственные события, сбивающие правительство с толку. Чиновники несли ответственность за расходование миллионных средств на развитие гигантских промышленных предприятий. Они произнесли множество обещаний улучшений и выгод для масс в связи с теми жертвами, на которые просили пойти пролетариат.

Невозможно отрицать насколько небывалые результаты были достигнуты. Но к 1937-му стало явно видно, что машина местами заскрипела и громыхала дальше во многих местах с трудом. Не создаётся впечатление, что промышленность работает на основе бескорыстного общества так, как должна бы. Различные, хитро задуманные способы стимулировать производство дают только единичные успехи и есть множество признаков недовольства.

В 1936-м году план по промышленному производству был выполнен. При этом объёмы существенно превысили показатели 1935-го года. Начинает казаться, что потолок более или менее достигнут и есть опасность спада в 1937-м. Согласно печати, имеется большое недовольство стахановцами со стороны нижних классов рабочих.

Система, очевидно, не работает так, как ожидалось. Проблемы труда и зарплаты очень серьёзны. Политическая активность в промышленности, направляемая мартовской речью Сталина, усугубила ситуацию и еще сильнее ухудшила обстановку. Печать наполнена обвинениями, обличениями и всевозможными нападками на директоров предприятий, руководящие кадры и т.п. во всех видах промышленности.

Еще один факт усугубляет это замедление запланированного роста экономики. Угроза войны потребовала в 1935-м и 1936-м годах роста бюджетных ассигнований в 15 или 20 раз по сравнению с бюджетом 1931-го. Это оказалось прямой и тяжёлой нагрузкой на промышленную программу. Многие производства были отвлечены для военного использования.

Заводы сельскохозяйственного машиностроения, металлургические фабрики и тому подобные были переведены на производство танков, самолётов, боеприпасов. Это еще замедлило выполнение обещаний улучшения жизни пролетариата сильными мира сего.

Все эти силы сошлись в трагедию Красной армии. Партия власти, она же правительство, столкнулась с несколькими серьёзными угрозами. Первое – возможностью контрреволюционных заговоров и убийств политических деятелей внутри.

Второе – возможностью контрреволюционных заговоров с Японией, Германией и внешними врагами. Третье – возможностью, что троцкисты засеяли всё общество семенами Революции. Четвёртое – неотложная возможность оказаться неспособными контролировать избирателей на приближающихся выборах.

Пятое – возможность серьёзного снижения промышленного выпуска тяжёлой и лёгкой промышленности и в большей или меньшей степени дезорганизации промышленности.

В виду этих условий, представляется естественным и вероятным, что действующие власти, сплочённая группа людей, должны направить всю свою энергию на усиление и укрепление своей позиции. Самосохранение требует, чтобы они сделали это. Ничто не укрепляет политическую партию во власти настолько, как страх внешней войны и возможного вторжения.

Партия и армия.

Само собой, является фактом, что источник величайшей слабости, так же как и источник величайшей силы этого правительства есть Красная армия. Это единственная переменная в уравнении, которая может немедленно свергнуть и уничтожить правительство. Военные обозреватели здесь практически единодушны во мнении – в том, что касается рядового и офицерского состава это – великолепная организация.

При подготовке и отборе офицеров применяются самые напряжённые испытания – физические, на психическую устойчивость и умственное развитие. Было бы честно предположить, что в этих условиях в армии появился класс офицеров, сознающий своё превосходство. Он заявил о себе в последние два года званиями, знаками различия, должностями, орденами, наградами, формой и т.п.

В то время как дисциплина армии и ее технические средства первоклассны, никто лучше этих офицеров не осознаёт, что это значит, Красная армия всего лишь "нарядилась, а пойти-то и некуда" пока промышленные возможности не смогут поддерживать их из тыла.

Сообщалось о большом недовольстве и критики, озвучиваемом армией по поводу неэффективности политических руководителей промышленности и их неспособности выдерживать обязательства по поставкам.

(Примечание Мемуариста. Вопросы и правда были и не только у армии. В мемуарах легендарного Советского конструктора артиллерии Василия Грабина про это написано немало. Как орлы Тухачевского тратили чудовищные государственные деньги на безумные проекты радиоуправляемых эсминцев и самолётов.

Как порезали классическую артиллерию, заменив её ни к чему не годными газодинамическими орудиями. Как не давали хода передовым образцам техники. Как пришлось нагонять упущенное буквально за несколько лет уже перед самой Войной. Глупость или вредительство? Кто знает. Продолжаем.)

Если вследствие этого в виду этой критической ситуации, люди из правительства столкнулись с возможным недостатком верности армии, маленькое чудо, что задействована такая скорость и безжалостность в установлении раз и навсегда, что армия – творение политиков и чиновников, а не их господин. Обвинить тех армейских генералов в участии в возможном вторжении Германии означало мобилизовать нацию на поддержку правительства.

Недостаток фактов о заговоре Красной армии.

Факты сейчас недоступны и сомнительно, что будут в достаточно длительной перспективе. Они могли бы подтвердить заявления о том, что действительно произошло и было объявлено преступлением этих офицеров Красной армии.

Мнение приходится основывать во многом на выводах из известных фактов, а их немного. Сообщения печати здесь практически лишены всего, кроме голословных обвинений. То же самое относится к обращению Ворошилова к армии.

Обо всём этом была заявлена позиция правительства, а именно, что эти люди виновны в измене Красной армии, сговаривались с Германией свергнуть правительство, признали свою вину. Были осуждены сливками Красной армии – равными им по положению офицерами – и доказательства их вины были представлены прежде трибунала представителям офицерства всех военных округов Советского Союза.

Подобная конференция действительно проводилась и очень большое число офицеров присутствовали на ней в Москве в это время. Это подтверждается иностранными военными обозревателями, видевшими многих из этих офицеров Красной армии, которых они ранее встречали в различных частях Советского Союза.

(Примечание Мемуариста. Вот как оказывается! Процесс Тухачевского всегда представляется либералами как абсолютно закрытое и беззаконное судилище. Как обычно, вспоминают старика Вышинского и ложно приписываемую ему фразу про "Признание – царицу доказательств". Схема либералов проста – невиновные жертвы, пытка, признание, расстрел.

А тут оказывается чуть ли не полстраны офицеров были ознакомлены с секретными доказательствами по делу. Доказательствами, не только признаниями. Нет-нет и задумаешься, как там с дымом без огня? Может и правда не всё так просто с "выдуманным" в кавычках Сталиным заговором? Продолжаем.)

Умозаключения из известных фактов.

Учитывая характер обвинённых, их длительный срок службы, их признанные отличия в своей профессии, долгую преданность делу коммунизма, с трудом верится, что их братья офицеры – Ворошилов, Егоров, Будённый, Блюхер и многие другие командующие округами – молча согласились с их казнью, если не были убеждены, что эти люди виновны в некотором преступлении.

Членами дипломатического корпуса общепризнано, что обвинённые должны были быть виновны в преступлении, которое в Советском Союзе заслуживает смертного приговора.

Примечание посла. Процесс Бухарина шесть месяцев спустя открыл доказательства, если они правдивы, более чем подтверждающие эти действия. Без сомнений, эти факты были полностью известны военному трибуналу еще в то время.

Из фактов, что мы имеем, могут быть сделаны некие выводы о том, какова, вероятно, была ситуация. Было бы вполне естественно для решительных мужчин, какими были эти люди, критиковать политический контроль чиновников над промышленностью, когда он стал мешать армии. Также разумно предположить, что группа людей, подобных этим, решительно возмущалась применением системы слежки за ними, при помощи тайной полиции и под контролем политиков.

Также было бы вполне естественно для людей подобного характера и особенно такой подготовки, едко возмущаться возможным разрушением отличной военной организации, которую они построили, путём установления политического контроля над военным командованием в каждом военном округе. Вполне честно предположить, что эти люди не позволили бы партии, членами которой они состояли, принять подобный образ действий как вопрос "партийного принципа" без отчаянного сопротивления. Возможно, они продолжали озвучивать подобное сопротивление.

(Примечание Мемуариста. Тут посол Дэйвис не до конца представляет нашу историю. Дело в том, что политический контроль над армией был с самого начала Революции. К каждому царскому офицерчику приставили комиссара – депутата от народа и партии. И кто из них был главнее в командовании большой вопрос.

Помните, как в легендарном фильме "Чапаев" братьев Васильевых красный комдив обиженно спрашивал у своего комиссара Фурманова:

– Кто командир дивизии? Ты или я?!

А приставленный к нему Фурманов дипломатично отвечал:

– Конечно, ты, Василий Иванович… И я.

Этот самый политический контроль отменили только к Войне. Когда комиссары были подчинены войсковым командирам и установлено единоначалие. А после комиссары и вовсе мутировали в безобидных болтунов-замполитов. Продолжаем.)

Тем не менее, если после семнадцатого мая, когда в результате партийного решения был установлен политический контроль над армией, сопротивление части этих офицеров продолжилось, даже если оно заключалось только в обсуждениях среди своих, их действия были бы изменой и тяжким уголовным преступлением, в соответствии с большевистскими правилами поведения.

Это основа партийного руководства, раз уж партийное решение одобрено большинством голосов, любое дальнейшее сопротивление этому означает измену.

Во всех этих условиях достаточно разумно предположить, что руководители партии, ответственные за осуждение этих обвиняемых убедили самих себя, что эти генералы Красной армии переросли своих создателей и представляли собой серьёзную угрозу партийной организации и её влиянию. Также возможно, что эти партийные руководители почти не имели сложностей в оглашении того, что обвиняемые проводили явный заговор, чтобы поставить волю армии над волей партии и провалились при создании заговора с внешними врагами с целью государственного переворота.

Перед лицом этих условий и под давлением Сталин и партийные лидеры действовали с большой скоростью и безжалостной суровостью. Они ударили первыми. Коммунизм – их религия и в отправлении стремительного правосудия за нарушение партийных принципов они были в сильной позиции "служения Господу".

Это также хорошо служило их собственным интересам, так как подобными действиями они укрепляли себя во власти. Добавив обвинения в измене государству, они стали бастионом обороны для русского национализма, который постоянно подстёгивается каждым доступным видом пропаганды.

(Примечание Мемуариста. Излишне говорить, что никакого "русского национализма" в 1937-м году просто не существовало. В американском английском словом "национализм" принято называть, среди прочего, патриотизм и как ни странно, социализм, при котором промышленность полностью забирают из рук капиталистов и отдают народу.

В этом случае речь идёт не о возвеличивании некой "русской нации", а о национализации промышленности в руках Советов. Да и слово "нация", строго говоря, англичане употребляют вовсе не в смысле Гитлера и Муссолини. Вспомните, хотя бы, Организацию Объединённых Наций. Народов, то есть, строго говоря. Продолжаем.)

Текущее состояние Сталинского режима.

Режим Сталина политически и внутренне, вероятно, сильнее чем когда бы то ни было. Вся возможная оппозиция уничтожена. Главный вопрос ситуации, тем не менее, зависит от отношения армии. В конечном итоге, именно армия держит ключи от всех дверей. В целом не верится, что на боевой дух армии сильно повлияли эти события.

Она, по прежнему, в своей массе коммунистическая, солдаты – партийные "граждане на военной службе". "Партия" настойчиво внедряется в молодёжь армии как религия. Вероятно, она слишком глубоко укоренилась в рядовом составе, чтобы ее было легко уничтожить. Что касается офицеров, они несомненно понимают реальную ситуацию.

Было очень ясно и безжалостно установлено, что партия – "босс". Тайная полиция – личное ведомство Сталина и партии. Она в седле и скачет во весь опор. Новый глава этой организации Ежов – сравнительно молодой человек. Его постоянно видят со Сталиным и он считается одним из сильнейших людей в правительстве.

Его эффективность и способности глубоко уважаются. Ворошилов, глава армии, старый большевик. Все знают его как сильного и энергичного человека, чья верность и убеждения невозможно поколебать личными амбициями. Кажется, он полностью верен Сталину.

Всё указывает, по крайней мере сейчас, что армия есть и будет верна партии. Если так, во внутренней политике, Сталинский режим будет, по крайней мере временно, более твёрд во власти, чем до этого.

Результаты за рубежом.

Результаты этих расстрелов, вероятно, были более серьёзны в их негативном влиянии на условия в Европе, вне России, чем на условия внутри Советского Союза. Нет сомнений, что уверенность Франции и Англии в устойчивости возможного восточно-европейского союзника должна была сильно поколебаться этими событиями.

Заключение.

За исключением политических убийств или внешней войны, позиция этого правительства и текущего режима выглядит неуязвимой сейчас и, вероятно, на некоторую перспективу. Опасность Корсиканца на сегодня полностью устранена. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

(Примечание Мемуариста. Любопытно, насколько сходятся оценки Тухачевского у большевиков и американских политиков. Только ленивый не называл маршала красным Бонапартиком. Понятно, намекали на задуманный тем переворот под маской новой революции с последующим личным воцарением на престоле.

Причём, говорить о бонапартизме Тухачевского начали задолго до 1937-го года. Не очень-то он и скрывал свои устремления.

Посол Дэйвис Тухачевского, обратите внимание, во вполне официальной переписке с Белым домом, постоянно зовёт Корсиканцем. То есть опять же – Наполеоном. Надеюсь, это лишь политическая оценка, а не оперативный псевдоним агента на американской подкормке. А как танцевал с дочкой Дэйвиса, как танцевал! Продолжаем.)

Часть четвёртая. Россия глазами её соседей

28-е июля – 24-е декабря 1937-го.

Эстония идёт по натянутому канату.

Номер 456, Москва, 28-е июля 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Политическая обстановка в Эстонии по отношению к СССР.

Совершенно секретно.

Сэр, воспользовавшись выходными конца недели, я нанёс неофициальный визит в Эстонию, в её столицу – Таллинн.

Текущее правительство – практически диктатура. С развитием вокруг них фашистских государств, они обнаружили, что их система слаба. Она не способна принимать быстрые и властные решения, которые необходимы для защиты страны. Слишком много времени было потрачено на дебаты.

Чтобы предохранить страну от впадения в ошибку полного фашизма, как случилось в Германии, президент – крайне благородный человек – с помощью других сильных людей узурпировал власть мирно и установил благожелательную диктатуру. Которая гарантировала бы последовательность политики и единые быстрые действия, когда необходимо, в национальных интересах.

Эти действия были предприняты с пониманием, что конституция будет рассмотрена и утверждена референдумом, в стремлении создать сильную форму демократического правительства. Главным внутренним политическим кредо является "Эстония для эстонцев!".

(Примечание Мемуариста. Обратите внимание, Дэйвис описывает вполне фашистское государство. К лозунгу про "Эстонию для эстонцев" не хватает только аналогичного "Эстония убер аллес", превыше всех. Или "Эстония понад усё", если угодно.

Но нет, для Дэйвиса это благородная фашистская диктатура. Практически демократия, только вот конституцию принять бы. Ни в какое сравнение не идёт с тоталитарным СССР. Кто угодно сгодится, лишь бы проклятых коммунистов ненавидели посильнее. Продолжаем.)

Националистический комплекс очень силён. Эстонцы германского происхождения, даже переехавшие несколько сотен лет назад на жительство в Эстонию, до сих пор не считаются чистыми эстонцами с политической точки зрения. Поддержанию эстонкой культурной независимости уделяется большое внимание.

Их отношение к России формально и дружелюбно. Они хотят уживаться со своим большим соседом, но всё еще помнят неудавшийся коммунистический путч 1924-го.

Вместе с Латвией и Литвой, Эстония часть "Балтийского блока". Весь блок озабочен сохранением их соответствующих националистических сущностей между Германией и Россией. Они все жизненно озабочены поддержанием мира.

(Смотрите в приложении аналогичные донесения по Финляндии, Латвии, Литве и Данцигу.)

Подобно остальным из этих восточно-европейских стран, Эстония главным образом пытается "пройти по натянутому канату", сохраняя баланс между Германией и Россией. Она является членом Лиги Наций и в общем-то развивается в европейском русле.

Как было сказано мне одним из этих джентльменов: "Мы входим в комитет невмешательства в Лондоне. Таким образом, мы получили возможность быть там представлены, при том, что представительство весьма скромное. Мы осознаём ограничения нашего размера и незначительности.

Мы не занимаем ничью сторону. Вполне откровенно – мы не хотим попасть в рискованную ситуацию, которая связана с поддержкой одной из сторон. Обоим сторонам мы честно говорим, что присоединимся к большинству."

Это – основа их международной политики. По данным последнего анализа, тем не менее, Эстонию контролирует Англия. Лорд Плимут совсем недавно посетил страну в коммерческом, квази-политическом туре доброй воли.

(Примечание Мемуариста. Про комитет о невмешательстве в дела Испании мы уже говорили. Эстония, конечно, ни к кому не присоединяется. Она просто помогает Гитлеру и Муссолини рвать на части бедную Испанию. Невмешательством.

Граф Плимут, по всей видимости, Ивор Виндзор-Клайв, заместитель государственного секретаря по иностранным делам. По нашему – заместитель министра иностранных дел Британии.

В свете его визита в гордую и независимую Эстонию забавно, что перед этим граф Плимут занимал посты заместителя госсекретаря по доминионам и колониям. Уж не считали ли британцы Эстонию своей новой колонией? Зато теперь рассказывают, что это мы оккупировали Прибалтику перед Войной. Продолжаем.)

В Эстонии, как и в Латвии, существует значительный блок германского меньшинства. Это беспокойный элемент. Всегда есть угроза, что когда Германия восстановит контроль над Эстонией, эта группа займёт свои прежние господствующие позиции.

С военной точки зрения, в случае военной атаки Германией России, кажется, они думают, что находятся вне опасной зоны. Когда я привлёк внимание к тому, что нападение на Ленинград с Балтики морскими и сухопутными силами – один из главных планов, которые согласно экспертному мнению, могут быть претворены Германией в жизнь в случае нападения на Россию, мне ответили, что они не согласны с подобной теорией.

Эстония расположена слишком далеко на север, целью нападения будет Москва, а не Ленинград и сухопутный путь на Москву намного южнее и не затронет их. Они настаивали на этом, несмотря на указание, что Таллинн – это старый русский морской порт Ревель и напрямую соединён железной дорогой с Ленинградом.

(Примечание Мемуариста. Говоря о гордой и независимой Эстонии 1937-го года нужно помнить – всего за двадцать лет до этого никакой Эстонии и никакого Таллинна не было. Был русский порт Ревель.

Таллинном он стал после оккупации в 1918-м году немцами. Они же и создали из этого обломка Российской Империи как бы независимое государство под своим контролем. Они еще в конце 1919 года войной на Петроград ходили.

Сходили неудачно, гордых эстов малость побили и мирно отправили домой. Попутно подписав в Тарту мирный договор с непризнанной пока еще никем Эстонией. Чтобы больше не приходили. Продолжаем.)

Я провёл в столице, Таллинне два дня и еще день в районе Нарвы – старинном центре русской текстильной промышленности, которая сейчас сильно распалась.

В городе и в деревне одинаково наблюдаются признаки бережливости, достатка, комфорта, чистоты и самоуважения. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Журнал, Стокгольм, 8-е августа 1937-го.

Я был заинтересован в поиске подтверждений заявлениям Литвинова во время визита Сандлера в Москву, о котором я докладывал департаменту ранее. Во многих словах мне практически сказали, что с их точки зрения шестнадцатая статья Устава должна быть изменена таким образом, чтобы освободить малые государства от обязательств участвовать в хозяйственных или военных санкциях. Чтобы дать им возможность лучше поддерживать свой нейтральный статус.

(Примечание Мемуариста. Нейтральный статус в этом случае означает поддержку Гитлера. Собственно, шестнадцатая статья Устава Лиги Наций как раз взывала к коллективной безопасности.

В ней чётко указывалось, что если парни типа Гитлера решили напасть на кого-то, все члены Лиги должны порвать с агрессором хотя бы торговые и финансовые отношения. Но нет, Скандинавия хочет быть нейтральной, а как показала история, на самом деле, на стороне фашистов. Так и вышло. Продолжаем.)

Существование скандинавского блока, включая Финляндию, заявлялось как признанный и совершенный фактор европейской дипломатии. Также было подтверждено, что шведское правительство горело желанием чтобы Финляндия подтвердила факт, что она не состоит в недружественных отношениях с Россией.

Всё это прежде, чем Финляндия примет участие в блоке, поскольку они в первую очередь были заинтересованы в сохранении целостности и нейтральности скандинавских стран в случае неприятностей между Россией и Германией или других европейских волнений.

Касательно перспектив мира в Европе мне было сказано, что сейчас ситуация выглядит намного лучше, особенно в виду приближающегося восстановления дружественных отношений между Англией и Италией, и ослабевания испанской угрозы. Как бы то ни было, это определённо очень шаткая ситуация, так как любое происшествие может стремительно вызвать вооружённый конфликт.

Дневник, Москва, 10-е августа 1937-го.

Мой старый друг Сэм Унтермейер, крепко за восемьдесят, насколько я знаю, но крепкий и сердечный, сейчас в Москве. Он бывал здесь и раньше. Он с энтузиазмом оценивает выдающееся достижения правительства по строительству метро в Москве, которое он определённо назвал одной из лучших систем метро в мире.

Он сказал: "Ты знаешь, метро – моя специальность", имея в виду свою борьбу в Нью-Йорке в связи с пятицентовым тарифом и проблемой подземки.

Он совершенно очарован Россией. Он сказал, что меня определённо наградили, назначив на этот пост. Для него это один из самых интересных дипломатических постов в мире.

Он сказал своему племяннику Лоренсу Стейнхарту, что из всех постов, русский наиболее желателен. Он динамичен, жизненно важен и будет иметь гигантский потенциал на только в ситуации в Европе, но и также в мировой ситуации.

Он долго распространялся на эти темы. Мы дружим долгие годы. Его острый ум, широта кругозора и взвешенность суждений делают его великим человеком.

(Примечание Мемуариста. Дедушка Унтермейер приезжал в Москву не просто так. Он известный юрист, политик, друг президента Рузвельта. Выходец из богатой еврейской семьи, Унтермейер перед Войной организовал несколько сионистских антифашистских обществ.

Вёл общественную работу с осуждением Гитлера. На редкость приличный в этом плане человек на фоне остальных парней из администрации Рузвельта.

И племянника, удачно пристроенного в собственной адвокатской фирме Унтермейера, он упоминал не зря. Мальчик из правильной семьи, Лоренс Стейнхарт станет следующим послом президента Рузвельта в СССР с 1939-го года. Это к вопросу об американской мечте и социальных лифтах. Племянничка он трудоустраивать к Дэйвису приезжал. Продолжаем.)

Заступничество за отца Брауна.

Ленинград, 10-е августа 1937-го.

Его превосходительству Литвинову.

Мой дорогой мистер народный комиссар!

Позвольте побеспокоить Вас в связи с вопросом, вызвавшим у меня большую озабоченность. Он имеет отношение к американскому гражданину отцу Брауну, католическому священнику, который сейчас проживает во французском посольстве и служит католикам из числа дипломатического корпуса.

Я лично знаю отца Брауна очень хорошо и глубоко уважаю его за характер и достойную преданность своим убеждениям. Я уверен, он во всех отношениях человек чести.

Между ним и Советскими властями возникли некоторые разногласия в связи с возможной передачей записей рождений и браков, которые ему вверены. Я понимаю, что он предоставил властям возможность проверить эти записи, но он очень тревожится по соображениям совести как бы у него не отобрали эти записи.

В виду духа обсуждений, что Вы имели с президентом Соединённых Штатов, завершившихся соглашением от ноября 1933-го года, я надеюсь, что Ваше достопочтенное правительство сочтёт желательным не позволить этому вопросу развиться в инцидент или спорный вопрос, которые могут, по моему мнению, иметь неблагоприятное влияние на чувства большой части американского народа.

Пожалуйста, рассматривайте эту записку не как официальное заявление, а как личное послание и просьбу Вашему достопочтенному правительству. Поскольку я не хочу входить в дискуссию о законных основаниях этой ситуации в настоящее время.

Заверяю Вас, что буду крайне признателен за личное внимание, которое Вы сможете уделить этому вопросу. С заверениями в моём глубоком уважении и почтении, полностью искренне Ваш.

Примечание посла. В этой ситуации, как и во многих других визовых вопросах, касающихся отца Брауна, внешнеполитическое ведомство неизменно шло навстречу моим просьбам.

(Примечание Мемуариста. Насколько органично выглядит пресмыкание богатого и влиятельного посла перед своим президентом или госсекретарём. И насколько дико читаются обращения вроде "его превосходительство" по отношению к Советскому наркому. Вот уж правда, между миром социализма и капитализма лежала натуральная пропасть. Продолжаем.)

Ходатайство за международную компанию деловых машин.

Ленинград, 10-е августа 1937-го.

(Примечание Мемуариста. Под таким непривычным названием зашифрована хорошо всем известная компьютерная фирма IBM. Свою работу она начала еще в конце девятнадцатого века и выпускала электрические табуляторы – гигантские шкафы на перфоленте для переписи населения. Впрочем, в тридцатые годы она чего только не производила. Даже винтовки и карабины для американской армии.

Как и большинство крупных американских компаний, IBM отметилась в поставках Гитлеру. Аж в 2001-м году компании пришлось извиняться за своих далёких предшественников и перечислить узникам фашистских лагерей более трёх миллионов долларов.

Неприятность состояла в том, что славные парни из ныне всемирно известной компьютерной фирмы тоже продавали Гитлеру счётные машинки. Для учёта узников лагерей в процессе их уничтожения. Американцы, такие американцы. Продолжаем.)

Его превосходительству Максиму Литвинову.

Мой дорогой мистер народный комиссар!

Разрешите привлечь Ваше внимание к вопросу, ожидающему решения соответствующих визовых властей Советского правительства, в связи с продлением визы мистера Шервта. Он американский гражданин и представитель в Москве Международной компании деловых машин Соединённых Штатов.

Международная компания деловых машин вовлечена в создание и сдачу в аренду различных видов машин, используемых крупными предприятиями, в связи с бухгалтерским и прочим учётом. У нее длительные деловые отношения с различными ветвями Советского правительства, которые, насколько я понимаю, всегда были приятными.

Фактически, многие Советские учреждения сегодня используют эти машины, что представляет собой очень существенную инвестицию. Присутствие мистера Шервта в Москве частично вызвано желанием со стороны компании иметь представителя на месте, чтобы гарантировать, что проводятся все надлежащие ремонты и машины используются с наибольшей пользой.

В виду этой ситуации, мне представляется желательным, чтобы мистеру Шервту позволили остаться в Советском Союзе.

Вдобавок к этому, я заинтересован в вопросе, поскольку главой Международной компании деловых машин является мистер Томас Уотсон.

Мистер Уотсон – тип гражданина, отдающего большую часть своей энергии и времени на поддержку вопросов скорее общественного, чем личного интереса. Он широко и благоприятно известен во всех прогрессивных частях американского бизнеса и является близким другом нашего великого президента.

Он – определённо, тип человека, благожелательного в связи с гуманитарными импульсами и предприятиями, в которых задействован Советский Союз. Я буду крайне расстроен, если ему дадут почувствовать, что с ним обошлись недружественным и несправедливым образом.

Возможно, Вы знакомы с мистером Уотсоном, поскольку он принимал деятельное участие в международных делах, а сейчас является президентом Международной торговой палаты.

Прошу простить за это вторжение с незначительным вопросом, в то время как Вы заняты крайне важными государственными делами. С заверениями в моём глубоком уважении и почтении, полностью искренне Ваш.

Примечание посла. Несмотря на суровость кампании, которую правительство проводит против всех иностранцев, и в разительный контраст с нею, внешнеполитическое ведомство удовлетворило этот запрос. Этот инцидент показывает вид работы, котором вынуждено заниматься посольство.

Также он показывает дружественное отношение, неизменно проявляемое Советским правительством по отношению к Соединённым Штатам во время моего пребывания в должности.

(Примечание Мемуариста. Напомню, этот замечательный филантроп и друг Рузвельта, магнат Уотсон был награждён лично Гитлером высшим Орденом заслуг Германского орла. Не просто так. Продолжаем.)

Ситуация с золотом.

По пути в Ригу, 12-е августа 1937-го.

Достопочтенному Генри Моргентау.

Дорогой Генри!

Будучи в Лондоне в июне, Бингхэм и я имели ланч с русским послом Майским – очень способным, проницательным человеком. Мы обдуманно подчеркнули, под видом случайности, большой интерес, уделяемый Советским Союзом защите цены на золото. Я думаю, мы донесли до него довольно ясно (не напрямую) мудрость сотрудничества Советского правительства с Соединёнными Штатами, особенно с Казначейством США. Я уверен, он доложил об этом своему правительству.

Также в Лондоне, я имел довольно расширенное обсуждение с Литвиновым. Мы подробно обсудили с ним мировую ситуацию с золотом и кажется, удалось убедить его в желательности установления более тесных контактов с Вами. Он заявил, что одобрил назначение дополнительного секретаря в Советское посольство в Вашингтоне для целей контактов с Казначейством. Я прямо спросил его каково действительное производство золота и каковы их текущие золотые резервы. Он предпочёл уклониться от ответа.

Тем не менее, он сказал мне, что текущие оценки весьма завышены. Конечно, при текущем режиме, Литвинов должен быть очень осторожен, нащупывая пределы своей сферы ответственности.

Он, разумеется, обеспокоен вторжением в сферу военных властей, которые ревниво охраняют факты, имеющие отношение к золотому запасу страны как военному и стратегическому секрету. И которые, я не сомневаюсь, постоянно преувеличивают его размер в целях пропаганды и устрашения своих врагов. Искренне Ваш.

Аресты немцев в России.

Журнал, Рига, 13-а августа 1937-го.

Насколько я понимаю, германский посол сделал заявления Советскому внешнеполитическому ведомству, протестуя против арестов германских соотечественников, о которых сообщалось в Москве, Ленинграде, Киеве, Харькове, Тифлисе и других местах. Согласно официальным сообщениям, большинство арестованных находятся под подозрением в шпионаже.

Секретное резюме для государственного секретаря.

Достопочтенному государственному секретарю.

Прага, 1-е сентября 1937-го.

Дорогой Корделл!

Следуя моим разговорам с президентом и тобой, я запланировал эти поездки в различные, прилегающие к Советскому Союзу страны. С целью, как я предполагал, получения данных из первых рук о личностях и задействованных силах.

Это оказалось неоценимо для меня и я подумал, что "Сводки фактов", что я посылал в департамент окажутся тебе полезными. Это оказалось трудной, но очень ценной для меня работой.

Таким образом я посетил (демонстративно) все страны Балтийского и Скандинавского блока – Эстонию, Латвию, Литву, Финляндию, Швецию, Данию, а также Мемель и Данциг. Я собираюсь посетить Чехословакию и Польшу по пути в Москву.

Примечание посла. В приложениях приведены полные тексты докладов из Латвии, Финляндии, Литвы и Данцига.

(Примечание Мемуариста. На первый взгляд удивляет почему в ряду стран посол называет польский город Данциг, он же Гданьск. Между тем, посол не шутит. На 1937-й год Данциг имел статус вольного города.

Его попросту не смогли толком поделить в Версале после Первой Мировой. В итоге город завис между Германией и Польшей с особыми правами. После начала Второй Мировой фашисты забрали город себе. А после нашей Победы в 1945-м году город был отписан мирной конференцией Польше.

С Мемелем, он же литовская Клайпеда, еще более любопытная история. По итогам Версаля Мемельская область оказалась под коллективным управлением Лиги Наций. В Мемеле разместили оккупационный французский контингент.

Дальше пятнадцать лет в Мемеле творился натуральный бардак. Успели провернуть пару финансируемых из-за рубежа восстаний. Область пытались захватить то Польша, то Литва.

Закончилось всё закономерно. В марте 1939-го, за полгода до начала Мировой Войны в порт зашёл германский флот из сорока кораблей. Город был оккупирован, а лично Гитлер даже провёл там парад. Про Польшу и Литву немедленно забыли, Клайпеда превратилась в укреплённую фашистскую военную базу. Продолжаем.)

Германии противопоставлен только Советский Союз. Для Германии идеально выставлять Советский Союз угрозой цивилизации. По факту же, Россия, по крайней мере сейчас, по моему мнению, искренняя защитница мира.

Конечно, ей выгодно с хозяйственной точки зрения поддерживать мир, пока она осваивает свои гигантские ресурсы, строит промышленность и укрепляет правительство. Географически Советский Союз в выгодном положении. Его бескрайность победила Наполеона.

Балтийские государства – внешняя политика.

Эстония, Латвия и Литва, созданные Лигой Наций, располагают одной внешней политикой – желанием сохранить свои суверенитет и независимость. Между двух соседей, каждого из которых они боятся, Эстония и Латвия менее дружелюбны Советскому Союзу, чем Литва.

Литва ссорится с Польшей из-за захвата Польшей её древней столицы – Вильно.

(Примечание Мемуариста. К 1937-му году никакой Литвы не существовало уже без малого полтора века. Поэтому эту "древнюю столицу" попеременно захватывали русские, немцы и поляки. Передала Вильнюс Литве насовсем, как обычно, только Советская власть. За что её, видимо, теперь и проклинают "истинные литовцы".

Совсем недавно в Европарламенте звучали очередные прибалтийские бредни про полвека Советской оккупации. Может надо было Вильнюс немцам отдать? Продолжаем.)

Ситуация напряжённая. Граница между Польшей и Литвой, по меньшей мере частично, перекрыта. Все сообщения прекращены.

Опять же, Литва опасается как бы её единственный полноценный морской порт Мемель, который сейчас полуавтономное государство под управлением Лиги Наций, с преобладающим германским населением, не забрала себе Германия.

Фактически, по моему мнению, исключая военные нужды, вызываемые атакой Германии на Россию, Германии мало выгоды, кроме удовлетворения национальной гордости, в захвате Мемеля или Литвы.

(Примечание Мемуариста. К сожалению, Гитлер не знал, что ему мало выгоды в этом. Поэтому Мемель, как мы вспоминали выше, превратился в сильно укреплённую военную базу нацистов с которой наносились удары по СССР. Продолжаем.)

Уровень жизни в Литве низок, а ресурсы настолько скудны, что овладение Литвой может легко снизить уровень жизни в Германии. Любое подобное приобретение Литвы станет обязательством, а не активом. В силу этих фактов и её географического положения, Литва более полагается на Россию, чем остальные государства.

Скандинавский блок.

Здесь также, внешняя политика и отношение этих государств, соответственно, по отношению к Лиге Наций основаны на их географическом положении на Севере и Балтийских морях, в возможной зоне конфликта Германии и других европейских государств против России.

Их жизненная цель – сохранить свою целостность и нейтральность. Позиция Финляндии, как практически неизбежной германской военной базы в случае северной атаки на Ленинград, ставит ее в особую опасность.

Скандинавский блок – свободная организация, нацеленная на защиту нейтралитета и независимости этих северных стран. Они полагаются на Лигу Наций, но расположены (Швеция вполне открыто) бороться за изменение шестнадцатой статьи Устава, чтобы освободиться от необходимости введения военных или хозяйственных санкций, чтобы в конечном итоге обеспечить свою нейтральность.

Как и в случае с Балтийскими государствами, влияние Британии здесь подавляющее. Британия – лучший покупатель и их валюты привязаны к фунту.

(Примечание Мемуариста. Вот так посмотришь глазами Дэйвиса и диву даёшься. Что Прибалтика, что Скандинавия – обычные марионетки Британии, которые радостно легли под фашистов. Задумаешься – а Британия и Германия во Второй Мировой точно были по разные стороны? Продолжаем.)

Отношение к Германии.

Во всех этих государствах большой заботой внешней политики является сохранение баланса между Россией и Германией. Важно, что Финляндию не принимали в Скандинавский блок пока Швеция не удостоверилась, что отношения между Россией и Финляндией мирные и дружественные. Они постоянно прилагают усилия, чтобы поддерживать строго корректные и официальные отношения с обеими странами.

Отношение к России.

Не похоже, чтобы эти страны сильно боялись заразиться коммунистическими идеями из русской пропаганды по радио и иным способом. Тем не менее, практически все они расположены недооценивать развитие России, её хозяйственный прогресс и текущую мощь её правительства.

Они практически единодушны во мнении, что Россия "имеет волю к миру". Доверие серьёзно поколеблено расстрелами красных генералов и продолжающимися чистками.

Западное Локарно и мир в Восточной Европе.

(Примечание Мемуариста. Посол уже не впервые говорит о слухах создания "Западного Локарно" – договора ряда западных держав. Напомним, что такой договор гарантировал бы мир в Западной Европе, одновременно открыв Гитлеру дорогу на Восток, к нам. Продолжаем.)

Одной из самых ценных порций информации, которые удалось добыть в этих визитах, стало указание на план, который держали в уме Англия и Франция, рассматривая сохранение мира в Восточной Европе. План на тот случай, если между Англией, Францией и Италией будет достигнуто соглашение о мире в Западной Европе, а Россию оставят за бортом, как показывают события последних трёх месяцев.

Идея кратко заключалась в следующем, как она была изложена Невиллом Чемберленом несколько недель назад министру иностранных дел Латвии. Поскольку было определено, что Гитлер не подпишет никаких мирных договоров со Сталиным, было задумано, что как часть соглашений Западного Локарно и одновременно с ними, Германия подпишет пакты о ненападении с граничащими с Россией странами.

Пакты, аналогичные существующим между Россией и этими государствами. В результате конфликт Германии и России будет минимизирован в силу этой "нейтрализованной" территории между ними. Таким образом, для этих двух противников будет предоставлена "крыша", которая сохранит мир в Восточной Европе.

(Примечание Мемуариста. "Крыша", разумеется, не та, что давали бандиты коммерсантам в девяностые. Хотя, зная волчью повадку иностранных заправил…

Этот мирный план Британии хорош только одним – при своём кажущемся миролюбии, он практически с неизбежностью приводит к Войне Германии и СССР. По сути, он исключает СССР из системы коллективной безопасности. А пакты с граничащими странами – ну Гитлер заключил пакт с Польшей и не только с ней, сильно это кому-то помогло? Продолжаем.)

Я уверен, что это информация первостепенной значимости, так как это первое предложение того, что Англия держит в уме в связи с урегулированием Советско-французской ситуации в сохранении мира на Востоке. Это объясняет её недавние очевидные заигрывания с Германией, которые представляются явно не в пользу Советского Союза.

Россия, Япония и Китай.

Две недели назад я ездил в Ленинград и находился в непосредственном контакте с ситуацией в Москве. После этого я через день говорил с мистером Хендерсоном по международной связи. Кремль определённо стремится уменьшить любую возможность активных Советских действий против Японии. Они делают всё возможное, чтобы казаться "притаившимся в засаде бульдогом". Такова ситуация на первый взгляд.

Тем не менее, у меня имеются собственные соображения по отношению к добросовестности подобного отношения. У меня нет сомнений, что России внутренне присуще желание помочь Китаю.

Её удерживает страх возможного германского нападения в случае её участия и возможно также страх потери контроля над её восточными вооружёнными силами, пока внутренняя ситуация не успокоится и не укрепится после расстрелов и чисток. В случае, если Япония через Китай сможет серьёзно угрожать линиям железнодорожных коммуникаций и озеру Байкал, Советский Союз несомненно вступит в бой.

Осмотр коллективных хозяйств и нефтяных полей.

По возвращении я планирую совершить поездку, охватывающую некоторые из основных коллективных хозяйств и некоторые из проектов социального обеспечения в районе Чёрного моря.

Также остаётся одна очень важная хозяйственная часть России, которую я хотел бы изучить, а именно, ситуация с нефтью в Баку и на Кавказе.

Столкновения и возможные конфликты иранских, английских, турецких и русских интересов там крайне важны. Я хотел бы доложить Вам об этой обстановке информацию, полученную из первых рук.

С завершенными отчётами по этой деятельности, я чувствую, что на первый взгляд, охвачу довольно полно хозяйственную, так же как и политическую деятельность Советского Союза. К пятнадцатому октября это должно быть завершено. Я постарался подытожить ситуацию так, как я её вижу.

Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Дневник, Париж, 4-е сентября 1937-го.

Прибыли сегодня на один день. Устроили "домашний" ужин вечером на крыше германского павильона на выставке. Мадам Рузвельт, сенатор Баркли и его дочь, сенатор и миссис Боб Ла Фоллетт, сенатор и миссис Альва Томас, сенатор МакКеллар, сенатор Генри Ноллис, миссис Малдауни и мисс Янг (она была с Ла Фоллеттами), мистер и миссис Бесс из Москвы, Чарли Наттер по дороге из Москвы в Мадрид. Это была очень приятная вечеринка.

(Примечание Мемуариста. Где же ещё собраться американским сенаторам, как не под зловещей сенью гигантской статуи фашистского орла на крыше германского павильона Всемирной выставки.)

Боб Ла Фоллетт стал исключительно сильным человеком со взвешенным характером. Из него может получиться когда-нибудь хороший президент. Альбен Баркли выглядит хорошо и по настоящему великий человек, намного более великий, чем кажется из-за его скромности и простоты.

Я был рад встретиться с моими старыми друзьями МакКелларом и Томасом. Утешительно знать, что люди их калибра служат нашей стране. Есть что-то потрясающее в том, чтобы встретить одного из старых друзей в чужой стране.

Пиратство в Средиземноморье.

Журнал, Париж, 6-е сентября 1937-го.

Сообщается, что Советское правительство направило сформулированную в резких выражениях ноту итальянскому министерству иностранных дел, возлагая на Италию ответственность за потопление двух русских судов в восточном Средиземноморье. Требуя возмещения убытков и наказания виновных.

В своём ответе итальянское правительство отвергло ответственность за атаки на Советские суда и одновременно требования возмещения убытков и наказания виновных.

Французские и британские представители в каждой столице передали приглашения на конференцию десятого сентября в Ньоне по предотвращению пиратства в Средиземноморье. Приглашены правительства Италии, Греции, Югославии, Турции, Египта и Албании – как средиземноморских государств, подписавших Конвенцию о субмаринах 1936-го года.

СССР, Румыния и Болгария приглашены как черноморские державы, имеющие выход в Средиземное море. Также Германия – как прямо заинтересованной в схеме контроля и жертве нападений.

(Примечание Мемуариста. От Германии до Средиземного моря два лаптя по карте. Только что пираты потопили два Советских корабля. Но на конференцию зовут немцев.

Они, бедняги, еще и жертвы атак. Обратите внимание, выходящую прямо на Средиземное море Испанию не зовут. Дальше станет понятно почему. Качественная британская логика. Продолжаем.)

Это только один из множества примеров высокомерной наглости агрессоров в этой ситуации с "пиратскими" в кавычках подлодками. Дипломаты посмеиваются в рукав, от отвращения или забавы над бесстыдной манерой, в которой эти диктаторы выходят сухими из воды своими отговорками. Никто не сомневается, что эти атаки были действительно совершены итальянскими подводными лодками на русские корабли, везущие припасы для Испании.

(Примечание Мемуариста. Вот так. Все всё прекрасно понимают и пальцем о палец не ударят, чтобы остановить Гитлера и Муссолини. В Испании не должны победить сочувствующие социалистам республиканцы. Точка. Ради этого можно оправдать любую мерзость фашистов. Продолжаем.)

Подтверждения франко-британским приглашениям на Средиземноморскую конференцию были получены от СССР, Греции, Египта, Румынии и Болгарии.

Ответ Советского правительства в "признание нетерпимой природы атак итальянских военных кораблей против коммерческих судов" запрашивал по какой причине было направлено приглашение Германии, не являющейся Средиземноморской державой. И требовал приглашения на конференцию Испании.

Дневник, Виши, 7-е сентября 1937-го.

На несколько дней остановились в Виши, где Марджори принимает "лечение", пока я быстро напрашиваюсь на него, насаясь по Европе.

(Примечание Мемуариста. Французское Виши – не только столица предательского режима, сдавшегося Гитлеру. Это всемирно известный курорт минеральных вод.)

Мы прогулялись и прошлись по антикварным магазинам. Мы нашли очень необычный чайный сервиз из севрского фарфора, изготовленный в Санкт Петербурге по приказу Екатерины для её любовника графа Орлова. Также бронзовую голову Вольтера работы Гудона, со стола Екатерины во дворце и портрет Вольтера кисти Дизраи, также из библиотеки Екатерины в Эрмитаже.

Утверждения о германской и финской деятельности в России.

Журнал, Будапешт, 22-е сентября 1937-го.

Из Москвы до меня дошли сведения, что двадцать один человек были казнены в Ленинградской области за организованную деятельность против местного Совета.

Было объявлено о разоблачении серьёзного заговора в Карелии, целью которого являлось отрезать порт Мурманска и Кольский полуостров, захватив железную дорогу к этим местам ниже Петрозаводска. Заявляется о причастности германских и финских агентов.

Предполагаемый подрыв химического комбината германскими шпионами.

Журнал, Вена, 29-е сентября 1937-го.

Из Москвы сообщают о казнях многих официальных лиц в Харькове, Ростове-на-Дону, Свердловске, Тифлисе и других местах. В Ленинграде шестнадцать человек были расстреляны за подготовку убийства членов правительства и разрушение химического комбината. Они описываются как шпионы германской тайной полиции.

(Примечание Мемуариста. Когда читаешь такие сообщения, очень трудно оценивать их правдивость. Понять, где кончаются действительные заговоры, а где начинается охота на ведьм практически невозможно.

К сожалению, в тех условиях вполне реально представить и заговор с целью отсечения поставок в Мурманск и германский саботаж нашей химической промышленности. Война была на носу и будущие враги не стеснялись в средствах. Продолжаем.)

Дневник, Москва, 4-е октября 1937-го.

В пять тридцать журналисты собрались на пресс-конференцию. Уолтер Дюранте, Анна Луиза Стронг, Родман, Массок, Деуэл, Джо Барнс и Джим Браун. Я дал им подготовленные заявления и затем не под запись мы подробно обсудили мир в Европе, Японию, Китай и местную ситуацию.

Дюранте был настроен очень пессимистически. Из того, что было ему известно о недавних событиях в Чехословакии и на Балканах, он пришёл к определённому мнению, что война Гитлера приближается очень быстро.

Речь президента Рузвельта в Чикаго.

Журнал, Москва, 5-е октября 1937-го.

Президент выступил в Чикаго с великой речью. Он сожалел о распространившемся в мире неспокойствии и том, что навязчивый страх бедствий занял место высоких надежд возникших в завершение договора Келлога.

"Сегодняшнее царство террора и международного беззакония началось несколько лет назад" – заявил он. "И сегодня достигло стадии, когда самые основы цивилизации оказались под серьёзной угрозой… Нации подстрекаются и занимают стороны в гражданской войне с нациями, никогда не причинявшими им вреда… Нации, требующие свободы для себя, отрицают её для остальных."

Затем он произнёс предупреждение, чтобы никто не воображал, если дела пойдут хуже в других частях мира, что Америка сможет избежать этого и будет умиротворённо продолжать нести этику и искусства цивилизации. Чтобы такие дни не наступили? "миролюбивые нации", – заявил он, – "должны предпринять согласованные усилия, чтобы поддержать законы и принципы, на которых только и может покоиться мир.

Они должны предпринять объединённые усилия против тех нарушений договоров и пренебрежения гуманными инстинктами, которые сегодня создают международную анархию и нестабильность, из которой нет выхода через простую изоляцию и нейтральность."

В современном мире существует общность и взаимная зависимость, техническая и моральная, делающая невозможным для какой бы то ни было нации полностью изолировать себя от беспорядков, особенно когда подобные беспорядки распространяются. Для народа Америки жизненно важно восстановить священность международных договоров и поддержать международную мораль.

Затем он обратился к чрезвычайно высокой стоимости вооружений и сказал, что Соединённые Штаты потратили на них намного меньше, чем многие страны, но: "Я вынужден и Вы вынуждены, тем не менее, смотреть вперёд. Мир, свобода и безопасность девяноста процентов населения Земли находятся под угрозой оставшихся десяти процентов… Ситуация, определённо, является всеобщей заботой."

Он продолжил ремаркой, что в случае распространения эпидемии заразной болезни, общество всегда одобряет и присоединяется к карантину для пациентов.

Несколько членов дипломатического корпуса позвонили мне касательно этой речи. Она вызвала небольшую сенсацию и неудивительно, это было самое ясное заявление о надвигающихся проблемах, из всех сделанных до этого.

Типичный анекдот об условиях в России.

Выдержка из письма генерал-майору Уотсону.

Вот еще один, что Демари Бесс из "Христианского научного обозревателя" рассказал мне на днях. Он может рассмешить "Босса".

Миссис Бесс наняла русского из персонала посольства, рекомендованного мною, чтобы кое-что покрасить. Вскоре после этого бедняга был арестован как подозреваемый. После десяти дней заточения его отпустили.

Он вернулся и рассказал миссис Бесс о своём опыте с большой гордостью и заявил, что никогда не удостаивался привилегии ассоциироваться с подобными людьми и блестящей интеллектуальной компанией, которую он обнаружил среди его сокамерников в тюрьме. И был весьма расстроен своим положением в обществе.

Дневник, Москва, 7-е октября 1937-го.

Приезжал посол Трояновский и провёл со мной час времени. Он дал весьма интересный взгляд на обстановку здесь, который оправдывает казни. Он описал наивность людей даже в правительстве, распространяющих своё доверие и делающих членство в партии гарантией надёжности.

Он утверждал, что страна фактически кишит шпионами враждебных держав. Что эти шпионы вовлекались в такую службу годами как члены коммунистической партии и даже самого правительства.

Он заявил, что сам много раз испытывал подозрения. Что Англия и Франция кишат подобным же образом. Что Сталин может позднее открыть миру "свою сторону" этой ситуации.

Трояновский возвращается в Штаты. Он способный человек, верный своим вождям и его партии.

Москва, 15-е октября 1937-го.

Выдержка из письма секретарю Халлу.

За последние несколько дней у меня было несколько очень любопытных бесед. Они проходили только при условии, что я буду необычайно аккуратен в их передаче. Для меня стало откровением насколько мало здешние дипломаты доверяют надёжности шифров.

Я был вынужден отправить курьера в Париж, чтобы передать эту информацию Вам оттуда. Это было условием, при котором мне согласились дать информацию.

(Примечание Мемуариста. Как и в других случаях, само содержание этой секретной информации не приводится. Неудивительно, книга написана в 1941-м году, многие тайны не то что не успели остыть, а были прямой рабочей информацией для политиков.)

Дневник, Москва, 16-е октября 1937-го.

Посол Россо, посол Шигемитсу и советник Урбайе из Норвегии приходили на ужин и бридж.

Итальянский посол Россо выбрал японского посла в качестве партнёра и говорил о "нациях-агрессорах" шутки ради. Я подшучивал над ними когда одному из "агрессоров" не удалось взять взятку с его единственным тузом, когда у него было преимущество против игровой ставки, и когда эта взятка могла привести ставящих к выигрышу.

Возможно, "агрессоры", в конце концов, не так уж и умны. Мы здорово повеселились над этим.

Обстановка в Европе.

Москва, 25-е октября 1937-го.

Достопочтенному Бернарду Баруху.

(Примечание Мемуариста. Ещё одна примечательная личность. Бернард Барух, эдакий Сорос своего времени. Биржевой спекулянт по прозвищу "одинокий волк Уолл-стрит", миллиардер, финансовый консультант пяти президентов от Вильсона до Трумэна. Человек, придумавший термин "холодная война". Один из архитекторов американской военщины. Продолжаем.)

Мой дорогой Берни!

После того, как мы расстались у меня была очень любопытная двухчасовая конференция с президентом Чехословакии Бенешем и аналогичная конференция с адмиралом Хорти правителем Венгрии и министром иностранных дел Австрии.

(Примечание Мемуариста. У Венгрии, действительно, не было выхода к морю. Как и законного короля после переворота. А вот временный диктатор Хорти – адмирал вполне настоящий. Успел повоевать на морях при австро-венгерской империи. Закончил, как многие друзья Дэйвиса, почему-то на стороне Гитлера.

Про адмирала Хорти ходил такой анекдот. Анекдот – анекдотом, а политическую ситуацию тех дней отражает верно.

Венгрия объявляет войну США.

– Какие претензии имеются к США у Венгерской республики?

– Венгрия не республика, Венгрия – королевство.

– Простите. Какие у короля Венгрии претензии к США?

– В Венгрии нет короля. Нами правит адмирал.

– Адмирал? Значит, у вас сильный флот?

– У нас нет флота. У нас нет даже выхода к морю.

– Странно. А какие у Вас претензии к США?

– Никаких.

– Значит у вас претензии к нашим союзникам? Великобритании? СССР?

– Нет.

– Так к кому у вас какие претензии?

– У нас есть претензии к Румынии.

– Так, Вы всё перепутали и собирались объявить войну не США, а Румынии?

– Нет. Мы союзники!!! Продолжаем.)

Хотя эти летние поездки оказались довольно тяжёлой работой, тем не менее, дело того стоило. Я получил понимание и возможно, глубокое знание действительного отношения различных министерств иностранных дел и важных фигур в правительстве стран, которые я посетил, не только к Советскому Союзу, но также к европейским проблемам и миру в Европе в целом.

Побуждаемый, как я полагал, сознанием того, что Соединённые Штаты не имеют в Европе никаких корыстных целей, я во всех этих ситуациях находил величайшую откровенность в разговорах, которые всегда носили неофициальный характер.

На самом деле, я действительно получил весьма ценную информацию, которая не была широко известна и которую я был обязан устно сообщать только президенту и государственному секретарю.

Со времени нашей беседы в Париже я много думал о Вашем ясном и чётком изложении проблемы европейского мира. Это характерно для Вашего видения и ясности суждений, с которыми Вы подходите к вопросам. Я хотел бы, чтобы эти идеи могли быть реализованы.

Ситуация в Европе день ото дня то благоприятна, то мрачна. События кружатся калейдоскопом.

Ситуация в Испании выглядит не слишком хорошо, но вполне возможно, Франко решит этот вопрос, добившись быстрого военного успеха. В таком случае остается выяснить, будут ли Балеарские острова по-прежнему служить яблоком раздора. Гитлер снова пропагандирует предполагаемое давление на немецкие меньшинства в Чехословакии. Очевидно, он поддерживает эту ситуацию на плаву.

Франция, похоже, собирает некоторые внутренние силы. Англия, как обычно, ведёт свою реалистичную игру с дальним прицелом. Теперь, похоже, Япония снова продемонстрирует, что решается нанести удар, когда мир поглощен другими проблемами. Похоже, ей это сойдет с рук.

"Террор" этих чисток – нечто пугающее и совершается ради укрепления власти этого правительства. Которое, как бы странным не казалось, вероятно, искренне желает улучшить положение простых людей.

Слабость, которую западная Европа видит в России, является скорее результатом принятия желаемого за действительное, чем объективной оценкой.

Дневник, Москва, 28-е октября 1937-го.

Долго совещался с британским послом, гуляя по лесу. За нами обоими следовали наши соответствующие ГПУ (тайная полиция), которые, казалось, наслаждались их прогулкой и визитом. Они держались на почтительном расстоянии, но не выпускали нас из виду. Мы в целом согласились с мнением, что чистки и убийства не нанесли ущерба политической силе правительства.

Дневник, Москва, 29-е октября 1937-го.

Приходил Литвинов на обед.

Когда ему предложили отправить русский балет на Всемирную выставку в Нью-Йорк, он в шутку ответил, что они очень красивы и привлекательны и могут влюбиться в Нью-Йорке и не вернуться в Москву. Всерьёз же, он сказал, что это, вероятно, будет мешать репертуару оперы и балета до такой степени, что, вероятно, окажется невозможно.

Он предложил, почему бы не отправить мужской хор Красной армии. Я надеюсь, мы сможем это сделать. Поют они великолепно.

Русский патриотизм в фильмах.

Выдержка из письма миссис Дэйвис, 30-е октября 1937-го.

Всегда доброжелательный Бендер по моей просьбе устроил нам показ нового советского фильма "Пётр Великий". Литвинов и Барков приняли нас. У них также были итальянский посол, лорд и леди Чильстон, французский посол и мадам Кулондр, норвежский посланник и еще несколько человек. Нас провели в симпатичный маленький кинозал с большими и удобными креслами.

У нас был двухчасовой показ этого очень похвального фильма. Картина была хороша не только с технической точки зрения, но и по причине выдающихся мест съёмки и актерской игры. Актеры действительно великие, и я использую это слово намеренно. Он должен быть у нас, когда ты вернешься. Удивительно, как они обращаются к историческим персонажам, даже царственным особам, чтобы возвысить концепцию русского патриотизма.

Примечание посла. Этот маленький кинозал для допремьерных просмотров Советских фильмов часто использовался Советским внешнеполитическим ведомством для развлечения членов дипломатического корпуса. Всё убранство было местного производства – в стиле модерн, весьма приятное и в высшей степени удобное. Киноленты всегда показывали днём. Чай и пирожные подавались на маленьких столиках рядом с каждым из глубоких удобных кресел.

Журнал, Москва, 31-е октября 1937-го.

Протестантские евангельские церкви Германии отметили День Реформации чтением специальной молитвы, в которой заявлялось:

"Церковь Христова сегодня подвергается гонениям. Вера во Христа подвергнута поношению. Создается новая религия, в которой библейскому учению более нет места."

Бедный Ниемюллер и другие десятки божьих служителей схвачены гестапо! Арестовано сто тридцать человек, так сообщают сегодня в новостях.

Двадцать лет русской Революции.

Номер 735, Москва, 15-е ноября 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Празднование двадцатой годовщины Советской Революции.

Сэр. Три дня: шестое, седьмое и восьмое ноября 1937-го года, объявлены Советским правительством государственными выходными для празднования двадцатой годовщины Советской Революции.

Общая программа.

Выдающимися событиями, предусмотренными официальной программой, были:

Первое. Многолюдный приём (по приглашению), состоявшийся в субботу вечером, шестого ноября, в Большом театре.

Второе. Празднование на Красной площади в воскресенье, седьмого ноября, с прохождением частей Красной армии и марширующих гражданских колонн перед Сталиным, генеральным секретарём коммунистической партии, президентом Калининым, премьером Молотовым, маршалом Ворошиловым и другими партийными руководителями.

Третье. Прием, организованный внешнеполитическим ведомством для членов дипломатического корпуса в Спиридоновке, которая является официальным домом приёмов, используемым правительством для таких случаев.

Торжества в Большом театре.

Встреча должна была начаться в шесть вечера в субботу. Приглашения на праздник, однако, не были доставлены членам дипломатического корпуса до позднего вечера субботы. Задолго до этого часа площадь перед красивым старым королевским оперным театром была переполнена народом.

Прямо перед театром стояли две белые, высокие и красивые статуи Сталина и Ленина, окруженные флагами и знамёнами различных союзных республик СССР на фоне красных драпировок и красиво подсвеченных цветов.

Фасад старого оперного театра был украшен таким же образом и наиболее эффектен благодаря искусной подсветке. Четыре больших портрета Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина простирались через весь фасад театра.

Внутри всё было впечатляюще оформлено похожим образом. Шесть ярусов лож были разделены длинными красными транспарантами с коммунистическими лозунгами. Все золотыми буквами.

Примечание посла. Щедрые украшения красными флагами коммунистической России на фоне выдающейся красоты оперного театра царского режима совершенно поразили меня.

Сцена, шириной не менее восьмидесяти футов, была увешана огромными красными плюшевыми драпировками, служившими фоном для еще одной белой статуи Ленина с большим портретом Сталина сразу за ней, – все это было щедро заставлено цветами.

Поперёк сцены стоял длинный стол, за которым сидели президент Калинин и группа официальных лиц из правительства. На втором ярусе, сразу за Калининым, сидели Сталин, Ворошилов и Ежов (начальник тайной полиции). На открытии собрания было много энтузиазма и непрерывных аплодисментов.

Премьер Молотов выступил с речью с трибуны. Это была почти лекция. Речь длилась около двух часов. Выступление не было особо вдохновляющим, но встречалось частыми аплодисментами, особенно, когда упоминалось имя Сталина.

В течение длинного доклада было заметно, что Сталин, Ворошилов и Ежов на галёрке совершенно очевидно перешептывались и шутили между собой.

После выступления последовал тридцатиминутный перерыв, и дипломатическому корпусу был поданы холодные закуски в фойе сразу за дипломатическими ложами.

После перерыва показали Советскую кинокартину, изображающую Ленина и его деятельность в течение трех дней непосредственно перед свержением правительства Керенского. Картина была хорошо сделана. Пропаганда была, конечно, вездесущей. Совершенно очевидно, Сталин был втянут в эту картину на несколько "кадров", очевидно, чтобы показать, что между Лениным и Сталиным существовало тесное доверие.

Программа, последовавшая за фильмом, состояла из песен, народных танцев и так далее и продолжалась до самого утра.

Празднование на Красной площади.

Все обладатели билетов должны были быть на своих местах к девяти тридцати утра воскресенья. Билеты были доставлены только накануне вечером и, в некоторых случаях, в восемь часов утра. Билеты могли получить только главы миссий и первые секретари. Практически весь дипломатический корпус находился в дипломатической ложе, которая непосредственно примыкала к трибуне Мавзолея Ленина, где стояли Сталин, Калинин, Ворошилов, Ежов и другие.

Прямо напротив, лицом к трибуне перед Кремлем, а также на обоих концах площади стояли по стойке смирно роты солдат и матросов со знамёнами. Их было, вероятно, шесть или семь тысяч. Оркестр, насчитывавший примерно шестьсот или восемьсот человек, был впечатляющим. На стенах здания, обращенных к зрителям, висели вездесущие красные знамена и флаги с лозунгами.

Выдающимся, среди них, переведенным на все языки был лозунг "Пролетарии всех стран, соединяйтесь!". Ровно в десять часов Ворошилов, командующий Красной армии, вылетел галопом из кремлевских ворот на очень красивом коне и осмотрел каждую часть стоявших войск в сопровождении начальника Московского военного округа маршала Будённого и их помощников.

Затем последовал парад, проходивший перед трибуной, где по стойке смирно стояли Сталин, Молотов, Калинин, Ежов, Димитров (глава Коминтерна) и маршалы Ворошилов, Егоров и Буденный. Различные воинские части, проходящие перед нами, описаны в прилагаемом меморандуме, подготовленном по моей просьбе военным атташе полковником Фэймонвилем, который был прикреплен к нашей миссии.

По окончанию военного парада около двенадцати тридцати, дипломатический корпус в основном разошёлся. Сталин и руководители правительства, тем не менее, остались, чтобы принять парад гражданских демонстрантов, которые продолжали идти через Красную площадь весь день, до заката.

Приём в Спиридоновке.

Что касается дипломатического корпуса, торжества завершились приемом дипломатического корпуса в Спиридоновке, официальном доме приёмов правительства. Это очень большой и довольно внушительный дом, прекрасно приспособленный для развлечений. Как и другие большие дома Москвы, он был построен купцом еще до Революции.

В отсутствие наркома иностранных дел Литвинова и его первого помощника Потёмкина, находящихся на Брюссельской конференции, гостей принимали заместитель наркома Стомоняков с женой, а также госпожа Литвинова. Казалось, здесь собрался весь дипломатический корпус.

Три четверти часа были посвящены музыкальной программе, которая была великолепна. Отличительной чертой стало появление двух юных талантов – девочки-скрипачки четырнадцати лет и мальчика-виолончелиста пятнадцати лет, – которые этим летом заняли первые места на международном конкурсе в Брюсселе.

В двенадцать часов был организован роскошный банкет. Здесь было изобилие превосходных блюд, особенно заметных благодаря исключительно красивому фарфору и золотой посуде старого царского режима.

Общие замечания.

Власти не жалели сил, чтобы создать праздничную атмосферу во всём городе. В течение нескольких предшествующих дней возводились строительные леса, и рабочие были заняты размещением огромных флагов и обилия красных транспарантов с различными лозунгами по всему городу.

Картины маслом для плакатов.

Несколько месяцев назад мне довелось побывать в институтах, где художники, работающие на правительство, занимались своей работой. Я обнаружил, что практически все наиболее выдающиеся художники были заняты написанием больших картин к двадцатой годовщине Революции, празднованию Красной армии и для различных правительственных учреждений. Эти картины были здесь в большом изобилии.

Огромные литографические картины маслом, изображающие исторические сцены Революции и портреты различных правительственных деятелей, были прикреплены к стенам зданий, и некоторые из них были размером не менее тридцати на двадцать футов. Они обычно красиво подсвечивались по ночам.

Эти картины маслом были дополнены бесчисленными литографическими плакатами, не напечатанными, но выполненными цветной или черно-белой пастелью.

Как уже говорилось, здесь были также большие гипсовые статуи Ленина и Сталина как в белом, так и в бронзовом цвете. На угловом фасаде одного из выдающихся зданий в центре Москвы над улицей возвышалась огромная статуя Ленина, прикрепленная к стене здания и достигавшая в высоту не менее тридцати футов.

Витрины магазинов на всех главных деловых улицах были щедро украшены вездесущими красными драпировками и множеством экспонатов. На одной из главных улиц было очевидное стремление показать в этих экспонатах деятельность Советского Союза в заботе и внимании, уделяемом детям и молодежному движению.

Ускорение строительства.

Было весьма заметно, что подготовка к этим праздникам характеризовалась общим ускорением работ по ремонту и очистке улиц и дорог, ведущих в город, и общим стимулированием строящихся предприятий, с тем чтобы закончить их к годовщине Революции. К примеру, большой мост, ведущий от Красной площади перед Кремлём через Москву-реку и строящийся в течение последнего года, имел признаки лихорадочной деятельности до самого празднованиям красного дня календаря. Работа спорилась днём и ночью, чтобы успеть открыть мост для празднования "Рабоче-крестьянской Армии" на Красной площади седьмого ноября.

Палатки с пищей.

Особенностью, которая привлекла мое внимание, было большое количество палаток, установленных продовольственным комиссариатом в центре города для подачи бутербродов, напитков и так далее. Еда выглядела привлекательной, чистой и была хорошо выставлена. Было также большое количество маленьких фургончиков с освежающими напитками, похожих по типу на фургончики продавцов мороженого, которые можно увидеть в городах Соединённых Штатов.

Исключительные и значительные особенности.

Необычные черты, которые привлекли мое внимание и которые были предметом особого внимания среди членов дипломатического корпуса, видевших ранее подобные торжества, как мне кажется, могли бы представлять ценность для департамента.

Отсутствие лозунгов, атакующих капиталистические страны.

Было отмечено, в частности, что на этом празднике, в отличие от прошлогоднего, была заметна разница в отсутствии лозунгов, транспарантов и изображений, нападающих на капиталистические страны и фашистских врагов. Лично я заметил только три карикатуры, направленные на Германию.

Исполнительные способности и организация.

Особое впечатление на меня произвел, помимо прочего, тот факт, что эти события свидетельствовали о высокой степени исполнительских способностей.

Они были хорошо спланированы и выполнялись с точностью до минуты с совершенно чёткой организацией. Официальные мероприятия также были очень хорошо выполнены с впечатляющим достоинством и точностью.

Военный парад на Красной площади.

Зрелище, которое устроили военно-морские и военные силы, было весьма впечатляющим. Вооружения, рядовой и офицерский состав этих различных подразделений были первоклассными. Особенно впечатляли механизированные части – танки, передвижные пулемёты и артиллерия, которые с большой скоростью неслись через Красную площадь.

Общий доклад военных атташе, как я понял из доклада полковника Фэймонвила, состоит в том, что это была первоклассная демонстрация военной мощи. Ничего нового не было обнаружено в отличие от обзора, проведенного в мае прошлого года. По-видимому, со стороны властей есть намерение не раскрывать излишне всё, что они могли иметь. Вообще говоря, военная демонстрация была практически такой же, как и в мае прошлого года.

Гражданская демонстрация на Красной площади.

Самой впечатляющей особенностью празднования на Красной площади лично для меня стала демонстрация марширующих рабочих как во время, так и после военного парада. Среди регулярных воинских частей, приветствуемых маршалом Ворошиловым, было примерно несколько тысяч гражданских лиц, которые маршировали в ротном строю, вооруженные винтовками, но все в беспорядочной гражданской и не слишком хорошей одежде. Они назывались Пролетарской стрелковой дивизией.

Примечание посла. Партизанская война очень поддерживается Советами. Среди множества картин, созданных для Красной армии современными Советскими художниками, изображающими боевые подвиги русских солдат заметно преобладание картин с гражданскими отрядами или партизанами, как они их называют. Это показывает степень, до которой командиры Красной армии полагаются на этот тип войны и насколько успешна она оказалась в кампаниях армии большевиков.

Они имеют некоторые черты солдат народной милиции и вооружённых фермеров нашей ранней истории. Эти крепко сложенные гражданские, прошедшие здесь парадом, без сомнений аналогичны тем, с кем сражались и на кого жаловались немцы, сейчас позади их линий. Это партизанские сражения на баррикадах гражданской войны.

(Примечание Мемуариста. Посол явно намекает на Советских добровольцев – партизан, бьющих фашистов за свободу республиканской Испании. Вообще же обилие картин с бойцами в гражданском можно объяснить гораздо проще. Посол забывает, что всё это посвящено празднованиям двадцатилетия Октября. Поэтому парни с маузерами на картинах – это не солдаты в бою, это большевики – революционеры 1917-го года. Продолжаем.)

С двенадцати тридцати и далее в течение всего дня вся Красная площадь была забита гражданским марширующим населением (объединениями рабочих), которые вошли на Красную площадь одновременно с трёх сходящихся улиц. Эти улицы на многие мили были забиты толпами, которые маршировали всё утро и которые будут маршировать весь день, чтобы пройти перед кремлёвской трибуной. Внутри самой площади было совершенное море знамён, транспарантов, растяжек с лозунгами, аллегорических моделей и статуй, которые несли тысячи явно восторженных демонстрантов.

Это была смешанная толпа людей обоего пола и всех возрастов. Было много младенцев и маленьких детей, сидевших на плечах родителей, чтобы они могли мельком увидеть Сталина. Энтузиазм постоянно подогревался боевой музыкой оркестра, о котором говорилось выше. Был также кто-то вроде заводилы, который время от времени невидимо, но через большие громкоговорители призывал славить вождей и идеалы Революции.

(Примечание Мемуариста. Забавно, что этого "заводилу" посол называет словом "чирлидер". Как девушек в коротких юбочках, развлекающих публику в перерывах спортивных матчей в США.)

Тайная полиция (НКВД, бывшая ГПУ).

Отчетливое впечатление оставило высокое положение тайной полиции (народного комиссариата внутренних дел) во время празднования. Комиссар Ежов, человек очень маленького роста, почти карлик, но с очень красивой головой и лицом, постоянно находился рядом со Сталиным, но совершенно ненавязчиво.

Во время военного парада было, вероятно, четыре или пять тысяч марширующих солдат тайной полиции. Они, по сути, являются строго военной организацией. Они (как офицеры, так и солдаты) были исключительно хорошо одеты, подтянуты и хорошо подготовлены. Их маршировка была отменной. Это был модифицированный строевой шаг. Их кавалерийские наряды были особенно эффектны и ловко подогнанными.

(Примечание Мемуариста. Никак не могу взять в толк, почему посол Дэйвис зовёт НКВД тайной полицией. Возможно, в этой спецслужбе, как и в любой другой подобной службе мира, были секретные подразделения. Но основная масса сотрудников наркомата – это вполне обычная Советская милиция. Ничего особенно пугающего или зловещего в ней не было даже в 1937-м.

Напомню, первые стихи про Дядю Стёпу, будущего милиционера, Михалков опубликовал в журнале Пионер за два года до этого, в 1935-м году. Советский милиционер именно такой – страж порядка и друг детей. Образ кровавого палача из НКВД придумали в подвалах американской пропаганды гораздо, гораздо позже. Продолжаем.)

Во время демонстрации граждан на Красной площади было очень заметно и показательно, что сквозь толпу, которая теснилась на этой площади, были вытянуты в четыре длинные параллельные шеренги сотни синих и зелёных фуражек солдат тайной полиции. Хотя это делалось, якобы, для сохранения маршевого строя, было очевидно, что и защитная цель тоже присутствовала, так как перед трибуной и вдоль всей площади выстроились ряды тайной полиции в зеленых фуражках – пограничники.

(Примечание Мемуариста. Посол продолжает радовать – оказывается, самая лютая секретная полиция это – пограничники! Там, на дальних лесных заставах, в болотах или горах они ведут неусыпную слежку за простыми Советскими гражданами.

Переходящими контрольно-следовую полосу в башмаках с привязанными коровьими копытами. Прослезился. Продолжаем.)

В течение дня, по разным оценкам, от восьмисот тысяч до миллиона двухсот тысяч человек прошли маршем перед Сталиным и его соратниками на Мавзолее Ленина.

Приостановление деятельности.

В течение трех дней во время празднования все правительственные учреждения были закрыты, и в целом дела приостановлены. В этот период не доставлялась ни почта, ни газеты.

Неявная значимость.

Нельзя недооценивать неявное значение празднования двадцатой годовщины Революции. Важен факт, что этот режим продержался двадцать лет. Важность этого подчёркивается тем, что Ленин, как предполагают, радовался когда прошли первые девяносто дней Советской Революции, что их Революция, по меньшей мере, уже пережила Французскую.

Несмотря на признанные огромные экономические, политические и военные преимущества этого режима, есть много свидетельств того, что эволюция этой революции идет по традиционным и общепринятым линиям, которые имеет обыкновение проводить человеческая природа. Темп развития Революции здесь медленнее, но закваска, по-видимому, действует аналогичным образом.

Если исключить войну в Европе, убийство или подобный несчастный случай, то здесь все сходятся в том, что армия верна, средства пропаганды работают эффективно, партийные функционеры либо фанатичны, либо запуганы тайной полицией, и вследствие указанного, правительство, по крайней мере в настоящее время, сильно и прочно укрепилось во власти.

Имею честь оставаться, сэр, с уважением Джозеф Дэйвис.

Дневник, Москва, 8-е ноября 1937-го.

На ланч приходил Альберт Рис Вильямс, автор "Советской России". Он был полон интересных сведений о своей двухмесячной поездке вглубь страны и рассказал интересную историю о своем ланче с президентом СССР Калининым и его матерью провинции. Мать и сын ели из общего блюда, потому что Калинин не хотел, чтобы мать подумала, что он стал "заносчив".

Когда Вильямс прокомментировал многочисленные иконы на стене, Калинин ответил, что не думает, чтобы они причинили ему какой-либо вред, и что они служили хорошей цели для его отцов до него, и он не "возражал" против них. Это указывает на то, что Советские официальные антирелигиозные настроения могут быть только "поверхностными". Я видел несколько признаков этого. Довольно трудно убить веру, которая пришла на коленях у матери.

(Примечание Мемуариста. Американский журналист Вильямс очень много путешествовал по русской глубинке ещё со времён Революции. Он написал целый ряд совершенно замечательных, практически этнографических очерков о Советском народе.

Его выдающиеся литературные работы о России отмечали многие писатели от Ильфа и Петрова до Бориса Полевого. Очень жаль, что сегодня найти правдивые книги Вильямса, начисто лишённые вражеской американской пропаганды, почти невозможно. Продолжаем.)

Журнал, Москва 12-е ноября 1937-го.

У меня была часовая конференция с одним из моих дипломатических коллег, который хорошо знаком с ситуацией на Дальнем Востоке. Его точка зрения вкратце сводилась к тому, что ситуация в отношении Брюссельской конференции выглядит безнадежной. Он всё еще цеплялся за надежду, что Великобритания, Франция и Соединённые Штаты смогут выработать что-то приемлемое. Если они потерпят неудачу, он чувствовал, что китайцы начнут длительную войну партизанского типа.

Он заявил, что, китайское правительство получило всю возможную помощь, которую могло ожидать от Советской России, кроме реального участия в боевых действиях.

Литвинов крайне пессимистичен.

Номер 708, Москва, 9-е ноября 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Беседа с комиссаром иностранных дел Литвиновым перед его отъездом на Брюссельскую конференцию.

Совершенно секретно.

Сэр, комиссар иностранных дел Литвинов пригласил меня на обед на свою дачу в субботу, за день до его отъезда на Брюссельскую конференцию. У нас была возможность провести длительный приватный разговор, который длился примерно полтора часа. Литвинов сообщил, что не планирует оставаться в Брюсселе на всю конференцию.

Примечание посла. Чтобы обсудить ситуацию на Дальнем Востоке относительно Вашингтонского договора девяти держав 1922-го года.

(Примечание Мемуариста. Этот самый договор девяти – очередной подлый международный договор, направленный на развязывание, в конечном итоге, Мировой войны. После Первой Мировой японцы оккупировали часть Китая и начали упоённо резать мирных китайцев.

Все мировые капиталистические державы это устраивало. Первыми заволновались США, когда поняли что японцы вот-вот захватят господство над всем Китаем и станут сами опасной державой. Хотя казалось бы, где США и где Китай!

В итоге, в Вашингтоне в 1921-м году была собрана конференция девяти держав. На конференции три месяца торговались, после чего решили не отдавать Китай целиком Японии, а грабить его понемножку всеми. Не ради благополучия Китая, а чтобы не допустить усиление Японии.

В конференции участвовали такие "азиатские" в кавычках державы, как: США, Британия, Франция, Италия, Бельгия, Голландия и Португалия. Позвали и Китай с Японией.

А вот Россию, которая с этим самым оккупированным японскими милитаристами Китаем имеет самую длинную в мире границу – не позвали. И вполне сознательно. Это дало нам повод официально не признавать всё, что там нарешали.

Толку, разумеется, от этого договора держав не было никакого. Когда в 1931-м году японцы оккупировали Маньчжурию и создали там марионеточную страну Маньчжоу-Го, никто из мировых держав им даже пальцем не погрозил. Продолжаем.)

Его сопровождает заместитель комиссара иностранных дел Потёмкин. Он много лет был связан с Литвиновым на Женевских конференциях и до недавнего времени был послом в Париже.

Литвинов крайне пессимистичен в отношении итогов Брюссельской конференции. Он заявил, что определенно, постарается избежать участия в последующих заседаниях.

Говоря о возможном мире, который Китай мог бы принять, он весьма положительно высказал мнение, что Китай не будет рассматривать вопрос о заключении мира через посредничество, которое предполагало бы передачу своих северных провинций Японии. В ответ на мою реплику о том, с какой другой альтернативой мог бы столкнуться Китай в такой ситуации, он заявил, что Китай вполне может "продолжать" партизанскую войну и при таком характере военной деятельности вопрос о поставках не является столь серьёзным.

Несмотря на блокаду и даже возможное прекращение сухопутных перевозок по индокитайскому маршруту, он считал, что китайским силам будут доступны достаточные поставки для ведения партизанской войны. Впечатление, которое он очень четко передал, состояло в том, что эти поставки могут идти из Советского Союза, возможно, через Монголию.

Ссылаясь на отказ Германии принять участие в Брюссельской конференции, сведения о котором он только что получил, он заявил, что некоторое время назад, по его сведениям, Германия направила в министерство иностранных дел Японии запрос о том, должна ли Германия участвовать или не должна, и что Хирота ответил отрицательно.

Далее он заявил, что Япония дала понять своим друзьям, что не желает, чтобы кто-либо из них, невольно подтвердил подразумеваемое нарушение Вашингтонского договора своим присутствием на конференции. После этого он заявил, что японские послы в Западной Европе настаивали, чтобы их министерство иностранных дел посоветовало Германии принять участие, но Хирота снова отказался.

Что касается Италии, то японское внешнеполитическое ведомство заняло позицию, что она не имеет такого серьезного значения и что оно не возражает против присутствия Италии. По мнению Литвинова, это было вызвано желанием иметь какого-нибудь союзника, который мог бы докладывать изнутри о развитии событий в ходе дискуссий.

Литвинов также заявил, что незадолго до созыва Брюссельской конференции Япония обратилась к британскому министерству иностранных дел с просьбой о посредничестве. Британское министерство иностранных дел было очень разочаровано, когда Япония отказалась присутствовать на конференции, и оказало всё возможное давление, чтобы заставить Японию сотрудничать в надежде, что предложенное посредничество может быть рассмотрено и обсуждено там без дальнейших отлагательств.

Несмотря на позицию Германии в отношении участия в конференции, он заявил, что по отношению к Китаю в Германии существует большой конфликт между финансовыми и торговыми кругами и политическими обязательствами германского правительства.

В связи с визитом графа фон Риббентропа в Рим я спросил, есть ли у него какие-либо сведения относительно того, была ли Италия вовлечена в нынешний японо-германский антикоммунистический пакт. Он ответил утвердительно, что Италия присоединилась к Германии и Японии в этой ситуации.

В ответ на мой вопрос, является ли это, по его мнению, определенным наступательным и оборонительным военным союзом между державами, он заявил, что нет необходимости в официальном объявлении обязательств военного характера между этими сторонами, ввиду современных условий, при которых войны ведутся без формального объявления таковых.

В ходе нашей беседы у меня сложилось вполне определенное впечатление об отношении Советского правительства к тому, чтобы присоединиться ко всем или части западноевропейских держав в этой разнообразной дипломатической деятельности. Он довольно подробно изложил позицию Советского Союза в Комитете по невмешательству и заявил, что посол Майский в Лондоне занял позицию, согласно которой Советский Союз не может взять на себя никакой ответственности в связи с англо-французским планом. Тем не менее, поскольку он не желает ставить под сомнение возможность достижения результатов в установлении мира, он не будет голосовать против этого плана, а просто воздержится от голосования.

Италия, заявил он, отказалась принять такое предложение. После этого он заявил, что французский и британский послы совещались с ним и настоятельно призвали Советское правительство изменить свою позицию по этому вопросу и "согласиться с ними".

И Франция, и Англия настойчиво требовали от его правительства сотрудничества в этой ситуации, поскольку в противном случае Советский Союз оказался бы перед всем миром в положении нации, блокирующей возможность мира и такие действия неизбежно "изолировали бы Советский Союз".

Он ответил им, что лучше быть изолированным и правым, чем быть неправым в хорошей компании и к тому же, глупым. Затем он добавил, что Советский Союз определенно подготовлен к "изоляции" и был вполне готов к этому случаю.

Это подтверждает заявление, сделанное мне в июле, которое я тогда же доложил в департамент. Высокопоставленный правительственный чиновник, указал мне на безразличие Советского Союза к позиции внешних правительств и даже к позиции Великобритании и Франции, и на то, что власти здесь определенно решили действовать по линии политики, которую они определили, и совершенно независимо, при необходимости. Совершенно уверенные в своей способности противостоять врагам как на западе, так и на востоке.

В ответ на мой вопрос о том, останутся ли в силе инструкции Майскому и сохранится ли прежняя политика, описанная выше, он ответил утвердительно, эта политика останется в силе. Он отрицал, что Советское правительство, как сообщалось, фактически отказалось от финансовых взносов на содержание Комитета по невмешательству.

В ходе беседы я задал ему прямой вопрос, чувствует ли правительство уверенность, что оно может рассчитывать на поддержку и верность Красной армии в виду нынешней чистки и особенно в связи с расстрелом генералов Красной армии в июне. Его ответ был таков: "Армия предана идеям и верна, несомненно, не генералам, а правительству."

При любой оценке этого правительства как фактора международной обстановки было бы, на мой взгляд, серьезной ошибкой недооценивать его мощь. После многих бесед с консервативными членами дипломатического корпуса и другими хорошо информированными персонами я пришел к мнению, что правительство хорошо держит армию в руках и, если не случится какой-нибудь случайности, прочно утвердилось.

Угроза войны и возможность нападения настойчиво пропагандируются всеми средствами связи. Недавно большая часть наркомата тяжелой промышленности была передана в непосредственное управление армии. Обычно считается, что это было сделано по настоянию армии и на том основании, что, поскольку на нее возложена ответственность, она должна быть наделена властью сделать эту армию правительства эффективной.

Есть признаки несколько лихорадочной активности в переговорах о закупке военных материалов, грузовиков и тому подобного. Будучи, несомненно, уверенным в своей способности защитить себя от военного нападения с запада или востока, или с обеих сторон, правительство не рискует, но энергично готовится к любому подобному повороту событий. Из многих признаков следует, что народные массы в высшей степени "осознают войну" и опасаются её. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Дневник, Москва, 10-е ноября 1937-го.

Совещание с заместителем комиссара иностранных дел Стомоняковым касательно двух дел о гражданстве.

Мистер Эф, американский гражданин, работавший на нефтяной трест, связался с некоторыми нарушителями спокойствия, рассматривался здесь в качестве важного свидетеля и, по-видимому, получил типичную для бюрократии любой страны волокиту, когда подал заявление на выездную визу.

(Примечание Мемуариста. Эф – это не фамилия гражданина, а первая буква. Сама фамилия вымарана послом. Так же, как и фамилия следующего участника.)

Они не переносили вопрос на серьёзную почву, но снова и снова откладывали выдачу выездной визы. Он напился до чёртиков, ударил в челюсть московского милиционера и приготовился к хорошему приступу белой горячки. Тем не менее, в течение двадцати четырёх часов после моей конференции он получил свою визу.

Мистер Гэ, натурализованный американец, женившийся на русской женщине, попал в беду. Прошлой весной нам сообщили, что его хотят депортировать. Недавно он был заключен в тюрьму, и нам устно отказали в возможности секретарю посольства Дарброу встретиться с ним в Минске.

Когда я обсуждал этот вопрос со Стомоняковым, он был не против. В этом случае мы тоже получили быструю реакцию. Обе ситуации были непростыми, поскольку рассматривались с точки зрения права справедливости, что я откровенно признал, но с учётом прав американского гражданства не могло быть никаких сомнений, что американское посольство вправе ожидать быстрых и положительных решений.

Было приятно получить это быстрое рассмотрение, которое является уникальным в свете "кампании ненависти", которая ведется против всех иностранцев.

Литвинов опасается войны в Европе.

Номер 722, Москва, 11-е ноября 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Совещание с народным комиссаром иностранных дел Литвиновым по вопросу о политике Советского правительства по отношению к Брюссельской конференции.

Совершенно секретно.

Сэр, народный комиссар иностранных дел мистер Литвинов вернулся из Женевы и через несколько дней должен был отбыть в Брюссель. По моему приглашению он приехал в посольство и пообедал со мной наедине.

Этот случай предоставил возможность для расширенного обсуждения не только ряда мелких вопросов, затрагивающих американское гражданство, но и для обсуждения вопросов, имеющих более широкое значение в международной обстановке.

Литвинов заявил, что Советский Союз получил приглашение принять участие в Брюссельской конференции и он планирует в ближайшее время выехать в Брюссель вместе с заместителем комиссара иностранных дел Потёмкиным. Он заявил, что для него будет невозможно остаться в Брюсселе, но он надеется присутствовать по крайней мере на первых заседаниях.

Он заявил, что положение на Дальнем Востоке в меньшей степени затрагивает жизненно важные интересы Советского Союза, чем интересы Великобритании или Франции, и он не очень-то верит в результативный исход конференции. Главным образом из-за того, что считает слабыми позиции Франции и Великобритании.

Он с большим энтузиазмом воспринял Чикагскую речь президента, но выразил сомнение в том, что Соединённые Штаты смогут дать какую-либо практическую или реалистическую справедливость Китаю на конференции. Затем он добавил, что англичане и французы в Женеве "прятались за спиной Соединённых Штатов", поскольку считали, что в настоящее время они ничего не могут сделать, если у них нет уверенности в активном участии Соединённых Штатов. Он подозревает, что в своих заявлениях Соединённым Штатам они прячутся за мнимой неуверенностью в том, какой окажется позиция Советского Союза.

Он сказал, что Советский Союз уже готов занять твердую позицию, если будет сотрудничать с Францией, Англией и Соединёнными Штатами. Советский Союз действительно серьезно заинтересован в прекращении военных действий и в немедленном установлении коллективной безопасности и мира. Он выразил надежду установить тесный контакт с американской делегацией по прибытии в Брюссель.

Говоря об общеевропейской ситуации, он был крайне пессимистичен, особенно в отношении Германии, Чехословакии и Австрии, проблемы с которыми он опять же приписывал предполагаемой слабости в политике Франции и Великобритании. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Журнал, Москва, 11-е ноября 1937-го.

Имел продолжительное обсуждение всей дальневосточной ситуации с моим хорошо информированным коллегой, который ввел меня в курс дела.

В августе Советское правительство согласилось предоставить китайскому правительству кредит в размере ста миллионов китайских долларов для закупки военных товаров. Поставки из Советского Союза уже значительно превысили эту сумму. Он заявил, что более четырёхсот лучших советских бомбардировщиков и истребителей уже отправлены в Китай по суше.

Эти самолеты сопровождаются по меньшей мере сорока Советскими инструкторами. Огромное количество более легких поставок, включая самолеты, доставлялось по суше, по воздуху и караванами. Он заявил, что в настоящее время в караванных перевозках задействованы более двухсот грузовиков.

(Примечание Мемуариста. Далее в сохранившейся копии книги 1945-го года, к большому сожалению, утрачен один разворот. По сохранившимся обрывкам можно понять, что посол описывает своё посещение великого балета Бориса Асафьева "Пламя Парижа".

Он же "Триумф Республики". Балет основан на событиях Великой Французской Революции. Финальная сцена штурма дворца Тюильри поразила посла. Он пишет: "Я не думаю, что где-либо в мире можно увидеть что-то равное балету, который мы посетили прошлым вечером." Продолжаем.)

Москва, 16-е ноября 1937-го.

Выдержка из доклада номер 737 государственному секретарю.

За последние несколько недель в провинциальной печати появились сообщения буквально о сотнях казней по различным обвинениям – от саботажа до терроризма. В то же время такие видные Советские чиновники, как Бубнов, Любимов, Рухимович, Вейцер, Карп, Орлов и так далее, были уволены со своих постов и предположительно арестованы.

Хотя точных цифр по этому вопросу нет, большинство компетентных наблюдателей считают, что число партийных и правительственных служащих, казненных с начала нынешней чистки, исчисляется тысячами, а арестованных -десятками тысяч.

Примечание посла. Сравнительно немногие процессы освещались в московской печати. Американские газетчики, тем не менее, следили за событиями, получая и переводя местную прессу. Неделями они вели статистику чисток.

Чистка затронула все стороны Советской жизни, включая бывших стойких сторонников большевистского режима. Например, известно, что арестовано свыше сорока членов или заместителей членов Центрального комитета партии, девять бывших членов Политбюро, восемнадцать бывших народных комиссаров, пятьдесят заместителей народных Комиссаров, шестнадцать послов или посланников, а также большинство председателей Советов народных комиссаров союзных республик.

Номер 739, Москва, 16-е ноября 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Мнения, высказанные посланником в Москве по поводу Брюссельской конференции и общей ситуации в Европе.

Совершенно секретно.

(Примечание Мемуариста. В этом дипломатическом отчёте посол сознательно скрыл от нас фамилию посланника.)

Сэр. Имею честь доложить, что недавно я имел продолжительную беседу с посланником. Он выразил свои взгляды следующим образом.

Советский Союз, определенно, настроен, по крайней мере в настоящее время, не принимать активного военного участия, но будет помогать Китаю в той мере, в какой это возможно. Он до сих пор сохраняет корректную дипломатическую позицию по отношению к Японии.

Что касается Австрии, заранее напрашивался вывод, что все вопросы Италии касательно перевала Бреннер исчезли из виду, когда она пустилась в свои абиссинские и средиземноморские авантюры. Германия в том, что касается Италии, имела более или менее развязанные руки по отношению к Австрии.

(Примечание Мемуариста. Перевал Бреннера – это узкий проход в Альпах между двумя частями Тироля. Одна итальянская, вторая австрийская. Германия тоже очень неподалёку.

Смысл этого заявления посланника, по видимому, в том, что Германия не мешает Муссолини грабить северную Африку, а Италия не препятствует Гитлеру захватывать Австрию. Прекраснодушный союз фашистских бандитов. Продолжаем.)

По его мнению, всё зависело от способности Шушнига сопротивляться. В том случае, если Германия захочет иметь Австрию, Чехословакия не будет сильно затронута, за исключением того, что она, вероятно, получит более тесную поддержку со стороны других великих держав (Франции и Англии) в личных интересах.

(Примечание Мемуариста. Речь идёт о Курте Шушниге – федеральном канцлере Австрии. Когда Гитлер решил прибрать Австрию к рукам, Шушниг активно этому сопротивлялся.

Даже пытался провести референдум о сохранении независимости Австрии. Но в итоге Австрия была поглощена рейхом, а Шушниг оказался в концентрационном лагере. Никого в западных державах такой "практичный" подход немцев к делу не смутил. Продолжаем.)

В то время, как Румыния осознавала опасность немецкого вторжения в Чёрное море, тем не менее, ее позиция несколько отличалась от позиции Чехословакии, и они были менее обеспокоены.

Внутренние финансовые условия в Германии были плохими, о чем свидетельствует отставка Шахта, но, по его мнению, они могли бы прожить несколько лет, по крайней мере, два или три. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Дневник, Москва, 17-е ноября 1937-го.

Чешский посланник приходил на обед. Днём произошел забавный случай, когда я поехал за город. Машина застряла в снегу, разворачиваясь в поле, примыкающем к лесу, так что наши неразлучные парни из ГПУ привезли нас обратно на своём Форде.

Сильный снегопад сделал лес и чащу удивительно красивыми. Ветви до самых кончиков казались не менее двух дюймов толщиной, а ветви деревьев были почти до земли утяжелены снегом. Теперь я могу понять снежные сцены Шишкина. Раньше они казались мне преувеличенными.

Дневник, Москва, 20-е ноября 1937-го.

Чай и кино, "Сон в летнюю ночь", с четырёх до восьми для дипломатического корпуса. Англичане, афганцы, немцы, австрийцы, бельгийцы, болгары, итальянцы, японцы, поляки и турки. Литвинов приехал и привез с собой троих своих детей, сына и двух дочерей (одна приемная), которые очаровательно говорят по-английски.

Дневник, Москва, 21-е ноября 1937-го.

Работал над докладами и разбирал бумаги на столе, готовясь к отъезду для доклада в Вашингтон.

Дневник, Москва, 23-е ноября 1937-го.

Сегодня утром пришла каблограмма из департамента, в которой сообщалось, что президент решил послать в Берлин профессионального дипломата, учитывая изменившиеся условия, и что Гибсона из Брюсселя следует отправить в Германию. Президент хотел, чтобы в Брюссель отправился я, так как это "пост прослушки" Европы. Какое облегчение!

Я ознакомлюсь со всеми деталями когда вернусь в Вашингтон в следующем месяце. Сейчас стало ясно, что курс Гитлера окончательно установился. Важно, чтобы в Берлин отправился правильный тип карьерного дипломата. Если Гибсон не сможет поехать из-за своей суровой публичной критики Германии в прошлую войну, я надеюсь, что это также не окажется приверженец или соглашатель с нацизмом.

Осуждение германских шпионов.

Журнал, Москва, 23-е ноября 1937-го.

Военный трибунал Ленинграда приговорил к двадцати пяти годам заключения двух немцев, обвинённых в шпионаже в пользу германской разведки.

Дневник, Нью-Йорк, 7-е декабря 1937-го.

Прибыл в Нью-Йорк и сразу же отправился в Вашингтон.

Дневник, Вашингтон, 8-е декабря 1937-го.

Сразу же по прибытии в Вашингтон у меня была назначена встреча с президентом, и я снова пообедал с ним в его кабинете. Он сказал, что уверен, я понимаю причину, по которой он изменил свой план относительно поездки в Бельгию, а не в Берлин. Было совершенно ясно, что не было никакой возможности сделать что-либо, чтобы отвлечь силы в Германии, которые, согласно гитлеровским концепциям мирового господства и завоевания, неизбежно вели к войне.

Последний мой разговор с Шахтом, состоявшийся в июне, убедил меня, что нет никакой надежды исправить положение. В этих условиях он пожелал, чтобы назначение в Берлин было четко формальным и только для обычного дипломатического представительства.

Назначение карьерного дипломата не имело бы особого политического значения как проявление особого интереса нашего правительства. Президент сказал, что хочет, чтобы я поехал в Бельгию. Это было одно из самых важных посольств в Европе, так как это был, вероятно, лучший "пост прослушки" там.

Я сказал, что был бы очень рад занять любую должность там, где, по его мнению, я мог бы оказать ему наилучшую услугу . На самом деле, откровенно говоря, было облегчением не ехать в Берлин, и мы были рады поехать в Бельгию.

Кроме того, Бельгия была нейтральной страной. Она находится на прямом пути из Лондона в Берлин в Европе и может позволить себе интересную позицию, чтобы получить непредвзятое восприятие и правду о ситуации, без окраски или предвзятости интересов или предубеждений местного правительства.

Мы обсудили Брюссельскую конференцию и другие этапы европейской ситуации. Он передал мне личные послания к королю Леопольду, которого он знал ещё мальчиком, а также позже, когда был здесь с королем Альбертом во время Мировой Войны. С характерной для него теплотой, которая привлекает к нему людей и которой он знаменит, президент сказал: "Вот небольшая записка, которую прошу передать королю."

Затем он написал на карточке Белого дома: "Дорогой Джо, передай поклон королю. Подпись – Франко Делано Рузвельт."

(Примечание Мемуариста. Речь идёт о короле Бельгии Леопольде Третьем. Весь нейтралитет Бельгии кончился в 1940-м году, как только нацистская армия подошла к границам.

Кстати, Леопольд отказался бежать вместе с правительством, организовывать сопротивление или что-то подобное. Напротив, вполне спокойно принял новую фашистскую власть. За что после Победы был отодвинут от престола как прихвостень фашистов.

Очередной нацист среди друзей Рузвельта и Дэйвиса. Не многовато ли подобных граждан вертелось вокруг Белого дома? Продолжаем.)

Я сказал ему, что по возвращении в Россию, прежде чем отправиться в Бельгию, я намерен совершить поездку в другие промышленные районы, чтобы завершить свой доклад о России. Он с характерной основательностью сказал: "Это было бы прекрасно". Я сказал ему, что уезжая из России, чувствую, что наши отношения между двумя странами стали лучше, чем они были в течение некоторого времени.

Я оставлю заключительный доклад в виде "Краткого изложения фактов", оценивая слабости и силу Советского Союза, его значение в мировых делах, и особенно его значение касательно его отношений с Соединёнными Штатами на основе тех наблюдений и исследований на местах, которые мне удалось сделать.

Казнь барона Штейгера.

Дневник, Вашингтон, 19-е декабря 1937-го.

Из Москвы стало известно, что были официально объявлены процесс и казнь за государственную измену, терроризм и шпионаж восьмерых официальных лиц, включая Карахана, Енукидзе, Цукермана и Штейгера.

Бедный Штейгер. Он представлял бюро культурных связей или что-то в этом роде. Он был своего рода посредником вне внешнеполитического ведомства между Кремлём и дипломатическим корпусом.

Он пригласил кое-кого из гостей в оперу на особое представление, а затем повел нас в "ночной клуб" в отеле "Метрополь". Вскоре после часа ночи его похлопали по плечу, он вышел из-за стола, не вернулся и больше никто его не видел.

Он происходил из видной украинской семьи германского происхождения. Был известен как "барон" Штейгер и казался очаровательным парнем.

Примечание посла. Смотри дневник от 19-го февраля и отчёт номер 76 от той же даты. Позже на процессе Бухарина бывший нарком финансов Гринько, уроженец Украины, давал подробные показания о планах помощи Германии в её вторжении на Украину. Штейгер явно был впутан во всё это.

Осуждение его Святейшеством Папой нацистских религиозных преследований.

Журнал, Вашингтон, 24-е декабря 1937-го.

По сообщениям газет, его Святейшество Папа Римский в обращении к кардиналам и главам церквей заявил, что хочет установить, во-первых, факт, а во-вторых, принцип. Факт в том, что в Германии существовали "горестные и мучительные" религиозные гонения, и "не часто прежде бывали гонения столь тяжкие, столь грозные, столь горестные и столь печальные по своим более глубоким последствиям."

Какая пародия на цивилизацию, что накануне дня рождения Спасителя человечества глава Римской Церкви счел необходимым обвинить правительство в преследовании религии в Германии!

Часть пятая. Чистка настигла Бухарина

15-е января – 17-е марта 1938-го.

Журнал, Москва, 15-е января 1938-го.

Видимо, Кремль действительно был напуган прошлым летом и до сих пор остаётся таковым.

Совместное заседание двух Советов единогласно приняло поправку к Конституции, наделяющую Президиум (высшую исполнительную власть) правом объявлять военное положение на всей территории страны, где бы и когда бы Советская территория ни подвергалась угрозе со стороны какого-либо внешнего врага.

(Примечание Мемуариста. Кремль сложно назвать напуганным. Просто Сталинская администрация адекватно оценивала ситуацию. Война была на носу и к ней готовились изо всех сил. Это только в рассказах нынешних либералов Сталин с удивлением узнал о воинственной Германии только 22-го июня 1941-го. Продолжаем.)

Журнал, Москва, 19-е января 1938-го.

Советы, безусловно, "охотятся на шпионов". Молотов публично осудил некоторые иностранные консульства, "задействованные во враждебной антисоветской шпионской деятельности на Советской территории", и предупредил Японию, что Советы "положат конец японскому хулиганству на дальневосточной границе".

Советские официальные лица обвиняются в измене.

Журнал, Москва, 27-е февраля 1938-го.

Двадцать один заметный человек, включая Бухарина, Рыкова, Раковского, Гринько, Крестинского, Розенгольца, Ягоду, Чернова и Иванова, будут привлечены к суду за государственную измену, согласно объявлению государственного прокурора.

Главные из оглашённых обвинений: организация шпионажа и так далее в пользу иностранных государств, провоцирование войны с целью расчленения Союза и сдачи Украины, Белоруссии, Туркестана, Кавказа и Дальневосточных Приморских провинций вражеским странам, получение платы от иностранных государств.

Литвинов на исповеди.

(Примечание Мемуариста. В этой книге основным партнёром посла с Советской стороны выступает нарком Литвинов. Между тем, фигура наркома крайне неоднозначная. Этот самый уроженец польского Белостока по имени Меер Моисеевич Валлах, взявший псевдоним Литвинов, еще до Революции более десяти лет прожил в Британии.

Контакты с капиталистами по всему миру у него были крайне разнообразны. Убеждённым большевиком, как показала история, он не был. Политику Сталинской администрации не особенно одобрял. Известны его неоднократные контакты с Белым домом с критикой Советской политики.

В своих воспоминаниях в беседах с Чуевым Молотов рассказывал, что после начала Войны Литвинову уже не доверяли. Дошло до того, что официального посла СССР в США Литвинова Молотов не брал на переговоры с американскими дипломатами. На всякий случай. Продолжаем.)

Дневник, Москва, 4-е марта 1938-го.

Литвинов и его дочь приходили в кино в пять тридцать. Он сказал, что был очень шокирован арестом Крестинского. Он не мог понять, почему люди сознаются в преступлениях, которые, как они знают, караются смертью, разве только они действительно виновны.

Он сказал, что Рыков и Бухарин прошлым летом, поставленные перед Центральным Комитетом партии и столкнувшись с показаниями Сокольникова и Радека, отвергли их и яростно заявляли о своей невиновности, даже разрыдались. Но, по-видимому, они действительно виновны, так как впоследствии они сделали полные признания.

Он сказал, что не может понять их окончательных признаний, зная их так же хорошо, как и он сам, исходя из какой-либо другой теории, кроме того, что они действительно виновны. "Человек может умереть только один раз", – сказал он, и все эти люди знали, что после такого законного признания своей вины они непременно будут приговорены к смерти.

Это достойно сожаления, но правительство должно быть уверенным и не должно рисковать. По его словам, удачно, что у страны есть руководство, достаточно сильное чтобы принять необходимые защитные меры.

Соединённые Штаты получают "высочайшее уважение".

Номер 1007, Москва, 4-е марта 1938-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Совещание с народным комиссаром иностранных дел Литвиновым, 3-го марта 1938-го.

Совершенно секретно.

Сэр, осмелюсь доложить, что 3-го марта я имел во внешнеполитическом ведомстве расширенное совещание с народным комиссаром иностранных дел Литвиновым.

На этой встрече я впервые передал поздравления с успешным достижением научной экспедицией Папанина Северного полюса и спасением этих мужественных ученых русских людей. Я также сообщил ему о том, что президент и государственный секретарь пожелали, чтобы я вернулся из поездки в Соединённые Штаты в Советский Союз до моего перевода в Бельгию, чтобы я мог закончить свои доклады и работу здесь, а затем должным образом проститься с властями здесь, перед моим официальным отъездом.

(Примечание Мемуариста. Сегодня уже не все помнят героический подвиг Папанинцев – сотрудников дрейфующей станции "Северный Полюс". В мае 1937-го года после ряда тяжелейших вылетов удалось высадить на льдине у полюса группу учёных с оборудованием.

После отбытия большей части специалистов, на станции остались всего четверо зимовщиков – Папанин, Фёдоров, Кренкель и Ширшов. Учёные продержались на плывущей льдине девять месяцев, делая ценнейшие научные измерения. Проплыли в общей сложности более двух тысяч километров.

Станцию удалось снять с раскалывающейся и тонущей льдины уже у берегов Гренландии в конце февраля 1938-го. За выдающийся научный подвиг все зимовщики и часть лётчиков были награждены Золотыми Звёздами Героев Советского Союза. Подвиг Советских учёных поразил тогда весь мир. Продолжаем.)

Комиссар Литвинов выразил благодарность за поздравления с достижением учёными Северного полюса. Он также был любезен в своих выражениях сожаления, что меня переводят. Он спросил, в частности, о здоровье президента Рузвельта, выразил удовлетворение тем, что он так хорошо себя чувствует, и вновь выразил большое восхищение работой, которую он делает для демократических идеалов и мира. Он также выразил глубокое восхищение программой торговых договоров, которую министр Халл разрабатывает с таким "умением и отличием".

Затем он заявил, что был сильно встревожен сообщениями посла Трояновского о том, что государственный департамент счёл, что дипломатическая миссия здесь не получила должного внимания со стороны правительства. Он заявил, что был настолько обеспокоен, что сам изучил меморандум, полученный послом Трояновским в департаменте.

После тщательного изучения меморандума он пришел к заключению, что, за исключением долгового вопроса, практически все остальные вопросы являются либо тривиальными, либо вопросами, которые уже были решены к удовлетворению Соединённых Штатов.

Он заявил, что его особенно огорчает отношение, которое обнаружила эта ситуация, поскольку оно казалось плохой отдачей за исключительную манеру, в которой Советский Союз и его ведомство старались изо всех сил, чтобы оказать высочайшее уважение Соединённым Штатам. Он заявил, что факт состоит в том, как он заявил мне (и как он предполагал, я передам в департамент), что Советский Союз сделал и намерен сделать для Соединённых Штатов больше, чем для любой другой страны.

Развивая этот вопрос, он обратил внимание на тот факт, что задержание одного американского гражданина получило более негативную огласку и шумиху, чем задержание сотен немцев и заключенных других национальностей, которые после нескольких месяцев заключения всё еще не были опрошены дипломатическими представителями своей страны.

Примечание посла. Это происходило из дела Рубенса, которое случилось во время моего отсутствия. Как только я узнал о нём, я обсудил вопросы с секретарём и послом Трояновским и успешно сгладил эту ситуацию.

Он заявил, что не может понять, почему должна была быть сделана такая огласка или почему этот вопрос должен был быть решен таким образом, чтобы вызвать такую огласку, учитывая, что в течение последних шести месяцев он дважды в подобных случаях обеспечил немедленную помощь, когда я обсуждал с ним эти вопросы неофициальным образом. Он подчеркнул, что в деле Эйч он немедленно выполнил мою просьбу о том, чтобы Эйчу, который был арестован, должно быть разрешено общение с американскими дипломатическими работниками.

Он также сослался на дело Пэ и напомнил что и здесь, при серьёзной ситуации, когда Пэ было отказано в визе, поскольку он был необходим в качестве важного свидетеля, ему всё же разрешили уехать, по моему представлению, несмотря на то, что Пэ совершил серьезное физическое нападение на представителя Советской власти.

(Примечание Мемуариста. Здесь снова под Эйч и Пэ скрываются конкретные граждане США с неназванными фамилиями.)

Ввиду этих двух недавних случаев, когда всё, что необходимо было сделать, – это неофициально привлечь его внимание к вопросу, чтобы были предприняты незамедлительные меры, он находит затруднительным объяснить произошедшее.

Он обратил внимание на исключительные условия, с которыми столкнулось его правительство, и на то, что оно вынуждено арестовывать сотни немцев и других граждан и отказывать им в доступе к своим дипломатическим должностным лицам, и указал на исключительный контраст, который это создает с отношением к Соединённым Штатам, которое демонстрировалось последние месяцы. Он заявил, что с учетом этих фактов, сожалеет, что дела были вынуждены развиваться так, как они развивались. На это я ответил в русле общей ситуации.

Затем комиссар Литвинов сменил тему, сказав: "Что ж, давайте обсудим не тривиальные вопросы, а более крупные", и поинтересовался, какой эффект имела речь президента в Чикаго и каково состояние общественного мнения в Соединённых Штатах относительно политики изоляции. В ответ на его вопрос я заявил, что по моему мнению события в Англии во время парламентского кризиса Идена-Чемберлена, по крайней мере в настоящее время, усилили изоляционистские настроения в Соединённых Штатах.

(Примечание Мемуариста. Речь идёт о настоящей войне в Парламенте, разразившейся между группами Чемберлена и Энтони Идена по отношению к фашистам. Сторонники Чемберлена призывали умиротворять Гитлера и Муссолини. Причём, премьер Болдуин тоже занял их сторону.

В итоге, министр иностранных дел Иден был вынужден подать в отставку в феврале 1938-го в знак несогласия с потворствованием фашистам. Во время Войны при Черчилле Иден снова вернулся на министерский пост, а после недолго побыл премьер-министром.

Впрочем, та демонстративная отставка Идена в 1938-м не возымела эффекта. Завершилось всё Мюнхенским сговором западных держав с Гитлером в сентябре 1938-го. По сути, именно тогда Гитлеру подарили Европу и по-настоящему открыли ворота Мировой войне. Продолжаем.)

Что касается общеевропейской ситуации, то Литвинов высказал мнение, что Гитлер и Муссолини держали Чемберлена на мушке. Чемберлену требовалось хорошо показаться перед своими избирателями, заключив какое-то соглашение. Диктаторы либо заключат с ним жёсткую сделку, чтобы сделать подобное невозможным, либо Чемберлен должен будет заключить мир на бумаге, который на самом деле станет не более чем притворством для домашнего употребления.

Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Вступительное заседание процесса Бухарина-Рыкова.

Дневник, Москва, 2-е марта 1938-го.

Процесс об измене "правых" – Бухарина-Рыкова и группы – открылся в бывшем дворянском собрании, ныне доме профсоюзов. Каждая миссия ограничивалась одним пропуском, поэтому мне пришлось идти на суд без переводчика. Сидя непосредственно перед секцией американской прессы, я зависел от их переводчика и их помощи в следовании за показаниями.

К счастью, рядом со мной сидел полковник Козник, эстонский посланник, прекрасно говорящий по-английски, и шёпотом переводил. Он служил в царской армии и в молодости получил образование в Петрограде. Трудно было смотреть на заключённых на скамье, не поёживаясь.

Здесь были Крестинский, заместитель наркома иностранных дел, которому я вручал свои верительные грамоты год назад, Розенгольц, бывший комиссар торговли, с которым я обедал всего год назад в этом месяце в его загородном доме, доктор Плетнёв, кардиолог, который лечил меня профессионально и которого я хорошо знал, и Гринько, нарком финансов.

Эти люди сидели не более чем в десяти футах от меня на скамье подсудимых. Надеюсь, они увидели в моих глазах ту печаль, которую я испытал, увидев их снова в таких условиях. (смотри записи в журнале.)

Дневник, Москва, 3-е марта 1938-гою

Обедал с Литвиновым на его даче. Отчет о проведенных между нами дискуссиях направлен в департамент.

Обстановка с чистками в Москве.

Номер 1011, Москва, 6-е марта 1938-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Передача меморандума о беседе с послом.

Секретно.

(Примечание Мемуариста. Дэйвис намеренно вычеркнул страну и фамилию посла.)

Сэр, имею честь настоящим препроводить меморандум с отчётом о беседе, которую я имел сегодня с послом. Он сказал, что обстановка сейчас хуже, чем когда-либо за всё время его пятилетнего пребывания в Москве, а именно, чистки и заключение в тюрьму стольких членов коммунистической партии.

Что Советский режим, определенно, установил политику полной изоляции в отношении других наций. Комментируя мировую обстановку, он с чувством говорил о том, что правительство Соединённых Штатов является величайшим даром "природы или Бога" (как он выразился) миру, поскольку оно обеспечивает защиту свободы религии, защиту прав личности и собственности, а также гарантии личной свободы.

Имею честь оставаться, сэр, с уважением Джозеф Дэйвис.

(Примечание Мемуариста. Снова, как и ранее, сталкиваемся с хитростью посла. Как только обсуждались серьёзные вещи – нам показывают только сопроводительную записку и даже не называют собеседника Дэйвиса. Сам меморандум с подробным изложением этой секретной беседы, разумеется, посол не приводит. Продолжаем.)

Дневник, Москва, 8-е марта 1938-го.

Снова ходил на процесс Бухарина, который посещаю ежедневно с тех пор, как он начался неделю назад.

Доктор Левин дал показания относительно принуждения Ягодой, начальником тайной полиции, его и помощников к "смертельному лечению" Максима Горького, его сына и других, как части заговора с целью дискредитации Кремля. Это была ужасная и странная история.

Ниже приводится рассказ о том, что Ягода, один из подсудимых, был влюблен в молодую красавицу жену Горького и что Горький старший возбудил в Ягоде вражду из-за своего положения в этом треугольнике. Ягода, было сказано, боялся старшего Горького из-за его большой популярности у русского народа.

Отчасти это было мотивом, как утверждалось, для действий Ягоды по шантажу этих врачей в заговоре с целью "залечить до смерти" Горького старшего (который страдал туберкулезом), назначая лечение, которое убивало бы вместо выздоровления.

Примечание посла. В позднейших признаниях в открытом суде Ягода, когда коснулись этого вопроса, попросил разрешения давать показания по этим личным вопросам перед закрытым заседанием суда. Так что, этим слухам не было дано строгого документального подтверждения, но по общему мнению здесь они верны.

(Примечание Мемуариста. Любопытная деталь. Процесс открытый, Ягоду обвиняют по сути в убийстве Горького и сына руками врачей. Но вместо того, чтобы с открытой трибуны перед лицом мировых дипломатов и журналистов возмутиться несправедливостью обвинения, Ягода просит закрытое заседание. Ох, не так просто всё было с этим заговором.

Кстати, даже в конце восьмидесятых, когда чохом оправдали почти всех участников троцкистских заговоров, дело Ягоды прошло стороной. В 2015-м году Верховный суд России в очередной раз отказал в реабилитации Ягоды. Документы дела бывшего наркома засекречены до сих пор. Продолжаем.)

Журнал, Москва, 8-е марта 1938-го.

Рейно в Париже прокомментировал русские судебные процессы. Эта ситуация с процессами, сказал он, была тревожным фактором, когда рассматривалась в связи со сложностями сохранения мира в Европе. Хотя, – продолжал он, – нельзя сомневаться, что огромные ресурсы этой страны (Советского Союза) в человеческой силе и сырье были фактором мира, потому что это был фактор баланса сил.

Это одно из очень серьезных последствий этих процессов. С точки зрения европейского мира, это очень плохо, так как сбрасывает со счетов реальную силу этого правительства как надежного фактора против Гитлера.

Процесс изменника Бухарина.

8-е марта, 1938-го.

Дорогая Бижу.

Примечание посла. Моя дочь Эмлин, теперь миссис Роберт Гросжан.

Последнюю неделю я посещаю дневные слушаниях по делу об измене Бухарина. Без сомнения, вы следили за этим в печати. Это пугающе. Я нахожу его очень интересным для ума, поскольку это возвращает в дело все старые критические способности, связанные с оценкой правдивости свидетелей и отделением зёрен от плевел – истины от лжи, – которые я сам был призван использовать в течение многих лет при рассмотрении дел.

Все фундаментальные слабости и пороки человеческой природы – личные амбиции в их худшем проявлении – проявляются в ходе разбирательства. Они раскрывают контуры заговора, который был очень близок к успеху в деле свержения этого правительства.

Это свидетельство теперь проясняет то, чего мы не могли понять и что произошло прошлой весной и летом. Ты помнишь, как люди из канцелярии рассказывали нам о необычайной активности вокруг Кремля, когда ворота были закрыты для публики.

Тогда были признаки большого волнения и изменения характера солдат на страже. Новая охрана, как ты помнишь нам сказали, почти полностью состояла из солдат, набранных в Грузии, родной земле Сталина.

Исключительные показания Крестинского, Бухарина и остальных, по-видимому, свидетельствуют о том, что опасения Кремля были вполне оправданны. Ибо теперь кажется, что в начале ноября 1936 года существовал заговор с целью спланировать государственный переворот с Тухачевским во главе на май следующего года. По-видимому, в то время ситуация была на волоске от начала переворота.

(Примечание Мемуариста. В одной из справок НКВД содержится фраза про два часа до начала мятежа. И только нерешительность Бухарина отсрочила тогда убийство Сталина и последующую Гражданскую, а после и внешнюю войну с Германией. А дальше уже работали органы. Продолжаем.)

Правительство действовало очень энергично и быстро. Генералы Красной армии были расстреляны, а вся партийная организация подверглась тщательным чисткам. Затем выяснилось, что довольно многие из тех, кто находился наверху, были серьезно заражены вирусом заговора с целью свержения правительства и фактически сотрудничали с секретными службами Германии и Японии.

Эта ситуация объясняет нынешнее официальное враждебное отношение к иностранцам, закрытие различных иностранных консульств в этой стране и тому подобное. Откровенно говоря, мы не можем сильно винить власти за такую реакцию, если они верят тому, что сейчас оглашается на процессе.

Опять же, следует помнить, что нельзя окончательно полагать, будто эти факты неверны, только потому, что они были представлены через заявления сознавшихся преступников.

Я должен остановиться сейчас, поскольку суд возобновляется в одиннадцать утра, и мне пора бежать.

Дневник, Москва, 12-е марта 1938-го.

Пошел на суд. "Последние слова" Плетнёва, Розенгольца и других подсудимых были мучительны по своему интересу и трагизму. Особенно Розенгольц. Всего год назад мы были у него на даче, обедали с Гринько, Крестинским, прокурором Вышинским, судьей Ульрихом, Микояном, Розовым и Ворошиловым.

Тогда я не произвел на некоторых из них никакого впечатления, подчеркнув опасность внешней войны как стимул для них выплатить нам свой долг. Подсудимые на этом процессе, в том числе и некоторые из этих людей, согласно их заявлениям, хотели войны! Не таков Ворошилов и некоторые другие. Тогда, год назад, он был на стороне выплаты долга США.

Так называемый, процесс о массовой измене Бухарина.

Номер 1039, Москва, 17-е марта 1938-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Секретно.

Сэр, имею честь доложить, что это подтверждает каблограмму, отправленную в секретном шифре со ссылкой на решение суда по так называемому Бухаринскому делу о массовой измене.

Иными словами, текст каблограммы следующий.

13-го марта 1938 года, примерно в пять часов утра, все подсудимые были признаны виновными и были вынесены приговоры. Трое из обвиняемых были приговорены к тюремному заключению, а остальные к расстрелу. Среди приговоренных к расстрелу были восемь наиболее видных бывших членов Советского правительства, в том числе бывший премьер, шесть бывших членов кабинета министров, один из самых видных партийных лидеров и член Политбюро, а также бывший президент одной из союзных республик.

К тюремному заключению были приговорены бывший посол в Англии и Франции, бывший советник Советского посольства в Берлине и один известный кардиолог.

Несмотря на предубеждение к доказательства на основе признательных показаний, и предубеждение против судебной системы, которая практически не дает защиты обвиняемым, после ежедневного наблюдения свидетелей, их способа дачи показаний, неумышленных подтверждений, которые были выявлены, и других фактов в ходе судебного разбирательства, наряду с другими, о которых можно было бы вынести судебное мнение, по моему мнению, поскольку политические подсудимые совершили достаточные преступления по Советскому праву, среди тех, которые упоминаются в обвинительном акте, были подтверждены доказательствами и вне разумных сомнений, подтверждают приговор о виновности в государственной измене и вынесение приговора о наказании, предусмотренном Советскими уголовными уставами.

По общему мнению тех дипломатов, которые чаще всего посещали процесс, процесс установил факт наличия мощной политической оппозиции и чрезвычайно серьёзного заговора, что объясняло дипломатам многие из до сих пор необъяснимых событий последних шести месяцев в Советском Союзе.

Единственное различие мнений, которое, по-видимому, существовало, состояло в том, в какой степени заговор был осуществлен разными обвиняемыми и в какой степени заговор стал централизованным. Имею честь оставаться, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Пятая колонна в России. Исследование, взгляд в прошлое – 1941-й.

Примечание посла. Хотя это написано после немецкого вторжения в Россию летом 1941-го года, оно вставлено сюда, потому что это кажется логичным местом, чтобы проиллюстрировать, как суды над изменниками уничтожили пятую колонну Гитлера в России.

(Примечание Мемуариста. Напомним, что слова о пятой колонне принадлежат фашистскому генералу Эмилио Мола. Наступая на республиканский Мадрид, он передал по радио обращение с угрозами защитникам свободы Испании.

В обращении он сказал, в частности: "Я веду на Мадрид четыре боевых колонны. Пятая же ударит Вам в тыл из самого Мадрида." С той поры внедрённых предателей и внутренних врагов стали устойчиво звать "пятой колонной". Продолжаем.)

Проезжая через Чикаго, по пути домой с июньского вручения дипломов в моём старом Университете, меня попросили поговорить с университетским клубом и объединенным обществом Висконсина. Это было всего через три дня после того, как Гитлер вторгся в Россию. Кто-то из зрителей спросил: "А как же пятая колонна в России? Я ответил без подготовки: "Её нет, они её расстреляли!"

В тот день в поезде эта мысль не выходила у меня из головы. Поразительно, если вдуматься, что во время этого последнего нацистского вторжения не было сказано ни слова о "внутренней работе" в тылу русских войск. Так называемой "внутренней агрессии" в России, сотрудничавшей с германским Верховным командованием, просто не было.

Марш Гитлера в Прагу в 1939-м году сопровождался активной военной поддержкой организаций Генлейна в Чехословакии. То же самое можно было сказать и о его вторжении в Норвегию. В Советской картине не было ни Судетских Генлейнов, ни Словацких Тисов, ни Бельгийских де Грелей, ни Норвежских Квислингов.

(Примечание Мемуариста. Отличный штрих к теме о надуманности процессов изменников. Что ж, давайте посмотрим как это было в других странах при первом же приближении фашистов.

Конрад Генлейн, учитель физкультуры из Чехословакии. Создал нацистскую организацию по борьбе за передачу Судетской области под контроль Гитлеру. За что получил высокое звание в СС и пост гауляйтера оккупированных Судет. В 1945-м году этот славный парень попал в плен и по, официальной версии, покончил с собой крайне необычным образом.

Считается, что Генлейн разбил очки и отрезал ими себе предмет из известной поговорки про серп. От чего и преставился. На всякий случай, в плену он был не у нас, а у американцев. Похоже, мог наболтать лишнего об американских хозяевах нацистских повстанцев. Пришлось срочно бить очки.

Следующий экспонат – Йозеф Тисо. Священник из Чехословакии. Организовал нацистскую словацкую партию. В марте 1939-го фактически сдал Гитлеру Чехословакию. Сдача шла в два этапа – сначала объявили о выделении Словакии под управлением Гитлера. А на следующий день фашистские колонны вошли и в Чехию.

За услуги патера Тисо сделали президентом марионеточной Словакии. Активно высылал евреев. Прекрасный божий человек оказался господин Тисо со своими друзьями по партии.

Конец немного предсказуем. 1945-й год, сдача в плен американцам в надежде, что бывшие хозяева простят и поймут. Не поняли, повесили отчего-то. Может тоже, чтобы не болтал лишнего про США на международных трибуналах?

Еще один невинный: Леон Дегрель, издатель религиозного журнальчика "Король Христос". А заодно создатель нацистской партии Бельгии "Народный фронт". Когда началась война, этот писака вдруг создал и возглавил добровольческую дивизию "Валлония".

Вы только не подумайте, что дивизия воевала против Гитлера. Это была карательная бригада СС. Награждая этого патриота Бельгии Рыцарским крестом в 1944-м, Гитлер скажет: "У меня нет сына, но если бы был, я хочу, чтобы он стал таким же как Вы!"

В 1945-м этот, несомненно, "достойный" человек бросил свои войска и сорвав генеральские знаки различия, бежал в Норвегию, потом в Испанию, потом в Аргентину. Семью при этом бросил под судом.

А в 1954-м году он чуть ли не триумфально вернулся в Испанию под крылышко к фашисту Франко. Завёл строительный бизнес и не подвергался никаким преследованиям. Прожила эта нацистская мерзость аж до 1994-го года. Журналистам неоднократно заявлял, что не раскаивается ни в чём.

И наконец, Видкун Квислинг из Норвегии. Сын пастора. Кстати, бывший атташе Норвегии в СССР. Заодно подрабатывал на британцев в СССР. Ввязался в миллионные хищения и отмывку торговых денег. Тем не менее, свой орден Командора Британской Империи чем-то да заслужил.

Та же история, создал нацистскую партию, устроил мятеж, помогая Гитлеру оккупировать Норвегию. За что получил свои тридцать серебряников в виде должности президента марионеточной Норвегии. Считал себя спасителем страны и ничуть не меньше, как католическим святым Олафом.

В 1945-м сего святого судили за казнокрадство, убийства и государственную измену. Тогда же и расстреляли. Ну, как говорится, собаке собачье. Продолжаем.)

Размышляя об этих вещах, я вдруг подумал о возможном новом значении некоторых событий, происходивших в России, когда я был там. По прибытии в Вашингтон я поспешил перечитать свои старые дневниковые записи и с разрешения госдепартамента просмотрел некоторые из моих официальных отчетов.

Никто из нас в России в 1937-м и 1938-м годах не мыслил в терминах деятельности "пятой колонны". Эта фраза не была актуальной. Сравнительно недавно мы обнаружили в нашем языке фразы, описывающие нацистские приёмы, такие как "пятая колонна" и "внутренняя агрессия".

Вообще говоря, хорошо информированные люди подозревали, что Гитлер мог использовать такие методы, но это была одна из тех вещей, которые, по мнению многих, просто не могут произойти на самом деле. Только в течение последних двух лет, через Комитет Дайеса и ФБР, была раскрыта деятельность немецких организаций в нашей стране и Южной Америке.

Мы видели реальную работу немецких агентов, работавших с предателями в Норвегии, Чехословакии и Австрии, которые предали свою страну изнутри в сотрудничестве с запланированным гитлеровским нападением.

(Примечание Мемуариста. Комитет Дайеса – это американская спецслужба, более печально известная как Комитет по антиамериканской деятельности. Во времена сенатора Мартина Дайеса он боролся не только с коммунистами, но и с фашистами внутри США.

После нашей Победы и смерти Рузвельта комитет набрал совсем другие обороты. Во времена Маккартизма сам посол Дэйвис попадёт под надзор этого комитета как, возможно, сочувствующий коммунистам. Эту самую книгу прекратят издавать, а отличный фильм, снятый по книге в 1943-м году, положат на дальнюю полку. Продолжаем.)

Эти мероприятия и методы, по-видимому, существовали в России, как часть германского плана против Советов, настолько давно, как еще в 1935-м году. В 1936-м году Гитлер произнес свою ставшую знаменитой Нюрнбергскую речь, в которой четко обозначил свои замыслы относительно Украины.

Советское правительство, как теперь выясняется, уже тогда остро осознавало планы германского высшего военно-политического командования и проводимую в России "внутреннюю работу" по подготовке германского нападения на Россию.

Когда я размышлял над этой ситуацией, я неожиданно увидел картину такой, какой должен был видеть ещё в то время. История была рассказана в так называемых процессах предателей и чистках 1937-го и 1938-го, которые я посещал и наблюдал.

При пересмотре записей об этих случаях, а также того, что я писал в своё время под новым углом зрения, я обнаружил, что практически каждая часть деятельности немецкой пятой колонны, как мы теперь знаем, была раскрыта и обнажена признаниями и показаниями, данными на этих процессах сознавшимися "квислингами" России.

Было ясно, что Советское правительство верило в существование этой деятельности, было глубоко встревожено и приступило к её энергичному подавлению. К 1941-му году, когда началось немецкое вторжение, они вымели прочь любую организованную пятую колонну.

Другим фактом, который в то время было трудно понять, но который приобретает новое значение в связи с развитием событий, было то, как Советское правительство "набрасывалось" на консульские учреждения Германии и Италии в 1937-м и 1938-м годах. Это было сделано в очень властной манере.

Это было безразличное и почти жестокое пренебрежение чувствами вовлеченных стран. Советское правительство указывало в качестве причины, что эти консульства были вовлечены во внутреннюю политическую и подрывную деятельность и что из-за этих фактов они должны быть закрыты.

Объявления о процессах и казнях (чистках) по всей России в тот год неизменно обвиняли подсудимых в изменнической и подрывной деятельности в пособничестве "иностранной державе" в свержении Советского государства.

Каждый вечер после процесса американские газетчики приходили в посольство, чтобы "перекусить" и выпить пива после этих поздних ночных заседаний, и мы разбирали в деталях дневные слушания. Среди них были Уолтер Дюранте и Гарольд Денни из "Нью-Йорк Таймс", Джо Барнс и Джо Филлипс из "Нью-Йорк Геральд Трибюн", Чарли Наттер или Дик Массок из "Ассошиэйтед Пресс", Норман Деуэл и Генри Шапиро из "Юнайтед Пресс", Джим Браун из "Интернэшнл Ньюс", Спенсер Уильямс, представляющий "Манчестер Гардиан".

Это была исключительно блестящая группа людей. Я стал полагаться на них. Они имели для меня неоценимое значение в оценке людей, ситуаций и Советских событий. Я сам обвинял и защищал людей, обвиненных в преступлениях, во многих случаях в ходе моей профессиональной карьеры. Шапиро тоже был юристом, выпускником Московского юридического училища. Его знание Советского законодательства было очень полезным.

Все остальные были хорошо знакомы с Советской обстановкой, личностями и русской психологией. У нас были интересные дискуссии, которые продолжались до глубокой ночи.

Все мы в Москве, в то время уделяли сравнительно мало внимания этой стороне дела. Некоторые из нас, казалось, "опоздали на свой поезд. Я сам точно так и сделал.

Нет сомнения, что, вообще говоря, мы сосредоточили наше внимание на драматической борьбе за власть между членами правящей партии и партией, потерявшей власть. Между Сталиным и Троцким – и на столкновении личностей и политики внутри Советского правительства, а не на какой-либо возможной деятельности немецкой пятой колонны, которую мы все были склонны сбрасывать со счетов в то время.

В моем случае мне следовало бы лучше знать, потому что были два обстоятельства, которые должны были обратить на себя моё внимание. Они были известны мне и не были известны другим. Одно из них произошло во время беседы, которую я имел вскоре после моего приезда в Москву с одним из официальных лиц Советского внешнеполитического ведомства.

Другое произошло до моего приезда в Москву, в Берлинском министерстве иностранных дел в январе 1937-го года, во время беседы, которую я имел с заместителем немецкого министра иностранных дел.

История, развернувшаяся в ходе этих процессов, раскрыла поразительные факты подрывной деятельности "пятой колонны" в России по соглашению о заговоре с германским и японским правительствами. Суть показаний, которые раскрывает протокол дела, заключается в следующем.

Главные обвиняемые вступили в заговор между собой и в соглашение с Германией и Японией о помощи этим правительствам в военном нападении на Советский Союз. Они соглашались и фактически сотрудничали в осуществлении планов убийства Сталина и Молотова, а также в подготовке военного восстания против Кремля, которое должен было возглавить генерал Тухачевский, заместитель командующего Красной Армией.

Готовясь к войне, они соглашались и фактически планировали и руководили саботажем промышленности, взрывами химических заводов, разрушением угольных шахт, разрушением транспортных сооружений и другими подрывными действиями. Они согласились выполнять и выполняли всё то, что требовалось германскому Генеральному штабу, в соответствии с инструкциями, полученными ими от этого Генерального штаба.

Они согласились, фактически вступили в сговор и сотрудничали с германской и японской военными разведками. Они согласились и фактически сотрудничали с немецкими дипломатическими консульскими представителями в связи со шпионажем и саботажем.

Они согласились и фактически передали Германии и Японии информацию, жизненно важную для обороны Советского Союза. Они договорились между собой, с немецким и японским правительствами сотрудничать с ними в войне против Советского правительства и образовать независимое меньшее Советское государство, которое уступит большие части Советского Союза, Украины и Белоруссии на западе Германии и Приморские провинции на востоке Японии.

Они договорились, что после германского завоевания России немецкие фирмы будут иметь концессии и получать льготы в связи с разработкой железной руды, марганца, нефти, угля, древесины и других обширных ресурсов Советского Союза.

Чтобы полностью оценить характер и значение этих показаний, которые я лично выслушал, следует иметь в виду, что факты этого заговора были засвидетельствованы двумя членами кабинета первого порядка, комиссаром финансов и комиссаром внешней торговли, бывшим премьер-министром правительства, двумя советскими послами, служившими в Лондоне, Париже и Японии, бывшим заместителем наркома иностранных дел и действующим секретарём правительства, а также двумя виднейшими публицистами и редакторами двух ведущих газет Советского Союза.

Чтобы оценить значение этого, можно было бы представить, что министр финансов Моргентау, министр торговли Джонс, заместитель госсекретаря Уэллс, посол Буллит, посол Кеннеди и секретарь президента Эрли в нашей стране сознались в заговоре с Германией с целью содействия вторжению в Соединённые Штаты.

Вот несколько выдержек из показаний на открытом судебном заседании.

Крестинский, заместитель наркома иностранных дел, сказал:

"Мы пришли к соглашению с генералом Сиктом и Гессом о том, что поможем Рейхсверу создать ряд шпионских баз на территории СССР. В обмен на это, Рейхсвер обязался выплачивать нам двести пятьдесят тысяч марок ежегодно в качестве субсидии."

Гринько, нарком финансов, сказал:

"Я был знаком и связан с людьми как в украинской организации, так и в Красной армии, которые готовились открыть врагу границу. Я действовал, в основном, на Украине, то есть у главных ворот, через которые Германия готовит свой удар по СССР."

Розенгольц, нарком торговли, заявил:

"Я передавал различные секретные сведения главнокомандующему рейхсвера. Впоследствии, были установлены прямые связи с послом в СССР, которому я периодически давал сведения шпионского характера."

Сокольников, бывший посол в Великобритании, заявил:

"Япония, в случае ее участия в войне, получила бы территориальные уступки на Дальнем Востоке в Амурской области и приморских областях. Что касается Германии, она предполагала удовлетворить свои национальные интересы Украиной."

Показания многих мелких подсудимых позволили установить факт, что по приказу главных подсудимых они имели непосредственную связь с германской и японской разведками и сотрудничали с ними в систематическом шпионаже и саботаже. А также совершали или содействовали совершению многочисленных преступлений.

Например, Ратайчак заявил, что он организовал и несет ответственность за два взрыва на Горловском заводе азотных удобрений, которые привели к огромным материальным потерям, а также человеческим жертвам. Пушкин внёс вклад или взял на себя ответственность за катастрофы Воскресенского химического завода и Невского завода.

Князев рассказал, как он спланировал и осуществил крушение поездов с войсками, повлекшее за собой большие человеческие жертвы, по прямому указанию иностранных разведок. Он также свидетельствовал как получал инструкции от этих иностранных разведывательных служб "организовать поджоги военных складов, столовых и армейских запасов" и о необходимости использования "бактериологических средств во время войны с целью заражения воинских эшелонов, столовых и армейских лагерей болезнетворными бациллами."

Показания по этим делам касались и изобличали генерала Тухачевского и многих высших руководителей армии и флота. Вскоре после суда над Бухариным эти люди были арестованы. Под руководством Тухачевского эти люди были обвинены в заключении соглашения о сотрудничестве с германским Верховным командованием в нападении на Советское государство.

Многочисленные подрывные действия, проводимые в армии, были раскрыты показаниями свидетелей. Многие высшие офицеры армии, согласно свидетельским показаниям, были либо подкуплены, либо каким-либо иным образом вовлечены в этот заговор. Согласно свидетельским показаниям, полное сотрудничество было установлено в каждой ветви службы, в политической революционной группе, в военной группе и в высших командованиях Германии и Японии.

Такова была история, изложенная на этих процессах, о том, что произошло на самом деле. Не может быть сомнения, что кремлёвские власти были сильно встревожены этими разоблачениями и признаниями подсудимых. Быстрота, с которой действовало правительство, и тщательность, с которой оно действовало, свидетельствовали о том, что оно верило в их истинность. Они приступили к уборке дома и действовали с величайшей энергией и точностью.

Ворошилов, главнокомандующий Красной армии, сказал:

"Грабителю легче проникнуть в дом, если у него есть сообщник, который впустит его. О сообщниках мы позаботились."

Генерал Тухачевский не поехал на коронацию в Лондон, как планировал. Сообщалось, что его отправили командовать войсками Приволжского округа, но в то время было ясно, что его сняли с поезда и арестовали еще до того, как он прибыл к своему месту службы.

Через несколько недель после этого, 11-го июня, он вместе с еще одиннадцатью офицерами Верховного Командования был расстрелян по приговору военного трибунала, результаты которого не были обнародованы.

Все эти процессы, чистки и ликвидации, казавшиеся тогда такими жестокими и потрясшими мир, теперь совершенно ясно являются частью энергичных и решительных усилий Сталинского правительства защитить себя не только от революции изнутри, но и от нападения извне. Они приступили к основательной работе по очистке и уничтожению всех предательских элементов внутри страны. Все сомнения были разрешены в пользу правительства.

В 1941-м году в России не было пятой колонны – их расстреляли. Чистка очистила страну и избавила её от измены.

Часть шестая. Москва слышит барабаны войны

14-е марта – 1-е апреля 1938-го.

Вторжение в Австрию.

Дневник, Москва, 14-е марта 1938-го.

Гитлер вторгся в Австрию позавчера. Имел долгий разговор с Литвиновым, а также с посланником Чехословакии Фейрлингером.

В ночь вторжения Гитлера в Австрию мы обедали в Чехословацкой миссии, и позже, среди ночи, я был разбужен его телефонным звонком, сообщившим, что "оно настало". Гитлер выступил маршем.

Во время нашего визита он сказал, что только вчера его правительство уведомило его о том, что получило от Германии чёткие заверения, что с их стороны не было намерения беспокоить Чехословакию. Он сказал, конечно, что его правительство всё равно ничего не может с этим поделать.

Их положение целиком зависит от того, какую поддержку извне они получат от Франции и Англии. Чехословакия ничего не могла сделать в одиночку. Это похоже на фашистский европейский мир.

Эти события являются полным подтверждением заявлений, сделанных мне видным главой балканского государства в сентябре прошлого года, которые он поручил мне передать лично президенту и государственному секретарю, и только им. Очевидно, он знал, о чем говорит.

Литвинов обсуждает Австрию и проявляет внимание к американским интересам.

Достопочтенному государственному секретарю.

Меморандум о конференции американского посла в Москве Джозефа Дэйвиса с народным комиссаром иностранных дел Литвиновым, состоявшейся в офисе последнего в четырнадцатый день марта 1938-го года.

Совершенно секретно.

В соответствии с договорённостью, сделанной по моему запросу, провёл расширенное совещание с народным комиссаром иностранных дел Литвиновым в его кабинете в день и год, указанные выше.

(Примечание Мемуариста. В этом месте у посла обычный сжатый стиль докладов Белому дому очень сильно меняется. Даже даты обозначаются необычным образом, в пышном старинном стиле. Такое ощущение, что после аншлюса Австрии посол явственно понял – если не на бумаге, то фактически началась Мировая Война. И этот его доклад имеет все шансы стать историческим. Продолжаем.)

Литвинов очень откровенно высказался в связи с мнением этого правительства относительно включения Австрии в состав Германского рейха. Прилагаемая расшифровка каблограммы, немедленно отправленной в департамент, охватывает содержание беседы на эту тему.

Во время беседы, которую я имел сегодня с Литвиновым, он сказал, что положение в Европе крайне опасно. Что народный комиссариат иностранных дел был официально уведомлен о включении Австрии в состав Германского Рейха. Литвинов далее заявил, что он считает, в результате того факта, что согласие Англии было обозначено Галифаксом и подобными разговорами, правительство Чемберлена было ответственно за затруднительное положение Австрии.

По его мнению, Чемберлену будет трудно, учитывая развитие событий, заключить удовлетворительное соглашение с Муссолини, поскольку Гитлер, по всей вероятности, согласился оказать поддержку Муссолини в Испании и Средиземноморье. Литвинов сказал, что он считает, Чехословакия в настоящее время находится в безопасности, хотя такая безопасность не является постоянной.

Франция в силу её договора несомненно придёт на помощь Чехословакии в случае нападения на нее Германии, так как "в противном случае это также будет концом Франции". В таких условиях Англия "волей-неволей" будет вынуждена вступить в конфликт, чтобы помочь Франции. В ответ на мой вопрос он заявил, что мир, скорее всего, станет свидетелем ещё одного примера немецкой агрессивности до конца года и существует вполне определенная возможность войны этим летом.

(Примечание Мемуариста. Совершенно пророческие слова и блестящий анализ мировой обстановки от Литвинова. Собственно, так всё и вышло. Сначала в Мюнхене решили подарить Гитлеру Чехословакию. А закончилось концом Франции и Мировой Бойней. Продолжаем.)

Сегодня Чехословацкий посланник в Москве сообщил мне, что несколько дней назад его правительство получило заверения от Германии, что последняя не имеет враждебных намерений против Чехословакии. Чехословакия не предпринимает никаких военных мер для немедленного сопротивления и на самом деле это решение должно быть принято Англией и Францией, а не Чехословакией.

Неофициальные заявления.

Затем нижеподписавшийся заявил Литвинову, что хотел бы неофициально обсудить с ним три ситуации, в которых, возможно, не было строго никакого нарушения законных прав американских граждан, но которые, тем не менее, могли нанести ущерб интересам американских граждан в Советском Союзе.

Литвинову было сообщено, что его личное внимание привлекается к этим ситуациям в дружеской форме в надежде, что они могут быть смягчены. Эти ситуации были следующими.

Первое. Дело Советских жён американских мужей, желающих вернуться в Соединённые Штаты.

Было отмечено, что существует ряд случаев, когда американские граждане – инженеры, специалисты и им подобные, временно проживающие в Советском Союзе, – вступали в брак с Советскими женщинами и в некоторых случаях имели детей. Теперь они хотели бы покинуть Советский Союз или были вынуждены покинуть его и вернуться в Соединённые Штаты. В ряде случаев эти американские граждане не могли получить разрешение правительства на выезд своих жён и их детей из Советского Союза.

Было совершенно ясно, что по Советскому законодательству правительство действует строго в рамках своих прав, утверждая свою юрисдикцию над Советскими гражданами и препятствуя их отъезду из Советского Союза. Тем не менее, такой курс является серьёзным препятствием для нормальных человеческих отношений и имеет много жестоких аспектов. По этой причине я осмеливаюсь неофициально просить внешнеполитическое ведомство заинтересоваться ситуацией, чтобы посмотреть, не может ли быть предоставлена некоторая помощь.

Второе. Дело об арестах Советских сотрудников американских корреспондентов.

Внимание Литвинова было обращено на тот факт, что в ходе недавнего процесса по делу об измене Бухарина в середине процесса был арестован Советский гражданин, который в течение последних нескольких лет работал переводчиком у мистера Гарольда Денни, начальника бюро "Нью-Йорк Таймс", и который вёл записи судебного процесса. Это, как ему сказали, было иллюстрацией того, что ранее произошло с секретарём мистера Спенсера Уильямса, главы американо-российской торговой палаты в Москве, а также с секретарём мистера Джеймса Брауна, корреспондента Международной службы новостей.

Оба секретаря арестованы. Эта ситуация, заявил я, причиняет много неудобств американским интересам, а также поднимает вопрос о возможных последствиях того, что эти работодатели были причастны к некоторому нарушению Советского законодательства.

Литвинов ответил, что, хотя ни одно из этих дел не было специально доведено до его сведения и он не знает точно, каковы факты в каждом случае, тем не менее он уверен, что если бы было какое-либо предположение, что кто-либо из этих иностранных работодателей был связан с преступной деятельностью их секретарей, соответственно, он знал бы об этом. Следовательно, он даёт мне заверения, что в отношении американских граждан в этих случаях не было никакой иной подоплёки.

Он заявил, что услуги этих людей, как служащих различных американских интересов, были только частью их деятельности в обществе и что то, что произошло, несомненно, состояло в том, что, помимо их обязанностей перед своими непосредственными работодателями, они занимались незаконной деятельностью на стороне. Он также указал, что в такой ситуации не может быть проведено никакого различия между американскими или Советскими работодателями Советских граждан, которые занимались незаконной деятельностью и поэтому подлежали аресту.

Он указал, что факт приема на работу у иностранных граждан не может, конечно, предоставить иммунитет Советским гражданам, если они виновны в нарушении Советского законодательства. Он полностью освободил господ Денни, Брауна, Уильямса и их организации от любого намека на причастность к предполагаемой незаконной деятельности их секретарей.

Третье. Служебные помещения американо-российской торговой палаты.

На прошлой неделе мистер Стивенс, возглавляющий здесь офис американо-российской торговой палаты в отсутствие мистера Спенсера Уильямса, сообщил, что получил уведомление, что палата должна немедленно освободить помещение и он не может получить никаких других помещений или отсрочки выселения до возвращения мистера Уильямса. Я указал на чрезвычайные неудобства, связанные с этим для торговой палаты, которая представляет собой очень ответственную и влиятельную часть американского общественного мнения.

Литвинов указал, что существует огромная нехватка места и невозможно даже предоставить дипломатическому корпусу пространство, необходимое для его нормального функционирования. Однако он заявил, что займется этим вопросом, и попросил меня детально сообщить ему о сложившейся ситуации.

Примечание посла. Впоследствии вопрос был удовлетворительно улажен.

(Примечание Мемуариста. Эта самая американо-российская торговая палата – очень странная организация. Официально это – некоммерческое объединение крупных американских капиталистов с целью расширения торговли с Россией. На бумаге американскому правительству она не подчинялась.

По факту же палата очень плотно сотрудничала с Белым домом. Кроме того, она имела ряд особых прав, например, ходатайствовать о визах для любых американцев под видом деловых командировок. Понятно, что если это и не было первоначальной целью создания палаты, то всё равно очень быстро палата превратилась в московский филиал американских спецслужб. Продолжаем.)

Дневник, Москва, 15-е марта 1938-го.

Мы все ходили в оперу смотреть прекрасный балет "Снегурочка". После спектакля мы отправились в Кавказский ресторан – ведущий ночной клуб России – и заказали шашлык (баранина, зажаренная на длинных шампурах). Оркестр был Кавказский, интересный и необычный, с восточными инструментами и музыкой.

Австрийское влияние на новую психологию.

17-е марта 1938-го.

Выдержка из письма сенатору Милларду Тайдингсу.

Как и вся остальная Европа, эта страна крайне воинственно настроена. На Дальний Восток направляются огромные грузы. Поставки включают в себя военные материалы и продовольствие. Есть много признаков нехватки здесь продовольствия, которое не было получено прошлой зимой, несмотря на огромный урожай прошлым летом.

Есть признаки, что это правительство становится более изоляционистским, чем когда-либо прежде. Война ужасно близка.

Дневник, Москва, 16-е марта 1938-го.

Чехословацкий посланник позвонил мне по телефону и сообщил, что Польша предъявила ультиматум Литве. Это аномалия. В польском ультиматуме говорится, что если литовское правительство немедленно не возобновит дипломатические отношения, наступят серьезные последствия. Мир совершенно окосел.

(Примечание Мемуариста. Посол намеренно употребляет такое слово в смысле, что мир сошёл с ума. В американском английском звучит еще более жёстко, в том смысле, что мир мертвецки пьян и не понимает, что творит. Продолжаем.)

Ультиматум обычно сопровождается разрывом дипломатических отношений, а не требованием о возобновлении дипломатических отношений.

Дневник, Москва, 17-е марта 1938-го.

Дипломатический корпус взволнован польско-литовской ситуацией. Я был занят тем, что поддерживал контакты с литовским посланником и Литвиновым. Агрессивные действия Гитлера, похоже, заразны.

Некоторые из моих коллег полагают, что существует возможное германо-польское понимание, в соответствии с которым Германия поддержит Польшу в ее требованиях к Литве предоставить Польше порт Мемель, как выход к морю, который теперь предоставляет Данциг.

Взамен Германия получит согласие Польши на возвращение Данцига Рейху. Слухи ходят самые разнообразные.

Дневник, Москва, 18-е марта 1938-го.

Видел литовского посланника, который подробно рассказал мне о своей встрече с Литвиновым. Старый джентльмен убит горем. Он боится самого худшего. Его единственной надеждой остаётся уверенность в защите Советского правительства.

Литвинов опасается "фашистского мира".

Достопочтенному государственному секретарю.

Меморандум о беседе между народным комиссаром иностранных дел Литвиновым и американским послом Джозефом Дэйвисом в посольстве, 23-го марта 1938-го.

Дискуссию открыл мой запрос народному комиссару иностранных дел относительно его взглядов на положение в Литве.

Он утверждал, что, по его мнению, Германия, определённо, была против захвата Литвы Польшей, потому что она, Германия, сама жаждала этой территории и Гитлер также имел виды на все прибалтийские государства. Он выразил мнение, что в течение очень короткого времени Германия захватит польский коридор и Данциг, и сообщил мне, что германский военный атташе сказал ему, что германское правительство ничего не будет "платить" Польше взамен.

В ответ на мой запрос относительно его взглядов на общеевропейский мир он сказал, что абсолютно уверен, Чехословакия этим летом вызовет проблемы. Немецкие меньшинства в Чехословакии оказывают давление на Гитлера, чтобы он двигался в этом направлении.

Он сделал довольно неожиданное заявление, что существует опасность, что Чехословакия добровольно уступит Германии, потому что она не доверяет Франции и потому что она полностью окружена. По этому поводу Литвинов откровенно заявил: "Франция не доверяет Советскому Союзу, а Советский Союз не доверяет Франции."

Литвинов сказал, что предвидит фашистский мир, навязанный Германией и Италией, и что история, вероятно, повторится в том, что сейчас Италия задруживает с Германией из-за страха. С намерением, вероятно, дезертировать от неё, когда ситуация изменится и это станет выгодным, так же как и во время Первой мировой войны. Италия, добавил он, никоим образом не привязана прочно к оси Гитлера.

(Примечание Мемуариста. И снова умница Литвинов прав. Как только стало понятно, что победа Советов в Войне не за горами, Италия немедленно дезертировала. Вдруг оказалось что и Муссолини совсем уже не отец нации, а кровавый диктатор. И вообще, итальянцы в глубине души немножко коммунисты. Продолжаем.)

Он сказал, что небольшие государства: Румыния, Югославия, Болгария, Венгрия и Чехословакия – все напуганы и единственное, что может предотвратить полное фашистское господство в Европе, – это смена правительства или политики Великобритании.

По его мнению, Чемберлен заключит некое соглашение с Италией и Германией, предусматривающее возобновление прошлогоднего джентльменского соглашения о прекращении итальянской анти-британской пропаганды, "которая будет возобновлена сразу же после этого".

Он полагал, Великобритания должна будет признать итальянское завоевание Эфиопии в обмен на такое соглашение, которое также включало бы вывод войск из Ливии и несущественное понимание в отношении Средиземноморья.

Литвинов выразил сомнение в том, что в Англии в ближайшем будущем предстоят всеобщие выборы. Он считает, Лига Наций мертва, если Великобритания решительно не изменит свою политику, и он не будет присутствовать на заседании Совета Лиги в мае, если за это время не произойдет каких – то изменений.

Он полагал, что в очень скором времени Европе, попавшей под власть фашизма, будут противостоять только Великобритания на Западе и Советский Союз на востоке.

(Примечание Мемуариста. Нарком Литвинов слишком хорошо думал о Великобритании. Противостояли они Гитлеру первое время исключительно на бумаге. Советский Союз остался один на один с голодным фашистским зверем, выползшим из своего логова. Продолжаем.)

Он откровенно признал, что не ожидает ничего от своих предложений (в отношении Польши и Литвы), но сказал, что они послужат прояснению ситуации.

Он отдал должное заявлению госсекретаря Халла о политике в июле прошлого года, заявив, что считает его очень сильным и способным и было бы полезно, если бы оно могло быть более активно реализовано, чтобы принести облегчение "угнетённому силой" миру.

Он высказал мнение, что если фашистская Германия действительно получит господство над Европой, то протяженной русской границе нечего будет бояться Германии, потому что у нее будет полно дел в граничащих с ней государствах.

Что касается ситуации на Дальнем Востоке, он сказал, что Япония имеет около миллиона человек в Китае, в том числе триста тысяч в Маньчжоу-Го. Китайцы ведут замечательную борьбу и причиняют Японии много неприятностей. Он указал, что не ожидает каких-либо агрессивных действий со стороны Японии против Советского Союза.

"Следовательно, войны не будет".

Номер 1074, Москва, 26-е марта 1938-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Польский ультиматум Литве.

Секретно.

Последние две недели здесь точно описаны тем, что британское радио недавно назвало периодом "самой серьезной напряженности и ужаса", связанных с поглощением Австрии германским рейхом, а вслед за этим последовал ультиматум Польши Литве. Настоящим я представляю доклад о ситуации, сложившейся с этой точки зрения.

Нахальство и решимость, с которыми Гитлер вторгся в Австрию, шокировали и вообще ошеломили здесь дипломатическое мнение. Советское правительство через комиссара Литвинова быстро пришло на помощь Франции, сделав заявление в печати, что если за австрийским инцидентом последует германская агрессия против Чехословакии, то Советский Союз пойдет на помощь Чехословакии и что "способ будет найден".

Общепринятый здесь вывод заключался в том, что СССР передал уведомление, в частности, Польше, и, возможно, Румынии, что в случае необходимости Советы нарушат их территориальные границы, чтобы прийти на помощь Чехословакии.

(Примечание Мемуариста. Уже в мае 1938-го Польша сделала ряд совершенно недвусмысленных заявлений. Если СССР направит войска на защиту Чехословакии от фашистов – Польша немедленно объявит войну СССР. Ну ещё бы, ведь фашисты пообещали скинуть полякам с барского плеча кусочек от разорванной на части Чехословакии.

В конце сентября 1938-го Советское правительство подтвердило, что исполнит свои обязательства по Пражскому договору и защитит Чехословакию от фашистов. Даже если британцы и французы нарушат свои договоры и не придут чехам на помощь.

В ответ на это Польша немедленно заявила, что не пропустит Советские войска, а наши самолёты будет сбивать над своей территорией.

Ровно в день заключения Мюнхенского сговора, 30-го сентября, Польша ввела войска в Чехословакию и оккупировала Тешинскую область. Собственно, если и говорить, что кто-то начал Мировую Войну на стороне Гитлера, первыми это были поляки! Продолжаем.)

Что касается Австрийской ситуации, здесь с самого начала было принято считать, что свершившийся факт не только увенчается успехом, но и не приведет к войне. Это вполне иллюстрирует тогдашнее общее мнение. Британский посол был очень серьезно расстроен и открыто и решительно осудил германскую агрессию.

Он сделал это безоговорочно японскому послу и другим членам дипломатического корпуса здесь, в Спасо Хаусе, в беседах во время официального обеда, который пришёлся на вечер 19-го марта.

Польский ультиматум Литве, с другой стороны, вызвал глубочайшее беспокойство, как бы он не ускорил войну. Чехословацкий посланник был очень встревожен и несколько раз приходил ко мне посовещаться, чтобы "обсудить сложившуюся ситуацию". Он опасался, что это означает еще один Сараевский инцидент, который приведет к всеобщей европейской войне.

Чтобы получить точные сведения о развитии ситуации как с польского, так с литовского угла зрения, я немедленно нанёс визиты литовскому посланнику и польскому послу, а также в Советское внешнеполитическое ведомство и держал департамент в курсе событий по телеграфу.

Тревога была очень серьезной. Опасение состояло в том, что Польша имела некое тайное соглашение с Германией, согласно которому Германия поддержала бы польскую цель поглотить Литву и найти выход к морю. В обмен на это Польша передала бы польский коридор Германии в соответствии с соглашением, согласно которому Германия предоставила бы Польше некоторую компенсацию за ее расходы на порт Гдыня и заключила бы соглашение мирного времени о создании свободных портовых сооружений для Польши через порты Данциг и Гдыня.

Если таковы были действительные обстоятельства дела, то здесь было общее убеждение, что Советский Союз будет вынужден прийти на помощь Литве и что результатом этого будет война. В то время как правительства Франции и Англии оказывали давление на Польшу, чтобы сдержать её позицию, Советское внешнеполитическое ведомство также заняло сильную позицию, по-видимому, по отношению к обеим сторонам.

Народный комиссар иностранных дел Литвинов сообщил мне следующее.

Первое. Он послал за польским послом и провел с ним три беседы. Он убедил последнего в полной серьёзности, с которой Советский Союз отнесся к этому ультиматуму.

Второе. Советский Союз не интересует каковы отношения между Литвой и Польшей, но он жизненно заинтересован в том, чтобы Литва действительно была и продолжала быть независимой.

(Примечание Мемуариста. Отличная иллюстрация того, что СССР нужны были не колонии, а дружественные прибалтийские страны на границе. Говорить, что СССР в 1939-м оккупировал гордых и независимых прибалтов – просто дико.

К тому моменту это были прямые фашистские марионетки, которые фактически готовили у себя нацистские базы для нападения на СССР. А вот в 1938-м году Советский Союз еще пытался уберечь и защитить Прибалтику от фашизма. Продолжаем.)

Третье. Его правительство обеспокоено, как бы Польша не выдвинула ещё более серьезных требований, если Литва согласится на первые требования, под каким-нибудь подобным "безобидным платьем", которые фактически уничтожат независимость Литвы.

Выражение "безобидное платье" было использовано Литвиновым для описания того, как Польша облекла свои серьезные требования, замаскировав их простым восстановлением дипломатических отношений. На первый взгляд они были настолько разумными, что ни одно государство не могло им противостоять.

Он указал, что для Литвы развязывание войны на основе отказа от установления дипломатических отношений оттолкнет общественные симпатии всего мира. Литвинов заявил, что, хотя он сильно давил на Польшу, он в то же время настоятельно призывал Литву согласиться с нынешней просьбой Польши и избежать возможности вторжения в настоящее время.

Он заявил, что только будущее покажет, какова истинная цель Польши. Он также заявил, сильно удивив меня, что, по его мнению, Гитлер был против поглощения Литвы Польшей по той причине, что "Гитлер сам жаждал Литву и прибалтийские государства".

В этой связи он заявил, что Польша ничего не получит от своей поддержки Германии и что "это не потому, что я так говорю, а это прямое заявление военного помощника германского посольства в Москве, которое он сделал мне, Литвинову, и в то же время заявил, что Германия очень скоро вернет себе польский коридор и что Польша ничего от него не получит."

К счастью, по крайней мере, временно, литовский инцидент закрыт. Принятие ультиматума Литвой произошло в тот же вечер, когда я давал обед дипломатическому корпусу в посольстве.

Экспансивность, с которой польский посол приветствовал литовского посланника, и усилия, которые он прилагал, чтобы убедить литовского посланника в том, что Польша проводит в своих отношениях с Литвой только благотворную политику, были наиболее очевидны. Это было отмечено несколькими другими гостями из дипломатического корпуса. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Дневник, Москва, 20-е марта 1938-го.

Принимал миссис Эйзенштейн, бывшую гражданку США из Калифорнии, жену известного инженера, специалиста по нефтяному оборудованию и трубопроводам, чей муж работал в Советском нефтяном тресте. Это был самый жалкий случай. Их уговорили покинуть свой прекрасный Калифорнийский дом и перебраться на "Новую Землю", и они сожгли за собой мосты, выбросив из окна машины американские паспорта и приняв Советское гражданство.

Её муж был арестован и исчез. Это была печальная ситуация, в которой я был совершенно беспомощен, так как они больше не были американскими гражданами и не имели права на нашу защиту.

Примечание посла. Она позднее также была арестована.

Дневник, Москва, 26-е марта 1938-го.

Вечером у нас была большая вечеринка для всего дипломатического корпуса. Сюрпризом вечера стало количество прибывших русских, включая заместителя комиссара Военно-морского флота. Судья Ульрих, главный судья, председательствовавший на процессах, и большое количество художников, музыкантов и писателей.

Оркестр был полностью Советский и играл очень хороший джаз. Благодаря умелому руководству и предусмотрительности Марджори, вечер удался на славу.

Приехал комиссар Литвинов с дочерью. Он сказал, что Сталин хотел бы встретиться со мной перед моим отъездом. Это меня очень удивило.

Он никого не принимает, разве что какого-нибудь приезжего главу правительства из-за пределов страны. Говорят, он никогда не принимал посла официально. Было бы интересно с ним познакомиться. Мне бы хотелось оценить его по достоинству.

(Примечание Мемуариста. Сегодня многие не вполне понимают, но официально Сталин не был кем-то вроде президента или царя. Он был партийным вождём.

Официальными вопросами занимались Молотов и Калинин. Собственно, именно поэтому посол зовёт всесоюзного старосту Калинина президентом. И с формальной стороны Дэйвис совершенно прав. Продолжаем.)

Общая ситуация в Европе с точки зрения Москвы.

Москва, 26-е марта 1938-го.

Достопочтенному Самнеру Уэллсу.

Дорогой Самнер!

Мир в Европе, по-видимому, не будет создан идеологическими соображениями международного права, осуществляемыми через Лигу Наций или другие высокопоставленные учреждения. Единственный европейский мир, который кажется возможным, – это мир, навязанный более сильной из двух групп или самой наглой и дерзкой.

Или же это будет мир, установленный равновесием противостоящих политических сил, каждая из которых уступает другой либо из-за своих страхов, либо из-за уважения, которое они питают к силе и воле другой. Другими словами, это будет либо навязанный фашистами мир, либо мир "баланса сил". Да помогут небеса демократии в мире, если это окажется мир, навязанный фашистами.

Я никогда не был сторонником мира типа баланса сил, но он бесконечно лучше, чем господство агрессоров, и это более близкое приближение к миру, основанному на соображениях международной морали, чем мир, основанный на фашистских проекциях силовой политики.

По какой-то причине или из-за отсутствия таковой у европейских демократий, по-видимому, нет никакой цели реально укрепить свои позиции, используя ту силу, которая есть здесь, как часть их общего фронта и выработке образа жизни против Муссолини и Гитлера. Англия и Франция, по-видимому, делают здесь прямо противоположное и играют на руку нацистским и фашистским целям.

Советский Союз стремительно загоняется в полную изоляцию и даже враждебность к Англии и в безразличие к Франции. Это может привести к тому, что в недалеком будущем может быть создан реальный союз этих сил с Германией. Это кажется неправдоподобным, но это вполне в пределах возможностей будущего.

Несмотря на общую враждебность отношения здесь, тем не менее, есть общее неохотное признание, что Советский режим более прочно укоренился, чем это было в течение некоторого времени. Сталин и его группа имеют полный контроль над армией, тайной полицией и всеми формами пропаганды.

Кроме того, общепризнано, что армия хорошо механизирована и прекрасно себя зарекомендовала бы, а промышленные силы, находящиеся за линией фронта, вероятно, смогли бы выдержать осаду год или полтора. Нет никаких сомнений, что этот режим полностью уверен в своей способности защитить себя от нападения с востока или запада.

С точки зрения борьбы за выживание демократии, которая идёт сегодня в мире, и ввиду того, что Англии и Франции неизбежно угрожает полное господство фашизма в Европе, довольно трудно понять, почему имеющаяся здесь сила не должна быть взращена и использована. По крайней мере, в той степени, в какой это соответствует поддержанию международной морали и справедливости в мировых делах.

Человеческая мощь здесь огромна. Ресурсы здесь не только реально, но и потенциально таковы, что неизбежно эти люди будут иметь огромное и растущее влияние на условия жизни как в Европе, так и во всем мире. На мой взгляд, они представляют сейчас меньшую реальную угрозу, чем фашистские государства.

В любом случае, Гитлеру угрожает опасность на Востоке, пока его Восточная дверь не будет закрыта. Это классика, принятая немецкими стратегами в качестве основы для любой войны против западных держав.

Я знаю, что это длинное письмо, и надеюсь, что оно вас не утомило. Но я знаю, что вы думаете об этих вещах и хотя Европа сейчас не является нашей непосредственной заботой, она скоро станет таковой.

Пограничные столкновения в Маньчжоу-Го. Япония и Китай.

Номер 1065, Москва, 29-е марта 1938-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Советские отношения с дальневосточными странами.

Секретно.

Сэр, ситуация на границе практически не изменилась, и сообщается лишь об одном незначительном инциденте. Это может быть связано в какой-то мере с озабоченностью японских военных властей войной в Китае.

В этой связи, безусловно, наиболее интересным событием в отношении дальневосточных отношений за последнее время стало заявление, сделанное мне в ходе беседы, состоявшейся 23-го марта с Литвиновым, Советским комиссаром иностранных дел. Он заявил, что ни о какой агрессии против Советского Союза со стороны Японии сейчас не может быть и речи, ввиду тех неприятностей, которые Китай причиняет Японии своими (китайскими) неожиданными военными успехами.

Об этом, по его словам, свидетельствует тот факт, что в настоящее время Япония имеет миллион вооруженных людей в самом Китае и еще триста тысяч в Маньчжурии.

Единственными событиями, представляющими интерес в связи с Китайско-советскими отношениями, были сообщения об отсутствии в Москве китайского посла по особым поручениям мистера Сунь Фо, который, как говорят, недавно посетил Францию и Чехословакию.

А также решительные заявления командующего Дальневосточной армией маршала Блюхера о мощи Советского Тихоокеанского флота и Дальневосточной армии, которые, по его словам, обеспечат целостность сухопутных и морских границ России и "уничтожат врага на его собственной территории". Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Ничто не может окончательно остановить Россию.

Номер 1104, Москва, 1-е апреля 1938-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Общий обзор обстановки в Советском Союзе.

Совершенно секретно.

Сэр, имею честь настоящим препроводить краткий обзор сложившейся здесь ситуации.

Япония.

На Дальнем Востоке, судя по тому, что мне рассказал комиссар Литвинов, правительство считает, что Япония переживает тяжелые времена в Китае и что китайцы сейчас оказывают существенное сопротивление. Это правительство не скрывает своей глубокой симпатии к Китаю, но тщательно следит за поддержанием мира с Японией, по крайней мере в настоящее время.

Граница с ближневосточными и азиатскими странами.

Есть серьезные пограничные и другие споры, между Афганистаном, Персией и Турцией, соответственно, и Советским Союзом. Отношения не очень хорошие. Есть признаки шероховатостей.

Граница со странами Европы и Балтии.

С тех пор, как Советский дипломат в Румынии бежал в Рим к фашистскому режиму, румынские отношения здесь были несколько затруднены. Отношения с Польшей определенно хуже, чем когда-либо с тех пор, как я был здесь, но оба правительства, похоже, намерены поддерживать отношения, несмотря на эти условия.

Примечание посла. Это один из нескольких Советских дипломатов, покинувших свои посты во время чисток, спасшихся в другие страны.

Финляндия, Эстония и Латвия дали некоторые признаки того, что они впечатлены успехом немецкой агрессии. Вплоть до литовского инцидента они сочувствуя Германии, определенно, еще сильнее отходили от Советского режима. Я заявляю об этом, однако, только исходя из впечатлений, полученных в ходе бесед с дипломатическими представителями этих стран.

После литовского инцидента, по-видимому, произошло изменение отношения и признание желательности дружбы с Россией как оплота и поддержки их независимости против возможной немецкой или польской агрессии.

Европейские и мировые условия в целом.

Как я уже телеграфировал вам, позиция Литвинова и позиция страны определенно состоит в том, что фашистский мир навязывается Европе. В конечном счете, Европа будет полностью фашистской, за исключением Англии и Советского Союза. В итоге, Италия предаст Германию, как она это сделала во время Первой Мировой.

Советская Россия не должна рассчитывать ни на какую внешнюю помощь и фактически должна быть и является полностью самодостаточной и независимой. Она не может зависеть от Франции

Нет никакой надежды на поддержание правопорядка, основанного на общественной морали между нациями, пока "реакционные элементы" при власти в Англии не будут свергнуты. Они не видят непосредственной перспективы этого.

Ваше великое заявление перед национальным пресс-клубом было большим подспорьем, но без практического осуществления оно, "к сожалению, не будет эффективным против безжалостных сил фашизма".

Промышленный прогресс.

Хотя есть много свидетельств и признаний расточительности, неэффективности, и слабости, присущих бюрократическому управлению промышленностью и сельским хозяйством, очевидно, тем не менее, что этот великий медведь ломится вперёд. И с впечатляющими результатами, несмотря на все эти препятствия.

Существует такое огромное богатство, что эти потери по сравнению с ним сравнительно невелики. Богатство страны растет. Прошлогодний урожай был самым обильным в истории.

Перспективы улучшения с материальной точки зрения развиваются. Огромные расходы на военные приготовления, отвлекающие 25% всех доходов, задерживают распределение благ в массы, но всё же есть много признаков улучшения – в частности, появление резиновых изделий, сапог и обуви.

Общественные учреждения – школы.

Общественные улучшения – здания, дороги, мосты, каналы и тому подобное – впечатляют не только сами по себе, но и по скорости создания. За последний год облик некоторых районов города полностью изменился. Сталин исторически будет признан, вероятно, великим строителем России, следующим за Петром Великим. Только в Москве за последний год было построено сто пятьдесят семь школ.

Террор.

Террор здесь – ужасающий факт. В Москве есть много свидетельств, что существует страх, который проникает и преследует все слои общества. Любое домохозяйство, каким бы скромным оно ни было, по-видимому, живет в постоянном страхе перед ночным рейдом тайной полиции (обычно между часом ночи и тремя утра). После того, как человека забирают, о нём ничего не известно в течение нескольких месяцев – и много раз никогда после этого.

Свидетельства об этом приходят из многих источников. Это: заявления, сделанные лично мне или членам персонала непосредственными свидетелями, заявления, основанные на реальных личных наблюдениях сотрудников (как в одном случае, вид борющегося несчастного, арестованного и оторванного от своего одиннадцатилетнего ребенка на улице перед соседним многоквартирным домом в три тридцать утра), или заявления российских граждан, которые по тем или иным причинам приходят в посольство в поисках помощи.

Общественная психология в этой ситуации и масштабы террора подтверждаются тем фактом, что почти ежедневно через кухню и жильё слуг приходят сообщения о перешептываниях и страшных откровениях о новых арестах, новых лишениях, новых опасениях и новых страхах среди их друзей.

(Примечание Мемуариста. Характеризуя личность посла Дэйвиса, не худо бы помнить, что с собой в Союз он привёз два десятка слуг. Не сотрудников, вроде секретаря или дипломатических работников. Не врача или фотографа для посольства.

Два десятка личных слуг господина Дэйвиса. И заметьте, о них в книге посла ни одного слова благодарности. А зачем, это как бы и не совсем люди в понимании богатого капиталиста. Слухи через кухарских доходят до него. Продолжаем.)

Деятельность тайной полиции расширилась и дошла до ареста Советских сотрудников иностранных посольств, в том числе и наших.

Обычно утверждают, что тайная полиция этой пролетарской диктатуры столь же безжалостна и жестока, как и любая другая во времена старых царских режимов. Похоже, это древнерусский обычай. Эта конкретная чистка, несомненно, носит политический характер.

Из высказываний, которые я слышал от некоторых руководителей правительства, она сознательно производится партийными руководителями, которые сами сожалеют о необходимости этого, но тем не менее, не позволяют себе быть сентиментальными или слабыми в исполнении того, что считают своим долгом. Они верят, что нельзя делать великие Революции, распыляя духи.

(Примечание Мемуариста. Любопытное выражение про духи. У нас бы сказали – "Революцию не делают в белых перчатках.)

Прежние движения в интересах пролетариата были уничтожены слабостью и ложной сентиментальностью. Они признают и сожалеют, что в этой ситуации должно быть много невинных людей, которые страдают, но они занимают позицию, что они должны сделать это, чтобы спасти свое дело, которое является высшим, и что успешное улучшение условий жизни пролетариата оправдает в исторической перспективе их нынешний курс.

Война и военная психология.

Четверть национального дохода в прошлом году была направлена на военные цели. Это примерно двадцать пять миллиардов рублей. По нынешнему курсу рубля на чёрном рынке в золоте, это примерно два-два с половиной миллиарда долларов. Расходы в этом году, вероятно, будут еще больше.

Есть признаки почти лихорадочной подготовки к войне. Путешественники сообщают, что огромные запасы продовольствия и припасов, включая военную технику, танки, корабли – охотники на подводные лодки, самолеты, грузовики и так далее, направляются на Дальний Восток нескончаемым потоком. Здесь, в Москве, ощущается нехватка ткани, которой не было в прошлом году и которая якобы вызвана военными нуждами.

Те промышленные организации, которые непосредственно связаны с военными потребностями, были недавно поставлены под непосредственный армейский контроль и надзор.

По разным оценкам, дальневосточная армия насчитывает от двухсот пятидесяти тысяч до полумиллиона человек. Она, как утверждается, полностью самодостаточна и имеет двухлетний запас продовольствия и военных запасов.

Ежегодно миллион двести тысяч молодых людей призываются под знамёна для обучения. Постоянно ходят слухи о том, что вдоль всей западной границы тайно и спешно возводятся дороги и укрепления. Нынешняя численность армии, по слухам, составляет миллион двести тысяч человек.

(Примечание Мемуариста. Напомню, что по сообщениям посла Дэйвиса, оккупационная армия "мирной" маленькой Японии только на континенте превысила миллион триста тысяч человек. Это так, для сравнения. Продолжаем.)

Тенденция к изоляции СССР от мировых дел.

За последний год произошло самое значительное развитие событий, имеющее неблагоприятное значение для будущего. Это быстрое развитие политики беспощадной враждебности, направленной против всех иностранцев в стране – отдельных лиц или правительств.

Нынешнее движение, несомненно, началось с речи Сталина год назад, в которой он указал на враждебность всех капиталистических стран и что СССР окружён врагами. Этому, несомненно, способствовали разоблачения предполагаемой шпионской деятельности иностранных государств и иностранных дипломатических миссий в Советском Союзе.

Иностранцев всё прошлое лето высылали из Советского Союза. Представления даже со стороны французского посла в связи с французскими подданными оказались безрезультатными. Тайная полиция проводила эту политику в жизнь, и ее отношение и поведение были абсолютно жёсткими.

Они проникли практически во все иностранные учреждения, редакции иностранных газет, иностранные деловые учреждения и даже посольства и представительства, чтобы задерживать и арестовывать Советских служащих по тем или иным обвинениям.

Закрытие иностранных консульств.

Консульства четырнадцати разных стран были закрыты. Догматическая и властная манера, в которой всё это делалось, указывает на почти безмятежное безразличие к чувствам иностранных государств, даже, в некоторых случаях, на кажущееся безразличие к тому, приведет ли это к прекращению дипломатических отношений. Буквально тысячи иностранных граждан, как мне сказали, были вывезены из страны и возвращены в Грецию, Турцию, Персию и так далее.

Вдоль всей афганской границы протяженностью две тысячи километров в качестве карантинной зоны была выделена полоса шириной в пятьдесят километров, обеспечивающая защиту от любого проникновения.

Цели фашистских правительств изолировать СССР среди народов мира и поместить их, так сказать, в карантин, по-видимому, не только успешно действовали извне этой страны, но и, по-видимому, были наиболее эффективны внутри. Советский Союз в отместку или по каким-то своим соображениям, кажется, вполне готов превзойти Ирода в этом отношении. И у них есть право бить первыми и бить сильно, если они думают, что находятся в опасности.

(Примечание Мемуариста. Здесь у посла любопытная игра слов. Есть устойчивое выражение "дойти до крайности", которое буквально произносится как "превзойти Ирода", "пере-Иродить", причём в одно слово.

Посол в тексте усиливает фразу до крайности и пишет "пере-Иродить самого Ирода". Напомню, что библейский царь Ирод известен приказом уничтожить всех младенцев, чтобы с гарантией не допустить свержения себя только что родившимся Христом. Продолжаем.)

Советская уверенность в себе.

Несмотря на чистки, террор, военную пропаганду и угрозы враждебных соседей, нет никаких сомнений в том, что это правительство полностью уверено в своей способности позаботиться о себе. Калинин, президент, Молотов, премьер, и Литвинов, нарком иностранных дел – все они выразили мне (и я думаю, искренне) такое отношение.

Только недавно комиссар Литвинов выразил сожаление по поводу того, что мировые демократии не желают продвигаться к коллективной безопасности и международному миру, но весьма недвусмысленно заявил, что в конечном счёте Советский Союз вполне удовлетворен, если демократии будут следовать "своим нынешним курсом безумия и безразличия к международному миру и справедливости", полагаясь только на себя.

Они полностью уверены, что правительство может поддерживать себя бесконечно без страха или благосклонности и совершенно не опасаясь последствий в случае внешней агрессии.

Дипломатическое мнение относительно постоянства режима и возможности государственного переворота.

Ни один иностранный дипломат, с которым я беседовал, не считает, что Сталинский режим слаб политически или находится в непосредственной опасности. Выражения, как правило, прямо противоположны. Естественная смерть Сталина, по их мнению, не изменила бы режим, особенно если бы организации было предоставлено время, чтобы поставить его преемника у власти до того, как новость станет общеизвестной.

Если бы Смерть Сталина была убийством и / или сопровождалась дворцовым переворотом, руководимым и осуществляемым сильной армейской группой, то нынешний режим, вероятно, был бы свергнут. В таком случае, однако, преобладает мнение, что социалистическое государство всё равно сохранится.

Обычно считается, что Сталин хорошо и решительно держит ситуацию в своих руках, причем различные элементы силы уравновешивают друг друга и каждый несёт ответственность перед ним. С огромной мощью армии, тайной полиции, печати и всех средств пропаганды, находящихся в хорошем рабочем состоянии, существует мало возможностей для открытого акта, исключая случайность.

(Примечание Мемуариста. Нам, к сожалению, недоступны зашифрованные и до сих пор засекреченные доклады посла. В книгу, по понятным причинам, попали только самые невинные доклады общего характера.

Тем не менее, даже здесь посол раз за разом проговаривается. Постоянно в его докладах фигурируют оценки силы режима Сталина. А что будет если троцкисты начнут переворот? А если армия взбунтуется? Ах, нет, очень жаль. А вот если убить Сталина? Ах, опять ничего приятного для США не получается. Что ты будешь делать!

Что характерно, в мировой литературе как-то я не встречал подобных дипломатических оценок, например, Гитлера перед Войной. Немыслимо представить, чтобы посол Додд писал в Белый Дом что-нибудь подобное. А если убить Гитлера? А если его генералы взбунтуются? А может заговор?

Ничего подобного. Американцы бегали на поклон и к фашистам, и к их главному финансисту Шахту. Дружили, распивали шампанское в тени гигантского нацистского орла в Париже. А вот Советы они чуть ли не свергать собираются. Оцените разницу подходов. Продолжаем.)

Советское отношение к Соединённым Штатам.

Несмотря на некоторое раздражение, которое должно возникнуть, на мой взгляд, тем не менее, можно с уверенностью утверждать, что миссия правительства Соединённых Штатов здесь получила больше внимания и благосклонности от этого правительства в течение прошедшего года, чем любое другое иностранное государство. Я имею в виду слова самого комиссара иностранных дел Литвинова о том, что "Советский Союз готов сделать для Соединённых Штатов больше, чем любая другая нация."

Это, вероятно, благодаря факту, что местные официальные лица, которые являются очень способной и сильной группой людей, а также народ в целом относятся к Соединённым Штатам с дружественной благосклонностью. Они чувствуют, что мы бескорыстны, дружелюбны, не имеем никаких прямых замыслов относительно того, что есть у них, и не имеем собственных корыстных замыслов, чтобы оттачивать вместе с их непосредственными врагами за их возможный счет.

Лидеры также испытывают большое восхищение президентом Рузвельтом и тем, что они считают "его замечательными достижениями". Они также очень высоко оценивают усилия государственного секретаря по установлению международного мира посредством экономического умиротворения.

Такое дружелюбное отношение не сдерживает их в вопросах, затрагивающих их жизненные интересы, о чём свидетельствует ситуация с долгом и Коминтерном. Они абсолютно реалистичны. Это, однако, свидетельствует, я полагаю, о подлинном "самом дружеском" отношении и расположении, которое прямо противоположно преобладающей здесь враждебности к иностранцам вообще.

Есть сотни иностранных граждан – немцев, поляков и итальянцев, – которые были заключены в тюрьму и которым дипломатическим сотрудникам их соответствующих стран было отказано в доступе или общении до суда над заключенными. Только в двух случаях, которые возникли в связи с нашими гражданами и где был поднят этот вопрос, было прямое выполнение нашей просьбы в полную противоположность прецеденту.

И с удивительной быстротой, в противоположность обращению, предоставляемому другим посольствам. В обоих случаях представителям этого посольства было разрешено встречаться и совещаться с обвиняемыми до суда.

Заключение.

При нынешнем режиме делается много прекрасных вещей. Было задумано множество благородных предприятий, которые вызывают симпатию и глубокое восхищение. Никакая степень альтруизма, никакие гуманитарные усилия, никакие высокие и благородные цели, никакие материальные улучшения в обеспечении того, что поднимает уровень жизни пролетариата, никогда не смогут компенсировать отрицание свободы и прав личности даже в отношении короля.

Примечание посла. С этим режимом, по моему мнению, произойдёт одна из двух вещей. Он либо уничтожит сам себя в попытках идти против человеческой природы и в силу применяемых методов, либо правительство приобретёт правый уклон и перейдёт в более демократическую форму и менее крайнюю форму государственного социализма. Есть признаки, что подобный уклон вправо сейчас и происходит. Но ничто не может остановить Россию.

(Примечание Мемуариста. Отличная позиция. Советская власть полностью перестроила страну и движется в сторону невиданной доселе социальной справедливости. Но нет, они царя убили. Довод из серии "а у Вас негров линчуют".

Кстати, раз уж пришлось к слову, в 1937-м году в США темнокожих не пускали в кафе для белых, у трамваев были особые "чёрные" вагоны и даже лавочки и питьевые фонтанчики в парке были помечены. О том, чтобы чёрный парень стал офицером американской армии и речи не шло. Продолжаем.)

Независимо от того, останется ли этот режим у власти или падет, на мой взгляд, эта российская ситуация будет продолжать приобретать международное значение – как политическое, так и экономическое. За последние восемь лет были достигнуты огромные и даже поразительные успехи в промышленном и научном развитии и достижениях. И тигр почувствовал вкус крови.

Ничто (даже революция или смена правительства) не может остановить продолжающееся освоение и развитие огромных ресурсов и богатств этой страны. Амбиции деревенской молодежи распалены. Построены новые учебные заведения.

Образование, научное и иное, широко претворяется в жизнь и делается всеобщим. Кастовые или классовые барьеры на пути индивидуального развития были разрушены. Неизбежная сила этой относительно молодой нации и народа, только что вышедшего от сохи, неизбежно будет подталкивать и продолжать это развитие.

Нынешнее экономическое и промышленное положение этой страны, как мне представляется, находится сейчас на той же стадии развития, что и Соединённые Штаты около шестидесяти лет назад. Следующее поколение, на мой взгляд, увидит этих людей, оказывающих огромное влияние не только на европейские, но и на мировые условия.

Несмотря на многочисленные нападки, и на то, что, казалось бы, является явными оскорблениями в адрес некоторых дипломатических представительств некоторых правительств Европы, эти правительства тем не менее продолжают поддерживать свои дипломатические представительства и контакты в Москве. Это, на мой взгляд, мудрая и благоразумная политика.

Великие силы существуют здесь, и еще большие силы находятся здесь в процессе становления. Они неизбежно будут иметь далеко идущие последствия. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Часть седьмая. Кульминация миссии

6-е апреля – 5-е июля 1938-го.

Советское искусство и художники.

Москва, 6-е апреля 1938-го.

Мисс Эмлен Найт Дэйвис.

Дорогая Бижу!

Мы находим большое удовольствие и исключительный интерес в посещении различных национальных выставок и спектаклей, характерных для зимы в Москве, столице страны. Было несколько прекрасных выставок Советского искусства из разных республик.

Каждая из них была типична для той местности, откуда она приехала: от бахчевых и тропических пейзажей Бухары до ледяных пустошей арктической Сибири. Не меньший интерес среди этих выставок вызвала выставка искусства Советских женщин.

Она охватывала картины маслом, акварели, всевозможные ремёсла, а также скульптуру. Здесь мы нашли оригинальную модель прекрасной фигуры мужчины и женщины, которая венчала Советское здание на Парижской выставке прошлым летом. Она столь же необыкновенна и прекрасна в рельефной миниатюре, как и в своих великолепных размерах в Париже.

(Примечание Мемуариста. Как Вы помните, речь идёт о статуе Мухиной "Рабочий и Колхозница".)

Крупнейшая российская скульптор.

После этой выставки мы договорились навестить мадам Мухину, скульпторшу. Бесценный Бендер довез нас до района, где она живет. Мы нашли её студию в старом доме. Несмотря на свое отчаянно обветшалое состояние, студия всё еще сохраняла остатки великой красоты и достоинства французского стиля.

Мадам Мухина – красивая женщина лет сорока, с прекрасной головой и красивыми глазами. Её муж, одетый в русский халат, принял нас вместе с ней, как и её сын двадцати одного года, который, к нашему удивлению, довольно хорошо говорил по-английски.

Мы провели очень интересные два часа в студии и её мастерской. Как и все великие люди, она очень проста. Она, безусловно, создаёт скульптуры тектонического масштаба.

Она показала нам несколько моделей, подготовленных для декоративных подступов к новым мостам, которые строятся здесь, в Москве (всего их одиннадцать, все обещали закончить к первому мая и, несомненно, закончат). Воображение и красота, которые характеризуют эти планы, были поистине захватывающими.

Конечно, все эти эскизные статуи были чисто символическими. Итоговые статуи будут иметь высоту около 150 футов и будут установлены на опорных подходах к мосту, а также в центре. Некоторые из них создают своего рода стадион в центре моста, с декоративными бассейнами, все спроектированы не только для красоты, но чтобы обеспечить амфитеатры для публичных выступлений и других представлений на открытом воздухе.

(Примечание Мемуариста. Действительно, скульптор Мухина работала в это время над целой скульптурной группой для Большого Москворецкого моста. По проекту, мост должны были украсить скульптуры: «Гимн Интернационалу», «Пламя Революции», «Море», «Земля», «Плодородие», «Хлеб».

К сожалению, Война не дала завершить эти грандиозные замыслы. Успели отлить только скульптуру "Хлеб". Часть других скульптур были воссозданы по эскизам уже после её ухода.

Большой москворецкий, кстати, мост с трудной судьбой. Именно на нём приземлялся во времена разгула демократии Маттиас Руст на своём летающем драндулете. На нём же застрелили Бориса Немцова. Продолжаем.)

Она показала нам несколько небольших моделей своих статуй. Особенно красивы оказались "Северный ветер" и "Упавший Икар". Они с Марджори стали большими друзьями, и прежде чем мы закончили, она пообещала сделать для меня мраморный бюст головы и плеч Марджори.

Я был очень рад этому. Я уверен, она создаст чудесную вещь, потому что в необычной степени воплощает идеализм в своей работе. Это был очень интересный визит.

На прошлой неделе азербайджанские художники проводили свои выставки в столице страны, и внешнеполитическое ведомство очень любезно помогло нам попасть на публичные выступления. Другим вечером мы смотрели представление народных танцев в дворянском собрании (старинном аристократическом офицерском клубе, где также проходили судебные процессы).

Это был первый раз, когда Марджори увидела интерьер. У нее захватило дух – величественный и красивый широкий коридор и широкие лестницы, красота Веджвудского орнамента на бело-голубых стенах, благородные пропорции комнат и особенно прекрасное освещение произвели на неё сильное впечатление.

Танцы тоже были необыкновенными. Это был, конечно, лучший вид народных танцев, который можно было найти в России, и танцы ставились людьми из разных уголков страны. Как обычно, темп был очень быстрым, ловкость и координация движений – замечательными, а очарование всего этого, вместе с красочными костюмами, грацией и молодостью танцоров, делало его очень приятным.

Гранд Опера из провинции.

Вчера вечером ходили смотреть оперу, поставленную труппой из Азербайджана. Она была поставлена в филиале Большого театра, которого мы раньше не видели. Но даже по контрасту с Большим театром, этот оперный театр был бы замечательным.

Он большой и довольно внушительный. В оркестре и актёрском составе было около трёхсот человек. Я насчитал около шестидесяти человек в оркестре и подсчитал, что в разное время на сцене было около двухсот человек.

Это была постановка местной оперы – "Кёроглы", что означает "сын слепого". Это была характерная история о притеснении народа верховым Ханом, который ослепил своего табунщика, потому что тот не дал ему коня, которого он желал, и о мести сына, который стал разбойничьим вождём народа. Спектакль получился очень интересным и уникальным.

(Примечание Мемуариста. Кёроглы на тот момент только-только взошла на подмостки. Впервые это творение Гаджибекова и Исмайлова было поставлено в Баку только в апреле 1937-го. В Москве её впервые показали как раз на той декаде азербайджанского искусства в апреле 1938-го, на которую пригласили посла. После этого замечательную оперу много ставили как в Москве, так и в республиках. Продолжаем.)

Это напомнило мне, как по случаю большого приема, который мы давали в другой вечер, весь дипломатический корпус чуть не онемел от изумления из-за того, что на вечеринку пришли шестьдесят или семьдесят выдающихся русских. Всё это были люди, прославившиеся в театральных постановках, музыке, литературном творчестве или официальной жизни.

Они присоединились к танцам в большой столовой, которая была превращена в бальный зал, и, казалось, хорошо провели время. Очень многие из них спрашивали меня о тебе и были так заинтересованы в том, чем ты занимаешься. Здесь все знали о твоих курсах в Московском университете и все говорили о тебе очень интересные и милые вещи.

В течение недели я ожидаю, что будут достигнуты договорённости, чтобы мы могли пойти в мастерскую величайшего из ныне живущих Советских художников маслом – Герасимова. Это он написал тот великолепный, большой дворцовый интерьер со всеми Советскими генералами на совещании, который, как ты помнишь, господствовал в большом зале Третьяковской галереи.

Это была картина, которую художнику пришлось перерисовать после суда над изменниками прошлым летом, чтобы устранить Тухачевского и некоторых других, прежде чем она была выставлена на Парижской выставке. Герасимов – единственный художник, получивший высшую награду за искусство, а именно Орден Ленина.

Мне сказали, что он прекрасно говорит по-английски и провел некоторое время в качестве ковбоя в Соединённых Штатах. Я с нетерпением жду встречи с ним. С преданностью, Джозеф Дэйвис.

(Примечание Мемуариста. Не знаю откуда посол взял байку про ковбоя Герасимова. Насколько мне удалось найти – родился великий художник под Тамбовом и сроду ни в каких Штатах не был. Возможно, над послом просто пошутили. Советские художники – они такие. Продолжаем.)

Советское отношение к японским протестам.

Журнал, Москва, 4-е апреля 1938-го.

В печати сообщается, что комиссар иностранных дел получил протест от японского посла против военной помощи, которую, как он утверждал, правительство оказывает Китаю.

Литвинов, как сообщается, ответил, что их отношение к продаже оружия и т.д., Китаю находится в полном соответствии с принципами международного права. Он отрицал, что они направляли какие-либо военные отряды или отдельных военных лиц в эту страну для участия в боевых действиях.

Добровольцы из многих стран сражались за китайцев, но, насколько было известно, японское правительство не возражало ни против одного из них. Китай и Япония имели равные возможности для получения оружия из-за рубежа.

Коммунизм не представляет угрозы миру.

Москва, 4-е апреля 1938-го.

Достопочтенному Стивену Эрли.

Дорогой Стив!

С тех пор как мы сюда приехали, здесь всё время что-то неожиданно происходит. В этом нет ничего необычного. В Москве никогда не бывает скучно.

Соединённые Штаты, Канада и британские колонии, по-видимому, станут последним надёжным хранилищем демократических идеалов. Россия могла бы стать полезным оплотом для защиты международного мира, если бы её привлекали к этому.

Европейские демократии, однако, похоже, намеренно играют на руку фашистам в попытке полностью изолировать великую державу, которая находится здесь, от остального мира и особенно от Франции и Англии. Жаль, но это правда.

Фашисты за границей распространяют слухи, что Сталинский режим рушится. Ни один дипломат здесь не верит, что армия не верна Кремлю, или что их промышленность разрушается.

На самом деле те, кто находится здесь, на местах, и кто лучше всех информирован, включая даже представителей враждебных государств, все они заявили мне, что за исключением несчастного случая, убийства или государственного переворота, этот режим хорошо укрепился у власти, имеет успешную армию, добился замечательных успехов в промышленности и очень хорошо проявил бы себя в любом мировом вооруженном конфликте.

Лично я не думаю, что мир находится в какой-либо реальной опасности от коммунизма в течение многих последующих лет. Коммунизм не сработает. Здесь это не сработало. Это правительство – не коммунизм. Это – социализм.

Этот социализм был видоизменен и вынужден всё более и более присоединяться к методам капитализма и индивидуализма, чтобы заставить машину работать. А толпа у власти, правительство, должно заставить машину работать или потерять работу.

Так что старая человеческая природа работает. Поэтому они постоянно вынуждены видоизменять свои методы, в результате чего, исповедуя левые идеи, они на самом деле применяют правые методы.

Французский посол сказал мне, что Сталин прибегает к Коминтерну (агентству международной революционной идеи) не из желания, а исключительно как к военной и стратегической необходимости. Сталин, утверждает он, хочет сначала утвердить социализм в России, как успешный предметный урок миру. Троцкий выступает за мировую революцию, без которой, утверждает он, не может быть успешного коммунизма.

(Примечание Мемуариста. Дэйвис опять не понимает разницы между коммунизмом и социализмом. Социализм – это и есть коммунизм, только неразвитый, его первая стадия.

И, пожалуй, Троцкий не сильно заблуждается – полный коммунизм можно строить только в масштабах планеты. Когда ни в одной стране мира не останется эксплуатации человека человеком, когда будут пущены под пресс орудия войны, когда миром будут править интересы простого человека труда, а не жажда наживы капиталистов и банкиров.

Посол Дэйвис видит в сдельной оплате труда или в премии за перевыполнение плана признаки капитализма. Радуется этому, с нетерпением ждёт крушения Советской системы. И заблуждается.

Капитализм не в этом. Капитализм – это когда рабочий горбатится две смены в день, чтобы прокормить семью. А всё заработанное им забирает толстый дядька в шёлковом цилиндре. Который пальцем о палец не ударил. Вот это – капитализм.

Социализм никогда не отрицал частную собственность конкретной семьи или человека. Ничего против не имел денежных стимулов к труду, пока еще существуют деньги, которые не нужны будут при полном коммунизме.

Социализм с капитализмом спорил ровно в одном. Кому будет принадлежать завод – народу или денежному мешку, неизбежно сросшемуся с бандитами и "демократической" в кавычках властью. Отличие такое маленькое – но именно оно определяет всё.

Когда в девяностые всем объявили, что зарплаты больше не будет или её задержат на полгодика, не будет санаториев по профсоюзным путёвкам (ну если ты не в Газпроме начальником), да и с пенсиями какая-то ерунда – вопрос был не в заводах. Заводы – вот они, стояли еще целёхонькие, давали продукцию ничуть не хуже.

Просто между рабочим и продуктом влез тот самый дядька в шёлковом цилиндре. Набил мошну неправедными денежками и укатил с девицами в Куршавель. Именно о таких парнях в цилиндрах так горестно переживает посол Дэйвис. Нет им места в Советском Союзе, попросту нет. Продолжаем.)

Независимо от того, будет ли это Сталин, Троцкий, Тухачевский, или кто-то другой, кто руководит этим правительством, на мой взгляд, эти люди здесь будут обладать всё возрастающей и огромной силой как в европейских, так и в мировых делах. Это так из-за огромной человеческой мощи и богатства, которое находится здесь.

Это также потому, что эта человеческая сила только что пробудилась к своим возможностям. Всеобщее образование, техническая подготовка, разрушение кастовых барьеров и открытие новых возможностей повсюду уже дали молодым людям этой страны почувствовать вкус крови.

Наука и капитал продемонстрировали на что способна промышленность и что означает промышленное развитие. Показали землю обетованную с более высоким уровнем жизни.

Деревенские парни, только что от сохи, полные "силы, энергии, энтузиазма", идут в город, и им не откажут. И не имеет никакого значения, кто является правительством, этим силам не откажут. Эта страна находится в таком положении экономического развития, которое, на мой взгляд, соответствует тому положению, в котором находились Соединённые Штаты шестьдесят лет назад и возможности здесь огромны.

Номер 1149, Москва, 12-е апреля 1938-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Поездка во внутренние районы Советского Союза: Бакинские нефтяные месторождения и так далее.

Сэр, сейчас я планирую трёхнедельную поездку, чтобы лично осмотреть Бакинские нефтяные месторождения в Азербайджане, промышленные разработки в Донбассе и на Кавказе, некоторые санаторные проекты в Советском Союзе и колхозы юга России.

Доклады по этому вопросу будут дополнять информацию, полученную и сообщённую в связи с моими поездками в прошлом году. Они должны представлять ценность для департамента при оценке как политических, так и хозяйственных аспектов этой ситуации.

Этот план предполагает отсутствие в Москве со 2-го по примерно 25-е мая. Однако, в течение этого времени я буду поддерживать телефонную связь с канцелярией в Москве и никогда не буду покидать территорию Советского Союза.

Если бы в Европе возникла чрезвычайная ситуация, это, конечно, изменило бы план. Однако, если департамент не даст иного указания и в соответствии с вышеупомянутым обменом телеграммами, я планирую отсутствовать в Москве со 2-го по приблизительно 25-е мая. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Дневник, Москва, 14-е апреля 1938-го.

Мистер Ральф Блейк, вице-консул в Кобе, Япония, проезжая мимо по пути домой, зашел на ленч. Это энергичный и хорошо выглядящий молодой человек – гордость службы. Он очень умён, уравновешен и осторожен в выражении своих мнений и фактов.

Он заявил, что в Японии появились признаки экономического давления, вызванного войной, и что было много разговоров и опасений о возможных русских воздушных атаках на города Японии "из дерева и бумаги".

(Примечание Мемуариста. Опасались зря. Бумажные и деревянные города Японии сожгли атомным пламенем как раз славные американские парни. Американская бомбардировка Токио вполне обычными бомбами 10-го марта 1945-го и вовсе была чудовищна.

Тогда американцы попросту решили уничтожить город целиком. Бомбили огромными массами авиации, по плану. Через каждые пятнадцать метров должны были сбрасываться зажигательные бомбы.

Бомбардировку начали подло, в полночь – когда все японцы мирно спят в своих домах. Называлась эта "чудесная" операция "Молитвенный дом". Хороши у американцев молитвы!

От чудовищной бомбёжки в городе полыхнул огненный смерч. Спасения не было нигде. Очевидцы вспоминали, что от жесточайшего жара плавился и капал в реку даже металлический мост!

За несколько часов бомбардировки на город сбросили более полумиллиона бомб. Погибло сразу более трёхсот тысяч в основном мирных японцев, женщин и детей. Остальные оказались в полностью разрушенном городе без жилья и крыши над головой.

Напомню только, что никаких военных последствий ни для Победы над Германией, ни над Японией эта бомбардировка не имела. Ровно как и подобная же бомбардировка союзничками Дрездена. Душить японских империалистов придётся через добрые полгода. И не американцам, а нашим, Советским бойцам.

Генерал Кёртис Лемэй, отдавший приказ на этот авианалёт, позже заявил: «Думаю, если бы мы проиграли войну, то меня судили бы как военного преступника». Правильно думал, преступник и есть. Продолжаем.)

Журнал, Москва, 14-е апреля 1938-го.

Я только что читал книгу сэра Уолтера Цитрина о России. Она достойна восхищения. Она – не полностью критическая, ни исключительно восторженная. Мне кажется, она прекрасно выражает позицию британского рабочего движения.

Оно всегда проявляет энтузиазм в отношении любого плана, который обеспечивает более высокий уровень жизни для трудящихся, более безопасное и справедливое распределение богатства и большую социальную защищенность для неимущих слоев населения.

С другой стороны, существует очень твёрдое убеждение, что эти блага не должны обеспечиваться за счет гражданских свобод и тех атрибутов индивидуалистического общества, которые сохраняют свободы и возможности людей.

В мировой борьбе, которая сейчас идет между идеологиями тоталитаризма, нацизма и нашей концепцией жизни, я вижу одну из самых обнадеживающих сторон – здравомыслие, силу и уравновешенность британского рабочего движения. В особенности их постоянное уравновешенное упорство в том, чтобы торопиться медленно, чтобы быть уверенным, что их с таким трудом завоеванные свободы не будут поставлены под угрозу или, возможно, потеряны.

(Примечание Мемуариста. Уолтер Цитрин – очень известный деятель британского профсоюзного движения. Как обычно, как только этот правдолюб и борец за права рабочих добрался до верхов – он немедленно занял позицию капиталистов.

За что был пожалован в рыцари, пэры, принят в Палату Лордов. Завершил свою карьеру этот защитник электриков и шахтёров с британских угольных шахт и вовсе баронским титулом. Хорошо, видимо, боролся против властей за права рабочих барон Цитрин. Или наоборот?

Посол Дэйвис, по всей видимости, читал свежую книгу Цитрина от 1936-го года "Ищу правду в России". Барон с одной стороны восхищается "Электрической республикой Ленина", с другой осуждает Советские принципы и идеалы.

Когда начнётся война с Финляндией, Цитрин немедленно отправится туда и напишет книгу "Мой финский дневник". Взгляды, разумеется, там будут крайне антисоветские. Продолжаем.)

Москва, 14-е апреля 1938-го.

Выдержка из письма сенатору Милларду Тайдингсу.

Эта изоляция России, вероятно, более серьёзна для демократий Европы, чем для Советского Союза. Официальные лица заявляют, что они безразличны к этому событию, за исключением тех случаев, когда они сожалеют о нём в связи с коллективной безопасностью и его воздействием на мир во всем мире. Они, без сомнения, чрезвычайно уверены в способности защитить себя.

При том, как обстоят дела в этом окосевшем мире, я не уверен, что демократии не окажутся чертовски рады когда-нибудь иметь дружбу, мощь и преданность миру, которые это правительство могло бы предоставить в случае нового глобального кризиса. И поверьте мне, если эти фашистские диктаторы будут продолжать сходить с ума, то кризис обязательно наступит.

По мнению многих людей, которых я знаю, жизнь не стоит того, чтобы жить, если она должна проходить на условиях, которые они диктуют, а это очень близко. Слишком многие выдают желаемое за действительное – и отказываются видеть простые элементарные факторы обстановки в Европе.

Дневник, Москва, 23-е апреля 1938-го.

Провёл обед только для мужчин. Присутствовали: Денни (из Таймс), Деуэл (Юнайтед пресс), Массок (Ассошиэйтед пресс), Барнс (Трибьюн), Вильямс (Торговая палата), Шапиро (Юнайтед пресс), Минор и Андерсон из персонала. Джо Барнс только что вернулся из поездки в промышленный район к востоку от Москвы, на Урале, и полон интересной информации о необычайном развитии, которое там намечается.

Спенсер Уильямс только что вернулся из поездки в Испанию, где он часто видел Чарли Наттера. Его описание обстановки в Мадриде было довольно горестным, но в то же время забавным, по тому, как он это рассказывал.

(Примечание Мемуариста. Этот самый "обед только для мужчин" – старинная клубная традиция в США и Британии. Даже традиционные обеды в девятнадцатом веке делились на две части. Первая – формальная, с присутствием дам.

Вторая – на которой обсуждалась политика и деловые вопросы. Обычно, дам просили удалиться. Традиционным сигналом к окончанию "дамской" части приёма являлась подача крепкого спиртного и сигар.

Что любопытно, в оригинале такой вид чисто мужского обеда называется буквально "обед оленей". В данном случае, название не врёт – в Испании идёт жесточайшая война с фашистами, каждый день гибнут люди. Только оленям рассказы об этом могут казаться смешными. Послу и его гостям смешно. Продолжаем.)

Охота на красных в Москве.

Журнал, Москва, 30-е апреля 1938-го.

17-го марта я получил письмо от британского посла, исполняющего обязанности председателя дипломатического корпуса, адресованное всем главам посольств, в котором предлагалось совместно выразить протест Советскому внешнеполитическому ведомству в связи с введением Советскими властями досмотра всех личных вещей, вывозимых из России уходящими в отставку дипломатами, и взиманием налога за такую "услугу". В письме запрашивались мнения относительно целесообразности предлагаемого демарша.

(Примечание Мемуариста. Ничего особо ужасного в этом предложении правительства я не вижу. Подозреваю, что искали вовсе не секретные чертежи Советских заводов и оборонительных укреплений. Такие штуки обычно, уходили с дипломатической почтой.

Многие дипломаты повадились вывозить из страны картины, украшения, антиквариат и другие произведения искусства. Сам посол Дэйвис отметился в этом, вывезя честно купленные в Союзе картины и иконы для своей коллекции в университете.

Вполне логично, что Советское правительство решило малость притормозить зарвавшихся иностранцев. Обратите внимание, как завертелся на сковородке весь дипкорпус. Ударили по самому больному, не по престижу их стран, по личному карману. Продолжаем.)

Я встретился с британским послом, к которому питаю большое уважение и восхищение, и сказал, что, по моему мнению, совместный протест был бы ошибкой. Жалоба была относительно незначительна. Советское внешнеполитическое ведомство весьма болезненно воспринимает действия дипломатического корпуса, особенно совместные.

Ничего достигнуто не будет и может быть нанесен серьёзный ущерб, когда речь пойдёт о более широких вопросах. Лорд Чильстон сказал, что он, конечно, понимает, что никаких действий не будет предпринято, если не будет единодушного мнения руководителей посольств о том, как это должно быть сделано.

Я развил свою позицию, заявив, что, хотя я и признаю, что дипломатические привилегии имеют некоторое значение, но считаю более серьёзным тот факт, что если этот инцидент примет политический аспект, он может затронуть более крупные и более важные цели политики демократических стран, которые существуют, либо, вероятно, появятся в будущем.

Если усилия Чемберлена по обеспечению мира в Европе, к сожалению, потерпят неудачу и война станет неизбежной, я указал, что отношение и позиция Советского Союза с его огромными ресурсами могут иметь решающее значение для мира во всем мире и для демократических держав. Было бы неразумно напрасно оскорблять это правительство в том, что было относительно рядовым делом.

Британский посол заверил меня, что он разделяет эту точку зрения и ничего не будет сделано, если не будет полного единодушия со стороны дипломатического корпуса.

Несколькими днями позже на обеде в британском посольстве двое из гостей, посланники отвели меня в сторонку и попросил убедить британского посла не планировать это действие, потому что они получили известие, что Советское внешнеполитическое ведомство знает всё о его письме, крайне возмущено и конечно, категорически отвергнет любое такое действие.

Я спросил их, почему они сами не обсудят это с послом. Они сослались в оправдание, что являются представителями малых стран и т.д. и не мог бы я, пожалуйста, сделать это. Я сказал им, что мог бы и сделал. Лорд Чильстон понял, в чём дело, и снова заверил меня, что не будет действовать, если не будет единодушного согласия.

Позже британский посол с сожалением сообщил мне, что, по его мнению, отступать не следует, они должны довести дело до конца, и он надеется на моё содействие. Я откровенно заявил, что сожалею о том, что в сложившихся обстоятельствах мне придется отказаться от участия в демарше, и что департамент оставил это решение полностью на мое усмотрение.

С точки зрения консервативного дипломата, это была серьезная ситуация. Это было, возможно, нарушением дипломатической нормы иммунитета, установленной Венским конгрессом, и, более того, было сочтено важным, чтобы посягательства на дипломатические права не оставались незамеченными или без быстрого сопротивления.

Сам инцидент был рядовым, но он был иллюстрацией здешней обстановки. Он обнажал довольно издёрганные нервы. Опять же, он давал представление о кругозоре консервативного дипломата. Подлинное значение этого инцидента заключается в том, что он отражает, в общем, отношение нетерпимости и скрытой враждебности, существовавшее в определенных кругах дипломатического корпуса.

Некоторые считали модным тайно "дразнить Советы". Справедливости ради следует сказать, что британский посол не занимал такой позиции, и причина, по которой он взял на себя инициативу в этом вопросе, заключалась в том, что он действовал в качестве председателя дипломатического корпуса. Я уверен, он разделял мою точку зрения.

Насколько я понимаю, дело было прекращено и больше ничего не было сделано.

Примечание посла. В приложениях приведены доклады государственному департаменту по поводу предлагаемого демарша.

Журнал, Москва, 10-е мая 1938-го.

Из бесспорно надежного источника до меня дошла информация о том, в какой степени это правительство "вычищает" всех неграждан. Это, вероятно, связано с усердием в вопросах военной обороны.

Мой информатор заявил следующее.

Первое. Что касается отношений его правительства с Советским Союзом, они действительно очень плохи. У него были очень большие трудности, возникшие по двум причинам:

Во-первых, действия Советского правительства по отношению к гражданам в связи с их ликвидацией, заключением в тюрьму и высылкой из СССР. Во-вторых, неспособность правительства содействовать возвращению своих граждан в свою страну из-за неспособности страны принять их на собственной территории.

Таких граждан в Советском Союзе насчитывалось, по его словам, около восьмидесяти тысяч. По меньшей мере двадцать тысяч были арестованы. Целые деревни во внутренних районах страны были лишены мужского населения этой национальности путём ареста и депортации в отдаленные районы страны мужчин из соответствующих общин.

Нужда и отчаяние женщин и детей, оставленных в этих условиях, были самыми серьезными и эти несчастные стекались в большом количестве в Москву к своим посланникам, настойчиво требуя помощи от них.

Если бы речь шла о депортации тысячи или тысячи двухсот таких граждан, то их правительство, вероятно, могло бы справиться с этим. Однако, Советское правительство отказалось разрешить депортацию частично, за исключением случаев, когда было решено забрать их всех.

Эти условия делали положение совершенно невозможным и ужасным. В случае ареста этих граждан и их заключения в тюрьму их дипломатическим представителям не разрешалось совещаться или видеться с ними.

Картина, которую он нарисовал, была очень печальной. Я получаю ту же самую историю от нескольких послов. Это правительство, по-видимому, не только безапелляционно закрывает консульства, но и массово изгоняет "иностранцев".

(Примечание Мемуариста. Посол, как обычно, не желает называть про какую страну речь. Впрочем, загадка не велика. Начиная с 1936-го года, было переселено как раз около шестидесяти пяти тысяч этнических немцев и поляков из пограничных западных на тот момент областей Советской Украины.

Это всё в продолжение разговоров о борьбе с пятой колонной. Украина была первым блюдом для Гитлера. И по устоявшейся уже в Европе традиции, её захват фашистами должен был начаться с бунтов и мятежей "исконно арийского населения".

Собственно, и Австрию и Судеты Гитлер достаточно мирно захватит только на том основании, что там высок процент этнических немцев. Советское правительство не оставляло агрессору ни одного шанса выглядеть прилично на международной арене.

Любое крупное переселение народов – всегда трагедия. Но и преувеличивать его жестокость не следует. Немцев выселяли не в Сибирь по пояс в снег, как любят рассказывать либералы, а во вполне привычный климат Северного Казахстана и Караганды. При этом местным хозяйствам были спущены поручения принять и помочь обустроиться переселенцам. Продолжаем.)

Одновременно с этой деятельностью, как мне сказали, правительство создает "ничейную землю" шириной в несколько миль вдоль всей Советской границы, чтобы предотвратить любое возможное проникновение в страну. Правительство, по-видимому, "сознает войну" в высочайшей степени.

Доказательства этого состояния очень очевидны: шпионские процессы по всей стране, чистки, массовые депортации, закрытие консульств, преобразование промышленности в производство танков, реорганизация армии и т.д. и т.п.

Кулондр, французский посол, сказал мне, что производство самолетов здесь было увеличено до четырёхсот в месяц, четыре тысячи восемьсот в год. Я спросил его, считает ли он эту информацию достоверной, и он, похоже, был в этом совершенно уверен.

Дневник, Москва, 10-е мая 1938-го.

Сегодня утром пришла каблограмма от моего старого доброго друга Джо Тамалти, в которой сообщались новости о предложении Сенату на рассмотрение моего назначения послом в Бельгии.

Это будет большой переменой по сравнению с атмосферой здесь. Это была благодетельная судьба, которая удержала нас от отправки в Германию в нынешней обстановке.

Дневник, Москва, 13-е мая 1938-го.

Нанёс визит новому посланнику, очень умному учёному человеку.

(Примечание Мемуариста. Снова посланник вымаранной послом страны. Секреты, такие секреты.)

Он заявил, что, по его наблюдениям, многие представители дипломатического корпуса здесь настолько враждебно настроены по отношению к СССР, что ему кажется, будто они приехали сюда с целью найти повод для критики. Его заявление меня не удивило, но то, что он должен был так сказать, удивило.

Дневник, Москва, 14-е мая 1938-го.

Работал над моим резюме, "кратким изложением фактов", конспективным обзором СССР. Сейчас он практически завершён и представляет собой основательную работу. Он может иметь некоторую ценность для архива департамента.

Во всяком случае, я думаю, что он даёт справедливый отчёт о положении в СССР в этот период эволюции Советской Революции и в это критическое время, когда европейский мир колеблется на весах. Когда я покину этот пост, я хочу, чтобы мои записи были настолько максимально полными, насколько это возможно.

Журнал, Москва, 15-е мая 1938-го.

Французский посол Кулондр – исключительно способный человек. Он – ветеран дипломатической службы. Он также обладает умственной предприимчивостью и большой энергией в суждениях. Мы часто виделись, и он был со мной очень откровенен.

Чехословацкая ситуация и огневой вал немецкой пропаганды беспокоят его. Это указывает, по его мнению, на определенную и агрессивную цель Германии против Чехословакии. Для него "маневры" германской армии на чешской границе определенно угрожающие и "могут означать что угодно".

Его правительство, – сказал он, – направило в Берлин энергичное уведомление о том, что в случае военного нападения на Чехословакию французская армия выступит в поход. В этой связи он был настроен резко против Форин Офиса Чемберлена.

Британский Форин Офис довольно мягко предупредил Берлин, что если Франция пойдет на помощь чехам, то это будет очень серьезная ситуация и что Великобритания должна будет тогда решить, не будет ли она обязана поддержать Францию, и не даст никаких гарантий, что она этого не сделает.

Это, по его мнению, не было "тем языком, который Гитлер способен понять". Это лишь поддержит Риббентропа в его постоянных советах Гитлеру, что "несмотря ни на что" Британия драться не будет.

Примечание посла. Если бы не тот факт, что заявления Кулондра схожего характера уже были опубликованы в официальной дипломатической Жёлтой книге французского правительства, я бы не решился его цитировать.

(Примечание Мемуариста. Британия толком и не стала драться. Очень характерны воспоминания нашего наркома флота Кузнецова. Того самого, в честь которого назван последний Советский авианосец.

Его флотская авиация в конце лета 1941-го нанесла несколько дальних бомбардировочных ударов по Берлину. Наши лётчики были поражены насколько не готова германская столица к авианалётам. Противовоздушная оборона курила бамбук, о светомаскировке даже не слышали.

Первые наши бомбардировки прошли как по маслу. И только на третий раз немцы сподобились начать оказывать сопротивление.

Адмирал Кузнецов делал из этого ровно один вывод. Британия к тому моменту уже без малого два года воевала против Гитлера. На бумаге. А вот впервые обидели Берлин бомбардировкой по-настоящему только наши моряки. Продолжаем)

Я вижу сам.

Номер 1310, Москва, 1-е июня 1938-го.

Продиктовано в Батуми, 19-го мая 1938-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Инспекционная поездка в мае 1938-го года, охватывающая сельскохозяйственные районы Украины и Крыма. Колхозы. Коллективизация в особых условиях. Чайные плантации, цитрусовые и прочее. Хлебопекарный завод в Одессе. Нефтепереработка и нефтепродукты в Батуми. Цементная промышленность в Новороссийске. Санаторно-курортные проекты Кавказа. Портовые сооружения для вывоза нефти, зерна, цемента и т.п.

Сэр, в течение 1937-го года я совершил инспекционные поездки в некоторые основные промышленные районы Советского Союза и докладывал департаменту о различных отраслях Советской промышленности, включая заводы по производству станков, электрогенераторов и трансформаторов, турбин, грузовиков, чушкового железа, металлопроката, сельскохозяйственной техники, алюминия и электроэнергии, включая плотину ДнепроГЭС.

(Примечание Мемуариста. Ура! Посол Дэйвис всего через два года в СССР всё-таки выучил слово "ДнепроГЭС". Как Вы помните, до этого он её иначе, чем плотиной Купера не называл. Справедливости ради, выучил он название не до конца. В оригинальном тексте посол называет гидроэлектростанцию "Дниперстрогес". Но это всё равно большой шаг вперёд. Продолжаем.)

Прежде, чем я уйду на свою новую должность, я хотел бы дополнить и обобщить информацию, направленную ранее, отчётами из первых рук по различным другим отраслям промышленности.

Ввиду того, что Советский Союз производит треть мирового производства пшеницы, половину мирового производства овса и 80% всего мирового производства ржи и занимает первое место по производству сахарной свеклы, мне пришло в голову, что было бы полезно получить представление о тех мощностях, которые Советский Союз имеет или, по-видимому, планирует создать в главных экспортных портах для этих продуктов, которые находятся в Кавказском и Черноморском регионах.

(Примечание Мемуариста. Как ни удивительно нынешним либералам, но эти замечательные успехи Советского сельского хозяйства – результат тяжёлой, но необходимой коллективизации. Либералы любят цитировать Черчилля на этот счёт, давайте и мы приобщимся:

"Я думал, что умру от старости. Но когда Россия, кормившая всю Европу хлебом, стала закупать зерно, я понял, что умру от смеха." Конец цитаты. Красиво звучит про дурачка Сталина, правда? Беда даже не в том, что Черчилль никогда подобного не говорил. Это просто-напросто неправда, о чём нам и сообщил только что посол Дэйвис.

Опять же, дело не в том, что для борьбы с голодом начала тридцатых Советское правительство закупало хлеб за рубежом. Чтобы отдать его крестьянам. Эта мнимая речь Черчилля относится к гораздо более поздним временам. В этом легко убедиться, если обратиться к этой речи далее:

"Сталин захватил аграрную страну и превратил её в сырьевой придаток и ядерную помойку. Только Ленин мог бы вывести русских из того болота, куда он сам их завел. Но Ленина они успешно отравили. Через пару поколений они еще деградируют и не смогут самостоятельно даже добывать полезные ископаемые." Конец цитаты.

Старина Черчилль никогда не был по-доброму расположен к коммунистам, но подобную ерунду не смог бы выдавить из себя и он. Самоуважение старого британского дворянина не позволило бы так замарать собственное имя. Он и не говорил.

Ну и, разумеется, ни о каком радиоактивном загрязнении плодородных земель, о котором Черчилль, якобы, сообщал в конце этой речи, которую и цитировать-то не хочется, ни в 1932-м, ни в 1937-м году и речи идти не могло. Продолжаем.)

Нефтепродукты. Производство, переработка и портовые сооружения для экспорта.

Этот же регион производит 75% нефтепродуктов Советского Союза и имеет самые крупные и важные трубопроводы. Батумско-Бакинский район вместе с Кавказом производит около 90% всей Советской продукции нефтепродуктов. Запасы нефти в Советском Союзе, несомненно, одни из самых больших в мире.

Советская добыча нефти считается самой большой в Европе. Экспорт нефти и нефтепродуктов сократился с шести миллионов метрических тонн в 1932-м году до трёх миллионов в 1935-м году и до миллиона девятисот двадцати девяти тысяч ста сорока семи метрических тонн в 1937-м году. Ввиду огромных запасов, заявленных Советским Союзом, было бы, тем не менее, небезынтересно получить некоторое представление о тех сооружениях, которые сейчас существуют или строятся для экспорта нефти и нефтепродуктов в главных Советских экспортных портах.

(Примечание Мемуариста. Падение нефтяного экспорта вовсе не говорит о какой-то стагнации в отрасли. Ровно наоборот. Добыча нефти в СССР постоянно росла и к этому моменту составляла около тридцати миллионов тонн.

Вывозить стали в разы меньше только потому, что нефть полностью потреблялась значительно выросшей Советской промышленностью. Если какая-то страна вывозит много нефти, это говорит о несопоставимом отсутствии у неё своих производств.

Извините, если так – Вы бензоколонка, навроде Саудовской Аравии. СССР мировой бензоколонкой никогда не был. Нефть шла собственной промышленности. Продолжаем.)

Существенным фактом в связи с нефтяной промышленностью Советского Союза является колоссальный рост Советского потребления. Усилия, предпринятые в течение последних десяти лет для индустриализации страны, механизации Советского сельского хозяйства, увеличения производства и использования легковых и грузовых автомобилей, привели к росту потребления бензина совершенно несоразмерно росту производства бензина.

В 1932-м году потребление бензина составляло 647 тысяч метрических тонн, то есть около четверти производства. В 1937-м году это потребление возросло в шесть раз и составило примерно три с половиной миллиона тонн, тогда как производство бензина за тот же период выросло лишь вдвое – с двух миллионов четыреста пятидесяти девяти тысяч тонн в 1932-м году до четырёх миллионов восемьсот семидесяти тысяч тонн в 1937-м году.

Результатом этого стало постоянное сокращение экспорта нефтепродуктов, о чём говорилось выше. Это также частично объясняет рост Советского импорта нефти и нефтепродуктов. За последние два года импорт только из Соединённых Штатов, вероятно, увеличился на 600 процентов.

В основном это импорт высокооктанового авиационного бензина из Калифорнии, который поставляется на Советский Дальний Восток. Другая причина импорта, несомненно, заключается в том, что Советское правительство также прилагает большие усилия для сохранения и увеличения своих военных запасов бензина.

Примечание посла. Даже сейчас правительство прилагает большие усилия по развитию дополнительной нефтедобычи на Урале, неподалёку от нового военного центра промышленной продукции в Свердловске.

(Примечание Мемуариста. Как раз в 1938-м году молодому инженеру Николаю Байбакову поручили создать на Урале "второе Баку". Было ему всего двадцать семь лет.

По легенде, Сталин тогда сказал инженеру: "Будет нефть – будет Байбаков. Не будет нефти – не будет Байбакова". Правда это или нет – неизвестно, но факт в том, что Байбаков нефть дал. Даже во время Войны уральские месторождения давали остро необходимое стране и армии топливо.

За блестящую работу в 1944-м году Байбаков стал наркомом нефтяной промышленности. Продолжаем.)

Это одно из самых слабых мест Советской военной экономики. Прошлым летом в Москве были трудности с закупкой даже бензина второго или третьего класса для грузовиков. Тогда утверждалось, что такое положение было вызвано высоким спросом, предъявляемыми к имеющимся запасам топлива для сбора урожая. Дефицит, однако, продлился всю зиму и, по-видимому, был вызван чрезвычайными усилиями, которые правительство прилагает для подготовки к войне.

Цемент и строительные материалы.

Одной из важнейших базовых отраслей промышленности СССР является цементная. Это основа тех обширных планов промышленного строительства, жилищного и дорожного строительства, которые сейчас разрабатываются. Это особенно важно ввиду предполагаемого огромного строительства военных оборонительных сооружений вдоль западной границы.

Примерно треть цемента в Советском Союзе, по крайней мере до настоящего времени, производится в окрестностях Новороссийска, который также находится в Кавказском регионе.

Санаторные проекты.

В этом регионе также можно найти широко пропагандируемые проекты санаторных домов отдыха как правительства, так и Советских профсоюзов. На Украине, в Крыму, а также на Кавказе большие особняки богатых классов старого режима были превращены в различные типы санаториев. Разработаны и эксплуатируются различные гигиенические, радиоактивные, серные и другие виды ванн.

Профсоюзы, Красная армия и другие организации построили обширные учреждения в субтропическом регионе. Это недалеко от Сочи на Чёрном море, где у Сталина есть свой летний дом. Сочи является центром госпитализации по сердечным заболеваниям и считается также представительским курортом (в своем роде) Советского Союза.

Коллективные хозяйства.

В этом регионе также имеются различные типы колхозов и совхозов, охватывающие зерновые, виноградники, цитрусовые, чай и другие виды тропического земледелия. Преимущества механизированной, крупномасштабной эксплуатации сельскохозяйственного производства зерна на обширных равнинах вполне очевидны.

В отношении плодов и других сельскохозяйственных продуктов, которые в большей степени зависели бы от индивидуального внимания и заботы, здесь ценность или эффективность коллективных усилий более сомнительна. Эта область, следовательно, дает возможность увидеть оба типа.

Имея в виду вышеизложенные общие цели, я выехал из Москвы 15-го мая 1938-го года в сопровождении опытного секретаря мистера Бартли Гордона и мистера Филиппа Бендера, Советского сотрудника посольства, который выступал в качестве переводчика.

Весь следующий день, 16-го мая, мы ехали по очень богатому сельскохозяйственному району между Москвой и Украиной. Страна выглядела очень похожей на богатые нижние земли Небраски и Канзаса, и чем дальше на юг мы забирались, тем более процветающей она выглядела.

От Киева, столицы Украины, до Одессы было отличное двухколейное дорожное полотно, по которому мы катились как по маслу на протяжении большей части пути. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

(Примечание Мемуариста. В описании железной дороги от Киева до Одессы не вполне ясно, что имеет в виду посол. Если читать буквально – создаётся впечатление, что рельсы были смазаны маслом. Что странно.

Сегодня существуют особые вагоны – рельсосмазыватели, которые наносят на стыки и боковины рельсов особую смазку. Считается, что она уменьшает шумность и улучшает ход поезда. Но это довольно позднее изобретение да и сейчас используется довольно редко.

Скорее всего, никто в 1938-м году рельсы маслом не мазал. Посол просто имеет в виду, что качество дорожного полотна было весьма хорошим и поезд шёл легко и ровно. Как по маслу. Продолжаем.)

Советская здравница.

Выдержка из письма моей дочери, миссис Уолкер.

30-е мая 1938-го.

В Сочи нет гавани. Город тянется от берега до самых холмов. Это город сверкающих белых зданий, разбросанных по склонам. Они выглядывают из скоплений зеленых деревьев повсюду.

Это представительский курорт СССР. Они характеризуют его как одно из величайших достижений своего режима. Именно здесь "дядюшка Джо" Сталин проводит свои отпуска на зимней даче. Именно здесь два года назад некоторые из "фанатиков" стреляли в него из засады как на обочине дороги, так и когда он ехал вдоль побережья на маленьком катере. По крайней мере, так гласит история.

(Примечание Мемуариста. Это не легенда. Ровно об этих же покушениях рассказывает в своих воспоминаниях охранник Сталина Алексей Рыбин.)

Само место построено вокруг серных ванн, которые, как утверждают, особенно полезны тем, что позволяют проводить серное лечение при ревматизме и других случаях сердечных болезней. Но они заявляют о многом – говорят многое, кроме своих молитв.

Он (Сочи) никогда не имел большого значения до 1925-го года, когда Советы начали его развивать. Насколько совпадало это развитие событий с появлением у Сталина болезни сердца, не зафиксировано. Сейчас в нём проживает около ста тысяч человек, и это очень впечатляет. Практически все жилые помещения в этом месте (старые или новые) являются либо домами отдыха, либо санаториями.

Русская Ривьера – прекрасный Крым.

Москва, 8-е июня 1938-го.

Дорогая дочь, мы провели три дня в Ялте, в Крыму. Это совершенно прекрасное место. Побережье усеяно скалами и изобилует прекрасными гаванями, а горы спускаются прямо к морю. Они покрыты красивыми деревьями и виноградниками и усеяны красивыми виллами старого режима. Это было местом отдыха старой аристократки.

Из Ялты мы проследовали в Одессу. Это был единственный унылый день путешествия. Мы ничего не делали в Одессе, кроме как ждали поезда, который отходил в десять сорок, и проводили время в местной опере. Оперный театр физически является практически точной копией Венского оперного театра и был создан тем же архитектором.

Он очень внушителен и очень красив. Опера была "Пиковая дама" Пушкина с музыкой Чайковского. Это было исключительно хорошо сделано как драматически, так и художественно. Единственной особенностью, которая была не на высоте, оказалось пение.

Директор сказал нам, что в театре было семьсот человек, и они каждый день в течение года выступали в опере или балете. Артисты получали от двухсот пятидесяти рублей в месяц до четырёх тысяч и даже десяти тысяч рублей, что по нынешнему курсу составит от двадцати до тысячи долларов в месяц. Московское правительство ежегодно выделяет миллион семьсот пятьдесят тысяч рублей в качестве субсидии, чтобы поддерживать низкие цены на билеты.

В ту же ночь мы сели на поезд и прибыли в Киев, который является столицей Украины и одним из старейших городов России. Здесь мы пробыли два дня. Украина – чрезвычайно богатая, плодородная и красивая республика. Киев – это самый интересный русский город, который я видел.

Было много свидетельств процветания и активности. Витрины и магазины были более привлекательны, чем даже в Москве. Я посетил Черепичный завод и коллективное хозяйство. Марджори проводила время с гидом, любуясь прекрасными старинными соборами, которые были построены в разное время, начиная с девятого века.

Особенно интересен был Киево-Печерский монастырь – Лавра, в которой одно время проживала тысяча священников и который находился в одной из богатейших греко-православных епархий. Я провёл там целый час. Здесь мы увидели одну из лучших коллекций икон и действительно самое впечатляющее церковное сооружение, которое мы нашли в Советском Союзе.

Здесь же находятся и катакомбы. Мы также осмотрели Институт мастеров народного творчества. Это была школа вышивки и ковроделия (которую вели специалисты) по подготовке молодых женщин. Вышивка была довольно необычной, как и украинская вышивка.

Россия и Япония.

Журнал, Москва, 4-е июня 1938-го.

Ниже приводится моя оценка ситуации по отношению к Японии.

Первое. Советско-японские отношения очень сложны. Постоянные трудности испытывались на острове Сахалин в связи с работой японских концессий. Где, по необходимости, полагались в значительной степени на Советских рабочих.

Эти трудности, как утверждают некоторые, возникают главным образом из-за того, что Советские служащие, опасаясь обвинений в троцкизме и японских шпионах и вредителях, отказывались иметь что-либо общее с японцами. Были и другие серьезные разногласия.

У меня сложилось впечатление, что отношение российской дипломатии к Японии определенно ужесточилось и стало более агрессивным, чем прошлым летом.

(Примечание Мемуариста. Японцы лезли на острова еще со времён русско-японской. Их хозяйственные позиции там были довольно сильны. Одно время, в начале двадцатых нарком внешней торговли Красин разрабатывал планы передачи части дальневосточных территорий в концессию американцам.

Не потому, что ожидал большого развития этих территорий капиталистами. А просто потому, что большевики надеялись – американские и японские капиталисты сцепятся за концессии и изведут друг друга. Большого развития этот проект не получил, а в начале тридцатых иностранные концессии и вовсе были свёрнуты. Продолжаем.)

Второе. По достоверным данным, в восточной части страны находится примерно от четырёхсот пятидесяти до шестисот тысяч Советских вооруженных сил. Утверждается, однако, что японцы считают, что на каждого японского солдата в Маньчжоу-Го Советы содержали в Маньчжурии трёх советских солдат. Численность японских вооруженных сил в Маньчжурии оценивается от ста пятидесяти до двухсот тысяч человек. Это соответствует другой текущей информации.

Литвинов недавно сообщил мне, что японцы активно скупают Советские рубли "извне", этим объясняется подорожание "чёрного" рубля и, по его мнению, Япония закупает рубли для взяток на востоке.

(Примечание Мемуариста. Ну разумеется. Это только в историях современных либералов японскими шпионами становились бескорыстные борцы со Сталинским режимом. В реальности, негодяи всегда продавались за деньги.

А теперь специально для тех, кто считает все обвинения в шпионаже в пользу Японии вымышленными прокурором Вышинским. Представьте в каких чудовищных объёмах японцы закупали Советские рубли, что это отразилось даже на курсе!

Империалисты, что германские, что японские – были, прежде всего, людьми дела. Сначала попытались СССР купить, выстроить гигантские сети проплаченных агентов с целью поживиться территориями. Когда не вышло, пришлось браться за более примитивные орудия – за танки, самолёты и винтовки Арисака. Продолжаем.)

План дележа трофеев разделяет диктаторов.

Номер 1339, Москва, 4-е июня 1938-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Беседы с послом в Москве относительно европейской ситуации.

Строго секретно.

(Примечание Мемуариста. Страна и имя посла вымараны Дэйвисом.)

Сэр, посол недавно вернулся. Здесь сообщалось, что его отсутствие было вызвано не "отпуском", а вызовом на консультацию.

В ответ на мои расспросы относительно его анализа того, что же на самом деле произошло в литовско-польской ситуации, он заявил, что это произошло во время его отсутствия, но по возвращении он проверил факты путём бесед с заместителем народного комиссара иностранных дел Потёмкиным, польским послом Гржибовским и литовским посланником Балтрусайтисом.

Он подробно рассказал мне о том, что, как он понял, произошло. Это в точности совпадало с теми докладами о положении дел, которые я направлял в то время. Его выводы были следующими.

Первое. Литвинов и Советское внешнеполитическое ведомство справились с этим делом с большим мастерством, а также с явной силой. Хотя Литвинов советовал литовскому правительству согласиться на установление дипломатических отношений, а не подвергаться опасности войны отказом от польских требований по несущественному вопросу, тем не менее Советское правительство ясно дало понять польскому правительству, что, хотя оно не имеет никакого отношения к этой относительно несущественной фазе дела, Советское правительство тем не менее жизненно заинтересовано в том, чтобы независимость Литвы оставалась неприкосновенной.

Литвинов потребовал от польского правительства заявления, что в этом спорном вопросе воплощены все его итоговые требования и он не станет просто предшественником других или аналогичных требований, "одетых в столь же безобидное платье".

Второе. Он был очень обеспокоен дискуссиями, проходившими тогда в Риме между Муссолини и Гитлером. От этого зависело очень многое. Его информация состояла в том, что Гитлер, после оккупации австрийского министерства иностранных дел, нашел в их архивах неоспоримые доказательства, что за несколько дней до 13-го марта Муссолини убеждал и советовал Шушнигу противостоять немецким требованиям и в результате этого Гитлер "был в бешенстве".

Примечание посла. Это дата оккупации Вены Гитлером.

С другой стороны, Муссолини был горько расстроен быстрыми и безжалостными действиями Гитлера по отношению к Австрии, но проглотил свою гордость. После этого он снова был сильно обеспокоен тем фактом, что на перевале Бреннер были созданы авиабазы для тяжелых немецких бомбардировщиков. Итальянцы не могли понять необходимости этого ввиду немецких заявлений о мирных намерениях.

По причине этой обстановки он не думает, что Муссолини пойдет на заключение конкретного военного пакта с Гитлером, но не было никакой уверенности в том, что Генеральные штабы не имеют взаимопонимания. Он был бы гораздо более уверен в исходе этого визита, если бы Муссолини был демократическим правителем, а не диктатором.

Третье. Французское министерство иностранных дел понимало, что предложения Гитлера Муссолини заключались в том, что Италия должна найти свою "сферу влияния" как великая средиземноморская и африканская держава и ограничить свою европейскую экспансию Испанией и захватом французских провинций между Италией и Северной Испанией вдоль Средиземноморского побережья. Германия должна распространить своё господство на восток и юг через Балканы.

Примечание посла. Он заявил, что важность предложения Гитлера состояла в том, что Муссолини должен захватить средиземноморье, включая Африку, Испанию и южные провинции Франции и юг Европы по линии от Генуи до Чёрного моря и должна оставить остальную Европу, включая Балканы, Гитлеру.

Четвертое. Положение в Европе, в целом, было несколько лучше. Франция шла вместе с Англией в её попытке урегулировать чехословацкое положение. Это несомненное преимущество Франции перед Англией было обеспечено Даладье и Бонне в Лондоне, а именно: в том случае, если Чехословакия не сможет выполнить крайние требования Генлейна, Англия согласилась обсудить этот вопрос с германским правительством по своей собственной инициативе и сообщить ему, что если такое упорство заставит Францию пойти на спасение Чехословакии, то британское правительство не сможет дать германскому правительству гарантий, что оно не выступит в поддержку Франции.

Пятое. Несмотря на то, что положение в Испании было тревожным, он считал, что это вопрос очень короткого времени, когда ситуация будет решена, по крайней мере временно, успехами Франко. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Дневник, Москва, 5-е июня 1938-го.

Работал весь день. Неожиданная встреча со Сталиным днём (смотри письмо).

Беседа со Сталиным.

Номер 1348, Москва, 9-е июня 1938-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Беседа и совещание с мистером Сталиным и премьером Молотовым в Кремле в Москве 5-го июня 1938-го.

Совершенно секретно.

Сэр, во время моего официального прощального визита к президенту Калинину и премьеру Молотову 5-го июня 1938-го сложилась очень интересная ситуация.

Когда я был в кабинете премьера Молотова в Кремле и едва я сел, в комнату вошёл мистер Сталин, один. Вышел вперёд, очень сердечно приветствовал меня, и он, Молотов и я провели в беседе два часа пятнадцать минут. В дополнение к моей телеграмме имею честь сообщить следующее.

После обычных предварительных любезностей, связанных с моим визитом к премьеру в связи с моим отъездом и переездом в Бельгию, мы вступили в дружескую и интересную беседу. Сталин особенно интересовался президентом Рузвельтом и задавал о нём много вопросов. Он также отозвался с большим восторгом о Вашей вашингтонской речи.

Сталин поднял вопрос о линкорах, который сейчас находится на рассмотрении в департаменте, и, наконец, обсудил возможность урегулирования долгов Керенского. Подробное изложение произошедшего изложено в прилагаемом меморандуме и является его частью. Последующие события, связанные с этим, также описаны в нём.

И это донесение и меморандум были продиктованы под большим давлением в Москве в последние несколько часов перед моим отъездом и совершенно не удовлетворяют меня как изложение того, что произошло, но время поджимает, и я думаю, что меморандум даст вам точную картину ситуации.

Факт проведения конференции был объявлен Советской печатью, и, чтобы исключить возможность неуместных предположений, я был вынужден сделать короткое заявление для печати, копию которого прилагаю к настоящему письму.

Эта ситуация произвела в здешнем дипломатическом корпусе ничто иное, как настоящую сенсацию. Здесь это было расценено как уникальное событие в дипломатической истории. Я был переполнен просьбами о встречах.

По случаю обеда, который нарком иностранных дел Литвинов давал вечером 7-го июня в честь нашего отъезда (что опять было совершенно беспрецедентно), и особенно на приеме дипломатического корпуса, который последовал за этим, ко мне неоднократно подходили и деликатно расспрашивали о том, что произошло.

На все расспросы я отвечал совершенно откровенно, что эта встреча была совершенно неожиданной и явилась для меня полным сюрпризом. Я получил удовольствие от очень интересного визита, в ходе которого мы обсудили многие вопросы общего характера. Я подумал, что лучше сказать об этом столь подробно, чем оставить ситуацию окутанной тайной и, возможно, тем самым вызвать неуместные предположения относительно значения этого вопроса в связи с международной ситуацией.

В приложении к настоящему письму и в соответствии с правилами департамента, Вы найдете копию доклада, который мистер Литвинов сделал по случаю своего обеда, и меморандум, который был подготовлен совместно секретарскими сотрудниками посольства, с изложением импровизированных замечаний, которые я сделал в ответ, и которые просил их подготовить из-за давления обстоятельств, связанных с моим отъездом во второй половине этого дня.

Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Примечание посла. Правила департамента требуют, чтобы любые публичные заявления докладывались департаменту.

Приложение к предшествующему докладу.

Меморандум о конференции, состоявшейся в этот пятый день июня 1938-го года между Джозефом Дэйвисом, мистером Сталиным, президентом Калининым и премьером Молотовым в Кремле в Москве.

Было условлено, что нижеподписавшийся должен сделать свои официальные визиты до отъезда президенту Калинину и премьеру Молотову в этот день. Нижеподписавшийся проследовал в Кремль в четыре часа тридцать минут пополудни.

Учитывая, что было бы желательно, чтобы меня сопровождал кто-нибудь из сотрудников, также понимающий русский язык, я предложил полковнику Фэймонвилу, который очень хорошо говорит по-русски, пойти со мной. Однако, мистер Барков, начальник протокольного отдела внешнеполитического ведомства, заявил, что это неприемлемо.

Когда было сделано предложение о том, что старший сотрудник должен сопровождать меня, было указано, что протокол требует, чтобы на прощальные визиты посол отправлялся один. В тот момент это не произвело на меня впечатления, но позже получило своё значение.

В бывшем Екатерининском дворце, внутри кремлёвских стен, меня встретил секретарь протокола Барков и сопроводил в кабинет президента Калинина, где нас принял секретарь. Войдя в кабинет президента, меня сердечно приветствовал у дверей сам мистер Калинин.

Во время нашего визита президент Калинин сидел за своим столом. Мистер Барков, который также присутствовал, мистер Виноградов из внешнеполитического ведомства, который выступал в качестве переводчика, и я сидели непосредственно перед столом.

После того, как были произнесены обычные социальные условности, связанные с объявлением о моем отъезде, президент Калинин заявил, что он вполне понимает, что мне может быть приятнее на моём новом посту, чем здесь. Он признавал, по его словам, что жизнь дипломата в Москве была не совсем приятной и имела свои ограничения, по той причине, что контакты между официальными лицами Советского Союза и дипломатическим корпусом в целом не были такими, как в других странах.

Поэтому он вполне мог понять, что мне понравятся перемены, связанные с поездкой в Брюссель. Я ответил, что с интеллектуальной точки зрения мне очень понравился этот пост. С этой точки зрения, я бы пожалел, что уехал из Москвы. Откровенно говоря, однако, условия жизни в Бельгии, были более приятными.

Далее я заявил, что полностью согласен с его откровенным заявлением, что положение членов дипломатического корпуса здесь затруднительно из-за описанных им условий. Далее, я осмелился сказать, что, хотя эта ситуация была невыгодна для дипломатического корпуса, она также имела реальные неудобства для Советского правительства. В словах старого французского философа, сказавшего: "Вы не можете ненавидеть человека, которого знаете", было много мудрости.

Хотя некоторые послы и иностранные посланники могут быть враждебны этому режиму, если они хорошо узнают людей, которые управляют этим правительством, это может смягчить суровость их суждений. И, конечно, что касается тех членов Корпуса, которые были дружелюбны, эта ситуация ставила их в невыгодное положение. Поскольку они не могли время от времени общаться с главами правительств, как это делалось в других странах, и таким образом иметь преимущество понимания точки зрения ответственных должностных лиц.

Я заявил далее, что точка зрения и внешняя перспектива дружественных иностранных дипломатов также могут быть немалой помощью и реальной ценностью для правительственных чиновников здесь. На это президент Калинин ответил, что состояние, о котором он говорил, было вызвано мировой обстановкой. Народ России считает, что он окружён агрессивными и враждебными государствами, в частности Японией и Германией.

По мнению его правительства, такое чувство оправдано и этот основной факт существенно препятствует свободному общению с дипломатическим корпусом. Другой причиной такого положения, по его словам, было то, что люди, ответственные за власть здесь, в отличие от правящих классов некоторых капиталистических стран, были "из первого поколения", сталкивались с новыми и большими проблемами, работали сверхурочно и не имели времени на обеды, ужины или другие общественные мероприятия, которые дипломатический корпус привык использовать для таких контактов. Время, думает он, исправит это состояние.

(Примечание Мемуариста. Совершенно убойный довод всесоюзного старосты. Пока Вы, бессмысленные послы, обижаетесь, что Вам не уделяют много внимания, Советское руководство работает днём и ночью. Скакать на дипломатических балах день за днём просто некогда. Вот и весь большевистский протокол. Продолжаем.)

Президент Калинин говорил о выступлении президента Рузвельта в Чикаго, а также о выступлении госсекретаря Халла в Нэшвилле и выразил надежду, что это свидетельствует о возможном повышении активности Соединённых Штатов в деле защиты мира во всём мире от "неуправляемых членов мирового сообщества".

В заключение он заявил, что знаком с работой, проделанной американским послом в Советском Союзе в связи с личным изучением различных отраслей промышленности, предприятий страны и различных сторон русской жизни. Они ценят объективность такого отношения. И (к моему смущению) он и его коллеги считают, что американский посол, хотя и может отличаться от них, тем не менее, является "честным человеком" и они очень сожалеют, что он покидает этот пост.

Выйдя из кабинета президента Калинина, я спросил мистера Виноградова, идёт ли он со мной в кабинет премьера Молотова. Он сказал:" Нет", – там будет другой переводчик. Однако, мистер Барков проводил меня по длинному коридору в другую часть здания, где представил секретарю премьера.

Вскоре после этого вошел мистер Халоцкий (переводчик), и меня провели в кабинет премьера. Войдя сюда, я снова увидел, что премьер вышел из-за стола, чтобы поприветствовать меня. Едва мы уселись, как я с удивлением увидел, что дверь, через которую я вошел, в дальнем конце комнаты отворилась и мистер Сталин вошёл в комнату один.

До сих пор я видел его на людях, но никогда не имел возможности рассмотреть вблизи. Когда он вошел, я заметил, что он был ниже ростом, чем я предполагал, и довольно "худощав" на вид. Его поведение добродушно, манеры почти пренебрежительно просты, его личность, выражение сдержанной силы и уравновешенности очень заметны.

Когда мы встали, он подошел ко мне и сердечно поздоровался с простым достоинством. Затем мы сели за большой стол – что-то вроде директорского стола.

Я сломал лед, заявив, что вернулся в Россию из-за желания по случаю моего отъезда официально выразить свое почтение президенту Калинину и премьеру Молотову и выразить признательность за любезности, оказанные мне этим правительством и его должностными лицами. Встреча с мистером Сталиным, как я тогда сказал, была большой неожиданностью, и что я очень рад этой возможности.

Затем я сказал, что лично осмотрел типичные заводы практически всех отраслей тяжелой промышленности Советского Союза, а также великие гидротехнические сооружения страны. Эти выдающиеся достижения, которые были задуманы и осуществлены в короткий период десяти лет, вызвали у меня большое восхищение.

Говорят, история запомнит Сталина как человека, ответственного за эти достижения, и он будет записан как более великий строитель, чем Пётр Великий или Екатерина. Я был польщён встречей с человеком, который строил для практической пользы простых людей.

На это Сталин возразил, заявив, что это не его заслуга. План был задуман и разработан Лениным, который проектировал первоначальный проект плотины ДнепроГЭС. Десятилетний план также не был его работой.

Он создан, благодаря работе трёх тысяч способных людей, которые планировали эту работу и других его соратников. И превыше всего, что это был "русский народ", который был добился всего этого и он отрицает какую-либо личную заслугу в этом. Он произвел на меня впечатление человека искренне скромного.

После примерно двадцатиминутного разговора о моих инспекционных поездках по промышленным районам, в ходе которых он продемонстрировал знание моей работы в качестве члена комиссии по корпорациям и председателя Федеральной торговой комиссии, я собрался уходить. Сталин спросил, спешу ли я на еще одну назначенную встречу.

Когда я сказал "Нет", он предложил мне не торопиться. Затем я спросил его, каковы его взгляды на европейскую ситуацию. Он ответил, что перспективы европейского мира очень плохи, и лето может принести серьезные неприятности.

Затем он сказал, что реакционные элементы в Англии, представленные правительством Чемберлена, были настроены на политику укрепления Германии и таким образом поставили Францию в положение всё возрастающей зависимости от Англии. С целью в конечном счёте усилить Германию против России.

Он заявил, что, по его мнению, Чемберлен не представляет английский народ и вероятно, потерпит неудачу, потому что фашистские диктаторы будут слишком жёстко вести переговоры. Он сказал, что Советский Союз полностью уверен в том, что может защитить себя.

Затем он спросил меня, может ли он задать мне несколько вопросов, на что я ответил: "Конечно."

Затем он спросил, знаком ли я с предстоящими переговорами Советского правительства с правительством Соединённых Штатов в связи с предполагаемым контрактом на строительство Советского линкора американской фирмой. Он сказал, что Советскому правительству трудно понять, почему дело не может идти вперед.

Они готовы потратить от шестидесяти до ста миллионов долларов на постройку линкора и готовы заплатить наличными как за линкор, который будет построен в Соединённых Штатах, так и за техническую помощь американских фирм, чтобы помочь им построить дубликат в Советском Союзе. Это даст работу американским безработным, что было бы желательно, поскольку ему сообщили, что наши верфи загружены текущими контрактами только на 60%.

(Примечание Мемуариста. Обратите внимание, посол выпил нашим дипломатам весь мозг и стучал ложечкой по черепу, требуя добавки, по вопросу закупки на сорок миллионов долларов американской продукции. Чтобы поддержать загибающуюся в депрессии американскую промышленность.

Сталин предлагает более сотни миллионов долларов. Но нет, передавать военные технологии Союзу никак нельзя. Продолжаем.)

Советское правительство не может понять, почему этот вопрос не может продвинуться далее. На это я ответил, что он был дезинформирован относительно масштабов безработицы в области судостроения. Правительство Соединённых Штатов недавно приступило к осуществлению крупной судостроительной программы, которая, несомненно, загрузит наши верфи до предела.

Существуют также ограничения, установленные законом, которые препятствовали бы передаче планов линкоров или предоставлению доступа к производственным заводам, строящим линкоры, иностранным странам, если только армия и флот не объявят, что это не нанесет ущерба военной или морской обороне Соединённых Штатов.

(Примечание Мемуариста. Ну вот и настоящая причина американских отговорок. Великая Депрессия и армии голодных безработных никуда не делись с американских улиц. Но продать военные технологии потенциальному врагу Гитлера никак нельзя.

Напомню, что перед самой Войной США введёт запрет и на продажу Союзу самолётов. Не только военных, но и гражданских. По тем же самым причинам.

Неудивительно, что после подписания торгового соглашения с Германией в августе 1939-го вопрос технологий встал с новой силой. Например, СССР удалось купить у немцев новейший, недостроенный тяжёлый крейсер Лютцов. Со всеми чертежами. Позднее переименованный в Петропавловск и затонувший при обороне Ленинграда от фашистов. Продолжаем.)

Я был знаком только в общих чертах с переговорами, которые полностью проводились в Вашингтоне, и знал о них только по докладам, которые направлялись нам в порядке официальной рутины. Откровенно говоря, мне также трудно понять, в чём именно состояла трудность ситуации из чтения докладов, но я думал, что дело недавно подало признаки более быстрого продвижения вперед.

На это Сталин ответил, что если президент Соединённых Штатов хочет, чтобы это было сделано, он уверен, армейские и военно-морские техники не смогут этому помешать и это можно сделать законно. На это я возразил, что, по всей вероятности, президент Соединённых Штатов ничего не знает об этом деле.

А если он и знает, то вполне вероятно, что среди многих внутренних проблем, с которыми он столкнулся в связи с заключительным заседанием Конгресса, он не смог уделить иностранным делам своего личного внимания.

(Примечание Мемуариста. Разумеется, Рузвельт прекрасно знал о ситуации с линкорами. Речь о постройке для СССР нового линкора или продаже одного из американских линкоров с документами велась с 1936-го года.

Пытались заходить и по линии Амторга, и через западных капиталистов. В переговорах участвовал даже американский бизнесмен Сэм Карп, он же Самуил Карповский, родной брат жены Молотова – Полины Жемчужиной. Любые Советские предложения неизменно блокировались отговорками. Ни одного линкора США нам так и не продали.

Кстати, последний из американских линкоров, спущенный на воду в 1944-м году, мы все имели возможность прекрасно рассмотреть. Это знаменитый линкор "Миссури", на котором японцы подписали капитуляцию в 1945-м.

Именно по настоящему "Миссури" бегал герой Стивена Сигала и рубил направо и налево террористов в голливудском боевике "В осаде". Что ни говори, а выстрел главного калибра впечатляет до сих пор. Пойди дела иначе и "Миссури" оказался бы во время Войны нашим боевым кораблём под именем, к примеру, "Клим Ворошилов" или линкор "Стремительный". Продолжаем.)

Затем я спросил его, какое ведомство Советского правительства ведёт переговоры по этому вопросу – будь то Советское посольство в Вашингтоне, Амторг или корпорация под названием "Карп". Он спросил меня, есть ли какое-либо предубеждение против Карпа.

На это я ответил, что не знаю. Он ответил, что Карп – американская корпорация, её президент – "американский патриотический гражданин" (ссылка, я полагаю, на шурина Молотова), и было сочтено, что это могло бы облегчить дело, если бы контракты выполнялись такой корпорацией.

Я ответил, что, по моему мнению, нет никакого предубеждения против какого-либо агентства Советского Союза, но на практике это прояснило бы ситуацию для властей Соединённых Штатов, если бы они ясно знали, что агентство, представляющее этот вопрос, говорит авторитетно и пользуется доверием как его, так и Советского правительства. Затем я задал конкретный вопрос, является ли корпорация Карпа агентством, с которым нужно иметь дело. На это он ответил: "Да."

(Примечание Мемуариста. Обратите внимание, посол сначала делает вид, что ничего не знает о вопросе линкоров. Потом делает вид, что ничего не знает о предубеждениях к структурам, ведущим переговоры. После чего пускается в подробное обсуждение мистера Карпа. Всё он прекрасно знал. Продолжаем.)

Затем Сталин сказал, что есть ещё одно дело, о котором он хотел бы меня спросить. И это ситуация, связанная с возможным урегулированием долга правительства Керенского перед правительством Соединённых Штатов.

Я сказал, что очень рад, что он поднял этот долговой вопрос. С Вашего позволения, я хотел бы злоупотребить его терпением и попросить выслушать моё заявление по этому долговому вопросу, который был довольно долгой историей переговоров, которые начались с согласия президента и мистера Литвинова в 1933-м году и которые, в конце концов, закончились неудачей и некоторым недопониманием и обидами.

Затем я кратко изложил факты следующим образом. В 1933-м году, когда было много японских нападений на восточную границу СССР и когда в интересах Советского Союза было добиться признания со стороны Соединённых Штатов, были заключены определенные соглашения, которые также служили интересам Соединённых Штатов. А именно, соглашение, в соответствии с которым Советское правительство должно было урегулировать претензии американских граждан и правительства Соединённых Штатов против Советского Союза.

Поскольку мистер Литвинов был вынужден уехать до того, как соглашение могло быть полностью заключено, вопрос был оставлен для детальной проработки. В качестве линии поведения был принят меморандум в форме джентльменского соглашения, который устанавливал далее принципиальное понимание.

Он был записан и парафирован (предварительно заверен инициалами) президентом и мистером Литвиновым. В нём были изложены условия, на которых эти долги должны быть выплачены. Рассматриваемые ссуды или кредиты должны были быть предоставлены России нашим правительством или гражданами.

В то время, когда был составлен этот меморандум и велись переговоры, в Конгрессе Соединённых Штатов рассматривалось предложение, внесённое сенатором Джонсоном, которое предусматривало, что правительство Соединённых Штатов не должно в будущем предоставлять займы ни одному иностранному правительству, которое не выплатило свой долг правительству Соединённых Штатов.

Это всем очень хорошо известно и много обсуждалось, и именно в ожидании того, что этот законопроект будет принят и станет законом, стороны пришли к пониманию, что следует рассматривать заём или кредит, который должен быть предоставлен СССР либо правительством Соединённых Штатов, либо его гражданами. В этих переговорах возникло недопонимание.

Наконец, правительством Соединённых Штатов было сделано предложение, которое, по моему мнению, во всех отношениях выполнило все обязательства, благородно взятые на себя президентом. Это предложение было отклонено послом Трояновским по указанию его правительства в 1935-м году на том основании, что оно не соответствовало пониманию.

Поскольку предлагалось рассматривать не ссуды правительства Соединённых Штатов, а ссуды граждан Соединённых Штатов, а также на том основании, что контроль за закупками в Соединённых Штатах не был возложен на Советское агентство, но что закупки подлежали контролю американского агентства. По факту, то, что предлагалось, было кредитом, а не ссудой.

(Примечание Мемуариста. Здесь посол употребляет очень близкие по смыслу слова. Даже носители языка проводят достаточно тонкую грань между кредитом и ссудой. По всей видимости, имеется в виду, что США готовы рассмотреть только товарный кредит.

То есть предоставить СССР свои товары с отсрочкой оплаты. Понятно, что для американских капиталистов было выгодно продать Союзу свои товары. СССР же хотел получить финансирование живыми деньгами и не быть привязанным к покупкам товаров только у США.

Впрочем, как покажет история, это было больше отговорками – СССР вообще не собирался платить царские долги и правильно делал. Продолжаем.)

Отношение Советского Союза в этом отношении было большим разочарованием для президента Соединённых Штатов. Этот вопрос был одним из вопросов разногласий между двумя правительствами, когда я приехал сюда, и я хотел бы сказать (с недипломатической откровенностью), что мои инструкции заключались не в том, чтобы поднимать или настаивать на урегулировании долга, а чётко в том, чтобы занять позицию, что мы сделали всё, что мы честно обязались или должны были сделать, и для нас это закрытая книга, если только Советский Союз не пожелает вновь открыть этот вопрос и выполнить свои обязательства.

Поэтому я был очень рад перед моим отъездом услышать от него, что Советское правительство пытается найти способ хотя бы частично решить эту долговую проблему. На это он ответил, что Советское правительство не может урегулировать с Соединёнными Штатами частные претензии американских граждан против как царского режима, так и против Советского правительства, не будучи обязанным по договорам урегулировать в таком же положительном ключе этот вопрос с Англией и Францией по аналогичным претензиям.

Это повлекло бы за собой слишком большое бремя. Он обдумывал формулу, которая могла бы устранить эти сложности. Советское правительство могло бы отделить долг российского правительства правительству Соединённых Штатов от долга, якобы причитающегося частным гражданам Соединённых Штатов. Таким образом, Советское правительство могло бы урегулировать долг Керенского без сопутствующих трудностей с Францией или Англией.

(Примечание Мемуариста. Посмотрите, как элегантно Сталин поднимает вопрос о царских долгах. Переводя с дипломатического языка на нормальный – мы, может быть, рассмотрели бы выплату части царского долга, если Вы решите уже наконец вопрос с поставкой нам сверхсовременного линкора. Крайне прагматичный и деловой подход. Продолжаем.)

Я спросил, знает ли он, какова сумма долга Керенского и что я сам не смогу назвать её навскидку. Он ответил, что не знает, записи Керенского не ясны. На это я ответил, что охотно могу подтвердить цифры, так как знаю, что наши записи точны, так это когда-то были наши деньги. Это вызвало всеобщий смех.

На мой запрос Сталин заявил, что эта выплата должна означать полную ликвидацию всех претензий. На это я возразил, что если бы это было предложение, то, по моему мнению, было бы бесполезно даже думать о его рассмотрении, потому что сумма была бы даже меньше, чем сумма предыдущих предложенных соглашений.

Затем я спросил, возможно ли для них ограничить предложение о выплате долга Керенского только в части правительственного долга и оставить другие требования на будущее. На это он сначала выразил сомнение.

Затем я сказал, что моя единственная цель, поднимая этот вопрос, состоит в том, чтобы откровенно изложить им мое мнение относительно того, что, по моему мнению, делает бесполезным даже представление предложения, и что предложение, по моему мнению, даже не будет рассмотрено, если соглашение не может быть заключено без ущерба для других требований.

Я объяснил, что в нашей практике заключения договоров мы часто прибегали к этому принципу, а именно к тому, что можно урегулировать какой-то один вопрос, вызывающий разногласия между сторонами, с явной оговоркой, что такое урегулирование не наносит ущерба или не мешает ни одной из сторон выдвигать в будущем какие-либо другие претензии. Он сказал, что это приемлемо.

(Примечание Мемуариста. Обратите внимание, что СССР готов идти на уступки, а вот США договариваться по хорошему совсем не хотят. Сталин предлагает рабочую схему – мы платим небольшую часть царских долгов и навсегда закрываем этот вопрос на международной арене.

Но нет, американцы хотят получить и эту часть, и иметь возможность судиться и требовать остальных сомнительных платежей. В итоге Сталин закрыл беседу как бесперспективную. "Это приемлемо" из его уст в данном случае означает "что ж, значит Вы не получите ничего".

Большевики последовательно отказывались платить царские долги и далее. Зато в 1986-м году Горбачёв с Тэтчер оплату царских долгов подписал. Британцам передали пять с половиной тонн российского золота.

В 1997-м году Ельцин вернул четыреста миллионов долларов царских долгов Франции. А в следующем году в России грянул финансовый кризис. Так что эти деньги явно были нам "лишними". Продолжаем.)

Конечно, на протяжении всего этого обсуждения было понятно, что замечания и запросы, которые я делал, были предназначены просто для изучения точных условий предложения. Было ясно заявлено, что я, разумеется, не претендую заявлять о том, что будет, а что не будет приемлемо для моего правительства.

Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Дневник, Москва, 6-е июня 1938-го.

Работал весь день в офисе, приводя дела в порядок. Обсудил ситуацию с долгами с Хендерсоном и Кирком, пытаясь перейти к делу, чтобы понять, чем было это предложение и что оно означало.

Дневник, Москва, 7-е июня 1938-го.

Работал над меморандумом, чтобы определить Советское предложение со ссылкой на обсуждаемый вопрос.

Государственный обед в доме на Спиридоновке, устроенный Литвиновым в нашу честь. Кроме сотрудников нашего посольства и чиновников внешнеполитического ведомства, присутствовали только бельгийский посланник и его жена – довольно приятный и вдумчивый жест.

(Примечание Мемуариста. Действительно красивый жест со стороны Литвинова. Не собирать весь дипломатический корпус, а устроить почти домашние проводы. И как бы передать посла с рук на руки на службу в Бельгию. Продолжаем.)

Литвинов произнес очень великодушную и красивую речь, на которую я ответил экспромтом. Прием после ужина, концерт и танцы после него. Вернулись домой утром, при дневном свете. Всё было прекрасно.

Дневник, Москва, 8-е июня 1938-го.

Сегодня в доме Шереметьева, который теперь является музеем фарфора, Марджори получила милый подарок в виде прекрасной пары ваз. Она была вручена мадам Молотовой от имени Советского правительства и представляла собой дань уважения первой супруге посла Соединённых Штатов в Советском Союзе.

(Примечание Мемуариста. Похоже, посол Дэйвис оказался первым, кто не побоялся привезти "к этим красным" свою жену. Хорошенького же они были о нас мнения! Продолжаем.)

Газетчики в Москве.

Журнал, Москва, 8-е июня 1938-го.

С болью я сказал газетчикам, что уезжаю из России. Они оказали мне неоценимую помощь. На самом деле, я стал думать о них более или менее как о "неофициальных коллегах".

Они выполняли свою работу по сообщению новостей, не заботясь о том, "как карта ляжет", но они были скрупулёзно честны, сохраняя верность мне во всех разговорах "не под запись". Их суждения о ситуации и людях, вкупе с гораздо более широким знанием России, очень помогли мне. Это необычная группа людей, каждый из которых отличается своей индивидуальностью и каждый отмечен способностями, присущими этой личности.

Мне понравился британский корреспондент Холертон, у него острый ум. Его фраза "Хабеас корпус здесь был заменён Хабеас кадавр" является классической.

(Примечание Мемуариста. Здесь игра слов. Хабеас корпус полноценно появился в средневековом праве в семнадцатом веке. По сути, это такая первобытная презумпция невиновности. Требование сначала доставить арестованного в суд, а уж потом отдавать феодалу на расправу.

По латыни "хабеас корпус" буквально звучит "доставить тело", человека в суд, то есть. Журналист переиначивает этот средневековый принцип в "доставить труп". Издеваются над Советской властью, в общем. Продолжаем.)

Спенсер Уильямс, который пишет для "Манчестер Гардиан" и представляет американо-русскую торговую палату, работает здесь с 1930-го года, дольше, чем любой представитель американской печати, кроме Уолтера Дюранте. У него практический ум, с деловым уклоном, проницательный и способный.

Во время моих путешествий по Украине, Донбассу и Кавказу он был со мной ежедневно. Его опыт здесь дает массу полезной информации. Демари Бесс прямой как струна и очень способный. Он и Джо Барнс, представляющие два разных подхода к этой ситуации, были особенно ценны для меня.

У Джима Брауна был деловой американский подход, который разрешал загадки простым американским сленгом и вообще попадал в самую точку. Чарли Наттер – звезда. Дик Массок, занявший его место, всё время держит руку на пульсе ситуации.

Генри Шапиро говорит по-русски и является выпускником юридической школы здесь, а также Колумбийского университета. Его объяснение Советского судопроизводства было ценным для всех нас.

Все они составляют доброе имя американской журналистики. Я всегда буду чувствовать себя в особом долгу перед Уолтером Дюранте, который говорил правду так, как видел ее, и у которого глаза гения.

Стэнли Ричардсон, мой секретарь, входит в эту группу журналистов. Мой долг перед ним я никогда не смогу полностью выразить. Он бывал здесь раньше и знает страну. Его ясность видения и здравый смысл помогали оценивать ситуацию с большой точностью.

Его прекрасная преданность и неутомимое трудолюбие делали его бесценным. Он оказал большую услугу посольству и всем нам.

Журнал, на пути в Берлин, 11-е июня 1938-го.

Сразу же после разговора со Сталиным я обсудил этот вопрос с Лоем Хендерсоном и Александром Кирком. К счастью, они оба были знакомы со всей долговой ситуацией.

Примечание посла. Кирк – недавно прибывший советник посольства, теперь назначенный посланником в Египет.

Чтобы избежать каких-либо споров или недоразумений, я решил, что было бы желательно иметь предложение в письменном виде. Дискуссия с Хендерсоном и Кирком прояснила ситуацию в моей голове и была очень полезной.

8-го июня я встретился с Молотовым по моей просьбе и заявил, что хотел бы прояснить для себя предложение о долге. Мы обсуждали этот вопрос в течение полутора часов, и он заявил, что даст мне знать о себе позже. На моё предложение обсудить этот вопрос с Литвиновым и внешнеполитическим ведомством он заявил, что в этом нет необходимости, и он "уладит" этот вопрос с Литвиновым в том, что касается дипломатических условностей.

На следующий день мне позвонил секретарь премьера Молотова и спросил, могу ли я приехать в Кремль. Я так и поступил в семь часов вечера. Молотов сказал, что он обсудил этот вопрос со своими товарищами по правительству и мистером Сталиным и они согласовали письменное предложение, которое он передал мне на русском языке и которое я попросил его перевести на английский.

Молотов объяснил, что русское правительство не нуждается в ссуде, и это делается исключительно для того, чтобы прояснить недопонимание с Соединёнными Штатами и показать свое высокое уважение к хорошему мнению президента и госсекретаря. Пройдёт это предложение или нет, сказал он, но это, по крайней мере, будет проявлением их доброй воли.

Он просил, чтобы это не проходило по дипломатическим каналам и обсуждалось напрямую, и что он предоставит мне средства для прямой связи с ним. Что этот вопрос настолько важен, что он надеется, я вернусь в Соединённые Штаты, чтобы обсудить его с президентом и государственным секретарём.

Я сказал ему, что объяснил суть дела департаменту и мне приказано вернуться в Соединённые Штаты до поездки в Брюссель. Он также заявил, что считает было бы целесообразно не предавать этот вопрос гласности, если только переговоры не будут успешно завершены.

Примечание посла. Разногласия между департаментом и Советскими должностными лицами, возникшие в результате этого недоразумения, не были преданы огласке, поскольку это была одна из тех ситуаций, в которых огласка не принесла бы никакой пользы, и фактически возможное решение вопроса могло бы быть затруднено такой оглаской. Во время всех обсуждений этого вопроса ни моим предшественником, ни мною самим печати ничего не было сообщено.

В колонках с предположениями, появившихся в мировой печати по поводу моей встречи со Сталиным, самые информированные политические обозреватели даже не намекали, что Сталин выдвинул предложение об урегулировании долга или что оно находится на рассмотрении.

Теперь, учитывая тот факт, что Сталин и его правительство противостоят Гитлеру и его планам мировой агрессии, правильно, чтобы американская общественность была проинформирована о том, что Советское правительство три года назад изменило свою позицию в связи с урегулированием долга, чтобы показать свое уважение к Соединённым Штатам и свое желание сохранить доверие президента и госсекретаря в связи со своими обязательствами.

В приложении читатель найдет официальные отчеты этих конференций, которые я имел с премьером Молотовым.

Москва, 9-е июня 1938-го.

Мисс Эмлен Найт Дэйвис.

Моя дорогая дочь!

Не могу выразить, как сильно мы с Марджори скучали по тебе с тех пор, как вернулись в Москву из нашего путешествия по Черному морю. Было бесконечно плохо, что тебя здесь не было, потому что ты чувствуешь и понимаешь все подтексты этой странной ситуации, и, я уверен, получила бы удовольствие от событий прошлой недели, учитывая обстановку.

Ибо, несомненно, дела были, и дни были наполнены событиями личного интереса, которые просто следовали одно за другим.

Весь дипломатический корпус взволнован тем, что произошло. Это действительно очень забавно. Они, кажется, совершенно обалдели. Ну, чтобы дать в хронологическом порядке, вот что произошло.

Мы приехали из Киева в субботу, 4-го июня. Весь персонал прибыл на станцию, чтобы встретить нас, и было приятно снова увидеть всех наших старых друзей.

В воскресенье, 5-го июня, у меня была назначена официальная встреча по поводу отъезда с президентом Калининым и премьером Молотовым. Всё было условлено. Итак, в четыре тридцать пополудни я проследовал в Кремль и подъехал ко входу в очень красивый желто-белый Екатерининский дворец в самом конце, наискосок от автомобильного въезда.

Ты помнишь, это как раз за стеной, противоположной входу с Красной площади, обращенной к Храму Василия Блаженного, внутри кремлёвских стен.

Когда я выразил свое почтение и отзыв президенту Калинину, а также премьеру Молотову, я был очень рад услышать их выражения сожаления. Суть их заключалась в том, что они были очень впечатлены серьезностью, с которой посол относился к своей работе, и особенно его прилежным отношением к промышленным и социальным условиям в Советском Союзе, объективностью и честностью, с которыми он искал факты, и что, хотя он всегда был очень откровенен в своем отношении, не верил в их политическую идею и всегда утверждал свою фундаментальную уверенность в политической философии и эволюции своей страны в противовес Революции, тем не менее он был "честным" и справедливым.

(Примечание Мемуариста. Из этого письма складывается впечатление, что американский посол крайне самовлюблённый господин. Мне сложно представить серьёзного дядьку за шестьдесят лет, который настолько хвалил бы себя самого в письме к собственной дочке. Продолжаем.)

По правде говоря, я был совершенно ошеломлён тем, насколько они были осведомлены о том, что я делал, и о моих поездках по всей стране с осмотром всех этих отраслей промышленности, а также тем, насколько близко они знали о моей работе, когда я был главой комиссии по корпорациям и председателем федеральной торговой комиссии при президенте Вильсоне.

Более того, я был, конечно, очень рад услышать эти слова, потому что эти люди – сильная и способная группа, и я лично отдаю им должное за честность и искренность цели и идейность, которые основаны на стремлении служить человечеству. В чём я не согласен с ними, так это не в конечном итоге, которого они пытаются достичь, а в методах, с помощью которых они пытаются создать свою утопию. Они пытаются идти слишком быстро и поэтому должны потерпеть неудачу.

Цена, которую они требуют от общества и лишения свободы мысли и свободы слова, а также безопасности для жизни и свободы личности, слишком высока, чтобы оправдать то, что делается. Но что касается их мотивов, я отдаю им должное за искренность и честность. Я сожалею, что этот великий эксперимент не может быть основан на христианской религии.

Итак, после того как я покинул кабинет президента Калинина, я направился в кабинет премьера. Через несколько минут после того, как я сел за стол, я был совершенно поражен и почти онемел от удивления, увидев, что дальняя дверь комнаты открылась и Сталин вошел один.

У меня не было ни малейшего представления, что это должно произойти. Во-первых, он не является главой государства, и его и их цель, по-видимому, состоит в том, чтобы держать его отдельно от государства, и, как вы знаете, ни один дипломат никогда не встречался с ним официально или как-то иначе лично.

На самом деле, он избегает подобных встреч. Его так тщательно скрывали от публики, что приём любого иностранца стал почти историческим событием.

Ну, когда он вошел, я, конечно, встал и подошел к нему. Он приветствовал меня сердечно, с улыбкой, большой простотой и настоящим достоинством. Он производит впечатление сильного, уравновешенного и мудрого ума. Его карие глаза чрезвычайно добры и нежны. Ребенку понравилось бы сидеть у него на коленях, а собака ластилась бы к нему.

Трудно связать его личность и это впечатление доброты и кроткой простоты с тем, что произошло здесь в связи с этими чистками и расстрелами генералов Красной армии и так далее. Его друзья говорят, и посол Трояновский уверяет меня, что это нужно было сделать, чтобы защитить себя от Германии – и что когда-нибудь внешний мир узнает "их сторону".

Мы сели за стол и с переводчиком проговорили два часа. Конечно, я не могу написать здесь о чём мы говорили, потому что это касается только президента, госсекретаря и нашего правительства, но могу сказать, что дискуссия охватывала все области экономики, состояние промышленности в России, проблемы Соединённых Штатов, личность президента Рузвельта, европейскую ситуацию, ситуацию на Дальнем Востоке – всё в самом общем виде.

Это был настоящий интеллектуальный праздник, которым мы все, казалось, наслаждались. Всё это время мы порой шутили и смеялись. У него озорной юмор, с хитрецой.

У него совершенно великий склад ума. Его ум остёр, проницателен и, превыше всего, мудр, по крайней мере, мне так представляется. Если вы можете представить себе личность, прямо противоположную тому, что мог бы вообразить самый яростный антисталинист в мире, тогда вы можете представить себе этого человека.

Условия, которые, как я знаю, существуют здесь, и его личность так же далеки друг от друга, как полюса. Объяснение, конечно, можно найти в том факте, что люди будут делать ради религии или своего идеала вещи, которые они никогда не совершили бы в противном случае. Именно мировой фанатизм принёс величайшие жестокости.

В нашем разговоре было несколько забавных побочных моментов. В ходе нашей беседы я объяснил, что всегда давал понять членам Советского правительства, что я капиталист, – это для того, чтобы не было никакого непонимания моей точки зрения. "Да", – сказал он, смеясь, – "мы знаем, что вы капиталист, в этом нет никакого сомнения". Затем я откровенно объяснил свою точку зрения – что лично я, как и многие другие капиталисты или, скорее, индивидуалисты, в Соединённых Штатах сочувственно отношусь к тому, что они пытаются сделать.

Мы также хотели бы иметь более справедливое распределение богатства, но мы делали это лучше в Соединённых Штатах, чем они делали это в России. Мы крепко держались за лучшее и пытались устранить худшее в процессе эволюции. Мы делали лучшую работу для простого человека, чем они. Мы держались за те свободы, которые лелеяли, и в то же время, пытались добиться большего распределения богатства и большего равенства возможностей, экономических и социальных, для обездоленных.

"Как вы думаете, сколько из всего имущества миссис Дэйвис достанется государству, а сколько – её детям и наследникам?" – спросил я, чтобы проиллюстрировать порядок распределения богатства. Он проявил интерес. Я сказал: "Более восьмидесяти процентов будет передано федеральному правительству и правительству штата, и менее одной пятой ее собственности будет передано её детям. В моём случае более пятидесяти процентов достанется государству и менее пятидесяти процентов – моим детям".

Я спросил его: "Как Вы полагаете, сколько я плачу правительству только подоходным налогом каждый год, даже включая моё жалованье как государственного служащего – более шестидесяти процентов. В то время, как миссис Дэйвис платит более семидесяти двух процентов".

Это, очевидно, удивило господина Сталина, потому что он посмотрел на Молотова с улыбкой, и Молотов кивнул.

Конечно, я пишу это с уверенностью, что никто из Вас не раскроет этого сейчас. Но я подумал, что это будет интересно и ценно для Вас в последующие долгие годы. Потому что это честная и объективная картина человека и условий, в которых я с ним познакомился.

Почему он сделал это исключение в случае нынешнего американского посла? Как из того, что он сказал, так и из того, что он оставил невысказанным, я заключаю примерно следующее. Прежде всего, это правительство имеет добрые чувства к Соединённым Штатам. Кроме того, русский народ испытывает добрые и дружеские чувства к американскому народу.

В принципе, у нас нет ничего, что они могли бы взять, и у них нет ничего, что мы хотели бы взять, и ощущение такое, что просто невозможно, чтобы когда-либо было вооруженное столкновение между двумя странами.

(Примечание Мемуариста. Странное заявление, учитывая, что всего за двадцать лет до этого по Дальнему Востоку России маршировала армия американских интервентов.)

Судя по тому, что они говорят, они были очень впечатлены характером моей работы и моим отношением к ней. Сталин спросил меня о моём впечатлении от их промышленного развития. Я рассказал ему. Он сказал, что я, вероятно, знаю о них больше, чем любой иностранец и, вероятно, столько же, сколько любой в Советском Союзе, потому что я охватил их всесторонне и совсем недавно.

Очевидно, мой интерес и работа произвели на них большое впечатление. Прилагаю копию речи наркома иностранных дел Литвинова в Спиридоновке (в Доме приёмов) на обеде, который правительство давало в нашу честь на днях вечером по случаю нашего отъезда. Это проливает свет и на эту сторону. Это было откровенно и, хотя лестно, я уверен, он имел в виду то, что сказал.

С другой стороны, я думаю, что они были впечатлены объективностью моей точки зрения и усилиями, которые я приложил, чтобы получить факты и основать свои выводы на личном знании.

Из того, что они сказали, они были впечатлены моей честностью, как они это называют, потому что, конечно, я был почти жёстко откровенен в своих беседах с ними, наедине, в критике их системы в отличие от нашей, как в политической мысли, так и в методах.

Я всегда связывал эту позицию, однако, с терпимым признанием того, что каждый имеет право на свое собственное мнение и что никто не может быть догматичным или агрессивно убеждённым, что только в его уме существует полная непогрешимость. Все они говорили об этом факте. Я даже слышал об этом из Лондона.

Леди Уильямс Тейлор рассказала мне, что российский посол сказал ей: "Мы любим Дэйвиса. Он не согласен с нами, но мы считаем его честным человеком".

Москва, 10-е июня 1938-го.

Миссис Миллард Тайдингс.

Дорогая Элеонора!

Моё последнее письмо было адресовано Бижу, и мне пришлось прекратить диктовку, потому что меня прервали. Только теперь я смог возобновить рассказ о наших делах после возвращения в Москву. И это были те ещё дела!!!

По-видимому, визит к Сталину произвел в дипломатической среде не что иное, как сенсацию. "Это было просто замечательно!", "Это был уникальный случай в дипломатической истории последних двадцати лет" и т.д. Таковы были некоторые комментарии.

Любопытство корпуса было почти забавным. Было много прямых и косвенных подходов к этому вопросу со стороны различных послов и посланников. Дошло даже до некоторых заместителей министров. Британский руководитель (Верекер – он замечательный парень) прямо попросил о встрече, так как, по-видимому, получил запрос от своего правительства "и его посол был в отпуске".

Было совершенно очевидно, что в ход идут всевозможные догадки и необоснованные предположения. Поэтому я дал короткое интервью печати, которое вы, несомненно, читали. Это же я очень пространно подтвердил своим дипломатическим собеседникам с большим количеством слов, но не затрагивая сути дела.

В конце концов, это не их дело, и моя обязанность в подобном случае не разговаривать (на семи разных языках), а если и говорить, делать это можно только при докладах президенту или государственному секретарю.

Вечером 7-го июня нарком иностранных дел Литвинов дал в нашу честь большой обед, за которым последовал приём дипломатического корпуса в "Спиридоновке" (официальный Дом приёмов внешнеполитического ведомства). На обеде присутствовали Советские хозяева – нарком иностранных дел Литвинов и мадам Молотова, супруга премьера, которая является большим другом и поклонницей Марджори и в настоящее время является заместителем комиссара пищевой промышленности, а также главой косметического и парфюмерного треста, дипломатический персонал нашей миссии и высшие должностные лица Наркоминдела (Советского внешнеполитического ведомства).

Единственными посторонними были бельгийский посланник и его жена. (Екай вспомнит его как советника бельгийской миссии, когда она была здесь. Его зовут Хейндрикс, и он был назначен посланником, когда Де Телье, бывшего посланника, назначили бельгийским послом в Париже.)

Это был прекрасный ужин. Еда была превосходной, скатерти, столовые приборы и посуда были все старого режима, обслуживание было быстрым, внимательным и очень хорошим. Вина и водка тоже были первоклассными.

За десертом и шампанским нарком иностранных дел Литвинов произнес простую, но вдумчивую послеобеденную речь, предварявшую тосты за здоровье президента Соединённых Штатов и его почётных гостей. Это было очень хорошо сделано. Он не встал, но говорил естественно и серьезно на прекрасном английском, как в грамматическом построении, так и в произношении.

(Заметка, добавленная к письму: Папа не говорит вам, но это была действительно замечательная дань уважения вашему блестящему отцу и его работе здесь. Ты бы лопнула от гордости, как и я.)

(Примечание Мемуариста. Заметка помечена только инициалами. По всей видимости, писала её супруга Дэйвиса – Марджори Пост Дэйвис. Слова про "вашего отца" тоже понятны, Марджори не приходилась детям посла родной матерью. Продолжаем.)

Вполне понятно, почему он пользуется репутацией самого способного наркома иностранных дел в Европе. Я думаю, он таким и является, и имел удовольствие сказать об этом на днях Сталину и Молотову. Думая, что тебе может понравиться получить то, что он сказал, я прилагаю английскую копию, которая была выпущена на следующий день наркоматом иностранных дел в отдел печати.

Я также посылаю копию моего импровизированного ответа, который сотрудники, Стэнли Ричардсон и члены персонала, присутствовавшие при этом, восстановили для меня, поскольку я был просто завален подготовкой докладов, чтобы взять их с собой в Вашингтон, и которые должны были быть срочно закончены. Ребята проделали хорошую работу и она точно излагает суть того, что мне удалось сказать.

Обед был лучше во всех отношениях, чем любой из тех, на которых мы присутствовали, когда Екай была здесь. Даже меню оказалось очень изысканным, хотя и скромным, с серпом и молотом, выбитыми белым рельефом.

Марджори выглядела особенно красивой в белом платье и без драгоценностей. Она чувствовала, что было бы лучшим вкусом не надевать ничего. Она во всех отношениях великая супруга посла и гордость нашей страны. Она стала неоценимым вкладом в эту миссию.

Приём после обеда оказался совершенно блестящим для Москвы или любой другой столицы мира, если уж на то пошло. Присутствовал весь дипломатический корпус. Старый особняк выглядел гораздо лучше, чем в ноябре прошлого года, когда я видел его в последний раз. Мебель всю отполировали и перетянули новой обивкой, все двери и окна выходили на цветы и листву ухоженного сада с извилистыми дорожками, посыпанными песком.

Беседки под деревьями были очень привлекательны, с гирляндами разноцветных лампочек, и (хотите верьте, хотите нет) в беседках и на верандах была расставлена красивая мягкая мебель для тех, кто хотел выйти на лунный свет. Веранды тоже были освещены таким же образом. На одной из них устроили бар, где щедро подавали всевозможные закуски – икру, деликатесы, выпечку и напитки.

Как обычно, в бальном зале из белого мрамора целый час звучала концертная музыка. Исполнители были "заслуженными артистами" СССР, и все они носили свои награды напоказ. Другими словами, это было лучшее, что могла произвести опера или музыкальная консерватория.

Бас был великолепен, а остальные – первоклассны. Четырнадцатилетний мальчик, только что занявший первое место на международном конкурсе в Брюсселе прошлой зимой, замечательно играл на скрипке.

Сила, которую он проявлял как в эмоциональной интерпретации, так и в техническом мастерстве, была поразительна для такого молодого человека. Нет сомнения, что эти люди обладают очень большим эмоциональным и драматическим богатством в своих физических и нервных возможностях.

(Примечание Мемуариста. По всей видимости, речь идёт о Советском скрипаче-вундеркинде Борисе Гольдштейне. Он же Буся Гольдштейн. Успех пришёл к талантливому парню в одиннадцать лет. Тогда он победил на Сталинском всесоюзном конкурсе музыкантов.

Сохранились воспоминания, как Сталин сам пригласил мальчика в Кремль и призвал заниматься ещё усерднее. Семье юного скрипача была выделена квартира в центре Москвы.

А в 1937-м году в Брюсселе Буся действительно вошёл в пятёрку победителей конкурса скрипачей имени Эжена Изаи. Кстати, первую мировую премию тогда взял тоже наш соотечественник – уже опытный скрипач Давид Ойстрах.

Сеть пестрит историями, что Ойстрах боялся подходить к двери и всегда держал наготове чемоданчик с тюремными вещами. То же самое относят и к Бусе. На это возразим, что Гольдштейн в том же 1937-м был награждён Орденом "Знак Почёта", а Ойстрах в 1943-м получил Сталинскую премию высшей степени. Это к вопросу о мнимом антисемитизме вождя. Продолжаем.)

Все артисты были одеты очень элегантно, по лучшей европейской моде. Дамы были изысканны, мужчины носили белые галстуки и очень хорошо сидящие вечерние костюмы. Екай будет интересно узнать, что танцевальный оркестр из двенадцати инструментов был весь в чёрных галстуках и играл последние джазовые и европейские популярные мелодии. Смысл этого заключается в том, что указывает на заметные изменения за последний год.

(Примечание Мемуариста. Подозреваю, что музыканты были не просто в чёрных галстуках. Скорее всего, посол имеет в виду дипломатический протокольный дресс-код "чёрный галстук". То есть, музыканты были в чёрных смокингах с бабочками. Продолжаем.)

Это свидетельствует об улучшении, которое мы наблюдаем на улицах: больше хорошо одетых людей, больше обуви, больше цветов, больше красивых автомобилей и т.д. "Товары народного потребления", наконец, начали появляться. Они давно обещаны и несколько подзадержались.

На самом деле, моё собственное мнение заключается в том, что весьма примечательно, что это улучшение действительно проявляется так скоро. Учитывая, что все производственные предприятия – по крайней мере, восемьдесят процентов их – возникли практически из "пятки Юпитера", начавшейся всего десять лет назад.

(Примечание Мемуариста. Решительно не понимаю что за "пятка Юпитера". Возможно, посол путает её с "Ахиллесовой пятой", то есть слабым местом Советской лёгкой промышленности.

Напомню, по легенде мать окунала маленького Ахиллеса в реку Стикс, чтобы сделать неуязвимым для оружия. И держала за пятку. Собственно, в эту незакалённую пятку его потом и убьют. Продолжаем.)

Ну и вернемся к вечеринке. После концерта нас снова "накормили". Столы ломились от отличной еды. Все четыре большие комнаты были оборудованы столами, каждый из которых вмещал от шести до шестнадцати человек, и все они были снова "украшены" скатертями, столовыми приборами и стеклянной посудой старого режима.

Еда, от икры до мороженого, была опять же обильна и, подобно вину (которого было шесть сортов), была бы очень похвальна в любой столице, где бы то ни было, и подавалась очень хорошо.

После "ужина" мы танцевали в белом бальном зале до трёх тридцати утра и вернулись домой с рассветом над Кремлем.

Марджори была королевой бала. Нарком иностранных дел открыл вечеринку вместе с ней, и он танцует очень хорошо. Итак, что касается послов, посланников и молодых секретарей, то сам старый джентльмен был жестоко обречён на танец. Но милая девушка, моя Марджори, благослови ее Господь, позаботилась об этом.

Как видишь, это была прекрасная вечеринка и очень запоминающийся вечер. Она всегда будет занимать высокое место в "воспоминаниях, позолотивших прошлое". Это был прекрасный конец нашего пребывания в Москве.

Выступление народного комиссара иностранных дел СССР Максима Литвинова на обеде, устроенном им в честь посла и миссис Джозеф Дэйвис в Москве 7-го июня 1938-го.

Посол и миссис Дэвис!

Очень большое удовольствие видеть здесь сегодня посла Дэйвиса и миссис Дэйвис омрачается мыслью, что это прощальный обед и возможно, последний случай их приятного общества. Печально по той простой причине, что, говоря простым, недипломатичным языком, мы все полюбили мистера и миссис Дэйвис, постоянно ощущали их дружбу и доброжелательность по отношению к нашей стране и ее народу.

Я помню, как говорил Вам, мистер посол, во время Вашего первого визита ко мне, как я привык говорить каждому новому дипломату: Москва – конечно, не то место, где можно искать разнообразные развлечения и увеселения, к которым привыкли дипломаты в других столицах. Но иностранный представитель, заинтересованный в изучении и наблюдении роста и развития новой страны, нового общественного и политического строя, новой жизни, возрождения культуры сотни национальностей, найдёт здесь чем занять свое время, свой ум и свою наблюдательность.

Вы, мистер посол, доказали, что являетесь именно таким дипломатом-студентом, дипломатом-наблюдателем, дипломатом-исследователем. Вы посвятили большую часть своего времени и огромной энергии изучению этой страны, не теряя возможности увидеть для себя что-либо достойное изучения и наблюдения, даже предпринимая с этой целью утомительные дальние путешествия. Мы это очень ценим.

Мы не любим, когда на нас просто смотрят, легковесно говорят о нас, предпочитая, чтобы нас изучали и, конечно же, правильно понимали.

Вы, мистер посол, сделали всё возможное, чтобы понять нашу страну, то, что здесь происходит, мотивы наших действий и цели, стоящие перед нами. Если Вы передадите, а я уверен, передадите результаты своих исследований, наблюдений и непредвзятого суждения своему правительству и своим соотечественникам, Вы, безусловно, внесете гораздо больший вклад в укрепление дружественных отношений между нашими странами, чем любой другой чисто дипломатической деятельностью.

Отношения между СССР и США не нашли своего выражения во многих дипломатических актах, документах или внешних проявлениях. Но я льщу себя мыслью, что между народами наших двух стран существует много скрытой, невыраженной, невысказанной и неписаной взаимной симпатии и уважения. Любовь и дружба без слов иногда бывают самыми правдивыми и искренними, ибо неискренность и лицемерие нередко начинаются со слов, с внешних выражений.

Но любовь и дружба предполагают понимание и осмысление, и именно это, я уверен, получит Ваша страна, благодаря вашим сведениям относительно моей страны.

Краткое изложение ответа посла Джозефа Дэйвиса на выступление народного комиссара иностранных дел СССР Литвинова по случаю обеда, устроенного им мистеру и миссис Дэвис в Москве 7-го июня 1938-го.

Примечание посла. Это резюме моего выступления было сделано Стенли Ричардсоном, моим бесценным секретарём и другом, а также сотрудником посольства.

Мистер комиссар, дамы и джентльмены!

Я действительно тронут весьма великодушным характером ваших замечаний и прекрасным гостеприимством, оказанным нам сегодня вечером. С момента моего приезда в качестве посла Соединённых Штатов я получил много любезностей от правительственных чиновников и много выражений дружеских чувств от русского народа, и я хочу выразить свою глубокую признательность за это.

Когда Вы, мистер народный комиссар иностранных дел, по прибытии представили меня руководителям Вашего правительства, я был тогда и с тех пор очень впечатлен их очевидной искренностью и идеалистическими целями.

Вы упомянули о глубинной симпатии и взаимопонимании, существующих между народами Вашей и моей стран. Я считаю, что это в высшей степени верно. Это чувство нашло свое выражение в исторических событиях.

Екатерина Великая отказалась одолжить свои войска или деньги, чтобы сокрушить молодую американскую республику. Опять же, во время Гражданской войны, которая угрожала существованию американской республики, Россия отказывалась участвовать в каких-либо союзах, которые могли бы нанести ущерб единству Соединённых Штатов.

Опять же, как указание на общую точку зрения русского и американского народов, я считаю, что оба народа стремятся улучшить судьбу простого человека. Наш великий президент Линкольн сказал: "Господь, должно быть, любил бедных, потому что он создал их гораздо больше, чем богатых".

Политический импульс Вашего народа и американского народа состоит в том, чтобы способствовать благосостоянию как можно большего числа людей. Это и есть цель, к которой мы стремимся. Наши методы различны. Мы считаем, что наши самые лучшие. Мы признаём, что у Вас тоже есть право утверждать, что Ваши лучшие.

Вы прокомментировали степень моего изучения Советских учреждений, промышленности и путешествий по Советскому Союзу. Я имел возможность своими глазами увидеть эти великие промышленные предприятия, возникшие за последние десять лет. По моему мнению, масштабы этого экономического развития за этот короткий период не имеют себе равных.

Что особенно поразило меня в этой связи, так это молодость и энтузиазм молодых мужчин и женщин, которые были набраны из колхозов, получили возможность получить техническое и научное образование и теперь руководят этими большими заводами. Это случай, когда деревенский мальчик приехал в город и нашёл свой путь. Как и в Соединённых Штатах, деревенский мальчик, который пылко и искренне приходит в город, не будет отвергнут.

Независимо от того, преуспеете Вы или потерпите неудачу, то, что произошло здесь, окажет глубокое влияние на мир. Высвобожденные человеческие силы и огромные ресурсы, которыми вы пользуетесь, неизбежно окажут мощное влияние на будущее.

Мистер комиссар, Вы очень красиво и просто сказали, что русский народ любит нас. Мы тоже любим русский народ. Ваша литература, Ваше искусство, Ваша музыка, Ваша опера и балет великолепны и отражают великие качества Вашего народа.

Есть одна очень великая, благородная цель, которую наши две страны разделяют, независимо от того, движимы ли они Богом, как мы верим, или тем, что Вы можете назвать великими природными силами, или идеалами, или человеческой природой. Советский Союз и правительство Соединённых Штатов искренне желают мира во всем мире, а мир – это то, в чём мир сейчас больше всего нуждается. В этом меня заверил Ваш высочайший вождь.

Как вы знаете, я не профессиональный дипломат. Мой опыт лежит в профессиональных и коммерческих делах. Когда наш великий президент удостоил меня этим назначением, перспектива представляла для меня большой интерес, я приехал сюда с объективным умом. Я уезжаю с объективным умом, но, возможно, менее объективным и более дружелюбным из-за доброты, которую Вы и Ваше правительство оказали мне, как представителю моей страны.

В заключение, я хотел бы ещё раз поблагодарить Вас, мистер Литвинов, от имени миссис Дэйвис и себя лично за Ваши многочисленные любезности, и в особенности, за этот восхитительный вечер. Я уверен, мои американские сотрудники будут очень рады вместе со мной поднять бокал за Вас, мистер Литвинов, за Ваших коллег и за традиционную дружбу народов наших двух стран.

Примечание посла. Прощальная речь посла Дэйвиса персоналу посольства приведена в приложениях.

Дневник, в поезде, 10-е июня 1938-го.

Это был беспокойный день. Бельгийский посланник мистер Хейндрикс и его прелестная супруга устроили небольшой обед в нашу честь, прежде чем отправиться на поезд. Казалось странным, что наш последний обед в России был в бельгийской миссии, и первое официальное увеселение в нашу честь, когда мы приехали в Россию, было в бельгийской миссии.

Хейндриксы – замечательная семья с очаровательными маленькими детьми. Весь дипломатический корпус присутствовал на станции и устроил нам большие проводы. Там были все наши друзья из американской колонии и персонал. Согласно заявлениям, это были самые крупные проводы за всю историю. Это было очень приятно.

Маленькая дочка Спенсера Уильямса, просто прелесть, принесла Марджори цветы. На самом деле, она была усыпана цветами, даже красными розами, первыми, что я увидел в России. Барков приехал, чтобы принести мне фотографию премьера с автографом и мне пришлось бежать, чтобы успеть на поезд.

"Наш Бендер" с нами. Он на борту, едет к Негорелому на границе, чтобы проводить нас через границу. Он уже много лет работает в американском посольстве. Это необыкновенно прекрасный тип русского человека – честный, добрый, энергичный и самый эффективный.

Он полностью предан своей партии, и я уверен, что также и нам. Мы очень любим Бендера. Он является одной из "основ" американской колонии.

(Примечание Мемуариста. Судя по тонкой иронии посла, тот подозревает, что Бендер является не только сотрудником посольства, но и кадровым офицером НКВД. Продолжаем.)

Дневник, в поезде по пути в Берлин, 11-е июня 1938-го.

Когда мы проезжали Варшаву в два часа дня, мы были рады и удивлены, увидев на вокзале наших старых друзей Тони и Маргарет Биддль. Они приехали, чтобы проводить нас, и, как всегда задумчивые, принесли прекрасную корзину свежих фруктов. Мы посетили этих прекрасных людей, которые сделали такую яркую и успешную карьеру, сначала в Норвегии, а затем в Польше.

Дневник в поезде по пути в Остенде (в Бельгию), 12-е июня 1938-го.

Марджори ехала через Берлин прямо в Париж, но я свернул в Лондон через Брюссель. Прибыл в Лондон в пять тридцать вечера.

Мистер Гровс из американского посольства приехал на станцию, чтобы повидаться со мной, и забрал несколько папок, которые должны были храниться в посольстве. Он выглядит очень хорошим человеком – скромным, прямым и деловым.

Дневник, Лондон, 14-е июня 1938-го.

Прибыл сюда, по пути домой. Я приехал в посольство, чтобы повидаться со своим старым другом Джо Кеннеди. Его не оказалось на месте. Он пришел в Дорчестер позже, чтобы увидеть меня. Он очень пессимистичен. Я тоже.

Мне посчастливилось получить подарок на день рождения Марджори здесь, в русском антикварном магазине Вартски. Это красивый комод, который был подарен жене Павла Первого французским правительством по случаю её свадьбы более ста пятидесяти лет назад.

Дневник, на пути в Нью-Йорк, 17-е июня 1938-го.

В десять утра сел на поезд, чтобы успеть на пароход и присоединился к Марджори на корабле "Вашингтон" в Саутгемптоне. Она была в восторге от комода. Конечно, я был рад ее видеть.

Джон Монтгомери, посланник в Венгрии, мой старый друг, тоже на борту, как я понимаю, едет домой в летний отпуск. Я с нетерпением жду хорошего визита к нему.

Дневник, Нью-Йорк, 23-е июня 1938-го.

Мы прибыли в Нью-Йорк в шесть десять пополудни, но туман задержал нас в гавани до следующего полудня. Я сел на дневной поезд до Вашингтона.

Со мной ехала Екай, а Элеонора присоединилась к нам в Балтиморе.

Дневник, Вашингтон, 24-е июня 1938-го.

Сегодня утром у меня была расширенная конференция с государственным секретарём. Дал ему полную информацию о новых событиях в обстановке в Москве, вытекающих из моего разговора со Сталиным. Советское правительство, сказал он мне, имеет значение не только в связи с японско-китайской ситуацией, но и в связи с возможным европейским миром.

Он был весьма удовлетворен изменившимся отношением Советского правительства к соглашениям, заключенным в связи с инцидентом с погашением долга до "признания". В своей спокойной манере он сказал очень великодушные и добрые слова об успехе моей миссии в Москву, что показали предложения, которые я привёз.

Прочная основа взаимного уважения и доверия к обещаниям друг друга, между СССР и США, была очень важной вещью для будущего в эти опасные дни международной угрозы со стороны "бандитов-агрессоров" в мире.

В Теннеси, сказал он, и на Западе, когда преступники бесчинствуют, нарушая мир и безопасность миролюбивых граждан, все законопослушные люди поднимают на них руку и сажают в тюрьму или делают неспособными нарушить мир. Этот добрый и терпеливый человек очень энергичен, когда возбуждается его негодование. Госсекретарь очень подавлен развитием ситуации в Европе. Выглядит очень плохо, – сказал он. Всё, что я сказал ему сегодня, подтверждает это мнение.

Дневник, Вашингтон, 25-е июня 1938-го.

Сегодня долго совещались с президентом в его кабинете. Обедал вместе с ним за его столом. Он засыпал меня вопросами о подробностях беседы со Сталиным и подробно останавливался на каждом из обсуждавшихся вопросов.

Он был очень рад, что старое недоразумение, возникшее из-за долгового соглашения в связи с признанием СССР, прояснилось, и считал, что это прекрасный поступок со стороны Советского правительства. Он всегда слышал, что они выполняли свои обещания и были особенно щепетильны в том, что касалось данного ими слова.

Президент поручил мне проработать детали этого предложения в департаменте с целью представления Сенату. В этой связи он предложил мне изучить предложение, сделанное венгерским правительством по урегулированию их задолженности, которое в настоящее время находится на рассмотрении Комитета по международным отношениям Сената, – это было бы полезно.

Премьер Молотов, сказал я, поручил мистеру Розову из Амторга, Советского правительственного агентства, представлять его здесь для дальнейших обсуждений. Поскольку я не возвращался в Москву, я предположил, что моему преемнику было бы выгодно участвовать в этих дискуссиях с мистером Розовым. В этой связи я предложил, чтобы назначенный человек был либералом и человеком с бизнес образованием.

Он спросил, есть ли у меня кто-нибудь на примете. Я сказал, что, по моему мнению, Сидни Вайнберг будет именно таким типом дипломата, и он также будет очень полезен в разработке этого долгового соглашения, потому что хорошо знает банковское дело. Он поручил мне поговорить с Корделлом и, если тот согласится, переговорить об этом с Сидни и узнать, как он относится к поездке в Москву.

Это была прекрасная идея, сказал он, чтобы Сидни присутствовал на этих переговорах. Он хочет, чтобы я постарался прояснить ситуацию, прежде чем уеду в Брюссель. Он сказал несколько очень великодушных слов об успехе моего представительства, которые я всегда буду ценить как исходящее от величайшего человека, которого знал.

Дневник, Вашингтон, 26-е июня 1938-го.

Сидни Вайнберг и мистер Розов приехали сюда на целый день, и у нас состоялась продолжительная конференция. Мы подробно расписали всю ситуацию с задолженностью в связи с проработкой вопроса по предложенным в принципе направлениям.

Дневник, Вашингтон, 27-е июня 1938-го.

Совещался сегодня с Самнером Уэллсом. Характерно, что он был досконально знаком со Сталинским интервью – со всем, что оно подразумевало.

Уэллс – неутомимый работник, и я не удивился, обнаружив, что он уже тщательно рассмотрел все материалы, содержащиеся в этих докладах. Более того, его предложения в связи с обсуждениями с Розовым были очень практичными и полезными.

Он сказал, что следует указать Розову на возможность того, что статус венгерского предложения в Сенате может сделать целесообразным отложить принятие решения по Советскому предложению на короткое время, пока не будет выяснено, каково отношение Сената в связи с предложением об урегулировании венгерского правительства.

Дневник, Вашингтон, 28-е июня 1938-го.

Обедал с Уманским, временным поверенным в делах Советского посольства. Следуя предложению премьера Молотова, я не упоминал с ним о долговом вопросе.

Сегодня днём был продолжительный визит к госсекретарю Халлу. В деталях доложил ему по долговому вопросу.

Дневник, Вашингтон, 4-е июля 1938-го.

Докладывал президенту касательно переговоров с Розовым. Он заявил, что, по его мнению, было бы целесообразно отложить рассмотрение этого вопроса до тех пор, пока не станет известно, какие действия предпримут сенатский комитет по международным отношениям и Сенат в связи с аналогичным предложением венгерского правительства, рассчитывающего урегулировать свой прошлый долг.

Я сказал, что посоветую это мистеру Розову, а также через него господам Сталину и Молотову. И сообщу, что дело было передано президенту, и он весьма удовлетворён жестом дружбы, доверия и доброй воли, сделанным Советским правительством, в особенности потому, что это послужило прояснению недоразумений, которые могли бы повлиять на доверие правительств двух стран. И потому, что это проявило желание завершить в духе Рузвельта-Литвинова соглашение о признании СССР.

Я рассказал ему, как польщен и обрадован его предложением Сидни Вайнберг и что он, несомненно, услышит это непосредственно от самого Сидни.

Дневник, Нью-Йорк, 5-е июля 1938-го.

Совещался с Розовым и выработал с ним послание, которое он мог бы направить премьеру Молотову, сообщая, что этот вопрос был подробно обсуждён как с президентом, так и с государственным секретарём. Оба были удовлетворены жестом дружбы, доверия и доброй воли, к которому призывали эти обсуждения.

Ситуация оказалась плодотворной и полезной. Было сочтено целесообразным оставить этот вопрос на данный момент открытым и рассмотреть его впоследствии, если это окажется возможным и желательным. Это было сделано по той причине, что венгерское предложение об урегулировании задолженности находится в настоящее время на рассмотрении Сената Соединённых Штатов.

Оно прольёт больше света на то, что было бы возможно в вопросе о компромиссном урегулировании. Когда придёт время, если оно будет принято положительно, правительство будет радо постараться выработать формулу, которая устроила бы дело к удовлетворению обеих сторон.

В настоящее время понятно, что всё дело будет держаться в тайне и будет известно только непосредственным руководителям, вовлечённым в него. Готовясь к отъезду, сделал доклад департаменту, в котором изложил вплоть до сегодняшнего дня ситуацию, связанную с обсуждениями и переговорами с мистером Розовым.

Часть восьмая. Краткое изложение фактов

6-е июня 1938-го.

"Краткое изложение фактов" – обзор СССР.

Номер 1341, Москва, 6-е июня 1938-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Заключительное резюме и доклад о Советском Союзе вплоть до моего отбытия.

Совершенно секретно.

Сэр, в дополнение к устным докладам об обстановке в СССР и дискуссиям, состоявшимся с президентом, государственным секретарём и департаментом, в отношении политики Соединённых Штатов, которая в нынешних условиях, в отличие от тех, что были несколько лет назад, представляется сейчас целесообразной, я со всем уважением представляю нижеследующий общий обзор и краткий отчёт о ситуации здесь.

За любым вопросом политики стоят вопросы факта, которые необходимо контролировать. К этим факторам, наряду с другими, относятся: внутренняя сила СССР, сильные и слабые стороны нынешнего режима в политическом, экономическом и военном отношении, отношение иностранных держав к СССР, будущее значение этих сил по отношению к мировым условиям и особенно, их значение по отношению к Соединённым Штатам.

Первоначальная трудность в оценке этой ситуации заключалась в том, что поле столь обширно, силы столь велики, предрассудки и разногласия столь сильны, что трудно представить себе всю картину и сохранить объективность суждения.

Существуют, однако, некоторые определённо устанавливаемые факты, которые, будучи упорядочены, дают основание для твёрдых суждений. Более того, за последние двадцать лет, в течение которых существует этот режим, некоторые события проявились очень чётко. Они являются вехами в развитии ситуации, которые указывают на тенденции и возможные будущие события.

Цель настоящего доклада – представить, насколько это возможно, "краткое изложение фактов". Факты с неизбежностью ведут к независимым выводам и не поддаются политической окраске или недостатку объективности.

Собранные здесь факты основаны: либо на источниках информации, опубликованных вне Советского Союза, либо на опубликованных здесь правительственных источниках. Там, где определенные факты не являются объективными, были приложены усилия, чтобы воплотить в жизнь лучшие суждения очень способных сотрудников нашей миссии, дополненные суждениями некоторых руководителей других размещённых здесь миссий, а также мнениями американских журналистов, которые хорошо изучили местную обстановку.

Настоящий доклад задуман конспективным и настолько кратким, насколько это возможно. Неминуемо, он не претендует на то, чтобы быть всесторонним, полным или исчерпывающим в деталях. Он направлен на то, чтобы не быть ни дискуссионным по духу, ни догматичным по мнению, но информативным, призванным дать более или менее полную картину "в целом."

Территория.

Выдающимся фактом касательно СССР являются его огромные размеры. Он занимает одну шестую часть земной поверхности – восемь миллионов квадратных миль. Он имеет площадь в два с половиной раза большую, чем все владения Соединённых Штатов.

Владивосток расположен от Москвы дальше, чем Портленд, штата Мэн.

(Примечание Мемуариста. Лестно, конечно, читать такое у посла, но всё-таки он немного ошибается. От Москвы до Портленда примерно на 600 километров дальше, чем от столицы до Владивостока.

В любом случае, американцев не могли не поражать размеры СССР. Москва-Владивосток это – всего-навсего прямая железная дорога внутри одной страны. А до Портленда тянуться через половину Земного шарика. А на круг выходит почти одинаково. Продолжаем.)

Широта Чёрного моря примерно соответствует широте Нью-Йорка. Россия охватывает территорию большую, чем весь североамериканский континент к северу от Панамского канала. Она охватывает все зоны, от Арктической до тропической. Она включает в себя империю более разнообразную, чем та, что от "Берлина до Багдада". Она включает в себя обширные равнины, горы, леса и водные пути.

(Примечание Мемуариста. Посол явно намекает на проклятую Багдадскую железную дорогу. Многие учёные называют её строительство одной из главных причин Первой Мировой, а может быть, во многом и Второй Мировой войн.

Строить её начали немцы ещё в конце девятнадцатого века. Идея была связать Босфор и Персидский залив надёжной магистралью для грузов, а главное – войск. Дорога должна была протянуться на две с половиной тысячи километров от Берлина через Стамбул и Багдад до Кувейта.

Собственно, именно эта дорога стала камнем преткновения между колониальными интересами Британии и Германии на востоке. Напомню, что полковник Лоуренс, известный более как Лоуренс Аравийский, во время Первой мировой пускал под откос османские поезда именно на этой дороге.

Достроили дорогу полностью только к 1940-му году. И как-то так совпало, что после первого прямого поезда из Стамбула в Багдад грянула вовсю и Вторая Мировая. Совпадение? Продолжаем.)

Население.

Последняя официальная оценка населения (1933-го года) составляет сто шестьдесят пять миллионов семьсот тысяч – 8,29% от общей численности населения мира – население, превышающее население Соединённых Штатов на 30%. Оно состоит из 180-ти различных национальностей, 150-ти диалектов и 48-ми различных языков.

Плотность населения составляет двенадцать с половиной на квадратную милю в отличие от сорока одного жителя на квадратную милю в Соединённых Штатах, ста девяносто семи во Франции, трёхсот пятидесяти пяти в Италии, трёхсот шестидесяти трёх в Германии и шестисот шестидесяти восьми на квадратную милю в Англии. Если бы всё население мира было переселено в СССР, то эта территория не была бы так перенаселена, как территория Германии.

Если бы население всего мира было вчетверо увеличено и помещено в Советский Союз, его территория не была бы столь перенаселенной, как Британские острова.

Рождаемость. По самым последним Советским данным, рождаемость на Украине составляет около двадцати трех на тысячу. Этот показатель для страны в целом, вероятно, несколько меньше, но быстро растет. В отличие от этого, рождаемость в европейских странах выглядит следующим образом: Италия (1935-й год) 23,3; Германия (1935-й год) 18,9; Англия (1935-й год) 17,8; Франция (1934-й год) 16,1.

Политическое деление. Советский Союз состоит из одиннадцати политических подразделений (Союзных республик), каждое из которых обладает определенной степенью автономии. Эти Социалистические республики теоретически свободны отмежеваться от Союза.

На самом деле, такая свобода является академической. Очевидно, что федеральное правительство и, более того, Кремль (Сталин) не потерпели бы разобщения. Этот факт очень ярко проявился на недавнем процессе по делу об измене Бухарина.

(Примечание Мемуариста. Мы привыкли, что Союзных республик не одиннадцать, а пятнадцать. Откуда взялись ещё четыре?

Это: Литовская, Латвийская, Эстонская и Молдавская республики. Собственно, их создадут в середине 1940-го года по результатам Освободительного похода 1939-го. Молдавии, например, передадут, кроме освобождённой Бессарабии, области из состава Украины, включая Тирасполь. Продолжаем.)

Рабочая сила.

Нация содержит большое разнообразие рас, простирающихся от европейских русских и славян до монголов Востока. Вообще говоря, это сильный, крепкий тип. Они отражают ту физическую выносливость, которую даёт выживание наиболее приспособленных в примитивных условиях, близких к почве.

Европейская Россия в пятнадцатом веке имела за спиной экономический и исторический опыт политического развития, приблизительно сравнимый по уровню опыта и жизни с Альфредом Великим. Об этом свидетельствуют энергичность, инициативность, предприимчивость, эмоциональная насыщенность и простота сравнительно молодых людей. Ещё несколько сотен лет назад Россия не имела ни одного опыта Европы, связанного с развитием цивилизации.

(Примечание Мемуариста. Дикари-с. Что ещё может сказать американский посол. Особенно примечательно сравнение Руси пятнадцатого века с первым королём Британии Альфредом. Тем самым, что в девятом веке упоённо резался с викингами.

Впрочем, в чём-то параллели найти можно. Именно тогда наши предки окончательно задушили остатки татаро-монгольского ига и стали настоящим свободным государством.

А насчёт отсутствия цивилизации в России "несколько сот лет назад" – напомним, что всего за сто пятьдесят лет до событий этой книги никаких США вообще ещё не было. Продолжаем.)

Сельскохозяйственные ресурсы.

Ещё более значительными, чем минеральные богатства такой территории, являются ее сельскохозяйственные ресурсы. Такое богатство неисчерпаемо. Оно само по себе обновляется каждый год.

В 1937-м году общая площадь возделываемых земель в Советском Союзе составляла 367 170 949 акров. Это в отличие от 327 661 000 акров (в 1935-м году) в Соединённых Штатах и 56 134 000 акров (на 1934-й год) в Канаде. Из всего населения около 65% заняты в сельском хозяйстве.

Интересно отметить, что в 1913-м году 57% всей продукции русской промышленности составляло сельское хозяйство, тогда как промышленная продукция составляла лишь 43%.

Примечание посла. Сравнение основано на стоимости и несколько вводит в заблуждение. Оно по-прежнему остается значительным, поскольку в целом свидетельствует о колоссальном росте промышленного производства.

Однако, в 1937 году объём промышленного производства составлял 77% от общего объема производства, в отличие от остальных 23% сельского хозяйства, которое в количественном отношении несколько превышало показатель 1913-го года. Вообще говоря, сельскохозяйственное производство в Советском Союзе при нынешнем режиме не превышало дореволюционного производства.

В 1937-м году, однако, был рекордный урожай, который побил все рекорды. Урожай зерновых в этом году оценивается примерно в 111 384 000 метрических тонн (4 451 360 000 бушелей). В этой связи следует иметь в виду, что плановыми органами были предприняты большие усилия по диверсификации сельского хозяйства. Тогда ликвидировали большие площади посевных площадей зерновых культур и перебросили их на развитие новых культур, таких как хлопок, сахарная свекла и т.д.

(Примечание Мемуаристов. Это к вопросу либералов о том, что Советская коллективизация, якобы, уничтожила сельское хозяйство. Напротив, даже в тяжелейшие годы фашистской оккупации наших житниц, голода в стране не было. Было тяжело, но ни шло ни в какое сравнение с голодными годами и крестьянскими хлебными бунтами конца девятнадцатого века. Продолжаем.)

Следующие данные свидетельствуют о выдающемся сельскохозяйственном богатстве этой страны.

Пшеница. В 1935-м году Советский Союз произвёл примерно треть всего урожая пшеницы в мире. Это в два с половиной раза больше, чем произведено в Соединённых Штатах, в четыре раза больше, чем в Канаде, в пять раз больше, чем в Аргентине и больше, чем в Соединённых Штатах, Канаде и Аргентине вместе взятых.

Примечание посла. В 1934-1935-м годах производство пшеницы составило: всего в мире 3 470 000 000 бушелей, в Советском Союзе 1 117 000 000 бушелей, в США 497 000 000 бушелей, в Канаде 276 000 000 бушелей, в Аргентине 241 000 000 бушелей.

Овёс. За тот же год Советский Союз произвёл примерно половину мирового урожая овса. Это было в три раза больше, чем в Соединённых Штатах и в четыре раза больше, чем в Канаде. Производство Советского Союза равнялось общему производству Соединённых Штатов, Канады и Германии вместе взятых.

Примечание посла. В 1934-1935-м производство овса в бушелях составило: всего в мире 2 217 000 000, в СССР 1 302 000 000, в США 526 000 000, в Германии 376 000 000.

Рожь. За тот же год СССР произвел 80% всего мирового урожая ржи. Это было в пятьдесят раз больше, чем в Соединённых Штатах, на 40% больше, чем производство Германии, Польши и Франции вместе взятых. Оно превышало совокупное производство Германии, Польши, Франции и Соединённых Штатов.

Примечание посла. В 1934-1935-м производство ржи в бушелях составило: всего в мире 1 400 000 000, в СССР 792 000 000, в Германии 299 000 000, в Польше 254 000 000, во Франции 33 000 000, в США 16 000 000.

Хлопок. За тот же год Советский Союз занял четвёртое место по производству хлопка. Он производил больше тюков хлопка, чем Египет.

Льняное семя. За тот же год Советский Союз уступил только Аргентине по урожаю льна. Российское производство было примерно в пять раз больше, чем в Соединённых Штатах.

Примечание посла. В 1934-1935-м производство льняного семени в бушелях составило: всего в мире 149 000 000, в Аргентине 79 720 000, в СССР 27 558 000, в США 5 213 000.

Свекловичный сахар. Германия на протяжении многих лет была первой в сахарном производстве. В 1935-м году Советский Союз удвоил производство по сравнению с предыдущим годом и занял первое место. Производство Советского Союза в тот год было почти вдвое больше, чем в Соединённых Штатах, и почти равнялось производству Германии и Чехословакии вместе взятых.

Это более чем на 20% больше, чем в Германии. Это более чем в три раза больше, чем в Чехословакии.

Примечание посла. В 1934-1935-м годах производство свекловичного сахара в сахаре сырце в коротких тоннах составило: всего в мире 10 886 632, в США 1 257 750, в СССР 2 315 000, в Германии 1 817 430, в Чехословакии 615 700.

Животноводство. Среднее поголовье крупного рогатого скота в Советском Союзе в период с 1926-го по 1930-й год составляло 64 900 000 голов против 59 191 000 голов в Соединённых Штатах. Оно было больше, чем объединённые стада Аргентины и Германии.

Русские стада были в три раза больше немецких. Во время "забастовки" сельскохозяйственных классов в период коллективизации 1929-1933-го годов поголовье скота сократилось до 38 400 000 голов в 1933-м году. К 1935-му году оно выросло до 49 255 000, что всё еще вдвое больше, чем в Германии.

Примечание посла. В 1926-м в США было 59 191 000, в СССР 65 900 000, в Аргентине 32 212 000, в Германии 17 776 000. В 1933-м в США 70 214 000, в СССР 38 400 000, в Германии 19 139 000. В 1935-м в СССР 49 255 000.

(Примечание Мемуариста. Запомним, что в тяжёлый год после коллективизации поголовье крупного рогатого скота составляло в СССР 49 миллионов голов. Немногим больше оно было в разрушительном 1990-м году – 57 миллионов голов.

На сегодня, на 2020-й год в процветающей России при небывалом подъеме сельского хозяйства это поголовье составляет в три раза меньше. Всего 18 миллионов голов и продолжает падать год от года! Демократы обошлись без всякой коллективизации. Продолжаем.)

Домашний скот – овцы, свиньи, лошади. В тот же период произошло огромное сокращение этих стад. Они практически сократились вдвое. К 1935-му году наблюдался рост примерно на 20% по сравнению с низким периодом, но всё же в 1935-м году доля этих стад была от 30% до 40% меньше, чем в 1928-м году.

Развитие сельского хозяйства. Сейчас предпринимаются интенсивные усилия по развитию обширных регионов вдоль Транссибирской магистрали на востоке. Огромные суммы тратятся также на орошение и мелиорацию земель. В 1929-1935-м годах на мелиорацию и орошение было потрачено в общей сложности 1 350 000 000 рублей в качестве "капитальных вложений".

Примечание посла. Официальный курс рубля сейчас 5,30 за доллар. Он менялся следующим образом:

1928. 1 доллар – 1,94 рубля

1929. 1 доллар – 1,94 рубля

1930. 1 доллар – 1,94 рубля

1931. 1 доллар – 1,94 рубля

1932. 1 доллар – 1,94 рубля

1933. 1 доллар – 1,16-1,12 рубля

1934. 1 доллар – 1,16-1,12 рубля

1935. 1 доллар – 1,16-1,12 рубля

1936. 1 доллар – 5,06 рубля

1937. 1 доллар – 5,36 рубля

Чёрный рынок, или "бутлегерский" курс рубля, колеблется на разных участках и заметно отличается в разное время. За последний год он колебался от пяти до четырнадцати центов. Сейчас это, примерно, десять центов.

Фактическая стоимость в международном обмене, по-видимому, отражается в среднем курсе чёрного рынка. Однако, это не может быть произвольно принято из-за отсутствия свободного рынка и действия свободных сил. Сэр Уолтер Цитрин в своей книге, опубликованной в 1936-м году, дал оценку примерно в пять центов.

Исходя из покупательной способности продовольствия и всех факторов вместе взятых, я считаю, что золотое содержание составляет от пяти до десяти центов. Хотя, с учетом благоприятного торгового баланса и значительного увеличения производства золота, вполне возможно, что валютные ограничения будут отменены и стоимость рубля всё еще будет поддерживаться в разумных пределах по нынешнему официальному курсу.

Конец примечания посла.

Интересно отметить, что, несмотря на огромные усилия, приложенные для применения принципов механизированного, научного земледелия в крупном масштабе, фактический урожай зерна в метрических тоннах в 1936-м году оказался меньше, чем урожай зерна 1913-го года. Обильный урожай 1937-го года превысил урожай 1913-го года примерно на 20%.

Увеличение использования тракторов и комбайнов. Масштабы кампании по механизации сельского хозяйства можно оценить по следующим фактам. Количество тракторов в Советском Союзе в 1928-м году составляло 26 тысяч. К 1936-му году оно увеличилось в восемнадцать раз и составило 477 тысяч.

В 1930-м году в СССР насчитывалось 1 700 комбайнов, которые к 1936-му году были умножены примерно в пятьдесят раз, когда их насчитывалось 93 200. Количество тракторов и комбайнов, занятых в сельском хозяйстве, составило:

Примечание посла. Из речи Сталина от марта 1939-го.

Количество и роль машинно-тракторных станций. "За первые три года второй пятилетки было создано 1 004 новых машинно-тракторных станции. Общее число этих станций, составлявшее 2 446 в конце 1932-го года, возросло до 4 350 в конце 1935-го года.

В течение 1935-го года они обслуживали более 72,8% всей посевной площади коллективных хозяйств. Машинно-тракторные станции являются не только узловыми пунктами сосредоточения современной техники, но и применения научных методов ведения сельского хозяйства, а также являются экономической и политической базой государства в сельских районах."

Примечание посла. Выдержка из "Выполнения второй пятилетки в 1933-1935-м годах" с предисловием Межлаука. Межлаук был недавно "ликвидирован", его местонахождение неизвестно.

Древесина. Лесная территория Советского Союза считается самой большой из всех стран мира. Она составляет 57% от общей площади лесов в мире.

Примечание посла. По данным Нью-Йоркского мирового альманаха за 1938-й.

Меха и рыболовство. О богатстве пушнины свидетельствует тот факт, что, по оценкам, примерно одна десятая часть покупок России за границей оплачивается стоимостью вывозимой пушнины. Рыболовство также широко распространено и быстро развивается на научной основе.

Богатства недр.

СССР в своих официальных публикациях утверждает, что обладает богатейшими в мире месторождениями железа, марганца, нефти, солей, фосфатов и апатитов, а также вторыми по величине залежами угля. Хотя эти заявления могут быть преувеличены и приняты с некоторой оговоркой, тем не менее, запасы, несомненно, чрезвычайно богаты.

Среди государственных сокровищ, которые мне было дозволено увидеть, были крупные золотые самородки необычайной величины, самый крупный из которых весил тридцать девять килограммов, или восемьдесят шесть фунтов. Они приходят с Урала. Были там и самородки платины, один из которых весил четырнадцать килограммов.

Власти вне Советского Союза признают, что Советский Союз занимает второе место в мире по добыче золота, и есть перспективы для ещё большего объема производства. Хотя по военным соображениям официальные данные о запасах золота не приводятся, по разным оценкам, производство золота составляет от ста семидесяти пяти до четырёхсот миллионов долларов в год.

Примечание посла. По данным Нью-Йоркского мирового альманаха за 1938-й.

Золотое обеспечение их валюты официально сообщается приблизительно на уровне трёхсот сорока миллионов долларов на 1937-й год. Прекрасное исследование предложения золота можно найти в докладе мистера Пакера из Рижского персонала. Это, пожалуй, самая точная оценка.

В ходе бесед, которые я вёл здесь, на местах, с хорошо информированными людьми, такими как Спенсер Уильямс, Уолтер Дюранте и некоторыми представителями властей, включая горных инженеров с Дальнего Востока, а также в Лондоне, я обнаружил, что их оценки приближаются к трестам – четыремстам пятидесяти миллионам долларов в год. Мое мнение, что это находится между двумястами и тремястами пятьюдесятью миллионами долларов в год.

В "Стратегии сырьевых ресурсов" (автора Брукса Эмени, опубликованной Бюро международных исследований Гарвардского университета и колледжа Рэдклиффа) проводится анализ и исследование военной самодостаточности семи ведущих держав в отношении основных продуктов питания и сырья.

Статистические таблицы раскрывают необычайные масштабы минерального богатства Советского Союза. По-видимому, исходя из процентных соотношений достаточности, Советский Союз имеет 100% запасов угля, железа, нефти, марганца, слюды, хроматов и калия; 90% – серы и пирита; 85% – фосфатов; 80% в ртути; 60% в цинке.

Сравнительно, ни одна из шести других великих держав: США, Германия, Великобритания, Франция, Италия и Япония – не приближается к степени самодостаточности Советского Союза, за исключением только Великобритании и Соединённых Штатов.

Интересно отметить, что в марганце, хроматах, калии и ртути, в которых процент самообеспеченности в Соединённых Штатах низок, Советский Союз имеет изобилие. В необходимом импорте, таком как медь и т.д., весь импорт идёт практически из Соединённых Штатов. И что объединённые ресурсы Соединённых Штатов и Советского Союза составляют полную самообеспеченность продовольствием и важнейшим сырьем.

Что нынешний режим сделал с этими ресурсами с момента прихода к власти? Общая историческая справка: 1917-1926, 1927-1938.

Большевики захватили власть в 1917-м году. В то время промышленность была более чем на пять шестых уничтожена.

Примечание посла. Смотри Парес, История России, 1937-й.

Транспорт исчерпал большую часть своих существующих резервов. Гражданская война, последовавшая сразу за приходом к власти, практически остановила производство. Попытка применить принципы коммунизма к сельскому хозяйству встретила ожесточенное сопротивление со стороны буржуазного крестьянства.

Сельскохозяйственные производители "ударили", просто отказавшись или не сумев произвести больше, чем их собственные нужды. Это, а также полное отсутствие средств распределения, привело к недоеданию и даже голоду в городах. Торговля, при этих условиях и существующем беспорядке, иссякла. Великая засуха в первые дни Революции усилила это бедствие.

Из-за такой нужды Ленин провёл экономическое отступление и учредил НЭП (новую экономическую политику), которая была введена в действие в марте 1921-го. Эта политика пыталась сохранить коммунизм в качестве принципа правления, но на практике положила коммунизм на полку. Крестьянам было в какой-то мере предоставлено право собственности и возможность для какого-то индивидуального зарабатывания прибыли.

Частная торговля была разрешена. Наблюдалось некоторое улучшение экономических условий. Ленин, продвигавший этот план при большом сопротивлении, всегда утверждал, что это был необходимый шаг назад только для того, чтобы "сделать два шага вперед". Эти несколько лет ознаменовались усилиями правительства побудить капиталистические страны выделять деньги на освоение ресурсов России.

Советский Союз "разыгрывал" одну страну против другой. Это был период быстро растущей дружбы между Россией и Германией, обозначенной Рапалльским договором.

(Примечание Мемуариста. Этот договор от апреля 1922-го года, заключённый в итальянском Рапалло – большая победа Советской дипломатии. Фактически, тогда Красин с Чичериным наплевали на Версальский мир и установили между РСФСР и Веймарской республикой нормальные деловые отношения.

Мы и немцы перечеркнули старые долги, которые всё равно никто не собирался возвращать. РСФСР обязался не требовать возмещения убытков Первой мировой, а немцы официально смирились с отобранными у германских капиталистов в России заводами и "простили" царские долги.

Это был большой шаг, ведь на тот момент Советскую Россию отказывались признавать как страну. А вот Германия, практически первой из великих держав признала Советы. После Рапалльского соглашения началось активное научное, технологическое и военное сотрудничество с Германией. Продолжаем.)

Ленин перенес инсульт в 1922-м году и умер в 1924-м. НЭП породил тип так называемого экономического авантюриста. Эти условия пугали старых большевиков. В разное время приходилось прибегать к чисткам. Они были выполнены с большой строгостью. В партии возникла сильная рознь. В результате, люди из НЭПа были "сметены со своих прибылей", и от этой политики отказались.

Экономический упадок и хаос в эти годы угрожали существованию правительства. В их основе лежало продолжающееся восстание крестьянства и его отказ производить больше, чем им требуется. Существование центрального правительства и весь коммунистический принцип оказались под угрозой. К 1924-му году центральному правительству удалось сбалансировать свой бюджет, но весь его чистый доход не превысил 1 400 000 000 рублей.

Крыло Троцкого выступало за мировую революцию, в то время как последователи Сталина выступали за продвижение коммунистического принципа в Советском Союзе в первую очередь. Другая правая группа, возглавляемая Бухариным, Рыковым, Томским и т.д., расходилась с идеями Сталина относительно проводимой политики в отношении крестьянства.

В частности, они выступали против насильственных и быстрых мер коллективизации, пропагандируемых Сталиным. Было ясно, что экономический хаос и, возможно, социальная анархия неизбежны, если не будет сделано что-то радикальное, чтобы изменить эти условия.

Со смертью Ленина началась борьба за лидерство. В конце концов, это дело вылилось в дуэль между Троцким и Сталиным. В 1927-м году Троцкий был исключен из Центрального комитета партии. В 1928-м году он был сослан в азиатскую Россию. Его последователи были уничтожены изгнанием или тюремным заключением. Это была полная победа Сталина.

Таковы были условия, в которых Сталин в 1927-м году запустил пятилетние планы промышленного развития, которые, надо признать, дали весьма замечательные результаты. Осуществление этих планов требовало большого мужества и полной беспощадности, а также общего затягивания поясов во всех классах общества, основанных на ожидании будущих выгод.

Однако, в первые годы первой пятилетки правительству вновь угрожало пассивное восстание сельскохозяйственных районов. Это восстание было безжалостно подавлено. Правительство прибегло к простому, но жестокому способу забирать требуемое количество хлеба у крестьян, даже если оно ничего не оставляло им ни на пропитание, ни на семена.

В результате, во многих районах наступил голод. По разным оценкам, в ходе этой кампании погибло от двух до трёх миллионов крестьян-земледельцев. С такой же беспощадной силой осуществлялась программа коллективизации и механизации сельского хозяйства.

Тысячи кулаков (крупных землевладельцев) были "ликвидированы". Промышленный план, рабочие и само правительство были одинаково зависимы от сельского хозяйства не только в плане продовольствия, но и в плане доходов для создания и функционирования промышленных предприятий. Этот вопрос был жизненно важен. Правительство победило, но ужасной ценой жизни.

(Примечание Мемуариста. Уже не первый раз посол употребляет слово "ликвидированы". И снова имеются в виду, в основном, не массовые расстрелы, а ликвидация кулачества как класса. То есть, лишение крупных наделов земли, переселение в соседние деревни или другие регионы страны. Продолжаем.)

Тяжелая промышленность (первая пятилетка), однако, наконец-то вышла на хороший старт. Проектировались огромные новые заводы. Целые новые города строились и росли как грибы.

Построены огромные тракторные заводы в Харькове, автомобильные заводы в Москве и Горьком, тракторные заводы в Ростове и Сталинграде, сталеплавильные печи в Донбассе, заводы удобрений на Урале, огромные плотины. Большая Днепровская плотина (проект полковника Купера) была закончена в 1935-м году.

За первые пять лет было создано более девяноста новых городов. Промышленность на Урале была увеличена в пять раз. Связанное с этим перемещение населения, переселение в города и отсутствие надлежащих жилищных условий и других условий привели к колоссальной текучести рабочей силы, которая препятствовала повышению эффективности.

Несмотря на неэффективность неопытности, усиленную бюрократическим правительственным контролем и этими огромными трудностями, объем промышленного производства количественно увеличился на 20% по сравнению с предыдущим годом в 1929-м году, на 38% по сравнению с предыдущим годом в 1930-м году; с аналогичными большими цифрами позже.

Этот период (первая пятилетка) характеризовался попеременно беспощадными чистками, угнетением и примирительной политикой. За всё это Сталина превозносили. Интересно отметить, что режим всё больше и больше сталкивался с необходимостью добиться успеха в этих грандиозных начинаниях.

Их дальнейшее пребывание у власти зависело, в конечном счёте, от выполнения обещаний, данных пролетариату. Чтобы выполнить обещания и заставить работать систему промышленности, развился заметный и продолжающийся отход на практике от коммунистического принципа. Единственным настойчивым и постоянным стимулом для рабочих был определён мотив прибыли.

Были сделаны уступки и в распространении права собственности на крестьян, а также на другие классы. Стахановское движение (аналог сдельной системы – принцип "ускорения") стало национальной политикой. К 1934-му году в тяжелой промышленности явно наметился заметный прогресс – как в увеличении объемов производства, так и в снижении издержек.

Между тем, несмотря на изъятие миллионов гектаров из производства зерновых культур, чтобы спланировать, так называемое, сбалансированное научное сельское хозяйство, программа коллективизации сумела произвести нормальное количество продовольствия. В какой-то мере, пятилетний план оправдал себя.

Выдающийся факт в этой ситуации, однако, состоит в том, что это произошло не из-за правительственного управления промышленностью, а вопреки ему. Огромное богатство страны практически гарантировало количественно большую долю успеха, несмотря на огромную неэффективность, расточительность и потери, которые такая система неизбежно должна была повлечь за собой.

Что режиму действительно удалось сделать, так это разработать план и довести его до конца. Показательно также, что для достижения успеха режим отказался от принципа коммунизма в практическом применении.

В 1924-м году общий объем промышленного производства составил шесть миллиардов рублей, тогда как в 1937-м году он оценивается в восемьдесят пять миллиардов рублей. Из общего объема современной промышленной продукции 75% приходится на заводы, построенные после 1917-го года.

Тоннаж железнодорожных перевозок увеличился с 33 000 000 тонн в 1924-м году до 323 000 000 тонн в 1936-м году. Речные перевозки также возросли с 9 000 000 тонн в 1924-м году до 69 000 000 тонн в 1936-м году.

К 1936-му году утверждается, что 91% всей посевной площади страны обрабатывалось механизированными средствами через машинно-тракторные станции.

Место Советов в мировом объеме производства.

К 1936-му году утверждается, что в мировом производстве Советский Союз занимал первое место по производству комбайнов и свекловичного сахара, второе – по общему объему промышленного производства машин, тракторов, грузовиков, железа, руды и золота, третье – стали и суперфосфатов, четвертое – по углю.

Место Советов в европейском объеме производства.

Утверждается, что СССР занимал в европейском производстве первое место по общему объему промышленного производства, по станкостроению, по производству тракторов, комбайнов, автомашин, по производству золота, суперфосфатов, свекловичного сахара; второе место по производству стали; и третье место по добыче угля. К 1935-му году Советский Союз, в отличие от европейского производства, также вышел на первое место по добыче нефти и торфа, выплавке меди, производству железнодорожных грузовых вагонов и локомотивов, а также занял второе место по выработке электроэнергии и производству алюминия.

Я очень впечатлён техническим и основным оборудованием, применяемыми методами, условиями для научных исследований и экспериментов, их конвейерной и линейной системой производства. Эффективность рабочих, по моему мнению, не могла сравниться с эффективностью, показанной на заводах, которые я изучал в ходе своей работы в качестве комиссара корпораций и члена Федеральной торговой комиссии в Соединённых Штатах.

По моему мнению, это было несопоставимо с тем, что делает или будет получать капиталистическая организация, приносящая прибыль. Это не будет равно и сорока процентам эффективности нашей промышленности. Тем не менее, было совершенно ясно, что они производят огромное количество полезной продукции.

В беседах, которые я имел здесь с американскими инженерами, я также был впечатлен фактом, что правительство обеспечивает лучшее иностранное техническое мастерство, доступное в связи с возведением этих заводов, их эксплуатацией и оборудованием. Технические школы и университеты производят каждый год урожай энергичных, серьёзных молодых людей, только что от земли, многие из которых закончили своё техническое образование, работая за границей в промышленности Германии, Франции, Италии и Соединённых Штатов.

Хотя эти молодые инженеры, в целом, склонны пренебрегать способностями иностранных инженеров, в отличие от них самих, тем не менее, они трудолюбивы, честолюбивы, эффективны и чрезвычайные энтузиасты.

Выводы, которые я сделал из всей этой картины, заключаются в том, что количественно цифры достаточно надёжны и разумно измеряют степень достижений. Если допустить существенную или даже большую скидку на их показатели, то эти достижения всё равно останутся более чем впечатляющими. Этот факт обычно признают в дипломатическом корпусе, даже среди тех, кто внутренне враждебен режиму.

Правительственные силы, как было сказано выше, неразрывно связаны с осуществлением этого плана. Это может быть даже условием их дальнейшего пребывания у власти. Массы постоянно питались идеей, что это приведет к более высоким стандартам и лучшим условиям жизни.

Необходимость принуждает сделать эту промышленную машину эффективной или хотя бы создать видимость выполнения этих обещаний. Единственный постоянный и настойчивый стимул, который правительство нашло, – это прибыль. Поэтому в развитии этой ситуации я ожидаю ещё более постоянного уклона вправо и применения капиталистических принципов в социалистическом производстве.

Транспорт и связь.

Железные дороги. Самым слабым звеном в цепи внутреннего хозяйства, несомненно, является распределение. Последние два года правительство прилагает усилия: во-первых, для повышения эффективности железных дорог и других видов транспорта; во-вторых, для планирования сельского хозяйства таким образом, чтобы обеспечить местное самообеспечение продовольствием и устранить необходимость в длительных перевозках.

(Примечание Мемуариста. Печально, что сегодня эта светлая мысль утрачена полностью. Какое-нибудь мороженое, хлеб или колбасу везут за пятьсот километров в другой город. А тот город поставляет обратно другие продукты совершенно такого же характера. В итоге за бессмысленные перегоны транспорта платит, как всегда, потребитель. То есть, мы с Вами. Продолжаем.)

Длина железных дорог увеличилась примерно на 25%. Завершено строительство двухпутной Транссибирской магистрали. Утверждается, что правительство строит железную дорогу к северу от Маньчжоу-Го в приморские провинции, чтобы обеспечить более безопасный военный способ сообщения с Тихоокеанскими провинциями.

Мне достоверно сообщили, что эта дорога уже закончена. Военный атташе при здешнем посольстве полковник Фэймонвил, очень осторожный и способный человек, сообщает, что здесь наблюдается заметная тенденция к дальнейшему развитию транспорта за счет расширения автомагистралей и использования грузовиков, а не железных дорог.

Дороги. Длина дорог царской России в километрах составлял 24 000, из которых 4 000 были вымощены. В 1936-м году насчитывалось два миллиона километров дорог с твердым покрытием, пятая часть которых – основные магистрали.

Военные магистрали, некоторые из которых выходят за пределы Москвы, – великолепные, прямые, пятиполосные, асфальтированные магистрали.

Воздушные пути. В 1936-м году было 52 000 километров авиалиний, по сравнению с 15 000 в 1929-м году. Количество пройденных самолетами километров увеличилось с 3 200 000 до 56 000 000 в 1936-м году. Метрические тонны перевозимых грузов увеличились с тысячи в 1929-м году до шестидесяти тысяч в 1936-м году.

Водные пути. Развитие водных путей в последние годы было очень обширным. Белое море соединено с Балтийским морем (227 километров – введено в эксплуатацию в 1934-м году). Волга была отведена в Москву (1937-й – 128 километров), и теперь, как утверждается, существует полный речной транспорт от Каспийского моря до Ленинграда.

(Примечание Мемуариста. Посол упоминает две гигантские Советские стройки – Беломорканал имени Сталина и канал имени Москвы. Кстати, к вопросу о якобы "каналах построенных на костях" и "рабском труде" очень рекомендую книгу изданную в 1934-м году тридцатью шестью Советскими писателями под редакцией Горького. Она так и называлась – Беломорканал имени Сталина. История строительства. Продолжаем.)

Общая протяженность судоходных речных путей, как утверждается, составляет 100 000 км, что в два раза превышает протяженность судоходных водных путей в Соединённых Штатах.

Торговый флот. Тоннаж торгового флота Советского Союза в 1928-м году составлял 327 000 тонн, в 1935-м году – 1 350 000 тонн, то есть рост примерно на 400%.

Телефонные линии. В 1928-м году общая протяженность телефонных линий составляла 556 110 миль. В 1936-м году эта цифра возросла до 1 343 750. За тот же период число телефонов увеличилось с 880 000 до 2 100 000.

Почта. Число сельских почтальонов в Советском Союзе увеличилось с 6 900 в 1924-м году до 123 000 в 1936-м году, то есть примерно в восемнадцать раз.

Газеты и радио. Советский Союз имеет 10 000 газет, с тиражом 39 000 000 экземпляров. В 1928-м году в Советском Союзе насчитывалось, как утверждается, двадцать три радиовещательные станции по сравнению с семьюдесятью восемью в 1936-м году, а в 1936-м году действовало 350 000 приемных устройств. В 1928-м году насчитывалось шестьдесят пять телеграфно-телефонных передатчиков, а в 1936-м году 273.

Книги. В 1913-м году было издано 26 174 книги тиражом 86 700 000 экземпляров, в то время как в 1936-м году было издано 43 348 книг тиражом 571 000 000 экземпляров.

Образование, школы, университеты.

Утверждается, что безграмотность полностью ликвидирована, нет ни одного Советского гражданина, который не умел бы читать. Шестьдесят семь процентов населения в 1913-м году были неграмотными.

Число начальных школ в Советском Союзе в 1936-м году составляло 164 100, в отличие от 106 000 в 1914-м году, увеличение на 64%. Число колледжей и высших технических училищ увеличилось с 91 в 1915-м году до 592 в 1936-м году, увеличившись на 500%.

Население, посещавшее школы в 1936-м году, составляло 28 842 000 человек. В 1936-м году детские сады посещали 1 039 700 детей. В 1935-м году существовало 1 712 школ для трудового обучения с общим числом учащихся 246 248 человек.

Двадцать шесть процентов всего населения, как утверждается, посещают школу. Утверждается также, что в Советском Союзе в три с половиной раза больше детей посещают школу, чем до войны.

Строительство новых школ. Только в Москве в 1935-м году было построено и полностью оборудовано семьдесят две большие школы. В 1936-м году в Москве должны были построить 152 дополнительные школы. В 1935-м году в городах было построено 496 школ, а в сельских районах 1 000 начальных школ и 2 000 школ-семилеток. С 1932 года ежегодные расходы на одного ученика удвоились.

Дошкольное Обучение. Дошкольное образование является составной частью системы образования СССР. К 1935-му году количество детей в дошкольных учреждениях (детских садах и яслях) увеличилось по сравнению с 1932-м годом на 627 000 человек, а в настоящее время составляет около 6 000 000 человек.

Приём в высшие учебные заведения. За три года с 1933-го по 1935-й год в колледжи, техникумы и средние технические училища было принято 1 300 000 человек, а выпущено 485 400 специалистов с высшим или средним образованием. Всего в 1935-м году в колледжах и техникумах обучалось 509 900 человек против 477 200 в 1932-м году и 124 000 в 1913-м году.

Условия жизни и общественные условия.

Рост национального дохода. Национальный доход увеличился с 21 000 000 000 рублей в 1913-моду до 65 700 000 000 рублей в 1935-м году (фиксированные цены 1926-1927). Все эти доходы, как утверждается, прямо или косвенно направляются на улучшение положения рабочих классов.

Занятость и повышение заработной платы. Утверждается, что с 1930-го года безработицы не стало. Число занятых увеличилось в 1935-м году на 1 800 000 человек по сравнению с 1932-м годом. Следует, однако, отметить, что Советская система не допускает безработицы, за исключением лиц, которым не полностью доверяют или которые подвергаются наказанию.

Миллионы людей в стране, однако, не работают в тех областях, в которых они хотят работать, и хотя они регулярно работают, они находятся в гораздо худшем положении, чем те, кто наняты в Соединённых Штатах с помощью фондов помощи. Политические заключенные не являются безработными. Они работают.

(Примечание Мемуариста. Хотелось бы напомнить, что в том же 1937-м году официальная безработица в США составляла 14%. А всего за пару лет до этого каждый чётвёртый американец лишился работы из-за Великой Депрессии.

Семнадцать миллионов были признаны безработными, а около двух с половиной миллионов ещё и лишились жилья. В тот момент, когда посол пишет эти строки – в Нью-Йорке стояли длиннющие очереди за бесплатным супом. А вот в СССР безработицы не стало. Продолжаем.)

Общая заработная плата увеличилась с 32 700 000 000 рублей в 1932-м году до 56 200 000 000 рублей в 1935-м году. Средняя годовая заработная плата на одного рабочего выросла с 1 427 рублей в 1932-м году до 2 371,5 рублей в 1935-м году.

Заметное увеличение расходов на вооружение. Совпадая с приходом к власти Гитлера, интересно отметить, что с 1934-го по 1937-й год процент общих доходов правительства, направляемых на военные цели, вырос с 3,3% в 1934-м году до 22% в 1937-м году. Общая сумма расходов в 1937-м году достигла 22 431 030 000 рублей, что по официальному курсу составило бы приблизительно 4 200 000 000 долларов, а по нынешнему бутлегерскому курсу рубля – 2 200 000 000 долларов. При вероятной реальной стоимости золота это будет, вероятно, в два раза меньше.

Одновременное увеличение расходов на социальное и культурное обеспечение. Не менее интересно и то, что одновременно с этим чрезвычайным ростом военных расходов, расходы на так называемые социальные и культурные цели шли нога в ногу и превышали их. В 1928-м году общая сумма расходов на эти цели составляла 1 495 500 000 рублей (6,4%), тогда как в 1937-м году она составляла 26 604 552 000 рублей (27% от общей суммы).

Расходы на социальное и культурное обеспечение охватывают широкий спектр видов деятельности – образование, детские сады, ясли, больницы, социальное страхование, жильё, драматургию, кино, радио, пропаганду, книги, газеты и т.д. Значение этих цифр не в их абсолютном размере, а скорее в их классификации и точке зрения. Несмотря на военные нужды, правительство постоянно увеличивало свои расходы на эту деятельность.

Какие элементы слабости присущи данной ситуации?

Среди очевидных недостатков можно выделить следующие.

Размер. Национальная солидарность находится под постоянной угрозой из-за больших различий в характере и других условиях в больших частях СССР. Различия в условиях вызывают различные потребности, которые во многих случаях вызывают конфликт интересов. Это постоянная анти-центробежная сила.

Расовые различия – язык, традиции, стремления. Славяне, финно-угры, тюрко-татары, индоевропейцы, евреи, немцы, таджики и монголы – все с различными расовыми инстинктами, привычками мышления, религией и концепциями управления. Эти различия, особенно в религии, порождают семена раздора и разобщенности.

Примечание посла. Полковник Фэймонвил указывает, что Советское правительство откровенно признало существование малых национальностей и даже пошло на многое, чтобы способствовать развитию национальных культур. Считается, что особые потребности каждой расовой группы признаются в большей степени, чем раньше.

В то же время были усовершенствованы транспорт и другие средства сообщения между регионами и улучшены возможности для обмена товарами, с тем чтобы можно было удовлетворить эти особые потребности. Поэтому представляется вероятным, что конфликты интересов между малочисленными национальностями менее остры, чем прежде, и менее вероятно, чем раньше, они приведут к разрушению центральной власти.

Конец примечания посла.

Характер самого правительства. Основанное на идее бескорыстного общества, государство здесь постоянно находится под угрозой того, что оно не может уничтожить инстинкты человеческой природы к корысти. Они встроены в железы, нервы и физические организмы людей и являются результатом атавистических сил столетий. Если эти инстинкты не могут быть искоренены в течение одного-двух поколений, этот эксперимент должен провалиться.

Бюрократическая неэффективность. Сама грандиозность задачи, которую взяло на себя правительство, требует огромной бюрократии, которая, сама по себе, представляет угрозу. Размеры и масштабность задач постоянно грозят сломить администрацию. Показательна проблема учета только тысяч розничных магазинов (необходимого для защиты честности и эффективности). Это ошеломляющий проект.

Конфликт, присущий сельскохозяйственным и промышленным рабочим. Этот конфликт является постоянным источником возможного раздражения и чреват далеко идущими политическими последствиями. Особенно это верно в тех случаях, когда один класс постоянно эксплуатируется в интересах другого.

Русский характер и привычки. Врожденная инертность и фаталистическое качество русского типа – это постоянное "торможение". Авось (возможно), всё равно (не имеет значения) и ничего (неважно) – вошли в России в поговорку.

(Примечание Мемуариста. В тексте посол приводит слова так, как он их услышал по-русски. Авось, всё равно и ничего. И даёт американскому читателю перевод. Странно, что потерялись классические "небось" и "как-нибудь". Продолжаем.)

Возможная неприспособленность аграрных народов к механико-промышленному труду, что грозит возможным развалом промышленности под давлением. Текучесть рабочей силы в некоторых отраслях достигает 125% в год!

Трудности произвольного установления справедливой заработной платы. Уже появляются указания на то, что некоторые группы Стахановцев жалуются, что из-за произвольной классификации их нормы заработной платы не соответствуют другим классам.

Контрреволюция угроза военного переворота. Всегда есть возможность возвышения Наполеона в армии, который мог бы устроить дворцовый переворот и захватить власть. Судебные процессы над изменниками, недавние казни и чистки – всё это указывает на слабость из-за конфликтующих амбиций, присущих человеческой природе.

Эта Революция "пожирает собственных детей". Несмотря на ясное осознание этой опасности и сознательную решимость первых большевистских лидеров не стрелять друг в друга, и несмотря на формальное заявление самого Сталина на этот счет в 1926-м году, убийства политических преступников начались в 1934-м году и прогрессировали с ужасающей быстротой.

Террор, чистки. Демократическому уму кажется неизбежным, что тирания над жизнью и свободой, осуществляемая тайной полицией, которая проникает во все классы общества и уводит людей из семьи и друзей без какой-либо защиты от возможной несправедливости, должна в конечном счете свергнуть любой режим.

Бунт молодежи. С течением времени, с улучшением условий жизни и ростом различий в классах и привилегиях, молодежь, вероятно, восстанет против этих реалий, которые противоречат тому, что, по их убеждению, ведёт к коммунизму. И это может, по иронии, привести к тому, что радикальная молодежь поддержит в бунте консервативную политическую доктрину индивидуализма и капиталистических возможностей.

Перемещение сельскохозяйственного труда. В результате механизации сельского хозяйства большое количество сельскохозяйственных рабочих будет вытеснено машинами в уже перенаселённые промышленные центры. Что же с ними делать?

Опасности общеевропейской войны. Это, несомненно, затронет Советский Союз. Затяжная война создала бы благодатную почву для революционной деятельности по традиционной линии революционеров. Это реальная угроза.

Угроза возможного нападения гитлеровских фашистов. Эта угроза, совершенно очевидно, постоянно находится в центре внимания правительства. План Гитлера, изложенный в "Майн Кампф" и развитый позднее в его Нюрнбергской речи, в которой особо упоминались хлебные поля Украины, поход на восток, – всё указывает на такую возможность.

Угроза с Востока, из Японии. Правительство здесь в равной степени осознает возможность японской агрессии. Они проявляют бдительность и активно готовятся к такому повороту событий. В последнее время появляются признаки, что по мере того, как военные действия в Китае затягиваются, отношение правительства здесь указывает на "ужесточение" тенденции в отношении Японии.

Скрытая враждебность соседних государств. По экономическим, религиозным и политическим соображениям во всех странах, примыкающих к Советскому Союзу, существует большой страх проникновения и распространения Советского строя на их территории. Это объясняет врождённую враждебность, которая является общей и вполне очевидной.

Правление одного человека. Эта система правления всегда содержит в себе большую опасность.

Тирания, угнетение. В любом развивающемся интеллектуальном опыте и образовании врождённое достоинство человечества должно порождать постоянное негодование против угнетения. Никакое физическое улучшение уровня жизни не может компенсировать полное уничтожение свободы мысли и слова, а также неприкосновенности личности.

Отсутствие религии. Предпринимаются все усилия, чтобы заменить поклонение Богу поклонением человеку или людям. Это одна из самых больших слабостей данной ситуации.

Недоверие между лидерами. Философия коммунизма оправдывает все действия, если они совершаются от её имени. Нет никаких соображений чести или лояльности, которые перевесили бы долг перед партией. В результате, между этими людьми не может быть доверия или веры в лидера. Ни один человек не может доверять другому. Это серьезная фундаментальная слабость и постоянная угроза существующей власти.

Каковы политические сильные стороны этого правительства?

Коммунистическая партия и правительство. Правительство на самом деле состоит из очень небольшой группы людей, которые контролируют коммунистическую партию. Правительство – не более чем агент коммунистической партии, и оно подчиняется её приказам. Реально власть фактически представляет собой одного человека – Сталина. "Сильного" человека, который выжил в борьбе, полностью избавился от всех конкурентов и властвует безраздельно.

Он выглядит разновидностью "лёгкого босса", спокойного, скромного, но тем не менее обладающего реальной властью. Правительство есть – диктатура не "пролетариата", как это провозглашается, а "над пролетариатом". В нём полностью доминирует один человек.

Решительный характер партийного руководства. Коммунистическая партия управляется центральным комитетом из примерно ста членов. Политбюро, состоящее из одиннадцати членов, является своего рода советом директоров. Он управляет партией и правительством.

Эти организации выполняют волю Сталина. Очевидно, никакой "оппозиции" нет. Если она появляется, её быстро "ликвидируют". Старые теоретики и умственный тип старого большевика практически исчезли. Они либо умерли естественной смертью, либо заключены в тюрьму, сосланы или расстреляны.

Уцелевшие, которые теперь контролируют ситуацию, относятся к типу "крутых делателей" Революции, таких как Советский Робин Гуд (Сталин), грабивший банки для финансирования Революции, и высшие сержанты (Ворошилов, Будённый), пробивавшие себе путь снизу вверх, или агрессивные и способные люди молодого поколения (Микоян, Ежов). Исключение составляют лишь Калинин – президент, Молотов – премьер и Литвинов – нарком иностранных дел.

Власть принадлежит Сталину, Ворошилову (армия), Ежову (тайная полиция), Кагановичу (борец с проблемами, который построил московское метро и реорганизовал железные дороги) и Микояну (продовольствие). На последнем процессе по делу о государственной измене избавились от Бухарина, Рыкова и Гринько, принадлежавших к старой "правой" оппозиции.

Этот и предыдущий процесс избавили от Розенгольца, Крестинского, Пятакова, Серебрякова, Сокольникова и Радека, так называемой старой "левой" оппозиции. Первый же процесс об измене расправился с Зиновьевым и Каменевым. Томский покончил с собой. То, что осталось от прежнего руководства, после этих расстрелов, естественных смертей и самоубийств практически ликвидировано.

Техника диктатуры. Сила правительства фактически определяется силой этой группы лидеров. Конституционная защита личности или свободы перед лицом любой необходимости, которая встаёт перед этими людьми, отбрасывается в сторону. Эти люди (Кремль) полностью контролируют бюрократию.

Они, по-видимому, управляются смесью мотивов. Однако, на самом деле им приписывают искреннюю и фанатичную преданность коммунистическому идеалу, а также естественную цель защитить себя. Они считают, что быть слабым и нерешительным – значит предать "великий проект", который они стремятся продвигать на благо человечества.

Они находят оправдание своему поведению в том, что в конечном счёте, они будут оправданы "исторической тенденцией". Как, по слухам, сказал Сталин, они без колебаний будут убивать людей "до тех пор, пока это необходимо для дела".

Будучи идеалистически преданными возвышению пролетариата, они являются реалистами чистого типа и без колебаний сажают каждого человека в тюрьму, если это необходимо, чтобы сделать людей свободными. Или расстреливают, не задумываясь, даже своих друзей, если они идут вразрез с их собственным взглядом на коммунизм.

Их личная жизнь считается честной. Общепризнано, что на высоких постах нет незаконных доходов. Их привычки относительно просты. Они хорошо живут в Кремле и имеют свои дачи (загородные дома), свои автомобили и все удобства.

Однако они достаточно осторожны, чтобы избегать жизни напоказ. Жалованье комиссару, как сообщается, не превышает девятисот рублей в месяц, но так как всё предоставляется государством, то в деньгах он не нуждается.

Всё свидетельствует о том, что они неутомимые и очень трудолюбивые работники. Практически все они среднего возраста, включая Сталина, по слухам, страдают от "усталости" сердца. Те, с кем я встречался лично, произвели на меня впечатление способных, сильных людей, характеризующихся индивидуальностью, энергией и способностями как прирожденные лидеры.

Вся карьера Сталина свидетельствует о восточном терпении и медлительности в действиях в сочетании со способностью быстро и безжалостно наносить удары, когда это необходимо. Он бьёт первым. Если бы генералу Тухачевскому хватило Наполеоновского характера в мае прошлого года, то сегодня положение здесь могло бы быть совершенно иным.

(Примечание Мемуариста. В оригинальном тексте посол употребляет выражение "корсиканское нутро" или даже "корсиканская почка". Впрочем, о бонапартизме Тухачевского не сказал в своё время только ленивый. Продолжаем.)

Признаки паники прошлого лета. Еще в апреле 1937-го года, вообще говоря, ни у кого из членов дипломатического корпуса здесь не возникло бы вопроса о непосредственной силе и политическом постоянстве Сталинского режима. Как в стране, так и за рубежом Советский Союз был на пике своей хорошей репутации, вероятно, до прошлой весны (1937-го).

Затем прошли процессы по обвинению в государственной измене и казни политических лидеров (находя свое начало в убийстве Кирова в 1934-м году), военные трибуналы и казни одиннадцати ведущих армейских генералов в июле, ужасные "чистки и террор", которые продолжались в течение всего лета и привели к ликвидации тысяч Советских граждан, включая как высших, так и низших в коммунистической партии, а также тех, кто занимал высокие посты в различных республиках Союза.

Возможность существования либо измены в армии, либо широкого заговора в стране вызвала сомнения в прочности режима. В правительственных кругах было и есть множество признаков состояния, граничащего с "паникой". Последний, только что закончившийся, процесс по делу об измене (Бухарина) с его причудливыми признаниями объяснял (как заявляли мне многие из дипломатического корпуса) эти озадачивающие события прошлого лета.

Нынешняя сила Сталинского правительства. Нет сомнений, что среди интеллигенции страны и даже в коммунистической партии, которая была главной жертвой последней чистки, существует большое недовольство и антагонизм по отношению к правительству. Однако, вся эта оппозиция, несомненно, полностью подавлена и находится под полным контролем.

Ужасы "террора" ощущает каждый. На это есть указания со всех сторон. Однако, следует иметь в виду, что число пострадавших, хотя оно и велико, составляет относительно небольшую часть от общей численности населения.

Численность коммунистической партии не превышает трёх миллионов человек. Сама партия во время этой чистки была полностью реорганизована и укомплектована свежей кровью и молодыми людьми – всё это были Сталинцы.

Что касается масс вообще, принято считать, что они более или менее равнодушны к этому характерному для России явлению и в некоторых случаях даже согласны с ликвидацией своих мучителей, "бюрократов", "вредителей" и "предателей", угрожавших существованию их любимого Советского Союза.

Следует, также, иметь в виду, что общественности постоянно делаются прививки пропаганды. Перед молодёжью страны постоянно держат морковку – надежду на улучшение условий жизни. Есть некоторые видимые признаки прогресса, которые постоянно указывают и подчёркивают.

(Примечание Мемуариста. В оригинальном тексте вместо морковки посол употребляет тюк сена. Но смысл ровно тот же – приманка перед глупым осликом, чтобы он шёл туда, куда хочет хозяин. Довольно унизительное сравнения для Советской молодёжи. Продолжаем.)

Им постоянно указывают, что делает для Советского Союза великий строитель Сталин. Громадные общественные работы, жилые дома, промышленные предприятия, дороги, – всё это рисуется на "семимильных полотнах будто кистью, кометы хвостом", чрезвычайно впечатляет и поддерживает пропаганду.

(Примечание Мемуариста. Вот опять, посол цитирует любимое стихотворение Киплинга. Послу как-то невдомёк, что пропаганда – пропагандой, но все эти великие стройки и улучшение жизни людей – они есть. Их можно пощупать.

А вот сегодняшняя пропаганда, что у нас, что на Западе и рада бы сообщить о чём-то подобном. Только почему-то новых ДнепроГЭСов и Дамб Гувера не строится, а зарплаты простых работников во всём капиталистическом мире только падают год от года под напором инфляции. Как ни пыжится пропаганда. Продолжаем.)

Верность Армии. Сила Сталинского режима зависит от того, насколько он может опираться на армию и тайную полицию. По мере того, как в последние месяцы обстановка накалялась, в дипломатическом корпусе всё больше укреплялось мнение, что армия верна Сталину, по крайней мере, что она у него в руках.

Ворошилов, маршал армии, и Сталин – старые "приятели" одного типа, и, по-видимому, очень близки. Кроме того, тайная полиция, огромная военная организация, состоящая как из солдат, так и из людей в штатском, проникающая во все слои общества, фактически, является рукой Сталина. Она полностью под его контролем.

Его личный друг и назначенец Ежов усердно "очищал и выметал" все антисталинские настроения в старой организации ГПУ. Армия и тайная полиция служат противовесами друг другу и соперничают в верности партии и Сталину.

Все средства пропаганды находятся под контролем Сталина. Газеты, радио, кино, преподавание в школах, в партийных ячейках или центрах, да и в самой армии постоянно пропитывают общественность религией коммунизма, угрозой иностранного вторжения, преданностью русскому национализму и надеждой на улучшение условий жизни. Архи-защитника масс, "отца Сталина", постоянно превозносят. Коммунизм был вбит во всех с детства как религия.

(Примечание Мемуариста. Позволю себе не согласиться с уважаемым послом. Революции всего двадцать лет. В кого и что там могло быть вбито с детства? Закон божий в царских школах и правда вбивали с пелёнок в неразумные детские головки.

А вот социалистические идеи в конце тридцатых – вполне осознанный выбор взрослых людей. Людей, на своей шкуре помнивших "прелести" царского режима и видящих как расцветает их Родина с каждым днём при этой, говоря словами посла, "новой религии" большевиков. Продолжаем.)

В этих условиях не кажется вероятным, что существует какая-либо непосредственная возможность свержения правительства.

Если только не совпадут две случайности (ибо только таковыми, в нынешних условиях, они могут быть), а именно – убийство Сталина и согласованное с ним вооружённое восстание и кремлёвский переворот, то этот режим, кажется, закрепился у власти на некоторое время.

Если бы успешной революции удалось сбросить нынешний режим, даже при том, что преемником стала военная диктатура, здесь преобладает мнение, что сохранился бы социалистический тип правительства и государственный капитализм.

(Примечание Мемуариста. Этот взгляд подтверждается и признаниями троцкистов на московских процессах. Они вовсе не собирались сажать на трон нового царя или создавать полноценный капитализм. Всех изменников вполне устраивало условно социалистическое государство.

Только с личной диктатурой, неограниченной властью и элементами капитализма. Для себя лично. По секрету напомню, что именно такой строй диктатор Муссолини ласково назвал фашизмом. А вот Сталинский народный социализм заговорщикам был совсем не близок. Продолжаем.)

Какова военная мощь Советского Союза?

Опасности извне. Что касается способности Красной армии в нынешних условиях предотвратить вторжение на её границы враждебных соседей или выдержать длительную войну, хотя и есть некоторые сомнения, но принято считать, что Японии, или Германии, или им обоим было бы очень трудно и, вероятно, невозможно "завоевать" СССР.

Среди руководителей правительства, и я лично беседовал с некоторыми из них, есть абсолютная уверенность, что их армия верна и сможет защитить свои границы либо от Японии, либо от Германии, либо даже в условиях одновременного нападения.

Регулярная армия. Численность Красной армии составляет приблизительно 1 300 000 человек. Кроме того, тайная полиция (НКВД) имеет вооружённые силы численностью примерно в 200 000 человек. В сравнении с этим, интересно отметить количественную мощь Германии, которая, как полагают, составляет 600 000, Италии 528 000, Японии 248 000, Польши 284 000 и Румынии 266 000.

(Примечание Мемуариста. Как обычно, в НКВД были разные люди. К их чести нужно отметить, что в самые тяжёлые дни обороны Москвы осенью-зимой 1941-го войска НКВД сражались на самых опасных участках фронта. И полегли Советские милиционеры тогда повзводно и поротно. Это еще одна забытая история воинских подвигов Советских людей.

Кстати, и статистика потерь среди сотрудников особых отделов в войсках тоже ужасает. Шли в бой, ровно как и обычные бойцы, в одном строю. Как не вяжется это с привычным либеральным образом комиссара в пыльном шлеме, стреляющего своим бойцам в спину. Продолжаем.)

Ежегодный призыв на службу. Ежегодно призывается около 1 500 000 молодых людей, из которых 500 000 требуются для действительной службы.

Накопленные резервы. Подсчитано, что из накопленных за последние годы резервов имеется примерно пять миллионов подготовленных мужчин для пополнения резервных дивизий. Для последующего призыва имеется дополнительный резерв примерно в шесть миллионов человек, что составляет общий резерв примерно в пятнадцать миллионов мужчин, физически пригодных к военной службе.

Механизированные части. Танки. По танковым и механизированным частям Красная армия выгодно отличается от соседних государств. По оценкам, имеется в наличии для немедленного использования около 4 000 танков. Следует также иметь в виду, что огромные сельскохозяйственные тракторные заводы легко адаптируются для изготовления танков в больших количествах.

Сообщается, что эти заводы уже частично переоборудованы для такого использования. Еще год назад, во время инспекционной поездки, которую я тогда совершил, нам не разрешили увидеть литейные секции многих из этих заводов, и тогда считалось, что причина заключалась в том, что они уже использовались в то время для военных целей.

Воздушные силы. Военно-воздушные силы Красной армии считаются, в целом, превосходящими по численности силы любой из великих держав. Подсчитано, что общее количество самолетов в Красной армии составляет 4 500. Самолеты-перехватчики, как правило, считаются очень хорошими.

Тяжелые бомбардировщики – второсортные и очень медленные. Общепризнано, что иностранные самолеты, как известно, превосходят лучшие типы, имеющиеся здесь. Французский посол сообщил мне, что в настоящее время Советский Союз располагает всем необходимым для производства 4 800 самолетов в год. Русские обладают воздушным складом ума и считаются превосходными летчиками.

Характер офицерства. Считается, что офицеры среди младших командиров превосходного качества и вполне достойны своего высшего командования. Как правило, это молодые люди. Здесь принято считать, что ликвидация старых и опытных генералов очень существенно ослабила армию.

Лично я согласен с нашим военным атташе полковником Фэймонвилом, что, хотя это и верно в какой-то мере, но сильно преувеличено.

Вообще говоря, армия оснащена хорошим ручным оружием, хорошими самолетами и отличными танками. Артиллерия достойна и быстро совершенствуется. Оборонительная позиция Советского Союза по своей внутренней сути сильна.

Армии постоянно внушают религию коммунизма. Вполне вероятно, что Советский Союз мог бы в обороне сохранить свое единство против любой комбинации двух враждебных держав.

При столкновении со враждебным альянсом более чем двух таких держав, некоторые территории Советского Союза могут быть оккупированы, но вполне вероятно, нынешние вооружённые силы предотвратят решительное поражение, и маловероятно, что вторгшиеся армии получат постоянные выгоды.

Русская зима разгромила Наполеона (смотри прилагаемый доклад полковника Фэймонвила). Общее мнение таково, что Красная армия верна коммунистической партии и, следовательно, Сталину.

Каково возможное значение СССР в международных отношениях?

Из вышеизложенных фактов очевидно будущее значение русской рабочей силы, ресурсов и богатства как фактора мировой конъюнктуры. За исключением войны, будущее сохраняет возможность продолжения существования этого режима нетронутым в течение значительного времени.

Исходя из промышленного и экономического прогресса последних восьми лет и приумножения богатств за этот период, о чем свидетельствует факт, что Советский Союз в последние два года имел положительный торговый баланс, произошло громадное увеличение добычи золота и появилось много других реальных признаков, вполне вероятно, и здесь принято так считать, что богатство и экономическая мощь будут продолжать расти.

Природные богатства огромны. Техническое оснащение отличное. Трудовые затраты и административные издержки невелики и по сравнению с капитальными вложениями, относительно незначительны. Амортизационные начисления на инвестиции отсутствуют.

Опять же, в развитие гидроэнергетики, где производство энергии уже занимает второе место в мире, планируются ещё большие капитальные вложения. Сельскохозяйственное богатство страны воспроизводится каждый год и также увеличивается.

Есть большая неэффективность и расточительность, которые неизбежно связаны с бюрократической администрацией. Тем не менее, ресурсы настолько велики, что вполне вероятно, конечным результатом будет ещё большее увеличение национального богатства и экономической мощи. Такое положение неизбежно будет иметь влияние далеко идущие последствия как для мировой экономики, так и для мировой политики.

Есть ещё один фактор этой ситуации. Рабочая сила здесь как у свежей, молодой расы. Русская крестьянская молодежь впервые в истории обрела возможность получить образование и технические навыки. Они впервые почувствовали перспективу "выйти" из ограничений крестьянской касты.

(Примечание Мемуариста. Сформулировано это всё послом едва ли не в нацистских, колониальных выражениях. Тем не менее, в главном он прав. Социализм впервые позволил тысячелетнему крестьянину выбраться из вековой нищеты и беспросветности.

В царские времена почти невозможно представить себе крестьянина, ставшего инженером, учёным, художником или артистом. А вот Советская власть сделала всех людей равными и впервые открыла перед молодёжью огромное количество путей. Продолжаем.)

В городе Днепропетровске (население 600 000 человек) есть университет, в котором, как утверждают, обучаются 25 000 студентов. Деревенский парень приехал в город и "уже на своём пути". Я был глубоко впечатлён серьёзностью, способностями и уравновешенностью людей (все молодые), которые отвечают за огромные промышленные предприятия, что я посетил.

Этот многочисленный класс молодого населения воодушевлён теми возможностями, которые открывают перед ним новые виды на будущее, благодаря применению науки и промышленности к огромным природным богатствам своей страны.

Вполне разумно предположить, что независимо от того, кто окажется во главе правительства, эта сила не будет отвергнута. Они вкусили плоды. С их природными минеральными и сельскохозяйственными богатствами, огромной фактической и потенциальной водной мощью, дешёвым внутренним водным транспортом, низкими затратами на рабочую силу и пониманием возможностей применения науки и техники к природным ресурсам, эта ситуация представляется мне аналогичной той неизбежности быстрого развития, с которой столкнулись Соединённые Штаты семьдесят лет назад.

(Примечание Мемуариста. Вывод посла о том, что нам просто повезло с богатой ресурсами страной и неважно, кто будет во главе государства, конечно, интересен. Только вот и полезные ископаемые всё те же, и люди ничуть не менее талантливы и земля плодоносит как и тысячу лет назад.

Одна проблема. Почему-то, со всеми этими ресурсами до Революции Россия оставалась достаточно бедной, средневековой аграрной страной. С чудовищным расслоением людей по уровню жизни и правам. И никаких Сталинских темпов роста промышленности и близко не наблюдалось.

С сожалением нужно отметить, что и после ухода вождя, при Хрущёве Советская экономика во многом катилась по накатанной. Всё медленнее, медленнее и медленнее. А сегодня, глядя на промышленные "успехи" нашей экономики и сравнивая их с первыми, вторыми, третьими местами в мире, о которых пишет посол, и вовсе слёзы на глаза наворачиваются.

А так-то да, совсем неважно, кто во главе правительства. Народ выучится, построит и выиграет войну вопреки. Свежо предание. Продолжание.)

Вероятно, пройдет еще несколько лет, прежде чем их производство повлияет на мировые рынки. Всё, что может быть произведено, на какое-то время потребуется для местного потребления, которое, как заявил мне президент Калинин, было огромным и походило на "пожирающий огонь".

Если же этот режим или подобный ему преемник сохранится ещё какое-то время, миру придётся считаться не только с потенциальными возможностями, но и с реальностью очень существенного фактора мировой экономики. Его влияние на экономическое и политическое развитие Европы и мира будет иметь далеко идущие последствия.

Возможная альтернатива, которую предоставляет будущее, состоит в том, что эта территория может быть разделена внутренней революцией на несколько крупных, независимых, автономных подразделений. Сходство интересов естественно сгруппировало бы их в Белоруссию (Западную Россию), Украину, Восточный Кавказ, Монголию, Восточные провинции и Сибирь.

В этих условиях интересно отметить, что РСФСР включает в себя часть Западной России от Финляндии до Каспийского и Черного морей, исключая Украину, и, как говорят, содержит 50% населения и 80% богатств. Было сказано, что линия, проведенная от Ленинграда до Каспийского моря, свяжет на востоке ту часть России, которая содержит 80% сельскохозяйственной продуктивности, 70% населения и очень большую часть её водных ресурсов, угля, стали и других основных ресурсов.

Если бы этот кусок был разделен ещё надвое, тем не менее, возможности, экономические и политические, при обещании дальнейшего развития были бы весьма существенными и оказали бы существенное влияние как на европейские, так и на мировые условия.

(Примечание Мемуариста. Понятно, что посол рассуждает теоретически. Тем не менее, это официальный доклад Белому дому. Вас не пугают откровения американца?

Все разговоры, оценки, расчёты сводятся ровно к одному. Какие силы могут свергнуть Советскую власть. И как бы раздербанить СССР на множество мелких осколков. Ровно как американцы раздербанили в конце девяностых Югославию на ожерелье маленьких враждебных марионеточных стран.

Одно печалит Дэйвиса. Как не руби СССР на куски, всё равно они остаются слишком сильными как в промышленном, так и в военном отношении. Что ты будешь делать! И это наши будущие союзники против Гитлера. Хороши, нечего сказать! Продолжаем.)

Третья альтернатива, которую предоставляет будущее, может быть возможной, но отдаленной случайностью завоевания или объединения Германии и России. Едва ли нужно указывать, что если бы немецкие научные, промышленные методы, немецкие управленческие способности и дисциплина были применены к человеческим ресурсам и богатствам здесь, то последствия для Европы и мира были бы очень велики.

(Примечание Мемуариста. Выскажу непопулярную точку зрения, но в начале тридцатых вполне существовала возможность для СССР и Германии двигаться в одном направлении. Дружественные или объединённые державы могли бы добиться совершенно титанических свершений для человечества.

Победи в Германии социалистическая Революция, глядишь – сегодня уже вместе на Марсе яблочки собирали. К сожалению, Германию тогда сожрал до хребта голодный зверь нацистской идеи.

Эти славные парни начали точить когти на мировое господство, поделили людей на сорта и принялись упоённо жечь несогласных в печах. После этого нам, увы, оставалась только одна дорога – к простой надписи русского Вани на обгорелых развалинах Рейхстага – "Дошли". Продолжаем.)

Вероятно, отчасти из-за этих соображений великие западноевропейские державы, как и другие нации, поддерживают здесь дипломатическое представительство, причем некоторые из них находятся в почти невыносимых условиях.

(Примечание Мемуариста. Боялись капиталисты нас, ох боялись. С ужасом ожидали, что товарищ Сталин плюнет на всё, нахлобучит на голову фашистскую фуражку и вместе с Гитлером даст прикурить всей этой западной шпане. Невдомёк было послу Дэйвису, что подобное невозможно в принципе.

И дело даже не в русском характере, а попросту в том, что коммунизм и фашизм – вещи несовместные. Первый за людей, свободу и процветание, второй – за неограниченную власть капитала людоедскими методами. Умнейший Сталинский тезис "искоренить войны можно только, прежде искоренив капитализм" многие не понимают и до сих пор. Продолжаем.)

Каково возможное значение СССР для Соединённых Штатов?

Традиционные отношения между Соединёнными Штатами и русским народом были основаны на дружбе и доброй воле. Екатерина Великая отказалась от настойчивых просьб Георга Третьего одолжить или нанять её войска для использования против американских колоний.

Прошлые исторические события и другие соображения объясняют тот факт, что существует, несомненно, большое дружелюбие со стороны русского народа по отношению к Соединённым Штатам.

(Примечание Мемуариста. Посол почему-то не вспоминает о "дружелюбных" американских оккупантах всего за два десятилетия до этого. Когда эти "дружелюбные" сидели в 1918-19 годах одним армейским корпусом в Архангельске и Мурманске. А вторым, Сибирским армейским корпусом во Владивостоке, Хабаровске и вдоль Транссиба.

В штате Мичиган до сих пор стоит памятник американским солдатам, погибшим в боях с русскими на севере. Памятник очень характерный – здоровенный белый медведь топчет солдатскую каску.

И нет, это не образ России. Полярными мишками янки-оккупанты гордо именовали себя. Бежали, правда, эти мишки от Красной армии поджав хвосты. Продолжаем.)

Как указывалось в предыдущем докладе, власти этого правительства зашли так далеко, что прямо заявили мне, их правительство сделает для Соединённых Штатов больше, чем для любой другой капиталистической страны. В последнее время они дали некоторые доказательства такого отношения (в частности, в делах Гринкевича и Рубенса).

Хотя здесь и существует диктатура, она, по-видимому, отличается от фашистской диктатуры, по крайней мере, в одном отношении. Диктатура над пролетариатом не является целью или итогом, к которым стремится эта система, как в случае с фашистской идеологией.

За факт диктатуры здесь извиняются. Она оправдывается тем, что это реальный способ, к которому прибегают только для защиты народных масс, пока они сами не смогут править в системе, где идеологически верховенствует индивид, а не государство. Более того, нет никаких сомнений в нынешней искренности этого режима в его стремлении к поддержанию мира.

При объективном рассмотрении и без учета идеологических конфликтов, существуют определенные факты, которые жизненно влияют на Соединённые Штаты. Ресурсы России, стратегические и необходимые в военное время, дополняют и восполняют недостаток тех, что имеются в США.

Нет никакого конфликта физических интересов между Соединёнными Штатами и СССР, нет ничего такого, что было бы желательным или могло бы быть взято другим.

Территория СССР примыкает к Маньчжоу-Го и лежит к западу и северу от него, а также к северу, востоку и западу от Японии. Как указывалось выше, СССР поддерживает в этом регионе полную и самодостаточную армию, численность которой по разным оценкам составляет от 350 000 до 450 000 человек.

Эти вооруженные силы оснащены современным вооружением, и утверждается, что они располагают достаточными запасами, независимыми от западной России, для двухлетней агрессивной кампании. Сообщается, что неизменной политикой правительства является постоянное содержание в этом регионе двух Советских солдат на каждого японского солдата в Маньчжоу-Го.

Советский союз прилагает большие усилия для создания своего военно-морского флота. В настоящее время утверждается, что у них есть сорок подводных лодок в водах Тихого океана.

Владивосток и восточные провинции являются базами для большого количества российских бомбардировщиков и самолетов-перехватчиков (вероятно, 1 500), все они находятся в пределах радиуса полёта до японских городов, которые в основном построены из дерева.

(Примечание Мемуариста. Как мы уже упоминали, выжгли эти деревянные японские городки почему-то не Советские бомбардировщики, а вполне мирные и демократические американские каратели. Продолжаем.)

Консул нашей службы Блейк, недавно прибывший сюда из Японии, сообщил, что среди японских бизнесменов много обсуждается опасность, исходящая от российских самолетов.

Есть одна ситуация, из которой может развиться очень серьёзный вопрос. Речь идёт о возможном вторжении СССР через Коминтерн во внутренние дела Соединённых Штатов. К счастью, это было в значительной степени устранено соглашением, заключенным между президентом Рузвельтом и комиссаром Литвиновым в 1934-м году. Очевидно, со стороны Коминтерна очень мало активности.

(Примечание Мемуариста. Боялись капиталисты Коминтерна как огня. Вдруг, да полыхнёт в родных США социалистическая Революция! И даже при том, что мировая Революция явным образом в тот момент не получилась, страх перед Коминтерном был неописуемый.

В 1943-м году Сталин был вынужден формально распустить Коминтерн, чтобы союзники начали хотя бы говорить о жизненно необходимом Втором фронте. Впрочем, после Войны Коминтерн был развёрнут снова, хоть и в меньших масштабах.

Случилось это после того, как бывшие союзнички принялись совершенно отчётливо строить новую враждебную СССР силу в Европе. В этот раз, на базе будущей ФРГ. До сих пор не могу понять, почему поддержка зарубежных компартий Союзом на базе Коминтерна – это плохо, а еще более масштабная накачка американскими деньгами вражеской для СССР ФРГ по плану Маршалла – это совершенно благое дело.

Сталинский Коминформ появился в конце 1947-го и стал пугать капиталистов ничуть не меньше былого Коминтерна. Окончательно порушил Советскую поддержку Коминформа, как и многие другие Сталинские идеи – кукурузный деятель Хрущёв. Очень зря порушил. Продолжаем.)

Французский посол заявил мне, что, по его мнению, Сталинское правительство желает ослабить контакты с мировыми революционными силами и уменьшило бы свой интерес к Коминтерну, если бы не тот факт, что правительство желает использовать Коминтерн в качестве вспомогательного средства военной обороны на случай войны с государствами-агрессорами. Последние события, однако, ясно показывают, что Коминтерн не будет распущен. Наряду с Красной Армией и тайной полицией, "рабочие мира" выступают в роли защитников России от фашистского нападения.

Общая позиция между Соединёнными Штатами и СССР, которая, на мой взгляд, будет сохраняться в течение длительного периода времени, заключается в том, что оба они являются искренними сторонниками мира во всем мире.

По моему мнению, нет никакой опасности со стороны коммунизма, в том, что касается Соединённых Штатов. Чтобы сохранить свое существование, это правительство должно применять капиталистические принципы. В противном случае, оно потерпит неудачу и будет свергнуто. Люди, находящиеся сейчас у власти, этого не допустят, если только смогут этого избежать.

Я ожидаю, что это правительство, заявляя о преданности коммунизму, будет постоянно двигаться вправо, на практике, как это было в течение последних восьми лет. Если оно сохранится, то может развиться в тип Фабианского социализма, с крупной промышленностью в руках государства, с сельскохозяйственными и мелкими предприятиями и торговцами, работающими на капиталистических, имущественных и прибыльных принципах.

(Примечание Мемуариста. Фабианский социализм – модное британское течение середины девятнадцатого века. Эти парни пропагандируют постепенный переход к социализму. Как-нибудь, само всё разрешится.

Называют себя они в честь римского полководца Фабия Медлительного. "Знаменит" Фабий в кавычках тем, что всячески уклонялся от решительных сражений с армией Ганнибала. "Мне руку поднял рефери, которой я не бил", в общем.

Успешность такого подхода ярко иллюстрирует наступивший через сто пятьдесят лет фабианской борьбы в Англии социализм. Хотя нет, погодите… Продолжаем.)

Резюме.

Протяженность территории, природные богатства – сельское хозяйство, минеральные ресурсы, водные ресурсы, рыболовство, природные пути и рабочая сила СССР – представляют собой ситуацию, богатую возможностями колоссального экономического развития и могущества.

(Примечание Мемуариста. Посол в оригинальном тексте вообще употребляет слова "беременную возможностями".)

Большевистский режим десять лет барахтался на грани анархии и хаоса, но за последние десять лет по пятилетним планам совершенно очевидны самые невероятные результаты гидротехнического, промышленного, коммуникационного, социального, образовательного и военного развития. Это, несомненно, связано с движущей силой Сталина. Для меня очень заметен изрядный отход от коммунистического принципа на практике. Чтобы заставить систему работать, пришлось прибегнуть к мотиву прибыли.

Слабости этой системы многочисленны и очевидны. Коммунизм здесь потерпит крах. Человеческая природа не может измениться за два поколения. Эта система является теперь разновидностью капиталистического государственного социализма. Его дальнейшее существование и развитие невозможно предсказать, так как в проблеме существует слишком много неизвестных, таких как европейская война и т.д.

Общепринято считать, что если бы нынешнее правительство было свергнуто "изнутри" военной диктатурой или иным способом, государственный социализм всё равно бы сохранился, благодаря воспитанию каждого последующего класса детей в течение последних двадцати лет. Все они были бы воспитаны в религии своих теорий.

Сила нынешнего режима заключается в решительном, смелом и умелом руководстве Сталина. Он полностью контролирует армию, тайную полицию, газеты, радио и школы. Сталин быстро становится, наряду с Лениным, "сверхчеловеческим" идеалом масс.

(Примечание Мемуариста. В тексте посол называет Сталина буквально "суперменом". Забавно, что первый комикс про Супермена вышел в США в том же самом июне 1938-го года. Совпадение? Продолжаем.)

В настоящее время этот режим прочно укоренился. Существует всегда, однако, угроза, которая нависла над диктатурами. За исключением несчастных случаев или убийств, связанных с государственным переворотом, нынешний режим сохранится ещё некоторое время.

Военная мощь СССР впечатляет. Как в качественном, так и в количественном отношении человеческая сила необычайна. Постоянная армия численностью около 1 500 000 человек разделена на две самостоятельные части, одну на Западе и одну на Востоке – около 70% на Западе и 30% на востоке.

Она хорошо вооружена личным оружием, хорошо дисциплинирована и обучена фанатичной преданности коммунизму. Её механизированные части очень хороши. Личный состав ВВС превосходен – их техника хороша в самолетах-перехватчиках, и гораздо хуже в бомбардировочной технике.

Численно военно-воздушные силы, вероятно, являются самыми сильными из великих держав. По авиационной технике, вообще говоря, они, наверное, на два-три года отстают от западных стран.

Правительство в высшей степени уверено, что сможет успешно противостоять одновременному нападению Японии и Германии. Было бы чрезвычайно трудно победить или уничтожить эти силы с их союзником – русской зимой. Слабость кроется, пожалуй, во второй линии обороны – промышленном производстве за линией фронта и достаточных поставках высококачественных нефтепродуктов.

Значение этой ситуации для Европы и всего мира очень велико. Независимо от того, какой режим или какой характер правления существует, те силы, которые были приведены в движение, применительно к этому огромному природному богатству, неизбежно разовьются в экономический фактор существенного характера, который даст о себе знать в Европе и мировых делах.

Значение этого для Соединённых Штатов совершенно ясно. Если Япония вдруг взбесится, тот факт, что Россия стоит у неё за спиной, будет иметь для нас большое значение. Советский Союз более дружелюбен к Соединённым Штатам, чем к любой другой иностранной державе. Это совершенно ясно.

Если СССР будет исключен из предложенного пакта четырёх держав и изолирован (в чём он теперь, кажется, убежден), есть основания полагать, что он может продолжить жить сам по себе и развиваться бесконечно. Он может превратиться в потенциальную угрозу мировой экономической и политической стабильности.

Коммунизм не несёт серьезной угрозы Соединённым Штатам. Дружеские отношения в будущем могут иметь большое общее значение. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Заключительный отчет.

Номер 1342, Москва, 6-е июня 1938-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Заключительный отчет, дополняющий общий отчёт номер 1341 от 6-го июня 1938-го года, составленный после моего отъезда из Советского Союза.

Доклад о нерешенных вопросах, рекомендации относительно политики.

Совершенно секретно.

Покидая этот пост и приступая к исполнению обязанностей в Брюсселе, я счел своим долгом представить Вам окончательный доклад, в котором излагались бы мои выводы относительно фактов, которые я нашел здесь, о положении дел, находящихся на рассмотрении. Вместе с замечаниями относительно того, каким образом эти вопросы можно было бы наилучшим образом решить и, наконец, о политике, которую, по моему мнению, было бы в наилучших интересах правительства Соединённых Штатов принять в отношении сложившейся здесь ситуации. Поэтому имею честь сообщить следующее.

Этот доклад отсылает к докладу номер 1341 от 6-го июня 1938-го года, который является фактическим общим обзором. Настоящий доклад является дополнением к нему и должен быть прочитан в связи с ним.

Конкретные, еще не решённые вопросы.

Основные конкретные вопросы, которые в настоящее время находятся на рассмотрении двух правительств, заключаются в следующем:

Первое. Выплата российских долгов и займов Соединённым Штатам или их гражданам.

Второе. Коминтерн.

Третье. Защита американских граждан.

Четвёртое. Дело Гринкевича.

Пятое. Дело Рубенса.

Шестое. Коммерческие отношения и статус наиболее благоприятствуемой нации.

Коминтерн.

Говоря о ситуации в Коминтерне, я всегда давал понять Советским официальным лицам, что позиция Соединённых Штатов заключается в том, что они ожидают от Советского Союза строгого выполнения обещаний, данных правительству Соединённых Штатов.

Есть три фактора в этой связи, которые важны, и которые следует иметь в виду. Во-первых, контакты с мировым революционным движением в других капиталистических странах теперь рассматриваются Советскими официальными лицами как имеющие жизненно важное значение для Советского Союза как учреждения военной обороны (смотри доклад и заявление французского посла по этому поводу).

Во-вторых, в прошлом у Сталинского правительства была определенная склонность минимизировать свой интерес к мировым революционным движениям. Интерес этого правительства к Коминтерну непосредственно связан с его опасениями опасности военного нападения стран-агрессоров, и в данный момент оно вновь подчеркивает свой интерес к Коминтерну.

В-третьих, в настоящее время подрывная деятельность Коминтерна в Соединённых Штатах, по-видимому, незначительна.

Таким образом, вопрос о Коминтерне в практическом отношении стал в значительной степени академическим в том, что касается каких-либо жизненно важных интересов Соединённых Штатов. Поэтому, если только эта идея не будет реализована в Соединённых Штатах более агрессивной и более заметной деятельностью, чем та, которая существует в настоящее время, было бы целесообразно, на мой взгляд, строго придерживаться нашей позиции в отношении этого формального вопроса. При этом спокойно игнорировать этот вопрос, если только и до тех пор, пока он не угрожает нашему благополучию.

В настоящее время, по крайней мере в существующих условиях, не рекомендуется "хвататься за топор, чтобы убить муху."

Защита американских граждан.

Традиционная политика Соединённых Штатов, которая была подтверждена и подчеркнута госсекретарём США, по бдительной защите прав американских граждан, во все времена энергично проводилась этой миссией. В настоящее время на рассмотрении находятся две основные ситуации. Это дела Гринкевича и Рубенса.

В настоящее время они являются единственными американскими гражданами, содержащимися в тюрьме на основании того, что представляется политическими мотивами.

Примечание посла. Миссис Рубенс отказалась от нашей помощи и не проявила никакого желания возвращаться в Соединённые Штаты, где ей грозило уголовное преследование за нарушение федерального законодательства, связанное с предполагаемыми махинациями с паспортами.

В связи с этими ситуациями следует рассмотреть предысторию, существующую в настоящее время. Это состояние граничит с паникой. Правительство одержимо мыслью, что оно окружено враждебным миром, находится в изоляции и к нему тянутся руки всех капиталистических наций.

(Примечание Мемуариста. Мы окружены лагерем империализма! Портфеля и сумки должны быть сданы! Именно так! Продолжаем.)

Психология войны сильна. Практически введены законы военного времени. Правительство убеждено, что столкнулось с реальной угрозой враждебной агрессии со стороны Германии и Японии. Оно действует с силой и энергией, чтобы защитить себя, и делает это совершенно без деликатности.

Иностранные консульства безжалостно закрыты. Тысячи иностранных граждан арестованы, заключены в тюрьмы и содержатся без связи с внешним миром. Недавно послы Англии, Франции, Германии, Италии, Турции, Персии и Афганистана сообщили мне, что представителям их правительств, соответственно, не разрешается беседовать с их гражданами, которые были заключены здесь в тюрьму до суда. Тысячи греков, персов и афганцев, сотни немцев и поляков, а также значительное число английских и итальянских граждан были заключены в тюрьмы и содержались в таких условиях.

Общая политика.

Ввиду сокращения числа американских граждан, находящихся в настоящее время в Советском Союзе, и на многих других основаниях можно было бы привести веский аргумент, с определенной точки зрения, что в продолжении дипломатических отношений здесь в нынешних условиях нет необходимости и это нецелесообразно.

Ввиду экстраординарных экономических и политических возможностей, которые существуют здесь и которые, несомненно, будут продолжать оказывать всё большее влияние как на экономические, так и на политические условия в Европе, а также в мире, и особенно в свете позиции Японии на Тихом океане, было бы неразумно менять нынешний статус или рассматривать вопрос о разрыве дипломатических отношений иначе, как в случае серьёзной провокации.

По моему мнению, важность этой посольской миссии не следует преуменьшать, равно как не следует сокращать дипломатический секретариат.

Не менее важным для сохранения дипломатических отношений является вопрос политики в отношении методов, которые должны применяться в вопросах, возникающих между двумя правительствами. А также, общего курса, которое эта миссия должна поддерживать в своих отношениях с Советским правительством и Советскими должностными лицами.

Изменение условий по сравнению с обстановкой три года назад.

Условия радикально изменились с 1935-го года. Когда Советское правительство не выполнило свои обязательства по кредитам, долгам и соглашениям Коминтерна, наше правительство почувствовало себя должным образом обиженным. При таких условиях вполне естественно, что консульское представительство и персонал должны быть сокращены в знак протеста.

Тогда была правильно выбрана политика поддержания строго формальных отношений, решительно требовавшая, чтобы СССР строго соблюдал все и всяческие обязательства, как по букве, так и по духу, с характерным непреклонным, несгибаемым и, возможно, критическим отношением.

Однако, условия здесь, особенно в последние полтора года, радикально изменились. Ситуация и здесь, как влияющая на европейский мир, и на Тихом океане, и на Дальнем Востоке кардинально отличается. Отчужденность, которая могла бы вызвать раздражение три года назад, сейчас не имела бы больших последствий.

Сейчас речь идёт о более серьезных проблемах. Внутренние условия тоже очень разные. Сейчас это правительство, судя по всему, переживает кризис. Враждебность к иностранцам очень сильна.

Официальные правительственные органы утверждают, что дипломатические и консульские представительства в Советском Союзе являются гнёздами для шпионажа и шпионской деятельности стран-агрессоров и что они фактически угрожают Советскому правительству.

Тысячи афганцев, греков и турок, сотни немцев и поляков, десятки японцев и даже некоторые британские граждане были арестованы и заключены в тюрьму по обвинению в подрывной деятельности. Эти заключённые-иностранцы содержались без связи с внешним миром. Дипломатическим представителям их правительств постоянно отказывали в возможности допросить этих граждан в тюрьме до окончания судебного разбирательства.

Несмотря на эти условия и в этот период, Советское правительство сделало всё возможное, чтобы уделить особое внимание правительству Соединённых Штатов. Это было сделано как поведением, так и устными высказываниями.

Это было наглядно продемонстрировано и в деле Гринкевича, и в деле Рубенса. Высшие должностные лица Советского Союза заявили мне, что они пойдут в дружбе с Соединёнными Штатами дальше, чем с любой другой нацией в мире.

Исходя из того, что Соединённые Штаты решат поддерживать здесь дипломатические отношения, я считаю целесообразным, чтобы эта миссия осуществлялась в максимально дружественном и гармоничном духе, совместимом со строгим соблюдением всех обязательств, вытекающих из соглашений между двумя странами.

Целостность нашей демократической системы и наше требование неукоснительного выполнения Советских обещаний должны, конечно, всегда энергично поддерживаться, но методы, применяемые в связи с текущими делами относительно меньшей важности, и фактически методы, применяемые во всех делах, должны основываться не на критическом и нетерпимом отношении, которое вызывает раздражение. А на отношении терпимого понимания трудностей, с которыми сталкиваются здесь должностные лица.

Это не должно быть отношением, которое могло бы вызвать подозрения и враждебность, направленные против нас. Мы не должны, по причине нашего поведения, быть причислены к "вражеским силам".

Такая политика никоим образом не предполагает утверждения идеологических концепций этого правительства. Однако, она признает право на самоопределение.

Это толкование высоких и христианских деклараций внешней политики Соединённых Штатов, выраженных президентом Соединённых Штатов и государственным секретарём в связи с иностранными делами. Это "политика добрососедства", которая соответствует лучшим традициям нашей дипломатической истории.

После моих бесед с президентом Соединённых Штатов и государственным секретарём по случаю моего последнего визита в Соединённые Штаты, а также после моего возвращения сюда и в соответствии с инструкциями, как я их понимал, я предпринял усилия для разработки и осуществления этой политики. На мой взгляд, она была успешной. Нет сомнений в искренности и дружеском отношении СССР к правительству Соединённых Штатов, в заметном контрасте и в большей степени, чем к любой другой нации.

Мой опыт показывает, что в тех случаях, когда отношения между двумя странами строятся в духе терпимости, взаимопонимания и дружелюбия, правительство страны незамедлительно и великодушно откликается на попытки достичь разумного соглашения.

Покидая этот пост, могу сказать, что, по моему мнению, несмотря на то, что мы во все времена заявляли о верности нашим политическим идеалам и нашей системе правления, и несмотря на то, что мы во все времена настойчиво отстаивали и энергично защищали достоинство и права правительства Соединённых Штатов, поведение миссии здесь, тем не менее, отражало исторические традиции дружбы, существовавшие между американским и русским народами. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Дневник, в море, 6-го июля 1938-го.

Отплыл на "Квин-Мэри" на мой новый пост. В Бельгию.

Часть девятая. Плоды миссии

6-е июля – 28-е октября 1938-го.

Журнал Брюссель, 6-е сентября 1938-го.

Несмотря на то, что я уже не в Москве, меня очень интересует всё, что отражается на Советской военной мощи. Вот оценка Гитлера.

Первое. В России придётся иметь дело с нацией в 180 миллионов человек.

Второе. Россия территориально защищена от нападения.

Третье. Россия никогда не может быть преодолена блокадой.

Четвёртое. Её промышленность защищена от воздушных атак, так как наиболее важные промышленные центры находятся на расстоянии от 4 000 до 6 000 километров от границ.

"Этих четырёх фактов", – сказал он, – "должно быть достаточно, чтобы установить опасную власть этой страны. Но к ним прибавляется сила революционной идеи и решительное стремление власть имущих совершить мировую Революцию.

С этой целью была создана армия высочайшего технического совершенства. С той же целью в отношении экономики проводится опасная демпинговая политика, направленная на подрыв экономических систем других стран с помощью рабской заработной платы."

"Нынешнее развитие России даёт повод для размышлений", – продолжал он. "В 1917-м году Россия была в упадке. В 1920-м году её раздирала Гражданская война. В 1924-м и 1925-м годах с созданием Красной армии стали появляться первые признаки выздоровления. В 1927-м году был начат и затем осуществлён первый пятилетний план. В 1932 году началась вторая пятилетка, которая сейчас в самом разгаре.

Россия имеет крепкую торговлю, самую сильную армию, самые сильные танковые корпуса и самую сильную авиацию в мире. Это факты, которые нельзя игнорировать!"

Это я нашел в книге маркиза Лондондерри, только что вышедшей в Лондоне. Я не очень высокого мнения об отношении Лондондерри к Германии. Но я уверен, то, что сказал Гитлер, является правдой.

Брюссель, Бельгия, 10-е сентября 1938-го.

Достопочтенному Молотову.

Уважаемый господин премьер!

Вы, несомненно, слышали от мистера Розова о делах, которые мы обсуждали, и к этому времени получили от него переданное мной сообщение. Вы увидите, что ситуация с долгом может быть рассмотрена предвзято, если мы сейчас представим её на рассмотрение.

Из моих бесед с президентом и госсекретарём я лично чувствую уверенность, что в рамках практических ограничений, стоящих перед каждым правительством, может быть выработано нечто такое, что будет взаимоприемлемо после того, как наш конгресс вновь соберется.

Президент и государственный секретарь были глубоко заинтересованы и впечатлены духом вашего правительства по отношению к этому вопросу. Как Вы сказали, даже если ничего конкретного не произойдет, ситуация, тем не менее, привела и должна привести к ещё лучшему взаимопониманию между двумя великими правительствами и их лидерами. Если в какой-то момент я могу быть Вам полезен, помогая согласовать это или любое другое разногласие, я всегда буду рад оказаться к Вашим услугам.

Я всегда буду вспоминать с глубокой признательностью моё пребывание в России, а также, о всеобщей доброте, которую я получал из рук прекрасного русского народа, и о многих любезностях, оказанных мне представителями правительства Советского Союза.

Отдельно я переслал Вам с автографом экземпляр каталога моей коллекции русских картин, которую мне удалось с помощью Вашего правительства передать моей старой альма-матер, Висконсинскому университету.

Мы очень приятно расположились в Брюсселе, и я уверен, что мы будем наслаждаться жизнью здесь, но я скучаю по Москве и буду с нетерпением ждать возвращения туда время от времени, чтобы увидеть большие перемены, которые, я уверен, Вы собираетесь осуществить в соответствии с Вашими планами.

Брюссель, Бельгия, 10-е сентября 1938-го.

Достопочтенному Иосифу Сталину.

Мой дорогой мистер Сталин!

Я нахожу большое удовлетворение в нашем разговоре. Оно заключается в следующем: он помог прояснить некоторые возможные недоразумения, которые существовали. Я уверен, это привело к лучшему взаимопониманию между правящими силами наших великих стран и к улучшению отношений между ними.

Как сказал мне на прощание премьер-министр Молотов (и очень мудро): что бы ни вышло из тех конкретных вопросов, которые мы обсуждали, благодаря этому лучшему взаимопониманию будет достигнута добрая воля. Мне очень приятно, что за время моего пребывания на посту посла в СССР, и в немалой степени благодаря способностям и откровенности вашего великого наркома иностранных дел мистера Литвинова, отношения между Советским Союзом и Соединёнными Штатами никогда не были на лучшей основе взаимопонимания.

Через Мистера Розова, который всегда очень полезен, я передал Вам сообщение, касающееся вопроса долга, который мы обсуждали. Несомненно, Вы получили его раньше и были проинформированы о ситуации, как я её нахожу.

К сожалению, в силу сложившихся в моей стране обстоятельств было бы целесообразно временно отложить дальнейшее обсуждение именно в это время.

Однако, могу сказать, что на президента и госсекретаря Халла произвёл самое благоприятное впечатление дух, который Вы и правительство Советского Союза проявили в стремлении соблюсти дух соглашения Рузвельта-Литвинова. Президент вполне определённо надеется, что позднее можно будет выработать некую договоренность, которая будет соответствовать практическим возможностям, стоящим перед обоими правительствами.

Я буду следить за развитием этого вопроса и всегда готов помочь в заключении взаимовыгодного соглашения между нашими руководителями, когда это будет сочтено желательным. Тем временем, отчёт об этих предложениях, а также обсуждения в моем правительстве, касающиеся их, хранятся в строжайшей тайне.

Для меня было большой радостью, что вопрос о линкоре был удовлетворительно проработан. Если посол Трояновский всё еще в Москве, пожалуйста, передайте ему и миссис Трояновской самые добрые пожелания от миссис Дэйвис и меня.

Советская мощь в случае войны.

Выдержка из письма президенту Рузвельту.

Брюссель, 18-е января 1939-го.

Я считаю, что и Советское правительство, и его армия гораздо сильнее, чем принято считать в некоторых европейских кругах. Теперь правительство, по крайней мере, привержено международному миру. Кроме того, в течение многих лет его экономические потребности будут требовать мира, если это возможно.

Руководители Советского правительства заявили мне, что в мире есть только одно правительство, которому они доверяют, и это – правительство Соединённых Штатов под Вашим руководством.

В случае такого страшного бедствия, как международный конфликт между тоталитарными и демократическими государствами, Советское правительство является, на мой взгляд, гораздо более мощным фактором, чем допускают реакционеры Европы, и может иметь наибольшую ценность.

Брюссель, 18-е января 1939-го.

Достопочтенному Гарри Гопкинсу.

Мой дорогой Гарри!

Когда я был дома в последний раз и после нашего визита в дом Джорджа Холмса, я хотел поговорить с тобой более подробно. Я пытался дозвониться до тебя, но тебя не было дома, и мне пришлось уехать, так и не увидев тебя.

Условия здесь просто адские. Мир Чемберлена – это провал. Таково подавляющее мнение в здешних дипломатических кругах. Мира нет. Проблема колоний, вероятно, была решена Чемберленом вместе с Гитлером в Мюнхене.

Аппетит растёт во время еды. Следующим кризисом будет либо польский коридор, либо Украина – и очень скоро. Весь ужас в том, что нет ни коллективной безопасности, ни баланса сил для обеспечения мира и цивилизации в Европе.

В Англии, по-видимому, нет руководства, способного спровоцировать восстание. Адвокат не может выиграть судебный процесс или битву, если сам не говорит правду и считает ответчика мошенником.

Другими словами, если Вы сами не выйдете во главе тех, кого ведёте, масса, вероятно, будет беспомощно барахтаться. Франция вся разлетелась на куски. В результате, в Европе нет никакого руководства, кроме тоталитарного.

Президент поднял факел, который уронил Чемберлен, и его заявление для печати об обращении с евреями в Германии сделало его бесспорным лидером мирового общественного мнения и демократического морального возмущения. Но диктаторов это не волнует.

В частности, есть одна вещь, которую можно сделать сейчас, на мой взгляд, и которая заключается в том, чтобы дать некоторый стимул России продолжать отстаивать коллективную безопасность и мир. Реакционеры Англии и Франции поместили её в карантин. Пугало, что война повлечет за собой коммунизм в побеждённой Германии и Центральной Европе, – это просто чушь.

Германия станет социалистической или разумной военной автократией. Польша и Румыния всё еще представляют собой разделительный ров. Более того, Советам есть что переварить в России. Такова политика Сталина – мир для укрепления своих экономических позиций – это то, что им нужно, и они это знают.

Россия подала уведомление об отказе от договора о ненападении с Польшей за четыре недели до чешского кризиса, чтобы выполнить своё обещание Франции, в отличие от действий Англии и Франции, которые вели Чехословакию к блоку под ложными заверениями, вплоть до последней минуты.

Политика Чемберлена, направленная на то, чтобы бросить Италию, Польшу и Венгрию в объятия Гитлера, может быть завершена таким отвращением Советов, что это приведёт Россию к экономическому соглашению и идеологическому перемирию с Гитлером. Это не выходит за рамки возможностей или даже вероятности – они делали это в течение десяти лет.

Смысл всего этого в том, что президент мог бы остановить эту тенденцию, немедленно назначив послом в Россию сильного человека. Президент согласился со мной дома, что это должен быть успешный бизнесмен с чётко определенными идеями либерализма и открытым умом. Он доверительно поручил мне предложить его одному человеку, но, к сожалению, тот не смог поехать.

Помимо более широкого рассмотрения, есть конкретный факт, что в общих интересах Советов и нашего собственного правительства – в отношении Японии – быть в дружеских отношениях.

Реакционеры Англии и Франции в своем отчаянии вскоре будут добиваться поддержки Советов, но, возможно, будет слишком поздно, если Советы окончательно разочаруются в Западе.

Дневник, Брюссель, 30-е января 1939-го.

Только что был опубликован план третьей Советской пятилетки (1938-1942 годов). Самое главное, этот план должен быть направлен не на продолжение производства потребительских товаров, а прежде всего, на обеспечение самодостаточности страны в основных отраслях тяжелой промышленности, в производстве вооружений и боеприпасов.

Иными словами, они возвращаются к первой пятилетке, которая была посвящена тяжелой промышленности. Судя по всему, лихорадочная оборонная программа, которую я видел в Москве два года назад, не утихла и не ослабла.

Дневник, Брюссель, 2-е февраля 1939-го.

Российское информационное агентство ТАСС сообщает сегодня, что нарком иностранных дел Литвинов направил в Венгрию уведомление о разрыве дипломатических отношений СССР с этой страной. Причина заключалась в том, что Венгрия присоединилась к Антикоминтерновскому пакту, "утратила свою независимость и перестала быть свободным агентом", уступая давлению "некоторых государств".

Дневник, Брюссель, 6-е февраля 1939-го.

Британский посол лорд Клайв нанёс мне визит и сказал, что мистер Хадсон, глава Торгового совета, собирается в Бельгию и хотел бы меня видеть. Я тут же пригласил их на чай. Хадсон, направлявшийся в Москву с британской миссией, был очень заинтересован в разговоре со мной о России.

Я откровенно изложил ему факты так, как я их видел. Он был удивлён – даже поражён. Он сказал: "Это невероятно. Почему мы не получаем таких же сообщений от наших людей в Москве? Их отчеты определенно говорят об обратном".

Я ответил: "Ну, может быть, они и правы. Возможно, я ошибаюсь. Я просто даю Вам факты о том, что видел сам, и из этого Вы можете сделать свои собственные выводы." Если бы Вы спросили меня, почему наши отчеты расходятся, я бы ответил, что это можно найти в том факте, что я не профессиональный дипломат, а юрист и бизнесмен, который привык выносить суждения о ситуациях, в которых для меня лично всегда было важно распознавать факты, когда я их вижу, и не ошибаться в интерпретации.

И хотя я не желал бы бросать тень на британское посольство в Москве с его личным составом (я очень восхищался рассудительностью и мудростью лорда Чильстона), тем не менее, я считал, что в любой бюрократической организации всегда есть тенденция докладывать своим начальникам то, что они хотят услышать.

Это был довольно сильный персонал, но они британцы, а британцы – хорошие спортсмены и любят честную игру. Я откровенно сказал, что было бы величайшей катастрофой для мира, если бы Англия и Франция не объединились решительно с Россией в общий фронт для защиты мира против безумца Гитлера.

Дневник, Брюссель, 3-е марта 1939-го.

Наконец несчастный испанский комитет по невмешательству исчез из поля зрения. Советское правительство отозвало своего делегата из Лондона. Объявление было составлено в типичной для Литвинова фразеологии.

Объявленная причина состояла в том, что комитет давно перестал функционировать и "даже потерял смысл своего собственного существования". В течение всего периода, когда немецкие и итальянские делегаты в комитете вели изменчивую игру в связи с испанской ситуацией, никто так не страдал от того, что считалось "оскорблением их разума", как Литвинов и Советские чиновники.

Журнал, Брюссель, 11-е марта 1939-го.

Вчерашнее московское радио и сегодняшние сообщения печати передают речь Сталина о внешней политике Советского Союза, произнесённую накануне восемнадцатого съезда партии. Это очень важное заявление.

Оно несёт на себе отпечаток определенного предупреждения британскому и французскому правительствам о том, что Советы устали от "нереалистичного" противостояния агрессорам.

Сталин сказал, в сущности, следующее.

Первое. Мы хотим мира и дружественных отношений со всеми странами, а также хотим по возможности укреплять наши торговые связи.

Второе. Мы стремимся к добрососедским отношениям, особенно, с приграничными странами.

Третье. Мы поддерживаем народы, ставшие жертвами агрессии, в их борьбе за сохранение своей независимости.

Четвёртое. Мы не боимся агрессора и готовы нанести "двойной контрудар" в случае нападения как с востока, так и с запада.

Затем он сказал, что "государства, не проявляющие агрессии", и в особенности Англия и Франция, "отступали и отступают" и "делают одну уступку за другой" диктаторам. Они, по его словам, полностью отказались от политики "коллективной безопасности" и плана единого фронта защиты от "бандитов".

Что еще важнее, он утверждал, что эти две страны в своих собственных интересах подстрекают Германию к нападению на СССР. Их цель в этом была эгоистичной, чтобы дать им возможность после того, как противоборствующие стороны изнурят себя, вмешаться "в интересах мира" и диктовать условия мира исключительно на основе собственных интересов.

Далее он сказал, что Франция и Англия отдали Австрию Германии, нарушили свои обязательства перед Чехословакией и "выкрикивали ложь" в прессе о слабости русской армии и беспорядках в Советском Союзе, чтобы подтолкнуть немцев к войне против СССР, исходя из теории, что русские окажутся лёгкой добычей.

Это, по словам Сталина, "очень похоже на поощрение агрессора."

Зная Россию, как знаю её я, чувствую, что это очень обескураживает и действительно угрожает переговорам, ведущимся сейчас между британским Форин Офисом и Советским Союзом в связи с гарантиями Польше и Румынии в случае нападения Германии.

Это, безусловно, самый значительный сигнал опасности, который я когда-либо видел. Будет катастрофа, если демократии не смогут использовать имеющиеся здесь сильные стороны против агрессии Гитлера.

(Примечание Мемуариста. Действительно, открываем "Правду" за 11-е марта и читаем доклад товарища Сталина. Один из разделов доклада называется незатейливо "Начало новой империалистической войны". Это к вопросу о том, что Сталин не догадывался о зловещих планах Гитлера вплоть до его коварного нападения на СССР.

Позволим себе процитировать пару небольших отрывков из того доклада вождя. Слово товарищу Сталину!

"Вот перечень важнейших событий за отчётный период, положивших начало империалистической войне. В 1935-м году Италия напала на Абиссинию и захватила её. Летом 1936-го года Германия и Италия организовали военную интервенцию в Испании, причем Германия утвердилась на севере Испании и в испанском Марокко, а Италия – на юге Испании и на Балеарских островах. В 1937-м году Япония, после захвата Манчжурии, вторглась в Северный и Центральный Китай, заняла Пекин, Тяньцзин, Шанхай и стала вытеснять из зоны оккупации своих иностранных конкурентов.

В начале 1938-го года Германия захватила Австрию, а осенью 1938-го года – Судетскую область Чехословакии. В конце 1938-го года Япония захватила Кантон, а в начале 1939-го года – остров Хайнань.

Таким образом, война, так незаметно подкравшаяся к народам, втянула в свою орбиту свыше пятисот миллионов населения, распространив сферу своего действия на громадную территорию – от Тяньцзина, Шанхая и Кантона через Абиссинию до Гибралтара."

"Войну ведут государства-агрессоры, всячески ущемляя интересы неагрессивных государств, прежде всего Англии, Франции, США, а последние пятятся назад и отступают, давая агрессорам уступку за уступкой. Таким образом, на наших глазах происходит открытый передел мира и сфер влияния за счет интересов неагрессивных государств без каких-либо попыток отпора и даже при некотором попустительстве со стороны последних. Невероятно, но факт!"

"Я далек от того, чтобы морализировать по поводу политики невмешательства, говорить об измене, о предательстве и т.п. Наивно читать мораль людям, не признающим человеческой морали. Политика есть политика, как говорят старые прожжённые буржуазные дипломаты. Необходимо, однако, заметить, что большая и опасная политическая игра, начатая сторонниками политики невмешательства; может окончиться для них серьезным провалом." Золотые слова. Продолжаем.)

Выдержка из письма к Верховному судье Ричарду Уэйли.

Брюссель, 20-е марта 1939-го.

Как жаль, что в Европе нет Франклина Рузвельта! Он ясно видел эту ситуацию два года назад. Но, конечно, без вмешательства в европейские дела он ничего не мог сделать эффективно. Есть только один четкий вызов агрессорам по реальному вопросу – о личной свободе и религии – и это голос босса.

И в печати, и в дипломатических кругах сейчас это распространённое мнение. Во имя цивилизации очень жаль, что ясность ума и моральная смелость президента не могли быть применены к этой ситуации – пока не стало слишком поздно.

Выдержка из письма сенатору Кею Питтману, председателю комитета по международным отношениям.

Брюссель, 21-е марта 1939-го.

Следующие несколько недель покажут, какую дверь Гитлер попытается закрыть первой: дверь на востоке или дверь на западе. В немецкой военной стратегии аксиомой является, что Германия не должна сражаться на двух фронтах одновременно. То, что он не будет долго оставаться пассивным, – предрешённый вывод.

Сообщения, опубликованные германским генеральным штабом в технических журналах, описывающие мощь и эффективность русской армии, по-видимому, притупили вкус Гитлера к походу на восток. Исходя из информации, которую я получаю из самых надёжных источников и считаю достоверной, Гитлер предпринимает отчаянные попытки оттолкнуть Сталина от Франции и Англии.

Если англичане и французы не проснутся, боюсь, он добьется успеха. Если он это сделает, то сможет переключить своё внимание на Западную Европу, не опасаясь нападения сзади.

Выдержка из доклада государственному секретарю.

Брюссель, 24-е марта 1939-го.

Дипломатические представители малых государств Европы обычно указывают здесь на то, что хотя прошла целая неделя со времени выступления премьер-министра Чемберлена в Бирмингеме, в котором он осудил вторжение Германии в Чехословакию, правительство Великобритании не смогло создать "единого фронта", даже такого, как между Великобританией, Францией и СССР – по сравнению с быстрыми действиями германского фюрера на Балканах.

Дневник, Лондон, 3-е апреля 1939-го.

Приехал сюда на выходные, чтобы повидаться с Уинстоном Черчиллем в его загородном доме. Утром у меня был долгий визит к Джо Кеннеди. Долго говорили о европейской ситуации. Джо очень пессимистичен. Я тоже.

Воспользовался случаем, чтобы подробно обсудить с Кеннеди ситуацию в России и предложил передать Чемберлену от меня, что если они не будут осторожны, то загонят Сталина в объятия Гитлера. Англия и Франция пренебрежительно отнеслись к России, их тогдашнему союзнику, исключив СССР из Мюнхена.

Советы всё равно не доверяют им и опасаются, что Англия и Франция пытаются заставить Россию таскать для них каштаны из огня и оставят их сражаться с Германией в одиночку. Сталин хочет мира для России превыше всего. Он может решить сделать ставку на Гитлера для своей безопасности, по крайней мере на данный момент.

Я спросил, читал ли он копию моего "Краткого отчета о фактах" в департамент, копию которого я ему послал. Он сказал, что читал. Он признавал ценность России в военной ситуации. Но, по сути, России всё равно пришлось бы воевать за Польшу или Румынию, и независимо от того, было ли формальное соглашение с Францией и Англией или нет. Это стало жизненно важно для собственных интересов России.

Я сказал, что, по моему мнению, это неверная теория. Это было "перво-наперво" в России. Советы отчаянно старались не ввязываться в войну, если только они не были уверены, что с помощью конкретных реалистичных планов и очевидного перевеса сил в сочетании с Францией и Англией смогут победить Гитлера в случае войны или отпугнуть его до начала военных действий, предупредив Гитлера, что ему придется сражаться со всеми тремя.

Из ряда важных и надёжных источников я пришел к убеждению, что Гитлер прилагает все усилия, чтобы отлучить Сталина от Англии и Франции, потому что для его военного успеха было жизненно важно, чтобы он закрыл свои восточные двери, прежде чем начать наступление на Западном фронте. Так или иначе, кажется, невозможным произвести впечатление на эту Лондонскую атмосферу.

Пожалуй, единственный человек, который действительно понимает, что катастрофа неминуема, – Уинстон Черчилль. Меня обнадежило, что вчера он сказал мне, что к середине года эта "проклятая угроза шантажа с воздуха больше не будет существовать, потому что мы будем готовы."

Выдержка из доклада номер 269 государственному секретарю в части, касающейся России.

Брюссель, 4-е апреля 1939-го

Неформальные и личные беседы в Лондоне с мистером Дэвидом Ллойд Джорджем, мистером Уинстоном Черчиллем, и послом Кеннеди.

(Примечание Мемуариста. Имеется в виду, конечно, не застреленный в Далласе президент Кеннеди, а его папа – Джозеф Патрик Кеннеди. Редкостный был экземпляр даже по тем временам.

Папаша – откровенный бандит, торговец спиртным во время сухого закона, биржевой спекулянт. Поговаривали о его серьёзных связях с ирландскими гангстерами. Баснословно богатый человек.

Большой поклонник Гитлера, как водится, и убеждённый антисемит. Создал в США на свои деньги натуральный мафиозный клан Кеннеди. Кроме президента, среди его сыновей был генеральный прокурор Роберт и сенатор Эдвард. Два внука тоже стали сенаторами.

Ллойд Джордж ничуть не лучше. Этот бывший британский премьер отдавал приказы об интервенции британских оккупантов в Россию в 1918-м году. Помогал деньгами и войсками белым генералам Колчаку и Деникину.

Активно отстаивал идею расчленить Россию на ряд карликовых, зависимых от Британии государств. Не получилось.

В начале двадцатых полез усмирять Турцию под пятой Британской Империи. Опять не срослось, получили по полной от бойцов Ататюрка и пришлось убираться восвояси.

И снова горячий поклонник Гитлера. Посол Дэйвис, конечно, нашёл с кем поговорить о России. Вот, послушайте мистера Ллойд Джорджа:

"Какими бы отвратительными не были методы Гитлера, какими бы лживыми не были его дипломаты, какими бы ничтожными он ни считал права прочих народов, в конечном итоге всё это мы готовы ему простить, потому что он действует во имя защиты общих интересов традиционных институтов и обычаев от коммунизма." Милая компания подобралась. Продолжаем.)

Из сказанного мистером Ллойд Джорджем вытекает следующее. Было жизненно необходимо, чтобы Англия всем сердцем и немедленно агрессивно вовлекла Россию в тесное сотрудничество с определенными и конкретными взаимными военными соглашениями.

Он разговаривал с "Невиллом" (Чемберленом) об Италии и он (Ллойд Джордж) считает, что Муссолини просто дожидается, когда Гитлер завладеет вниманием Франции, чтобы совершить военный поход в Африку. Это, вероятно, приведёт к тому, что Средиземное море будет закрыто для военных транспортов, а с Франко в Испании линии связи для военно-морских кораблей и военных транспортов для доставки войск в Судан вокруг Южной Африки, окажутся под угрозой немецких подводных лодок с испанской базы в Атлантике.

Журнал, Брюссель, 15-е апреля1939-го.

Сегодня президент обращается к Гитлеру и Муссолини: "готовы ли Вы дать гарантии, что Ваши вооруженные силы не нападут и не вторгнутся на территорию или позиции следующих независимых государств? В двадцать девять перечисленных входит и Россия. Президент предполагает, что если это так, то он будет рад уведомить об этом различные страны, и, несомненно, от них будут исходить взаимные соглашения о ненападении.

(Примечание Мемуариста. Только что мы цитировали речь Сталина, что мировая империалистическая война уже началась! А Рузвельт на этом фоне продолжает рассуждать о каких-то гарантиях Гитлера. Ну не смешно ли? Продолжаем.)

Дневник, Брюссель, 17-е апреля 1939-го.

Сегодня в печати сообщается, что президент СССР Калинин телеграфировал президенту: "Поздравляю и выражаю глубокую поддержку в связи с Вашим благородным обращением к Гитлеру и Муссолини."

(Примечание Мемуариста. Калинин, разумеется, полностью корректен в дипломатических рамках. Но звучит всё равно как издёвка над Рузвельтом. Ужо спасибо, барин, помог, так помог. Вместо общей борьбы против нацизма и угрозы воевать всеми вместе против агрессора только и делается, что сотрясают воздух с высоких трибун. Продолжаем.)

Дневник, Брюссель, 18-е апреля 1939-го.

Сегодня я направил личное послание президенту и государственному секретарю, в котором выразил твёрдое убеждение, что решающим элементом в определении Гитлером того, будет ли этим летом в Европе мир или война, станет заключение Англией и Францией определённого соглашения с Советским Союзом, которое обеспечит им военную поддержку России в случае нападения Германии на Польшу.

Дневник, Брюссель, 3-е мая 1939-го.

Протесты в немецких газетах "кипят" в своих нападениях на Польшу. Вот оно, приближается! Британия дала публичные гарантии помощи Польше в случае нападения. Более того, Британия лишила себя возможности менять свои действия по мере развития событий.

Поведение Британии будет определяться исключительно решением Польши. С Данцигом и Польским коридором в кипящем котле, это опасная ситуация. Конечно, если англичане и французы окончательно свяжут себя военным пактом с Советами, такое соглашение вполне приемлемо, так как Германия тогда подвергнется нападению с двух фронтов, если попытается сокрушить Польшу.

Если это соглашение не будет достигнуто с Россией, Британия пойдет на ужасный риск. Это, вероятно, означает, что британские, французские и Советские дискуссии в Москве были успешно завершены.

(Примечание Мемуариста. Как показала история, это значило совсем другое. Британия дала ясно понять Гитлеру, что её обещания помогать Польше не стоят бумаги, на которой написаны. Так и вышло, Польшу скормили фюреру ровно так же, как и Австрию с Чехословакией до этого. Главный-то враг Британии не в Берлине. Он в Москве. Продолжаем.)

Дневник, Брюссель, 4-е мая 1939-го.

В то время, как британский Форин Офис работает над теорией, что "односторонние соглашения", в соответствии с которыми Великобритания гарантирует малым европейским государствам защиту от агрессии, обеспечат "коллективную безопасность", Гитлер пользуется "инициативой" и "дал фальстарт", приглашая прибалтийские и скандинавские государства немедленно заключить с ним пакты о ненападении.

Он, наверное, кого-нибудь из них "съест". Все эти маленькие страны напуганы до смерти. Престиж Германии чрезвычайно возрос, а уверенность в способности или желании западных демократий обеспечить безопасность и реальную помощь очень быстро уменьшилась.

Реакция на немецкое давление будет прямо пропорциональна их близости к Германии и их страху. По всей вероятности, Дания, Эстония и Латвия не смогут противостоять этому давлению.

Номер 317, Брюссель, 10-е мая 1939-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Наблюдение с этого поста относительно значимости отставки Литвинова.

Сэр, в связи с вышеприведенным вопросом прошу позволения сообщить следующее. Заявление об отставке наркома иностранных дел Литвинова произвело сенсацию в дипломатическом корпусе.

Теория, которую мне изложили два дипломатических представителя соседних с Россией стран и которые, как мне кажется, очень хорошо знают российскую ситуацию, такова.

Первое. Сталин не доверяет ни Франции, ни Великобритании и опасается, что Советский Союз может быть вовлечён в европейскую войну и останется "расхлёбывать эту кашу в одиночку".

Второе. Речь Сталина перед коммунистической партией, произнесённая на восемнадцатом съезде в марте, определённо, указывала на склонность к прекращению Советской деятельности в отношении Европы и стремление быть крайне осторожными, "чтобы не позволить втянуть нашу страну в конфликты поджигателям войны, которые привыкли, чтобы другие вытаскивали для них каштаны из огня".

Третье. Советская позиция, определённо, посвящена миру, как по идеологическим, так и по экономическим причинам.

Четвёртое. Советское правительство нетерпимо и с отвращением относится к применявшимся ранее методам умиротворения и считает, что агрессоры будут понимать только явные и смелые военные союзы, которые носят конкретный характер, и только они могут сохранить мир.

Пятое. Литвинову в последние два года не удалось убедить западные державы в этой точке зрения.

Шестое. Новый наркомат иностранных дел должен держать жёсткий, реалистичный фронт в этих дипломатических переговорах, который обеспечил бы либо адекватное практическое сопротивление агрессорам, либо уход Советского Союза в себя.

Оба этих руководителя миссий, определенно, придерживались мнения, что отставка Литвинова предвещает трудности для британских дипломатических переговоров, которые сейчас ожидаются, и что неудача с привлечением России будет иметь очень серьёзные последствия для европейского мира и в конечном счёте будет продемонстрирована вероятными быстрыми действиями Гитлера против Польши.

Я очень боюсь, что эта точка зрения верна. Я надеюсь, что Англия и Франция всё еще способны решить эту проблему.

В целом, в Европе существует весьма определённая склонность не принимать во внимание реалии, касающиеся русской мощи или военной силы. Опубликованные высказывания Гитлера, содержащиеся в книге лорда Лондондерри, в которой он выражает большое уважение к мощи русской армии, и опубликованные высказывания военных экспертов Германии и других европейских стран, не принимаются во внимание. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Выдержка из приложения номер 2 к докладу посольства номер 326, Брюссель.

Меморандум о беседе с капитаном фон Ринтеленом от 17 мая 1939-го года, продиктованный Джозефом Дэйвисом.

Примечание посла. Капитан фон Ринтелен – печально известный германский агент в США во время последней войны стремился к беседе со мной. Он представляется яростно анти-нацистски и про-британски настроенным. Он обсуждал множество тем. Здесь представлены только его рассуждения по теме России.

(Примечание Мемуариста. Речь про известного германского разведчика времён Первой Мировой Франца фон Ринтелена. Занимался подрывами оборонных заводов, агитацией профсоюзов и шпионажем. Широко известен на западе своими мемуарами, изданными в 1933-м году.

Провалился, был арестован в Англии и содержался в Тауэре. После сидел в американской тюрьме. Что характерно, после освобождения с гитлеровцами общего языка не нашёл и иначе как бандитами их не называл.

Нужно сказать, что после беседы с послом гулять разведчику на свободе оставалось недолго. Уже в сентябре 1939-го года британцы отправят его в концентрационный лагерь. Без всякого суда и не за какие-то преступления. Отправят вместе с еще четырьмя сотнями немцев, живущих в Англии. Только за то, что они немцы. Продолжаем.)

Ринтелен заявил, что Германия предпринимает отчаянные усилия, чтобы сохранить нейтралитет Советов и предотвратить новое несчастье, подобное тому, что случилось с Турцией. Он сказал, что бывший чехословацкий генерал Сыровый, перешедший к нацистам после того, как он сменил Годжу на посту премьер-министра, был дважды послан в Москву, чтобы связаться с армейскими офицерами и друзьями в России в качестве эмиссара Гитлера.

(Примечание Мемуариста. Речь о чехословацком премьере до 1938-го года Милане Годже и его преемнике. Годжа из старых имперских политиков. Работал советником ещё у эрцгерцога Франца Фердинанда. Собственно, с убийства которого началась Первая Мировая.

Когда случилось Мюнхенское предательство, Годжа очень хорошо понял чем это всё закончится. Не стал дожидаться Гитлеровской оккупации и неминуемой виселицы для себя и сбежал. Сначала во Францию, а потом в США.

А вот его последователь на посту премьера, генерал Янек Сыровый – мерзавец совершенно откровенный. В Первую мировую служил в русской армии. Потом возглавлял восстание чехословацкого корпуса против большевиков и пошёл на службу Колчаку.

Но как только запахло разгромом белого адмирала и иркутского карателя тут же сдал своего командира ненавистным большевикам под расстрел. Поговаривают, что за вагон царского золота, наворованного Колчаком.

После Мюнхена в 1938-м году сей генерал сразу стал и министром обороны и премьером. Именно эта нацистская гадина отдавала приказ чешским войскам сдавать оружие Гитлеру без боя. Успел и президентом побыть в награду, правда, недолго.

После Войны посадили, разумеется, как пособника нацистов на двадцать лет. Замечательный, в общем был, господин. "Офицер и патриот". Продолжаем)

Гитлер прилагает все усилия, чтобы предотвратить англо-Советский альянс. Он выразил убеждение, что вполне возможно, Германия и Россия сойдутся во взаимных экономических интересах. Нацистский социализм и русский коммунизм являются братьями идеологически и типы мышления Гитлера, Муссолини и Сталина были одинаковыми. Он добавил, что для западных демократий жизненно важно, чтобы Британия немедленно сблизилась с Россией.

Дневник, Брюссель, 27-е мая 1939-го.

Печать сообщает, что британский и французский послы вручили премьер-министру Молотову идентичные меморандумы о пакте взаимопомощи, который сейчас обсуждается между тремя государствами.

Дневник, Брюссель, 29-е мая 1939-го.

Сообщается, что британский посол был принят Молотовым и провёл с ним пару часов, отвечая на вопросы относительно некоторых пунктов англо-французских предложений, которые Молотов хотел разъяснить.

Ультиматум Молотова.

Журнал, Брюссель, 31-е мая 1939-го.

Московское радио и печать сообщили о речи Молотова о Советских международных отношениях. Суть речи, как сообщалось, такова.

Советское правительство не желает замалчивать международную обстановку, а то, что она очень сильно ухудшилась – очевидно. Мюнхенское соглашение подверглось жестокому нападению.

Он сказал: "Мы стоим за мир и против агрессии, но мы должны помнить предостережение Сталина, что нас нельзя использовать, чтобы таскать чужие каштаны из огня."

Он изложил и перечислил минимальные условия, которые Советский Союз потребовал бы, прежде чем заключить совместный пакт с Францией и Англией. А именно.

Первое. Между тремя сторонами должно быть немедленно заключено соглашение о взаимной помощи исключительно оборонительного характера.

Второе. Все должны иметь гарантию против любого нападения агрессора, направленного против государств – не агрессоров в Центральной или Восточной Европе, и эта гарантия должна включать, без исключения и конкретно, все малые европейские страны, граничащие с Россией.

Третье. Три страны должны прийти к определённому, конкретному и детальному соглашению относительно точной формы, объёма и вида помощи, которая должна быть оказана в случае нападения и сроков такой помощи.

Англичане и французы не отвечают, по его словам, требованиям полной взаимности и равенства обязательств в своих предложениях. Британские предложения не включали соглашения о том, что Англия и Франция окажут помощь СССР в случае нападения на него. Во-вторых, не гарантировали от агрессии малые государства, граничащие с СССР и прикрывающие северо-западную границу СССР, в случае, если эти малые государства не смогут защитить свой нейтралитет.

Предложенные уступки принципу взаимности, сказал Молотов, были настолько перегружены условиями, что оказались бы "фиктивным шагом вперед".

Новые предложения, по его словам, вообще не продвинулись вперед относительно предоставления гарантий прибалтийским государствам. В заключение он заявил, что Советскому правительству предложили взять на себя обязательство оказать помощь пяти центрально-европейским государствам, безопасность которых была жизненно важна для Англии и Франции.

Советский Союз отказывается взять на себя такую ответственность, пока Великобритания или Франция не возьмут на себя аналогичные обязательства в отношении трёх балтийских государств, безопасность и нейтралитет которых жизненно важны для Советского Союза.

В заключение прозвучало довольно зловещее предложение, которое, казалось, было внесено "на ножах" и явно с определенной целью: "Мы не отказываемся от улучшения наших торговых отношений с Германией. Переговоры могут быть возобновлены."

Оправдание агрессора.

Выдержка из приложения номер один к докладу номер 364 от 21-го июня 1939-го года из посольства в Брюсселе.

Встреча Брюсселе с главой миссии.

(Примечание Мемуариста. Имя главы миссии опять всюду намеренно вычеркнуто послом. Будем называть его мистер Икс. Судя по заявлениям, опять фашист какой-то. Продолжаем.)

На мой вопрос относительно его взглядов на вероятность европейской войны этим летом, мистер Икс заявил, что он полагает, такая война была бы крайне маловероятна, если бы Россию удалось удержать вне соглашения с Англией и Францией. Но что заключение союза трёх держав между Россией, Францией и Великобританией почти наверняка ускорило бы войну.

Его рассуждения на этот счет, или, вернее, рассуждения, которые он мне предложил, состояли в том, что Россия всегда будет придерживаться политики ускорения кризисов, от которых она сама будет стремиться держаться в стороне.

Этот способ рассуждения, наряду с другими мнениями, изложенными мистером Икс, убедил меня, что тоталитарные государства страшатся прежде всего включения русской мощи в единый фронт борьбы с тоталитарной идеологией завоевания.

Мистер Икс был почти наивен, позволив мне увидеть острые опасения его страны в отношении России и раскрыв очень глубоко лелеемую надежду его правительства, что влияние Москвы не будет использовано для укрепления демократической стены.

Он также спросил моё мнение о силе России при нынешнем правительстве, и я ответил, что военная и экономическая мощь России при нынешнем коммунистическом строе или при любой другой изменённой форме будет в любом случае огромной.

В заключение могу сказать, что главное впечатление, полученное мною от мистера Икс – подтверждение убеждённости, что его страна работает в полном согласии и, возможно, даже формальном союзе с заявленной политикой и очевидными интересами Германии и Италии.

Дневник, Нью-Йорк, 17-е июля 1939-го.

Когда сегодня "Квин Мэри" причалила, к моей великой радости, я обнаружил на пристани Марджори с девочками. Все мы обедали в бельгийском павильоне на ярмарке. Уехал полуночным поездом в Вашингтон, чтобы немедленно доложить президенту и секретарю. По распоряжению государственного департамента я вернулся в Соединённые Штаты для совещаний.

(Примечание Мемуариста. Речь о масштабнейшей Всемирной выставке 1939-го года в Нью-Йорке. Её посетило более сорока пяти миллионов человек. Советский Союз был представлен величественным павильоном. На высокой стеле – гигантская статуя рабочего, держащего в руке горящую звезду. Работа выдающегося скульптора Вячеслава Андреева и архитектора Бориса Иофана. Продолжаем.)

Дневник, Вашингтон, 18-е июля 1939-го.

Обедал с президентом в двенадцать тридцать пополудни. Он спросил меня, в частности, о причинах уверенности, с которой я предсказал, что война близка и неизбежна из-за агрессии Гитлера. Она начнётся либо до дня рождения Гинденбурга в августе, либо до партийного митинга в Нюрнберге в сентябре.

(Примечание Мемуариста. А ведь посол прав, Вторая Мировая официально начнётся первого сентября. И американский президент и пальцем о палец не ударит, чтобы предотвратить эту войну. Продолжаем.)

Я подробно изложил ему информацию, полученную непосредственно от бельгийцев, имевших промышленные предприятия в Германии и контакты с лидерами нацистской партии. А также, заявления, полученные мною от американских бизнесменов, имеющих интересы в Германии, которых я видел всего неделю назад в Бельгии, которые также непосредственно знали от нацистских лидеров, что затевается. Этих людей он тоже знал лично. Это были люди в высшей степени здравого и твёрдого суждения.

Я обрисовал ему эти и многие другие конкретные заявления. Некоторые прямо от высокопоставленных нацистских дипломатических чиновников. Он был особенно впечатлен тем, что я рассказал ему о высказываниях моих дипломатических коллег в Брюсселе, которые молились о поправке к закону о нейтралитете, полагая, что это, возможно, сдержит Гитлера и, по крайней мере, отсрочит войну.

Эти заявления не вызвали у него удивления. Это лишь подтверждало его глубокий пессимизм. Он сказал, что мой отчет просто подтверждает его другую информацию.

Я спросил, могу ли я чем-нибудь помочь в связи с законом о нейтралитете. Он сказал, что некоторую пользу могли бы принести мои встречи с некоторыми лидерами Сената.

Он спросил меня о переговорах России с Англией и Францией. Я откровенно признался, что меня это очень беспокоит. Среди дипломатического корпуса в Брюсселе ходили разговоры, что Гитлер прилагает все усилия, дабы оттолкнуть Сталина от западных держав. Один высокопоставленный и очень важный человек в Европе рассказал мне, что Гитлер и Риббентроп были уверены, что они могут оторвать Сталина от Англии и Франции.

Президент попросил посла Уманского, когда тот уезжал в Москву, передать Сталину, что если его правительство присоединится к Гитлеру, то так же верно, как ночь следует за днем, как только Гитлер завоюет Францию, он повернётся против России. Тогда настанет очередь Советского Союза. Он сказал мне также передать эти слова Сталину и Молотову, если я смогу.

Он обсуждал результаты возможного гитлеровского блицкрига, его влияние на мир, и в частности, на Соединённые Штаты. Он не питал иллюзий относительно огромной механизированной мощи германской армии.

Сразу после обеда я отправился в Капитолий и побеседовал в кабинете полковника Хэлси со своими старыми друзьями – Албеном Баркли, Джимом Бирнсом, Кеем Питтманом, Бертом Уилером, Джо Гаффи, Клодом Пеппером и другими. Сенатор Питтман, председатель комитета по международным отношениям Сената, попросил меня прийти на следующий день, чтобы поговорить с членами его комитета.

Дневник, Вашингтон, 19-е июля 1939-го.

Вчера вечером состоялась конференция между партийными лидерами обеих сторон, президентом и госсекретарём Халлом, на которой обсуждалась возможность принятия поправки к закону о нейтралитете. По сообщениям печати, президент предупредил их о непосредственной угрозе войны этим летом и призвал принять закон о нейтралитете для того, чтобы сделать войну менее вероятной.

Сенатор Бора на конференции заявил президенту, что у него есть свои источники информации в Европе, и нет никакой опасности начала войны этим летом. Президент ответил, что сенатору придется взять эту ответственность на себя.

Республиканские лидеры очень уверены, что Гитлер не нападет, и что нет никакой необходимости спешить в связи с законом о нейтралитете. Поэтому было решено, что закон не следует принимать до некоторых пор и Конгресс должен сделать перерыв, не приняв никаких мер.

Тем не менее, я отправился в кабинет Кея Питтмана, чтобы пообедать с членами сенатского комитета по международным отношениям. Они засыпали меня вопросами, как о европейской ситуации, так и о России. Я изложил им ситуацию так, как я её себе представлял.

Сенатор Джордж и сенатор Джилет были достаточно любезны, чтобы выразить сожаление, что не получили этой информации до вчерашней встречи. Сенатор Питтман заявил, что если бы мое заявление было сделано перед полным составом комитета двумя неделями ранее, по его мнению, закон о нейтралитете был бы принят. Конечно, факты ошеломляют.

Исполнительное заседание комитета по иностранным делам Палаты представителей.

Дневник, Вашингтон, 27-е июля 1939-го.

Сол Блум, очень способный и эффективный председатель комитета по иностранным делам Палаты представителей, попросил меня выступить перед его комитетом в то время, когда сенатор Питтман, председатель Комитета по международным отношениям Сената, договорился о встрече с некоторыми членами его комитета. Несмотря на то, что поправка к законопроекту о нейтралитете была отклонена, я все же был рад обсудить с комитетом Палаты представителей ситуацию в России и Европе.

Присутствовали: председатель Сол Блум; республиканец Лютер Джонсон из Техаса; Джон Ки из Западной Виржинии; Джеймс Ричардс из Южной Каролины; Эд Айзак из Калифорнии; Роберт Аллен из Пенсильвании; Пит Джармен из Алабамы; Лоренс Арнольд из Иллинойса; Берджин из Северной Каролины; Джордж Холден Тинкхэм из Массачусетса; Брюс Бартон из Нью-Йорка; Роберт Чиперфилд из Иллинойса; Роберт Корбетт из Пенсильвании; Джон Ворис из Огайо; и Эндрю Шиффлер из Западной Виржинии.

Члены комитета были внимательны во всех отношениях. Дискуссия проходила на высоком уровне, без каких-либо признаков партийности. "Мы все были за пределами двенадцатимильной зоны" – там, где партийность должна была полностью исчезнуть.

(Примечание Мемуариста. По всей видимости, посол имеет в виду двенадцатимильную нейтральную зону вокруг морских границ. То есть речь шла о настолько внешних для Америки делах, что разница между республиканцами и демократами в отношении к ним не имела значения. Продолжаем.)

Я затронул следующие темы: промышленная и военная мощь России, которая, как обычно, была воспринята с некоторым удивлением и даже недоверием, что я вполне могу понять, пока каждый не увидит её собственными глазами; усилия, предпринимаемые Гитлером, чтобы оттолкнуть Сталина от Англии и Франции, и дипломатическая битва, происходившая тогда в Москве; неизбежность войны в Европе этим летом; отчаянное военное положение, в котором находились Франция и Англия, и угроза, которая грозила нам, если они падут.

Топографические карты, которые я привёз с собой, выпущенные лондонскими газетами, наглядно демонстрировали военную слабость демократий. Я приводил множество цитат из таких книг, как "Гитлер над Европой" и "Гитлер над Россией" Эрнста Генри, "Военная мощь держав" Макса Вернера, "Война против Запада" Аурела Кольнаи и "Германия и молниеносная война" Фрица Штернберга. Все они ясно указывали не только на военную угрозу нацистов, но и на ужасающие цели, которые нацисты открыто провозгласили против остальных народов Земли.

Я также изложил причины, которые, несомненно, подталкивали Гитлера к войне, как наилучший выход для него, в соответствии с линией моего доклада департаменту.

Информацию, переданную мною президенту и государственному секретарю, на которой я основывал своё убеждение, что Гитлер объявит войну Польше либо до 28-го августа (день рождения Гинденбурга), либо до 8-го сентября (Нюрнбергский съезд партии), я представил очень откровенно и полно. Я заявил, что делаю это по прямому указанию президента, как это и было в действительности.

Нацистско-Советская бомба.

(Примечание Мемуариста. Тут у посла игра слов, "бомба" одновременно значит и сногсшибательную новость, известие.)

Нью-Йорк, 22-е августа 1939-го.

Примечание посла. В этот день в печати было объявлено о соглашении Молотова-Риббентропа.

Достопочтенному Самнеру Уэллсу.

Исполняющему обязанности государственного секретаря, Вашингтон, округ Колумбия.

Мой дорогой мистер секретарь!

В связи с вышеизложенным вопросом мне пришло в голову, что, принимая во внимание историю моей службы в России и сведения, собранные там, а также в Европе, мой диагноз и прогноз ситуации и вызванного ею нового положения могут представлять некоторую ценность для вас и департамента.

Как показывают мои предыдущие доклады, как письменные, так и устные, Вам и департаменту, заключение этого пакта о ненападении между Россией и Германией для меня не стало неожиданностью. Мои сообщения из Москвы в течение последних двух лет указывали, что было совершенно ясно – если Европа хочет иметь "мир", то это неминуемо окажется "фашистский мир", навязанный диктаторами. Если только Англия и Франция не создадут уравновешивающую ось восток-запад, включив в неё Советы, и не установят "баланс сил", который будет поддерживать мир в равновесии.

Более того, всегда было понятно, как я указывал в своих докладах, что было множество преимуществ как для Германии, так и для России в обоюдном сближении. Они проработали вместе десять лет и снова могут это сделать. Такая возможность никогда не может быть исключена при любой объективной оценке ситуации.

События, способствовавшие нынешним Советским действиям.

Во время пребывания Литвинова во главе наркомата иностранных дел, несомненно, был очень сильный моральный импульс враждебности по отношению к Германии и державам-агрессорам, начиная с момента прихода Гитлера к власти. В этот период Советская власть, на мой взгляд, старательно и энергично пыталась выстроить общий фронт против агрессоров и была искренней сторонницей "неделимости мира".

(Примечание Мемуариста. Когда посол говорит о неделимости мира, он имеет в виду не единство стран, а единые подходы к мирному процессу. Коллективную безопасность, то есть.

К сожалению, мы постоянно сталкиваемся с тем, что два разных английских слова переводятся у нас одним словом "мир". Одно значит отсутствие войны, второе – мировое сообщество, весь мир.

Ровно с этой же проблемой столкнулся в своё время граф Лев Толстой, писавший большей частью на французском свой знаменитый роман. И вынужденный потом переводить его на русский. В итоге вышла игра слов.

Филологи говорят, что по орфографии первых изданий совершенно ясно, "Война и мир" – не противопоставление разных этапов жизни. Мир там означает – собственно, общество, а не отсутствие войны. То есть, в переводе с русского на русский, роман должен был бы называться "Война и люди". Продолжаем.)

Умелая борьба Литвинова за мир и демократические идеи в Лиге Наций, энергичная позиция Советского правительства, готового к борьбе за Чехословакию, свидетельствовали о подлинной искренности намерений и заметной степени благородства. Однако, начиная с Мюнхена и даже до него, произошло накопление событий, которые постепенно сломили это отношение со стороны Советского правительства.

Во время моего пребывания в Москве я был очень впечатлен фактом, что русские, несомненно, были сильно раздражены политикой "булавочных уколов", превосходства и "забалтывания", которую дипломатические миссии западных держав приняли по отношению к Советскому правительству. Советы имеют чувство собственного достоинства и глубоко возмущены подобной политикой.

Затем последовал ряд событий, обостривших отношения между Советским правительством и западными демократиями. Советы были "унижены" и "глубоко задеты" тем, что их исключили из Мюнхена. Из "умиротворения" выросло ещё большее недоверие Советского правительства к способностям, намерениям и даже "честному слову" правительства Чемберлена или правительства Даладье.

Советские предложения о "реалистическом союзе", чтобы остановить Гитлера, были отвергнуты правительством Чемберлена из уважения к чувствам поляков и прибалтийских государств. Во время Советско-британо-французских переговоров, включая заседания миссии Стрэнга и военных миссий в Москве, это недоверие усиливалось тем, что эти представители не были облечены властью заключить окончательный, определенный, реалистический союз.

Росло подозрение, что Англия и Франция ведут дипломатическую игру, ставя Советы в такое положение, когда России придётся сражаться с Германией в одиночку.

(Примечание Мемуариста. Как уж там подозрения. Британия и Франция совершенно беспардонно саботировали Советские попытки договориться летом 1939-го о совместной борьбе против Гитлера.

На переговоры присылались делегации из отставных дипломатов и третьеразрядных чиновников, которые не могли принимать никаких решений. Их единственной задачей было затягивать дело в то время, как настоящие британские и французские дипломаты вели переговоры с фашистами.

К августу стало совершенно ясно – нам не только предстоит воевать против Гитлера в одиночку. Как бы нам ещё не пришлось воевать и с его британо-французскими союзничками заодно. Советско-германский договор о ненападении, конечно, совершенно выбил у западных хитрецов почву из-под ног. Продолжаем.)

Затем последовали предложения Гудзона по экономической реабилитации Германии, которые опять-таки попахивали "умиротворением" с точки зрения Советов. После этого правительство Чемберлена отложило заседание парламента, не заключив никакого определенного соглашения с Россией, и Советское руководство обнаружило, что британская экономическая миссия была направлена в Данию. Якобы, с благословения Чемберлена для изучения вопроса об экономическом умиротворении по линии политики, начатой Гудзоном.

Вдобавок к этому, Франция и Англия упорно отказывались заключить недвусмысленное соглашение о поддержке России в защите жизненно важных интересов России, в предотвращении поглощения посредством внутренней агрессии прибалтийских государств. В то время, как Россия предлагала недвусмысленную поддержку Англии и Франции, то есть придти к ним на помощь, если их жизненно важные интересы будут затронуты германским нападением на Бельгию или Голландию, независимо от характера агрессии.

Эти события питали подозрения и вызывали недовольство реалистических Советских лидеров, в том числе и Сталина. По-видимому, они "наелись" попытками остановить агрессоров участием в европейских делах и, что характерно, смело изменили свою позицию. Они решили укрепить своё положение, заключив с Германией пакт о ненападении, который гарантировал бы России мир, по крайней мере на время, независимо от любой возможности войны в Европе.

Вышеизложенное является теорией относительно того, что вызвало эту ситуацию, исходя из фактов и впечатлений, которые я собрал и получил.

Доминирующим мотивом Советов является и всегда был "личный интерес". Какое-то время они были ярыми сторонниками активной воинственной вражды против агрессоров, чтобы сохранить мир. Это было не только из-за любви к миру как таковому, но и потому, что это соответствовало их интересам.

Ближайшие последствия для европейского мира.

Последствия этого нового развития для европейского мира в настоящее время весьма проблематичны. Моё собственное суждение состоит в том, что с надежно закрытой восточной стеной Гитлер возьмет не только Данциг, но и коридор. Он сделает это сначала дипломатическим требованием, в котором не будет ни обсуждения, ни компромисса, а будет только ультиматум.

Польша, вероятно, спустит ему это и будет надеяться дожить до сражений в будущем. Если это произойдет, вероятно, в этом году войны не будет. Если же Польша откажется подчиниться и будет сражаться, то вопрос будет заключаться в том, встанут ли Англия и Франция на её защиту. Возможно, быстрота событий сделает вступление Англии и Франции в войну неизбежным. Если да, то "масло уже налили в огонь."

Поэтому с любой точки зрения ясно, что Гитлер одержал сокрушительную дипломатическую победу. Весь будущий статус Европы находится на волоске. Британская империя, Великобритания и Франция находятся на грани самой катастрофической потери престижа в своей истории.

Мир в Европе, если он будет поддержан, находится в непосредственной опасности стать миром, навязанным диктаторами, в условиях, когда все малые страны быстро бросятся под щит немецкой эгиды. И в условиях, когда сложится концерт стран, как я предсказывал Вам два года назад, с "Гитлером за дирижёрским пультом."

(Примечание Мемуариста. Снова у посла игра слов. Буквально посол пишет: "с Гитлером, возглавляющим банду". Как мы помним из рассказа про Шерлока Холмса "Пёстрая лента", одно и то же английское слово обозначает и ленту (бандану), и шайку разбойников (банду) и небольшой оркестр (например, джаз-банд). В целом, идея "европейского концерта держав" – довольно общее место в дипломатическом языке ещё века с девятнадцатого.

Напомню, что эгида здесь означает покровительство и защиту Гитлера над малыми народами. Изначально, эгидой называли волшебный плащ из шкуры козы, выкормившей молоком Зевса. А затем и непробиваемый щит, сделанный из этой шкуры. Щит, кстати, Зевс подарил дочке – Афине, чтобы защищать любимую Грецию от врагов.

Пусть Вас не обманывают эти высокие образы. Применительно к Гитлеру, эта самая эгида означает ровно одно. Оккупацию, иными словами. Продолжаем.)

Возможные долгосрочные последствия.

Реальная угроза будущему и Западной цивилизации, вероятно, заключается в возможности, что Германия и Россия обнаружат, что дополняют друг друга в расширении своих амбиций. Экономически этот союз наиболее эффективен. Богатство ресурсов в России дополняет промышленную эффективность и научно-производственную организацию немцев.

Влияние на Америку.

Результатом этих событий должно стать ускорение прогресса солидарности Северной Америки и, возможно, Южной Америки. Угроза фашистского господства в мире нависла сильнее, чем когда-либо до этого.

Правительство Бека переоценено Британией.

Журнал, Нью-Йорк, 26-е августа 1939-го.

Печать сообщает, что англичане и поляки подписали пакт о взаимопомощи. Лошадь уже украдена. До сих пор это была односторонняя гарантия, которую Англия давала полякам. Бек в Лондоне прошлой весной получил этот "незаполненный чек".

(Примечание Мемуариста. То есть, как бы, бланковый чек с подписью, в который можно вписать любую сумму к получению. Тот самый французский карт-бланш. Помните в Трёх мушкетёрах – "Всё, что сделал податель сего, сделано по моему приказу и на благо государства."

Кстати, про лошадь – это часть старинной английской поговорки. Запирать амбар, когда лошадь уже украли. То самое наше – махать кулаками после драки. Поздновато уже подписывать пакты с Польшей. Танковые колонны фашистов уже вышли на рубежи атаки и нетерпеливо лязгают гусеницами. Продолжаем.)

Практическое предложение Литвинова о созыве конференции всех "государств – неагрессоров" было отвергнуто по настоянию польского и румынского правительств.

Это иллюстрирует трагическую ошибку в оценке сил сторон в Европе. Чемберлен доверился правительству Бека и отказался от Советской мощи. Поляки, несомненно, храбрый и доблестный народ, но из всей информации, которую я получаю, слишком много правды в существенной слабости Польши из-за расовых и других меньшинств, о которых немецкий гауляйтер так ясно заявил мне в Данциге два года назад.

Польша, как достоверно сообщается, имеет всего восемьсот самолетов. С точки зрения сегодняшнего дня, военная мощь, механизированная техника и другие силы польской армии ничтожны. Среди многих хорошо информированных людей в Брюсселе я нашел мало веры в польское правительство из-за отсутствия доверия к Беку.

Показательно, только прошлой весной один из самых видных чиновников при Беке, определённо заявил мне, что его правительство не будет терпимо относится к предложениям о том, что Польша и Германия должны объединиться и решить свои проблемы по поводу Польского коридора и Данцига.

В то время считалось, что эти предложения были выдвинуты Ватиканом в последней отчаянной попытке предотвратить войну. Он выразил своё отвращение к тому, что назвал общим преувеличением военной мощи Германии.

Его правительство, сказал он, покажет всему миру как надо воевать. Через три недели после начала войны польские войска будут в Берлине. "Западная стена" или "Линия Зигфрида" – ни что иное, как "линия из ваты". Польша не нуждалась в русской помощи, она могла справиться с немцами в одиночку и легко.

В оценке силы Германии, по-видимому, не было никакого реализма. Это поразило меня тогда и до сих пор поражает. Увидев мое удивление, он спросил мое мнение, и я откровенно сказал, что, по-моему, он ошибся в оценке силы Германии.

Я боялся, что настанет время, когда Польша будет отчаянно нуждаться в любой помощи, включая помощь даже от Советов, чтобы спасти себя. Было бы очень дурным решением отказаться от воды, чтобы погасить огонь, который разрушал их дом, из-за страха, что вода промочит их ноги и, возможно, вызовет у них простуду.

Этот пакт о взаимопомощи должен был быть заключен ещё несколько месяцев назад. Сейчас это лишь усугубляет ситуацию. Жребий был брошен, когда Гитлер закрыл свои восточные ворота и когда Риббентроп прилетел в Москву несколько дней назад. Масло уже плеснули в огонь.

Все в Европе знают, что Германия уже мобилизована для немедленного вторжения в Польшу. Немцы открыто хвастались, по словам бельгийских бизнесменов, имеющих заводы в Германии, что они "очистят" Польшу за три недели. Никто из тех, с кем я разговаривал, не был сколь бы то ни было уверен, что этого не произойдет.

(Примечание Мемуариста. В этом споре Польши и Германии, как мы помним, победила Германия. Чуть больше, чем через три недели после начала Войны польская армия рассыпалась, а правительство ещё раньше сбежало к своим хозяевам в Лондон, бросив страну. Куда только делась гордая и могучая страна польских шляхтичей? Продолжаем.)

Дневник, Брюссель, 16-е сентября 1939-го.

В течение двух недель после объявления войны Англией и Францией Германии русские и японцы договорились, по сообщениям печати, о перемирии на Дальневосточном фронте. Таким образом, Гитлер не только закрыл свои восточные двери в Европе, но и укрепил свою позицию, уладив разногласия между Японией и Россией на Дальнем Востоке.

Соглашение Риббентропа-Молотова было дипломатической победой Германии, которая имела далеко идущие последствия.

(Примечание Мемуариста. Всё далеко не так просто. Договоренности с Японией о мире оказались едва ли не решающими для СССР. Напомню, что японцы слово сдержали – за всё время Великой Отечественной война с самураями так и не перешла в открытую фазу.

Громить японских милитаристов мы начали уже после Победы над Германией. Именно дипломатические договорённости с Японией и информация нашей разведки, включая Рихарда Зорге едва ли не спасли Москву зимой 1941-го.

Именно вовремя подтянутые с Дальнего Востока свежие дивизии помогли отстоять столицу в самый тяжёлый период начала Войны. Без подобных дипломатических договорённостей снимать дивизии с японского направления стало бы самоубийством. Непростое дело – дипломатия. Продолжаем.)

Выдержка из письма секретарю Эрли.

Брюссель, 25-е сентября 1939-го.

Московско-Берлинский пакт стал катастрофическим бедствием. Это было, вероятно, одно из величайших дипломатических поражений когда-либо нанесённых Британской империи. Сейчас, слишком поздно, наступает запоздалое осознание мощи России и её значения как источника продовольствия и сырья для Германии. Возможность блокады исчерпана. Время теперь работает на Гитлера, а не против него.

Номер 497, Брюссель, 10-е октября 1939-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Беседы с Советским посланником Рубининым относительно Германо-Советских отношений.

Сэр, несколько дней назад Советский посланник в Бельгии мистер Рубинин, который, как мы помним, был атташе Советского посольства в Вашингтоне в течение нескольких лет, попросил меня пообедать с ним и его женой и провести спокойный вечер. Суть дискуссии, которая заняла почти три часа, заключалась в следующем.

Он пытался оправдать развитие отношений между Москвой и Берлином на следующих основаниях. В течение многих лет Советы пытались содействовать установлению мира в Европе через сотрудничество с западными демократиями, но их сотрудничество и усилия встретили лишь презрение и отказ.

Советский Союз теперь стремится к той же цели через сотрудничество с Германией. Этнические, экономические и политические силы в Восточной Европе и на Балканах могут быть урегулированы Германией и СССР на реалистической основе, которая только и может установить постоянный мир.

В частности, он ссылался на то, что СССР в течение многих лет выступал за "коллективную безопасность" и "неделимость мира" в усилиях по практическому объединению неагрессорских наций в Европе для обуздания Германии. Литвинов продолжал эти усилия в Лиге Наций, в испанской ситуации и в Комитете по невмешательству в Лондоне.

Советское правительство уведомило Польшу, что в случае германской агрессии против Чехословакии оно отменит свой пакт о ненападении с Польшей за тридцать шесть дней до Мюнхена и готово сражаться за чехов. В апреле этого года в ответ на вопрос Чемберлена, присоединятся ли Советы к сопротивлению, если Германия нападет на Польшу или Румынию, Советы сделали утвердительное заявление и предложили созвать конференцию государств – неагрессоров для принятия решения о плане действий, который был единственным "языком, который Германия могла понять".

Чемберлен сам полетел в Берхтесгаден, а в Москву послал подчиненного без полномочий, а затем направил военную комиссию с таким же отсутствием полномочий, только с "разговорами". Англичане и французы отказались гарантировать прибалтийским государствам защиту от внутренней агрессии, в результате чего Советам придётся сражаться с Германией в одиночку.

(Примечание Мемуариста. Речь всё о том же. Чемберлен вёл с Гитлером настоящие переговоры, а с Советами притворные. В Берхтесгадене располагалась Рейхсканцелярия и резиденции виднейших деятелей нацистского правительства от Геринга до Бормана.

Там же, на горе Кельштайн располагался особняк Гитлера, то самое "Орлиное гнездо", на которое по странной случайности так и не упала ни одна бомба наших союзничков! Теперь экскурсии в нацистское логово водят. Продолжаем.)

И румыны, и поляки упрямы и отказываются от реальной физической помощи Красной армии в случае вторжения – в результате чего кремлёвские власти окончательно убедились, что никакого выхода через сотрудничество с Францией или Великобританией нет.

В ответ на мой вопрос, позволит ли Россия Германии утвердиться на Чёрном море либо в Констанце, либо в Дарданеллах, он заявил, что, по его мнению, это невозможно и противоречит жизненным интересам России.

(Примечание Мемуариста. В Констанце располагался один из крупнейших портов Румынии на Чёрном море. Упоминание этого порта не случайно. Дело в том, что в своё время Россия отвоевала этот порт у османов. В конце девятнадцатого века, за год до рождения Сталина, Россия разменяла Констанцу румынам на Бессарабию.

Освобождать эту мощную военно-морскую базу от фашистов снова пришлось нам. Только в конце августа 1944-го удалось освободить город от фашистов Советским морским десантом. Продолжаем.)

На мой вопрос он заявил, что, по его мнению, Советы не пошлют своих солдат на Западный фронт, и не в интересах Советов, чтобы Англия и Франция были уничтожены, равно как и не в интересах Советов, чтобы Германия была побеждена.

Затем он подробно аргументировал целесообразность принятия статус-кво и тем самым установления мира в Европе на конференции воюющих сторон. Он спросил меня, какова, по моему мнению, позиция Соединённых Штатов. Я сказал, что не могу говорить ни от имени правительства, ни от имени Соединённых Штатов в каком-либо официальном качестве, но если он хочет услышать мое личное мнение, я буду рад высказать его.

Вкратце оно следующее. Насколько лично я мог судить об общественном мнении, я полагал, что наш народ считает для завоевателей, которые прибегли к силе, чтобы просить теперь мира на основе статус-кво, это аналогично ситуации, когда пара разбойников с большой дороги, ограбивших и убивших двух безобидных пожилых дам, теперь пытаются подружиться с полицией, заинтересованной в сохранении мира в общине. Убедив их в том, что они не грабители и убийцы, а законопослушные и честные граждане и как таковые имеют право на сохранение награбленного.

Простой вопрос заключается в том, должны ли народы Европы жить в обществе, где закон и юридические процессы или грубая сила должны быть арбитром для урегулирования разногласий между нациями. На это он ответил, что его собственная точка зрения состоит в том, что, в конечном счёте, нынешний конфликт был просто конфликтом между Британской империей, которая стремилась доминировать в мире, и немцами, которые требовали права развиваться на равных.

(Примечание Мемуариста. Сегодня почему-то не принято говорить об этом, но Советский посланник совершенно прав. Вторая Мировая выросла из простого как мычание конфликта.

Одряхлевшая Британская Империя пыталась поделить право грабить весь остальной мир с молодой и голодной Империей Германской. В итоге эти дельцы, стремившиеся нажиться на грабеже колоний, закопали в землю добрых пятьдесят миллионов человек. Продолжаем.)

Посланник Рубинин – способный и очень умный человек. Что касается, действовал ли Рубинин по приказу, пытаясь выяснить, какова позиция Соединённых Штатов, я несколько сомневаюсь. Возможно, это было инспирировано его правительством как часть мирного наступления, которое так активно проводится в жизнь.

Во всяком случае, я был чрезвычайно осторожен, чтобы указать, что моё правительство держит строгий нейтралитет в этой ситуации и не вмешивается в европейские дела. Любые мои выражения были чисто личными и ни в коей мере не должны рассматриваться как отношение моего правительства. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Русский медведь взял красивый реванш за Мюнхен.

Брюссель, 12-е октября 1939-го.

Обзор тенденций в европейской ситуации.

Мой дорогой мистер секретарь!

Исходя из моих знаний о России, я считаю, что Россия, возможно, не сможет поставлять нефть в сколько-нибудь значительных количествах в Германию в течение некоторого времени. Россия в то время, когда я был там, имела более 460 000 тракторов, используемых для коллективных хозяйств, и они потребляли всю нефть, которую можно было произвести.

Их трубопроводные и транспортные возможности также ограничены. Нефть очень важна, и я понимаю, что общие поставки России составят лишь около 20% от потребностей Германии. Бен Смит из Нью-Йорка, хорошо знающий нефтяной бизнес, говорит, однако, что только вернулся из Германии и один из лучших нефтяников в мире сказал ему, что Германия имеет запас нефти, достаточный, чтобы продержаться, по крайней мере, год с четвертью.

Он также сказал, что нефтяные эксперты считают, что поставки нефти из Бакинского района России возможно быстро увеличить методами высокого давления.

Дипломатический корпус и официальные круги стали остро чувствовать значимость Москвы. Русский медведь прекрасно отомстил за то, что его вышвырнули из Мюнхена. Финляндия – единственное прибалтийское государство, которое до сих пор сопротивлялось назойливым домогательствам медведя.

Министр иностранных дел Турции получает от Молотова такое же обращение, что Хендерсон получил от Риббентропа в Берлине. Его заставили терять время на ожидание.

(Примечание Мемуариста. Здесь у посла любопытная идиома "заставили охладить свои каблуки". Это не про сидение в приёмной в ожидании опаздывающей стороны. Это означает, что министра вынудили терять время на бессмысленное ожидание решения другой стороны. Продолжаем.)

Послание президента Советскому правительству было провозглашено с величайшей радостью. В дипломатических кругах вообще признают, что Московско-Берлинский пакт стал величайшей трагедией в развитии этой военной ситуации. Тень Советов, протянувшаяся от Осло, сгущается над Польшей и Балканами. Она принесла новый страх в дополнение к старой немецкой угрозе.

Обычно высказывается мнение, что в европейской ситуации появился новый фактор, который потребует полного пересмотра расстановки сил различных держав. Складывается впечатление, что у Сталина и Гитлера сложилось очень специфическое понимание очень конкретного и реалистического характера, основанное на жизненных интересах каждого.

Много спекулируют, придут ли русские на помощь Гитлеру на Западном фронте. Как год назад была тенденция принижать Россию, теперь есть тенденция преувеличивать её цели в настоящее время.

Я нахожу, что моё собственное суждение не согласуется ни с одной из этих двух крайностей. Я склоняюсь к мнению, что российская политика может быть именно такой, какой она её провозглашает, а именно: желанием установить мир в Европе, если она сможет, и особенно на ее восточной границе. В дополнение к этому, развивать свои собственные ресурсы, защищенные от внешних угроз нападения капиталистических западных наций.

Для обеспечения этой безопасности, естественно, Советы хотели бы, чтобы их западная граница была отодвинута как можно дальше от Москвы и Донбасса, как защита от возможного врага – Германии. Для её стратегической обороны, экономического и национального развития жизненно важно также, чтобы её доступ к морю был круглый год защищен морскими базами открытой воды. Отсюда, и её отношение к балтийским странам.

Вполне возможно, что Советы искренни в своём заявлении, что они хотят предоставить полную независимость и автономию в самоуправлении этим различным странам, но желают обеспечить дружественным путем военно-морские базы, которые защитят их от возможного будущего нападения Германии.

Советы считают, что с развитием их внутренней экономики в России в течение ближайших нескольких лет, исходя из прошлых темпов развития, соседние государства с более низким уровнем жизни будут стремиться войти в Советский Союз. Их отношение к Турции и Дарданеллам, а также их отношение к Констанце и Чёрному морю в равной степени согласуется с Тихоокеанскими намерениями, а не с военной целью помочь Германии.

Весь план Сталина, начиная с 1926-го года, состоял в том, чтобы развить внутреннюю экономику, которая была бы самодостаточной, и создать социалистическое коммунистическое сообщество, которое стало бы моделью для всего мира. Он сам сказал мне, что они полагали, для него и его товарищей достичь этого было трудным делом, достойным Человека настолько, насколько они смогли бы сделать, не пытаясь управлять всем миром. С большим уважением, искренне Ваш.

Журнал, Брюссель, 28-е ноября 1939-го.

Прошло уже три месяца с тех пор, как Англия объявила "состояние войны". Оно открыло множество сюрпризов. Немцы оправдали свое предсказание уничтожить Польшу за три недели. Для некоторых это оказалось удивительно.

По-видимому, Московское соглашение предусматривало полное восстановление географических и политических сфер царской России в руках Советов, и даже более того, а именно: выкорчёвывание и разрушение прибалтийской немецкой цивилизации и жизни, а также восстановление польской Белоруссии и польской Украины в составе СССР в рамках сделки с Германией.

Советы готовы рискнуть оттолкнуть мировое общественное мнение и мнение многих мировых коммунистов, напав на Финляндию, чтобы завершить укрепление военно-морских фортификаций Ленинграда против возможного будущего нападения врага. В качестве которого может рассматриваться только их нынешний союзник, Германия. Еще несколько месяцев назад подобный анахронизм казался невозможным.

Точно так же хорошо информированные люди еще полгода назад не могли себе представить, что Германия заплатит столь высокую цену России, чтобы при нападении на Польшу закрыть свою восточную дверь. Подразумеваемая угроза Англии и Франции, содержащаяся в Московском заявлении Риббентропа о том, что "консультации относительно необходимых шагов" должны быть предприняты совместно, если западные страны не прекратят войну с Германией, по-видимому, не имела реальной основы ни в каком соглашении с Молотовым.

(Примечание Мемуариста. Риббентроп вообще в тот момент явственно то ли зазвездился, то ли выступал хитрым провокатором. Он постоянно пытался подчёркивать, что чуть ли не договорился со Сталиным о военном союзе. За что был нещадно высечен нашими дипломатами. Раз за разом.

Именно это произойдет меньше чем через месяц после этой записи в журнале. Сталину исполнится шестьдесят и главы многих мировых правительств направят Советскому вождю приличествующие поздравления.

Направил, следуя дипломатическому этикету, такое поздравление и Гитлер. С добрыми пожеланиями Сталину и Советскому народу. Оно даже было опубликовано в "Правде". Опубликован и вежливый ответ Сталина за пожелания, но не ему самому, а Советскому народу.

Риббентроп не удержался и направил второе поздравление Сталину уже от себя лично. Мягко говоря, не по рангу, учитывая, что его начальник фюрер уже Советского лидера поздравил.

Более того, Риббентроп в поздравлении хамски намекал, что в августе они со Сталиным чуть ли не мир поделили. И теперь Германию и Союз ждёт вечная дружба.

Ответ Сталина тоже попал в "Правду". Крайне вежливый и при этом чрезвычайно жёсткий. Ни словом, ни буквой в ответе нет о роли Риббентропа. Зато чеканным слогом прописано, что "дружба народов Германии и Советского Союза, скреплённая кровью, имеет все основания быть длительной и прочной".

И нет, это не кровь поляков, а кровь русских и немцев, которую одинаково бессмысленно проливали в своей жажде наживы империалисты в Первую Мировую. Мы и в Великую Отечественную с народом Германии не воевали, мы его освобождали из-под железной пяты нацистских угнетателей. И освободили, что характерно. Продолжаем.)

"Необходимые шаги" не были предприняты или оказались безуспешными. Вместо того, чтобы пойти на такие действия, Молотов провозгласил политику нейтралитета. Таким образом, Гитлер закрыл свою восточную дверь, но заплатил очень высокую цену.

Развитие отношений между Сталиным и Гитлером.

В сентябре мне было заявлено, что Сталин сопротивляется усилиям Гитлера обеспечить военное и политическое проникновение в Россию – по той причине, что русские не доверяют Гитлеру. Полная ценность российского пакта зависит от способности Германии сделать его плодотворным за счет технической помощи в организации кадровой работы и, в частности, промышленного производства.

В настоящее время финские события изменили условия, существовавшие между этими двумя странами. Несомненно, Гитлер извлёк из этого максимальную пользу, играя как на Балканах, так и в Финляндии, чтобы оказать давление на Сталина и заставить его согласиться на соглашение о сотрудничестве немецких инженеров и техников с СССР для увеличения поставок в Германию.

(Примечание Мемуариста. В реальности дело обстояло ровно наоборот. Советский Союз все тридцатые годы жестоко душился санкциями Запада. Продавать современные технологии, особенно технологии военные, большевикам отказывались наотрез.

Даже задыхающиеся в тисках Великой Депрессии США крайне неохотно поставляли оборудование для новых Советских заводов. И только за столь необходимое им Советское золото.

А вот в августе 1939-го Сталин выкрутил Гитлеру руки и заставил заключить Советско-Германское торговое соглашение. А заодно вытребовать с немцев долгосрочный кредит на двести миллионов марок золотом. С обязательством поставлять самую современную техническую продукцию.

В мемуарах наших конструкторов от Яковлева, до Грабина эти полтора года описываются как золотое время для Советской промышленности. Наши делегации накорню скупали самые современные немецкие станки, электростанции и оборудование.

Были куплены последние из германских разработок танков, самых секретных истребителей и бомбардировщиков и даже недостроенный новейший крейсер. Как мы уже обсуждали в этой книге, американцы, к примеру, линкор построить для Советов в итоге отказались.

Так что германские инженеры в Союзе работали не на немцев, а на ускоренное развитие Советской науки и промышленности. Во многом, именно тот предвоенный технологический скачок помог переломить к 1943-му году ход Войны в нашу пользу. Продолжаем.)

Есть признаки, что эти усилия увенчались успехом и Германия теперь имеет в России как военных, так и промышленных экспертов. Я считаю, что при немецкой технической поддержке Советская экономика при их сотрудничестве будет иметь большое значение для Германии. Несмотря на близость Бакинских нефтяных месторождений к военно-воздушной базе армии Вейгана в Палестине и угрозу воздушного нападения на нефтяные месторождения, возможности российской нефтедобычи под управлением Германии и двухлетние перспективы развития огромны.

(Примечание Мемуариста. Речь о французском генерале Максиме Вейгане. В 1939-м году этого бодрого парня семидесяти двух лет от роду извлекли с пенсии и отправили командовать оккупационным контингентом Франции в Сирии.

Совместные планы наших будущих союзников: Англии и Франции разбомбить к чертям Бакинские нефтепромыслы, действительно, активно разрабатывались. Капиталистам не нужен был ни сильный Сталин, ни сильный Гитлер. Нужна была ограниченная войнушка Германии и СССР, на которой западные империалисты грели бы руки, почти не вмешиваясь.

Доводить дело до Мировой Войны парни из Лондона и Парижа вовсе не собирались. Но вышло иначе.

Кстати, душка Вейган сдал фашистам всё, что можно. Как оказалось, не только из-за трусости и слабости французской армии. В продавшем Францию Гитлеру режиме Виши наш мон шер хенераль был награждён должностью министра обороны.

В 1941-м году активно помогал фашистам на севере Африки, передал почти в полном составе вооружение французских войск армии генерала Роммеля. Заодно затеял пару концлагерей для антифашистов и вовсю боролся с евреями, не жалея даже детей.

Впрочем, как и всегда бывало с предателями, немцы долго держать на службе Вейгана не стали. Получив свои тридцать сребреников, генерал заехал в концлагерь Дахау. К своим дружкам любителям фашистов: Даладье, Рейно и Гамелену.

Впрочем, прожил после этого добрую четверть века. Уважаемый был человек, действительный член Французской академии. Правда, отпевать сего прекрасного мужа в почётнейшем парижском Доме Инвалидов отчего-то запретили. Может потому, что в президентском кресле тогда сидел Де Голль, которыё ещё помнил что такое Сопротивление.

И что делали парни из Ла Резистанс с подобными "академиками" в годы Войны. Ежели была под рукой крепкая верёвка и подходящее дерево поблизости. Продолжаем.)

Россия – Финляндия.

Несомненно, финны весьма героически отбросили русских назад. Заключение мира между Россией и Финляндией путём переговоров, на мой взгляд, не является сейчас неизбежным. Русская армия – бог для коммунистов.

Самолюбие и, возможно, даже самосохранение потребовали бы от действующих властей бросить всю свою мощь и численность на борьбу за восстановление утраченного престижа армии. Финляндия не может противостоять Советской военной машине. После этого наступит мир на Советских условиях.

Военные замечания касаемо России и Германии.

Журнал, Брюссель, 29-е ноября 1939-го.

Россия ещё прошлым летом стала сторонником притязаний Болгарии на румынскую Добруджу, и вполне в рамках вероятного, что как только Советы разберутся с Финляндией, они обратят своё внимание на Румынию и Бессарабию.

(Примечание Мемуариста. Помните, мы говорили о порте Констанца? Который Россия отобрала у османов и подарила Румынии? Собственно, передавали не одну Констанцу, а почти целиком область Добруджи. И у Болгарии исторических прав на возврат Добруджи было малость побольше, чем у Румынии.

Когда идут разговоры о переделе подобных областей Европы, надо понимать, что подлинного суверенитета у них никогда и не было. В случае с Добруджей, она, внезапно, – кусок российских земель. Который мы отобрали у оккупированной османами Болгарии и подарили Румынии.

Занятный факт, к концу девятнадцатого века в Констанце четверть населения составляли турки, а еще более сорока процентов российские крымские татары. Румын и болгар в этих их "исконных" землях нужно было с лупой искать. Ничего удивительного, что в 1939-м году Сталин поддержал претензии Болгарии на отторжение этих областей от прогитлеровской Румынии. Продолжаем.)

Некоторые из этих восточных стран кажутся очень уверенными в себе и, подобно Польше, считают свою власть очень сильной. Но Польша была горьким примером, и я боюсь, Финляндия тоже будет. Результатом станет, по всей вероятности, что Кароль Румынский заключит мир на наилучших возможных условиях и в очень короткий срок окажется вассалом Гитлера и Сталина.

(Примечание Мемуариста. Речь идёт о тогдашнем монархе Румынии Кароле Втором. Как обычно – светлейшая личность. Беспорядочные романы с дамами можно и простить. Зато чудовищный казнокрад, присвоивший себе с полсотни заводов.

Диктатор, распустивший парламент и отменивший Конституцию. Прославился убийствами политиков и лидеров оппозиции. Всячески заигрывал с Гитлером и вполне сочувствовал румынской нацистской партии "Железная гвардия".

В 1940-м году, когда стало жарко, традиционно для деятелей подобного толка бросил страну и бежал в тёплые страны, рассыпая алмазы из карманов парадного мундира.

Пришедшие ему на смену парни из "Железной гвардии" немедленно подписали нужные бумажки и вступили во Вторую Мировую. На стороне Гитлера, разумеется. Продолжаем.)

Мне сказали, что требования России к Турции включают в себя военную базу, которая будет контролировать Дарданеллы, подобную базам на Балтике. Это вполне возможно. Болгария теперь, определённо, находится под коммунистическим влиянием. Венгрия под непосредственной угрозой Германии, а Югославия под угрозой как Италии, так и Германии.

Нынешнее положение Гитлера.

Всё это говорит о не слишком благоприятной для Гитлера ситуации. Он отказался от Прибалтики, выкорчевал и пересадил германскую цивилизацию, просуществовавшую 400 лет. Он отрезал себя от Украины. Он ограничен экономической властью только над Румынией, а также лишь ограниченным влиянием на Болгарию или Венгрию.

Русский медведь не поддержит немцев на Чёрном море. Рассматривая грандиозную концепцию жизненного пространства, которую Гитлер проповедовал своему народу и всему миру, он теперь оказался заключён в довольно узких границах. Его единственный "выход", по-видимому, в настоящее время находится на Западе.

Эти условия, возможно, в какой-то степени объясняют кажущуюся неопределённость планов в Берлине, о чём свидетельствует изменение в последнюю минуту плана немецкого наступления в день перемирия и продолжающееся в настоящее время бездействие на Западном фронте. Это еще один и не менее забавный аспект этой так называемой "фальшивой" войны.

Многое зависит от того, каково на самом деле соглашение Гитлера со Сталиным. Если это будет союз "ва-банк", и он сможет направить в Россию своих инженеров и учёных таким же образом, как сделал это в Италии, и если Советы действительно будут сотрудничать, Гитлер всё равно получит огромные преимущества от пакта с русскими.

Есть признаки, что на самом деле русские сотрудничать не будут. Советы проводят независимую политику, основанную исключительно на личных интересах и Гитлер не слишком доволен этим.

Дневник, Вашингтон, 15-е января 1940-го.

По распоряжению госдепартамента я вернулся в Вашингтон, чтобы занять должность специального помощника госсекретаря, отвечающего за чрезвычайные военные проблемы и политику. Поэтому я подал прошение об отставке с поста посла в Бельгии и полномочного посланника в Люксембурге.

Дневник, Вашингтон, 16-е февраля 1940-го.

По сообщениям из Румынии, в Одессу прибыли две тысячи немцев, которые занимаются в этом и других черноморских портах закладкой мин в российских водах.

Один видный бельгийский бизнесмен, только что прибывший из этой страны и знакомый с ситуацией на Балканах, сказал мне, что его информация свидетельствует, что московские гостиницы полны немецких агентов, коммерческих путешественников и инженеров, но им трудно попасть в Советскую промышленность из-за нежелания Советского Союза сотрудничать.

Журнал, Вашингтон, 30-е марта 1940-го.

В речи премьера Молотова, наркома иностранных дел, перед Верховным Советом Советского Союза 29-го марта появилось важное заявление. "Мы должны сохранять нашу позицию нейтралитета и воздерживаться от участия в войне между великими державами. Эта политика не только служит интересам Советского Союза, но и оказывает сдерживающее влияние на попытки разжечь и распространить войну в Европе.

Если мы обратимся к недавнему прошлому, то увидим, мы добились значительных успехов в обеспечении безопасности нашей страны. Мы будем последовательно придерживаться нашей политики и впредь".

Это важно как подтверждение нейтралитета. Оно опровергает подразумеваемое предложение Риббентропа прошлой осенью, что если Франция и Англия не прекратят войну с Германией, то между Германией и Советским Союзом будут проведены консультации. Это не может вполне удовлетворять Гитлера.

Дневник, Вашингтон, 26-е июня 1940-го.

Сообщается, что Молотов передал румынскому посланнику в Москве ноту с требованием немедленной передачи Бессарабии и Северной Буковины в течение суток.

Цитируется заявление российской печати, что это урегулирует двадцатидвухлетний конфликт между Россией и Румынией и является одним из "исправлений" Версальского договора, которое является частью плана содействия европейскому миру.

Молотов подтверждает Советскую политику нейтралитета.

Дневник, Вашингтон, 1-е августа 1940-го.

Речь Молотова перед Верховным Советом в Москве, как сообщалось, содержит следующее по отношению к изменившимся условиям вследствие поражения Франции и вступления Италии в войну. "Все эти события не вызвали изменения во внешней политике Союза".

Верный политике мира и нейтралитета, Советский Союз не принимает участия в войне. "События в Европе, вовсе, не уменьшают силы Советско-Германского пакта о ненападении, напротив, подчеркивают важность его существования и дальнейшего развития."

Вопреки рассуждениям иностранцев о возможных разногласиях между сторонами, он заявил, что эти отношения основаны на фундаментальных интересах обеих сторон.

"Ответный визит" Молотова в Берлин.

Журнал, Вашингтон, 14-е ноября 1940-го.

Молотов и его штаб в количестве шестидесяти пяти человек покинули Берлин сегодня после продолжительных бесед с Герингом, Гессом и другими промышленными экспертами и после второй продолжительной конференции с Гитлером и Риббентропом. Официальное коммюнике не проливает никакого реального света на происшедшее, за исключением того, что "оно привело к соглашению по всем важным вопросам, представляющим интерес для Германии и Советского Союза."

Примечание посла. Это официальное коммюнике не согласуется с речью Гитлера в берлинском дворце спорта от 3-го октября 1941-го, в которой описывались основные разногласия и предполагаемые требования Молотова.

(Примечание Мемуариста. Этот самый берлинский "Спортпаласт" оказался любимым местом выступлений нацистов. Арена вмещала под пятнадцать тысяч человек. Именно с Спортпаласте в 1943-м году Геббельс произнесёт свою самую известную речь "Война без ограничений", она же – "Тотальная война".

В ней он призывал бороться против большевизма до последней капли крови. Не считаясь ни с какими законами и ограничениями. Не помогло, Война закончилась в Берлине. Продолжаем.)

По всей вероятности, здесь кроется нечто большее, чем кажется на первый взгляд. Советский Союз неоднократно подчеркивал в качестве краеугольного камня своей внешней политики позицию абсолютного нейтралитета и неучастия в европейской войне. Он неоднократно описывает своё соглашение с Германией как пакт о взаимном ненападении.

Печать Москвы в течение последнего месяца или около того, по-видимому, также была очень щедра в своих комментариях об эффективности британских ВВС и прекрасном качестве британской пехоты, как состоящей из членов профсоюзов и т.п.

(Примечание Мемуариста. В том-то и дело, что ни британские, ни даже французские солдаты не были ни особо трусливыми, ни предателями. Вести с Гитлером "фальшивую" войну их вынуждали политики, науськивающие Гитлера на СССР. Отсюда и война только на бумаге. А вот простые работяги с винтовками были и всегда будут братьями таким же простым Советским рабочим и крестьянам. Продолжаем.)

Дневник, Вашингтон, 30-е ноября 1940-го.

Обедал с президентом. Попросил, чтобы он разрешил мне уйти в отставку из госдепартамента с начала года. Я объяснил, что в течение последних пяти лет не уделял никакого внимания ни своему личному бизнесу, ни своей юридической конторе и я обязан это сделать. Он всё замечательно понял.

Он сказал: "Разумеется", но он хотел бы, чтобы я был доступен для конкретных задач, которые он мог иметь в виду. Он попросил меня немедленно стать председателем его инаугурационного комитета. Я был очень горд принять это предложение.

(Примечание Мемуариста. Если Вы думаете, что с отставкой посла из департамента история его отношений с Россией закончится, Вы недооцениваете Сталина и Рузвельта. Свой Орден Ленина бывший посол Дэйвис заслужит постоянным посредничеством между СССР и США по вопросам ленд-лиза и открытия второго фронта.

В середине Войны он и вовсе будет вынужден провести чуть ли не избирательную кампанию по большинству штатов. Только публике в этот раз представлялся не очередной кандидат в сенаторы или президенты, а великий Советский народ, его сражения за мир во всём мире и его вождь – товарищ Сталин. Продолжаем.)

Дневник, Вашингтон, 10-е января 1941-го.

Сегодня в Берлине было объявлено о подписании так называемого "русско-германского пакта о дружбе". Официальный представитель заявил, что это положит конец "глупым сплетням" об ухудшении отношений между Советским Союзом и Германией и подтвердит факт, что стороны спокойно работают над улучшением и укреплением своих дружественных отношений.

Он предусматривал урегулирование вопросов, в том числе связанных с Советским присоединением прибалтийских стран и польскими пограничными проблемами.

(Примечание Мемуариста. До начала Великой Отечественной оставалось менее полугода. Этот пакт уже никого не обманывал, все понимали, что война с фашизмом неизбежна. Наши дипломаты пытались последними средствами хоть как-то оттянуть неизбежное.

Нашей оборонной промышленности, нашей армии отчаянно не хватало каких-то двух-трёх лет для подготовки. Начнись война году в 1943-м, гнали бы гитлеровцев с треском вплоть до Парижа. Продолжаем.)

Дневник, Вашингтон, 18-е февраля 1941-го.

Советы не хотят рисковать. Глава Госплана в Москве заявил, что Россия должна приложить все усилия для продолжения и наращивания производства танков, самолетов и военных кораблей, чтобы держать страну в состоянии готовности к любым непредвиденным обстоятельствам.

Россия противостоит Германии на Балканах.

Журнал, Вашингтон, 3-е марта 1941-го.

На Балканах наблюдается значительная Советская активность. В прошлом месяце по московскому радио пришло сообщение, что турецко-болгарский пакт был подписан благодаря вмешательству России, Греции и Англии. Советский оратор сказал, что если Германия намеревается пройти через нейтральные территории, она должна ожидать, что ей придется сражаться за это.

Германия не должна забывать, что существует пакт о дружбе между Турцией и Великобританией. Позднее, в том же месяце Советское официальное информационное агентство ТАСС заявило, что вышеприведенное сообщение, поступившее через швейцарскую газету, не соответствует действительности.

Кроме того, московский наркомат иностранных дел опубликовал официальное заявление, что болгарское правительство сообщило о своем согласии на ввод немецких войск в Болгарию с целью "упрочения мира на Балканах". Советское внешнеполитическое ведомство официально уведомило болгарского посланника, что оно не согласно с болгарским правительством относительно правильности болгарской позиции.

Эти действия болгарского правительства привели не к миру, а к расширению сферы военных действий и Советское правительство, проводя свою мирную политику, не поддержит болгарское правительство в осуществлении его нынешней политики.

Это идёт довольно сильно в противовес планам Гитлера.

Жизненно важные интересы России блокируются Гитлером.

Дневник, Вашингтон, 24-е марта 1941-го.

Турецкое правительство в Стамбуле опубликовало сегодня официальное заявление, основанное на новостях, появившихся в иностранной печати. А именно, что если Турция будет вовлечена в войну, то Советский Союз может воспользоваться этой ситуацией для нападения на Турцию.

Согласно турецкому заявлению, Советское правительство официально заявило, что эта новость не соответствует действительности. В частности добавив, что в случае, если Турция будет вынуждена сопротивляться агрессии и таким образом окажется вынуждена защищать свою территорию, Турция может рассчитывать на полное соблюдение Россией пакта о ненападении между двумя странами и может рассчитывать на нейтралитет СССР.

Это также подтвердили в Москве. И Турция, и Советский Союз жизненно заинтересованы в том, чтобы помешать германским военным достичь Дарданелл.

Россия вмешивается в Югославские дела.

Дневник, Вашингтон, 5-е апреля 1941-го.

Примечание посла. На следующий день Германия вторгнется в Югославию.

Между Советским Союзом и Югославией был подписан договор о дружбе и ненападении. В нём содержалось следующее чрезвычайное заявление. "Если одна из договаривающихся сторон подвергнется нападению со стороны третьего государства, другая договаривающаяся сторона обязуется сохранять свою политику дружбы."

Договор должен был действовать в течение пяти лет и автоматически продлеваться еще на пять лет, если не будет дано уведомление о намерении отменить его в течение года. Разумеется, под третьим государством подразумевается не только Италия, но и союзник России – Германия.

(Примечание Мемуариста. Не до конца понимаю, как у посла поворачивается язык называть Германию нашим союзником. Никаких союзных договоров мы с ними не заключали. Считать таковым договор о ненападении достаточно странно.

Более того, посол постоянно приводит факты, что СССР направо и налево раздаёт по всей Европе свои гарантии. Гарантии о том, что в случае нападения Германии, Советский Союз будет готов поддерживать тем или иным способом пострадавшую страну.

В этой ситуации Сталин выглядит как единственный мировой политик, отчаянно пытающийся хоть как-то на живую нитку сметать Европу и не допустить Гитлеровской агрессии. Какие уж тут союзники. Продолжаем.)

Дневник, Вашингтон, 29-е апреля 1941-го.

В сообщениях из Москвы, опубликованных газетой "Правда", говорится, что 26-го апреля в финский порт прибыли четыре немецких транспорта с двенадцатью тысячами солдат, полностью оснащенных танками и артиллерией.

Дневник, Вашингтон, 17-е мая 1941-го.

Внешнеполитическое ведомство в Москве запретило иностранным дипломатам и консульским должностным лицам въезжать в любую пограничную зону без специального разрешения ведомства. Постоянно ходят слухи о скоплении большого количества немецких войск на Советской границе в Румынии, Польше и Финляндии. Мне достоверно известно, что официальные отчёты подтверждают эту ситуацию.

Журнал, Вашингтон, 23-е июня 1941-го.

Отправился с визитом в Мэдисон на июньское вручение дипломов Висконсинского университета и остановился у президента и миссис Дикстра.

После обеда выпускников и моего выступления, когда мы подъезжали к дому президента, к нам через лужайку подбежал молодой человек и остановил нас прямо перед домом. Это был корреспондент "Юнайтед Пресс".

Он сообщил поразительную новость, что Гитлер напал на Советский Союз. Это было похоже на взрыв бомбы. Он хотел получить от меня заявление. Я сказал, что всё это идет на пользу западным демократиям.

(Примечание Мемуариста. Эту фразу посла, одного из ближайших помощников Рузвельта, стоит выбить в граните для будущих поколений. Гитлер вероломно напал на СССР и затеял Мировую Войну, что Вы думаете об этом? – Ничего страшного, это пойдёт на пользу западным демократиям!

Двадцать семь миллионов убитых фашистами Советских людей и тридцать два миллиона замучанных японскими милитаристами китайцев. Это всё "на пользу западным демократиям". Продолжаем.)

В ответ на его вопрос я сказал, что, по моему мнению, масштабы сопротивления Красной армии поразят и удивят весь мир. И хотя Гитлеру предстояло захватить значительную часть Украины, его беды, по-моему, только начинались. Для нас было просто здравым смыслом оказать Советам всю возможную помощь, потому что они сражались против величайшей угрозы нашей безопасности в мире, угрозы гитлеровской агрессии и жажде мирового господства.

Это заявление было довольно широко распространено в прессе, так как оно прямо противоречило практически всем мнениям лучших военных экспертов. Оно было основано не на слухах, а на том, что я сам видел в России.

Вот некоторые факты и впечатления, которые не изложены в отчетах.

Заметки о Красной армии.

Во время моего пребывания в России в 1937-м и 1938-м годах я видел множество руководителей Красной армии и Советских войск. Советское правительство уделяло особое военное внимание молодёжи. Использование молодёжи в военных целях было характерно для режима. Они находились под постоянным присмотром у местных военных властей.

Когда девочки и мальчики достигали шестилетнего возраста, для них существовали организации – октябрята, которые энергично поддерживались государством. Оттуда они переходили в другую организацию – "Юные пионеры" (с 12-ти до 16-ти лет), а оттуда в "Комсомол" (Союз коммунистической молодежи – с 16-ти до 24-ти лет). Чем-то напоминает наши бойскаутские организации).

(Примечание Мемуариста. Где Дэйвис увидел в октябристах военное воспитание – для меня загадка. Уж ладно бы, суворовцев с нахимовцами вспомнил, так нет. Вот у фашистов, тех – да, воспитывали из детей безжалостных и бездумных убийц во славу Рейха.

Но вот между пионерией и гитлерюгенд лежит настолько глубокая пропасть, что даже сравнивать несколько странно. Хоть клятву юного пионера почитал бы, что ли. Продолжаем.)

В Харькове я увидел типичный дом "юных пионеров". Он был оборудован с целью развития индивидуальных способностей молодых людей в часы их отдыха. Здесь были созданы лаборатории для мальчиков, работающих под руководством технических инструкторов. Я видел, как они строили модели миниатюрных самолётов, танков, локомотивов, железнодорожных систем и т.д. Военные власти были очень заинтересованы в этой деятельности.

(Примечание Мемуариста. Это главный секрет большевиков. На самом деле, под личинами руководителей кружков авиамоделизма или гимнастики в нашем Доме пионеров скрывались циничные вербовщики, присматривающие пушечное мясо пожирнее для имперских легионов. А в школьных лабораториях, по логике посла, видимо напалм варили.

Беда американцев в том, что ничего подобного нашим домам пионеров у них попросту не было. Никому в мире чистогана нет дела будет ли кто-нибудь бесплатно, с большой любовью и энтузиазмом развивать способности детей. Каждый сам за себя. Ну-ну. Продолжаем.)

"Комсомольцы" (организация от 16-ти до 24-ти лет) были объектом особого внимания со стороны военных. Они получают интенсивную физическую подготовку, военную выучку, стрелковую практику, большое количество прыжков с парашютом, планерную практику, все виды спортивной практики, техническую подготовку и т.д. Это было так, как если бы мы с самого начала относились к Корпусу сохранения гражданских и Национальной молодёжной администрации как к подготовительным школам для вооруженных сил Соединённых Штатов.

Каждый год примерно полтора миллиона из этих подготовленных молодых солдат в возрасте 20-ти лет призывались в армию. На различных военных и других смотрах на Красной площади я имел возможность лично увидеть различные подразделения войск Красной армии. Эти войска, конечно, были лучшими в армии. Тем не менее, это помогло мне оценить всю картину в целом.

(Примечание Мемуариста. Об этих замечательных организациях нельзя не сказать. Что называется – почувствуйте разницу. Национальная молодёжная организация – это совсем не пионеры и не комсомол. Это биржа труда для молодёжи до 25-ти лет.

Рузвельт был вынужден запустить это агентство, потому что Великая Депрессия хоть и ослабла, но никуда не делась. Молодые и малоквалифицированные работники были никому не нужны.

Чтобы эти парни и девушки не сбивались в голодные банды, их пытались пристроить к делу. Капиталистам было выгодно, потому что в рамках этой правительственной организации можно было платить неполную зарплату рабочего. Это же почти дети.

Цинизм заявлений посла о военной направленности пионерии, при упоминании агентств Рузвельта и вовсе вызывает смех. Знаете во что в 1942-м году превратилась американская молодёжная администрация? Правильно, в Комиссию по военной трудовой силе. Так кто там готовил из детей нерассуждающую и покорную солдатню? Точно Советы, а не американцы?

С корпусом сохранения гражданских и вовсе замечательная история. Это похожая организация, созданная Рузвельтом, чтобы пристроить молодёжь к самой чёрной работе. Её и вовсе создавали генерал Макартур и генерал Маршалл.

Набирали в корпус юношей и девушек до двадцати лет. Обязательным условием являлись безработные родители. Даже тяжёлая и фактически за еду работа была большим благом и доступна была не всем.

Этот корпус наглядно показывал капиталистическую сегрегацию – большей частью он состоял из негров и индейцев. Хотя и белых безработных хватало.

Жили рабочие корпуса в военных палаточных лагерях, были одеты в полувоенную форму. Занимались в основном расчистками свалок, полей, строительством дорог и тому подобным. Через эту трудовую армию по самым скромных оценкам прошло несколько миллионов американских работяг.

Напомню, сразу после Войны замечательный детский писатель Лазарь Лагин, отец Старика Хоттабыча, напишет страшненький фантастический роман "Патент АВ". Про то, как в западном мире особыми гормонами выращивают из бездомных сирот здоровенных солдат с умом двухлетнего ребёнка.

Как и всякая хорошая сказка, роман гораздо глубже антифашистской страшилки. Именно это делал со своей молодёжью капиталистический мир. Советская беззубая пропаганда ни в какое сравнение не шла с чудовищной промывкой мозгов, ведущейся в тех же "свободных" в кавычках США. Продолжаем.)

Пехота – личный состав.

Личный состав неизменно впечатлял. Их пехота поражала, когда они тысячами маршировали мимо кремлёвской трибуны. Обнажённые до пояса, бритые головы, коричневые как орехи тела. Все в отличной спортивной форме – по большей части крупные, сильные мужчины.

Было бы трудно найти какую-либо группу, очевидно, более физически подготовленную или военную группу, которая маршировала бы с большей точностью, чем та, которую они демонстрировали в тесном строю с плечами, наклоненными вперед и с примкнутыми штыками, направленными на плечи шагающей впереди шеренги. Они выглядели так, будто с ними будет непросто справиться на "ничейной земле"."

Пролетарская стрелковая дивизия.

Среди регулярных воинских частей, осмотренных маршалом Ворошиловым, было около шести тысяч гражданских лиц, которые маршировали в ротном строю, вооруженные винтовками, но все в беспорядочной гражданской и не слишком хорошей одежде. Это был предварительный просмотр организованных партизанских отрядов, которые Красная армия теперь использует для преследования немецких коммуникаций в так называемой "глубокой обороне", с помощью которой Советские стратеги стремятся противостоять блицкригу.

Это также важно, поскольку указывает на то, что даже в 1937-м году кремлёвские власти ожидали немецкого наступления, которое увенчалось бы успехом в захвате западной России, и даже тогда готовились оставить эти "пролетарские стрелковые дивизии" позади наступающих немецких порядков, как часть политики "выжженной земли" Советской гражданской обороны.

Механизированные части.

Красная армия, как я понял, выгодно отличалась от великих армий Европы своей механизированной оснащенностью. Тогда считалось, что у неё имеется около четырёх тысяч танков различных типов, готовых к немедленному использованию. Из того, что я сам видел на заводах тяжелой промышленности, а также из информации, полученной из других информированных источников, у меня сложилось впечатление, что они довольно быстро движутся к массовому производству танков.

Последующие события подтвердили это мнение. В день Красной армии в 1938-м году около четырёхсот восьмидесяти танков, некоторые огромных размеров, а некоторые более лёгкие, мчались через Красную площадь с ужасающей скоростью, которая, как говорили, составляла от 35-ти до 65-ти миль в час.

(Примечание Мемуариста. Ну, про шестьдесят пять миль в час посол явно загнул. Не гоняли танки по Красной площади по 100 километров в час. Но определённая правда в этих словах есть. Сегодня мы привыкли, что танки, ракетные установки и самоходная артиллерия проходят парадом чинно и не спеша.

А вот старая хроника довоенных парадов действительно поражает. Видимо, считалось большим шиком промчаться перед Мавзолеем как можно быстрее. Лёгкие броневики по площади буквально проносились. Продолжаем.)

Военные эксперты в то время говорили мне, что это была очень хорошая работа. Было отмечено, что при вводе их танков в город и при подготовке этих механизированных частей к проходу по Красной площади было удивительно мало поломок или трудностей.

Авиационный ум русской молодежи.

Есть одна вещь, произведшая на меня сильное впечатление по поводу Советской военной авиации. Это авиационное мышление русского народа. В каждом городе любого размера в Советском Союзе есть так называемый "Парк культуры и отдыха", и неизменно, среди прочих игр и увеселительных приспособлений эти парки имеют вышки для прыжков с парашютом.

Во все "дни отдыха" (выходные) эти вышки переполнены детьми и молодежью, жаждущими попробовать прыжки с парашютом. В Москве поговаривали, что несколько сотен тысяч (сейчас уже заявляется, что миллион) молодых мужчин и женщин получили свои официальные награды и знаки отличия за то, что официально совершили три прыжка с парашютом с самолета, с высоты в две тысячи футов и выше.

В качестве иллюстрации мне вспоминается, как во время обеда, который нарком иностранных дел Литвинов устраивал для некоторых членов дипломатического корпуса, его восемнадцатилетняя дочь, прелестная молодая девушка, ворвалась в столовую, полная энтузиазма из-за того, что она только что совершила свой третий прыжок. Чтобы получить право на столь желанное ей членство в корпусе парашютистов.

Общеармейская и офицерская подготовка.

В 1939-м году Ворошилов докладывал съезду Советов, что Красная армия расширила свою систему военных институтов, заложенную ещё Фрунзе в начале двадцатых годов. Он доложил, что существует шестьдесят три школы для сухопутных войск, в которых десятки тысяч молодых людей, имеющих среднее образование, получают офицерскую подготовку для армии.

При выпуске они получали звание лейтенантов. Тридцать два летных училища, авиационные и инженерные училища, по его словам, готовили авиационных специалистов и технический персонал.

Имелось также четырнадцать академий и военных университетов для мужчин с университетским образованием, предназначенных для подготовки тех, кто готовился для высшего командования. Эти университеты, по его словам, также предоставляли вечерние курсы, на которые были зачислены около пятнадцати тысяч командиров и других высших офицеров армии.

Советские книги по военной стратегии, как мне сообщили, пользовались всеобщим уважением в профессиональных армейских кругах других стран, особенно в Германии.

Тяжесть вступительных испытаний.

В беседах, которые я вёл тогда с некоторыми военными экспертами в Москве, мне говорили, что в последние годы экзамены и испытания для поступления в эти высшие военные училища были самыми строгими, научными и выборочными.

Высший офицерский класс набирался путём конкурсного отбора из наиболее подходящих, наиболее способных, взятых из этого большого резервуара военной человеческой силы.

Боевой дух офицеров и солдат.

К 1937-му и 1938-му годам число бывших царских офицеров, волей-неволей командовавших частями Красной армии, стало незначительным. Их заменили молодые люди, выпускники большого количества военных училищ, построенных Фрунзе и Ворошиловым.

Типичным офицером Красной армии в 1937-м году был человек, прошедший специальную школу своего рода войск, а также окончивший один из высших военных институтов или академий, готовивших офицеров для службы в высшем командовании и для службы в Генеральном штабе.

Его военная квалификация для командования меньшими подразделениями считалась превосходной. Его квалификацию для высшего командования ещё предстояло подтвердить. Обычно он был человеком прекрасного телосложения, честолюбивым, полным энергии, и воспринимал как часть своей работы тяготы и лишения, которые обычно не выпадали на долю офицеров в других армиях.

Правительство, находящееся у власти, рано осознало и никогда не упускало из виду факт, что его успех зависит, в конечном счете, от верности и поддержки армии. По-видимому, ни народ, ни правительство Советской России не жалели ничего для Красной армии. Не пожалели никаких стараний, чтобы глубоко убеждать офицеров и призывников в верности своему правительству и стране. Сообщается, что учебная программа военных училищ на 60% посвящена военной подготовке и на 40% – изучению коммунизма.

(Примечание Мемуариста. Политическая подготовка солдат до Войны, конечно, занимала более важное место, чем в более поздние годы. Но, конечно, ни о каких сорока процентах времени на изучение коммунизма речи не шло.

Напомним, что в ряде штатов США и сегодня каждый учебный день в школе начинается с гимна и торжественного зачитывания клятвы верности Америке. Во вполне мирное время. Детьми. Каждый день.

Об этом вспоминал видный дизайнер наших дней Артемий Лебедев, придумавший дизайн московскому метрополитену и яндексу. При всей его нелюбви к СССР, когда он в юном возрасте был вынужден каждое утро в американской школе приносить клятву – фальшивый официоз парня попросту бесил. Закончилось тем, что Лебедев тайком во время клятвы клал руку не на сердце, как положено, а на задницу.

Кстати, примерно о том же рассказывал Уинстон Черчилль. В Британии промывка мозгов проводилась вдалбливанием ученикам пехотного училища религиозных истин. Вместо учёбы класс регулярно водили на скучные и ненужные никому обязательные службы в церковь.

Бесила парней эта обязаловка ничуть не меньше. Закончилось всё тем, что юный Черчилль во время чтения молитвы "Верую" нарочито поворачивался не на восток, как принято, а куда-нибудь в другую сторону. Протестовал, в общем, как мог. Это к вопросу о мнимой Советской промывке мозгов. Продолжаем.)

Ликвидация высших командиров в результате чистки, как мне сказали, привела к повышению в должности многих молодых офицеров, которые, хотя и не обладали опытом своих предшественников, вероятно, компенсировали это большей энергией и преданностью правительству. Говорили также, что эти перемены вызвали у рядового солдата чувство большей защищенности и уверенность, что его судьба теперь в руках более заслуживающих доверия и преданных офицеров, чем "троцкистские предатели, получившие по заслугам".

В связи с этим вопросом о боевом духе всегда следует иметь в виду, что средний солдат – это, как правило, человек моложе тридцати лет. Это значит, что ему было около семи лет в 1917-м году, когда Советы пришли к власти. В юные годы Советской молодости правительство заботилось, чтобы все возможные средства использовались для внушения молодым мозгам принципов коммунизма, величия Советской России, их долга и судьбы как большевика.

(Примечание Мемуариста. Основными средствами "пропаганды" в кавычках, видимо, выступали не вполне обычные для американца способы. Такие как: стремительная индустриализация отсталой аграрной страны, всеобщее образование, строительство десятками тысяч новых школ, институтов, больниц, библиотек и театров.

Тут уж деваться некуда, придётся "молодым мозгам" пропитаться идеями большевиков. Ох, коварна и неотвратима была Советская пропаганда! Продолжаем.)

Не всегда осознается, что в этих условиях коммунизм становится религией, и одним из первых принципов Коммунистической партии является абсолютная верность партии и беспрекословное подчинение её законному руководству. В тогдашней ситуации это означало верность Сталину.

В этой связи следует отметить, что все средства пропаганды: печать, транспаранты, театры, кинотеатры, школы, книги, журналы – контролируются правительством и используются для этой цели. Общество пропитывается преданностью режиму, коммунизму, страхом перед угрозой иностранного вторжения, гордостью за русский национализм, преданностью "матушке-России".

Бесспорно, правительство в это время предпринимало шаги по укреплению верности Красной армии. Существенно повысилась зарплата офицеров. Быстро расширявшаяся Советская оборонная программа открывала новые возможности для командования и ответственности.

В этот период боевой дух поддерживался также победами Красной армии над японской армией у озера Хасан и на реке Амур. Кремль никогда не забывал: на Востоке он противостоит самураям, а на Западе – нацистам. Чтобы справиться с этой ситуацией, создали две совершенно отдельные вооруженные силы, одна в Европе и одна в Сибири. Каждая являлась самодостаточной и предназначалась для борьбы независимо и без всякой надежды на помощь со стороны другой.

На Дальнем Востоке, как мне сказали, особая Краснознаменная армия насчитывала 400 000 человек и была снабжена самостоятельным резервом в виде двухлетнего запаса боеприпасов и прочего. Большая часть Советских войск была сосредоточена в районах, прилегающих к западной Советской границе.

Именно во время этого кризиса чисток японская стратегия впервые нашла возможность "опробовать" силу русской армии на востоке. Державы Оси извлекли не слишком приятный урок из результатов этой встречи.

В то время я получил известие от одного высокопоставленного японского чиновника, что мощь и эффективность механизированных войск и пехоты произвели очень сильное впечатление. Они вызвали в японских армейских кругах весьма значительное уважение к мощи Красной армии.

Внутренние и внешние факторы, влияющие на Советскую военную оборону.

В этой ситуации был еще один очень важный фактор. Армейская и оборонная деятельность Советского Союза в 1937-м и 1938-м годах отнюдь не была статичной. Эти годы были периодами чудовищного напряжения и последовавших за ним результатов.

Ежедневно появлялись признаки, что Советское правительство сильно встревожено и все руководители работали день и ночь, чтобы защитить свой режим. Со всех сторон были видны признаки большой правительственной деятельности оборонного характера.

Еще за месяцы до Мюнхена, западная линия укреплений от Гитлера лихорадочно строилась с помощью сотен тысяч рабочих. Это было время, когда Советское правительство уведомило Польшу, что в случае нападения Германии на Чехословакию, Россия выполнит свои обязательства сражаться за Чехословакию вместе с Францией в качестве союзника. И официально уведомило о своём желании аннулировать пакт о взаимном ненападении в соответствии с условиями этого договора.

(Примечание Мемуариста. Судя по всему, посол говорит о линии оборонительных укреплений на Советско-польской границе. Так называемых линиях Сталина и Молотова. Называет он их по аналогии с германской линией Зигфрида – западной стеной. Продолжаем.)

Война и снова война с каждым повторяющимся кризисом постоянно витали в воздухе Москвы в это время. В связи с этими событиями, естественно, происходили очень радикальные вещи, связанные с вооружёнными силами и обороной Союза. После процессов и чисток вся армия была энергично встряхнута и реорганизована с целью установления более тесного централизованного контроля и управления.

После вторжения в Австрию и чешского кризиса были созданы новые военные районы. Положение японцев стало критическим, особенно в связи с Амурским инцидентом. Дальневосточную Краснознаменную армию разделили на две отдельные администрации. Артиллерийские дивизионы были увеличены с 13 000 до 18 000 человек.

До и после Мюнхена уязвимые участки границ лихорадочно укреплялись, строились глубокие зоны укрепленных районов. Строились "бункеры". Увеличивалось количество танков, танковых частей и других механизированных соединений.

Эта огромная оборонительная программа и расширение вооруженных сил чётко обозначены в бюджетных ассигнованиях на военные и военно-морские цели на эти годы. В 1937-м году правительство израсходовало на подготовку к войне и флот около 23 миллиардов рублей. В 1938-м году из бюджета на следующий год было выделено почти вдвое больше – 40 миллиардов рублей на военные нужды и военно-морской флот и примерно еще 25 миллиардов рублей на оборону промышленности, капитальные и военные цели.

В 1939-м году их оборонный бюджет предусматривал в общей сложности 82 миллиарда рублей на следующий год. А в 1940-м году государственный бюджет предусматривал в общей сложности на войну, флот и промышленную оборону около 105 миллиардов рублей.

Эти расходы огромны. Внешний мир не знал или не оценил масштабную кампанию по подготовке, которая тогда проводилась для обороны России.

Вкратце, в течение этих трех лет средний объем ассигнований составлял примерно 6 миллиардов долларов в год только на оборону – сумма, превышающая общий объем поступлений, получаемых правительством Британских островов, и почти равная общему объему ежегодных поступлений, получаемых правительством Соединённых Штатов за счет федерального налогообложения.

К концу 1938-го года генерал Ворошилов заявил, что по сравнению с 1934-м годом количество броневиков увеличилось в семь с половиной раз, а танков и танковых частей – втрое. Зенитные орудия, противотанковые орудия и танковая артиллерия росли быстрее, чем любое другое подразделение армии.

Войска химической службы были удвоены. Было объявлено, что потолок зенитных установок увеличен вдвое. Ворошилов публично заявил, что самолеты преследования утроены. Их прожекторная, автотранспортная и другие службы были полностью реорганизованы как по качеству, так и по количеству.

Лёгкие самолёты и самолёты сопровождения удвоены. Мощность бомбовых нагрузок для бомбардировщиков утроена. В докладе съезду партии он сделал удивительное заявление, что Красная армия располагает истребителями, способными развивать скорость свыше пятисот и до тысячи километров в час (300-600 миль в час) и с потолком от 14 000 до 15 000 метров (приблизительно 44 000 футов – почти девять миль).

Примечание посла. В то время эти заявления характерно пропускались мимо ушей многими в Москве. Опубликованные отчёты инженерных и технических экспертов миссий Бивербрука и Гарримана устанавливают с большой вероятностью, что эти показатели вовсе не были завышены Ворошиловым.

Сталин тогда сказал: "Вторая всеобщая империалистическая война стала неизбежной". Ворошилов сказал: "Более, чем когда-либо, мы знаем, что единственная надёжная гарантия от нападения на Советское государство – поддержание Красной армии и флота в состоянии реальной и постоянной боевой готовности".

Советские лидеры очень ясно видели не только прогресс, но и конечную цель метода агрессии, применявшегося Гитлером и Муссолини. 1937-й и 1938-й годы стали для Советской России тем же, чем 1940-й и 1941-й годы являются для Соединённых Штатов в вопросе подготовки к Войне.

Чехословакия была тогда для России тем же, чем Британия сейчас для Соединённых Штатов. Когда бастионы Чехословакии пали, а Франция по указке Гитлера отказалась допустить своего союзника к участию в Мюнхенском соглашении, Россия потеряла единственную надежду на оборону за пределами своих собственных сил.

Именно из-за этих фактов делаются огромные новые ассигнования и реализуются обширные дополнительные планы по строительству или расширению заводов и производству танков, самолётов и военных припасов не только на Донбассе, но и в глубине страны.

Американские авиационные и другие инженеры говорили мне в то время, что эффективность заводов под военным комиссариатом была намного выше, чем под гражданским контролем. Было много свидетельств, которые я видел в своих поездках при осмотре заводов в промышленных районах, что военные были на работе.

Журнал, Вашингтон, 7-е июля 1941-го.

К своему удивлению, обнаружил, что моего друга Линдберга цитируют, будто он предпочел бы нацизм коммунизму. Я не могу поверить, что он сказал подобное, но отчёты кажутся авторитетными. Если так, мне очень жаль. Это не соответствует ни традициям его народа, ни карьере его отца.

(Примечание Мемуариста. Не врут, к сожалению, те отчёты. Это лишь показывает насколько даже лучшие люди Америки были подвержены нацистским идеям, лишь бы навредить этим "проклятым красным".

Чарли Линдберг – выдающийся американский пилот. Первый из тех, кто смог в одиночку пересечь на самолёте Атлантику. Много занимался общественной деятельностью. Поучаствовал даже в разработке искусственного сердца.

А потом в этом замечательном парне явственно проклюнулась нацистская нотка. И вот, он уже большой друг фашистов, его принимают как дорогого гостя на германских авиазаводах. Сам Герман Геринг вручает Чарли высший орден для иностранцев – Германского орла.

Линдберг становится активным борцом за невмешательство Америки в Европейскую войну. Никаких тебе вторых фронтов. Позицию свою он объяснял предельно просто:

"Я был глубоко обеспокоен тем, что потенциально гигантская по своей мощи Америка могла совершить крестовый поход в Европу ради поражения Гитлера, не понимая того, что поражение Гитлера оставило бы Европу беззащитной перед насилием, грабежом и варварством Советской России. Что могло бы нанести смертельную рану западной цивилизации."

Рузвельту в тот момент такое не нравилось и Чарли пришлось уйти на службу к другому видному стороннику нацистов – Генри Форду. Ничего, после войны этому другу нацистов ещё и бригадного генерала ВВС дадут.

А вот папа Чарли, Линдберг старший – напротив был сенатором – пацифистом. Еще и против создания Федеральной резервной системы для печатания необеспеченных долларов выступал. Такие вот разные яблонька и яблочко получились. Продолжаем.)

Это был бы отчаянный выбор (между нацизмом и коммунизмом), но между ними есть очень большая разница. Мы должны быть вечно благодарны, что нам не приходится делать выбор. Наша форма правления – лучшая из всех, когда-либо созданных человеком, и демократия ещё не умерла.

Она продемонстрировала резервы силы и мощи, когда кризис развивался, как это было в Дюнкерке и Лондоне в сентябре, и здесь, в реакции нашего собственного народа на агрессию Гитлера. На мой взгляд, говорить о необходимости выбора между тем и другим – пораженческая позиция, а не хороший американизм. Мы не должны признавать, что такой выбор необходим или возможен. Наша демократия – лучшая форма правления.

И Германия, и Советская Россия являются тоталитарными государствами. И то и другое реалистичны. Оба сильны и безжалостны в своих методах. Однако есть одно различие, и оно так же ясно, как чёрное и белое.

Его можно просто проиллюстрировать. Если бы Маркс, Ленин или Сталин твёрдо основывались на христианской вере, католической или протестантской, и если бы, в силу этого факта, коммунистический эксперимент в России проводился на этой основе, он, вероятно, был бы объявлен одной из величайших в истории попыток христианского альтруизма перевести идеалы братства и милосердия, проповедуемые в учении Христа, в управление людьми.

Дело в том, что христианская религия может быть навязана коммунистическим принципам без насилия над её экономическими и политическими целями, главная из которых основана на "братстве людей". Применяя тот же тест к нацизму, разница между ними очевидна.

Принципы христианской религии не могут быть навязаны нацистской философии без разрушения политической основы государства. Нацистская философия ставит государство выше христианской религии и фактически, является религией сама по себе. С этой целью она пыталась уничтожить христианство в Германии посредством гонений.

Нацистская философия создаёт правительство, фактически основанное на отрицании альтруистических принципов христианской религии. Нацистское государство обожествляется. Для него война – добродетель.

Братская любовь, милосердие, справедливость и христианские добродетели являются признаками слабости и упадка, если они противоречат утилитарным потребностям государства. Государство стало церковью и вероисповеданием. Сила, могущество, мощь, как выражение нордической расовой религии, являются основой нацистской идеологии.

Навязать нацизму христианскую религию невозможно. Они совершенно противоположны друг другу.

Вот в чём разница – коммунистическое Советское государство могло бы функционировать вместе с христианской религией в её основной цели – служить братству людей. Для нацистского государства это было бы невозможно.

Коммунистический идеал состоит в том, что государство может испариться и больше не быть необходимым, по мере того, как человек продвигается к совершенному братству. Нацистский идеал прямо противоположен – государство есть высшая цель всего.

(Примечание Мемуариста. Не следует забывать, что Дэйвис сын евангелистки. Прикладывая христианскую линейку к СССР и Германии, он пытается проиллюстрировать простую мысль. Советские идеалы – это жизнь и добро, нацистские – бездна зла и разрушения. Для Дэйвиса "христианский" практически равняется "хороший". Продолжаем.)

Дневник, Вашингтон, 7-е июля 1941-го.

Сегодня обедал с Самнером Уэллсом, исполняющим обязанности секретаря в отсутствие секретаря Халла. Хотел обсудить с ним ситуацию в России. Черчилль только что объявил, что Великобритания окажет "решительную" помощь России как союзнику, невзирая ни на какие конфликтующие идеологии и не думая о будущих послевоенных делах.

(Примечание Мемуариста. На словах всё замечательно, только вот первые обязывающие бумаги на эту тему Черчилль подпишет только в середине 1942-го. И только после легендарного перелёта Молотова, сидящего в неотапливаемом фюзеляже бомбардировщика в резиновой лодке и с кислородным аппаратом. Сначала в Британию, а потом в США. Продолжаем.)

Я настаивал, чтобы Соединённые Штаты сделали то же самое энергично и быстро по двум причинам. Во-первых, несмотря на богатство и военную мощь, которыми, как я полагаю, обладала Россия, мои доклады из России показали бы, что тем не менее, было сомнительно, сможет ли вторая линия обороны России – военное механизированное промышленное производство – в долгосрочной перспективе противостоять немецкой промышленной военной промышленности. Россия, в конечном счете, должна будет получать военные поставки отсюда.

Во-вторых, Советские лидеры и русский народ горды и чрезвычайно чувствительны. Франция и Англия совершили большую ошибку, пренебрегая ими в 1938-м и 1939-м годах с почти катастрофическими последствиями, когда они бросили Советы в лагерь Гитлера.

Эта атака Гитлера, на мой взгляд, была данным богом прорывом в ситуации для неагрессорских наций, и Советское сопротивление должно быть поддержано всеми возможными способами. В случае частичного успеха на Украине, Гитлер, несомненно, будет предлагать им мир на основе статус-кво.

(Примечание Мемуариста. Я, пожалуй, поторопился с рассуждениями, что для посла "вера" является синонимом добра. Тут вот оказывается, что вероломное нападение Гитлера на СССР это "данный богом прорыв". Хорошему же богу они поклонялись!

Хотя, если вспомнить, что на пряжках фашистских солдат было выбито традиционное "С нами бог", как кстати и на царском гербе Романовых, радостно влезших в Первую Мировую, поневоле тянет стать атеистом. Продолжаем.)

Нельзя допустить возникновения ситуации, когда Советские руководители могли бы подумать, что их просто использовали для наших целей и таскания для нас каштанов из огня. Человеческая природа – есть человеческая природа. По моему собственному мнению, Советские лидеры были столь же реалистичны и расчётливы, как и любые государственные деятели в Европе, и были бы готовы отвергнуть любое мирное предложение такого рода, потому что они знают, что обещания Гитлера никуда не годятся.

Они не из тех, кто во второй раз сядет на раскалённую плиту. Тем не менее, мы не должны быть скупыми в принятии их помощи, потому что они сражаются с Гитлеризмом.

Ум Уэллса подобен швейцарским часам. Он убежденный индивидуалист, демократ и, естественно, враждебен коммунизму. Но он сердцем и головой борется за спасение нашей страны от угрозы нацистской победы. Он сказал, что, по его мнению, в моей точке зрения много верного, и спросил, видел ли я заявление, которое он уже сделал – некоторым образом в соответствии с целью моего обсуждения. Я этого еще не видел.

В принципе, сказал он, мы согласны, потому что Советы сражаются с Гитлером, и следовательно, они борются, чтобы защитить нашу безопасность здесь, в Соединённых Штатах. Как в религиозном мире, так и в политической сфере.

Дневник, Вашингтон, 8-е июля 1941-го.

Мой старый друг Джим Бирнс попросил меня приехать в Белый дом, чтобы увидеть его приведение к присяге в качестве судьи Верховного Суда. Главный судья Апелляционного суда Дик Уэйли, еще один закадычный друг сенатора и один из моих самых старых друзей, принимал его присягу.

Церемония состоялась в кабинете президента. Гарри Гопкинс был там, и сразу же после церемонии я поднялся с ним в его комнату в Белом доме, чтобы поговорить о русской ситуации. Я рассказал ему историю и настаивал, чтобы он сам разобрался в ситуации.

Мои старые донесения из России дадут ему множество фактов, основанных на том, что я видел сам, а не на выдаче желаемого за действительное. На стене висела большая военная карта Европы. Я указал на карте, где еще в 1937-м году за Урал переводились различные промышленные военные заводы.

Я сказал ему, что предлагаю президенту передать Сталину напрямую, что Соединённые Штаты намерены оказать всю возможную помощь России в борьбе против Гитлера.

Советы перебрасывают свои промышленные предприятия.

(Примечание Мемуариста. В оригинальном тексте посол зовёт это "прыжком лягушки". То есть стремительным, одним скачком перемещением заводов за Урал. Продолжаем.)

Журнал, Вашингтон, 9-е июля 1941-го.

Посол Уманский обедал со мной сегодня у меня дома. Я спросил его, есть ли опасность, что в случае падения Ленинграда промышленное оборудование там попадёт в руки немцев. Он заявил, что располагает определенной информацией о том, что принимаются подготовительные меры по демонтажу и вывозу всего оборудования такого рода задолго до того, как опасность станет неизбежной.

Больше всего в Москве меня поразили спорадические всплески энергии, с которыми часто велась работа. Это было видно и в ускоренном строительстве мостов возле Красной площади к празднованию дня Красной армии, и во многих других ситуациях.

Тейлор, который управлял посольской резиденцией и ездил с нами в Москву, иногда жаловался на лень русских "домашних мальчиков", но он часто говорил, что, когда они приезжали туда, каждый из них выполнял работу трёх человек у нас дома.

(Примечание Мемуариста. Нужно понимать, что посол Дэйвис крупный капиталист и отношение к простым людям у него соответствующее. В СССР он приехал с двумя десятками личных слуг. Насколько я понимаю, Тейлор был управляющим над слугами.

А русские "домашние мальчики" это хозяйственный персонал посольства из местных. Для посла они ничем не отличаются от его слуг. Ленивы только, надо бы на псарню и выпороть хорошенько. Правда, работают отчего-то в три раза лучше и больше американцев. Загадка русской души. Продолжаем.)

Этот типичный "резерв нервной и физической энергии", несомненно, используется в этом "скачкообразном переносе" промышленного оборудования, который является частью политики "выжженной земли", реализуемой Сталиным.

Уманский неохотно согласился со мной, что гитлеровским армиям, возможно, удастся захватить часть Украины, но он полагал, это будет лишь малая часть. В ответ на мой вопрос он сказал, что, несомненно, правительство и высшее командование Красной армии строили свои планы с учётом такой возможности.

Планы Советского правительства уже предусматривали создание нового правительственного центра во внутренних районах страны в случае падения Москвы. И предусматривали создание независимой и самодостаточной армии с достаточными запасами, которая будет находиться в резерве для такой новой базы.

План кампании, разработанный военными стратегами Советского Союза, не предусматривал и не допускал решающего сражения на Западном фронте, чего, по-видимому, опасались некоторые стратеги и комментаторы здесь. План предусматривал определённую стратегию отступления, чтобы втянуть противника во внутренние районы, растянуть его коммуникации и снабжение и постепенно истощить его, заставляя дорого платить за каждое наступление.

Он сказал, что поступившие с фронта рассказы об успехах Советской обороны против механизированных немецких атак были экстраординарными. Новая глава в истории военной стратегии была отмечена стратегией, разработанной русскими тактиками для отражения танковой и воздушной механизированной атаки нацистов.

Он был очень воодушевлен выраженным президентом желанием оказать Советскому Союзу срочную помощь в борьбе с Гитлером. Он очень обеспокоен тем временем, которое упускалось, возможно, по необходимости, для обеспечения снабжения Красной армии военными материалами, так как "каждый день умирали люди."

Новые русские самолеты.

Дневник, Вашингтон, 12-е июля 1941-го.

Сегодня обедал с послом Уманским в Советском посольстве. Генерал Голиков, помощник начальника Генерального штаба Красной армии, сказал он, прибывает на самолете и должен появиться через несколько дней.

Он рассказал, что у Красной армии есть новый самолет МиГ-3, "истребитель", который только недавно поступил в производство. По общему признанию, он превосходит как по конструкции, так и по своим характеристикам, британский "Харрикейн" или "Спитфайр". И значительно превосходит немецкий "Мессершмитт" или немецкие истребители на Западном фронте.

Он также описал их новый тип тяжелого бронированного бомбардировщика под названием "штурмовик". По высоте потолка, скорости и броневой защите он превосходит всё, что доселе появилось в этой войне. Он достаточно быстр, сказал он, а также достаточно хорошо защищен, чтобы иметь возможность совершать длительные бомбардировочные полеты без необходимости сопровождения истребителями для его защиты.

(Примечание Мемуариста. По всей видимости, речь о легендарном Советском штурмовике Ил-2. Он же "летающий танк", прозванный немцами за отличную броню "бетонным самолётом" и "чёрной чумой".

Это самый массовый боевой самолёт мира. За годы Войны мы выпустили более тридцати шести тысяч таких машин! Продолжаем.)

Уманский работает день и ночь, добывая спецификации, списки материалов, которые Советское правительство хочет получить немедленно, и информацию, желаемую Военным Министерством здесь. Он очень обеспокоен задержкой в отгрузке материалов.

Дневник, Вашингтон, 15-е июля 1941-го.

В отсутствие секретаря Халла я встретился с исполняющим обязанности секретаря Самнером Уэллсом. Я предварил то, что должен был сказать, заявлением, что считаю жизненно важным и, возможно, поворотным пунктом войны, что Россия должна получить от нашей страны всю возможную помощь и как можно скорее. Я был так глубоко озабочен этим вопросом, что хотел лично оказать всю посильную помощь, разумеется, бесплатно Советскому посольству здесь.

Однако я не хотел этого делать, тем не менее, до тех пор, пока госдепартамент не будет полностью понимать, что я делаю это, не представляя никого, кроме самого себя, и что это вполне приемлемо для него. Уэллс сказал, что понимает и уверен, что департамент не будет неправильно понимать мои действия.

Что и он, и департамент будут полностью уверены, что всё, что я буду делать, всегда будет зависеть от факта, что моя верность, в первую очередь, всегда будет связана с Соединёнными Штатами, политикой президента и государственного департамента (что, конечно, является фактом).

Дневник, Вашингтон, 16-е июля 1941-го.

Сегодня долго совещались с президентом в его офисе. Штейнхардт в Москве, по его словам, проделал отличную работу, о чём свидетельствуют его отчеты. Он также хотел узнать мою точку зрения на ситуацию. Он заметил, что печать распространила сообщение, что, по моему мнению, масштабы сопротивления русских "поразят мир" и это мнение расходится с мнением большинства военных экспертов и других людей, знавших Россию.

Я подробно изложил ему причины моего мнения и уточнил некоторые факты, которые не содержались в моих докладах департаменту.

18-е июля 1941-го.

Достопочтенному Гарри Гопкинсу.

Мой дорогой Гарри!

Вот краткий меморандум, охватывающий обсуждаемый нами вопрос. У меня нет копии отчета, который я составил, когда уезжал из России в июне 1938-го года. Она хранится в государственном департаменте. Вы можете легко получить его по запросу.

В нём содержался, как мне кажется, достаточно точный обзор Советской власти и Советской Армии того времени. Я полагаю, что в течение тридцати минут чтения вы могли бы ухватить суть этого. Я думаю, Вы нашли бы в этом некоторую помощь в оценке нынешней ситуации.

Меморандум о ситуации в России.

Сопротивление русской армии оказалось более эффективным, чем ожидалось. По всей вероятности, результат будет зависеть от военно-воздушных сил. Если Гитлер будет господствовать в воздухе, то, вероятно, в Белоруссии и на Украине произойдёт то же самое, что произошло во Фландрии и во Франции. А именно, неспособность сухопутных войск, не имея защиты с воздуха, противостоять комбинированной атаке авиации, механизированных войск и пехоты.

В таком случае Гитлер захватит Белоруссию, Москву и Украину, которые обеспечат ему 60% сельскохозяйственных ресурсов и 60% промышленного производства России.

Когда я был в России и в течение нескольких лет до этого, и теперь я уверен, что очень значительная часть Красной армии охраняла восток от Японии. В 1938-м году компетентные российские представители властей сообщили мне, что эта армия полностью самодостаточна и обеспечена запасами и ресурсами, достаточными для проведения двухлетней независимой кампании, даже если будет отрезана от западной России.

Кроме того, во внутренних районах имелась так называемая волжская армия, насчитывающая от четырёхсот до пятисот тысяч регулярных войск, которые можно было держать в резерве для отступления.

В то время были построены огромные металлургические и авиастроительные предприятия в глубине Сибири, примерно в тысяче миль к востоку от Москвы.

Если Сталин будет вынужден отступить на восток, у него, вероятно, будут эти вооружённые силы для такой чрезвычайной ситуации. Уральские и Кавказские горы представляют собой очень сильный естественный барьер для механизированной атаки.

Если Гитлер оккупирует Белоруссию и Украину, как может случиться, а Сталин отступит вглубь страны, Гитлер столкнется с тремя главными проблемами.

Первая. Партизанская война.

Вторая. Саботаж со стороны населения, возмущенного нападением на "Святую матушку Русь".

Третья. Необходимость контролировать оккупированную территорию и заставлять её производить.

В 1918-м году при аналогичных обстоятельствах на Украине немцы обнаружили, что они не получают восемьдесят процентов сельскохозяйственных и других продуктов, которые, как они разумно полагали, они могли бы получить.

Очевидно, при таких обстоятельствах в интересах Гитлера было бы начать мирный процесс, чтобы побудить Сталина пойти на соглашение, основанное на существовавшем тогда статус-кво. Предоставив Сталину искать свою сферу интересов на юге и востоке до Китая, и возможно, до Индии.

(Примечание Мемуариста. Во время Гражданской Тухачевский носился с идеей завоевательного похода на Индию. Он предлагал создать кавалерийский корпус, лихим налётом взять Дели и объявить новую Советскую индийскую республику. Всё-таки бонапартизм – он в крови. Продолжаем.)

Даже если Гитлер захватит Украину и Белоруссию, Сталин, по всей вероятности, сможет продержаться за Уралом довольно долго.

По моим наблюдениям и контактам, начиная с 1936-го года, я считаю, что ни одно правительство в мире, кроме президента Соединённых Штатов, не видело более ясно угрозы миру и необходимости коллективной безопасности и союзов между неагрессивными нациями, чем Советское правительство. Они были готовы сражаться за Чехословакию. Они отменили свой пакт о ненападении с Польшей ещё до Мюнхена, потому что хотели расчистить дорогу для прохождения своих войск через Польшу, чтобы в случае необходимости пойти на помощь Чехословакии для выполнения своих договорных обязательств.

Даже после Мюнхена и еще весной 1939-го года Советское правительство согласилось присоединиться к Англии и Франции, если Германия нападет на Польшу или Румынию. Но настаивало на проведении международной конференции государств – неагрессоров, чтобы объективно и реалистично определить, что каждый из них может сделать, а затем уведомить Гитлера об их объединённом сопротивлении.

Они утверждали, это единственное, что может остановить агрессию Гитлера против европейского мира. Это предложение было отклонено Чемберленом в связи с возражениями Польши и Румынии против привлечения России. И тогда гибельные односторонние соглашения были поддержаны и заключены Великобританией.

Всю весну 1939-го года Советы, опасаясь, что их используют "для вытаскивания каштанов из огня" и оставят воевать с Гитлером в одиночку, пытались добиться определённого соглашения, которое предполагало бы единство действий и координацию военных планов по остановке Гитлера.

Еще в августе 1939-го года комиссии Франции и Германии находились с этой целью в Москве. Британия, однако, отказалась предоставить России те же гарантии защиты в отношении прибалтийских государств, которые Россия предоставляла Франции и Великобритании в случае агрессии против Бельгии или Голландии.

Советы убедились, и не без оснований, что с Францией и Англией не может быть достигнуто никакого эффективного, прямого и практического общего соглашения. Они были вынуждены заключить пакт о ненападении с Гитлером.

Советский Союз с самого начала никогда не колебался в оказании помощи и содействия Китаю. На протяжении всего своего участия в Лиге Наций Советское правительство энергично и смело вело борьбу за защиту малых народов. Так было в случае с Эфиопией и Испанией.

Ни одно правительство не видело яснее и не заявляло с большей точностью, что именно делает и будет делать Гитлер и что следует делать для сохранения мира и предотвращения разжигания войны Гитлером, чем Советы. Это факт, вне зависимости от того, были ли их мотивы идеологическими или же они были направлены на безопасность собственного народа.

Я нашел среди руководства Советов подлинное дружелюбие к Соединённым Штатам, возможно, основанное на факте, что у них не было ничего, что мы хотели бы иметь, и у нас не было ничего, что они могли бы взять. Таким образом, существовала естественная основа для политики "живи и дай жить другим" между нашими народами. Они горько возмущались, что Англия и Франция смотрели на Советы, задрав носы, и это усиливало их недоверие и в конечном счёте, загоняло их в гитлеровский лагерь.

Относительно Японии, очевидно, нам выгодно иметь дружественную Россию в тылу Японии. Я считаю, что в их намерения не входит продвигать коммунизм в Соединённых Штатах, и после этой войны или в течение многих последующих лет Советы не могли бы продвигать коммунизм, если бы захотели, в Соединённых Штатах или даже в Европе.

В частности, я опасаюсь, если у них сложится впечатление, что Соединённые Штаты только используют их, и если настроения вырастут и найдут выражение, что Соединённые Штаты в равной степени являются капиталистическим врагом, это будет играть прямо на руку Гитлеру. Он может рассчитывать, что использует это в своих усилиях заполучить либо перемирие, либо мир на русском фронте после того, как возьмёт Украину и Белоруссию.

Сталину следовало бы сказать прямо, что наше отношение решительно настроено на победу над Гитлером и наша историческая политика дружелюбия к России всё еще существует.

Стратегия Советского верховного командования.

Журнал, Вашингтон, 31-го июля 1941-го.

Сегодня в кабинетах Белого дома я встретил генерала Филиппа Голикова, помощника начальника Генерального штаба Красной армии, только что прибывшего через Лондон с русского фронта. Он типичный русский. Он невысок ростом, но производит впечатление большой физической силы. Когда он говорит, в нём чувствуется сильная внутренняя энергия, которая усиливается спокойной сдержанностью. Он не говорит по-английски.

Однако из того, что я узнал через посла Уманского, я нахожу очень много подтверждений силы российской обороны. Гитлер атаковал без всякого уведомления Советского правительства, но разведка Красной армии знала о мобилизации Гитлера и была готова к любой возможности.

У Гитлера было большое начальное стратегическое преимущество в том, что он "напрыгнул" внезапной атакой. Было подсчитано, что у Гитлера в этом походе было около тридцати тысяч танков, "Красная армия также имела очень большое количество танков".

Советский Генеральный штаб был полностью знаком, благодаря наблюдениям во Франции, с танковой механизированной атакой и ее техникой и разработал то, что они считали обороной. Это они опробовали в стратегическом отступлении, которое Красная армия проводила через Прибалтику.

Это было сопряжено со значительным риском, но они чувствовали, что у них был ответ на это. Попросту говоря, техника состояла просто в том, чтобы позволить этим механизированным ударам проникнуть через русские линии, а затем дать возможность русским силам приблизиться к ним сзади и, наконец, использовать ту же атаку на атакующего. Было признано, что некоторые крупные части армии могут быть окружены, но от них ожидалось, что они будут пробиваться с боем, и потери были приняты во внимание.

Он упомянул, что некоторые из этих частей сражались до последнего человека. Планами Верховного командования предусматривалось создание сильной резервной армии и самодостаточной экономики за Волгой и на Урале для поддержки там правительства в случае, если Гитлер захватит значительную часть Украины. Он подтвердил заявление Уманского, что русские уже оголяют свои заводы в опасных зонах и перевозят оборудование на восток.

К регулярной немецкой армии он относился с большим уважением. Они были хорошими бойцами, но, по его мнению, не такими хорошими, как Советские регулярные части. Немецкий резерв состоит в основном из молодых людей, которые были не так хороши и не могли противостоять штыковой атаке.

Дневник, Вашингтон, 3-е сентября 1941-го.

Имел долгий разговор с послом Уманским. Его правительство поручило ему сопровождать делегацию в Москву и быть там членом Русского комитета.

Уманский не считает, что ему следует возвращаться в качестве посла в Соединённые Штаты. У него есть идея, что какой-то новый человек может быть более эффективным. Он чувствует, что ему пришлось нелегко здесь в период, когда его правительство было в союзе с Германией.

Этот факт, думает он, неизбежно делает для него более трудным быть столь же эффективным, как какой-нибудь новый человек. Он занимает очень безличную и хорошую личную позицию в данной ситуации.

Моё уважение к Уманскому очень выросло за последние несколько недель. Ему пришлось нелегко с американской публикой, как в качестве цензора печати в Москве, так и здесь во время "поздних неприятностей". Я нахожу его очень откровенным, прямым и всегда на одном уровне со мной.

Я уважаю позицию, которую он занимает. Это указывает на масштаб личности. Я выразил надежду, что Литвинов приедет сюда послом в том случае, если Уманский не вернётся.

Примечание посла. В связи с объявлением, что посол Уманский не вернется, я считаю себя вправе включить эту дневниковую запись в книгу.

Финансирование Советских чрезвычайных закупок.

Журнал, Вашингтон, 3-е сентября 1941-го.

Вчера вечером ходил к Биллу Клейтону на ужин (без дам). Он исключительно способный бизнесмен с прекрасной репутацией в обществе и является одним из выдающихся людей cтраны. Джесси Джонс смог привлечь его в свою организацию для государственной службы на время чрезвычайного положения.

Он работал над экспортом, который Россия могла бы обещать в обеспечение кредита для покрытия немедленных военных закупок. Он пригласил Гарри Гопкинса, Эверелла Гарримана, Джесси Джонса, Джима Форестола и меня на вечер.

Гарриман был прямо "на вершине работы", чтобы выработать пути и средства для проведения поставок в Россию и без промедления. Он уезжает со своей делегацией через неделю.

Советское агентство "Амторг" почти исчерпало свои денежные средства и вынуждено либо оплатить текущие обязательства, либо нарушить давно установившуюся привычку своевременной оплаты американских товаров. Посол Уманский сумел получить некоторые авансы под поставки золота, которое находится на пути в Соединённые Штаты.

Но этого было недостаточно. Гарриман работал вместе с секретарём Джонсом и Клейтоном над решением этих проблем. Гарри Гопкинса задержало другое дело и он не смог туда добраться.

Гарриман держит это дело в своих руках. Он хорошо поработает в Москве. Любые опасения, которые могут возникнуть у Советских лидеров из-за его "капиталистического прошлого", быстро исчезнут, когда они увидят его в действии.

Дневник, Вашингтон, 10-е сентября 1941-го.

Сегодня днём я устроил коктейли в честь трёх знаменитых русских лётчиков, только что прибывших в Вашингтон. В сопровождении сорока других летчиков они прибыли на Аляску на своем собственном самолете, а оттуда в Сан-Франциско.

Это были бригадный генерал Михаил Громов, полковник Андрей Юмашев и полковник Георгий Байдуков. Все они носят высшие награды "Героев Советского Союза". Они только что вернулись из настоящего боя.

(Примечание Мемуариста. Эти парни впервые прилетели в США еще в 1937-м году. С небольшим перерывом. И оба экипажа поставили восхитившие весь мир рекорды беспосадочных полётов.

Первыми до штатов через Северный полюс добрался на экспериментальном самолёте Туполева экипаж Чкалова, Байдукова и Белякова. Летели в нечеловеческих условиях, сбивая баграми намерзающий на плоскостях лёд. Почти трое суток без посадки. Это был июнь 1937-го.

Через месяц, установив ещё парочку рекордов, опять же через полюс в США прилетели Громов, Юмашев и Данилин. Вся тройка лётчиков, встреченных послом – Герои Советского Союза.

При этом, у каждого биография как пламенный приключенческий роман. Например, генерал Громов – первый в мире выживший парашютист, выбросившийся из горящего самолёта. Чемпион СССР по штанге в тяжёлом весе! В Войну командовал боевой авиацией фронтов и воздушных армий.

Генерал Юмашев – испытатель всего, что могло летать. Горячо влюблённый в планерный спорт. Один из уникальных лётчиков, пересевших с привычного бомбардировщика времён финской войны на истребитель в Великую Отечественную. После Войны неожиданно оказался одним из самых талантливых художников Союза. Много писал и выставлялся.

Генерал Байдуков – беспризорник, ставший одним из лучших пилотов мира. Знаменит своими полётами и посадками "вслепую". Воевал как на бомбардировщиках, так и на штурмовиках. Автор интересных книг, член Совета писателей СССР.

И прилетели они в США в 1941-м не просто, чтобы похвастаться новым Советским самолётом. Стояла задача заставить янки продать нам лучшее, что у них есть из боевой авиации пока наша промышленность не развернётся в полную силу. Задачу эту парни выполнят блестяще. Продолжаем.)

На встречу с лётчиками я пригласил руководителей правительства, представителей печати и многих членов дипломатического корпуса. Они не слишком хорошо говорили по-английски, поэтому я спросил, будут ли они возражать, если группа станет задавать им вопросы об их боевом опыте.

Они любезно ответили: "Нет", и посол Уманский выступил в роли переводчика. Итак, на лужайке нас окружили семьдесят или восемьдесят человек, и из этих вопросов и ответов мы почерпнули много интересного.

Начнем с того, что все они красивые мужчины. Генерал Громов – учёный, а также выдающийся военный и летчик. Они говорили умело, сдержанно и скромно.

Вопросы задавали сенатор Баркли, сенатор Гаффи, адмирал Стэндли, председатель Красного Креста Дэвис, полковник Монро Джонсон и многие другие.

Некоторые из наиболее интересных сведений, которые были получены, заключались в следующем. Новый Советский боевой самолет, только что сошедший с конвейера, по их словам, последнее достижением авиационной промышленности. Он фактически превосходит британский "Спитфайр" и немецкий "Мессершмитт".

Генерал скромно пояснил, что это связано с тем, что это новейшие самолеты и только что поставлены на конвейер. Новый советский бомбардировщик, сказал он, имел стальную защиту вооружения, которая намного превосходила всё, что было у немцев.

Он был настолько превосходен в скорости, высоте и бронировании, что мог выполнять свои задачи без необходимости сопровождения истребителями. Это, по его словам, было уникально. Он также сказал, что немецкие самолеты не дадут боя этим самолетам, если они смогут избежать его.

Он описывал Линию Сталина и "глубокую оборону" как стратегию, разработанную Советами на основе военного опыта Франции. Как решение проблемы гитлеровского танкового метода механизированного наступления. На вопрос о количестве Советских военнопленных, взятых Германией, отвечали, что следует помнить, что немцы эвакуировали целые деревни русских крестьян, взятых в плен, и они включены в цифры.

Старые немецкие бойцы, по их словам, были первоклассными солдатами, но по ним видно, что они измучены и устали. Более молодые резервы не настолько хороши и не могут противостоять штыку. Их собственные солдаты не сдавались. Если их окружали, они либо сражались до конца, либо умирали на месте.

Это было сказано спокойно, как простая констатация того, чего следовало ожидать. Нет никакого сомнения, эти прекрасные образцы мужественности, и по-видимому, весьма уравновешенные бойцы, произвели сильное впечатление на присутствующих мужчин.

Телеграмма, 11-е сентября 1941-го.

Послу СССР Константину Уманскому, шестнадцатая улица, Вашингтон.

Предыдущая договорённость, к моему глубокому сожалению, не позволяет мне быть с Вами, чтобы оказать честь президентской комиссии в Москву. Точка. Настоящее удовольствие для меня, мистер посол, что Вы можете представить этих джентльменов Вашему правительству как бесспорных и выдающихся лидеров нашей страны в их соответствующих областях. Точка.

В течение многих лет я лично знаю председателя Гарримана как одного из великих лидеров нашей американской деловой жизни, кто всегда отличался как человек прогрессивных либеральных идей и большой исполнительной деятельности. Точка. Под его руководством, я уверен, Вы найдете, что вклад различных членов этой американской миссии будет весьма полезным в совместных военных усилиях, которые будут прилагаться вместе с их выдающимися коллегами из британской и Советской миссий. Точка.

Мужество, доблесть и идеалы Ваших русских мужчин и женщин не меньше, чем прозорливость вашего великого вождя и Советского правительства, вызывают восхищение всего мира Вашей доблестной и эффективной позицией по отражению нападения предательского соседа, который не способен держать своё слово. Точка.

Свободолюбивые мужчины и женщины мира радуются, что Ваш великий народ и правительство объединились с демократическим народом земли в противостоянии тем силам агрессии, бесчестия и зла, которые стремятся править или губить миролюбивые народы мирового сообщества. Точка. Удачи в Вашем перелёте в Москву с этой миссией. Джозеф Дэйвис.

Если Гитлер захватит Украину.

Журнал, Вашингтон, 20-е сентября 1941-го.

Если Москва должна быть эвакуирована и значительная часть Украины оккупирована немецкими войсками, что не исключено, что тогда?

Если провести линию от Ленинграда до Ростова и территория к западу от неё была бы полностью оккупирована немецкими войсками, и если бы такая оккупация распространилась до Волги, то она охватила территорию приблизительно в 700 000 квадратных миль.

Контролировать эту территорию от миллионов русских на земле, от сотен, даже тысяч – партизан и обученных граждан, подготовленных всем приёмам диверсий и баррикадных боев, огромная задача. Для этого, вероятно, потребуется армия в миллион человек. Сделать эту плодородную страну плодоносной и производить без лошадей и с помощью механизированного оборудования, управляемого враждебным гражданским населением, со всеми возможностями саботажа, которые такое условие предоставило бы славянскому народу, горько обиженному нападением на их дома, – всё это обеспечивает колоссальную задачу для их наследственного врага, немецкой армии.

Что касается промышленных предприятий, можно предположить, что оборудование этих крупных заводов к моменту прихода немцев было уже перевезено очень далеко. Для Гитлера будет огромной задачей контролировать и управлять этой территорией.

В долгосрочной перспективе она, скорее, станет пассивом, чем активом. Просто блокировать такую территорию для армии – сильно истощит её человеческие резервы и экономику. Это колоссальная задача – поддерживать линии связи и обеспечивать снабжение в сотнях миль от домашних баз.

Когда немцы оккупировали Украину в Первую Мировую войну, они на горьком опыте убедились, что даже по самым скромным подсчетам, продовольствия и материалов, которые соглашались поставлять власти, они могли получить лишь 20% от этих квот.

(Примечание Мемуариста. Здесь впервые в книге посол называет ту Войну первой мировой. Буквально пишет: "Мировая война номер один". До этого Мировая война была только одна, она же "Великая Война". Помыслить повторение безумия было невозможно. Но вот, вследствие замечательной позиции западных демократий, началась и вторая. Продолжаем.)

Русская политика "выжженной земли".

Журнал, Вашингтон, 1-е октября 1941-го.

Идея "выжженной земли" для победы над захватчиком не нова в русской истории. Показательно, что уже в 1937-м и 1938-м годах организации гражданской обороны продвигались и развивались военными параллельно с их усилиями по развитию военной обороны от воздушных и химических атак. Уже тогда проводилась кампания по обучению сельскохозяйственных рабочих и людей во всех сферах жизни, по различным видам деятельности, с помощью которых они могли бы помочь и поддержать армию и обеспечить массовые общественные усилия в случае вторжения.

Несомненно, эта организация сегодня функционирует и претворяет в жизнь Сталинскую политику "выжженной земли".

Двадцать третьего июня нашлись люди, предполагаемо хорошо информированные, которые сказали, что немцам, чтобы оказаться в Москве потребуется от трёх дней до трёх недель. Немецкий блицкриг прошел через Францию до побережья Аббевиля 185 миль за десять дней.

Танковые дивизии, поддерживаемые самой мощной в то время в мире авиацией, за 18 дней отбросили доблестных бельгийцев, великолепных англичан и французскую армию на 65 миль во Фландрию. На момент написания этой книги, 1-го октября, прошло четырнадцать недель, а русская армия всё еще удерживает линию фронта. Красная армия показала, что она не уступит легко инициативу немцам, а отстаивает свою землю и атакует снова и снова.

Боевой дух Гитлера трещит по швам.

Дневник, Нью-Йорк, 3-е октября 1941-го.

Слушал на коротких волнах речь Гитлера в Спортпаласте. Для меня было очень важно, что он признал, они допустили одну серьёзную ошибку, а именно, недооценили силу русской военной готовности и Красную Армию. По-видимому, он чувствовал, что должен объяснить своим людям, почему Красная армия всё еще сражается, когда он или его высшее командование объявляли, что она будет уничтожена каждую неделю в течение последних десяти недель.

Это был совсем другой Гитлер, чем тот, который я слушал на коротких волнах в течение последних четырёх лет. Многим немцам должно казаться "колоссальным", что фюрер, самопровозглашенный боговдохновенный, сам признаёт свою ошибку. Это была первая трещина, которую я увидел в высшей самоуверенности параноидального мышления Гитлера.

Доверие – сама суть боевого духа, будь то в армии или народных массах. Если боевой дух трещит на вершине, он склонен очень быстро распространяться вниз. Эта трещина в собственном боевом духе Гитлера показывает более значительную слабость Германии, чем любая из заявленных их Советскими врагами.

Вторжение Гитлера в Россию было его первой серьёзной военной ошибкой. С наступлением холодов Красная армия всё еще цела. "Генерал Зима" и "генерал Истощение" будут сотрудничать с Советским верховным командованием.

Советская промышленность за Уралом.

Журнал, Вашингтон, 15-е октября 1941-го.

Нет сомнения, оккупация немцами Донбасса и западной России лишит Советское правительство огромных производственных ресурсов. Нельзя упускать из виду, что к востоку от Волги находится обширный участок страны и высокоразвитый промышленный район.

Он напоминает, скорее, обширные плодородные пространства долины Миссисипи, чем Пенсильванию. Этот регион к востоку от Волги богат железной рудой, углём и другими ископаемыми. Можно сказать, для Донбасса этот регион является тем, чем Сент-Луис, Гэри и Детройт являются для промышленных районов Кливленда и Питтсбурга в этой стране.

Собственно говоря, сами русские говорят о Магнитогорске как о Гэри Советского Союза. Этот город получил свое название от горы высокосортных магнитных железных руд, которые снабжают железной рудой огромные металлургические заводы. Заводы спроектированы американскими компаниями и американскими инженерами и оснащены самыми современными доменными печами, сталелитейными цехами и прокатными станами.

(Примечание Мемуариста. Речь об американском моногороде Гэри в штате Индиана. В нём располагается гигантский сталелитейный комбинат, принадлежащий "Юнайтед Стейтс Стил Корпорэйшн". В каком-то смысле, он и правда похож на Советский Магнитогорск. Продолжаем.)

Ещё дальше на запад, соединённый железной дорогой находится Кузнецкий бассейн, где в изобилии имеется запас коксующегося угля. На обоих концах этой железной дороги расположены огромные сталелитейные заводы с железной рудой, транспортируемой в одном направлении, и коксующимся углем для производства стали в противоположном направлении.

Согласно отчету американо-российской торговой палаты за 1938-й год, сталелитейные заводы здесь состояли из "ряда цехов, включающих полный цикл производства стали, от сырья до готовой стали, а также вспомогательных и сервисных цехов. Прокатка стали в Магнитогорске осуществляется по новейшей американской технологии, с использованием непрерывного конвейерного процесса. В 1938-м году Магнитогорский завод поставил 1 800 000 тонн чугуна в чушках, 1 600 000 тонн стали и 1 260 000 тонн проката."

В самом сердце Урала находится город Челябинск (население около 100 000 человек). В 1939-м году, по данным американо-российской торговой палаты, тракторный завод производил примерно 15 000 тракторов в год. Он, несомненно, был существенно расширен с тех пор из-за лихорадочной оборонной деятельности правительства в течение последних трёх лет.

Завод моторов в Уфе (население около 100 000 человек), по данным того же ведомства, производил 10 000 моторов в год. Также, в этом районе, в Перми, есть очень крупные заводы, производящие двигатели "Райт Циклон" по лицензии. Три года назад только здесь была потенциальная мощность не менее 10 000 танков в год. Нет сомнения, этот промышленный район был в значительной степени развит оборонной подготовкой последних трёх лет.

(Примечание Мемуариста. Речь идёт об авиационных двигателях с воздушным охлаждением "Райт Циклон". Лицензии были куплены у крупнейшего американского производителя самолётов – компании Кёртис-Райт.

Компания легендарная, берёт своё начало из мастерской тех самых братьев Райт. За годы Войны на заводах Кёртиса-Райта произвели без малого сто пятьдесят тысяч движков и почти тридцать тысяч самолётов различных типов.

На производствах трудились сто восемьдесят тысяч рабочих. Для сравнения, в СССР за те же годы одних штурмовиков Ил-2 произвели больше, чем всех самолётов Кёртиса-Райта, более тридцати шести тысяч боевых машин. Продолжаем.)

Свердловск, столица этого района, имеет огромные машиностроительные и оружейные заводы. В 1938-м году Советские инженеры хвастались тем, что эти заводы могут производить и дублировать всё, что может быть произведено знаменитыми заводами Круппа в Германии. В Березниках и Соликамске в этом районе высоко развита химическая промышленность.

Еще в 1938-м году производство станков, тракторов, танков, самолетов и т.д., произведённых в этой области составляло приблизительно 30% от общего объема произведённого в Советском Союзе. Известно, что в последующие годы колоссальной военно-промышленной подготовки, проводимой армией, на развитие этих промышленных районов в глубине страны были направлены чрезвычайные усилия в предвидении возможного военного нападения с запада.

Все понимали, но правительство скрывало информацию, что армия также создала в этом регионе обширные авиазаводы. Большая часть предприятий цветной металлургии расположена на Урале.

Американский промышленник о России.

Дневник, Нью-Йорк, 27-е октября 1941-го.

"Билл" Батт только что вернулся из России. Он назначен членом специальной миссии президента в СССР в ранге посланника по материалам и оборудованию. В департаменте по управлению производством Батт является директором, отвечающим за обеспечение поставок продукции и материалов, необходимых для национальной обороны.

Он – один из промышленных лидеров страны, призванный на оборонные работы, который произвёл очень сильное впечатление на Вашингтон своей напористостью, индивидуальностью и практичным здравым смыслом.

(Примечание Мемуариста. Посол употребляет даже более грубый оборот "конское чутьё", эдакая крепкая крестьянская сметка и расчётливость. Продолжаем.)

Его работа в миссии была связана со всеми вопросами, касающимися материалов и оборудования, необходимых Советам. Я спросил не скажет ли он, что думает о ситуации в России из того, что видел, сказав, что хочу включить это в свою книгу о России. Я сказал также, что, несомненно, многие из читателей книги хотели бы получить его "быстрый взгляд" в дополнение к опубликованным заявлениям других членов миссии. Вот что он сказал.

"Во время нашего визита в Россию мы узнали некоторые вещи, которые чрезвычайно важны для американской общественности. Они важны, потому что то, что мы увидели, имеет решающее значение для нашей страны. Как далеко мы можем зайти, помогая России бороться с нацистами?

Во время нашего краткого визита я чётко и решительно определился по этому вопросу: мы должны идти настолько далеко, насколько это возможно для нас в рамках наших производственных, транспортных мощностей и обязательств перед Великобританией и Китаем. Почему я принял такое решение и почему считаю, что это самый мудрый и безопасный путь для нас в данный момент? Потому что я нашел русских официальных лиц, офицеров и людей способными, уверенными в себе и полными решимости бороться – готовыми идти до конца, презирающими сепаратный мир с Германией.

Потому что из всего, что я смог увидеть и узнать, русская военная техника в целом превосходна и, хотя и ограничена, используется с большой пользой. Потому что мы видели хорошо управляемые русские заводы удивительного размера, управляемые умными менеджерами и квалифицированными механиками.

Потому что я уехал, впечатленный ощущением, если мы будем работать так же усердно и так же быстро, как мы способны работать, мы сможем существенно укрепить их оборону, прежде чем явный вес численного превосходства в технике сможет выиграть войну для нацистов.

Имея в виду эти факты и впечатления о физической силе и умениях России, другие вопросы отходят на второй план или становятся несущественными. Тот факт, что их система правления и наша система правления сильно различаются, становится лицемерной отговоркой.

Тот факт, что мы могли бы использовать часть оборудования, которое мы обязались отправить им, для производства большего количества оборудования в нашей стране, становится недальновидным аргументом против полной помощи сейчас.

Единственное, что стоит принять во внимание – одно непреодолимое стечение обстоятельств. Русские воюют доблестно и хорошо, они знают, как использовать материалы и оборудование, которые мы им обещали, и пока они воюют, война навсегда останется вдали от наших берегов.

Вот почему я говорю: доставьте им товары! Доставьте их сейчас! Доставьте их любыми средствами и при любых жертвах, которые необходимы! На мой взгляд, это здравое, долгосрочное, практическое решение, отвечающее наилучшим интересам Соединённых Штатов Америки."

Уйдёт ли Сталин?

Дневник, Нью-Йорк, 28-е октября 1941-го.

По приглашению "Датч Трит клуба" сегодня за обедом я выступил с неофициальной речью, продолжая вчерашний разговор в поддержку русских в Мэдисон Сквер Гарден. Кларенс Баддингтон Келланд председательствовал, и я дал им около двадцати минут фактов о Советской России и коммунизме.

(Примечание Мемуариста. "Датч Трит клуб" – буквально, клуб голландского угощения, то есть, где каждый сам платит за себя. Это известное объединение писателей, иллюстраторов и редакторов. Основан в Нью-Йорке в 1905-м году и имел, как ни странно, благодаря своим известным членам, серьёзное политическое влияние.

Кстати, в Мэдисоне посол выступал тоже не просто так, а перед собранием ассоциации "Русской военной помощи". Американцы очень гордятся, что эта благотворительная организация была основана всего через месяц после начала Великой Отечественной.

Впрочем, большей частью благотворительность американцев заключалась в проведении официальных обедов друг с другом и заслушивании речей дипломатов вроде Дэйвиса. Продолжаем.)

Потом были вопросы: "Может ли Россия выстоять?", "Есть ли в России свобода вероисповедания?", "Заключит ли Сталин сепаратный мир с Гитлером?"

Последний вопрос показал мне, насколько сильно люди нашей страны неверно оценивают русскую ситуацию. Настоящий вопрос, который сейчас жизненно важен, таков: "Заставим ли мы Сталина снова заключить мир с Гитлером?"

Мы, вернее европейские демократии, в августе 1939-го года насильно бросили Сталина в объятия Гитлера. Мы – то есть Англия и Америка – могли бы снова заключить Сталина в объятия Гитлера, если бы Сталин поверил, что мы готовы его подвести, использовать Советскую армию для таскания каштанов из огня и обмануть его, как это делали Чемберлен и Даладье до и после Мюнхена и вплоть до кануна Армагеддона.

Сталин-реалист. И он и русский народ знают, что это древняя четырёхсотлетняя борьба тевтонцев против славян, и они знают, какая судьба постигла их славянских братьев в Чехословакии, Югославии и Польше от рук гитлеровских нацистов. Как я сказал вчера вечером на митинге, я считаю, что "русский народ скорее умрёт как славянин, чем будет жить как раб под пятой Гитлера."

(Примечание Мемуариста. Здесь у посла игра слов вполне в духе рифмованных древнеримских поговорок. Дело в том, что на английском слова "славянин" и "раб" звучат почти одинаково. С этой точки зрения старинный букварь обретает совершенно особое звучание: Мы не рабы, рабы не мы. Продолжаем.)

Ни Сталин, ни русский народ, пылающий сейчас жертвенным духом русского патриотизма и ведущий отчаянную войну в защиту своих домов и матушки России от фашистского нашествия, не потерпят никакого умиротворения в Кремле.

Только одно возможное соображение могло бы заставить Сталина или любого другого разумного человека в этих условиях заключить мир с Гитлером. Это была бы вера в то, что дальнейшее сопротивление безнадёжно, потому что Соединённые Штаты и Великобритания либо не могли, либо не поставляли товары, чтобы позволить им вести боевые действия, и что дальнейшее сопротивление было бессмысленным.

Инстинкт самосохранения в таких условиях мог бы подсказать отчаянный способ заключения мира в надежде дожить и сразиться когда-нибудь после. Если мы хотим исключить какую-либо возможность ещё одного русско-германского договора или сепаратного русско-германского мира, то, на мой взгляд, мы должны это сделать. Мы должны до последнего "стоять у наших пушек" и доставлять товар.

(Примечание Мемуариста. Здесь "стоять у пушек" – устойчивая идиома, обозначающая крайнюю решительность, несмотря на обстоятельства. Как у солдата, продолжающего стрелять во врага, несмотря на близость наступающих. Продолжаем.)

Мы должны перестать ожидать, что другие народы будут иметь мужество нашей убежденности. Мы должны убедить Советский Союз, что практикуем то, что проповедуем в отношении права наций на самоопределение. Это означает, что во время и после войны мы даём и будем предоставлять им право самим решать, какого рода правительство они хотят для себя.

Тем самым мы можем сохранить и заслужить их доверие. Таким образом, мы можем ясно выразить нашу веру в то, что американский и русский народы могут жить как друзья в мире, посвящённом миру.

Заключительное слово.

На предыдущих страницах я попытался изложить честно и фактически то, что видел в России. У меня почему-то такое чувство, что в дополнение к изложенному мною "Краткому изложению фактов" читатель хотел бы знать, каковы мои собственные общие "выводы". Вкратце, они таковы.

Россия Ленина и Троцкого – Россия большевистской Революции – больше не существует. Путём постепенной, суровой и часто жестокой эволюции это правительство превратилось в то, что теперь является системой государственного социализма, действующей на капиталистических принципах и неуклонно, неудержимо клонящейся вправо.

Чтобы эксперимент удался, пришлось пойти на уступки человеческой природе. Нынешнее правительство исповедует приверженность демократии. Я полагаю, что оно искренне привержено миру как по практическим, так и по идеологическим соображениям. Нынешнее правительство далее провозглашает и утверждает конституционную защиту гражданских и религиозных свобод.

Как мы знаем из нашего собственного опыта, в некоторых регионах конституционные меры защиты не всегда работают идеально в силу политических и личных целей. На мой взгляд, русский народ, Советское правительство и Советские лидеры движимы, в основном, альтруистическими идеями. Это их цель – способствовать братству людей и улучшить участь простых людей.

Они хотят создать общество, в котором люди могли бы жить на равных, руководствуясь этическими идеалами. Они преданы миру. Они принесли большие жертвы, пытаясь достичь этих духовных устремлений. Они ведут сейчас нашу борьбу с гитлеризмом и должны получить всю возможную помощь как можно скорее и с максимально возможным дружественным сотрудничеством.

Известная нам цивилизация возникла в результате постоянной уступки индивидуальных прав централизованной власти в интересах всего общества. Так называемый прогресс шёл вперед с той же скоростью, с какой эта ситуация развивалась конструктивно.

Эта страна и демократический мир обнаружили, что всё больше и больше частных предприятий становятся наделенными общественными интересами. Поэтому государство либо управляет ими, либо контролирует их. Движущая сила военных нужд теперь ускоряет это движение, и более чем когда-либо правительство берёт на себя управление частной промышленностью.

После этой войны встанет проблема сохранения или восстановления для индивидуализма такого количества частной собственности и деятельности, которое соответствует разумному эволюционному прогрессу. Тогда и придёт наше испытание. Это и последующее поколение столкнутся с проблемой не потерять корабль вместе с грузом.

(Примечание Мемуариста. Имеется в виду, не выплеснуть вместе с водой младенца. Дэйвис опасался потери самостоятельности частным бизнесом в США не зря. Если взять историю крупнейших американских корпораций от Дженерал Моторс до Кока-Колы, все они получили свой расцвет исключительно на военных заказах Второй Мировой. Продолжаем.)

Поворот влево после этой войны будет острым. Существует реальная опасность, что он окажется слишком быстрым и жестоким. Я не удивлюсь, если опыт, полученный в результате русского революционного эксперимента, послужит тормозом этой тенденции.

Эта лаборатория в России должна установить в сознании всех честных, интеллектуальных радикалов факт, что безопасный прогресс приходит только через постепенные процессы эволюции. Наследственные, нервные и железистые реакции не могут быть разрушены в течение одного поколения. Средства, применяемые слишком быстро, часто вызывают большее зло, чем то, для лечения чего они предназначены.

Британская Империя, Америка и Россия, наряду с Китаем, являются великими взаимодополняющими державами Земли. Их интересы, их правительственные идеи и цели не противоречат друг другу. Более того, их совокупные ресурсы господствуют в международной ситуации в отношении человеческой мощи, потенциальной военной и морской силы, стратегического сырья, промышленного производства и накопленных богатств.

Эти страны образуют естественную ось, достаточно сильную, чтобы победить нацистско-фашистские державы. У них есть общая цель – помешать усилиям Гитлера получить господство над миром и навязать программу языческого утилитаризма и нордического господства над христианскими и другими этическими народами Земли.

У них была бы общая воля и цель не только победить фашистско-нацистские силы, но и помочь побеждённым народам стран-агрессоров реформировать свои собственные правительства. Чтобы все люди могли жить в достойном мире, населённом цивилизованными людьми, а не жителями джунглей, чьё единственное правило – это власть зубов и когтей.

В этом "заключительном слове" я хочу сказать то, что я сказал в предисловии. Из того, что я видел в России и в Европе, я более чем когда-либо благодарен за нашу собственную форму правления. Она – самая лучшая на Земле.

Она обеспечивает наибольшую степень защиты жизни и собственности индивида, даже от самого государства. Она гарантирует максимум гражданских и религиозных свобод. Она предоставляет равные экономические возможности каждому мужчине и каждой женщине и предлагает вознаграждение в соответствии с достижениями и способностями каждого во всех областях человеческой мысли и деятельности.

Она основана на понятиях христианской религии. По существу, правительство – это не хозяин, а слуга народа. Оно покоится на принципах всех этических систем от Конфуция до Христа, которые создали то, что известно как цивилизация.

Ни одно правительство на Земле не даёт столько привилегий и возможностей, как наша представительная демократическая форма правления. Это последняя надежда на свободу в мире под угрозой. Я уверен, все наши граждане будут считать всё остальное неважным в своей цели защищать и сохранять её. Джозеф Дэйвис.

Приложения

Дополнительный отчёт о беседе со Сталиным.

Москва, СССР, 10-е июня 1938-го.

Меморандум касательно конференции со Сталиным и Молотовым.

Совершенно секретно.

После встречи со Сталиным и Молотовым и последовавших затем обсуждений 5-го июня я посоветовался с секретарём Хендерсоном и советником Кирком. Мы обсудили ситуацию со всех сторон.

К счастью, мистер Хендерсон участвовал в первоначальных переговорах по долгу и был лично знаком со всеми этапами этого вопроса, а также некоторое время назад, по моей просьбе, подготовил достойное изложение истории переговоров вместе с очень чётким анализом трудностей, которые возникли и на которых переговоры потерпели крах.

Было очевидно, что для успешного решения проблемы с долгом необходимо устранить трудности, которые препятствовали достижению прежнего успеха, и поэтому это предложение следует уточнить и расширить, с тем чтобы точно указать, каким образом предлагается проработать это соглашение.

Соответственно, 8-го июня я попросил провести ещё одну конференцию, которая была назначена на час дня. Чтобы предотвратить возможную огласку, которая могла бы вызвать спекуляции со стороны печати и необоснованные предположения, я попросил полковника Фэймонвила, правившего собственной машиной, отвезти меня в Кремль, а не использовать одного из шофёров.

Я встретился с мистером Молотовым наедине и объяснил ему ситуацию, как было сказано выше. Я высказал предположение, что хотел бы прояснить для себя некоторые аспекты их предложения и с этой целью подготовил два меморандума в качестве основы для обсуждения.

Совещание продолжалось около часа пятнадцати минут. Мистер Молотов заявил, что хотел бы еще немного подумать над этим вопросом и он даст мне знать об этом позже.

Перед отъездом я высказал предположение, что, поскольку мои отношения с его правительством были исключительно с внешнеполитическим ведомством, я хотел бы получить его согласие, чтобы я обсудил этот вопрос с наркомом иностранных дел Литвиновым. Объяснил ему ситуацию, с тем чтобы после моего отъезда переговоры могли вестись по обычным дипломатическим каналам с обеих сторон. На это он сказал, что не возражает и попросит мистера Литвинова связаться со мной.

На следующее утро, 9-го июня, мне позвонил секретарь мистера Молотова и спросил, могу ли я приехать к премьеру, так как у него есть ответ на "предложения", которые я оставил накануне. Я сразу же (и довольно резко) сказал, что не делал никаких предложений, я просто задавал вопросы и оставил заявление о том, как я понимаю условия их предложения, и попросил их проверить это понимание. И что меморандум, который я оставил им, будет очень ясно раскрывать это.

Я не уполномочен делать предложение и не собираюсь его делать. Он рассыпался в извинениях и заявил, что его английский был ошибочным и он прекрасно понимает, что это не было предложение, которое мы сделали. Он хотел сказать, что мистер Молотов желает продолжить обсуждение вопросов, поднятых в моем меморандуме.

В соответствии с этим телефонным звонком я вновь посетил премьера Молотова в семь часов вечера 9-го июня. Полковник Фэймонвил снова отвёз меня в Екатерининский дворец, который находится внутри кремлевских стен. Премьер-министр Молотов сказал, что обсудил вопросы, которые я представил, со всеми своими товарищами в правительстве и они согласовали условия определённого предложения, которое он изложил в ответе на мои вопросы.

Он вручил мне письмо, подписанное им самим, которое было на русском языке и адресовано мне, излагая пункт за пунктом условия предложения.

Затем премьер заявил, что меморандум ни в коем случае не является строго определённым предложением. Он согласен со мной относительно того, как этот вопрос должен рассматриваться. Он не позволит ситуации перерасти в жёсткое состояние. Это послужит началом и прояснением ситуации до тех пор, пока он не получит от меня дальнейших известий.

Затем я попросил, чтобы русский меморандум был переведен ими на английский язык, чтобы я мог иметь представление о его смысле. Они сказали, что сделают это для меня и доставят мне без отлагательства.

Затем премьер Молотов сказал, что СССР не испытывает серьёзной потребности в кредитах. В последние недели Германия предложила им очень большие кредиты, которые они не собирались принимать ни при каких условиях. Их торговый баланс был благоприятным.

Его правительство и Сталин, однако, действительно хотели бы прояснить этот долговой вопрос из-за их высокого уважения к Соединённым Штатам и т.д., и поэтому они инициировали дело таким образом. Они хотели бы узнать от меня как можно скорее, какова будет реакция президента и госсекретаря на возможность какого-либо соглашения по общим направлениям нашей дискуссии.

В любом случае, независимо от того, будет ли оно в конечном счете успешным или нет, по крайней мере, одно было бы достигнуто. А именно проявление их доброй воли, и, наконец, в любом случае в их умах всегда будет присутствовать доброе чувство по отношению к этим дискуссиям и этим переговорам, которые обсуждались главами правительств и мистером Сталиным с американским послом.

Затем, к моему удивлению, он сказал, что, по его мнению, будет лучше, если этот вопрос пока не будет обсуждаться по обычным дипломатическим каналам. Он заявил, что вопрос возник в связи с деловой стороной деятельности Советского правительства в Соединённых Штатах с мистером Розовым, главой Амторга, и по его мнению, было бы лучше держать этот вопрос исключительно в такой атмосфере, пока он не достигнет стадии, на которой есть возможность заключить определённое соглашение.

Поэтому он заявил, что этот вопрос не будет рассматриваться послом Трояновским и он предпочел бы не обсуждать его ни с ним, ни с посольством в Вашингтоне. Он также сказал, что они хотели бы, чтобы я пока не обсуждал этот вопрос с наркомом иностранных дел Литвиновым.

На это я возразил, сославшись на то, что мне будет трудно общаться с ним, кроме как по нашим дипломатическим каналам или через их внешнеполитическое ведомство. Он сказал, что для целей настоящего момента он найдёт способ связаться со мной и я могу связаться с ним через мистера Розова в Нью-Йорке.

Я вновь высказал предположение, что, по моему мнению, как условности, так и мои личные обязательства требуют, чтобы этот вопрос рассматривался через наших штатных сотрудников и через мистера Литвинова. Он заявил, что это будет сделано в своё время, если дело будет развиваться, и он возьмёт на себя всю ответственность за ситуацию в отношении мистера Литвинова. Он возьмёт этот вопрос на себя и объяснит его самому мистеру Литвинову, если потребуется.

Чтобы у них не возникло мысли, что я вернулся за подробностями из-за какого-либо возможного живого интереса со стороны правительства Соединённых Штатов, исходя из предположения, что я сообщил об этом президенту и государственному секретарю, я заявил мистеру Молотову, что я не изложил детали предложения по долгу, но осветил его и обсуждение в целом в моей телеграмме департаменту.

Я просил государственного секретаря и лично президента разрешить мне вернуться в Соединённые Штаты, чтобы принести там присягу и получить инструкции, прежде чем отправиться в Брюссель. Я получил такое разрешение и, следовательно, направляюсь в Соединённые Штаты и сообщу обо всей ситуации моему правительству в надежде, что оно начнет переговоры, которые в конечном итоге могут быть успешно завершены.

Он заявил, что его правительство и он сам очень рады, что я возвращаюсь в Соединённые Штаты, и объясню не только предложение, но и смогу передать дух, которым руководствовалось его правительство.

Он также подчеркнул, что в настоящее время, по его мнению, чем меньше будет огласки и чем меньше людей будут знать об этой ситуации до тех пор, пока вопрос не будет согласован в принципе, тем лучше. С этим я охотно согласился.

(Примечание Мемуариста. Судя по всему, конспирация Молотова и Сталина работают до сих пор. Официально Советское правительство так и не взяло на себя царские долги ни Франции, ни Британии, ни США.

Только после девяностых, уже в наше время щедрый российский бюджет принялся раздавать непонятно кем набранные сто лет назад займы. На сегодня известно, что Россия уже полностью рассчиталась с Францией и Англией. А вот про долг США нигде ни слова.

Подозреваю, что какую-то часть этих, в целом небольших, долгов Сталин американцам по-тихому выплатил. Вряд ли напрямую, чтобы не ронять престиж страны. Но зашить эту сумму в оплату намного больших поставок по ленд-лизу вполне могли.

Ленд-лиз и второй фронт трудно назвать решающими факторами нашей Победы. С другой стороны, без этих поставок нам пришлось бы туго, особенно, в начальный период Войны.

Бросить капиталистам косточку было вполне в духе Сталина. На это указывает и то, что сегодня американцы не требуют расплатиться с ними, хотя Франция и Британия получили свою долю царских долгов. Что ж, это политика. Продолжаем.)

Брюссель, 17-е января 1939-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Дополнительный и заключительный доклад об обсуждениях, проведенных с господами Сталиным и Молотовым перед моим отъездом из Советского Союза.

Совершенно секретно.

Сэр, цель настоящего доклада состоит в том, чтобы дополнить и завершить ранее представленные доклады и представить в единых рамках полный отчёт о конференции, проведенной с господами Сталиным и Молотовым, историю последующих событий, связанных с ней, и ход переговоров вплоть до окончания моего пребывания на посту посла Соединённых Штатов в Советском Союзе.

24-го июня 1938-го года я вернулся в Соединённые Штаты по указанию департамента и встретился с президентом, госсекретарём и заместителем госсекретаря, после чего провёл несколько совещаний с мистером Давидом Розовым, главой Амторга, Советского делового агентства в Соединённых Штатах, которому было поручено обсудить этот вопрос со мной.

В то время я представил в департамент предложение Советского правительства, утвержденное мистером Сталиным и оформленное в письменной форме мистером Молотовым 9-го июня 1938-го года, в Москве, вместе с английским переводом, предоставленным должностными лицами Советского правительства по моей просьбе. Оригиналы этих документов прилагаются к настоящему письму.

После моих бесед с президентом, государственным секретарём и заместителем государственного секретаря я был уполномочен изучить возможность внесения изменений в Советское предложение путем переговоров с мистером Розовым с целью выработки проекта, который мог бы быть рекомендован соответствующим правительствам в качестве основы для обсуждения.

В этой связи мне было поручено обратиться за советом к известному нью-йоркскому банкиру мистеру Сиднею Вайнбергу. Продолжительные дискуссии проведённые с господами Розовым и Вайнбергом рассматривали возможность внесения изменений в Советское предложение в том плане, что урегулирование будет ограничено выплатой долга Керенского без ущерба для других требований, на основе компенсирующих кредитов, которые будут предоставляться Советскому Союзу под низкие процентные ставки. Это сделало бы соглашение привлекательным как для Советского правительства, так и для правительства Соединённых Штатов.

В ходе этих обсуждений стало совершенно очевидно, что правительство Соединённых Штатов не сможет рассмотреть вопрос о введении такого соглашения до тех пор, пока Сенат Соединённых Штатов не примет аналогичное предложение, выдвинутое венгерским правительством. Поэтому было сочтено целесообразным дождаться результатов рассмотрения Сенатом венгерского предложения.

В соответствии с инструкциями я уведомил Советское правительство через мистера Розова в порядке, изложенном в моих письмах от 5-го июля, упомянутых выше. Как вопрос добросовестности в моих отношениях с должностными лицами Советского правительства на мне лежит обязанность вновь обратить внимание департамента на понимание, что всё это дело должно храниться в строжайшей тайне, без огласки, до тех пор, пока оно не будет окончательно решено.

Я был также уполномочен лично передать представителям Советского правительства информацию о том, что президент и государственный секретарь были удовлетворены этим жестом дружбы и проявлением доброй воли с их стороны для урегулирования разногласий и недоразумений по поводу урегулирования задолженности, возникших после заключения соглашения с Литвиновым.

Моё суждение о ситуации таково: нынешнее Советское правительство в июне 1938-го года искренне желало устранить недоразумения и плохие чувства, вызванные провалом переговоров о выплате долга по соглашению Литвинова. Основная трудность заключается в том, что практически Советское правительство не могло бы выплатить довоенный долг России, не будучи обязанным предоставить аналогичное благоприятное отношение двадцати семи другим различным нациям в соответствии с его общими договорными обязательствами.

Практически, это было невозможно с финансовой точки зрения. Ситуация с долгом Керенского уникальна и отличается от других обязательств, а потому даёт возможность для частичного компромисса. Трудность возникла главным образом из-за того, что эта ситуация не была откровенно и недвусмысленно заявлена и признана в самом начале, в результате чего с обеих сторон были допущены взаимные обвинения и вызваны сильные чувства.

Явный прогресс зафиксирован в том, что господа Сталин и Молотов откровенно заявили мне об этом и сказали, что желают выполнить обязательства правительства по соглашению Литвинова до предела своих практических возможностей.

Во время моего пребывания в России, интерпретируя политику добрососедства президента и следуя прямым указаниям президента и госсекретаря, я прилагал все усилия, чтобы культивировать взаимное уважение и добрую волю между двумя правительствами в максимально возможной степени в соответствии с поддержанием, твердо и настойчиво, прав Соединённых Штатов и принципов демократии.

Результат был весьма удовлетворительным, ибо нет никаких сомнений, что когда я покинул Россию, между двумя правительствами установилось лучшее взаимопонимание, чем когда-либо прежде. Представители властей Советского правительства открыто заявили, что в мире, где они окружены врагами, они полностью уверены в объективности, справедливости и честных намерениях правительства Соединённых Штатов.

По моему мнению, до тех пор, пока политика Соединённых Штатов направлена на поддержание отношений с Советским правительством, желательно, чтобы эти отношения носили дружественный характер. Человеческая мощь, ресурсы и сила как Советского правительства, так и Советского народа, их военная и морская оборона, а также их нынешняя экономическая и моральная цель сохранения мира представляют собой фактор, который может иметь большое значение для поддержания правопорядка и моральной концепции в отношениях между нациями. Особенно с учетом агрессивных настроений, проявляющихся в настоящее время в объединённых авторитарных государствах.

По причинам, хорошо известным государственному секретарю, назначение моего преемника в Москве еще не состоялось. Когда я уезжал, считалось целесообразным, чтобы такое назначение было предложено человеку успешного делового или банковского типа, который отличался бы не только знакомством с промышленными и деловыми проблемами, но также был известен либеральной политической идеологией, хотя и не был подвержен влиянию каких-либо коммунистических или крайне левых взглядов.

Я не могу слишком сильно рекомендовать целесообразность проведения такой политики в интересах Соединённых Штатов. В свете последующих международных событий мне представляется, что широкий кругозор, дружелюбный тип независимой личности, который не стал бы без нужды оскорблять руководителей Советского правительства, оказался бы наиболее полезен для поддержания дружественного сотрудничества в той степени, которая представляется необходимой с учетом ситуации на Тихом океане.

Примечание посла. В связи с недавно объявленным назначением Лоуренса Стейнхарда, его хорошо известные деловые и профессиональные успехи вкупе с дипломатическими успехами сделали его идеально подходящим для этого поста.

В этой связи я осмелюсь обратить внимание департамента на тот факт, что в отсутствие какого-либо конкретного запроса со стороны президента или госсекретаря назначение подполковника Фэймонвила военным атташе в Москве истекает этой весной. Если будет сочтено целесообразным оставить его там с учётом ранее упомянутых обсуждений, необходимо принять оперативные действия.

Заметка о Швеции.

Номер 454, Москва, 28 июля.

(Примечание Мемуариста. Посол здесь забыл указать год. Учитывая, что в приложениях документы подобраны не по годам, а по темам, вопрос интересный. Скорее всего, речь идёт об уже упоминавшемся в дневниках визите шведского министра Сандлера летом 1937-го года. Продолжаем.)

Достопочтенному государственному секретарю.

Визит министра иностранных дел Швеции Сандлера в Москву.

Сэр, в неофициальной беседе с Литвиновым я поднял вопрос о визите Сандлера в Москву. Литвинов заявил, что Сандлер настаивает в качестве одной из причин исключения малых стран из обязательств по шестнадцатой статье, что такой курс позволит Соединённым Штатам вступить в Лигу, поскольку они могут сделать это, не связывая себя обязательствами по совместным действиям.

Следовательно, такой курс был бы целесообразен для укрепления Лиги, приведя Соединённые Штаты в её ряды. Я ответил, что такие рассуждения кажутся мне очень надуманными и по моему личному мнению, никакие соображения в настоящее время не могут побудить Соединённые Штаты стать членом Лиги, даже если шестнадцатая статья Устава будет отменена.

Литвинов выражал сильное нетерпение по поводу такого отношения Сандлера и утверждал, что это была "немецкая пропаганда". Позиция Литвинова состоит в том, что некоторые из более мелких нейтралов желают быть освобожденными от возможного обязательства по совместным действиям Лиги против Германии, в соответствии со статьей шестнадцатой, поскольку некоторые из них серьезно пострадали от таких действий против Италии, в соответствии с санкциями, введёнными той же статьёй.

Швеция, по словам Литвинова, лидировала в этой ситуации и тем самым играла в игру Германии. Он считает, что Гитлер уничтожит их всех, одного за другим, если они не будут стоять вместе, и что война в любом месте Европы будет означать войну везде, потому что "мир неделим."

По-моему, в этом есть смысл. Реалистичный военный союз Англии, Франции и России против "Гита и Мусса", вероятно, единственное, что остановит Гитлера от выполнения того, что он так смело провозгласил своими целями.

(Примечание Мемуариста. Как легко догадаться, "Гит и Мусс", это намёк на Гитлера и Муссолини. В 1937-м году британский карикатурист Дэвид Сесил Лоу выпустил серию политических карикатур про диктаторов под такими именами. Более того, "Гит и Мусс" можно перевести и как "Тумаки и драки".

Увы, это была совсем не ровня нашим знаменитым Кукрыниксам. Лоу рисовал одинаковые гадости, что про Гитлера, что про Сталина. Юмор у него был такой.

Что характерно, в том же 1937-м году ему пришлось извиняться перед фюрером за свои карикатуры. Германия заявила Британии официальный протест и бритты немедленно прогнулись.

Впрочем, фигу в кармане, Лоу оставил. На следующих карикатурах появился уже единый диктатор под именем "Мусслер". Явным образом, составленным опять же из Муссолини и Гитлера. Продолжаем.)

У меня нет никаких указаний на позицию Сандлера здесь, кроме приведённого выше заявления Литвинова. Несомненно, что ни речь, которую Сандлер произнес в Москве, ни его заявление для печати в Стокгольме не указывают на то, что Швеция выступает за ослабление Устава или намерена изменить свою политику противодействия, по крайней мере теоретически, заключению региональных пактов о взаимной помощи.

Возможно также, что Литвинова задевает явное неверие Швеции в мудрость региональных пактов о взаимопомощи и предпочтение "взаимопониманию между скандинавскими странами" в рамках Лиги как наиболее эффективному и универсальному инструменту сохранения мира. Противодействие Швеции региональным пактам о взаимопомощи, несомненно, так же неприятно Литвинову, как и отказ Соединённых Штатов вступить в Лигу.

Это, по-видимому, подтверждается заявлением Сандлера печати в Стокгольме, что целью тесного взаимопонимания "между скандинавскими странами является не создание недружественных соседских отношений, а создание взаимопонимания в северной части Европы и благотворное влияние в рамках Лиги Наций."

(Примечание Мемуариста. В общем, кругом прав товарищ Литвинов – германская пропаганда и есть. Вместо совместных действий против агрессора Скандинавия медленно сползала в карман к Гитлеру. Причём сползала вполне самостоятельно и радостно. Продолжаем.)

Мне будет интересно изучить эту ситуацию во время моего визита в Швецию в следующем месяце. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Прибалтийские страны готовятся к худшему.

Трагедия Финляндии: прелюдия.

Номер 456-А, Хельсинки, 2-е августа.

Достопочтенному государственному секретарю.

Визит в Финляндию – 1937.

Совершенно секретно.

Сэр, согласно расписанию, я провёл в Финляндии три дня. Там я имел возможность лично встретиться с премьер-министром, мистером Кахандером, министром иностранных дел, доктором Хольсти, различными членами кабинета и некоторыми видными бизнесменами сообщества.

Общая ситуация.

Финляндия переживает период великого процветания. Промышленное производство, сельское хозяйство, судоходство, занятость и коммерческая деятельность несут на себе признаки "бума". Экспорт увеличился, как и государственные доходы.

Главный покупатель Финляндии – Англия. Это, вероятно, отчасти объясняет их склонность следовать за политическим руководством Великобритании в европейских делах. Однако, именно Германия сейчас продает Финляндии большую часть импорта. Немецкое влияние, как мне сообщили, здесь очень агрессивно.

Напомню, доктор Хольсти посетил СССР прошлой весной. По этому случаю американское посольство устроило приём в его честь, как сообщалось ранее.

Финляндия – СССР и скандинавский блок.

Финляндия стремилась участвовать в скандинавском блоке (Норвегия и Швеция), главной целью которого, наряду с Данией и недавно Бельгией, является сохранение мира и сохранение позиции безопасности для себя в случае катастрофы. Финляндия обнаружила, что её участие в "блоке Осло" не было полностью одобрено Швецией из-за опасений, что отношения между Финляндией и Советским Союзом станут напряжёнными.

Следует напомнить, что в течение многих лет между Финляндией и Советским Союзом существовал источник раздражения из-за проблем, связанных с финским характером Карелии, которая всё еще остается частью СССР и входит в состав одной из союзных республик. Советское правительство занялось обширными укреплениями и военными приготовлениями в районах, прилегающих к финской границе.

Кроме того, представляется, что СССР крайне подозрительно относится к вопросу, что Германия имела какое-то взаимопонимание с Финляндией, в случае германо-балтийского нападения на Советский Союз. Таковы были условия, по-видимому, побудившие к визиту министра иностранных дел Финляндии.

Положение Финляндии между двумя её могущественными соседями нельзя назвать завидным. Со времени моего отъезда и несколько дней тому назад германский флот из девяти или десяти судов находился с дружественным визитом в Хельсинках. Официальные газеты в Москве яростно нападали на это проявление дружелюбия Финляндии к Германии.

(Примечание Мемуариста. Хорошее проявление дружелюбия – заход военного флота в страну, совершенно явно подготавливаемую в качестве военной базы фашистов для нападения на СССР. Как и случилось в дальнейшем. Продолжаем.)

Финские газеты, в свою очередь, негодовали на предложение Советского Союза попытаться определить для Финляндии, какую дружественную любезность она должна оказать дружественному соседнему государству. Это иллюстрирует чрезвычайную чувствительность ситуации здесь. Скандинавский блок, на мой взгляд, очень близок к британскому Форин Офису.

Выводы.

В Финляндии существует предыстория дружественных чувств по отношению к Германии. Это имеет историческую основу и связано с помощью, которую Германия оказала стране в её борьбе за независимость против России.

(Примечание Мемуариста. По всей видимости, "борьба за независимость от России" это когда немцы в Гражданскую отрывали от Российской империи её законную часть – Финляндское княжество.

Борьба оказалась на редкость "демократической", в ходе белого террора финны замучали более десяти тысяч сочувствовавших большевикам. Не жалели никого, число расстрелов доходило до двух сотен в день.

В марте 1918-го, "борцы за финскую независимость" вырезали начисто весь полевой госпиталь Красного креста Хармойнен. Не пожалели ни раненых, ни врачей, ни медсестёр.

После чего, летом 1918-го "демократические" финны организовали лагеря для пленных красных, пожалуй, пострашнее нацистских лагерей смерти. Всего через эти лагеря прошло более ста тысяч пленных.

За один только июль месяц в лагерях погибло более пяти тысяч заключённых. Просто от голода. Кормить "проклятых красных" никто не собирался. В лагере Тамиссари и вовсе поставили рекорд – погибло тридцать четыре процента заключённых.

С десяток наиболее рьяных финских карателей даже попали под суд в собственной стране. Уж больно зверствовали даже по финским меркам. Но очень быстро вместо пожизненных приговоров оказались на свободе по амнистии.

В итоге этой карательной "борьбы за независимость" Финляндия ненадолго стала королевством. Возглавил "независимых финнов", разумеется, никакой не финн, а вполне себе немец. Это был зятёк последнего германского императора – Фридрих Карл, принц гессенский.

Впрочем, порулить зятьку вдоволь не удалось, тестя малость свергли с германского трона, а в Финляндии закрутилась своя собственная мутная история. Это к вопросу о германской помощи Финляндии. Продолжаем.)

С другой стороны, финны, по сути своей, сильный, демократический, свободолюбивый и независимый народ. Итоговое впечатление, которое я получаю от этих разговоров (и оно довольно сильно), состоит в том, что правительство Финляндии внутренне враждебно концепции Гитлера и его правительственной политике. Финляндия инстинктивно не является "прогерманской" страной.

Совершенно независимо от обоих этих соображений, однако, политика Финляндии основана на осознании чрезвычайно ненадежного географического и военно-стратегического положения, которое она занимает между двумя могущественными вражескими странами, и на решимости реально избегать антагонизма между ними, если это возможно. И в любом случае сделать всё возможное, чтобы не допустить превращения её земли в плацдарм, в результате чего её политическая независимость, экономическая свобода и независимое благоденствие могут быть уничтожены. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Латвия и её президент из Небраски.

(Примечание Мемуариста. Ещё одно "гордое независимое государство". С "гордым независимым" президентом. Карлис Улманис въехал в Ригу на германских штыках в 1918-м году. Въехал, что характерно из Америки, где владел сельскохозяйственными угодьями в Небраске и Техасе.

С 1934-го установил в Латвии натурально фашистский режим. Как обычно, отменил Конституцию, разогнал парламент, ну постреляли на улицах малость неугодных, как без этого. Впрочем, в политике бывший зоотехник Улманис особо не прославился.

Запомнили этого "гордого и независимого" сына латышского народа по глубоким афоризмам: "Чего есть, то есть, а чего нет, того и нет", а также "В телятах наше будущее!"

В общем, это такой латышский гений навроде Хрущева. "А кто будет на нас укать, тем мы так укнем, что больше не будете укать!" Между прочим, реальная речь Никиты на международной конференции 1960-го года в Париже. Кто не верит в ораторские способности товарища Хрущева – видео-хроника вполне сохранилась. Продолжаем.)

Номер 456-с, Рига, Латвия, 15-е августа 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Отчет о посещении и поездке в Латвию.

Совершенно секретно.

Сэр, имею честь сообщить следующее в связи с моим визитом в Латвию 13, 14 и 15-го августа 1937-го года.

Доминирующие цели внешней политики.

Правительство решительно поддерживает Лигу Наций по вполне понятным причинам. Вся её внешняя политика основана на стремлении сохранить свою независимость и целостность латвийской национальности. Для этого жизненно важен мир.

Следовательно, необходим баланс и строгий нейтралитет между Германией, Польшей и СССР. Она имеет оборонительный и наступательный союз с Эстонией. Она также является членом так называемого Балтийского блока. Насколько я мог судить, официальные лица более благосклонно относятся к Польше, чем к СССР или Германии. Англия является их крупнейшим покупатель и имеет доминирующее влияние.

Правящие личности.

Президент, доктор Улманис, некоторое время преподавал в сельскохозяйственном колледже Университета Небраски. Министр иностранных дел Мантерс – молодой человек тридцати девяти лет (с бабушкой-шотландкой). Он свободно говорит по-русски, а также на четырёх других языках.

Он исключительно блестящий, способный, представительный человек. Другими тремя выдающимися личностями были военный министр генерал Балодис, министр финансов и министр торговли, со всеми из которых я имел беседы, за исключением президента, который находился в отпуске.

Россия и западное Локарно.

Если Англия и Франция заключат мир с Германией и Италией и установят Западное Локарно, оставив Россию вне прямого участия в нём, то, по мнению секретаря Мантерса, это не будет сделано без рассмотрения и принятия мер по обеспечению мира в Восточной Европе.

Примечание посла. Следует напомнить, что договор в Локарно 1925-го года был попыткой гарантировать мир в западной Европе. Он устанавливал, что Великобритания и Италия гарантируют границы Бельгии, Франции и Германии от нападения с любой стороны.

Эти правительства также взаимно гарантировали, что не возникнет агрессии друг против друга. Он также устанавливал разрешение разногласий между Германией и любой из стран – Францией, Бельгией, Польшей или Чехословакией. Продолжаем.

В связи с этим он заявил, что несколько месяцев назад у него состоялась длительная политическая дискуссия с Невиллом Чемберленом, в ходе которой была выработана идея, что решение вопроса о мире в Восточной Европе может быть найдено в рамках соглашения между Германией и прибалтийскими государствами, Польшей и Румынией, в соответствии с которым Германия заключит с этими государствами те же договоры, что и СССР с этими государствами.

С такими пактами о ненападении и чётким определением того, что представляет собой агрессор, мир был бы обеспечен настолько, насколько договоры могли бы привести к этой цели, и таким образом была бы создана "крыша" между Германией и Россией, которая освободила бы ситуацию от необходимости для России и Германии заключить соглашение или договор. Так как считалось, что Гитлер ни при каких обстоятельствах "не подпишет никакого договора с Советским Союзом в это время".

Однако это соглашение, сказал он, обеспечит мир в Восточной Европе, по крайней мере, на какое-то время. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Литва живет в страхе.

№ 456-D, Мемель, Литва, 16-е августа 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю

Отчёт о визите в Литву – Мемель.

Совершенно секретно.

(Примечание Мемуариста. Напомним, что Мемель – это нынешняя Клайпеда.)

Главенствующая цель внешней политики.

В первую очередь, конечно, это сохранение своей национальной независимости. Она находится в самом сердце опасной зоны между Советским Союзом и Германией и, хотя стремится поддерживать строго формальные отношения с Германией, является наиболее дружественной к России из всех европейских государств, примыкающих к СССР. Внутренне они анти-германцы.

Её единственным реальным выходом к морю является порт Мемель (Клайпеда), и они находятся в постоянном страхе, что нацистское правительство намерено восстановить суверенитет Германии над Мемелем. Правительство и всё население крайне враждебно относятся к Польше. Эта ситуация обострилась с октября 1920-го года, когда, несмотря на соглашение между польским правительством и Литвой, Вильно (тогдашняя столица) был захвачен поляками и с тех пор непрерывно ими оккупирован.

Эта жестокая враждебность проявляется в жёсткой военной обороне вдоль и полном перекрытии границы между двумя странами. Между ними нет никаких сношений, и в качестве иллюстрации этого я не мог послать телеграмму послу Биддлу в Варшаву из Мемеля. Советский Союз, таким образом, является более или менее естественным союзником в их враждебном отношении к Польше и Германии.

Ближайшими целями их внешней политики являются две. Первая. Восстановить свою старую столицу Вильно, ныне находящуюся во владении поляков.

Вторая. Удерживать порт Мемель против Германии. Она является членом так называемого Балтийского блока и сотрудничает с двумя своими северными соседями, Латвией и Эстонией, но враждебность между Польшей и Литвой является постоянной палкой в колесе реализации общих целей с другими членами "блока".

Еще один факт, который несколько притупляет эту коалицию, заключается в том, что и Латвия, и Эстония боятся быть втянутыми в Советскую орбиту и, вероятно, не захотят поддерживать слишком тесные отношения, если Литва станет просто марионеткой Советского Союза. Став слишком тесно и бесповоротно связанной с Советским Союзом.

В конечном счете, представляется вероятным, по крайней мере в настоящее время, что самозащита от двух своих явных врагов будет более контролируемой, поскольку Литва найдёт в Советском Союзе наиболее эффективного защитника в случае войны с Польшей или Германией.

Политическая ситуация и Германия.

Что касается ситуации в Мемеле как непосредственного вопроса между Литвой и Германией, то ситуация, по-видимому, лучше, чем была в течение последних двух лет. Последние выборы на территории Мемеля состоялись в 1934-м году. В то время, для демонстрации, Гитлер лично появился в Тильзите, сразу за границей, и сообщалось, что у него было 25 000 человек с оружием в руках, размещённых в этом месте.

(Примечание Мемуариста. Отличные демократические выборы с германскими штыками за спиной!)

Выборы, по-видимому, были проведены литовцами с разумной честностью. В результате из 29 членов руководящего совета было избрано только пять литовцев. Население порта в частности и территории в целом преимущественно немецкое и характеризуется горячими прогерманскими симпатиями.

(Примечание Мемуариста. И снова не могу удержаться. Как рассказывают теперь либералы, СССР вероломно захватил в 1940-м эту гордую независимую Литву. Настолько независимую, что почти всё правительство состояло из немцев, а кого выбирать решал чуть ли не лично Гитлер. Ну-ну. Продолжаем.)

Мне было сделано заявление, что правитель Литвы достоверно информирован в течение последних нескольких месяцев, что Гитлер "не имел никаких агрессивных намерений относительно Мемеля на данный момент.

Динамит в Данциге.

Номер 456-E, Данциг, 18-е августа 1937-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Отчёт о посещении свободного города Данциг и польского порта Гдыня.

Совершенно секретно.

Примечание посла. Доклад о Гдыне здесь не приводится, так как не имел прямого отношения к СССР.

У меня была очень интересная беседа с сенатором Фрэнком и доктором Блюмом. Доктор Блюм – человек лет сорока, блестящий и говорит почти афоризмами. Он связан с министерством иностранных дел как экономист и, по-видимому, является своего рода секретарём президента.

Он был очень откровенен в своём отношении. Он заявил, что не видит никакого решения для невыносимых условий, которые существовали в связи со свободным городом Данциг, кроме того, которое, возможно, принесёт будущее и только "Бог знает когда."

Он развил свое представление об этом возможном событии, описав опасности, с которыми столкнулось польское правительство из-за существования серьёзных волнений в народе вообще, из-за невыносимого неравенства между различными классами польского общества. А также, из-за существования очень большого количества украинцев и белорусов в той части польского государства, которая примыкала к Советскому Союзу.

Когда, по его словам, наступит время, что эти крупные русские меньшинства в Польше настолько заразятся Советским и коммунистическим влиянием, что смогут вместе с другими потенциальными революционными элементами в Польше осуществить революцию, тогда Польша придёт к пониманию, что её истинный интерес заключается в Германской Империи и она является её настоящим другом.

В такой ситуации, по его мнению, Данциг мог бы вновь обрести свой собственный немецкий суверенитет, что обеспечило бы его экономические и политические права. Что же касается позиции правительства свободного города Данциг, то он заявил, что если бы среднего обывателя на улице в Данциге спросили, чего он хочет, то он заявил бы, что необходимо не только освободиться от польского господства, но и упразднить польский коридор.

Он признал, что это было невозможно в течение некоторого времени из-за соглашения Германской империи с Польшей, которое не истечёт до 1944-го года.

Визит короля Кароля – Румыния.

В ответ на мой вопрос о значении недавнего визита Кароля в Польшу и повышения румынской миссии до статуса посольства он заявил, что Польша "не получит многого, даже если они получат Румынию. Это чувство было проиллюстрировано распространённой остротой, а именно: "Мания, алкогольная мания, клептомания и Романия", – сказал он.

(Примечание Мемуариста. По-английски все эти мании очень созвучны называнию страны "Румыния". Впрочем, есть в этой шутке про алкоголиков и воров румын и вполне нацистский оттенок.

Всем известно, что Румыния – страна во многом цыганская. А вот судьба цыган, равно как и евреев в Рейхе была вполне определённой. Дипломаты смеются, им-то что. Продолжаем.)

Данциг и СССР.

Официальные лица вольного города Данциг проявляли очень мало интереса или любопытства к Советскому Союзу. Польские власти, напротив, были явно очень заинтересованы и задавали много вопросов. Их отношение было явно критическим и враждебным по отношению к СССР, хотя они очень осторожно квалифицировали свои комментарии как неофициальные. И указывали на необходимость сохранения Польшей строго формального нейтралитета как по отношению к Германии, так и к Советскому Союзу, чтобы защитить свою собственную независимость.

Заключение.

Конечным результатом всего этого, по моему мнению, было то, что ситуация здесь искусственная, нестабильная и, вероятно, порождающая конечные неприятности. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Экспертный доклад о военной промышленности России.

Москва, 16-е октября 1937-го.

Меморандум для посла.

Советская промышленность как опора Красной армии.

Первое. Последние изменения в исполнительных органах Советского правительства существенно повлияли на организацию Советской промышленности в целом. Этот эффект особенно заметен в той части Советской промышленности, которая непосредственно полезна Красной армии. Эти изменения включают как организацию новых комиссариатов, так и перераспределение бюро и трестов между существующими комиссариатами.

Второе. Наиболее важным из этих изменений было создание прошлой зимой нового исполнительного департамента – Народного комиссариата боеприпасов (оборонной промышленности), занимавшегося производством боеприпасов для Красной армии. Это изменение явилось результатом предложения, внесённого в редакционную комиссию новой конституции, принятого и одобренного Сталиным по случаю его доклада чрезвычайному съезду Советов, утвердившему окончательный проект Конституции.

Третье. Совсем недавно, 23-го августа 1937-го года, из различных бюро, прикомандированных к Народному Комиссариату тяжелой промышленности, был создан новый наркомат, получивший название Наркомата машиностроения.

Четвёртое. В соответствии с новым порядком, все отрасли промышленности и тресты, отвечающие главным образом за производство боеприпасов для Красной армии, объединяются в Наркомат боеприпасов. К ним относятся авиационная промышленность в целом, судостроение в целом, все заводы по производству боеприпасов, а также отдельные отрасли чёрной металлургии и цветной металлургии вместе с их заводами и научно-исследовательскими лабораториями.

В состав Наркомата машиностроения войдут предприятия по производству тракторов, станкостроительных, локомотивных, вагонных и сельскохозяйственных машин, предприятия по производству машин для лёгкой и пищевой промышленности, котельной, турбинной и электротехнической промышленности.

Пятое. Причины этих изменений были как общими, так и конкретными. В целом, по-видимому, было признано, что высокоцентрализованные операции не являются наиболее эффективным типом промышленной организации для таких огромных предприятий, как государственная промышленность Советского Союза. Эти высоко централизованные операции были неизбежны в первые дни Советской промышленности, когда технические знания и опыт были ограничены небольшой группой Советских инженеров, которым помогали иностранные советники, и где был необходим самый тщательный контроль за операциями.

По мере расширения масштабов Советской промышленности, централизованное руководство операциями становилось всё более трудным. Между тем, Советские инженерные школы выпускали всё больше и больше молодых инженеров, способных занять ответственные должности на заводах и фабриках. Таким образом, стало существенно важным децентрализовать работу одновременно с тем, когда персонал стал доступен для осуществления этой децентрализации.

Шестое. Нынешняя ситуация в Советской промышленности в целом характеризуется высокой степенью централизации управления и контроля, но децентрализацией функционирования. Об этом свидетельствует возросшее число промышленных комиссариатов и возросшее подразделение промышленных операций в трестах и на отдельных заводах.

Седьмое. Конкретными причинами, приведшими к созданию новых производственных комиссариатов, как представляется, были жалобы армейских властей на отстающие программы производства боеприпасов и на недостатки, обнаруженные во многих заводских изделиях.

Восьмое. Что касается организации, нынешние меры Советского правительства по производству боеприпасов почти идеальны. Трудности, которые возникают, не связаны с организацией. Они касаются, скорее, отсутствия технических навыков у рабочих вообще и низкой производительности Советского труда, что, в свою очередь, обусловлено различными причинами, такими как: недостаточная подготовка, низкий уровень жизни, а возможно, и политическое недовольство, саботаж и заговоры вредителей.

Девятое. Организация производства боеприпасов, которая считается почти идеальной, основана на тесной координации политических, военных и экономических аспектов Советской жизни. Правительство посредством своих тщательно разработанных обследований, которые постоянно расширяются, располагает необходимой информацией о природных ресурсах страны и имеющихся запасах сырья.

Благодаря своему высоко централизованному руководству промышленностью, правительство также располагает информацией о нынешнем производственном потенциале промышленности и возможностях её дальнейшего расширения.

Десятое. От Генерального штаба Красной армии правительство получает информацию о степени промышленной готовности, необходимой для поддержки любого предлагаемого плана военных действий. Зная эти основные факты, правительство, таким образом, в состоянии сформулировать свою политику с уверенным знанием, может ли эта политика быть осуществлена силой в случае неудачи дипломатии.

Одиннадцатое. Генеральный штаб Красной армии, получив от правительства указание на несколько возможных стратегических ситуаций, в которых он может быть призван действовать, в состоянии просчитать свои потребности, которые должны быть выполнены, прежде чем можно будет ожидать успешных военных действий. Эти потребности, естественно, включали бы человеческую мощь, необходимую одежду и боеприпасы, которыми можно было бы снабдить личный состав, а также финансовую и промышленную поддержку, необходимую для поддержания бесперебойного потока боеприпасов в течение предполагаемого периода чрезвычайной ситуации.

Двенадцатое. Требования Генерального штаба к каждой из нескольких рассмотренных стратегических ситуаций, несомненно, тщательно изучаются правительством. Предполагаемые стратегические ситуации, естественно, включали бы случай обороны от одного захватчика, обороны от комбинации врагов и наступательных операций на одном фронте в сочетании с оборонительными операциями на другом фронте.

После утверждения правительством, требования Генерального штаба, естественно, передавались в национальные плановые органы, которые должны были удовлетворять промышленные потребности Красной армии. Удовлетворение этих потребностей до сих пор занимало первое место в проектах Госплана.

Тринадцатое. Плановые комиссии, осуществляя централизованный контроль над всей промышленностью, имеют возможность выделять на производство боеприпасов достаточную долю природных ресурсов, достаточное количество топлива и энергии для функционирования оборонных отраслей промышленности, а также достаточные людские ресурсы и денежные средства для обеспечения успешного функционирования этих отраслей.

Главными комиссариатами, затронутыми такими планами, являются: комиссариат боеприпасов, комиссариат тяжёлой промышленности, комиссариат лёгкой промышленности, комиссариат машиностроения, комиссариат пищевой промышленности и Комиссариат транспорта. Именно на эти исполнительные департаменты ляжет основное бремя промышленной подготовки.

Четырнадцатое. Можно сделать вывод, что социалистическая экономика, господствующая в Советском Союзе, благодаря своему полному контролю над всей промышленностью страны, обеспечивает существенную промышленную поддержку военных планов, которые были определены правительством. Промышленность организована таким образом, чтобы сделать доступной для военного использования любую требуемую долю сырья, производственных мощностей и человеческой мощи нации.

В результате сильно централизованных методов контроля, которые применяются в Советском Союзе, производственные программы могут быть приняты мгновенно только исполнительным решением без законодательных или других проверок. Трудности в выполнении производственных графиков обязательно возникнут, но эти трудности будут носить технический и политический характер и систему организации промышленного производства в Советском Союзе можно считать прочной.

Инвентаризация богатейшего региона России.

Меморандум о Советских промышленных районах.

Перед отъездом из посольства в Москве я подготовил из опубликованных материалов досье на различные заводы, которые мы собирались посетить, и после обеда в вагоне-ресторане Советский экономический эксперт нашего посольства – мистер Шиффер прочитал нам очередную лекцию минут на тридцать-сорок о том, что мы увидим на следующий день.

Наша первая остановка была в Харькове, городе с населением около 700 000 человек. После Первой Мировой Войны столица Украины была перенесена из Киева в Харьков, но впоследствии она была перенесена обратно в Киев. Харьков считался самым русским из всех городов. То, что мы назвали бы муниципальным центром, только что было завершено вдали от старой части города и сосредоточено вокруг красивого парка.

Здания были внушительными, аккуратными, эффективно расположенными и образовывали практически отдельное сообщество. Такие вещи типичны для каждого места, которое я посетил в России. Темп строительства был очень быстрым.

Здесь, в Харькове, нам было интересно посмотреть один из новых тракторных заводов, построенных в рамках Пятилетки. Он располагался в восьми – десяти милях от города по широкой современной асфальтированной дороге, уходящей в широкие степи Украины.

Этот завод имел годовую мощность 37 000 тракторов колёсного типа и использовал при полной загрузке 12 000 человек. Когда мы были там, большая часть завода была переведена на выпуск гусеничных тракторов по плану, который предусматривал выпуск 15 000 машин ежегодно. Мы все сошлись на том, что переход на гусеничный тип трактора был действительно направлен на создание гусеничных танков для армии.

Завод был спроектирован при консультировании лучших инженеров США, Великобритании, Франции и Германии. В соответствии с пятилетним планом, Советское правительство почти расточительно платило любые деньги, чтобы получить лучшие инженерные, технические и планировочные навыки, которые могли предложить западные страны.

Этот завод был построен в 1931-м году. Примерно 60% его оборудования было изготовлено в Соединённых Штатах. Нам сообщили, что тогда на заводе работало около 9 000 мужчин и женщин, в том числе 121 технический специалист различных национальностей.

Рядом с тракторным заводом мы увидели огромный жилой комплекс современных, чистых на вид многоквартирных домов. Они должны были обеспечить жильем рабочих и их семьи. Они типичны для нового типа рабочих квартир, которые я довольно часто встречал в других русских общинах.

Мы посетили эти квартиры и позже осмотрели детские ясли, где дети работниц были оставлены на попечение опытных медсестер, в то время как матери работали на заводах, используя перерывы, чтобы вернуться в ясли и нянчить детей, если потребуется.

Сам этот тракторный завод, а также его оборудование и расстановка оборудования были последним словом в заводском планировании и строительстве. Это весьма впечатляюще. Так же, как и на заводе Форда в Ривер-Руже, станки расположены последовательно, так что материал перерабатывается в конечный продукт без перекрёстной обработки или обратного хода.

Различные процессы организованы так последовательно, что идёт постоянный поток от сырья к готовому продукту, и конвейерная и ленточная система использовалась везде, где возможно. Это план поточной сборки для производства. На самом деле, когда мы были там, они запускали тракторы на этой сборочной линии.

Завод, казалось, работал эффективно. Казалось, здесь не было такой скорости или высокой активности, как на обычном автомобильном заводе в нашей стране. Действительно, русские техники публично сообщали в то время, что производительность русского труда, хотя и постоянно улучшалась, достигла лишь 40% от производительности американского механика.

В целом должен сказать, что мне показалось, что они работают на этой основе эффективности. По своим характеристикам завод не шёл ни в какое сравнение с его строительством, планировкой и объектами.

Хозяйственным учреждением, связанным с заводом, была так называемая "научно-техническая секция", размещённая в одном из больших красивых зданий завода. В ней предусмотрены лекционные залы, специальный зал для просмотра кинофильмов, отдельные учебные кабинеты, техническая библиотека и зал технических экспонатов.

Её общепризнанная цель – повышение технических знаний и квалификации персонала завода, и здание спроектировано именно для этой цели. Стены увешаны графиками и диаграммами, которые в настоящее время постоянно обновлялись, указывая на то, как руководство фабрики отслеживает различные факторы, способствующие эффективности и неэффективности производства.

Эти записи, по-видимому, были актуальными и охватывали широкий спектр данных, включая производительность труда рабочих различных подразделений и количество стахановцев, или сдельщиков.

Библиотека особенно интересна тем, что раскрывает серьёзность и интерес этих молодых русских инженеров и техников. За неё отвечала хорошенькая молодая женщина, которая с большой гордостью демонстрировала не только свою коллекцию лучших инженерно-технических учебников и авторитетов по тракторам, но и свою систему каталогизации и картотеку. На столе библиотеки было интересно посмотреть технические торговые журналы, издаваемые на разных языках, практически из всех индустриальных стран Европы и Соединённых Штатов. Занятия в этом здании проходили по вечерам.

Сами тракторы, когда они сошли с линии, выглядели крепкими. Они не были оснащены большим количеством приспособлений, но выглядели так, будто они хорошо подготовлены к использованию и выдержат работу. На самом деле, впоследствии я видел их очень много в колхозах России, где они, казалось, выдержали тяжелое использование.

Размер заработной платы на этом заводе, да и вообще на всех этих промышленных предприятиях, интересен в виду того огромного количества золота, которое уже израсходовано и продолжает расходоваться Советским правительством в промышленности. Его производительность для военных или иных целей значительно повышается низкими затратами на труд, ибо неограниченная человеческая сила является одним из величайших промышленных ресурсов России.

На этом заводе, например, среднемесячная заработная плата составляла 230 рублей в месяц, что по тогдашнему официальному курсу составляло около 45 долларов, но по тогдашнему бутлегерскому курсу было около 23 долларов в месяц. Средняя заработная плата квалифицированных рабочих была примерно вдвое выше.

Самая высокая заработная плата для стахановских сдельщиков составляла около 80 долларов в месяц, тогда как менеджеры, вплоть до директора и включая его, получали не более 2500 долларов в год.

Рядом с Харьковом также расположен турбогенераторный электромеханический завод. Он производит оборудование для Советской металлургической, угольной, железорудной и электроэнергетической промышленности. Мы потратили несколько часов, чтобы просто пройти по этому заводу.

В нем занято 38 000 человек. Из 2 500 станков на заводе, как нам сказали, около половины были иностранного производства. Его годовая мощность составляла 30 турбин по 50 000 киловатт каждая. Здесь же для производства малого оборудования была применена конвейерно-ленточная линия в соответствии с лучшей технической практикой управления заводами.

Самый большой передвижной мостовой кран на заводе имел грузоподъемность 200 тонн. Мы увидели огромную турбину в процессе строительства. Она была рассчитана на мощность 100 000 киловатт.

Из 38 000 рабочих 1 200 были техническими инженерами. Их максимальная зарплата составляла около 1 200 долларов в год. Среди них было 1 500 иностранных специалистов.

Здесь, опять-таки, характерно для того типа людей, которые руководили этими предприятиями, руководство с большой гордостью показывало нам детали их технических, инженерных и химических лабораторий, их системы учета затрат в управлении заводом, а также учебные отделы, классы и т.д.

Здесь, однако, было то же самое указание на недостаток реального делового управления заводом в отношении рабочих, которое мы находили на другом заводе, когда сравнивали с темпом производства на заводах, которые я видел в Соединённых Штатах. Тем не менее, выпуск и производительность были впечатляющими для страны, которая только недавно адаптировалась к современной промышленной системе.

Мы сели на поезд и отправились из Харькова в Запорожье, что было довольно долгим путешествием. После обеда мы снова прослушали лекцию о том, что увидим на следующий день.

Запорожье – город с населением 125 000 человек, расположенный в самом сердце огромного промышленного района Донбасса и являющийся типичной частью гигантского плана Советского правительства в области промышленности. Этот регион расположен вокруг Днепровской плотины, на полпути между крупными железорудными и угольными месторождениями Украины.

Ещё со времен Екатерины Великой предпринимались попытки сделать реку Днепр судоходной и возвести в этом месте плотины. После многих неудач, наконец, наш американский полковник Купер был нанят Советским правительством для выполнения этой работы. Он сделал её успешно.

Эта так называемая Днепровская плотина или плотина Купера была тогда самой большой плотиной в мире, за единственным исключением плотины Боулдера. Около этого огромного центрального резервуара электрической энергии в течение четырех или пяти лет были построены огромные промышленные предприятия различных видов.

(Примечание Мемуариста. Мы уже упоминали, что речь идёт о ДнепроГЭС и американской дамбе Гувера. Продолжаем.)

Практически за одну ночь был построен новый город Запорожье. Это было похоже на то, что Вы ожидали бы найти в сообществе колонистов, созданном с целью повышения эффективности, обеспечения жильем и обслуживания промышленного сообщества.

Здания – утилитарного спального типа, трёх – четырёхэтажные, аккуратные и хорошо построенные. Улицы проложены кварталами, как в среднем американском городке в прериях. Предприняты некоторые попытки по благоустройству местного парка – так называемого, парка культуры и отдыха. Там были трамвайчики и довольно симпатичный модернистский кинотеатр. Улицы весьма чистые.

Мы приехали сюда, чтобы изучить связь между плотиной и промышленностью, которую она обслуживала. Мы хотели увидеть сам город, плотину Купера, огромный сталелитейный завод, который был в процессе завершения – частично в эксплуатации и примерно наполовину завершен – и алюминиевый завод, который был уникальным в России и одним из крупнейших в мире.

Мы проехали на автомобиле через огромную плотину и провели несколько часов в турбинных залах, которыми управляли Советские инженеры. Они говорили о большом восхищении и дружелюбии к полковнику Куперу. Строительство плотины, по их словам, было начато в 1927-м году и завершено в 1932-м году.

Она снабжала район площадью 80 000 квадратных миль. Максимальное расстояние для передачи энергии составляло 500 миль. У них есть вспомогательные паровые генераторы для зимнего использования.

Несмотря на эти вспомогательные установки, плотина Купера начинает не справляться с обеспечением электроэнергии, необходимой для этого региона. В то время строились планы строительства ещё четырёх таких электростанций, две из которых в то время находились в процессе строительства.

В этой связи интересно отметить, что Советский Союз производит больше электроэнергии, чем вся остальная Европа вместе взятая, и уступает только Соединённым Штатам по объему производства. Эта электростанция имеет около 2 000 подстанций в сельскохозяйственных районах, с которых она распределяет электроэнергию в рамках программы электрификации сельских районов, в чем-то схожей с нашими программами Т.В.А. и Р.Э.А.

Ответственные инженеры были довольно типичными представителями своей профессии. Это были сильные, скромные, уравновешенные люди, насколько я могу судить о характере. Всё их хозяйство выглядело таким же чистым и упорядоченным, как боевой корабль. Я не видел электростанций в Соединённых Штатах, но я не мог представить себе ничего, что давало бы видимость более хорошего содержания или эффективного управления, чем эта.

Рядом с плотиной и через реку от турбинного завода расположен огромный алюминиевый завод, построенный в 1931-м и 1932-м годах. Он расположен здесь из-за наличия большого количества электроэнергии, которая необходима для производства алюминия. Первоначально он рассчитывался на ежегодную мощность в 20 000 тонн чистого алюминия, но с тех пор его мощность была удвоена.

Общий объем производства алюминия в США в то время составлял 45 000 тонн, по словам директора. Завод был спроектирован французскими инженерами, связанными с французской алюминиевой компанией, и потребляет около половины всей электроэнергии, вырабатываемой плотиной Купера.

(Примечание Мемуариста. Из слов посла получается, что один этот Советский комбинат производит почти столько же алюминия, как вся американская промышленность. Забавно. Продолжаем.)

Бокситы, основное сырье, привозят из Ленинградской области, а также из крупных месторождений на Урале. Произведёный алюминий продавался в различные государственные отрасли промышленности для кабелей, самолетов, автомобилей и т.д. Потребности Советской тяжёлой промышленности могли поглотить весь алюминий, производимый заводом, и даже больше, по словам директора.

Директор произвёл на нас всех большое впечатление. Он был очень большим парнем. Он похож на моего старого друга Алека Легга из "Интернэшнл Харвестер Кампани", но немного шире и представляет собой нечто среднее между Алеком Леггом и моим другом Уильямом Кнудсеном.

Этот человек был бы большим человеком в любом обществе и любой ситуации. Его завод давал все признаки, что он управляется этим типом руководителя. В ответ на наши запросы, он сообщил, что завод работает на коммерческой основе.

Норма или квота определялась центральным комиссариатом. Любая прибыль сверх этой нормы являлась бонусом для завода и для руководства. Она использовалась для премирования за отдельные показатели эффективности, а также для улучшения социальных условий для работников.

Жилые помещения, по его словам, предоставлялись в аренду на сумму от 12 до 15 процентов заработной платы семьи и от трех до пяти процентов для холостяков, проживающих в общежитиях. Было заметно, что машины в электрическом отделе в основном немецкого производства.

Крупнейшим предприятием этого региона является металлургический завод, предназначенный для производства чугуна в чушках, стальной проволоки, высококачественного проката, ферросплавов и т.д. Когда мы были там, он был примерно наполовину закончен, но эта половина была в действии.

Директор сказал нам, что стоимость проекта оценивается примерно в миллиард рублей (200 000 000 долларов по официальному курсу). Когда он будет окончательно достроен, в нём появятся четыре доменные печи, три сталелитейных цеха и три прокатных стана.

Первоначально завод предусматривал производство 1 970 000 тонн чугуна, 1 800 000 тонн мартеновской стали и 1 800 000 тонн листового проката. В этом населённом пункте американская компания в то время занималась установкой стана непрерывной горячей и холодной прокатки полосового листа и отделочного отделения.

Американское оборудование, поставляемое только для этого завода, по словам директора, стоило четыре миллиона долларов. В мире было только два других аналогичных тонколистовых прокатных стана. Оба находились в Соединённых Штатах. После завершения строительства на сталелитейном заводе будет занято 35 000 человек.

Из Запорожья мы отправились в Днепропетровск, который находился примерно в 250 милях к востоку. Днепропетровск – прекрасный старомодный украинский город. Здесь широкие проспекты, красивые деревья, очаровательные старые здания и дома.

Новые здания типично модернистские и по большей части выступают квартирами и жилыми помещениями для рабочих. Главным заводом, который нас интересовал, был завод по производству стальных труб, на котором работало 9 000 человек. Он выпускал трубы, трубки и другие виды готовой стальной продукции.

Только что был построен новый специальный участок для производства бесшовных труб. Эта секция действовала всего два года. В ней имелись цех металлообработки, трубопрокатный цех и три мартеновские печи. Его мартеновская мощность составляла 440 000 тонн стали. Мы прошли через завод и в общем, нашли почти такие же условия, как и в Харькове.

Здесь снова самым интересным фактом в связи с заводом оказался директор. Когда мы пришли в главный офис, чтобы встретиться с ним, то обнаружили типично хорошо обставленный и хорошо оборудованный головной офис, похожий на тот, что есть у любой организации в Соединённых Штатах.

Когда меня ввели в кабинет директора, молодой человек лет тридцати пяти встретил меня в дверях и на прекрасном английском языке сказал: "Здравствуйте, господин посол. Я очень рад приветствовать Вас здесь". Это был аккуратный, ухоженный мужчина в хорошо сшитом костюме, которого в Нью-Йорке можно было бы принять за адвоката или бизнесмена.

Мы следовали своим обычным курсом, задавая различные вопросы технического характера и по вопросам, затрагивающим завод, таким как управление и т.д. Он сел за покрытый стеклом стол и очень тихо, но настойчиво отвечал на все вопросы доверительно. Большинство ответов вертелись у него на кончике языка.

Иногда он обращался к диаграммам и таблицам с цифрами, которые лежали у него под стеклом. То, чего у него там не было, он записал в маленькую записную книжку, которую достал из жилетного кармана. Это было заполнено мелко написанными данными, очевидно, относящимися к фактам, связанным с заводом и его руководством.

Когда он рассказал нам об устройстве нового цеха по производству бесшовных труб, я спросил его, не знает ли он об установке завода братьев Смит в Милуоки, где, благодаря использованию электрических машин, затраты на рабочую силу были значительно снижены. Он сказал, что изучал завод в Милуоки, а также другой завод аналогичного характера в Огайо, и что эта установка, по совету американских инженеров, воплощала в себе лучшие черты обоих. Он добавил, что, по его мнению, она лучше, чем то или другое.

Прежде чем уйти, я спросил, не извинит ли он меня, если я задам ему несколько личных вопросов о нём самом. Он сказал: "Конечно". Выяснилось, что он родился сыном крестьянина примерно в 25 милях от Днепропетровска. В семье он был одним из одиннадцати детей, которые жили в типичной примитивной хижине с земляным полом, какие обычно встречаются в сельскохозяйственных районах России. Он никогда не носил обуви, пока не приехал в Днепропетровск, чтобы пойти в школу.

За счёт государства он окончил среднюю школу в Днепропетровске, а затем поступил в местный университет, имевший горный, металлургический и технический факультеты. Он заявил, что это был тип высшего университета или технического учреждения, что-то вроде Карнеги-Теха.

Его курс был рассчитан на четыре с половиной года. Он окончил металлургический факультет и получил диплом в возрасте 23 лет. Я спросил его, насколько велик университет.

Он сказал, что в настоящее время там обучается 25 000 студентов. Все студенты получали стипендии от государства на одежду, проживание, театр и т.д. После окончания курса в местном университете он провёл некоторое время в технических училищах в Москве и Ленинграде и затем отправился в Германию, Францию и Соединённые Штаты, чтобы закончить своё техническое образование, ознакомившись с методами других стран.

Он провел семь месяцев в Соединённых Штатах, посещая Питтсбург, Янгстаун, Кливленд, Чикаго и Детройт, чтобы изучить американские методы. Он вернулся, чтобы стать одним из помощников в управлении заводом, и в возрасте тридцати пяти лет теперь возглавлял всю организацию.

(Примечание Мемуариста. Парень, судя по всему, был упёртый и талантливый. Наверняка, во многом и просто повезло. А теперь, просто представьте такую карьеру для крестьянского сына из наших дней. Ну-ну. Продолжаем.)

Сельскохозяйственная техника.

Из Днепропетровска мы отправились в Ростов-на-Дону, на северный берег Чёрного моря, где находился очень большой завод по производству сельскохозяйственных комбайнов и сельхозтехники. Это не общеизвестно, но факт, что Советский Союз производит больше сельскохозяйственной техники, чем любая страна в мире, даже включая Соединённые Штаты.

Они наши конкуренты, и серьёзные конкуренты, по всему Ближнему Востоку и даже в Азии. Сельскохозяйственный машиностроительный завод является крупнейшим в своем роде в СССР. Он располагался на окраине города, который, внезапно, имеет население в 500 000 человек.

До Революции Ростов-на-Дону был штаб-квартирой Донской казачьей военной организации. Сегодня это один из крупнейших городов Донбасса и недалеко от него находится регион, в котором сосредоточена крупнейшая угледобывающая промышленность страны, а также некоторые из крупнейших металлургических и химических производств.

Район также богат антрацитом и битуминозными углями, некоторые из которых имеют очень высокое качество коксования. В то время в этом районе находилось 30 процентов сталеплавильных печей Советского Союза, а также двадцать один коксохимический завод и пять основных химических заводов.

Сельскохозяйственный машиностроительный завод занимает площадь 180 квадратных гектаров (около 446 акров). Здесь выпускаются гусеничные тракторы, комбайны, бороны, плуги и др. Здесь мы снова обнаружили определённые признаки, указывающие, что завод переоборудовался для военных нужд.

Литейный цех, по словам директора, был "закрыт на ремонт". Когда он сказал это, Демари Бесс подмигнул мне. Вся Россия, включая нас самих, думала и говорила в терминах военных приготовлений, которыми так интенсивно занимались Советы. Были использованы сборочные линии, конвейеры и ленточные системы, которые, казалось, работали очень хорошо.

С точки зрения оборудования, расположения машин и планирования завода это было так же хорошо, как и всё, что я видел. Здесь, опять же, он не был приспособлен к темпам производства, которые можно было бы найти на наших собственных заводах, с которыми я знаком.

Тем не менее, всё шло своим чередом. Я сел на шасси в одном конце сборочной линии, и через несколько минут мы уже покидали завод на своём собственном бензине, на полностью укомплектованном агрегате.

(Примечание Мемуариста. Заводчане придумали послу совершенно замечательный аттракцион. Собрать трактор прямо вокруг Дэйвиса по ходу конвейера. Наглядно показав, как здорово работает наш завод. Молодцы. Продолжаем.)

В механическом отделении завода было замечено, что большая часть машин либо американского, либо немецкого производства. В ходе нашей экскурсии произошла ещё одна интересная вещь. Мы шли через деревообрабатывающий цех, где нашли большую часть оборудования американского производства.

Мы были представлены мастеру этой секции, в которой работала тысяча рабочих. Ему было около тридцати лет. Он сказал мне: "Мистер посол, вы ведь родом из Висконсина, не так ли?" Это на прекрасном английском!

Я сказал: "Да, но как Вы узнали?" – "Я проучился два года в Университете Висконсина в Мэдисоне", – ответил он, – "Какой это замечательный университет и какой прекрасный город."

Он добавил, что после завершения своего технического образования посетил большинство крупных машиностроительных заводов Соединённых Штатов. Здесь, опять же, был показатель молодости и качества младших руководителей этих организаций. Когда мы покинули завод, мои неофициальные советники, газетчики, пришли к единодушному мнению, что завод перестраивается в гусеничное производство для больших танков.

Номер 1318, Москва, 1-е июня 1938-го.

Продиктовано в Батуме, 22-го мая 1938-го.

(Примечание Мемуариста. Хотел бы обратить внимание на одну маленькую, но очень важную деталь. После ухода из жизни президента Рузвельта на его друга Дэйвиса выльется не один ушат натуральных помоев.

Трудно найти профессиональный грех, в котором не обвинили бы отставного посла так называемые "карьерные дипломаты". И протокол-де он не соблюдал, и в дресс-коде приёма фрак со смокингом мог перепутать и вообще ничего не понимал, поскольку был адвокатом, а не профессиональным дипломатом.

Так вот та самая маленькая деталь. Если пробежаться по книге, наберётся десятка три мест, из которых посол пишет свои дневники и доклады. За два года он умудрился объездить большую часть Союза и граничащих с ним стран.

Большая же часть "карьерных" за всю свою службу дальше посольства и носа не казали. Судили о стране пребывания по сплетням коллег на приемах, да американским газетам. Не то что по заводам, да колхозам шастать. Характеризует, не правда ли? Продолжаем.)

Достопочтенному государственному секретарю.

Одесский порт и указания на отправку грузов в Испанию.

Секретно.

Сэр, Одесса, расположенная на северо-западном побережье Черного моря, является одним из крупнейших российских черноморских портов.

Рядом с причалами стояли шесть испанских кораблей, которые, по-видимому, были интернированы, и еще дюжина в других российских черноморских портах. Во время моего недавнего визита в Одессу мне было сообщено, что члены испанских экипажей получали от Советского правительства по 50 рублей в месяц в дополнение к своему продовольствию. Но должны были тратить своё время на покраску и иное содержание судов.

Это обычно предлагалось сделать по той причине, что предполагалось, что Советское правительство в конечном счёте сохранит суда в качестве компенсации за поставленные товары. Было также заявлено, что британские и греческие суда были зафрахтованы Советским правительством для перевозки товаров в Испанию из этого порта. Я насчитал около двухсот грузовиков Советского производства в доках, очевидно предназначенных для испанского правительства.

Мы прибыли в Одессу утром 17-го мая. В течение дня мы посетили два дома отдыха и большой рекреационный проект, который состоял из парка и пляжа для купания. Старые резиденции буржуазии и дворянства, расположенные на окраинах и выходящие окнами на море в жилых кварталах, превращены в санатории и дома отдыха, которые характеризуются большим количеством свежей краски как на зданиях, так и на окружающих стенах. Самым большим из них было красивое место площадью около 60 акров на окраине города Одессы с видом на Чёрное море.

Раньше это был дом самого богатого банкира в округе. Сейчас он используется как санаторий для сердечных и нервных больных. В настоящее время он занят персоналом и двумястами двадцатью пациентами. Он содержался в очень хорошем состоянии и давал признаки, что им хорошо управляют. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Номер 1325, Москва, 1-е июня 1938-го.

Продиктовано в Батуме, 22-го мая 1938-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Хлебопекарная фабрика в Одессе.

Сэр, по случаю моего визита в Одессу 17-го мая я имел возможность осмотреть один из крупнейших хлебозаводов Советского Союза – так называемый Сталинский хлебозавод. Фабрика посвящена исключительно выпечке довольно грубого сорта чёрного хлеба. Заводское здание было довольно большим и довольно внушительным. Оно выкрашено в белый и жёлтый цвета, а снаружи и внутри блистало чистотой и порядком.

В устройстве завода, по-видимому, была довольно большая претензия на гигиенические и санитарные меры предосторожности со стороны руководства. Посетители обязаны надевать белые халаты, а работники, как было сказано, должны принимать душ перед входом и после выхода с фабрики.

Руководство также весьма гордилось своей химической лабораторией, в которой в настоящее время проводились химические испытания каждой партии теста и хлеба. Техника была частично английская, частично Советская. Как это обычно бывает, было несколько Советских дубликатов иностранных машин.

Здесь, опять же, управление было весьма выдающимся и отличалось молодостью инженерного директора и той серьезностью и самоуверенностью, которые, по-видимому, свойственны Советскому инженеру.

Руководство завода получает собственное сырье путем закупки. Оно подчиняется центральной администрации и действует на основе норм – "плана" центральной администрации.

Директор заслужил право на получение директорского фонда в качестве премии и дополнительной компенсации работникам, руководству и заводу, если нормы "прибыли" превышаются усилиями руководства завода и рабочих. Стимул к получению прибыли здесь также используется как стимул к эффективности и усилиям. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Номер 1311, Москва, 1-е июня 1938-го.

Продиктовано в Батуме, 22-го мая 1938-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Порт Батум, Советский ботанический сад, опытная станция, цитрусовые, тунговое дерево.

Сэр, Батум – главный порт экспорта нефтепродуктов СССР, расположенный в юго-восточном углу Черного моря в самой маленькой республике Советского Союза -Аджарской республике. Он находится в субтропическом регионе и имеет население около 75 000 человек. К настоящему письму прилагается меморандум, в котором излагаются некоторые основные факты, касающиеся порта Батум.

Два главных трубопровода Советского Союза проходят от Баку по Каспийскому морю до этого порта – расстояние 800 или 900 километров. Нефть или нефтепродукты составляют от 53 до 90 процентов от общего объема экспорта порта. Другие отгрузки относительно незначительны. Среди прочих экспортных товаров: зеленый чай, некоторые виды древесины и другие товары. Грузооборот порта с 1913 года увеличился втрое.

Сам город чист и аккуратен. В этом отношении он наиболее выгодно отличается от аналогичных субтропических городов испано-американского континента. Основные улицы заасфальтированы, и практически все улицы вымощены. Есть много признаков попыток украшения города зеленью и субтропическими растениями.

Парки довольно претенциозны и показывают признаки большого ухода. За последние несколько лет город стал в большей или меньшей степени санаторием. Мне сообщили, что в настоящее время в предгорьях гор, непосредственно прилегающих к городу, разбросано 15 санаториев или домов отдыха. Люди, по-видимому, лучше одеты и вообще более зажиточны, чем население Москвы, и лица их тоже кажутся счастливее.

В долине, примерно в 12 милях от города, куда можно добраться по горной дороге через гряду предгорий, находится крупнейший Ботанический сад Советского Союза. Он был основан в 1912-м году и включает в себя площадь около 100 гектаров, или 247 акров. Он тянется от моря вверх по склонам гор. Вдоль гребня предгорий дорога через сад открывает прекрасный вид на горы, море и город.

Ботанический сад также является сельскохозяйственной опытной станцией. Штат из 120 сотрудников включает, помимо садовников, чернорабочих и так далее, двадцать одного так называемого учёного. Когда мы приехали на предприятие, нас встретили директор и молодая женщина, которую представили как главного агронома. Она была крепкого сложения и очень умна. Она говорит на нескольких языках и довольно хорошо владеет английским.

Опытная станция проводит опыты по посадке чая, выращиванию цитрусовых, хининовых, эфирных и каучуконосных растений, разведению тунгового дерева, а также в различных областях физиологии растений, которые могут быть выращены в этом регионе. Она распространяет практическую помощь и советы на колхозы и совхозы.

Сад гордится японскими и китайскими растениями, которые собраны в японском садике, который необычен и привлекателен. Агроном заявил, что во всём Ботаническом саду насчитывается около тысячи трёхсот различных сортов деревьев и растений.

Предприятие давало признаки, что им очень хорошо управляют. Опять же, характер руководящего персонала, а также серьезность и интеллект "учёных", ответственных за эту работу, были впечатляющими. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Номер 1327, Москва, СССР, 1-е июня 1938-го.

Батум, 22-е мая 1938-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Посещение нефтеперерабатывающего завода и завода по крекингу бензина в Батуме 22-го мая 1938-го года и обобщения относительно Советской нефтяной промышленности.

Сэр, Батум – город с населением 75 000 человек, является крупнейшим портом экспорта Советской нефти и нефтепродуктов. Ежегодный экспорт нефти составляет от 53 до 90 процентов от общего объема экспорта этого порта. На расстоянии мили от гавани расположен один из крупнейших в Советском Союзе заводов по переработке нефти и крекингу бензина.

Из четырёх нефтепроводов Советского Союза два ведут на этот завод и в эту гавань, доставляя нефть из Баку, центра Советской нефтедобычи. Батумский завод обрабатывает 2 000 000 тонн в год, что составляет около 7% общего объема Советского производства в примерно 30 000 000 метрических тонн в 1937-м году.

Завод построен американской фирмой в 1929-м году. Оборудование американского производства. На оборудовании таблички с названиями "Винклер-Кох", "Дженкинс" и "Фостер-Уилер".

К настоящему письму прилагается докладная записка, содержащая продиктованный стенографический отчёт и обсуждения, состоявшиеся по случаю нашего визита на завод 22-го мая 1938 года.

Общие впечатления, полученные мною.

Первое. Ведутся обширные общегеологические изыскания на нефть. Разведка не была столь успешна, как ожидалось. Однако, есть несколько новых месторождений, которые начинают разрабатываться.

Заявлено, что в течение последних месяцев открыта новая нефтяная скважина с добычей 150 тонн нефти в сутки дополнительно к двадцати гектарам (около 60 акров) Бакинского нефтяного месторождения;

Второе. Несмотря на то, что в некоторых частях света очень много говорилось, что в течение 1937 года произошёл существенный спад производства Советской промышленности из-за беспорядка, вызванного "чисткой" и политическими условиями, факт остается фактом: общий объём добычи нефти за 1937-м год, хотя и оказался существенно меньше запланированного, тем не менее, превысил объем добычи нефти 1936-го года.

Третье. Нефтеперерабатывающие заводы, в целом, довольно хороши, но относительно устарели. Именно в 1923-м году Серебряков, приговоренный к смертной казни по делу Пятакова, разработал пятилетний план модернизации и оснащения Советской нефтяной промышленности. Как мне сообщили, заводы, в основном, того времени постройки.

Советские техники и специалисты сами теперь жалуются, что в технологическом оснащении нефтяная промышленность устарела и что им мешает неадекватная техника. Этот факт, вероятно, объясняет интенсивный импорт с тихоокеанского побережья Соединённых Штатов. Они ещё не производят высококачественный бензин, необходимый для самолетов.

Четвёртое. Работа нефтеперерабатывающего завода и завода по крекингу бензина в Батуме свидетельствует о приличном эффективности. Помещение аккуратно и, по-видимому, хорошо обустроено. Завод кажется хорошо управляемым.

Управление находится в руках молодых людей – технических и научных специалистов, получивших образование в Советских вузах, которые также имели практический опыт и казались очень серьёзными и трудолюбивыми. Судя по внешнему виду, я бы сказал, что темп этого завода составлял примерно 50% от того, что было бы на аналогичном заводе в Соединённых Штатах.

Условия труда, жизни и заработки работников во многом такие же, как и в предыдущих отчетах. У них тоже есть свой директорский фонд, но в несколько изменённом виде. Мотив прибыли, конечно, снова заложен в основу стимулирования индивидуальных усилий.

Уровень жизни рабочих оказался выше, чем в любой Советской промышленности, которую я осматривал. Жилые помещения и многоквартирные дома были самыми лучшими из тех, что я видел в России.

На этом заводе работает около тысячи рабочих. Он производит бензин для автомобильного потребления, а также керосин, лигроин (тяжёлые фракции бензина) и угольные нефтепродукты. Вся его продукция отгружается на судах.

В том, что касалось транспортировки нефти, портовые сооружения не представляли из себя ничего необычного. Из тринадцати причалов, предусмотренных в доках для судов, пять предназначены для нефтяных танкеров.

При посещении этого участка гавани, где находился в процессе загрузки танкер, была обнаружена сеть трубопроводов, клапанов и так далее, которые приспособлены для слива различных нефтепродуктов непосредственно с завода или из трубопроводов в отверстие судна. Ни по размерам, ни по характеру это оборудование не казалось особенно современным или необычным.

Не было абсолютно никаких указаний на какой-либо план расширения мощностей по экспорту нефти. Резервуары для нефтепродуктов также весьма невелики.

На самом деле, можно было бы с достаточной уверенностью предсказать, что Советский Союз ещё некоторое время не будет экспортировать нефть в значительных количествах. Страна может потребить всю нефть, которую она способна произвести в течение некоторого времени, если только её количество не будет значительно увеличено.

Производство легковых и грузовых автомобилей в настоящее время составляет приблизительно 250 000 автомобилей в год. Даже при таком относительно небольшом спросе на бензин наблюдается дефицит предложения. Предпринимаются большие усилия по строительству новых дорог. Население остро заинтересовано в автомобильных перевозках.

Есть все шансы, что увеличение спроса на какое-то время опередит производство. Кроме того, есть требования тяжелой промышленности и механизированного сельского хозяйства, которые уже сейчас создают нагрузку на нефтяную промышленность. Более того, правительство прилагает все усилия, чтобы обеспечить запасы нефти для того, что они считают неизбежной войной.

Эти факторы указывают на огромный и растущий спрос внутри самого Советского Союза, который в течение длительного времени будет потреблять Советскую добычу нефти.

К настоящему письму прилагается резюме, сделанное мистером Гордоном по моей просьбе в преддверии этой поездки, по нефтяным отчетам, хранящимся в архиве этой миссии, включая рижские отчёты и недавние превосходные доклады о нефти, подготовленные мистером Чипманом. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Батум, СССР, 23-е мая 1938-го.

Посещение нефтеперерабатывающего и крекингового завода.

22-го мая 1938-го года нефтеперерабатывающий и крекинговый завод, расположенный неподалёку от порта Батум, был осмотрен послом, мистером Спенсером Уильямсом из Американо-Российской Торговой палаты и мною. Нас провели в кабинет директора, с которым беседовал посол и который предоставил определённую информацию в ответ на вопросы посла. Далее следует запись беседы.

(Примечание Мемуариста. Характерно отношение посла к своему персоналу. Стенограмма беседы с руководством завода записана не послом. Об этом прямо говорится в тексте. При этом мы не слышим ни одного слова благодарности от посла за приложенные усилия, равно как даже не знаем имени пишущего. Продолжаем.)

Посол: к Вашему сведению, я хотел бы сказать, что Ваше правительство предоставило мне, как американскому послу, возможность посетить и осмотреть очень многие Ваши индивидуальные предприятия, и я хотел бы увидеть здесь Ваш завод по переработке и крекингу, а также портовые сооружения, которые Вы имеете здесь для перевозки нефти и нефтепродуктов. С вашего позволения, я хотел бы задать Вам несколько вопросов. Если они Вас чем-то смущают, пожалуйста, не отвечайте на них.

Вопрос: Насколько я понимаю, запас сырой нефти поступает на Ваш завод по двум трубопроводам. Правильно ли это?

Ответ: Да, по трубе из Баку.

Вопрос: Сколько сырой нефти проходит через завод ежегодно, в метрических тоннах?

Ответ: Около 2 000 000 тонн продукции в год.

(Примечание Мемуариста. Далее посол приводит стенограмму "как она есть" с этими бесконечными формальными пометками "вопрос-ответ". Для удобства чтения переведём её в формат живой беседы. Продолжаем.)

– Вы производите здесь керосин, бензин, лигроин или все эти продукты?

– Да, все продукты.

– В какой пропорции?

– Больше керосина.

– Каков у Вас процент выхода при производстве бензина?

– 3,2% от сырой нефти, зависит от качества нефти и еще 9% через крекинг.

– Каков процент лигроина и какой процент керосина и бензина?

– Бензин – 3, лигроин – 4 и керосин 28 процентов. Остаток после очистки и крекинга (около 65%) представляет собой мазутное топливо.

– Какова длина и диаметр этих трубопроводов из Баку?

– Не могу сказать, что касается длины. Их диаметр составляет 8 и 10 дюймов.

– Сколько у вас сотрудников на заводе ?

– Тысяча человек, включая технический персонал.

– Вы нанимаете каких-нибудь женщин?

– Да, 150.

– Какой процент рабочих составляют стахановцы?

– 85 процентов, включая ударников.

– Какова среднемесячная заработная плата?

– 530 рублей.

– А зарплата стахановцев?

– Зависит от квалификации, от 700 до 800 рублей, хотя некоторые зарабатывают 2 000 рублей в месяц.

– Вы случайно не знаете, сколько в Советском Союзе нефтеперерабатывающих заводов и заводов крекинга?

– Нет.

(Примечание Мемуариста. Директор завода – молодец, не поддался на провокацию. Рассказывать ещё американским шпионам о наших нефтяных мощностях. Нечего баловать интуристов, перебьются. Продолжаем.)

– Как давно построен этот завод?

– В 1929-м году.

– Кем?

– Американской фирмой.

– Был ли этот завод первоначально построен техническими специалистами "Стандард Ойл", нанятыми Советским Союзом?

– Фостер-Уилером и Винклером-Кохом.

– Эти жилые дома для рабочих построены в то же самое время?

– Да.

(Примечание Мемуариста. Ничего не могу с собой поделать. Возможно, это особенность сухого стиля стенограммы, но никак не могу отделаться от образа директора завода. Представляется мрачный суровый нефтяник со взглядом удава.

Каждое щебетание американского щеголя он припечатывает как камнем лаконичным – "Да. Нет. Керосин". Очень яркий и цельный образ Советского директора. Продолжаем.)

– Получают ли рабочие что-нибудь сверх своей заработной платы в деньгах?

– Да, в Советском Союзе у нас есть государственное страхование рабочих.

– Платят ли здешние рабочие арендную плату за жилые помещения?

– Да.

– На каком основании?

– Они платят не по заработной плате, а по количеству занимаемой площади. Однако, завод платит 80% арендной платы рабочего, а сам рабочий платит 20%. Они также получают такие удобства, как тепло, вода, свет, услуги и ремонт, поскольку они предоставляются заводом бесплатно.

Обеспечивает ли фабрика столовую и питание?

– Да.

– Сколько стоит питание?

– Завтрак и ужин по 75 копеек каждый. Обед, состоящий из 2 блюд (суп или борщ и различные виды мяса), рубль двадцать.

– Есть ли у вас директорский фонд?

– Да.

– Как вы получаете этот фонд?

– Директорский фонд обычно происходит из прибыли завода сверх плановой нормы.

– Как вы рассчитываете прибыль и кто решает, какой должна быть планируемая надбавка на расходы?

– Мы знаем, сколько стоит сырая нефть и делаем свои собственные расчеты, устанавливаем нормы и цены.

– Вы получаете сырую нефть по определенной цене. Кто определяет эту цену? Это трест или какое-то подразделение?

– Азнефть (Советский нефтяной трест в Азербайджане, контролирующий добычу нефти в Закавказье), которая поставляет нам нефть.

– Трест устанавливает план и норму для вас?

– Трест в Баку устанавливает нормы для завода и производства, но мы рассчитываем затраты на производство. Они снабжают нас сырой нефтью и устанавливают нам её стоимость.

– Как вы получаете прибыль для фонда директора? Приведите нам пример.

– Если завод производит хорошо, то это первое. Затем следует учитывать стоимость сырья и амортизацию оборудования. Любая экономия, которую мы получаем за счет эффективности использования материалов или дополнительной эффективности труда, создает прибыль.

– Правильно ли я понимаю, всякий раз, когда Вы делаете что-то лучше того, что требует план, у Вас есть дополнительная прибыль, из которой Вы получаете премию (фонд директора)?

– Да, тем больше мы получаем тогда в директорский фонд.

– Для чего используется фонд директора?

– Главная цель – улучшение культурно-бытовых условий трудящихся.

– Предусмотрены ли также премии начальникам отделов и работникам в соответствии с их заслугами?

– Нет. По нашей системе это идёт не из фонда директора, это прямая оплата.

– Получают ли директора, менеджеры и бригадиры премии за то, что работают лучше, чем требует план, как это делается в других отраслях?

– Нет, не из директорского фонда, но у нас есть специальная система выплаты заработной платы по прогрессивной шкале. Все работают по этой системе, кроме трёх человек: директора, главного инженера и заместителя директора.

– Является ли то, что Вы только что описали, так называемой стахановской системой?

– Нет, стахановская система – отдельное движение, основанное на перевыполнении определённых норм. Есть и стахановская система, и премиальная система за производство сверх нормы.

– Есть ли у вас потери при транспортировке?

– Да.

– Где происходят самые большие потери?

– Главным образом, в перевозке по железной дороге.

– Какая доля Вашей сырой нефти поступает по железной дороге, а какая – по трубопроводу?

– Мы получаем только через трубопроводы.

– Куда идёт сырая нефть, доставляемая по железной дороге в Батум?

– В организацию, которая занимается продажей. Нефть, которую Вы вчера видели, перевозится по железной дороге, идёт в другую организацию – Главрефт народного комиссариата тяжелой промышленности, которая занимается экспортом нефти через порт.

– Вы экспортируете какие-либо нефтепродукты с этого завода или они используются в Советском Союзе?

– Мы доставляем нашу продукцию в "Главнефтесбыт" (Советский трест по распределению нефти и нефтепродуктов), который имеет офис здесь, в Батуме.

– Где вы получили техническое образование?

– Высшее техническое образование я получил в Донском политехническом в Новочеркасске.

– Сколько студентов тогда посещали это учебное заведение?

– В 1929 году там было около 7 000 студентов.

– Насколько велик этот город?

– Он не мал, раньше это была столица донских казаков.

(Примечание Мемуариста. Дальше начинается натуральный допрос попавшего в плен бойца. Фамилия, звание, номер части. А больше, гады, я Вам ничего не скажу. Считайте коммунистом! Почему-то очень забавно. Продолжаем.)

– Сколько лет вы потратили на получение технической подготовки?

– Пять.

– А до этого?

– Одиннадцать лет.

– Сколько вам лет?

– Тридцать семь.

– Как давно Вы здесь работаете директором?

– Два года.

– Вы работали только на этом заводе?

– Только здесь.

– Есть ли у вас братья и сестры?

– Один брат.

– Он тоже ученый?

– Он горный инженер.

– Чем занимались Ваши родители?

– Мой отец был железнодорожным кондуктором.

Директор: Что я могу показать Вам на заводе?

Посол: Мы хотели бы пройтись по заводу и попросить Вас указать на то, что, по вашему мнению, представляет интерес.

– Какой сорт бензина здесь производится?

– Для автомобилей, не высокооктановый бензин.

– Вы храните бензин тоже здесь?

– Да.

– Кто построил завод по крекингу бензина?

– Американская фирма "Фостер и Уилер". Машины – Винклера-Коха и Дженкинса.

– Они удовлетворительны?

– Да.

Мы прошли через насосную, увидели четыре перегонные установки Дженкинса и отдел крекинга, а также большую электрическую станцию с пятью трубами. Завод производит собственную энергию.

– Сколько у Вас всего установок?

– 4 Винклера-Коха, 4 Дженкинса и 4 Фостера-Уилера.

– Есть ли здесь американские технические специалисты?

– Нет, они уехали в 1931 году, проведя здесь полгода.

– Как Вы отправляете свою продукцию?

– Нефть перекачивается в резервуары для хранения, а оттуда по трубам направляется на корабли.

– Производите ли вы здесь высокооктановый авиационный бензин?

– Нет.

– Производится ли он в Советском Союзе?

– Да.

– Нужен ли Вам особый вид сырой нефти для производства авиационного бензина?

– Нет. Это зависит от типа используемого оборудования, производство высокооктанового авиационного бензина требует процесса повторного крекинга.

Продиктовано послом в порту: вход в гавань охраняется вооруженным часовым, который потребовал указания от главного офиса, прежде чем мы смогли пройти через ворота. Судно рядом с ним загружается нефтью. По гавани вдоль различных причалов для нефтяных танкеров проложена целая сеть трубопроводов, ведущих в сторону причала. Нефть перекачивается через удлинитель трубы непосредственно в танкер.

Советский Атлантик-сити.

Номер 1328, Москва, 1-е июня 1938-го.

Сочи, 24-го мая.

Достопочтенному государственному секретарю.

Доклад о Сочи – "Кавказская Ривьера". Советские санатории и дома отдыха. Санаторий Красной армии.

Сэр, одна из сфер деятельности Советского правительства много подчеркивалась сторонниками системы в том внимании, которое правительство уделяет благополучию и здоровью рабочих, а также санаториям и домам отдыха, которые оно предоставляет пролетариату.

Сочи, расположенный на восточном берегу Чёрного моря, широко рекламируется как "Кавказская Ривьера", которая посвящена здоровью и праздничному счастью трудящихся. Во времена царского режима, в 1901-м году, деревня Гагры, расположенная примерно в 70-ти километрах от Сочи, была создана как курорт для купания.

Советское правительство, начиная с 1925-го года, продолжало развивать Сочи как центр своих санаториев-дворцов и домов отдыха. Именно здесь у Сталина есть летний дом отдыха или дача. Я побывал в Сочи 24-го мая.

Характер этого сообщества вполне соответствует и свидетельствует о той быстроте, с которой в последние годы разрабатывалась программа развития промышленности и строительства. Город практически новый. Он расположен в предгорьях заснеженных Кавказских гор, которые спускаются до самого края Чёрного моря.

Здесь нет никакой естественной гавани. Город широко простирается от береговой линии Чёрного моря и рассеивается по холмам.

Весь ландшафт усеян большими, недавно построенными белыми зданиями надменного характера. Всё это – дома отдыха и санатории либо самого правительства, либо организаций профсоюзов, связанных с различными комиссариатами. Община изобилует новыми строениями современного характера, все они окрашены в белый или желто-белый цвет.

Там есть очень приличный отель, новый, большой и красивый оперный театр, а также множество совершенно новых "магазинов", которые только что открылись. Главная улица, простирающаяся от парка в одном конце до "новых" серных бань, на самом деле, представляет собой очень красивый и впечатляющий четырёх-полосный асфальтированный бульвар, идущий вдоль моря на протяжении восьми миль.

Здесь есть бульварные фонарные столбы с белыми "мыльными пузырями" фонарей и исключительно красивые крытые остановки, которые служат автобусным пассажирам и придают бульвару характер шоссе. Там, где поверхность горы должна была быть срезана, чтобы сохранить склон, стороны красиво облицованы каменными плитами.

Так или иначе, создаётся вполне определённое впечатление, что здесь имеется весьма очевидная попытка создать показное место в качестве иллюстрации великих достижений Советского Союза, чтобы сделать население "счастливым и ярким".

Витрины магазинов вдоль бульвара очень привлекательны, а интерьеры довольно вычурно оформлены. На полках магазинов есть значительное количество потребительских товаров всех видов, которые привлекли бы отдыхающего туриста.

Это самые лучшие магазины, из виденных мною в Советском Союзе. Они ни в коем случае не типичны, но очень важны для того, к чему они стремятся, для того, что они могут сделать, и потенциально для того, что может произойти в будущем, если нынешнему режиму удастся сохранить себя у власти.

Практически каждое жилое помещение в общине является либо домом отдыха, либо санаторием. Утверждается, что в течение "сезона", который длится с 25-го мая по 15-е октября, в этой общине насчитывается 70 000 пациентов и отдыхающих.

Все эти новые санатории очень красивы. Они создаются, как правило, профсоюзами различных государственных учреждений, которые, как представляется, соперничают друг с другом в создании этих учреждений. Особенно впечатляют два из них: центральный санаторий Красной армии и санаторий народного комиссариата тяжелой промышленности.

К настоящему письму прилагается докладная записка, содержащая стенографические записи, сделанные и продиктованные по случаю посещения санатория Красной армии 24-го мая 1938-го года.

Примечание посла. Не включены в книгу из-за недостатка места.

Территория, на которой построен этот санаторий, простирается от края Чёрного моря вверх по склону холма на расстояние около 2 100 футов до высоты около 250 футов. Фуникулёр или наклонная железная дорога ведёт от купального павильона к главным зданиям, расположенным на самой верхней террасе.

На полпути вверх по склону холма упомянутый выше бульвар пересекает террасную часть этого прекрасного поместья, а под ним проходит наклонная железная дорога. На верхней террасе этой серии террас, все из которых расположены в розовых садах и благоустроены, находится главное здание. Оно имеет форму подковы.

В центре подковы находится верхний террасный внутренний дворик. Главное здание и крылья имеют четыре этажа в высоту. Всё здание характеризуется внешним видом санитарной белизны, а также обилием окон с верандами и портиками для каждой комнаты.

Как снаружи, так и изнутри создается впечатление эффективного, удобного, санитарного, хорошо организованного и замечательного учреждения. Подробности моих впечатлений можно найти в прилагаемом меморандуме, упомянутом выше.

Стоимость этого заведения была заявлена в размере 20 000 000 рублей (4 000 000 долларов по официальному курсу). На основе фактической золотой стоимости рубля это, вероятно, будет колебаться от 600 000 до 2 000 000 долларов в зависимости от того, рассчитывается ли стоимость рубля по преобладающему курсу "черного рубля" прошлого года или по самой скромной оценке реального золотого курса рубля. По моему мнению, было бы трудно построить такой санаторий в Соединённых Штатах, дешевле, чем от 800 000 до 1 000 000 долларов, не считая стоимости земли.

Все расходы по монтажу, техническому обслуживанию и эксплуатации несёт Красная армия. Это одновременно и санаторий, и дом отдыха, и место восстановления сил для армейских офицеров и их семей. Он имеет возможность заботиться о 6 000 человек каждый сезон; 500 пациентов в одно время.

Приём определяется медицинской комиссией в каждом подразделении армии. К услугам гостей также медицинская клиника. Кроме того, в распоряжении серные ванны. Гостям предоставляются удобства для купания и всех видов спорта, включая теннис, волейбол и так далее.

Количество сотрудников, связанных с этим учреждением, составляет 500 человек, включая внутренний персонал и так далее. Управление и администрация, по-видимому, являются первоклассными и типичными для относительной аккуратности и эффективности Красной армии.

Эта ситуация иллюстрирует отход Советского правительства от коммунистического принципа. В этом санатории может разместиться лишь очень небольшой процент офицеров Красной армии и членов их семей. Быть допущенным к наслаждению этим прекрасным местом – совершенно особая "привилегия".

Она может быть доступна только очень маленькому "классу". Она предусмотрена исключительно для "класса". Члены даже этого класса, которые могут прийти и насладиться этим прекрасным учреждением, определяются небольшой группой медицинских офицеров, которые должны быть подчинены тем элементам власти и влияния, которые всегда демонстрировались теми, кто является наиболее могущественным в этом конкретном классе.

Нужно сказать, однако, что идеал, стоящий даже за пропагандой заботы о здоровье и благополучии пролетариата, должен вызывать уважение. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

(Примечание Мемуариста. А вот тут посол Дэйвис ошибается Поместья и дома отдыха, доступны в США только богачам, это правда. А вот Советские санатории были, наверное, разного уровня, но всё-таки предназначались простым рабочим, крестьянам, солдатам и офицерам, учёным и т.п. Это не заведения для вечеринок класса эксплуататоров. Это всесоюзная здравница. Для народа. Продолжаем.)

Горы из цементного камня.

Номер 1330, Москва, 1-го июня 1938-го..

Продиктовано в Новороссийске, 26-го мая 1938-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Цементная промышленность Новороссийска. Портовые сооружения для экспорта цемента в крупнейшем порту отгрузки цемента.

Секретно.

Сэр, цементная промышленность имеет жизненно важное значение для Советского Союза. В то время, как в течение первой и второй пятилеток производство цемента росло поразительным образом (на 25% больше в 1937-м году, чем в 1935-м году), потребности Советского Союза в цементе были ещё больше.

По этой причине, по крайней мере частично, экспорт цемента из России уменьшился, а импорт увеличился. Повсюду во время моего пребывания здесь свидетельства нового строительства впечатляли меня как нечто экстраординарное. Масштабы государственного строительства нынешнего режима являются одним из главных выдающихся экономических фактов этой ситуации.

Огромное количество цемента требуется для строительства гидроэлектростанций и промышленных предприятий, зданий, автомобильных дорог, а также с недавних пор, как было заявлено, для строительства железобетонных укреплений вдоль границ. Из сорока одного района, на которые делится страна, цемент производится только в двенадцати. Район производства ограничен практически южной частью СССР на территории, прилегающей к этому порту. По данным московских властей, в Новороссийске фактически производится 30% всей цементной продукции СССР.

Новороссийск с населением 110 000 человек расположен на восточном побережье Чёрного моря. Он имеет отличную естественную гавань, которая дополняется волнорезом.

Примечание посла. Это гавань, в которой Советский Черноморский флот, вероятно, создаст свою базу, если будет захвачен Севастополь.

В непосредственной близости от гавани расположены четыре крупных цементных завода. Сразу за этими заводами лежит гора сырьевых запасов. Камень добывают и тащат вниз к кромке воды на расстояние, не превышающее два и три четверти километра в любой точке.

26-го мая 1938-го я посетил самый большой из этих заводов. К настоящему письму прилагается стенографическая запись диктовки и беседы между диктующим и инженером по случаю этого визита.

Примечание посла. Не включено в книгу в связи с недостатком места.

Конкретно этот завод был построен около пятидесяти лет назад французскими концессионерами. После Революции он был дополнен современной иностранной техникой и некоторым оборудованием Советского производства.

Сырьё добывается механическими экскаваторами и транспортируется на завод в ковшах узкоколейных железнодорожных вагонов, которые тянутся по тросам, ведущим от карьера к погрузке. Вообще говоря, оно обрабатывается механически. Готовая продукция выгружается в трюмы судов на причалах, прилегающих к заводу, с помощью подвесных механических конвейерных систем и механизированных бочковых погрузчиков на самом причале. Завод, по-видимому, хорошо спланирован, оборудован и организован, а также является весьма эффективным подразделением.

Средняя заработная плата рабочих составляет от 300 до 320 рублей в месяц, стахановцев – до 900 рублей в месяц. Завод также работает в соответствии с преобладающей системой прибыли, которая установлена и на других заводах, посещённых и описанных в предыдущих отчётах. Обеспечение жильем и питанием рабочих аналогично тому, что было описано в предыдущих отчётах.

Мои общие выводы заключаются в том, что завод хорош. В общем и целом, он производит значительное количество цемента. По эффективности работы, однако, он не будет выгодно отличаться от работы заводов Соединённых Штатов.

Однако, из-за степени механизации объем производства не будет так серьезно зависеть от неэффективности труда, как это было бы в некоторых отраслях промышленности. В СССР имеются огромные запасы сырья и существует явная возможность для внедрения американской техники в интересах обеих сторон.

К настоящему письму прилагается меморандум, подготовленный по моей просьбе экономическим отделом посольства относительно порта Новороссийска и имеющиеся опубликованные данные о цементной промышленности и портовых сооружениях гавани.

Примечание посла. В книге не приводятся за недостатком места.

Секретно.

Среди тем, затронутых во время обсуждения с директором и главным инженером было несколько указаний, что завод, наряду с Советской промышленностью, пострадал от чисток и политических потрясений последнего года.

Характер управления этим заводом поразил меня тем, что он представлял собой значительную часть тех условий, которые в последнее время сложились в промышленности вследствие чистки и общеполитической деятельности НКВД или тайной полиции. Директор, например, был связан с этим заводом только два месяца; инженер – только семь месяцев. При этом, заместитель директора работал на заводе с 1921 года.

Инженер принадлежал к типу учёных людей, чистых и простых. Он явно знал своё дело и выглядел как человек, не интересующийся политикой. С другой стороны, директор был совсем другого типа. Он произвел на меня впечатление человека с явно политической психологией.

Он проницателен, умён, хорошо уравновешен и всегда больше заботился о том, чтобы предвидеть последствия ответа на мой вопрос для хорошей репутации Советской промышленности, чем о чём-либо другом. Он оказался первым директором в этой поездке, который прямо отказался отвечать на вопрос.

Он сделал это, однако, ловко. По всей вероятности, он был представителем партийной ячейки, недавно созданной на заводе для наблюдения за работой технических и практических работников. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Царский винзавод.

Номер 1332, Москва, 1-е июня 1938-го.

Ялта, 29-го мая 1938-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Отчёт о работе винодельческой промышленности в Ялте. Методы коллективизации, применяемые к виноградникам.

Сэр, на очень красивом южном берегу Крыма в Ялте бывшие цари и дворяне старого режима построили очень красивую общину. Все эти прекрасные старинные дворцы и виллы, построенные ими, теперь превращены в учреждения профсоюзов различных комиссариатов Советского правительства. Сейчас этот район является одним из главных центров Советских домов отдыха и санаториев.

Дворцы Александра Третьего и Николая Второго построены на территории прекрасной усадьбы под названием "Ливадия". Она расположена на побережье примерно в пяти-шести милях от Ялтинской гавани. В состав этой усадьбы входят царские виноградники площадью около 7 000 гектаров, или 16 000 или 17 000 акров, расположенные в одном из самых известных винодельческих районов России.

Эти старые виноградники теперь эксплуатируются как совхозы. Красивый старый Массандровский винзавод, законченный в 1897-м году и увековечивающий "счастливое царствование Николая Второго" (как видно на бронзовой табличке, вделанной в стену здания), теперь находится под управлением Советского правительства и под руководством Советского "учёного", выпускника агрономического и виноградного Института Крыма, тридцати четырёх лет, который имел десятилетний опыт управления этими виноградарскими совхозами до того, как приступил к своим нынешним обязанностям.

К настоящему письму прилагается надиктованный стенографический отчет и обсуждения, которые состоялись по случаю посещения этого завода 29-го мая 1938-го года.

Винодельня, расположенная в предгорьях региона, находится примерно в двенадцати милях от гавани Ялты. Это очень красивое и солидное здание. На винзаводе трудятся пятьдесят человек, из которых 15 – женщины и 80 процентов – стахановцы или бригадиры.

Средняя зарплата составляет от 300 до 350 рублей в месяц, а у стахановца – от 400 до 600 рублей в месяц. На этой винодельне производятся практически все виды вин в пятнадцати сортах. Директор заявил, что мускатный виноград в этом конкретном регионе известен во всем мире и мускатное вино, произведённое на этом винограднике, до сих пор очень широко известно.

В одной из пещер хранится широкий ассортимент старых вин, некоторые из которых датированы 1775-м годом. Эти старые вина, вместе с разнообразной коллекцией современных европейских вин, сохраняются нетронутыми для целей научных экспериментов и изучения в связи с их нынешними процессами.

Существует значительная претензия на научное химическое тестирование различных производимых вин с целью получения наилучшего возможного продукта. В ответ на прямой вопрос, пытаются ли они теперь сделать синтетическое вино, ответ был очень энергично отрицательным.

Директор заявил, что как государственные, так и коллективные виноградники обеспечены тракторными станциями для механизированного земледелия. Он заявил, что эти тракторные станции избавляют от большого количества ручного труда и делают их более эффективными по сравнению со старыми методами, но механизация может применяться только при обработке почвы и уничтожении сорняков. Виноград всё еще собирают вручную.

Здесь я снова был очень впечатлен типом, который представлял директор. Он провёл десять лет в колхозе и четыре года в сельскохозяйственном институте. Сейчас он директор всего Крымского виноградного треста. (Трест – это деловая организация, управляющая деятельностью правительства в различных отраслях промышленности).

Он был сильным на вид, прекрасным типом физического мужества с прекрасным лицом и хорошо сбалансированной головой. Он производил впечатление большого запаса силы, скромности, серьёзности и уравновешенности.

Он – типичный представитель типа молодых людей, которые, как я обнаружил, обычно отвечали за отрасли промышленности, которые я осматривал. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Примечание посла. После осмотра завода и винных "пещер" директор пригласил всех нас в комнату "дегустаторов", где был подан превосходный обед с большим количеством различных сортов вина. Побуждаемые как гордостью за Советские достижения, так и Советским гостеприимством, наши хозяева настаивали, чтобы мы попробовали и насладились каждым из этих вин.

Мы действительно наслаждались ими и пробовали их тоже, по крайней мере частично; и, по крайней мере, до такой степени, что некоторые из участников вечеринки настаивали на выполнении акробатических трюков на канате между винными бочками во внутреннем дворе.

Некоторые из остальных стали похожи на шотландца Сэнди Макнаба:

"Ужинали дотемна, после напились вина.

А как напились вина, каждый речь сказал сполна."

Ялта, СССР, 29-го мая 1938-го.

Осмотр Массандровского винзавода в Ялте.

Стенограмма.

Сегодня днём посол и компания отправились в Массандру, винодельню народного комиссариата пищевой промышленности СССР в Ялте. Директор, мистер Соболев, проводил нас на экскурсию по заведению.

Посол диктует: По прибытии нас встретили директор, мистер Соболев, и заместитель директора, который проводил нас на экскурсию по заведению. Мы вошли в очень красивое старое здание, строительство которого было начато в 1894-м году и закончено в 1897-м году. В стену у входа вделана бронзовая табличка с датой возведения этого завода во времена "счастливого царствования Николая Второго".

(Примечание Мемуариста. Табличка выглядит особенно забавно, если вспомнить, что сие "счастливое царствование" закончилось тремя Революциями подряд и развалом страны. Большевики еле-еле собрали её обратно, да и то не целиком. Продолжаем.)

Вопрос : Сколько таких коридоров, как мы видим сейчас, есть на винзаводе?

Ответ: Семь тоннелей длиной по 150 метров каждый.

Посол диктует: В каждом туннеле есть место с обеих сторон для рядов больших бочек, которые поставлены по три в высоту. Коридоры кажутся примерно двенадцати футов высотой. Большие бочки имеют около 32 дюймов в диаметре.

Директор: Вино в этих бочках – это вино 1937-го года.

– Какого года самая старая бутылка вина, которая у вас здесь есть?

– 1775-й год.

Посол диктует: В различных пещерах или коридорах есть небольшая узкоколейка, которая, по-видимому, используется для перевозки больших бочек.

– Сколько бочек находится в каждом из этих коридоров?

– 800 бочек в каждом туннеле.

– Сколько вина содержится в каждой бочке?

– 50 декалитров.

– Что это за доска объявлений, которую я вижу здесь?

– В каждом туннеле есть своя доска.

Посол диктует: В одной колонке вина пронумерованы от 35-ти до 89-ти. В следующей колонке указано количество бочек, а в следующей – общее количество литров в бочках.

– Где вы берете свой виноград?

– Из семи совхозов.

– Это старые царские хутора?

– Да.

Посол диктует: В одном из коридоров или туннелей, через которые мы проходили, было четыре огромных бочки около десяти футов в диаметре.

– Для чего они используются?

– Чтобы смешивать вино.

– Вы переливаете вино после того, как оно смешивается, из этих больших бочек в маленькие бочки?

– Да.

– Сколько различных сортов вина вы здесь смешиваете?

– Очень много, целых 35.

– Сколько гектаров виноградников у вас в семи совхозах?

– До семи тысяч гектаров.

– Виноград возделывается вручную?

– Всё механизировано и работу выполняют тракторы.

– Есть ли у вас тракторные станции, как у некоторых колхозов?

– В совхозах есть свои тракторные станции.

– Приводит ли это к ликвидации большого количества ручного труда?

– Да, значительной части.

– Как это соотносится с механизацией выращивания пшеницы? Можно ли использовать механизированные тракторные станции с тем же преимуществом при выращивании винограда, что и при выращивании пшеницы, например?

– Нет. Сбор винограда производится вручную по мере созревания винограда, но при обработке почвы и уничтожении сорняков мы механизировали сельское хозяйство и это экономит труд.

– Каковы различные процессы, которые Вы производите на этой фабрике? Не могли бы Вы показать нам, откуда берется виноград и как он проходит через завод?

– В этом конкретном винном погребе мы не давим вино, оно поступает сюда в бочках. Мы смешиваем и разливаем его по бутылкам.

– Я замечаю здесь наклонный передвижной кран. Для чего это используется?

– У нас есть машина, которая моет бутылки. Это конвейер Советского производства, но мойка бутылок – иностранного производства.

– Что это за маленькая машина здесь?

– Это машина, которая закупоривает бутылки после того, как их вымыли и принесли сюда.

– Где вы разливаете по бутылкам?

– Розлив не механизирован. Это делается вручную.

– Мы видим здесь две небольшие машины. Для чего они нужны?

– У нас есть пять таких машин, чтобы закупоривать бутылки.

– Каждая машина требует, чтобы ею управлял один человек?

– Да.

– А эта машина обслуживается вручную человеком, который ею управляет?

– Да.

– Оператор вынимает бутылки из футляров?

– У каждой женщины-оператора есть футляр возле машины. Как только бутылки наполняются, их закупоривают.

– Сколько человек занято на заводе?

– Пятьдесят.

– Сколько женщин и сколько мужчин?

– 15 женщин и 35 мужчин.

– Сколько стахановцев и бригадиров?

– Сорок стахановцев.

– Какова месячная заработная плата стахановца?

– От 400 до 600 рублей.

– Какова средняя заработная плата тех, кто не является стахановцами?

– Примерно от 300 до 350 рублей.

– Находится ли это под управлением продовольственного комиссариата – Микояна?

– Да, Ильинский, а не Микоян. Мы перевыполнили план.

– Как долго вы выдерживаете вино, как долго оно ферментируется в древесине? (Смотри объяснение далее.) Сколько сортов вина вы здесь делаете?

– 15 или 20.

– Что это за машина?

– Это французский фильтр для фильтрации вина.

Посол диктует: Затем директор повел нас вниз, в подземную пещеру. Это был коридор примерно 40 или 50 футов высотой и 20 футов шириной, и по обе стороны от него были размещены цементные хранилища глубиной около 4 футов, высотой около 4 футов и шириной около 6 футов.

Хранилища опираются на цемент или камень толщиной 6 или 12 дюймов. На дне, посередине между полом и потолком, находится дорожка шириной около 2 футов, которая проходит по всей длине пещеры и огорожена перилами. Центр коридора по всей видимости используется для больших бочек вина, громоздящихся одна на другую по четыре бочки в высоту.

– Это старое или новое вино в туннеле, в котором мы сейчас находимся?

– Это вино хранится здесь от трёх до семи лет.

– Есть ли у вас подобные туннели под каждым из коридоров? Сколько их всего?

– Да, тоже семь.

Посол диктует: Сейчас мы находимся в другой пещере, которая имеет два вместо четырех хранилищ по обе стороны и в центре. Каждая из этих различных секций имеет различные вина разных возрастов, которые варьируются от 1775-го года до настоящего времени.

– Какие самые лучшие вина типа сотерна у вас здесь есть?

– Белый мускат, Ливадия.

– Какого года?

– 1897-го, 1910-го.

– Какой год самый лучший?

– Я думаю, 1910-й.

– Вы продаете это сейчас?

– Нет, это особая коллекция вин.

– Для чего Вы её храните?

– Для целей научно-исследовательской работы. Мы открываем бутылку, чтобы посмотреть, что случилось с вином, и применяем принципы.

– Сколько здесь разных типов?

– Более 100.

– Что является самым старым?

– 1775-й год.

Посол диктует: Директор показал нам старую бутылку; на ней была красная этикетка с надписью "Вино Херес Императорский", датированная 1775-м годом. Это испанское вино с испанским гербом.

– Это вино всё еще хорошее или уже отдаёт пробкой? Другими словами, сохранится ли оно так долго?

– Мы его еще не пробовали и не испытывали.

– Давайте посмотрим самое старое русское вино.

Посол диктует: Директор показал нам также квадратную бутылку с вином, запечатанную в 1888-м году. Бутылка украшена короной и гербом, вырезанными с каждой стороны. Большая роза, вырезанная или вдуваемая в стекло с одной стороны, символизирует коронацию Николая Второго.

– Что это за сорт вина?

– Вино Пиногри.

– Что за сорт вина в этой бутылке странной формы 1895-го года?

– Портвейн.

Посол диктует: Отмечается, что в одном из этих хранилищ находится много различных видов испанского вина недавнего производства. Нам объяснили, что они получены для анализа и научного изучения в связи с производством собственных вин. Здесь же находится Массандровское вино 1841-го года.

– Что это за разные необычные бутылки, которые выглядят как бутылки с бенедиктином?

– "Седьмое небо". Герб Голицына на бутылках.

Посол диктует: В этом туннеле все вина новые, Советского производства.

– Сколько разновидностей?

– Пятнадцать сортов.

– С какого года по какой?

– Начиная с 1931-го года.

Посол продолжает диктовать: Бутылки для нового вина в некоторых случаях довольно богато украшены. Рисунки либо вырезаны, либо выдуваются в стекле, я вижу здесь несколько пробирок на стойке с номерами внизу.

– Для чего это и что находится в этих трубках?

– Перед закупоркой бутылок в пробирки помещают образец вина. Это часть процесса перед закупоркой и маркировкой бутылок.

– Есть ли у вас здесь винодельческий завод?

– Нет. Он находится на территории совхозов.

– Как далеко находятся совхозы?

– Они находятся от шести до ста пятидесяти километров отсюда.

Затем группа вернулась наверх, на первый этаж.

– В какой комнате мы сейчас находимся?

– Дегустаторы, отвечающие за различные виноградники, приходят сюда и пробуют вино. Это их комната для собраний.

– Есть ли здесь кто-нибудь из директоров совхозов, с кем я мог бы поговорить?

– Нет, они находятся в своих районах.

– Сколько человек примерно занято в этих семи совхозах?

– Семь тысяч.

– Примерно, каков процент стахановцев?

– Около 32%.

– Знаете ли Вы среднюю зарплату этих стахановцев?

– 500 рублей в месяц по совхозам, тракторист стахановец зарабатывает тысячу рублей.

– А те, кто не являются стахановцами?

– от 250 до 350; это сдельная работа.

– Сколько месяцев в году они работают?

– Круглый год.

– Предоставляют ли им совхозы дома, в которых можно жить?

– Мы каждый год получаем кредиты от правительства на строительство.

– Это из фонда директора?

– 50 процентов поступает из директорского фонда и 50 из народного комиссариата пищевой промышленности.

– Рабочие платят арендную плату за свои квартиры в зависимости от занимаемой площади?

– Они платят 35 копеек за квадратный метр из собственной зарплаты.

– Есть ли у них здесь центральная столовая?

– Да. В каждом совхозе есть также кухня, ясли, клубы и так далее.

– Какова цена основного блюда дня в совхозе?

– Обед от рубль двадцать до четырёх или пяти рублей. Специальные заказы стоят дороже, чем стандартные блюда.

– Какова цена стандартного приёма пищи, основного приёма пищи в течение дня?

– Один – пять рублей.

– Сколько блюд?

– Два.

– А на завтрак и ужин?

– 45 копеек на завтрак; 65 на ужин.

Директор: Дегустируя эти вина, мы начнём с белого и красного, затем попробуем сладкие вина, а затем десертные вина.

Вопрос (смеясь): После того, как мы попробуем все эти вина, куда мы пойдём?

– Отдыхать.

– Является ли директор ученым?

– Я закончил специальный агрономический институт. Я десять лет руководил совхозом, а потом четыре года посещал Государственный институт Крыма по изучению сельского хозяйства и виноградной культуры – Никитские сады.

(Примечание Мемуариста. Между прочим, Никитский ботанический сад жив и до сих пор. Сейчас он входит в состав Российской Академии Наук. Продолжаем.)

– Просто изучали производство вин?

– Изучал выращивание табака, вина и так далее.

– А после этого?

– Я теперь директор всего Крымского треста.

– Сколько вам лет?

– 34.

Директор: Какие сорта вин вы хотели бы попробовать? Это вино (Каберне) лёгкое и сухое, что-то вроде Бургундского. Это красное вино очень полезно для желудка. Во Франции есть город под названием Каберне.

– После прессования его кладут в бочки и привозят сюда?

– Вино фильтруется на заводе и затем отправляется сюда.

– Они не держат там вино?

– Не более полугода, там происходит только брожение.

– Когда оно приходит сюда, его переливают в другие бочки?

– Его тестируют прямо здесь, при необходимости фильтруют и разливают по бутылкам.

– В одних и тех же бочках?

– Оно переливается здесь.

– А потом, как долго оно выдерживается?

– От 3 до 7 лет.

– Вы что-нибудь делаете с ним за это время?

– Мы переливаем его, подвергаем вино технологическим процессам, своего рода обработке желатином и глюкозой.

– А что это с ним делает?

– Происходит химическое действие, вызывающее реакцию осадка, он оседает и сливается. Это процесс очистки.

– В течение этих 3-7 лет сколько раз его сливают?

– 15 или 16 раз за 7 лет.

– С каждым разом его становится всё меньше, оно испаряется, и Вы добавляете в него всё больше вина?

– Нет, мы пополняем его только один раз. При необходимости, в зависимости от качества вина, мы делаем это дважды.

– Что происходит, что заставляет Вас понять, что пришло время заполнить его? Портвейн и Мускатель выдерживают 4 или 5 лет. Его подвергают тестам, разливают в бутылки и не трогают, пока оно не будет использовано?

– Когда его закупоривают, оно оставляется на полгода. Затем мы вытаскиваем пробку и снова заполняем после удаления осадка. После декантации оно помещается в бутылки и затем выдерживается.

– После того, как оно прошло через окончательный процесс, как долго оно выдерживается, прежде чем быть выставленным на рынок? Вы выдерживаете его дальше или оно готово немедленно?

– Выдерживаем около одного месяца, а затем отправляем его. У нас есть заводы в Москве, Ленинграде, Киеве и других местах, где разливается вино.

(Мы все попробовали Советскую мадеру номер 83, 1932-й год.)

– Является ли качество вина результатом качества винограда или региона?

– Мускатное вино, изготовленное из мускатного винограда в определённом районе неподалеку отсюда, является лучшим мускатным вином в мире, и это обусловлено характером почвы, климатом и климатическими условиями.

Посол: Пожалуйста, скажите директору и его коллегам, что мы очень признательны за их любезность и ценим все усилия, которые они предприняли, чтобы сделать наш визит интересным.

Директор: У вас в Америке всё еще действует сухой закон?

– Нет, федеральный сухой закон отменён.

– Коммунистическая партия и наше правительство борются за то, чтобы добиться высочайшего качества вина.

– Комиссар Микоян, начальник Вашего продовольственного комиссариата, довольно подробно рассказал мне, чем Вы занимались год назад, и я был очень рад возможности увидеть Ваш завод.

(У нас также был портвейн номер 80.)

– Микоян сказал нам, что Вы не выдерживаете свои вина, а делаете это синтетически. А здесь Вы тоже этим занимаетесь?

– Нет (подчёркнуто), только естественные; никаких синтетических процессов здесь нет.

– Вы экспортируете эти вина?

– Два года назад мы экспортировали много вина, а сейчас – нет. Николай, бывший царь, попробовал здесь вина, и довольно скоро мы его не нашли: он лежал за бочкой!

– А где сделаны эти бокалы необычной формы?

– Константиновский завод. Во всём мире существует 15 000 различных сортов вина.

Посол купил несколько бутылок четырёх сортов вина, а именно: Каберне, Портвейн номер 80, Мадейра номер 83, Белый мускат номер 85 "Ливадия".

– Где в Вашей стране растёт мускатный виноград?

– Только в Крыму. В Алуште, в Ялтинском районе.

Директор произнес тост за дружбу между народом Соединённых Штатов Америки и народом Советского Союза, а также за посла и миссис Дэйвис. В ответ посол произнес тост примерно следующего содержания:

За великий народ России! Народ Соединённых Штатов и народ России уже двести лет в дружбе. Россия отказалась помогать Англии против Соединённых Штатов в 1776-м году. Во время Гражданской войны в Америке Россия отказалась помочь восстанию.

Президент Вильсон настаивал на праве России на самоопределение после Великой войны. Красный Крест Соединённых Штатов пришел на помощь России во время голода. Наши народы традиционно дружат уже более 150 лет. Вот тост за великие дела, которые делал русский народ, за всё хорошее, что сделал Сталин и за продолжение такой хорошей работы в будущем.

Лагеря отдыха для Советской молодежи.

Номер 1333, Москва, 1-е июня.

Ялта, 29-го мая 1938-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Посещение пионерского лагеря Артек в Гурзуфе, неподалёку от Ялты.

Сэр, институтами, которые будут иметь важное значение для будущей жизни в России, являются молодёжные организации, которые Советское правительство развивает и поощряет. Это аналогично движению мальчиков и девочек – скаутов в Соединённых Штатах. Эти организации, как мне сказали, практически являются тренировочными лагерями для Коммунистической партии.

Организация "октябрят" – первый шаг в подготовке Советской молодежи, охватывающий детей в возрасте от 6 до 10 лет. "Пионерская" организация, охватывающая возраст от 10 до 15 или 16 лет, готовит детей к вступлению в комсомол (Коммунистическую молодежь), из которого набирают юношей и девушек для пополнения рядов Коммунистической партии.

Примечание посла. Один из самых значительных фактов, связанных с тоталитаризмом, который я отметил в Европе, – то, как и в какой степени они уделяют внимание молодежи. "Как ветку согнёшь, так дерево и вырастет".

Во всех крупных городах есть, так называемые, Дома пионеров. По случаю инспекционной поездки в Харьков в прошлом году, я посетил тамошний дом пионеров (один из самых широко разрекламированных в стране) и мой доклад номер 116 от 12-го марта 1937-го года содержит описание деятельности, которую я там обнаружил.

Мне сообщили, что по всему Советскому Союзу существуют устойчивые пионерские лагеря, подобные летним лагерям для молодежи в Соединённых Штатах. Самый важный и претенциозный из этих лагерей расположен в Гурзуфе, неподалёку от Ялты, под сенью Медвежьей горы на Крымском побережье, которая выдаётся в Черное море.

29-го мая я воспользовался случаем, чтобы посетить этот лагерь. Он расположен на обширном участке площадью около 800 гектаров (1 900 акров), на очень красивой части этого скалистого побережья. Лагерь состоит из четырёх частей: две расположены на холмах, а две – на берегу моря.

У всех есть свой главный "доктор", но тем не менее он находится под управлением центрального директора. Лагеря, непосредственно примыкающие к берегу, построены совсем недавно. Они чистые, привлекательные, хорошо обустроенные и располагают к себе.

Два лагеря на склоне холма сосредоточены вокруг двух прекрасных вилл буржуазии старого режима, расположенных в том, что на самом деле является большим парком, прекрасно разбитым. Во всех лагерях есть удобства для занятий спортом, игр на свежем воздухе и купания на пляже. В одном из них есть стадион, вмещающий примерно 2 500 человек.

Эти четыре лагеря вмещают около 900 детей в возрасте от 10 до 15 лет обоего пола. Они приезжают со всех концов Советского Союза и остаются там в течение 40 дней. Лагерь открыт круглый год, но основной сезон приходится на период с 15-го мая по 15-е октября.

Привилегии лагеря предоставляются детям, которые в ходе конкурса утвердились в качестве лидеров в своих общинах. У детей есть форма, похожая на наши костюмы мальчиков и девочек – скаутов, с матросскими воротничками и красными шарфами на шее, которые протянуты через металлическое кольцо с пионерским девизом "Будь готов!".

(Примечание Мемуариста. Мало кто уже помнит, но первые пионерские галстуки не завязывались узлом, а скреплялись металлическим зажимом. Это был довольно крупный овальный значок с эмалевым костром Мировой Революции и пионерским девизом. После Войны от этих зажимов почему-то отказались. Может, потому что Коминтерн разогнали? Продолжаем.)

В каждом из лагерей дети с большим воодушевлением и для нашего развлечения устраивали показы либо игры в волейбол, либо пения, танцев или декламации.

Эта группа детей явилась конечным результатом избирательного процесса, в ходе которого были отобраны самые яркие, умные и чувствительные школьники Советского Союза. И внешне, и поведением дети, как в целом, так и по отдельности, отражали этот факт. Они исключительно красивы, хорошо скоординированы физически, с обычно красивыми чертами лица, чувствительным характером и хорошо сбалансированными головами.

Они выглядели благополучными и здоровыми. В то время как преобладали русские, они были всех типов – белорусы, монголы, армяне, евреи и так далее. Они нетерпеливы, полны энтузиазма, очень дружелюбны и добры к "американцам".

В качестве иллюстрации качества их менталитета один из детей в возрасте десяти лет спросил, откуда мы приехали, и, когда ему сказали "из Соединённых Штатов", сразу же ответил вопросом: "почему Соединённые Штаты не разрешают поставлять оружие республиканскому правительству в Испании в их благородной битве против фашистов?"

Как свидетельство таланта этих молодых людей, к настоящему письму прилагается вместе с английским переводом копия революционного стихотворения, автором которого является маленькая девочка около двенадцати лет. На стадионе, где мы сидели вместе с двумя или тремя сотнями детей и директорами, этот маленький ребенок читал своё стихотворение.

Она сделала это чрезвычайно хорошо, с большим самообладанием и естественностью, а также с большой интенсивностью и драматическим пылом. Она была тем, что мы, дома, назвали бы "естественной".

(Примечание Мемуариста. К сожалению, оригинал этого стихотворения не сохранился, а переводить с английского перевода обратно на русский было бы несколько странно. Поэтому придётся привести это стихотворение в подстрочном переводе с английской копии посла. Стихотворение девочки по фамилии Горер действительно сильное. Продолжаем.)

Гибель Советского теплохода "Комсомол".

Слышала вся Советская земля,

Как погиб наш теплоход.

Он шёл медленно, гружённый рудой,

И не имел на борту никакого оружия.

Но корабли зверей-пиратов

Заметили его издалека.

Комсомол медленно двинулся дальше,

Они окружили его со всех сторон.

Не щадя ничего,

Они стали уничтожать его огнём.

Он погиб – совсем один среди врагов

С огромным желанием отомстить фашистам.

Но фашистские силы должны помнить,

Что с нашими сотнями ударных бригад

Мы дадим нашей великой стране

Сотни других кораблей!

Время придёт

Когда фашисты получат удар в челюсть

И во всей Вселенной тоже

Смерть станет судьбой фашистов и господ!

(Примечание Мемуариста. Нужно сказать пару слов о судьбе этого теплохода. Корабль-то героический. Именно "Комсомол" первым прорвался через морскую блокаду фашистов и привёз испанским борцам за свободу припасы и оружие.

Это совершенно мирный теплоход, действительно, без корабельного вооружения. Возил, в основном, довольно мирные грузы – от пшеницы до медикаментов и горючего. Хотя и оружие тоже приходилось.

В декабре 1936-го года фашистский крейсер Канарис потопил наш теплоход с мирным грузом марганцевой руды. Экипаж оказался в плену и был приговорен Франко сначала к расстрелам, а потом приговор смягчили до тридцати лет заключения. Ненависть к этому мирному теплоходу была страшная – наши моряки успели более полусотни раз сходить в рейсы для помощи испанским борцам против фашизма.

В 1937-м году нашему правительству удалось освободить из лап фашистов большинство моряков. Многие были представлены к орденам и медалям. В том же самом году Леонид Утёсов напишет песню, посвящённую гибели теплохода: "Теплоход страны моей любимой вёз руду к бельгийским берегам". Продолжаем.)

Среди детей была группа из пятидесяти одного испанского беженца, как девочки, так и мальчики, все они выглядели хорошо, дружат с Советскими детьми и, по-видимому, счастливы.

Советское правительство утверждает, что этим летом примерно 2 000 000 Советских школьников будут размещены в пионерских лагерях, разбросанных по всей стране. Помимо того, что делает Совет Народных Комиссаров, очень много школьников будет размещено и обеспечено различными профсоюзными организациями.

Совет Народных Комиссаров на текущий год выделил пионерским лагерям и детским санаториям 203 300 000 рублей. По официальному курсу это будет 40 000 000 долларов. По оценке стоимости золота лордом Цитрином это составило бы 10 000 000 долларов.

Из этой суммы примерно 140 000 000 рублей приходится на содержание лагерей, 20 000 000 рублей – на организацию и оснащение лагерей, а 40 000 000 рублей – на уход за детьми, нуждающимися в специальном медицинском лечении в санаториях. В дополнение к этой сумме указывается, что еще около 30 000 000 рублей было выделено профсоюзами на покрытие расходов детей в пионерских лагерях.

Интересно отметить, что в одной из актуальных новостей московской печати говорится:

"Если родители городского ребенка хотят отправить его в лагерь, то они обнаруживают, что число таких учреждений постоянно растёт, а расходы для них увеличиваются в зависимости от их дохода."

Отсюда видно, что Советская система ухода за городскими детьми в детских лагерях ведёт к классовым различиям семей "имущих" и "неимущих", несмотря на коммунистическую теорию об обратном.

Если же нынешний режим сумеет сохранить себя и сможет направить эти огромные капиталовложения последних десяти лет на производство дополнительного богатства, а также будет продолжать этот характер образования и заботы о молодежи, то сложится совершенно экстраординарная ситуация.

Здесь будет произведено необычайное количество талантов и гениев из доселе не освоенных миллионов человеческих богатств страны. Это фактор, чреватый многими возможностями. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Колхозы на Украине.

Номер 1335, Москва, 4-е июня 1938-го.

Киев, 2-го июня.

Достопочтенному государственному секретарю.

Посещение колхоза на Украине.

Сэр, 2-го июня 1938-го года я имел возможность осмотреть коллективное хозяйство, расположенное примерно в шестидесяти километрах от Киева, столицы Украины. Советские чиновники организовали мне посещение именно этой фермы. Судя по всему, это образцовая ферма региона.

Сельская местность, по которой мы ехали, чтобы добраться до фермы, находилась в самом сердце одного из самых богатых и плодородных районов Украины, в долине реки Днепр. Это была мягко разворачивающаяся богатая область с разбросанными по ней сосновыми рощами и равнинами колышущихся хлебных полей, насколько хватало глаз.

Украина, конечно же, один из самых богатых и плодородных сельскохозяйственных районов в мире. Вся территория Украины занимает 443 000 квадратных километров и имеет население около 32 000 000 человек. В Киевском районе сосредоточено около четырнадцати процентов тракторов и комбайнов, используемых в механизированном земледелии.

Этот небольшой процент обусловлен большой долей многоотраслевого земледелия и сахарного свекловодства, которое имеет место в этой местности в отличие от хлеборобных равнин. Киевский район производит около 3% от общего урожая зерновых культур СССР и считается самым крупным и важным сельскохозяйственным регионом Украинской Республики. Из общего количества сельскохозяйственных единиц в Киевском районе коллективизировано около 92%, которые практически все обслуживаются машинно-тракторными станциями.

Этот конкретный колхоз представлял собой общину площадью около 1 800 гектаров (около 4 500 акров), в которой проживало 1 328 человек, из которых 675 были рабочими. Из этого числа 375 человек были женщинами и 300 – мужчинами. В колхозе состояло 317 семей. Ферма посвящена многоотраслевому сельскому хозяйству. Примерно 300 акров занимали пшеница, ячмень и рожь, 1900 акров – сено, 130 – фруктовые сады и 125 – огороды. В зоне огородного хозяйства были тепличные грядки и специальные крытые дёрном погреба для хранения и защиты семян.

Весьма достойная похвалы конюшня, построенная в 1933-м году, около 235 футов в длину и 60 футов в ширину, была рассчитана на 221 лошадь. Сто двадцать из них использовались для сельскохозяйственных работ, а остальные – для разведения скота. У них было некоторое количество чистокровного скота, включая жеребца першерона, который жил в закрытом стойле. Мы видели около двадцати или тридцати очень красивых жеребят, которых отчасти разводили для армии. Такой же новый амбар был предоставлен для восьмидесяти пяти коров, которых доили вручную.

Молочная часть, хотя и довольно чистая, была, тем не менее, довольно проста. Молоко на ферме не стерилизуется и не пастеризуется. Механизированное земледелие здесь используется только для вспашки и обработки почвы. Колхоз обслуживается тракторной станцией по соседству, которая обслуживает двадцать четыре других колхоза.

Несмотря на то, что визит был организован Советскими чиновниками и мне сказали, что председатель колхоза будет встречать нас, по прибытии мы обнаружили, что он "только что уехал". С некоторым трудом нам удалось получить какую-либо информацию от одного или двух человек, которые, как нам сказали, были младшими руководителями организации.

Наконец появился заместитель директора и сообщил, что ему поручено поговорить с нами. Было совершенно очевидно, и он, и все они были смущены и предпочли бы не разговаривать с нами. Они казались подозрительными или испуганными.

Несмотря на протесты сопровождавших нас Советских чиновников, заместитель директора не согласился, чтобы мы фотографировали помещение. Информация, которую нам удалось получить, была добыта лишь спустя значительное время и с величайшим трудом. С этой точки зрения визит был неудовлетворительным.

С другой стороны, это было весьма поучительно. Это указывало, в какой степени влияние Кремля распространяется на сельские районы, расположенные в сотнях миль отсюда. Это может быть объяснено тем, что в последнее время намечается правительственная кампания против руководителей и директоров колхозов, которые, как утверждается в Советской печати, отвели слишком много заработков колхозов на административные расходы и инвестиции в благоустройство, в результате чего рабочие не получали адекватной компенсации в виде своей годовой заработной платы.

Когда заместитель директора спросил, какое правительство мы представляем, и ему ответили, что это Соединённые Штаты Америки, он, казалось, немного оттаял.

Примечание посла. Это свидетельствовало о жестокой кампании, которую Кремль в то время вёл против "иностранцев"."

Одним из наиболее интересных фактов, которые нам удалось выяснить, было мнение о том, каков месячный заработок члена этого колхоза по сравнению с промышленным работником города. Крестьянин в этом колхозе не платит никакой ренты, правительство отдало ему в бессрочное пользование две трети гектара земли и его жилье.

У него также есть от одной до трех коров и несколько плодоносящих деревьев. Ему платят сдельно и сумма варьируется в зависимости от его эффективности. В среднем выходит рубль сорок три копейки деньгами за каждый рабочий день.

Кроме того, он получает от коллектива определенное количество зерна, продуктов, сена и соломы и выращивает свои собственные зеленые овощи и фрукты. По мнению этого человека и его единомышленников, средний крестьянин в этом колхозе зарабатывал примерно 150 – 200 рублей в месяц, а стахановцы – бригадиры – от 200 до 300 рублей в месяц, что было несколько меньше, чем городской рабочий.

К настоящему письму прилагается стенографический отчет о диктовке и заметки, сделанные мистером Гордоном по случаю этого визита, к которому можно обратиться касательно дальнейших подробностей. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Киев, 2-го июня 1938-го.

Посещение коллективного хозяйства на Украине поблизости от Киева.

По прибытии на ферму посол и сопровождающие его лица были представлены мистеру Примару, полевому управляющему, который провел нас по ферме и сообщил следующую информацию в ответ на вопросы посла.

– Когда была организована ферма?

– В 1930-м году.

– Сколько гектаров?

– Возделывается 1 823 гектара земли.

– Что вы выращиваете?

– Различные культуры, сено, зерно, есть огороды и фруктовые сады.

– Яблоки?

– Да, и груши тоже. Мы также выращиваем лён.

– Пшеница и рожь?

– В основном технические культуры: лен, высокосортная цветная капуста, семена и так далее, и у нас есть много тепличных культур.

– Сколько семей живет в этом колхозе?

– 317.

– Сколько рабочих?

– 675. 1 328 – это всё население.

– Сколько мужчин и сколько женщин?

– 375 женщин и около 300 мужчин.

– Сколько стахановцев?

– 95 человек.

– Все ли они оплачиваются сдельно?

– Да. Вся работа – сдельная работа.

– Вы занимаетесь механизированным земледелием?

– Нет. Это всё ручная работа.

– Помогают ли вам машинно-тракторные станции?

– Да.

– Что они делают?

– Они делают всю работу, какую могут: пашут, молотят и так далее, в сезон. Станция находится в восьми километрах отсюда.

– Какой процент урожая получает машинно-тракторная станция?

– от 5 до 10 процентов, в зависимости от того, что они делают.

– Какой процент продукции идет государству?

– 7 или 8 процентов, в зависимости от урожая.

– Эта конюшня, по которой мы идём, была построена в 1933-м году?

– В 1933 году – да.

Посол диктует: Примерно от 200 до 235 футов в длину и 60 футов в ширину, с четырьмя рядами стойл, некоторые закрытые и некоторые обычные стойла, все побеленные внутри. В закрытых стойлах имеется несколько чистокровных лошадей, в том числе жеребец першерон и чистокровный скакун.

– Сколько у Вас чистокровного скота?

– Около 42 чистокровных лошадей.

– Вы специализируетесь на разведении чистокровных животных?

– Да, на продажу.

– Какова общая численность коров?

– 85 дойных коров, принадлежащих колхозу. У каждого отдельного крестьянина есть своя собственная корова. У некоторых одна, а у некоторых две или три.

– Сколько здесь лошадей?

– 221.

– Вы задействуете всех лошадей в обработке земли?

– 120 – это рабочие лошади, а остальные – для племенных целей.

– Вы занимаетесь разведением для армии?

– Да. У нас есть от 20 до 30 жеребят.

– Есть ли у вас здесь учёные – специалисты по селекции?

– Да, у нас есть ветеринар, зоотехник и так далее.

– Проводите ли вы какое-либо разведение путём искусственного осеменения?

– Нет.

– Теперь о распределении доходов: от 5 до 10 процентов идет на машинно-тракторную станцию, а 10 процентов – государству. Это 20 процентов. Куда же деваются остальные 80 процентов? (Здесь не ответили, смотри ниже.)

– Где вы держите коров?

– У нас есть ещё один сарай для скота.

– Что это за другие здания, которые я вижу?

– Некоторые – ремонтные мастерские, складские помещения и так далее.

– Вы всех своих лошадей сами подковываете в колхозе?

– Да.

– Сколько у вас кузнецов?

– Шесть.

– Сколько всего ремонтников машин?

– Только один механик, посредственный.

– Вы используете тракторные культиваторы или конные культиваторы?

– Конные культиваторы.

– Для чего вы используете тракторы, в основном, для пахоты?

– Да.

– Сколько гектаров у Вас под зерном?

– 100 гектаров под хлебом, 200 под ячменём и рожью, 45 под овсом, 783 для сена, 1 821 гектар во всём хозяйстве.

– Сколько гектаров в садах?

– 55.

– Сколько под огородным хозяйством?

– 45

– Остальное под картофелем и овощами?

– Да.

– Есть ли у вас новые дома для рабочих?

– Никаких новых, только старые. Клуб и школа – новые.

– Я вижу вон тот красивый дом, окружённый забором. А кто там живет?

– Там жил кулак, сейчас его готовят как лабораторию.

– Сколько гектаров земли есть у каждой семьи для личного пользования?

– Одна треть гектара.

– Где находится колхозный базар?

– В пяти километрах отсюда, мы также поставляем нашу продукцию в Киеве.

– Вы снабжаете Киев своими овощами?

– Да.

– Есть ли в колхозе коллективная столовая или каждая семья готовит сама?

– У нас нет общественной столовой.

– Сколько учителей в школе?

– 15, обучение 350 детей по 10-летнему курсу.

– Есть ли что-нибудь, что Вы хотели бы показать нам в качестве интересующего нас предмета? (Директор повёл нас посмотреть коровники.)

– Все ли коровы доятся вручную?

– Да.

– Сколько колхозов обслуживает одна машинно-тракторная станция, которая обслуживает Вас?

– 24. Она имеет 43 трактора и 4 комбайна.

– Сколько человек работает на машинно-тракторной станции?

– Не знаю.

– Что вы делаете с молоком, когда получаете его от коров?

– Часть мы должны отправить правительству, а остальное – на коллективный базар.

– Молоко стерилизовано?

– Нет. Оно отправляется свежим.

– Вы моете банки в холодной или горячей воде?

– Горячая, кипяченая вода.

– Вы нагреваете воду прямо здесь?

– Да. У нас есть три водогрейных котла.

– Были ли теплицы, мимо которых мы проезжаем, построены до Революции?

– Нет, во время коллективизации в 1930-м году.

– Какова была заработная плата среднестатистического работника здесь в прошлом году?

– За рабочий день – рубль сорок три копейки. Также два и шесть килограмм зерна, 8 кг картофеля, полтора килограмма сена, полтора килограмма соломы. Кроме того, у каждого из них есть свои собственные зелёные овощи и фрукты. Те, у кого их нет, всегда могут получить их на ферме.

– Что же всё это составляет каждый месяц, по Вашему мнению, по сравнению с промышленными рабочими?

– Промышленные рабочие получают больше, чем колхозники.

– Что здесь получает средний колхозник примерно в месяц?

– От 150 до 200 рублей в месяц, считая по нашим ценам.

– А стахановцы и бригадиры?

– от 200 до 300.

– Таким образом, колхозник зарабатывает от 100 до 300 рублей в месяц по сравнению с промышленным рабочим?

– Да.

– Платит ли колхозник арендную плату за свой дом и землю?

– Нет. Они были даны правительством в бессрочное пользование.

– Учитываете ли вы при расчете заработной платы стоимость коровьего молока или это не учитывается?

– То, что он делает на своём собственном месте, является дополнительным.

– Что это за грядки, которые мы видим?

– Они предназначены для тепличных целей.

– Мы видели несколько огурцов, посаженных под стекло в довольно большом количестве рядов шириной около 5 футов и длиной от 35 до 40 футов. Сколько таких теплиц у вас есть?

– 1 030.

Посол диктует: 12 в ряд, всего около 100 рядов. У них также есть подвалы длиной 60 футов и шириной 12 футов, покрытые землёй высотой 8 футов, которые используются для хранения семян. Есть также довольно большой склад кирпича на территории, из которого они собираются строить теплицы.

– Насколько велики планируемые теплицы?

– 23,6 метров в длину и 6,9 метров в ширину. В этом году мы построим еще две.

– Какие фрукты есть у Вас в этом саду?

– Яблоки, груши, вишни и так далее.

– Вы каждый год вспахиваете и обрабатываете землю между этими деревьями?

– Да, но это еще не было сделано в этом году.

– Вы опрыскиваете деревья, чтобы убить червей?

– Да, два раза в год.

– Я вижу здесь несколько ульев. Сколько мёда вы получаете в год?

– 32 килограмма с каждого улья. У нас есть 180 ульев.

– Колхозом руководит директор, а кто ещё?

– Нас трое: председатель, его заместитель и полевой управляющий.

– После того, как вы оплатите все расходы и сделаете необходимые улучшения в хозяйстве, Вы разделите остаток между рабочими?

– Когда мы закончим платить машинно-тракторной станции и правительству, мы разделим его в соответствии с проделанной работой.

– Кто решает, что будет сделано с остальными деньгами?

– У нас есть общее собрание членов колхоза, которое принимает такие решения.

– Они также принимают решение о ставках, уплачиваемых за сдельную работу, или кто это решает?

– Руководство и бригадиры.

– А каждый участвует в делении излишков в соответствии с объемом выполненной работы?

– Да.

– Чтобы лучшие работники получали больший процент, чем остальные?

– Да, в зависимости от того, что им удаётся производить.

Документация о демарше, который провалился.

Номер 1105, Москва, 1-е апреля 1938-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Инцидент с предложенным протестом или демаршем дипломатического корпуса Советскому внешнеполитическому ведомству в связи с таможенными и некоторыми другими вопросами, затрагивающими дипломатический корпус.

Совершенно секретно.

Сэр, прошу позволения сообщить, что представляю настоящим сообщение о вышеупомянутом инциденте.

В то время, как детали предмета относительно неважны, обстоятельства, которые привели к этому инциденту и являются иллюстративными условиями здесь, могут иметь значение и ценность для департамента. Именно по этой причине я препровождаю настоящий доклад с некоторыми подробностями.

Общая обстановка.

Ситуация возникла из-за того, что в течение некоторого времени, и особенно в недавнем прошлом, отношение Советских таможенников к отъезжающим дипломатам вызывало большое возмущение в дипломатическом корпусе. При отъезде глав миссий или дипломатических должностных лиц, не являющихся главами миссий, Советский Союз настаивал на строгом применении Советских таможенных законов без учета дипломатических обычаев, существующих между странами.

Правительство настаивает на праве досматривать (по месту жительства отбывающего начальника миссии) все личные вещи главы миссии, которые он вывозит из страны, и, освобождая его от уплаты таможенных пошлин, тем не менее, взимает плату за оценку или административный сбор в размере трёх процентов с предметов, приобретённых в Советском Союзе, даже если такие вещи предназначены для личного пользования.

Что касается дипломатических служащих, не являющихся главами миссий, Советский Союз потребовал, чтобы личные вещи проверялись не в резиденции, а на правительственной таможне, что сопряжено с серьёзными трудностями. На дипломатический корпус были наложены и другие ограничения в связи с продажей автомобилей друг другу. Опять же, ввоз печатной продукции по почте в представительства был лишен дипломатического иммунитета.

(Примечание Мемуариста. Страшные, конечно, репрессии по отношению к иностранным дипломатам. Их заставили подчиняться тому же закону, что и простые смертные. Как тут не возмутиться.

Судя по описаниям посла, дипломаты крутили неслабый и не слишком законный бизнес с беспошлинным вывозом из Союза ценностей, фиктивной торговлей автомобилями и т.п. Неудивительно, что послы взвились как кошка, которой наступили на хвост. Ударили-то по самому больному. Не по национальной гордости – по кошельку. Продолжаем.)

В последнее время эта таможенная проблема обострилась в связи с отъездом датских и шведских посланников. Протестуя самым решительным образом, они тем не менее, были вынуждены уплатить административный сбор в размере трёх процентов в качестве условия вывоза своих товаров из страны.

Некоторое время назад глава дипломатического корпуса заявил протест в наркомате иностранных дел от имени дипломатического корпуса, но безрезультатно, за исключением того, что вскоре после этого последовало очень необычное нападение на афганского посла в официальной Советской печати. Вообще говоря, за последние несколько месяцев между Советским правительством и дипломатическими представителями некоторых других правительств также возросла напряженность. Враждебность фашистских государств становилась всё более громкой и агрессивной.

Было весьма заметно, что недавние успехи Гитлера оказали влияние на отношение некоторых дипломатических представителей небольших европейских стран, которые имеют здесь представительство. С другой стороны, Советское правительство сурово, почти беспощадно, требовало закрытия консульств иностранных держав в Советском Союзе и ряда других вопросов.

Располагая фактами или нет, Советские чиновники и печать без колебаний открыто обвиняют некоторые капиталистические страны в тайном сговоре внутри Советского Союза с целью свержения нынешнего режима и использовании своих консульств и дипломатических учреждений в целях шпионажа и внутренних враждебных действий совместно с предполагаемыми контрреволюционными силами.

(Примечание Мемуариста. Сейчас уже прошло достаточно лет, чтобы на западе стали появляться мемуары этих самых дипломатических деятелей. И да, сюрприз, именно этим они и занимались. Разумеется, в прямой подготовке к государственному перевороту не признаётся никто, а вот всё остальное, вроде шпионажа и создания сетей влияния, в полный рост. Да в общем, как и сейчас. Продолжаем.)

Каждое средство пропаганды старательно использовалось, чтобы внушить массам предполагаемую опасность для страны. Советские чиновники не колеблясь заявляют мне, что убеждены в том, что Советское правительство изолировано и окружено вражескими государствами. Они должны полагаться и полагаются только на самих себя, должны делать и делают приготовления к тому, чтобы стать полностью самодостаточными экономически и с военной точки зрения.

Они могут рассчитывать только на собственные силы и должны быть "в безопасности". Характерно для Сталинского режима, что правительство, не колеблясь, атаковало первым и энергично. Обращение со многими дипломатическими представителями характеризовалось, как представляется, поразительным безразличием к последствиям, которые могут последовать из этого, даже вплоть до отзыва дипломатического представительства.

Такова была общая обстановка, в которой предложен планируемый совместный демарш. Следует также отметить, что все совместные демарши дипломатического корпуса в прошлом отвергались совершенно без исключения и вызывали возмущение Советского наркомата иностранных дел как свидетельство враждебности капиталистических государств.

Письмо британского посла, исполняющего обязанности главы корпуса.

17-го марта британский посол в качестве исполняющего обязанности главы дипломатического корпуса направил главам миссий предложение о совместных действиях и протесте в связи с вышеописанной практикой, затрагивающей дипломатический корпус, с целью обратить внимание Советского правительства на важность восстановления практики, более соответствующей международному обычаю в отношении этих вопросов. Были запрошены мнения различных глав миссий относительно своевременности такого демарша.

Конференция с британским послом.

В соответствии с инструкциями департамента, я обратился к британскому послу, с тем чтобы иметь возможность более полно информировать департамент о методах и способах, которые должны быть использованы для доведения этой информации до сведения наркомата иностранных дел. В частности о том, должно ли это быть сделано формальной нотой, официально подписанной или устно. Вкратце, резюме дискуссии было следующим.

Я предположил, что, по моему мнению, моё правительство хотело бы сотрудничать с британским правительством и другими правительствами, представленными здесь, в попытке защитить надлежащие и установленные дипломатические обычаи и удобства, которые существовали в течение стольких лет в отношениях с другими нациями.

Я хотел бы посоветоваться с ним относительно процедуры, которой должно следовать, чтобы иметь возможность полностью консультировать моё правительство в этих условиях. Кроме того, я был уверен, что он вполне осознает вместе со мной деликатность здешнего положения, вытекающую из враждебности, существовавшей в настоящее время (оправданной или нет) по отношению к капиталистическим нациям.

Поэтому метод и манера, с помощью которых предлагалось планировать совместные действия, имеют важное значение. Учитывая предыдущие отказы от подобных совместных демаршей в других случаях, существовала опасность получить отпор со стороны Советского наркомата иностранных дел, если только этот вопрос не будет поднят в атмосфере дружеского протеста, а не в качестве официального совместного действия.

Мне приходил в голову вопрос, не может ли быть больше шансов на успех благодаря общему согласованному плану, одновременно проводимому в жизнь, но с учетом индивидуальных подходов различных глав миссий к наркомату иностранных дел. Поскольку это могло бы предотвратить возможность, что акция может быть истолкована как совместная враждебная акция и "объединение" представителей капиталистических наций против Советского Союза.

(Примечание Мемуариста. Посол говорит не просто про объединение. Эта фраза в прямом буквальном переводе звучала бы скорее как "капиталисты сбиваются в бандитскую шайку". Продолжаем.)

Если бы демарш был представлен совместной нотой, подписанной всеми главами миссий, или памятной запиской в официальном порядке, это могло бы вызвать возможный публичный отпор в виде ноты от наркомата иностранных дел, что не принесло бы никакого облегчения в отношении желаемых вопросов и могло бы отрицательно сказаться на общей ситуации.

Я также высказал предположение, что, хотя нарушение этих таможенных правил имеет важное значение, но если инцидент примет политический аспект, он может отрицательно повлиять на более важные цели политики, которые либо существуют, либо могут существовать в будущем.

В частности, я упомянул о надежде всего мира на то, что правительство Чемберлена принесёт мир в Европу и установит международный порядок. Но в случае возможной неудачи, позиция Советского Союза и его огромная сила, как в ресурсах, так и в людях, могут иметь серьёзное значение для мира и принципов международной справедливости. И хотя этот инцидент не будет решающим для позиции Советского Союза, было бы прискорбно усиливать враждебность ко всем нациям, особенно, если бы результаты, к которым мы стремились, также не были достигнуты.

Британский посол заверил меня, что полностью согласен с этим анализом и перспективой. Французский посол перед своим отъездом также предложил, чтобы вопрос был рассмотрен не формально с помощью ноты или меморандума, а исключительно на личной, дружеской и административной основе. Он также считает важным сделать эти представления, поскольку в противном случае, условия и ограничения будут постоянно ухудшаться. Он заверил меня, что будет вести эти дискуссии только в случае, если это будет сделано в дружеской атмосфере и таким образом, чтобы не нанести обиду.

Далее он заявил, что ввиду факта, что датский министр отбыл и ситуация в отношении отбывающего шведского министра закрыта, в течение нескольких недель нет необходимости в немедленных действиях. После этого я заявил лорду Чильстону, что мои сомнения были прояснены и я вполне успокоен и буду связываться с моим правительством и давать ему советы по получении инструкций.

В конце конференции лорд Чильстон заявил, что высоко ценит мой приход и обсуждение этого вопроса с ним. У меня сложилось впечатление, что этот вопрос лучше решить по почте, а не по телеграфу в департамент.

(Примечание Мемуариста. Я не совсем понимаю, что именно имеет в виду посол. То ли то, что телеграммы посольства перехватывает всемогущее НКВД, то ли, что вопрос несрочный и вполне подождёт официального обмена письмами. Продолжаем.)

Телеграфный отчёт в департамент.

В следующую субботу вечером, 26-го марта, во время приёма в здешнем посольстве ко мне подошел лорд Чильстон и спросил, доложил ли я своему правительству. Я ответил, что доклад находится в процессе подготовки и как я полагаю, спешить с этим делом не стоит.

Затем он попросил меня связаться телеграммой. Я сказал, что так и сделаю. Я также заявил ему, что буду рекомендовать государственному секретарю разрешить мне присоединиться к предложенным действиям. Затем он снова заявил мне, что если не будет единодушия среди руководителей здешних миссий, то он не пойдет дальше.

Развитие отношения одной страны.

Позже мы узнали, что испанский поверенный в делах отказался присоединиться к предложенному демаршу. 29-го марта посланник посетил мистера Хендерсона и обсудил предлагаемые совместные действия.

(Примечание Мемуариста. Фамилия посланника вычеркнута послом. Продолжаем.)

Меморандум мистера Хендерсона об этой конференции прилагается. Суть его заключается в следующем.

Посланник слышал, что американский посол до сих пор не присоединился к предложенному демаршу. Он искренне надеется, что он и не присоединится к этой процедуре. Хотя он ранее сообщил британскому послу, что будет участвовать, теперь он предлагает позже в тот же день сообщить лорду Чильстону, что по указанию своего правительства он считает своим долгом воздержаться от этого.

Он узнал, что копия циркулярной ноты дошла до Литвинова. Она вызвала негодование и бескорыстие лорда Чильстона была поставлено под сомнение. Демарш будет отвергнут. Если не будет предпринято никакого демарша, то наркомат иностранных дел надеется добиться улучшения условий и этот демарш может иметь только отрицательные результаты и привести к усилению трений. Он может привести к нападкам в Советской печати, подобным тем, которые появились против афганского посла.

Второе обсуждение с лордом Чильстоном.

Сразу же после получения этой информации я обратился к британскому послу. Я подтвердил полученное им от меня письмо, в котором сообщалось, что я доложил своему правительству и рекомендовал ему разрешить мне сотрудничать с ним в этом вопросе и что я основываю эту рекомендацию на моей уверенности, что вопрос находится в полной безопасности в его руках и будет решён, безусловно, таким образом, который не придаст инциденту политического характера и не принесёт никаких вредных результатов.

Затем я обратил его внимание на то, что до нас дошла информация, что Советский наркомат иностранных дел уже получил копию его письма. Наркомат был оскорблён, предложение будет отклонено и он также, несомненно, получит подобную информацию.

Лорд Чильстон сожалел, что ситуация развивалась именно таким образом. Он выразил огромную признательность за то, как откровенно я обсуждал с ним этот вопрос, а также за моё дружеское и откровенное сотрудничество. Он считал, что было бы крайне прискорбно, если бы произошло что-нибудь, усилившее растущую враждебность этого правительства к внешним нациям и особенно, к демократиям. Он полностью осознал потенциальные возможности в европейских и мировых ситуациях, когда было бы важно, чтобы Советское правительство не получило ошибочного впечатления, что все правительства враждебны и несут такую враждебность даже в мелочах. Он сказал мне тогда, что решил не представлять демарш.

Я немедленно телеграфировал сообщение об этом. Лично я считаю, что это удачное решение вопроса. Хотя это было неприятно, раздражающе и в значительной степени важно, всё это было относительно малозначительно, в отличие от более широких целей политики в связи с тем, что потенциально является серьёзной ситуацией здесь в связи с растущей враждебностью к иностранцам и иностранным нациям и вытекающими отсюда последствиями.

Очень удачно, что этот инцидент устраняется без возможности неправильного толкования или непонимания. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Номер 1152, Москва, 12-е апреля 1938-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Предлагаемый дипломатический демарш относительно таможенных пошлин, затрагивающих дипломатический корпус, и так далее.

Сэр, условия, которые заставили британского посла отказаться от предложенного демарша, как сообщалось ранее, были следующими: Литва и Испания отказались присоединиться, поступила информация, что Советский наркомат иностранных дел уже получил копию письма лорда Чильстона, сильно разгневан этим и отвергнет демарш.

Незаинтересованность британского посла оспорена. Если дело не примет агрессивного политического характера, Советский наркомат иностранных дел надеялся по-своему решить вопрос об облегчении таможенного положения.

2-го апреля, к моему удивлению, британский посол сказал мне, что изменил своё мнение. Он предлагает идти вперед, несмотря на отсутствие единодушия и вышеизложенные условия, чтобы это не было истолковано как "отступление". Он выразил надежду, что я буду сотрудничать с ним.

Откровенно, но в самой дружеской манере я заявил британскому послу, что мой личный совет будет заключаться в том, чтобы он шёл медленно. Предлагаемые действия, вероятно, ни к чему не приведут. Это может ухудшить и без того плохую ситуацию. Тогда как если бы он подождал чтобы ситуация остыла и занялся этим вопросом позже, вполне возможно, он получит желаемое облегчение.

Я сказал ему также, что литовские и чехословацкие посланники обратились ко мне по своей собственной инициативе и настаивали, чтобы я высказал ему это мнение, поскольку оно также является их убеждением. На это британский посол ответил, что он будет ждать указаний от моего департамента, но он хотел бы принять меры до того, как глава дипломатического корпуса, афганский посол, вернётся в город.

Я считаю, если департамент поручит мне в целом участвовать только в случае единодушия всех миссий, как это было первоначально предложено, а не иначе, то он решит этот вопрос на данный момент и ситуация может быть удовлетворительно урегулирована позже, когда спадёт нынешняя напряженность.

С другой стороны, я могу взять на себя ответственность, если это согласуется с мнением департамента, и заявить, что в сложившихся обстоятельствах моя рекомендация департаменту состоит в том, что наше участие в этом процессе было бы нецелесообразным, если только решение не будет принято единогласно. Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

Примечание посла. Департамент проинструктировал меня руководствоваться моим собственным мнением. И я немедленно уведомил британского посла, что решил не присоединяться к предлагаемому демаршу. Я чувствую себя вправе занять эту позицию в виду нашего понимания, что мой отказ участвовать зависит от единогласия в дипломатическом корпусе по этому вопросу.

Номер 1233, Москва, 30-е апреля 1938-го.

Достопочтенному государственному секретарю.

Предлагаемый протест дипломатического корпуса в Москве народному комиссариату иностранных дел по таможенным вопросам.

Сэр, касательно моих предыдущих сообщений в департамент, касающихся предложения британского посла, исполняющего обязанности главы дипломатического корпуса, заявить протест против того, как Советские таможенные органы обращались с членами корпуса, я имею честь сообщить, что британский посол решил оставить этот вопрос, по крайней мере, на данный момент.

Британский посол покинул Советский Союз вчера вечером для длительного отпуска и вернется только после того, как афганский посол уже приступит к исполнению своих обязанностей главы дипломатического корпуса. На мой взгляд, сомнительно, что афганский посол предпримет какие-либо шаги в этом вопросе. Он хорошо обсуждён, на мой взгляд и представляет "много шума из ничего." Имею честь оставаться, сэр, с уважением, Джозеф Дэйвис.

(Примечание Мемуариста. А нарком Литвинов-то, кажется, не ошибался насчёт британского посла. Тот только на словах заявлял, что борется за общее дело. А сам явно мутил воду в дипломатическом корпусе против Советской власти.

Когда же дело не выгорело, ему даже пришлось покинуть временно СССР под предлогом "отпуска". И всё это пока британец временно исполнял обязанности главы корпуса вместо афганского посла. Интриги, такие интриги. Продолжаем.)

Документы по долгу и торговым переговорам.

Меморандум о переговорах между мистером Нейманом из внешнеполитического ведомства и послом Джозефом Дэйвисом от 8-го и 9-го июля 1937-го года в связи с коммерческим соглашением.

Вскоре после моей встречи с мистером Литвиновым 2-го июля у меня была возможность неофициально обсудить сложившуюся ситуацию с мистером Нейманом. Он заявил, что мистер Литвинов обсуждал вопрос с ним и он надеется, что я буду терпеть их и не буду считать "дотошными" в обсуждениях, которые ведутся с господами Хендерсоном, Кеннаном и Дарброу.

На самом деле, они обязаны поднять некоторые вопросы, которые, по их мнению, должны быть обсуждены. Они искренне желают прорабатывать этот вопрос на широкой, справедливой и беспристрастной основе. Затем я изложил мистеру Нейману, в сущности, то, что сказал мистеру Литвинову, и внушил ему всю меру преимуществ, которые они получали по новому торговому договору сверх того, что было в прошлом году.

Он заявил, что они испытывают трудности в связи с гарантированием 40 000 000 долларов закупок в Соединённых Штатах. Они также считают себя обязанными настаивать, чтобы обязательство в отношении наиболее благоприятствуемой нации принималось на двусторонней и взаимной основе, и, наконец, они должны будут настаивать, чтобы соглашение применялось как к экспорту, так и к импорту.

(Примечание Мемуариста. Обратите внимание о чём идёт спор. Американцы готовы поступиться частью царских долгов, если СССР обязуется закупать американские товары на большие суммы. А вот большевики не дают собой пользоваться. Хотите торговать – пожалуйста. Только торговля пойдёт в обе стороны. Покупайте тогда на ту же сумму Советских товаров. Янки загрустили. Продолжаем.)

На это я ответил, что могу посочувствовать им в стремлении иметь двустороннее обязательство (это по соображениям возможного самолюбия), хотя мне было совершенно ясно, что они стремятся дать нам то, чего мы не хотим, потому что, на самом деле, это не имеет никакой ценности. Что на практике вопрос, будет ли Советское правительство, производившее эти закупки, взимать импортную пошлину или нет, или вводить на то, что оно продавало, экспортный налог или нет, никоим образом не затрагивает американских интересов. По этим причинам я не мог (лично) увидеть никаких причин, если бы они этого хотели, почему бы им не сделать это так, как это предусмотрено в соглашении.

Однако, в связи с предложенной "экспортной оговоркой" и экспортом я заявил, что, по моему мнению, возникнут трудности из-за принятия законов о нейтралитете после принятия закона, наделяющего исполнительную власть правом вести переговоры по этим соглашениям. Я совершенно откровенно заявил, хотя лично я сделал эти признания "и против интереса", но столь же откровенно я абсолютно не терплю позицию, которая будет торговаться по поводу увеличения покупок на 10 000 000 долларов (с 30 000 000 до 40 000 000 долларов), учитывая как справедливость, так и практические аспекты этой ситуации.

По моему мнению, это не свидетельствует, что мы подходим к вопросу с широким взглядом и благодарным отношением к позиции, которую секретарь Халл занял так справедливо и так великодушно по отношению к этой конкретной проблеме. Я довольно подробно остановился на трудностях, с которыми столкнулся секретарь Халл. Мистер Нейман проявил в ответ весьма справедливое отношение и в заключение заявил, что не склонен спорить с этой точкой зрения.

Он считает, что мы можем прийти к некоторому соглашению по вопросу о закупках в Соединённых Штатах, но в других вопросах он считает, что ему, возможно, придётся настаивать на их точке зрения. Он попытается подойти к этому вопросу таким образом, чтобы это было справедливо и имело целью принести результаты.

Меморандум о конференции между мистером Нейманом, мистером Розенблюмом, мистером Каминским, мистером Виноградовым и послом Джозефом Дэйвисом в наркомате иностранных дел, Москва, 15-го июля 1937-го года, касательно коммерческого соглашения. Присутствовал также мистер Джордж Кеннан, второй секретарь посольства.

Я начал дискуссию с того, что вновь изложил ситуацию с нашей точки зрения, как это уже было описано в меморандумах о совещаниях с мистером Литвиновым и мистером Нейманом.

Затем я заявил, что спорные вопросы теперь разделились на три части:

Первое. Вопрос о предлагаемом двустороннем характере соглашения.

Второе. Вопрос о предлагаемой экспортной оговорке.

Третье. Вопрос о сумме Советских обязательств по закупкам в США.

Переходя к первому вопросу разногласий, я напомнил мистеру Нейману, что лично я был склонен признать обоснованность их позиции и даже рекомендовать департаменту уступить в этом вопросе, и в этом отношении я был уверен, что нахожусь на логическом основании. Однако впоследствии, Советское внешнеполитическое ведомство пришло к выводу, что такое двустороннее соглашение не будет иметь никакой ценности, если в нём не будут предусмотрены исключения в отношении стран Балтии и стран Южной и Восточной Азии.

Ввиду такого развития событий, я был теперь вынужден отказаться от прежней позиции, ибо такая позиция, по моему мнению, полностью изменила бы ситуацию и была бы явно несправедливой. Затем я заявил, принимая во внимание их позицию, что исключение этих стран является непременным условием двустороннего характера соглашений. Моё правительство проинструктировало меня, что предлагаемое двустороннее соглашение не может быть принято и поэтому дальнейшие обсуждения будут бесполезны.

Во-вторых, что касается соглашения об экспорте, департамент занял позицию, согласно которой его проработка (даже если она будет согласована сейчас в принципе) потребует очень тщательного рассмотрения, что неизбежно займёт некоторое время и повлечёт за собой серьезную задержку в заключении соглашения.

В-третьих, что касается объема закупок, нашей уверенной позицией было, что мы вправе ожидать, принимая во внимание весьма существенные уступки, которые мы им делали (примерно 1 000 000 долларов в год), они не будут принижать ни себя, ни нас, предлагая что-либо меньшее, чем 40 000 000 долларов.

В заключение я сказал, весьма откровенно, что ситуация теперь сводится к следующему: соглашение может быть быстро заключено при условии, что оно носит односторонний характер и что 40 000 000 долларов – сумма, согласованная Советским правительством для закупок в Соединённых Штатах. После продолжительного обсуждения они, по-видимому, согласились, что двусторонний характер договора не рассматривается. Вместе с тем, они настаивали, что как вопрос принципа они имеют право на соглашение, предусматривающее режим наибольшего благоприятствования как в отношении экспорта, так и в отношении импорта.

Нет никаких реальных оснований для дискриминации в отношении них по поводу экспорта. В данных обстоятельствах это было скорее пристрастное предложение исключить экспорт, поскольку оно содержало некоторую подразумеваемое ущемление их прав, которое они не могли рассматривать как оправданное и они особенно чувствовали, что не должны подвергаться дискриминации, если они обязуются закупать определённое количество товаров в Соединённых Штатах, в отличие от других стран, находящихся в аналогичном положении, которые не взяли на себя никаких определённых обязательств в отношении закупок в Соединённых Штатах.

Они также заявили, что высоко оценивают трудности, которые мы наметили в связи с законодательством о нейтралитете и возможной необходимостью изменения положений с учетом такого законодательства, но они заявили, что были бы полностью готовы принять формулировку, содержащуюся в Нидерландском договоре, адаптированную к одностороннему соглашению, вместе со вторым пунктом статьи одиннадцатой Нидерландского договора. В связи с этим они были бы готовы взять на себя обязательство в дополнительном письме принять любое изменение формулировки, которое Соединённые Штаты требуют и получают от других стран, находящихся в аналогичном положении, при условии только, что не будет никакой дискриминации в отношении режима, предоставляемого Советскому Союзу, в отличие от режима, предоставляемого другим странам, имеющим аналогичные права в отношении экспорта из Соединённых Штатов.

(Примечание Мемуариста. Уф, ну почему юристы настолько любят наводить тень на плетень. Вопросы-то, по сути, простые и шкурные. Но нет, нужно окрутить их сетью взаимных обязательств и уступок. И запутать дело окончательно. Продолжаем.)

Затем я спросил, насколько разумно, по их мнению, было бы мне заявить департаменту, что в случае принятия их предложения относительно экспортной оговорки не возникнет никаких проблем в связи с обязательством на сумму 40 000 000 долларов приобрести товары в Соединённых Штатах. Они заявили, что я был бы вполне оправдан, сделав это заявление, но существует оговорка, что они не были готовы определённо взять на себя обязательства в размере 40 000 000 долларов. Однако подразумевалось совершенно ясно, что они будут рекомендовать это и оно пройдёт, но они не хотят быть связаны определёнными обязательствами.

Затем я заявил, что, возможно, потребуется значительное время для выработки подходящей формулировки в связи с экспортной оговоркой, если департамент пожелает присоединиться к ней. Департамент, возможно, предпочтёт иметь время для его разработки, а не принимать формулировки, содержащиеся в нидерландском договоре, и я спросил, не согласятся ли они заключить это соглашение, одностороннее по своему характеру, с обязательством в размере 40 000 000 долларов сейчас и распорядиться им с помощью дополнительного обмена письмами, устанавливая, что дополнительное соглашение будет заключено в течение шестидесяти или девяноста дней, охватывающих экспортные поставки.

В таких формулировках, которые могли бы быть взаимно согласованы и которые гарантировали, что Советский Союз не будет подвергаться дискриминации по сравнению с другими странами, пользующимися теми же договорными привилегиями. В этих письмах должно быть предусмотрено, что если такое дополнительное соглашение не будет заключено в течение периода в шестьдесят или девяносто дней, то в течение десяти дней после этого Советское правительство может аннулировать основное соглашение, описанное выше.

Их ответ на это был также утвердительным. Они полагали, что это можно было бы решить таким образом, если бы это было желательно. У меня сложилось отчетливое впечатление, что они работают в очень напряжённой обстановке, где чиновники не склонны брать на себя ответственность из-за того размаха текущей критики, которая повсюду раздается в правительственных кругах, а также из-за общей "ненависти", которая "включилась" в отношениях со всеми капиталистическими вражескими государствами (особенно после Сталинской речи 5-го марта), но тем не менее, они серьёзно и честно занимались тем, что считали необходимым с их точки зрения

То есть не допустить появления в договоре того, что существует дискриминация между режимом, предоставляемым Советскому Союзу, и другими странами, которые имеют аналогичные договоры с Соединёнными Штатами. Мне показалось, что это вопрос самолюбия, и на самом деле, мне было трудно сделать усилие, чтобы утверждать, что существует серьёзное оправдание для такой дискриминации, особенно учитывая факт, что договор должен был заключаться только на один год.

Затем мы обсудили, в течение какого времени мы могли бы заключить этот договор, если бы могли в принципе договориться по обсуждаемой линии и мистер Нейман сказал, что, по его мнению, потребуется по меньшей мере неделя или больше, чтобы согласовать все детали до подписания и официального заключения и в том, что касается их самих, задержка серьёзно не повлияет на них.

Прощание посла.

Москва, 9-го июня 1938-го.

Прощальная речь перед сотрудниками посольства в Москве, произнесённая послом Дэйвисом 9-го июня 1938-го.

Дамы и господа из персонала!

Я попросил мистера Уорда пригласить Вас собраться здесь сегодня в полдень, потому что хотел бы видеть Вас всех, сказать всем до встречи, а не "прощайте". Потому что я надеюсь увидеть Вас ещё много раз – по крайней мере, многих из Вас – не здесь, а дома или где-нибудь ещё, где наши пути пересекутся. От имени нашего правительства я хотел бы поблагодарить всех Вас за прекрасную службу, которую Вы оказали мне во время моего пребывания на посту посла. Нашим Советским сотрудникам, находящимся здесь, я также хочу выразить свою признательность за их трудолюбие, верность и преданность.

Конечно, их главная верность – собственному правительству, которое для них является первым и должно быть первым. Которая, к счастью, в этом посольстве никогда не потребует недостатка какой-либо лояльности к своему работодателю, Соединённым Штатам. Каждая лояльность обретается в своей соответствующей сфере. Вы были верны и, я уверен, благородно полны высоких помыслов в том, чтобы сохранить то, что принадлежит Соединённым Штатам, для Соединённых Штатов и то, что принадлежит Вашему правительству, для Вашего правительства.

Перед членами нашей собственной службы я должен сказать несколько особых вещей, поскольку я отправляюсь на свой новый пост. Я видел Вас не так часто, как мне бы хотелось. Я обнаружил, что могу лучше и интенсивнее работать в своём домашнем кабинете в Спасо Хаусе, поэтому я не так часто бывал здесь среди Вас. Я хотел бы выразить свою особую признательность моим ближайшим коллегам – секретарю Хендерсону, советнику Кирку, полковнику Фэймонвилу и секретарям Кеннану, Дарброу, Чипману, Пейджу, Груммону, Болену и доктору Рамрейху. Каждому из них я обязан той великолепной помощью, которую они мне оказали и я хочу выразить свою признательность именно таким образом.

Я не мог бы свободно посвятить большую часть своего времени серьёзной работе, которую я пытался выполнить, если бы не блестящие способности мистера Хендерсона и высокая эффективность мистера Уорда, освободившие меня от значительной части административной работы по выполнению этой миссии. За эту ситуацию и за эти услуги я Вам очень благодарен.

Эта ситуация, однако, не означала, что я был незнаком или оторван от работы, которую выполнял персонал. Я был знаком с ней, и я хочу сказать Вам, что у Вас есть прекрасный общий уровень. Вы не знали, что такое смотреть на часы в чрезвычайных ситуациях. Вы никогда не колебались, чтобы добровольно продолжать работу до глубокой ночи, когда нужно было отправлять отчёты. Вы были тем, чего я ожидал бы от прекрасной группы людей на службе нашего великого правительства. Я хочу сказать Вам это, поскольку ухожу. Вам, мои товарищи, я хочу выразить особую благодарность за Ваше великодушие по отношению к вашему шефу.

Временами, это было совсем не легко, потому что я привык к довольно сильным и прямым действиям в качестве главы моего собственного бизнеса и боюсь, что временами я мог показаться требовательным и невнимательным к другим в своём желании выполнить задачу. Боюсь, что по этой причине со мной нелегко работать. Если так, то мне очень жаль. Во всяком случае, я всегда находил очень щедрый и верный ответ от мистера Хендерсона и каждого из моих коллег. Я уверен, Вы все знали, что я хотел как лучше. Трудно научить старую собаку новым трюкам.

В частности, есть одна вещь, которой я особенно горжусь в связи с нашим персоналом во время моей администрации, а именно: поскольку я общался с представителями дипломатического корпуса других национальностей, я часто удивлялся нескромности и плохому вкусу – конечно, я говорю это в кругу семьи – некоторых членов дипломатического корпуса. Нередко я обнаруживал, что те, кто принимал многие любезности и гостеприимство из рук правительства, которому они были аккредитованы, имели дурной вкус и дурное суждение. Чтобы изо всех сил придираться и критиковать, совершенно бесполезно, многие вещи, которые без нужды оскорбляли чувства здешних чиновников, с которыми они вели дела и от которых они принимали любезности.

Как практичный деловой человек, я не мог этого понять. Если дипломатия что-то значит в правительстве или если она что-то значит в бизнесе, то она означает искусство ладить и улаживать разногласия с наименьшим количеством раздражения и наименьшим количеством трудностей. Всё это, однако, согласуется с фундаментальным принципом, что человек никогда не уступает самоуважению или стойко отстаивает идеалы нашего правительства, когда и где это необходимо.

С точки зрения простого здравого смысла, элементарно не следует без нужды и напрасно обижать людей, с которыми приходится иметь дело. Я не являюсь профессиональным государственным дипломатом, но я уже много лет общаюсь с высокопрофессиональными и деловыми дипломатами. По моим наблюдениям, дипломаты, будь то политики или бизнесмены, если они большие люди, не должны постоянно провозглашать свою собственную добродетель, чтобы сохранить самоуважение. Это достаточно сильно, чтобы быть принятым как должное.

Кроме того, они никогда не пытаются увеличить свой собственный рост за счет ненужного умаления других. Такие люди никогда не упускают возможности сразиться с палашом, когда обстоятельства с честью требуют, чтобы они заняли принципиальную позицию. Великие дипломаты нашей собственной службы никогда понапрасну не наносят обиды. От Бенджамена Франклина до наших дней наши дипломаты не нуждались в опеке Честерфилда, чтобы считаться с чувствами других людей.

(Примечание Мемуариста. По всей видимости посол намекает на знаменитого Филипа Стэнхоупа, четвёртого графа Честерфилда. Этот дипломат восемнадцатого века известен не только конструкцией дивана собственного имени и маркой виржинских сигарет, названных в его честь.

Главное, чем он прославился – опубликованные письма к сыну. В них он даёт крайне подробное описание что пристало, и что не пристало государственному деятелю. В том числе и как обращаться с чувствами других людей. В общем, это что-то вроде сочинений Дейла Карнеги наших дней. Продолжаем.)

Я счастлив сказать, что нашел очень мало, если вообще нашёл, подобного в моём собственном персонале. Это доставило мне огромное удовольствие. Это отражение здравого смысла и тонких побуждений. Это достойно уважения к принципам нашей собственной великой страны. В таком поведении Вы отражаете и представляете силу, терпимость и христианский характер нашего великого народа. И что это за страна, и какая честь быть её представителем!

Я никогда не отправлялся домой из Европы, но почтительно благодарю бога моей матери, что мои предки имели смелость и уверенность в своих силах, а также отвагу бросить вызов неосвоенным территориям сто пятьдесят лет назад и эмигрировать в Соединённые Штаты Америки. Своими жертвами они дали возможность моим детям и внукам наслаждаться преимуществами демократической формы правления и привилегией жить в Соединённых Штатах.

(Примечание Мемуариста. Что-то посол путается в показаниях. В предисловии он приводит краткую выдержку из этой речи и там предки прибыли осваивать США всего сто, а не сто пятьдесят лет назад. Продолжаем.)

Я никогда не отправлялся домой из Европы, но чувствую насколько благословенен американский народ. Подумайте, чем мы наслаждаемся в противовес многим европейским странам. У нас есть свобода – личная независимость. У нас есть право высказываться свободно. У нас есть право собираться мирно. У нас есть право свободно мыслить. У нас есть право поклоняться Господу, как подскажет наша совесть. Наша свобода, наши жизни, наша собственность, наши права защищены даже от правительства как такового. Каждый человек – король в собственном замке.

Наши свободы и жизни защищены законами, согласно которым даже всемогущее правительство должно доказать вину превыше обоснованных сомнений, прежде чем человек может быть наказан. Что отдали бы миллионы мужчин и женщин в Европе сегодня, чтобы получить такие гарантии и наслаждаться этими благами! Достоинство мужественности и женственности, святость человеческой жизни и свободы, самоуважение человеческого духа – всё это лучшие подарки, принесённые цивилизацией этому миру. Всё это может быть найдено в Соединённых Штатах и не может в значительной степени быть найдено нигде в мире ещё.

Мне всё равно сколько могут дать материальных или общественных благ детям или старшему возрасту тоталитарные государства и диктатуры, если свобода и независимость должны быть принесены для этого в жертву, цена слишком велика для уплаты. Таким образом, покуда у нас есть нечто, что мы должны очень ревностно защищать и охранять в нашей собственной стране, у нас также есть институты и идеалы, которые настолько благородны и так высоки, что это возлагает на нас огромную обязанность держать их высоко и преданно охранять в нашем поведении за границей, когда мы имеем честь представлять их и нести знамя Соединённых Штатов.

И, как я уже сказал, я очень рад тому, что в моём персонале, пока я был здесь, было то прекрасное самообладание, которое позволило Вам держать свои принципы при себе. Не быть напрасно раздражительными по отношению к правительству, к которому мы аккредитованы, быть терпимыми и щедрыми, как учит нас религия Ваших матерей и моей матери, Ваших отцов и моего отца.

Итак, я уезжаю, и увожу с собой приятные воспоминания, и я буду рад вспомнить эти многочисленные дружеские отношения. Где бы Вы ни были, если наши пути пересекутся, не стесняйтесь, приходите к миссис Дэйвис и ко мне и мы будем рады видеть Вас, потому что Вы один из наших парней в Москве.

Оригинальное название книги Джозефа Дэйвиса – "Миссия в Москву". Перевод по изданию Victor Gollancz Ltd. 1945.

В оформлении обложки использована фотография М.М. Калашникова (первая публикация в газете Правда от 27 мая 1943 года №134)

Content

Дэйвис Джозеф Посол к Сталину

Предисловие Мемуариста

Предисловие посла

Часть первая. Миссия начинается

Часть вторая. Вашингтон и страны Востока

Часть третья. Чистки в Красной Армии

Часть четвёртая. Россия глазами её соседей

Часть пятая. Чистка настигла Бухарина

Часть шестая. Москва слышит барабаны войны

Часть седьмая. Кульминация миссии

Часть восьмая. Краткое изложение фактов

Часть девятая. Плоды миссии

Приложения