Николай Метельский

Книга десятая - Без масок

***

Страница книги

Пролог

Сидя в роскошном кресле в своей спальне, Атарашики отдыхала. Уже пара часов, как последний гость покинул поместье, и она могла позволить себе расслабиться. Если бы это ещё было не поместье в Токусиме, было бы совсем здорово. Всё-таки слишком много ударов судьбы она приняла именно здесь, чтобы любить это место. Слишком много. Прикрыв на мгновение глаза, Атарашики постаралась выкинуть из головы воспоминания и насладиться крепким английским чаем, что принесла служанка пару минут назад. К демонам прошлое, надо думать о будущем.

Война с Тоётоми окончена. Её Род вновь доказал, что они сильны и могут выигрывать не только за счёт наёмников и денег простолюдинского альянса. Да ещё и у каких-то там малайцев. Аматэру победили дома. Клан. За две недели. Добились от Тоётоми полной капитуляции. Хотела бы она сейчас поглумиться над Кентой, но — увы, гордость не позволяет позвонить первой. Ко всему прочему, Синдзи наконец показал всем этим чванливым аристократишкам, чего стоит. Сделано это было руками Тоётоми, выложивших в сеть записи своих поражений, что помогло финансистам Аматэру заработать на биржах ещё немного денег.

Сделав глоток чая, Атарашики расслабленно улыбнулась. Правда, ненадолго. Взгляд упал на зеркало, которое служило ей с самого детства. Именно у него она сидела, когда в комнату ворвалась старшая сестра и заявила, что сваливает отсюда. Плач, истерика, просьбы простить… Да уж, тот вечер был сильным ударом по тогдашней Атарашики. Что её ждёт, она поняла сразу, но всё, что ей оставалось – это держать лицо и успокаивать сестру. Которая сама и заварила кашу. А ведь у Атарашики тоже был жених, и она его любила, что в среде аристократов не то чтобы частое явление. В итоге Азуна ушла к своему простолюдину сразу после блокировки камонтоку, а Атарашики объявили, что у неё новый жених. Её собственный брат. К факту инцеста Атарашики относилась… никак. Гены столь древних аристократов, как Аматэру, могли выдержать не одно поколение подобных связей, печалило её другое – прежний жених уплыл воевать в Индию и, как позже стало известно, там и сгинул. Ещё один удар.

Жизнь вообще не особо щадила её.

Встав из кресла и не забыв захватить кружку с чаем, Атарашики подошла к туалетному столику. Постояла, села на стул. Сделала глоток чая и, поставив кружку на столик, уставилась на своё отражение в зеркале.

— Сдаёшь, старушка, – произнесла она тихо.

Старость никого не щадит, даже сильных пользователей бахира. Ещё лет десять, край пятнадцать — и всё. Но этого ей хватит, чтобы воспитать детей Синдзи, вложить в них принципы Аматэру. Синдзи этим принципам соответствует, тут ей повезло, только вот нет у неё уверенности в том, что мальчишка умеет воспитывать детей. Она успела воспитать многих…

На этой мысли Атарашики прикрыла глаза. Воспитать-то воспитала, но и похоронить успела абсолютно всех. Последним стал Исао. Сидя на этом самом месте, она узнала о его смерти… Боги, за что? Что она сделала не так? Резко открыв глаза, Атарашики поднялась со стула. Как же она не любит этот дом и эту комнату, но гордость не позволяла ей выбрать другое место для спальни, хватит уже того, что она дала слабину, когда переехала в окрестности Токио. Прошлое должно остаться в прошлом, она не имеет права жить им. Даже настоящим жить не имеет права. Только будущее. Только ради него. Она выдержит, вырвет у смерти лишние пару лет, но воспитает внуков. Или правнуков? Тут с какой стороны посмотреть.

Поджав губы, Атарашики пересекла комнату и остановилась у стенного шкафа. Будущее. Увы, но порой прошлое достаёт тебя и в будущем. Помимо книг в шкафу находилось и несколько фотоальбомов, один из которых Атарашики достала. Открыла, перелистнула несколько страниц. Взгляд остановился на фотокарточке старшей сестры, которая держала за руку маленькую Атарашики. Собственно, и Азуне на фото было не сильно много лет.

– Как же ты так? — прошептала она.

Её глупая старшая сестра… Она всегда была себе на уме. А ещё гордой. Слишком гордой даже для Аматэру. Но – убежать из Рода к простолюдину? Такого никто не мог предположить. Атарашики позже спрашивала отца, и тот прямо и без двусмысленностей рассказал ей, что Азуна даже не пыталась привести своего мужчину в Род. Не факт, что его бы приняли, – всё-таки у тех, кто высоко сидит, тоже полно ограничений, – но хотя бы попытаться она могла. Но нет. Азуна просто сбежала из Рода. Её поступок поднял настоящую бурю в Роду и небольшой шторм в стране, тем не менее, оставлять на произвол судьбы родную кровь они не стали, по возможности обеспечив девушке незаметную помощь и опеку. Азуна знала об этом и не была против – всё-таки она привыкла к определённому уровню комфорта, который её муж обеспечить не мог. Умная, хоть и глупая сестра. И ведь всё налаживалось. С Атарашики она и не прекращала общение, а уже через год после ухода Азуна перестала рычать, когда при ней заходила речь об отце. Ещё немного, ещё пара лет, и её можно было бы вернуть в Род… Но случилась та авария. В те времена вообще автомобилей мало было, а уж аварий с участием автомобиля и трамвая… С одной-единственной жертвой, которой стал её муж… Азуна была взбешена. Сестра была на сто процентов уверена, что аварию подстроили Аматэру. Просто чтобы поторопить её с возвращением, заодно устраняя фактор, который сдерживал её от подобного шага. Досталось тогда всем, всем, до кого она смогла добраться. На отца она вообще напала, используя бахир. На Атарашики просто накричала, обвиняя во всех смертных грехах. После чего уехала из страны. Оборвала все связи. Вот так просто, глупо и банально она окончательно потеряла сестру.

Слишком гордая, слишком глупая…

Позже, когда у неё появился доступ ко всем секретам Рода, Атарашики потратила много времени, чтобы найти всё, что было в архиве на данную тему. Хоть одно упоминание о причастности её Рода к автокатастрофе. А нашла лишь данные о расследовании инцидента. Аматэру тоже хотели узнать, причастен ли кто-то к смерти мужа Азуны. Но так ничего и не выяснили. Выходило так, что это был обычный несчастный случай. Тот самый, от которого не застрахован никто. А ведь фанатичная уверенность Азуны в своей правоте почти убедила Атарашики, что Аматэру действительно причастны к случившемуся.

А потом были десятилетия, наполненные рутиной, редкими счастливыми моментами и большим количеством бед. На её глазах Род умирал. Количество Аматэру уже очень давно не было большим, особенно последние лет двести. То призыв Мэйдзи, то две японо-индийские войны, то Вторая Мировая… Жизнь вообще штука опасная, но для аристократов, что бы там ни думали простолюдины, она опасна вдвойне. Так что членов Рода давно уже было не слишком много, но стать свидетелем того, как умирают и те, кто есть… Муж, дети, внуки, остальная родня… Дошло до того, что она решила найти свою блудную сестру, у которой наверняка должны быть дети, и если они от простолюдина, то она была готова принять их, вернуть в Род. Но нет, всё что она нашла, это свидетельство о смерти сестры. Сильное истощение, смерть от голода… Посторонний наверняка бы заподозрил неладное, но Атарашики знала – Азуна слишком гордая, и как раз с ней такое могло произойти.

Атарашики вздохнула. Закрыв фотоальбом и положив его на подоконник, к которому подошла, пока предавалась воспоминаниям, отправилась переодеваться и готовиться ко сну.

Прошлое надо оставить в прошлом. Да, это были сложные времена, но сейчас всё изменилось. Род вновь поднимает голову, и она должна всеми силами способствовать этому. Прикрыть тыл Синдзи, который уничтожит Хейгов, убивших Азуну. Использовавших самым непристойным образом и убивших. Такому нет прощенья. За такое полагается лишь одно…

Глава 1

“Решайте сами, миф это или реальность.” Именно так заканчивалась огромная статья в американской газете. И вроде не обвинили во лжи, но вся статья была пронизана именно этой идеей. Впрочем, подкопаться не получится — автор данного опуса весьма грамотно обходит острые моменты. Как, собственно, и все остальные, кто освещает данную тему. Разве что японские СМИ трубят о том, насколько круты Аматэру, но их понять можно, они буквально в шаговой доступности от нас. Здесь и сейчас нам и правда хватит одного звонка, чтобы создать огромные проблемы кому угодно из их братии. Раньше это была фигура речи, и телодвижений пришлось бы делать гораздо больше, но сейчас…

А вот в интернете, в отличие от официальных СМИ, творился настоящий хаос. И если в той же Японии всё было вполне однозначно и в нашу пользу, то вот мир в целом свою позицию ещё не сформировал. Там было всё, от преклонения до ненависти. Особенно индусы старались нас очернить. Но там всё понятно – у Японии с этой страной уже давно отношения хреновые, причём индийские простолюдины японцев ненавидят как бы не больше, чем их аристократы. А тут нате вам – Патриарх, равный по силе “мастеру”, то есть лет через сорок можно ждать очередное большое вторжение, только уже с кучей “виртуозов” на стороне Японии. Прямо сейчас в сети идут баталии между индийцами и японцами, и всё стремительно скатывается в религиозные войны. Одни говорят, что Вишну говно, другие, что Аматэрасу молодая шлюха.

Тихонько хмыкнув своим мыслям, перевернул газетную страницу.

— Синдзи, – окликнула меня Атарашики.

— М? – посмотрел я на неё.

— Ты сюда завтракать пришёл или газеты читать? – спросила она.

Окинув взглядом столовую, в которой мы все собрались, хмыкнул.

– Пожалуй, завтракать, – произнёс я, после чего сложил газету и положил её на край стола.

– Что там о нас иностранцы пишут? – спросил Казуки.

Спросил явно просто так, без особой заинтересованности, в данный момент тарелка с едой занимала его гораздо больше, чем Вашингтон Пост.

— Что и все остальные, – пожал я плечом, беря в руку палочки для еды. -- Всеми силами намекают на то, что я аферист и слабак.

– Иностранцы, – поморщилась Атарашики.

Причём использовала сокращённую форму этого слова – “гайдзин”, что является лёгкой формой оскорбления. Не просто “человек из другой страны”, а “человек извне”. Из чего именно, догадывайтесь сами.

– Ой, да брось, – усмехнулся я. – Они просто отрабатывают повестку. Все так делают.

После чего закинул в рот кусочек рыбы.

– Ты Ворлд Инсайд читал? – хмыкнула она. – По-твоему, они тоже повестку отрабатывают?

Ворлд Инсайд – английская и, пожалуй, самая авторитетная газета в мире, принадлежащая аристократам и для аристократов пишущаяся. Эти – да, за репутацией следят. Если совсем уж не хочется кого-то хвалить, они просто пишут коротенькую статью, в которой просто сообщают о том или ином событии.

– Вот здесь, – указал я на Вашингтон Пост, – нас пытаются с грязью смешать. Насколько это возможно при нашем статусе. А Ворлд Инсайд пытаются анализировать ситуацию в свете известных им фактов. Не их вина, что Патриарх, равный “мастеру”, даже звучит как сказка, а достоверной информации, помимо видео в сети, у Бомонов нет.

Бомоны, если что, это имперский Род Англии и владельцы Ворлд Инсайд. Забавные, кстати, ребята, будучи государственной аристократией, веками умудряются оставаться нейтралами вообще ко всем, в то время как французские Бомоны – ярые патриоты. И да, бывает и такое – один Род, одно камонтоку, но живут и подчиняются разным странам. Причём о какой-то вражде между ветвями этого Рода я не слышал. Я даже так скажу – именно этим, отсутствием вражды, Бомоны и знамениты. Разные ветви одного Рода в мире хоть и редкость, но бывает, однако только Бомоны нормально относятся друг к другу.

– Как скажешь, – произнесла она чуть раздражённо, давая понять, что не согласна с моими выводами.

Казуки в наш разговор не лез, хоть и слушал внимательно, Эрне и Рахе на международную политику было плевать, они о чём-то своём шушукались, а я даже пожимать плечами не стал, предвзятость Атарашики к иностранцам – давно известный факт.

Первую половину дня я сидел в кабинете практически безвылазно, разбираясь с неотложными делами, большая часть которых так или иначе была связана с обнародованием моих сил. Дела мелкие, но важные. Тут и пиар-отдел, и репортёрша Комацу Ая, и финансовый отдел, и секретариат, и разведка, и опять секретариат. Аристократы не такие уж и дураки – если я их избегаю, а поговорить хочется, они ищут иные способы со мной встретиться. Не прямо сейчас. Прямо сейчас их службы начинают делать запросы. Например, постройку скольких кораблей может потянуть моя верфь. Или нужны ли той же верфи ресурсы по бросовым ценам. Или какие услуги предоставляет адвокатская контора, которую недавно создала Эрна. И так далее. Заниматься этими запросами лично я, естественно, не буду, но знать, кто, куда и зачем, обязан. Во всяком случае, конкретно сейчас.

В общем, рутины прибавилось. Ненапряжной рутины, в какой-то мере это даже интересно было, но заниматься ею весь день я был не готов. Была нужна пауза, и мне её предоставили.

– Господин, – поклонился зашедший в кабинет Каджо. – Прибыла чета Сакураев и просит о встрече с вами.

– Хм, – посмотрел я на него. – Проводи их в гостиную. Чай, печенья, всё как полагается.

– Слушаюсь, господин, – поклонился он вновь.

Бежать встречать родителей я, естественно, не стал. Не те у нас отношения. Да они и сами бы не поняли такого моего поведения. Так что пусть посидят минут десять. А я как раз дочитаю доклад по делу Симоновой. Не сказать, что Накамура Гай, глава отдела контрразведки, активно занимается данной темой, собственно, я и настоял, чтобы он не выделял на это много ресурсов, но расследование понемногу идёт. И пока что Накамура ничего не нашёл. Вообще. И, как я подозреваю, не найдёт. Для бывших Слуг подобная операция слишком сложна. Да и врагов у Симоновых и внутри страны хватает.

– День добрый, – произнёс я, заходя в гостиную.

– Здравствуй, Синдзи, – поздоровался со мной Рафу.

Сидящая рядом с ним на диване Этсу просто кивнула.

– С чем пожаловали? – спросил я, усаживаясь в кресло.

Этсу на это хотела что-то сказать, но сдержалась и отвернулась.

– Думаю, ты и сам знаешь ответ на свой вопрос, – ответил Рафу.

– В целом это так, – произнёс я, положив ногу на ногу. – А вот частности мне неизвестны. Вряд ли вы сейчас скажете, что сдаётесь и на всё согласны.

– И это так, – кивнул Рафу. – Твои условия слишком жёсткие. Ладно маска, которую ты, кстати, обещал вернуть, но – отдавать родную дочь? – покачал он головой.

– Вот я и хочу узнать, с чем вы ко мне пожаловали, – улыбнулся я.

– В прошлый раз, – произнёс Рафу, покосившись на Этсу, – мы были не готовы обсуждать тему раздела трофеев и гарантий сторон, потому повели себя несколько некорректно. Предлагаю начать всё сначала. С чистого листа.

– С чистого не получится, – покачал я головой. – В прошлый раз вы меня, можно сказать, куда подальше послали, а теперь хотите, чтобы я отказался от своих требований? Так не пойдёт.

– Насчёт… посыла ты преувеличиваешь, – произнёс он осторожно. – Но твою мысль я понял. Тогда давай продолжим с того, на чём остановились.

Быстро он переобулся.

– Внимательно слушаю, – кивнул я ему.

– Насколько я помню, ты требовал пятьдесят процентов найденного, само Хранилище, маску и нашу дочь. Всё верно?

– Да, – ответил я коротко.

– Что ж, – взял он небольшую паузу. – Наше предложение такое – ты забираешь шестьдесят процентов найденного, Хранилище, маску и подавитель, который мы готовы предоставить тебе уже сегодня. Полноценный подавитель, а не одноразовый.

Можно было бы посмеяться и указать на то, что они собственную дочь приравняли к подавителю, но… Лишние десять процентов того, что может находится в Хранилище, это, как я подозреваю, очень много ценного.

– Шестьдесят пять процентов, всё что вы сказали, и Рейка в качестве гарантии, – выдвинул я свои условия.

Этсу не удержалась. Впрочем, в её голосе не было агрессии.

– Ты хоть понимаешь, как подозрительно то, что ты хочешь заполучить нашу дочь? – спросила она. – Но ладно, предположим, это просто из-за недоверия к нам, но мы ведь тоже не можем тебе доверять. Что ты предложишь в ответ?

Логично. Докопаться до её слов можно, но это будет просто болтология, по факту её опасения вполне логичны.

– Ваши предложения? – спросил я.

– Твой воспитанник, – произнесла Этсу, пожав плечами.

– Казуки? – взлетели мои брови.

– Это единственное, что у тебя есть ценного, – пожала она плечами. – Я имею в виду – у тебя как человека. И то под вопросом. Не уверена, что ты вообще хоть к кому-нибудь привязан, но парень хотя бы Аматэру. Ты как бы обязан о нём заботится.

– Наследника Рода нельзя сравнивать с Рейкой, – произнёс я. – Будь она хоть трижды Повелительницей Огня.

– Она наша дочь, – изобразила Этсу усталый вздох. – Для нас именно Рейка несравнима с каким-то там мальчишкой. Будь он хоть трижды наследником Аматэру. Ты хочешь отобрать у родителей ребёнка… Пусть даже сделать её заложницей. Ну так встань на наше место, ты ведь не собираешь нас обманывать, а значит, и с парнем ничего не случится.

М-м-м… Даже не знаю, что на это ответить. Так-то она права…

– Это если переходить на личности, – произнёс я. – Для нас с вами подобное сравнение и правда некорректно, но если смотреть со стороны и непредвзято, то наследник Аматэру более важен, чем Повелитель стихий. Особенно, если повелитель – девочка.

– Только вот некому тут смотреть непредвзято, – ответила она, поймав мой взгляд.

И вновь она права… Так, стоп. Вот ведь засранцы, почти заболтали.

– Подискутировали и ладно, – посмотрел я на Рафу. – Давай вернёмся к нашим делам.

– А чем мы, по-твоему, сейчас занимаемся? – усмехнулась Этсу.

– Софистикой, – перевёл я на неё взгляд.

– Нет здесь никакой софистики, – хмыкнула Этсу. – Всё честно – мы тебе дочь, ты нам наследника. Жизнь за жизнь.

Я уж хотел разнести её в пух и прах, пройдясь по её умственным способностям, но справедливости ради решил уточнить данный момент у Рафу.

– Ты тоже так думаешь? – посмотрел я на него.

– Чувствую подвох в твоих словах, но да, я с ней согласен, – произнёс Рафу осторожно. – Вроде всё логично.

Эх… Двоих опускать не с руки. Да и ладно, мы тут переговоры ведём, а не своё чувство важности тешим.

– Вот скажи мне, – начал я, поменяв позу, – что вы будете делать с Казуки? Предположим, я вас обманул, дальше что?

– Эм… подожди, – поднял Рафу руку. Видимо, сходу осознал, к чему я веду. Да и Этсу нахмурилась. – Я понял, что ты…

– Просто ответь, – перебил я его. – Что вы с ним делать будете? В семью возьмёте? Отшлёпаете и отпустите? Что?

– Синдзи, – вздохнул Рафу.

– Вы его только убить можете, – не стал я его слушать. – В то время как я в любом случае Рейку не трону, а если вы меня надурите, всего лишь возьму её в Род. Что в нашем случае скорее как награда звучит. Тут и речи не идёт о “жизнь за жизнь”, даже близко. Так что давайте не будем заниматься подменой понятий и болтологией, а вернёмся к нашим делам.

Ответили они не сразу, взяв небольшую паузу.

– Вообще-то предполагалось, что мы… – начала Этсу. – Хотя да, тут ты прав – немного некорректно.

– Согласен, – произнёс Рафу. – Тем не менее, сама идея верная. Не только тебе нужна уверенность в будущем. И либо мы отказываемся от заложников, либо придётся искать компромисс.

– В отличие от вас, я не могу себе позволить обманывать, – заметил я. – Слишком многое на кону.

– Вот именно, – пожала плечами Этсу. – Слишком много. Достаточно много, чтобы попробовать под шумок убрать нас.

– В этом случае мне проще свернуть переговоры и по-тихому избавиться позже, – произнёс я.

– И где гарантии, что ты найдёшь ключ к Хранилищу? – усмехнулась Этсу. – Без нас ты туда просто не попадёшь.

– Попаду, – ответил я, после чего ухмылка слетела с лица женщины. – Мне не нужен ключ. Стены для таких, как я, не препятствие.

– Чушь, – произнесла Этсу нахмурившись. – Я видела записи твоих боёв – ты не умеешь телепортироваться.

Я улыбнулся.

– Бред, – занервничала она. – Ты бы не стал выдавать нам подобный секрет.

– Мало знать, на что я способен, – продолжал я улыбаться. – Этим ещё надо воспользоваться. К тому же, я глава Рода, мне вообще не нужно сражаться. Ну будет кто-то знать пару моих трюков, толку-то? До меня ещё дойти надо.

– То есть, по факту тебе и камонтоку Бунъя не нужен? – спросил Рафу.

– По факту да, – подтвердил я.

– И зачем тебе тогда… – начал Рафу, но так и не закончил.

– Вы? – спросил я. – Вы мне не нужны. Но это в целом. А так… С вами будет быстрее и безопаснее. Плюс ваше молчание о Хранилище. Я уж не говорю о том, что с ключом будет банально проще выносить оттуда добытое. Но опять же, в глобальном плане вы мне не нужны.

– Я всё равно не понимаю – зачем тогда договариваться о снятии блокировки с моего камонтоку? – спросил хмурый Рафу.

– Я же говорю – так безопаснее, – ответил я. – Кто даст гарантию, что в Хранилище не будет других ловушек? Я, что ли, должен башкой рисковать?

– Откровенно, – поморщился он. – Но я, в общем-то, не против. Только тогда давай договоримся на шестидесяти процентах. А то шестьдесят пять уже как-то чересчур.

М-м-м… На моей стороне только сила. Без них я, может, и смогу проникнуть внутрь Хранилища, но я ведь даже не знаю, где вход. И искать его в условиях секретности можно годами. Так что да, только сила, больше мне нечем на них давить. Это если я хочу договориться. С Рейкой тоже не всё гладко. Что б они там обо мне ни думали, я их очень даже понимаю. Была надежда, что, как говорится, проканает, меня-то они хотели отдать, но увы. Рисковать и рожать в третий раз Этсу явно не хочет, а значит, Рейка – последний её ребёнок. Вряд ли она её отдаст. Хорошо, что я сдержался в наш прошлый разговор и не стал предъявлять ультиматум. Дословно было… что-то вроде – “иначе пойдём сложным путём”. Могу сдать назад, что я, собственно, уже и делаю.

Видя, что я не спешу с ответом, слово взяла Этсу.

– Синдзи, – начала она осторожно. – Ты… Просто поставь себя на наше место. Хотя бы попробуй. Мы занимались этим делом очень долго, я так и вовсе большую часть сознательной жизни. Мои предки искали Хранилище столетиями, и теперь ты хочешь забрать себе большую часть трофеев. Как думаешь, можем мы на такое согласиться? Это ведь цель жизни многих поколений людей. Не можем мы на такие условия пойти. Шестьдесят процентов – это тоже очень много. Да ещё и само Хранилище. Ещё и подавитель.

– Этсу права, – произнёс Рафу. – Твоя позиция нам понятна, и я не хочу называть тебя жадным, но стоит заметить – очень многие именно на этом и споткнулись, не получив в итоге ничего. Давай заберём хоть что-то. В нашем случае. Ты-то получаешь очень даже много.

Это не жадность. Это – вредность, если так можно сказать. Уж себе-то я могу признаться, что это просто проявление моего старого характера. И да, я никогда не был душкой, зато в прошлом мире я был сильнейшим, что и подпортило мне характер. Хотя… Фигня это всё, отговорки, я всегда таким был. Слова родителей были правильны и логичны, но мне чуть ли не физически хотелось больше, чем они предложили. Не ради выгоды. Просто чтобы показать, кто здесь хозяин.

– Шестьдесят процентов, – выдавил я из себя, – Хранилище, подавитель, и Рейка в Токио.

После небольшой паузы заговорила Этсу:

– В таком случае мы хотим полноценный договор о намерениях и, скажем, пять артефактов из Хранилища.

– Не понял, – чуть нахмурился я.

– Мы будем иметь право указать на пять любых артефакта, которые войдут в нашу долю и на которые ты не будешь претендовать.

– Один артефакт, – ответил я не задумываясь.

– Четыре, – внесла предложение Этсу.

– Да эти четыре артефакта могут перекрывать по стоимости вообще всё, что там есть, – произнёс я. – Два, максимум.

– Ты ведь прекрасно понимаешь, что этого не будет, – улыбнулась Этсу. – В том Хранилище веками, а то и тысячелетиями хранили ценности. Причём в те времена с артефактами, как Древних, так и Ушедших, всё было очень даже хорошо. То есть там действительно самое ценное по меркам тех времён. Так уж и быть, мы согласны на три артефакта, но как по мне, это уже грабёж.

– Мы не знаем, сколько времени было у хозяев Хранилища. Может, они успели всё вынести. Ну или почти всё, оставив там ерунду всякую, – не сдавался я. – Два артефакта более чем достаточно в таких условиях.

– Мы точно знаем, что никто ничего не вынес, – ответила на это Этсу. – Давай так – три артефакта, и если там будет пусто, мы… не будем претендовать на… – покосилась она на Рафу. – Один из трёх артефактов.

– Два, – произнёс я. – Если там будет пусто, то мои шестьдесят процентов, это как раз примерно два артефакта из трёх.

– Слишком уж примерно, – проворчала Этсу. – Пусть так. Хранилище заполнено ценностями, так что это не важно. Три любых артефакта по нашему выбору уходит в счёт нашей доли. Если там пусто, два из них уходят тебе. Но какой останется с нами, выбираем мы.

– Согласен, – кивнул я.

***

Я сидел во дворе особняка, рядом с сакурой, точнее, напротив неё, и пил сок. Идзивару в кои-то веки решил разместиться у меня на коленях, а не на своей любимой ветке, ну а Бранд, как и всегда, находился у меня в ногах. В общем-то, в другом месте эта туша уже находиться и не могла. Короче, идиллия, если бы не мобильник, который мне приходится всегда и везде носить с собой. Почти всегда и везде, редкие приёмы у Императора не в счёт.

– Да, конечно, почему нет? – произнёс я в трубку, глядя на приближающуюся Атарашики. – Я ваш ученик, Цуцуи-сан, как скажете, так и будет. Но напросился-то к вам я, так что и жертвовать временем придётся мне. Ну что вы, Цуцуи-сан, то политика, а у нас с вами сугубо личные отношения. Конечно. Если в течение дня, то… Скажем в три часа. Именно. Вам спасибо. Всего хорошего, Цуцуи-сан.

– Ген звонил? – спросила Атарашики, присев на второе плетёное кресло.

Вообще-то изначально тут было только одно, на котором я и пугал слуг, “общаясь” с Идзивару и Брандом. Не, ну а что? Если люди такие суеверные, то почему бы не пошутить над ними? В общем, кресло было одно, но однажды Атарашики нужно было со мной пообщаться, и слуги притащили второе. Которое никто так и не убрал. Вот и стоят теперь у нас во дворе два кресла, которые если и прячут, то только от дождя на веранде.

– Ну да, – погладил я Идзивару. – То ему больше времени надо на подготовку, то уже всё готово, фиг поймёшь. Завтра поеду на первый урок.

В этот момент из дома выбежал Казуки и на всех парах помчался через двор, а вслед за ним бежала Эрна. Оба были в спортивных костюмах, так что скорость набрали немалую. Ещё при появлении Казуки Бранд вскочил на лапы и глухо гавкнул, а когда мимо нас пронеслась и Эрна, с лаем побежал за ними.

Идзивару на это лениво мявкнул.

– Это не дети, это шило в заднице, – ответил я ему.

На что он мяукнул ещё раз и перевернулся на бок, подставляя пузо, которое я и начал почёсывать.

– Философ усатый, – усмехнулся я. – Бранд, по-твоему, тоже котёнок?

На что Идзивару фыркнул.

– И что он ответил? – спросила Атарашики осторожно.

– Ничего. Просто фыркнул, – ответил я.

– Понятно, – произнесла она. – Коты, они такие.

– На женщин похожи, ага, – улыбнулся я. – Тоже живут в своей собственной реальности. И фырчат.

За что получил по рукам кошачьим хвостом.

– Даже не знаю, обижаться мне на эти слова или обижаться? – вздохнула Атарашики.

И так естественно это было сказано, что я даже в первое мгновение не понял, что услышал.

– Сложный выбор… – произнёс я. – Кстати, ученичество у Цуцуи и Казуки напомнили мне об одном вопросе, который я хотел с тобой обсудить.

– Внимательно слушаю, – кивнула она.

– Как думаешь, может, нам стоит осторожно раскрыть ведьмачество парня? Не когда-нибудь потом, а в ближайшее время.

– Зачем? – удивилась она. – Это же… Зачем раскрывать все карты?

– Ну… – задумался я, выстраивая в голове доводы. – В основном, по трём причинам. Во-первых, с каждым годом скрывать его силы будет всё неудобнее. И сложнее. Во-вторых… Понимаешь, чисто с моральной точки зрения я ничего не имею против делания детей на стороне. Особенно если это выгодно. Но вот когда дело заходит о конкретике… Как-то мне не хочется этим заниматься. То есть, смотрю я на предложение, понимаю, что оно выгодное, но… Жду чего-то ещё более выгодного. Как-то это… В общем, пока идут разговоры, всё нормально, как только нужно принимать решение – сдаю назад.

– Это всё жадность, – хмыкнула Атарашики.

– Жадность? – посмотрел я на неё. – Может, и жадность. В общем, мне нужен Казуки. Для вполне определённых вещей. Ну и, в-третьих, он может стать отличным отвлекающим манёвром. Если у нас с Сакураями всё получится, нужно будет что-то, что отвлечёт внимание общественности. Если не раскрывать парня официально, а устроить ряд утечек, то минимум пару месяцев мы выиграем. Пусть лучше смотрят сюда, а не на Рюкю.

– Хм, – задумалась Атарашики. – Звучит логично. Я бы к этому ещё что-нибудь добавила. В смысле, парочку каких-нибудь громких событий.

– Я об этом в первую очередь и подумал, – усмехнулся я, – но громкие события не так-то просто организовать, как ни странно. Если, конечно, репутацию себе не портить.

Помолчали. Я продолжал гладить кота, а старушка активно что-то обдумывала.

– С громкими событиями я могу помочь, – нарушила Атарашики тишину. – Ты прав, что-то такое, о чём будут говорить, но что не затронет нашу честь и репутацию, придумать непросто. Во всяком случае, настолько громких, чтобы абсолютно все обратили на это внимание. Но с Казуки… Просто чтобы организовать информационный шум… Для начала, можно найти тебе официальную любовницу.

– Что? Хотя… продолжай. Вопросы потом.

Умеет она удивлять.

– В качестве любовницы лучше всего подойдёт простолюдинка. В обычной ситуации я бы была против, но у тебя есть эта твоя Акеми. Сойдёт. Да и… – поморщилась она. – Откровенно говоря, так мне будет спокойнее. Лишняя женщина, не занимающая место официальной жены, это как раз то, что нужно Роду в нашей ситуации. Но это ладно, потом. Далее можно объявить об организации совместно с русскими производства МПД. Но тут тебе придётся заранее поработать, – повторюсь – удивлять Атарашики умеет. – Ну и напоследок… Можно организовать турнир.

Офигеть у неё мозги работают. Я вообще нифига не понял.

– Какой ещё турнир? – спросил я.

– Хотя нет, турнир лучше организовывать после обнародования сил Казуки, – продолжала она задумчиво.

– Атарашики. Какой нафиг турнир?

– Обычный, – глянула она на меня. – Или необычный. Начиная от классического на арене и заканчивая… Ну не знаю. На боевых катерах. Тут главное объявить о призе победителю.

А вот в это я вник сходу.

– Ребёнок от Патриарха, да? – хмыкнул я. – Но тут ты права, сначала надо раскрыть Казуки, а то некрасиво получится – надеются на меня, а ребёнок от него.

– Вот и я о том, – кивнула она. – Так что надо что-то другое придумать. Победить бы кого… О! Англичане же новый флот в Малайзию привели.

Это да. Застрявшие там английские кланы вбухивают в войну кучу денег. После морского боя с японскими кланами и малайцами, когда они потеряли большинство кораблей, у них наметились некоторые проблемы, но к настоящему моменту они свой флот восстановили полностью. Даже увеличили. Явно не без помощи Георга.

– М-м-м… Видишь ли, – начал я. – англичане тебе не малайцы, и даже не американцы. Уж что-что, а с флотом у них всё хорошо. Что-то захватить мы, возможно, и сумеем, а вот увести это что-то – уже нет. Да и брось, зачем нам с ними ссориться? Они в ответ могут так ударить, что мало никому не покажется. Слишком уж много у меня на Малайзию завязано, а они-то как раз там воюют.

А вот и Бранд вернулся. Судя по тому, как он облизывается, его там и покормить успели.

– Логично, – произнесла она. – Но драка – это хороший повод поговорить о ней. Может, Нагасунэхико?

– Ты там не зазвездилась? – вскинул я брови. – Нахрена мне с Нагасунэхико ссориться?

– Ссориться как раз необязательно, – произнесла она задумчиво. – Хотя нет, им это будет невыгодно…

– Так, стоп, – остановил я её. – Давай на первых двух идеях остановимся. И для начала, поясни мне про любовницу.

– А что тут непонятного? – удивилась она. – Официальная любовница. Место жены не занимает, дети твои. В нашем нынешнем положении довольно хороший вариант.

– Как-то оно… – произнёс я неуверенно. – Ну а мне-то это зачем?

– Не тебе, а Роду, – поправила она меня. – Что-то такое и без повода можно было бы организовать, а тут сразу двух зайцев одной стрелой.

– Акеми, значит, – вздохнул я. – Не факт, что она согласится.

Хотя, это уже скорее отговорки. Чует моё сердце, на всё она согласится.

– В мире мало женщин, кто отказался бы от подобного, – пожала плечами Атарашики. – Если аристократок не брать. Не согласится эта твоя преступница, согласится кто-то другой. Но эту… пигалицу я хотя бы знаю. Так что лучше она, чем кто-то другой.

– А Слуги Рода в расчёт не берутся? – спросил я.

– Если тебе нужен хороший инфоповод для отвлечения внимания, то да – не берутся, – ответила она, и немного помолчав, добавила: – К тому же, как ни крути, а гены у неё хорошие. Далеко не каждая сможет добиться того, чего добилась она.

Да уж, тут есть о чём подумать. Если уж говорить о любовнице, то и правда, лучше уж это будет Акеми. Но это я ещё обдумаю, а то уж больно неожиданное предложение. Продолжая поглаживать кота, носком ноги почесал спину улёгшегося рядом Бранда, от чего он перевернулся на бок, подставляя пузо.

– Ну а что там с МПД и русскими? – спросил я.

– Ты говорил, что Рахмановы хотели наладить с тобой отношения, – начала она. – А они, насколько я знаю, как раз МПД и занимаются, причём не очень-то и удачно. Я навела справки, техника у них качественная, но средняя по ТТХ. То есть база у них хорошая, и добиться чего-то большего им мешают конкуренты. В это же время у нас есть вся техническая документация на МПД Дориных…

– Не вся, – прервал я её. – Всего на несколько МПД.

– Пусть так, – кивнула она. – Зато у нас помимо этого ещё и несколько инженеров Дориных есть. Причём – серьёзных профессионалов.

А ведь она права. Их ещё Беркутов в своё время привёз. Я тогда даже и не знал, куда их приткнуть.

– Мысль твою я понял, сам о чём-то таком думал, – произнёс я. – Но подобные… кооперации не создаются по щелчку пальцев.

– А то я не знаю, – хмыкнула она. – Но нам и не нужен мгновенный результат. Важно донести до общественности, что мы над этим работаем. И результатам этих работ рады.

Хм, может прокатить. Да не, должно прокатить. За русскими давно закрепилась репутация если и не лидера, то очень серьёзного игрока на рынке военных технологий. Новость о том, что кто-то из своих начал переговоры о создании совместного дела с таким игроком, точно всколыхнёт японскую аристократию. Вряд ли надолго, но нам этого и не надо.

М-да… Как же жалко, что у Атарашики столь серьёзный возраст. Не хочу терять такие мозги в голове такой трудяги. Она ведь реально всеми внутренними делами Рода занимается. Больше Атарашики о ресурсах Аматэру не знает никто. Ресурсах не только финансовых, но и тех же людских. Я-то всё больше глобальными вещами занят, но эти самые вещи не в последнюю очередь подготавливает мне именно она. К примеру, Эрна. Она пришла ко мне уже с готовым планом, который я просто одобрил, но изначально она подошла именно к Атарашики. При участии старухи этот самый план создавался. Да, сейчас им занимается только Эрна, но сколько ещё таких дел, которые положили мне на стол и которые прошли через старческие руки нашей Старейшины?

– Что ж, на том и порешим, – произнёс я.

***

Дом Цуцуи находился на севере района Эдогава и располагался не так уж и далеко от моего особняка. Удобненько. Территория дома находилась на краю парка, но в его состав не входила. Вообще козырное место. Да, простые люди спокойно шастали рядом, но мало кто мог похвастаться домом, вокруг которого нет других строений. Правда, территория дома была небольшой, меньше, чем у меня, например, из-за чего перед Цуцуи стоял вопрос – либо один большой дом, либо два маленьких. Собственно, они выбрали второе, построив ещё и додзё.

Калитку рядом с воротами открыл сам глава Рода.

– Аматэру-кун, – улыбнулся он, и отойдя чуть в сторону, махнул рукой. – Проходи.

– Добрый день, Цуцуи-сан, – поклонился я первым делом.

– Ты же сам говорил, что это наше личное дело, так что давай без этого официоза, – произнёс он.

– Как скажете, сэнсэй, – улыбнулся я.

Территория дома утопала в зелени, в основном, из малых размеров этой самой территории. Так-то здесь не очень много деревьев. Правда они большие и старые. Плюс декоративные кусты.

– Харуюки готовит нам лёгкий перекус, так что пошли на веранду, – произнёс Цуцуи.

– Харуюки? – спросил я просто чтобы не молчать.

– Мой личный Слуга, – пояснил он. – Ко мне его ещё отец приставил, когда я ребёнком был, так что мы с ним уже… Хм, пятьдесят пять лет вместе.

– Вы тут только вдвоём? – поинтересовался я.

– Да, – ответил он. – Жилой дом, как видишь, небольшой, и слишком много людей сюда не поселишь. Да и в целом далековато для Цуцуи расположен. Красиво, благостно, но неудобно.

– Прошу прощения, сэнсэй, из-за меня вы…

– Стоп, стоп, стоп, – поднял он руку. – Место обучения выбирал я, так что ты тут ни при чём. Поэтому забудь. К тому же лично меня здесь всё устраивает. Поверь, если бы я чувствовал какой-нибудь дискомфорт, нас бы тут не было.

Веранда, о которой говорил старик, оказалась обычной энгавой – наружной частью японского дома, на которой стояли два стула и небольшой столик. Выходила энгава во двор, открывая вид на небольшое строение, которое и было тем самым додзё, в котором меня будут учить пути меча. Но это чуть позже, сначала – разговоры ни о чём, чай и гёза, или, в нашем случае – якигёза, они же японские пельмени, только обжаренные.

– Ну что, – произнёс Цуцуи, когда всё было съедено и выпито. – Пойдём посмотрим, на что ты способен?

– С удовольствием, сэнсэй, – ответил я.

Следующие почти три часа Цуцуи Ген загружал меня различными заданиями. Повторить это движение мечом, а деревянный меч он мне дал, десять раз. Повторить это, ещё десять. И это. И это. И это. Потом брал в руки другой меч, показывал, как он атакует, показывал, как надо защищаться, отходил в сторону, после чего я несколько раз повторял и то, и другое. В общем, этакий минибой с тенью проводил. Много раз.

– Ну что ж, – провёл он, постукивая, мечом себе по плечу. – В целом, понятно. Сразу скажу – мастером тебе не стать, но крепкого профессионала я из тебя сделаю.

– И в чём моя проблема? – спросил я, укладывая боккэн на специальную стойку.

– Ты, скажем так, слишком механизирован, – ответил он усмехнувшись. – Отлично всё запоминаешь, но ситуацию не… Не можешь прочувствовать ситуацию. Как робот.

– Странно, – нахмурился я. – Импровизировать я умею.

– Уверен, что умеешь, но я сейчас несколько о другом, – произнёс он с улыбкой. – Впрочем… Это первое занятие, и я не знаю тебя настолько, чтобы давать оценку, кем ты станешь. Направление твоего обучения я увидел, пока что этого достаточно. Может, и с твоим воображением что-нибудь сделаем.

– Ну а сделать меч продолжением моей руки вы сможете? – спросил я. – Это вообще возможно?

– А без этого ты и мечником-то не станешь, – усмехнулся он. – Не то что профессионалом. Не волнуйся, у меня богатый опыт вбивания в тела молодёжи нужных рефлексов. Так что готовься, будет больно, жёстко, но интересно.

Глава 2

В кабинете помимо меня находились ещё три человека. Сегодня я собирался решить важное дело, точнее, начать его решать, и для этого мне были нужны эти трое. Первым был Нэмото Таро, мой мастер на все руки. Пока ещё мастер на все руки. Вторым — Икеда Бенжиро, личный секретарь Атарашики и глава секретариата Аматэру. Ну, а третьим – немного нервный парень двадцати одного года по имени Ёсида Хиротцугу. До этого мы встречались с ним всего один раз, когда Атарашики представляла новому главе Рода его Слуг. Но это была традиционная, почти ритуальная встреча, а сейчас он здесь по делу, отчего и нервничал. Не в последнюю очередь потому, что просто был не в курсе, чего я от него хочу. Собственно, я и не знал, что это будет он, просто попросил Икеду привести с собой человека, которого он планирует сделать своим преемником. Повезло, если честно. Далеко не факт, что у него вообще оказался бы такой человек. Икеде всего шестьдесят шесть лет, и в вопросе наследования он мог только присматриваться к своим подчинённым. Всё-таки преемник – это большая ответственность, и по щелчку пальцев его не найти. На это годы можно потратить. И да, Ёсида знать не знает о планах Икеды, так что сюда его вызвали в качестве обычного сотрудника секретариата. Во всяком случае, он так думает.

К слову, не могу не упомянуть внешность собравшихся. Точнее, даже не внешность, а образы, которые они поддерживают. С Нэмото всё понятно, он как был блондинистым раздолбаем, который умеет шутить, в том числе и над собой, так им и остался. А вот Ёсида — полная его противоположность. Я в обеих жизнях не раз сталкивался с подобными людьми, представителями так называемой элиты. Отучившийся в хорошем университете высокий черноволосый красавец с потрясающими перспективами, любимец женщин, опора начальства – такие люди нередко ещё в молодости забираются на самый верх. Оттого наблюдать, как он нервничает, довольно весело. И, кстати, стереотип в его случае тоже работает — Ёсида об этом ещё не знает, но его действительно скоро ждёт повышение. И плотное сотрудничество с Нэмото. Это будет забавная парочка, раздолбай и педант.

– Итак, — произнёс я, окинув троицу взглядом. – Начну с наименее важного. Безногий, ты переселяешься сюда.

У Нэмото от неожиданности брови взлетели.

– Не могу не заметить, шеф, то есть господин, что этот дом находится в довольно удалённом месте, – произнёс он. – У меня и так времени вечно нет, а если я ещё и сюда перееду…

Икеду слова Нэмото не затронули, а вот Ёсида даже нервничать перестал, неодобрительно покосившись на Безногого.

– Это не обсуждается, — отмахнулся я, шаря взглядом по столу. Где, блин, моя кружка с водой? Наклонившись вбок, нашёл искомые предметы за спиной Нэмото стоящими на столе посреди кабинета. – Ёсида, будь добр, -- обратился я к нему, как к самому младшему по положению и возрасту из присутствующих Слуг.

Атарашики, засранка старая. Она вообще хоть что-то может на своё место вернуть? Ладно у себя в кабинете бардак наводит – так теперь и у меня начала?

– Господин, – откликнулся он и с лёгким поклоном поставил кружку и бутылку с газировкой мне на стол.

Не, ну а что, не хлебать же чай постоянно?

– Благодарю, – кивнул я, налил воды в кружку, сделал пару глотков и продолжил: – Вернёмся к нашим баранам. Первое и главное, что мне хотелось бы до вас донести – это то, что я подзадолбался заниматься делами, которые вполне можно спихнуть на других. Проблема в том, что людей для этого у меня под рукой нет. Да и заняты они, – кивнул я на Нэмото. – Заняты тем, что, кстати, тоже могли бы спихнуть на других. А, Безногий? У тебя же вроде есть заместитель, так какого фига ты сам всем занимаешься? И ладно – я, у меня действительно дела, которые я могу доверить только самым близким. И где они? Так у меня хотя бы здоровье есть, а Атарашики-сан? Она ведь тоже зашивается. И теперь ты говоришь мне о какой-то там удалённости? Какого демона ты до сих пор не оптимизировал процесс работы?

– Я… – растерялся Нэмото, не зная, что ответить. – Виноват, господин, всё сделаю.

– Поздно, Нэмото, – покачал я головой, отчего занервничал не только Ёсида, но и мой мастер на все руки. – Теперь тебе придётся заниматься другими вещами. С завтрашнего дня мы начинаем процесс полной реструктуризации и оптимизации рабочего процесса вашего любимого начальника. И начнём мы с того, что ты, Безногий, переходишь в подчинение к Икеда-сану. С завтрашнего дня ты его официальный заместитель. Готовься, именно тебе предстоит в будущем занять должность главы секретариата.

– Э-м-м-у-у… – выдал нечто невразумительное Нэмото. – Как прикажете, господин…

Сам Икеда на мои слова и бровью не повёл. С ним я ещё вчера общался. И позавчера. В общем, с личным секретарём Атарашики всё уже обговорено.

– Не пугайся раньше времени, – улыбнулся я. – Конкретно для тебя поясню: секретариат Аматэру уже давно не только секретариат. Там половина сотрудников занимаются… Боги, да чем они только не занимаются. Фактически туда годами переводили людей, занимавшихся чем-то нестандартным, для которых создавать собственный отдел – это плодить сущности. Если бы не это, у нас бы сейчас было пара десятков отделов, в которых сидело бы по одному, два, край – пять человек. Вот их и спихивали в секретариат. Там сидят и пиарщики, и айтишники, и художники, и переводчики, и боги ещё знает кто.

– Кхм, кхм, – подал голос Икеда.

Ой, и правда.

– Боги, и глава секретариата, конечно, – поправился я. – Возвращаясь к теме разговора. На самом деле перестановки нам предстоят довольно серьёзные, и, чтобы не запутаться, вы должны кое-что понять. Основа моей затеи – это две должности, “мастер на все руки” и “правая рука”. Ты ведь понимаешь, что это такое? – поинтересовался я, глядя я на Ёсиду.

– Конечно, господин, – чуть поклонился он, не вставая со стула.

– Так вот, – продолжил я, переведя взгляд обратно на Нэмото. – С завтрашнего дня ты перестаёшь быть “мастером на все руки” и становишься “правой рукой”. Это другие обязанности, Нэмото. Больше никакого вороха мелких дел, только самое важное. То есть по факту дел у тебя тоже будет немало, но прежде всего это будут дела Рода. И чтобы ты стал хорошей “правой рукой”, ты переходишь под начало Икеда-сана. Я не знаю человека более компетентного в этом вопросе. Именно он будет твоим учителем.

Я и правда не знал другого такого профи. Умом понимаю, что они есть, но лично не знаком. В конце концов, Икеда десятилетиями был и “правой рукой”, и “мастером на все руки” одновременно. Причём – у фактической главы Рода.

– Я не подведу, господин, – пообещал Нэмото, поднявшись со стула и поклонившись.

– Знаю, иначе это был бы не ты, – кивнул я ему, после чего посмотрел на Ёсиду. – Ну а теперь перейдём к тебе, – уж не знаю, взгляд у меня такой или парень просто перенервничал, – всё-таки он понимал, к чему всё идёт, но стоило мне на него глянуть, и он вскочил со стула, вытянувшись по струнке. – Икеда-сан порекомендовал тебя как человека, способного решать самый широкий спектр задач. А я доверяю Икеда-сану. Поэтому с завтрашнего дня именно ты займёшь место Нэмото и будешь моим “мастером на все руки”. Тебе он начнёт передавать все свои дела. По факту именно ты будешь управлять секретариатом, главное, помни, что между тобой и Нэмото не должно быть конкуренции, вы делаете одно дело. И именно Нэмото, как ни крути – будущий глава секретариата. Тебя, Безногий, это тоже касается – вы должны быть единым механизмом, во всяком случае, в профессиональном плане, – произнеся это, я вновь посмотрел на Ёсиду. – Несмотря на то, что я доверяю мнению Икеда-сана, ошибаться могут все, и он, и я, так что не расслабляйся. Нэмото свои навыки подтвердил делом, тебе это ещё предстоит.

– Я не подведу, господин, – низко поклонился он. – И после смерти я буду служить вам верой и правдой.

– По поводу службы после смерти ты с собакой моей пообщайся, – пошутил я не удержавшись. – Бранд много интересного может рассказать. Но лучше завязывай с подобными высказываниями. Чревато, знаешь ли.

Шутку, судя по расширенным глазам всей троицы, не оценили.

– Даже псом, господин, – вновь поклонился Ёсида.

– Говорю же, завязывай, – вздохнул я и, чёрт возьми, опять не удержался, всё-таки эти японцы слишком легковерны: – Кем ты после смерти будешь, я без понятия. Бранд и раньше псом был.

Да и ладно, в конце-то концов. Идзивару с Брандом и так, по-моему, весь дом ёкаями считает.

***

Секретариат, особенно такой, как у Аматэру – это довольно крупная структура. Десятки человек только тех, кто работает непосредственно в офисе. Сам офис, к слову, располагался в небоскрёбе Кояма, но после выхода Аматэру из клана переехал в гостевой домик главного онсэна, стоящего на Родовых землях. Сейчас Атарашики, правда, между делом подыскивает им более удачную контору: всё-таки место работы в паре часов от города – не самое лучшее. В моём доме находился, можно сказать, филиал секретариата – ну или главный офис, тут как посмотреть. В части дома, выделенной для слуг, под это отдали целую гостиную, благо помимо Икеды и моей секретарши Лены там работало всего шесть человек. Теперь ещё и Нэмото с Ёсидой. Правда, эти двое будут здесь не только работать, но и жить. Как и Лена, как и их начальник Икеда – но последний переехал сюда вместе со своей госпожой и живёт с нами с самого начала.

Штат слуг расширяется, и на самом деле я ещё много кого хотел бы иметь под рукой, так что план по “захвату” квартала надо ускорить. Пока что помимо друзей Казуки в соседних домах живут только охранники, на большее мест просто нет.

Ну да ладно. Я, в общем-то, к чему про секретариат вспомнил? Есть там парнишка девятнадцати лет, один из тех шести человек, что работают в моём доме – Исаяма Момо. Парень с женским именем. Уж не знаю, что там было в голове у его родителей, но что есть, то есть. Впрочем, в Японии такое случается, и сам Момо не парится на этот счёт. А ещё у него эйдетическая память и знание восемнадцати языков, плюс он сейчас на юриста учится. Весьма способный и перспективный парень… но конкретно в здешнем отделе секретариата Аматэру – самый молодой. И именно он постоянно у всех на побегушках. Соответственно, и важную новость принёс мне именно он. Принёс в виде папки, в которой была всего пара листов.

– Понятно, – произнёс я, прочитав всё, что там было. После чего посмотрел на троицу друзей, что сидели возле сакуры и медитировали. Вернув папку парню, кивнул. – Спасибо, Момо. Можешь идти.

– Господин, – поклонился он коротко, после чего ушёл по своим делам.

– Что-то важное? – спросил Вакия Тейджо. – А то ты какой-то слишком серьёзный вдруг стал.

Мы находились в центральном дворе дома, только если Мамио, Мизуки и Казуки сидели в позе лотоса у дерева, то мы с Тейджо расположились на энгаве, опоясывающей весь двор.

– Важное, – откликнулся я, бросив на него взгляд. – Серьёзное, важное, но не… – запнулся я, подбирая слова. – Не требующее от меня каких-либо действий, – после чего немного помолчал и всё-таки пояснил: – Инициирован Суд Права и Чести над членами Рода Тоётоми.

– Что-о-о? – поднял брови Тейджо. – Да с какого… Что вообще… В чём их обвиняют-то хоть? И что там с Кеном? Его тоже… – замялся он.

– Нет, – ответил я. – Кен не при делах. А за что… – вздохнул я. – За дело, Пятнистый, за дело. И лучше в него не лезть.

Потерев лоб, Тейджо уточнил:

– С Кеном точно всё нормально будет?

– Нормально? – приподнял я бровь. – Нормально – вряд ли, но он в безопасности, если ты об этом.

– Демоны… – выдохнул Тейджо. – Как же всё сложно.

Это да. С одной стороны, мы все друзья, но с Кеном Пятнистый всё же был более близок. Причём переживать за него при мне ещё и не очень красиво – если бы мы с Кеном реально врагами были.

– Давай не будем о грустном, – вздохнул я. – Лучше скажи, о чём ты поговорить хотел?

О разговоре он попросил ещё на приёме, после того, как Тоётоми признали своё поражение. Наверняка хочет обсудить вопрос Кена и наших дальнейших взаимоотношений. Я был не против его выслушать, но время… В общем, у меня всё равно была запланирована тренировка с ребятами, вот на этот день я его к себе и пригласил. То есть на сегодня.

– Поговорить? – произнёс он и ненадолго замолчал. Видимо, с мыслями собирался. – Дело в том, Син, что я хочу стать сильнее, – сумел он меня удивить, всё-таки я несколько иного ожидал. – Последний турнир Дакисюро показал, что у меня в лучшем случае есть потенциал, да и то… – поморщился он. – Многие в моём возрасте уже “ветераны”.

– Многие? – усмехнулся я. – Тут ты малость перебарщиваешь.

– Перебарщиваю? – взлетели его брови. – Скорее, преуменьшаю. Мизуки, Анеко, Торемазу – и это только из нашей компании. Райдон вообще “учитель”, Кояма Шина постоянно перед глазами, а теперь ещё и Кен… Слышал, что он на днях сдал на “учителя”?

– Слышал, – ответил я. – Только…

– Про тебя я вообще молчу, – перебил он.

– Тейджо, – сказал я, глядя на него. – Ты не учитываешь тысячи людей, которые на твоём уровне, а то и ещё слабее. Одна женщина однажды сказала, что моя проблема в том, что вокруг меня слишком много сильных людей, отчего я стал считать их силу нормой. “Ветеран”? Пф, слабак. “Учитель”? Ну более-менее. “Мастер”? Вот это нормальный боец. Но это ведь всё не так. Даже “ветеран ” – по факту редкость. А “ветеран” в твоём возрасте – вообще гений. Ну или около того. “Учитель”, в свою очередь, это элита, которую ещё фиг найдёшь, а “мастера” – монстры. Твой уровень, Тейджо – это уже чуть выше нормы. Ты очень сильный “воин” и на фоне остальных восемнадцатилетних заметно выделяешься.

– Знаешь, Син, – вздохнул он и глянул на медитирующих ребят. – Ты вот вроде прав, но кое-чего не учитываешь. Говоришь, что вокруг меня очень много сильных людей? Да, так и есть. Только вот этого уже достаточно. Да, вокруг меня монстры, но это и есть мой мир. Какое мне дело до реальности, если вокруг меня такое происходит? “Ветеран” – слабак? Да, демоны его подери, он слабак, но я-то вообще “воин”!

Что тут скажешь? Он прав и не прав одновременно. Я никогда не мог себе позволить закукливаться в своём мирке, а Тейджо из него ещё не вырос. Для него реален мир, в котором “ветеран” – слабак.

– Это твоя жизнь, дружище, – пожал я плечами. – Но я тебе всё-таки советую ориентироваться на реальный мир, а не на свой собственный.

– Легко тебе говорить, – усмехнулся он. – Ты-то всегда сильным был.

– Надо мной лет до десяти постоянно в школе издевались, – произнёс я, наблюдая за Идзивару, который лениво подходил к медитирующей троице. – Лет до тринадцати я постоянно бегал от ситуаций, где пришлось бы драться. Там, правда, и уровень противников был не школьный. Впервые я почувствовал себя более-менее… защищённым лет в пятнадцать, да и то, – усмехнулся я. – Чем сильнее я становился, тем более серьёзными становились соперники. Я постоянно ощущал себя слабаком. Даже сейчас я не чувствую себя достаточно сильным.

– Так я о том и… – начал Тейджо.

– Таков мой мирок, – прервал я его. – Но это не значит, что я отбрасываю объективную реальность.

– Ты утрируешь, – замялся он. – Я вполне понимаю, что накручиваю себя.

– А ещё наши ситуации совершенно не похожи, – продолжил я. – У тебя просто нет врагов моего уровня. У тебя даже нет врагов уровня моего пятнадцатилетия. Ты просто… как ребёнок, врубил хотелку. Вот скажи мне, для чего тебе сила?

Банальный вопрос, озвученный в тысячах книг, фильмов, сериалов и комиксов. Только вот банальность не отменяет актуальности. Тейджо не стал отвечать сразу. Задумался. Меня тоже, кстати, интересовал вопрос – к чему он вообще завёл этот разговор? Ну а пока мы оба думали о своём, Идзивару подошёл к Казуки. Точнее, сначала он покрутился возле Мамио, избегая Мизуки, и лишь потом подошёл к моему воспитаннику – младшему, так как Мамио по факту тоже воспитанник. В общем, подошёл, залез на колени, опёрся передними лапами о его грудь, потянулся, а потом одним прыжком забрался на голову. Где и улёгся, свернувшись в клубок. Казуки на это внимания не обратил, продолжая изображать каменную статую.

– Для комфорта, – нарушил тишину Тейджо.

Я даже в первое мгновение не понял, о чём он, так увлёкся наблюдением за Идзивару.

– Забавно, но я понял, о чём ты, – усмехнулся я. – Хотя твой ответ был довольно пространный.

– Мне просто нужно понимание, что я…

– Да понял я, понял, – произнёс я с улыбкой. – Говорят, девчонки другие, хотя с этим я бы мог поспорить, но нам, парням, всегда хочется быть лучше других. Хоть немного, но лучше. Пусть и не во всём мире, а лишь в своём окружении. Я могу тебя понять. Проблема в том, что окружение у тебя… то ещё.

– Ну да, – усмехнулся он горько. – Куда ни посмотри, то “ветераны”, то “учителя”. А то и вовсе, – бросил он на меня взгляд, намекая на “мастера”. – Демоны, да даже Мамио сильнее меня!

– Что ж, с причиной мы определились, – произнёс я, глянув на стоящую рядом пустую чашку. Чай мы выпили ещё до того, как начался этот разговор. – Теперь другой вопрос – насколько сильным ты хочешь стать?

– Хотя бы сильнее девчонок, – пожал он плечами. – Соревноваться с Реем, Кеном и тобой смысла особого нет.

А став сильнее девчонок, он автоматом станет сильнее Мамио.

– Довольно приземлённо, – заметил я.

– Реалистично, я бы сказал, – поправил он меня. – Более-менее реалистично.

Ну да, догнать и перегнать “ветерана” попроще, чем “учителя”. Тем не менее…

– Да нет, Пятнистый, это именно что приземлённо, – усмехнулся я. – И, если честно, я от тебя другого ожидал. Если ты хочешь всего лишь догнать и перегнать девчонок… Вперёд. Для этого у тебя есть талант и учителя. Всё в твоих руках. Ничего сложного я здесь не вижу.

– По-твоему, – произнёс он осторожно. – Догнать и перегнать “ветерана” для “воина” легко и просто?

– Не для “воина”, для тебя, – уточнил я. – Я тебе ещё во время турнира говорил – ты обладаешь весьма достойным потенциалом, Тейджо. Ты действительно талантливый парень. Просто заниматься надо не под какое-то событие вроде того же турнира, а постоянно. Но даже так ты сумел достичь очень хорошего результата.

– Я… – провёл он ладонью по волосам, а потом и вовсе взлохматил свою рыжую шевелюру. – Я жилы рвал, а в итоге…

– Надо не жилы рвать, – произнёс я, когда понял, что продолжать он не будет, – а заниматься регулярно.

– Я занимался! – возмутился он. – Каждый день. И сейчас занимаюсь.

– Но активно начал только перед турниром? – улыбнулся я, глядя на него.

– Ну, не то чтобы… – замялся он. – Не совсем. Скажем так, жилы рвать я начал перед турниром. Да и то, – махнул он рукой. – Ничего я, похоже, себе не рвал.

– Просто продолжай заниматься в таком же темпе, – пожал я плечами.

– Вот, собственно, об этом я и хотел поговорить, – произнёс он неуверенно. – О тренировках.

Ну кто бы сомневался… Всё к тому и шло, что он попросится тренировать его отдельно. Как Мамио.

– Я слушаю, – глянул я на него.

– Понимаешь… Кхм, кхм… Я, возможно, залезу туда, куда лезть не стоит, поэтому заранее прошу прощения. Ты меня останови, если что. Так вот. После турнира я обращался к отцу… и к братьям, и к учителям, да я весь Род на уши поставил, но сколько бы мы не рассчитывали, получается так, что я подошёл к своему пределу, и дальнейшие усиленные тренировки скорее сделают хуже. Я подошёл к пределу своего потенциала, дальше лишь обычное медленное развитие. Может, и не такое медленное по сравнению с простолюдинами, но в целом мне не догнать “ветеранов”-ровесников. А если продолжу тренироваться в прежнем темпе, просто буду слишком уставать, из-за чего плохо воспринимать новое, и в целом делать себе только хуже.

К концу его речи я даже нахмурился.

– Знаешь, я вот сейчас не совсем тебя понимаю, – произнёс я. – Во-первых, ты определённо не достиг потолка, а во-вторых, как вообще тренировки могут выявить твой предел? Тренировки они… Нет, общий смысл сказанного я понял, но… Предел выявляется, когда ты перестаёшь прогрессировать и просто поддерживаешь форму.

– Ну, может, я просто не так выразился, – пожал он плечами. – Просто даже при интенсивных тренировках мой прогресс очень небольшой. То есть всё – дальше идёт обычное развитие, без каких-то резких скачков, как перед турниром.

– Да так, в общем-то, всегда и бывает, – произнёс я задумчиво. – Но из-за того, что раньше ты… не особо стремился тренироваться, мне казалось, что твой скачок будет побольше. Странно как-то. Не мог же я…

Ошибся. Я тупо ошибся с оценкой его потенциала. М-м-м… Некрасиво как получилось. Да не, бред, что я, в боевом потенциале людей не разбираюсь? Определённо разбираюсь. Да я бы давно помер, будь иначе. Может, я и не прирождённый учитель, который может с одного взгляда человека оценить, но мы с Тейджо знакомы уже довольно давно, и я не мог ошибиться. С другой стороны, ошибаются все. Рано или поздно, в том или ином, но все. Блин…

– Думаешь, ошибся в оценке моих сил? – спросил Тейджо.

С любопытством спросил. Негатива в его голосе не было.

– Не сил, – поправил я его. – А в том, какого уровня ты можешь достигнуть.

– И как? Думаешь, действительно ошибся? – задал он новый вопрос.

Я даже глянул на него. Любопытство и некоторое нетерпение.

– Я в таких вещах редко ошибаюсь, – ответил я. – В общем-то, ещё ни разу такого не было.

Точнее, было, но, скажем так, на стадии оценки. А вот после того, как я свои мысли озвучивал, то есть после окончательного вывода, такого не было.

– Я вот тебе в этом тоже доверяю, – кивнул он. – Хочется верить, что я не серая посредственность. Потому стал разбирать ситуацию, и знаешь, к чему пришёл?

В ответ я немного помолчал, глядя на него.

– Ты реально ответа ждёшь? – спросил я.

– Скучный ты, – вздохнул он. – В общем, всё дело в тренировках. Помнишь, ты рассказывал, что есть два вида обучения? Вроде как мирного времени и военного.

– Помню, – ответил я.

– Так вот, – произнёс он, после чего замолчал, явно подбирая слова. – В общем, нет у Вакия никакой системы военного времени. Мы все учимся и тренируемся по одному шаблону. У нас даже гвардия по нему учится. С небольшими упрощениями из-за отсутствия у них родовых техник.

– Не могу сказать, что я сильно удивлён… – произнёс я. – Но удивлён. Немного. Вам же восемьсот лет вроде – как так получилось-то? Те же Кояма не сильно старше вас, а у них, я точно знаю, есть подобное разделение.

– Ну, во-первых, – усмехнулся Тейджо. – Разница в пятьсот лет – это всё же немало. А во-вторых – подобная ситуация не только у нас. Действительно разные системы обучения существуют у по-настоящему старых Родов. Либо у таких, как Кояма, в клане которых полно древних Родов.

А ведь и правда. Кояма в клане чуть ли не самые младшие.

– Охаяси, – произнёс я. – Рей говорил, что тренируется по упрощённой схеме, то есть у них…

– Нет, Син, – прервал он меня, ещё и головой покачал. – Я его тоже спрашивал. И уточнял. А потом вновь спрашивал и уточнял. У Охаяси одна система обучения, просто, как и сказал Рей – обычная и упрощённая. Он, кстати, уже давно на обычной системе сидит.

– Бред какой-то, – хмурился я. – Это же просто жизненная необходимость. Как вообще можно по одним лекалам всех подряд обучать? У нас вон этих систем пять штук, пусть Вакия не Аматэру, но хотя бы две системы должны быть.

– Как-то и одной всё это время справлялись, – пожал плечами Тейджо. – Видимо, предки решили не плодить сущности и использовать то, что и так работает. И не только наши предки – я поспрашивал у знакомых, в лучшем случае народ лишь слышал о легендарных, практически волшебных, тренировках Аматэру, Отомо, Кагуцутивару… и так далее. А мы, простые смертные, используем одну, зато отработанную и хорошо знакомую систему обучения.

Помолчали. Не знаю, о чём думал Тейджо, а я… не то чтобы офигевал, просто был в некотором недоумении.

– Знаешь, Пятнистый… – нарушил я тишину.

– Я вообще-то…

– Ты для меня навсегда останешься Пятнистым, – улыбнулся я. – В общем, твои слова, Тейджо, показывают, насколько вы, да и не только вы, ленивы и недальновидны.

– С чего бы это? – не понял Тейджо. – Тут скорее “старички” вроде Аматэру в очередной раз свою крутость показали.

– Тейджо, – изобразил я усталый вздох. – Армейская система обучения ни разу не секретная, пусть и урезанная, но всё ещё та самая система “военного времени”. То же самое и с вашей гвардией. Да, там всё более… монументально и неспешно, более качественно, но я уверен, если сказать, что вот-вот начнётся война, и ужать их по времени, они тоже выдадут нечто подобное. Это основа. Всё, что вам нужно, это нарастить мясо на эту основу. Переработать её под развитие пользователя бахира. И сделать это можно довольно быстро. А вы? Что вы делали восемьсот лет?

– Так меня разэдак… – почесал он макушку. – Не может всё быть настолько просто…

– Боги, Тейджо, – провёл я ладонью по лицу. – Да оно всегда так и начинается. С легкотни. Это потом десятилетиями, а то и тысячелетиями всё дорабатывается и усложняется, но основа всегда простая.

– И в чём эта основа состоит? – посмотрел он на меня.

– Моральное и психологическое давление, заставляющее твой организм работать на полную, – ответил я. – Это, если подумать, целая наука. На войне просто, а вот в мирное время необходимы хитрости.

– То есть, всё дело в мотивации? – спросил он.

– Нет, – произнёс я. – У тебя этой мотивации полно – и как, помогает?

– Не очень, – вздохнул он, опустив голову, после чего поднял её и, поймав мой взгляд, спросил: – Поможешь?

Долго же он добирался до этой просьбы.

– Это годы работы, – произнёс я. – Причём по-настоящему всё начнётся только после окончания школы.

– Почему? – удивился он. – Впрочем, не важно, я готов к этому.

– Школа – это отдых, – пояснил я, – Причём даже не физический, а психологический. Слишком много она времени отнимает. Так что самая жесть начнётся только после её окончания.

– Я справлюсь, – произнёс он уверенно.

– Если не сломаешься, – усмехнулся я. – Но охренеешь ты точно.

– Я пройду этот путь до конца, – поджал он губы.

Мне до сих пор кажется, что парень не понимает, чего хочет. Уж больно шаткая у него мотивация. Хм, ладно, я дам ему цель. Хочет он того или нет.

– Да будет так, Тейджо. Да будет так, – произнёс я посмеиваясь. В конце концов, он сам согласился на издевательства. А уж я-то повеселюсь за его счёт. – Ладно, пойду встряхну этих лузеров, – поднялся я на ноги.

– В смысле? – немного растерялся он, после чего бросил взгляд на медитирующих ребят. – Что они не так сделали?

– Они медитируют, – ответил я.

– Так ведь…

– Медитировать, Тейджо, любой дурак может, а вот спать сидя дано не каждому. Впрочем, эти трое у меня ещё стоя спать будут. Дай только время. Вот закончат школу, и начнём настоящую учёбу.

***

Сидя за компьютером в своём кабинете, я размышлял над тем, как мне скрыть поездку с родителями к Хранилищу Древних. Точнее, даже не саму поездку, а моё продолжительное отсутствие. Тайно добраться до яхты, на которой мы – опять же, тайно, – поплывём к месту назначения – не проблема. Но если я пропаду, очень многие решат полюбопытствовать, куда я делся. Изобразить болезнь? Не, не выйдет. Крепкое здоровье Патриархов широко известно. Тут и бахироюзеры редко болеют, в основном старики, а про больных Патриархов и вовсе неизвестно. Хм, Атарашики? Можно изобразить её болезнь… Только вот никто не поверит, что я пару недель буду сидеть рядом с ней и никуда не выходить из дома. В этом нет смысла, да и возможности у главы Рода такой тоже нет. Значит, всё-таки какая-то поездка, где я могу спокойно “пропасть”. М-м-м… блин, не знаю. В Сукотай? Благо я всё равно хотел туда съездить. Нет, не вариант. Какая мне разница, кто меня будет искать, сукотайцы или японцы? Любопытные найдутся везде. В какую-нибудь другую страну? И в какой из них никто не будет интересоваться кто я и где я? Китай, Россия, Европа? Африка? А как туда поездку обосновать? О, блин, во я туплю! Малайзия! Дела Рода, и не колышет. А там на своих Родовых землях я десять раз “потеряюсь”, никто и не узнает. Ещё раз хм-м-м… А ведь можно и для этой поездки второе, а то и третье дно придумать. Пропал, вернулся, притащил крутой артефакт – что-то же мы с собой из Хранилища сразу захватим? А откуда артефакт? Из Малайзии, я ведь туда ездил. Надо только пару отвлекающих мероприятий провести. Ну там… людей собрать, вокруг какого-нибудь места походить. Например, рядом с одним из оставленных схронов Амин или Латиф. Ладно, неважно, это – частности, что-нибудь придумаю. Главное, общее направление выбрано.

За артефактом, который должен разблокировать камонтоку Рафу, я ездил сам. Естественно, стараясь быть незаметным, что с моими ведьмачьими способностями не представляет трудности. Разве что чуть дольше, чем если бы я в открытую к Хранилищу Фудзи поехал. В общем, нужный ножик я притащил, осталось позвать Рафу и провести ритуал разблокировки. Но это уже Атарашики будет делать – не дай бог, мана пропитывает не только объект ритуала, но и того, кто его проводит. Так-то я знаю, что и как делать, только вот остаться без сил, как в тот раз, когда меня в Род приняли, не очень хочется. Особенно сейчас.

***

Икеда, Ёсида и Нэмото только начали реструктуризацию секретариата, но результат я уже видел – свободного времени стало чуть больше. Правда, только потому, что инициировал я данный процесс уже после того, как разобрался с большей частью своих дел. Хаос, пусть и недолгий, мне был не нужен. А ещё у меня начало складываться ощущение, что этот самый секретариат постепенно берёт под контроль Лена – моя секретарша. Во всяком случае, и Нэмото, и Ёсида уже по струнке перед ней ходят. Икеда по-прежнему отдавал ей приказы, и в его случае никаких изменений не было, но он ведь не вечный, именно Ёсида с Нэмото в будущем должны стать её начальством. А если они уже по стойке смирно перед ней стоят… Мне даже стало интересно, как с ней Святов управляется. Правда, они ещё вроде как не встречаются, но именно что “вроде как”. В общем, странные у них отношения. Брасова гоняет баб от Святова, Святов гоняет мужиков от Брасовой, но отношений у них, видите ли, нет. Ёсида, к слову, когда переселился в особняк, тоже попытался подкатить к Лене, правда, уже через пару дней их отношения вновь стали сугубо деловыми. Святов не дремлет и явно соглядатая в доме имеет. Наверное, это кто-то из сестёр Ямада, со старшей из которых вполне официально встречается Ёхай.

Кстати.

– Хина-тян, – окликнул я среднюю из сестёр, которая как раз проходила мимо.

Сам я направлялся на кухню, чтобы перехватить что-нибудь поесть. Можно, конечно, и слугам приказать, но я просто задолбался уже в кабинете сидеть. Хотелось пройтись.

– Господин, – улыбнулась она весело.

Не забыв поклониться, да.

– У меня скоро намечается серьёзное дело, ты как, с сёстрами готова меня сопроводить? – спросил я её.

Улыбка с лица Хины пропала. Она не расстроилась, просто резко стала серьёзной.

– Можете на нас рассчитывать, господин, – поклонилась она ещё раз. – К чему нам готовиться?

Вот тут я задумался. По факту, решение взять с собой сестёр Ямада было спонтанным. Всё равно ведь кого-нибудь надо взять.

– Стандартное снаряжение, – ответил я. – Боёв не предполагается, но мало ли. И да, вы едете в качестве моих служанок… А знаешь, снаряжение вам на месте выдадут, просто составьте список необходимого и передайте Ёсиде. Поездка секретная, и если уж вас кто-то и увидит, они должны быть уверены, что вы просто служанки.

– Я всё поняла, господин, сделаем в лучшем виде, – поклонилась она.

Кивнув ей, я отправился дальше. Сёстры Ямада, Святов, Ёхай, Щукин… Думаю, этого более чем достаточно. Ах, ну да, куда ж я без Сейджуна? Моего верного пса. Итак, с моей стороны будет восемь человек, со стороны родителей… Да бог его знает. Там видно будет. Но корабль придётся подыскивать соответствующий, чтоб, значит, все поместились. Впрочем, это мы завтра с родителями всё обсудим. Снимем блокировку с Рафу и обсудим. Без них часть планирования просто невозможна. Так что завтра, всё завтра. Ну а пока, надо бы пожрать.

Глава 3

Когда в гостиную зашёл Суйсэн, я читал новости на планшете. Дела… Будет желание, будет и дело, но так как мои глобальные дела на ближайшее время — это родители и их Хранилище Древних, то я разгрёб всё самое важное, что не перепоручить Ёсиде с Нэмото, и освободил себе ближайшие две недели. Правда, теперь меня с самого утра подмывает что-то сделать, что-то узнать, что-то решить… В общем, чувство такое, что я баклуши бью, ну или фигнёй страдаю. Впрочем, по опыту знаю – дай только время, и я привыкну к ничегонеделанию. Человек вообще к хорошему быстро привыкает.

– Прибыла чета Сакураев, господин, — поклонился Суйсэн.

– Тащи их сюда, — произнёс я, не отрываясь от экрана планшета.

Краем глаза отметил ещё один поклон Суйсэна, после которого тот ушёл. Ну а через пару минут появились Рафу с Этсу. Причём последняя была одета довольно легкомысленно. Коротенький синий сарафан и босоножки. Хотя ей позволительно – несмотря на возраст, с внешностью у неё всё в порядке. Рафу, в принципе, тоже был одет по-летнему — в брюки и белую рубашку с короткими рукавами. Махнув им рукой в сторону дивана напротив, я отложил в сторону планшет.

– Здравствуй, Синдзи, – произнёс Рафу.

Этсу просто кивнула, устраиваясь поудобнее на диване.

– И вам привет, – поздоровался я. – Прежде чем начнём, я обязан напомнить, что если вы воспользуетесь разблокировкой… сверх оговоренного, я найду вас и убью. Мне просто не останется ничего другого.

— Мы помним, – произнёс Рафу. -- Не волнуйся, никаких детей при отсутствии блокировки.

– Мы держим своё слово, – вставила Этсу, и, видимо, просто из вредности добавила: – Хотя пугать мог бы и более оригинальным образом. Нас, знаешь ли, не так-то просто найти, если мы этого не хотим.

– И зачем вам тогда артефакты из Хранилища, если вы всю жизнь прятаться будете? – спросил я.

– Мы не собираемся нарушать слово, – произнёс Рафу, после чего неодобрительно посмотрел на жену. – Твоя мама просто вредничает.

Показательно покачав головой, соврал:

– От меня вы уже никуда не денетесь. Про метки, которые ставят детям, в курсе? Так вот, у меня есть свои метки, имеющиеся у любого сильного Патриарха, и у них нет ограничений ни по возрасту, ни по дальности. Найду, где бы вы ни были.

– Мы поняли тебя, – кивнул Рафу. – Не волнуйся, никаких неожиданностей с нашей стороны не будет. Мы собираемся строго следовать нашим с тобой договорённостям.

Не врёт. Хорошо.

– В таком случае пойдём, – сказал я, поднимаясь на ноги. – у Атарашики-сан всё готово. А ты, – глянул я на Этсу, – останешься здесь.

– Как скажешь, – поморщилась она. – Как будто я не знаю, что там будет.

На самом деле, скорее всего не знает. Слишком мало Родов владеют данным видом блокировки камонтоку, и что-то я сомневаюсь, что они спешат поведать о нём всяким там дамочкам. Тем не менее, я промолчал. Её заблуждения – её проблемы. Взмахом руки поманив за собой Рафу, молча вышел из гостиной. О том, что Сакураи прибыли, Атарашики известили первой. О том, что я не стану разводить политесы и сразу направлюсь на место проведения ритуала, мы с ней договорились ещё вчера. Так что она уже на месте.

– Эм… Ванная? – удивился Рафу, когда я открыл дверь и зашёл в тамбур с раздевалкой.

– Здесь плитка, – ответил я. – Проще всего кровь смывать.

– Подожди-ка… – произнёс он осторожно. – Я слышал, что при разблокировке крови нет.

– Я тоже слышал, – усмехнулся я. – А вот проверишь, так ли это – ты.

– А Атарашики-сан…

– Раздевайся давай, – вздохнул я. – До пояса. Не стоит смущать старушку почти голым мужиком. Она у нас дама старых принципов.

– Как скажешь, – пожал он плечами и начал расстёгивать пуговицы рубашки. – А Атарашики-сан разве не проводила подобных ритуалов?

Изобразив на лице удивление, я произнёс:

– Нервничаешь, что ли? А то вопрос какой-то глупый. Ты вообще о скольких таких ритуалах за свою жизнь слышал? Камонтоку блокируют не просто так, обычно при этом из Рода или клана выгоняют. Какой шанс, что таких людей обратно возьмут? Так что нет – Атарашики-сан никогда не проводила ритуал разблокировки камонтоку. Ну… Данный вариант разблокировки. Про тот, который попроще, мы не говорим.

– Ясно, – кивнул он, снял рубашку и положил её в одну из специально предназначенных для этого ниш. – Правда твоя – затупил.

Первое, что бросалось в глаза при входе в саму ванную, это Атарашики, сидящая на табурете. Как всегда, гордая, с прямой спиной и чуть приподнятым подбородком. И лишь потом взгляд выделяет вторую табуретку, стоящую в центре помещения.

– Садись, – махнул я рукой. – Спиной к Атарашики-сан, – дождавшись, когда он сядет, протянул ему таблетку: – Снотворное.

– Зачем? – удивился он. – Извини, опять туплю. Просто в прошлый раз ничего подобного не было.

– И это нормально, – чуть улыбнулся я. – Спиной к Атарашики-сан садись. Главное ведь не то, как блокируют, а то, как снимают блокировку.

– Согласен, – произнёс он, беря у меня из рук таблетку. – Но я в целом смысла не вижу. Без вполне себе определённых артефактов все эти знания не важны.

– Практика, проверенная временем, – пожал я плечами. – Порой изгнанные возвращались… и силой получали артефакты в свои руки. Но без нужных знаний, сам понимаешь, это бессмысленно.

– Понимаю, – произнёс он, глядя на таблетку в своей руке. Пара секунд, и Рафу закинул её в рот. – И как быстро она подействует?

– Ослабленная версия боевого варианта, – ответил я. – Чтоб организм не травмировать.

– Вообще-то мы, “мастера”, ребята крепкие, – усмехнулся он.

– Думаешь, те, кто создал препарат, об этом не в курсе? – усмехнулся я.

– Тоже верно. Атарашики-сан, – произнёс Рафу не поворачиваясь к ней. – Пока я ещё в сознании, хочу попросить про… ще…ни…

Подхватить заснувшего мужчину я, естественно, успел. Удерживать спящего в сидячем положении – дело не простое, но и не сказать, что сложное. Проще было бы его на пол бросить, но тогда и Атарашики пришлось бы на пол опускаться, а этого она делать не собиралась. Типа, слишком старая для этого, однако лично я думаю, что ей просто лень. Ну и несколько не по статусу – женщины в её возрасте по полу в ванной не ползают.

Продолжая удерживать тело Рафу, встал сбоку от него. Проще было бы спереди, так как Атарашики будет стоять за спиной, но, чёрт побери, мне же интересно! Хочется увидеть, как это всё происходит.

– Он спит, можешь начинать, – произнёс я.

После моих слов Атарашики поднялась и вытащила из рукава кимоно нож. Вполне себе обычный танто с деревянными ножнами и рукояткой. Разве что со стороны в первое мгновение могло показаться, что рукоятка чёрная, но это не так – просто на ней выжжены непонятные письмена. Рукоятка была почти скрыта этими самыми письменами. Зайдя за спину Рафу, Атарашики тихо заговорила на неизвестном языке. Для нас с ней это был просто набор заученных слов. Причём слов было не так много, отчего она повторяла их по кругу, раз за разом. Параллельно с этим Атарашики начала вырезать на спине Рафу опять же неизвестные знаки. Медленно и осторожно, не останавливая речитатива, она водила по спине Рафу ножом, только вот крови не было. Открытые раны – да, но кровь из них не вытекала, да и сами раны, стоило только перейти к следующему знаку, начинали закрываться, а вместе с зажившим знаком исчезал и один из старых шрамов, оставленный после блокировки камонтоку.

Реальная магия, чёрт возьми. Причём явно простейшая, раз уж ей мог пользоваться любой человек.

После того как Атарашики закончила, спина Рафу была чиста. Ни крови, ни старых, оставленных первым ритуалом шрамов. Убрав нож обратно в рукав, Атарашики молча отправилась в сторону выхода. Покосившись на неё, я вздохнул. Осторожно опустив тело на пол, – так как без моей помощи сидеть на табуретке он не мог, – подошёл к шкафчику над раковиной и вытащил оттуда шприц, содержимое которого и вколол спящему Рафу. Ну не ждать же, пока он очнётся?

Проснулся он через минуту. Зашевелился, кашлянул, сплюнул.

– Ну и гадость! – произнёс он, стоя на коленях и уперев руки в пол. – Словно де… – тут он окинул взглядом ванную, не нашёл Атарашики и продолжил: – Словно дерьма объелся.

– Спецсредство, – пожал я плечами.

Кряхтя напоказ, Рафу поднялся на ноги. Постоял, глядя на свои руки, после чего повернул ко мне голову.

– Можно? – спросил он.

– Валяй, – ответил я.

Ноль целых восемь десятых секунды, и вместо Рафу передо мной встал всамделишный элементаль огня. Фигура мужская, вместо глаз и рта – более светлый оттенок общего красного цвета.

– Давненько это было, – прогудело пламя.

Кинув взгляд под ноги Рафу, отметил, что плитке плевать на то, что на ней стоит огненный человек. Ещё пару секунд, и Рафу отключил камонтоку. Брюки на месте, ничего не сгорело.

– Забавная у Бунъя способность, – произнёс я. – Пойдём обратно?

– Да, пошли, – ответил он.

Когда мы вернулись в гостиную, Этсу не сидела на диване, а полулежала на нём, причём в довольно сексуальной позе. С её фигурой и сарафаном это было не особо сложно. При нашем появлении она одним движением приняла сидячую позу и, поправив одежду, окинула нас взглядом.

– Полагаю, всё прошло удачно? – спросила она.

– Да, – ответил Рафу. – Синдзи свою часть сделки выполнил.

– Ну и отлично, – произнесла она. – Осталось договориться о том, когда поплывём.

– И откуда, – вставил я.

– Хм, – склонила она голову набок. – Аматэру, секретность, понимаю… Есть идеи? Мы-то придумать план сможем, но ты слишком публичная личность, и без тебя строить планы бессмысленно.

– План есть, – согласился я, усаживаясь кресло. Рафу же сел рядом с женой на диван. – Яхту, или другое судно, доставать придётся вам. Я же полечу в Малайзию.

– А ведь… – вскинула она брови. – Умно. Дела Рода… Своя территория… Можно даже обосновать наш с Рафу визит к тебе.

– Именно, – кивнул я. – Вы археологи, а я что-то нашёл на своей территории. Можно будет потом даже пару артефактов продемонстрировать. Плюс Малайзия – довольно далеко от нужного нам места.

– М-м-м… Лучше ничего не демонстрировать, – покачала она головой. – Слишком это показательно, а значит, подозрительно. С какой стати Аматэру вообще кому-то что-то демонстрировать?

– Репутация, – произнесли мы с Рафу одновременно. Ещё и плечами одинаково пожали. Тем не менее я дополнил: – Репутация везунчика, ну и человека, который не упустит своё. Моя личная репутация, Аматэру в целом постольку-поскольку участвуют. Общественность всё поймёт правильно. В смысле, как нам надо. Да и “демонстрировать” – немного не то слово, я, скорее, намекну.

– Что ж, – пожала она плечами, окинув нас с Рафу взглядом. – В этих ваших аристократических заморочках вы лучше разбираетесь.

– Судно мы возьмём в аренду в Китае, – произнёс задумчиво Рафу. – Есть у нас там связи, да и ближе это.

– И незаметнее, – добавила Этсу.

– Управлять судном сможете? – спросил я.

– Сможем, – отмахнулась Этсу. – Не впервой.

– Хорошо, – произнёс я. – Тогда осталось обсудить, когда и где встречаемся.

***

Ситуация с главенством в Роду Вакия довольно интересная, и я бы даже сказал – нестандартная. Чисто юридически главой является Вакия Тору, но на практике Родом управляет Вакия Рю – отец Тейджо. И дело даже не в том, что Тору болеет или устал от власти, просто он свалил из Японии и отрывается где-то в Свободных землях то ли Африки, то ли Южной Америки. Развлекается, короче. А его сын Рю в это время тянет на себе весь Род. Закономерный вопрос – какого хрена – никто задавать не решается. Неприлично это. Иногда Вакия Тору возвращается в Японию и выходит в свет, но случается это редко и, похоже, просто для того, чтобы показать, что он ещё жив. В общем, за глаза главой Рода называют именно Рю, а раздолбая Тору… просто Тору. Вакия Тору-сан, если его упоминает кто-то младше по возрасту.

Это всё к тому, что у меня не было мук выбора, к кому именно напрашиваться на встречу. С одной стороны, мне нужен глава Рода, а с другой, речь пойдёт о сыне Рю, так что лично меня данная ситуация даже устраивает.

– Добрый день, Аматэру-сан, – улыбнулся мне Рю, когда я зашёл в гостиную его дома.

Гостиная, как, собственно, и сам Дом Вакия, была построена в традиционном стиле, так что разговор предстояло провести на полу. Точнее, на татами. А если совсем точно, то на специальной подушке, лежащей прямо на татами. Собственно, Рю уже сидел на одной такой, приглашая меня занять другую. Нас разделял низкий столик, на который слуги уже выставили чай.

– Добрый, Вакия-сан, – кивнул я, усаживаясь напротив. – Заранее прошу прощения, если отвлёк от важных дел.

– Всё нормально, – улыбнулся он. – По-настоящему важных дел у меня, к счастью, сейчас нет.

– Я рад, – произнёс я. – Дело у меня не то чтобы срочное, просто мне скоро по делам Рода отъехать надо, да и потом неизвестно, что будет, так что беспокоить вас, когда вы заняты, было бы неприятно.

Помолчали.

– Что ж, Аматэру-сан, – произнёс Рю. – Слушаю вас, с чем вы пришли ко мне?

Взяв в руки чашку с чаем, я ненадолго замолчал, якобы собираясь с мыслями.

– Недавно у нас с Тейджо состоялся интересный разговор, – начал я. Уже на этих словах Рю нахмурился, но прерывать меня не стал. – И, признаться, его слова немного меня озадачили. Это правда, что у вашего Рода, да и не только вашего, лишь одна система обучения?

– Так и есть, – ответил он, вздохнув. – Созданная Вакия для Вакия. Выверенная, отточенная веками использования. Нам просто не нужно что-то другое. Между нами, Аматэру-сан, я просто не понимаю, зачем нам что-то ещё, и не уверен, что это “что-то” будет лучше имеющегося. “Система военного времени”, как выразился Тейджо, это всё та же система, только более интенсивная. Если позволите предположить, у вас то же самое, различия лишь в направленности. Система для членов Рода, для штурмовиков, для диверсантов, для телохранителей, для Слуг и так далее. Ну и все эти системы у древних Родов более продуманны и отточены.

Более интенсивная, значит.

– Спасибо за столь развёрнутый ответ, – поблагодарил я. – По большому счёту, всё так, как вы и сказали, – произнёс я задумчиво. – Да… По большому счёту… Так вот. После нашего разговора Тейджо попросил меня о помощи, – произнёс я, после чего сделал глоток чая.

На это Рю устало вздохнул и, уперев руки в колени, не поднимаясь на ноги, низко поклонился.

– Я прошу прощения за своего сына, – произнёс он. – За его наглость, настырность и отсутствие тактичности, – произнеся это, Рю выпрямился. – В его оправдание могу сказать, что Тейджо сильно… уважает вас и ваш Род. Даже если чего-то нет или что-то невозможно, он уверен, что уж у Аматэру это точно есть и вы точно сможете.

– Я не имею претензий, Вакия-сан, – улыбнулся я ему. – Всё нормально. Тем не менее, меня заинтересовала данная задачка.

– Прошу прощения? – переспросил он немного удивлённо. – Не совсем вас понял.

– У Тейджо есть потенциал, и я его вижу, – ответил я. – Мне просто интересно, насколько сильным он может стать. Проблема в том, что методы я собираюсь использовать необычные.

– Насколько необычные? – спросил он, вроде как, заинтересовано.

“Вроде как” – потому что мне показалось, что он, скорее, напряжён.

– Постоянное физическое и психологическое давление, – ответил я. – Без вашего разрешения я подобным заниматься не намерен. Плюс есть ещё одна, на этот раз небольшая, проблема – у Тейджо довольно шаткая мотивация. Я готов помочь ему и с этим. Направить туда, где он будет развиваться до самого конца. Но…

– Моё разрешение? – покивал Рю. – И какой путь вы для него видите?

– Спорт, – улыбнулся я.

– Спорт? – удивился он. – Довольно обыденно. Вы уверены, что он захочет стать спортсменом?

Помолчал, взяв небольшую паузу.

– Да. Думаю, Тейджо втянется и не захочет всё бросить, – произнёс я задумчиво. – Он хочет стать сильным? Я сделаю его таковым. Я сделаю его сильнейшим в мире.

– Вы слишком высокого мнения об этом разгильдяе, – вздохнул Рю. – Мне лестно ваше мнение, но не уверен, что он потянет такое.

– Неуверенность… – произнёс я, рассматривая чашку в руках, после чего взглянул на собеседника. – Поборите её, Вакия-сан. Вы его отец, думаете, он не чувствует вашей неуверенности? – Рю не ответил, молча глядя мне в глаза. – Если вы дадите мне разрешение тренировать вашего сына, ему будет очень трудно, больно, выматывающе. Я определённо подведу его к самому краю. И тогда он придёт к вам и задаст всего один вопрос… – тут я решил не уточнять какой, пусть сам для себя решит. – И что же вы ему ответите?

Целых шесть секунд Рю молчал и напряжённо смотрел мне в глаза.

– Вы правы, Аматэру-сан, – произнёс он и улыбнувшись расслабился. – Никакой неуверенности. Мой сын справится с чем угодно!

***

В Малайзию я вылетел на следующий день после разговора с отцом Тейджо. С ним самим я о тренировках не говорил, это дело будущего, а вот о своём временном отсутствии в стране сообщил. Собственно, как и остальным друзьям. Сам перелёт был обычным и неинтересным, да и поездка на броневике тоже, но именно поездка вызвала у меня ностальгию – как в старые добрые времена, когда Малайзия была нашим врагом.

На том месте, где стояла военная база, строят полноценное поместье в традиционном японском стиле, с прудом, парком, садом камней и прочим. Вокруг поместья расположился военный городок, который больше напоминал пригород Мири. Со своими баром, кинотеатром, магазином, библиотекой. С востока, ближе к Мири, разместили большую четырёхэтажную больницу. Военная база переехала на север, поближе к портам. Там же поставили и военные склады. И это я ещё не говорю о том, что выстроено под землёй, там фактически ещё одна военная мини-база. Людей, правда, мало, так что всё, что под землёй, скорее просто поддерживают в рабочем состоянии.

Так как моё поместье только строят, я остановился у Махатхира. Мэр Мири тоже мой Слуга, так что я никого из своих не обидел. Дом у Махатхира, к слову, построен в арабском стиле. Первый после приезда обед прошёл у него же в расширенном, так сказать, составе. Я, Щукин, Добрыкин, Тойчиро Минору, глава Целителей, и сам Махатхир. Святов с Ёхаем… Я был не против, но статус у них всё-таки не тот. Мелковаты они для подобных обедов. Про сестёр Ямада и вовсе молчу, они и сами бы с нами не сели, нашли бы отговорку. А вот Сейджун присутствовал, только не за столом сидел, а в самом тёмном углу столовой стоял. Бдел.

– С нефтью другая проблема, – вещал Махатхир. – Мы можем увеличить добычу нефти, но у нас нет возможности доставить её адресату. Фудзивара просто не справляются, не те у них мощности. А старые перевозчики либо уничтожены в начале войны, либо не хотят рисковать судами.

– То есть сторонних перевозчиков вообще нет? – уточнил я.

Собственно, обед был полуофициальный и большую его часть я выслушивал… не то чтобы доклады, просто общую ситуацию на своих землях. И если Добрыкин занимался только военной частью дел, Тойчиро – здравоохранением, то Махатхир – всем остальным. И ему было что рассказать.

– М-м-м… – промычал он, подбирая слова. – Скажем так, мы уже используем всех, кого можем. Тем не менее, время от времени корабли пропадают, а желающих с нами сотрудничать всё меньше. Нам жизненно важно найти крупную фирму-перевозчика. Фудзивара тоже не абы кто, но у них изначально направленность другая. На рынке перевозок нефти они новички.

– А что с продуктами? – спросил я.

– То же самое, что и с нефтью, – ответил он. – По деньгам мы можем позволить себе больше, но плыть сюда готовы немногие. Острой проблемы с продуктами нет, но… – замолчал он. – Продуктовая ситуация сейчас практически такая же, как и до вашего прихода в Малайзию – желудок не то, чтобы полный, но голодных смертей нет. Жить можно.

– И это при том, что деньги есть, – хмыкнул я. – Паршиво. Но полгода вы продержитесь?

– Если ситуация не изменится, то да, – кивнул Махатхир.

А там и война закончится. Так или иначе.

На следующий день я занялся инспекцией территории. Проехался по Мири и его окрестностям, навестил малайских аристократов, посетил военные базы и стройки. В общем, создавал иллюзию работы. Я ведь официально за этим сюда и приехал. Первый слой секретности, так сказать. Вторым слоем будет посещение некой нычки Древних, где я найду артефакт. А может, даже и два. Время на всё это у меня было – родители физически не могут подготовиться к плаванию за пару дней.

Было скучно. Работа и не обязана быть интересной, но эта работа, откровенно говоря, была необязательной. Не бессмысленной – просто и без неё бы хуже не стало. Плюс ожидание… скажем так, приключения. Да, я взрослый человек, не авантюрист, но даже я подвержен любопытству. Мне очень хотелось узнать, что там в этом Хранилище. Хоть немного почувствовать себя Индианой Джонсом. А тут ещё малайские аристократы паломничество ко мне устроили… В общем, в ожидании чего-то впечатляющего даже обычная работа, которая никогда не напрягала, может начать подбешивать.

***

– Сакураи прибыли, господин, – отвлекла меня от документов старшая Ямада.

Светло-синее кимоно ей определённо идёт.

– Где они? – спросил я.

– На Главной базе, – ответила она. – У Добрыкина-сана.

– Понял, – кивнул я, откладывая бумаги. – Передай ему, что скоро буду.

– Сделаю, господин, – поклонилась Эйка.

Финансовые документы Мири меня не очень интересовали, просто пытался убить время, и раз уж появился повод отложить их в сторону, – особенно такой, – я это сделаю без сожаления.

От дома Махатхира до базы на машине добираться недолго, так что уже через полчаса мы с Сейджуном были у дома Добрыкина. У него и в военном городке был дом, но жил он по большей части именно на базе. Щукин, Ёхай и Святов разместились у Добрыкина, а сестёр Ямада я оставил у Махатхира собирать мои вещи. Сами сёстры Ямада останутся у Махатхира. От идеи взять их с собой я отказался – и смысла особого нет, и как-то странно это будет выглядеть – я ведь вроде как где-то здесь буду. Так что к Хранилищу со мной поплывут Щукин, Святов и Ёхай. Они, в общем-то, тоже не особо нужны, но так как я, опять же, вроде как где-то здесь по лесам шастаю, сопровождение необходимо. Не в одиночку же я этим буду заниматься? Да и, откровенно говоря, мало ли? Лишними не будут.

Дом Добрыкина на военной базе был… Ну не хибара, конечно, но не чета тому, что в военном городке. Зато эту малютку каждую неделю проверяли на жучки и тому подобное. Тем не менее, гостиная там была, и достаточно большая, в ней родители и расположились. Как и Добрыкин с Щукиным. Ёхай со Святовым сидели у крыльца и бдели.

– Рад, что вы наконец прибыли, – произнёс я, войдя в гостиную.

– И тебе привет, Синдзи, – усмехнулась Этсу.

На этот раз они с Рафу были одеты одинаково по-военному – берцы, брюки, футболки цвета хаки.

– Как доплыли? – спросил я, садясь в кресло.

Щукин с Добрыкиным, кстати, сидели на простых стульях, а Сакураи – на диване. То есть кресло специально для меня оставили.

– Без проблем, – ответил Рафу. – Хотя ситуация в местных водах неспокойная. Это надо учитывать. Здесь сейчас злобствуют и англичане, и малайцы, и японцы.

Честно говоря, я уже не в первый раз задумываюсь о том, что делать ставку на Малайзию не стоило. Лично я никого не боюсь – но это если у меня под ногами земля. А вот на море… Не люблю море.

– Есть мысли, как нам минимизировать риски? – спросил я.

– Они не так уж и велики, – пожал плечами Рафу. – Нам необязательно придерживаться известных маршрутов. Ну выйдет чуть подороже, не обеднеем.

– Согласна с Рафу, – произнесла Этсу. – Не привлекая дополнительных людей, ничего особо и не сделаешь.

– Значит, рискнём, – вздохнул я. – Что у вас за корабль?

– Рыболовный траулер, – ответил Рафу. – Точнее морской буксир, замаскированный, под траулер.

Ну здорово, блин. Вот как раз траулеры топят без разговоров. В отличие от грузовиков, с них взять нечего. То есть мы даже пикнуть не успеем, как на дно пойдём. Что уж тут про абордаж говорить? Это, правда, если англичан встретим. Японцы и малайцы рыбаков не трогают. Разве что малайцы досматривают.

– Ладно, рискнём, – сдержал я вздох.

Для похода в лес всё было подготовлено заранее, так что сборы не заняли много времени. Уже через два часа наша группа вышла с территории военной базы и отправилась на юг моих Родовых земель. Собственно, остаток дня мы на юг и шли, точнее, сначала ехали, а потом шли. Ночь я потратил на то, чтобы выявить тех, кто, возможно, последовал за нами, но так никого и не обнаружил. То ли мы действовали слишком быстро и неожиданно для шпионов, то ли их просто не было. В смысле, тех, кто за нами должен следить. Шпионов как таковых на моих землях, я уверен, полно. И с этим ничего не поделаешь, если только всех живущих тут малайцев выселять. Со временем станет попроще, но сейчас здесь чуть ли не проходной двор.

На следующий день мы сделали крюк и за пару суток добрались до настоящей цели нашего похода – небольшой бухточки, где стоял арендованный Сакураями траулер. Небольшой, пузатый, тёмно-синий, обшарпанный.

– Было бы не смешно, если бы его украли, – произнёс Щукин, когда Ёхай со Святовым вытаскивали из кустов лодку.

– Здесь не бывает людей, – ответил ему Рафу. – По крайней мере, так было девять лет назад.

– То есть вы и здесь свои делишки проворачивали? – удивился я.

– Какие такие делишки? – посмотрел на меня с подозрением Рафу.

– Те самые, для которых нужна безлюдная бухта, – ответил я.

– Это были делишки клана Кояма, – влезла Этсу. – Хочешь подробностей, спрашивай у Кояма Кенты.

– Зачем мне Кента-сан, если есть ты? – спросил я после небольшой паузы.

– Мы живы не в последнюю очередь и потому, что умеем хранить секреты, – произнесла она без особых эмоций. – В том числе и чужие.

Не стал я развивать тему. Лично мне плевать на их секреты и на то, почему они ещё живы, тем не менее я, например, им не доверяю, соответственно, и секреты свои им не доверю, и что-то мне подсказывает, что Кента такой же параноик. То есть вряд ли у них за душой есть по-настоящему серьёзные тайны. Чужие тайны, я имею в виду.

***

Не люблю море. Вокруг вода, причём солёная, опереться не на что, а под ногами – неведомая хрень. Так ещё и чувство направления сбоить начинает. Стороны света я и в открытом океане определяю, да толку-то? Тут градус вправо, градус влево, и ты хрен знает где оказываешься. Если на земле, глянув на карту, я могу её выбросить и просто по памяти добраться куда надо, то в море всё не так. Вокруг одна долбаная вода, скорость судна не ощущается, чувство направления сбоит, стоит только прикорнуть на пару часиков, и ты уже без понятия, где находишься.

– Ты чего такой хмурый? – спросила Этсу.

Причём вид она имела несколько встревоженный. Понять её можно. Когда человек моего уровня и силы, от которого сильно зависят твои планы чем-то недоволен, это явно повод встревожиться.

– Не люблю открытое море, – ответил я.

– Есть причины? – поинтересовалась она.

– Мы привязаны к лоханке, которую можно уничтожить одним ударом, – посмотрел я на неё. – Тебя саму-то это не напрягает?

– Тогда тебя и самолёт должен напрягать, – усмехнулась она.

– Только когда он летит над морем, – хмыкнул я.

Находились мы в рубке и помимо меня и Этсу, тут был и Рафу, который управлял траулером. Правда Рафу стоял, а мы с Этсу сидели на раскладных стульях.

– А, по-моему, от самолёта ты зависишь больше, чем от судна, – произнесла Этсу.

Рассказывать, почему мне плевать на самолёты, я не стал. Было тупо лень.

– Самолёты сбивают редко, а вот корабли топят на постоянной основе, – отмахнулся я, и чтобы немного отвлечься, попросил: – Лучше расскажи что-нибудь об артефактах. Хотя нет, лучше расскажи, с чего вообще эта история с Хранилищем началась.

Набрав в грудь воздух для ответа, Этсу молча выдохнула.

– Уточни, – произнесла она. – Тебя интересует наша с Рафу история или с чего вообще всё началась?

– Последнее, – ответил я. – Ваша история, уж извини, меня не очень интересует. Да и вряд ли ты честно ответишь. Я ведь правильно понимаю, в вашей личной истории секретов хватает?

– Это да, – произнесла она задумчиво. – Что ж, с чего всё началось я, пожалуй, могу рассказать.

– Тёмная история тёмных веков, – подал голос Рафу.

– Почему тёмных? – не понял я.

– Потому что начинается она примерно четыреста лет назад, – ответила Этсу. – Те времена… Да что уж там, мы о временах вступления Аматэру в клан Кояма знаем больше, что, на секундочку, тысячу лет назад было. А вот времена ухода ёкаев из нашего мира пестрят тёмными пятнами. Так вот, четыреста лет назад… – произнесла она и вновь задумалась. Прерывать её мысли я, естественно, не стал. – Примерно в то время Род Минамото решил, скажем так, приподнять свой статус. Даже не так – изменить его. Они и до этого тихонечко ворчали, что, мол, Аматэру может и круты, но их “братскую” связь с Императорским Родом ещё доказать надо, а вот они, и это все знают, как раз потомки принца, вышедшего из этого Рода. Говорили они об этом тихо, а уж про “доказать” и вовсе шёпотом, так как Аматэру тех времён… – запнулась она. – Я даже и не знаю с чем сравнить их тогдашнюю силу и влияние. Клан Кояма в те времена сиял словно солнце. И был крайне агрессивен. Им это ещё аукнулось после того, как Мэйдзи вернул власть своему Роду. Не сразу, но обидчиков накопилось очень много, а Аматэру, потеряв Сикоку, сильно сдали в силе. Точнее, не из-за потери острова…

– Четыреста лет назад, – произнёс Рафу, не оборачиваясь к нам.

– Да, да, увлеклась немного, – произнесла Этсу. – Кхм. Так вот. Минамото решили не ограничиваться словами, а получить официальное признание Императорского Рода. Сам Императорский Род в те времена был, прямо скажем, ничем, но и просто потребовать у него что-либо не получилось бы, так как за Императором стояли Токугава. Нужен был повод. Причина, которую не смогли бы замолчать даже фактические правители страны. И этим поводом должен был стать подарок. И Минамото даже знали, где взять этот подарок. Тут, правда, встаёт вопрос – они заранее знали, куда идти, и потому приняли решение о смене статуса или были настолько удачливы, что сразу после решения нашли, где взять подарок? Впрочем, это неважно. В любом случае сильно сомневаюсь, что Минамото понимали, за чем именно они идут. Да и если уж на то пошло, у них не было точных координат нужного места, на тот момент они знали очень мало… На самом деле, это вольный пересказ всего того, что известно о той истории, – решила она неожиданно пояснить. – По факту мы не знаем о том, что у Минамото было на руках и как они пришли к тому, к чему пришли. В какой-то момент они заявили на всю страну, что Минамото – братский Императорскому Род, и Император должен это подтвердить. Это достоверный факт. То есть какой-то план у них был. И вся моя история строится на таких вот небольших фактах, часть из которых, правда, я почерпнула из записей отца, деда и прадеда. Так вот, возвращаясь к истории. Мы точно знаем, что в руки Минамото попала информация о месте битвы одного из древних Императоров, но Минамото не знали точно, где это место, зато знали, кто им может помочь с поиском.

– Я… извини, прерву, – поднял я руку. – Битва Императора с кем? Ну, то есть… чем эта битва была так важна, что Минамото искали место её проведения?

– Ты… – поджала она губы. – Поменьше меня прерывай и всё узнаешь.

– А сразу… всё, всё, – махнул я рукой, решив не раздражать Этсу ещё больше, – понял. Продолжай.

Прежде чем вновь заговорить, Этсу покачала головой.

– Так вот. Минамото знали, кто им может помочь с поиском, и этим кем-то были Ушедшие. В те времена их уже оставалось очень мало, а на территории Японии так и вовсе одна-единственная деревня. Так-то их было больше, но компактно проживали они только в одном селении. Там Минамото и нашли проводника. Я как археолог и историк крайне возмущена тем, что Минамото не описали, где находится место битвы, но что есть, то есть – никто до сих пор не знает, где пал Император, сразивший Древнего.

После её слов я практически мгновенно понял, о чём она говорит.

– Кусанаги-но-цуруги, – взлетели мои брови.

– Именно, – кивнула Этсу. – Минамото умудрились найти место битвы, которая описана в сотнях книг и фильмах. Место, где погиб Император Судзин и был потерян Кусанаги-но-цуруги.

– Я думал, это сказка, – произнёс я, и тут же уточнил: – Битва Императора и Древнего, а не сам Судзин.

– Битва имела место быть, – пожала Этсу плечами. – Разве что не один на один, как в фильмах.

– И точно не на море, – вставил Рафу. – Иначе Минамото ничего бы не нашли.

Ну да, есть и такая теория.

– В общем, – продолжила Этсу, – подарок тогдашнему Императору они нашли знатный. Остаётся вопрос, почему они вообще его отдали? Такой артефакт… Возможно, с этим как-то связан тот факт, что Минамото вырезали ту деревню Ушедших. Фактически уничтожили последних из них в нашей стране. Те единицы, что остались, просто пропали. Ушли.

– Не понимаю, нафига они это сделали? – удивился я.

– Да кто их знает? – пожала она плечами. – Хотя… Может, Тайра теперь и знают – должны же они были хоть какие-то записи тех времён оставить. Но логично предположить, что пытались замести следы. Не хотели отдавать легендарный меч.

– А не проще было просто проводника убить? – спросил я.

– Так его и убили, – ответила Этсу. – А потом вырезали деревню. Мы ведь ничего не знаем об их способах связи. А в те времена об этом, видимо, знали больше, только вот не помогло. Да и к нашей истории это дело не имеет отношения, так что я не сильно интересовалась, в чём там дело.

– Как скажешь, – пожал я плечом.

Интересно, конечно, что там произошло, но мы уже вряд ли когда-нибудь узнаем. Особенно если это, по словам Этсу, “тёмные века”.

– В общем, история с мечом нас не интересует, – продолжила Этсу. – Она тоже интересная, но лишь с исторической точки зрения. Например, по какой причине Император, прямо скажем, послал Минамото? Учитывая, насколько его Род был слаб, как он вообще на такое решился? Что за политические интриги происходили в тот момент? Император, Минамото, Тайра…

– Так интересует или нет? – спросил Рафу.

– Кмх. Ну да, – слегка смутилась Этсу. – В общем, история с мечом нас не интересует. Гораздо важнее, что именно нашли Минамото помимо Кусанаги-но-цуруги – нашли они не только его. В записях прадеда указано, что они собрали целую телегу трофеев и среди них был артефакт, ценность которого Минамото так и не смогли оценить в полной мере. Это была маска, которая указывала координаты пользователя. Точнее, она указывала координаты чего угодно. Проблема была в том, что древние Минамото знать не знали, что вообще такое координаты. Для них это были непонятные циферки. Даже не цифры – знаки. Я уж молчу о том, что у Древних была своя система координат из-за чего эта маска и в будущем была не сильно полезна. Тем не менее, если носить маску достаточно долго, что-то можно и понять. Только вот кому придёт в голову носить бесполезную, пусть и красивую, ерунду? – усмехнулась Этсу.

– Ну, женщины ради красоты и не такое носят, – пожал я плечами.

– Именно, – улыбнулась она. – Её звали Минамото Юми. Именно она предположила, что знаки – нечто вроде точек на карте. И именно она отметила тот факт, что при взгляде на картины Древних знаки не меняются, где бы эти картины не находились. То есть маска показывала координаты того, что показывают картины. Эх… – вздохнула Этсу. – Мне бы эту маску… В общем, это была веха. Мой пра-прадед наткнулся на дневник Юми и понял, что за сокровище в руках его Рода. А моего прадеда изгнали за кражу у Императорского Рода картины Древних, которая показывала легендарное Хранилище, исчезнувшее тысячелетия назад. Кража, кстати, была удачной, в том плане, что Императорский Род про неё так и не узнал. Однако Минамото испугались и на всякий случай изгнали прадеда из Рода.

– Ты говорила, что Тайра ничего не узнают, – заметил я. – Но если остались записи…

– Записи были уничтожены, – отмахнулась Этсу. – Говорю же – Минамото сдрейфили. То, что дошло до меня, было написано гораздо позже, когда стало понятно, что Императорский Род уже не выйдет на вора.

– Давай уточним, – вздохнул я. – Отец начинает… пусть будет поиск клада. Его сын продолжает дело, рискует и, возможно, подставляется, после чего отец изгоняет его из Рода, уничтожает все записи связанные с поиском клада… И через несколько лет, поиск продолжается.

– Именно так, – кивнула Этсу. – Ты правильно понимаешь – изгнание было весьма условным, но при этом вполне себе официальным. То есть пусть не сам прадед, но хотя бы его сын должен был вернуться в Род.

– А тут как назло – война с Тайра, – усмехнулся я понимающе.

– Вот так вот я и осталась простолюдинкой, – развела она руками. – Зато живой. Связь моих Родных с Минамото была тайной, так что про неё не знали. Для всех мы были… Никем. Изгнанные без камонтоку. Даже не изгнанные – потомки изгнанных.

– О, – пришла мне в голову мысль. – Если не брать отца, то получается, что в прошлом моих предков аж три изгнания, а не два.

На что Этсу ухмыльнулась.

– Довольно уникальная ситуация, – произнесла она. – Не уверена, что в истории вообще было нечто подобное. Ты уникален, Синдзи.

Смех смехом, а так и есть. Правда, думать об этом почему-то не хочется.

– Идите готовьтесь, – заговорил Рафу. – Минут через двадцать будем на месте.

Глава 4

Облокотившись на фальшборт судна, я смотрел на морскую гладь под нами. Тёмные воды, скрывающие в своих глубинах… всякое. На самом деле не имею ничего против дайвинга, меня напрягает то, что я землю не вижу, а ныряние с аквалангом — ерунда.

– Ну что, готов? – спросил Рафу.

— Естественно, готов, – усмехнулся я.

Наверное, даже хорошо, что я оставил Сейджуна в Малайзии. Это было непросто, но лучше так, чем выслушивать его ворчание и просьбы взять с собой под воду. На самом деле я как-то до последнего не задумывался о том, с кем именно я отправлюсь к самому Хранилищу, а когда дошло дело до выбора, с нами захотели плыть и Щукин, и Святов, и Ёхай. Только вот что там всем троим-то делать? Да и Рафу вполне чётко сказал, что за двоими они с Этсу ещё могут присмотреть, но оберегать от возможных ловушек четверых будет не очень удобно. Да и опять же — что им там делать? Меня защищать? Как-то даже смешно. Это, скорее, мне придётся их спасать… Вот тут-то я и задумался, а какие опасности могут нас подстерегать? Ловушки? М-м-м… Возможно. Но если ловушка Древних активируется, то я максимум себя спасти успею. Сакураи? Честно говоря, я не представляю, зачем им причинять мне вред. Во всяком случае, там, в Хранилище. Им ведь потом на судно возвращаться, а делать это без меня… Ну что тут скажешь? Мои ребятки будут задавать им очень неприятные вопросы, и не факт, что родители эти вопросы переживут. Даже если они готовы к противостоянию с “мастером” и двумя “учителями”, судно это не спасёт. Траулер точно не переживёт потасовки подобного уровня. Ладно, предположим, что Сакураи всё учли. Подготовили артефакты, разработали план, но тогда получается, что брать с собой кого бы то ни было просто опасно. Я-то довольно живучий малый, да и не знают они ничего толком о моих силах, а вот того же “мастера” эти типы уконтрапупить способны. Доказано Родом Токугава. Грамотная подготовка, артефакты – и тот же Щукин даже пикнуть не успеет. Ну так и нафига мне рисковать в Хранилище? Там нападать на нас будет всяко удобнее, чем на судне. И в этом случае я только подставлюсь, пытаясь защитить кого-то из соратников. Возможно, на это Сакураи и рассчитывают…

Пришлось приложить некоторое волевое усилие, дабы перестать об этом думать. Всё-таки я немного параноик. Логика говорит, что Сакураям просто невыгодно убивать меня. Ладно — я, ладно – мои люди, но как они потом жить будут? Их будут искать не только Аматэру, но и как минимум Кояма. Как мне кажется. А если Атарашики попросит помощи – так и вовсе полстраны. Так себе перспективка. И это я ещё не говорю о потере Хранилища и всего, что там лежит. Точнее, об обнародовании данных о существовании этого объекта. Хм, после такого за ними полмира гоняться будет. В общем, неважно, нападут они или нет, там, внизу, лишние люди будут мне только мешать.

– Вы, главное, помните, что с вами будет, если с господином случится что-то плохое, – произнёс стоящий рядом Щукин.

Логику моего решения он понимал, но согласен с ним не был. Правда, и поделать ничего не мог.

– Сделай лицо попроще, русский, — усмехнулся Рафу. – Синдзи мой сын, и его жизнь дороже всего, что мы можем там найти. Нормально всё будет, я присмотрю за ним.

Обойдя Святова и Ёхая, к нам подошла Этсу. Одетая, как и мы с Рафу, в гидрокостюм, с аквалангом и чёрной сумкой. Точно такую же всучили и мне, к слову.

-- Ну что, мы идём или нет? – спросила она раздражённо.

В воду мы спускались по штормтрапу. Точнее, так спускалась Этсу, а мы с Рафу просто спрыгнули вниз. Под водой было на удивление светло, светлее, чем у берегов округа Мири. Несмотря на это, дна, естественно, видно не было, и куда плыть, я не знал, но мне это и не нужно было – я просто следовал за Рафу. Плыли мы на самом деле недолго, чуть больше десяти минут, точнее, цель нашего плавания я увидел через десять минут и тридцать восемь секунд после погружения под воду. Это сложно было назвать строением. Оно очень отдалённо напоминало что-то вроде пирамиды, но на деле из мутных морских глубин передо мной проявлялось какое-то нагромождение явно искусственно обработанных мегалитов. Слишком прямые углы, слишком много одинаковых камней. Впрочем, чем ближе мы подплывали, тем меньше это нечто походило на дело рук разумных. Не потому что деталей больше появлялось, просто вблизи камни были огромны, и те самые детали, наоборот, терялись.

Пока плыли к… объекту, по привычке запоминал дорогу. Я бы этого и не заметил, но у самого объекта пришлось пройти через… что-то типа арок, потом подниматься вверх и заплывать в какую-то нишу, потом в туннель… В общем, я бы не обратил внимания на то, что на автомате отслеживаю свой путь, если бы в какой-то момент моя память не дала сбой и мне не пришлось этот самый путь прокручивать в голове, определяя, где я сейчас нахожусь относительно нашего судна. Это я всё к тому, что дайвинг, как ни крути, не моё. Одно дело – добраться из точки А в точку Б, и совсем другое – не заблудиться в каменном трёхмерном лабиринте. Благо лабиринта всё же не было и я смог запомнить наш путь.

Путь оканчивался тупиком в конце туннеля. Света тут, естественно, не было, так что мы использовали фонари. Рафу обернулся ко мне и помахал рукой. Что делать, я знал, так что, подплыв поближе, просто наблюдал, как он прикладывает к нужному месту артефакт-ключ, представляющий собой медальон бронзового цвета. Внешних эффектов не было, просто спустя полторы секунды он похлопал по плечу Этсу, и та, надавив на стену руками, начала проваливаться внутрь. Прям сквозь эту самую стену. После того, как она полностью погрузилась в стену, Рафу подождал полминуты и вновь приложил медальон к стене. Моя очередь. Переход ничем не отличался от такового в Хранилище Фудзи. Словно продавливаешь песчаную стену. Несколько секунд – и я на той стороне, где уже стоит снявшая маску Этсу.

– В глаза не свети, – сказал я после того, как вышел из стены.

– В сторону отойди, – произнесла она в ответ.

Но светить в глаза всё же перестала.

Отойдя в сторону, я поводил фонарём вправо-влево. Комната… или зал десять на пятнадцать. Напротив входа в Хранилища, из стены которого как раз медленно выходил Рафу, дверной проём без двери, за которым – длинный коридор. Достаточно длинный, чтобы свет фонаря не доставал до противоположного конца. Само помещение абсолютно пустое. Серые каменные стены, такой же пол, всё выглядит как новое, даже пыли нет. Разве что непонятные разводы на полу, но это, скорее всего, родаки в прошлые разы грязь сюда занесли.

Вышедший наконец из двери Рафу, поведя плечами, снял со спины сумку и присел на корточки, положив рядом свой фонарь.

– Я уже говорил, но всё-таки напомню, – произнёс он, убирая в сумку медальон и доставая небольшой круглый щит. – Путь до коридора, дальше которого мы не прошли, относительно безопасный, тем не менее вы не должны отходить от меня более чем на три метра, а после коридора – более чем на два. Особенно это касается тебя, – добавил он, глядя на Этсу.

– Я всё помню, не волнуйся, – ответила она раздражённо. – Прошлого раза не повторится.

– А что было в прошлый раз? – спросил я.

– Ничего, – отрезала она.

– Эта дурёха ломанулась читать надписи на стене, и я чудом выдернул её из-под луча лазера, – пояснил сердито Рафу.

– Это могло быть важно, – буркнула она и отвернулась.

– Это было всего лишь пожелание удачи, – припечатал Рафу. – Точно такое же, как и на десятках других объектов. Древние повсюду свои пожелания оставляют.

– Больше такого не повторится, – произнесла она смущённо и раздражённо одновременно.

– Помнится, в первый раз я тебе даже поверил, – хмыкнул Рафу. – Боги, как ты вообще со своим энтузиазмом и любопытством до сих пор жива?

– Потому что у меня есть ты, видимо, – пожала она плечами.

Посверлив её взглядом, Рафу устало выдохнул.

– Ладно, – произнёс он. – Просто не отходите от меня более чем на три метра. После того самого коридора – не более чем на два метра.

– Я всё понял, не волнуйся, – кивнул я.

– Этсу?

– Да, да, я всё поняла, – откликнулась она раздражённо.

– Тогда пойдём, – сказал Рафу и поднялся на ноги.

Из, скажем так, предбанника мы вышли в тот самый коридор. Собственно, больше идти было и некуда. Сам коридор тянулся метров на пятьдесят, оканчиваясь ещё одним предбанником, только размером поменьше. Из него тоже был лишь один выход, за которым находился брат-близнец второго предбанника… Из которого было уже три выхода. Рафу выбрал тот, который был напротив нас.

– А эти куда ведут? – спросил я.

– Там технические помещения, – махнул он влево. – А справа просто тупик. Не знаю, что там изначально было.

– Может, там секретный проход и вы его просто не нашли? – полюбопытствовал я.

Правда, ответила мне Этсу:

– Тут все двери наподобие той, через которую мы прошли. Абсолютно все. И они либо исчезли без поддерживающей их энергии, либо нет, но тогда нам всё равно их не открыть. Ключа-то нет.

– Ясненько, – произнёс я тихо.

– Не волнуйся, – усмехнулась она. – Все нужные нам двери открыты. Да и не верю я, что здесь вообще что-то закрытое осталось. Разве что вход в генераторную, да и то вряд ли.

– И откуда такая уверенность? – поинтересовался я.

Мы в это время вышли в очередной коридор.

– Опыт, Синдзи, – пожала она плечами. – Ну и нужные знания. Например, ты в курсе, что Древние были разделены на касты?

– Это лишь одна из многих теорий, – заметил идущий впереди Рафу.

– Но объясняющая очень многое, – тут же ответила Этсу. Рафу промолчал, и она продолжила: – Например, этот объект с высокой долей вероятности принадлежал касте Учёных, а мы с тобой направляемся на склад. Именно склады люди приспособили для Хранилищ. Причём так везде, и на объектах Учёных, и на объектах Строителей. Объектов Военных никто так и не нашёл. Ну, или нашёл и помалкивает.

– Всего три касты? – прервал я её.

– М-м-м… – задумалась она. – Есть теория, в которую даже я, сторонница каст Древних, не очень верю, что у них вроде как была четвёртая каста. То ли жрецы, то ли мудрецы, то ли лидеры… В общем, что-то высокодуховное. Стоящее над всем остальным. Ну и не стоит забывать, что Древние – по сути пришельцы из космоса, и на Землю могли прибыть всего три… пусть даже четыре касты, а как оно у них в родном мире, никто не знает. Может, каст и больше. Ну или мы где-то ошибаемся.

– Понятно, – произнёс я. – Что там насчёт объектов?

– А, да, объекты… На чём я там… Кхм. Так вот. Мы идём на склады, и я сильно сомневаюсь, что база в условиях недостатка энергии будет тратить её на поддержку столь необязательных помещений. Более того, я точно знаю, что защита базы гораздо серьёзнее, чем мы видим сейчас, то есть у базы даже нет энергии на общую систему безопасности. Работают только вспомогательные системы защиты. Ручные. Ну то есть не автоматические, а активируемые вручную. У них предположительно свой источник питания.

В этот момент мы вышли в очередное помещение с дверными проходами, и я впервые увидел останки местных.

– Нехило тут кто-то повеселился… – пробормотал я, водя лучом фонаря по полу.

Целая куча человеческих костей, разбросанная по всему помещению. Причём не было ни одной целой, все они были… разрублены, если я хоть что-то понимаю в ранах.

– Этот щит мы, кстати, нашли именно здесь, – произнёс Рафу. – Только не сильно он помог хозяину. Вон этому, который относительно целый.

Посветив в ту сторону, в которую указывал Рафу, я заметил скелет, который и правда был почти целым – всего лишь без половины черепушки.

– И кто их так? – спросил я.

Хотелось уточнить, что ещё они здесь позаимствовали, но вряд ли мне ответят.

– Без понятия, – ответил Рафу.

– На самом деле, выбор из нападающих не очень велик, – заметила Этсу. – Это либо боги, точнее, их слуги, либо кто-то из Древних. Они порой тоже… ссорились. Никто другой просто не одолел бы защиту объекта.

– Тогда уж это вряд ли боги, – посмотрел я на неё. – Хранилище ведь было под управлением жрецов кого-то из богов. Зачем им…

– Ты прям как ребёнок, – фыркнула Этсу. – Думаешь, боги не воевали друг с другом?

– Хм, ну так-то да… – пробормотал я. – Тогда у меня другой вопрос: какого фига объектом Древних при живых Древних управляют жрецы богов, с которыми Древние воюют?

– О-о-о… – протянула Этсу. – Вопрос вопросов. Только ответа на него нет. Как всегда, впрочем. Официально, по словам самих жрецов, Древние передали людям свои дома в качестве жеста доброй воли. Но верится в это с трудом.

– Но артефакты-то они раздавали людям, – заметил я.

– Не сравнивай эти побрякушки с объектами Древних, Синдзи, – подал голос Рафу. – Вот скажи, ты заметил здесь хоть один предмет мебели? Ну или хотя бы остатки мебели?

А ведь и правда.

– Нет, – произнёс я.

– Ты в Хранилище Фудзи был? – продолжал спрашивать Рафу.

– Да, – ответил я коротко.

– Сидел на тамошних стульях?

– Нет, – удивился я.

– А вот если бы сидел, понял бы, что мебель в Хранилищах создана по тому же принципу, что и двери, – произнёс он, не оборачиваясь в нашу с Этсу сторону.

– Круто, конечно, но… – начал я, но тут до меня дошло. – Объекты Древних – единая высокотехнологичная структура. Не просто стены и мебель, а нечто нереальное в техническом плане.

– Именно, – сказал Рафу. – И мебель – ерунда. Не знаю как насчёт генератора, но те же защитные системы – тоже часть комплекса. Есть энергия – есть защитные системы. Те же лазерные установки. Нет энергии – и в стенах даже ниши с этими самыми установками пропадают. Причём заметь – мы, люди, даже примерно не понимаем, как всё это работает. Если бы не каста Воинов, которая охраняла все объекты Древних и притаскивала вместе с собой и своё стороннее оборудование, не было бы у нас ни одной разработки, основанной на технологиях Древних. Те же боевые роботы были бы сказкой.

– Каста Строителей тоже выделяла своих людей для объектов Учёных и Воинов, – заметила Этсу.

– Ну и Строители, да, – согласился Рафу. – Только, насколько я знаю, ни одна вещь Строителей так и не поддалась нашим учёным.

Очередной дверной проём вывел нас не к коридору, а к мосту. Внизу была тьма, справа-слева была тьма, мы как будто бездну пересекали.

– А в действующем Хранилище здесь что? – спросил я.

– Ничего, – ответила Этсу. – Такой же коридор, как те, что ты уже видел.

Забавно, а ведь в Хранилище Фудзи есть похожее место, только оно в самом начале. Там тоже мост, и помещение выглядит как огромная каменная бочка.

Через двадцать две минуты с копейками мы оказались в очередной голой комнате, только дверной проём вёл не в коридор, а в шахту.

– Почти пришли, – произнёс Рафу. – Судя по всему тут изначально был лифт, но без энергии он исчез, как и двери. Наше счастье, что Древние продумали такую ситуацию и не полагались исключительно на свои технологии.

Рафу имел в виду лестницу, вырезанную прямо в стене шахты. Лестницу неудобную, так как это были, скорее, небольшие ступеньки, за которые было трудно держаться. Тем не менее и я, и Рафу с Этсу спустились вниз без инцидентов. Новое помещение было точно такой же коробкой, как и всё, что я видел здесь. Местная архитектура вообще не отличалась оригинальностью – коридоры и прямоугольные комнаты разного размера. Конкретно эта комната была площадью метров в двадцать и открывала путь в ещё один коридор. Разве что здесь было очень много скелетов. Причём сваленных в одну кучу в угол комнаты.

– Ваша работа? – спросил я, кивнув на кости.

– Они мешали, – произнесла Этсу, скидывая сумку на пол.

То же самое проделал и я. Да, собственно, все мы избавились от своей поклажи. Не знаю, что было в сумках у Рафу с Этсу, а вот я тащил сухпайки. Я сначала удивился, зачем нам еды на пять дней, но Рафу, покачав головой, пояснил: далеко не факт, что коридор, который их остановил – последнее препятствие. Мы, конечно, вряд ли пробудем тут все пять дней, но запас лучше иметь, чем не иметь. Только вот есть у меня подозрение, что меня нагрузили из желания хоть что-то всучить. А то ишь, налегке идти вздумал.

Неожиданно для меня внутрь своей сумки полезла именно Этсу. Я почему-то думал, что она какие-нибудь археологические инструменты тащит. В общем, ерунду, как и я. Впрочем, увидев, что именно она достала, я всё же немного удивился.

– Крысы? – вскинул я брови.

Этсу достала прозрачный контейнер с присобаченным к нему небольшим баллоном с воздухом и несколькими белыми крысами внутри.

– И чему ты удивляешься? – глянула она на меня. – Или ты думаешь, мы всё на себе проверять должны? Сначала крысы, потом мы.

Сказано – сделано. Вытащенная из контейнера крыса полетела в коридор. Этсу её натурально кинула, а не опустила на пол. Защита коридора отработала на пять с плюсом: вспышка, и луч насыщенного красного цвета прямо на лету испепелил бедное животное. Треть секунды – и конец. Вроде всё в пределах ожидаемого, только вот Рафу с Этсу продолжали стоять и смотреть на коридор.

– Это было неожиданно, – произнёс Рафу.

– Что именно? – нахмурился я.

– Раньше это была решётка, – ответила Этсу. – Лучи из пола, потолка и стен, которые ещё и двигались туда-сюда. Никакого самонаведения.

– Объект продолжает обучаться, – произнёс Рафу.

– Это автономная ловушка, – заметила Этсу. – Она не подключена к объекту.

– Наши предположения, не более, – отмахнулся Рафу.

– Может, тут только генератор автономен, а сама защита – часть общей системы? – спросила Этсу.

– Очень может быть, – ответил Рафу.

– Зачем вы вообще крысу использовали, если всё равно камонтоку собирались задействовать? – вклинился я в их разговор.

– Потому что могло быть всё что угодно, вплоть до отключения защиты, – ответила Этсу, продолжая изучать освещённый фонарями коридор. Потом повернула ко мне голову и спросила: – Что вообще за идиотский вопрос? Ты нас слышал? Защита изменилась, и об этом лучше знать, чем не знать.

Ну да, сглупил. Правда, и сдаваться я не намерен.

– У тебя крыс не хватит в каждый коридор их кидать, – произнёс я. – А нам вообще плевать, как именно работает защита.

– Археолог из тебя так себе, – покачала головой Этсу. – Защита может измениться как угодно. То есть понятно, что не как угодно, но пределы этих изменений мы не знаем. Представь, что вместо самонаводящегося лазера коридор перекроет стена.

– А потом ещё одна, но уже за моей спиной, – добавил Рафу. – И, собственно, всё, я просто помру там от голода.

Чёрт, и не поспоришь с ними. Не с моими знаниями, во всяком случае.

– Как скажете, – согласился я и поднял руки, признавая их правоту.

– Если с разговорами покончено, – начал Рафу и, приподняв плечи, резко их опустил, – тогда я пошёл, – прогудело пламя элементаля.

Секунда, другая, и слегка наклонившийся вперёд Рафу срывается на бег.

– А вот это вот точно нормально? – махнул я в сторону коридора.

– Это как минимум интересно, – ответила Этсу. – Но не мой профиль. Я археолог, а не неоэнергетик.

– Поясни, – вздохнул я.

Дело в том, что пока Рафу бежал, на него не среагировал ни один лазер. Он просто пробежал по пустому коридору, освещая его пламенем тела.

– Защита Древних реагирует на живые объекты, – произнесла Этсу. – И то, почему она не среагировала на камонтоку Рафу, должны изучать совсем другие учёные.

То есть в состоянии элементаля Бунъя – скорее, энергетические сущности, а не живые люди. При этом спокойно переходят из одного состояния в другое. Забавно.

Добравшись до другого конца коридора, Рафу отключил камонтоку и пропал из нашего поля зрения. Мы-то со своими фонарями могли лишь коридор осветить и небольшое пространство за ним, а Рафу ушёл куда-то влево. Отсутствовал папаня семь минут, после чего вновь появился в проходе коридора.

– Отключил! – крикнул он. – Кидай крысу!

Что Этсу и сделала. Достала очередного зверька и кинула его в коридор. Правда, удержать луч фонаря на очумелом от такого обращения животном долго не смогла. Поводила фонарём туда-сюда и пожала плечами.

– Вроде всё хорошо, – произнесла она.

– Вроде всё хорошо! – крикнул с той стороны Рафу. – Оставайтесь на месте!

После чего осторожно протянул вперёд руку. Немного подождал, после чего так же осторожно зашёл в коридор.

– Авантюрные же вы создания, Сакураи, – произнёс я, хмыкнув.

Всё понимаю, зайти в коридор всё равно было нужно, но – после одной крысы?!

– Кто бы говорил, – ответила Этсу. – В твоих жилах, если ты не забыл, течёт и наша кровь. И судя по тому, что я знаю, в тебе авантюризма не меньше. Или безбашенности, тут как посмотреть.

К нам подошёл живой и невредимый Рафу.

– До последнего опасался, что что-то произойдёт, – произнёс он.

Наверное, после многих лет поисков объекта и фиг его знает скольких неудачных попыток пройти коридор я бы тоже до последнего ожидал какой-нибудь подлянки от судьбы.

– Да уж, – покачала головой Этсу. – Мне тоже как-то не верится, что мы… Ладно, пойдём. Неизвестно, что ещё нас впереди ждёт.

– По идее, – произнёс Рафу, закидывая на плечо сумку, – нас ждёт всего пара коридоров.

– Это если мы с направлением не ошиблись, – заметила Этсу.

– Да вроде всё верно, – произнёс неуверенно Рафу.

– Надеюсь на это, – вздохнула Этсу, также закидывая сумку с крысами на плечо.

Я же молча подобрал свою поклажу и пошёл вслед за родителями.

Забегая чуть вперёд, нам и правда оставалось пройти всего два коридора, но перед каждым мы задержались на полчаса. Кидали крыс, пускали небольшого дрона, взрывали светошумовые гранаты, Рафу врубал камонтоку и гонял по коридорам… В общем, Сакураи старались проверить безопасность проходов всеми доступными им методами. Даже кусок мороженого мяса в проход кидали. Им, конечно, лучше знать, но выглядело это всё довольно забавно. Причём проходы проверял Рафу, и было это относительно быстро, а так долго шли мы из-за Этсу. Дело в том, что скелеты стали встречаться нам гораздо чаще, чем раньше. Можно сказать, что они валялись буквально повсюду, и, в отличие от тех, что были до коридора с защитной системой, эти скелеты не были обобраны Сакураями. То есть были увешаны различными артефактами. Кольца, амулеты, что-то вроде кастетов. Тут и там валялись мечи, ножи, копья, шлемы, кирасы, шлемы, диадемы… Встречалось даже что-то похожее на огнестрельное оружие. Короче, Этсу натурально залипала у каждого скелета. Мне даже пришлось пару раз одёргивать её, когда она начинала тянуть свои руки к очередному артефакту. Я бы этого не делал, но Рафу ещё в начале очень строго напомнил ей, что трогать незнакомые артефакты весьма опасно. Заодно попросил меня присмотреть за “этой фанатичкой” – его слова. В целом складывалось ощущение, что именно здесь, точнее, после лифтовой шахты, состоялось генеральное сражение нападающих и защитников. Правда, понять, кто из скелетов нападающий, а кто защитник, не представлялось возможным. Это уже слова Этсу. А вот у меня, глядя на положение скелетов, создавалось впечатление, что все они являлись защитниками. И если это так, то объект атаковали Древние. Причём лично. Боги… Боги спускались на землю ну очень редко, и вряд ли бы они сделали это ради какой-то лаборатории. В ином случае хоть одного нападающего защитники уничтожили бы. Я могу ошибаться, тут и правда не поймёшь, кем был тот или иной скелет, но… Дурацкое какое-то чувство, если честно. Не могу отделаться от мысли, что у нападающих потерь не было.

Да и ладно. В общем, никакой активной защиты нам больше не встретилось, и в какой-то момент мы всё-таки добрались до цели нашего похода. Даже у раздражённой, оторванной от своих разлюбезных артефактов Этсу настроение резко повысилось. Во всяком случае, ворчать она перестала.

В каком-то смысле это тоже был коридор, но гораздо более широкий, чем остальные, и с тупиком в конце. А по обе стороны этого коридора зияли тёмные провалы дверных проёмов. Тот самый склад Древних, приспособленный людьми для хранения различных ценностей.

– Я тут подумал, – нарушил я тишину. – В Хранилище Фудзи что-то около сорока ячеек для хранения. Одна ячейка – один Род. Не маловато ли для целой страны? Или Хранилища – только для избранных?

– И это тоже. Но Японии в этом вопросе так или иначе повезло, – ответила Этсу, водя лучом фонаря из стороны в сторону. Впрочем, мы с Рафу делали то же самое. – Хранилище Фудзи – это бывший объект Строителей, и там гораздо больше таких вот складских помещений. А это объект Учёных, и тут склады очень маленькие.

– Именно такие склады, с отдельными камерами, – добавил Рафу. – Огромные склады в классическом смысле есть на всех объектах. Но что там хранили, никто не знает, – и несколько тише, скорее сам для себя добавил: – Да и склады ли это, если уж на то пошло.

– Света бы сюда побольше, – произнёс я.

– Дело привычки, – бросил Рафу и направился к ближайшему дверному проёму. С левой стороны. Так-то эти проёмы симметрично расположены, но Рафу стоял слева от меня и ближе к нему был именно левый проём.

Комната, в которую мы вошли, по размеру была плюс-минус такой же, как и ячейка Аматэру в Хранилище Фудзи. Три луча фонаря прошлись по помещению, освещая полную разруху. Видимо, многое лежало на полках деревянных шкафов, которые со временем просто развалились, так что различные предметы валялись вперемешку с остатками мебели.

– Маловато здесь что-то вещей, – заметил я.

– Маловато? – глянула на меня Этсу. – А, ну да, ты же у нас Аматэру. У вас, скорее всего, комната под завязку забита.

Всё может быть, но факт остаётся фактом – здесь вещей не так уж и много. По краям стен что-то там навалено и всё. В Хранилище Фудзи мне казалось, что наша ячейка не такая уж и большая, а здесь как бы даже наоборот. Причём в реальности они… Ну да, в реальности у них примерно одна площадь – квадратов восемнадцать-двадцать.

Задержались мы там недолго – Этсу хватило пяти минут, чтобы пройтись вдоль стен, время от времени трогая тот или иной артефакт ногой, после чего она молча вышла из комнаты.

– Совсем ничего интересного? – спросил я.

– Скорее всего, интересного там много, – ответила она. – Просто надо с каждым артефактом отдельно заниматься. А вот чего-то очень интересного, что сразу бросается в глаза, там нет.

В следующей ячейке Хранилища ситуация повторилась. Там тоже было не так уж и много вещей, и ими Этсу не заинтересовалась. И в следующей ячейке. И в следующей. Разве что в пятой немного задержался Рафу, рассматривая какой-то меч, смахивающий на китайский цзянь, только без гарды.

– Что скажешь? – обратился он к жене.

Присев рядом с ним на корточки, Этсу произнесла:

– Что-то связанное с пробитием щитов и… Скоростью?

– Или молнией, – добавил Рафу. – Тебе бы он подошёл.

– Я и с ним буду паршивым бойцом, – усмехнулась она.

– Так-то оно так… – протянул Рафу. – Ладно, пошли дальше.

В шестой и седьмой ячейке… Короче, что-то интересное мы обнаружили только в одиннадцатой, и это были не артефакты. Помещение вообще было довольно пустым, артефакты валялись лишь в одном углу, а основное пространство комнаты занимали три штабеля металлических пластин. И если золото и серебро я определил сходу, то вот с третьим металлом у меня возник затык. То ли бронза, то ли медь, то ли дилетит. Этсу тоже стояла и с недоумением смотрела на неизвестный металл, а вот Рафу явно был сильно удивлён.

– Ты ведь в курсе, что это? – спросил я его.

– Это дилетит, Син, – ответил он таким тоном, будто я что-то глупое сказал.

– У дилетита другой оттенок, – заметил я.

– Ты что, никогда не видел заряженый дилетит? – спросил он. – Впрочем, не отвечай, и так всё понятно.

Заряженый? Я новым взглядом окинул нашу находку. Золота здесь тонны две, серебра чуть больше, а вот дилетита… Подойдя к штабелю металлических пластин, взвесил одну из них в руке. Лёгкая. То есть тут где-то пара сотен килограмм. Впрочем, штабель дилетита и по размеру уступал первым двум. Но всё равно – двести килограмм заряженного дилетита! Мамма мия! Даже у Аматэру… Хотя не очень пример, мои предшественники его активно тратили, в том числе и в качестве даров. В общем, два килограмма заряженного дилетита – сокровище для любого клана, а тут две, мать его, сотни! Что ж, воистину сокровище.

Как я уже говорил, Хранилище представляло собой широкий коридор, оканчивающийся тупиком, и нечто валяющееся у стены этого тупика мы заметили ещё на десятой ячейке, и только на пятнадцатой, а их с каждой стороны по двадцать, наши фонари чётко показали, что это скелет. Этсу, когда это обнаружила, даже на месте замерла, а потом быстрым шагом направилась в его сторону, а когда остановилась рядом с костяшками, от неё нетерпением пыхнуло с такой силой, что даже такой недоэмпат, как я, почувствовал. Это не могло меня не заинтриговать, так что, подойдя к ней, я тоже уставился на мертвеца.

И это был не человек.

– Что за нафиг? – пробормотал я.

– Это останки Древнего, Синдзи, – ответила Этсу. – Это, чтоб его, скелет самого настоящего Древнего.

Более тонкие кости, более широкие рёбра и меньшее их количество, отсутствие нижней челюсти. Вместо неё у черепа Древнего там, где у людей рот, было узкое отверстие. Да и в целом строение скелета сильно отличалось в мелочах от человеческого. Никакой одежды, даже остатков, и всего один артефакт, валяющийся рядом с левой рукой.

– Это ведь картина, да? – спросил я.

– Скорее всего, – ответила Этсу. – Причём место активации золотого цвета, то есть что-то, связанное с секретностью. Очень, очень интересно, но сначала давайте закончим с хранилищами.

И мы пошли обследовать хранилище дальше.

Лично для меня интереса не представляло ничего из того, что я увидел. Ну, кроме дилетита. И дело даже не в том, что я не пользуюсь бахиром, просто я не разбирался в увиденном. Ну валяется куча разных предметов, порой совсем непонятного предназначения, и что? Мечи, ножи, кольца, браслеты, наручи… Всё это я и раньше видел, в Хранилище Фудзи у Аматэру тоже чего только не лежит. А вот Рафу с Этсу то и дело зависали рядом с каким-нибудь артефактом и порой минут по десять его обсуждали. Мне больше эти обсуждения были интересны, чем все остальные артефакты. А тут ведь наверняка и что-то от Ушедших было. Но опять же – определить, что есть что, я не мог. Кстати, золото с серебром встретилось нам ещё в двух ячейках, а вот дилетита, тем более в таком количестве, не было. Что, в общем-то, и понятно – подобные вещи, способные увеличивать силу твоих техник, лучше держать при себе, а не в Хранилище.

В очередной, уже двадцать пятой ячейке, Этсу всё-таки раскопала что-то интересное. Поначалу они с Рафу разошлись по разным углам, а я, как всегда, остался стоять в проходе.

– Рафу! – крикнула она. – Рафу, бегом сюда! Быстрее!

Подскочивший к ней Рафу так же, как и она, опустился на одно колено, светя на то, что Этсу держала в руках с фонарём. Ко мне оба находились спиной, так что я не видел, что же она там нашла, отчего пришлось подойти к ним вплотную.

– Поверить не могу, что это она, – услышал я голос Этсу на полпути. – Это ведь она, Рафу? Я ведь не ошибаюсь?

– Если меня глаза не обманывают, то да. Это она, – ответил он.

– Что вы тут нашли? – подошёл я к ним.

Это была маска. Белая, словно из кости, на которой были едва заметны выгравированные звёзды. Десятки звёзд по всей маске.

– Ты в курсе, с чем именно Древние сравнивали вечность? – спросила Этсу, не отрывая взгляд от маски.

– Без понятия, – ответил я.

– Со звёздами, – произнесла Этсу. – Именно звёзды олицетворяли у Древних вечность.

– И? – поторопил я её.

– Это Маска Вечности, Синдзи, – произнесла она тихо. – Артефакт, овеянный сотнями, если не больше, легенд по всему миру. Про фильмы и сериалы я вообще молчу – нет-нет, да появится какой-нибудь злодей или мудрый учитель с этой маской.

Твою же ж мать…

– Та самая маска, позволяющая жить вечно? – спросил я на всякий случай.

– Это для обывателей, – произнесла она, так и не повернувшись ко мне. Собственно, Рафу тоже не отрывал взгляд от артефакта. – А учёные-историки давно знают, что больше тысячи лет она не даст. Но даже тысяча лет…

Твою же ж мать ещё раз! Ведь чуял, что не просто так они вставили пункт о приоритете в выборе артефактов, но чтобы здесь валялась настолько легендарная вещь, даже я не ожидал.

– Вы ведь знали, что она будет здесь, так? – проворчал я.

– Нет, – всё-таки повернулась ко мне Этсу. – Не знали. Даже не предполагали. Если честно, я вообще думала, что она где-то в Китае затерялась. Но это не важно. Ты ведь не забыл условия договора?

– Да, да, – отмахнулся я. – Приоритет в выборе трёх артефактов. Чтоб вас…

– А я вот, например, не уверен, что она нам нужна, – заметил Рафу.

– Ты с ума-то не сходи, – произнесла слегка удивлённая Этсу. – Как это – не нужна?

– На этой вещице столько крови, что… – начал Рафу, но запнулся. – Слишком часто Маска Вечности меняла хозяев, слишком часто из-за неё начинались настоящие войны. Она буквально генерирует боль, смерть и предательство. И зачем нам эта бомба замедленного действия?

– Не волнуйся ты так, – улыбнулась Этсу. – Сейчас совсем не те времена, что прежде. Да и если о ней никто не будет знать, то и проблем не будет. Синдзи, конечно, может нас подставить, – произнесла она с ехидством в голосе, при этом покосившись на меня, – но ведь и мы молчать не будем. Ему невыгодно распространяться о маске.

– Не знаю…

– Всё, хватит, – произнесла она решительно. – Оставляем её себе. Или мы не Сакураи? Справимся.

Судя по неуверенному выражению лица Рафу, Этсу его не убедила, но и спорить он с ней не стал. Я же ещё минут тридцать корил себя и чертыхался, да и потом, подуспокоившись, не мог избавиться от чувства сожаления. Такую вещь профукал! Атарашики маска ой как пригодилась бы.

Сходив в начало коридора, Этсу положила артефакт в свою сумку, и лишь после этого мы продолжили изучать Хранилище. В принципе, ничего интересного родители больше не нашли. Разве что Этсу вытащила из хлама ещё какую-то маску, изрисованную красными знаками Древних, и покрутив в руках, водрузила её себе на макушку, благо артефакты данного типа в буквальном смысле слова магнитятся к человеку. Во всяком случае, волосы на голове этому не помеха.

– Не знаю, что она даёт, – произнесла она, – но это маска, так что в любом случае что-то интересное.

Судя по тому, что бежать к сумке и прятать артефакт она не стала, действительно не знает. Хотя в тот момент я пожалел, что не активировал чувство лжи, после чего исправил данное недоразумение. А то что-то я совсем расслабился. Про маску уточню, когда трофеи делить будем, сейчас Этсу своим недоверием лучше не тревожить.

После того как мы обошли все ячейки, Сакураи направились к скелету Древнего, и первое, что сделала Этсу, это подобрала рамку картины Древних, усевшись рядом с останками на колени.

– Интересно, что здесь вообще делал Древний? – поинтересовался я.

– Без понятия, Син, – ответил Рафу. – Возможно, что передача объекта людям не подразумевала, что хозяева оттуда уйдут.

И кстати, Древнему, как и многим другим на этом объекте, банально отрубили голову. Других повреждений я не увидел.

В этот момент Этсу активировала артефакт. Рафу стоял сбоку от неё, я позади, так что перемещаться, чтобы увидеть, что показывает картина Древних, никому не пришлось. А посмотреть там было что. Во-первых – это была скорее запись, причём этого самого места. А во-вторых – присутствовал звук.

Запись велась из-под потолка в углу тупика и показывала нам коридор Хранилища, только хорошо освещённый. Недалеко от стены, собственно, там, где мы сейчас находились, стоял Древний, одетый в серый, под цвет стен объекта, комбинезон. Чёрные волосы, голубая кожа, лица видно не было, так как стоял он спиной к… пусть будет к камере. В левой руке держал ту саму картину, которая сейчас показывала нам данный фильмец. В пяти метрах от него, перекрывая весь коридор, мерцал красноватый энергетический щит. С другой стороны коридора вместо прохода, через который мы сюда попали, была монолитная стена.

Вот Древний что-то произносит на своём языке, который больше на мычание похож, а через пять секунд в противоположной стороне коридора прямо из воздуха появился человек. Знакомое перемещение. Человек был одет в чёрные облегающие штаны, чёрные сапоги и чёрную безрукавку на голое тело. Ну и волосы у него были тоже чёрные и коротко стриженные. Подойдя к щиту, он остановился. Короткий диалог, на этот раз на вполне человеческом языке, который даже был чем-то знаком, видимо, древняя вариация японского, и человек сделал шаг вперёд. Небольшое мерцание, и он с другой стороны щита, направляясь к Древнему. Продолжая движение, человек достал из воздуха меч, на вид обычный гладиус, и подошёл к Древнему вплотную. На фоне человека заметно, насколько у Древнего субтильное телосложение. Ещё один короткий диалог, и человек смахнул Древнему голову. Пять секунд он стоял над трупом, после чего что-то сказал и, развернувшись, медленно пошёл в сторону выхода. На моменте, когда он вновь преодолевает щит, запись закончилась, и артефакт начал прокручивать схематичный образ Земли.

Первым молчание нарушил я:

– На каком языке они говорили?

– Старояпонский, – ответил Рафу.

– Кто это был, Рафу? – спросила Этсу, глядя на него. – Ты ведь можешь перевести, о чём они говорили?

– Там… всё не особо информативно, – пожал он плечами. – Но да, могу. А кто это был… Не знаю. Теперь я вообще не понимаю, что здесь произошло.

– Переводи давай, – потребовала Этсу и протянула ему артефакт.

Она явно пребывала в нетерпении.

Переводить сразу он не стал, а ещё три раза прокрутил запись, благо для этого требовалось всего лишь активировать “картину”. И лишь на четвёртый начал синхронный перевод. Что сказал Древний в самом начале, Рафу не знал, но Этсу на это махнула рукой. Далее шёл первый диалог, когда человека и Древнего ещё отделял щит.

– Не стоило тебе их убивать, – произнёс человек.

– Всё должно было быть иначе, – ответил Древний. – В плане не было их смерти. Нас обоих подставили боги.

– Вечно у вас во всём боги виноваты, – произнёс человек и преодолел щит.

Следующий диалог начал уже Древний.

– Будь ты проклят, – тут Рафу замялся и предупредил, что перевод очень условный, – ведьмин пастух! Ты и твои боги!

– Они не мои боги, – спокойно произнёс человек. – Более не мои.

И уже стоя над трупом, человек произнёс:

– Что ж, пора пообщаться с Сусаноо.

Когда запись в очередной раз закончилась, Рафу произнёс:

– А ведь примерно в это же время был уничтожен Род Сусанари, потомки бога Сусаноо.

– Да кто это, демоны его побери, такой? – произнесла тихо Этсу.

– Первое, что приходит на ум – это древний Герой, – пожал плечами Рафу.

– Бред, – мотнула головой Этсу. – Они жили десять тысяч лет назад, а этот объект ушёл под воду примерно три тысячи лет назад. Столько никто не живёт. Кроме богов и Древних.

– Почему ты думаешь, что Герои не могли появиться вновь? – спросил я.

– Ну… – замялась Этсу, не зная, что сказать.

– Древние Герои, они же ведьмины пастухи, они же ведьмаки, они же мудрецы душ, они же топчущие разум, они же… Патриархи, – произнёс я, глядя на неё. – Просто родился тот, кто смог достичь уровня древних Героев, вот и всё.

Похоже, мне удалось удивить Этсу, во всяком случае, она целых одиннадцать секунд просто тупо пялилась на меня.

– Хм. Возможно, – подала она, наконец, голос.

– Хочешь сказать, ты тоже сможешь развиться до такого уровня? – спросил Рафу.

Причём кроме любопытства в его голосе ничего не чувствовалось.

– Может, да, может, нет, – произнёс я, после чего вздохнул. – Тут как с пользователями бахира, кто-то “виртуозом” становится, а кто-то выше “воина” подняться не может.

– То есть шансы у тебя не очень, – хмыкнула Этсу.

– Я… – хотел было сказать, что гений, и со стороны местных Патриархов так и есть, даже на взгляд ведьмаков моего прежнего мира так и есть, но по словам Ал’Вира, который оперировал информацией со многих миров, это не так. – А ты других Патриархов поспрашивай, какие у меня перспективы.

– Ой, ой, как страшно, – усмехнулась она. – Ладно, у нас сейчас на повестке другой вопрос. Синдзи, одолжи своё колечко.

Я напрягся. Не из-за слов Этсу, а потому, что от неё повеяло угрозой. Она “учитель”, а от “учителей” я, в последнее время, ощущаю что-то вроде “ты, конечно, можешь подохнуть, но только если сам тормозить будешь”. Но не в этот раз. От Этсу мне конкретно отойти хотелось, чтобы было больше места для манёвра.

– И нафига оно вам? – остался я стоять на месте.

– Для работы, Синдзи, – ответила она. – Для работы. Мы ведь археологи и историки, и Ключ Прошлого гораздо полезнее в наших руках. Точнее, в твоих руках он вообще бесполезен.

– Вы справлялись без моего кольца раньше, справитесь и впредь, – произнёс я.

– Мы готовы обменять его на любое другое кольцо из тех, что есть в этом Хранилище, – заговорил Рафу.

Вот от него, к слову, угрозы не ощущалось.

– Обойдусь, – покосился я на него. – Это кольцо дорого мне как память.

– Я же говорила, он в отказ пойдёт, – вздохнула Этсу.

После чего переместила маску с макушки на лицо и поднялась на ноги.

– А если мы обменяем Маску Вечности на Ключ? – спросил Рафу.

– Что?! – воскликнула Этсу. – Да ни за что! Маска останется у нас и точка. Хотя…

– Маска Вечности слишком опасный артефакт, – посмотрел на меня Рафу. – Но ты Аматэру, в ваших руках опасность нивелируется. Мало кто будет готов воевать с Аматэру за неё. Плюс секретность – мы точно будем молчать о ней.

Очень хорошее предложение. Очень. Но подозрительное.

– Я готов обсудить данный вопрос, – произнёс я осторожно.

– А что тут обсуждать, – хмыкнула Этсу. – Мы тебе Маску Вечности, ты нам кольцо.

Я уж хотел было согласиться, но… Предложение подозрительное со всех сторон.

– Мы обмениваемся артефактами и забываем об этом вопросе? – спросил я.

– Конечно, – произнесли они хором.

Только вот если Рафу говорил искренне, то Этсу однозначно соврала. А ведь я им как-то раз говорил, что чую ложь. Значит, Этсу либо забыла этот момент, либо ей просто плевать. Надо бы кое-что прояснить…

– Нет у меня желания отдавать вам кольцо, – произнёс я.

От Этсу ещё сильнее повеяло угрозой.

– Даже за Маску Вечности? – удивился Рафу.

– Я ведь говорила, что он ничего не отдаст, – вздохнула напоказ Этсу.

– Если не нужна маска, выбери любой другой артефакт, – произнёс Рафу.

– Даже так? – улыбнулся я криво. – Тогда пусть она отдаст маску, которая сейчас на ней. Тебя самого-то не смущает данный факт? Довольно странно вести переговоры, нацепив на себя древний артефакт.

Недовольно покосившись на жену, Рафу произнёс:

– В самом деле, Этсу, ты ведь даже не знаешь, что она даёт, а выглядит подозрительно.

– А вот мне кажется, всё она знает, ведь так? – спросил я усмехнувшись.

– Мне спокойней, когда ты не видишь моего лица, – ответила она. – Твоё чувство лжи довольно нечестная способность в переговорах, а так ты вряд ли сможешь меня прочесть.

– Заметь, она не ответила, – глянул я на Рафу.

– Этсу. Ты в курсе, что это за маска? – спросил он, глядя на жену.

– Подозреваю, – пожала Этсу плечами.

Врёт. А раз врёт, то всё она знает.

– Тогда сними, – чуть надавил на неё Рафу. – Нам незачем врать.

– Это переговоры, Рафу, – вздохнула она на показ. – На них так или иначе присутствует ложь. Да к демонам! С какой стати я что-то должна снимать?

– Потому, что я потребовал её в обмен кольцо, – произнёс я. – Так что для начала ты должна её хотя бы снять.

– Не буду, – ответила она не раздумывая. – Мне и так хорошо. А кольцо мы в любом случае получим.

– Что за детский инфантилизм, Этсу, – начал Рафу. – Мы…

– Это наша защита! – рявкнула она. – Ты сам говорил, что не справишься с ним.

– Нам и не надо сражаться, мы… – произнёс он, но вновь был прерван.

– А почему нет? – чуть наклонила она голову вбок. – Давно пора поставить этого урода на место. И в замкнутом пространстве это будет сделать проще всего.

– Ты… – не знал, что сказать Рафу. – Ты несёшь бред. Он наш сын!

– Сын не смотрит на свою мать как на какую-нибудь шлюшку, которую хочет трахнуть! – закричала она в гневе. – Один эксперимент, мне хватило одного эксперимента с короткой юбкой, чтобы это понять! Он не наш сын!

– Что за чушь, Этсу…

– Довольно! – произнесла она, а угроза от неё возросла скачкообразно. – Отдавай кольцо, тварёныш, либо я сниму его с твоего трупа.

То ли она удила закусила, то ли изначально такой план был… Впрочем, в данный момент это несущественный вопрос.

– Если отдам, драки не будет? – спросил я, медленно отходя назад.

– Ты мне неинтересен, – ответила она. – Отдай кольцо и уходи.

Соврала. Этсу определённо атакует меня в любом случае. Да тут и чувство лжи не нужно, достаточно её слов. “Уходи”. Куда, блин, уходи?

Что-то такое почувствовал и Рафу.

– Мы заключили договор, Этсу, – произнёс он. – Не стоит его нарушать.

– Аматэру получат свою часть трофеев, – ответила она.

– Если ты нападёшь, Аматэру на нас охоту устроят, – не сдавался Рафу.

– Не они первые, – пожала она плечами. – Справимся. А с тем, что мы здесь нашли, если потребуется, Аматэру и уничтожить можно. Никто не вечен.

М-да, после таких слов…

– За вами не только Аматэру охотиться будут, – сделал я последнюю попытку… не то чтобы урегулировать вопрос, просто – не доводить ситуацию до боя.

– О, не волнуйся, Синдзи, у меня всё подготовлено, никто нас не найдёт, – произнесла она с улыбкой в голосе.

– И почему я об этом не знаю? – спросил Рафу. – Не важно, я не позволю тронуть сына.

– Милый, давай поговорим о моих действиях потом, – посмотрела она на него. – Я тебе всё объясню и расскажу. Но потом.

– Я. Не позволю. Тронуть. Сына.

– Да не сын он нам! – выкрикнула она. – Больше не сын. Просто биологический придаток.

– Я всё сказал, – произнёс он, поджав губы. – Если решишь напасть на него, придётся сражаться и со мной.

– Рафу… – произнесла она немного растерянно, но уже следующие слова были наполнены уверенностью. – Я всё тебе объясню. Обещаю. А сейчас не мешай. Ты всё равно ничего не сможешь сделать.

Я не понял, что произошло, но Рафу не ответил. С удивлением поднял руки, посмотрел на них, на Этсу, сжал кулак с кольцами на пальцах, вновь посмотрел на Этсу.

– Что за… Как ты… Понятно… Теперь понятно. Вот так, значит. Думаешь, меня это остановит?

– Думаю, любые твои действия бесполезны, – ответила Этсу.

– Тебе придётся убить и меня, милая. Я своего сына не оставлю, – произнёс он, приподняв подбородок.

– Дурачок, – покачала она головой. – Ты такой дурачок, милый, – после чего подняла руку, выставив указательный палец вверх, и под потолком загорелись два ярких шара, освещая Хранилище. Дальние углы были темноваты, но, в принципе, сражаться можно. – Техника автономна и не зависит от меня, – произнесла Этсу. – Не знаю как ты, а я сражаться с фонарём в руках не умею.

– Сдаётся мне, ты переоцениваешь свои силы, – заметил я, готовясь сорваться в бой.

– Эта маска делает любого пользователя бахира Повелителем Стихий, – произнесла она с усмешкой. – В моём случае – Повелительницей Молний. А ты, что-то мне подсказывает, даже с “виртуозом” не справишься. Да ещё и в замкнутом пространстве.

Хреново. Крайне хреново. И ведь не врёт, скотина. Чёрт подери, это реально не мой уровень. И да, в замкнутом пространстве всё становится ещё хуже. Так она, похоже, ещё и не боится сражаться здесь – видимо, стены объекта и не такое могут выдержать. А ведь она спокойно уничтожит всех на судне. С такой силой она и траулер-то не повредит. А мои люди просто не успеют его уничтожить, если только не начнут действовать, пока Этсу ещё в воде, но они не будут. Сначала попробуют разобраться, почему меня с ней нет. Убежать? Да, в итоге так и придётся поступить, но сначала… Пару ударов я нанесу. Я просто обязан оценить её силы. Да и бежать совсем без боя мне просто претит. Чёрт, мне вообще претит вынужденное отступление, но тут уж ничего не поделаешь – если приму бой, и сам сдохну, и своих людей в могилу сведу. Будем надеяться, что она преувеличивает, точнее, ошибается в оценке свойств маски.

– Сначала тебе придётся убить меня, Этсу, – произнёс Рафу, осторожно шагнув в мою сторону.

– Извини, милый, – только и сказала Этсу.

И почти сразу ударила. Техника выглядела как небольшая ударная волна с вкраплениями молний. Мне-то пофиг – Рывок назад и всё, а вот Рафу буквально смело. Причём так удачно, что он улетел в пустой дверной проём одной из ячеек Хранилища.

– Он тебе этого не простит, – заметил я.

– О, не волнуйся, – ответила она. – Рафу не ты, его я смогу убедить в правильности своих действий. А пока давай начнём веселье. Давно я хотела сделать нечто подобное.

Закончив говорить, Этсу махнула руками, и в мою сторону полетело несколько маленьких шаровых молний, которые разлетелись в стороны и соединились молниями вполне обычными. Что-то такое Анеко показывала, когда на ранг сдавала. Сеть из молний перекрыла весь коридор, так у неё ещё и дальность действия довольно высокая. Если не использовать Скольжение, лучший способ защититься – это защитный купол. Сказано – сделано. Только вот когда техника Этсу врезалась в купол, у меня аж в висках закололо, настолько мощным был удар. Примитивная “ветеранская” техника с мощностью как у “виртуоза”. Да уж… Похоже, не ошиблась она с оценкой маски.

Если смотреть со стороны, то я как стоял, так и остался стоять, не сделав и шага в сторону. Даже не пошевелившись. Плюс единичка к пафосу.

– И это всё? – приподнял я бровь. – Как-то не впечатляет. Может, покажешь мне что-нибудь помощнее? Луч Смерти какой-нибудь. Ну или там, Шар Неимоверной Мощи. Ты Повелительница Молний, так удиви меня.

– Ну и бесячий же ты ребёнок, – процедила она, поднимая руку. – Будет тебе Луч Смерти.

Я приготовился. Очень важно, чтобы она пальнула в меня чем-нибудь не массовым. Один снаряд, как можно более мощный. Я уже рассчитал, как ставить Гибкий щит и, если повезёт, техника прилетит к своей создательнице. Учитывая, что на ней, скорее всего, банальный “доспех духа”, есть немалый шанс, что на этом бой и закончится. Среагировать на таком расстоянии и с её боевым опытом она просто не успеет. Давай же. Один снаряд. Самый мощный. Или луч, но тоже помощнее.

Фокус был раскочегарен на полную, как и остальные мои чувства, поэтому случившееся далее не было полной неожиданностью. Точнее, не так. Краем сознания я отслеживал Рафу, знал, что если он и будет что-то делать, то не против меня, из-за этого и не обращал на него слишком много внимания, отслеживал именно что краем сознания. Видел, что он бежит ко мне, понимал, что может помешать плану, но не специально, только и сделать ничего не мог – расчёт полёта техники противника, которая могла начать свой полёт неизвестно где, и выставление под нужным углом Гибкого щита – это не то, что можно сделать за… микромгновение, скажем так. С другой стороны, шанс на то, что Этсу убьётся о свою технику, тоже оставался лишь шансом, и если союзный “мастер” может что-нибудь придумать… В общем, всё происходило очень быстро, при этом просчитывать приходилось очень много, и я тупо не успевал просчитать, просто просчитать свои действия наперёд, не то что воплотить их в жизнь. Поэтому мне и оставалось сконцентрироваться на Этсу и надеяться, что Рафу поможет, а не помешает в желании меня спасти. И да, бежал он именно чтобы помочь, так как угрозы своей жизни я от него не ощущал. Получилось то, что получилось.

Этсу выпустила в меня свою технику, нечто вроде ярко-белого луча, слегка похожего на молнию, ну а я поставил в нужном положении Гибкий щит. Только это уже было не важно, так как в последний момент передо мной появился Рафу, приняв на себя удар жены. Луч – или всё-таки молния – прошил его насквозь в районе печени, попал в мой щит и отрикошетил немного в другую сторону, второй раз прошив Рафу насквозь, только на этот раз в районе лопатки. Две страшные раны, которые не оставляли ему шанса на спасение. Упав на пол, он ещё был жив, но я точно знал, что это ненадолго. Сильные бахироюзеры, конечно, живучие ребята, но не до такой степени.

Этсу перестала атаковать и замерла. Я тоже не шевелился – моя чуйка буквально кричала, чтобы я замер и не отсвечивал.

– Рафу… Нет… Нет! Рафу! – закричала Этсу, ломанувшись в мою сторону. Добежав до мужа, она упала на колени и запричитала, не зная куда девать руки и полностью меня игнорируя. – Рафу, милый… Нет, пожалуйста, я не хотела… Не надо. Пожалуйста… Ты не можешь умереть… Нет, нет, нет, нет! Живи, милый. Живи, ты не можешь умереть. Пожалуйста… Нет… Не надо…

А Рафу… Он пошевелился, каким-то чудом перевернулся на бок, схватил Этсу за руку и прохрипел, извергая изо рта поток крови:

– Маска… Надень… Даст… силы.

И Этсу послушалась, моментально сняв с себя маску и приложив её к лицу Рафу.

– Только не умирай, не умирай, пожалуйста, не умирай… – частила она слова, словно мантру.

Я давно уже знаю, не раз с таким сталкивался, что умирающие люди могут смотреть очень выразительно. Будто передают тебе свои мысли. Вот именно так Рафу и посмотрел на меня. И я понял… В который уже раз, я понял, что от меня хочет пока ещё живой мертвец.

Поднял руку, параллельно доставая из подпространственного кармана “Чиж”, навёл на голову Этсу и нажал на спусковой крючок. Смотреть на дёрнувшуюся женщину, изо рта которой хлынула кровь, было неприятно, поэтому я перевёл взгляд на Рафу. Зрелище тоже не очень, но и прятать взгляд было нельзя. Он отдал за меня жизнь, и пусть только сейчас, но я стану его сыном.

– Спасибо, отец, – произнёс я.

– Камонтоку… – прохрипел он. – Минамото… Не заблокировали… – проглотил кровь и продолжил: – Позаботься о сестре… Она знает… где… Я… Я люблю вас, сынок…

И умер. Умер, оставаясь отцом до самого конца. Даже в такой момент он думал о своих детях.

– Во имя твоё, Рафу. Во славу твою, – произнёс я тихо.

А потом огляделся. Да уж, композиция… Объект Древних с кучей артефактов, я с “Чижом” стою над трупами родителей, и – техника мёртвой женщины, что продолжает освещать окружающее пространство.

– Вот ведь дерьмище…

Глава 5

Честно говоря, мне не хотелось оставлять здесь тело Рафу — к тому моменту, когда его смогут забрать и похоронить, оно будет иметь весьма непрезентабельный вид. Но и тащить его наверх тоже смысла не было. Так что, поморщившись, решил всё оставить как есть. Картину, ну или как я начинаю подозревать, планшет Древних, закинул в свою сумку, предварительно высыпав оттуда сухпайки. Маску, увеличивающую силы, как и Маску Вечности с ключом от Хранилища, закинул туда же. Осмотрелся, взвесил сумку, после чего направился к ячейке, где лежал заряженный дилетит, и прихватил с собой пару слитков. Вышел в коридор и опять осмотрелся. Мелькнула было мысль забить сумку различными артефактами, но опять же – какой смысл? Уж лучше налегке пойду. Вообще, я в тот момент, можно сказать, был слегка растерян. Как Али-Баба в пещере разбойников: столько сокровищ, что не знаешь, за что хвататься. Одна радость – данная “пещера” принадлежит мне, а не каким-то там разбойникам.

Путь назад я помнил, так что до двери, ведущей наружу, дошёл без проблем, а вот там я растерялся по-настоящему. А всё почему? Да потому, что не знал, как выбраться наружу! Блин! Да ну как так-то? Пока шёл обратно, об этом не задумывался, а теперь стою и чешу репу. Способов выйти у меня ровно два: ключ и Скольжение. В первом случае придётся использовать бахир, причём я даже не знаю, в каком месте его использовать. Ну а Скольжение… Скажем так — было страшно испортить артефакты. Как показала практика, обычно Скольжение им не вредит, видимо, слишком мало я нахожусь в подпространстве, но и маски далеко не простые артефакты. По моему мнению, естественно. А вдруг именно с ними что-то случится? Оставить их здесь? Ладно, только вот и ключ придётся оставить, на всякий случай, тогда как провести сюда других людей?

Десять минут я стоял у стены, через которую мы попали на объект и тупил, ища выход из ситуации. Естественно, не нашёл. Не было его. Либо так выходить, либо так. В итоге всё же решил использовать ключ, так как это для выхода наружу у меня два способа, а в целом, если смотреть на перспективу, выбора никакого и не было – ключ должен оказаться снаружи и никак иначе. А не, выбор был, можно рискнуть и использовать Скольжение вместе с артефактами, но если что-то пойдёт не так, если хоть один из них придёт в негодность…

Ещё девять минут потратил на поиск места, куда необходимо прикладывать ключ. Девять минут четырнадцать секунд водил лучом фонаря по стене, но всё же нашёл круглую выемку. Вставил в неё артефактный ключ, немного помялся и всё же подал в него бахир. Рука, которой я упирался в стену, ушла в неё словно в песок, после чего я, поморщившись от отсутствия своих ведьмачьих сил, вошёл в стену.

Плутать под водой я, естественно, не стал, сразу, как только выбрался из туннеля, всплыв на поверхность. Оглядевшись, нашёл вдалеке траулер, после, погрузившись на глубину пары метров, поплыл в его сторону. На сам траулер забрался по трапу, по которому не так и давно, если подумать, в воду спускалась Этсу.

На палубе меня встретил лишь Щукин. Судя по шезлонгу чуть в стороне, рядом с которым прямо на палубе стояла банка пива, он тут давно сидел. Видимо, караулил наше с Сакураями возвращение, но услышав, как я поднимаюсь по трапу, подошёл к тому месту, где я должен был появиться.

— Ну как? – спросил он. — Нормально сходили? – параллельно с этим, он перегнулся через борт траулера и посмотрел вниз. Потом на меня. Нахмурился. – А эти где?

– Мертвы, – ответил я коротко.

– Э-э-э… — подвис Щукин. – Они что, осмелились на тебя напасть? -- спросил он.

Положив на палубу сумку, переместил маску, которая для дайвинга, а не артефакт, на лоб.

– Этсу напала, – пояснил я. – А Рафу закрыл меня собой.

Немного помолчав, осмысливая услышанное, Щукин произнёс:

– Син, ты понимаешь, что у меня теперь ещё больше вопросов? Как, демоны её подери, “учитель” сумела убить “мастера”? Почему Рафу тебя закрывать полез, а не ударил по жене? С какого хрена она вообще решила напасть? С нами-то она как разбираться собиралась? А Род Аматэру, который…

– Не части, – махнул я рукой. – Она нашла артефакт, который делал её Повелительницей Стихий, вот и…

– Э-э-э… – протянул Щукин. – Да ладно…

– Вот и решила напасть, – закончил я мысль.

– И ты сумел её… – произнёс он с таким выражением лица, словно предлагал мне закончить.

– Нет, – ответил я. – Точнее – да. То есть… Аргх… – провёл я ладонью по лицу. – Давай я потом всё обстоятельно расскажу. Сейчас у нас несколько другие проблемы.

– Это какие? – нахмурился он. – Сакураи что, из могилы сумели нагадить?

– В каком-то смысле, – вздохнул я. – Вот скажи, ты умеешь подобным судном управлять?

Ответил он не сразу, и всё что сказал, было:

– Ой.

Вот именно, что “ой”. Вернуться в Малайзию мы точно не сможем. Тут и расстояние, и маршрут, чтобы не попасться на зуб англичанам. Не потянем мы такое. В этот момент на палубу поднялись Святов с Ёхаем, и первый вопрос, когда они подошли, был о родителях.

– А где Сакураи? – спросил Святов.

– Мертвы, – ответил я со вздохом.

– Они что, на тебя напали? – тут же поинтересовался Ёхай. – Во психи.

– Типа того, – пожал я плечами. – Кто-нибудь из вас может управлять траулером?

Мы вчетвером стояли на мостике судна и бездумно пялились на всё это техническое чудо. Чудо не в плане высоких технологий, а в том смысле, что для нас органы управления траулером были чем-то чудесным и далёким. Эти кнопки, рычаги, тумблеры, довольно старые экраны с клавиатурами и без… Единственное, что было понятно для всех – это штурвал.

– Ну приплыли… – произнёс тихо Ёхай.

– Как хоть завести эту лоханку, кто-нибудь знает? – спросил Щукин.

– Как завести, я видел, – произнёс я. – А вот как поднять якорь – нет.

– Да ладно вам, – произнёс Святов. – Что мы, четыре неглупых мужика, не разберёмся? Тут делов-то – потыкать на все кнопки, – я, Щукин и Ёхай перевели на него взгляд. – Ну и это… тумблерами пощёлкать… – произнёс он уже не так уверенно.

– Святая ты невинность, – вздохнул Ёхай.

В итоге нам так или иначе пришлось действовать методом тыка. Разве что кнопка поднятия якоря была подписана. Точнее, под ней была пиктограмма этого самого якоря. Впрочем, как подняли, так и опустили – плыть-то мы всё равно пока никуда не собирались. Блин, да мы даже не знали, куда именно плыть. Собственно, определением нашего местоположения и нужного нам направления мы и занялись в первую очередь. И да, как я и сказал, метод тыка подразумевает тыканье в разные кнопки. Святов хотел было схохмить, но ни у меня, ни у Ёхая с Щукиным настроения его выслушивать не было, так что, глянув на наши хмурые лица, Сергеич просто поднял руки, всем своим видом показывая, что такое больше не повторится.

В итоге, конечно, разобрались. Не во всём и не сразу, но, например, с разного рода навигаторами дело имел каждый из нас, так что стоило его только найти – и понять, где именно мы находимся, труда не составило. Так Ёхай откуда-то ещё и обычные карты притащил.

– Значит, мы здесь, – произнёс Щукин, чуть склонившись над бумажной картой, разложенной прямо на приборной панели судна. – А ближайший к нам остров… М-да, карта так себе.

– Ну так обычная же, – пожал плечами Ёхай. – Гражданская.

– Тут даже непонятно, он обитаем, или нам дальше плыть, – произнёс Щукин задумчиво.

– Йонагуни, – произнёс я. – Около полутора тысяч жителей, насколько я помню. Что для нас проблема.

– Это да… – пробормотал Щукин.

Мелькать в месте, где каждый знает каждого или около того, для нас не очень хорошая идея. Хотелось всё-таки не попадаться никому на глаза.

– Ближайший к нам более-менее заселённый остров – Исигаки, – произнёс я. – Думаю, за день до него доберёмся.

– Похоже, так и придётся поступить, – покивал Щукин. – Наверное, тебе даже будет лучше одному туда наведаться, а мы на судне посидим. С твоим отводом глаз ты сможешь незаметно связаться с кем-нибудь из наших. Пусть приедут и заберут нас. Ну или хотя бы пришлют кого-нибудь, кто в управлении траулерами разбирается.

– Тогда придётся подождать, – посмотрел я на него. – Мне, чтобы выбраться из объекта, пришлось бахир использовать. Я сейчас мало чем от простого человека отличаюсь.

– Значит, подождём, – кивнул Щукин.

– А пока ждём, надо бы нам с тобой смотаться на объект, – произнёс я, обращаясь к Щукину. – Хочу сжечь тело Рафу. Ну и Этсу, раз уж такое дело.

– Для этого есть какая-то особая причина? – спросил он подозрительно.

– Нет, просто не хочу, чтобы он там сгнил, – ответил я.

– Ты так и не рассказал, что там произошло, – подал голос Святов.

– Иди, переодевайся, – кивнул я Щукину. – А я пока расскажу им всё.

Кивнув, Щукин развернулся в сторону выхода с мостика, замер и обернулся обратно.

– Во-первых – я эту историю тоже хочу послушать, – произнёс он. – Но это ладно, успеется. А во-вторых – я без понятия, где здесь снаряжение для… – помахал он рукой. – Где тут акваланги, короче.

В общем, с историей пришлось повременить, следующие двадцать минут мы искали акваланг. Не могли же Сакураи взять только три комплекта. В конце концов, я мог и настоять на присутствии ещё одного человека. А-то и всех трёх. И да, нашли, но всего один. То-то родители настаивали лишь на одном сопровождающем.

Ну а потом мы с Щукиным отправились на объект, только ведущим был уже я. Причём добраться до самого строения проблемой не было, а вот вход я нашёл, признаюсь, не сразу. Впрочем, много времени это тоже не заняло. До самого Хранилища добрались также без проблем. Вытащили тела в ближайшее пустое помещение, сняли все кольца с их пальцев, после чего Щукин за шестнадцать минут их и сжёг. Сделал бы быстрее, но в замкнутом и не слишком-то большом помещении применять что-то мощное он не собирался – так и самому на тот свет отправиться недолго.

Постоял над тёмными пятнами, оставшимися от тел. Вы были хреновыми родителями, но тебе, Рафу, я прощаю всё. И о Рейке я позабочусь. Как о сестре. Не потому, что она Повелитель Стихий, а потому, что ты попросил. Постараюсь дать ей то, что вы не смогли.

Уходя, забрали сумки Сакураев, забив их слитками дилетита и понравившимися артефактами. Не, ну а что? В прошлый раз я как-то подсознательно считал, что придётся делать Скольжение, вот и не нагружал себя. Теперь можно. Остальное заберут уже Слуги Рода. А вот с определением артефактов, чую, будут проблемы – найти спецов уровня Рафу с Этсу, уверен, непросто, так надо ещё и секретность как-то обеспечить.

Ну а следующие сутки всё, что мы делали, это пытались освоиться с управлением судном, после чего направились в сторону Исигаки.

***

– Вроде он, – произнёс Щукин, почёсывая щёку.

Мы вчетвером собрались на мостике и переводили взгляд с иллюминаторов, в которых виднелась полоска земли, на приборы судна, показывающие наше местоположение.

– Как близко подходим? – спросил Святов, стоящий за штурвалом.

Развернувшись, подошёл к столику, где была разложена карта. В порт, понятное дело, лучше не соваться, но тогда куда? Где нам найти подходящую бухточку? Про безлюдную молчу, где тут безлюдные места, никто из нас определить не сможет. Да и никто на нашем месте не сможет. Или лучше не приближаться к острову? Вот без понятия, если честно. Бросать судно нельзя – слишком легко будет выйти на нас. Точнее, на китайцев, а через них на Сакураев, что сразу покажет на меня. Затопить? Ну… думаю, ещё успеем. Так-то, конечно, лучше на острове пересидеть, народу тут живёт достаточно, только с траулером на руках смысла в этом нет – кто-то должен остаться на судне.

– Зайди с запада и остановись километрах в пяти, – принял я решение. – Меня особо не ждите, возможно, останусь на острове.

– Зачем? – посмотрел на меня Щукин.

– Дождусь там помощь, – ответил я. – Кооперироваться будет проще. Я, например, вряд ли вот так, по телефону, смогу объяснить, где находится наше судно. Лучше сам покажу.

– Понял, – кивнул он, принимая объяснение.

Когда Святов остановил судно и спустил якорь, я уже щеголял в одних трусах. Надевать гидрокостюм смысла особого не было, так что я разделся и, засунув одежду в герметичную сумку, дождался остановки траулера. Пара напутственных слов, один шаг, и я за бортом. Оказавшись в воде, сходу взял максимальный темп. Тут и плыть-то всего ничего, даже запыхаться не успею.

Выбравшись на пляж, усеянный камнями, переоделся и, спрятав под одним из этих самых камней сумку, отправился на запад острова. В своё время, ещё только попав в этот мир, я плотно сидел над картой страны, запоминая, что где находится. Города, деревни, главные магистрали, острова с их городами, деревнями и магистралями, численность населения городов и деревень… В общем, делал ровно то, что и всегда, оказавшись в новом месте, разве что новым для меня был весь мир, потому и ограничился только страной, в которую попал. Для начала. Так что примерный план острова у меня был, но больше мне сейчас и не надо – до города дойду и ладно. Сам остров, к слову, опоясывала дорога, так что тут и менее подготовленный человек не заблудился бы. Выйдя на эту самую дорогу, направился в сторону единственного на острове города. Пока шёл, мимо проехали всего две машины, водители которых меня, естественно, не заметили.

Первым делом, добравшись до одноимённого с островом города, точнее, пригорода этого города, нашёл магазинчик разных мелочей. Дождался посетителя, а ждать, между прочим, пришлось час, под отводом глаз зашёл внутрь, где и скомуниздил из кассы несколько монет по сто йен и даже успел выйти из магазина с тем же посетителем. После чего осталось самое простое – найти телефонную будку, которые в Японии до сих пор, несмотря на распространённость мобильной связи, стояли во всех городах и многих посёлках. Будку нашёл в километре от магазина. Она стояла недалеко от заправки, рядом с которой, помимо ресторанчика, не было ни одного здания. Людей ни в ресторане, ни на заправке я не увидел, не считая работников, так что, не боясь, что меня потревожат, зашёл внутрь. Звонить Атарашики не стал, гораздо проще и безопаснее, в плане секретности, было связаться с Мидзуно Монтаро – главой разведки и контрразведки. Для подобного и околоподобного случая у него как раз был специальный номер.

– Слушаю, – раздалось из трубки.

– Это Аматэру Синдзи, Мидзуно-сан, – произнёс я. – Вы можете говорить?

– Да господин, – ответил он почти без запинки. – Я сейчас один.

– Тогда слушай вводную, – произнёс я, не забывая следить за окружением.

***

Забрали нас через два дня. На арендованной людьми Змея простенькой яхте добрались до города Наха, что на Окинаве, и прямо оттуда, с пересадкой на Филиппинах, полетели в Танджунгселор, откуда уже на машинах добрались до Мири. С одной стороны, всё предельно просто, но это для нас. Я немного понимаю, сколько всего должен был проделать Змей, чтобы сохранить наше перемещение в тайне, и могу ему только поаплодировать. Не за саму операцию, а за ту скорость, с которой всё было проделано.

Обратно в Японию мы вернулись через два дня. Артефакты с дилетитом всё это время были со мной. Не то чтобы я не доверял Слугам Рода, просто… Да, я параноик! Но чёрт возьми, с артефактами подобной ценности любой на моём месте получил бы обострение паранойи. Можно было отдать дилетит, но тут я откровенно затупил. Просто не подумал об этом. Как и Щукин с Ёхаем и Святовым. Вот и мотались мы туда-сюда с довольно тяжёлыми сумками.

Сразу в Токио я не поехал, первым делом заскочив в Токусиму. Как ни крути, а именно здесь находится главное хранилище Рода. То, что на Фудзи, хранит самое ценное, и по идее надо туда всё отправить, но тут всё не просто. Во-первых – дилетит. Какую-то часть нам всё равно придётся иметь при себе. Постоянно таскаться в Хранилище слишком заметно. Так что то, что я привёз с собой, останется в Токусиме. Точнее, большая часть – один слиток я возьму в Токио. Далее идёт во-вторых. Часто ездить в Хранилище, как я уже сказал, слишком заметно, а ведь добытые маски в скором времени могут пригодиться. Одну из них я, скорее всего, отдам Императору за клан, а Маску Вечности Атарашики. Последнюю где-то прятать вообще смысла нет – она по умолчанию должна всегда быть у старухи. В-третьих – Хранилище Фудзи не резиновое, туда просто не поместится всё добытое. Ну и где тогда хранить наши сокровища? Естественно, в Токусиме. Именно здесь у нас собственное хранилище под особняком, в котором мы храним слишком ценное для Имперского банка и слишком ерундовое для Хранилища Древних. Ну и в-четвёртых – даже если бы мы сумели всё запихнуть в Хранилище Фудзи, оценивать-то артефакты как? Возить их туда-сюда? Или проделывать это с оценщиком, сопровождая его в Хранилище? И то, и другое – бред. Сначала оценим всё, а потом уже будем думать, что делать.

***

На следующий день после моего возвращения в Токусиму прибыла Атарашики. Выслушала мой рассказ, осмотрела маски, лежащие на столе, после чего задала вопрос:

– Ты точно уверен, что это Маска Вечности? – произнесла она, сидя в кресле напротив.

Причём выглядела она слегка напряжённой.

– В этом была уверена Этсу, – пожал я плечами. – А учитывая, что она задумала, врать ей особого смысла не было.

– Судя по описанию, – произнесла она напряжённо, – это она.

– Ну, судить по одному лишь описанию, да ещё и прошедшему через тысячелетия, явно не стоит, – заметил я. – Надо проверять.

– Маска Вечности, – вздохнула она, – один из самых знаменитых артефактов мира. И один из самых… – запнулась она. – Один из самых известных. О ней говорится в очень многих трактатах, свитках и даже каменных плитах. Её история довольно хорошо известна. Вплоть до её исчезновения около четырёх тысяч лет назад. Во всяком случае, именно четыре тысячи лет назад кончаются достоверные данные о ней, и начинаются лишь слухи. Если Этсу не соврала… В общем, специалисты могут узнать эту маску из сотен ей подобных. Так что ошибиться Этсу не могла. Проблема в другом… – нахмурилась она. – Мы должны отдать эту маску Императору. За клан, естественно, не просто так. Но должны. Оставлять её себе не стоит.

На это нахмурился уже я.

– Рафу говорил примерно то же самое, – произнёс я. – Но это… Нет, пусть уж лучше она будет у нас. Отдавать такое я не намерен.

– Рафу потомственный аристократ из древнего Рода, – хмыкнула Атарашики. – А ты, уж извини за сравнение, такой же как Этсу. В тебе слишком много простолюдинского. Аристократического больше, чем в Этсу, но в такие вот моменты ты явно думаешь не как аристократ. Точнее… Синдзи, ты обязан думать, как Аматэру. Член очень древнего Рода. Думать в масштабе не одной жизни, а сотен и тысяч лет. Эта маска опасна. За ней такой шлейф смертей, что если начинаешь об этом задумываться, то дрожь пробирает. Предательство, убийство родственников, друзей, близких. Ради неё начинали войны, в которых гибли десятки тысяч людей. Аматэру не потянут такую ношу. Мы даже сейчас далеко не сильнейшие в стране, но это и в плюс, хоть молчать об этом будем, а представь, что случится, когда мы вернём свою силу? Пусть не при нас, но о ней станет известно. Очередной глава Рода посчитает, что ему море по колено, и похвастается, после чего мы окажемся в прицеле всего мира. Ладно. Пусть о ней не узнают. Представим, что будущим поколениям хватит благоразумия молчать. Тогда другой вопрос – ты можешь дать гарантию, что все последующие главы Рода будут умны, благоразумны, не чванливы, не гордецы, плюющие на весь мир? Пойми ты, рано или поздно Род возглавит плохой глава. Такое случалось раньше, такое будет и в будущем. Такова жизнь. И что, Роду терпеть его тысячу лет? Да он гораздо раньше нас уничтожит!

В её словах был смысл. Слишком много смысла, отчего даже такой жадный тип, как я, задумался. Мне очень не хотелось терять Маску Вечности, но она права – рано или поздно о ней узнают. И даже если Аматэру будут суперсильны, ничто не вечно. Сто лет, двести, но наши силы подточат, а потом ударят. И всё из-за какого-то артефакта. Могут и без него, но тут уж ничего не поделаешь.

– Мне… Роду крайне важно, чтобы ты жила как можно дольше, – произнёс я, морщась от того, что она права.

– Зачем Роду тысячелетняя старуха? – усмехнулась она весело. – Уже при твоих внуках во мне не будет нужды. Но это если с гарантией срок брать. На деле лет десять, и я смогу уйти на покой.

– Не неси чушь, – поджал я губы. – Чем дольше ты с нами, тем лучше Роду.

– Синдзи, – улыбнулась она устало. – Ты обо мне-то подумай. Думаешь я так жажду жить столетия? Будучи старухой? Маска-то не возвращает молодость. Я устала. Действительно устала. Моя жизнь не была простой, и всё, что меня держит на этом свете, это ответственность за Род. Я проживу достаточно, верь в меня, но, когда придёт срок… Прошу, отпусти.

Слышать подобное было не то чтобы неприятно, скорее, больно. Я не хотел, чтобы она умирала. Привык я к ней. Столько лет она мне нервы портит, и я не против, чтобы портила и дальше. Возможно, будь я помоложе, и начал бы спорить или и вовсе не воспринял её слова всерьёз, но я старше, чем выгляжу. И в моей жизни уже было такое. Дед так вот и ушёл. Дождался, когда я вернусь из командировки, и пригласил к себе на дачу. Два дня мы с ним отдыхали, рыбачили, болтали обо всём на свете. Когда я уезжал, он крепко меня обнял и попрощался… И умер через несколько дней. Просто не проснулся. Сделал всё, что хотел в этой жизни. Воспитал сына и внука. Убедился, что у них всё хорошо, и ушёл.

Как же всё это бесит!

– Ну и злобные же вы существа, старики, – процедил я.

– И ты таким будешь, – усмехнулась Атарашики.

– Я никогда не сдамся! – вскочил я из кресла и, немного постояв, направился к окну, уже оттуда продолжив свою мысль. – Ведьмаки рождаются в бою, в бою же они и уходят. Я буду биться за каждую минуту своей жизни до последнего. Всегда, – повернулся я к ней. – Всегда есть ради чего жить.

– Но не столетия, – произнесла она спокойно. – К тому же, я женщина и имею право на слабости.

Люди слишком разные. Нет ничего странного в том, что она смотрит на жизнь иначе. Но как же это бесит… Вряд ли я смогу её переубедить. Да и не мне это делать. Можно надавить на ответственность, но не в её случае – она и так живёт ради Рода. Десятилетия толком пожить не могла.

– Да будет так, – произнёс я, смотря в окно. – Я отдам Маску Вечности Императору, но и ты… – обернулся я к ней. – Помни – твоя жизнь – это не только ответственность, но и банальное душевное спокойствие близких.

– Ты даже не представляешь, как я рада, что мы встретились, – произнесла она с улыбкой. – Не волнуйся, пока что у меня слишком много дел, чтобы умирать.

***

Делать в Токусиме было особо нечего, так что домой в Токио мы отправились на следующий день. И первое, что я должен был сделать, вернувшись, это забрать Рейку. Где она находилась, я, естественно, знал. В отель “Токио” я направился сразу после ужина. Двадцать третий этаж, четыреста пятьдесят третий номер. Вздохнув, нажимаю на кнопку звонка. Дверь открыли через пятьдесят шесть секунд, и сделала это дородная тётка европейской наружности.

– Фрау Нойман, – кивнул я ей. – Я за сестрой.

– Господин, – слегка поклонилась она. – Могу я узнать, что с её родителями?

– Погибли, – ответил я. – Вряд ли вы мне поверите, но я не желал этого.

Амалия Нойман, с которой меня познакомили родители, прикрыла глаза и поджала губы. Уж не знаю, какие у неё были отношения с Сакураями, но за Рейкой она приглядывает с тех пор, как той исполнилось два года. А это как минимум означает то, что родители ей доверяли.

– Прошу, – посторонилась она, давая мне пройти в номер. – Мне нужно время, чтобы собрать девочку.

– Как скажете, – кивнул я.

В этот момент из второй комнаты показалась сама Рейка. Выглянула, увидела меня, расцвела в улыбке и, после недолгого бега, обняла меня за пояс. Улыбнувшись, провёл ладонью по её макушке.

– А где мама и папа? – спросила она, оторвавшись от меня.

О-хо-хо…

– Они… уехали, – соврал я и тут же поморщился. – Так что до их возвращения ты поживёшь со мной.

– Ура-а-а! – вскинула она руки и унеслась к няньке. – Амалия, я буду жить с братом!

Сам не знаю, почему соврал. До последнего собирался сказать ей правду. О смерти родителей, а не о причине смерти. Не стоит ей знать, что там на самом деле случилось. И ведь нельзя сказать, что меня напрягало говорить ей правду, но в последний момент почему-то солгал.

– Хватит носиться по комнате, юная барышня! – рявкнула Нойман. – Бегом в ванную умываться!

– Да-а-а! – убежала Рейка в ванную.

Общались они, к слову, на немецком.

– Куда вы теперь? – подошёл я к женщине, вынимающей из полки детскую одежду.

– Домой, – ответила она сухо. – Моя работа окончена. Когда-нибудь это должно было произойти.

– Что именно? – решил я уточнить.

Всё-таки она могла говорить, как и о работе, так и о смерти Сакураев.

– Окончание работы, – покосилась она на меня. – Ну и смерть Сакураев. Я мало что о них знаю, но… были случаи… Однажды мне пришлось прятать девочку, чтобы враги её родителей не добрались до ребёнка.

– М-да, ну и работёнка у вас, – покачал я головой.

– Была, – добавила Нойман.

– Была, – подтвердил я.

Предлагать ей и дальше нянчиться с Рейкой я не собирался. Слишком уж мало о ней знаю. Но контактные данные, на всякий случай, выяснил. В конце концов, мне никто не запрещает узнать о ней побольше, а Рейке, наверное, будет проще, если женщина, которая столько лет заботилась о ней, будет рядом. Но это не точно. Тоже узнавать надо, правда, уже у самой девочки.

Когда Рейка была собрана, и мы стояли у выхода из номера, Нойман с улыбкой произнесла:

– Будь хорошей девочкой и не делай глупости. Всего хорошего, малышка.

– Пока, Амалия, – помахала Рейка рукой.

Похоже, она не понимала, что, возможно, больше и не увидит свою няню. В конце концов, родители тоже постоянно забирали её к себе, но потом неизменно возвращали немке.

За последние два года, а Рейке сейчас семь, девочка изменилась довольно сильно. И дело даже не во внешности. Раньше она была несколько зажатой, теперь же Рейка была более открытой и шебутной. Пока ехали домой, она успела задать множество вопросов, начиная от того, куда мы едем, и заканчивая тем, не съест ли её этот страшный дядька за рулём. Сэйджун после этого вопроса даже позволил себе хмыкнуть. Тем не менее бестактных вопросов, которые то и дело задают детишки, не было. Рейка оказалась довольно воспитанной девочкой, схватывающей всё на лету. А ещё, как выяснилось, она знает не только немецкий, но и английский. Нехило для её возраста, как по мне. Разве что немецкий для неё как родной японский, а вот английский она знает гораздо хуже.

Когда мы приехали домой, девочка поутихла и жалась ко мне. Обычное поведение маленького ребёнка в новой обстановке. Правда, увидев Казуки, который нас встречал, вновь расслабилась и побежала обнимать уже его. А вот при виде Атарашики она стала похожа на бойца-новобранца перед генералом. Такая же вытянутая по струнке с чётким ответом на каждый вопрос. Что интересно, на Бранда с Идзивару она вообще почти никак не отреагировала. Я, если честно, думал, что ребёнок побежит их гладить, но нет – глянула один раз и всё. И если Бранду было плевать, его больше мои ноги интересовали, вокруг которых он и крутился, то вот Идзивару, сидящий на стене у главных ворот, кажется, подобное отношение даже возмутило.

Пока Рейка обживалась в своей комнате, ко мне подошла Атарашики.

– И что ты будешь с ней делать? – спросила она. – Точнее, с её камонтоку.

– Ничего, – пожал я плечами. – Для активации камонтоку нужно обучение. В её случае – хотя бы управлению бахиром. Пусть обживётся, и я поговорю с ней на эту тему. Да и Сакураи наверняка что-то ей объясняли. В общем, я сильно сомневаюсь, что она случайно активирует свою способность.

– Она Минамото, – произнесла Атарашики осторожно.

– И что? – приподнял я бровь.

– Это я тебя должна спросить – что ты с этим будешь делать, – произнесла она раздражённо. – Я, например, не могу воспринимать её иначе как Минамото. Даже если мы заблокируем ей камонтоку, она всё равно останется частью древнего Рода.

– А как же Этсу? – спросил я усмехнувшись. – Её ты воспринимала…

– Я считала, что у неё… – начала она, но не договорила. – Скажу иначе: если именно мы заблокируем её камонтоку, то для меня она останется Минамото. Просто потому, что мы же и можем снять блокировку. И я хочу знать, будешь ли ты использовать происхождение девочки?

– Нет, – ответил я, качнув головой. – Она моя сестра, Атарашики. И я решил для себя именно так её и воспринимать. А, как ты выразилась, использовать родную сестру не в моих, знаешь ли, правилах. В жизни, конечно, всякое случается, но я собираюсь дать ей нормальное детство и, по возможности, счастливую жизнь.

– Достойное решение, – кивнула Атарашики. – Но в жизни, как ты выразился, всякое бывает.

– Кто-то прогибается, а кто-то ломает жизнь под себя, – произнёс я с улыбкой. – Или ломается сам. Догадайся с трёх раз, какой путь я выбрал в своё время.

***

В тот же день, но уже после обеда я вновь был у Цуцуи, постигая искусство фехтования.

– Стоп, – остановил меня Ген.

Опустив боккэн, сделал шаг назад. Мы с ним в этот момент отрабатывали быстрые удары и блоки.

– Что-то не так? – спросил я, глядя, как старик хмурится.

– Ты слишком быстро думаешь, – произнёс он.

– Не понял, – нахмурился уже я.

Что значит “быстро думаешь” и почему это плохо?

– М-м-м… Как бы сказать? – задумался он. – Да собственно, я уже всё сказал: ты слишком быстро думаешь. Настолько быстро, что успеваешь обдумать и то, как ударить, и свои дальнейшие шаги. Каждый твой удар – это результат обдумывания.

– Ну… Как-то так, – пожал я плечами. – Если я вас правильно понял, то да, так и есть. Но я не считаю это чем-то плохим.

– Это и не плохо, – вздохнул он. – В целом. Но… Демоны… – почесал он макушку. – Обдумывание удара – это трата ресурсов. Ты не должен думать, как бить, всё должно быть на рефлексах. Я уж не говорю о том, что мы не всегда сражаемся с чистым разумом. Случается, знаешь ли, всякое. Надрался ты вдребедень, а тут бац, враг нападает. И что ты со своей думалкой делать будешь?

– Я не могу напиться, – усмехнулся я. – Если не захочу. Но я понял о чём вы. Сотрясение мозга тоже не помогает думать. Но как по мне, рефлексы – это как компьютерная программа, взломав которую, ты можешь делать с человеком что угодно. Я просто буду знать, что, как и когда он сделает. В моём случае это невозможно.

– Знаешь, – поджал он губы, – я, пожалуй, ошибся – ты можешь стать мастером. И я им тебя сделаю, но изначально ты пришёл ко мне с несколько иной просьбой. Напомни, что ты там хотел?

А, ну да. Прав он. Я сюда не за силой пришёл.

– Я хотел сделать меч продолжением руки, – вздохнул я. – Почувствовать его.

– Именно, – кивнул Ген. – Но так ты его не почувствуешь. Меч для тебя всегда будет лишь придатком. Инструментом.

– И что делать? – спросил я. – Я не могу не думать.

– Этого и не надо, – хмыкнул он. – Ты не должен думать во время боя. Хм. Даже не так. Ты не должен думать, сражаясь мечом, – после чего задумчиво потёр подбородок. – И я даже знаю, что нам делать, но нужна подготовка. А пока – вперёд. Десять тысяч рубящих ударов сверху.

– Как скажете, учитель, – вздохнул я, поднимая меч.

Боже, надеюсь, он реально знает, что делать.

Глава 6

Дом, а точнее, огромный зал, был обставлен в европейском стиле. Книжные шкафы вдоль стен, столы и кресла, бар, бильярдный стол, рядом с которым стоял единственный в помещении человек. Дорого, стильно, пустынно. Впрочем, человеку было плевать на обстановку. Привык. Сейчас он думал совсем о других вещах. Серьёзных и тревожных вещах. А если конкретно, то его беспокоил ведьмак.

Из лаборатории давно мёртвого уродца Аматэру Синдзи вышел один. Точнее, он и его команда вернулись домой одни, а Сакураи… Нельзя точно сказать, что они мертвы, но и то, что они пропали, говорит о многом. Скорее всего, там они и остались. Понятное дело, убил их Аматэру, но вот причина убийства… Хотя это неважно. Человек не верил, что ведьмак убил их ради сокровищ — ведьмаки стараются следовать заключённым договорам, даже если те прописаны таким образом, что оставляют место для манёвра. А уж если они дают обещания… Эх, жаль, что их сложно на этом подловить – обещания они дают крайне редко. В общем, в своей смерти Сакураи виноваты сами, гораздо важнее понять, что теперь делать. Ресурсы базы на исходе, и ему нужен ключ доступа, который находится, ну или находился в лаборатории. И как только этот урод сумел его получить? Древний, хех… Ничтожество, как и все ему подобные!

Но да ладно, дело прошлого. На объекты дорога закрыта, и единственный способ попасть туда – это ключ доступа. Но теперь он у ведьмака. Вопрос: что делать? Понятное дело, сначала дождаться, когда Аматэру выгребут всё из лаборатории — пусть не Сакураи, но сначала кто-то должен вытащить нужный ему предмет наружу. А потом? Как забрать нужную вещь у ведьмака? Самое безопасное – выкупить, только вот для этого надо будет раскрыть сам факт того, что он знает и о лаборатории, и о том, что там лежит. Продадут ему хоть что-нибудь после такого? Конечно, нет. Взять контроль над Аматэру тоже не получится — тут и токусимцы, и сам ведьмак. Можно попробовать взять контроль над кем-то одним, не самым важным членом Рода, ему и этого будет достаточно, чтобы достать нужную вещь, но у них сейчас нет “лишних” людей. Каждый Аматэру на счету. Убить ведьмака? Пока он ещё слишком слаб, можно. А потом? У Аматэру останется всего два члена Рода – старуха и пацан. Старуха… Можно и с ней работать, но зачем, если есть менее опытный пацан. Старуху лучше тоже убить. Потом, после ведьмака. Или лучше дождаться, когда их побольше станет? Смешно. Если раньше он, пусть и между делом, старался уничтожить Род Аматэру, то сейчас этого делать нельзя — если нужная ему вещь уже, ну или в скором времени, окажется в Хранилище Фудзи, куда ему, как в другие Хранилища, хода нет, то он уже никогда её не получит. Помочь Хейгам? Можно, но соблюдая секретность, быстро это не сделать. Впрочем, быстро эта война и не закончится. Или всё-таки просто убить ведьмака? Пока ещё можно это сделать. Нет, пусть будут Хейги. Пусть небыстро, зато…

Раздражённо кинув на стол кий, человек направился в сторону бара, где, налив себе первое попавшееся крепкое спиртное, одним глотком его выпил.

Проклятые ведьмаки! Ну вот как, как ему действовать?! Вариант с Хейгами хорош, но для этого надо много чего продумать и составить план действий. Он в этом хорош, да. Только вот кто лучше всего умеет рушить планы? Чтоб им пусто было, этим ведьмакам! Единственный раз, когда их сумели обдурить, и за это никому ничего не было, произошел во время войны с атлантами, и можно только гадать, почему так. Все остальные попытки манипулировать ведьмаками окончились фиаско. Боги, Древние, маги, обычные люди, Пришлые – кто только не пытался. Итог один – в конце кто-нибудь умирал, а план летел коту под хвост.

Но один-то раз получилось…

Нет, к чёрту. Этот вариант останется на потом. Пытаться убить ведьмака тоже не очень, но это хотя бы у многих получалось. А вот если дать время на понимание того, что происходит, результат будет один. Впрочем, самому к нему соваться всё равно не стоит. Пусть слабый, но это – всё-таки ведьмак. Чёрт его знает, на что он способен.

– Байхо, – произнёс человек.

— Слушаю, господин, – услышал он голос за спиной.

-- Уничтожь Аматэру Синдзи. Незаметно. В открытый бой вступать, только если не будет свидетелей.

– Как прикажете, господин, – произнёс Байхо, после чего растворился в воздухе.

***

На следующее утро завтракали мы в обновлённом составе. Я, Атарашики, Казуки, Эрна, Раха и Рейка. Несмотря на то, что девочка успела познакомиться со всеми сидящими за столом, чувствовалось, что она немного зажата. Или даже не немного. Не привыкла к подобным приёмам пищи.

– Рейка, – обратился я к ней. – Папа мне тут загадку задал, сказал, что “ты знаешь где”, но что именно и где это “где” не сказал. Поможешь понять?

На ответ я не сильно рассчитывал. Не на то, что она ответит, а на то, что поможет с этим вопросом. Слишком уж… размыто и непонятно. Вряд ли Рафу, предчувствуя смерть, поведал ей что-то важное, скорее это что-то повседневное, что-то, что было когда-то, но такое поди вспомни. Да и вообще попробуй пойми, что говорить надо об этом. Тем не менее, сестру надо расшевелить, занять разговором, и данный вопрос не более чем начало.

– Не знаю, – пожала она плечами, продолжая очень аккуратно отрывать палочками мясо с рыбы. И откладывать в сторону. – Наверное, это “что-то” в Хранилище.

– В каком Хранилище? – не понял я.

– Персепольское Хранилище, – ответила она, не отрываясь от своего занятия.

– Это где? – спросил я.

– В Иране, – посмотрела она на меня. – Рядом с Ширазом. У папы и мамы там есть ячейка.

– А ты там была? – произнёс я задумчиво.

– Два раза, – кивнула она.

Значит, Рейка пройдёт точно, а вот на мой счёт вопрос. С одной стороны – у меня такая же кровь, с другой – Этсу могла и перестраховаться. Не знаю, можно ли заблокировать доступ конкретному человеку, но, если можно, она точно это сделала.

– Скажи, Атарашики, – спросил я. – Если я теоретически решу заблокировать доступ в Хранилище Казуки, то смогу это сделать?

– Никогда о таком не слышала, – ответила она. – Если ты про иранское Хранилище, то доступ у тебя есть. Скорее всего. Просто… – пожала она плечами. – Если я об этом ничего не слышала, это не значит, что подобное невозможно.

– Папа говорил, что у тебя тоже есть доступ, – произнесла Рейка. – А мама просила тебе об этом не говорить.

– Милая, – вздохнул я. – Секреты надо хранить. Не стоило тебе…

– Они ведь умерли, да? – произнесла она тихо и шмыгнув носом, добавила: – Они мне так и не позвонили, а папа говорил, что… что если такое случится… Амалия отведёт меня к тебе, – она уже почти плакала, так что я поднялся из-за стола и пошёл к ней. – Я вчера не поняла, ты ведь сам пришёл, а сегодня… Синдзи… – посмотрела она на меня, мокрыми глазами.

Стоило мне только подойти, как она спрыгнула со стула и, уже не сдерживая слёз, обняла меня.

– Прости, малышка. Прости, что не уберёг их, – гладил я её по голове.

Атарашики покачала головой, а молодёжь просто прятала взгляд. Да уж, не ожидал я, что Рафу и такое продумал.

***

После завтрака я хотел съездить к Бунъя, но пришлось уделить пару часов Рейке. Успокоилась она далеко не сразу. Пришлось даже звать Казуки и оставлять его с ней. Просто чтобы она не была одна. К Бунъя я всё-таки поехал, предварительно позвонив им и извинившись, что задерживаюсь. Учитывая, что я же и назначил время встречи, выглядело это с моей стороны не очень.

У ворот особняка меня встретил слуга и даже некоторое время вёл в кабинет Дайсуке, но на полпути нас перехватила Бунъя Намико – мать Рафу и моя биологическая бабка. Именно она и довела меня до кабинета. Выглядела старушка хмуро, но ни о чём не спрашивала, правда, и уходить из кабинета, где уже сидел Дайсуке, не пожелала. Села в свободное кресло, да так и осталась там.

– Дорогая, – нахмурился Дайсуке. – Думаю, тебе лучше…

– Вы ведь о Рафу говорить будете? – спросила она без эмоций. – Я хочу присутствовать.

Неуверенно посмотрев на меня, Дайсуке вновь открыл рот, только договорить ему я не дал.

– Всё нормально, Бунъя-сан, – вздохнул я. – Намико-сан в своём праве.

Дайсуке напрягся.

– Слушаю тебя, Аматэру-кун, – произнёс он.

– Я не хочу ходить вокруг да около и скажу прямо – Сакурай Рафу мёртв. Прошу прощения, что принёс плохие вести, – произнёс я, поклонившись сидя.

Намико не вскрикнула, она и звука не проронила, просто побледнела и, медленно подняв руку, прикоснулась пальцами к губам.

– Как?… – словно через силу, спросил Дайсуке.

Скользкий момент. Расспрашивать детально, что там случилось, он не посмеет, но Рафу был “мастером”, и причина смерти может многое сказать.

– Он закрыл меня собой, – ответил я. – Мы попали в зону действия подавителя, а я… Он дал мне время.

– Убийца мёртв? – спросил Дайсуке без эмоций.

Ещё один скользкий момент. Впрочем, тут что не вопрос, то скользкий. Например, наличие убийцы – тоже информация.

– Да, – ответил я коротко.

– Что с Этсу? – спросила Намико.

– Она… – и ещё один скользкий момент. Но о мёртвых либо-либо, как говорится... – Она не захотела оставлять мужа. Осталась с ним до конца.

Рука Намико вновь поднялась, но на этот раз потянулась к горлу, одновременно с этим она сквозь зубы втянула в себя воздух. Казалось, ещё мгновение, и женщина либо расплачется, либо закатит истерику, но вместо этого мать Рафу поднялась и словно пьяная вышла из кабинета.

Уж не знаю, на какие болевые точки я надавил, но то, что Этсу любила их сына, выбило её из колеи окончательно.

Проводив жену взглядом, Дайсуке спросил:

– Что с телом? Мы можем его получить?

– Увы, – отвёл я взгляд. – Всё, что я мог сделать, это найти и сжечь их тела.

– Ну хоть так, – прикрыл он глаза. – У них была дочь…

– Отец успел попросить, чтобы я позаботился о ней, – произнёс я. – И сказал, что любит нас. Так что Рейка останется со мной.

– Могу я хотя бы повидаться с внучкой? – спросил он.

– Конечно, – кивнул я.

– Я не… – запнулся он. – Я не претендую на роль её деда. Не заслужил. Мне даже не надо, чтобы она знала, кто я. Просто… Я хочу просто познакомиться. Посмотреть на неё.

– Как пожелаете, Бунъя-сан, – чуть улыбнулся я. – В любое удобное для вас время.

Не хотелось бы, конечно, Рейка ещё слишком мала, может и сболтнуть что-то, но и ничего другого я ответить не мог.

– Благодарю, Аматэру-кун, – кивнул он, смотря куда-то сквозь меня.

– Ещё раз, прошу проще… – начал я.

– Не стоит, – пошевелил он ладонью, после чего продолжил говорить спокойным, лишённым эмоций голосом. – Это больно, но… Он умер достойно – спасая своего ребёнка. Жил не очень, но умер, как полагается. А Этсу… Будь она проклята. Надеюсь, что в новой жизни они не встретятся.

***

Когда в дверь моего кабинета постучались, я общался с репортёршей Комацу.

– И за сколько… Секунду, – приложив ладонь к трубке, чуть повысил голос: – Войдите!

В кабинет вошёл старик Каджо и с поклоном доложил:

– Прибыла Кагуцутивару Норико-сан.

– Ясненько. Скажи ей, что я буду минут через пять, – произнёс я. На это он молча поклонился и вышел, а я вернулся к разговору с журналисткой. – Итак. Когда всё будет готово?

Операция “Отвлеки внимание” началась, и первым шагом будет обнародование видеозаписи боя с американцами. Просто так вбрасывать эту запись не стоит. Точнее, можно и так, но лучше всё сделать красиво. Поэтому Комацу и займётся оформлением – либо авторская программа, либо очередной документальный фильм. На днях она позвонит и сообщит, что это будет.

Норико я нашёл в гостиной, сидящей на диване и что-то читающей на смартфоне. Белая блузка, бежевые шорты, хитрая причёска, не бросающийся в глаза макияж… Ну и женственность. Норико знает о своей красоте и умеет её использовать.

Услышав мои шаги, Норико оторвалась от смартфона и, посмотрев на меня, улыбнулась.

– Привет, Син. Не отвлекла? – спросила она.

С недавних пор Норико изменилась. Не могу сказать, что раньше она была холодна, но после моей дуэли с немцем её отношение ко мне определённо стало более тёплым. Это даже по голосу заметно. Забавно, но я не могу описать словами то, что может почувствовать почти любой человек. Уже не подруга или знакомая, а твоя девушка.

– Ну что ты, – улыбнулся я. – Мы ведь договаривались о встрече. Не волнуйся, все важные вопросы я отложил на потом.

– И я благодарна тебе, – встала она с дивана. – Это немного эгоистично, но я давно хотела сходить на выставку со своим парнем. Ты уж извини, что от дел отрываю.

Токийская выставка антиквариата проходила два раза в году, и лично мне, если честно, была неинтересна. А вот Норико, по её словам, уже года три туда ходит, и именно там она нашла уникальную, как она уверяет, вещь – личную катану Уильяма Адамса.

– Нормально всё, – усмехнулся я. – Никуда от меня работа не денется.

– Ой,– произнесла она, удивлённо глядя мне через плечо.

– Что? – обернулся я.

– Девочка, – пояснила она. – Маленькая.

– М? Рейка! – позвал я громче.

Не должна сестрёнка далеко уйти. Через шесть секунд в дверном проёме появилась голова, а через мгновение – и вся целиком.

– Брат? – произнесла она неуверенно, постоянно косясь на Норико.

Вообще-то я стараюсь приучить её, чтобы она ко мне по имени обращалась, но при Норико она опять сорвалась на своё “онии-сан”. Дословно это – старший брат, но моё русское мышление автоматом переводит именно как “брат”. Есть ещё онии-сама – уважаемый старший брат, но подобного я от неё не слышал.

– Подойди, – махнул я ей, а когда она приблизилась, положил ладонь на плечо: – Знакомься – Сакурай Рейка, моя младшая сестра. Рейка-тян, это моя невеста, Кагуцутивару Норико.

Соединив ладони у пояса, Рейка поклонилась.

– Приятно познакомиться, Кагуцутивару-сан, – произнесла она.

Идеальный поклон.

– Боги… Какая милашка… – воскликнула Норико.

После чего осторожно погладила Рейку по голове. И вид моя невестушка имела… Ну, словно чудо увидела. А вообще да – Рейка ещё та милаха. И если нам, парням, тискать её невместно, то девушкам… Думаю, Норико пока останавливает недолгое знакомство, но и до тисканья, чую, скоро дойдёт.

В ступоре бросая на меня взгляды, Рейка явно не знала, как на подобное реагировать, так что пришлось спасать сестрёнку.

– Хватит её смущать, Норико, – произнёс я с усмешкой.

Правда, мои слова были проигнорированы.

– Синдзи, – отозвалась Норико. – Мы просто обязаны сходить с ней по магазинам.

– Зачем? – не понял я.

– У девочек должно быть много одежды. Это аксиома! – назидательно произнесла она, при этом продолжая гладить Рейку по голове. – И не только одежды.

– Одежду мы ей уже заказали, – нахмурился я, чуя, к чему она ведёт. – Да и остальное есть кому купить.

– В смысле, “есть кому купить”? – возмутилась Норико. – Мы сами должны выбирать то, что нам нравится. Нельзя доверять это другим людям!

– То есть ты одежду не заказываешь? – спросил я со скепсисом на лице. – Всё сама покупаешь?

– Это другое, – отмахнулась она. – Рутина. А поход по магазинам – праздник!

Ох и возбудилась же она.

– Я обязательно устрою ей этот праздник, но сегодня у нас несколько другие дела, – произнёс я.

– Ой, да ладно тебе, – повела она плечом. – Мы вполне успеем сделать и то, и другое. Сходим на выставку, а оттуда – по магазинам.

Рейка взирала на Норико несколько удивлённо, только поэтому я рискнул обратиться к ней. На поддержку понадеялся…

– Ну а ты что скажешь? Хочешь…

– Хочу! – не дала мне договорить сестра.

А быстро она соображает. Теперь я уже не мог слиться. Рейка до сих пор переживает потерю родителей, хоть и довольно… стойко, стараясь этого не показывать.

– Как скажете, – поднял я в знак сдачи руки. – Тогда надо Казуки найти.

– Зачем? – не поняла Норико.

– А ты предлагаешь мне носильщиком ваших шмоток быть? – приподнял я бровь.

– Да брось, – усмехнулась она, махнув рукой. – Я далека от этих анимешных штампов. Вещи должны носить слуги, а не господин.

– Ладно, – вздохнул я, и глянув на сестру, произнёс: – Беги переодеваться.

Стоило мне только это сказать, как Рейка тут же умчалась.

Вернулась она достаточно быстро – Норико даже не успела придумать и озвучить план на весь день. Остановилась на каком-то там магазине в центре Токио. Когда Рейка вернулась в гостиную, Норико приложила ладонь к щеке и произнесла:

– Ох, божечки, какая же она милашка, – после чего покачала головой и добавила: – Парней от неё в будущем придётся чем-то потяжелей отгонять.

– Думаю, с этим она и сама справится, – усмехнулся я.

– Брось, Синдзи, – произнесла она. – Нормальная девушка парней не отгоняет, а использует. У меня вот… Впрочем, у меня два строгих деда и отец, особо не развернёшься.

– Похоже, парням повезло, что они имели дело с ними, а не с тобой, – хмыкнул я.

– Не всем, – улыбнулась она. – Парочке и от меня досталось.

– Злая ты, – покачал я головой.

– Я? – изобразила она удивление. – Милый, у меня складывается впечатление, что с Мизуки ты совсем не знаком. Вот уж кто по-настоящему злая. Я такой изощрённой злодейки в жизни не встречала. Не так давно с ней знакома и уже стала свидетельницей страшных вещей. Она паре десятков парней только при мне сломала и мозг, и самооценку.

– Эта может, – только и сказал я.

То, что у Мизуки полно поклонников, я знал, но то, что она их… изничтожает, слышу впервые.

– Это трудно сразу понять, но она та ещё стервочка, – удовлетворённо покивала головой Норико. Явно одобрительно. – Кстати, – вспомнила она, проводя ладонью по голове Рейки. – Надо бы и к визажисту зайти.

– Ну это уж точно без меня, – открестился я. – Да и зачем? У нас свой есть.

– Пойдём мы, естественно, без тебя, – произнесла она, не отвлекаясь от поглаживания головы Рейки. – А личный визажист – это для повседневности. Как и одежда на заказ. Семья вообще может предоставить всё что угодно, но это ведь не значит, что мы должны постоянно сидеть дома?

– Как скажешь, – вновь поднял я руки. – Не собираюсь лезть в эти дебри.

– Ну что, готова? – спросила она у Рейку.

– Да! – ответила та, чуть не подпрыгивая от нетерпения.

– Тогда поехали, – сказала Норико, поднимаясь с дивана.

В целом день прошёл, как я и предполагал – долго и скучно. Сначала мы три часа ходили между стендов выставки, где обе девчонки с интересом осматривали разные редкости, но так ничего и не купили, а потом поехали по магазинам. Четыре часа я делал вид, что мне всё нравится, хотя поначалу было даже интересно, но под конец даже я подустал. Зато Норико и, особенно, Рейка были счастливы. Мелкой реально шло всё. Она в любой одежде выглядела мило. Чему радовалась Норико, я не понимал, но и моя невеста не выказывала усталости.

Тем не менее кое-что интересное и не связанное с одеждой я всё-таки узнал. Мы с Норико как раз сидели в креслах и ждали, когда из-за ширмы выйдет Рейка, дабы продемонстрировать нам очередное платье.

– Всё-таки удивительная штука природа, – произнесла Норико.

– Ты о чём? – спросил я лениво.

– О красоте, – ответила она. – Аристократы поголовно используют ритуал на своих детях, а среди простолюдинов всё равно появляются люди, оспаривающие их красоту. Причём в данном случае удивительно ещё и то, что ты-то уродился вполне себе обычным парнем. То есть на тебе ритуал точно не проводили, а значит – и на ней.

– Я вообще не понял, о чём ты, – нахмурился я. – Какой ещё ритуал?

– Как какой, – посмотрела она на меня с удивлением. – Обычный.

– А если поточнее? Для бывшего простолюдина, – произнёс я, глядя ей в глаза.

– Эм… – растерялась она. – Ну… Обычный ритуал. Его над младенцами проводят, чтобы ребёнок красивее был, когда вырастет.

Ах да, точно, Мизуки же рассказывала. Из-за этого ритуала аристократы и не бывают уродами. Особенно женщины. Меня это всё как-то не волновало, вот я и запамятовал.

– И надо мной ритуала не проводили, – произнёс я утвердительно.

– Может, и проводили… – засмущалась Норико. – Мало ли, я могу и ошибаться. Тебя нельзя назвать некрасивым, просто ты… ну… обычный.

Когда я родился, у родителей были довольно непростые времена, скорее всего, надо мной действительно никаких ритуалов не проводили. Просто страшно подумать, каким уродом должен был быть Сакурай Синдзи, если ритуал-таки был. А вот при рождении Рейки у родителей уже вполне могли появиться нужные инструменты. Похоже, это не какая-то там редкость, раз все аристократы так делают.

– Да и ладно, – пожал я плечами. – В мужчине не внешность главное.

– Вот-вот, – чуть быстрее чем следовало, произнесла Норико. – Внешность – это наше, женское, а мужчины другим ценны.

– И чем же? – стало мне любопытно.

– Силой, – ответила она не раздумывая. – Мужчина обязан иметь силу для защиты семьи. Деньги с властью – то они есть, то их нет, а сила всегда с нами. Она же помогает получить и те самые деньги с властью.

– Что ж, – улыбнулся я краешком губ, – с этим тебе повезло. Муж у тебя будет сильный.

– Везение – это для дураков, – хмыкнула она. – А умные свою судьбу сами куют. Умные и сильные.

Было у меня, чем её подколоть, но не стал. Подкалывать я её после свадьбы буду. А то ещё взыграет у неё… ум, опять проблемы начнутся.

***

– Итак, – произнёс я, глядя на Тейджо. – Ты просил меня помочь тебе стать сильнее, и я согласился. Тем не менее должен предупредить, что будет непросто. Ты сейчас, конечно, на всё готов, но помни – я не стану тебя останавливать, если ты решишь уйти. Но и во второй раз за тебя не возьмусь.

– Я понимаю, – кивнул он.

Мы находились во дворе особняка и, в общем-то, я уже собирался уезжать. Собственно, только Тейджо и ждал. Неподалёку, у главного входа в поместье, стоял Казуки.

– Понимает он, – проворчал я. – Надеюсь, ты помнишь наш разговор на этот счёт и догадываешься, что пока школа отнимает у нас время, по-настоящему я тебя загрузить не смогу. Но постараюсь. Тем не менее до конца учебного года у тебя… Считай это лёгкой разминкой и попытайся выдержать хотя бы её.

– Я сам себя уважать не буду, если не выдержу, – усмехнулся Тейджо.

– Что ж… – окинул я его фигуру взглядом. – Казуки!

– Слушаю, Синдзи-сан, – подошёл он к нам.

– Принимай бойца, – произнёс я. – Что делать, ты знаешь, график тренировок я тебе на почту скинул, – и, уже обращаясь к Тейджо, добавил: – Там всё, как у Мамио, только жёстче. Не будешь его слушаться, я тебе… Хотя нет. Пока мы учимся, кости тебе будет Казуки ломать. Всё понял? До избиения от моих рук тебе ещё дорасти надо.

– Очень… воодушевляюще, – заметил он уже без усмешки.

– Твой отец дал разрешение, – улыбнулся я. – И даже пообещал ставить тебя на ноги как можно быстрее. Так что не надейся отлежаться в больнице.

– Всё настолько серьёзно? – нахмурился он. – Нет, я не даю заднюю, просто хотелось бы знать, к чему готовиться.

– Поначалу тебя будут наказывать только за непослушание, – ответил я. – Учитывая твою мотивацию, ты вряд ли будешь слать Казуки куда подальше, так что и наказаний быть не должно. А вот потом… – покивал я, якобы задумчиво. – Я буду давить на тебя. И если мне вдруг покажется, что удар в глаз – это полезно, ты этот удар получишь. Но тут уж от тебя зависит.

– Я буду стараться, – усмехнулся он напряжённо.

– Да это уже не от старания зависит, – пожал я плечами. – Ты пойми, я не собираюсь прогонять тебя по… стандартному, скажем так, пути. Ты мой друг, и получишь индивидуальную систему. Но для этого её надо создать. Грубо говоря, поначалу я буду тыкать тебя палкой и смотреть на твою реакцию, и уже исходя из неё, решать, как действовать дальше.

– Как-то оно всё… – провёл он ладонью по лицу. – Может, лучше что-нибудь стандартное? Проверенное временем, как говорится.

– Я собираюсь сделать из тебя сильнейшего в мире, дружище, – произнёс я, глядя ему в глаза. – И ты на это уже согласился. Всё, заканчиваем разговоры. Бегом в машину, вам ещё до базы ехать.

***

– Итак, – произнёс Цуцуи. – Ты просил помочь тебе почувствовать меч, и я придумал, как это сделать.

Мы с ним находились в додзё. Я, как и в прошлые разы, стоял перед ним в тренировочном кимоно с боккеном в руках, а вот старик сегодня приволок с собой специальную стойку, на которую повесил карту Японии. Причём Японии древней.

– А…

– Хочешь спросить, зачем нам карта? – улыбнулся он. – Всё просто – будем учить историю нашей великой страны. Ты ведь сейчас в выпускном классе? Отлично.

– Я не понимаю… – произнёс я немного растерянно.

– Помнишь, о чём я говорил в прошлый раз? – спросил он, постукивая указкой по ладони. – Ты слишком быстро думаешь. Значит что? Значит нам надо сделать так, чтобы ты думал… о чём-нибудь другом. Раз уж не думать вовсе ты не можешь. История, литература, физика, как ни странно, это то, чему я могу тебя обучать. Ну а параллельно с этим ты будешь заниматься фехтованием. Думай об этом, – постучал он указкой по карте, – а не о том, как бить.

– То есть полноценный урок истории? – спросил я.

– Именно, – кивнул он довольно. – Это тебе и в школе, и в университете будет полезно.

– М-м-м… А штрафные санкции, если я не буду справляться?

– А ты постарайся, – произнёс он мягко. – Никаких санкций не будет, это нужно в первую очередь тебе. Всё. Хватит разговоров, становись в стойку. Сегодня мы будем отрабатывать стандартные мэн и цуки. Начали!

Ну я и начал. А пока я бил невидимого противника по голове, Цуцуи начал рассказывать о государыне Дзингу – единственной женщине, фактически управлявшей страной. Официально она была всего лишь регентом своего сына, но почему-то и после его совершеннолетия продолжала править. В общем, серьёзная тётка была. Вот о ней, точнее, о ситуации при дворе, которая позволила Дзингу взять власть в руки, старик Цуцуи и повёл речь. Ну а я внимательно слушал. Как ни крути, а он прав – наши уроки нужны в первую очередь мне.

***

Уже после полуночи имел разговор с вернувшимся из Сукотая… скажем так, послом Рода. На деле Аошима Суи – пятидесятилетний крепко сложенный мужчина – является работником секретариата, главой отдела по внешним связям. Отдела, который по уму надо уже выводить из-под секретариата и давать самостоятельный статус. Да и увеличивать штат.

Записав мысль в блокноте, я посмотрел на Аошиму.

– Значит в любое удобное для нас время? – произнёс я.

– Именно так, господин, – кивнул он.

– Ну а в целом как себя Чакри вёл? – спросил я. – Если конкретно, меня интересует, как он отреагировал на предложение о встрече? И отреагировал ли он хоть как-то?

– Он выказал удивление и интерес, но… – чуть замялся Аошима. – Это Чакри, господин. Не уверен, что его эмоции не были искусственными. Возможно, он просто дал мне увидеть то, что хотел.

Немного помолчав, вздохнул.

– Ладно. Займись подготовкой нашей встречи, – произнёс я, глянув на часы. – И чем быстрее она пройдёт, тем лучше. Всё, иди отдыхай.

– Спокойной ночи, господин, – поклонился он, поднявшись со стула.

– И тебе, – кивнул я. – Отлично поработал.

Дождавшись, когда за Аошимой закроется дверь, потёр переносицу. Денёк тот ещё выдался, и вроде не работал почти, но всё же устал. А тут ещё какое-то тревожное чувство, будто находишься рядом с вражеской базой, которую предупредили о тебе. И вроде ещё не обнаружен, но уже опасно. Ну а так как чувство опасности меня никогда не обманывало, значит, что-то затевается. Что-то, о чём я даже близко не подозреваю. Прокручиваю в голове версии и понимаю, что это не то. Не то, не то, не то… Чёрт! Да что за херня тут творится?

Император? Тайра? Нагасунэхико? Кояма? Американцы? Русские? Сукотай? Местная мелочь? Шидотэмору? Деньги? Казуки? Атарашики? Малайзия? Да, блин! В чём дело-то? Может, с животными моими что-то?

На этой мысли мой взгляд на автомате переместился на полку с подаренным в Токусиме цветком. Из-за стола он виден не был, но я не ленивый, я встану и подойду. Цветок… Всё такой же жёлтый, только немного темнее, чем раньше. Серьёзно, света в кабинете было более чем достаточно, и я чётко видел, что цветок немного потемнел. Ерунда, с одной стороны, должно же с ним хоть что-то произойти, он тут уже хрен знает сколько времени лежит, и хоть бы хны. Даже не в вазе с водой, просто на полке. Тем не менее… Чую, что-то здесь не так. Надо бы Бранда с Идзивару навестить. Где они сейчас могут быть?

Поиски не затянулись. Пойманная служанка в доме их не видела, а стоило мне только выйти во двор, я их сразу и нашёл. Обе животины сидели напротив главных ворот и тупо на них пялились. Забавные они и странные. Особенно Бранд. Не по поведению, а в целом. Он ведь и в прежнем мире был таким же понимающим, да только вот… Только вот словосочетание “в прежнем мире” уже говорит о многом. Идзивару… Да бог его знает, не разбираюсь я в котах. Со стороны вроде всё нормально, но он пугал гостей ещё до появления Бранда. Они точно необычные животные, факт. Но это мои животные, и мне плевать на их странности. Было плевать. Я на многое готов закрывать глаза, если мне это не мешает, но только не на чувство опасности, которое как-то связано с цветком. О котором я подумал, вспомнив Бранда с Идзивару. Шестое чувство даже у обычных людей порой до неприличных размеров развито, а уж ведьмакам на него плевать попросту глупо.

Странный цветок, который подарила девочка. Тоже, если подумать, странная. Два раза на одном и том же месте оказывалась, впихивая мне один и тот же цветок. О котором даже богиня упомянула. Богиня! Которая сама по себе концентрация самого понятия “мистика”. Да тут и полный идиот понял бы, что что-то не так. Я тоже понял, но мне вся эта хрень только на нервы действует, вот я и старался о ней не думать. Раз уж ничего конкретного не случалось. Теперь же…

– Ну что, мохнатые, – присел я на корточки рядом с Брандом, – тоже проблемы чуете?

Идзивару только ухом дёрнул, а Бранд приподнял голову, когда я его за ухом чесать начал. Но тоже не особо на мои слова отреагировал.

– А не проверить ли нам, что за фигня нас за воротами поджидает? – спросил я их.

Идзивару тут же вскочил на лапы, медленно пошёл в сторону ворот, а вот Бранд наоборот начал крутиться возле моих ног, стоило мне только подняться с корточек.

– Бранд, – произнёс я с улыбкой, вновь присев и взяв его морду в руки. – Мы рождены, чтобы сражаться. Я – за свои интересы, ты – за мои. Сражаться, мордатый, не отсиживаться дома. Судьба у нас такая. Так что хватит меня останавливать. Выше нос, когда-нибудь мы ввяжемся в драку, так почему бы не сегодня?

Пару секунд после того, как я замолчал, он ещё смотрел мне в глаза, а потом, лизнув руку, направился к воротам.

Выйдя за территорию особняка, я заложил руки за спину и огляделся. Темнота, разбавляемая светом фонарей, тишина и пустота. На улице не было никого. Даже чувство взгляда молчало. Точнее, на меня смотрели лишь со спины. Пара охранников, видя странное поведение господина, решила переместиться к нему поближе. Бранд и Идзивару остановились чуть впереди и напряжёнными не выглядели. Да и я уже не чувствовал тревоги. Кто бы мне не угрожал, он свалил отсюда.

Видимо, сражаться в открытую с нами не хотят. Я запомню.

– Пошли домой, народ. Похоже, нас боятся, – произнёс я, поворачиваясь назад.

Гордый, словно победил стаю собак, Идзивару прошествовал мимо меня, Бранд же, в свою очередь, вернулся на территорию особняка только после того, как туда зашёл я.

– Господин? – обратился ко мне охранник, когда я проходил мимо него. – Всё в порядке?

– Да, всё нормально, – чуть улыбнулся я, показывая, что беспокоиться не о чем. Впрочем… Ладно я, но тут и женщин полно. – Хотя знаешь, удвойте охрану. Завтра. Сегодня уже ничего не произойдёт.

Глава 7

Сидя в удобном кресле своего самолёта, я смотрел в иллюминатор и скучал. Лететь куда-то совсем не хотелось. Не из-за сложности будущих переговоров, не из-за какой-то опасности, а из-за банальной лени. Да, бывает, и на меня накатывает желание просто упасть на диван и тупо щёлкать каналы телевизора. Увы, но эта поездка действительно важна, и отложить, а тем более отменить её я не мог.

Летел я в Сукотай — последний… скажем так, столп моего плана. Коширские делают заказ у Хейгов, я мешаю этот заказ выполнить, Хейги собираются в одном месте, дабы дать мне бой, тайцы расхерачивают их в хлам, я добиваю Хейгов у них дома, Тарворды помогают мне получить плату для тайцев. С Коширскими и Тарвордами я договорился, остались тайцы. А если точнее, Род Чакри. Четвёртые в десятке древнейших Родов мира. Именно к ним я решил обратиться со своим предложением, а всё из-за их довольно интересного статуса в стране. Чакри – не правящий Род, причём они никогда не правили страной. Менялись династии, название государства, а подчас и государств, расположенных на земле, где живут Чакри, границы то отодвигались, то сжимались, а они как были обычным Родом, так им и остались. Хотя Чакри, наверное, уже несколько тысяч лет нельзя назвать обычным Родом. Они не раз могли встать во главе страны, но как получили когда-то статус Защитника земель, так с ним и живут. Самый сильный род в стране, самый влиятельный, самый древний – они уже очень долгое время живут по принципу “плевать, кто правит, главное, чтобы чужаки страну не захватили”. Чакри в Сукотае — как японский Императорский Род и Аматэру в одном лице. Только не правят. Всегда нейтральны. Если Чакри и выступают против законной власти, то только в том случае, когда против той вообще все. И аристократия, и простолюдины. Даже не так. Против власти Чакри выступают в том случае, если правление династии настолько плохое, что против неё выступают не ради власти, а чтобы просто-напросто выжить. Правда, судя по известной истории, такое было всего один раз, и, как мне кажется, в том случае Чакри просто совершили ошибку, доведя до подобной ситуации. Учитывая их влияние и репутацию, они вполне могли в какой-то момент осадить правителя и не дать случиться тому, что случилось.

Забавный факт: четыреста лет назад нынешняя правящая династия Сукотая оказалась в таком же положении, как и их предшественники. Против неё выступили все. В какой-то момент страна целиком поднялась против своего правителя. Кроме Чакри. Четвёртые по древности в мире подняли войска и встали на его защиту. Уж не знаю, что там произошло, но те простолюдины, которые взяли в руки оружие, моментально встали на сторону Чакри. Как и половина аристократии, в то время как вторая несколько дней стояла под стенами столицы, после чего разошлась по домам.

Зашкаливающая репутация. Аматэру подобное только в Токусиме провернуть могут, а эти – во всей стране. В общем, если с кем и обсуждать вопрос национальной безопасности, то именно с Чакри. Им важна именно та самая безопасность страны, в то время как власти Сукотая… Вряд ли они удовлетворятся тем, что я собираюсь им предложить, наверняка и для себя что-нибудь будут выторговывать. Даже если и Чакри попытаются провернуть что-то подобное, они хотя бы одни, а правитель и для себя что-нибудь попросит, и для своих друзей, и для союзников, и для вассалов… И так далее. Про время, которое я потрачу на переговоры, и вовсе говорить не стоит.

Переведя взгляд на папку в руках, вздохнул. По идее, про столь древний Род должно быть много информации, и её действительно было много, только вот в большинстве своём она была общей. Тайн и загадок этот Род накопил тоже немало. Да что уж там, никто не мог ответить даже на то, как они связаны с правительством. С одной стороны, они дают указания различным службам, а с другой — вообще никак и ни с кем официально не связаны. Даже формального отдела какой-либо госструктуры под их управлением нет. И что это? Влияние? Дружба с правителем? Интриги? Компромат? Что именно заставляет государственный аппарат подчиняться им? Почему тайский король ничего с этим не делает? Самое очевидное, первое приходящее на ум – та самая репутация. Я могу такое понять, в этом мире подобное возможно. А если нет? Люди на самом верху, как ни крути, те ещё… Короче, не любят власти предержащие подчиняться. Да и вообще мало кто любит.

Про сам Сукотай я знаю достаточно много, причём могу ещё и сравнить его с Таиландом — тем же Сукотаем, но в моём прежнем мире. Там у меня была пара командировок в эту страну, так что как минимум географически я Таиланд знаю. В общем и целом в обоих мирах эта страна похожа, разве что в Сукотае многие названия городов и деревень другие, границы страны несколько шире… да и всё в принципе. Сукотай является одним из лидеров в мире по экспорту риса, конкурируя в этой отрасли с Индией. Неплохая промышленность, несколько достаточно известных фирм в сфере электроники, туризм. Телекоммуникации развита слабо. Армия достаточно сильная, чтобы к ним не лезли Великие страны, но недостаточно, чтобы выдержать длительную с ними войну. Военную технику вроде и производят, но скорее, чтобы с голой жопой не остаться, если грянет гром, а так – закупаются у Китая. Во всяком случае, шагающая техника у них в основном оттуда. Правда, мастерство пилотов, как пишут почти все аналитики, у тайцев аховое, зато пехота и бахироюзеры на равных с индийцами сражаются, а это – показатель. В Индии бахироюзеры лютые.

В общем, Сукотай – самая что ни на есть страна второго порядка. Как Персия, как Корея, как Испания, как та же Франция, что бы она там о себе не думала. И это нормально, ничего уничижительного в таком определении нет. Великих стран – единицы, стран второго порядка – десятки, а всех остальных — сотни. Достаточно крепкие и самодостаточные, чтобы с ними считались, но недостаточно, чтобы ставить условия. Слишком много дыр у таких стран в той самой самодостаточности. Ну или говоря иначе – слишком во многом они зависят от других, чтобы считаться Великими государствами. Да что там далеко ходить, взять военную технику, которую они практически не производят, а что производят -- то говно на палочке. Но даже это они не смогут производить долго – нет ключевых ресурсов.

У Японии в плане самодостаточности тоже есть проблемы, но они у всех есть. Жизнь такая. Но у нас этих проблем в разы меньше. Навскидку… Энергетика и редкоземельные материалы. Хотя нет, с энергетикой вообще у многих проблемы. Да и ладно, неважно это.

В Крунгтеп – столицу Сукотая, он же в другом мире Бангкок – мы прилетели вечером. Заморачиваться с выбором аэропорта не стали и сели в Суварнабхуме – крупнейшем в столице, да и во всей стране. Тайского я не знал, второго по распространённости здесь китайского – тоже, поэтому всем заправлял Аошима Суи, тот самый, который в Роду заведовал отделом по внешним связям при секретариате. Не забыть бы их в отдельную службу вывести. Род крепнет, и без своего собственного “МИДа” скоро будет трудно. Помимо Суи и двух его подчинённых со мной полетел отряд телохранителей, Ёхай и Каджо Юри в качестве секретаря и служанки. Ах да, ещё Сейджун, куда ж я без него. Брать Щукина не стал, у него и так дел навалом, да и в целом таскать с собой “мастера” слишком нерационально. Пусть дома сидят, при Атарашики, а тут я уж как-нибудь и без них справлюсь. Ёхая взял, так как кто-то достаточно близкий и сильный рядом быть должен, а одного Сейджуна мало. Эти двое будут моими руками, если что. Наверное, и Святова взял бы, но у него дома дел чуть меньше, чем у Щукина. Так-то он командир своего подразделения, это я его вечно не по профилю использую. А вот Ёхай, по забавному стечению обстоятельств, был не при делах. Вообще. В Малайзии он командовал отрядом моих телохранителей, но там война была, и охрана, соответственно, другая, а как вернулся, постоянно при мне ошивался. Думаю определить его к телохранителям, чтобы и дальше со мной был. Всё-таки рядом должен быть человек, которого не только сам знаешь, но и который знает тебя. Пожалуй, только он да Святов могут понимать меня с полуслова. Ещё Фантик, но он не боец. Казуки… Спорно, но предположим. Только вот слишком он неопытный, а ещё мой воспитанник и наследник Аматэру. Его, если условно, одним взглядом в кусты засаду устраивать не отправишь. И не поймёт, и слишком опасно.

Так что только Святов и Ёхай. И если бы Святов не был… Даже и не знаю, как сказать. Карьеристом? Не совсем то. Армейским карьеристом, это ближе к истине. В общем, Святов, грубо говоря, мечтает стать генералом. И не по блату, с моей помощью. Он об этом помалкивает, но я-то его знаю. Собственно, потому и не двигаю вперёд по карьерной лестнице. Пусть сначала сам почувствует, что готов подниматься дальше, научится командовать – и не только в бою – чем-то большим, чем пара взводов. Так что если бы у Святова не было своих жизненных целей, я уже давно бы освободил его от занимаемой должности и приблизил к себе. А не поступал бы как сейчас, дёргая постоянно, отвлекая от дел.

По пути к подогнанной к самолёту машине подал голос Ёхай:

– Фух, – выдохнул он, подёргав двумя пальцами ворот рубашки. – Ну и душно же здесь.

– Плюс-минус как в Малайзии, – согласился я с ним.

– Только здесь не надо в полном обмундировании бегать, – усмехнулся он. – Ведь не надо?

– Нет, конечно, – хмыкнул я. – Мы приехали на переговоры, а не на войну.

В машине уже работал кондиционер, так что и я, и Ёхай облегчённо выдохнули, а вот Юри ничего подобного себе не позволила, хоть и была, как и мы, одета в деловой костюм. Женский, конечно, но невелика разница.

Остановились в отеле с кучей труднопроизносимых слов в названии. И тайских, и китайских слов. Единственное знакомое слово было названием столицы. Сам отель представлял собой небоскрёб, верхняя часть которого походила на усечённую пирамиду, а на крыше располагался ресторан. Красиво, современно, дорого. Правда, выбор на этот отель пал не потому, что он такой крутой – просто только там Суи смог снять сразу несколько номеров премиум-класса на одном этаже – для меня и для моих людей. В остальных отелях из-за туристического сезона с этим было сложно. Правда, и отелей подобного уровня в Крунгтепе было немного.

После заселения Суи пошёл договариваться о встрече, а я – в ресторан на крыше, так как делать мне особо было и нечего.

***

На следующий день мы отправились в Пхитсанулок – город на севере Сукотая, который принадлежал Роду Чакри. В буквальном смысле принадлежал. Город стоял на их Родовой земле и был не таким уж и большим – городок, можно сказать, на семьдесят тысяч жителей. Нет промышленных объектов, зато именно в Пхитсанулоке расположены самые элитные в стране школы и университеты. А также парочка знаменитых музеев, о которых даже я слышал. Ну и по мелочи: огромный зоопарк, художественная галерея, крупнейший в стране театр и так далее. В общем, Пхитсанулок был культурным центром страны, чему не мешала огромная военная база на западе города. Был там и аэропорт, но обслуживал он исключительно город и Род Чакри. Если ты не груз какого-нибудь продовольствия и не член Рода Чакри, будь любезен добираться до города на машине.

А ещё Пхитсанулок – древнейший город страны, что не является таким уж выдающимся достижением, так как в Сукотае вообще нет особо древних городов. Слишком часто их разрушали, причём в основном сами тайцы. В итоге возраст самого старого города страны – жалкие шесть сотен лет, четыреста из которых им правит Род Чакри.

Отель премиум-класса там, естественно, тоже был. И даже не один. Мой выбор пал на двадцатиэтажный небоскрёб в центре города. Я вообще в этом мире, если место незнакомое, предпочитаю обитать повыше. Чтоб, значит, было откуда скидывать противника. Потому и поселился на последнем этаже. Там, правда, всего два номера было свободно, так что один достался мне, а второй – охране. Гражданская часть моих людей расположилась на других этажах.

О встрече Суи договорился быстро, уже на следующее утро я отправился на восток города, где у подножия небольшой горы расположился дворец Чакри. Остроконечные крыши, белый камень и позолота. Дворец не выглядел чем-то монументальным и древним, обычный, пусть и большой, дворец в тайском стиле. Хотя я точно знал, что ему уже двести лет. Предыдущий дворец располагался севернее и как раз те самые двести лет назад сгорел.

У Чакри есть ещё одно родовое жилище, вот оно реально древнее, пару тысяч лет стоит, но из него уже лет шестьдесят как музей сделали, куда пускают любого желающего, только за билет плати.

У ворот дворца нас встречало несколько слуг, правда, во дворец меня провожал лишь один из них. Светло-коричневая рубаха навыпуск, тёмно-коричневые брюки чуть ниже колен и широкий тканевый пояс разных оттенков коричневого.

Глава Рода нашёлся в огромной гостиной, реально огромной. Несколько диванов, столов, множество кресел, бильярдный стол, полноценный бар, огромный телевизор на стене… В общем, прикольно. Было бы у меня столько места в поместье, тоже что-нибудь такое устроил.

Чакри Наронг, глава Рода Чакри, ожидал меня в центре гостиной в одном из кресел. На столе рядом уже ждали чашки, чайник, какие-то пирожные, сахарница и молочник. Выглядел Наронг лет на тридцать пять, среднего роста, жилистый, черноволосый. Каких-то особых черт лица я у него не нашёл, таец как таец. Относительно молодой. Правда, ему уже пятьдесят два, что несколько сбивало с толку. Точнее, вызывало некоторый диссонанс: я знал, что он уже почти старик, но видел молодого мужчину. В этом плане Род Чакри вообще уникален, они все такие. Божественный дар их Рода давал им… внешнюю молодость? Не знаю, как сказать коротко. В общем, старели Чакри медленно – внешне медленно. Так-то они плюс-минус живут столько же, сколько и остальные бахироюзеры, но даже умирая от старости, эти типы выглядят максимум на шестьдесят-шестьдесят пять.

Предпочтений в стихиях у этого Рода нет. За время существования они собрали столько техник, в том числе и Родовых, что могут использовать чуть ли не любую стихию. А вот камонтоку у них интересное. Не слишком эффектное, зато крайне практичное. Чакри могут становиться неуязвимыми. Невидимая суперброня, ну или какой-то супер-мега-гипер “доспех духа”, делает их страшными противниками. Они фактически могут стать неуязвимыми, и не как Бунъя, на несколько минут, а на часы. Точной цифры никто не знает, но во вторую мировую “виртуоз” из этого Рода несколько часов в одиночку сражался с индийской армией. Это может показаться ерундой, если бы индийцы в том бою не потеряли пятерых “виртуозов”, трое из которых принадлежали к Родам из десятки древнейших. Двоих из седьмого по древности Рода и одного – из третьего. Просто трындец. Ещё два убитых “виртуоза” ведь тоже далеко не простолюдинами были, как и трое сбежавших, к слову. То есть для понимания – члена Рода Чакри не сумели убить в общей сложности восемь “виртуозов” из древних Родов. Восемь камонтоку так и не остановили Чакри. Плюс армия, плюс остальные бахироюзеры, в том числе с камонтоку. По непроверенным данным, члены Рода Чакри уже пару тысяч лет умирали исключительно своей смертью.

Вот глядя на такой Род, как Чакри, и понимаешь, насколько Аматэру слабы. По всем параметрам слабы. Правда, и Чакри в каком-то смысле уникальны, но даже если забыть о камонтоку, которое даёт прикурить остальной десятке древнейших, мы всё равно будем выглядеть жалко на их фоне.

– Приветствую, юноша, – поздоровался Наронг, когда я подошёл ближе. – Прошу, присаживайся.

Обращался он ко мне, кстати, на русском. Если верить общедоступной, относительно общедоступной, информации, то он помимо русского знает ещё и китайский с хинди.

– Добрый день, господин Чакри, – поклонился я. – Благодарю, что приняли.

– Да брось, – отмахнулся он. – Ты слишком интересная личность, чтобы игнорировать тебя. И садись уже, не стой как истукан, – дождавшись, когда я сяду в кресло напротив, указал рукой на стол. – Угощайся.

– Благодарю, – чуть кивнул я, после чего взял ближайшую чашку с чаем. – Позволите задать вопрос?

– Конечно, – улыбнулся он. – Спрашивай.

– Хм, отличный чай, – похвалил я, сделав глоток из чашки. – Что вы знаете о микропроцессорной архитектуре?

– Ничего, – ответил он слегка удивлённо. – Для этого есть специалисты.

– Что ж, тогда попробую говорить проще, – покрутил я чашку в руках, изображая задумчивость. – Я и сам в этом не большой специалист, поэтому скажу своими словами. Представьте, что есть всего… ну, скажем двадцать архитектурных проектов зданий. Несколько для складов, несколько для военных, несколько для офисов, несколько для жизни обычных людей и так далее. Возьмём военных. У них может быть лишь пять зданий и у каждого здания своя архитектура. Вы не можете придумать свою, не в ваших это силах, поэтому обращаетесь к одной из пяти фирм в мире, чтобы они построили вам здания для военных. Здания хорошие, возможно, даже отличные, беда только в том, что строили их не вы, а значит не можете дать гарантию, что где-то в здании нет секретного хода, через который к вам прокрадётся шпион. Или убийца. Вы, конечно, всё проверили, насколько смогли, но архитектура настолько сложная, что вы просто не можете проверить абсолютно всё. При этом, я вам гарантирую – тайный ход точно есть. А теперь подумайте, где в вашей стране используются микропроцессоры? Иностранные, замечу, микропроцессоры.

– Судя по контексту, – произнёс серьёзный Наронг, – их активно используют военные.

– В вашем случае всё ещё хуже, – заметил я. – Военные используют иностранную технику с иностранными процессорами. Ну а в том немногом, что вы делаете сами, используются заказанные на стороне. Но и это полбеды. Я спрашивал про страну. Оглянитесь, микропроцессоры используются повсюду: мобильные телефоны, модемы, телекоммуникации, да те же телевизоры. И если с мобильниками всё сложно, слишком велико их разнообразие, то у военных с подобным разнообразием довольно туго. Вам могут отключить компьютеры, вам могут отключить связь, вам могут отключить боевую технику… Это огромная дыра в национальной безопасности страны.

– Я бы знал о такой проблеме, – нахмурился он.

– Ну… Для вас это и не особо проблема, – пожал я неуверенно плечами.

– Поясни, – произнёс он строго.

Видимо, сумел я его впечатлить. То, что я собирался сказать, было несколько рискованно, но мне необходимо его задеть. Чтобы он уж точно не отмахнулся от меня.

– Вы Сукотай, – пояснил я, после чего сделал глоток чая. – Вам не о чем беспокоиться под крылышком Китая.

– Рискуешь, парень, – отметил он ровно.

– И где я не прав? – посмотрел я ему прямо в глаза. – Вопрос только в том, хотите ли вы оставить всё на своих местах? От вас не так уж и много требуется, всего лишь придерживаться политики Китая.

– Ты мне резко разонравился, мальчик, – заявил он всё так же ровно.

М-м-м… Надеюсь, палку я не перегнул. Только ведь вот какая фиговина. Его Роду десять с хвостиком тысяч лет только официально, пятьдесят два года лично ему, власть, сила, репутация, богатство… Я для него почти никто, а учитывая серьёзность предложения, которое я ему хочу выдвинуть, должно быть иначе. Или меня точно попытаются поиметь. Возможно, даже жёстко.

– Видите ли, господин Чакри, – чуть наклонил я голову. – Я приехал сюда для деловых переговоров, а не для того, чтобы вам понравиться. Или мне всё-таки стоит уйти?

– Да нет, – произнёс он почти без паузы. – Ты прав. Личное – это личное. Полагаю, ты не закончил. Говори, я слушаю.

Ага. Тон у него уже не такой ровный, да и дружелюбия больше нет. Сейчас передо мной сидел глава одного из сильнейших Родов мира. Холодный, слегка надменный, но определённо воспринимающий меня серьёзно.

– На самом деле ваша проблема решаема, – начал я. – Способов много, но все они долгие. Я же готов вам помочь… в ближайшей перспективе.

– Долго, это сколько? – перебил Наронг.

– Десятилетия, – пожал я плечами. – Думаю, специалисты расскажут вам больше. Я же предлагаю решить вопрос примерно за год. Максимум. Пока вы не согласились, и мы не начали обсуждать детали, о времени говорить сложно.

– Предположим. И в чём состоит твоё предложение? – спросил он немного насмешливо.

– Вы поможете мне уничтожить клан Хейг, после чего я по праву победителя заберу всё, что принадлежит клану – а они, помимо прочего, владеют нужной вам микропроцессорной архитектурой. Я передам её вам. Без каких-либо условий. Она будет полностью ваша.

– Ты вправду думаешь, что американцы позволят тебе провернуть нечто подобное? – спросил он с холодной иронией в голосе.

– Мне – нет, а вот такому же американскому клану – да, – ответил я. – Им – имущество Хейгов, мне – архитектура, которую я передаю вам.

– А тебе, значит, ничего? – спросил он уже даже не иронично, а просто насмешливо.

В ответ я тоже изобразил на лице насмешку.

– А я с кланом Хейг не за трофеи воюю, – произнёс я. – Подобную мелочь оставьте себе, мне и самих Хейгов хватит.

Неожиданно для меня Наронг прикрыл глаза, чуть отвернул голову и усмехнулся. Без холода и надменности, просто весело усмехнулся.

– Ох, парень, – посмотрел он на меня с улыбкой. – Умеешь же ты быть колючим. Прям побирушек из нас мелочных делаешь.

Чёрт… Вот без понятия, как на это реагировать. Меня раскусили, издевались, или он успокоился и решил поменять стратегию? Ладно, попробуем подстроиться.

– Не я такой, жизнь такая, – улыбнулся я, поставив пустую чашку на стол. – Пришлось осваивать это искусство.

– Суровая у тебя жизнь, – качнул он головой. – Значит, говоришь, год? И что требуется от нас?

– Я соберу силы Хейгов в одом месте, а вы их уничтожите, – ответил я.

– Что, прости? – спросил он весело.

– Кхм, уточню: я соберу их здесь, в этом регионе, – пояснил я. – У них на Филиппинах есть остров, там они и будут. Мне нужен ваш флот и армия, которая уничтожит всех.

– А ты? – приподнял он бровь.

– А я в это время займусь стиранием Хейгов у них дома, – ответил я.

Наронг ненадолго задумался.

– Мало информации, – вздохнул он. – Ты можешь предоставить нам более подробный план?

– Он у моего секретаря, – кивнул я, имея ввиду Юри. – План общий, без деталей, но в целом понятный.

Естественно, что никто не даст им подробностей до заключения хоть каких-то договорённостей.

– Понимаю, – кивнул он. – В таком случае, предлагаю продолжить разговор позже.

– Как скажете, господин Чакри, – согласился я.

В принципе, на большее я в первую встречу и не рассчитывал. Я бы даже сказал, что достиг всего, чего хотел достичь на предварительных переговорах. Капкан тигру показал, за усы его дёрнул, куском мяса поманил. Что ж, посмотрим, как дальше обернётся.

***

Вернувшись в отель, я переоделся и поехал осматривать городские достопримечательности. Этого не было в планах, но и сидеть в отеле было просто-напросто скучно. А ещё – тревожно. Видимо, я всё-таки перегнул палку, и чуйка мне это подсказывала. Оставалось успокаивать себя тем, что это были лишь предварительные переговоры, которые обязательно продолжатся. Главное – понять, как сгладить углы. Ну или… Не знаю. Тревога была лёгкой, так что вряд ли я накосячил слишком сильно. Справлюсь.

А ночью мне снилась какая-то хрень. Я стоял посреди пустоты, а вокруг меня собирался серый туман. Было тревожно. Поначалу. Чуть позднее я чувствовал уже откровенную угрозу жизни, но сделать ничего не мог. Даже двигаться не мог – лишь крутить головой и наблюдать, как этот туман медленно обволакивает меня. В какой-то момент тревога ушла, а её место занял гнев. Я был зол на себя, на туман, на всех, и не собирался сдаваться. Вокруг уже ничего не было видно, лишь серая хмарь, которая пыталась проникнуть мне в душу. Пыталась и не могла. Я сражался. Не знаю как, это всё-таки сон, но я сражался. С дикой усмешкой смотрел прямо перед собой и не давал проникнуть туману в своё тело. Знал, что проигрываю, но не сдавался. В какой-то момент туман нашёл лазейку в моей защите, и я почувствовал, как моего сердца коснулось холодное нечто… Мне нужно проснуться. Это была последняя чёткая мысль перед тем, как я открыл глаза.

И пусть я больше не спал, гнев никуда не делся, страх после кошмара ведь тоже не уходит мгновенно, вот и я проснулся злой и не то чтобы готовый, а уже полноценно сражающийся. Так что первым моим действием был круговой Воздушный удар, дабы разогнать туман из сна. Чисто на автомате сработал, не до конца проснувшись. Волна сжатого воздуха прошлась по спальне, сломав всё, до чего дотянулась: и кровать, и шкаф, и тумбу, и стул, и стёкла в окнах. В общем, ничего целого в комнате не осталось. Если не считать первого мгновения после пробуждения, то в себя я пришёл практически сразу. Валяясь на обломках кровати, медленно повернул голову влево – именно там я чувствовал чей-то взгляд, причём взгляд был, а его носителя – не было. Этот безумный мир приучил меня ко всякой чертовщине, и если в спокойной ситуации я ещё могу чему-то удивляться, то в боевой – воспринимаю всё как есть. Во всяком случае, в своём прежнем мире, столкнувшись с натуральным невидимкой, точно потратил бы лишние мгновения на осознание ситуации, а тут просто вытянул руку и вдарил по противнику Молнией. Да, я его не видел, но в отличие от отвода глаз, невидимость не мешала мне с определением местонахождения врага. В конце концов, я способен сражаться в полной темноте, не видя вообще ничего, так что невидимка – ерунда.

Тугой жгут молнии попал в… кого-то. По-прежнему не было видно даже силуэта, молния словно в невидимую стену ударила. Секунда, другая – и я почувствовал, как враг сдвинулся с места, сделав шаг в мою сторону. Я тоже на полу не валялся, параллельно с атакой противника вставая на ноги, так что как только это нечто пошевелилось, поднял вторую руку и выпустил ещё одну Молнию. Чувство опасности было словно укол в сердце, заставивший меня сделать очень короткий Рывок в сторону, уворачиваясь от вертикального серпа из молний. Похоже, уродцу плевать на мои молнии, что ж, пообщаемся с ним поближе. Видимо, мой противник думал примерно в том же направлении, так как прямо в воздухе, там, где у него должны быть руки, появились два клинка, опять же из молний. Рывок. Довернув корпус, я увернулся от удара одного из клинков и, не дожидаясь второго, ударил туда, где у него должна быть голова. Наклонился, пропуская над головой следующий удар противника, одновременно с этим ударил левой рукой по колену, разогнулся и, продолжая движение, отвесил ему апперкот с правой.

Клинки – штука хорошая, но не против ведьмаков, которые работают на сверхближней дистанции – в этом случае оружие, скорее, мешает, вот и противник быстро это понял. Отступать ему было некуда, он и так находился в углу комнаты, и выпускать его оттуда я был не намерен. Так что, погасив свои лезвия из молний, он попытался дать мне бой врукопашную. И не сказать, что неудачно. Скорость у него была лишь немногим меньше, чем у меня, так что пришлось показать всё, чему я научился в прошлой жизни. Самое интересное в этом бою было то, что бил я по телу. Не в “доспех духа”, а именно по телу, одетому во что-то тканевое.

Блок, удар, удар, блок, уворот, захват, удар, блок. Как в старые добрые времена, когда мне противостояли такие же ведьмаки, а не монстрики с “доспехом духа”. Даже жаль, что мой противник не ведьмак. Другие силы, другие ощущения. Но и не бахирщик, факт. Сражались мы на очень высокой скорости, и чтобы не упустить инициативу, я эту скорость начал наращивать. Фокус, Ускорение, Фокус, Ускорение, Фокус, Ускорение, Фокус… Он не выдержал. Одновременно с ударами в дверь номера мой противник поплыл, и началось избиение. Не знаю, почему он не пользовался техниками. Этот тип ушёл в глухую оборону и почти не отвечал, а когда дверь сорвалась с петель и в номер вломились мои охранники во главе с Ёхаем, невидимка сделал рывок вперёд. Я, честно говоря, думал он хочет подмять меня и повалить на пол, так что, сделав подшаг в сторону, пробил ему в голову, сделал подсечку и добавил падающему телу по спине сверху. И, в общем-то, зря я это сделал. На полу он практически не задержался – не знаю как, я его по-прежнему не видел, но судя по ощущениям, он словно какая-то змея на огромной скорости пополз в сторону окна. Я не боялся, что он убежит, выход из комнаты я ему перекрывал, этаж тут последний, ему просто некуда было бежать… Но он сбежал. Нырнул в окно, а мы на двадцатом этаже, напомню, да и был таков. То, что он именно сбежал, я понял, не услышав шлепка упавшего тела. Замершие охранники, я, разгромленная комната номера и тишина…

– Син, – подал голос Ёхай. – Какого хрена?

– Сам не знаю, – ответил я, подойдя к окну и выглянув наружу.

Ну да, внизу никого.

– Кто хоть напал? – продолжал допытываться Ёхай.

– Говорю же, не знаю, – посмотрел я на него. – Тварь какая-то магическая.

– Что? – переспросил он.

– Опасности я не чувствую, так что иди успокой остальных. И со служащими отеля пусть кто-нибудь разберётся. Да, и номер мне новый найдите, – вздохнул я, оглядываясь.

– Понял, принял… – произнёс удивлённый Ёхай. – А… Ладно, потом.

Интересно, эта неведомая хрень за мной из Японии приехала, или она местная?

***

Чакри Наронг быстрым шагом шёл по длинному полутёмному коридору, в конце которого его ждала большая трёхметровая дверь. Открыв её, Наронг оказался в огромном круглом каменном зале со стеклянным потолком. Помещение было почти пустым, если не считать двух кресел и стола, за которым сидели двое пожилых мужчин. Одному на вид было лет пятьдесят, а другому около шестидесяти. Старейшины Рода – прошлый и позапрошлый главы. В данный момент оба задумчиво смотрели на шахматную доску, стоящую на столе между ними. Подойдя к Старейшинам, Наронг нацепил на лицо выражение укоризны.

– Я опять чую спиртное, – произнёс он.

– Увянь, поварёнок, – ответил старший из стариков. – Личное время, что хотим, то и делаем.

– Да у вас постоянно личное время, – возмутился Наронг. – Работаете-то вы когда?

– Мы вообще-то на пенсии, если ты не заметил, – произнёс отец, не отрывая взгляда от доски. – Работает пусть молодёжь.

– Ну ты и скотина, – покачал головой Наронг. – Я за тебя с шестнадцати лет работаю, а ты…

– Не передёргивай, – перебил отец, сделав ход слоном. – С шестнадцати лет ты подрабатываешь, не более.

– М-м-м… – в попытке успокоиться Наронг прикрыл глаза и потёр переносицу. – Ладно. Проехали. Вы читали те бумаги, что я вам передал?

– Забавное чтиво, – произнёс дед, задумчиво смотря на доску и потирая подбородок. – В моё время таких проблем не было.

– Я тебя, может, удивлю, – заметил отец, – но и в моё тоже.

– Я тебя реально когда-нибудь придушу, – покачал Наронг головой. – Ты старейшиной стал всего семь лет назад. Эта проблема как раз в твоё время возникла!

– Я ему про молодость, а он про должность, – произнёс его отец.

Хотелось Наронгу пройтись на тему молодости, но решил не начинать очередную семейную склоку.

– По делу что скажете? – спросил он.

Ответили ему не сразу. Оба старика молчали около минуты, не отрывая взгляда от шахматных фигур. Наконец дед вздохнул, глянул на сына, откинулся на спинку кресла и посмотрел на внука.

– Моё мнение – надо поддержать парня, – произнёс он. – Я целый день убил, пытаясь разобраться в данной теме и, судя по всему, это действительно проблема. Если мы можем в столь сжатые сроки получить эту технологию, мы обязаны попытаться. И кстати, в правительстве, оказывается, многие в курсе, что в идеале нам нужны свои процессоры, но либо не считают проблему актуальной, либо вообще не воспринимают её всерьёз.

– Отец? – перевёл на того взгляд Наронг.

– Согласен, – отозвался отец. – Это проблема, и её в любом случае надо решать. Мальчишка предлагает решение. Даже если опасность завышена, мы так или иначе ничего не теряем.

– Кроме жизней наших людей, – хмыкнул Наронг.

– Судьба такая у воинов, – посмотрел на него отец. – Сражаться и, если надо, умирать. Никто их на этот путь силком не тащил. Да и в самом деле, – скривился он. – О каких потерях ты говоришь? Я про этих Хейгов и не слышал-то никогда. Очередные выскочки дошкольного возраста.

В целом Наронг был согласен с отцом, но не признавать же это?

– Высокомерие ни к чему хорошему не приводит, – покачал он головой. – А потери в любом случае будут. Пусть даже мизерные, но если план парня провалится, люди умрут зря.

– Привлеки к делу королевские войска, – пожал плечами отец. – Ты глава Рода, ты и разбирайся с деталями. Я своё мнение высказал.

– Лучше своими силами обойтись, – заметил дед. – Меньше королевских сил – больше прав на технологию. Если можно и стране помочь, и заработать, этим надо пользоваться.

– Говорю же, это детали, – отмахнулся отец. – Пусть поварёнок их решает.

– И то правда, – кивнул дед. – Кстати, поварёнок, что скажешь о парне?

– Нагловатый, конечно, – пожал плечами Наронг, – но мне понравился.

– Даже так? – усмехнулся дед. – Но попытаться стрясти с него что-нибудь ещё, я надеюсь, ты не забудешь?

– Обижаешь, дед, – возмутился он напоказ. – Куда ж без этого?

– Только не переусердствуй, – вздохнул дед. – И чуть что, не стесняйся сдавать назад.

– А есть причины? – удивился Наронг. – Я, конечно, и не собирался на него сильно давить, но – сразу и назад?

– Тема сама по себе не располагает к давлению, – ответил дед, сделав ход пешкой. – Мы для парня идеальный партнёр, но в округе найдётся к кому и без нас обратиться. Но дело даже не в этом. О покушении на него ты, естественно, знаешь.

– Наши люди носом землю роют, – поджал губы Наронг.

Ещё бы. В их городе пытаются убить их же гостя, а этот самый гость помалкивает и не рассказывает подробностей происшедшего.

– Так вот, – продолжил дед. – Буквально тем же утром ко мне заявилась якшини…

– Вот просто так взяла и заявилась? – удивился Наронг.

– Сам в шоке был, – пожал дед плечами. – Шестьдесят лет сидела и не высовывалась, а тут нате вам. В общем разбудила и заявляет, что у нас по городу, оказывается, пришлый дух молнии бегает. Точнее, бегал. С утра, собственно, он от нас и свалил. Причём сильно побитый.

– М-да… – произнёс задумчиво Наронг. – Стоп, а чего она вообще решила нас об этом предупредить?

– Потому что дух очень сильный, – ответил дед.

– А почему она тогда сразу не предупредила? – ещё более удивлённо спросил Наронг.

– Потому, что он обещал не причинять вред нам, – усмехнулся дед.

– Я что-то совсем запутался, – нахмурился Наронг. – Если он нам не угрожал, тогда почему она нас всё-таки предупредила?

– Потому, что он сильный, я же сказал, – пожал плечами старик.

– Дед, – вздохнул Наронг. – Хоть ты мне нервы не трепи.

– Ну извини, – усмехнулся тот в ответ. – Зато теперь ты понимаешь, каково мне было её расспрашивать.

– Ну и? – спросил Наронг. – Выяснил что-нибудь конкретное?

– Она боялась, что дух вновь нападёт на Аматэру, – устало вздохнул дед. – Представляешь, она просто боялась за парня.

– Ах, ну да, божественный дар Аматэру, – хмыкнул Наронг.

– Нет внук, – улыбнулся дед. – Их божественный дар работает несколько иначе. Тут в другом дело. Кое-что я таки сумел из неё вытянуть… – тут дед опять вздохнул. – Цитирую: “Не тебе говорить “всего лишь”, это вы всего лишь Чакри, а он ведьмак”. Так что да, внучок, ты давай там с ним поосторожнее. Чуть что, сразу сдавай назад. Не нужна Роду Чакри личинка богоубийцы во врагах.

Глава 8

Запрокинув голову на спинку дивана и закрыв глаза, человек пытался успокоиться.

— Как… Как, чтоб тебя, ты умудрился так бездарно слиться? – произнёс он сквозь зубы.

– Прошу простить, господин, — ответил стоящий рядом Байхо, – но вы приказали работать тихо и избегать посторонних.

— И? – произнёс человек, не открывая глаз. — Тебя отделал сраный мальчишка. Как? Как он смог победить тебя?

– Я не мог использовать свои силы, – ответил Байхо. – Вы же знаете, господин, они слишком… заметны.

– Ты “виртуозов” убивал! – вскочил на ноги человек. — Тебя божественным зверем в Китае называют! Как этот пацан за несколько секунд сумел тебя избить? Он стал настолько силён?

– Я бы не сказал, господин, просто…

-- Просто что? – подошёл к нему человек.

– Даже такой слабый ведьмак в ближнем бою опасен, – ответил спокойно Байхо. – Особенно для таких, как я.

Если не задерживать на духе грома взгляда, то можно и не заметить, как плывут иногда черты его лица. Мальчишка умудрился нанести столько урона, что Байхо время от времени терял контроль над своим человеческим обликом.

– Для таких, как ты… – повторил человек. – Он ведь у тебя в руках был. Спящий. Прямо перед тобой. Неужто нельзя было просто ударить молнией посильнее?

– Вы приказали действовать тихо, – ответил Байхо невозмутимо.

Насколько вообще может говорить невозмутимо существо, которое время от времени морщится, а его облик плывёт, показывая то звериный глаз, то чешую, то оленьи рога над головой.

– Но надо же и головой думать! – выкрикнул ему в лицо человек.

Он испытывал лёгкий страх. А может, и не лёгкий. По идее он сейчас должен был быть раздражён или даже зол на Байхо, а вместо этого постоянно прокручивал в голове итоги неудавшегося покушения. Выйдет ли на него ведьмак? Какие будут последствия? Можно ли попытаться его убить ещё раз? Что теперь делать? Как решить проблему? Какого дьявола он вообще решил убить парня?!

– Прошу прощения, господин, – поклонился Байхо.

– И что мне делать с твоими извинениями? – процедил он. – Лучше скажи, ты сможешь убить этого ведьмака в идеальных для себя условиях?

– Не только в идеальных, господин, – ответил Байхо. – Просто в этот раз абсолютно всё было против меня.

Хозяин духа поморщился. Этот камешек в его огород. По факту, ведьмак жив только из-за данных им приказов. Байхо вообще не очень умный дух, точнее, слишком исполнительный. Сказали действовать тихо, не привлекая лишнего внимания, он и действовал. Бить даже вполсилы он и правда не мог, не при таких указаниях – слишком эффектны у него силы. Если бы не парочка уникальных способностей, позволяющая ему работать тихо, он был бы чистым силовиком. А ещё сыграла роль привычка. Человек привык использовать в первую очередь Байхо, раньше этого с головой хватало. Надо было послать кого-нибудь другого, пусть не такого сильного, зато специалиста в подобных операциях. Да чего уж теперь...

– Тогда давай думать, как нам его… А, впрочем, я уже знаю как, – озарило человека. – Пока отдыхай и не высовывайся.

– Как скажете, господин, – поклонился Байхо.

Махнув рукой, человек упал обратно на диван. В его голове медленно зрел новый план. В основе своей примитивный, но лишь в основе. План, позволяющий менять его прямо на ходу. Ведьмака можно заманить в подготовленное место, можно попытаться договориться – но на это мало надежд – можно даже попытаться натравить на мешающие ему… элементы. Много чего можно, главное всё продумать и решить, что будет основным, а что второстепенным направлением. Рискованно? Да. Но и просто сидеть на месте уже не вариант. Байхо засветился, и теперь никто не сможет спрогнозировать, что будет дальше.

– Надо работать на опережение, – пробормотал он. – Даже интересно, как ты отреагируешь на старшего брата, ведьмак.

***

– Господин Аматэру, – улыбнулся мне Чакри. – Рад тебя снова видеть. Присаживайся, угощайся, – указал он рукой на свободное кресло, рядом с которым стоял столик с чаем и пирожными. – Сам готовил.

Даже так? У него что, в качестве хобби готовка?

– Благодарю, – кивнул я, присаживаясь в кресло.

Встретились мы с ним через четыре дня после нашего первого разговора. Довольно быстро, учитывая, как много ему надо было сделать. Собрать информацию, вникнуть в неё, убедиться в достоверности моих слов, возможно, посоветоваться с членами Рода и так далее. Сегодня мы вновь встречались в той же гостиной, что и в прошлый раз – та же обстановка, тот же чай, разве что пироженки другие.

– Ну как? – спросил он, после того как я съел одно из пирожных.

– Весьма, – покивал я. – Почти как у одной моей знакомой.

– Почти? – приподнялись его брови.

– Ну, она вообще спец в кулинарном искусстве, – произнёс я, после того, как сделал глоток чая. – И на ней не висит забота о Роде. С вашей стороны действительно достижение – приблизиться к её уровню.

– Что ж это за чудо-повариха такая? – спросил он вроде и с улыбкой, но всё-таки чуть напряжённо.

– Кояма Кагами, – ответил я. – Жена главы клана Кояма.

– Будем считать, что я польщён таким сравнением, – пожал он плечами и тут же перевёл тему. – Ничего нового по покушению не вспомнил? Мои люди носом землю роют, но данных крайне мало.

Хотелось улыбнуться, но я сдержался. Его явно задело, что я поставил чью-то готовку выше, чем его. Не, ну не думал же он, что я буду пресмыкаться перед ним? Я уважаю Род Чакри, но и сам не последнюю фамилию ношу.

– Нет, ничего нового, – поставил я чашку на стол. – У меня вообще память отличная, как и стрессоустойчивость, так что всё, что мог, я вашим людям уже рассказал.

– Но есть и то, что рассказать ты не можешь? – улыбнулся он.

– Не придирайтесь к словам, господин Чакри, – улыбнулся я в ответ. – Если бы я хотел, чтобы ваши люди не лезли в это дело, я бы их об этом попросил.

Требовать здесь и сейчас я ничего просто не могу.

– И они бы вас не послушали, – хмыкнул он.

– Да, – кивнул я. – Работа у них такая. Но право слово, господин Чакри, если бы это действительно было что-то личное или секретное, я бы не постеснялся и вас попросить.

А вот он уже, скорее всего, пошёл бы навстречу.

– Это имело бы смысл, – произнёс он, о чём-то задумавшись. – Впрочем ладно, оставим работу профессионалам. Сегодня же хотелось бы обсудить твоё предложение. Я порасспрашивал специалистов по поводу микроэлектроники в нашей стране, и тема эта, как выяснилось, действительно неоднозначная. С одной стороны, у нас с этим всё… – запнулся он, – нормально. С другой стороны, нас и правда могут лишить ряда устройств, но, так как у нас всё нормально, мы быстро закроем эти дыры. Другое дело – военная отрасль. Да и правительство, как выяснилось, под угрозой как минимум прослушки… В общем, ты открыл нам глаза на очень многое, за одно только это мы тебе благодарны.

– Неужто у вас вообще никто об этом не задумывался? – спросил я, удивляясь про себя.

– М-м-м… Уточню, – произнёс он. – Глаза ты открыл нам, Роду Чакри. В правительстве, точнее, в различных правительственных службах, об этой проблеме знают, но… – поморщился он. – Кто-то в это не верит, кто-то считает, что мы справимся и проблема не такая уж критичная, кто-то и вовсе считает, что наши… враги, а тем более партнёры, на подобные меры никогда не пойдут. Вроде как экономически невыгодно. В общем, о проблеме знают, но не считают её проблемой.

– Я сейчас, возможно, скажу очень неприятную вещь, и заранее прошу прощения, но вам не кажется, что в вашем правительстве считают свою страну в чём-то отсталой и давно смирились с этим?

– Мне неприятно об этом говорить, – произнёс он, даже глазом не моргнув, – но, похоже, что да. Точнее, не отсталой, а… государством, которое никогда не догонит Великие страны. Они сами себя записали во вторые номера и не собираются это менять. Соответственно, и будущее планируют, исходя из этих предпосылок. Зачем нам своя микропроцессорная архитектура, если у нас есть Китай? Нам всего лишь надо не раздражать соседа.

Под конец он всё-таки усмехнулся. Зло и горько одновременно.

– Сукотай – хорошая страна… – начал я.

– Сказал японец, – прервал он меня, улыбнувшись. – Извини, не удержался. Для Японии мы и правда хорошая страна. Богатые, но не так, как вы. Достаточно сильные, чтобы напрягать своих соседей, но недостаточно, чтобы угрожать Японии. Имеющие болевые точки, по которым можно ударить.

– А ещё у вас государственная философия, не позволяющая вести захватнические войны, – кивнул я. – Но это не изменяет того факта, что вы хорошая страна и для своих собственных людей. Гордая страна, что не может не вызывать уважения. Целый комплекс факторов, который ещё не раз сыграет вам в плюс. А главное – вы патриоты. Даже в правительстве у вас пусть и дурковатые, но патриоты. Я пришёл к вам не только потому, что вы сильный и древний Род, но и не в последнюю очередь потому, что вы – сукотайцы. С вами проще во всех отношениях, – польстил и хватит, пора работать. – Ладно, к демонам эти пафосные речи – я к тому веду, что вы справитесь. Ситуация в вашей стране стабильно хороша, так что по факту проблема не такая уж и серьёзная. Да вы даже меня можете послать куда подальше. Потратите на решение проблемы больше времени, но справитесь. Однако со мной и проще, и быстрее. И финансово более выгодно.

Немного помолчав, с улыбкой наблюдая за мной, Чакри задал вопрос:

– Развей моё любопытство – к кому ты пойдёшь, если мы не договоримся?

– Либо к вьетнамцам, – пожал я плечами, – либо к малайцам. С последними, конечно, придётся подождать, пока война закончится, но в перспективе с ними будет даже проще.

– Проще, чем с нами? – полюбопытствовал он.

– Они мне… задолжали пару услуг, – пожал я плечами. – Так что да, проще.

– Хм, – прикрыл он глаза. – Малайзия. Очень интересная тема для разговора, но давай вернёмся к нашим делам, – произнеся это, он открыл глаза и посмотрел на меня. – Род Чакри готов принять твоё предложение. И в целом нас даже устраивает план. Детали обсудим чуть позже, а сейчас меня интересуют две вещи – взаимодействие и… Скажу прямо, нам бы хотелось получить с клана Хейг чуть больше, чем ты предложил.

– Больше я просто не могу предложить, – произнёс я, даже плечами пожал, дабы усилить впечатление от слов.

– Лично от тебя и твоего Рода нам больше и не нужно, – качнув головой произнёс Чакри. – Нас интересует клан Тарворд и то, что мы получим после боя.

– Насчёт трофеев я вас понял, но… Тарворд? – чуть нахмурился я.

– Мы хотим провести с ними ряд переговоров, дабы выбить ещё что-нибудь, но делать это у тебя за спиной не хотелось бы.

– Если это не повлияет на их решения в будущем – я не против, – кивнул я. – Главное, не переусердствуйте. Не хотелось бы получить удар в спину от зажатого в угол клана.

Про то, что Род Чакри Тарворды обманывать не будут, я промолчал. Точнее, не обманывать, а… Думаю, найти лазейку в нашем договоре можно, и если Тарвордам дать причину, они её найдут. При этом злить Род Чакри только дурак будет, из-за чего отдуваться придётся Аматэру.

– На этот счёт не волнуйся, – отмахнулся Чакри. – Наоборот, думаю, мы сможем убедить клан Тарворд следовать не только букве, но и духу договора. Что скажешь насчёт трофеев? Это обсуждаемо?

Чего это он такой… Другой на его месте не спрашивал бы, а тупо потребовал внести в обсуждение раздел трофеев. И, собственно, был бы полностью в своем праве.

– Естественно, – ответил я.

– В таком случае, давай поговорим про взаимодействие между сторонами, – произнёс он, после чего подался вперёд, взяв со стола чашку. – Как оно будет происходить, где, кто будет ведущим в нашем небольшом союзе, и нужен ли ведущий вообще. Нюансов много.

– Предлагайте. Вы в этом явно опытнее меня, – произнёс я, тоже взяв чашку.

– В таком случае, начнём с того, что всем сторонам в любом случае придётся встретиться …

***

Признаюсь честно, с Наронгом было сложно. Он не вилял, не интриговал, не давил, но при этом постоянно накатывало ощущение, что ты сопляк из мелкого молодого Рода. И ведь он не специально, я видел это. Но, видимо, древность Рода решает, во всяком случае – в воспитании. Может, с кем-то рангом пониже было бы проще, но переговоры пришлось вести именно с главой Рода. Меня даже посетила мысль, что жить в Сукотае я бы не стал. Уж лучше более опасный Китай, чем жить в тени кого-то другого. Хотя, если рассуждать чисто теоретически, то я бы скорее в Корею эмигрировал.

В общем, тот разговор в тот день затянулся на три часа. И на следующий день еще на два часа. И на следующий... Мы неделю обсуждали детали, и это только то, что должны обсудить главы сторон, осталась ещё куча мелочей, которыми займутся наши люди. А чуть позже придётся встречаться уже в расширенном составе – Коширские, Тарворд, Чакри и Аматэру. Но это уже через месяц примерно. В общем, мне предстоит ещё не одна поездка в Сукотай, только на этот раз придётся соблюдать секретность. Мы с Наронгом даже решили использовать покушение в свою пользу, изобразив не то чтобы ссору, но лёгкое раздражение друг другом. Ну и естественно, наши переговоры официально не удались. Они, кстати, опять же официально, были по поводу Малайзии.

Домой я вернулся через восемь дней после того разговора. Каникулы заканчивались, и в скором времени меня вновь ждала школа. Это раздражало, но и сделать уже ничего было нельзя – в конце концов, не так уж и долго осталось ждать выпуска. Потерплю.

У ворот меня встречали Атарашики и Казуки – помимо слуг и Бранда, который уже крутился у ног.

– Как всё прошло? – спросила Атарашики, когда мы шли в дом.

– Превосходно, – ответил я. – Лучше и быть не могло.

– Проблем вообще не было? – удивилась она.

– Были, но с делом не связаны, – произнёс я. – Дома расскажу.

– Сначала обед, потом дела, – закончила она разговор.

Окончания обеда я, естественно, ждать не стал, прямо во время него и рассказал о нападении какой-то нечисти. Слушали меня внимательно, и если Казуки с Рахой – Эрны с нами не было – слушали с раскрытым ртом, то Атарашики хмурилась. Точнее, сначала сидела с ошарашенным выражением лица, а под конец уже начала хмуриться.

– Давай уточним, – произнесла она, когда я замолчал. – На тебя напал… ёкай. Скорее всего. Значит, Ушедшие… не ушли.

Ей явно не понравилось услышанное. Сильно не понравилось.

– Похоже, так и есть, – кивнул я. – Правда, не думаю, что этому стоит удивляться – богиня-то ладно, но ведь кто-то же мне передал тот цветок.

– Мало ли? – произнесла она хмуро.

– А ещё Бранд с Идзивару… – вставил Казуки.

– Кстати говоря, да. Что тебя напрягает-то? – всё-таки спросил я. – У нас что, какие-то проблемы с Ушедшими?

– В том-то и дело, что нет, – вздохнула она. – И я не понимаю, почему на тебя напали. Четыреста лет скрывались и решили раскрыться только для того, чтобы тебя убить? Боги, я сейчас должна пучить глаза по поводу самого факта их возвращения, а приходится волноваться, почему они решили вернуться именно так!

– Но цветок-то Синдзи-сану кто-то подарил, – заметил Казуки. – Наверное, не все из них хотят его смерти.

– Боги могли и человеком воспользоваться, – отмахнулась она. – О-хо-хо, что делать-то?

– Не волноваться, – усмехнулся я. – Разберёмся и с этой проблемой. Вряд ли они сильно опасны, раз столько столетий прячутся. Да и прав Казуки, – бросил я на него взгляд, – наверняка они не все нас убить хотят. Думай в позитивном ключе: теперь божественный дар нашего Рода – не бесполезная ерунда.

– Что-то я не вижу пользы от этого дара, – произнесла она хмуро.

– Ну… Это уже не наши проблемы, – дёрнул я плечом.

– Слишком уж ты самоуверен, – покачала она головой.

– А ещё нагл, жаден и крайне воинственен, – дополнил я. – Но это опять же – не мои проблемы.

***

– Хватит на сегодня, – произнёс Цуцуи. – Благодарю, Чиви-кун. Можешь идти.

Я в этот момент как раз стоял в блоке и на автомате после его слов завершил движение, нанеся удар.

– Господин, – поклонился ему мужчина, стоящий в стороне, после чего поклон отвесили уже мне. – Аматэру-сама.

Сегодня, видимо, в качестве разнообразия, Цуцуи пригласил в додзё одного из Слуг Рода, чтобы он читал мне лекции по биологии.

– Что с опросом? – спросил я.

После того как Цуцуи начал читать мне лекции, у нас сложилась традиция – после занятий мы сидели на энгаве, пили чай, а Цуцуи опрашивал меня по прошедшей лекции.

– Послезавтра перед лекцией Чиви-кун проведёт опрос по предыдущему уроку, – ответил Цуцуи. – Иди в душ, а потом ко мне.

Ополоснувшись и переодевшись, пошёл искать Цуцуи. Если бы он сказал про чай, его бы и искать не пришлось, чай мы всегда в одном и том же месте пьём, а так… Нашёл я его в доме, в гостиной. Когда я зашёл в помещение, старый слуга как раз разливал чай. Обычный. Ну то есть… То есть обычный чай, в обычном чайнике, по обычным кружкам. Так-то он нам с Цуцуи, если мы сидим на веранде, заваривает по всем японским правилам и разливает в японские же керамические чашки.

– Что-то случилось? – спросил я, присаживаясь в кресло напротив него.

– Нет, а должно? – удивился Цуцуи.

– Да как бы… – кивнул я на чай. – К другому я тут привык.

– А, – отмахнулся он. – Не обращай внимания. Просто сегодня захотелось чего-нибудь европейского. Попробуй, – дёрнул он подбородком, указывая на стол. – Эрл Грей, настоящий, а не та ерунда, что в магазинах продают.

Взял кружку, сделал глоток… Ну… Чай и чай.

– Неплохо, – произнёс я.

Цуцуи на это только улыбнулся.

– Насчёт обучения, – начал он, после чего прервался на глоток чая. – Завтра у тебя начнётся школа, так что можешь не приходить. Далее – как обычно. И ещё, – замолчал он, что-то обдумывая. – Тебе нужен меч. Или, если хочешь, боккэн. Но лучше – меч.

– Найду, если надо, – пожал я плечами. – Только – зачем?

– Чтобы держать его при себе, – ответил Цуцуи. – Всегда. Только ложась спать, можешь класть его на подставку.

Ну трындец… Я тот ещё японец, а аристократом являюсь очень недолгое время, при этом постоянно чем-то занят, но даже я знаю, что этикет меча в этой стране довольно серьёзная вещь. Там целая куча правил и нюансов, из которых я знаю только самые известные. О которых вообще любой японец знает благодаря фильмам и аниме. И мне сейчас говорят, что я должен всё это выучить, а главное – следовать? Ох, мать…

– Учитель… – начал я неуверенно. – Вот прям везде? А школа? А различные приёмы? А деловые встречи?

А ещё я как представлю, что постоянно таскаю с собой меч, так мне сразу стыдно становится. Да, я взрослый человек, но другие-то видят во мне пацана. Который с некоторых пор будет везде понтоваться с мечом.

– Везде, – обломал меня Цуцуи. – Ну ладно, при поездке в другие страны разрешаю не таскать его на людях. Но он должен быть рядом. Ты обязан привыкнуть к тому, что у тебя под рукой всегда есть меч.

– Это будет сложно, – поджал я губы.

– Не вижу тут ничего сложного, – пожал он плечами.

– К Императору мне тоже с мечом идти, если что? – усмехнулся я.

– Кхм, – смутился он. – Так-то, конечно, можно… Технически. Но ты прав – при Императоре разрешаю его убирать. На всякий случай.

– Может, всё-таки не стоит? – добавил я в голос просительные нотки. – Можно же что-то другое придумать?

– Что именно? – посмотрел он на меня.

– Ну не знаю, вам лучше… знать, – уже договаривая, я знал, что он сейчас скажет.

– Именно. Я твой учитель, и мне лучше знать, что тебе нужно, – произнёс он, после чего сделал глоток чая. – А нужно тебе почувствовать меч.

– Я же буду глупо выглядеть с ним, – не сдавался я. – Ни разу не видел, чтобы кто-то принёс меч на приём.

На это Цуцуи пожал плечами.

– Мечников и так в стране не много осталось, а те, кто есть, развиваются с раннего детства, – ответил он. – Им просто не нужно то, что нужно тебе. Им не надо себя ломать, привыкая к постороннему предмету.

– Но с тем, что я буду выглядеть глупо, вы согласны, – вздохнул я.

– Нет, – ответил он. – Это нормально. То, что ты не видел в повседневной жизни людей с мечом, не показатель. Да и вспомни, действительно ли ты никогда не видел таких людей?

– На приёмах точно нет, – ответил я. – На улице бывает, но они в чехле. Прям вот классического самурая я никогда на улице не видел.

– Ну так современность же, – усмехнулся Цуцуи. – Я тебя тоже не заставляю ходить в школу в кимоно и катаной за поясом. Тем более носить катану за поясом в школьной форме. Меч должен быть рядом, совсем не обязательно, чтобы он был под рукой. На приёмах – да, там можно одеться подобающе мечу, и никто тебе на это ничего не скажет. Потому что это нормально. Тем более ты Аматэру. Члены твоего Рода и ненормальность могут сделать нормой. Но даже будь это чудачеством, у нас с тобой достаточно древние Рода, чтобы окружающие воспринимали это как должное. Так что хватит ныть, учитель сказал – ты сделал.

– Как скажете, учитель, – покачал я головой. – Но я всё же уточню, на всякий случай. Мне дозволяется носить с собой меч в чехле. Так? Не только в школу.

– Так, – кивнул он. – Держи меч при себе, а как именно – на твоё усмотрение.

Что ж, с этим уже можно жить.

– И ещё, – произнёс он с серьёзным выражением лица. – Это должен быть знаковый меч. В идеале – тот, которым ты будешь пользоваться до конца дней своих. Если будешь носить с собой просто какую-то железную, а то и деревянную палку, смысла во всём этом не будет. Я тебя не тороплю, Синдзи. Не говорю, чтобы ты уже завтра пошёл в школу с мечом. Но и откладывать с этим делом тоже не советую. Найди свой меч, ученик, и держи его при себе. Хотя бы пару лет, а там видно будет.

***

Возвращаясь домой, я смотрел в окно машины и думал о превратностях судьбы. Задал мне старик задачку. Так-то я и не собирался делать меч своим основным оружием, кулаки мне как-то ближе, а тут на тебе – “найди свой меч”, “до конца дней своих”… И где мне взять то, что нафиг не нужно, но чтобы было важное? Ещё и таскаться с ним повсюду. Обычная катана явно не подойдёт, тут старик прав – я скорее привыкну что-то с собой носить, чем к самой вещи. Железная палка… Очень метко сказано, как раз про меня, все эти мечи в моём понимании и есть всего лишь палки. Блин…

Домой вернулся под ужин и, дабы убить время, засел за компом в малой гостиной. Там меня Атарашики и нашла. Молча подошла, молча протянула какой-то конверт. Так же молча я взял конверт, достал содержимое, развернул лист гербовой бумаги, прочитал… Нахмурился.

– Это что, шутка? – бросил я взгляд на Атарашики. – Они там вконец офигели?

– Не совсем понимаю, о какой шутке ты говоришь, – произнесла Атарашики. – Обычная повестка в суд. В необычный суд, но тем не менее.

Сразу уточню – меня вызывали на Суд Права и Чести в качестве свидетеля, и проблема была не в факте данного события, а в форме подачи. Меня, главу Рода… Главу Свободного Рода Аматэру именно что вызывали. Ещё раз пробежавшись глазами по листу бумаги, посмотрел на Атарашики.

– И тебя не смущает, что меня туда как собачку какую-то вызывают? Не приглашают, не просят прийти, а вызывают.

– Неприятно, – поморщилась она. – Но ничего с этим не сделаешь. Игнорировать Суд Права и Чести ты не можешь. Слишком многих это оскорбит.

Ну да, чуть ли не всю аристократию.

– Но вызывают-то меня не эти твои “многие”, а конкретные судьи, – заметил я. – Получается, кто-то просто воспользовался ситуацией, чтобы нас уколоть?

– Получается так, – кивнула она. – Только уже не узнаешь, кто именно. Все будут прикрываться ошибкой канцелярии.

– И что, у нас вообще нет никакой возможности проигнорировать… – потряс я листом бумаги, – это?

– Нет, – ответила она спокойно. – Я такого способа не знаю.

Ещё раз прочитав написанное на бумажке, зацепился взглядом за дату и время.

– Хм. Всё проще, чем я думал, – пробормотал я и уже громче добавил: – Кое-кто забыл о том факте, что я школьник.

– Сильно сомневаюсь, что это может считаться достойной причиной не идти в суд, – вздохнула она.

– Это вполне нормальная причина не идти в суд… мне, – уточнил я. – Мы ведь не будем его полностью игнорировать. Просто вместо меня туда пойдёт Старейшина Рода.

– Оу… – замерла она, вскинув брови. – Это… Хм… Почему бы и нет? Да, пожалуй, – проговорила она скорее сама себе, после чего перевела взгляд на меня. – Согласна, хороший ход. Я знала, что ты найдёшь выход. На грани, но мы остаёмся в рамках приличий.

На самом деле я удивлён, что она сама до этого не додумалась. Видимо, зашоренность некоторых слоёв населения больше, чем я думал. Ну Суд, ну Права и Чести – нам-то что? Послать кого-то вместо себя – очевидный ход, не обязательно, чтобы там присутствовал именно глава Рода. Тут главное – причину достойную придумать. Вся соль данной шутки состоит именно в этом – мол, я школьник, а вы идите лесом. Причём, учитывая мои прошлые достижения, которым не помешала моя школьная жизнь, данный посыл можно трактовать как – я школьник, но всё могу, когда мне это надо, а вы недостаточно круты, чтобы мне это было надо сейчас.

– На грани – это вызывать меня куда бы то ни было, – проворчал я, кидая повестку на стол. – Если это не Император, конечно. А мы всего лишь немного нагловаты. В конце концов, имеют Аматэру право на небольшую толику наглости? Не так уж и часто мы наглеем.

***

– Приветствую, Аматэру-сан, – поклонился мне какой-то паренёк из младшего класса.

– Привет, – кивнул я ему.

Не скажу, что на меня стали обращать повышенное внимание в школе, судя по взглядам, всё осталось на прежнем уровне, но вот ребят, что отвешивают поклоны, стало чуть больше.

– Приветствуем, Аматэру-сан, – поклонились мне разом четыре парня.

Явно из одной компашки. Я всего-то мимо прошёл.

– И вам не хворать, народ, – махнул я рукой.

– Добрый день, Аматэру-сама, – поприветствовали меня две девицы из параллельного класса.

Естественно, поклонившись.

– Добрый, красавицы, – кивнул я девчонкам.

А вообще удобно. В той же Европе приняты рукопожатия, но тянуть руки к Аматэру… А тут раз, поклонился, бросил пару слов, и всё. Есть у Японии свои плюсы, определённо есть.

У ворот меня уже ждали друзья – Райдон, Тейджо и Мамио. Кена, естественно, с ними не было. Впрочем, из-за всей этой суеты с его кланом Кен вообще в школу пока не ходит. У него сейчас других проблем хватает.

– Здоров, народ, – поприветствовал я их, подняв руку. – Звиняйте, что так поздно. Пробки, чтоб их…

– А-а-а… – зевнул Рей и махнул рукой. – Да забей. Я сам пару минут как подошёл.

– А я тут уже минут двадцать стою, – проворчал Тейджо.

Выглядел он, кстати, бодрячком. Думаю, можно ему ещё немного увеличить нагрузки.

Мамио промолчал, неуверенно улыбнувшись.

– Вот и не стоит задерживаться здесь ещё дольше, – произнёс я. – Пойдём уже.

Школьный день прошёл скучно. Обычно мне всё же приходилось напрягаться на уроках, пусть и не на всех, кое-что из прошлой жизни я всё-таки вынес, но в целом, особенно на последнем году обучения, в японских школах тот ещё ад творился. А уж в элитной Дакисюро – и подавно. Но сегодня у нас были история, обществознание, литература и тому подобное. Цуцуи, как выяснилось, действительно читал лекции по школьной программе, так что тему истории я уже знал и скучал. Литература в Японии… да наверное, не только в Японии – штука сама по себе скучная. Обществознание мне по должности необходимо знать в совершенстве, так что я занимался этим предметом самостоятельно и залез в тему гораздо глубже, чем это делают учителя в школе. Физика… ещё с прошлой жизни хорошо её знаю. Изобразительное искусство вообще даже не скука, а мука. Ну и так далее. В общем, конкретно сегодня было скучновато. Одна радость – обеды в японских школах весьма продолжительные.

После уроков заскочил к Кояма. Просто так. Иногда я могу к ним и просто так зайти в гости. Кента съехал из квартала, переселившись в родовое поместье, так что мне ничто не мешало общаться с Акено и семьёй. После Кояма поехал в Шидотэмору. Была у меня там пара небольших дел. И только потом направился домой. Где меня опять захлестнула рутина, но это нормально, такому распорядку я даже рад. Никакого экстрима, никакой суеты, а если всё правильно распланировать, то и на себя полно времени появляется.

За ужином собралась вся семья, если так можно сказать о той же Рахе. Эрна так хоть будущая жена Казуки.

– Юная леди. – произнесла Атарашики, глядя на Рейку, сидящую рядом с Казуки. – Морская капуста предназначена для того, чтобы её есть, а не откладывать в сторону. Не стоит уподобляться мальчишкам, которые не думают о своём будущем. Ты ведь хочешь быть ослепительной красавицей, перед которой падают на колени парни?

– Угу, – подала голос Рейка, глядящая с неприязнью в свою тарелку.

– А ведь морская капуста очень полезна для кожи, – продолжала Атарашики. – Да и не стоит огорчать повара подобным пренебрежением.

– Угу, – тяжко вздохнула Рейка.

Глянув на неё, Казуки ненадолго задумался, после чего сделал страшное лицо, наклонился к девочке и что-то ей зашептал. Уж не знаю, что именно, не прислушивался, но с опаской на него посмотрев, Рейка чуть отодвинула от него свою тарелку, прикрыла рукой, и постоянно косясь на Казуки, начала закидывать в себя ненавистную капусту. А ведь если подумать, Казуки умеет находить подход к женщинам.

Улыбнувшись этому, я повернул голову к Атарашики.

– Совет нужен, – обратился я к ней. – Мне Цуцуи-сан дал задание найти меч, но не абы какой, а чтоб прямо у-у-ух.

– Ничего не поняла, – приподнялись её брови.

– Если коротко, – вздохнул я, – нужен меч, который я буду постоянно носить с собой. Типа, привыкать к нему. И тут не подойдёт любая попавшаяся катана, нужно что-то… – запнулся я, пытаясь подобрать слова. – Значимое. Чтобы я не воспринимал меч как обычный предмет. В идеале этот меч должен стать моим, – и покрутив ладонью, в которой держал палочки для еды, добавил: – До конца дней моих.

– Но ты ведь, насколько я знаю, не собираешься использовать холодное оружие на постоянной основе, – произнесла она.

– Так и есть, – подтвердил я. – В том и проблема. Где мне найти важный для меня меч, которым я всё равно не собираюсь пользоваться в реальном бою? Ну… Во всяком случае, пока не планирую. Так я и меч ищу сейчас, а не в предполагаемом будущем, где мог бы его использовать.

– Не вижу никакой проблемы, – пожала она плечами. – У нас в Хранилище есть несколько мечей. Думаю, Родовую реликвию ты точно не будешь воспринимать как что-то обычное и ненужное.

Вот дерьмище… А ведь и правда. Что ж я сам-то не додумался об этом? У нас же в Хранилище целых…

– А сколько у нас там мечей? – уточнил я.

– Всего? – переспросила она. – Или простых, не артефактов?

– Последних, – произнёс я, заметив, что Казуки хочет что-то сказать. – Сколько их всего, я помню.

– Три, – ответила Атарашики.

Приняв информацию, кивнул парню.

– Можно подключить к этому делу токусимцев, – произнёс он сразу после моего кивка. – Например, организовать их, чтобы тебе подарили меч от лица всего города. Представляешь? Меч от целого города!

– Идея интересная, – улыбнулся я. – Но мне, скорее, пару сотен… или тысяч мечей подарят, чем один, но от лица всего города. Подобное будет… проблематично организовать.

– Так-то оно да… – сник Казуки.

– Ладно, завтра у нас четверг, так что в субботу съезжу в Хранилище, – произнёс я, после чего закинул в рот комок той самой морской капусты.

И чего её Рейка не любит?

– Я с тобой, – произнесла Атарашики. – Поработаю немного гидом, а то ты у нас в истории Рода не очень разбираешься, а уж в истории реликвий Рода – и подавно.

– Главное, я знаю, сколько их, – ответил я. – И где они находятся.

– Можем ещё и в Токусиму слетать, – добавила Атарашики, прожевав еду. – Там в Хранилище мечей ещё больше.

Но не таких значимых.

– Нет, Токусима – это.. Короче, мне лень туда тащиться, – произнёс я, подчищая свою тарелку.

– Как скажешь, – пожала она плечами. – Мне, в общем-то, тоже.

Глава 9

Пройдя сквозь “песчаную” дверь, мы с Атарашики оказались в личном Хранилище, в котором автоматом включился свет. Окинув взглядом помещение, я направился к стойкам с мечами, стоящим у стены напротив входа. Три стойки по три меча. Меня интересовала крайняя справа, так как на двух других были артефакты. Кстати, интересный факт — среди артефактных мечей был образец, повреждающий энергетику противника. Раны от этого меча очень неприятны для бахироюзера. Проблема только в том, что надо именно им повредить врага, что при наличии “доспеха духа” проблематично. Но если вспомнить, что три тысячи лет назад – именно тогда создали этот меч – по миру ещё ёкаи шастали, да и, возможно, остатки магов… Хотя фиг его знает, что там у магов с защитой было. В общем, этот меч идеален против ёкаев. Если бы я был бахирщиком, а в руках у меня был этот меч, то та хрень неведомая, которая напала на меня в Сукотае, вряд ли смогла бы уйти. То есть Древние, пусть и не активно, но создавали артефакты против ёкаев. Нафига, правда — непонятно. Сами они, полагаю, и без костылей могли их спокойно убивать, люди, если верить рассказам Этсу, тоже. Минамото вон целую деревню ёкаев вырезали. Возможно, учитывая древность меча, в те времена Ушедшие сильно крутыми были, и без таких артефактов людям совсем грустно становилось, но… Судя по легендам, сказаниям и родовым хроникам, с ёкаями и в древности справлялись.

– Слушай, хранительница знаний, — спросил я. – А вон тем мечом с жёлтой кисточкой часто пользовались? Я Аматэру имею ввиду.

— “Павайита”? – уточнила Атарашики. Имена мечей я не запоминал, так что просто кивнул. В конце концов, с жёлтой кисточкой тут только один меч. – Хм… Не помню такого. Но это и не удивительно – меч хоть и уникален, но его даже банальный “доспех духа” остановит.

– А Ушедшие? – спросил я.

— Что? – не поняла она.

-- Против Ушедших он неплохо показал бы себя, – пояснил я.

– Возможно, – произнесла она неуверенно. – Не знаю, что там у Ушедших с защитой. Но, насколько мне известно, мечом никто не пользовался. Кстати, раз уж мы затронули эту тему… – степенно подойдя к правой стойке с мечами, она провела пальцами по ножнам верхнего из них. – “Коюби”. То, без чего можно жить, но не очень удобно.

“Коюби”, если что – это мизинец. Чёрные лакированные ножны, чёрно-рыжая цука-ито, она же обмотка рукояти, касира – головка рукояти, в виде стилизованной головы собаки из… бронзы, наверное. По размеру и изгибу – классическая катана.

– Это ты сейчас про мечников? – уточнил я. – А то, знаешь ли, без пальцев вообще не очень удобно. А лично для меня мизинец не очень-то важен.

– Рукопашник, – бросила она презрительно. – Надеюсь, когда-нибудь даже такой… как ты, сможет встать на путь меча.

– Ты мне ещё поговори, копейщица, – произнёс я иронично.

– Нагината не копьё! – ответила она возмущённо. – У копья древко, у нагинаты – рукоять. Это “длинный клинок”, чтоб тебя! Неуч!

– Да вообще плевать, – отмахнулся я.

– Ты в приличном обществе такое не ляпни, – скривилась она. – Иначе за дурачка примут.

– Да ладно, просто не разбираюсь в холодном оружии, – вздохнул я. – Не распнут же меня за это?

– Я тоже не разбираюсь в этих твоих обоймах и магазинах, но я хотя бы осознаю это и не лезу в данную тему. Вот и ты не лезь, – произнесла она раздражённо. – А теперь, криворукий недоинтеллектуал-мечник, вернёмся к “Коюби”, – и заметив, что я никак не отреагировал на её подколки, добавила: – Ах да, извини – мелкий криворукий недоинтелектуал-мечник.

– С огнём играешь, старая, – приподнял я бровь.

– Ой, ой, и что ты мне сделаешь? – усмехнулась она.

– Изрисую твоё любимое копьё фломастерами, – повторил я её усмешку.

– Нагина… – прикрыла она глаза, стараясь сдержать ругательства. – Проехали. Возвращаемся к делу. “Коюби” – меч тогдашнего главы Рода. Как он появился, уже никто не скажет, но вместо того, чтобы взять себе какой-нибудь артефакт, он ходил именно с этим клинком. Возможно, это был подарок кого-то для него важного, возможно, он носил его из принципа, не приемля артефактов Древних, возможно, делал это на спор, в любом случае, факт остаётся фактом – именно с “Коюби” он пошёл на свою последнюю дуэль. Где меч, собственно, и прославился. Именно он пронзил девятихвостого кицуне.

– Стоп, – остановил я её, – подожди. Хочешь сказать, этим мечом убили девятихвостого монстрика? Это вообще реально? Насколько я знаю, эти зверушки посильнее “виртуозов” были.

– Я тебе больше того скажу, – ухмыльнулась она. – Глава Рода, который это сделал, был “мастером”.

– Чё за бред? – взлетели мои брови. – Это невозможно.

– Тем не менее, это факт, – пожала она плечами. – А по поводу “невозможно”… Просто представь, что оказался в ситуации, когда тебе надо идти на дуэль с девятихвостым кицунэ. На пустынном острове. Время у тебя есть. Что бы ты сделал?

– Подготовил бы поле боя и взял с собой побольше артефактов, – пожал я плечами.

– Плюс камонтоку, – кивнула она. – Ты сам мне не раз говорил, что нет ничего невозможного, если хорошо подготовиться.

– Но мечом подобные создания всё равно не убить, – покачал я головой.

– Представители сторон, – произнесла Атарашики, – когда прибыли на остров, обнаружили кусок мяса, в который превратился кицунэ, в теле которого находился меч. Аматэру, у которого из видимых повреждений была лишь оторванная рука, лежал в нескольких шагах рядом. Всё выглядело так, будто человек убил противника и символически воткнул в него меч, после чего сделал пару шагов и упал замертво. Я ведь и не говорила, что кицунэ был убит именно “Коюби”.

Эпичная история, что не говори. Человеческий “мастер” в одиночку убивает девятихвостого кицунэ, о силе которых до сих пор сказки рассказывают.

– А чего они вообще не поделили? – спросил я, бросив взгляд на меч. – У нас же хорошие отношения с Ушедшими.

– Ты это тому, кто на тебя в Сукотае напал, скажи, – проворчала она, покивав головой. – Впрочем, в той истории всё прозрачно – произошёл конфликт между кланом кицунэ и Родом Аматэру. Если бы не наш божественный дар, то о дуэли и говорить не стоило бы. А так обе стороны пришли к консенсусу и решили не доводить до войны, а свести всё к поединку.

– Удивлён, что Аматэру пошёл на это, – покачал я головой. – Сила явно была не на его стороне.

На мои слова она пожала плечами.

– В той ситуации даже наш проигрыш помогал избежать кровавой вакханалии, – пожала она плечами. – Глава знал, на что шёл.

И его помнят до сих пор. Чем мне аристократы и нравятся. Аристократы этого мира – у нас-то они ничем от простых людей не отличались. А ведь подобные истории не редкость, не только у Аматэру, на фоне некоторых всё, что я успел сделать, ерунда. Всего лишь бытовая рутина. Если ничего не изменится, то моё имя затеряется в Родовых хрониках. А я этого не хочу. И смех, и грех – без эпичности не бывает и Имени, но, чтобы тебя запомнили, эпичными должны быть проблемы. Которых я не хочу. Ох уж эта ответственность за других, будь я одиночкой, всё было бы проще. Либо нужно было основывать свой Род и войти в историю как Основатель. Кстати, по поводу известности…

– Ты знаешь, как звали этого главу Рода? – спросил я.

А то мало ли, вдруг даже подобное деяние не поможет потомкам меня запомнить. Глава Рода – и всё. Большего не заслужил.

– Это самый забавный момент данной истории, – усмехнулась Атарашики. – Главу звали Аматэру Синдзи.

Да блин. Мне теперь ещё и с конкретными предками соревноваться в известности.

– Не повезло мне с именем, – вздохнул я.

– Главное – поступки, а не имя, – ответила она важно. – Если бы меня неделю назад спросили, какого Аматэру Синдзи я помню, я бы не задумываясь сказала о главе Рода, который шестнадцать лет правил Империей, будучи регентом наследника. Но ведь были и другие Синдзи. Например, один Аматэру Синдзи проиграл клану Тяньшаньхуа, из-за чего мы вступили в клан Кояма, а другой, триста лет спустя, Тяньшаньхуа уничтожил. Аматэру Синдзи сопровождал Императора Судзина, когда тот вышел на бой с Древним. У нас старый Род, мальчик, были представители и с очень редкими именами. Дальше-то что? Только такие старики, как я, живущие прошлым, помнят предков по именам. Обычные члены Рода помнят деяния. Но… – скривилась она. – По-настоящему великие деяния редко приводят к чему-то хорошему для тех, кто их совершил. Поверь старухе, не стоит стремиться к подобной славе.

– Мне вполне хватит известности здесь и сейчас, – вильнул я взглядом, а когда понял, что спалился, добавил: – Не волнуйся, Род не подставлю. Я умею разделять личное и общее.

– Ох, малыш, – покачала она головой. – Ладно, давай вернёмся к мечам.

– Давай, – посмотрел я на стойку с мечами.

– “Кагаяку”, – провела она пальцами по белым ножнам второго меча. – Им время от времени пользуются, так как его клинок сделан из метеоритного железа. По легенде – из метеоритного. Так-то никто анализов не проводил. Меч, не являющийся артефактом, но при этом его лезвие ни разу не зазубривалось. По легендам его и не затачивали ни разу, просто ухаживали. А ещё этот меч однажды сумел перерубить клинок, созданный Древними.

“Светозарный”, если переводить дословно, представлял собой катану с очень слабым изгибом, белой рукоятью из кости и белой кисточкой на белом же шнурке. Клинок меча, даже на мой непрофессиональный взгляд, действительно был сделан из чего-то… Короче, не из стали. Слишком тёмный. Довольно ироничное имя для столь тёмного цвета. И, кстати говоря, этот меч как раз то, что мне нужно. Простой и крепкий. Но это если бы я собирался им активно пользоваться.

Убрав меч в ножны и положив его обратно на стойку, посмотрел на Атарашики.

– А этот? – кивнул я на третий меч.

Спросил любопытства ради, так как использовать третий меч я точно не буду.

– Меч без имени, – произнесла она, не притронувшись к нему. Просто у меча не было ножен, он так и лежал на стойке во всей своей красе. – Меч основателя Рода. Сколько проверок не проводилось, все сходились на том, что это не артефакт.

– Странно, – нахмурился я. – Получается, Основатель, живший во времена, когда людям активно раздавали артефакты, будучи при этом заместителем генерала целой армии, использовал обычный меч?

– Получается так, – кивнула она.

Протянув к нему руку, остановил её, так и не коснувшись рукояти.

– Что ж, я тебя удивлю, но это точно не обычный меч, – хмыкнул я. – У меня чувство опасности врубается, если он слишком близко.

Это, кстати, была не катана. Прямой листовидный клинок и короткая рукоять. Он больше на что-то древнегреческое был похож… Ксифос, вроде.

На мои слова Атарашики нахмурилась.

– Ты уверен? Стоп, не говори, конечно, уверен. Так… – задумалась она о чём-то своём. – Ещё можешь что-то сказать?

– Нет, – ответил я. – Просто брать голыми руками это я никому не советую.

– Я запомню, – произнесла она. – И запишу для потомков. Возможно, даже надо будет провести всестороннее исследование. Полноценное, – уточнила она, – а не как это раньше было.

– А как было? – поинтересовался я.

– Приглашали специалиста, либо использовали своего, если был, – пожала она плечами. – Но специалисты бывают разные, и каждый работал в одиночку. Да и когда это было в последний раз? – и сама же ответила. – Лет семьдесят назад. Тогда о современных лабораториях и говорить не приходилось.

– Ясненько, – произнёс я задумчиво.

Собственно, думал я не о исследованиях, на это мне было плевать по-большому счёту, думал я о том, что выбрать. Крепкий, но без особой истории, меч, или обычный, но побывавший в теле девятихвостого? С одной стороны, использовать меч по назначению я не собирался – кулаки с огнестрелом мне как-то привычнее, а значит, лучше брать тот, что с историей. Если уж просто таскать его за плечом, то пусть это не будет пусть и необычная, но всё же железяка. С другой стороны… Я ведь не просто так решил фехтованием заняться? Мне надо раскрывать грани своей силы, использовать их, а обычный меч, пусть и побывавший в теле мифической хрени, вполне может сломаться даже на тренировке. Бог его знает, как он в руке ведьмака поведёт себя. Точнее, судя по тому, что я знаю, должен вполне неплохо себя повести, но это у опытного по части “холодняка” ведьмака, а я и сломать его могу. Что будет… В общем, будет неудобно перед предками и потомками разом.

С третьей стороны – мне ведь не обязательно использовать родовую реликвию. Цуцуи сказал привыкнуть к мечу, а на тренировках можно и обычной стальной болванкой работать. В этом случае "Коюби", он же “Мизинец”, предпочтительнее. Сложно игнорировать эпичную историю в чехле за спиной. Я так или иначе буду заботиться о нём. Хотя бы для того, чтобы не позориться перед потомками, вернув в Хранилище замызганный меч.

– Пусть будет "Коюби", – выдал я результат своих размышлений.

– Уверен? – спросила Атарашики, явно для проформы. – “Кагаяку” сломать будет куда труднее.

А может, и не для проформы. Старуха явно прикалывается надо мной, намекая на мою криворукость.

– "Коюби" пережил бой с девятихвостым, – проворчал я. – Переживёт и соседство со мной.

Блин, зря я так. Уже догадываюсь, что услышу сейчас.

– Ой не уверена, – покачала она головой. – Ты ведь великий ведьмак. Ты создан, чтобы ломать… всякое.

– А ещё я крайне жаден, чтобы ломать собственные вещи, – ответил я, не глядя на Атарашики.

Подойдя к стойке, протянул руки к мечу.

– Может, всё-таки ну его? – спросила Атарашики. – Я вот не уверена, что сильнее – твоя жадность или твоя криворукость.

– Иди в зад, старая, – произнёс я, не особо-то и обращая внимание на её слова. – Я ломаю только врагов, мечты и женщин. Катаны в этот список не входят.

– Женоломальщик, – фыркнула она, оставляя за собой последнее слово.

Когда мы вернулись домой, на пороге нас ждал воодушевлённый Казуки, рядом с которым крутилась Рейка, и если Казуки был интересен меч, то Рейка… Она, похоже, просто за компанию с ним прибежала. Во всяком случае сама катана и ее история не сильно впечатлили девочку. А вот Казуки меч понравился, но ему вообще мечи нравятся, так что это не показатель. Сильнее его только шагающая техника привлекает. Так что, покрутив меч в руках, он осторожно высвободил клинок из ножен, после чего испуганно на меня посмотрел.

– Ой… Я… Можно? – закончил он осторожно.

– Ты о чём? – удивился я.

– Чужой меч из ножен вытаскивать не очень прилично, – пояснила сидящая в кресле Атарашики.

И да, мы переместились в гостиную. Не в проходе же общаться и рассказывать историю меча.

– А, ну да, – вспомнил я что-то такое.

Толстенный том “Этикет меча” я только до половины дочитал и, признаться, пока не вникал в прочитанное. Всё равно потом ещё раз перечитывать. Надеюсь, моя память, пусть и очень хорошая, но отсекающая неважные или не интересные мне темы, не подведёт, и мне не придётся перечитывать книгу в третий раз.

– Ты даже не пытаешься стать мечником, – покачала головой Атарашики, выражая тем самым своё неудовольствие.

– Ну не моё это, – скривился я. – Слишком эта железяка массивная, – махнул я рукой в сторону Казуки, который в этот момент чуть ли не обнюхивал катану. – Мне и в рукопашной схватке приходится с инерцией бороться, а тут ещё и это. Благодарю, – кивнул я служанке, чуть склонившейся передо мной с подносом, на котором стоял стакан с соком.

Другая служанка, принёсшая старухе чай, уже успела поклониться и пойти на выход.

– То есть для тебя и это железяка? – посмотрел на меня Казуки.

– Плюс-минус – да, – пожал я плечами. – Во всяком случае, как оружие я этот меч не воспринимаю.

– Говорила я тебе – бери “Кагаяку”, – произнесла самодовольно Атарашики. – Настоящий боевой меч, не боящийся твоих кривых рук.

– Как будто это театральный инвентарь, – хмыкнул я, чуть кивнув на "Коюби" в руках Казуки.

Положив меч на колени, парень, нахмурившись, произнёс:

– Не понимаю, что тогда для тебя важно в мече?

– Казуки, – глянул я на него иронично. – Мне как минимум важно, чтобы у катаны не было органических вставок. У этой катаны, – ещё один кивок на "Коюби", – накладка на рукоять из кожи ската. Да и оплётка вряд ли из искусственной ткани. Я этот меч даже в пространственный карман убрать не могу. А для меня важна мобильность. То есть для меня вот эта хрень не более, чем декоративная фигня, которая в бою будет только мешаться. А ещё она определённо сломается.

– “Кагаяку”… – вставила Атарашики.

И нет, она не пыталась всучить мне “Светозарный”, старуха просто прикалывалась.

– В общем… – сбился я с мысли. – В общем, чтобы я начал воспринимать меч как оружие, нужно ровно три вещи – Отсутствие органики, какой-нибудь супер крутой сплав, который не сломается…

– “Кагаяку”…

– Да ты достала! – не выдержал я.

– Ты прав, – вздохнула она. – “Кагаяку” тебе тоже лучше не доверять.

Мне оставалось только цыкнуть и прикрыть глаза, успокаиваясь.

– И самое главное, – решил я всё-таки закончить свою мысль. – Я должен уметь использовать меч. В том числе и как ведьмак. Ну а чтобы я просто воспринимал его как что-то важное, он должен быть со мной как-то связан. Лично со мной… Не знаю, как сказать. Но выбранный по принципу “либо то, либо это” вряд ли зацепит мою чёрствую душу, – закончил я с усмешкой.

– Я понял, – кивнул Казуки, сохраняя на лице серьёзную мину, и уже набрав в грудь воздуха для продолжения, резко выдохнул и повторил: – Я понял.

***

Господин получил меч, но не получил желаемое. Именно об этом думал Казуки остаток дня. У него была мысль, как решить эту проблему, он её даже высказывал, на что господин дал вполне логичный ответ. Казуки было что на это ответить, но ирония ситуации состояла в том, что и господин мог. И не мог одновременно. Решить вопрос с токусимцами нетрудно, получить от них подарок просто, но если этим займётся господин, то… Это будет скорее его достижение. Он просто получит меч не совсем обычным способом, никакого эмоционального отклика новая “железяка” у него не вызовет. А значит, этим должен заняться кто-то другой. Причём так, чтобы господин ничего не узнал. Это должен быть подарок. Дар от чистого сердца… Только вот Казуки не господин, он не может решать такие задачи по щелчку пальцев. Один не может. Благо у него теперь другая фамилия, которая, помимо ответственности и лишней работы, несёт и ряд плюсов. В частности, у Аматэру есть человеческие ресурсы, которыми он может пользоваться. Только как это сделать, чтобы господин не узнал? О любых телодвижениях внутри Рода господину тут же доложит Монтаро-сан. Глава разведки и контрразведки, работа у него такая. Обратиться к Змею? Нет, он против начальника не пойдёт – карьерист, и этим всё сказано. Возможно, находись их структура вне Рода, и Змей попытался бы подсидеть Монтаро-сана, но здесь и сейчас такое невозможно… На этой мысли Казуки осенило – зачем плодить сущности, как любит говорить господин, если можно обратиться напрямую к Монтаро-сану? В конце концов, то, что они должны скрывать от господина, не какая-то важная информация и связано с подарком ему. Да, пожалуй, так он и поступит.

Приняв решение, Казуки тут же достал мобильник, нашёл нужный номер и нажал на дозвон. Дело было поздним вечером, но вряд ли Монтаро-сан уже спит. Во всяком случае, Казуки надеялся на это – будить уважаемого старого человека было бы неловко, но подумал он об этом, уже когда пошли гудки.

Следующий день Казуки, по крайней мере первая его половина, выдался вполне себе обычным и рутинным. Тренировка, завтрак, школа. А вот вторая была уже интересней – после школы ему предстояло заехать к Монтаро-сану. Друзей он отправил домой, а сам отправился в старшую частную школу Соусейсеки, принадлежащую семье Мидзуно. Именно там находилось рабочее место Мидзуно Монтаро. Казуки не знал, да и не интересовался, почему так. Возможно, из-за конспирации, возможно, из-за любви к этой школе Монтаро-сана, но факт оставался фактом – работал он в собственной частной школе, официально являясь её директором.

По дороге в главный корпус, где располагался кабинет Монтаро-сана, Казуки остановила какая-то девушка в школьной форме Соусейсеки.

– Ты не потерялся, мальчик? Посторонним тут не место, у тебя есть пропуск? – явно третий курс. Спортивная, с хорошей фигурой, но вот лицо… Точно не аристократка. Казуки даже улыбнулся, подумав об этом. Он не так уж и долго является аристократом, а уже и сам начал разделять людей по подобным признакам.

– Прошу прощения, – чуть поклонился он, удерживая на лице улыбку. – У меня назначена встреча с директором Мидзуно, но про пропуск никто не говорил.

– Директором? – приподняла она брови. – Ты переводишься сюда, что ли?

– Нет. Я учусь в средней школе, – ответил Казуки.

– И что тогда за дело? – нахмурилась девушка.

Вот ведь… Казуки уже успел привыкнуть к тактичности окружающих. Аристократы в целом стараются не лезть в дела посторонних… настолько открыто, а простолюдины как правило знают его фамилию.

– Личное, – ответил он, продолжая улыбаться.

Вот уж что-что, а искусство удерживать на лице улыбку в него вбили накрепко. И Атарашики-сан, и опыт работы с другими аристократами.

– Ладно, – продолжала она хмуриться. – Не хочешь, не говори. Но оставлять тебя без сопровождения я не могу. Так что пошли, доведу тебя до нужного кабинета. И не пытайся бежать – я девочка быстрая.

От этих слов улыбка Казуки стала чуть более искренней. Быстрая она. Не видели вы, незнакомка-сан, быстрых людей.

– Буду вам благодарен, незнакомка-сан, – ответил Казуки. – Мне в любом случае пришлось бы искать нужный кабинет.

– Меня зовут Ямомото, – хмыкнула она. – И я глава дисциплинарного комитета элитной старшей школы Соусейсеки. Пойдём.

– А как же Дакисюро и остальные? – спросил Казуки, следуя за ней.

– Ерунда, – отмахнулась Ямомото. – Мы ничем не хуже. Да, там учатся дети аристократов, но технически наша школа на том же уровне. А ты что, хочешь в одну из этих распиаренных школ попасть? Зря. Простолюдинам там явно сложновато придётся.

Вот ведь… Надо было сразу представиться, а теперь это будет выглядеть как… Как детская шалость.

– Понятно, – произнёс он. – Меня, кстати, Казуки зовут.

– Казуки-кун? – улыбнулась Ямомото. – Предлагаешь мне тебя по имени звать?

– Я парень простой, – пожал он плечами.

На это она хмыкнула и промолчала. Подкат не подкат, но предложение общаться по имени – это намёк на более близкие отношения. Казуки понимал двойственность ситуации, но кичиться своей фамилией не собирался.

У двери в кабинет директора находился стол, за которым сидела секретарша, к ней Ямомото и подошла.

– Кайсу-сан, здравствуйте, – произнесла она с улыбкой. – Я тут мальчика привела, он утверждает, что у него назначено к директору.

– А имя у мальчика есть? – спросила немолодая женщина, чуть опустив очки.

Вместе с ней на Казуки посмотрела и Ямомото. Ну вот. Теперь либо подростковый аниме пафос, либо ненужная игра в секретность.

– Аматэру Казуки, – произнёс он, удержав тяжкий вздох.

– Кха, кха, кха… – закашлялась Ямомото. – Я… кха, кхм-кхм… Прошу про…

– Мидзуно-сан вас ожидает, Аматэру-сама, – прервала её секретарша.

– Прошу прощения, Аматэру-сама, если чем-то оскорбила вас, – всё же произнесла Ямомото.

– Всё в порядке, Ямомото-сан, не волнуйтесь, – улыбнулся он ей. – Так я могу заходить?

– Да, конечно, господин, – тут же ответила секретарша.

Кабинет Монтаро-сана мало чем отличался от кабинета директора его нынешней школы. Стол с креслом, шкафы, полки. Разве что есть ещё два кресла с небольшим столиком. И как он тут делами Рода занимается?

– Молодой господин, – произнёс Монтаро, вставая из-за своего рабочего места и указывая на свободные кресла. – Прошу, присаживайтесь. Чай? Кофе?

– Нет, благодарю, Монтаро-сан, – кивнул Казуки.

– Я так полагаю, ваше дело не очень важное? – произнёс Монтаро, садясь во второе кресло.

– Это с какой стороны посмотреть, – вздохнул Казуки. – Так-то да – не важное, но мне бы очень хотелось, чтобы всё получилось.

– Внимательно вас слушаю, – сосредоточился Монтаро.

– Моя идея довольно проста, – начал Казуки, – я хочу, чтобы жители Токусимы подарили Синдзи-сану меч. От вас требуется, чтобы он об этом не узнал раньше времени.

Монтаро ответил не сразу, что и не удивительно – без знания контекста слова Казуки звучали довольно странно.

– Прошу прощения, молодой господин, но не могли бы вы… рассказать об этом более развёрнуто?

– Всё на самом деле просто, – начал Казуки. – Учитель Синдзи-сана приказал ему постоянно носить с собой меч. Это нужно для учёбы. Но при этом меч не должен быть самым обыкновенным. Вы вряд ли об этом в курсе, но Синдзи-сан не воспринимает меч как оружие. Для него это просто железная палка. В итоге, задача оказалась довольно непростой – найти меч, который будет для него мечом. Да ещё, желательно, важным.

– И вы нашли выход, – кивнул Монтаро. – Создать эмоциональную привязку к нужному объекту. Хитро. Но не проще ли заглянуть в Хранилище? Там наверняка найдётся подходящий клинок.

– Уже, – вздохнул Казуки. – Теперь он будет постоянно таскать с собой историческую ценность. Не более. История у меча интересная, но я своими глазами видел, как он к нему относится. В общем – не получилось.

– История забавная и серьёзная одновременно, – произнёс Монтаро задумчиво. – Что ж, не вижу ничего сложного. Собрать токусимцев можно за один-два дня, а если это будет воскресенье, то и народа будет много. Остаётся всё организовать. Найти меч, подобрать день, время и место. Выбрать человека, который будет вручать дар, и так далее.

Казуки был немного растерян. Неужто всё так просто? Он это как-то иначе представлял. К тому же… Что-то было в описанном плане не так. Идея… Сама идея, уходил сам смысл такого подарка. Не так всё должно быть.

– Дайте мне минутку, – потёр переносицу Казуки.

Ему определённо надо собраться с мыслями и попытаться выразить их в словах.

– Конечно, молодой господин, – кивнул Монтаро.

Минут через пять Казуки нарушил тишину.

– Так не пойдёт, – произнёс он хмуро. – Какой в этом смысл, если токусимцы будут просто массовкой? Синдзи-сан определённо это заметит. Не знаю как, но он всё поймёт.

– Я глубоко уважаю господина, – мягко улыбнулся Монтаро, – но он всего лишь человек. Необычный, но…

В голове у Казуки что-то щёлкнуло.

– Необычный человек – это Император, а Господин стоит над всеми нами, – произнёс он ровно.

И да, тон его голоса действительно был ровный, но было в парне что-то ещё. Положение тела, наклон головы, взгляд… Что-то, что заставило Монтаро собраться, выпрямить спину и чуть опустить голову. В этот момент перед ним сидел не просто наследник Рода, а тот, кто, просто сидя в кресле, подавлял. Воля тысячелетий. Истинный Аматэру. Сильнее пробирало, пожалуй, только от главы Рода. Но там… Аматэру Синдзи даже и не подавлял, он делал Слуг Рода своей Волей. По-другому Монтаро и не мог это выразить. Если глава скажет, они пойдут и снесут гору голыми руками. Вычерпают море, захватят мир. И дело тут не в преданности, просто… Ну а почему бы и нет? Они могут, и, если Господин прикажет, его слуги сделают. Никакой веры – они просто знают, что могут. Воля тысячелетий, и Господин может делать Слуг частью этой воли. Здесь и сейчас всё было попроще, но проще – не означает, что Монтаро не пробрало до самых пят.

Кстати, а ведь молодой господин может оказаться прав.

– Прошу прощения, молодой господин, – произнёс Монтаро. – Просто мне сложно понять, как возможно такое понять.

Глубоко вздохнув, Казуки… стал прежним.

– Синдзи-сан может чувствовать эмоции, – произнёс он. – Слабо, но обычные люди не способны и на это. А если он не почувствует вообще ничего, – скривился Казуки, – то, как минимум подсознательно, не станет воспринимать подарок как что-то важное.

– Понятно, – обдумывал новые данные Монтаро. – Но тогда всё становится очень сложно. Если токусимцы должны принимать активное участие в этом деле, мы вряд ли сумеем скрыть это от господина. Я имею опыт в осаживании журналистов и сокрытии информации, но сделать так, чтобы информация циркулировала внутри одного города? Не маленького города? – покачал он головой. – Как я и сказал – это будет сложно. Телевидение и газеты ещё ладно, но интернет…

– Я в любом случае собираюсь попробовать, – произнёс Казуки. – Вы поможете?

– Конечно, молодой господин, – кивнул Монтаро. – Это будет интересный опыт.

Глава 10

— О, ты всё-таки достал меч? – первое, о чём спросил меня Райдон, когда мы встретились у школы.

– Что за меч? — практически одновременно с ним спросил Тейджо.

И да, в школу я пошёл уже со своей новой катаной. Висела она у меня за спиной, в простом чёрном тканевом чехле.

– "Коюби", — ответил я, подпустив в голос пафоса. – То, без чего можно жить, но крайне неудобно.

— Где достал-то? – спросил Тейджо.

– В Хранилище, – поправил я чехол с катаной. – Родовая реликвия. По легенде ею был убит девятихвостый кицунэ.

– Крутя-я-як, — протянул Тейджо.

– Стоп, так это та самая катана?! -- взлетели брови Райдона.

– В смысле? – не понял я.

– Ты что, не смотрел Поцелуй пламени? – удивился Тейджо.

– Аниме? – уточнил я. – Смотрел. Но там…

А ведь и правда, история-то похожа. Точнее, её окончание.

– Имена там, конечно, изменены, но все, кому надо, знают, по какой легенде эта история, – произнёс Райдон. – Есть ещё книга, написанная лет двести назад, её адаптации и пара дорам.

– Не, я только аниме смотрел, – произнёс я несколько удивлённо.

– В общем, я в шоке, – покачал головой Райдон. – Настоящий меч из сказки.

Хм, а "Коюби", похоже, не так прост, как я о нём думал.

– О, а вон и Мамио плетётся, – сообщил Тейджо, глядя мне за спину. – Хочу увидеть его лицо, когда он узнает о твоей катане.

Слухи о мече разлетелись ну очень быстро. Если поначалу на чехол у меня за спиной просто обращали внимание, то уже после обеда на него откровенно пялились. Я не то, что был против, просто не понимал такого ажиотажа. В конце концов, это просто антиквариат. Даже не артефакт. Ну да, знаменитый, и что? Я его даже использовать по назначению не могу – не дай бог сломается.

А ещё я в очередной раз увидел репутацию Аматэру в деле. Да, за пределами Токусимы она не настолько огромна, более… тихая, я бы сказал, тем не менее остальные японцы тоже оглядываются на наш Род. Короче, уже через неделю после моего триумфального появления в школе с мечом я стал замечать, что и некоторые другие ученики Дакисюро таскают за плечом чехол с катаной. Их было мало, но, как и говорил Цуцуи, мечников вообще мало, детей школьного возраста ещё меньше, а в Дакисюро и вовсе учится лишь часть из них. Правда, школьных клубов, где обучают фехтованию, у нас полно, но именно мечников, тех, у кого на это завязана специализация всего Рода, не так уж и много.

Впрочем, ещё через неделю, мне пришлось пересмотреть свои мысли по этому поводу, так как детишек с мечами стало как-то уж слишком много. Похоже реально все те, кто ходит в фехтовальные клубы, за редким исключением, начали носить с собой меч. К слову, Райдон не поддался веяниям новой моды.

– Я так-то вообще хочу инженером стать, – говорил он. – Вся эта боёвка мне неинтересна.

– Но в клуб фехтования ты ходишь, – подкалывал его Тейджо. – Так почему бы и не найти крутой меч?

– Клуб – это необходимость из-за камонтоку, – ворчал Райдон. – Если ты не забыл, Охаяси рукопашники.

День сменялся днём, неделя – неделей. Преобразование секретариата продолжалось, тем не менее суета ушла и всё стало входить в колею. Моя правая рука Нэмото и мастер на все руки Ёсида Хиротцугу брали на себя всё больше и больше дел, освобождая мне тем самым рабочий график. Плюс Атарашики, плюс Эрна, плюс Казуки, полностью взявший на себя работу с Токусимой. Вообще-то по этому направлению в основном он и работал, – с небольшой помощью Атарашики, – но с недавних пор Токусиму на него повесили официально. Полностью. Он разве что доклады месячные клепал, которые я просматривал. И ведь справлялся парень.

Я же сконцентрировался на внешней политике Рода. В основном подготавливал наш удар по Хейгам. За последующие пару месяцев я трижды катался в Сукотай. Посетил Россию. Заключил два договора – с Чакри и Коширскими. Переслал пять кило печенек Тарворду, который ради этого не поленился связаться со мной по видеосвязи – что-то у него там не получалось с переданным рецептом.

Помимо этого я наконец смог уделить личное внимание работе нашей разведки на Филиппинах. Мы по-прежнему пытались стать там своими, вливая кучу бабла в эту страну. Траты заставляли морщиться, но месть – такое дело… Это самое дело усложнялось ещё и тем, что до этого момента я не участвовал в данном проекте, а Слуги Рода – всё-таки не сами Аматэру, они просто физически не могли добиться стопроцентного результата. Но даже так мой Род неплохо там закрепился, обзаведясь… пусть не друзьями, но приятелями и партнёрами. Так что посетил я и эту страну. Один раз и вполне официально закупившись там некоторым количеством техники, которую потом перепродал в Малайзии.

И да, Малайзия. Третье основное направление моей работы. И в отличие от Филиппин, где мы только тратили, Малайзия начала приносить ощутимый доход. Нефтяники наконец организовали процесс, и нефть полилась небольшим ручейком. Небольшим – временно, просто на территории моих земель банально нет нефтехранилищ. Тоже, кстати, статья расходов и не такая уж и маленькая, но это хотя бы реальные инвестиции в будущие сверхдоходы.

Малайзия вообще неустанно генерировала мне дела и проблемы, которые нужно было решать. Например, Мири. Город по-прежнему тянул из Рода немалые средства, но теперь, после начала полноценной добычи нефти, они перешли на самообеспечение. Лично я денег с нефти, конечно, не видел, зато и тратить со стороны больше не приходилось. У них даже некоторый запас по деньгам образовался, который они с моего одобрения, опять же, вкладывают в развитие округа. Правда, есть и нюанс – деньги-то у них появились, но ими голодных не накормишь, так что участвовать во всём этом всё равно приходилось. Например, о крупных поставках риса я договорился с Чакри. Удачненько получилось. И дёшево. Мири ещё и малайцам рис продавать умудрялись. Из-за чего мне пришлось вникать в суть дела, а то нехорошо, если свои голодают, а рис на сторону уходит. Но нет, Махатхир вёл дела грамотно и жителей Мири не обделял.

Помимо прочего Махатхир какими-то своими путями умудрился собрать в городе целую кучу профессоров-преподавателей. Уж как он это сделал в раздираемой войной стране, я не знаю, но факт есть факт. В планах у него – построить хотя бы парочку университетов, где хотя бы часть этих преподавателей и осядет. На всех даже я не рассчитываю, а уж битый жизнью Махатхир – и подавно. Так вот, постройка этих самых университетов – это тоже ресурсы. Как строительные, так и людские.

Кстати, забавный факт – разбираясь с делами Мири, я, условно говоря, постоянно тёрся локтями с людьми Танаки Эй. Директор Шидотэмору, в числе первых принятый мной в Слуги Рода, развёл бурную деятельность на территории Мири. Этот ушлый тип уже, – повторю, уже! – организовал там закладку двух заводов и сборочного цеха, при этом активно набирая среди жителей Мири тех, кто там будет работать. Подбором персонала он занялся уже сейчас, для того чтобы успеть их обучить. Деньги на это всё он тоже вливает бешеные, но у Шидотэмору для этого имеется специальный фонд, который и создавался для подобных проектов в будущем. Так что скоро мы будем собирать собственные смартфоны, благо технологии для этого, в первую очередь, программные, у Шидотэмору почти готовы. Да, поначалу смартфоны будут… так себе, но с чего-то же надо начинать? К моменту, когда у нас появятся собственные процессоры и операционная система, всё должно быть отлажено. И да, смартфоны Танака планирует собирать не только для нас, но и брать заказы других фирм. С дешёвой рабочей силой и отсутствием налогов… как минимум в будущем наши расценки привлекут множество заказчиков.

Помимо сборочного цеха Танака начал строительство и двух заводов, но уже по линии Ямасита Корп, про которую тоже никто не забывает. Фактически Танака начал переносить производство Ямасита на мои Родовые земли. Пока только модули памяти и текстолитовые платы. Если не случится форс-мажора, конкурентов мы задавим. И ведь он на этом не остановился. Танака даже пришёл ко мне, предлагая весьма перспективную идею. Я даже удивлён, что она пришла в голову ему, а не, к примеру, Нэмото. И ведь всё просто – мой гениальный директор Шидотэмору предложил заложить завод по производству жестяных банок для консервов. А ведь если учитывать ситуацию в Малайзии, мы только на этих банках будем зарабатывать бешеные деньги в ближайшие лет двадцать. К тому же есть не только Малайзия. Пусть это будет уже не так прибыльно, но мы можем продавать свою продукцию и в другие страны.

Дешёвая рабочая сила и отсутствие налогов… в будущем. Ох, не зря я всё-таки полез в Малайзию. Денег она из меня вытянула прорву и ещё вытянет, но в будущем принесёт на порядки больше.

***

– Осень, – произнёс Цуцуи, наблюдая за падающими листьями. – Люблю осень. В такие дни кажется, что все вокруг старики, которые скоро помрут.

Как и обычно после тренировки, мы сидели на энгаве его дома и пили чай.

– Злобный вы всё-таки человек, учитель, – усмехнулся я.

– Только осенью, – ответил он, после чего глянул на меня. – Четвёртого ноября начинается Императорский турнир мастерства, и я хочу, чтобы ты принял в нём участие.

– Четвёртого? – задумался я. – Четвёртого – день рождения Кояма Кенты.

– Насколько я знаю, вы с ним не в ладах, – произнёс Цуцуи с иронией.

Попытка отмазаться не прошла.

– Есть такое дело, – вздохнул я. – Что хоть за турнир?

– По фехтованию, – пожал он плечами. – Название турнира внушает, но по факту просто местечковое собрание идущих по пути меча. Никакого бахира, только твои навыки.

– А моё участие не вызовет вопросов? – решил я уточнить. – Я-то бахиром и так не пользуюсь.

– Только твои умения, – ответил он. – Будешь использовать свои силы – и это будет твоим позором. Там даже проверяющих нет, всё на честном слове держится.

– И зачем мне это? – скривился я. – На турнир, поди, не мальчики для битья придут, а я всего несколько месяцев как занимаюсь.

– Об этом знают, – ответил он. – Поверь, нет позора проиграть более сильному, позорно его избегать. К тому же тебе пора переходить к схваткам с оппонентами.

– Для начала можно было бы и спарринг-партнёра пригласить, зачем сразу на турнир слать?

– Потому что мне так хочется! – произнёс он раздражённо. – Не задавай глупых вопросов, ученик, я лучше знаю, что тебе нужно. Я и согласия-то твоего спрашиваю только ради приличий. Всё ж таки ты глава Рода и у тебя могут быть важные дела.

– Скорей бы уже зима, – проворчал я.

– Зря ты так, – хмыкнул он. – Додзё, если что, не отапливается.

Вторая половина осени у меня вообще выдалась… нервной. А всё из-за Норико, которую всё больше и больше захватывала предсвадебная лихорадка. Сейчас первое ноября, и до свадьбы осталось полтора месяца, отчего её конкретно плющит. Она словно в другом мире живёт, в добром и радужном. И постоянно пытается затянуть в этот мир меня. Хорошо, Атарашики помогает. В том числе и общением с роднёй Норико, которая в свою очередь девушку и осаживает.

А ведь помимо свадьбы был ещё и план по отвлечению внимания от Хранилища Древних. Правда, он как-то буксовал. Видя состояние Норико, мне что-то не хотелось выпячивать Акеми – не дай бог невесту переклинит, и она психанёт. А подкинуть слухи о том, что Казуки Патриарх, оказалось не так уж и просто. Общество, на удивление, просто не воспринимало намёки. То ли людям было плевать, то ли они были слепы, то ли им даже в голову не могло прийти, что в Японии есть ещё один Патриарх. Ситуация смешная и грустная одновременно. Я уже склоняюсь к тому, что Казуки должен показать что-то серьёзное, но для этого не так-то просто подготовить сцену и вполне можно перегнуть палку. Что нежелательно, так как его раскрытие планируется последним этапом. После свадьбы Норико, после объявления о наложнице. С другой стороны… Вывоз артефактов идёт даже быстрее, чем мы планировали, и слухов об этом пока нет. Возможно, я просто перемудрил и всё пройдёт тихо и незаметно. С другой стороны, запланированные вещи в любом случае надо сделать – не сейчас, так потом. Например, долго скрывать силы Казуки не получится, и лучше раскрыть его, когда нам это будет выгодно. Наложница, по словам Атарашики, мне так или иначе потребуется, так что опять же, почему бы и не сейчас об этом заявить? Хотя зачем тогда вообще заявлять?

Ещё одна забавная ситуация произошла буквально на следующий день после заявления Цуцуи о турнире. Я тогда после школы решил заскочить к Кояма, благо точно знал, что дома не только Кагами, но и Акено. Как чуть позже выяснилось, Шина тоже уже вернулась из университета. Вот, значит, сижу я такой на кухне, слушаю рассказ Кагами о том, как Мизуки очередной раз чудила, наблюдаю, как Шина сюсюкается с Шо, и тут к нам заходит служанка и с поклоном протягивает Кагами письмо.

– От кого? – спросила она, глянув на женщину.

При этом не переставая помешивать готовящийся суп.

– Каруи-сан сказал, что из секретариата Рода Чакри, – ответила Чуни.

О как. Любопытненько.

Кагами четыре секунды стояла и тупо смотрела на письмо, после чего отложив половник и вытерев руки о передник, взяла его в руки.

– Свободна, – бросила она служанке.

Шина в этот момент тоже отвлеклась от брата и с интересом наблюдала за матерью.

– Не томи, мам, вскрывай, – произнесла она нетерпеливо.

Медленно, словно дразня дочь, Кагами раскрыла конверт и принялась читать письмо. Читала долго, явно не один раз перечитывала. При этом с таким недоумённым выражением лица, что я сам чуть не поторопил её. Но вот она подняла голову, перевела взгляд с Шины на меня и со всё той же недоумённой улыбкой на губах произнесла:

– Представляете, меня вызывают на дуэль, – бросила ещё один взгляд на бумагу в руке, и добавила: – По всем правилам.

– Какая ещё к демонам дуэль? – взлетели брови Шины.

– Кулинарная, – уточнила Кагами.

Помолчали.

– Кулинарная дуэль? Серьёзно? – нарушила тишину Шина.

– Кто сказал “кулинарная дуэль”? – спросил Акено, заходя на кухню. – Кого с кем? Шина, ты что…

– Я тут вообще не при делах, – тут же открестилась Шина.

Тут взгляд Акено упал на бумагу в руке жены. А потом он, видимо, и её выражение лица осознал, отчего даже серьёзнее стал.

– Не пугайте меня, женщины, что здесь произошло? – спросил он.

В ответ Кагами протянула мужу письмо. Хмуриться он начал почти сразу, как принялся читать.

– Синдзи, – посмотрел он на меня. – Твои проделки?

– А чё сразу я-то? – возмутился я.

– Да только ты у нас в Сукотай катался недавно, – ответил он. – Син, это серьёзно. Не сама дуэль, понятно, а… – помахал он рукой которой держал письмо. – У меня мозг плавится, пытаясь найти двойное дно. Так я даже не знаю, можно ли это, – ещё один взмах бумажкой, – игнорировать. А если нельзя, то я даже не представляю, как отказать. И ладно бы, будь отправитель письма не Чакри, но… это грёбанный Чакри!

– Давай без подобных выражений, милый, – тут же отреагировала Кагами. – И я, кстати, не намерена отказываться от дуэли. Какой-то мужлан думает, что готовит лучше меня? Ха! Это он явно зря!

– Милая, ты же должна понимать… – начал Акено.

– Для этого у меня есть ты, – не дала ему договорить Кагами. – Работай. Син, ты что-нибудь знаешь об этом? – кивнула она на письмо в руках мужа.

– Ну… – отвёл я взгляд.

– Точно знаешь, – кивнула Шина.

– Я просто сказал, что Кагами-сан готовит… не хуже. А он возьми да напрягись, – ответил я неуверенно. – Кто ж знал, что Чакри отреагирует подобным образом?

– Думаешь, дело только в этом? – спросил Акено.

– Это только мои ощущения, но да, думаю, только в этом, – ответил я.

– Мама его порвёт, – кивнула Шина.

– Это слишком грубо, милая, – произнесла Кагами. – Я втопчу его в грязь.

***

Турнир, о котором говорил Цуцуи, проходил не в Токио. Чтобы поучаствовать в нём, нам пришлось ехать на Окинаву, в одноимённый город. Городок небольшой и известен лишь тем, что считается вотчиной Рода О. В городе вообще больше аристократических Родов нет. Появился город лет сорок пять назад, до этого тут пара городков или даже посёлков стояла, и именно с тех времён тут обосновались О. Забавный факт, но до того, как О сделали Окинаву своей резиденцией, у них по сути и не было вотчины. Точнее, была, но до Мэйдзи. Однако после того, как Аматэру отдали все свои неподтверждённые Родовые земли, что стало началом отбора подобных территорий и у других Родов, О потеряли практически всё, что имели. Сорок восемь столетий, а из Родовых земель – пара клочков у чёрта на куличках. Всё это, правда, не мешает быть этому Роду сильным и богатым. Крупнейший японский игрок в сфере гражданской авиатехники. Я, собственно, у них свои самолёты и покупал.

Вот в этом городе и должен был проходить турнир. А если точнее, то за городом, в поместье Рода О.

– Вы, вроде, говорили, что мероприятие местечковое, – произнёс я оглядываясь.

Находились мы на окраине поместья О, перед большим зданием додзё, рядом с которым располагался большой пруд с островом посередине. Причём не простым островом, а явно небольшим полигончиком, на котором можно отрабатывать не слишком масштабные техники. Но самое занимательное – в том, что народа вокруг было много. Больше, чем в это самое додзё поместится.

– В прошлом году участников было гораздо меньше, – ответил Цуцуи. – Человек тридцать.

А сейчас по самым скромным прикидкам тут около ста пятидесяти.

– Быстро этот турнир не закончится, – покачал я головой.

– Тебе-то что? – хмыкнул Цуцуи. – Ты хотя бы во второй тур выйди.

– Спасибо за то, что верите в меня, учитель, – хмыкнул я в ответ.

– Всегда пожалуйста, – ответил он, наблюдая за людьми вокруг.

Компашка тут, кстати, собралась что надо, местечковым я этот турнир точно назвать не могу. Узнал я немногих, но народ в основном был одет в традиционные одежды, на которых были вышиты моны их Родов, так что оценить уровень мероприятия я мог. Да, в большинстве здесь были участники не из самых важных семейств, но всё же. Хаттори, Исида, Кудзё, Кавати, Ямаути. Кира – вассалы Императорского Рода. Тиба и Ашра из Родов старше двух тысяч лет, но младше трёх. Присутствовали здесь и мастодонты типа Рода О, Сюнтэн и родни моего учителя. Цуцуи, правда, мастодонты только в плане возраста Рода, но тем не менее. Заметил я тут и Токугава Мирая. Он до сих пор шастает по канцелярии Императора, пытаясь официально зарегистрировать за собой земли в Малайзии. При этом никто, даже в виде слухов, не пытается оспорить его право владеть ими. То есть земли вроде как принадлежат Токугава, но Императором данный факт до сих пор не признан. И это, если честно, уже начинает напрягать. Наверное, придётся более конкретно своё недоумение данным фактом выразить, а не ссылаться на плохих чиновников.

О, смотрите-ка, кто мелькнул в толпе! Оказывается, Охаяси Хикару со своей неизменной катаной тоже здесь.

– Ген-кун! – услышали мы слева от нас.

А когда посмотрели в ту сторону, увидели идущего в нашу сторону О Тоюоки – главу Рода О. Генерал Имперской армии, глава Совета национальной безопасности, “виртуоз”. Один из влиятельнейших людей Империи. Крепкий, поджарый старик шестидесяти девяти лет. Точнее, семидесяти – месяц назад у него день рождения был.

– Тоюоки-кун, – поморщился Цуцуи. – И тебе не хворать.

– Всё такой же хмурый? – усмехнулся Тоюоки. – В этом году тоже не участвуешь?

– В этом году участвует мой ученик, – ответил Цуцуи. – Да и зачем мне это?

Я его спрашивал, почему он не участвует в турнире, и, по его словам, делать это вместе с учеником – моветон. Впрочем, они с Тоюоки вообще уже лет пять не участвуют в турнирах. Типа, дали дорогу молодым, но это – по словам Цуцуи.

– Мало ли? – произнёс с улыбкой Тоюоки. – Я был бы не прочь сразиться с тобой ещё раз.

– Бросай вызов, – пожал плечами Цуцуи.

– Не, так не интересно, – покачал головой Тоюоки. – Если решишь участвовать в следующем году – предупреди. Будет весело, – произнеся это, он наконец обратил внимание и на меня. – Аматэру-кун. Честно говоря, не ожидал тебя здесь увидеть.

– О-сан, – чуть наклонил я корпус. – Я и сам не ожидал подобного.

– Как похоже на моего старого приятеля, – произнёс он с усмешкой, покосившись на Цуцуи.

– Главное – работает, – произнёс Цуцуи ровно.

– Это да, ученики у тебя что надо. В конечном итоге. Но пока что… – бросил он на меня скептический взгляд. – Я в курсе, что ты силён, Аматэру-кун, но здешний турнир – это схватка умений, а ты слишком мало во всём этом варишься.

– Я знаю это, О-сан, – кивнул я.

– Что ж, надеюсь, проигрыш не заставит тебя остановиться, – произнёс он серьёзно.

М-м-м… Даже и не знаю, что на это сказать.

– Не волнуйся, Тоюоки-кун, – усмехнулся Цуцуи. – Этот парень скорее сдохнет, чем остановится.

– Посмотрим, – пожал тот плечами. – Аматэру-кун уже сейчас очень силён. Я вполне допускаю, что, являясь рукопашником, он может бросить фехтование.

– Я не совсем рукопашник, – улыбнулся я.

– Да? И кто же ты? – удивился Тоюоки.

– Боец широкого профиля, – продолжал я улыбаться. – Где-то стрелок, где-то рукопашник. Теперь вот ещё и фехтовальщик. В будущем, конечно.

У Разрушителей есть профильное оружие, если так можно выразиться, но это не значит, что мы используем только его. Мы Разрушаем и Стираем, а чем именно, не так уж и важно.

– Даже так? – произнёс он медленно. – Что ж, я подожду.

Не совсем понял, к чему он это, но на всякий случай чуть поклонился.

Естественно, одной беседой всё не ограничилось, помимо О Тоюоки мы с учителем общались и с другими аристократами. Перекинулись словами с Мираем и Хикару, пообщались с представителями Рода Ашра – вассалами Кагуцутивару, имели долгий разговор ни о чём с главой Рода Кира – вассалами Императора. Обменялись колкостями с Сюнтэн, но это в пределах нормы – наши Рода, вообще, не очень ладят. Ну и так далее.

Сам турнир, несмотря на количество участников, проходил в додзё. Все туда не влезали, так что я боялся, что сегодня уже не успею сразиться со своим оппонентом. Им, кстати, был Кудзё Гакуя – сорокатрёхлетний глава Рода Кудзё, чья дочь вполне могла стать моей невестой. Именно из-за подобного противника, собственно, у меня и были проблемы с выходом в следующий тур. Ладно бы, пришлось сражаться с кем-нибудь вроде Охаяси Хикару, который хоть и занимается этим большую часть жизни, но не делает фехтование её смыслом. А тут – глава Рода мечников.

Сошлись мы с ним на выделенном квадрате, которых в додзё было всего четыре. Не скажу, что места было мало, но… В общем, я от противника даже побегать толком не смогу. Никакой защиты на нас, к слову, не было. Тёмно-серое кимоно, светло-серые хакама, они же широкие японские штаны. Бахироюзеры – ребята крепкие, так что отсутствие защиты – это попытка придать бою реализм. Насколько это возможно при наличии правил и деревянного меча.

– Хаджимэ! – выкрикнул судья и отошёл в сторону.

Мы стояли в разных стойках. Я принял позицию ин-но камаэ, когда меч вскинут к правому плечу, а Кудзё стоял в стойке ваки-но-камаэ – меч опущен и отведён назад. Я нападать не спешил, мой противник тоже, уж не знаю, чего ждал он, а я тупо опасался атаковать. Впрочем, долго такое положение дел длиться не могло, и наше осторожное кружение вокруг центра площадки закончилось резким рывком Кудзё и молниеносной связкой из двух ударов – снизу-вверх и сверху-вниз. От первого удара я уклонился, сделав небольшой шажок назад, а второй принял на косой блок, после чего тут же ударил в ответ. Естественно, безрезультатно. Мне бы скорости побольше, и я бы на этом не остановился, но пришлось вновь защищаться, на этот раз от удара по ногам.

Вначале схватки мы обменивались серией ударов, после чего отходили примеривались и вновь сходились, но стоило только Кудзё понять мой уровень и на что я примерно способен… В общем, в какой-то момент он не стал отходить, а продолжил атаковать. Я ставил блоки, атаковал в ответ, двигался назад, но так как размер площадки был ограничен, долго отступать по прямой было нельзя и я, естественно, попытался уйти в сторону. В итоге я просто запутался в ударах и блоках. Привык я отрабатывать их в идеальных условиях, а тут надо было отбить клинок противника во время движения, скорее даже, прыжка в сторону. В тот момент я на автомате выставил меч, понял, что блок неправильный, попытался поменять положение клинка… Но, чёрт возьми, какое именно положение?! Как итог, получил сильный удар по голени. Очень сильный. Не будь я ведьмаком, Кудзё мог мне и ногу сломать. Силами-то я своими не пользовался, но, как и бахирщики, по умолчанию был крепче обычного человека.

Бой проходит до чистого удара в любую часть тела. Если удар будет скользящий, то по решению судьи начинается двухминутный отсчёт, после которого получивший удар автоматом выбывает. По мне попали чисто, так что, прижав меч к левому бедру и поклонившись друг другу, мы с Кудзё разошлись – он к родне, я к учителю.

– Хороший бой… – начал Цуцуи. – Хотел бы я сказать. Но увы, это было, как сейчас говорит молодёжь, отстойно. Ты и трёх минут не продержался. Кудзё-кун не настолько хорош, чтобы сливаться настолько позорно. Ты позорище, ученик.

– Спасибо за поддержку, учитель, – произнёс я усмехнувшись.

– Ах да, поддержка… Как я мог забыть? Кхм… – изобразил он собранность. – Ты неплохо держался, ученик. Первые пару секунд. А потом таким позорищем стал… – покачал он головой.

Показательно вздохнув, я поинтересовался:

– Мы уже можем ехать домой?

– Езжай, если хочешь, а я посмотрю, чем всё кончится, – ответил он.

А, ну да, забыл. В турнире же помимо меня, его ученика, ещё другие Цуцуи участвуют. Не может он просто взять и уехать. Что ж, тогда и мне придётся немного задержаться – чисто для приличия.

Спустя восемь минут после окончания моего боя, когда мы с учителем были во дворе, к нам подошёл Кудзё Гакуя.

– Ты неплохо держался, – произнёс он, после того как поклонился Цуцуи.

– Видишь, ученик? Вот что такое поддержка, – произнёс Цуцуи важно. – Ложь прямо в глаза. Оно тебе надо?

– Ну почему сразу – ложь, Цуцуи-сан? – улыбнулся Кудзё. – Он и правда неплохо держался.

– Поначалу, – вставил Цуцуи.

– Поначалу, – подтвердил Кудзё.

Уж не знаю, правда это, или он просто не хочет со стариком спорить.

– Вам остаётся выиграть турнир, Кудзё-сан, – улыбнулся я, игнорируя Цуцуи. – Чтоб мне не так обидно было.

– Да ты тот ещё мечтатель, ученик, – протянул Цуцуи. – Без обид, Кудзё-кун.

– Да всё в порядке, – отмахнулся тот. – Я реально оцениваю свои силы. Мне даже в финал выбиться нереально.

– На этот счёт у меня подруга как-то отличную фразу выдала, – произнёс я улыбаясь. – Правда, мне её невеста пересказала, так что за достоверность не ручаюсь, – после чего поднял вверх указательный палец и произнёс: – На нашем уровне реальность не имеет значения, важно лишь наше желание.

– К сожалению, я не на вашем уровне, Аматэру-сан, – хмыкнул он.

– А уровень определяем только мы, Кудзё-сан, – пожал я плечами. – Я вон вообще Сакураем родился.

На это задумались оба. И старый, и молодой.

– Получается, ты и не собирался выигрывать? – спросил неожиданно Цуцуи.

– А зачем мне это? – посмотрел я на него с удивлением.

– М-м-м… Недоработочка, – пробормотал он.

***

На турнире я задержался. Просто хотел дождаться первых боёв второго тура и отправиться домой, но среди первых бойцов участвовал Кудзё и он… Кудзё буквально божил. Размазал внука главы Рода О, вынес наследника Сюнтэн, на равных сражался с представителем Рода Ашра… Короче, Кудзё сделал то, во что и сам не верил – он вышел в финал. Да блин, в это вообще, похоже, никто не верил.

– Опасный ты тип, ученик, – произнёс Цуцуи.

– Вы о чём? – не понял я его.

– Да так… – не стал он отвечать. – Но свой уровень Кудзё явно поднял.

– Да? И докуда он дошёл в прошлом году? – спросил я.

Посмотрев на меня словно на дебила, Цуцуи ответил.

– Во втором туре проиграл.

И что я такого спросил? С хрена ли он на меня так смотрит? Откуда мне вообще знать, когда Кудзё проиграл в прошлый раз?

– Ген-кун, Аматэру-кун, – подошёл к нам Тоюоки. – Весьма занимательный в этом году турнир, а?

– Твой внук проиграл слабаку, – тут же произнёс Цуцуи. – Так что да, весьма занимательный.

– Не повезло, бывает, – пожал плечами Тоюоки.

– А твой сын проиграл моему внуку, – продолжал Цуцуи сыпать соль на рану старого… видимо, соперника.

А может, даже и друга.

– Ты отличный учитель, я с этим никогда не спорил, – поднял Тоюоки руки. – Сам слабак, правда, но это к делу не относится.

– Очень спорное утверждение, – произнёс раздражённо Цуцуи.

– Шестьдесят восемь против пятидесяти двух, – произнёс с иронией Тоюоки. – Довольно большой разрыв, чтобы называть утверждение спорным.

Это, видимо, количество побед друг у друга.

– Не согласен, – произнёс Цуцуи. – Тот же турнир я выигрывал чаще. Была бы цель, а победить тебя не составит труда.

– Какие мы смелые. Так может давай в следующем году поучаствуем? Посмотрим, кто тут главный крутыш?

Скучно что-то становится. Они тут о своём, а я как дурак рядом стою и молчу.

– Договорились, – ответил Цуцуи насмешливо. – Готовься рыдать, Тою-кун.

– Твой проигрыш уже давно не заставляет меня рыдать, – не полез за словом в карман Тоюоки.

– Ага, так ты всё-таки рыдал в тот раз! – вскинул брови Цуцуи.

Боже, спасите меня кто-нибудь. Надо было валить отсюда, пока мог.

– Это старческий маразм, Ген. Освободись от этих иллюзий.

– Рыдал, как маленькая девочка, оттого, что смог чиркнуть меня по руке, – насмехался над ним Цуцуи.

– Чиркнуть? Да ты этой рукой двигать не мог! – возмутился Тоюоки.

Влезать в разговор старших, конечно, нехорошо, но будем считать, что только в серьёзный разговор.

– Кхм, прошу прощения, – не дал я ответить Цуцуи. – Не хотел вас прерывать, но мне уже домой пора.

– Точно! Совсем меня этот… Заговорился, короче. Собственно, я к тебе подошёл, Аматэру-кун, – произнёс Тоюоки.

Цуцуи в этот момент был крайне недоволен, так как формально в их перепалке победил Тоюоки. Именно за ним было последнее слово.

– Внимательно вас слушаю, О-сан, – чуть поклонился я.

– Как ты смотришь на дружеский спарринг? – спросил он.

Рано или поздно кто-нибудь должен был предложить мне нечто подобное. Даже странно, что так долго ждали.

– В каком виде вы хотите его провести? – уточнил я. – И когда?

– Да прямо сейчас, – пожал он плечами. – Планировать на другой день… Даже не знаю. Мы оба с тобой занятые люди, а сегодня и я свободен, и ты.

– Эм… – как-то, немного неожиданно. – В принципе, я не против.

– Вот и отлично, – улыбнулся он. – Спарринг дружеский, на мечах. Хочу посмотреть, на что ты способен как фехтовальщик, если тебя не сдерживать. Никаких внешних техник, только напитка бахиром и “доспех духа”, чтобы ты не стеснялся бить в полную силу.

Бросив взгляд на группки людей, которые стояли то тут, то там, и которые, в общем-то, не обращали на нас внимания, я решил внести некоторые изменения в план.

– Если позволите, О-сан, я тоже хочу внести пару предложений. Точнее, даже одно, – произнёс я.

– Конечно, Аматэру-кун, – кивнул он. – Имеешь полное право.

– Давайте начнём как фехтовальщики, а там как пойдёт, – произнёс я, глядя ему в глаза. – Жестить не будем, сражаться в полную силу не стоит – и мы не враги, и место не то. Да и спарринг – дружеский.

– Ты уверен, Аматэру-кун? – тут же отреагировал Цуцуи. – Тоюоки “виртуоз”, он чисто случайно может сильно тебе навредить.

– Ген прав, – кивнул Тоюоки. – Подумай ещё раз. Я предлагаю предельно безопасный вариант, учитывая показанные тобой силы. Ну или давай конкретнее. “Как пойдёт” – слишком размытое определение.

– А где мы будем спарринговаться? – решил я уточнить перед ответом на его вопрос.

– Вон, – кивнул он на остров посреди пруда. – Отличное место.

И отлично просматриваемое. Что мне, собственно, и нужно. Чем больше любопытных удовлетворит свой интерес, тем мне будет проще в будущем. Плюс небольшое отвлечение внимания от Хранилища.

– Хм, – посмотрел я на остров. – Думаю, можно остановиться на уровне “мастера”.

– Нет, – тут же отреагировал Тоюоки. – Извини, Аматэру-кун, но я не могу… – замолчал он задумавшись. – Впрочем, ладно.

– Тою-кун… – начал Цуцуи.

– Не волнуйся, Ген, – поднял он руку. – Всё будет в порядке. Это дружеский спарринг. В конце концов, озвученное Аматэру-куном просто порог допустимого.

Старики меня явно всерьёз не воспринимают. Но это понятно, один – мой учитель и заботится обо мне, а второй – “виртуоз”, для которого я просто… трудноуловимая мошка.

– Если мы договорились, то я пойду переоденусь, – произнёс я, когда Тоюоки замолчал. – У меня в машине как раз есть всё необходимое.

– Да, я тогда тоже пойду, – кивнул он. – Встретимся у моста.

У деревянного моста, который ведёт на остров, именно о нём и говорил Тоюоки.

– Буду ждать, – кивнул я.

Что ж, устроим представление.

Глава 11

На место встречи мы пришли с Тоюоки почти одновременно. Я чуть раньше, но уже подходя к мосту, видел, как он идёт в мою сторону. Одет он был в синее спортивное кимоно, а я в привычный мне комбинезон пилота МПД. Без шлема, правда.

— Ты всегда таскаешь подобную одежду в машине? – спросил Тоюоки, когда подошёл.

– У меня там много что припрятано, — усмехнулся я. – Ситуации разные бывают.

Не говорить же, что всё лежит в подпространственном кармане?

— Час назад я бы посмеялся над этим, но… – покосился он на остров. — Да, в чём-то ты прав. Никогда не знаешь, что произойдёт через час, – после чего повернулся к слуге, который его сопровождал, и взял у него два деревянных меча, один из которых протянул мне. – Не сдерживайся, покажи мне хороший бой.

– Я постараюсь, – кивнул я.

Но показывать всего не буду.

– Последние уточнения по спаррингу, — произнёс он, бросив взгляд на Цуцуи, стоявшего слева от меня. – Сначала сражаемся как мечники. Только внутренние силы плюс “доспех духа” с моей стороны. В какой-то момент боккены не выдержат, после этого ты можешь использовать всё что хочешь, мне же придётся сдерживаться, -- не только из-за меня, кстати. “Виртуоз”, во всей своей красе, может и зрителей зацепить. – Мой максимум – уровень “мастера”, но надеюсь ты мне простишь то, что я не буду использовать весь потенциал “мастера”. Я тебя уважаю, Аматэру-кун, но это всё же не бой насмерть.

– Понимаю, – кивнул я.

– Тогда пошли, – закончил Тоюоки, ступая на мост.

Я же бросил взгляд на гостей и участников турнира, некоторые из которых уже достали смартфоны, и направился вслед за оппонентом.

Выйдя в центр острова, мы замерли друг напротив друга. Ни он, ни я не становились в какие-то стойки, просто стояли, опустив боккены. На лицах обоих были лёгкие улыбки – оба верили в свои силы и считали, что сможем удивить противника.

Первым с места сорвался Тоюоки. Не потому, что у меня нервы крепче, просто смысла стоять и ждать у моря погоды не было, да и на бой меня вызвал именно он, а значит и сам бой нужен в первую очередь ему. Расстояние в пять шагов он преодолел одним прыжком, ударив снизу вверх. Скорость старика впечатляла, но только по сравнению с другими бахироюзерами, мне же на эту скорость было плевать. Я просто сделал шаг назад и ткнул его боккеном в бок. Естественно, попал. На тычок Тоюоки не отреагировал и, продолжая движение, сделал второй удар, на этот раз сверху вниз. И опять не попал, так как я вновь увернулся, шагнув в сторону. В целом эти два удара были реально хороши. Чёткие, сильные, быстрые. Очень быстрые. Только вот против меня бессмысленные. Я был под несколькими Фокусами и Ускорениями – бахироюзеры в принципе не могли сражаться на моей скорости. А, нет, поправочка – есть камонтоку на скорость. Насколько такие камонтоку ускоряют пользователя, я не знаю, потому и говорить, что бахироюзеры все поголовно медленнее меня, не могу. Хм. Кстати, есть ведь ещё и артефакты, которые увеличивают скорость… Да, пожалуй, я поспешил с высказыванием, но подавляющая часть бахирщиков всё же гораздо медленнее меня. Про реакцию вообще молчу.

Для простых людей, удары Тоюоки были быстры, почти неразличимы, а ведь он мечник металла, а не пользователь стихии Молнии. Тем не менее десятилетия тренировок дали свой результат. Только вот мне, как уже говорилось ранее, плевать на эту черепашью стремительность. После второго удара я тоже взмахнул мечом, на этот раз пройдясь клинком боккена по ноге Тоюоки.

Продолжать атаку он не стал, отпрыгнув в сторону, одновременно с этим взмахнув мечом параллельно земле. Если бы я последовал за ним, было бы… неудобно.

– Потрясающая реакция, Аматэру-кун, – с усмешкой произнёс Тоюоки. – Зачем тебе вообще фехтование? Можешь просто палкой махать.

– Пафос, О-сан, – ответил я такой же усмешкой. После чего сделал Рывок в его сторону, выходя из которого нанёс горизонтальный удар в бок противника, отчего он улетел метра на три в сторону. – Меч даёт нехилую прибавку к пафосу, – после чего глянул на обломок боккена в своей руке и, отбросив его в сторону, закончил: – Похоже, пора переходить к тяжёлой артиллерии.

– Раньше, чем я думал, – произнёс Тоюоки, поднимаясь с земли. – Но и так неплохо.

После чего одним единым движением перетёк в стойку син-но камаэ – боком к противнику, рукоять меча у плеча, клинок – параллельно земле и смотрит в сторону оппонента. И вроде всё, встал и не двигается, но чувство опасности подсказало, что Тоюоки уже работает. Рывок в сторону, и в то место, где я стоял ударили выросшие из земли металлические столбы. Тоюоки нанёс укол мечом, и мне вновь пришлось делать Рывок в сторону, на этот раз уходя от четырёх клинков, появившихся в воздухе перед стариком и полетевших в меня. После укола он взмахнул мечом вверх, и подо мной из земли выскочили копья. Взмах мечом вниз, и с неба упали точно такие же. Правда, я уже десятью метрами левее, но тем не менее скорость создания техник впечатлила. Со стороны казалось, что Тоюоки просто отрабатывает удары мечом, но с каждым взмахом клинка меня атакует какая-то техника.

После десятка Рывков я решил, что показухи хватит – пора и мне атаковать. Очередной Рывок, и я оказался вплотную к противнику. Первым ударом кулака сбил в сторону меч, вторым провёл апперкот, третьим пробил по печени, наклонился, пропуская над головой боккен, вломил по колену, выпрямился и пробил ещё один апперкот падающему на колено Тоюоки. И только после этого сделал Рывок, разрывая дистанцию, чтобы полюбоваться выросшим вокруг противника пятачком широких лезвий, которые через секунду опали металлической стружкой. Кстати, практически ни одна техника старика долго не держалась, превращаясь через какое-то время в ту самую стружку. Практически – и это подозрительно. Несколько копий в одной стороне, столб в другой, огромный диск в третьей. Чёт он затевает.

А потом с неба начали падать полуметрового диаметра шары. Не очень густо, так что мне не пришлось напрягаться, уходя из-под них. Гораздо хуже, что они тоже не превращались в стружку – помимо общего подозрения насчёт какой-то готовящейся пакости, стало банально сложнее перемещаться по полю. Но самое поганое – я точно знал, что Тоюоки может заставить эти шары взрываться. Учитывая, что он обязался сдерживаться, защитная Сфера должна выдержать, да и в целом должна, просто меня сам факт подобных мин под ногами напрягал.

Я вновь атаковал. Сблизился и начал его планомерно избивать. Ему это не сильно мешало, так как я и бил не с той частотой, как в реальном бою, да и саму силу удара старался сдерживать. Один удар вместо четырёх, да ещё и вполсилы, он мог держать очень долго. Да и создавать техники ему это явно не мешало. Пробовал он, кстати, сражаться и как полноценный мечник. Бахирный мечник. У них ведь основная сила удара приходится именно на меч, это со мной такой стиль боя не проходит, я просто уворачиваюсь от всего, что летит в мою сторону. В том числе и от клинка. Тем не менее повышенное чувство опасности подсказывало, что такие вот удары простым боккеном были не чета пущенным до этого техникам. Даже не знаю, выдержит ли защитная Сфера полноценный удар меча “виртуоза”. Должна, по идее.

В общем, бой проходил стандартно для меня и крайне раздражающе для Тоюоки. Это было отлично видно по выражению его лица. Жестить и избивать своего противника на глазах у десятков зрителей я не собирался, но если это всё, то спарринг пора заканчивать. Видимо, о том же подумал и Тоюоки, только если я хотел уже поднять руки и остановить бой, то старик поднял меч к небу и резко опустил вниз. Чувство опасности… Я даже не сразу понял, что оно хотело сказать. Вроде взвыло, но как-то… отстранённо, что ли. В общем опасность была и серьёзная, но – в перспективе. На деле же все те металлические шары, что упали с неба в начале боя, всё-таки взорвались, одновременно с этим Тоюоки активировал ещё одну технику, создающую вокруг меня металлическую клетку.

Интересный ход. Если серьёзно, то надо будет запомнить на будущее, что такое может произойти. Две техники были активированы одновременно, и я просто не мог в тот момент сделать Рывок. Точнее, мог, но держать при этом защитную Сферу, спасаясь от сотен тысяч осколков взорвавшихся шаров, – уже нет. Хотя опять же, на тренировках мог, но в такой вот ситуации, в спарринге, а не реальном бою, рисковать не хотелось. Ну а Скольжение использовать было бессмысленно – проще дождаться, когда сработают обе техники, и уже потом уходить из ловушки. И проще, и безопаснее. В итоге, когда поднятая взрывами пыль улеглась, на поле остался только Тоюоки, стоящий с опущенным мечом, и я, находящийся внутри клетки. Идеальное завершение спарринга. Имперского генерала не опозорил, свою силушку показал, секретов не раскрыл, надежду, что со мной можно справиться, дал, как и повод пообсуждать меня, при этом так и не пропустил по своей тушке ни одного удара.

Какой же я всё-таки умничка.

Медленно подойдя к клетке и внимательно меня осмотрев, Тоюоки тяжко вздохнул.

– Ни царапины, – произнёс он, после чего потрогал свою челюсть. – Мог бы и помягче со стариком.

– Вы ж не девушка, О-сан, – усмехнулся я.– Куда уж мягче?

– И то верно, – вздохнул он ещё раз, после чего взмахнул мечом, превращая клетку в опадающие металлические стружки. – Раскрой секрет – зачем тебе с такой силой фехтование? У тебя же на меч ничего не завязано. Демоны, да в твоих руках любой меч сломается.

– Для общего развития, – пожал я плечами. – Я ведь уже говорил – я не рукопашник в чистом виде, хоть и хорош в этом, я боец общего профиля. Немного стрелок, немного руко-ного махатель. Меч может приоткрыть новые грани моей силы, и я обязан попробовать их развить. Если стану на путь меча, то у меня будет шанс стать сильнее.

– А если не получится? – спросил он. – Твои силы могут быть несовместимы с путём меча.

– Значит, не получится, – улыбнулся я. – Я ведь всю жизнь так и учусь. Этот мир почему-то не предоставил мне какой-нибудь методички или учителя патриарших сил. Всё сам, методом тыка. Тем не менее шанс стать сильнее у меня есть и очень даже неплохой.

– И что, есть причина так думать? – спросил он немного задумчиво.

– "Вознесение тысяч", – продолжал я улыбаться, но постарался сделать улыбку ироничной. – Двадцатый том в переводе Силанова. Двенадцатая глава. “Их поступь сотрясает землю, их голос убивает разум, их меч разрывает пространство. Альтур падёт, ибо к ним пришли ведьмаки.”

***

Вечером того же дня со мной связалась Комацу Ая – репортёрша, которой я разрешил освещать свой поход в Малайзию. Я в тот момент играл с Рейкой и Казуки в сетевое дополнение последней части шутера “Межсезонье” от компании Маракайто, которая принадлежит Отомо Акинари. Позвонила она прям в самый напряжённый для нас момент, так что, глянув кто звонит, я просто сбросил звонок. Бой мы в конечном итоге всё-таки слили, что и не удивительно с такими-то напарниками. Что Казуки, что Рейка, – особенно мелкая, – были теми ещё нубами.

Горестно развалившись в кресле, глядя на результаты боя, я потянулся за телефоном.

– Приветствую, Аматэру-сама, – послышался голос Комацу.

– И тебе привет, чего звонила-то? – спросил я.

– Час назад закончили монтировать фильм, – ответила она. – Ждём вашего разрешения, чтобы пустить его в эфир.

– А вы не спешили, – произнёс я, щёлкая мышкой по никам игроков, чтобы просмотреть их статы.

– Вы сказали сделать всё в лучшем виде, – произнесла она чуть взволнованно. – Да и материал на третий фильм пришлось собирать чуть ли не с нуля. Всё ушло на первые два.

– Понятно… – вот чёрт, то-то этого типа было так сложно убить. Он один двадцать четыре кила сделал. – Перешли мне видео, завтра гляну.

– Как скажете, Аматэру-сама, – ответила она. – Если вам что-то не понравится, только скажите, всё исправим.

– Обязательно. Ладно, всё, я сейчас немного занят, так что завтра с тобой свяжусь.

– Всего хорошего, Аматэру-сама, – произнесла она напоследок.

– И тебе. Пока, – после чего нажал на отбой.

Ладно, попробуем ещё раз.

– Ну что, мелкота, – произнёс я, натянув гарнитуру на уши. – Готовы им отомстить?

– Давай уже быстрее, – услышал я голос Рейки.

– И как вы в это часами играете? – спросил Казуки.

– Только попробуй сбежать, – произнесла Рейка с угрозой в голосе. – Я тебя… Синдзи! Ты ведь вмажешь ему за это?

– Нельзя бросать команду, Казуки, – ответил я, нажимая на подбор новых противников. – Команда может разозлиться, и тебе станет грустно.

– Очень грустно! – поддакнула Рейка.

– Да, да, я с вами, – вздохнул Казуки.

– Тогда поехали.

***

На следующий день меня прям с порога, ну то есть прямо у школьных ворот, атаковали друзья, тыча смартфонами с записью моего боя с Тоюоки. И, как выяснилось чуть позже, подобные записи разошлись уже по всей стране. Точнее, по всем аристократам страны – в соцсети никто ничего не выкладывал. И если моим друзьям было относительно плевать на случившееся, разве что подколками о проигрыше достали, то остальные аристо сходились на том, что бой оказался неполноценным и хорошо бы увидеть продолжение. Наглость ещё та, но лично мне никто ничего такого не говорил, так что плевать. Понять их в принципе можно, запись моих реальных боёв у них тоже была, и сравнение показывало очевидную вещь – оба бойца, и я, и Тоюоки, сильно сдерживались. А так как хлеба и зрелищ хочет каждый, не только простолюдины, чувство, что вот-вот, ещё немного и они увидели бы что-то интересное, было у всех. А увидеть хотелось очень даже. Это мне Тейджо по секрету сказал, а Райдон подтвердил.

Что ж, скоро Комацу покажет им третий фильм про Малайзийскую кампанию. Думаю, удовлетворены будут если и не все, то большинство. Само видео я пока только мельком, во время завтрака просмотрел, но даже так получилось эпично.

А через неделю, собственно, грянул день Икс. Точнее, вечер. По телику я фильм не смотрел, так как нового там ничего не увидел бы, но соцсети просматривал. И да, реально грянул. Столько хайпа, криков и споров я давненько не видел. Буквально через час весь интернет был заполонён статьями, постами и нарезкой видеороликов на эту тему. Кто-то даже выложил скриншот видео, где я стою посреди поля трупов в столбе света. Момент такой был, это не фотошоп, просто это был именно момент, буквально на пару секунд из-за облаков выглянуло солнце и осветило мою тушку. Но получилось красиво. Будто я и правда посланник богини солнца. Впрочем, хватало и фотошопа. Не только показывающего меня в положительном свете, те же иностранцы изгалялись по полной. Впрочем, всё было довольно мягко, в смысле приколы не переходили определённой черты. Мне, например, понравилась гифка, где зациклили момент, как я кувыркаюсь после очередного близкого взрыва. Русские, кстати, сделали. И подписали словами из сказки про колобка – и от бабушки ушёл, и от дедушки… Параллельно с этим уже через пять минут после окончания фильма на меня посыпались звонки от людей знакомых и не очень. Начиная от Кагами, которая возмущённо выговаривала мне за “возмутительно агрессивные и неосторожные” действия, и заканчивая О Тоюоки, который был более лаконичен.

– Ну ты и засранец, шкет, – услышал я усмехающийся голос из трубки. – Надо бы нам устроить ещё один спарринг, но в более тихой обстановке.

Давать однозначного ответа на подобное предложение я не стал. Зачем мне этот спарринг? Особенно в тихой обстановке. Ладно ещё на публику сыграть, какие-то свои задачи выполнить, а так… Впрочем, он “виртуоз”. Возможно, в будущем, в качестве тренировки можно и нечто подобное организовать.

И ведь это было только начало. Буквально первые часы после появления фильма.

А на следующее утро у школы меня встречали не только Райдон, Тейджо и Мамио, но и Мизуки. Плюс человек сто учеников, кучками стоявших то тут, то там и якобы занимающихся своими делами.

Когда я подошёл к друзьям, вперёд выступила Мизуки. Осмотрела меня, окружающих, после чего набрала в грудь воздуха и не то, чтобы выкрикнула, но произнесла очень громко.

– Завидуйте великой мне, неудачники! У меня есть Аматэру, а у вас… – пауза была небольшая, но я всё понял и подыграл, прикрыв её рот ладонью. – Мгм-гм-мгмх, – промычала она довольно мило.

– Некоторые слова лучше не произносить, юная леди, – произнёс я, не убирая руки от её рта.

Она, впрочем, тоже не спешила убирать мою руку.

– Мгмх, – мявкнула она что-то, после чего я убрал ладонь. – Это! Было! Круто! – прокричала она, раскинув руки в стороны. – В одно лицо! В одно, мать его, лицо! Ты пои… мгмх… уе… мгмх… уделал их всех! Засунул биту им в… мгмх… в душу! И это только тем, кому повезло!

Глаза горят, руки летают вверх-вниз… Мизуки как всегда не стеснялась выражать свои эмоции. И это было приятно. Я, конечно, суровый циничный мужик, но и мне приятно, когда моей крутизной восхищаются. Особенно если это милашки вроде Мизуки.

Да, пожалуй, другого выбора и быть не могло.

Вышедший документальный фильм Комацу, действительно взбудоражил народ. Шутка ли, у них на глазах один человек мгновенно уничтожил “виртуоза” и нескольких “мастеров” при поддержке шагоходов и нескольких тысяч бойцов. В том числе и в МПД. Да и те самые шагоходы ложились довольно бодро. Про пехоту и говорить нечего. При этом видео не могло показать, насколько серьёзно я в том бою пострадал. То есть для непосвящённого взгляда супер-убиватор просто уничтожил армию. Да, мне помогали, но на острие был именно я, и именно я проделал основную работу. Это Мизуки было плевать на всё остальное, а вот аристократическое общество пару дней находилось в довольно напряжённом состоянии. Первые видео моих боёв, спарринг с Тоюоки, теперь это – люди не понимали, что происходит. То ли я поддавался, то ли у меня есть какой-то секрет типа сверхартефакта, то ли ещё что. А через пару дней всё разложили по полочкам. То есть понятно, что многие сразу поняли, в чём тут подвох, но многие – не все. Я даже подумывал сам всё пояснить, но не потребовалось. Всё оказалось проще, чем думала основная масса народа. Даже тот факт, что я не кинулся в бой с Хейгами сразу нашел своё объяснение – я просто ждал, когда мои враги соберутся в одну кучу, чтобы уничтожить всех разом. О том, что я просто побаивался лезть к Хейгам, никто и не подумал – на видео не понять, что в последний момент меня просто переклинило. Ну и, естественно, про подавитель тоже догадались. Поначалу ещё сомневались – я ж не могу его бахиром напитывать. Да, есть и такие, которые не требуют постоянной подпитки, но они очень редки. С одной стороны, у Аматэру такой может быть, но почему тогда во время войны с Тоётоми я пинал противников к тем, кто сидит с подавителем, а не вырубал врагов сразу? Значит нет у меня такого артефакта. Но, слава богу, вскоре вспомнили, что помимо полноценных подавителей, есть и одноразовые. Ещё большая редкость, чем не требующие подпитки бахиром, но – это ведь Аматэру. У них может и быть. Потому и ждал, пока Хейги соберутся в одну кучу – второго артефакта у меня может и не оказаться, да и заряжать его во время боя – тот ещё гемор. В общем, все сошлись на том, что я очень крут, но только вместе с нужными артефактами, которых даже у Аматэру не может быть много. Ну… для армии простых бойцов ещё очень опасен. Но, если в наличии два, а лучше три “мастера”, то со мной можно уже и на равных говорить. Главное, поле боя правильно подобрать, ну или хотя бы не давать подобрать мне. В теории, по мнению окружающих, со мной и один “мастер” может справиться, – но это в теории, – если этот самый “мастер” будет очень опытным. Вот в этом заблуждении я никого переубеждать не стал. Так-то они всё правильно просчитали, но уж с одним-то “мастером” я в любом случае справлюсь.

По большому счёту меня все эти обсуждения и выводы не волновали. Вот будь я простым аристократом, тогда – да, терпеть рядом подобный неучтённый и крайне опасный фактор никто бы не стал. По беспределу, конечно, не стали бы выносить, я всё-таки опасный фактор, но ослабить, а лучше подчинить, попытались бы многие. Но это обычного аристократа, я же был Аматэру. Императора, который в первую очередь и занялся бы моим вопросом, опасаться не стоило. Союзников хватало, хороших отношений – тоже, желающих поиметь ребёнка Патриарха было достаточно. В общем, я неплохо укрепил положение Рода в стране. Теперь же Аматэру никто и слабыми назвать не сможет. Да, за счёт одного бойца, но, чёрт побери, какого! А в будущем… Короче, если кто-то и захочет уничтожить мой Род, то делать это надо сейчас.

Про отвлечение внимания тоже не стоит забывать. Документальный фильм Комацу мне в этом сильно помог, но проблема была в том, что одно-единственное событие не поможет. Любопытные должны постоянно чем-то озадачиваться. Я потому и рассчитывал дать несколько поводов для обсуждения меня любимого. Точнее, моего Рода. Поэтому раскрытие Казуки надо форсировать. Акеми… Ну это только после свадьбы, что, кстати, тоже сойдёт за событие, но не очень важное. Так, дополнительный фоновый шум. Впрочем, и наложница – того же порядка событие, но раз уж Атарашики считает, что это может сработать…

И да, признаюсь, мне это нравится. Про меня говорят, моё имя гремит, я просто тащусь от всего этого. Не самая лучшая характеристика для человека, но я никогда и не говорил, что идеален.

***

Когда всё идёт хорошо, сильно повышается шанс на то, что случится что-то плохое. Вот и мои беззаботные деньки не длились долго. Я бы не сказал, что человек, который хотел со мной встретиться, был однозначной проблемой… не знаю. Я просто не представлял, к чему может привести встреча с ним, но и игнорировать адвоката некоего Сакурая Отои я не мог.

Зашедший ко мне человек почему-то ассоциировался с итальянцем. Чуть смуглый, строгий деловой костюм, короткая стрижка, лет тридцати пяти на вид. Тем не менее он был немцем. Герхарт Турнс – адвокат из Кёльна, представитель Сакурая Отои. Узнал я о нём далеко не сразу, как он появился – секретариат Рода его около месяца мурыжил, но мужик оказался упорным.

– Присаживайтесь, герр Турнс, – указал я рукой на стул напротив моего стола.

– Благодарю, Аматэру-сан, – откликнулся он на чистом японском.

Что ж, если можно говорить на более знакомом языке, то почему бы и нет?

– Итак, внимательно вас слушаю, – произнёс я, когда он сел. – Судя по тому, что вы всё-таки изволили сообщить о вашем деле, речь идёт о разделе какого-то имущества? Надеюсь, вы объясните, с какой стати мне что-то делить с этим вашим Сакураем Отои.

– Конечно, Аматэру-сан, – чуть кивнул он. Турнс вообще выглядел довольно уверенно для той ситуации, в которой оказался. – Дело в том, что мой клиент, Сакурай Отои, не только носит фамилию, которая когда-то была и у вас, он ещё и является вашим родным братом. – Вот же… Главное, не материться… – Думаю, вы и так об этом догадывались, раз приняли меня так быстро.

– Разве что догадывался, – ответил я спокойно. – Сакураев не так уж и мало.

– Что ж, анализы крови, если хотите, мы готовы предоставить в любой момент, – кивнул он.

– Лучше саму кровь, – произнёс я.

– С этим тоже нет никаких проблем, – подтвердил он. – Но, думаю, даже без анализов я могу хотя бы обозначить, чего хочет мой клиент.

– Обозначить можете, – улыбнулся я холодно.

– Во-первых – Сакурай Этсу принадлежало несколько музеев. Насколько я знаю, вы уже оформили их на Сакурай Рейку, что, согласитесь, не совсем по закону. Мой клиент тоже имеет на них право. И да, сейчас я говорю именно о японских законах.

– Я был не в курсе, что у Этсу есть ещё один сын, – пожал я плечами. – Но в этом вопросе я с вами в принципе согласен.

– Поймите правильно, Аматэру-сан, это не претензия, – произнёс он с понимающей улыбкой. – Мой клиент знает, что его мать скрывала информацию о нём.

– Кстати, – вклинился я. – Он вам не говорил, Сакурай Рафу имел представление о том, что у его жены есть ещё один сын?

– Увы – подобной информацией я не владею, – развёл он руками.

– Что ж, прошу, продолжайте, – кивнул я едва заметно.

– Благодарю. Во-вторых – у Сакурай Этсу имелась личная ячейка в Имперском банке Японии, – продолжил он. – Я проверил, доступа к ней никто не запрашивал, так что предположу, что вы о ней не знаете, но справедливости ради, знать должны. Содержимое этой ячейки тоже стоит поделить между братом и сестрой Сакурай. Ну и в-третьих – сама Сакурай Рейка. Мой клиент претендует на опеку над девочкой как единственный официальный родной брат. Вы, уж простите, уже давно не Сакурай.

Условия этого взявшегося из ниоткуда брата очевидны. Точнее, было очевидно, что он потребует опеки над сестрой. Про банковскую ячейку я не знал, что, кстати, является проблемой – что ещё знает этот брат, чего не знаю я? Знает ли он, например, про Хранилище в Персии? Ну а про музеи я вообще забыл. По факту мне важна была только сестра, о ней я и думал в первую очередь. О некоем Сакурае я тоже думал, но до этого момента там было всё непонятно. Брат, дядя, дедушка, однофамилец? Я просто не знал, кто это. И самое поганое – узнать не получилось. Такое впечатление, что существует только этот немец, а Сакурай – просто призрак. Но если он может предоставить кровь для анализов, получается, что братишка у меня самый что ни на есть настоящий.

– Хочу кое-что уточнить, – произнёс я, следя за лицом Турнса. – Сакурай Отои мой старший или младший брат?

– Старший, Аматэру-сан, – ответил он. – Сакурай Этсу родила его ещё до встречи с вашим отцом. Если вам это важно, то измены не было. И сразу уточню – про отца мой клиент ничего не знает. Сакурай Этсу не оставила о нём никаких данных.

– Я так понимаю, Отои скрывается. Могу я уточнить, от кого? – спросил я.

– В первую очередь от вас, – ответил он. И ведь не соврал. – Прошу простить, если это покажется грубым, но вы слишком опасный человек для простолюдина, который готов с вами судиться, если что. У меня на этот счёт несколько иное мнение, но… Клиент всегда прав, как говорится.

“В первую очередь”, значит. Учитывая, что о нём вообще крайне мало информации, Этсу скрывала его с самого начала. И раз так, он ещё один ребёнок, которого она фактически бросила. Ну просто замечательная мать. Кстати, а ведь я не раз обвинял её в том, что она не готова родить Рафу третьего ребёнка. Она же в ответ молчала. Получается, тут дело не в страхе умереть, а в банальной невозможности. А ради Рафу она рискнула, родив ему Рейку. То-то она к ней так привязана была. Хотя, в этом деле есть один очень важный вопрос – а была ли Этсу бахироюзером, когда рожала первого сына? В клане Кояма уверены, что была. Сама она говорит о бонусах от маски. Кстати, маску они нашли вместе с Рафу, получается, этот Отои точно не Повелитель стихий. Ещё один важный вопрос – насколько часто Этсу с ним виделась? Точнее, понятно, что нечасто, вряд ли она могла незаметно навещать его каждую неделю, блин, да она даже Рейку навещала реже, но и полностью бросить сына она не могла. Всё-таки он носитель камонтоку Минамото. Собственно, меня интересует даже не то, как часто она с ним виделась, а то, какой информацией она с ним делилась. Насколько этот грёбанный Сакурай Отои в курсе дел Этсу? Я допускаю, что вообще не в курсе, ну а если наоборот? Знает ли он о Повелительстве его сестры? А про Хранилище на дне океана?

– Насчёт первых двух пунктов я не против, – произнёс я после некоторого обдумывания. – Третье для меня неприемлемо. Хотите судиться? Значит, будем.

– Быть может, третий вопрос всё-таки можно как-то урегулировать? – спросил Турнс.

– Не… – начал я, но не договорил, решив немного изменить ответ. – Не с вами. Семейные дела я буду решать только с самим Отои.

– Полагаю, сейчас мне большего не добиться, – кивнул своим мыслям Турнс. – Что ж, в таком случае я начну подготавливать бумаги по первым двум пунктам и ждать, когда вы проведёте анализы присланной вам крови.

– Так и сделаем, – ответил я. – Без анализов нам и говорить дальше смысла нет.

– В таком случае, – поднялся он со стула. – Приятно было с вами пообщаться. Всего хорошего. Мои контактные данные у вас есть, если возникнут вопросы, я готов ответить на них в любой момент.

Проследив за вышедшим из кабинета мужчиной, прикрыл глаза и чертыхнулся. Не было печали, так его растак этого италь… тьфу – немца. И клиента его, тысяча якорей ему в зад. Сидел бы тихонечко в тени, восстанавливал Минамото, но нет же, лезет сука на свет. И что со всем этим делать? Нет, ну серьёзно, старший брат?

Всё, хватит. Думать об этом пока бессмысленно – слишком мало данных. Приказ уже отдан, и люди работают по этому направлению, так что остаётся ждать результатов. И кровь на анализ. Правда я не сомневался в результатах этого самого анализа, но мало ли… Вдруг это поможет разведке выйти на парня? Мне же пока просто нечего делать, а значит, и нервы себе портить не стоит. Лучше займусь чем-нибудь более приятным, например, днём рождения Казуки. В этом году он попросил провести праздник в Токусиме, чтобы отвлечь жителей города от маньяка-поджигателя, который буквально на днях спалил ещё одно здание. Нам-то по большому счёту плевать на это, но таким способом он хочет помочь начальнику полиции и мэру. Так почему бы и нет? Мне всё равно надо туда ехать за подарком.

***

– Спасибо, Синдзи-сан, – улыбнулся Казуки.

– Да брось, – усмехнулся господин. – Ты бы лучше о празднике думал, а не о том, как помочь мэру.

– Это не будет лишним, – пожал Казуки плечами. – А в Токусиме, в принципе, и праздник проще устроить.

– Слишком уж ты серьёзный, – взлохматил ему голову господин. – Ладно, пойду я. Потренируюсь перед сном.

– Я то…

– Не, не, – покачал господин головой. – Сегодня с тебя хватит. Отдыхай.

– Как скажешь, – вздохнул Казуки.

Не то чтобы он фанател от тренировок, но чем он сильнее, тем проще господину.

Зайдя в свою комнату, Казуки первым делом сел за стол с компьютером. Было необходимо в очередной раз проверить, что происходит в группе, которую он не так давно создал. И в которой уже насчитывалось порядка шести сотен тысяч подписчиков. Притом, что в Токусиме проживало около семисот пятидесяти тысяч жителей, это было очень много. Правда в группу не только токусимцы подписывались, но это детали.

Всё было готово. Без всяких почти. Всё. Осталось лишь обозначить день. Когда Казуки очередной раз представил, как всё будет происходить, у него задрожали руки. Пришлось приложить усилие, чтобы собраться. Подарок будет действительно от всего города. Даже больше, чем от города, так как на специальный счёт скидывали деньги не только токусимцы. Точнее, токусимцы, но проживающие в других городах. Более чем восемьсот тысяч переводов, если брать уникальных пользователей. От одной йены, до тысячи. На большие суммы они поставили запрет. Изначально Казуки сомневался, что это стоит делать, но теперь понимал, что в ином случае было бы трудно потратить полученные деньги. Ни одна катана столько не стоит – новая, не антиквариат. Понятно, что были бы деньги, а куда их потратить найдётся, но счета будут выложены всё в той же группе Майничи, и тратить деньги, просто чтобы потратить? И так пришлось остаток суммы раскидать по больницам, приютам и другим подобным местам. Чуть больше шестисот миллионов йен. Шестьдесят миллионов рублей. Такая сумма реально была избыточна и, можно даже сказать, проблемна. Впрочем, проблем в этом деле и без того хватало. Начиная от организации, заканчивая такой банальщиной, как создание меча. А про секретность вообще лучше промолчать. Казуки мог лишь догадываться, сколько эта самая секретность стоила Монтаро-сану нервов. Он ведь не только своих людей задействовал, но и Танаку, гендиректора Шидотэмору, который для этих нужд целый временный отдел создал. Токусимские аристократы тоже принимали активное участие как в целом, так и в поддержании секретности в частности. Бывали моменты, когда Казуки становилось неуютно от того, какие силы он задействовал ради банального в целом дела.

Скоро, очень скоро всё закончится. Казуки и все те, кто впрягся в это дело смогут выдохнуть, господин получит нужный ему меч, а токусимцы – праздник. Так, спокойно, надо успокоиться. Ну же, руки, хватит дрожать!..

Глава 12

Всё, что вывозили из затопленного Хранилища, складывали в одном большом помещении под поместьем Аматэру в Токусиме. Изначально это помещение не было предназначено для хранения ценностей и тем более не относилось к сейфовому комплексу, где места для такого количества вещей просто не было. Точнее, если все ценности, которые хранились в сейфах, сложить… Точнее, сгрести в одну-две комнаты… То и для новинок место освободится, но наводить бардак ради подобного я не собирался. Проще разместить добытое из Хранилища Древних в отдельном помещении и уже после, разбирая артефакты, заполнять ими сейфы. И это я не беру во внимание драгоценные металлы. Дилетит-то, понятное дело, останется здесь, а вот серебро, золото, платина — да и драгоценные камни – отправятся в Имперский банк. Можно и продать, конечно, но денег сейчас хватает, так что пусть будет неприкосновенный запас.

Само помещение было размером с баскетбольную площадку, хорошо освещено и уже заставлено стеллажами. Пока что поднятые со дна океана артефакты располагались на стеллажах, которые стояли отдельными группами. Одна группа – одна ячейка Хранилища. Совмещать их мы пока не стремились, то есть располагать отдельно мечи, ножи, бижутерию и тому подобное было просто глупо, так как некоторые артефакты наверняка работают в паре с другими. Это я сейчас про магические артефакты. А ведь в ячейках Хранилища наверняка лежали и простые вещи, типа реликвий Рода, которые от магических артефактов довольно сложно отличить… Хотя, пожалуй, поправлюсь — магические артефакты трудно отличить от простых вещей. В общем, перемешивать найденное в разных ячейках было, как я и сказал, глупо – шанс разобраться во всех этих артефактах и так невелик, а если мы их ещё и перемешаем, то он и вовсе будет потерян.

— Пора искать специалиста по артефактам Древних, – вздохнул я.

— Это не проблема, – ответила стоящая рядом Атарашики. – У Аматэру есть свои специалисты.

Стояли мы на входе в помещение, оглядывая ровные ряды стеллажей, большая часть из которых уже была заполнена.

– У нас и такие Слуги есть? – удивился я. – Вот прям спецы?

— Не хуже Сакураев, – кивнула она.

-- Да ладно… – не поверил я. – Вот прям не хуже?

– Сакураи были очень хорошими археологами, – вздохнула Атарашики. – Что накладывало на них ряд ограничений. Сильно сомневаюсь, что всё свободное время они отдавали изучению истории. А вот у нас, у Аматэру, я имею в виду, есть два профессора, которые всё своё свободное время отдают изучению чего-то нового. Они, кстати, живут здесь, в Токусиме. Оба преподают в Токусимском государственном университете. Один занимается чисто историей Древних. Культура, социология и тому подобные вещи. Именно он помогал мне с картой. А второй специализируется на артефактах. Не только бахирных, но и вообще на всём, что успели создать Древние.

– Тебя послушать, – хмыкнул я, – так они реально не хуже Сакураев.

– Я не знаю, так ли это, Синдзи, – посмотрела она на меня. – Не разбираюсь в данной теме. Сакураи, несомненно, известны, но как по мне, только из-за их возраста и сферы деятельности. Подобных специалистов в их возрасте крайне мало, а уж с их достижениями, так и вообще… Не знаю. Может, такие и есть. В любом случае, я не склонна считать, что знания Сакураев уникальны. Аоки и Маэда профессора не только по должности, но и по званию. Они не археологи, как Сакураи, но здесь, – обвела она рукой помещение, – им это и не нужно.

– Я тебя понял, – произнёс я, вновь осмотрев ряды стеллажей. – Свяжись с ними, пусть приступают к изучению… этого, – и уже повернувшись в сторону выхода, замер. – Маэда и Аоки… Это случайно не те два забавных старичка-профессора, которые по совместительству “ветераны”-стрелки?

– Они самые, – улыбнулась Атарашики.

Я с ними встречался только один раз, при знакомстве со Слугами Рода, когда только стал Аматэру. Но запомнил. Реально профессора, преподающие в университете, примерно ровесники Атарашики, но при этом “ветераны”-стрелки, которые и бахиром-то занялись просто для того, чтобы добавить к жизни пару десятков лет. Весьма практичный подход к делу.

– Ясно. В общем, зови их, – произнёс я, выходя из помещения.

Под поместье я спустился, в общем-то, просто из любопытства. Было утро, время завтрака ещё не пришло, вот и решил сходить посмотреть на свои трофеи. В Токусиму мы прилетели вчера ближе к ночи, вся наша семья, плюс друзья Казуки. Сегодня должны прибыть уже мои друзья, но это, опять же, вечером, а вот на день у меня было запланировано лишь одно дело – забрать подарок Казуки у кузнеца. Чем занять себя всё остальное время, я даже не представлял. Наверное, стоит просто отдохнуть? С делами у меня, вообще, всё в порядке. И в плане их наличия, и в плане выполнения. Они есть, скучать не приходится, но всё идёт своим чередом. Никаких форс-мажоров. Разве что свадьба… Вот уж к чему я даже не знаю, как относиться. Норико, на мой мужицкий взгляд, вообще понемногу с ума сходит. Например, пару дней назад она прочитала мне трёхчасовую лекцию о правилах оформления пригласительных писем. Три, мать его, часа! Я уж даже боялся спросить, что именно ей от меня надо, ради чего эта лекция. Как выяснилось, она просто хотела уточнить цвет клематиса, которым будут оформлены письма. Цветок клематиса, если что, это мон Рода Аматэру.

В общем, если она и здесь, в Токусиме, где мы ради дня рождения Казуки, начнёт мне мозг выносить, я могу и сорваться.

После завтрака отправился к кузнецу. О встрече мы договорились ещё позавчера, так что меня должны ждать.

– Добро пожа… ловать. Аматэру-сан! Добро пожаловать! – приветствовал меня парень за стойкой продавца. – Меня зовут Хифуми. Я сейчас позову деда.

Рыжий парень, примерно лет восемнадцати, недолго думая, умотал куда-то вглубь дома, оставив меня одного. Даже поздороваться в ответ не дал. Вернулся через три минуты, причём из прохода, ведущего в кузницу, он выбежал пригнувшись, уворачиваясь от пролетевшей над головой железной чушки.

Сурово…

– Он тебе не Бентли, ушлёпок мелкий! – раздался из прохода приглушённый крик кузнеца. – Бегом за прилавок!

Заняв прежнее место и всё так же улыбаясь, парень произнёс:

– Прошу прощения, дед порой бывает невыносим. Он сейчас поднимется.

– А кто не Бентли? – поинтересовался я.

Улыбка парня стала несколько напряжённой.

– Да так, – произнёс он. – Это наши, семейные, шутки.

– Надеюсь, это не я, – произнёс я улыбнувшись.

– Нет, нет, конечно, не вы, – зачастил он. – Вы определённо не меньше, чем Мазерати.

– Это не ты, случайно автомастерскую держишь? – покачал я головой.

– Я, – ответил он слегка удивлённо.

– Говорят, ты ушибленный на всю голову уличный гонщик, – слегка преувеличил я то, о чём мне говорил его дед.

Ну или не слегка.

– Хе-хе… – засмущался он. – Ну что вы… То есть, я не ушибленный. Кто такое вообще мог сказать?

В этот момент появился его дед.

– Аматэру-сан, – поднял он руку в приветствии. – Рад вас видеть. Если этот убогий успел ляпнуть какую-нибудь ерунду, только скажите, я ему живо хвост накручу… – процедил он, бросив при этом взгляд на парня.

– Хе-хе… так я подстригся, – улыбнулся нервно Хифуми.

– Так и я метафорически… – отвесил он подзатыльник внуку, после чего покачал головой. – Послали боги внука.

За мечом мы спускались по узкой лесенке в подвал дома, где располагалась кузница Каруиханмы. Вполне себе современная, к слову. Пара… горнов, ну или как это называется, несколько станков, несколько наковален. На дальней от входа стене было свободное пространство, где на крючках висели четыре катаны. Вот одну из них, самую нижнюю, Каруиханма и взял.

– Ножны Руми делала, – произнёс он, подходя ко мне. – В свободное от работы время. Прошу, примите в качестве подарка имениннику.

Закончив говорить, кузнец поклонился, протягивая мне катану, которую он удерживал в двух руках.

– Несомненно, Каруиханма-сан, – кивнул я, принимая меч в простых чёрных лакированных ножнах. – А Руми-сан, получается, не только бизнес-леди.

– Искусство создания ножен для неё лишь хобби, – ответил Каруиханма. – Но несмотря на это, качество её изделий на высшем уровне. Она их по старой технологии делает, с обращением к богам, стихиям, различным ритуалам и тому подобное. Блажь, конечно, ну так потому и хобби. Просто ножны делать ей не интересно.

– С какими такими ритуалами? – спросил я подозрительно.

У меня в этом мире уже любые ритуалы подозрения вызывают.

– Без понятия, – пожал он плечами. – Я с ножнами не работаю. Танцы голой с бубном при луне, завывания в храме, тысяча поклонов куску дерева, ну или что там ещё эти сумасшедшие придумали.

– Вы серьёзно? – спросил я осторожно.

На всякий случай.

– Что? Боги, конечно, нет, Аматэру-сан! – взлетели его брови. – Да она максимум материалы в храм относила. Руми не настолько сумасшедшая.

Фух, значит, обычные ритуалы, которые японцы и в моём прошлом мире любили.

Чуть выдвинув из ножен клинок, полюбовался на блики стали, после чего задвинул его обратно. Понять, насколько крута работа кузнеца я не способен, не разбираюсь в этом, так что остаётся полагаться на общественное мнение, которое превозносит Каруиханму.

– Благодарю, Каруиханма-сан, – чуть поклонился я.

– Всегда пожалуйста, Аматэру-сан, – поклонился он в ответ.

Больше мне здесь оставаться незачем, так что можно и прощаться.

– Что ж… – начал я.

Но был прерван очень серьёзным кузнецом.

– Аматэру-сан, – поклонился он ещё раз. – Простите мне мою наглость, но я не могу упустить такую возможность, – после чего вновь склонился в поклоне. – Прошу, позвольте взглянуть на ваш меч!

Как и требовал от меня Цуцуи, я повсюду таскаю с собой чехол с катаной, так что и сейчас он был со мной. Понять интерес кузнеца к настолько легендарной вещи можно, но…

– И чем он вас так заинтересовал? – спросил я.

– До меня дошли слухи, что это “Коюби”, – ответил он. – Легендарный меч, переживший бой с Кицунэ.

Вот это и странно, откуда у него доступ к подобным слухам… А, точно, он же с аристократами постоянно общается. Перехватив подарок Казуки правой рукой, дёрнул левым плечом, на котором висел чехол с мечом.

– Только упакуйте его обратно, – произнёс я с улыбкой.

– Конечно, Аматэру-сан, – ответил он, двумя руками принимая от меня катану.

– Честно говоря, не знаю, что в ней может быть интересного, – пожал я плечами.

– Любопытство кузнеца, – ответил Каруиханма, осторожно вынимая меч из чехла, а сам чехол кладя на стоящий рядом стол. – Вы знали, что в Токусиме очень любят оспаривать различные легенды, где участвуют представители вашего Рода? – спросил он, проводя пальцами по ножнам. – Например считается, здесь считается, что тот бой с девятихвостым произошёл не на каком-то там небольшом безлюдном островке, а на Сикоку. А сам конфликт разгорелся из-за меча, что выковал другой кицунэ, живший неподалёку от Токусимы. Вроде как глава лисьего клана пытался затащить кузнеца к себе, чтобы тот делал мечи только им, а он возьми и выкуй очередной шедевр, который подарил главе вашего Рода, – произнеся это, Каруиханма медленно выдвинул меч из ножен. – А некоторые любители мифов и легенд даже утверждают, что тот кузнец уже состоял в клане кицунэ и меч выковал вопреки воле своего главы. Лет пятнадцать назад один режиссёр, выходец с Сикоку, даже пытался фильм об этом снять, но что-то у него там не заладилось.

– Интересное мнение, – улыбнулся я вежливо.

Так-то мне плевать было.

– Я всегда мечтал повторить… – запнулся он. – Выковать меч главе Рода Аматэру. Шедевр, что затмит славу “Коюби”, – после чего резко убрал меч в ножны и поднял на меня взгляд. – Это был интересный опыт.

Это он о “Коюби”? И что там интересного?

– Рад, что смог вам помочь, – произнёс я.

– Ну а я вам благодарен, – поклонился он, после чего начал убирать катану обратно в чехол. – И да, этот меч не для вас. Поверьте кузнецу, он выкован совсем для другой руки.

***

Поместье буквально ожило с приездом моих друзей. Одна только Мизуки и её бледное подобие – но всё-таки подобие – Тейджо умудрялись наводить шороху и поднимать всем настроение. Райдон с Анеко, Шина, Торемазу, Норико – вроде и не так уж много людей, но искренне улыбаться я стал чаще. Не стоит забывать и о Рейке с Казуки и его друзьями. Последние, правда, сильно стеснялись от такого обилия красоток, но со временем всё-таки влились в компанию. Не в последнюю очередь из-за того, что им не тыкали постоянно в лицо тем, что они простолюдины. Раха, оказавшись в компании такого количества сверстников… плюс-минус сверстников, тоже изображала из себя стесняшку, что было ещё одним поводом улыбнуться. А вот Эрна чаще проводила время с Атарашики.

Сам день рождения мы отметили именно в такой компании – Аматэру и их близкие друзья. Подарки не стали складывать в одну кучку для проверки СБ, а сразу, не отходя от кассы, дарили Казуки. Я был последним, преподнеся своему воспитаннику обшитый клематисом чехол, в котором лежала и сама катана. То, с какой осторожностью и благоговением он вынимал меч, вызывало улыбку и удовлетворение – я определённо угадал с подарком. Вынимать клинок из ножен он не стал, просто осмотрел меч, приложил его к груди и глубоко поклонился.

– Главное, не забывай, – произнёс я с улыбкой. – Меч – это в первую очередь инструмент. Не стоит ему поклоняться.

– Никогда, – произнёс Казуки с серьёзной миной. – Он будет служить. Служить только одному человеку.

Я даже несколько растерялся от подобного ответа, благо что ситуацию спас Тейджо.

– Этот мелкий реально стрёмный тип, – заметил он, сидя за праздничным столом и уплетая данго.

Ну а на следующий день состоялось официальное мероприятие в честь дня рождения Казуки. Проходило оно в здании мэрии, и помимо местной аристократии на нём присутствовали и многие другие аристократы страны. Перечислять всех я смысла не вижу, но топовые Рода страны там были. Как и семейства моих друзей. Ну и Шмитты. И Токугава. И… Много, короче, кто был. А ведь скоро наша с Норико свадьба, на официальной части которой будет ещё больше народа.

Скорей бы уж это всё закончилось.

Уже на следующий день в Токусиме нам делать было нечего, но вылет самолёта, который должен был увести всех разом в Токио, был запланирован только на вечер. А утром после пробежки, тренировки и завтрака ко мне подошёл Казуки.

– Синдзи-сан, – произнёс он смущаясь. – У меня к тебе просьба.

– Говори, – кивнул я с улыбкой. – Помогу, чем смогу.

– Надо кое-куда съездить, – произнёс он, не поднимая глаз. – Только не спрашивай куда, это сюрприз.

– Хм… – выдал я многозначительно. – Ну раз сюрприз, то не стану. Намекнуть-то хоть можешь? Мне ж любопытно.

– Не могу, – ответил он. – Ты скоро сам всё поймёшь.

– Ну как скажешь… – протянул я.

Мне и правда было любопытно. Предположений в голове крутилось столько, что проще и вовсе об этом не думать.

Куда-то там мы отправились в полдень. Не только мы с Казуки, но и наши друзья и Атарашики. Признаю, я не утерпел и попытался по-тихому выяснить у них, что они знают. Не получилось. Атарашики молчала и ухмылялась, а друзья, как мои, так и Казуки, сами были не в курсе. Так я ещё и спалился, поймав его укоризненный взгляд. Ну, нет и нет, потерплю.

Со мной в машине ехал Казуки, остальные расположились в других авто и следовали за нами. Вживую я Токусиму плохо знал, но вот названия улиц, приметные места и сама карта города из памяти никуда не девались, так что куда мы едем, я стал подозревать уже на полпути, а когда увидел в окне толпу людей, убедился точно. Главная площадь Токусимы. Вряд ли все эти сотни… хм, или тысячи? Вряд ли все эти люди собрались тут просто так. Вышли мы на восточной стороне площади, возле огромного торгового центра, но, судя по деревянной площадке возле здания, внутрь мы не пойдём.

Да что тут, блин, происходит? Это как-то связано с днём рождения Казуки?

Я шёл за своим воспитанником прямиком на временную сцену, в то время как Атарашики придержала наших друзей, собрав их в кучку неподалёку. Присутствовали тут и камеры. Большие, профессиональные – такими телевизионщики пользуются. Поднявшись по небольшой деревянной лестнице, прошли чуть вперёд и остановились в центре сцены. Я к тому времени уже и не думал о том, что здесь происходит, пытаясь абстрагироваться от накатывающих на меня эмоций. Целого моря эмоций. Первый раз с таким сталкиваюсь. Я ведьмак, с эмпатией у нас всё непросто, ощущать я могу только очень сильные эмоции, и, стоя перед многотысячной толпой, я словно на берегу моря стоял. Целого моря предвкушения, радости, гордости… воодушевления, если я правильно разобрал эту эмоцию. Ещё и Казуки за правым плечом фонить этим самым возбуждением начал. Это не первая толпа, которую я вижу, но чтобы такое количество людей разом испытывало столь сильные чувства, да ещё и направленные на меня – такого со мной никогда не было. Это сбивало с толку, мешало думать, захлёстывало с головой, мне приходилось прилагать усилия, чтобы держать лицо, иначе я даже и не знаю, на кого был бы похож.

И да, здесь не просто несколько тысяч людей, их тут десятки тысяч. Наверное, и больше пришло бы, но площадь и так не могла вместить всех желающих, так что заполнены были и три широкие улицы, ведущие с площади. Вышедший вперёд Казуки, занял место чуть правее от меня.

– Я не специалист в красивых речах, Синдзи-сан, – произнёс он. – Поэтому буду краток и лаконичен. Вам нужен меч. Клинок, который не будет ощущаться как металлическая палка… – сглотнул он, унимая волнение. – Я хотел вам помочь, но в одиночку это сделать трудно. И тогда я пришёл в Токусиму и бросил клич. И жители города откликнулись. Все. Аристократия и простые люди, преступники и жрецы, мы все объединились в желании помочь вам. Каждый из нас что-то сделал. Мы обсуждали, собирали деньги, организовывали, искали… старались действовать тихо, чтобы это было сюрпризом. Это дар всего города. Сотни тысяч людей склоняют головы и просят принять этот дар.

Посмотрев в сторону собравшихся людей, Казуки поднял и резко опустил руку. После чего из первых рядов токусимцев вышел паренёк лет двадцати, который на вытянутых руках нёс катану. И от него прямо-таки сшибало смесью гордости, воодушевления и восхищения.

– Ни грамма органики, – произнёс Казуки тихо. – Этот меч – сплав традиций и самых высоких технологий.

Взойдя на сцену и подойдя к нам, парень глубоко поклонился, выставив вперёд руки, на которых покоился меч. Чёрные лакированные ножны, белая самэ на рукояти – как правило, это кожа ската, красная обмотка этой самой рукояти, золотистого цвета металлические части катаны. С одной стороны – обыкновенная классика, но… Сложно это объяснить. Для меня в тот момент огромная толпа токусимцев в эмоциональном плане представляла собой нечто аморфное, но, несомненно, единое, и парень, стоящий передо мной с мечом в руках, был… щупальцем этой массы. Не отдельным человеком, а словно рукой этой толпы. Даже не так. Аморфное – не то слово. Я словно перед огромным пылающим нечто стоял, и языки пламени этого существа протягивали мне меч. Я рациональный парень. Материалист. Умом я понимал, что со мной происходит, понимал и боролся с этим. Как мог. Не хотелось мне быть поглощённым чужими эмоциями. Тем не менее… некоторую адекватность я в тот момент всё же потерял.

– Наши души вложены в этот меч, – произнёс парнишка, не разгибаясь. – Не побрезгуйте, господин.

Его последние слова отозвались во мне раздражением. Подняв голову, окинул взглядом многотысячную толпу людей

– О какой брезгливости ты говоришь, Токусима? – произнёс я, незаметно даже для себя используя Голос, от чего парень, стоящий в поклоне и по-прежнему держащий в руках меч, вздрогнул. – Разве кто-то может пренебречь подарком, глядя на ваши души? – сделав небольшую паузу, я продолжил: – Я не понимаю, чем заслужил твоё отношение, Токусима. Восхищение, преданность, уважение. Как я могу пренебречь всем этим при взгляде на тебя? – уже даже не говорил, а цедил я слова. – Это раздражает… Я не желаю больше слышать подобных слов.

И Токусима услышала меня. Парень с мечом начал дрожать, а по толпе жителей города, собравшихся сегодня здесь, пробежала волна. Десятки тысяч человек склоняли головы в поклоне. Из-за чего я поджал губы. Они вообще поняли, что я пытался до них донести?

Протянув левую руку, взял протянутый мне меч. Длина, тяжесть, внешний вид. Он мне нравился. Чуть выдвинув клинок из ножен, глянул на тёмную сталь. Хищно. Мы определённо с тобой подружимся.

– Я принимаю дар. Слышишь, Токусима? Я принимаю твой дар! – поднял я руку с мечом. – Я принимаю твою душу! – молнии заструились по моему телу, но я уже ни на что не обращал внимания, отдавшись эмоциям. – И можешь поверить мне на слово, Токусима, он всегда будет рядом со мной! Даже если ты его не видишь… – сжал я кулак, убирая меч в подпространство. – Он всегда будет рядом. – опустив левую руку, я медленно поднял правую, в которой появился тот самый меч, но уже без ножен. – Как и ты, Токусима. И пусть тот, кто решит выступить против тебя, молится, потому что первым, с кем он столкнётся, буду я.

***

От затопивших меня эмоций я отошёл только на полпути обратно в поместье. Сидя в машине с мечом между коленями, я смотрел в окно на улицы города и размышлял о случившемся. И чем больше размышлял, тем больше мне хотелось отругать Казуки, который сидел рядом со мной. Хотел, но не мог. Слишком много сил и нервов он потратил на организацию этого мероприятия. Не мог я высказать ему претензий. Да и говорить о том, что частично потерял контроль, не хотелось. А ведь помимо этого я ещё и продемонстрировал всему миру свою способность убирать предметы в… куда-то. Вряд ли кто-то понял, куда. Но сам факт, да и аналитики только приступают к работе. Ну и под конец я… Хорошо хоть удержался от прямых обещаний, но ещё парой ниточек я к городу себя привязал.

Так что да, отругать Казуки хотелось.

– Спасибо, – произнёс я, глядя в окно машины.

– Не стоит, господин, я только рад помочь вам, – произнёс он чуть взволновано.

В отличие от меня, он всё ещё был под впечатлением от того, что произошло. Он, конечно, даже по моим меркам ведьмак хреновенький, но всё же. Общий эмоциональный фон должен был уловить.

– И тем не менее я благодарен, – произнёс я, поправив катану.

Чуть позже я узнал, что меч действительно дар всего города. Они пару месяцев занимались данным вопросом. Деньги на меч дал чуть ли не каждый взрослый токусимец, аристократы собрались небольшой толпой и пошли уговаривать клиентов Каруиханмы, чтобы те подождали своей очереди чуть дольше. И да, меч ковал именно Каруиханма. Ножны делал какой-то другой мастер, имя которого мне ничего не говорит. Рукоять – третий. Сам меч собирали в храме Аматэрасу. Плюс секретность каким-то макаром умудрились сохранить…

Когда мы вернулись в поместье, мои друзья всё ещё выглядели немного возбуждённо. Кроме Мизуки, та от переизбытка чувств вообще одними междометиями первое время изъяснялась. Я же первым делом пошёл искать чехол для моего нового меча. Правда так ничего и не нашёл. Удивительно… А может, и неудивительно. Всё-таки вещь сугубо практичная и даже в доме потомственных мечников не обязан быть запас чехлов. Их проще заказать, ну или в магазине купить, чем держать лишние. Бежать в магазин или пусть даже слать кого-то в магазин я не стал – займусь этим вопросом в Токио. Закажу уже с вышитыми монами Аматэру. Можно, конечно, и вовсе не париться, а носить в подпространстве, но у меня приказ от учителя держать при себе меч. Носить один в чехле, а второй в подпространстве я посчитал глупым. Правда теперь возникнут вопросы по поводу того, куда у меня на площади Токусимы меч из руки пропал… Ой, да ладно. Плевать мне на чужие вопросы. Без конкретных ответов любые догадки догадками и останутся.

Кстати, когда мы вернулись в поместье, ребята, естественно, попросили показать меч, и если тот же “Коюби” я давал вообще без каких-либо эмоций, то подарок токусимцев мне в чужих руках видеть не хотелось. Я, конечно, переборол это глупое чувство, но… Но отвести взгляд от ходящего по рукам друзей меча было сложновато. Надо бы имя ему придумать. Или ну его нафиг? В конце концов, это всего лишь инструмент.

***

Напряжённый выдался месяцок, а ведь ноябрь ещё не закончился – двадцать седьмого числа день рождения Норико, и быть на нём я обязан. Так что не прошло и недели после возвращения в Токио, а я вновь ехал на праздник. Ну хоть не в другой город. Поместье Кагуцутивару находилось в пригороде Токио в районе Комаэ, и чтобы добраться до него на машине, мне пришлось пересечь весь Токио. Довольно неудобно. Хотя особняк у меня в таком месте расположен, что мне вообще к большинству аристократов через весь город добираться приходится. Это если про родовые поместья говорить.

У ворот особняка меня встречала Норико со своим отцом. Так как приём в её честь, встречать гостей нужно именно ей, ну а так как девица она незамужняя, пару ей составлял ближайший родственник мужского пола. Оба были одеты в кимоно, Кагуцутивару – в синее, Норико – в бело-красное.

– Аматэру-кун, – улыбнулся мне Кагуцутивару Сейчи. – Рад тебя видеть. Добрался без проблем, надеюсь?

– Кагуцутивару-сан, – чуть поклонился я. – Без проблем, слава богам. Норико, – улыбнулся я невесте. – Это банальность, но ты красавица.

– Здравствуй, Синдзи, – произнесла она, улыбаясь.

Красивая, элегантная, чуть румяная. Невеста у меня действительно красавица, но этим в среде аристократов сложно удивить. В остальном же будет видно уже после свадьбы.

На приём я пришёл без пары, понятное дело, так что, как только прибудут все гости, Норико займёт своё место рядом со мной. Поэтому приветствовать знакомых, прибывших на приём раньше, я начал в гордом одиночестве. Охаяси, к слову, не пригласили, как и Кояма. Кагуцутивару вообще смотрели свысока на Рода, возраст которых меньше двух тысяч лет. Точнее, они и на двухтысячелетние Рода свысока смотрели, но тех они хотя бы уже за взрослых принимали и могли даже на приём пригласить.

– Тайра-сан. Добрый вечер, – поздоровался я с главой Рода Тайра.

– Здравствуй, Аматэру-кун, – кивнул он мне.

– Госпожа, – кивнул я старушке, которая сопровождала Масару.

Тайра Айко – старшая жена Тайры Масару. На моё приветствие она улыбнулась и чуть наклонила корпус, слегка поклонившись.

– Аматэру-кун, – произнесла она негромко.

После того как мы поприветствовали друг друга, и обменялись вежливыми вопросами о жизни и делах, я, наконец, спросил то, что меня действительно интересовало:

– Кстати, Тайра-сан, вы не в курсе, что там происходит в канцелярии Императора? Почему Император ещё не подтвердил власть Токугава над землями в Малайзии?

– Чиновники – такие чиновники, Аматэру-кун, – произнёс он, слегка ухмыляясь. – Я даже не представляю, что у них там в головах.

Не понял. Он надо мной что, издевается? А причина? С чего это он решил посмеяться? Я ему что, где-то дорогу перешёл? С какого фига такое отношение? Неужто нельзя просто ответить или дать понять, что не может ответить? Стою, смотрю на него, молчу. Дождавшись, когда ухмылка старика начала увядать, нарушил тишину:

– Понятно. Спасибо за ответ, – сказал я. – Всего хорошего, Тайра-сан. Приятно провести вечер.

Разворачиваюсь и ухожу. Общаться с Тайра мне сегодня резко расхотелось. Может на словах его поведение и выглядит ерундовым, но вот если видеть, как он повёл себя, его ухмылку… В общем, надо с этим разобраться. Увы, но пока я не разобрался с их претензиями к клану Асука, от резких ответов придётся отказаться. Да и в целом, Тайра не те люди, чтобы создавать из них врага на ровном месте.

Тут главное – не проворонить, когда они тебя сделают своим врагом.

Нужные мне подробности я узнал от Кагуцутивару Фумики – Старейшины Рода Кагуцутивару. Он как раз прогуливался по двору поместья с главой своего Рода. Вот после приветствий и короткого разговора ни о чём, я и задал свой вопрос, а ответил мне именно Фумики, несмотря на то, что министром финансов, а значит, и более информированным о делах двора, был глава Рода Баку.

– По слухам, – произнёс медленно Фумики, покосившись при этом на Баку, – это не более чем императорская вредность. Насколько я знаю, приказа доказать, что Токугава не имеет права на земли, не поступало.

– Мелочно как-то, – произнёс я удивлённо.

– Этим делом занимаются Хэгури, – заметил Баку, – так что даже мы не в курсе всего. Что там Император приказал своим вассалам, знают только они сами.

Хм. Хэгури у нас как раз канцелярию и контролируют. Как имперскую, так и императорскую. Не полностью, так что…

– И никаких слухов? – уточнил я.

– Слухов полно, – пожал плечами Фумики. – Да толку с них? Но самый распространённый говорит именно о вредности Императора. Не хочет он просто так давать Токугава земли.

– Но эдикт… – взлетели мои брови. – Не может же он…

– Доказать, что Токугава недостойны, легко, – произнёс Баку. – На этом и строится игра. Токугава, да и не только они, просто не знают, что последует дальше. Но как мне кажется, земли им отдадут. Империи этот клочок земли не особо-то и нужен, а возвращать его малайцам… – пожевал он губами. – Уж лучше Токугава.

– Понятно… – протянул я. – Спасибо, что прояснили данный вопрос.

Главное, Токугава ещё не в пролёте, а значит… Блин, вот нафига мне это? Токугава в моём будущем клане? Так я и без них проживу. Слишком уж много с ними гемороя. Я вообще с ними изначально из-за Кена связался. С другой стороны, раз уж впрягся, надо довести дело до конца.

Норико освободилась примерно через час после моего появления, с этого момента я шатался между гостями с ней под ручку. Это где-то даже приятно было. Невеста не мешала мне заниматься делами, при этом была умна, бойка на язык и остроумна. В общем, общаться с ней было интересно. И это спасало, так как приём в целом получился скучноватым. Лично для меня, естественно, про других ничего сказать не могу. Просто, как я и говорил, состав гостей Кагуцутивару был ограничен по возрасту Рода или клана, в то время как я, так уж получилось, в основном вёл дела с “молодняком”. Да, у меня были связи и со “старичками”, но, скажем так, личные. Ещё и реально с людьми преклонного возраста. О чём мне с ними говорить? Были, конечно, исключения в виде Отомо. С Акинари я минут пятьдесят проболтал, но провести с ним весь вечер, увы, не мог. Приходилось и другим людям время уделять. Так я ещё и с приёма ушёл в числе последних – не мог оставить невесту.

В общем, было скучновато.

Ну а дома меня ждал сюрприз. Весёлая Атарашики завела ко мне в кабинет красную словно помидор Эрну и объявила, что та беременна. Ну круто, чё. Теперь ещё одну свадьбу организовывать.

– Ох уж эта молодость, – произнёс я, потирая переносицу.

– И не говори, – покачала головой улыбающаяся Атарашики.

– И тебя это не смущает? – поинтересовался я. – Казуки ведь ещё и восемна…

– Да плевать, – отмахнулась Атарашики. – В моё время это нормой было. А сейчас… Главное – этой когда-то девице годков достаточно. От вас, мужиков, и не требуется быть взрослыми.

– Ох уж это дерьмище… – посетовал я и вернулся к полировке переносицы.

Глава 13

"Коюби" я оставил у себя в кабинете. Надо меч обратно в Хранилище отвезти, но что-то лень, а гонять ради такого Атарашики как-то неловко. Так что пусть лежит, потом как-нибудь отвезу. Наверняка ведь потребуется зачем-то ехать туда, вот и захвачу его с собой. Заодно и с чехлом не надо париться — просто возьму тот, в котором "Коюби" таскал. Кстати, заметил за собой забавную привычку, связанную с моим новым мечом. Ещё в самолёте заметил. Я, пока добирался до дома, просто держал его в руках – чехла-то не было. Как правило, если я находился в сидячем положении, ставил его между коленями и большим пальцем левой руки, давил на цубу, она же гарда, снизу вверх, отчего клинок немного выдвигался из ножен, а обратно задвигал его ударом ножен по полу. Щёлк, и клинок вышел, хлоп, и он опять в ножнах. Дома я носил меч без чехла, не только новый, но и "Коюби". Переодевался в домашнее кимоно, засовывал меч за пояс и так ходил. Ну а если в кресло садился, вынимал из-за пояса и прислонял к креслу. Теперь же, если я не работал, меч оказывался между колен, и всё начиналось по новой – щёлк-хлоп, щёлк-хлоп. Уж не знаю, с чего у меня такое, но прикольно. Словно семечки грызёшь — если начал, остановиться сложно. Впрочем, какого-то острого желания делать так постоянно у меня не было – пока меч находился в чехле, я и не думал о нём.

Между тем скоро декабрь. В этом месяце меня ждут дни рождения Кагуцутивару Фумики, Шины, свадьба с Норико, а в конце декабря ещё и начало операции против Хейгов. Официальное, если так можно выразиться, начало. Именно под новый год Коширские подписывают контракт с кланом Хейг, после чего деваться им будет уже некуда.

Щёлк-хлоп, щёлк-хлоп.

— Бригада пожарных оперативно прибыла на место возгорания…

Этот токусимский маньяк-поджигатель начинает раздражать.

Я, как и обычно по утрам, сидел перед телевизором и смотрел утренние новости. Понимать, чем живёт страна, а не только аристократы, необходимо, вот я и старался быть в курсе дела. Новости главного государственного канала и несколько ежедневных газет каждое утро.

Щёлк-хлоп, щёлк-хлоп.

– Сокровища доставили в Сиак-Сри-Индапура, откуда планируется перевезти их в метрополию…

Мир не стоит на месте и не крутится вокруг меня. Пока я творю историю, очищая затонувшее Хранилище, кто-то нашёл ухоронку какого-то древнего аристократа и теперь в Токио летит целая куча неопознанных артефактов. Ерунда по сравнению с тем, что я делаю, но чтобы всколыхнуть страну, а возможно, и не одну, хватит и подобного. Для меня в этой новости интересно даже не то, что клад нашли, а то, что про него стало известно. Сомневаюсь, что без внешнего вмешательства про клад узнала бы широкая общественность. Что там произошло, можно гадать вечно, но история явно непростая.

Щёлк-хлоп…

— Митинги в столице Филиппин Маниле…

Митинги – это хорошо. Сам по себе никакой митинг не заставит американцев уйти с насиженных баз, тут важно общественное настроение в целом.

– Господин, – зашёл в гостиную Каджо Суйсэн. – Прибыли Вакия Тейджо и Кояма Мизуки.

– Казуки в курсе? — посмотрел я на него.

– Он их встречал, -- ответил Суйсэн.

Отлично.

– Я понял, спасибо, что предупредил, – кивнул я ему.

На что старик поклонился и тихо ушёл.

Скоро должен ещё и Мамио подойти, но пока что ими занимается Казуки. Точнее, здесь, в моём особняке, ими занимается Казуки, я же их тренирую раз в неделю на базе за городом. Впрочем, бывает, и здесь к ребятам присоединяюсь. Ладно, мне в любом случае надо выйти поздороваться с ребятнёй, а то как-то некрасиво будет.

По делам я отправился только после того, как дождался Мамио. Вроде и мелочь, парень точно на меня не обиделся бы, но мелочь важная. Это сейчас он, по сути, ребёнок, а когда вырастет… Собственно, я сам стремлюсь к тому, чтобы он вырос думающим волевым человеком, и я хочу, чтобы этот волевой человек меня уважал. Ну, и помогал по мере сил. Так что, дождавшись Мамио, пожелал ему удачи на тренировке и отправился по своим делам. А дело у меня сегодня, по факту, одно – Отомо Акинари и выход онлайн-игры. Тоже, кстати, дело, рассчитанное на будущее. Акинари, конечно, не Мамио, но добиться от него доверия в будущем можно. Глава Рода Отомо, который прислушивается к моим словам, это гораздо важнее, чем глава Рода Укита. Так что совместное дело сейчас, пусть и не столь важное для меня, как когда-то, – это вложение в наши с ним доверительные отношения в будущем. Главное, не останавливаться на одних лишь играх. Хорошо бы втянуть его в ещё какое-нибудь дело, но пока я даже не представляю, в какое.

– Привет великим игроделам, – поднял я руку, заходя в его кабинет, расположенный в главном офисе Маракайто.

Подняв голову, оторвавшись от экрана ноутбука, Акинари кивнул. Как всегда высокомерно, но в его исполнении это выглядело уместным. Ну или не раздражающим, если быть более точным.

– Приветствую Патриарха, – произнёс он, после чего покосился на экран ноута. – Дела у нас с тобой отличные, к слову. Иди сюда, глянь.

Обойдя его стол, встал за плечом парня.

– Ты думаешь, я что-то понимаю в этих графиках? – спросил я его.

– Неуч ты высокородный, – отозвался он не поворачиваясь. – Пятьсот тысяч уникальных пользователей, тридцать тысяч постоянного онлайна. И это в первые три дня!

– Как по мне, так себе, – не стал я разделять его радость. – Последнюю часть Межсезонья ты за неделю пять миллионов раз продал.

– Ну ты и сравнил, – посмотрел он на меня с удивлением. – Межсезонье – это раскрученный и очень мощный бренд, а это… Тёмная лошадка. Просто проба пера. И ты глянь, насколько удачная. А ведь люди ещё даже не распробовали, во что вляпались. Уверен, цифры будут только расти, но уже сейчас, чтобы не терять темп, надо формировать команду для второй части. Выделить людей для поддержки этой и начинать следующую.

– М-м-м… Акинари. Ты сейчас следуешь логике обычных игр, – произнёс я. – Это онлайн… пусть будет песочница, нельзя сразу давать клиентам вторую часть.

– Ты меня ещё поучи, – усмехнулся он. – На играх я зарабатывать умею, поверь. Разработка второй части затянется года на три минимум, на этот раз не стоит всё делать побыстрее и хоть как-нибудь. И все эти три года первая часть будет поддерживаться. Три года вполне достаточный срок, чтобы распробовать новый вид игрового жанра.

– А если людям эта часть зайдёт? – спросил я. – Вот прям настолько, что нам будет невыгодно выпускать следующую?

– Это вряд ли… – вздохнул Акинари, после чего кивнул на экран ноутбука. – Графики хороши, но не настолько.

Помолчали.

– Ладно, тебе лучше знать, – произнёс я. – Давай лучше поговорим о моём новом игровом сервисе.

Название я ещё не выбрал, да и выбирать его будут специальные люди, а не я, но сам сервис постепенно создаётся. Даже без дочери в моём прежнем мире я знал, что такое Steam, и собирался повторить его успех.

– Кстати да, – развернулся он ко мне вместе с креслом. – Я почитал твои выкладки и, знаешь, готов посодействовать. Маракайто будет отличным локомотивом в продвижении сервиса. Не за просто так, естественно, – закончил он улыбаясь.

– Готов выделить процент, – изобразил я тяжёлый вздох.

– Что? – возмутился он. – Десять, не меньше.

– Да ты не офигел ли, блондинчик? – взлетели мои брови.

В итоге сошлись на пяти процентах новой компании, которая и будет заведовать новым сервисом. Дороговато мне выходит участие Маракайто, но, как и было сказано ранее – хорошее отношение с будущим главой Рода Отомо стоит дороже денег. Пусть и таких больших.

***

Свадьба… Подготовка к свадьбе неслабо попила моей крови, в основном благодаря Норико. В целом, если я начинал задумываться о своей будущей женитьбе, то каких-то негативных чувств к ней не испытывал, но… Видимо, есть в мужиках какое-то внутреннее неприятие того факта, что его свободная жизнь так или иначе закончится. Опять же, в Японии этого мира не так уж я и ограничен буду, тем не менее некое раздражение постоянно зудело на задворках сознания.

И вот оно случилось.

Первого декабря я сидел в гостиной своего особняка и наблюдал за спокойно сидящей в кресле Атарашики. Спокойна-то она спокойна, только вот сидит она с мобильником в руках и постоянно кому-то там строчит сообщения.

– Всё, поехали, – убрала она телефон в сумочку.

Сначала наш путь лежал в поместье Кагуцутивару, где я должен был забрать свою невесту и уже с ней отправиться в храм. Такое себе решение, но это традиция. Не знаю, как было в Японии моего прежнего мира, а тут жених забирает невесту из её дома. И ладно бы они где-нибудь поближе находились, но, чёрт возьми, район Комаэ… Через весь, чтоб его, город тащиться. Ехали колонной из нескольких машин – моя, Атарашики с Казуки, охранников. Ехали рано утром, так что хоть с пробками повезло. В храм поедем уже в час пик, но родители невесты не абы кто, а Род министра финансов страны, так что они обо всём договорились, и у наших кортежей будет полицейское сопровождение.

Норико ждала меня в прихожей главного здания поместья. Специальное белое кимоно, символизирующее чистоту и непорочность, белый головной убор цунокакуси, в общем, классическая японская невеста. Правда, очень красивая и очень богатая – одежда и украшения на ней нехилую сумму стоят. Семейство Кагуцутивару стояло у неё за спиной, одеты, как и все мы, в традиционные японские одежды. Женщины в кимоно различных расцветок, исключая красный, мужчины в классические хаори с хакамой. Ну и хаори химо – плетёный ремешок-завязка на пузе. У кого-то белоснежный, как у меня, у кого-то празднично-золотой.

– Я думал, что это невозможно, – произнёс я, подойдя к ней. – Но ты всё-таки стала ещё красивей.

Она и так-то чуть ли не светилась, а после моих слов и вовсе засияла.

– Спасибо, – только и смогла выговорить Норико.

– Пойдём, – протянул я ей руку. – Карета подана.

Хорошо, что никаких ритуальных фраз говорить не нужно. Хоть в этом повезло.

Свадебная церемония должна проходить в храме Аматэрасу, точнее, кому посвящён храм, не очень важно, но невеста уходит в мой Род, а покровитель Аматэру известно кто. Но перед этим нас ожидает фотосессия. Простым японцам по большому счёту плевать, где она проходит, чаще всего они фотографируются в фотостудиях, для нас же подготовили и фотостудию, и специальное место в храме. Ах да, фоткаться будем не только мы, но и вся родня с обеих сторон, так что по времени фотосессия точно затянется. Ну так и на свадьбу, в целом, выделен весь день.

До храма мы добрались только к обеду. Всё это время, замечу, никто не ел. И обеда у нас тоже не было. Во всяком случае, у нас с Норико, но нам по традиции полагалось до самого банкета голодать, а что там с остальными, не в курсе. По крайней мере, я не видел, чтобы кто-то перекусывал. В храме мы продолжили фотосессию, на что потратили ещё час. И только после неё отправились в, собственно, храм. В Токио не было особо больших храмов Аматэрасу, да что уж там, их в Токио вообще было всего две штуки. Сколько их было в Токио моего прошлого мира, я даже приблизительно не знаю, не интересовался, но среди самых значимых храмов столицы святилище Аматэрасу отсутствовало.

Церемония началась с обряда очищения. Два жреца что-то там заунывно пели, обрызгивая нас освящённой водой, используя при этом ветви сакаки. Ветви тоже непростые, а срезанные с дерева, стоящего в Исэ-Дзингу – полузакрытом храме, посвящённом Аматэрасу. Полузакрыт он потому, что его ещё и как Имперскую сокровищницу используют. Именно там хранится несколько государственных реликвий. Император их оттуда не забрал только потому, что Исэ-Дзингу, ну или просто Дзингу, умудрился сохранить эти реликвии даже во времена бессилия Императорского Рода. Никто так и не смог забрать их себе, хотя те же Токугава, насколько я знаю, пытались. В общем, очень уважаемый храм. Его “священность” не подвергается сомнению никем.

К слову. В храм вместе с нами вошли самые близкие наши родственники. Атарашики, Казуки, который по идее здесь быть не должен, так как в Род его принимала не Атарашики. Отец и мать Норико, ну и глава Рода Кагуцутивару – он же по совместительству дед моей невесты. Уже жены почти…

После того как нас обрызгали водой, жрецы без перехода начали другой обряд – воззвание к богам. По идее они спрашивали у богов, в данном случае у богини, разрешения на этот брак. Признаться, я никогда не слышал, чтобы боги не давали разрешения парам жениться, и если бы это было в моём прежнем мире, я бы только плечами пожал, здесь же… На моей свадьбе… С учётом того, что пару раз я даже общался с богиней…

– Аматэрасу-о-ками-сама даёт своё… – начал жрец.

– Благословляю, – раздался у меня в голове женский голос.

Судя по лицам жрецов и вспышкам удивления, не только у меня. Значит, и стоящие у нас за спиной родственники всё слышали. Вот ведь… Даже жениться нормально не дают. Ну что за мир безумный?

– Достойная пара, дитя, – услышал я у себя в голове мужской голос. – Будь достойна моего имени.

Не часто я испытываю чувства, когда мне уже настолько плевать, что… Уже даже ругаться не тянет. Плевать на всё. Богиня солнца, бог огня… вообще срать.

Уже после слов Аматэрасу жрецы упали в позу догэдза – демонстрируя наивысочайшее почтение, а после слов Кагуцути за спиной, со стороны Кагуцутивару, зашуршала одежда. Видимо, они тоже изобразили нечто подобное. Забавно, но со стороны Атарашики и Казуки не донеслось ни звука. В присутствии главы Аматэру не кланяются никому. Я сейчас про нечто столь почтительное как догэдза. Впрочем, ни Атарашики, ни Казуки вообще не пошевелились, а ведь могли и просто поклониться.

Норико тоже удержалась от поклона. Именно что удержалась. Когда заговорила Аматэрасу, она просто замерла с широко раскрытыми глазами, а когда заговорил Кагуцути, дёрнулась упасть ниц, но на полпути остановилась и, бросив на меня взгляд, выпрямила спину.

– Теперь ты Аматэру, – произнёс я тихо, дабы поддержать девушку. – А моя жена не кланяется тому, кому не кланяюсь я.

В какой-нибудь Европе то, что мы сидели на коленях в этот момент, уже означало бы многое, но мы в Японии, и на коленях мы сидели, а не стояли. Это важно. Никаких поклонов из этой позы. Я слишком русский, и для меня подобное неприемлемо.

– Но это же… – пробормотала она едва слышно.

Я же бросил взгляд на статую Аматэрасу, перед которой мы сидели.

– Твой муж немного псих, Норико, – произнёс я спокойно. – Привыкай. Они ушли, – повысил я голос. – Продолжайте церемонию.

Когда жрецы пришли в себя и поднялись на ноги, перед нами поставили три чаши с сакэ. Сан-сан-кудо – обряд мне не понятный, ну так я и не вникал в его историю. Первым чашу брал я, после чего касался её губами и передавал Норико, которая повторяла мои действия и ставила чашу обратно. Со второй чашей так же, а вот из третьей, я сделал небольшой глоток. Как и Норико после меня. Ну и напоследок мы подняли по ветви всё того же дерева сакаки и, поднявшись на ноги, возложили их к ногам статуи Аматэрасу. Всё. Теперь мы муж и жена. Хотя после того, как боги вмешались в церемонию, её можно было и заканчивать.

После того, как мы вышли из храма, пришлось пройти мимо выстроившихся вдоль дороги родственников и гостей. Норико к тому моменту уже пришла в себя, ради чего я и решил продолжать церемонию, так что, идя со мной под руку, она вновь улыбалась и источала волны довольствия. В прямом смысле слова – я вполне отчётливо чувствовал её эмоции. Это насколько же надо быть счастливой, чтобы я это почувствовал?

Ну а после храма мы все отправились в загородное поместье Аматэру, на банкет, где Норико переоделась, сменив белое кимоно на красное с белыми цаплями. Ну и причёску заодно сменила.

Большинство гостей было уже там. Могли бы и все быть, но часть была приглашена на свадебную церемонию и каталась вместе с нами по Токио. Ну а тех, кто отправился сразу в поместье, встречали Слуги. По местным традициям – первую свадьбу организовывают родные, они же и должны встречать гостей, но у Аматэру со свободными членами Рода проблемы, так что пришлось подключать Слуг. Вторая жена – уже мой выбор, и гости должны будут подходить на банкет уже после церемонии, и встречать их буду я с новой женой.

Эх, хорошо европейцам, там гостей мажордом встречает. Ну или главам государства – короли и им подобные от подобных ритуалов освобождены. Правители вообще могут многое игнорировать.

Сам банкет ничем не отличался от какого-нибудь приёма. Куча гостей, столы с едой и всё такое. Разве что сегодня мы позаботились о небольшом представлении актёров кабуки, ну и на фоне играла музыка. Для этого были приглашены несколько мастеров кото – это что-то типа длинной доски, на которой натянуты струны.

– Аматэру-сан, Аматэру-кун, – поздоровался с нами глава Рода Тайра. – Долголетия и счастья вам. Ну и чтобы дети были здоровые.

– Благодарю, Тайра-сан, – кивнул я, а вот Норико поклонилась, пусть и не очень низко. Ну так это тоже традиция – жена, ну или спутница, должна кланяться чуть ниже, чем её спутник.

А вообще, надо бы разобраться уже с кланом Асука, точнее, их проблемами с Тайра и Отомо. Если бы не это, я бы Тайра не пригласил… Хотя нет, приглашения выслали до моей последней встречи с Тайра Масару, и отзывать я его не стал бы. Но мне ведь и в будущем придётся их приглашать.

Тайра, Отомо, Инарико, Мононобэ, Такамуко, Фудзивара, Охаяси, Кояма, те же Асука, Вакия, Сога, Хатано, Кудзё, Сатэ, Укита, Токугава, Нара, Накатоми, Иноуэ. Древние, но слабые Рода Муритани, Шайшо, Какидзаки, Цуцуи. Вассалы Императорского Рода и сам Императорский Род. А ещё куча менее известных Родов. Сегодня к нам пришёл весь цвет японской аристократии. Древние, могущественные, старые, слабосилки. Совсем молодые, как например ряд Родов из Токусимы. А всякие там Абэ, Акэти, Нагасунэхико, Сюнтэн и иже с ними пусть локти кусают. В следующий раз будут более почтительны, да и за словами им лучше следить. Впрочем, Акэти Торемазу с родителями я всё-таки пригласил. Тайра, к слову, в шаге от этой компашки находятся. Черту ещё не переступили, но мне уже не нравятся.

– Ваше Императорское величество, – поклонились мы подошедшему Акихито.

Рядом с ним находилась его старшая жена, та самая Этсуми – один из “виртуозов” страны.

– Здравствуй, Синдзи-кун, – кивнул он мне. – Норико-тян. Поздравляю, дети. Надеюсь, вскоре увидеть новых Аматэру.

– Куда же без этого, ваше величество? – улыбнулся я, бросив взгляд на Норико.

Та молчала и улыбалась, но румянец выдал её смущение. Этсуми тоже помалкивала, изобразив на лице материнскую улыбку.

– Я слышал, ты активно интересуешься, что там с землями Токугава, – произнёс он.

– Я в какой-то степени несу ответственность за них, – ответил я. – Всё-таки именно из-за меня они ввязались в ту войну.

На это Император улыбнулся. Довольно так.

– Мне не нравится этот Род. Сильно не нравится, – произнёс он. – И мы оба понимаем, что они не заслужили Родовые земли. Просидели на своём кусочке земли, прикрываемые твоими войсками.

– Это не совсем так, ваше величество, – удержал я на лице улыбку.

– Да нет, Синдзи-кун, именно так, – качнул он головой. – Тем не менее, в качестве подарка на свадьбу, настоящего подарка, а не обязательного, для проформы, я признаю то, что они… – сделал он небольшую паузу, – завоевали.

Это было… мощно. Мощнейшая пощёчина Роду Токугава. Я даже и не знал, что ответить на это, чтобы не усугубить. Впрочем, это тоже была словесная ловушка, так как упомянув подарок, Император не оставил мне особого выбора.

– Благодарю, ваше величество, – чуть поклонился я.

Уже завтра, да что уж там, уже сегодня о данном разговоре станет известно большинству аристократов. А завтра так и вовсе всем. А смысл-то прост – Токугава ничто без Аматэру. Они зависимы от нас. Даже земли они получили только как подарок на свадьбу Аматэру. Некоторые наверняка будут продвигать мысль, что они практически наши вассалы. И для Токугава подобные разговоры словно серпом по одному месту. Они и в клан-то никакой не вступили из-за гордости. Блин, да они внучку Императора с Шиной похитили в расчёте вернуть былое величие… И тут такое.

Умеет Император мстить. При этом он и пальцем не пошевелил, чтобы добиться подобного результата. Просто воспользовался ситуацией. Затянул принятие решения, дождался ближайшего повода и сделал подарок. Самое забавное, что Аматэру в целом и мне в частности на это всё плевать. Я, в общем-то, и сам делаю шаги к тому, чтобы Токугава вступили в мой будущий клан. В этом плане Император мне только помог – когда придёт время, Токугава просто деваться некуда будет. Тем более, полагаю, что вступить в клан Аматэру будет довольно почётно.

Поможет ли Токугава то, что они отдадут земли Императору? Ох, не знаю. Вряд ли. Скорее это будет восприниматься как выполненный приказ Аматэру. Нет, ну серьёзно, какой идиот просто так, по своему желанию, отдаст столько Родовых земель Императору? Только по приказу. Или если это Аматэру. А уж если по приказу Аматэру, то всё вообще логично становится. Но это так, предположения. Я сейчас просто не понимаю, как всё повернётся в будущем и что об этом будут говорить.

Окончанием банкета… точнее, началом конца банкета, стал наш уход с Норико в специальный “новобрачный” домик в закрытой части онсэна, в котором мы, собственно, банкет и проводили. Путь туда усыпали лепестки роз. Подойдя к этой цветочной дороге, мы развернулись к гостям и синхронно поклонились, после чего и отправились на встречу первой брачной ночи. Гости же, в течение ближайшего часа должны разойтись по домам. Интересно также, что “первая брачная ночь” – тоже в каком-то смысле ритуал. Мы не могли зайти в домик и отдаться безудержному сексу, сначала необходимо друг друга покормить, вручить подарки и только после этого… Кстати, так уж сложилось, что Норико будет первой девственницей, которая побывает в моей постели.

Кормили друг друга рулетиками из мяса и овощей. На шпажки накалывали и ам-м-м. Ну а потом пришло время подарков. Они и раньше-то были символическими – катана мужу, отрез красной ткани жене, а уж в наше время тем более. Норико подарила мне последнюю модель Огненного гренадёра, он же FG-22. Огромный пистолет с колоссальной пробивной силой и отдачей. Таким тяжёлая пехота, со своими МПД, пользуется. Я же подарил ей кандзаси – традиционное женское украшение для волос. По сути, это небольшая спица, которую часто украшают всякими висюльками либо небольшими цветами. Точнее, видов кандзаси до жопы, но именно спицу, она же хираути, я и подарил. В моём случае, к основанию спицы был приделан цветок клематиса, который красуется на моне Рода Аматэру.

– Эта заколка, – протянул я ей кандзаси, – вряд ли сможет сделать тебя красивей чем ты есть, единственный её плюс – это материал. Думаю, спица из заряженного дилетита не будет лишней.

Ей понравилось, что выражалось писком и обнимашками. Ещё бы, далеко не каждый может позволить дарить жене подобные подарки.

Ну а потом… Не думал, что с девственницей будет так сложно. Давно я не видел столько смущения. Кимоно я снимал с неё лично. Медленно. Под ним, естественно, ничего не было – очередная традиция, причём не свадебная. В наше время многие женщины этим пренебрегают, но вообще-то под кимоно не принято надевать нижнее бельё. Вот и на Норико его не было.

– Я говорил, что у тебя идеальная фигура? – спросил я её, когда кимоно упало на пол.

– Вроде – нет, – ответила она, стоя ко мне спиной.

– Что ж – она идеальна.

Блин, у неё, кажется, даже спина покраснела. Норико была смущена и немного боялась, тем не менее, деваться ей было некуда, да и я не был грубым. Её воспоминания об этой ночи должны остаться самыми положительными, и я постарался, чтобы это было именно так.

***

Слух, что нашу свадьбу благословили сразу две божественные сущности, всё-таки разлетелся по стране. Хотя, с чего бы этому не случиться? Впрочем, какого-то вау– эффекта не произошло. Кто-то не верил, кому-то, как ни странно, было плевать, ну а кто-то просто не собирался демонстрировать свои чувства по этому поводу. Тем не менее, о данном факте знали. И обсуждали.

Первую неделю после свадьбы мне пришлось полностью отдать Норико. Я постоянно был рядом с ней, точнее, не мешал ей быть рядом с собой, ходил вместе с девушкой по её подружкам, где она пусть и не прямо, но довольно откровенно над ними издевалась. Были мы и у Тайра, но Риса – дочь наследника Рода, вообще не реагировала на подколки и издевательства, искренне радуясь за Норико. Так что моя жена быстро сдалась и половину их разговора просто общалась с девушкой.

Была у меня мысль оставить Норико с подругой и поговорить с Тайра по поводу Асука, точнее, намекнуть о том, что у меня есть разговор к ним на эту тему, но в итоге отказался от данной затеи. Там и главы Рода не было, и слишком спонтанно – к подобным разговорам необходимо готовиться. Во всяком случае, если есть такая возможность. Да и, наверное, лучше сначала пообщаться с Отомо.

Собственно, на вторую неделю после свадьбы я этим и занялся, но перед этим произошло кое-что интересное – ко мне в кабинет зашла Норико. Немного нервничающая Норико. Села в кресло, стоящее у круглого стола, после чего позвала меня.

– Синдзи, иди сюда, – произнесла она, похлопав по подлокотнику кресла. – У меня к тебе серьёзный разговор.

Удивился ли я? Скорее напрягся. Насколько может напрячься мужик, когда подобное говорит его жена.

Поднявшись из кресла за рабочим столом, переместился в свободное, рядом с Норико.

– Внимательно тебя слушаю, – произнёс я, добавив в голос серьёзности.

Простое тёмно-синее платье с юбкой до колен, открывающее вид на красивые ножки, прямая спина, простая, но элегантная причёска с дилетитовой заколкой в волосах… Красавица. Если бы ещё не нервозное состояние.

– Син… – помялась она, после чего прикрыла глаза, собралась и продолжила уже более-менее спокойно. – Сразу хочу извиниться, что не рассказала тебе сразу, но тогда я была Кагуцутивару, а с тобой мы были всего лишь помолвлены. Боги его знает, что бы там было в будущем. Может, и не сложилось бы у нас со свадьбой. С другой стороны, мы всё же были помолвлены, и поводов для разрыва помолвки не было, так что и родным я ничего не сказала. Решила до свадьбы подождать… ну, или… Ты понял – разрыва помолвки.

– Понимаю, – кивнул я. – Пока всё звучит логично.

А сам напрягся. Это уже явно не какие-то там женские проблемы или хотелки, тут, похоже, что-то серьёзное.

– Да… Так вот… – произнесла она замолчав. – В общем, помнишь нашу поездку с твоими друзьями в Токусиму? Тебе там ещё какая-то девочка цветок подарила.

Ещё бы я такое забыл.

– Помню, конечно, – произнёс я.

– Даже не знаю, как сказать… – пробормотала она. – Ты ведь помнишь какой божественный дар у Кагуцутивару?

– Видеть невидимое, – ответил я.

– Именно, – кивнула она. – Вот я и увидела. Та девочка с цветком… – мялась она. – Ты главное, за сумасшедшую меня не принимай. Короче – она не человек! – закончила она словно в ледяную воду нырнула.

– Поясни, – произнёс я спокойно.

Нет, ну а с чего мне суетиться? Я даже как-то расслабился. Если это всё, то и плевать.

– У неё были уши и хвост, – посмотрела она прямо в глаза. – Это точно была Ушедшая. Не человек.

Встав со своего места, обошёл кресло, в котором сидела Норико и обнял её.

– Всё в порядке, милая. Не волнуйся, – на этих словах она дёрнулась. – Я верю тебе. Спасибо, что сказала. И за то, что сказала только мне.

– Ты совсем не удивлён? – спросила она взволновано.

– На меня… У нашего Рода много секретов, – усмехнулся я, после чего вернулся в кресло. – Постепенно ты узнаешь о них. Сразу всё я рассказать не могу, так как просто не знаю, о чём говорить. Не все секреты важные. Например… – задумался я. – Помимо того, что я Патриарх, я ещё и Повелитель стихий.

– Кто? – взлетели её брови.

– Повелитель Огня, если быть точным, – усмехнулся я. – Да, да, как в сказках.

– Но это нево… Ты ведь не шутишь, да? – нахмурилась она. – Но… И это неважно?

– Мои силы несовместимы с бахиром, – пожал я плечами. – Так что толку от того, что я Повелитель стихий, никакого.

– Логично, – потёрла она лоб. – А ты не думал выбрать именно бахир?

– Разве что когда ребёнком был, – усмехнулся я. – Просто поверь, даже без детей-“виртуозов”, патриаршество даёт немалые бонусы.

– Хм, ну ладно, – произнесла она неуверенно и уже с любопытством добавила: – А какие ещё секреты есть?

– М-м-м… – задумался я. Рассказывать ей вот прям обо всём не стоило. Тут даже не про верность идёт речь, просто её ведь и похитить могут. В общем, у секретности более чем одна причина. Позже, со временем, но не сейчас. Сейчас можно рассказать о чём-нибудь не очень важном. – Казуки тоже Патриарх.

– Да мать же… – пробормотала она почти неслышно. – Демоны… А ведь и правда. Как я сама-то не догадалась?! Стоп, так муж-Патриарх не только у меня будет? Эх… Да и ладно.

– У тебя самый сильный муж-Патриарх, – улыбнулся я. – Сильнейший в мире. А Казуки… Рано пока о его силе говорить, но даже мой нынешний уровень он ещё не скоро догонит.

Выслушав меня, она улыбнулась. Причём… Наверное, эту улыбку можно назвать домашней.

– Ты, несомненно, молодец, Синдзи. Я правда горжусь таким мужем, – произнесла она.

– Ох, прям засмущала, – покачал я головой, улыбаясь.

– Трепещи, – произнесла она, чуть задрав носик. – Не только ты это умеешь делать, – правда почти сразу, она стала серьёзнее. – Знаешь, по поводу секретов… Всё-таки не стоит их мне говорить. Я не о том, что не смогу их удержать в себе, просто… Похитить и меня могут, – вздохнула она. – Если уж недавно внучку Императора похищали. А вот пытки я точно не выдержу. Мне, конечно, любопытно… – скорчила она умилительную рожицу. – Но нет, не стоит.

Всерьёз возможность своего похищения она явно не воспринимает, да и было бы странно, будь иначе – Норико – как ни крути, комнатный цветок. Не очень-то приспособленный к реальности. Тем не менее, она думает и о таком. Любопытство и долг – вот что такое Норико в данный момент.

Кстати, надо бы на неё Метку поставить, у меня сейчас как раз две свободных.

– Похищение… – покачал я головой. – Увы, но в нашей реальности могут похитить кого угодно, тут ты права. Но вот тебе ещё один маленький секрет – я могу ставить патриаршие Метки, по которым найду тебя, если что-то случится. Так что в случае чего, главное, не паникуй и дождись.

– Не волнуйся, Синдзи, – произнесла она с полной серьёзностью. – Женщины Аматэру не паникуют. Они сразу бьют на поражение.

Глава 14

— И кто это? – спросил я Мидзуно Монтаро – главу разведки и контрразведки Рода.

Это был обычный еженедельный доклад в моём кабинете, и Мидзуно был последним докладчиком на сегодня. И именно он озвучил самую неприятную на сегодня новость — кто-то интересуется кораблями, перевозящими трофеи из Хранилища. Как и контейнерами, в которых эти самые трофеи находятся.

– Мы смогли выделить три стороны, — ответил Мидзуно. – Император, Тайра и кто-то, кого мы определить не смогли.

Дерьмище…

— Необходимые меры вы приняли? – задал я новый вопрос.

– Сразу же, как только проявился интерес посторонних, – кивнул он. – Но это не даст много времени. Неделя, может быть, две.

– По твоим словам, там на неделю перевозок и осталось, — произнёс я утвердительно.

– Так и есть, господин, -- подтвердил он. – Но если кто-то выйдет на Хранилище, станет понятно, что мы оттуда вывозили, что, в свою очередь…

– Можешь не продолжать, – махнул я рукой. Забрать трофеи – это полдела, их ещё нужно удержать, а для этого о них, в идеале, никто вообще знать не должен. – Работай. А я попробую перевести внимание любопытных на что-нибудь другое. Что там официально в контейнерах? Продукты же?

– Продукты уже перевезены, господин, – ответил он. – Сейчас мы пытаемся убедить всех, что там только стройматериалы для базы.

Точнее, на нашей стороне пустые контейнеры, которые заполняются стройматериалами, которые потом везут на остров, где когда-то погиб мой предшественник. Ну а где-то на полпути на корабле незаметно появляются неучтённые контейнеры, которые потом, по возможности, незаметно пропадают.

– М-м-м… Ладно, работай, – откинулся я на спинку кресла.

Проследив взглядом за вышедшим из кабинета стариком, прикрыл глаза, пытаясь собрать мысли в кучку.

Ну и что мне делать? Если кораблями заинтересовались, никакие события не отвлекут тех, кто работает по данному направлению. Шумиха, например, с патриаршеством Казуки, помогла бы не обратить внимание на сам факт каких-то там перевозок, но если уж ими заинтересовались… Ну да, хозяева, может, и забудут на какое-то время об этом, но тем людям, которые уже работают, плевать на подобное. Тот же Император вряд ли скажет им: “Эй, бросайте это дело и идите заниматься другим”. У заинтересованных сторон более чем достаточно исполнителей, чтобы вести десяток дел сразу.

Так что озадачивать мне нужно тех, кто работает непосредственно по нашим перевозкам. И как это сделать? Как переключить их внимание? Единственное, что приходит мне на ум, убедить, что сами перевозки чего-то секретного – не более чем ширма. Но что такого секретного у меня может быть?.. Придумал. Наверное. Хм-м-м… Так-так-так…

Полез в компьютер. Память у меня хорошая, но здесь надо уточнить то, чем я не очень-то и увлекаюсь, а если конкретнее, то артефактами на балансе Аматэру. Тут ведь какое дело – план по уничтожению Хейгов вчерне уже давно продуман, но жизнь не стоит на месте и постоянно вносит свои коррективы. Например – схрон Дориных. Вот кто бы мог подумать, что там будет находиться артефакт, фактически поднимающий ранг бахироюзера? А Хранилище? Маска, делающая человека Повелителем стихий, тоже сильно поможет. В общем, план нападения на квартал Хейгов уже дважды корректировался даже без маски и затопленного Хранилища, при этом он до сих пор в основе своей строится на простых бойцах. Что неправильно. Теперь… Вот мы и посмотрим, что теперь.

Начнём, пожалуй, с Хейгов. Не с их бойцов, а с них самих, они по плану должны быть если и не уничтожены, то как минимум находиться здесь. Не прямо здесь, а у Филиппин. В данном вопросе меня интересует клановый квартал Хейгов. Он укреплён, и укреплён хорошо. Даже эпичный фейл в Малайзии на это не повлияет. Ну да, будет там поменьше бойцов… Не, это вряд ли, бойцов будет более чем достаточно, единственное, что изменится, это подкрепления – помощи им будет ждать неоткуда, так как все их силы будут здесь. В общем, хорошо укреплённый квартал, где схоронятся остатки Рода Хейг, а может, и ещё кто. В идеале, конечно, только Хейги, но план учитывает и иное развитие событий. Чтобы штурмовать столь укреплённое место, нужны очень большие силы, ну или один, но очень мощный отряд. А теперь вопрос – кто-нибудь удивится, что я такой отряд пытаюсь спрятать? Естественно, нет. Вполне логично держать в секрете свои силы. Не всегда, конечно, но во время войны – точно. Так что если любопытные, пытаясь понять, что там с непонятными перевозками, найдут такой отряд… К сожалению, не факт, но шанс, что они успокоятся, достаточно большой. Осталось этот самый отряд организовать.

Итак. Первым на очереди у меня, естественно, наш чернокожий американский друг. Тут никаких вопросов. Если Райт хочет поучаствовать в мясорубке, то я только за – “виртуозы” лишними не бывают. Но одного “виртуоза” мало, так что добавим к нему Щукина. Да, технически он “мастер”, но с перчаткой из схрона Дориных он уже сейчас активно тренирует изученные техники “виртуоза”. Не просто масштабируемые, зависящие от влитой силы, а “чистокровные”, если так можно сказать. Созданные специально под этот ранг. Благо у Аматэру за тысячелетия накопилось немало техник различных рангов и стихий, так что и огневику Щукину нашлось, что изучать. Правда, слишком много он просто не успеет изучить, так что ему пришлось сконцентрироваться на трёх. Огненный бык – техника медленная, использующаяся для пробития чего-то укреплённого. Представляет собой огненного быка, несущегося на свою цель. Темница Кагуцути – довольно быстро создаваемая техника, предназначенная для уничтожения одиночных целей. Причём она их ещё и удерживает. Представляет собой три толстых столба, вылезающие из земли вокруг противника, после чего с небольшой задержкой внутри треугольника из этих столбов закручивается огненное торнадо. Ах да, столбы соединяются полупрозрачными красными стенами. Не выйти, не войти, а внутри ад. Третьей техникой была Боль демонов. Техника ближнего боя. Относительно ближнего. По факту в руках пользователя появляются две огненные цепи, которыми он и хлещет врагов. Видел я, что Щукин с этими цепями вытворяет, так что попадать под них никому не советую. Ну и кольцо, создающее щит уровня “виртуоза”. Правда, скрыть тренировки такого уровня достаточно сложно, и хоть мы и пытаемся, но про Щукина кто-то наверняка знает. С другой стороны, я сейчас формирую группу не из одного-двух “виртуозов”, и именно это буду пытаться “скрыть”.

Впрочем, что-то я отошёл от темы. Первым в отряде будет Райт, вторым – Щукин. Далее у нас идёт маска, делающая из человека Повелителя стихии, и вот кому её отдать – вопрос интересный. Так-то я ничего подобного делать не собирался, артефакт подобного уровня лучше для Аматэру оставить, так что либо Атарашики, либо в Хранилище, но раз уж пошла такая пляска… Да и в конце-то концов, если не использовать её сейчас, то когда вообще? Нафига она нужна, лежащая без дела? Так что вручить маску кому-то надо, только вот кому? “Учителей” во внимание не берём. Маске-то плевать, из кого Повелителя делать, но “учителя” объективно слишком неопытны в манипулировании бахиром на таком уровне. Научиться могут, но время у нас ограничено, так что лучше сразу брать “мастера”. Но это если объективно рассуждать. По факту у меня есть много “учителей” с потрясающим боевым опытом и если уж кого-то усиливать на одну операцию, то именно их, но опять же – время. Знать бы точно, успеют ли они освоить силы Повелителя… М-м-м, да и надо ли их осваивать, если уж мы начали задавать вопросы? Блин, тесты нужны. Хотя… Если выбирать из “учителей”, то самая достойная кандидатура – нынешний командир отряда “Тёмная молния” – Такано Кизаши. Ну или Мидзуно Маса – предыдущий командир, командующий сейчас гвардией Рода. Но последнему шестьдесят два года и, если уж выбирать, я бы остановился на более молодом Такано. Но именно командиру “Тёмной молнии” я хочу вручить другой артефакт. Точнее, несколько артефактов, самым важным из которых будет артефактные сюко – когти, надевающиеся на руку. Эти коготки, если что, полностью игнорируют защиту противника, не пробивают, а игнорируют. Один у них минус – малый радиус действия. Серпы, которые пускает артефакт, летят от силы пару метров, так что бойцу с этим артефактом нужно быть в самой гуще боя и кому этим заниматься, если не члену “Тёмной молнии”? У них, собственно, одна из основных тактик – это бой на короткой дистанции. Одного его пускать всё равно не стоит, ну так он по плану будет работать с четвёркой своих бойцов, которых я тоже увешаю артефактами. Такая команда вполне может стать угрозой кому угодно. Кстати, да – команда “Тёмной молнии” тоже плюсуется к штурмовому супер-отряду. Будут третьим его членом. Значит, Райт, Щукин и Такано со своими людьми. Обладатель маски будет четвёртым. Но опять же – кому её отдать-то?

Если не брать “учителей”, то выбор не так уж и велик. У меня всего пять “мастеров”, не считая Атарашики. Щукин, Добрыкин, Каджо Суйсэн, Махито Ваку и Сасаки Айджи. Щукин уже задействован, Добрыкин… считай, что тоже. Каджо и Махито больше слуги, воины из них так себе. Они всю жизнь тренировались в использовании бахира, а не как с его помощью убивать других. А вот Сасаки Айджи – другое дело. Этот старик именно что воин. Он большую часть жизни состоял в гвардии Рода, да и сейчас там числится, пусть официально и является управляющим одного из наших онсэнов. Я его потому и держал при Атарашики, а не брал с собой в Малайзию, что и здесь должен был находиться боец его уровня. Правда, он именно что боец – командирских навыков мизер, лидерских качеств тоже, но мне в операции против Хейгов это всё от него и не нужно. Плюс, Сасаки у нас мечник Воздуха, а для этой стихии у Аматэру много чего есть. Тем более для мечников. Так что… Да, пусть будет Сасаки Айджи.

М-м-м… Четыре места занято, следующим у нас идёт Добрыкин. Раз уж я про него вспомнил. Несколько месяцев назад я отправил ему артефактные поножи, которые усиливают техники стихии Земли. Причём настолько усиливают, что можно говорить о переходе на следующий ранг. Правда, как показала практика, только если это универсальные техники, предназначенные для разных рангов. Нет, простые техники тоже усиливаются, но уже не так кардинально. Теперь вспоминаем, что Добрыкин у нас “мастер” стихии земли… В общем, примерно треть его техник будет работать на уровне “виртуоза”. Увы, артефакт не настолько крутой, чтобы усиливать вообще всё, но даже так это очень круто. Эрзац-“виртуоз” лучше, чем никакой. Причём о Добрыкине и не знает никто. Точнее, о его усилении. В Малайзии спрятать тренировки подобного уровня в разы проще, чем здесь.

Есть у меня ещё и браслет, который, как и перчатка Щукина, стабилизирует бахирные структуры, упрощая взаимодействие с ними, но этот артефакт уровнем пониже, чем перчатка. На некоторые техники рангом выше замахнуться можно… но сложно. Браслет всё-таки больше реальному уровню помогает, чем даёт ещё один. Более того, он, скорее, создаёт иллюзию силы, так что тренироваться лучше без него.

И так, у меня есть пять человек, точнее четыре человека и одна группа, которая пойдёт крушить квартал Хейгов. Четыре, практически, “виртуоза” и убийца… скажем так – очень сильных бойцов. Стоит ли в условиях войны, я бы даже сказал в нынешних условиях войны, скрывать подобный отряд? О, да. Поверят в то, что я его скрываю, создавая при этом операцию прикрытия? Да запросто. Не факт, что дальше копать не будут, но шанс есть. Четыре “виртуоза” и… Четыре “виртуоза” с усилением – это очень большая сила. Не так уж много в мире Родов и кланов имеют нечто подобное. И, чёрт возьми, этот отряд стоило бы собрать в любом случае. Не было бы счастья, да несчастье помогло, как говорится. Четыре “виртуоза”, с усилением, определённо разнесут там… всё. Хм-м-м… А ведь…

Если уж брать в расчёт эффективность, а не только способ скрыть вывозимые из Хранилища трофеи, то есть ещё кое-что, что я могу использовать. Атарашики будет в шоке и сильно против, но… Почему бы и нет? Так, где там у нас раздел с оружием? Ближний бой, дальний… огнестрел… Ага, вот он. Слава тебе – моя память! Есть у нас ещё один артефакт, шмаляющий так, что мама не горюй. Артефактный лук с интересным именем “Хайсин”, он же “Доставляющий”. Лук, выпускающий сгустки энергии, по убойной мощности равные техникам “виртуоза”. Одна беда, нет у Аматэру лучника. А он нужен, так как… пусть будут стрелы, летят туда, куда их запускают, а не точно в цель. У лука нет самонаведения. А у Аматэру нет лучника. Зато есть бывший наёмник, желающий искупить вину предков. Сугихара "Правый глаз" Шима, старик отстоявший остров, на котором был убит мой предшественник. Отстоявший, скорее, вопреки. С кучкой других наёмников, которые были готовы ему нож в спину всадить, лишь бы не помереть от рук Хейгов. Потерявший там ногу, но не сломленный. Тех наёмников он, к слову, сам и добил, когда они хотели его сдать Хейгам. Можно такому человеку доверить важное дело и, пусть не реликвию Рода, но определённо очень важный артефакт? Я думаю – да. Атарашики определённо будет против. Не любит она семейство Сугихара. Я к ним тоже любви не испытываю, но всё же более объективен. Ну или просто объективен, так как мне на их Семью плевать.

Полноценным, даже эрзац-“виртуозом” лук Сугихару не сделает, но чёрт возьми, учитывая на какое расстояние могут стрелять бахирные лучники, ему и этого хватит, чтобы устроить Хейгам крайне неудачный день. Так что… Да, пожалуй, пусть он будет шестым в отряде. Ну, то есть, как шестым – пятым плюс группа Такано. А с Атарашики я разберусь. Ну а полигон для их отряда мы сделаем на том самом острове. Впрочем, детали можно оставить на Мидзуно – глава разведки и контрразведки лучше всё организует.

***

Огромный трёхэтажный особняк в стиле хай-тек находился в пригороде Токио, районе Митака, и принадлежал Роду Отомо. Стоял он не на Родовых землях, что не мешало им жить тут уже несколько сотен лет. Здания менялись, перестраивались, сносились и строились заново, но всё это происходило на этом самом пятачке земли. Родовые земли у них, естественно, тоже были, но мало. В моём понимании. В Токио небольшой участок, примерно как у Цуцуи, в префектуре Тохоку кусок земли примерно как квартал Кояма, да на Калимантане уже неплохой такой участок. Ну а так как основная часть их бизнеса да и политической жизни, проходит в столице, то здесь они и живут. Ну а то, что поместье стоит не на Родовых землях, нисколько им не мешает контролировать весь район Митака. Тут у них целая куча мелкого и среднего бизнеса находится, но это так, к слову.

О встрече я договорился заранее, так что меня ждали. В противном случае, мог и не застать никого из старших. Особенно главу Рода, к которому у меня, собственно, и был разговор. Отомо Азума – шестидесяти четырёхлетний “мастер” и, насколько я слышал, трудоголик. Спит часов по пять, всё остальное время отдавая делам Рода и не потому, что у Отомо в делах аврал вечный, а потому, что трудоголик. Нравится ему это. Для него и приёмы, скорее всего, вариация работы. Хотя, это у многих, если не всех, так. Я тоже на приёмы не ради развлечения хожу.

– Отомо-сан, – отвесил я короткий поклон. – Благодарю, что согласились на встречу.

– Разве мог я поступить иначе? – улыбнулся он, и тут же сам ответил на свой вопрос. – Не мог. По многим причинам. Прошу, присаживайся, – указал он рукой на кресло, стоящее напротив него.

Находились мы в большой комнате, заставленной книжными шкафами, плюс три кресла и овальный стол между ними.

– И тем не менее, вы человек занятой, – сел я в кресло. – Не думал, что вы сможете найти на меня время столь быстро.

И это так. Связался с ним я вчера, и уже сегодня мы ведем разговор.

– Ну, тут вам повезло, – усмехнулся он. – Я бы, конечно, и так не стал затягивать со встречей, но именно сегодня день рождения моей жены, из-за чего приходится отложить много дел и находиться дома. Так почему бы и нет? Признаться сидеть совсем без дела мне неприятно, а тут Миоко даже приём не захотела проводить.

В этот момент в комнату зашёл старый слуга, неся на подносе небольшой чайник и чашки. На некоторое время мы замолчали, наблюдая за тем, как старик расставляет посуду на столе, после чего наливает нам в чашки чай. Сделав первый глоток напитка, попытался оценить то, что я не умею оценивать, впрочем, у такого старого, опытного, а главное богатого человека, как Отомо Азума, не может быть плохого чая.

– Приятный вкус, – произнёс я.

Отомо же искренне, как мне показалось, улыбнулся и прикрыв глаза покачал головой.

– Слухи не врут, в чае вы не разбираетесь, – произнёс он.

– Эм… – не знал я что на это сказать. – А что не так-то?

– Это обычный чай с чабрецом, – ответил он с улыбкой. – Уж прости мне мой маленький эксперимент на тебе. В своё оправдание скажу, что лично мне нравится этот чай. Он просто дешёвый, в пакетиках, но я его ещё с университета пью. Вкус молодости.

Походу, мои отношения с чаем достояние всей страны.

– Нормальный чай, – не сдавался я. – И вкус приятный. Если многоопытные любители чая этого не чувствуют, то это их проблемы.

– Хорошо сказано, Аматэру-кун, – покивал Отомо. – Порой задирание носа не позволяет увидеть много хорошего под ногами.

– Согласен, Отомо-сан, – сделал я ещё один глоток. – Но кофе лучше.

– Кха, кха, – то ли кашлял, то ли смеялся он. – Кха, прости. Не в то горло попало. Я против кофе тоже ничего не имею, но… Как там Акинари любит делать? – после чего прикрыл глаза, а когда открыл, на меня смотрел слегка усмехающийся и до крайности высокомерный старик. – Чай – это чай, Аматэру-кун, а кофе… – повёл он подбородком, умудрившись одним этим движением показать всё своё презрение к данному виду напитков.

И что-то мне подсказывает, что это не он копирует Акинари, а наоборот.

– Гораздо лучше, – кивнул я. – Согласен с вами, Отомо-сан.

– Эх, молодёжь, – покачал головой Отомо, убирая образ высокомерного засранца.

Ладно, пора к делу переходить. Точнее подводить.

– Молодёжь… это да, – усмехнулся я. – Хорошо быть юным идиотом, которому многое прощается.

– Тебе, Аматэру-кун, для этого не надо быть идиотом, – ответил Отомо. – Да и юным не обязательно.

Блин, сбил линию…

– Аматэру, – произнёс я, добавив в голос задумчивости. – Отомо, Тайра, Кагуцутивару, О, Мононобэ. У нас в стране вообще многим и многое прощается.

– Что есть, то есть, – пожал он плечами. – Возраст имеет значение. Как в ту, так и в другую сторону.

– Старым многое прощается, а молодым? С ними что? – спросил я.

– А что с ними? – усмехнулся Отомо. – Молодых надо пороть.

– Так-то я с вами в целом согласен… – протянул я задумчиво. – Порка многим мозги на место вставляет. Но тут, всё-таки, тоже нужно знать меру.

– Не совсем понял тебя, – произнёс он заинтересованно.

– Ну… – посмотрел я на него. – Не думаю, что молодых стоит пороть до смерти.

– А, ты об этом… – пожал он плечами. – Зависит от степени вины.

– Смерть через порку, – усмехнулся я. – Звучит забавно.

– Жопа не выдержала позора, – улыбнулся он в ответ. – И правда, забавно.

– Смех-смехом, но это мы уже о казни говорим, а не о порке, – покачал я головой.

– О способах казни, – поправил он меня.

– Может и так… – изобразил я задумчивость. – Скажите, Отомо-сан, клан Асука заработал на порку или на казнь?

– О как ты перескочил, – качнул он головой. – Клан Асука – это сложный вопрос. Лично мне плевать на них, но Отомо просто не могут спустить им с рук их наглость в прошлом. А учитывая, с чем мы к ним пришли в тот раз, их наглость практически переросла в оскорбление. Вы, Аматэру, такое столетиями не забываете. Да что уж там, вы и меньшее столетиями помните. Чем мы-то хуже?

Чем хуже? Говорит так, будто японские аристократы обиды помнят только потому, что так Аматэру делают.

– Мы не убиваем, если перед нами извиняются, – ответил я на его утверждение. – Да, помним и… вредничаем, но не убиваем. А у вас с Асука, всё идёт именно к войне.

– Не соглашусь, – покачал он головой. – Отомо тоже не кровавые отморозки и войны нам не нравятся. Если бы они извинились тогда, не было бы и конфликта. Сейчас всё сложнее. Времени прошло немало, извинений мы не дождались… Собственно, а что нам остаётся? Повторюсь – мне война тоже не нужна, и сыну я оставлять подобные перспективы не хочу, но каждый прошедший год усугубляет их положение. И от нас тут уже ничего не зависит. Сейчас, простым “извините”, клан Асука уже не сможет отделаться.

– А если не простым? – спросил я.

– Насколько непростым? – усмехнулся он.

– А это уже от Отомо зависит, – повторил я его усмешку.

– От нас? – удивился он чему-то. – Не от Асука?

– Асука готовы очень на многое, Отомо-сан, – ответил я. – Понятно, что не на всё, но если вы не будете загонять их в угол, “извините” клана Асука… может вам понравиться, – покивал я.

– Хм, – задумался он. – Скажи, Аматэру-кун, что твой Род будет делать, если Тайра не захотят принимать извинений Асука? Ты ведь и к Тайра пойдёшь, я правильно понимаю? Понимаю, вопрос слишком неожиданный, да и переменных тут много. Давай предположим, что с нами Асука помирились, а с Тайра не смогли.

Ничего себе вопросики.

– А есть причина, почему Тайра не захотят мира? – спросил я.

– Слишком они много сил набрали, – пожал он плечами. – Самих Асука они пошлют куда подальше, а если к ним придёшь ты… – глянул он мне в глаза. – Слишком много сил набрали Аматэру. Многим, и Отомо в их числе, наплевать на это. Мы в принципе не собираемся ссориться с твоим Родом, нечего нам делить. Но Тайра… Тайра боятся за своё место при Императоре. Точнее, они боятся потерять влияние на него. Не такое уж и большое, как по мне. Пока вы состояли в клане Кояма, всем было плевать на вашу силу и влияние, но сейчас вы Свободный Род. А тут ещё и право на применение шагающей техники в черте города… – покачал он головой. – Тайра опасаются не вашей силы, не ваших богатств, они боятся, что вы отодвинете их от Императора. Что вас он будет слушать с большей охотой, чем их. С одной стороны, они видят братский Императорскому Род, Патриарха, твои личные достижения, увеличение вашего влияния, с другой стороны, они видят выкупленный крейсер, право на шагающую технику, подарок в виде Родовых земель Роду Токугава. Понимаешь? С одной стороны, они видят силу и влияние вашего Рода, а с другой, реальные шаги Императора в вашу сторону. Естественно, Тайра волнуются.

– Умом я понимаю то, что вы говорите, но… – поджал я губы. – А как же Шмитты и их Родовые земли? Что это как не благоволение к Роду Тайра. Выбрали-то их.

Сказал, и тут же понял подвох в том деле. Точнее вспомнил.

– Не очень пример, – усмехнулся Отомо. – Тайра в тот раз чуть жадными и бесчестными не заклеймили. Я уж не говорю о… Можешь не отвечать, но, как мне кажется, по поводу Тайра и некоторых других Родов у тебя наверняка был разговор с Императором. Я сейчас о твоих детях говорю. Думаешь, у самих Тайра не было подобных мыслей? Вся та история вполне может восприниматься как попытка осадить их.

– Аматэру Свободный Род, – вздохнул я. – Как мы можем подвинуть Тайра с их места?

– Боги, – закатил глаза Отомо. – Да когда и кого это останавливало? Может твоего тёзку, который полтора десятка лет правил Империей? Не мне тебе напоминать, но Аматэру всегда были Свободным Родом. Кроме последней тысячи лет, – махнул он ладонью куда-то в сторону.

Кстати да, Аматэру никогда не были Имперским Родом. Официально. Так-то мы постоянно выступали на стороне Императора и у многих могло бы сложиться мнение, что Аматэру были имперцами. Пока в клан Кояма не вступили.

– Допустим, – произнёс я. – Как всё это может повлиять на Тайра при принятии решения о клане Асука? Мир ведь и им нужен.

– Не то чтобы нужен, – пожал плечами Отомо. – Они достаточно сильны, чтобы уничтожить клан Асука. Особенно, когда умрут их “виртуозы”. Минамото были побеждены несколько десятков лет назад, так почему бы не устроить ещё одну победоносную войнушку? Напомнить всем, что они сильны и влиятельны. Но это лишь мои предположения, – выставил он перед собой ладони. – На деле я без понятия, что в голове у Тайра. Но идеально проведённая… во многом политическая операция, в которой Аматэру покажут себя с самой лучшей стороны, им точно не нужна.

Что ж, придётся теперь ещё и Тайра во всех своих раскладах учитывать.

– В разрезе всего выше сказанного… – начал я. – Хотя нет. Вы, конечно, интересные вещи мне рассказали, но даже без этого… Отвечая на ваш изначальный вопрос – действия Рода Аматэру будут зависеть от ответа Тайра. Если они смогут логично мне объяснить, почему не хотят мириться с Асука, я только руками разведу. Логично, не значит практично, – уточнил я. – Причины могут быть разными, в том числе и личными. По факту, как бы грубо это не звучало, но даже желание пограбить ослабевший клан – это их личное дело, на которое у них есть полное право, данное самими Асука. А вот если мне их ответ не понравится, если они решат просто послать меня, начать войну в пику Роду Аматэру, просто чтобы досадить нам… Вот тогда я не стану сидеть на месте.

– Честь нации, да? – пробормотал он.

– Не совсем понимаю о чём вы, – приподнял я бровь. – Логичное же решение. При чём тут наша репутация?

– Вот и я о том же, – усмехнулся Отомо. – У каждого своя логика. Ладно, я понял тебя, Аматэру-кун. Можешь передать Асука, что мы готовы обсудить их извинения.

Честно говоря, под конец разговора я уже и не сомневался в их ответе. И дело тут не в доброте и всепрощении Отомо, а в желании подгадить Тайра. А слова про честь нации – просто попытка скрыть истинные причины. Типа это не мы такие пакостники, это благородные Аматэру нас убедили.

– Благодарю за разговор, Отомо-сан, – произнёс я. – Много интересного узнал. И да, передайте мои поздравления вашей жене.

– Обязательно, Аматэру-кун, – кивнул он. – Тебе тоже спасибо. Разговор и правда был познавательным.

***

– Син-тя-я-ян…

– Боги, милосердные! – аж вздрогнул я. – Не делайте так больше, Акено-сан. Так и помереть недолго.

– Не похож я на Ми-тян, да? – поник он.

– Хорошая шутка. Я посмеялся, – произнёс я сухо.

– Ладно, ладно, не бурчи, – усмехнулся он, снимая рыжий парик.

Правда оттенок рыжего был заметно светлее, чем волосы Мизуки.

– Где вы этот ужас достали-то? – кивнул я на комок рыжих волос в его руках.

– А, – отмахнулся он. – Демонёнок наш рыжий притащила откуда-то. Полдня я думал, что она покрасилась, а потом – раз… Вышла из гостиной, а через пару минут уже прежняя. Я, грешным делом, сначала на какую-то женскую магию подумал.

Акено подловил меня в коридоре возле своего кабинета, куда я, собственно, и направлялся.

– Виду-то хоть не подали? – спросил я.

– А-то, – хмыкнул он. – Я битый жизнью папаша и знаю, когда лучше промолчать.

Мизуки та ещё засранка, если прикол проходит, она потом пару недель тебе его поминать будет.

– Да уж, умеет Мизуки тренировать силу воли, – кивнул я.

– Зато видел бы ты её лицо, когда я перед ней в её же парике предстал, – усмехнулся Акено. – Меня, конечно, за дебила приняли, но выражение офигевания на её мордашке того стоило.

– Такое фоткать надо, – вздохнул я.

– Ты сам-то пробовал хоть раз её сфотографировать в такой момент? – спросил он скептически.

– Было дело, – ответил я.

– И как? – спросил он.

– Не очень, – пожал я плечами.

– Вот и я запечатлел идеально подобранную для фотосессии позу, – произнёс Акено. – Ладно, что мы в коридоре-то стоим, пойдём ко мне.

Зайдя в его кабинет, я сразу же отправился на диван. Бросив парик рядом со мной, Акено сел в кресло.

– Я, собственно, по делу к вам, – произнёс я, когда мы оба уселись на свои места.

– Ну естественно, нет, чтобы просто поболтать прийти, – пробурчал он.

– Как вчера? – уточнил я. – Или пару дней назад? Или как в начале недели?

– Всё, всё, уел, – поднял он руки. – Так что там у тебя?

– Хочу о вашем предложении поговорить, – ответил я. – Точнее, озвучить свой положительный выбор.

– Так, так, – подобрался он в кресле. – И кого ты выбрал?

– Ну так… – начал я, после чего резко поменял тему. – Кстати, что там у нас сегодня на ужин?

– Тайское что-то, – ответил он на автомате. – Стоп, ты мне нервы не тереби. Чем ты там полтора часа на кухне занимался? Поди лучше меня знаешь, что сегодня на ужин. Давай, Син, не томи, кого выбрал?

– Мизуки, – произнёс я усмехнувшись.

– Хм-м-м… – почесал он кончик носа. – Какой-то ты слишком предсказуемый. Это из-за вашей ссоры с Шиной? Ты поэтому её не выбрал?

– Ой, да ладно вам, – отмахнулся я. – Она принесла извинения, мы вроде как помирились. С какой стати мне учитывать детскую ссору в таком важном вопросе?

– Детскую, ага, – произнёс он коротко. – Вроде как помирились. И почему тогда не Шина?

– Вы неправильно вопрос ставите, – произнёс я насмешливо улыбаясь. – Надо спрашивать – почему Мизуки?

– И почему? – спросил он, приподняв бровь.

– Ну это же очевидно, – пожал я плечами. – Рыжая красива, умна и отбита на голову. Мне в семье такое пригодится.

– Ох, Син… – покачал он головой. – А если серьёзно?

– А если серьёзно, то она реально умна, про красоту говорить, думаю, не стоит. А ещё она дружит с Норико. Атмосфера в семье – штука важная. Плюс у неё камонтоку Докья, что тоже лишним не будет. Ну и она моя ровесница.

– Последняя причина как-то не очень, – произнёс он, глядя на меня с иронией.

– Потому я и упомянул её в последнюю очередь, – хмыкнул я.

– Да и остальные по сравнению с будущим “виртуозом” выглядят бледно, – произнёс он немного задумчиво. – Простил, значит.

– Простил, – кивнул я.

– Так простил, что твоя меркантильная душонка всё равно от “виртуоза” отказалась, – произнёс он усмехаясь.

Вообще-то он в чём-то прав – данный факт реально чуть не перевесил мой выбор в сторону Шины. Мне ещё один “виртуоз” как бы и не нужен, но почему бы и нет? В общем, выбор был непростой.

– В конечном итоге, – вздохнул я. – Мизуки мне просто больше нравится. Как человек. А “виртуоз”… дёрнул я плечом. – У меня их и так полно.

– Это в будущем у тебя их будет полно, а пока в перспективе только одна малазийка, – возразил он. – Даже американец, по твоим словам, после войны к себе уедет.

– Вот и Хейги, надеюсь, так же думают, – улыбнулся я.

– Что? – взлетели его брови. – Но… Стоп. Так ты не про перспективу? Да ладно. Но как?!

– Артефакты, – ответил я. – Но это только, между нами.

– Само собой, – ответил начавший успокаиваться Акено.

Его мирок не стал разлетаться вдребезги. Артефакты – это понятно. Пусть и удивительно, так как далеко не каждый артефакт может сделать из человека “виртуоза”. Особенно, если судить по моим словам, когда этих артефактов несколько. Но я ведь Аматэру. Мало ли у нас в закромах сокровищ? Гораздо более удивительно достать несколько “виртуозов” из воздуха. Причём, опять же, по моим словам, точнее из контекста моих слов, если это не чья-то там помощь, а именно мои “виртуозы”.

– В общем, – продолжил я прежнюю тему, – я выбираю Мизуки. Шину я своей женой просто не вижу.

– Пусть так, – кивнул он. – Мне, собственно, было просто интересно, почему она. Не подумай, что я пытаюсь надавить на твой выбор. Я их обеих одинаково люблю, так что и рад буду за обеих одинаково.

– Кстати, а что там с Ренжиро? – решил я уточнить.

– Мы ж вроде говорили на эту тему? – удивился Акено. – Ничего с ним не будет. Точнее ничего не будет, если его помолвка с Мизуки будет расторгнута. Я вообще подумываю отдать ему Шину. Всяко лучше, чем кому-то из другого Рода. Да и парень Ренжиро что надо. Достойный.

– Они же близкие родственники, – удивился я, правда тут же опомнился.

Не привык я к такому, хотя двоюродные родственники и в моём прежнем мире могли сочетаться браком. А тут так и вовсе…

– Да хоть брат с сестрой, – пожал плечами Акено. – С этим главное не частить, а так плевать. Зато у их детей потенциал будет… повыше, – и добавил чуть тише: – Надеюсь.

– Да это я так, – поднял я руки. – Простолюдинское наследие. У простых-то людей к инцесту однозначно негативное отношение. В массе своей.

– У простых людей для такого отношения есть предпосылки, – усмехнулся он. – А аристократы тысячелетиями следили за своей породой. Хотя об этом лучше генетиков спрашивать. Ну и бахир. Давно доказано, что он помогает в этом вопросе.

– Да как скажете, мне-то что? – пожал я плечом. – Кстати, позволите самому Мизуки обрадовать? Чуть позже. Сейчас я морально не готов.

– А что так? – усмехнулся он.

– У меня свадьба только что была, – вздохнул я. – А перед этим несколько месяцев подготовки к ней. Дайте хоть месяцок отдохнуть, а?

– Без вопросов, Син, в этом я на твоей стороне, – ответил Акено. – Помню, как это у меня было… – вздрогнул он явно напоказ. – Только это… Если будет такая возможность, позови меня, когда будешь ей об этом говорить. Хорошо?

– Договорились, – кивнул я. – Это определённо будет весело.

Глава 15

Конец года у меня какой-то… Сначала подготовка к моей свадьбе, сама свадьба, теперь подготовка к свадьбе Казуки и Эрны. Предложение Мизуки я тоже собираюсь сделать до конца года. Ах да, ещё и с Акеми надо разобраться, но это всё потом, а сейчас — Казуки и его свадьба. Проблема состояла в том, что на этот раз я не смог отмазаться от организационных вопросов, из-за чего мне пришлось выделять время ещё и на это. Да, ко мне не бегали уточнять каждый мелкий нюанс, но дел всё равно хватало. Например, организация приёма в честь объявления о помолвке легла на мои плечи. Благо это только звучит страшно, а на деле приём организовывают Слуги. Но это самый простой пример. Да и в целом самое начало. Сейчас я скорее ворчу, но как представлю, что будет дальше…

Может, скинуть свою часть работы на Норико? А что, хорошая идея. В самом деле, что это я раскис? Да и Атарашики такая довольная в последнее время, что и на неё можно побольше спихнуть. Да, пожалуй, так и сделаю. Может, мне ещё и свалить куда-нибудь? Что я, в той же Малайзии не найду чем заняться? Не, это уже перебор… Я и в Японии найду себе работу.

Впрочем, всё это дело будущего, слишком уж далеко до свадьбы. Как минимум спокойный месяц у меня есть. А то и два.

Раздался стук в дверь, после чего она приоткрылась и в кабинет заглянул Казуки.

– Синдзи-сан, ты свободен? – спросил он, и убедившись, что я его не прогоняю, зашёл в помещение. — У меня к тебе пара вопросов, есть время?

– Садись, — хмыкнул я, кивнув на кресла в центре помещения.

– Я лучше на стул, — пробормотал он, после чего подвинул к моему столу стул.

– О чём вопросы-то? – спросил я.

– О свадьбе, – вздохнул он, присаживаясь. – Например, что лучше — белый или золотой хаори химо? Белый – классика, золотой -- вроде как праздник. Или как кольца выбрать? Где лучше фотосессию устраивать, какой храм выбрать, кого пригласить, что там с банкетом, а свадебный дом строить или какой-то из старых использовать? А какой? Где именно? Здесь или в Токусиме?

– Казуки, – остановил я, его подняв руку. – Ты слишком рано об этом думать начал. Да и твоей первой свадьбой мы сами займёмся.

– То-то ты как ужаленный последние месяцы бегал… – пробормотал он, отведя глаза.

– Вот и ты побегаешь. Но потом, – припечатал я. – До твоей свадьбы ещё дохренища времени.

– Два-три месяца, это не дохренища, – буркнул он.

– Сам виноват, – бросил я.

– Да я как-то... – засмущался он.

В отличие от нашей с Норико свадьбы, Казуки и Эрна должны жениться быстрее. Просто чтобы живот его невесты не успел слишком вырасти.

– Короче, малыш, у тебя сейчас очень удобное положение. Всё, что от тебя требуется, это делать выбор, когда его предлагают, и не лезть в это болото глубже. Об остальном позаботимся мы с Атарашики. И Эрной, полагаю.

– Да в общем-то Эрна меня вопросами и завалила, – пожал он плечами.

– Блин, Казуки, ты мужик или где? – возмутился я. – Неужто не можешь послать её куда подальше? К Атарашики, например. Наша с тобой мужицкая задача – скинуть на женщин как можно больше работы. Пусть вкалывают. Так что вперёд, нефиг меня напрягать.

– А я думал, что всё наоборот, – хмыкнул он весело.

– Наоборот – это подкаблучники, а мы с тобой ленивые трусы.

***

“Они сродни чудовищам, что живут ради убийств. Необоснованная агрессия в Малайзии тому свидетельство. Сотни тысяч жизней положены на алтарь их завоеваний. Ради чего? Они убивали, жгли, расстреливали, рвали на части. Мы спрашиваем вас, уважаемые читатели, ради чего? А чем им помешали подданные нашей страны? Аматэру начали конфликт с кланом Хейг просто так, они убивали наших с вами соотечественников. Ради чего?”

Я читал присланную мне Мидзуно статью “Америка сегодня” и не мог понять, что происходит. Данная газета чисто государственная, выкупленная несколько десятков лет назад у Рода Ньюхарт, и вот теперь на её страницах поливают грязью девятый по древности Род в мире. Это вообще нормально? С какой стати американское правительство влезло в этот конфликт? Чего хотят добиться? Настроить против меня общественность? Так мне плевать на их простолюдинов, а с аристо по-другому дела делаются. Просто уколоть мой Род? М-м-м… И нафига это королю Соединённых Штатов? Временному, замечу, королю. Точнее, следующего там выберут после смерти нынешнего. Королей в Штатах выбирают, но на пожизненный срок. Правительство не в курсе? Возможно – управление газетой не прямое, там свой директорат, свои редакторы. Тогда кто протащил статью? Хейги? А им-то это зачем? “Америка сегодня” – это газета в первую очередь для простого народа. Скорее всего, это что-то внутреннее, меня по факту не касающееся, но доказательств этому нет. Да, мой Род трогать в любом случае не стоило.

В общем, я запутался, но что-то делать всё равно надо. И я даже знаю что. В данном деле как минимум половина вины лежит на Хейгах, в статье упоминается именно про них, и по идее, они не должны были давать добро на её выход, но раз уж дали…

Достав мобильник, набрал номер Комацу Аи.

– Добрый день, Аматэру-сама, – услышал я её голос в трубке.

– Добрый, – ответил я. – У меня к вам вопрос, Комацу-сан. Серьёзный.

– Слушаю вас внимательно, Аматэру-сама, – произнесла она несколько удивлённо.

– Перед ответом хорошенько подумай, за любой из ответов тебе ничего не будет и наши с тобой взаимоотношения останутся на прежнем уровне. Так вот, вопрос – как ты смотришь на то, чтобы взять интервью у члена клана Хейг, в котором он обольёт грязью не только свой клан, но и немного заденет американцев в целом?

– Это довольно опасно… – произнесла она задумчиво. – Но и особо думать тут не надо. Я в любом случае готова взять это интервью.

– За тобой могут прийти, – произнёс я, нагнетая атмосферу.

– А могут и не прийти, – ответила она, усмехнувшись. – Я всего лишь репортёр… Хотя… Да не, ерунда. В первую очередь во всём обвинять будут вас, Аматэру-сама.

– В таком случае готовься, – улыбнулся я. – Составь вопросы, да и ответы, чтобы посильнее задеть Хейгов. Я хочу видеть их оплёванными. Презираемыми. Как составишь – звони. Будем решать вопросы непосредственно интервью.

– Сделаю, Аматэру-сама, – произнесла она серьёзно. – Думаю, послезавтра список вопросов и ответов я составлю. Кого я могу привлекать к работе?

– Оператора своего, – пожал я плечами, пусть она этого и не видела. – В общем, кого хочешь и кто не испугается.

– Просто я тут подумала, – произнесла она осторожно. – В таком деле многие не откажутся поучаствовать. Собственно, весь наш телеканал не откажется. Под вашим крылышком… – произнесла она полувопросительно, предлагая мне ответить.

– Под моим, – что я и сделал. – В данном деле я беру всю ответственность на себя.

– В таком случае, уверена, согласятся многие, – произнесла она радостно. – Мы можем сделать всё очень красиво.

– Делайте, – вздохнул я. – Ты только учти, что само интервью будет проходить на закрытом объекте, и кроме тебя… ну, и оператора, я туда никого не пущу.

– М-м-м… А это обязательно? Просто…

– Пленный имеет ранг “виртуоз”, – прервал я её.

Ответила она не сразу, трубка молчала двадцать две секунды.

– Боги великие, как же я вас люблю, Аматэру-сама! – произнесла она, наконец, возбуждённым голосом. – Я ведь могу озвучить данный факт?

– Можешь, – усмехнулся я.

– Тогда ждите моего звонка, – затараторила она. – Я все дела брошу, всех кого можно на уши поставлю, но всё будет быстро, грамотно и как вы хотите.

– Работай, – только и сказал я.

Посмотрим, как Хейги на это отреагируют.

***

Мы находились в кабинете государственного чиновника, и я, если честно, думал, что он будет обставлен несколько более… казённо. На деле же помещение выглядело скорее как мой рабочий кабинет. Я, Меёуми Юдай и тот самый чиновник сидели в центре комнаты в удобных креслах, а на столе перед нами источали пар кружки с чаем.

– Получается, – говорил я, – что вы хотите сказать мне, будто мой друг рисковал жизнью просто так?

– Я лишь хочу сказать, что моих полномочий не хватает для подписания этих документов, Аматэру-сан, – спокойно ответил чиновник.

– А ваш непосредственный начальник… где-то, – поморщился я.

– Я слишком низкого полёта птица, чтобы знать его распорядок дня, – пожал чиновник плечами.

– И для чего вы тогда тут сидите? – вздохнул я. – Если вы даже не можете выполнить свою работу.

– Я сижу тут для того, чтобы Хэгури-сан не утонул в бумагах, Аматэру-сан, – ответил он, не теряя самообладания. – Но моих полномочий недостаточно, чтобы подписывать бумаги, которые впоследствии лягут на стол Его величества.

– Что ж, я понял вас. Спасибо, что уделили время, – произнёс я, демонстрируя лёгкую форму недовольства.

Выйдя из кабинета чинуши, глянул на Меёуми.

– Не очень-то ты и расстроен, – поджал я губы. – Это тебя, между прочим, хотят Родовых земель лишить.

– Я не очень-то и надеялся на благоприятный исход, – пожал он плечами. – Очевидно же, что я не заработал на свои земли.

– А вот я считаю иначе, – нахмурился я. – Какого демона ты вообще так поздно суетиться начал?

– Ну… как бы… – засмущался он, а через пару секунд устало вздохнул. – Страшно мне было, Аматэру-сан. Не верил я, да и не верю в успех. К тому же, я приехал в Малайзию в первую очередь несколько за другим.

– Последнее – самовнушение и отмазки, – хмыкнул я. – Ты был моим союзником в той войне. Я видел, что и как ты делал. Моё мнение однозначно – ты достоин земель.

– Ваше мнение уже немалое достижение, – улыбнулся он.

– Не вешай нос, Меёуми-сан, – повернул я голову вправо-влево, осматривая коридор. – Прорвёмся. Но не сегодня, – пришлось мне признать. – Ладно, пойдём отсюда.

– Как скажете, Аматэру-сан, – пожал он плечами.

Выйдя из здания Имперской Канцелярии, направились в сторону парковки. Ставить машины у входа было нельзя, да, по сути, и негде, так как Канцелярия стояла посреди небольшого парка.

– Кстати, Меёуми-сан, есть у меня к тебе разговор важный, – произнёс я, спускаясь по небольшой лестнице у входа в здание.

– Слушаю, Аматэру-сан, – посмотрел он на меня.

– Эм… – глянул я вглубь парка. Думаю, успею уточнить свои вопросы, пока идём до машин, а там, если что, уже и организуем нормальную встречу. – Что там с командами для кораблей? Наёмники, насколько я знаю, ушли?

– Так и есть, – кивнул он. – В основном к Хатано-сану. Всё-таки они в основном с ним были связаны. Да и воюет сейчас именно он, а значит, и трофеи с ним получить проще.

– А у нас что? – спросил я.

– А у нас две полные команды на эсминец и корвет, – ответил он. – Можно ещё один корвет укомплектовать, но людям надо отдыхать, так что свободных моряков я использую в качестве смены.

– То есть, если впритык, то эсминец и два корвета, – произнёс я задумчиво. – И большая часть команд этих кораблей – старики.

– Зато опытные, – пожал он плечами.

– А в наличии у нас два эсминца, восемь корветов и один десантный корабль, – констатировал я факт.

– Половину из этих кораблей вы собирались продать, – произнёс он полувопросительно.

– Я собирался продать всё, для чего у меня нет команды, – вздохнул я. – Хорошо, что я не тороплюсь с такими решениями.

– Наземную технику вы продаёте только в путь, – усмехнулся Меёуми.

– Потому что её и достать проще, да и количество её у меня… немалое, – глянул я на него. – В общем, у меня скоро активные боевые действия на море намечаются. По факту, участие кораблей Аматэру там не обязательно, но, репутации ради, корабли с командой там быть должны.

– Хейги? – уточнил Меёуми.

– Они самые, – чуть кивнул я. – Вот и скажи мне – где достать людей для команд пустых кораблей? Есть идеи?

– Наймите, – произнёс он задумчиво. – Хотя нет, люди, как правило идут вместе с кораблями.

– Точнее, нанимают сразу корабли с командой, – поправил я его. – Ну а те, кто мог, ушёл обратно к Хатано. Да даже если они и вернутся… Сколько их там? На четыре корвета хватит?

– Либо два и эсминец, – подтвердил он. – Всё равно лишние корабли остаются. Да и воевать с американцами, а не какими-то там малайцами, далеко не каждый станет. За свой Род или страну могут, а так… Это я сейчас про тех, кто к Хатано ушёл, – уточнил он. – Вот за них они бы стали воевать. За Аматэру… Не знаю. Я с ними много времени провёл и точно скажу, что за Аматэру там некоторые пойдут с радостью, но всё-таки не все.

– И что делать? – посмотрел я на него вопросительно.

– Надо думать, – вздохнул он. – А когда война-то намечается?

– В ближайшие месяцы, – ответил я.

– М-м-м… А поточнее можно, Аматэру-сан? – спросил он извиняющимся тоном.

– Ну ты и спросил, – покачал я головой. – Теоретически, по плану, в конце марта всё должно быть закончено.

– А сейчас у нас начало декабря, – вздохнул он. – Слишком мало времени. За четыре месяца с нуля команду не подготовишь, а, по вашим словам, за это время уже всё закончится.

– По плану, – уточнил я. – В конце января должны начать атаку на море.

– Два неполных месяца, – вздохнул он. – В этом случае, только опытных людей искать. И то, они почти всё время потратят только на освоение своих кораблей. Против опытных американцев, а у них вряд ли будут юнцы на кораблях, по-другому нельзя.

– Так делать-то что? – повторил я свой вопрос.

Поначалу он явно хотел сказать что-то другое, скорее всего повторить свой ответ, но выдал иное.

– Я подумаю, что можно сделать, и свяжусь с вами, как только появятся идеи, – произнёс он. – Прямо сейчас я не знаю, что вам сказать.

Я вот тоже сначала хотел сказать “жаль”, даже воздух в грудь набрал, но всё же передумал.

– Спасибо, Меёуми-сан. Буду ждать вашего звонка, – улыбнулся я.

– Прошу прощения, что я…

– Нет, нет, – поднял я руку, прерывая его. – Тебе не за что извиняться. Это ты прости, что озадачиваю тебя своими проблемами.

– Я… – сжал он зубы. – Я понял. И обязательно что-нибудь придумаю.

Я лишь с благодарностью кивнул, не веря в то, что он сможет что-то придумать. Невозможно достать из воздуха такое количество профессионалов. Но, если он сможет сформировать команду на ещё хотя бы один корабль, я буду рад.

***

Решение по Акеми принято, и надо бы уже привести его в исполнение, но каждый раз, когда я об этом задумываюсь, мужская чуйка шепчет мне, что не стоит. Что вполне можно подождать ещё немного. Никуда Акеми не убежит. Другое дело, что она может и в отказ пойти, что для меня, наверное, даже лучше будет… Хотя нет, не лучше, скорее, спокойнее. В общем, я не расстроюсь, если Заноза решит остаться просто другом. При этом я вполне себе осознаю, что это пережиток жизни в моём прошлом мире – я вырос на знании, что если про любовницу узнает жена, то ничего хорошего не жди, здесь же всё иначе. Да и я непростой человек. Так что надо собрать в кулак всё, что можно собрать, и идти к Норико. В конце концов, что там с Акеми будет, неизвестно, а наложница главе моего Рода нужна, при этом жена у меня никуда точно не денется.

Норико я нашёл на кухне, где она что-то готовила, при этом, похоже, в отрыве от остальных поваров. То есть они там что-то своё делали, а Норико – своё.

– Милая? – подошёл я к ней. – Есть разговор серьёзный. Отойдём?

– Вот прям серьёзный-серьёзный? – спросила она, не отрывая взгляд от кастрюли, в которой помешивала какой-то суп.

– Да, – ответил я коротко.

– Ладно, – посмотрела она на меня с подозрением, после чего посмотрела в сторону двух поварих и повысила голос. – Джунко-тян, присмотри за минестроне, я отлучусь.

– Слушаюсь, госпожа! – отозвалась Коикэ Джунко, чей рецепт печенек не смогли повторить повара Тарвордов.

– Ну пойдём, серьёзный ты мой, – вздохнула она, снимая передник.

Зайдя в ближайшую к кухне гостиную, и самую маленькую в доме, к слову, мы с Норико уселись в кресла друг напротив друга.

– Честно говоря, мне и самому не нравится тема, которую я поднимаю, но это необходимо, – начал я. Девушка, слушая меня, пусть и пыталась казаться непринуждённой, но было видно, что напряглась. – Аматэру требуются дети, а ты, да и мои будущие жёны, физически не можете родить больше трёх. Да я и против таких рисков. Двое детей максимум. В общем, мной и Атарашики было принято решение… эм-м-м… завести наложницу. Плюс двое детишек Роду не помешают.

Замолчав, выжидающе наблюдал за женой. А та, в свою очередь, уже и не пыталась казаться непринуждённой.

– То есть… – начала она, но оборвала себя. – Значит так, да? Значит мало тебе меня… и будущих жён. Здорово, что тут ещё скажешь? Молодец. Прям настоящий самец. Моё мнение в этом вопросе, как я понимаю, значения не имеет?

– Нет, – вздохнул я. – Помимо детей…

– Моё мнение для тебя вообще хоть какое-то значение имеет?! – вскочила она на ноги. – Не успел жениться и нате вам, шлюху какую-то в дом тащит! Мало мне того, что придётся двух девок терпеть, так теперь ещё и…

– А ну сядь, – придавил я её яки. В кресло она буквально упала, глядя на меня испуганными глазами. – И более не смей повышать на меня голос, – убрав яки, я ещё некоторое время молчал, ожидая, когда она успокоится. – Помимо детей… Я уже даже и не знаю, стоит ли говорить тебе что-то важное.

– Прости, – произнесла она тихо. – Я была неправа, что вспылила.

Только в этом? Хех, не сдаётся девчонка. Впрочем, давить я её тоже не намерен – мои жёны обязаны иметь своё мнение, но и про логику не забывать.

– Помимо детей, есть и другие причины для подобного решения, – продолжил я, не отпуская её взгляд. – Для начала, моя избранница – это Наката Акеми…

– Что? Но она… Извини, – поджала Норико губы.

– Она обладательница Родовых земель, которые отойдут её детям, а значит, и Роду, – напомнил я ей данный факт. Вспомнив об этом, Норико даже задумалась. – А ещё мне нужен общественный резонанс.

– Зачем? – не поняла она. – По-моему, от такого как раз лучше держаться подальше. Чем тише, тем лучше.

– Но не сейчас, – произнёс я. – Точнее, конкретно сейчас мне надо перевести взгляды как можно большего количества людей в сторону от своих дел. От одного конкретного дела, на которое уже обратили внимание три стороны. И хотелось бы, чтобы этих сторон не стало больше.

– Синдзи… – начала она осторожно. – Не знаю, что там за дело у тебя, но наложница, пусть даже преступница, не сильно-то отвлечёт внимание от… В общем – не сильно. Да и надолго шумихи не хватит.

– Именно поэтому я работаю и по другим направлениям. Тут наложница, там спарринг с “виртуозом”, здесь видео моего боя с американцами. На подходе обнародование того факта, что у нас ещё один Патриарх есть. Свадьба, как ни крути, свою роль тоже сыграла. Да и в целом над секретностью работают. Тут штришок, там обманка, так дела и делаются.

– Что хоть за дела-то? – спросила она вздохнув. – Или я не могу об этом узнать?

– Вот теперь я даже и не знаю, – хмыкнул я, на что Норико вновь поджала губы.

– Я уже говорила, что не стану выпытывать у тебя секреты, – произнесла она. – Но данное дело касается и меня. Точнее, коснулось, так что я хочу… Извини. Я прошу, если это возможно, рассказать, ради чего мне придётся терпеть эту женщину.

– Ради Родовых земель и двух детей, – ответил я. – Это основная причина.

– Понятно, – отвела она взгляд.

Да ладно, чего уж там. Если кто-то заинтересовался перевозкой непонятно чего, непонятно откуда, то… Как минимум Император обо всём догадается в любом случае. Я ж к нему за кланом пойду. Ну а остальные… С остальными как-нибудь разберёмся. Лишь бы их много не было.

– Это секретная информация, Норико, – вздохнул я. – Старайся даже думать об этом поменьше. То, о чём ты хочешь знать – это затерянное Хранилище Древних. Ушедшее под воду и полное хранимых там артефактов. Большая часть Родов, которые держали там своё имущество, вымерли, но парочка представителей живы до сих пор. Те же Сюнтэн именно там хранили самое ценное.

Слава богу, что Императорский Род, как и Аматэру, изначально привязаны к Хранилищу Фудзи.

Осознав услышанное, брови девушки полезли на лоб. Она с минуту не знала, что на это сказать, начиная что-то говорить и обрывая сама себя.

– То есть у нас теперь целое Хранилище артефактов? – всё-таки выдала она осмысленную фразу.

– Не только, но с этим ещё предстоит разобраться, – улыбнулся я. – Там хватает вещей, которые не реагируют на вливание бахира, то есть либо просто Родовые реликвии, бесполезные для нас, либо…

– Магические артефакты! – прервала она меня взбудоражено. – Причём тех времён, когда Ушедших было полно и артефакты они делали чуть ли не всем! Вау…

– Ну да, как-то так, – пожал я плечами. – Только узнать, что есть что, не представляется возможным. Плюс к этому, там полно таких вещей как драгоценные металлы и камни. В общем, мы отхватили очень неплохой куш, за который многие и подраться не постесняются.

– Я поняла, – кивнула она важно. – Ни слова. Никому. Я нема словно рыба. Эм… А ты уже что-то вывез оттуда? Покажешь?

Всё-таки они с Мизуки порой сильно похожи.

– В Токусиме, – вздохнул я, и не дав ей задать вопрос, добавил: – На Новый год туда поедем. Против Акеми ты больше ничего не имеешь?

– Конечно, имею, – фыркнула она. – Но так уж и быть, ради дела потерплю.

– Хорошо, если так. Ты главное запомни – рожать она будет моих детей, и если я узнаю, что ты их…

– Дети не в счёт, – подняла она руку. – Я против любовницы, то есть наложницы, а твои дети, в любом случае, и мои тоже.

***

Выйдя из машины, поднял голову, окидывая взглядом двадцатиэтажное здание министерства земли, инфраструктуры, транспорта и туризма. Именно здесь находилось рабочее место главы Рода Тайра, который всем этим хозяйством и заведовал. Кабинет министров в Японии вообще был целиком занят представителями древних и могущественных Родов. Хотя подчас их могущество и строилось на том, что они контролируют то или иное министерство. Впрочем, наследуемых министерских кресел не так уж и много – Кагуцутивару заведует министерством финансов, Тайра уже лет двести сидят в министерстве транспорта, Отомо столько же в Кадровой палате. Ну… вроде как ещё Такамуко уже очень долго управляют министерством юстиции. В остальном… Я не очень интересовался данным вопросом, но вроде как министром сельского, и так далее, хозяйства до Инарико был глава Рода Матарэн. Ну или последний глава Рода Минамото рулил Счётной палатой, в то время как сейчас там глава Мононобэ Фумитака. Не министр, конечно, но должность тоже важная. Ну и так далее. В целом, каждые два-три поколения министры в Японии меняются, но это при хорошем раскладе, а вот в Секретариате чуть ли не каждые десять лет новый глава. Там правда на основных постах Хэгури, так что кто главный не сильно важно.

Кстати, забавный факт – чехарда со сменой глав Секретариата началась после того, как с этого поста подвинули тогдашнего главу Рода Цуцуи. А ведь по словам моего учителя, их Род там века три сидел. Так что, как по мне, если те же Кагуцутивару проявят слабину, даже их попросят отдать пост министра финансов. Правда, они и до моей женитьбы на Норико отлично себя чувствовали, а уж теперь-то вряд ли найдётся кто-то, кто сможет занять их пост в министерстве.

Мда… Возвращаясь к Тайра. После Отомо я связался с ними и попросил о встрече. Ответили-то мне почти сразу, только вот, в отличие от Отомо, эту самую встречу назначили через неделю, да и проходила она не дома у Тайра, а на рабочем месте главы Рода. То бишь здесь. На пренебрежение это не похоже, было бы хуже, назначь он местом встречи какой-нибудь ресторан, но и на доверительные отношения, точнее, попытку показать доверительные отношения, такой посыл тоже не тянул. Мне явно показывали, что наши взаимоотношения несут только рабочий характер. Что ж, я не против.

Секретарша Тайра, узнав мою фамилию, тут же сообщила шефу, кто к нему пришёл, ну а тот, в свою очередь, не стал тянуть резину и сразу пригласил меня к себе.

– Здравствуй, Аматэру-кун, – кивнул мне из-за стола Масару. – Ты уж извини, что приходится общаться на работе, но дел невпроворот.

– Всё в порядке, Тайра-сан, – кивнул я в ответ. – Я понимаю.

– Присаживайся, – указал он рукой на стул, стоящий у его стола.

– Благодарю, – вежливо улыбнулся я.

Стул дорогой, удобный, но… При наличии в кабинете кресел и столика для более интимных переговоров общение через рабочий стол выглядело так, будто я нежеланный здесь посетитель. Забавно. Они столько времени выпрашивали прощения за что-то там, чтобы иметь доступ к приёмам, устраиваемым Аматэру, но стоило им только заподозрить в нас угрозу, и сразу всё? Плевать? С другой стороны, Тайра пока действуют в рамках приличий. Вроде как и обижаться не на что, а если и обидимся, Тайра нас на смех поднимут. Получится или нет – другой вопрос.

А может, дело в том, что раньше Тайра умнее были? Нет, это уже самомнение, с этим бороться надо. Другие не обязаны выказывать Аматэру уважение везде и всегда. Это не Тайра глупы – это я не понимаю их логику.

– Итак, Аматэру-кун, внимательно тебя слушаю, – произнёс он.

Медленно подводить к интересующей меня теме, похоже, не получится. Да и… Чую я, он из принципа не станет идти мне навстречу и мириться с Асука. Пойти от противного? Изобразить глупого и наглого юнца? Многие уже велись на это, может, и Тайра сглупят? Если так, то надо изобразить чуть менее глупого и чуть более наглого. Так уж получается, что дебилом меня уже никто в Японии не воспринимает. Будем надеяться, что Тайра считает себя гораздо умнее молокососа вроде меня. Типа не я дурак, а он гений.

Ох, и рискованно же это всё…

– Отличный кабинет, – осмотрелся я демонстративно.

– Брось, Аматэру-кун, – усмехнулся Тайра. – Ты ведь сюда пришёл не для того, чтобы хвалить моё рабочее место?

– Это да, – вздохнул я, переведя на него взгляд. – Хвалить-то вас, помимо кабинета, в общем-то и не за что.

У него от услышанного аж брови взлетели. Он, конечно, уколол мальчишку, то есть меня, но вряд ли ожидал, что столь сильно на это отреагирую.

– Ты правда думаешь, что мне нужна твоя похвала? – произнёс он с удивлением. Явно наигранным. – Род Тайра и без подобного проживёт.

– Да я и не спорю с этим, Тайра-сан, – усмехнулся я. – Конечно, проживёте. Вы ведь такие сильные и могучие.

– Твоя ирония в этом вопросе неуместна, Аматэру-кун, – посмотрел он на глупое дитя. – Над чьей-то силой могут смеяться только более сильные. Ну да закончим с колкостями. С чем ты пришёл ко мне?

– Я теперь уже даже и не знаю, стоит ли мне общаться с вами на эту тему, – произнёс я ухмыляясь. – Ну да ладно. Так уж получилось, что я, в своё время, подвизался помочь клану Асука урегулировать их конфликт с Тайра и Отомо. И вот я здесь. Этот конфликт не нужен никому, зряшная трата нервов и ресурсов. К тому же он, в конечном итоге, точно приведёт к… Эм… – изобразил я нежелание поднимать тему войны. – Ни к чему хорошему он не приведёт. Так не лучше ли закончить его? Естественно, Асука принесут извинения и… Как договоритесь, такие извинения и будут, в общем. Что скажете? – улыбнулся я.

Сразу меня посылать не стали. Тайра просто не понимал, что происходит. Не должен я относиться к делу таким образом. Если хочу решить его в положительном для себя ключе.

– С Отомо ты уже говорил? – задал он вопрос.

На это уже я не стал отвечать сразу.

– С Отомо я договорился, – произнёс я ровно. – Но к делу это не относится. Вы лучше ответьте, что думаете о моём предложении.

Вроде как и не хотелось бы об этом рассказывать, но факт удачных переговоров с Отомо и спрятать не получится. Вот и пытается юнец перевести тему.

– Я смотрю, ты не очень жаждешь договориться по этому вопросу, – произнёс он после недолгого молчания.

На что я пожал плечами.

– Я не расстроюсь, если вы ответите отказом, – произнёс я. – В конце концов, я просто пытаюсь помочь Асука. Не получится? Не моё дело. Воевать-то с ними не я буду.

– Если ты думаешь, что война с Асука – это какая-то там угроза, то ты ошибаешься, – усмехнулся Тайра.

– Я понимаю, – кивнул я. – Просто мне всё равно. Любой ваш ответ не принесёт мне вреда.

– А вот я что-то не понимаю, – откинулся он на спинку своего кресла. – Зачем вообще тогда приходить ко мне?

Хм. Чуть-чуть усугублю.

– Просто вы слишком много болтаете, Тайра-сан, – произнёс я с серьёзным выражением лица. – Род Аматэру даже и не думал ссориться с вами, но, как мне сказали, вы нами недовольны. Теперь же… – заткнулся я. Типа спохватился. – Я свою работу сделал. В остальном сами решайте. Всего хорошего, Тайра-сан, – поднялся я со стула.

Если я всё правильно рассчитал, то у Тайра должны возникнуть подозрения по поводу данного дела. А не провоцирую ли я их? С Отомо договорился, с Асука… скорее всего тоже. Плюс мы – Аматэру. Кто теперь даст гарантии, что против их Рода не выступят сразу три стороны? Ну а почему бы и нет? Мало ли примеров в истории, когда коалиция Родов и кланов скидывает с пьедестала могущественного игрока? У Асука причин для конфликта хватает, ждать, пока их “виртуозы” помрут от старости, они не будут. Аматэру Тайра сами дают повод, и только боги знают, не перегнули ли они с нами палку. У меня-то не спросишь. Ну а Отомо… Эти вообще вполне могут хотеть занять место Тайра подле Императора. Впрочем, в последнем Тайра, наверное, вообще всех подозревают. Забравшись на вершину, будь готов, что тебя оттуда попытаются скинуть. Так что почему бы Отомо и не поучаствовать в подобном альянсе? Само собой, ничего такого не случится в ближайшее время, разведка должна была хоть какое-то движение в эту сторону углядеть… Кстати, а ведь я этим ходом могу и оттянуть внимание Тайра от своих кораблей, неизвестно что перевозящих. В общем, если война с ними и планируется, то не скоро, вот юнец, то есть я, и сделал ошибку.

Остаётся надеяться, что мой расчёт оказался верным.

По дороге домой мне позвонила Мизуки.

– Синдзи, выручай! – раздалось из динамиков мобильника. – Мама с ума сошла, заставляет папку эксперименты в тайской кухне есть! Он этой гадостью уже час давится!

– От меня-то ты что хочешь? – удивился я. – К тому же Кагами-сан принципиально не может гадость приготовить.

– Так она и не готовит, этим мы с Шиной занимаемся! – произнесла она с надрывом в голосе.

Оу. Даже и не знаю, что на это ответить.

– Ну так… Опять же… Я-то чем ему могу помочь? – задал я вопрос.

– Составить ему компанию. Ну, то есть, выступить моральной поддержкой, – ответила она. – У нас тут настоящий филиал дзигоку в доме. Папка давится гадостью, Шина истерит, я делаю жалостливое… рыдаю, короче, но мама не сдаётся. Сам Эмма убежал на задний двор и трясётся от ужаса… ой. Ма-а-ам… Ой… Синдзи, я проигрываю этот бой! Синдзи! Ты нужен здесь, немедленно!

Выкрикнув последние слова, Мизуки оборвала связь. Похоже, день мой закончится забавно. С делами я на сегодня разобрался, обучение у Цуцуи завтра, тренировкой Мамио и Тейджо занимается Казуки… Что там ещё из важного? Да ничего, вроде. Всё остальное можно ради Мизуки и Кагами отложить. Да и откладывать-то, по сути, нечего. Я сегодня вообще хотел себе вечер отдыха устроить… Блин, я ж об этом Мизуки в школе проболтался, то-то она мне позвонила. Эх, ладно. В конце концов, что бы там Рыжая ни вопила, они с Шиной готовят очень даже ничего, вряд ли там и правда гадость.

Глава 16

— Немного бровь приподними… Блин, бровь, Казуки, а не брови. Левую. Левую, а не правую!

– С левой у меня не получается, – практически ныл Казуки.

Мы с ним уже второй час стояли перед зеркалом в малой гостиной и тренировали презрительное выражение лица.

— Сложно с тобой, – почесал я макушку. — Ну ладно, пусть будет правая, но тогда левую не опускай так низко. Хм… Так, расслабься. И ещё раз. Неплохо. Надо было сразу так делать. Расслабься – и ещё раз. А и правда неплохо.

— Мне как-то не по себе от своего же отражения, – пожаловался он.

– Ну ещё бы, отлично получается, – произнёс я, наблюдая за его лицом в отражении зеркала. – Только держи выражение лица, когда говоришь.

– М-м-м… — промычал он, закатив глаза.

– Расслабься. Ещё раз, -- произнёс я задумчиво. – Скажи что-нибудь.

– Что именно, Синдзи-сан? – спросил он.

– Я же сказал – держи лицо, когда говоришь, – на этот раз он только вздохнул, после чего зажмурился и вновь выдал презрительную моську. – Так. Отлично. Ничего не говори. Повернись сюда. Смотри на дверь и держи лицо. Сейчас сюда зайдёт Норико, твоя задача – удержать лицо.

– Синдзи-са-а-ан… – опять начал он ныть.

– А ну, цыц. Лицо.

В итоге, когда Норико через пару секунд зашла в комнату, она будто в невидимую стену врезалась.

– Лицо попроще, пацанчик, а то я тебе сейчас всё ненужное оторву, – произнесла она, вздёрнув брови.

Похоже, некая рыжая особа плохо на неё влияет.

– Держи лицо, парень, – произнёс я. – Главное, не кусается, остальное ты переживёшь.

Тут до неё начало что-то доходить.

– Так я и смертельный кусь могу сделать, – произнесла она, переводя взгляд с Казуки на меня и обратно. – Вы чего тут делаете?

– Тренируемся, – ответил я. – Всё, малыш, выдохни.

– Может, я пойду? – спросил он жалостливо.

– Иди уж, – вздохнул я. – Всё равно обед скоро.

Повторять дважды ему было не надо, про обед я уже в спину Казуки говорил.

Проводив Казуки взглядом, Норико вновь повернулась ко мне, и на этот раз её лицо выражало крайнюю степень любопытства. Сдержанного любопытства, отчего она выглядела ещё милее.

– А что это было? – спросила она. – Зачем вы… – кивнула она себе за спину.

– Хочу спровоцировать кое-кого, – ответил я улыбнувшись.

– Провокации – это здорово. Провоцировать я люблю, – скользнула она ко мне ближе. – А кого провоцировать?

– Сюнтэн, – ответил я, обнимая её за талию.

– О, этих можно… Стоп, – нахмурилась она резко. – А где ты собрался их провоцировать? Вы же почти не пересекаетесь.

– На дне рождения твоего деда, – пришлось мне признаться.

– А вот это мне уже не нравится, – произнесла она, продолжая хмуриться. – Может, где-нибудь в другом месте?

– И где? – хмыкнул я. – Как ты и сказала, мы почти не пересекаемся.

– Но не на празднике же деда! – чуть повысила она голос. – Синдзи…

О, прикольно. Похоже, Норико учится строить жалобную моську у Казуки. Вот уж кто профи в этом деле. Во всяком случае, она мне сейчас именно моего воспитанника очень напоминает.

– Не волнуйся, – улыбнулся я. – С твоим дедом всё обговорено. Ничего серьёзного там не будет, а если и будет, то пойдёт Кагуцутивару только в плюс.

– Правда-правда? – спросила она, глядя мне в глаза.

– Таков план, – произнёс я, почти касаясь её губ своими.

– Не очень чёткий ответ, – произнесла она тихо, приблизив лицо ещё чуть-чуть.

– А большего ты от ведьмака и не дождёшься, – произнёс я, после чего всё-таки поцеловал её.

Надо бы уже снять блокировку камонтоку, всё равно она так и не пригодилась.

***

С Кагуцутивару я действительно договорился. Специально ездил к Фумики, с которым у меня был интересный разговор. На самом деле, можно было не париться на этот счёт, но сам разговор был нужен даже не для того, чтобы предупредить о возможных проблемах, нет, наоборот – я собирался набрать очков на этом деле. Да, мы теперь с Кагуцутивару в каком-то смысле родня, но мало ли в истории примеров, когда связанные подобными скрепами Роды воевали друг с другом. О настолько серьёзном конфликте между нашими Родами и речи нет, но вот укрепить отношения с ними стоит. Чем я и занялся.

– Ещё раз, – потёр переносицу Кагуцутивару Фумики. – Ты хочешь на моём дне рождения спровоцировать членов Рода Сюнтэн?

Мы сидели на татами в одной из гостиных поместья Кагуцутивару и пили чай. Минут двадцать пили, и только теперь я смог подвести разговор к нужной мне теме.

– Именно так, – подтвердил я, после чего сделал глоток чая.

– И в чём подвох? – вздохнул Фумики. – Это слишком невыгодно для меня, чтобы ты вот так просто пришёл и попросил разрешения устроить довольно опасную возню на моём празднике. Тебе было проще вообще ни о чём не говорить.

– Тут вы правы, Фумики-сан, – поставил я чашку на низкий столик, у которого мы со стариком и сидели. – Проще. Но, во-первых, это было бы просто нечестно по отношению к вам. Во-вторых, я не планирую чего-то действительно масштабного. Нам не нужна активная вражда с Родом Сюнтэн. Ну и в-третьих, мы всё же родня теперь, так что я собираюсь поделиться с вами инсайдерской информацией, которая, вполне возможно, принесёт вам прибыль.

– Так, так… – произнёс он задумчиво. – Умеешь ты заинтриговать. Даже не представляю, что может быть такого ценного в провоцировании другого Рода. Точнее…

– В том, что Сюнтэн провоцирует Род Аматэру, – кивнул я. – Тут надо понимать, что я не собираюсь провоцировать весь Род, мне просто нужен повод кое-что продемонстрировать. Небольшой конфликт, а кроме членов Рода Сюнтэн на него никто не пойдёт. Обиду затаит запросто, но на самом приёме делать никто ничего не будет.

– И вот мы подходим к причине… – приподнял бровь Фумики.

– О да, причина, – улыбнулся я. – Всё на самом деле просто – я хочу представить обществу ещё одного Патриарха.

Как мне показалось, старик далеко не сразу осознал смысл моих слов. Первые секунды на его лице была лёгкая полуулыбка и выражение ожидания. Мол давай, говори дальше. Но как только он осознал услышанное, брови Фумики начали медленно ползти вверх, а улыбка так же медленно исчезать.

– Да как так-то? – пробормотал он на гране слышимости. – И ты хочешь раскрыть подобное? Два Патриарха в одном Роду… Как, демоны тебя подери?!

Выглядел он действительно удивлённым.

– Повезло, – пожал я плечами. – Правда, повезло.

– И кто… Стоп, не говори, – поднял он руку. – Твой воспитанник, да? То-то вы его в Род приняли.

– В Род мы его взяли не только поэтому, – произнёс я. – Но да, это он.

– Два Патриарха… – покачал он головой. – Два, чтоб его, Патриарха… Мне кажется, открывать его обществу будет не очень… разумно.

– И почему? – спросил я с улыбкой.

– Чую подвох в твоём вопросе, – посмотрел он на меня хмуро. – Вам и так завидуют, а после открытия данной информации могут и… М-м-м… Даже не знаю. В конце концов, для многих это просто опасно.

– Чем? – хмыкнул я. – Кагуцутивару-сан, вы сейчас смотрите на ситуацию зашоренным взглядом. Я сам долгое время считал, что наличие двух Патриархов в одном Роду может многих спровоцировать, но подумайте. Просто примите как данность, что у Аматэру два Патриарха. И что дальше? Чем такие, как я, вообще ценны?

– Детьми, – ответил он не раздумывая.

– Именно, – кивнул я. – Ну а теперь скажите мне – чего такого смогут сделать два Патриарха, чего не сможет один? Мы ведь мужчины, а не женщины. От нас требуется не так уж и много. Если потребуется, я и один могу сотни детишек наклепать, для этого мне не нужен помощник.

– Так, подожди, – поднял он руку прикрыв глаза. – Демоны, а ведь ты прав. В этом случае то, что оба Патриарха в одном Роду, даже лучше.

– Завистники, конечно, будут, но они и сейчас есть, – произнёс я. – Зато теперь нет необходимости юлить и пытаться получить ребёнка от главы Рода. Теперь договориться будет куда проще.

– К тому же слишком много детей вам всё равно Император не даст сделать, – добавил Фумики.

– Не совсем правильная постановка вопроса, – поморщился я. – Император может только попросить. Да и то, лишь в случае детей в других Родах. Сколько их будет у нас самих, только наше дело.

– Ну да, я об этом и говорил, – произнёс он. – Просто немного не так выразился. Скажи, почему сейчас?

– Хм, – вопрос был немного неожиданным, поэтому ответил я не сразу. – Просто так сложилось. Нет какой-то особой причины. Про Казуки всё равно узнали бы. У нас не получится скрывать его вечно. Так почему бы и не сейчас?

– Только поэтому? – спросил он, глядя мне в глаза.

– Ну да, – изобразил я удивление. – А что не так-то?

– Ничего такого, – вздохнул он. – Просто… Как бы это сказать? Ты приучил общество, что не делаешь ничего просто так.

– Серьёзно? – вскинул я брови и тут же нахмурился. – Это плохо. Я рассчитывал ещё хотя бы годик… ну или полгодика побыть везучим и наглым молокососом.

– О, – усмехнулся Фумики, – эта маска у тебя получилась очень хорошо, но ничто не вечно. Слишком много ты принёс своему Роду, чтобы народ продолжал считать тебя везунчиком.

Плохо. Очень плохо. Получается, Тайра не поведётся на мою, несомненно, оскароносную игру. С другой стороны, я бы на его месте всё равно пошёл на мир с Асука, просто на всякий случай, да и показать, что вроде как повёлся, после чего начал бы готовить ответ уже Аматэру.

– Понятно, – произнёс я коротко. – Что ж, учту. Возвращаясь к теме нашего разговора – двойное дно, естественно, есть, врать не буду, но это скорее… Скорее просто попытка убить двух кроликов одной стрелой. В конце концов, если я могу решить несколько задач, то почему бы и нет? Но это сугубо личные задачи, которые никак не повлияют на общественность.

– Что ж, это я понять могу, – кивнул Фумики. – Сам бы так делал. Ну а по поводу самой провокации… – задумался он. – Собственно, меня интересуют два вопроса – собираешься ли ты рассказывать о ней ещё кому-то и что конкретно требуется от меня?

– От вас требуется лишь подготовить площадку, ну и оперативно разнять нас, – ответил я, после и сам задумался. – Насчёт первого вопроса… Да. Скорее всего, я расскажу обо всём Кояма.

– Их же нет в списке гостей, – удивился он, впрочем, тут же поправился. – Извини, глупость сморозил.

Ну да. Для того чтобы получить выгоду с предстоящего события, совсем не обязательно присутствовать на приёме. Главное – обладать инсайдерской информацией, остальное приложится.

Несмотря на то, что от Кагуцутивару почти ничего не требовалось, я всё равно задержался у Фумики ещё на час. Примерно столько он закидывал меня вопросами, пытаясь подготовиться ко всем возможным развитиям событий. Лично я слишком плохо знаю Сюнтэн, поэтому и планировать что-то не особо хотел. Да там и планировать-то особо нечего. В общем, расстались мы с Фумики на позитивной ноте. Он убедился, что его репутации ничего не угрожает, ну а я подстелил себе соломки, втянув в свой план хозяина приёма.

Уже сидя в машине и наблюдая в окно, как Лесник выруливает из гаража поместья Кагуцутивару, вновь задумался о ситуации с Тайра. Может, не стоило… А-а-а! Поздно. Теперь нужно продумывать то, как он может ответить, а не жалеть о случившемся. Да и если подумать, особого выбора у меня всё равно в тот момент не было. Мне так или иначе нужно было как-то ответить на его завуалированное неуважение и чуть ли не посыл куда подальше. Ну… Собственно, я и ответил. Как-то…

– Домой, босс? – спросил Сэйджун, когда машина вырулила на главную дорогу.

– К Кояма, – ответил я.

То ли Акено меня хорошо знает, то ли его уровень пофигизма выше, чем у Фумики, но, когда я ему рассказал о втором Патриархе, он всего лишь хмыкнул.

– Я даже не удивлён, – произнёс он, беря в руку ферзя. – Да и если подумать, второй Патриарх… – задумался он, после чего сделал ход и только после этого посмотрел на меня. – Чего вообще второй Патриарх может сделать такого, чего не сможешь сделать ты один?

– Ничего, – улыбнулся я, переведя взгляд на шахматную доску. – Не все до этого дойдут сразу, но уверен – дойдут.

– Завистников у вас прибавится, – произнёс он задумчиво. – Те же Сюнтэн ссаться от злости будут.

– Думаю, Сюнтэн будет не до того, – ответил я.

– Поначалу – да, – произнёс он. – А потом до них дойдёт, что ты их использовал. Прибавь к этому, что ненавистные им Аматэру второго Патриарха заимели…

– Думаете, их ответ будет жёстким? – спросил я, бросив на него взгляд.

Акено в этот момент смотрел на доску и, потирая подбородок, хмурился.

– Что? – поднял он на меня взгляд. – Сюнтэн? Не, вряд ли. Сюнтэн, если вынести за скобки их нелюбовь к Аматэру, вполне себе достойный Род. Они адекватны и не станут кидаться на вас. Пакость какую-нибудь сделают, но… сообразно твоему ходу. Будь иначе, они давно бы вам войну объявили. Ну или постоянно пытались бы тем или иным способом навредить Аматэру.

– До недавнего времени Аматэру состояли в вашем клане, – заметил я, переставив своего коня.

– Думаешь, это остановило бы Сюнтэн? – усмехнулся он. – Третьих по древности в стране? Один из сильнейших Родов в Японии? Пф. Войну бы они, конечно, Кояма не объявили, но уж проблем бы конкретно твоему Роду доставить могли очень много. Нет, Син. Отношения между вашими Родами всегда были на нынешнем уровне. Словесные перепалки, попытки использовать друг друга, как ты сейчас. Просто не перегибай палку, и всё будет нормально. Шах, – сделал он ход.

В ответ на это я походил слоном, прикрывая своего короля и одновременно с этим угрожая им уже королю Акено.

– А теперь вам, Акено-сан, – улыбнулся я.

Ситуация на доске складывалась не в его пользу, так что через семь минут обдумывания он опрокинул своего короля.

– Сдаюсь, – откинулся он на спинку стула. – Без отца с тобой в шахматы играть вообще смысла нет.

– Да ладно, – улыбнулся я. – Пару раз вы меня всё-таки обыгрывали.

– Пару раз… – проворчал он. – А сколько сотен раз проиграл? Ладно, боги с этими шахматами. Ты лучше скажи, когда к Мизуки пойдёшь?

– Скоро, – ответил я серьёзно. – Сначала надо решить пару дел, а потом сделаю ей предложение. И кстати, сразу предупреждаю – у меня точно будет наложница.

– Наложница? – удивился Акено. – Довольно редкое ныне явление. Ну как скажешь, это тебе с твоими женщинами разбираться.

– С ними я разберусь, – отмахнулся я. – Может, партейку в сёги? Кагами-сан, я так полагаю, с ужином разберётся ещё нескоро. Что сегодня будет-то, кстати?

– Не знаю, – вздохнул Акено. – Но что-то острое. Пошли в гостиную, сёгибан там теперь.

– А что так? – спросил я, вставая из кресла.

Так-то мы находились в кабинете Акено, а сёгибан, она же доска для сёги, всегда стояла здесь же. Плюс ещё одна в кабинете Кенты, но на ней мы редко играли.

– Мизуки кому-то там в интернете проиграла, теперь тренируется, – ответил он, поднимаясь вслед за мной. – И вместо того, чтобы купить свой комплект для игры, спёрла мой.

– Прямо-таки спёрла, – улыбнулся я.

– Если подумать, – открыл он дверь кабинета, – то и правда. Воровством это не было. Меня в буквальном смысле ограбили. В наглую пришли и забрали. Да ещё с таким выражением лица, что я просто не рискнул сопротивляться. Ну ты знаешь, её порой клинит.

– Стерв-мод включила? – уточнил я.

– Ага, – ответил Акено. – Целый день весь дом терроризировала.

– Главное, сейчас всё нормально, – пожал я плечами.

– Ну да, – вздохнул он. – Только вот сёгибан отдавать по-прежнему не хочет.

***

На приём Кагуцутивару я прибыл примерно через час после начала этого самого приёма. То есть не среди первых, но и далеко не последний. Причём в этот день я решил совместить сразу два дела – и Казуки раскрыть, и свою наложницу представить. Естественно, с Акеми я на этот счёт поговорил не вчера и даже не позавчера, причём всё оказалось даже проще, чем я думал – собрал волю в кулак, поехал к ней, сказал… И получил кучу визгов и уверений, что она на всё согласная. И вроде всё здорово, но что-то мозг царапнуло. Возможно, потому что готовился к более сложному разговору, а не к радостным визгам….

Сложнее было свести Акеми и Норико. Вот уж где пришлось понервничать. Моя жёнушка хмурилась, злилась, пыхтела, а Заноза на это лишь улыбалась. И ведь не ехидно или злорадно, нет, Акеми просто демонстрировала радость. Прожжённая бандюганка вела себя словно девица на свадьбе, отчего Норико, похоже, даже не знала, что делать. Я чётко видел её желание докопаться до Акеми и был на стрёме, готовый в любой момент погасить конфликт… но конфликта так и не случилось. Не сумела Норико подобрать ключик к наложнице своего мужа. Не получилось у неё начать конфликт так, чтобы не она была зачинщицей. Акеми хоть и была весёлой и радостной, не забывала о своём положении – Норико была выше её, и Заноза постоянно это подчёркивала. В общем и целом, складывалось ощущение, что Акеми размазала девчонку, которая постоянно её провоцировала. Моя жёнушка тоже это понимала, отчего злилась ещё больше, но черту всё равно не переходила.

Вся эта история мне, естественно, не нравилась и дико напрягала. Признаться, я уже не был так уверен, что справлюсь со своими женщинами, особенно после того, как в семью вольётся Мизуки. И даже слова Атарашики, заметившей моё состояние, успокоили лишь чуть-чуть.

– Они разберутся, поверь старой опытной женщине, – заметила она сегодня утром. – Ну или в бандитку свою поверь. Она уладит дело миром.

– Учитывая, что в наложницы её мне ты пропихнула, то тут ещё вопрос – чья она бандитка, – проворчал я.

– Кто кого имеет, тому тот и принадлежит, – отрезала Атарашики грубовато. – К тому же тебя никто ни к чему не принуждал. Я лишь предложила и обосновала своё предложение, а решение было за тобой.

И ведь не поспоришь.

В общем, к Кагуцутивару я поехал не только с Норико, но и с Акеми. Плюс Казуки со своей невестой. Именно в таком составе мы и появились, и предстали перед Фумики и его женой, которые встречали гостей на входе в поместье Рода.

– Аматэру-кун, – улыбнулся мне старик. – Нори-тян. Наката-сан.

Причём при обращении к Акеми его голос слегка охладился. Да и само оно при разнице в их положении было… м-м-м… Скажем так – подчёркнуто сухое. Но это нормально, Фумики и не мог поприветствовать её иначе. Вне зависимости от того, как он к ней относится на самом деле. Тот же Акено, продемонстрировавший пофигизм к моему желанию взять себе наложницу, на месте Фумико тоже обратился бы к ней подобным образом. И да, Фумики был предупреждён насчёт её присутствия. Отреагировал он… сдержанно. Лишь бровь поднял. Так что по факту я без понятия, как он относится к тому, что у меня появилась наложница.

– С днём рождения, Кагуцутивару-сан, – чуть поклонился я. – Желаю вам всего того, что вам уже пожелали, и ещё чуть-чуть.

– Благодарю, Аматэру-кун, – кивнул он.

Долго мы не общались, так как за нами ждали своей очереди другие аристократы, тем не менее с Казуки старик пообщался отдельно, несмотря на то, что тот прибыл как часть нашего Рода. То есть мы были одной компанией во главе со мной. Во двор нас провожала девчушка лет шестнадцати, одна из сколько-то там -юродных сестёр Норико. Приведя нас во двор, где уже находилось некоторое количество гостей, юная Кагуцутивару с поклоном удалилась.

Из моих знакомых я увидел лишь представителей Рода Мацудайра, состоящих в клане Фудзивара, самих Фудзивара, Род Ашра – вассалы Кагуцутивару, Нагасунэхико, компашку Цуцуи во главе с моим учителем и пару представителей Рода О, у которого я покупал себе самолёт. Остальных гостей я, понятное дело, тоже знал, но с ними у нас максимум пара разговоров была на таких же приёмах, как этот.

Повернувшись к Казуки, чуть повёл головой, чтобы тот подошёл ко мне.

– Ну что, малыш, готов? – произнёс я, встав таким образом, чтобы наши лица нельзя было толком разглядеть ни гостям, ни камерам поместья. Последнее не обязательно, но… привычка.

– Готов, Синдзи-сан, – чуть кивнул он.

– Выдай-ка мне напоследок свой фирменный взгляд, – улыбнулся я.

На что Казуки на мгновенье закатил глаза, после чего преобразился, глядя на меня высокомерно-презрительным взглядом.

– Бр-р-р… – подала голос стоящая рядом Норико. – Надеюсь, чему-то хорошему ты тоже можешь научить. Бедный ребёнок.

– Согласна, Норико-сан, – произнесла Акеми, – так и хочется по этому лицу ударить.

– Всё-то вам бить, – изобразил обиду Казуки.

– А вот сейчас ты такой милашка, – улыбнулась Акеми.

– Не хочу соглашаться, но это так, – вздохнула Норико.

Ну ещё бы. Уж что-что, а милый вид парень научился делать виртуозно. Вовсю пользуется своей внешностью.

– Тяжко мне с таким мужем придётся, – вставила Эрна.

Ба, да они его троллят.

– Не волнуйся, на защиту чести этой милахи мы встанем всей семьёй, – произнесла Норико.

– Но замки в его комнате поменять, на всякий случай, нужно, – добавила Акеми.

– Согласна, – кивнула Норико.

– Решено, – поставила точку Эрна.

– Синдзи-сан, – произнёс Казуки жалобно. – Меня обижают.

– Удар ниже пояса… – пробормотала Акеми.

После недолгого, но весёлого разговора мы разделились. Я с Норико и Акеми в одну сторону, а Казуки с Эрной в другую. Теперь будем кружить по двору, держа друг друга в поле зрения.

Наша жертва пришла через сорок минут после нас. За это время я успел пообщаться с половиной гостей. Ничего серьёзного мы не обсуждали, просто вежливые приветствия. Сюнтэн прибыли в немалом количестве. Глава Рода, два его сына, их сыновья, правнук главы Рода, плюс жёны всех этих мужчин. Нехило. Но меня интересовал конкретно самый младший из присутствующих Сюнтэн, а если точнее, то – Сюнтэн Ишин. Девятнадцатилетний “ветеран”, с которым, если всё получится, сегодня предстоит драться Казуки. Причём нам неважно, с кем именно начинать перепалку, главное, чтобы Ишин прибыл на приём. И он прибыл. Шансов, что будет иначе немного, раз уж было заявлено его присутствие, но мало ли…

Сюнтэн Ишин довольно забавный молодой человек. Как личность я его не знаю, но мне и его внешности хватает. Дело в том, что девятнадцатилетний парень, у которого, к слову, скоро день рождения, выглядит чуть ли не моложе Казуки. Серьёзно, ему скоро двадцать стукнет, а он больше мелкую девчонку напоминает. Самый настоящий трап. Ну, разве что вести себя старается всё же как парень. Светло-голубые волосы, короткая стрижка, традиционное мужское кимоно, которое чуть-чуть больше по размеру, чем надо, и придаёт ему некоторую неуклюжесть. Только вот верить этому образу я никому не советую – Сюнтэн Ишин сильный “ветеран”, и это всеми признаётся. Так он ещё и обоерукий мечник. Такую милашку погладишь по голове и тут же лишишься руки. Суровый тип. В этом году он на турнире Дакисюро уже не выступал, а в прошлом чуть чемпионом не стал. Собственно, в финале именно его победил Райдон.

Вообще, Род Сюнтэн весьма интересный и, если бы не их к нам предвзятое отношение, мы бы вполне могли поладить. Кстати, любопытный факт – Сюнтэн Гичи, пятидесятисемилетний сын главы Рода, является Старейшиной. Лет пять назад он официально уступил своему сыну право наследования. Так что наследником Рода сейчас считается тридцатисемилетний Сюнтэн Ику, внук главы Рода и отец Ишина.

Естественно, сразу лезть на рожон никто не стал. Тем не менее Казуки довольно уверенно показывал свой пофигизм к Роду Сюнтэн, при этом постоянно находясь в их поле зрения. И, конечно же, Сюнтэн не выдержали. Точнее, не выдержали Наследник с сыном, что для нас фактически идеально. Остальные члены этого Рода уже минут двадцать как разбрелись по кучкам и своего интереса к Казуки не показывали. Подозреваю, что его и в самом деле не было. Не у всех, по крайней мере. Спустя полчаса своего появления на приёме Сюнтэн Ику вместе с сыном Ишином неторопливо направились в сторону Казуки. Делали они это не целенаправленно, так что время у меня было – наверняка ведь притормозят, ввязываясь в разговор с кем-нибудь из гостей.

– Девушки, – обратился я к Норико и Акеми, – вам пора погулять.

– Как скажешь, Синдзи, – ответила Норико. – Пойдём, старушка.

– С удовольствием, Норико-сан, – произнесла Акеми.

Их задача сейчас захватить Эрну и не ввязываться в это дело. Им ничего не грозит, но когда мальчишки выясняют отношения, девчонкам лучше находиться в стороне, дабы у нас, мальчишек, было больше вариантов действий. Всё-таки наличие рядом женщины порой ограничивает, особенно в аристократическом обществе, где при даме особо и не поругаешься. А ещё Норико должна представить обществу, в основном, конечно, женскому, мою наложницу. Тоже важное дело.

Отправив своих женщин делать своё дело, двинулся в сторону Казуки. Как и Сюнтэн, я не торопился, останавливаясь, когда кто-нибудь изъявлял желание пообщаться. Мне, в общем-то, и приближаться-то к парню не надо было – если что, я мог в любой момент оборвать разговор, благо повод был достаточно весомый. Именно так мне, в конечном итоге, и пришлось поступить.

– Прошу прощения, Такамуко-сан, – произнёс я, показательно наблюдая за разговором Казуки и дошедших до него Сюнтэн. – Кажется, моему воспитаннику требуется поддержка.

– Всё в порядке, Аматэру-кун, – ответил глава Рода Такамуко, посмотрев в ту же сторону. – Я понимаю.

Слегка поклонившись старику, отправился прямиком к зарождающемуся конфликту, при этом всем своим видом показывая, что не просто гуляю, а иду куда-то с конкретной целью. К месту действия я подходил со спины Сюнтэн, так что они меня не видели, зато я наблюдал эволюцию актёрской игры Казуки. Держа руки за спиной и покачиваясь с пятки на носок, парень держал на лице не просто высокомерно-презрительное выражение, но и умудрился добавить к нему ещё и иронию. Вряд ли он добился такого эффекта специально, но получилось убойно.

– И это мне говорит девчонка в одежде парня, – говорил Казуки. – Не позорься, дитя.

– Позорно не знать, с кем ты общаешься, – заметил Ику, явно опередив Ишина.

– Довольно самокритично, – ответил Казуки.

– Боги, Аматэру-кун, включи уже мозги, – усмехнулся Ику. – Или это простолюдинское наследие не даёт тебе понять, о чём говорит собеседник?

Похоже, Казуки конкретно так довёл мужика, если он переходит на личности.

– Казуки, – произнёс я, подойдя к ним. – Сюнтэн-сан, – после чего посмотрел на Ишина. – Эм… дитя. Я услышал, что тут обсуждают простолюдинов. Довольно интересная тема, не просветите, с чего всё началось?

Повернувшись в мою сторону, Ику слегка поморщился, а Ишин, казалось, сейчас просто лопнет от возмущения. А будь с нами женщины, на подобный пассаж с моей стороны ему просто пришлось бы отвечать. И отвечать жёстко. Потому я их и отослал.

– Синдзи-сан, – кивнул мне Казуки.

– Мы говорили о силе, Аматэру-кун, – произнёс Ику. – И о том, что не след наследнику столь, хех, древнего Рода, быть слабым как простолюдин.

– Хотите сказать, – приподнял я бровь, – что Казуки слабый? И откуда у вас подобная информация, позвольте узнать?

– О, ты сейчас, наверное, скажешь, что парень сильный, – улыбнулся Ику, – а мы должны будем поверить тебе на слово. Не так ли? Вы ведь Аматэру.

– А у вас какие-то претензии к моему Роду? – произнёс я уже серьёзно. – Озвучьте их, прошу.

– Нет, нет, что ты, никаких претензий, – усмехнулся Ику. – Просто мысли вслух.

– Твой отец ведёт себя как киношный злодей. Не находишь? – посмотрел я на Ишина.

На что тот устало вздохнул.

– Оу, а ведь и правда, если подумать… – почесал кончик носа Ику. – В любом случае, твой воспитанник, Аматэру-кун, действительно слаб. Могли бы и подучить его хоть чему-нибудь.

А быстро он переключился. Слова, вроде, и продолжают начатую тему, но тон, выражение лица, положение тела – всё говорило о том, что он скорее поучает младшего. Без негатива и претензий. Мол, обрати внимание, аристократ всё-таки. И это действительно немного сбило с толку. Я не удивился, не растерялся, но сходу придумать ответ, с учётом изменившегося поведения оппонента, не смог. Пришлось тянуть время, с удивлением осматривая Казуки.

– Вы заблуждаетесь, Сюнтэн-сан, – обернулся я к нему. – Мой воспитанник сильный. И да, если не устраивать спарринг, то вам придётся поверить мне на слово.

– Спарринг? – изобразил он задумчивость. – А почему бы и нет? Это будет интересно.

Попался, салага. Тридцать семь лет, а на такую худую наживку клюёшь.

– Давайте уточним, – произнёс я сухо. – Вы не верите мне на слово и хотите устроить спарринг моего воспитанника… с кем-то. Так?

– Мы взрослые люди, Аматэру-кун, – поморщился он, скорее всего напоказ. – Верить на слово довольно опасно, особенно если это слова Аматэру, обращённые к Сюнтэн. Можно долго плести кружева иносказаний, но и ты, и я отлично понимаем, что отношения между нашими Родами далеки от идеала. Ты утверждаешь, что наследник твоего Рода сильный. Докажи. Продемонстрируй, что слова Аматэру – это не слова каких-то там простолюдинов.

Ого. Похоже, мой возраст всё ещё играет. В ином случае я не понимаю, как человек уровня наследника Сюнтэн может столь топорно брать на слабо.

– И с кем вы предлагаете устроить спарринг? – спросил я.

– Да хотя бы с моим сыном, – кивнул он на Ишина. – Естественно, он не будет использовать мечи.

– А что так? – усмехнулся я.

– Хотелось бы увидеть, на что способен твой воспитанник, – усмехнулся в ответ Ику. – С мечами Ишин ему такого шанса не даст.

Немного помолчав, изображая задумчивость и нерешительность, посмотрел на Казуки. При этом поймал себя на мысли, что играть неуверенность, да и вообще что-либо играть, уже и не нужно. Но как-то по привычке продолжал.

– Что ж. Раз вы настаиваете. Пусть будет спарринг, – произнёс я, слегка поджав губы. После чего улыбнулся. – Здесь и сейчас вас устроит? Думаю, Кагуцутивару пойдут мне навстречу и всё организуют. Хотя нет, не прямо сейчас, давайте подождём, когда именинник встретит всех гостей.

– Я не против, – кивнул Ику.

И может, мне показалось, но сделал он это слегка неуверенно.

После того, как мы разошлись, я за Сюнтэн не следил, но время от времени посматривал в их сторону. И в какой-то момент мне повезло увидеть, как лысый старик с густыми бровями, которому Ику, судя по всему, рассказывал о случившемся, закатил глаза с таким видом, словно спрашивал у богов, за что они ему послали этого идиота во внуки. Глава Рода Сюнтэн явно не собирался доводить словесную пикировку до чего-то серьёзного. Если вообще её планировал.

Ну а ещё через тридцать четыре минуты во дворе появился Кагуцутивару Фумики, встретивший всех гостей и пришедший отмечать свой день рождения. Ждать я не стал, так что сразу, как заметил старика, направился в его сторону. Правда и поговорить с ним сразу не получилось – не один я желал с ним переговорить. Впрочем, долго ходить вокруг него тоже не пришлось.

– Сюнтэн на удивление легко поддались на провокацию, – произнёс я, встав таким образом, чтобы собравшиеся в одну компанию Сюнтэн могли видеть только мою спину, которой я заслонял Фумики.

То есть прочитать по губам наш разговор у них возможности не было. Впрочем, у других гостей тоже, благо находились мы в стороне ото всех.

– Скорее всего, они считали себя охотниками, – пожал он слегка плечами.

– А мне показалось, что глава их Рода ничего такого не планировал, – произнёс я.

– Это похоже на Хейму, – улыбнулся Фумики. – В плане докопаться до кого-то он никогда не планирует заранее. Всегда действует спонтанно. Правда, если всё-таки докапывается… – покачал он головой. – В общем, не знаю, как ты, а я был уверен, что всё выйдет так, как ты хочешь. Сюнтэн умные люди, но в том, что они считают неважным, порой и правда могут перегнуть палку. Аматэру они не любят, только и врагом вас не считают, так что перепалки с вами всегда идут у них по категории “для души”. Не более того.

– Нам от этого не легче, – покачал я головой.

– Ну да, – вздохнул он. – Порой они, как я и говорил, перегибают палку. Но в меру, заметь. Определённую черту не переходят.

Я даже немного засомневался в своих действиях. Сначала Акено, теперь Фумики…

– Надеюсь, я черту тоже не перехожу? – спросил я его.

– Конечно, нет, – улыбнулся он. – В ином случае я бы предупредил тебя. Мне-то на ваши игры плевать, но теперь ты муж Норико, так что твои проблемы – мои проблемы.

Добрый дедушка. Верю, верю. Впрочем, на мой вопрос он ответил прямо и без двойных толкований. Врать настолько открыто даже нейтральный аристократ не стал бы, если он действительно нейтральный, а уж Кагуцутивару и вовсе в этом нет смысла.

– Благодарю, Кагуцутивару-сан, – чуть поклонился я. – В таком случае я пойду. Сколько нам примерно ждать?

– Всё готово, но сам понимаешь, – ответил он. – Думаю, минут через тридцать можно начать.

– Ещё раз спасибо, Кагуцутивару-сан, – произнёс я.

– Всегда пожалуйста, Аматэру-кун, – кивнул он. – Жду не дождусь увидеть лица гостей, когда они поймут, с кем сражается Сюнтэн.

Глава 17

Защитный костюм был неудобным, слишком жёстким. Казуки уже давно проникся идеей, что в бою ничто не должно связывать. Да и привык на тренировках к свободной одежде. Так-то господин постоянно гоняет его в чём-то подобном, дабы Казуки умел адаптироваться к ситуации и тому, во что одет, но любви, понятное дело, к одежде, сковывающей движения, у него не было. Покрутив рукой, пару раз присев, Казуки глянул на господина.

— Может, ну его нафиг, Синдзи-сан? – произнёс он жалобно. – Эта защита слишком неудобная.

Господин даже задумался на мгновенье, но качнув головой, всё-таки не согласился с ним.

— Твой противник, малыш, – произнёс он, — довольно силён. Сомневаюсь, что отсутствие защиты сильно тебе поможет, а вот от случайного удара вполне себе защитит. Я не собираюсь рисковать твоей тушкой из-за такой ерундовой причины.

– Это нечестно, — надулся Казуки. – На этого Ишина костюм никто не надевает.

– Хватит уже ныть, – усмехнулся господин. – Твоего оппонента ограничивает подавитель Саймона, да и твоя защита тоже. К тому же тебе не обязательно побеждать, главное – показать красивый бой. Мы сейчас играем на публику, Казуки, не забывай об этом.

— Я выиграю, – нахмурился он. -- Я способен справиться с “ветераном”.

– Но не с каждым, – вздохнул господин. – И давай ты не будешь напрягать меня своим высокомерием и недооценкой противника.

– Прошу прощения, Синдзи-сан, – склонил Казуки голову. – Я понимаю, он силён и мне не стоит его недооценивать.

Но победу он всё равно возьмёт себе. Проигрывать нельзя. На его плечах надежды господина, честь и гордость, репутация Рода, в конце-то концов. Он не может проиграть.

– Главное, не пострадай, – устало вздохнул господин. Он явно понял, что за мысли бродят в голове Казуки. Что не удивительно – это же господин. – Род не может себе позволить такую потерю.

– Всё будет в порядке, Синдзи-сан, – произнёс он серьёзно. – Сегодня определённо наш день.

– Выдохни, малыш, – похлопал по плечу господин. – И не напрягайся так. Чем бы ни закончился бой, он будет за нами.

Спарринг должен был пройти на полигоне, расположенном на краю поместья, и посмотреть на драку двух подростков пришли абсолютно все гости. Сам полигон был довольно большим и предназначен для тренировок нескольких человек до ранга “учитель”. А вот для “мастеров” места было уже маловато. Для Казуки и Ишина выделили пятачок пятнадцать на пятнадцать метров, вокруг которого встало несколько Слуг Рода Кагуцутивару, в задачу которых входило прикрыть гостей. Их ранга Казуки не знал, но вряд ли среди них есть хоть один “мастер” – для боя их уровня подобные монстры были избыточны. С другой стороны, это Кагуцутивару – могут и понтануться.

Дело было вечером, да ещё и зимой, так что на улице уже было темно, благо на полигоне хватало фонарей и место предстоящего спарринга хорошо освещалось.

– Аматэру-кун, Сюнтэн-кун, – привлёк к себе внимание Фумики, после чего обе стороны подошли к нему ближе. – Напоминаю, что это всего лишь спарринг, не стоит рвать жилы и уж тем более бить насмерть. Если кто-то перейдёт черту, я сильно расстроюсь.

– Я буду осторожен, Кагуцутивару-сан! – произнёс весело Ишин.

– Постараюсь бить послабее, – кивнул Казуки.

“Если он, конечно, совсем слабым окажется”, – добавил он про себя.

– Что ж, вижу, вам не терпится сойтись, – заметил Фумики, осмотрев юношей. После чего вытянул руку, указывая на площадку. – В таком случае – прошу.

Выйдя на… прямо скажем – арену, парни разошлись в стороны, расположившись в восьми метрах друг от друга. Мандража не было. Казуки знал, что от его действий многое зависит, но был достаточно уверен в себе, а на зрителей вообще было плевать. Чужие взгляды максимум слегка раздражали, да и то лишь поначалу. Его соперник тоже не показывал нервозности, наоборот – на лице Ишина постоянно висела раздражающая улыбка. Он явно был уверен в себе. Что ж, ещё немного, и Казуки уничтожит эту уверенность.

– Начали! – махнул рукой Фумики.

Срываться с места ни тот, ни другой не стали. Ишин продолжал стоять и улыбаться, а Казуки расслабленной походкой направился в его сторону. Семь метров, пять метров, три метра… Рывок они сделали одновременно, но Казуки был в целом быстрее, а в скорости реакции ему уже сейчас мог позавидовать кто угодно. Господин не в счёт. Так что рывок парней закончился закономерно – ударом Казуки в солнечное сплетение Ишина. Естественно, это не могло остановить его соперника, который уже заносил руку, которая светилась красным светом, поэтому Казуки продолжил бить. Апперкот, который сбил удар Ишина, хук справа, хук слева, чуть отклониться, пропуская мимо лица кулак оппонента. Удар Ишина был… Казуки назвал бы его непрофессиональным, нетехничным – это было что угодно, но только не удар. Фактически, Ишин просто махнул рукой, пытаясь достать лицо Казуки. Удар, удар, уклонение, удар, подбить колено противника, апперкот, хук, ещё один. О да, улыбки больше не было, лишь удивление.

Живот, висок, челюсть, челюсть, отпрыгнуть назад и тут же ударить коленом в челюсть потерявшего равновесие Ишина. Тот пытался завалить Казуки на землю, но в итоге упал лишь сам. Давать ему шанс очухаться Казуки не собирался, так что, подскочив к противнику, красивым футбольным ударом заехал ему в голову ногой, заставив перевернуться Ишина на спину.

Слабак. Какой он к демонам…

Додумать Казуки не успел, отхватив шар тёмной энергии в грудь, что сбило ему дыхание и откинуло метра на три от противника. Разлёживаться на земле он, естественно, не стал, но поднявшись на ноги, нос к носу столкнулся с Ишином, который летел на него с занесённой для удара рукой. Чуть отклонившись и не дав попасть кулаку Ишина себе в челюсть, Казуки хотел уже ударить, но вновь отлетел, получив в живот ещё один тёмный шар. Противник, словно ковбой, выстрелил техникой со второй руки. Правда на этот раз отлетел он недалеко, из-за чего Ишин сумел атаковать его, пока Казуки валялся на земле.

Было больно. Даже с подавителем Саймона и защитным костюмом техника Ишина выбивала из груди воздух и заставляла трещать рёбра. Не сказать, что Казуки было подобное привычно, но бывало, господин на тренировках и посильнее бил, плохо другое – был потерян темп. Сейчас Казуки успевал только уворачиваться. Любая попытка ответить каралась либо очень быстро создающимся шаром, либо попадала в небольшие полупрозрачные стены тёмного оттенка. Похоже, Ишин практикует стихию Тьмы, хотя в начале и пытался что-то делать с огнём. Странно это не было – Сюнтэн практикуют в равной степени и Огонь, и Тьму.

В очередной раз покатившись по земле, Казуки начал сильно нервничать. Так и проиграть можно. Правда додумать он опять же не успел – уже будучи на земле, пропустил полноценный удар ногой в голову. Ишин отомстил, проведя “футбольный” удар уже ему. Казуки поплыл, мысли путались, тело болело, на ноги он вставал кое-как, а Ишин не спешил его добивать, наблюдая, как шатающийся противник пытается принять устойчивую позу.

Нет. Нет, нет, нет. Он не может проиграть… Не может… Словно в замедленной съёмке Казуки смотрел на приближающийся к его лицу кулак, объятый красным пламенем. Опять Огонь? Это была последняя связная мысль, перед тем как Казуки рухнул на землю, получив смачный удар в челюсть. И если бы не шлем, вряд ли он этот удар пережил.

Когда он начал более-менее соображать, Ишин уже был на полпути с площадки, направляясь в сторону своей родни.

– Эй! – повысил голос Казуки, с трудом поднимаясь на ноги. – А чё так слабо?! Ты что, реально девчонка?!

Ишин остановился и медленно обернулся к Казуки. Нахмурился. Задумался. Если он сейчас просто развернётся и уйдёт, это будет поражение – слишком уж неоднозначно выглядит сейчас Казуки. Никто не подвергнет сомнению его выигрыш. Ну же, давай… Просто стоять и ждать тоже не стоит, надо показать всем, что он ещё может драться. Шаг. Ещё один. Он должен победить. Должен! Проигрыш недопустим. Остановившись, Казуки выпрямил спину и глубоко вздохнул, и в этот момент Ишин сделал первый шаг в его сторону. Отлично! Бой продолжается. Проигрывать нельзя. Нельзя. Нельзя!

И он не проиграет.

К тому моменту, как Ишин медленной походкой приблизился к нему на расстояние четырёх метров, тело Казуки пришло в себя, а мысли заработали быстро и чётко. Никаких эмоций, никаких сомнений. Он был готов ко второму раунду. Рывок, первый в этом бою, и появившись в плотную к противнику, Казуки нанёс два удара в челюсть Ишина. Два практически неразличимых хука, от которых голова его оппонента разве что дёрнулась, не успевая повернуться ни вправо, ни влево. Лишь очумелый вид противника говорит о том, что какой-то урон всё же был нанесён. Удар в живот и последовавший за этим апперкот тоже были быстры настолько, что Ишин даже согнуться не успел. Ещё два хука и удар ногой с доворотом корпуса, который откинул женоподобного мальчишку на несколько метров, прямо к границе арены.

Всё, теперь он точно не уйдёт. Теперь можно показать красивый бой. И, конечно же, победить.

– Вставай, дорогуша! – произнёс Казуки громко. – Я знаю, ты способен на большее! Повесели меня!

Поднимался Ишин неторопливо. Сначала он встал на одно колено и медленно повернул голову в сторону Казуки. И в тот момент никто бы не назвал его девчонкой. Раздражённое, хмурое, предельно серьёзное лицо однозначно принадлежало парню. С колена он тоже поднимался медленно, не обращая никакого внимания на клубы Тьмы, окутывающие его фигуру. Миг и в руках Ишина два коротких меча, сотканных из всё той же Тьмы.

– Что ж, – прочитал по губам Казуки. – Поговорим серьёзно.

***

Бой мне с самого начала не понравился. Казуки… Чёрт, этот парень слишком сильно задрал нос. Ишин, очевидно, сильно сдерживался – не может “ветеран”, – по общему мнению, сильный “ветеран”, – быть настолько медленным. А Казуки, обалдуй, не то что не понял этого, он, похоже, ещё больше уверовал в свою силу и даже начал замедляться. Он и так-то не в полную свою скорость действовал, а через какое-то время вообще… Эх, дурачок. Огребёт ведь. Ну вот, я ж говорил.

– Аматэру-сан, – подёргала меня за рукав Эрна. – Казуки что, проигрывает?

– Пока ещё нет, – улыбнулся я ей. – Просто получает по слишком задранному носу.

– А как по мне – проигрывает, – произнесла с другой стороны Норико.

В отличие от Эрны, Норико выглядела спокойной как скала, но напряжённость в её голосе чувствовалась.

– Не волнуйтесь вы так, – произнёс я. – Даже если он проиграет, будет ему уроком. Во всём надо видеть плюсы.

– А как же… – начала Норико, но замолчала. – Да… Пожалуй… Это будет ему уроком.

Несмотря на то, что я держал маску спокойствия и благодушия, на деле я реально напрягся. То, о чём не стала говорить вслух Норико, не давало расслабиться. План не подразумевал подобного исхода. Да, я учитывал проигрыш Казуки, но чёрт возьми, не такой! Он ведь даже ведьмачьи силы ещё не показал. Не стал сходу использовать свои силы, а потом его начал прессовать Ишин и парень поплыл. Он сейчас пытается собрать мысли в кучку, начать реагировать на действия противника, но общая растерянность никуда не делась и по-прежнему видна. А вот его оппонент действует грамотно. Чётко, продумывая свои действия на пару ходов вперёд, Ишин буквально подавляет Казуки. При этом он использует сугубо примитивные “воинские” техники. Не для того, чтобы опозорить, а чтобы случайно не грохнуть столь слабого противника.

Ох не зря его считают сильным.

Вечно это продолжаться не могло, и в какой-то момент Ишин тупо нокаутировал Казуки. Рукопашка у него, прямо скажем, не очень, но заряженному бахиром кулаку много и не надо, главное, в цель попасть. Вот и Ишин, хорошенько отделав Казуки техниками, поставил жирную точку, отправив моего воспитанника полежать.

– Мне почему-то казалось, что Казуки сильнее, – произнесла Норико.

– Будет ему уроком, – покачал я головой. – Не стоит недооценивать противника.

Эрна со стоящей справа от Норико Акеми промолчали. И если Акеми в целом было плевать на ситуацию, то вот Эрна сильно переживала. В конце концов, именно её жених опростоволосился, получил люлей и лежит сейчас без сознания. В это время, немного постояв рядом с поверженным противником, Ишин развернулся и не торопясь направился в сторону собравшихся в одну кучку Сюнтэн. Только вот дойти до них ему было не суждено. Пришедший в себя Казуки, хотя, наверное, лучше сказать – очнувшийся, начал на автомате подниматься на ноги. Судя по тому, как его качало, приходилось парню несладко и, если бы Ишин немного поторопился, да хотя бы просто шёл обычным шагом, а не лениво-неторопливым, встать на ноги Казуки не успел бы. Да он и так не успевал. И, видимо, он это понял.

– Эй! – произнёс Казуки громко, всё ещё находясь на коленях. – А чё так слабо?! Ты что, реально девчонка?!

Молодец, пацан. Моя школа.

Пока Ишин раздумывал, как ему поступить в данной ситуации, Казуки наконец пришёл в себя. Выпрямился, чуть поднял подбородок – в общем, всем видом показывал, что с ним всё хорошо и он готов продолжить. Тем не менее, если Ишин сейчас развернётся и уйдёт с площадки, никто ему и слова не скажет. Мало ли, что там этот Аматэру хочет показать – он проиграл, и это все видели. А то, что он сейчас прямо стоит… Ну, за шлемом и костюмом никто не видит, насколько сильно избит Казуки. Впрочем, нам повезло. Ишин решил добить противника и точно так же неторопливо направился в его сторону, что дало Казуки ещё немного времени собраться. И он воспользовался этим временем по полной. Когда парень впервые совершил Рывок, лёгкий гул от толпы как отрезало. Больше двух сотен гостей замолчали так резко, что не обратить на это внимание было невозможно. В наступившей тишине были слышны удары Казуки, который брал реванш в этом бою. Заговорили тоже разом. Негромко, но гул от разговоров вновь заполнил пространство. Ненадолго. Когда Ишин поднялся на ноги, все опять замолчали. Не так резко, как это было с Казуки, но достаточно быстро.

– Это ведь… стихия Тьмы? – спросила Норико.

– Агась, она самая, – ответил я, пристально следя за разворачивающимися событиями.

– Получается Сюнтэн – “учитель”? – спросила обеспокоенная Эрна. – Но это нечестно.

О какой, к чёрту, честности может идти речь в нашей ситуации? Не нам о ней сейчас говорить, да и не было никаких условий в этом спарринге.

– Успокойтесь, Амин-сан, – подала голос Акеми. – Не мешайте ему.

Спасибо, Заноза. Мне сейчас отвлекающие факторы не нужны. Останавливать спарринг я не собирался, так что должен быть готов вмешаться, если Ишин перейдёт черту и начнёт бить на поражение. Если же он не потеряет голову… У Казуки будет отличный шанс усилиться ещё немного. Превзойти свои пределы. В обычном тренировочном спарринге с “учителями” Рода такого эффекта не добиться. Нет у Казуки стимула прыгать выше головы во время тренировки.

А дальше оба парнишки показали, на что они способны на самом деле. Глядя на этот бой, мне очень хотелось отвесить подзатыльник Казуки – вот какого хрена он довёл ситуацию до того, что чуть не проиграл? Сейчас он показывал себя во всей красе, избивая Ишина, параллельно уворачиваясь от его мечей, которые, в свою очередь, иногда превращались в хлысты. Причём избивать-то Ишина избивали, только толку никакого не было – до “учителя” Казуки объективно не дотягивает. Но и сам Ишин всё никак не мог подловить парня. И если в самом начале… В самом начале второго раунда, скажем так, Ишин действовал очень аккуратно, стараясь бить по ногам и рукам, от чего я даже немного расслабился, то с каждой минутой парнишка заводился всё больше и больше. Сейчас его девчонкой назвать язык не поворачивался. Да, мелкий, да, миловидный, но определённо парень. Причём разгорячённый и явно получающий удовольствие от битвы. Во всяком случае, интерпретировать его ухмыляющийся оскал как-то иначе мне довольно сложно. Похоже, в скором времени мне всё-таки придётся вмешаться.

Вот Казуки наклонился вперёд, пропуская над головой горизонтальный удар обоими мечами, одновременно с этим подбил кулаком колено Ишина, после чего распрямился, проводя апперкот, и, продолжая движение, толкнул его плечом, выдавая шикарную Воздушную стену, которая отбросила Ишина на четыре метра. Вот и усиление – Воздушную стену Казуки раньше делать не умел. Впрочем, данный бой помог ему прокачать уже существующие навыки. Рывки он стал делать чаще, бить, судя по выражению лица Ишина, сильнее, да и чувство опасности у него явно стало более чётким. Отлично. Но пора заканчивать.

Технику, от которой мне пришлось защитить Казуки, Ишин создал ещё в тот момент, когда катился по земле. Рывок, и я рядом с воспитанником, накрывая его, ну и себя, понятное дело, Воздушным куполом. А с неба в этот момент уже посыпались стрелы, сотканные из Тьмы. Техника практически покрыла всю площадку, три четверти как минимум, зацепив даже своего создателя. Краем, правда. Ишин отхватил всего пару стрел в голову и живот. Он как раз валялся на земле, слегка приподнявшись на локтях и глядя на нас с лёгким испугом. Взял он себя в руки быстро, но я всё-таки отметил для себя, что он и сам перепугался от того, что сотворил. Вряд ли бы его погладили по голове за убийство наследника Аматэру.

– Го… Синдзи-сан? Я ещё могу сражаться, – произнёс взволнованный Казуки. – Да у меня вообще только синяки.

В ответ на это, я положил ему руку на плечо и посмотрел на Ишина.

– Ты победил, – произнёс я с улыбкой. – Молодец. Это был отличный бой.

– Но… – начал Казуки, после чего сдулся. – Я понял, Синдзи-сан, вы правы, – и повернувшись к своему противнику, который так и валялся на земле, с поклоном произнёс: – Я проиграл. Поздравляю с победой.

– Да не куксись ты, – чуть подтолкнул я его в сторону наших девчат. – Ты отлично бился. Просто противник у тебя реально силён был. Нормально всё.

– Я не расстроен, – буркнул он. – Просто всё слишком неожиданно.

– Не расстроен он, – хмыкнул я. – Ладно, потом разберём бой, а пока расслабься и получай удовольствие.

– Какое ещё…– запнулся он, посмотрев в сторону наших женщин. – Издеваетесь? Они мне этот проигрыш ещё долго не забудут.

– Лучше подумай о том, – бросил на него взгляд, – когда я забуду о твоём проигрыше. А пока расслабься и получай удовольствие. Со мной у тебя это сделать не выйдет.

***

Положа руку на плечо вернувшегося к ним Ишина, глава Рода Сюнтэн произнёс:

– Молодец, внук, на порку ты сегодня заработал.

– Прости, деда, – произнёс понурившийся Ишин.

Парню хотелось поспорить с прадедом, как-то оправдаться, но надо признать, он действительно опростоволосился. Дважды. Сначала раскрыл всем свой истинный ранг, а потом ещё и чуть не прибил наследника Аматэру. Первое ещё ладно, хоть и обидно – вытащить из рукава никому неизвестного гения могло сильно помочь Роду в том или ином деле. Главное, момент правильно подобрать. Впрочем, Ишину девятнадцать, пусть в его возрасте ранг “учитель” в любом случае очень хороший результат, но дать стопроцентную гарантию, что он гений, не сможет никто. Гораздо хуже то, что он чуть не убил своего оппонента. Аматэру запомнят данный факт, отложат до лучших времён, но обязательно когда-нибудь используют. Или вообще… Их конфликт может перейти на иной уровень, что никому было не нужно. Да, члены двух древних Родов любили пособачиться, чем занимались уже не первое столетие, но никогда не переходили определённой черты. Слишком мало у них соприкосновений в повседневной жизни, нечего им делить, так что переход конфликта в горячую фазу был слишком невыгоден. Да и…

– Позорище, – покачал головой Хейма.

Именно. Позорище. Столько лет оба Рода балансировали у определённой черты и то, что её перешли именно Сюнтэн, никак иначе, чем позорищем, не назовёшь. Ведь именно они опростоволосились.

Правильно понял Хейму не только правнук, но и сын, стоящий рядом.

– Брось, отец, не всё так страшно, – произнёс Гичи. – Разжигать конфликт не выгодно никому. Не станут Аматэру делать этого.

– Во-первых, – посмотрел на него Хейма. – Один грубый ход, на который нам придётся утереться, у них теперь есть. А во-вторых – с чего ты взял, что принятый в Род поступит так, как поступил бы истинный Аматэру? Да ещё и мальчишка младше Ишина.

– Хм, ну да, это довод, – пожевал губами Гичи.

– Ой, да ладно тебе, деда, – отмахнулся Ишин. – Я понимаю, что тебе будут неприятны мои слова, да мне и самому говорить такое не хочется, но иногда приходится признавать, что Аматэру – это Аматэру. Из тех самых Аматэру. Принятый, не принятый, какая разница? Моя ошибка – это именно ошибка, и глава их Рода понял это, я видел. Так что… – пожал он плечами. – Честь нации не станет раздувать конфликт из-за такой ерунды.

– Хорошо сказано, – поджал губы Хейма. – Но от порки тебя это не спасёт.

– Да, да… – произнёс Ишин обиженно. – Куда ж без этого?

Ишин не сильно переживал по поводу порки, это уже давно превратилось во внутрисемейную шутку. Впрочем, данный факт не означал, что наказания не будет вовсе.

– Мне кажется, – произнёс хмурый Ику, – мы сейчас не о том говорим. У Аматэру два Патриарха – вас это совсем не беспокоит?

– Ох, пап… – покачал головой Ишин.

– По-моему, зря ты Старейшиной стал, – вздохнул Хейма, обращаясь к сыну. После чего посмотрел на внука. – Вот скажи, Ику, что именно может дать второй Патриарх Аматэру?

– Ну… – задумался Ику. – Хм, и правда…

Один, два, десять, их ценность в той сфере, где один Патриарх может делать работу десяти. Вот если бы он появился в другом Роду, пришлось бы заново просчитывать очень много нюансов, а так…

– Вот и я о том, – хмыкнул Хейма. – Этим говнюкам последнее время очень везёт, но лишний Патриарх погоды вообще не делает.

– Наверное, потому они его и показали, – пожал плечами Ишин.

После его слов мужчины замерли.

– Вот урод… – пробормотал Гичи.

– Ты прав, сын, – произнёс сморщившийся Хейма.

– Получается, – произнёс хмурый Ику, – нас просто и без затей использовали?

– Получается, так, – ответил Хейма. – А мы ему ещё и сверху плюсиков накинули. Потрясающий в своей простоте и результативности ход.

– А ведь он на год меня младше, – вздохнул Ишин. – Даже завидно.

– Ладно, – потёр лоб Хейма. – В этот раз выиграли Аматэру, признаю. Надо бы тоже им какую-нибудь пакость придумать. Потом. А сейчас улыбаемся и делаем вид, что всё отлично.

– О, в этом я действительно хорош, – произнёс улыбающийся Ишин.

– Надо бы тебя всё-таки выпороть, – пробормотал Хейма. – Подлечить, так сказать, нервы.

***

– Значит, они решили раскрыть его, – произнёс Император тихо. – И зачем?

Вопрос удивил Нарухито.

– Потому что его не получится скрывать вечно, – ответил он.

– Перефразирую, – посмотрел на него Император. – Почему сейчас?

– Потому что выгодно? – приподнял брови Нарухито. – Если его всё равно раскрывать, то почему бы и не сейчас? Война с американцами, развитие Родовых земель, ещё что-то есть наверняка. Сейчас просто удобный момент. Именно сейчас им нужен максимум связей и влияния.

– Связей у них и без этого полно, – хмыкнул Император. – Влияния… хватало. Нет, есть что-то… – поджал он в задумчивости губы. – Что там у них на островах происходит, выяснил?

– Тренируют “виртуозов”, – усмехнулся Нарухито.

– Во множественном числе? – посмотрел на него Император. – И откуда они у него?

– Полагаю, артефакты, – ответил Нарухито. – Судя по фотографиям, на острове тренируются те, кто ещё вчера был “мастером”. Четыре человека, плюс американец, – и после небольшой паузы добавил: – Ещё есть команда из пяти человек, которая до “виртуоза” не дотягивает, но что-то там тренирует.

– Осталось выяснить, где именно он решил бить клан Хейг, – произнёс Император задумчиво.

Это да, хотелось бы знать. Одно дело если он будет воевать с ними здесь, в их собственном регионе, и совсем другое, если решит съездить к Хейгам домой.

– Судя по возне в Сукотае, главная битва должна произойти здесь, – всё же произнёс Нарухито.

Вздохнув, Император посмотрел на сына.

– Знаешь, как поступил бы я? Сначала собрал бы все силы враждебного клана в одном месте, желательно подальше от их дома, а потом нанёс удар в самое сердце клана, которое и защищать-то некому. А теперь ответь мне – зачем Аматэру скрывает тренировки, да и само наличие у них бойцов ранга “виртуоз”?

– Стоп, – нахмурился Нарухито. – Ты думаешь, что он решил съездить в Штаты?

– Учитывая, что он постоянно лезет в самое пекло – да, думаю. А раскрытие ещё одного Патриарха – не более чем отвлечение внимания, – кивнул Император.

– Надо что-то делать, – пробормотал Нарухито.

– Плевать, – ответил на это Император. – Если мальчик так хочет убиться, это его выбор.

– Но…

Неожиданно улыбнувшись, Император покачал головой.

– Думается мне, в представлении обществу ещё одного Патриарха был и иной смысл, – произнёс он.

– И что это за смысл? – спросил устало Нарухито.

Продолжая улыбаться, Император прикрыл глаза и откинул голову на спинку кресла.

– Вот вам Патриарх, только от меня отстаньте.

***

– Ну здорово. Просто прекрасно, – произнёс человек, падая на диван. – А всё ты.

– Прошу прощения, господин, – поклонился стоящий рядом Байхо, который, собственно, и принёс весть о появлении второго Патриарха.

– Что делать будем, недоубийца хренов? – спросил человек.

– То, что вы прикажете, – ответил Байхо.

– Помощничек, – отвернулся человек, после чего вздохнул. – Вот так всегда и бывает – одна маленькая ошибка, а проблем получаешь в два раза больше.

***

Это даже где-то забавно – ни патриаршество Казуки, ни Акеми в качестве моей наложницы не смогли взбудоражить общественность. Нет, аристократы обсуждали оба этих события, но без огонька, скажем так. Про наложницу и вовсе почти никто не судачил. Ну есть и есть, что такого? Да что уж там, про ранг Ишина говорили столько же, сколько и про Казуки. Блин. Да что не так с этими аристократами? Что ещё мне нужно сделать, чтобы они ахнули?! Хотя ладно, хватит с них потрясений, я и так, похоже, перегнул с этим палку – теперь японские аристократы закалены моими прошлыми действиями. Да и в мире что-то не особо шумят. На наложницу Аматэру иностранцам вообще плевать, а второй Патриарх… Нет, новостей-то на эту тему полно – газеты, телевидение, интернет-ресурсы. Только как-то без огонька обсуждают, на форумах вообще практически мирное обсуждение, где главный вопрос – а буду ли я вообще детей делать, или всю работу на себя возьмёт новый Патриарх?

И кстати, не один я такой дурак не понимающий, Атарашики тоже удивлённая ходит. По её прикидкам, бурление в мире должно быть гораздо больше, чем сейчас. Неужто народ и правда привык к шокирующим новостям? Ладно, бог с ним, главное, чтобы мой посыл до Императора дошёл. Если раньше он вполне мог ставить мне палки в колёса, если я решу повоевать, – из самых лучших, замечу, побуждений, – то теперь у него есть ещё один сильный Патриарх. Точнее, в перспективе сильный. Да, Казуки слабее “учителя”, но ему и годков немного, зато “ветерана” он может победить уже сейчас. Если слухи о том, что от силы Патриарха зависит шанс появления “виртуоза”, – правда, то от меня должны отстать. Лишь бы Император не задумался о моём устранении – всё-таки управлять Казуки ему будет проще, чем мной. Тешу себя надеждой, что прибить меня у Императора не получится, а вот в край испортить отношения с Аматэру у него подобным ходом вполне выйдет.

Через день после дня рождения Фумики я ехал в квартал Кояма, праздновать день рождения Шины. Приём в честь данного события планируется на следующий день, а сегодня у Кояма чисто семейный праздник, разбавленный моим присутствием. Я подобные мероприятия у Кояма никогда не любил, всегда чувствовал себя лишним. Ладно бы на празднике была только семья Кояма, но там ведь будут все Кояма. То есть и семья Акено, и семья Нибори, а это плюс сам Нибори, две его жены, четыре сына и дочь. Из всей этой толпы я более-менее общался только с Нибори и его наследником, Ренжиро. Но именно что “более-менее”. А с недавних пор я ещё и с Кентой не в ладах. Впрочем, отказаться от приглашения я тоже не мог, как и множество раз до этого, вот и ехал туда, где сегодня мне быть не хотелось.

Серьёзно, лучше бы они праздник с приёмом совместили.

На входе меня, естественно, никто не ждал – чай не приём, а вот стоило мне только зайти в дом, и я нос к носу столкнулся с Кояма Рури. Мелкая зеленоглазая пигалица выросла в шестнадцатилетнюю красавицу с длинными чёрными волосами. Блин, как время-то летит.

– Привет, Синдзи-сан, – махнула она рукой, прежде чем забежать на кухню.

– Синдзи? – раздалось оттуда же, и почти сразу показалась рыжая голова. А через мгновенье в коридор выпрыгнуло и остальное тело, держась при этом за нижние девяносто. – Эй!

На меня она больше не обращала внимания, с возмущением смотря в сторону кухни.

– К плите, живо! Не дай боги что-нибудь пригорит! – услышал я голос Кагами.

– Да там… – начала Мизуки.

– Я сказала – живо!

– Такие дела, – посмотрела она на меня, разведя руками, после чего вновь скрылась на кухне.

Надо было попозже приехать.

Естественно, я тоже зашёл на кухню – надо же поприветствовать хозяйку дома. Там же нашлись и обе жены Нибори. Маленький Шо тоже был на кухне – сидел в огороженном вольере. Да и служанка Чуни была вместе с остальными женщинами, остервенело ножом кроша какие-то овощи. Шина… естественно, была там же. Помнится, когда я увидел подобное в первый раз, имел глупость спросить – какого фига? Это же её праздник. Тут надо уточнить, что первый совместный день рождения с семьёй Кояма был именно у Шины. В общем, молодой был, глупый. В ответ получил кучу укоризненных взглядов и часовую лекцию на тему идеальной жены и способов её воспитать. Кояма Кагами в самом что ни на есть прямом смысле слова правила женщинами Рода, и если она говорит, что именинница должна вкалывать как проклятая, она будет вкалывать.

Акено, Кенту и Нибори я нашёл в малой гостиной, остальная молодёжь мужского пола зависала в большой.

Праздник прошёл… по-домашнему. Моё присутствие на это никак не повлияло. А ведь могло, всё-таки я больше не простой соседский мальчишка. Я даже на какое-то время забыл, что являюсь главой Рода Аматэру, и вернулся в недалёкое прошлое. Не сказать, что я прям влился в семейную идиллию, этого и раньше не было… м-м-м, при наличии кого-то сверх семейства Акено, но и постоянно контролировать лицо, слова, положение тела я в какой-то момент перестал. Ненадолго. Пока Шина не поинтересовалась, с чего это я вдруг решил наложницу завести. Без задней мысли, насколько я понял, ей просто было интересно, но настрой она мне сбила. А тут ещё и дочь Нибори влезла, заявив, что не хотела бы, чтобы у её мужа была наложница. На это я мог лишь отшучиваться, стараясь не раззадорить девчонок. Взрослые мужчины, к слову, помогать мне не собирались – они просто сидели и глупо улыбались, надеясь, что их не втянут в разговор. Женщины, они такие – умеют задавать щекотливые вопросы, а потом обвинять тебя за вполне логичный ответ. Ситуацию спасла Мизуки. Рыжая без тени сомнений заявила, что наложница – это круто, но только в том случае, если она гораздо старше жён. Типа так они будут чувствовать себя молодыми на пару десятков лет дольше. Что забавно, слова Великой Рыжей заставили задуматься всех женщин за столом. В том числе и саму Мизуки! Выглядело это довольно комично, но в этом она вся – умеет разрядить обстановку. А самое главное, она чувствует, когда это надо сделать. Кагами, кстати, тоже умеет это провернуть, но она консервативна – пока дело не касается Акено, Девятихвостая и пальцем не пошевелит. Скорее, примет участие в издевательствах. Исключением для неё, да и то лишь иногда, был я. Но в этот раз всё, что она делала, это бросала на меня ироничные взгляды.

После застолья все разбрелись по кучкам – женщины отправились шушукаться с женщинами, девчонки с девчонками, Кента ушёл вместе с Нибори, ну а мы с Акено расположились в коридоре возле его кабинета. Естественно, никто не сидел на месте постоянно и то и дело мелькал рядом.

– Кого мы ещё не видели? – спросил Акено.

– Кенту-сана с Нибори-саном, – ответил я.

И Акено, и я прекрасно знали Мизуки. Её сильные стороны, слабые, её привычки. Её любопытство. Она определённо должна появиться. Не может Рыжая проигнорировать странное поведение отца и друга, которые как два дурачка стоят в коридоре и о чём-то беседуют. А слухи до неё определённо дошли – слишком многие нас здесь видели.

Кое в чём по поводу Мизуки мы с Акено не сходились во мнении. Лично я считаю, что Рыжая – человек-компьютер, который просчитывает разговор на несколько ходов вперёд и ведёт его ровно в ту сторону, какую ей надо в тот или иной момент. А вот Акено считает, что у Мизуки есть заготовленные фразы, шутки, изречения и тому подобное. Типа она давным-давно выработала схемы для любой ситуации и просто использует их в подходящий момент. И если суметь застать её врасплох, Рыжую банально переклинит. Да, признаю, бывали и такие ситуации, но как по мне, в эти моменты её просто переигрывали, и она не знала, что сказать. Всё-таки микросхемы в её голове не идеальны и завести в тупик можно даже её.

Вот и стоим, ждём её, пытаясь разрешить наш давний спор. Если у неё шаблоны на все случаи, то она должна подвиснуть, так как вряд ли прорабатывала ситуацию, где я в коридоре предлагаю ей руку и сердце. Тем более, мы её не звали, а значит, и подготовиться она не могла. Если же она моментально среагирует на обстановку, используя свой биологический комп на полную катушку, значит, прав я.

О, а вот и момент истины. Мы стояли в коридоре, который соединял два других коридора с обеих сторон. Этакая буква “Н”. Вот с правой стороны одного из перекрёстков и показалась рыжая голова. А через мгновенье из-за угла вышла и вся Мизуки целиком. Убрав руки за спину, задрав голову и посвистывая, она как бы между делом направилась к нам.

– Хм, – остановилась Мизуки перед нами. – А что это вы тут мне пройти мешаете?

Изобразив удивление, я посмотрел на Акено.

– Даже и не знаю, что тебе ответить, – произнёс я. – Хотя… Мизуки, что ты думаешь насчёт смены фамилии? Аматэру Мизуки! Звучит ведь, а?

– А? – пискнула она с широко раскрытыми глазами. – А-а-а?

Резко подняв руки, она с силой приложила их к щекам. Настолько сильно, что мы с Акено услышали смачные шлепки. Только Мизуки на это даже не обратила внимания. Постояла пару секунд, а потом с криком унеслась обратно по коридору.

– Кья-я-я!

Причём на развилке повернула не туда откуда пришла, а влево. В сторону комнаты Шины.

– Она всегда, чуть что, бежит к сестре, – заметил Акено.

– Но сестра в другой стороне, – возразил я.

– Кья-я-я! – пронеслась Мизуки в обратную сторону.

– Честно говоря, – произнёс Акено. – Я не понял, кто победил. Под такое поведение можно подогнать обе теории.

– С этим трудно спорить, – пробормотал я. – Рыжая засранка нас сделала.

– А-а-а! – выбежала Мизуки из-за угла и понеслась в нашу сторону. И не останавливаясь прыгнула прямо на меня, обхватив руками и ногами. После чего, с до сих пор широко раскрытыми глазами, произнесла: – Хочу классическую фразу.

– Мизуки, ты выйдешь за меня? – произнёс я с улыбкой.

– Да!

Глава 18

Первое, что я сделал, когда проснулся, это проверил свои силы. Третий день так делаю. Причём на автомате. Ритуал снятия блокировки камонтоку, как и предполагалось, не самым лучшим образом подействовал на мои ведьмачьи возможности, а если более конкретно, то просто их заблокировал. Что не добавило мне хорошего настроения — но иначе никак. Если бы я знал, к чему приводят эти гадские ритуалы, то изначально не стал бы их использовать, но что было, то было. Я не в последнюю очередь потому и медлил со снятием блокировки, что не хотел в очередной раз терять свои возможности. Ощущение бессилия крайне напрягало, так мне помимо этого ещё и дела пришлось отложить. Яйца у меня, конечно, стальные, но рассекать по городу, лишившись всех сил, в момент, когда у тебя столько врагов?.. В общем, пришлось сидеть дома, отговорившись от друзей и знакомых разгребанием накопившихся дел. И ведь не слишком сильно врал – дел накопилось и правда много. Большую часть этой работы могут и другие сделать, но об этом посторонним знать не стоит.

– Отлично, — пробормотал я, поднимаясь с кровати.

Силы вернулись. Можно и делами заняться. Хотя… После двух дней сидения дома выяснилось, что заняться-то мне особо и нечем. По факту всё самое основное было сделано. Причём из-за этих самых дел в своё время даже пришлось свадьбу с Норико сыграть на две недели раньше, зато теперь могу слегка расслабиться.

После пробежки, утренней тренировки, душа и тому подобного был завтрак. Сегодня я мог бы и в школу пойти, но решил дать слабину и остаться дома. Может, досрочно её закончить? Не, поздно. До окончания школы-то осталось всего ничего – через четыре месяца я буду свободен как птица.

Незадолго до обеда, сидя на диване в гостиной, смотрел телек.

— А за что мне их любить? – спрашивал Стивен Флеминг. — Они послали меня убить ребёнка, а стоило мне только оступиться, просто забыли о моём существовании. Таким должен быть Род? Таким должен быть клан? Эти люди пекутся только о своём благополучии. Раньше я думал, что им лишь на простолюдинов плевать, теперь я уверен, что им нет дела ни до кого, кроме себя любимых. Американское воспитание, что уж тут. Так что нет, госпожа Комацу, у меня нет к ним любви, а мою верность они сами выкинули на помойку.

Интервью с “виртуозом” провели уже давно, но только теперь оно вышло на экраны телевизоров. И чисто технические детали учесть надо, и время хотелось удачно подобрать. В общем, я не торопил Комацу, а она воспользовалась данным ей временем по полной, сделав всё на высшем уровне. Откровенных оскорблений не было, нападок на Штаты – минимум, но они присутствовали, секретов никаких не озвучено. Картинка, звук, всё идеально. Мне понравилось. Осталось дождаться результатов.

На следующий день пришлось идти в школу. Не потому что я не мог не пойти, просто в какой-то момент я возмутился своей лени и слабости. Какого чёрта!? Я что, не могу жалкие четыре месяца потерпеть? Я что, слабак? В общем, пришлось собираться и идти. О возвращении к занятиям никого не предупредил – сам не до конца был уверен, что пойду в школу. Да и предупреждать о таком? Пофиг. Выехал чуть раньше, так что друзей у ворот в тот день ждал именно я.

Первой появилась Мизуки, с которой я и без школы виделся каждый день. Да что уж там, я со всеми своими школьными друзьями виделся каждый день. Мизуки, Мамио и Тейджо приезжали тренироваться, а Райдон – просто за компанию. Один раз даже с Анеко приехал – вот с кем я почти не виделся. Как и с Торемазу, как и с Шиной… Хотя нет, с последней я вижусь достаточно часто, так как сам хожу в гости к Кояма. Тем не менее эта троица на год старше меня и сейчас учится в университете. У них, фактически, своя жизнь, с новыми интересами и новыми друзьями. Реже всего я вижусь с Торемазу – нет у нас с ней точек соприкосновения, так у меня ещё и к её Роду отношение плохое. Тем не менее, если намечается какой-нибудь праздник или поездка с друзьями, например в Токусиму, я всегда её зову с собой, а она всегда принимает приглашение. Правда… Если быть совсем циничным, то попробовала бы она не принять, её собственная родня с потрохами сожрала бы. С той же Анеко всё гораздо проще — благодаря Райдону мы с ней встречаемся достаточно часто. Реже, чем с той же Шиной, но всяко чаще, чем с Торемазу.

Надо будет после победы над Хейгами устроить себе полгодика выходных, уделить друзьям побольше времени.

– Привет, привет, -- подскочила ко мне Мизуки. – Великая Рыжая здесь! Трепещите, злодеи и учителя!

– И тебе не хворать, – улыбнулся я. – Слушай, спросить хочу – почему ты не закончишь школу экстерном? Ты ведь можешь.

– И быть как Шина? – вскинула она брови. – Или эта белобрысая Охаяси?

– А что с ними не так? – не понял я.

– Как это что? – возмутилась она. – Они – взрослые! А я милая юная школьница! А ещё я основа основ этой школы. Если Великая Рыжая уйдёт, Дакисюро рухнет!

– И только-то? – усмехнулся я. – Низковата у тебя самооценка.

Ответить сходу она не смогла, поэтому просто набирала в грудь воздух. Всё больше и больше, пока с шумом не выдохнула. Милое поведение тоже, в каком-то смысле, ответ.

– Я просто скромная, – произнесла Мизуки.

Стоя у ворот школы и развлекаясь с ней разговором, я даже подумал о том, что школа – это не так уж и плохо. Правда, потом начались уроки, и сказка закончилась, обернувшись суровой школьной реальностью. Ладно, потерплю. Что я, четыре месяца не выдержу? Даже меньше – скоро начнутся каникулы, а потом я уезжаю в Штаты, где буду нести возмездие во имя Луны.

***

Сакурай Отои чем-то отдалённо напоминал мне своего адвоката, только более раскрепощённо выглядел. Брюнет лет двадцати на вид, с причёской а-ля “стильный хаос”. Ему шло. С внешностью у Отои вообще всё было хорошо. Модельная, как говорят. Чёрный костюм-тройка и чёрное же кольцо на мизинце. Кольцо, подозреваю, артефакт. Может, и обычное, но Сакураи у меня стойко ассоциируются с артефактами, так что… Да и нахрена он тогда с ним таскается, если оно обычное?

– Прошу, Отои-кун, – указал я на кресло.

Сама встреча происходила в одной из малых гостиных поместья, и встречал я гостя, сидя в точно таком же кресле.

– Благодарю, Синдзи-кун, – кивнул он, направляясь к указанному предмету мебели.

Произнёс, кстати, с едва уловимым акцентом. Похоже, несмотря на происхождение, японский не его родной язык, но тут я могу ошибаться – диалектов в этой стране более чем достаточно. Усевшись в кресло, Отои положил ногу на ногу и, глядя мне в лицо, произнёс:

– Ты хотел поговорить со мной, я слушаю. Хотя, если честно, считаю, что говорить должны наши адвокаты. Ты ведь проверил присланную тебе кровь?

– Естественно, – чуть кивнул я. – В ином случае я и встречаться с тобой не стал бы.

– Ну и какие тогда у тебя вопросы ко мне? – немного склонил он голову набок.

Пижон.

– Для начала, хотелось бы узнать – зачем тебе Рейка? – спросил я.

– Это может прозвучать банально, – начал он, слегка задумавшись. – Скажем так, она единственное, что связывает меня с Сакурай Этсу. Я не слишком любил мать, но родная кровь не водица. И естественно, я готов бороться за сестру. Сакурай Рейка должна быть с Сакураем Отои, а не с Аматэру Синдзи.

– Дело только в этом? Тебе просто нужна сестра? – спросил я, приподняв бровь.

– Я достаточно обеспеченный человек, если ты об этом, – ответил он. – А с Рейки, по сути, и взять-то нечего. Более того, если ты знаешь о чём-то, что у неё есть – можешь забирать. Я даже готов отдать тебе всё, что мне положено по наследству от Этсу.

Решил меня меркантильным злодеем выставить? Или добивается, чтобы я спорить с ним начал?

– Я не претендую на наследство, Отои-кун, – обозначил я улыбку. – Оно мне не принадлежит. А вот о сестре меня просил позаботиться отец. К тому же Рейка, как ни крути, и моя сестра тоже. С какой стати мне отдавать её человеку, с которым она и не встречалась ни разу?

– Может, потому, что по крови она ближе мне? – спросил он иронично.

Тут он прав. Кровь у меня… Короче, Отои более близкий родственник Рейке, чем я.

– А по закону – ко мне, – ответил я.

По японскому закону. Там, на самом деле, достаточно пунктов, определяющих, кто должен стать её опекуном, но в целом, даже если забыть, что я Аматэру, а судебные разбирательства будут проходить в Японии, закон всё равно на моей стороне.

– Я готов сразиться с тобой в суде, – кивнул он. – Даже если суд будет на стороне Аматэру.

– Это бессмысленно, Отои-кун, – произнёс я вкрадчиво. – Твой адвокат не мог не просветить тебя, что и без моей фамилии у вас почти нет шансов.

– Почти, – заметил он. – Я не собираюсь отдавать Рейку без боя. Лучше подумай, что о тебе люди говорить будут. Аматэру настолько благородны, что не желают отдавать брату его сестру.

– Ты бредишь, – покачал я головой. – Не будут такого говорить.

– Если я буду молчать, то да, – согласился он. – Но, как и было сказано выше – без боя я Рейку не отдам. К тому же нехорошие разговоры и без меня пойдут. У тебя что, неприятелей нет? Не верю, – усмехнулся он.

– Приемлемая цена за сестру, – пожал я плечами.

– Тебе решать, – вздохнул он. – Это всё, о чём ты хотел спросить?

Нагловато он себя ведёт. Нам, конечно, не быть друзьями, но всё равно… полегче надо с Аматэру.

– Не понимаю, на что ты рассчитываешь, – произнёс я, якобы задумавшись. – У тебя ведь нет шансов.

– Почти нет, – уточнил он. – Просто я из тех, кто сражается до последнего. М-м-м… Правда, и в конфликты стараюсь не влезать.

– Это намёк? – приподнял я бровь. – Типа готов торговаться?

– Пока война не объявлена – почему бы и нет? – пожал он плечами.

– Я сестру не отдам, да и нечего тебе предложить, – произнёс я, теряя интерес к разговору.

– О, не будь столь уверен, – усмехнулся он. – Всё-таки для Сакурай Этсу я был не последним человеком.

Это что же у него должно остаться от Этсу, что он решился подкупить Аматэру?

– Мне начинает казаться, что ты живёшь в каком-то своём мирке, – произнёс я, изобразив лёгкое удивление. – У тебя в принципе нет и не может быть ничего, за что я отдал бы тебе сестру.

– Возможно, так и есть, – улыбнулся он. – Сначала повоюем с тобой в суде, а там видно будет.

Я совсем запутался. Если у него что-то есть, зачем ждать судебных разбирательств? Только если он действительно надеется победить там, а уж если не получится, предложить мне взятку. Но шансов у него нет. Тут я даже не боюсь сглазить. В Японии ему не победить Аматэру. Тогда что? Просто тянет время? Зачем? Стоп… Так может, дело и не в Рейке вовсе? Может, она обычный отвлекающий манёвр? Причём, вполне возможно, даже не для меня. Реально такое? Запросто. Мир не крутится вокруг моей персоны. Отои мог приехать сюда по своим личным делам, и дабы его враги ничего не поняли, решил использовать Аматэру в качестве ширмы. То есть он банально воспользовался имеющимся у него поводом? Что-то как-то… Я строю теории на пустом месте. Без понятия, что тут за история, но вполне может быть, что мы с Рейкой лишь небольшая её часть.

Надо копать глубже. Или не надо? Не пофиг ли?

– Делай что хочешь, Отои-кун, – вздохнул я, активируя волну сканирования, чтобы проверить установленную метку. – Главное, палку не перегни.

– О, Аматэру угрожают своему гостю? – вскинул он брови.

– Вот об этом я и говорю, – нахмурился я. – Не перегибай палку. И не заставляй меня пояснять на практике разницу между предупреждением и угрозой.

– Молчу, молчу, – поднял он руки с улыбкой. – Я так полагаю, разговор окончен.

– Знакомство, Отои-кун, – произнёс я. – Закончили мы со знакомством, а разговор ещё и не начинался.

– Что ж, – поднялся он из кресла. – В таком случае, до встречи, братишка. Надеюсь, мы все же не станем врагами.

– В таких случаях надо не надеяться, – произнёс я. – А продумывать каждое слово.

***

После ужина я сидел в главной гостиной с планшетом в руках и просматривал отчёт отдела технического обеспечения. Именно они во главе с Боковым занимались приведением в рабочее состояние техники из схрона Дориных. Сидел я там не один, а вместе с Атарашики и, с недавних пор, Эрной. Это что-то вроде традиции. Просто если мы все разом окунёмся в дела, то фактически не будем видеться. Разве что с утра и на приёмах пищи. Вот как-то так и сложилось, что после ужина мы с Атарашики сидим в гостиной и занимаемся разной мелочью. Параллельно и поболтать можно, а частенько, если языками зацепимся, то, в общем-то, только и болтаем. Это всё не значит, что мы редко видимся. Сейчас. Просто был у нас такой момент, когда общаться мы могли только в такие моменты, уж больно много работы было. А потом… В общем, как я и сказал, это просто традиция.

– Это был мой хэдшот! Мой! Мой! – кричала Рейка, носясь вокруг идущего мимо гостиной Казуки.

– Как скажешь, твой, значит твой, – ответил Казуки устало.

– Да! – вскинула она руки.

– Но первым выстрелил я.

– Казуки – дурак!

– Эрна, – вошёл в гостиную Казуки. – Оторвись ты уже от этих бумажек. Айда с нами в спортзал.

Медленно подняв голову, девушка наградила его очень выразительным взглядом, на что Казуки поднял руки и молча стал пятиться.

– Казуки – подкаблучник! – радостно воскликнула Рейка.

Проводив взглядом удаляющуюся парочку, Эрна со вздохом вернулась к работе.

– Атарашики, – окликнул я её. – Вот скажи мне, тупому мужлану, разве это нормально, что беременная женщина вкалывает как проклятая?

– Беременной женщине лучше знать, что делать и сколько вкалывать, – ответила Атарашики, даже не оторвавшись от чтения газеты. – Но время от времени она должна быть с женихом и трепать его нервы, чтобы тот не расслаблялся.

Ещё один вздох со стороны Эрны, после чего она поднялась из-за стола и пошла на выход из гостиной.

– Ты бы поговорила с ней, – произнёс я, когда звуки шагов девушки стихли. – Нельзя столько работать.

На этот раз Атарашики оторвалась от газеты и глянув на меня поверх очков, произнесла:

– Синдзи, не лезь в душу беременной девушки, на которую свалилось слишком много. Она просто боится и пытается спрятаться за работой.

– Не понял, – нахмурился я. – Чего боится?

– Вот когда забеременеешь – поймёшь! – отрезала она, после чего проворчала: – Не волнуйся, я слежу за ней.

Оу, туплю. Роды и правда не самая лёгкая вещь на свете, естественно, многие женщины их боятся.

– Что б мы без тебя делали? – покачал я головой, возвращаясь к планшету.

– Вот и я тоже не знаю, – продолжала она ворчать. – Кстати, ты смотрел, как народ на то интервью реагирует?

– Нет ещё, – пожал я плечами. – Гляну через пару дней.

– Ты сейчас глянь, – усмехнулась она.

Вновь оторвавшись от планшета, посмотрел на Атарашики.

– Там что-то интересное? – спросил я.

– Просто введи в поисковике “Хейг” и “интервью”. Будет интересно, поверь, – ответила она ухмыляясь.

Ну я и ввёл. Нет, поднятой волне я не удивился, даже скорости её появления. Размах, вот что меня впечатлило. Размах и… агрессивность, скажем так. Полчаса, конечно, мало, чтобы увидеть всё, но даже так, количество агрессивных срачей было запредельным. Фактически любой спор на эту тему превращался в войну. Причём темой для спора могло быть чуть ли не что угодно. Да и менялись эти темы влёт. Начать могли с вопроса, убить или запытать Флеминга, а уже через тройку страниц форума перейти к выяснению, мученик он или нет. Про крупные международные баталии я вообще молчу. Там на личности переходят по счёту раз. А ведь это только форумы и посты в соцсетях, а были ещё новостные сайты, аналитические, государственные. На “Анамадо”, моём видеохостинге, в тренде практически только ролики, связанные с Флемингом.

– Так… – отложил я планшет и потёр глаза. – Чувствую себя дебилом.

– Ты о чём? – приподняла Атарашики брови.

– Вот скажи, нафига я морочился с патриаршеством Казуки? – спросил я устало. – Наложницу обществу представил. Видео с моим боем в Малайзии. Какого хрена я сразу не разыграл карту с Флемингом? Я ведь теперь могу несколько месяцев минимально поддерживать хайп.

– А-а-а, вот ты о чём, – встряхнула Атарашики газету, после чего вернулась к чтению. – Ну да, ты дебил. Я тебе об этом не первый год говорю.

– Вообще-то ты тоже могла…

– Только ты, Синдзи, – произнесла она, не отвлекаясь от чтения. – Только ты.

А ещё через семь минут в гостиную влетела Норико.

– Синдзи! – воскликнула она, после чего подбежала ко мне и сунула под нос свой мобильник. – Ты просто обязан вычислить этого урода по айпи!

– Ну что там у тебя ещё? – взял я протянутый девайс. Оу, очередной форум. Точнее, комментарии под постом в “Майничи”. – И кто здесь ты?

– Вот, – потыкала она в экран пальчиком.

– “Princess1127”? – уточнил я.

– Да, – подтвердила Норико.

– Хм, – прочитал я несколько комментариев. – Понимаешь, милая, это интернет, здесь не все слова означают то же, что и в реальности. Слово “мамка” в данном случае имеет метафорический смысл, означающий…

– Ты ведь это сейчас не серьёзно? – оборвала она меня, причём выражение лица у неё было, словно она с дебилом разговаривает.

– Норико-тян, – подала голос Атарашики. – Это суровые интернет-джунгли со своими суровыми законами. И там не принято вычислять по айпи. Либо у тебя логин “Аматэру Норико”, либо кто-то имеет твою мамку. Не можешь ответить – сиди дома и подтирай сопли.

Я же в этот момент крутил страницу вверх, ища то, с чего у Норико всё началось.

– Милая, вот скажи, что это? – протянул я ей смартфон.

– Эм, – чуть склонилась она, читая то, что я ей показывал. – Ну-у-у… Как бы это… Суровые интернет-джунгли?

Срач начала Норико, жёстко обматерив своего оппонента. И это не метафора, она реально матом его крыла.

– Держи, – отдал я ей телефон.

– Так что там с этим “Лупером”? – спросила она, беря мобильник в руки. – Его определённо нужно наказать.

– Атарашики всё правильно сказала, – произнёс я, беря отложенный в сторону планшет. – Либо ты “Аматэру Норико”, либо “Princess1127”. Во втором случае, “мамка” имеет метафорический смысл.

– Блин, вы как мои родители! – рассердилась она.

– Ох, – поднялась из кресла Атарашики. – Пойдём, Норико-тян, покажу тебе пару приёмов в споре.

– Атарашики-сан? – немного растерялась Норико.

– Запомни, девочка – для двух благородных дам в суровых интернет джунглях нет ничего невозможного, – произнесла она, направляясь в сторону выхода из гостиной. – Мы с сестрой и не таких ломали. Синдзи тому свидетель.

– Синдзи? – догнала её Норико.

– Мы с Митико как-то выловили его в интернете, – поделилась с ней Атарашики. – После чего на практике объяснили смысл фразы “суровая правда жизни в условиях маленького роста”.

Что Атарашики, что жена Императора, две старые, уродливые, гадские, мерзкие, дряхлые, сиськовислые… генетические недоразумения. Бесят!

***

Кагами проиграла кулинарную дуэль. Если бы мне об этом сказали постфактум, я бы сильно удивился – Кагами, и проиграла? Но эту дуэль я видел собственными глазами, и по её завершении мне было как-то не до удивления. Слишком уж потерянной она выглядела. Нет, для постороннего всё было в порядке, но те, кто Кагами знает, видели её неестественное состояние. Серьёзно, никогда не видел, чтобы она так выглядела. Вроде улыбается, а чувство, что сейчас заплачет. У меня даже, грешным делом, мелькнула мысль Молнию в Чакри послать.

Сама дуэль была организована с размахом. И дело не в том, что она проходила на первом этаже крупного торгового центра, предоставленного кланом Кояма, и не в техническом обеспечении. Нет, дело в освещении события. Чакри, как я и сказал, подошёл к этому делу с размахом. Сотни гостей из разных стран заполняли в тот день торговый центр, и все они были аристократами. Причём аристократами… высшей категории, скажем так. Кояма выглядели довольно бледно на их фоне. Не по силе. По силе им там мало кто ровней был, хоть и таких хватало. А вот по возрасту и положению в своих странах чуть ли не все поголовно делали Кояма с разгромным счётом. Да что уж там, на дуэль прибыли восемь представителей Родов, которые правят в своих странах. В том числе и принц Оама – третий сын Императора. Помимо него, прибыли родственники правителей России, Франции, Германии, Китая, Кореи, Сукотая и Персии. Не настолько близкие родственники, как принц Оама, но всё ж таки. Кстати, индийцев не было совсем. Зато все Роды, исключая индийские, входящие в десяток древнейших, на дуэли присутствовали.

На готовку участникам давалось четыре часа, за которые они должны были приготовить первое, второе и десерт. Судьи, которые должны оценивать готовку Наронга и Кагами, представляли собой известных дегустаторов… ну или как их там называют, в общем, обычные простолюдины, прославившиеся своими блогами, мельканием на телевидении и тому подобное. Насколько я понял, в определённой среде эти люди весьма авторитетны, но лично я никого из них не знал. Оценивали готовку участников поэтапно. Сначала первое блюдо – оценка, потом второе блюдо – оценка, ну и десерт, со своей отдельной оценкой.

Кагами проиграла все этапы. Отрыв у Наронга был небольшим, но, думаю, женщине от этого не слишком легче было. После первого этапа она выглядела слегка удивлённой и раздосадованной. После второго – откровенно шокированной. После третьего – потерянной. Лучший повар в стране по мнению очень многих не выиграл вообще ничего.

Какого-то ажиотажа среди зрителей не было. Скорее всего, им вообще было плевать на результат дуэли, гораздо важнее то, что они находятся в помещении с теми людьми, с которыми, если бы не Чакри, они никогда не познакомились. И я не про японцев, я про всех без исключения гостей. Так что да, во время дуэли народ больше друг с другом общался, а после дуэли так и вовсе началось броуновское движение. Кагами, как я и говорил, неплохо держала лицо, поклонившись победителю. А после недолгого диалога направилась в нашу сторону. Я и Норико находились в компании Акено, Кенты, Шины и Мизуки. Стояли мы чуть в стороне от основной массы гостей, заняв данную позицию ещё до начала дуэли.

Подойдя к нам, Кагами с сожалением вздохнула.

– Вы уж простите, – произнесла она с улыбкой. – Победа всегда была близкой, но так ни разу и не попала ко мне в руки.

Если уж даже я чувствовал, насколько ей сейчас нехорошо, то её семья тем более. А она ещё и пыталась иронизировать над собой, а когда встревоженные Мизуки и Шина начали её неуклюже успокаивать… Успокаивать начала сама Кагами. Проигрыш проигрышем, а видеть семью в таком состоянии она не желала. Акено и Кента в разговор женщин не лезли. Выразили сочувствие проигрышу в начале, а в дальнейшем максимум молча кивали. Мне же состояние Кагами не нравилось и видеть её такой я не желал.

– Ой, да ладно вам, – произнёс я, после того как Шина предположила, что у Кагами просто продукты были хуже. Типа Чакри мухлевал. – Кагами-сан сама виновата. Лучше прикиньте, как организовать реванш.

На меня посмотрели все разом.

– Оу. И в чём же я виновата? – протянула Кагами иронично.

– Да-да, Синдзи, – произнесла Мизуки. – Ты лучше объяснись, или я тебе сейчас такой тибидох устрою, на всю жизнь запомнишь.

– Вы сделали две ошибки, Кагами-сан, – произнёс я, скопировав выражение лица Кагами. – Всего две, но этого более чем достаточно. Во-первых – вы его недооценили.

– Вот тут ты не прав, Синдзи, – покачала она головой.

– Бросьте, Кагами-сан, – добавил я в голос серьёзности. – Как будто я вас не знаю. Какой-то там мужчина бросил вызов вам, да ещё и на вашей же территории. Ну не дурачок ли? Ведь так? Не важно, считали ли вы его серьёзным противником, главное, как вы к нему относились.

– Ну предположим, – поморщилась Кагами. – А вторая ошибка?

– Тут проще, – пожал я плечами. – Вы отдали на откуп Чакри вообще всю организацию дуэли.

– Ты тоже думаешь, что он мухлевал? – вздохнула она устало, покосившись на Шину.

– Это вряд ли, – качнул я головой. – Оглянитесь, что вы видите?

– Кучу гостей? – покосилась она на толпу.

– Вы видите мировую элиту, – пояснил я ей как ребёнку. – Элиту, которую легко и просто собрал Род Чакри. А теперь посмотрите туда, – указал я на собирающихся уходить судей. – Кто это по-вашему?

– Судьи… – произнесла она неуверенно. – Максимально непредвзятые.

– Кагами-сан, – вздохнул я. – По сравнению с большинством гостей даже ваш клан выглядит бледно. Как думаете, что крутилось в головах у этих судей, когда они на них смотрели? Простолюдины. Известные в довольно узком кругу. Слабые, ничтожные на фоне этих людей. Они судили не двух участников, а главу четвёртого по древности Рода в мире и… какую-то там женщину. Да, она тоже аристократка, но… – сморщился я. – Просто какая-то там аристократка. Я сомневаюсь, что Чакри сделал это специально, но он и не задумывался на этот счёт. Как и вы. Но вы-то вообще на всё это рукой махнули.

Ответила она не сразу, медленно переводя взгляд с одного гостя на другого. Остальные тоже молчали, ожидая её ответа.

– Кое в чём ты неправ, – произнесла Кагами, повернув ко мне голову. И я, наконец, увидел прежнюю Кагами. – Я ни в чём не виновата. Во всех ошибках жены всегда виновен муж.

– Э… – растерялся Акено.

– А ведь и правда, – потёр подбородок Кента.

– Ну ты и злыдень, пап, – покачала головой Мизуки.

– Но… Подождите… – попытался остановить нападки Акено.

– Не ожидала от тебя такого, – произнесла Шина, смотря на отца с осуждением.

– Эх, Кояма-сан… – с сожалением вздохнула Норико.

– Не, ну в самом деле…

Акено сильный, он справится. Пусть ему этот случай теперь ещё с год поминать будут. Но уж лучше пусть над Акено прикалываются, чем Кагами расстроенная ходит. Собственно, я уверен, Акено это и сам понимает, потому и строит из себя дурачка.

– Это было очень жестоко с вашей стороны, Акено-сан, – поджал я губы.

– И ты, Синдзи?!

***

Проблема поиска команд для моих кораблей по-прежнему висела на мне раздражающим грузом, но Меёуми смог удивить, предложив интересную идею. Достаточно перспективную, чтобы я ей заинтересовался. Он даже всё организовал, из-за чего я и сидел сейчас в одном из домов небольшого городка малайских аристократов, расположенного на территории моих Родовых земель. Они тут неплохо устроились, к слову. Не без помощи японской стороны, конечно, тем не менее. А идея, собственно, состояла в том, чтобы обратиться за помощью к тем самым малайцам. У них, если что, команд для кораблей было значительно больше, чем самих кораблей, так что я тешил себя надеждой, что нам удастся договориться. Чего я не ожидал, так это того, что на переговоры придёт сам король – Юсуф Фарис Петра.

С последнего раза, как я его видел, в волосах Юсуфа прибавилось седины, да и ухоженной бороды у мужчины не наблюдалось. Одет он был по-простому – полностью чёрный костюм, напоминающий традиционный китайский, обшитый золотыми вензелями.

– Добрый день, господин Аматэру, – произнёс он, входя в комнату и присаживаясь напротив меня. – Прошу прощения за ожидание. О вашем приезде я узнал в последний момент и спешил как мог.

– Всё в порядке, ваше величество, – кивнул я ему.

Говорить, что ожидал другого человека, я не стал, ибо смысла не было. Удивляться и спрашивать, почему он решил поговорить со мной лично – тоже. Тут и так всё предельно понятно – ему от меня что-то нужно, а запросы короля тоже королевские. Ладно, послушаем.

– Для начала, – заговорил он после небольшой паузы, – хотелось бы поздравить вас с женитьбой. Поздравление запоздалое, но тут уж сами понимаете.

– Конечно, – кивнул я с улыбкой. – Всё в порядке, ваше величество. Спасибо.

Обычная подводка. Не может же он просто взять и о делах начать говорить.

– Рад за вас, господин Аматэру, – произнёс он, задумавшись. – Жена – это дети, а дети – это стабильность в будущем. Впрочем, отсутствие врагов тоже стабильность. Вы ведь сюда за этим приехали? Поговорить об искоренении своих врагов?

– Именно так, ваше величество, – ответил я. – Мне требуется небольшая помощь, и я решил поискать её здесь. Естественно, не за бесплатно.

– Помощь не подразумевает платы, – покачал он головой.

– Вы помогаете мне, я помогаю вам, – пожал я плечами. – По-моему, логично.

– Если рассматривать ситуацию под таким углом, то да, – усмехнулся он.

– Мы с вами ещё совсем недавно воевали, ваше величество, – вздохнул я. – Увы, но прошло слишком мало времени, чтобы вы или я позволили себе одностороннюю помощь.

– Возможно, вы и правы, господин Аматэру, – повторил он мой вздох, после чего тихо добавил: – Да уж. Это и правда было не так давно, а кажется, что в другой жизни.

Хорошо играет. Нет, я могу поверить, что он устал, что его задолбала война, в его скорбь о погибших я тоже могу поверить. Как и в то, что время для него летит несколько иначе, нежели для меня. А вот в то, что взрослый опытный царедворец позволит мне это всё увидеть, я поверить не могу.

– Вы справитесь, ваше величество, – произнёс я. – Уверен в этом.

Ещё бы мне не быть уверенным. Сводки по Малайзии регулярно появляются на моём столе, и судя по докладам аналитиков – малайцы-таки победят. У англичан просто не хватит людей, чтобы справиться с ними в короткие сроки. Это забавно, кстати. Изначально время играло на стороне англичан, но с тех пор, как малайцы стали буквально закидывать их трупами, всё поменялось. Для развёртывания дополнительных сил нужно то самое время, и англичанам придётся либо стоять до последнего, после чего победа выйдет пирровой, либо отступать и перегруппировываться. В первом случае их съедят дома. Они просто не успеют толком воспользоваться приобретёнными землями, которые отойдут их врагам в метрополии. Во втором случае и так всё понятно – англичане не укладываются в отведённый год и у японского Императора развязываются руки. Тут главное, чтобы у самих малайцев людей хватило. Ну и чтобы в самый ответственный момент у них в тылу проблемы не появились – англичане мастера натравливать людей друг на друга. Кто даст гарантии, что неожиданно не появится новый претендент на трон? Причём даже не важно, насколько он будет легитимен, англичанам любой кипиш на руку.

– Спасибо, – кивнул он. – Ладно, прочь печаль. Давайте вернёмся к… пусть будет делам. Вы правы, господин Аматэру, слишком мало времени прошло для просто помощи.

– Что ж. Вы это наверняка знаете, но я всё же озвучу – для войны с кланом Хейг мне требуются команды на мои корабли. И у вас они, насколько я знаю, есть.

– Это так, – согласился он со мной. – К сожалению, кораблей у нас меньше, чем людей для них. Но это не значит, что я готов рисковать профессионалами на чужой для нас войне.

– Более чем понятный довод, ваше величество, – кивнул я. – Полностью его поддерживаю. Сам бы не горел желанием в вашей ситуации отдавать своих людей. Но… Будет ли мне позволено озвучить своё предложение? Возможно, я смогу вас переубедить.

– Прошу, – приподнял он руку с подлокотника кресла. – Внимательно вас слушаю.

– Во-первых – я обязан уточнить одну деталь, – начал я. – Захваченные вашими командами трофеи принадлежат мне. Для меня это важно.

На самом деле нет, но нужно же мне оставить пространство для манёвра? На всякий случай.

– Понимаю, – покивал он. – Я не в курсе ваших планов, так что не стану настаивать.

– Во-вторых… – замолчал я, якобы обдумывая дальнейшие слова. – Если ваша команда корабля сумела уничтожить любой корабль или судно клана Хейг, то корабль, на котором они воевали, отходит вам. Это и будет платой за участие ваших людей в войне.

– М-м-м… – нахмурился он, что-то обдумывая. – То есть если команда корабля потопит какой-нибудь торговец, то корвет переходит Малайзии?

– Вам, – уточнил я. – Не Малайзии.

– Оу, – приподнял он голову. – И… По какой причине вы выставляете подобные условия?

Это он сейчас просит озвучить то, что будет говорить своим подданным. Тут есть небольшой нюанс. Дело в том, что хоть государственные корабли и принадлежат монарху и управляют им его подданные, но вот просто взять и, например, подарить такой корабль кому-либо он не может. Остальные аристократы просто обидятся. А вот если корабль принадлежит лично правителю, куплен на его собственные деньги или добыт иным способом, то завистникам придётся молчать. Это всё мелочь, на самом деле, правителям уровня Великих стран подобные увёртки не нужны. У них более чем достаточно власти, денег и влияния, чтобы приобрести корабль, который потом можно кому-нибудь подарить. Но это, опять же, примера ради. Не помню, чтобы правители крупных стран кому-то дарили корабли. А вот королю маленького государства типа Малайзии, которая ещё и войну ведёт, подобный ход может пригодиться.

– Я не доверяю вашей стране в целом, о чём говорил не раз и многим, – произнёс я. – Только личное участие.

– Приемлемо, – произнёс он, поморщившись. Впрочем, дёрнув головой, тут же добавил. – Я не могу принять подобное решение мгновенно, господин Аматэру. Мне нужно время на обдумывание.

– Ваше вели…

– Время, – прервал он меня. – Я понимаю. Дайте мне… пару дней.

– Что ж. Приемлемо, – кивнул я, прикрыв глаза.

Глава 19

Тридцатого декабря мы поехали в Токусиму. Мы — это Аматэру, ну и Раха с Акеми, мои друзья и друзья Казуки. В общей сложности – девятнадцать человек. Про Слуг Рода и охрану, в том числе и охрану моих друзей, я не говорю – если их считать, то народу набирается ой-ей как много. Хотя кое-кого упомянуть надо. Дело в том, что у Накамуры Гая, заведующего контрразведкой Рода, есть дочь, и она больна. Я знал об этом изначально и при его найме говорил, что помогу, если будет такая возможность. И помогал. Когда у меня были только деньги, помогал деньгами, когда появились Целители, посылал их к девочке. Но… В общем, ничего не помогало. Болезнь, словно проклятье, не хотела уходить. Состояние больной Целители стабилизировали, но помочь кардинально не могли. В очередном отчёте, который я получил за день до поездки в Токусиму, говорилось, что помочь ей могли только Целители наивысочайшего класса, а таких в стране всего девятнадцать человек. Меньше двух десятков Целителей пятого ранга, которые завалены работой по самую маковку. А девочку не вылечить за пять минут, нельзя просто произнести волшебное заклинание и радоваться выздоровлению. Это долгая работа, которой у Целителей, как я и сказал, и так навалом. Пойдут ли они мне навстречу? Наверняка кто-то пойдёт. Думаю даже, большинство. Проблема в том, что у ребёнка началось обострение, и смогут ли они вообще помочь — вопрос вопросов.

В общем, обдумывая ситуацию, я пришёл к выводу, что мне нужно именно волшебное заклинание. Что-то очень мощное и очень быстрое. И у меня есть такое заклинание, отзывается на “Великая Рыжая”. Так что помимо всех тех, кого я перечислил, в Токусиму отправилась и дочь Накамуры. Правда, приехать она должна только на следующий день после нашего прибытия в город.

Новый год был популярен в Японии. Более популярен, чем в моём прежнем мире. А вот Рождество не прижилось. Японцам было откровенно плевать на какого-то там типа, рождённого фиг знает где и фиг знает когда. У нас тут и своих богов хватает. Хотя очередная странность этого мира состоит в том, что летоисчисление совпадает с рождением Христа, только называется иначе – не от Рождения Христа, а от Падения Роги. Роги, если что — это один из Древних. Тогдашний лидер всех Древних мира, которого боги, собравшись в небольшую кучку, таки грохнули, что ознаменовалось началом падения Древних как вида. Так что у нас сейчас начало двадцать первого века от Падения Роги. Впрочем, стоит понимать, что это общепризнанный мировой стандарт, что не отменяет применение других летоисчислений в различных странах. В том же Китае и Персии. Да и в Японии, если смотреть на церемониальные грамоты и часть документов, можно увидеть дату “9102 год от Основания Империи”, и празднуется он, правда, не очень активно, в начале весны. Лично я его вообще ни разу не праздновал.

Тридцать первого декабря был заключён договор между Родом Коширских и кланом Хейг, после чего начался отсчёт их проигрыша. Сделка сулила Хейгам баснословные барыши. В то же время, если они не уложатся в срок, их клан понесёт колоссальные потери. Теперь им кровь из носу необходимо выполнить контракт, чему я намерен активно мешать. Но это дело будущего, а сегодня я сидел в удобном кресле большой гостиной особняка и наслаждался атмосферой. Рядом, к слову, сидела Атарашики, и её толпа в доме тоже не напрягала.

– Ниже, — командовала Норико друзьями Казуки. – Ниже. Ниже… Боги! У вас совсем глазомера нет?! Выше поднимайте. Ниже! Аргх… Раха, ударь их.

– Не тебе, мелкая, говорить о моём росте! – наезжала Рейка на Торемазу.

– Да тебе о росте говорить кто угодно может! – возмутилась та.

— Я не карлик! – топнула Рейка ножкой. -- Будешь так говорить, я тебе хэдшот влеплю!

– Хэдшот ты ламерам в Офужизуне лепить будешь. Да и там вряд ли, – потешалась над ней Торемазу.

– Что-о-о?! Ты бросаешь мне вызов?! Казуки! Казуки, нам нужен компьютер!

– Йо-хо-хо! – веселилась с другой стороны гостиной Мизуки.

– Блин, рыжая, ты достала уже со своим Сантой! – пытался отбиться от неё Тейджо. – Иди сестру доставай.

Стоящий рядом Мамио промолчал, а покинувшему их компанию Казуки, отправившемуся искать компьютер, и вовсе было плевать. Мизуки была одета в платье местной Снегурочки, ну или женскую версию Санты Клауса. Правда, накладная борода выбивалась из образа.

– Держи её подальше от нас! – выкрикнула Шина, услышавшая их разговор.

Стояла она в компании Анеко, Акеми и Эрны. Что такая компания могла обсуждать в своём уголке, я даже не представляю.

В этот момент ко мне подошёл старик Суйсэн и с поклоном доложил:

– Дочь Накамуры-сана прибыла, господин.

– Спасибо, Каджо-сан, – кивнул я ему, и повернувшись в сторону рыжего бедствия, крикнул: – Мизуки!

Дождавшись, когда она обратит на меня внимание, махнул ей рукой.

Накамура Акиха лежала на кровати в одной из многочисленных комнат особняка. Ей было шестнадцать лет, но выглядела она на четырнадцать. Маленькая, худая, уставшая то ли от перелёта, то ли от такой жизни. С короткими чёрными волосами и карими глазами, в белой кофточке, она просто лежала, накрытая одеялом, и безучастно смотрела перед собой. При нашем появлении Акиха повернула голову, а сидящий в изголовье Накамура вскочил на ноги и поклонился.

– Йо-хо-хо, – подскочила к ней Мизуки. – С наступающим, юная леди. Мне сказали, что в этом году ты вела себя как примерная девочка, и вот я здесь.

Тон голоса она понизила, чтобы тот больше походил на мужской.

– Санта в юбке, – произнесла Акиха тихо. – Креативненько.

– Хе-хе, а то. Кхм… То есть… У Санты есть право одеваться так, как ему хочется, юная леди, – покачала пальцем Мизуки.

– Оу, ну как скажете, тётенька, – пожала плечами Акиха.

– Гха… – скрючилась Мизуки, будто ей под дых ударили.

– Акиха! – воскликнул Накамура. – Будь повежливее с Кояма-сан! Прошу, простите мою дочь, – склонился он в поклоне.

– Тётенька… – заскулила Мизуки, после чего подскочила ко мне и стала трясти за лацканы пиджака. – Синдзи, неужели я тётенька?! Когда, когда эта жизнь прошла мимо меня?!

Вот почему на неё наезжает какая-то девчонка, а страдаю я?

– Она всего на два года младше тебя, – произнёс я устало. – Если ты тётенька, то и она тоже.

– Но она не тянет на тётеньку! – остановила тряску Мизуки.

– Значит, и ты тоже, – ответил я.

– Хм. Логично, – резко успокоилась Мизуки, и поправив бороду, которую, понятное дело не снимала, вновь повернулась к девочке.

– Мои слова были грубы, Кояма-сан, – опередила её Акиха. – Прошу прощения.

Произнесла она это всё так же ровно и без особых эмоций.

– Ой, да забей, – отмахнулась Мизуки. – Кхм. Так, на чём я там остановилась? Ах да, подарок! Хорошим девочкам положен подарок! – произнесла она, подняв палец кверху и зыркнув в мою сторону.

– Не стоит, Кояма-сан, – произнесла Акиха. – Мне всё равно им не насладиться.

После этих слов Мизуки замерла. Ненадолго, но что-то ей очень не понравилось. Виду она не подала, конечно, но как я говорил не один раз – Мизуки я знал очень хорошо.

– Нет, нет, нет, – покачала она пальцем. – Если подарок подготовлен, он обязан быть вручён. Посему… – сжала она руку в кулак, который загорелся зелёным пламенем. – Просто терпи.

И приложила горящую ладонь к груди Акихо.

Секунда, вторая, десятая, Мизуки хмурится, а девочка теряет сознание. После этого Мизуки сделала то, чего я не ожидал – она вспыхнула. В прямом смысле этого слова. Вся её фигура была поглощена тем самым зелёным пламенем. Так она и простояла ещё девять секунд, после чего пламя погасло а Мизуки убрала руку от груди Акихо. Сама девочка так и не очнулась.

– Ты как? – спросил я.

– Да я-то нормально, – пожала она плечами. – Так, ладно. Слушай сюда, – обратилась она к Накамуре. – Дочь я твою вылечила, хоть это и было сложнее, чем я думала. Тем не менее она всё ещё истощена. Да и мышцы у неё так себе. Когда эта очнётся, она будет здорова и несомненно почувствует прилив сил, но постарайся не дать ей сильно напрягаться. Восстановление займёт… сколько-то там. Доктора тебе точнее скажут.

– Благодарю, Кояма-сан, – отвесил Накамура низкий поклон.

– Синдзи благодари, – фыркнула она, стягивая бороду. – Я бы эту сдавшуюся обиженку из принципа лечить не стала. Когда мою сестру похитили, она не сдалась, когда Синдзи зажали на его базе, он не сдался, моя биологическая мать не сдавалась до самого конца, – процедила она сквозь зубы. – Твоя дочь представления не имеет, сколько детей в её положении умирают в грязной больничной палате, а то и вовсе в разваливающихся халупах, а эта сидит тут и смеет ныть. Казуки младше её, пережил несравнимо больше, но что-то я сомневаюсь, что он жаловался на свою жизнь.

– Она всего лишь девочка, Кояма-сан, – произнёс через силу Накамура.

– Ты перегибаешь, Мизуки, – покачал я головой. – Не стоит сравнивать чужие жизни. Мы все слишком разные.

– И что, я теперь должна проникнуться к ней сочувствием? – усмехнулась она.

Я понимал, о чём она говорит и что ей не понравилось, много чего мог сказать, но в целом, мне было просто лень. Я циник. Мне важен Накамура, а не его дочь. Акиха для меня лишь важный для Накамуры ресурс. Не самая лучшая жизненная позиция, но уж слишком плохо я знаю его дочь, у меня тупо не было времени проникнуться к ней симпатией. Так что сейчас я желал лишь успокоить Мизуки.

– Нет, малышка, – улыбнулся я. – Но именно сегодня, когда у всех праздник, мы должны играть свою роль до конца.

Долгих четыре секунды она смотрела мне в глаза, после чего на мгновенье зажмурилась, а когда открыла, передо мной стояла прежняя Мизуки.

– Ладно, – произнесла она, натягивая бороду обратно. – Пошли к нашим. Я ещё не всех задол… в смысле, поздравила.

***

Про то, как мы встречали Новый год, рассказывать особо и нечего. Это было весело, шумно, и где-то даже умиротворяюще. Нечасто мне выпадает просто встретить тот или иной праздник в компании родни и друзей. А вот первого января… с обеда первого января у меня вновь началась работа. Для начала я до самого вечера шлялся по городу, посещая различные мероприятия простого народа. На главной площади города у ёлки побывал, по храмам прошёлся, в крупнейший бар Токусимы зашёл. И так далее. Ну а вечером меня ждал приём у мэра, где я собирался представить всем свою невесту. Официально, так сказать. Атарашики в своё время заикнулась было, что это лучше в Токио делать, но я настоял. Да и сама Атарашики не сильно настаивала.

В отличие от объявления о помолвке с Норико, сейчас я мог не устраивать масштабного приёма. Да и в тот раз, если уж на то пошло, мы людей собирали скорее для представления обществу Патриарха. Так-то объявление о помолвке не обязано быть масштабно, да и в целом по традиции мы должны представить лишь первую невесту, а всё что дальше – личное дело жениха. Хотя, как правило, какой-нибудь приём или выход в свет всё же делают. Вот и я решил представить вторую невесту на приёме мэра Токусимы. Всё в пределах негласных традиций.

Акеми на этот раз, естественно, со мной не пошла. Наложниц, как я понял, мужчины вообще не особо балуют вниманием. Я так не могу, всё-таки это моя женщина, но приёмы и внимание – несколько разные вещи, так что брать её с собой каждый раз, как иду куда-нибудь, я в любом случае не собираюсь. А в данном случае я и не мог – в этот раз мои спутницы исключительно Норико и Мизуки.

Сам приём прошёл прогнозируемо. То есть на нём не произошло ничего заслуживающего внимания. Ходил туда-сюда, общался, выслушивал поздравления. В том числе и о помолвке. А когда мы вернулись домой, точнее, поздно вечером, ко мне пристала Норико. А всё дело в том, что она вспомнила об артефактах из затонувшего Хранилища. По её словам вспомнила, а так вполне возможно, что просто терпела. Время хоть и было позднее, но мы уже не дети, да и завтра у нас всё ещё выходной. У меня, например, единственное запланированное на завтра дело – это судейство на какидзомэ – традиционном турнире по каллиграфии, приуроченном ко второму января. Вообще-то какидзомэ – не турнир, это… Вот так сходу и не пояснить. В общем, это первое в новом году написание каллиграфии. Всего лишь традиция, но некоторые устраивают из этого соревнование. По факту я просто приду, посмотрю на работы, оценю их по шкале нравится-не нравится, да подожду решения настоящих судей, которые и будут оценивать качество. В общем, завтра, по сути, свободный день, и если я до определённой степени могу плевать на сон, то Норико и вовсе может спать весь день.

В подземелья поместья заодно и Казуки взял, точнее, предложил, а он, пожав плечами, согласился.

– У-у-у-у… – завыла Норико, когда мы вошли в бункер с добытыми сокровищами. Ручки к груди прижала, ножками топает… Впервые вижу её настолько радостной. – Это! Просто! Потрясающе!

После чего ломанулась к ближайшему стеллажу.

– Тут хоть что-то полезное успели найти? – спросил Казуки, оставшийся рядом со мной.

– Тут всё полезное, – покосился я на него. – Ну или большая часть.

– Для Патриархов, я имею в виду, – уточнил он.

– Пока нет, – пожал я плечами. – Но исследования только начались. Зато у нас теперь четырнадцать подавителей с радиусом действия от трёх до десяти метров.

Для Патриархов могут быть полезны артефакты только одного типа – те, что не требуют постоянной подпитки бахиром. Именно о них Казуки и спрашивал. К сожалению, те самые подавители к подобному типу не относились.

– Синдзи! – крикнула Норико, указывая на какой-то артефакт. – Я могу это в руки взять?

– В руки можешь, но бахир не подавай! – ответил я, повысив голос, так как девушка стояла достаточно далеко от нас.

Отвечать она не стала, тут же схватив интересующую её цацку в руки.

– Интересно, как Мизуки себя здесь повела бы? – произнёс Казуки.

– Повторяла бы за Норико, шумно восхищаясь всем, что видит, – ответил я. – А если бы была без неё, нашла бы какой-нибудь меч и полчаса бегала бы туда-сюда.

– Довольно точное предсказание, – глянул на меня Казуки.

– Предположение, – усмехнулся я. – Надо бы привести её сюда после свадьбы. Посмотреть, насколько я прав.

– Кстати, а почему только после свадьбы? – спросил он. – Нет, я понимаю, почему не стоит этого делать с кем-нибудь другим, но это же Мизуки.

– Я могу доверить рыжей свою жизнь, но не собираюсь подвергать опасности Род. А ради Кояма, пока она не моя жена, Мизуки может случайно проболтаться.

– Ты параноик, Синдзи-сан, – усмехнулся Казуки.

– И меня это совершенно не напрягает, – улыбнулся я.

– Синдзи! – выскочила из-за стеллажа Норико и радостно закричала. – Смотри, какая дурында! Как им вообще воевали?!

Глядя на огромный меч в руках Норико, который она скорее волокла, чем на весу держала, я покачал головой. Всё-таки они с Мизуки очень похожи.

***

Дом культуры “Акашики”, в котором будет проходить соревнование по каллиграфии, располагался в западной части города и представлял собой трёхэтажное здание, где первый этаж был довольно высоким. Помимо повседневной работы, присущей домам культуры, здесь частенько проводились соревнование по каллиграфии и сёги. Можно ещё добавить, что со стороны здание выглядело обычной серой коробкой, хотя внутри наличествовало очень много традиционных японских элементов.

Выйдя из машины, которая остановилась недалеко от здания, глубоко вздохнул. Почему-то хотелось курить. Охрана уже расположилась на своих местах, прикрывая меня от опасностей этого жестокого мира. Сегодня со мной никого не было – вообще никто не изъявил желание тащиться на столь скучное, по их мнению, мероприятие. В общем-то, по моему мнению тоже скучное. Казуки, который не раз проходил через подобное, молча похлопал меня по плечу, когда я спрашивал о том, кто хочет со мной поехать.

– Курить хочу, – пробормотал я тихо.

Увы, но сигарет я с собой не брал. В моей машине в Токио всегда есть запас сигарет, а здесь об этом никто не подумал.

– Господин? – подошёл чуть ближе глава группы охраны.

– Ничего, – махнул я рукой. – Это я сам с собой.

Сомневаюсь, что у кого-то из охранников есть сигареты.

– Понял, господин, – сделал он шаг назад.

Оглянувшись в тщетной попытке найти причину свалить домой, замер. В десяти метрах от нас через дорогу перешёл… человек, и остановившись на тротуаре, повёл носом, после чего, так и не обратив на нашу группу внимания, отправился в переулок между домом культуры и соседним зданием.

– Ты это видел? – обратился я к главе охраны.

– Господин? – напрягся он.

– Вон там, – махнул я рукой. – Человек сейчас стоял. Ты его видел?

– Я никого не видел, господин, – потянулся он к поясу, осматривая ближайшее пространство.

Охренеть, что тут творится?..

– Так, – нахмурился я, врубив Чувство разума. – Сидите здесь и ждёте моего возвращения.

– Господин, – всполошился мужчина, – мы должны…

– Выполнять приказы, – прервал я его. – Сидите здесь, ждёте меня и готовитесь резко свалить домой. Приказ понятен?

Поведя головой, по типу – “боже, дай мне сил”, глава группы охраны произнёс:

– Вас понял, господин. Сидеть, ждать, готовиться свалить.

– Молодец, – кивнул я.

Что меня так всполошило? Да то, что у этого существа были звериные уши и хвост. Про то, что охрана его не заметила, уже можно и не говорить. Я не знаю, агрессивен этот ёкай или нет, но мне определённо надо с ним… пообщаться. Впрочем, судя по тому, что на нас он не обратил никакого внимания, до людей ему особо дела нет, то есть вряд ли он агрессивен. Также я сомневаюсь, что он сможет рассказать хоть что-то о напавшей на меня в Сукотае хреновине, но хотя бы на ниточку к этому делу я надеяться могу. Заодно уточню и другие вещи, к нападению не относящиеся, например – какого фига по моему городу шастают вроде как исчезнувшие существа.

Судя по Чувству разума, ёкай зашёл в здание дома культуры. Видимо, через чёрный вход. Сам вход я обнаружил в конце переулка, почти на углу дома. Глянув на расплавленный замок, нахмурился – этого типа тут явно быть не должно. Ёкай начал подниматься наверх. Зайдя в здание, оглянулся. Он шёл туда, значит, там где-то лестница. Быстро найдя её, начал осторожно подниматься наверх, но через несколько секунд ускорился, так как ёкай, судя по всему, выбрался на крышу.

Поднявшись на последний этаж, подошёл к двери, замок которой тоже был оплавлен. Чуйка говорит мне, что всё не так радужно с этим типом, как я думал вначале. Толкнув дверь, поморщился от визга несмазанных петель. Ёкай, стоящий в двадцати метрах от выхода, естественно, тоже услышал скрип, после чего резко обернулся в мою сторону. Пшеничного цвета волосы… Или это шерсть? В общем волосы, уши и хвост у него были одного цвета. Из одежды на нём были лишь джинсы и чёрная футболка.

– Ты не мёрзнешь в такой одёжке? – спросил я. – На улице январь, если ты не заметил.

– Человечек, – чуть склонил он голову на бок. – И как же ты умудряешься меня видеть? И почему не боишься? Не люблю, когда меня не боятся, – тон его голоса сменился, стал более глухим. – Низшие существа вроде вас должны трепетать при виде меня. Рыдать от страха.

– С головушкой у тебя точно не всё в порядке, – качнул я головой. – Не люблю психов – слишком сложно вас использовать.

– Как же я вас, тварей, ненавижу, – прорычал он. – Вы должны гореть. Корчиться от боли и гореть. Я сожгу вас…

– Может, всё-таки успокоишься? – приподнял я бровь.

– Сожгу в своём пламени, – продолжал он. – Я сожгу тебя, тварь, и сожру твой пепел!

На последнем слове своего вопля этот… это существо загорелось красным пламенем. От кончиков ушей до кончика хвоста. Причём пламя было настолько плотным, что я толком и не видел его за ним. Разве что лицо… Хотя там само пламя приняло форму скалящегося лица. При всём при этом опасностью от него почти не несло. Она была, но так, на уровне “ветерана”. Тем не менее, бить рукой это рычащее пламя у меня желания не было, так что когда ёкай приблизился на достаточное расстояние, а ломанулся он ко мне сразу после того, как загорелся, я встретил его ударом носка ботинка в подбородок. Небольшой доворот корпуса, и той же ногой бью его в грудь, отбрасывая на три метра от себя.

– Кха… Кха… – зашёлся тот в кашле, валяясь на крыше здания.

– Дилетант, – покачал я головой, направившись в его сторону. – Кто ж так прямолинейно нападает?

– Уничтожу… – прохрипел он.

– Ну, – глянул я на чуть оплавленный ботинок. – Это вряд ли.

Не так уж его пламя и страшно. Если бить достаточно быстро, то можно и голым кулаком работать. А бью я быстро.

Тормозить ёкай не стал и, рыкнув, вновь побежал в мою сторону. Бежал, к слову, довольно быстро. По скорости он вообще был на уровне “учителя”, несмотря на то что опасностью от него веяло, как я и говорил, максимум на “ветерана”. Когда он приблизился достаточно близко, я вновь ударил его ногой, отбрасывая на несколько метров. Мог бы и рукой попробовать, просто вспомнил, что надо бы постараться решить дело… проще. Так что стоило только кашляющему ёкаю подняться на колено, я ему колено и прострелил. А потом ещё и в оба плеча добавил. Только толку от этого было даже меньше, чем от удара ногой. Серьёзно, этот тип потратил буквально секунду на восстановление, после чего вновь тупо ломанулся в мою сторону. Ну что за дебил…

После одного магазина стало понятно, что на пули ему вообще плевать. Последнюю я даже всадил ему в голову, но это задержало его всего на три секунды. Я от такого аж на свой ботинок покосился – от удара ногой в грудь он приходил в себя примерно столько же. Может, он волшебный? После того как патроны в магазине закончились, я убрал пистолет в пространственный карман и от души зарядил по печени этого типа кулаком, что заставило его сильно скрючиться. Похоже у меня не только ботинок, но и кулаки волшебные.

– Серьёзно, парень, может, уже успокоишься? – спросил я.

– Сожгу! Сожгу вас всех дотла-а-а! – завопил он, вновь кидаясь на меня.

Тупой какой-то.

На этот раз я влепил ему два джеба и апперкот, – но сознание он, похоже, потерял уже после второго джеба, ну а после апперкота, просто сложился как карточный домик, прямо у моих ног.

– Ну и что мне с тобой делать? – произнёс я.

И тут же поднял руки, доставая "Чижы" и наводя их на новых действующих лиц. Эта парочка, для глаз обычного человека, появилась из ниоткуда, я же успел заметить, что они просто спрыгнули на крышу с соседнего дома. Одним из них был парень лет двадцати двух. Кроссовки, чёрные спортивные штаны, такого же цвета лёгкая куртка. Зимы в Японии тёплые, во всяком случае, если не брать в расчёт Хоккайдо, так что такая куртка вполне себе обычная одежда японцев зимой. Я сам был одет далеко не в пуховик. В общем, обычный с виду парень, если бы не зелёные глаза с вертикальным зрачком. Его спутница была более интересна. Во-первых – у неё были уши и хвост. Кошачьи, судя по всему, уши и кошачий же хвост. Дымчатого окраса. Ну а во-вторых – она была одета в форму полиции.

– Г… Господин Аматэру… – произнесла неуверенно девушка. – Эм… Прошу прощения, что вам пришлось самому с ним разбираться.

– Вы очень помогли нам, поймав его, Аматэру-сан, – произнёс парень, – но может, всё-таки уберёте оружие? Мы, как-никак, представители полиции.

– Да ну, – чуть склонил я голову набок. – Серьёзно? Ёкаи-полицейские?

– Это расизм, Аматэру-сан, – произнёс парень сухо.

Эти слова развеселили меня и заставили убрать оружие в пространственный карман. Всё равно эта парочка была не опасна. Не чувствовал я от них опасности.

– Эм… Господин Аматэру? – произнесла смущённо девушка.

– Хм, извини, – выпрямил я голову.

Дело в том, что мне было край как интересно, есть ли у неё специальный вырез под хвост, вот и засмотрелся.

– Если вы хотите спросить про хвост, то у кошек есть два состояния – полупрозрачное и реальное, – заметил парень.

– М… Муген-кун… – засмущалась девушка.

– Сейчас у неё нематериальный хвост и дырок в юбке нет, – всё-таки закончил он. – А, ну ещё мы оборотни и можем вообще убирать уши и хвост.

– А ты, собственно, кто? – спросил я.

– Тануки я, – пожал он плечами.

– А глаза… – не понял я.

– Заклинание, – отмахнулся он.

– Ясненько, – произнёс я. – Муген-кун, значит.

– Яхироко Муген, – кивнул он. – А это…

– Цуда Маори, господин Аматэру, – низко поклонилась она.

– Итак, раз мы познакомились, может, поясните, что вы тут делаете? – спросил я.

– Пришли за этим психом, – кивнул он на лежащее у моих ног тело. – Когда он активирует огненный покров, происходит всплеск специфичной магии, только это его и останавливало от сжигания всего города.

– И почему же вы не поймали его раньше, раз он так палится? – поинтересовался я.

– Он… – поморщился Муген. – Крайне сложно убиваемый.

– А ещё очень прыткий, – добавила Маори. – И отвод глаз у него сильный.

– Да и не всегда он свой покров активирует, – вздохнул Муген. – Мы его уже не первый год ловим, а он, словно издеваясь, даже из города никуда не уходит. Хитрая тварь, умеет прятаться. Мы на него и вышли-то всего полгода назад.

– И слабаком его не назовёшь, – произнесла Маори. – Стыдно признавать, но мы его могли максимум задержать.

Так-так…

– То есть мы можем ожидать скорого подкрепления? – спросил я улыбнувшись.

– Да, – не стал ходить вокруг да около Муген. – Скоро тут появится наш капитан.

– Понятненько… – протянул я. – Вы, случайно, время не тянете?

– Не волнуйтесь, господин Аматэру, – зачастила Маори. – Мы не враги вам. Никто даже не подумает напасть на члена вашего Рода, наоборот – для нас честь защищать… Встать спиной к спине с вами во время боя.

– Угомонись, Маори, – вздохнул Муген, после чего посмотрел мне в глаза. – Она права, мы не враги вам. Ну, если не считать подобных психов, – кивнул он на тело поджигателя.

– Значит, – поставил я ногу на голову валяющегося в отключке психа, – нам надо дождаться вашего начальства?

– Желательно, – осторожно кивнул Муген. – Просто ситуация…

– Мы не знаем, что делать, господин Аматэру, – произнесла Маори. – Кто ж знал, что поджигателя поймаете вы, да ещё потом и с нами встретитесь. Я просто не знаю, что вам можно рассказать, а что нет.

– Когда не знаешь, что делать – оставь всё начальству, – кивнул Муген.

И в этот момент на крышу спрыгнул ещё один мужчина. В форме капитана полиции, почти обычный, если бы не его полупрозрачность. И первым делом после приземления капитан посмотрел мне в лицо.

– Оу… – только и произнёс он.

– Мацусита-сан! – изобразил я радость. – Рад вас видеть!

Не то чтобы я знал всех капитанов Токусимы, но именно этого мне как-то раз представляли. Типа смотрите, какой хороший во всех отношениях полицейский.

– Аматэру-сама, – поклонился он. – Неожиданная встреча.

– О да, тут вы абсолютно правы, – усмехнулся я.

– Кхм... Да, – собрался он. – Надеюсь, эти лоботрясы не доставили вам проблем?

– Нет, что вы, – ответил я улыбнувшись. – Мы очень продуктивно поболтали.

– Что ж, в таком случае, позвольте нам забрать с собой Тамашинохи, – кивнул он на психа.

– Позвольте уточнить, – обратился я к нему. – Этот Тамашинохи тот самый поджигатель, который несколько лет терроризирует Токусиму?

– Да, это так, – подтвердил осторожно Мацусита.

– На его счету десятки невинных жертв, не так ли?

– Всё так, Аматэру-сан, – подтвердил Мацусита. – И поверьте, он будет наказан соразмерно своим преступлениям.

– А если точнее? – спросил я.

– Казнён, – ответил Мацусита коротко.

– То есть я вполне могу убить его сам, не так ли? Благо он напал на меня и по закону я в своём праве, – произнёс я вопросительно.

– Вы не сможете этого сделать, Аматэру-сама, – покачал головой Мацусита. – Этот кицунэ трудноубиваем. Я вообще удивлён, как вы смогли… Аматэру-сама? – спросил он насторожено.

Я достал из пространственного кармана катану. Ту самую, которую мне подарили токусимцы. Я собирался убить психа. Мне он был не нужен, а доверия к тем, кто столько времени ловил преступника, который сильно подставлялся каждый раз, когда врубал свой покров, у меня не было. Это мой город, и, если я могу избавить его от преступника, я сделаю это. Ну и информацию мне теперь есть где достать. Точнее, у кого.

Не отвечая капитану, я поднял руку с катаной и резко опустил. Мацусита и сказать ничего не успел, только потянулся ко мне с очень встревоженным лицом. Может, и крикнул бы что-то, но тупо не успел – голова поджигателя была отделена от тела. Я ещё успел увидеть раздосадованное лицо капитана, злое – Мугена и испуганное – Маори, а потом тело поджигателя вспыхнуло. От неожиданности я даже поднял ногу, которой так и прижимал к крыше уже отрубленную голову. Просто вспыхнуло и тело, и отделённая голова. Глянув на троицу полиции, слегка удивился – их лица теперь выражали лишь крайнюю степень удивления.

– Думаю, в моей способности убивать больше нет сомнений? – спросил я.

– Я… – похоже не знал, что сказать Мацусита. – Да… Пожалуй…

Он так и стоял, продолжая смотреть на пепел, в который превратилось тело поджигателя. Собственно, Муген и Маори тоже не могли оторвать взгляд от останков.

– Очешуеть… – пробормотала Маори.

– Сержант, – пришёл в себя Мацусита. – Полегче с выражениями.

– Прошу прощения, господин капитан, – тут же поклонилась она.

– Вы слишком удивлены его смертью, – заметил я. – Во всяком случае я надеюсь, что это удивление.

– Что? – посмотрел на меня Мацусита. – Нет. То есть да, удивлены. Дело в том, Аматэру-сан, что я не просто так говорил о его неубиваемости. Как мы выяснили, он был проклят. Получил очень высокую живучесть, но взамен начал сходить с ума. Не многие в Токусиме могли убить его, простым ёкаям вроде нас для этого целый ритуал нужно проводить.

– Похоже, я решил вашу проблему, – пожал я плечами.

– В том-то и дело, – вздохнул он. – Понимаете, даже если Тамашинохи отрубить голову, он просто возродится через пару месяцев. Мы так его уже упустили один раз. А тут вы… Простой человек… Он точно умер, я это почувствовал.

– Простой? – приподнял я бровь, источая на них иронию.

– Я не… – начал было Мацусита.

– Перед тобой ведьмак, – припечатал я. – Что мне какой-то кицунэ?

– Весьма претенциозно, – произнёс тихо Муген.

– Возможно, – посмотрел я на него, – вам больше известно понятие тамаши-о-киру?

Он же разрезающий души. Именно так чаще всего называли ведьмаков в японских переводах "Вознесении тысяч". После моих слов Муген непроизвольно склонился в поклоне, как и Маори, но та, похоже, просто за компанию. Как и Мацусита, но капитан просто обозначил поклон.

– Это много объясняет, – произнёс он. – Прошу прощения, Аматэру-сама, но нам надо идти…

– Стоять. – произнёс я, ещё и Голосом на всякий случай воспользовался, от чего троица в буквальном смысле слова замерла. – У меня к вам много вопросов, Мацусита-сан, и я получу ответы на них, так или иначе.

– Мы не враги вам, Аматэру-сама, – произнёс он осторожно.

– На меня за последний год уже дважды нападают ёкаи, так что ваше утверждение спорно, – произнёс я с толикой угрозы в голосе.

– Но… Я не понимаю… – растерялся он. – Возможно, первый раз на вас такой же псих напал?

– А вокруг моего особняка в Токио этот же псих хоровод водил? – спросил я иронично.

– Я не знаю, – ответил он, поджав губы.

– Вот и я не знаю, – произнёс я. – И мне это не нравится.

– Аматэру-сама… – бегал его взгляд, Мацусита явно не знал, что делать. – Давайте так, Аматэру-сама. Я сообщу о случившемся Старейшинам, и они свяжутся с вами. У Старейшин и ответов наверняка больше найдётся. К тому же после происшедшего с вами в любом случае связались бы. Да и куда мы денемся, вы же знаете меня в лицо и по имени.

Немного постояв и посверлив его взглядом, отчего он всё больше нервничал, я убрал катану в пространственный карман.

– Хорошо. Но учти, капитан, вам не понравится, если я начну искать в Токусиме ёкаев.

– Понимаю, Аматэру-сама, – поклонился он. – С вами обязательно свяжутся. И я обещаю, что в любом случае никуда не исчезну. Если у вас будут какие-то вопросы, то можете смело обращаться ко мне.

– И ко мне, – пискнула Маори, на что мы трое перевели на неё взгляд.

– Ты когда последний раз бумагами занималась? – спросил Мацусита.

– Вчера, – поникла она.

– Отлично, значит, и навыки растерять не успела, – припечатал Мацусита. – Мы пойдём, Аматэру-сама. Нам правда уже пора.

– Удачной работы, Мацусита-сан, – кивнул я ему. – А вам, Цуда-сан, усидчивости.

На что она тяжко вздохнула, опустив уши.

Глава 20

Анеко и Торемазу проводили растяжку перед тренировкой. В спортзале они были не одни, в другом углу расположились Эрна и Раха. Достаточно далеко, чтобы можно было разговаривать вполголоса и не бояться, что их услышат.

— Значит ты всё-таки отказалась от него? – спросила Анеко.

В этот момент она сидела на полу и тянулась вдоль правой ноги.

– Просто изменила приоритеты, — пожала плечами Торемазу, после чего выгнулась назад.

– Я, конечно, понимаю, что мы теперь вроде как конкурентки, но не слишком ли просто ты сдалась? — спросила Анеко, чуть поменяв позу и начав тянуться вдоль левой ноги.

– Я не сдалась, просто… — поморщилась Торемазу. – Просто шансов у меня нет. Вообще. Если бы не моя семейка, которая испортила с Аматэру отношения, то ещё куда ни шло, а так… Без шансов.

– Ты слишком спокойная, – заметила Анеко. – От тебя я ожидала другого.

– Чего? — глянула на неё Торемазу. – Что я буду беситься, рыдать, впадать в депрессию?

-- Ну, хотя бы более мрачного настроения, – пожала плечами распрямившаяся Анеко.

– Всему своё время, – усмехнулась Торемазу. – А всё перечисленное было. Просто не на людях.

И наклонилась вперёд, касаясь ладонями пола.

– Так что за новые приоритеты? – полюбопытствовала Анеко.

– Всё-то тебе расскажи, – усмехнулась Торемазу, после чего начала разгибаться, выгнувшись словно кошка. – Сама-то ещё не сдалась? Что-то Синдзи не торопится с тобой сближаться.

– Я никогда не сдамся, – нахмурилась Анеко. – Пока есть даже призрачный шанс, я буду за него бороться.

– Не очень-то у тебя получается, – произнесла Торемазу иронично.

– Я не собираюсь быть слишком назойливой, – ответила Анеко, поднимаясь на ноги. – Как ты и сказала – всему своё время.

– Как скажешь, – пожала плечами Торемазу.

– И всё же, что за приоритеты? – не сдавалась Анеко.

Бросив на эту настырную особу хмурый взгляд, Торемазу решила всё-таки ответить:

– Ребёнок. Если я не могу получить Синдзи, то на ребёнка от него у меня ещё есть шансы.

***

Две девушки сформировали из снега снежки, после чего стоящая рядом девочка звонко прокричала:

– Товсь!

И вот обе девчонки, одетые в тёплые зимние кимоно, встали в позу метателя копья.

– Цельсь!

Небольшое шевеление рук.

– Пли! – опускает поднятую руку девочка.

И два снежка летят в сторону пробегающих мимо них парней. Один из снарядов попадает в плечо Тейджо, а второй – в голову Кейчиро, школьного друга Казуки.

– Перезарядка! – вскинула руку Рейка, глядя, как парни убегают, завершая уже девятый круг по полю в центре поместья Аматэру.

– Мазилы! – крикнул обернувшись Казуки.

– Уже лучше, но снайперы из вас – по-прежнему так себе, – важно произнесла Рейка. – В пати к себе я вас не возьму.

– Дайте нам ещё один шанс, сержант, – с надрывом произнесла Мизуки, не забывая при этом лепить снежок.

– Только один, рядовой Мизуки. Последний! – вскинула руку Рейка.

– У меня сейчас руки в ледышки превратятся, – проворчала Норико.

– Разговорчики, капрал Норико! – воскликнула Рейка. – Ваш результат самый худший, ещё немного, и вы будете понижены в звании.

– Так точно, сержант, – вздохнула та.

Если бы она только выиграла в споре… Увы, но после самого первого залпа их артиллерийской команды единственный снежок, попавший в голову одному из парней, принадлежал именно сестре Синдзи, и именно она сейчас командует.

А в это время Шина и Райдон в центре поля тренировали продвинутые щиты своих стихий.

– Скажи, Шина-сан, что ты думаешь о моей сестре? – спросил Райдон.

– С чего это вдруг такие вопросы? – удивилась Шина.

– Хочу услышать стороннее мнение девушки, – ответил Райдон. – Мне как брату сложно посмотреть на неё со стороны.

– Я не о том вообще-то, – развеяла она свой щит и начала вновь создавать. – Зачем тебе вообще это мнение?

– Мазилы! – услышали они возглас Казуки, после чего оба посмотрели в ту сторону.

А через пару секунд Райдон вздохнул и произнёс:

– Это немного личное, Шина-сан, но если совсем коротко, то… Я бы назвал это конфликтом интересов.

В первое мгновение на лице девушки появилось недоумение, но через долю секунды она поняла.

– Ясно, – вздохнула Шина. – Что ж, если коротко, и это только моё… и Мизуки мнение, то Анеко – эгоистка.

Обдумав услышанное, Райдон произнёс:

– А если не коротко?

– Ну что тут может быть непонятно? – вздохнула Шина. – Твоя сестра эгоистка, для неё есть только её “я”. Да, я могу предположить, что она любит Синдзи, но… – замолчала она, не сумев подобрать слова сходу. Вежливые слова. – Давай на примере. Есть моя мама. Страшный человек, когда злится. Она всегда добивается того, чего желает. Точнее, почти всегда, так как для неё на первом месте стоит не она сама, а папа. Не я, не Мизуки, даже не Шо, а папа. Мизуки скоро поменяет семью, меня тоже выдадут за… кого-то, у Шо когда-нибудь появится своя семья. И только папа будет с ней всегда. Они ядро нашей семьи. Это не значит, что мама нас не любит, совсем нет, но… – задумалась она опять. – Но если у нас в семье, не дай боги, когда-нибудь, как в Европе, сын пойдёт против отца, мама встанет на сторону папы. Такова её суть. Она отдаст жизнь за любого из своих детей, но, если папа скажет “оставь его”, она скрепя сердце уйдёт с ним. Анеко не такая. Она не оставит ребёнка, она пойдёт против мужа. Ладно, это неочевидная ситуация. Другой пример – мама может добиваться чего-то от папы. Долго, планомерно, навязчиво, но, если он скажет “стоп”, она просто примет это. А твоя сестра… В лучшем случае просто разозлится, в худшем – продолжит наседать. Ни к чему хорошему в семье подобное не приведёт. Между прочим, вон та парочка, – кивнула она себе за спину, – очень похожа на маму. Даже Норико, пусть я её и недолюбливаю. Поверь, у неё хватает женской хитро… хитрожопости. Пусть это со стороны и незаметно. Просто она другая, нежели у мамы. Про Мизуки вообще молчу. А главное, они обе всегда будут на стороне мужа. Всегда будут ставить его желания превыше своих. Раньше я ещё сомневалась на счёт Норико, но Синдзи как-то сумел её укротить.

– Хочешь сказать, что Анеко будет плохой женой? – спросил задумчиво Райдон.

На это Шина поморщилась. Её не нравилась Анеко, даже больше Норико, но раз уж начала откровенничать, то врать очень не хотелось.

– Всё зависит от мужа и ситуации, – ответила она. – В основном, от ситуации. В глобальном плане, – уточнила она. – Если повезёт и в жизни не будет кризисных ситуаций… конфликтующих с её желаниями, то твоя сестра может стать очень хорошей женой. Сомневаюсь, что она настолько тупа, чтобы вовремя не сдать назад в какой-нибудь мелочи. Проблемы начнутся, если она закусит удила. Ну и муж имеет значение, как и остальные его жёны. Если мы сейчас говорим о твоей сестре и Синдзи, то… – поджала она губы. – Не знаю. Просто не знаю. Слишком от многого тут зависит. Да и давай откровенно – я не знаток твоей сестры. Ты хотел услышать моё мнение, ты его услышал. Но это именно что мнение.

– Просто ответь на вопрос, – произнёс серьёзно Райдон. – Прошу. Будет она хорошей женой Синдзи? Я хочу услышать твоё мнение.

Шине не нравился этот разговор. Её немного задевало, что у той же Анеко шансов стать женой Синдзи… Они просто есть, в отличие от Шины. С другой стороны, негативное чувство было сродни жадности ребёнка, которому не досталось чего-то, что досталось её подруге. Синдзи был ей дорог, несомненно, она всегда желала ему только хорошего. Добивалась этого “хорошего” порой слишком грубо и топорно, но уж что есть, то есть. Тем не менее ей было сложно представить Синдзи в качестве своего мужа. Брата – да, но не мужа. Если уж на то пошло, Мизуки тоже любила Синдзи не так, как женщина любит мужчину, но в её случае вообще много чего понамешано. Да и в любви Норико Шина сомневалась. То есть в остатке получается, что из всех девушек, которых она знает и которые могут стать его женой, только Анеко и будет его любить по-настоящему. Как женщина. Ну ещё Торемазу, но там шансов стать женой Синдзи ещё меньше, чем у Шины.

– Любовь меняет людей, – вздохнула она. – Отвечая на твой вопрос – да, такое возможно. Но шансы – пятьдесят на пятьдесят. И лично я ставлю на плохую концовку.

***

Щёлк-хлоп, щёлк-хлоп.

– Господин, – отвлёк меня Суйсэн от просмотра обеденных новостей. – Вам передали письмо от капитана Мацуситы.

– О, ну наконец-то, – произнёс я, беря с подноса, который держал Суйсэн, обычный с виду конверт. – Спасибо, Каджо-сан. Можешь идти.

– Господин, – поклонился он, прежде чем удалиться.

По поводу послания от Мацуситы я предупреждал Слуг, так что это самое послание добралось до меня в кратчайшие сроки, а не потерялось где-то в Канцелярии на пару дней, а то и недель. Был, конечно, вариант, что послание будет не от капитана полиции, но тут уж я ничего поделать не мог, потому и предупредил только о тех ёкаях, которых знаю. Точнее, насчёт тех имён, о которых я знаю.

Достав из конверта лист бумаги, прочёл короткое послание:

“В любое удобное для вас время в кузнице мастера Каруиханмы”.

Осознав, куда именно меня приглашают, не особо и удивился. Было что-то в этом кузнеце… Да и в его семье, если уж на то пошло. К тому же я был готов принять в качестве ёкаев кого угодно, тут забавно скорее то, что человек, которого я уже знал, оказался ёкаем. Ну да и ладно. Вся моя жизнь – сборник редкого и невозможного.

До магазинчика кузнеца я добрался только через три часа. Не то чтобы туда ехать было долго или пробки мешали, просто я не особо торопился.

– Добро пожа-а-аловать, Аматэру-сан, – встретила меня дочь кузнеца, стоявшая за прилавком.

И если в первое мгновение она приветствовала меня явно на автомате, то после узнавания и небольшой заминки поздоровалась уже конкретно со мной.

– Добрый день, Каруиханма-сан, – кивнул я ей.

– Руми, Аматэру-сан, для вас – Руми, – произнесла она улыбаясь.

– Как скажете, Руми-сан, – обозначил я улыбку. – Ваш отец дома?

– Конечно, Аматэру-сан, – подтвердила она. – Я сейчас его позову.

И убежала в левую от меня дверь. То есть кузнец сейчас в кузне. Вернулась она через пару минут, тут же убежав наверх, а вслед за ней поднялся и сам кузнец.

– Приветствую, Аматэру-сан, – кивнул он. – У вас много вопросов, так что прошу, – указал он рукой на дверь, за которой скрылась его дочь.

– Благодарю, Каруиханма-сан, – ответил я, направившись в указанную сторону.

Расположились мы в комнате, обставленной в японском стиле – то есть пустота, татами и небольшой низкий столик. Кстати, запаха кузни от старика не было, да и одет он был в обычное мужское домашнее кимоно. То ли он там и не работал, а просто ненадолго зашёл, то ли магия.

Похоже, я теперь везде буду магию выискивать.

– Итак, – произнёс Ясуши. – Какие именно вопросы вас интересуют?

– Начните с самого начала, Каруиханма-сан, – ответил я. – Как так получилось, что в Токусиме живёт столько ёкаев? Почему… Почему вы вообще скрываетесь?

– О-о-о… – протянул он. – Тут я должен копнуть глубоко в историю, иначе вопросов у вас будет ещё больше.

– Внимательно вас слушаю, – чуть кивнул я.

Немного помолчав, раздумывая о чём-то, старик начал свой рассказ.

– Всё началось около шести тысяч лет назад, когда мы прибыли в этот мир, – произнёс он, но ненадолго замолчав, поправился. – Даже не так. Всё началось ещё раньше. Около двенадцати тысяч лет назад в этот мир прибыли те, кого сейчас называют Древними. Сложно сказать, как именно они начали обустраиваться, но первое время всё было спокойно, лишь спустя тысячу лет боги осознали, что Древние забирают у них влияние на людей. И даже после этого ещё тысячу лет между ними не было каких-либо заметных конфликтов. Но потом произошло что-то. Нечто, что стало причиной самой настоящей вражды между этими двумя силами. Примерно десять тысяч лет назад началась большая война, воистину мировая. Война между Атлантидой и людьми. Официально. По факту это был конфликт между богами и Древними. Именно в то время мир обратил внимание на особых людей, которые до этого никому были не интересны. Называли их по-разному, но в нашей стране они известны под названием Тамаши-о-киру – разрезающие души.

– Они же Патриархи, – произнёс я. – Они же ведьмаки.

– Ведьмаки… да, – пробормотал Каруиханма. – Мой отец так их и называл. Правда, в Японии это название не очень прижилось. Именно во времена войны с атлантами ведьмаки заявили о себе. Правда, даже тогда никто до конца не осознавал, на что они способны. И выяснять это и богам, и Древним пришлось на своей шкуре, причём гораздо позже. Мы прибыли в этот мир около шести тысяч лет назад, когда конфликт между богами и Древними вроде как улёгся. Да и последний ведьмак уже тысячу лет как умер. Как и ведьмы. И тут появляемся мы, – вздохнул он. – В очень непростой момент, как выяснилось. Наше появление ознаменовало новый виток старого конфликта, а в мире стали появляться ведьмы. А вслед за ведьмами в мир вернулись и ведьмины пастухи. Глобальных войн не было, но весь мир так или иначе лихорадило. Три тысячи лет боги сражались с Древними, а ведьмаки убивали и тех, и других. В какой-то момент их даже попробовали уничтожить обе стороны, и это решение показало миру, на что на самом деле способны ведьмаки. Половина Древних была уничтожена за год. Десятки богов перестали отвечать своим последователям. Мы не знали причин этого конфликта и уж тем более не знали, почему ведьмаки мечутся от одной стороны к другой. Ровно до того момента, пока кто-то из ведьминых пастухов не озвучил одну простую истину – в мире нарушено равновесие, и пока оно не выправится, они будут существовать. Проблема в том, что никто, кроме, возможно, самих ведьмаков… хотя и это не точно, не знал, что именно нарушает равновесие. Да и что это вообще такое – ведьмачье равновесие.

Произнеся это, старик посмотрел на меня. Многозначительно так.

– Не смотрите на меня так, Каруиханма-сан, – усмехнулся я. – Я тоже не знаю, что они имели в виду.

– Эх… – вздохнул он. – В общем, около трёх с половиной тысяч лет назад Роги объявил, что знает ответ.

– Совет Древних? – удивился я.

– Роги – это Роги, – улыбнулся Каруиханма. – Был у Древних и Совет, но правил ими Роги – повелитель всех Древних.

– Неожиданно… – пробормотал я.

– В общем, он объявил, что знает ответ. По его мнению, в мире всегда имелись две силы. До их прибытия это были атланты и Боги. Но появились Древние , и атлантов не стало.

– Но ведь от появления Древних до падения атлантов прошло две тысячи лет, – заметил я.

– Ну так и после нашего появления ведьмаки стали активными далеко не сразу, – вздохнул он. – Собственно, на это Роги и указал. По его мнению, именно ёкаи являются дестабилизирующим фактором. С ведьмаками к тому моменту воевать никто не хотел, боги и Древние были слишком сложным друг для друга противником, поэтому козлом отпущения сделали нас. Ёкаев спасло лишь то, что далеко не все боги поддержали подобную точку зрения. Где-то, как, например, в Японии, за ёкаев откровенно выступили несколько богов. Ну а где-то начались полноценные гонения. Несколько сотен лет мы выживали, как могли, но в какой-то момент…

– Начали уходить, – кивнул я.

– Да, – подтвердил он. – Не сразу, по частям. Кто-то банально не хотел бросать всё то, что нажил за тысячелетия, кто-то считал себя достаточно сильным, чтобы наплевать на всё и вся. Кто-то, несмотря на творящееся в мире, неплохо себя чувствовал под прикрытием богов… и людей. Мы к тому моменту весьма глубоко интегрировались в ваше общество. Про легенду о том, как Император убил Древнего, ты, конечно, слышал.

– Естественно, – кивнул я.

– Император в тот раз именно за нас заступился, – пояснил Каруиханма. – Точнее… Началось всё с защиты клана тануки, а вылилось в полноценный бой насмерть. Никто тогда не собирался по-настоящему конфликтовать с Древним. И не выступи на стороне Императора Род Аматэру, нас, наверное, всё же слили бы.

– Императорский Род, пожалуй, мог бы, – пожевал я губами. – Не в открытую, конечно, но по-тихому мог и слить.

– Сложно иметь дело с правителями, – покивал он. – В общем… Гонения продолжались. А потом, около двух тысяч лет назад, произошло то, о чём знают все, но никто не знает, почему это произошло. Умер правитель Древних. Официально его прикончила могучая кучка богов, на деле же, мы это точно знаем, это сделали ведьмаки. И тут нас ждёт одно большое белое пятно, так как никто, даже боги, не знает, что их спровоцировало, но около тысячи лет между Древними и ведьмаками шла настоящая холодная война. Богам время от времени тоже перепадало, но именно Древние несли самые значительные потери. Последний ведьмак исчез около тысячи лет назад, примерно вместе со смертью последнего Древнего. Впрочем, сами Древние до последнего устраивали гонения на ёкаев, так что и мы особо не расслаблялись. Тут я хочу сделать небольшую ремарку. Дело в том, что, несмотря на то, что последний Древний умер всего тысячу лет назад, война между ними и богами фактически окончилась после падения Роги. Древних ещё хватало, но половина из них… примерно половина, признала своё поражение и склонилось перед богами. Именно в то время и появилась основная часть Хранилищ.

– Они более древние, – нахмурился я. – В смысле, Хранилища у людей и до того момента появлялись.

– Как и предатели у Древних, – кивнул Каруиханма. – Подавляющее количество исчезнувших Хранилищ – дело рук самих Древних. Лоялистов, скажем так. Остальная часть уничтожена из-за различных катаклизмов. По большому счёту, после падения Роги Древние воевали с ведьмаками и между собой, боги в тот конфликт почему-то не ввязывались. Если только совсем чуть-чуть. Не знаю, почему так, ну да понять богов могут только они сами.

– Давайте уточним, – произнёс я. – Древние сдавались именно богам? Именно поэтому Хранилища по сей день находятся под управлением тех или иных жрецов?

– Да, – кивнул он, – Всё именно так.

– Если ведьмаки внесли столь значимый вклад в историю, почему о них никто не знает? – поинтересовался я.

– Только люди, – поправил он меня. – Почему о них не знают люди? Я не историк, Аматэру-сан, – улыбнулся он. – Понятия не имею, почему так. Могу только предположить. Ведьмаки всегда были частью человеческого общества. У них не было стран, городов, библиотек, школ. Зато их силы всегда можно было спутать с бахиром или магией. Их можно было принять за посланников богов. За самих Древних. К тому же во времена войны с Атлантидой про ведьмаков знали многие. И даже до войны знали.

– Ладно, оставим это, – качнул я головой. – Вернёмся к нашей истории. Если Древние мертвы, почему вы скрываетесь? И почему вас столько в Токусиме?

– Проблема в том, Аматэру-сан, – произнёс он медленно, словно подбирая слова. – Что один Древний всё-таки выжил.

– Ну здорово, – приложил я ладонь к лицу. – Чую проблемы.

***

Сидя в машине по пути домой, я обдумывал услышанное от кузнеца. Древний. Маленький мстительный гадёныш, который решил избавиться от меня, пока я не набрал силу. Каруиханма не говорил, что всё именно так, он вообще не был в курсе о том, что на меня напали в Сукотае. Ему доложили о моих словах про два нападения, но он думал, что на меня кто-то из токусимцев нарвался. Но логика говорит о том, что ёкая на меня натравил именно Древний. Благо, по словам Каруиханмы, этот гадёныш уже лет триста управляет набранными там и сям ёкаями. Не забывая гадить тем, кто не хочет ему подчиняться. Проблема в том, что никто не знает, где именно прячется Древний. Про него и знают-то только со слов его пойманных слуг, которые порой появляются в Токусиме. Точнее, порой их удаётся вычислить, а как часто они тут бывают и сколько их тут вообще, Каруиханме неизвестно. Впрочем, по его утверждению, если чужие ёкаи в Токусиме и живут, то их очень мало. Остаётся верить ему на слово.

Прячутся же ёкаи не из-за Древнего, а из-за людей. Точнее, изначально они прятались от него – по словам кузнеца, Минамото уничтожили последнюю в стране деревню ёкаев с помощью Древнего. Вроде как сами Минамото на такое были просто не способны. Ёкаи не какие-то там крестьяне, и уничтожить целую деревню монстриков, некоторые из которых с “мастерами” могли поспорить, а других банально не поймать, одному-единственному Роду, который, к тому же, обитал довольно далеко от деревни, было бы ну очень сложно. В общем, поначалу они скрывались от него, потом просто потому, что так удобнее. Меньше проблем. Ну а позднее человечество развилось настолько, что открываться им стало просто опасно.

Ну а в Токусиме они жили, потому что это город Аматэру. Здесь, во-первых, очень мало аристократов, а те, что есть – из молодых Родов, а во-вторых, есть вполне реальный шанс, что, если их всё же раскроют, Аматэру за них вступятся. Просто потому, что они токусимцы. И ведь расчёт-то правильный. Аматэру реально могли за них вступиться. Да что уж там, я за них впрягусь. Не настолько, чтобы всем жертвовать, но как минимум прикрыть попробую.

Нет, ну вот за что мне это всё, а? Жил не тужил, воевал, побеждал, и тут на тебе. Мать его, Древний! Мало мне богов было…

Вопросов к кузнецу у меня ещё вагон и маленькая тележка, но для начала нужно переварить уже услышанное, так что я не стал утомлять его своим присутствием и свалил после четырёх часов разговора. За мной охотится Древний, и с этим надо что-то делать. Паршиво, что я… да и вообще никто не знает, где этот гадёныш прячется. Собственно, главная опасность именно в неизвестности – по мне бьют, а я даже не вижу откуда.

Кстати, перед уходом Каруиханма дал мне телефон и адрес профессора Хирано, который преподаёт на кафедре истории. Кицунэ, которому за пятьсот лет и который в своё время даже управлял Императорской библиотекой. По словам кузнеца, лучшего гида по миру ёкаев мне не найти. Если договорюсь. Во всяком случае историк и библиотекарь куда лучше, чем кузнец. Хирано, к слову, тоже является Старейшиной ёкаев в Токусиме, но сам в дела общины практически не лезет.

Узнал я между делом и о цветке, который мне всучили в храме. Как выяснилось, это подарок всей общины, мощный защитный артефакт, прикрывающий небольшую территорию от проникновения на неё магических существ с враждебными намерениями. Ёкаям Токусимы выгодно, чтобы Аматэру существовали как можно дольше, вот они уже который век и прикрывают нас от разной магической хрени. То есть цветок не был попыткой защитить от кого-то конкретного. В Токусиме особняк укреплён ещё в те времена, когда ёкаи открыто жили среди людей, и уровень той защиты максимально возможный, так что к нему они и не лезли. А вот Родовые земли, где до недавнего времени жила Атарашики, они за несколько десятилетий укрепили настолько, насколько это возможно сделать в тайне. А потом появился я и мой особняк в Токио, что поначалу несколько сбило их с толку. Так что цветок ничто иное, как стандартная попытка укрепить жилище Аматэру в условиях секретности. А вот Аматэрасу, которая мне указала этот подарок, явно что-то знает, в ином случае она упомянула бы о цветке ещё в первый раз. Напомню – цветок мне дарили дважды, но первый я где-то потерял.

Вернувшись домой, попросил встретившего меня Суйсэна позвать ко мне в кабинет Атарашики. Про встречу с ёкаями я ей не говорил, не хотел беспокоить. Сначала надо было узнать о них как можно больше. То есть рассказать-то я ей про ёкаев рассказал бы, но имея на руках ответы на основные вопросы, а просто вывалить на Атарашики проблемы и заставить вместе со мной ждать мне не хотелось. Что ж, кое-какие ответы у меня появились, правда говорить про Древнего не хотелось, но и информация эта такая, которую Старейшина должна иметь.

– Синдзи? – зашла в кабинет Атарашики.

– Садись, – махнул я на свободное кресло. – Разговор будет серьёзный.

Сидел я в углу кабинета, в удобном кресле. В Токусиме мой рабочий кабинет, как правило, простаивал, не нравится мне здесь. Слишком вычурно, слишком много антиквариата, слишком много старины. Надо бы всё под себя сделать, но я тут слишком редко бываю, так что в своё время решил оставить как есть. Пусть уж будет музеем в честь предыдущих глав Рода.

– У нас проблемы? – решила с ходу уточнить Атарашики.

– Да, – ответил я, наблюдая как она присаживается в кресло. – Но не прямо сейчас. В перспективе.

– Что ж, – произнесла она хмуро, поудобнее устраиваясь в кресле. – Внимательно тебя слушаю.

– На днях я вышел на общину ёкаев Токусимы, – произнёс я.

– Подожди, – подняла она руку, после чего ею же потёрла переносицу. – Не отдельные представители, а целая община?

– Да, – ответил я.

– Ладно, предположим, – вздохнула она, после чего вновь посмотрела на меня. – Что дальше?

– Естественно, я настоял на разговоре, – продолжил я. – И только что вернулся от одного из Старейшин общины. О деталях разговора потом, там, в основном, ликбез по истории и укладу их жизни был. Главное другое – я узнал, кто стоит за нападением на меня в Сукотае. Точнее…

– Не томи, – произнесла она сквозь сжатые зубы.

– Надо учесть, что доказательств нет, но похоже, за мной охотится последний живой Древний, – всё-таки озвучил я нашу проблему.

После такого она несколько секунд бездумно смотрела на меня, после чего зажмурилась и выдохнула.

– Ещё раз. Помимо ёкаев, которые вроде как должны были уйти, в мире ещё и Древний живёт? – произнесла она, не раскрывая глаз.

– Именно так, – ответил я.

– Как сказала бы Митико – зашибись! – выплюнула она раздражённо. – Мало нам своих проблем, ещё и древние ископаемые угрожают. Что ему надо, ёкаи знают?

– Лишь предположения, – вздохнул я. – Этот урод вообще загадка – ни кто он, ни где он, неизвестно. Что ему нужно – непонятно. Но если анализировать историю и отношения между Древними и ведьмаками, то он тупо опасается меня. Он, собственно, и действовать начал, если подумать, после турнира Дакисюро, когда я показал всем, что сильнее стандартного Патриарха.

– С какой стати Древнему бояться… ведьмака? – удивилась она.

– Такие, как я, фактически уничтожили его вид, – ответил я. – Точнее, сильно этому поспособствовали.

– И почему об этом никто не знает? – взлетели её брови.

– Вопрос… – пожал я плечами. – Думаю, по множеству разных причин. Во всяком случае, данных, что информацию о ведьмаках специально стирали из истории, нет.

– Не могу понять, чего во мне сейчас больше, страха или любопытства, – покачала она головой. – Значит, за тобой не только злобный ёкай охотится, но и древнее могучее существо. Прелестно.

– Скорее всего, тот ёкай – слуга Древнего, – уточнил я. – Старейшина местных чётко дал понять, что у Древнего есть свои слуги из их народа.

– Значит всё-таки одна сторона… Уже проще, – произнесла она задумчиво, но через пару секунд не выдержала и воскликнула: – Но Древний?! Демоны его побери, этот мир явно сходит с ума! Боги, ёкаи, Древние! Что дальше? Атланты вернутся?

Полностью с ней согласен, разве что не считаю, что атланты могут вернуться. Всё-таки это не раса и не вид разумных, а гражданство. Атланты – это просто люди с магическими способностями, подданные Атлантиды. А учитывая, с какой маниакальностью Древние охотились за магами, к настоящему моменту их просто нет. Во всяком случае, Каруиханма о них не слышал даже в юности.

– Если подумать, – заговорил я, когда Атарашики немного успокоилась, – то охота на меня какая-то странная.

– Ты о чём? – нахмурилась Атарашики.

– Я говорю о том, что за всё это время на меня напали всего один раз, – ответил я. – Согласись, что для существа с неизвестными, но наверняка могучими возможностями, это как-то… мало. Такое впечатление, что меня скорее на прочность проверяли. Да и в целом, Древний ведь не человек, мы знать не знаем, что там у него в голове творится. Может, с его стороны это и не нападение было, а… не знаю. Испытание какое-нибудь.

– Ерунда это всё, – дёрнула она плечом. – Плевать, что он думает и как он мыслит – факт нападения есть? Есть. Значит, он угроза. В конце концов, если бы его мышление сильно отличалось от человеческого, люди давно бы его вычислили.

– Не факт, – не согласился я. – Мы ведь не знаем…

– В том-то и проблема, – оборвала она меня. – Так что будем исходить из того, что есть.

– Как скажешь, – пожал я плечами. – И что предлагаешь делать?

– Не знаю, – ответила она нервно. – Не знаю, Синдзи.

Так, пора её успокаивать.

– Всё будет в порядке, Атарашики, – произнёс я с лёгкой улыбкой. – Я решу эту проблему. Не так уж этот Древний и крут, если подумать. Сидит где-то там, прячется. На моё устранение слабака посылает. Точнее, это наверняка самый сильный, что у него есть, но мне оказалось на это плевать. Ёкаев, вон, столетиями добить не может, а ведь знает про них. И где они находятся.

– Ёкаи-то ему зачем? – поинтересовалась уже более-менее успокоившаяся Атарашики.

– Точно не знаю, но Древние на них уже около трёх тысяч лет охотятся, – ответил я. – Фактически, именно они вынудили уйти большую часть ёкаев. И этот Древний тоже время от времени им пакостит. Так что не всё так страшно, как кажется на первый взгляд.

– Это всё-таки Древний, Синдзи, – произнесла она таким тоном, словно просила опровергнуть её слова. – Их часто обожествляли в прошлом. Он не может быть не опасен.

– Он меня боится, Атарашики, – произнёс я успокаивающе. – Ведьмаки им столько раз в прошлом под зад давали, что он просто боится меня. Так что не волнуйся, я разберусь с этой проблемой.

На самом деле я не считал, что Древний меня боится. Слабоват я для этого. Но Атарашики хотела услышать что-то подобное и я сказал это.

– Что сейчас будешь делать? – вздохнула она.

– Сначала Хейги, – ответил я. – Ёкаями и Древним займусь после них. Сейчас я просто не могу распылять силы. В первую очередь, умственные, – постучал я себя пальцем по виску. – Конечно, потратить время на общение с ёкаями было бы любопытно, но… Времени на это нет. Я должен вернуться в Токио.

– Озадачь кого-нибудь из разведки, – предложила Атарашки.

– Несомненно, я так и сделаю, – кивнул я. – Но не из разведки – им и так сейчас не просто. Надо найти кого-нибудь для связи с ёкаями, кто заодно будет вникать в их жизнь.

– И начнёт искать Древнего, – заметила она.

– Пока этим заморачиваться не стоит, – качнул я головой.

– Почему? – нахмурилась она.

– Ну сама подумай, что этот предполагаемый связной может узнать такого, что не смогли выяснить ёкаи за несколько сотен лет? – произнёс я с лёгкой иронией. – Нет, тут одного человека недостаточно.

– У тебя хоть какие-то зацепки есть? – спросила она с надеждой. – Хоть примерный план действий.

– Конечно, есть, – усмехнулся я. – Но для начала я разберусь с Хейгами.

Глава 21

Возню с ёкаями я решил отложить на потом. Слишком много дел, которые будут страдать, если я начну утолять своё любопытство. Да, можно было бы начать поиски Древнего, но делать это надо обстоятельно, а не в тот момент, когда постоянно приходится отвлекаться на подготовку к уничтожению Хейгов. А ещё в процессе суд над Тоётоми, куда могут и вызвать для дачи показаний. Ещё контролировать ситуацию с любопытными, желающими узнать, что я такое в контейнерах привёз. Хотя последнее уже не столь актуально, так как истину посторонним теперь выведать будет очень трудно. Операция-то закончилась, из Хранилища всё вывезено. Тайра что-то мутит. Финансовые дела постоянно требуют внимания. Подготовка к свадьбе с Мизуки… Впрочем,, ладно, последнее — отмазка. На начальном этапе от меня мало что требуется. Ну и, в конце концов, поиск Древнего – это не то, что закончится в ближайшее время, тут, боюсь, на годы работы.

Но кое-что сделать всё-таки стоит – надо найти себе гида по миру ёкаев. Поначалу я раздумывал назначить кого-нибудь, кто собирал бы по ним информацию, дабы потом консультировать меня, но это — лишние телодвижения. Зачем, если можно сразу завербовать кого-нибудь из волшебного народа. Думаю, с этим не должно возникнуть проблем. В любом случае магический помощник мне нужен здесь и сейчас. Искать Древнего сложно и долго, а вот он сам может в очередной раз подкинуть проблем, и будет лучше, если рядом окажется кто-нибудь, кто сможет разъяснить мне тот или иной момент.

Откладывать дело на потом я не стал. На днях я и мои друзья возвращаемся в Токио и к этому моменту консультант должен быть найден. Сначала я подумал о профессоре Хирано, телефон которого мне дал кузнец, но… Во-первых, он историк, а мне всё же нужен кто-то более подкованный в реалиях жизни. Во-вторых, он преподаёт в университете, так что вряд ли согласится сорваться в Токио, где я, собственно, и живу. Ну и в-третьих, это какой-то там очень древний кицунэ, а этот тип ёкаев, насколько я знаю, со временем… Скажем так – бронзовеет. Сила и возраст даже среди ёкаев — особенно среди ёкаев – это признак аристократизма. Тот же кузнец с возрастом за четыреста лет имеет шесть хвостов и является одним из лидеров ёкаев Токусимы. Правда, это просто сухие факты, и я понятия не имею, насколько он уважаем в городе. В общем, он местный магический аристократ, и я с трудом представляю его в роли обычного гида. Повезло ещё, что он банально вежлив. Так что — нет, к профессору я пойду, когда у меня появятся вопросы, на которые ответить сможет только он.

Следующим, о ком я подумал, был Каруиханма. Понятное дело, он пошлёт меня куда подальше, но сам кузнец мне и не нужен, главное, чтобы наводку на нужного человека дал. Проблема в том, что под конец нашего разговора, когда мы прощались, он настоятельно рекомендовал встретиться с профессором. И это не моё предположение, а цитата. “Настоятельно рекомендую”, – говорил он. То есть кузнец-то мне поможет, но вот желанием влезать в мои дела он не фонтанирует, пытаясь спихнуть бедного Аматэру на своего коллегу-Старейшину. А навязываться мне как-то не хочется. Гордость не позволяет. Ладно, если бы другого варианта не было, а так…

Благо помимо профессора Хирано и Каруиханмы был у меня ещё один контакт – это я сейчас о Мацусите. Понятно, что я не собирался предлагать ему поработать на меня, – он всё-таки капитан полиции и работы у него должно быть много, – а вот порекомендовать мне чело… ёкая Мацусита вполне мог. Вот уж кто не понаслышке знаком с суровой правдой жизни, одинаково хорошо разбираясь в обоих мирах. Правда, это только предположение. Сам я с ним со дня знакомства на крыше не общался, но по логике вещей всё должно быть именно так.

Приняв решение, я не стал откладывать его на потом и, взяв в руки мобильник, набрал номер, который достал ещё в тот день, когда был убит поджигатель.

– Слушаю, — раздалось из трубки.

– Капитан Мацусита? -- начал я разговор. – Это Аматэру Синдзи, вы сейчас не очень заняты?

– Добрый день, Аматэру-сан, – ответил он уже несколько иным тоном. Более благожелательным. – Да, я сейчас свободен.

– Дело в том, капитан, что у меня есть к вам разговор, – произнёс я. – Нужна ваша помощь в поиске нужного мне… человека. Не могли бы мы встретиться?

– Сегодня… – задумался он. – Думаю, через полчаса я смогу отлучиться из участка.

– Отлично. Вы ведь в Центральном работаете? – уточнил я.

– Да, так и есть, – ответил он.

– Насколько я помню, недалеко от вас есть кафешка… эм… – замялся я, поскольку забыл название.

– “Весёлый пончик”, – подсказал он. – Да, есть такое.

– Что ж, минут через тридцать-сорок я буду там, сможете подойти?

– Конечно, Аматэру-сан, – ответил он. – Буду вас ждать. Но если хотите, могу подъехать куда-нибудь поближе к вам.

– Куда уж ближе? – произнёс я с улыбкой, пусть он её и не видел. – Тогда уж проще сразу ко мне приехать, но я не хочу отвлекать вас слишком сильно. Разговор не очень серьёзный.

– Мне не сложно и к вам подъехать, Аматэру-сан, – произнёс он несколько неуверенно, – но поместье Аматэру – это… м-м-м… это очень… Очень непростое место.

Ну да, ну да, суперзащита как раз от таких, как он.

– В таком случае, остановимся на моём варианте, – предложил я. – До встречи через полчаса, капитан.

– До встречи, Аматэру-сан, – отозвался он.

В кафе я зашёл через сорок три минуты после звонка. Опоздал чуть-чуть, но, думаю, капитан мне это простит. Самого Мацуситу, одетого в полицейскую форму, я нашёл сидящим за одним из столиков с небольшой чашкой в руках.

– Капитан Мацусита, – поприветствовал я его, подойдя к столику.

– Аматэру-сан, – встал он из-за стола и поклонился. – Рад вас видеть.

– И я, капитан, – улыбнулся я, присаживаясь напротив него.

В этот момент к нам подошла девушка в форме кафе, которая, к слову, встретила меня на входе. Это вообще в Японии частое явление, когда кто-то из сотрудников заведения стоит на входе и приветствует пришедших клиентов.

– Г-господин… – произнесла она неуверенно. – Ч-что будете… эм…

Бедолага очень стеснялась и не могла нормально говорить.

– Кофе, пожалуйста, – улыбнулся я ей.

На что она сглотнула, покраснела, низко поклонилась и быстро убежала выполнять заказ. М-да, всё время забываю, что в Токусиме меня чуть ли не каждый в лицо знает. Не очень удачное место я выбрал для разговора.

– Если вы не против, Аматэру-сан, то я кое-что сделаю, чтобы нам не мешали, – произнёс Мацусита. – Пусть только принесут ваш кофе.

– Буду благодарен, – кивнул я.

Какая-нибудь магия, наверное.

Заказ принесли чуть ли не через минуту. Всё та же девчушка поставила чашку на стол и, вновь низко поклонившись, убежала. После этого Мацусита чуть оттянул рукав и, прикоснувшись к браслету часов, ненадолго замер.

– Сам я не силён в магии, – произнёс он отмерев, – но община поставляет полиции ряд нужных артефактов.

– Полиции? – удивился я.

– Ёкаям, работающим в полиции, – поправился он.

– То есть община ёкаев в Токусиме единое целое? – спросил я. – В смысле, тут есть какой-то управляющий орган?

– Совет старейшин, – пожал он плечами, после чего усмехнулся. – Хотя организацией Совет сложно назвать. Просто кучка стариков, которым очень сложно что-то поперёк слова сказать. Один Каруиханма-сан, с его шестью хвостами, может так приголубить, что мало никому не покажется.

– Шестихвостые настолько сильны? – полюбопытствовал я.

– Это смотря с какой стороны смотреть, – пожал он плечами. – Наши силы порой очень сложно сравнивать с пользователями бахира. Всё тот же Каруиханма-сан, например, по силам примерно равен “мастеру”, но главная его особенность состоит в том, что он может разлагать своим пламенем неодушевлённые предметы. До состояния атомов.

– Прикольно, – хмыкнул я.

– А потом собирать всё обратно, – добавил он.

Оу…

– Ясненько, – произнёс я. – В целом я понял. Некоторые ваши силы могут быть очень могучими, но просто не заточенными под бой.

– Именно так, – кивнул он. – Впрочем, Старейшины в любом случае сильны.

– Столько всего мимо меня проходит, – улыбнулся я, покачав головой. – Но давайте всё-таки вернёмся к моему делу.

– Внимательно вас слушаю, Аматэру-сан, – кивнул он.

– Мне нужен помощник–ёкай, – начал я. – Тот, кто поедет со мной в Токио и всегда будет рядом. Он должен хорошо разбираться в волшебном мире, так как я буду задавать много вопросов. Плюс… – задумался я, как это словами выразить. – Он должен быть достаточно инициативным, чтобы предоставлять информацию о том, на что я и внимания-то не обращу. Просто для примера – увидел на ком-то из аристократов волшебный артефакт, сообщил о нём. Увидел какой-то магический след – предупредил. И так далее. Желательно, чтобы он не был слабаком. В бой я его посылать не собираюсь, но жизнь у меня неспокойная, и мне хотелось бы, чтобы помощник мог постоять за себя, если что. Есть у вас на примете такой ёкай?

– Вот так сразу не скажу… – произнёс он задумчиво. – Дайте мне пару минут.

– Я вас не тороплю, Мацусита-сан, – произнёс я мягко. – В принципе, прямо сейчас мне ответ не нужен, у меня ещё есть пара дней в запасе.

– Да, пара дней была бы… – начал он, после чего неожиданно замолчал, обдумывая пришедшую на ум мысль. – Знаете, Аматэру-сан. Я вам сейчас предложу одну кандидатуру, признаться, спорную кандидатуру, и, если она вам не подойдёт, тогда да – попрошу пару дней.

– Я весь во внимании, – изобразил я собранность.

– Профессор Хирано, – сумел он меня удивить. – Вы вряд ли слышали о…

– Преподаватель истории в местном университете? – прервал я его.

– Да, – ответил он. – Личность непростая, но лучшего помощника вам не найти.

– Это же ваш Старейшина, – приподнял я бровь. – Сомневаюсь я, что древний кицунэ пойдёт ко мне помощником.

– Вообще-то да, – произнёс он осторожно. – Но тут есть пара нюансов. Начнём с того, что я хочу попросить у вас прощения, но я общался с Каруиханма-саном по поводу вас. По долгу службы, скажем так.

– Простите… – вскинул я брови.

Меня что, подозревают в каком-то преступлении?

– Прошу прощения, не совсем правильно выразился, – поднял он руки. – Просто вы упоминали, что на вас совершено уже два нападения ёкаев, и мне было необходимо уточнить этот момент. Я-то думал, что напали на вас здесь, а расследование подобных случаев – это моя работа.

– Что ж, проехали, – произнёс я медленно. – И к чему вы это?

– Я так понял, что на вас… с высокой долей вероятности, охотится… Древний? – спросил он очень осторожно.

– Да, скорее всего, – пожал я плечом. – Разберусь. Не он первый, как говорится.

– Кхм… Не стоит относиться к этому настолько легкомысленно, но это ваше право, – произнёс он суховато. – Возвращаясь к профессору Хирано. Есть два нюанса, которые помогут вам её завербовать. Во-первых – архивы Аматэру.

– Капитан, – добавил я в голос стали. – Вы вообще думаете, о чём говорите? С какой стати мне допускать до родового архива чужака?

– Прошу прощения, если где-то оскорбил вас, – произнёс, чуть приподняв брови. – Просто я не совсем понимаю, в чём проблема?

– В том, что архивы – это концентрация секретов Рода, – ответил я.

Почесав кончик носа, Мацусита ненадолго замолчал.

– Оу. Прошу прощения. Я понял, – произнёс он, сидя мне кланяясь. – Моя ошибка. Я имел ввиду несколько иное. Библиотеку. Просто для меня любые древние тексты – это архивы, а в библиотеке столь древнего Рода, как ваш, что ни текст, то древность.

– Это… – задумался я ненадолго. – Уже проще. Немного заморочиться придётся, но… Да, часть библиотеки я могу для него открыть.

– Него? – не понял он.

– Я о профессоре, – пояснил я.

– Хм… Возможно, я опять что-то не понял, но всё же должен уточнить, что профессор Хирано – женщина.

Даже так? Впрочем, это не так важно.

– Я понял. Спасибо, что уточнили, – благодарно кивнул я.

– Да, так вот, – собрался он с мыслями. – Хирано-сан очень падка до новых книг. Понятное дело, не простых детективов, так что у вас определённо есть, чем её заманить. Ну а второй нюанс состоит в том, что лет двести назад Древний убил её дочь. Не лично, конечно, но точно он.

– И как это выяснили? – спросил я.

– Он пытался завербовать Хирано-сан, а когда та отказалась… – поджал он губы. – Одним убийством этот урод показал всем нам, что каждый находится в опасности. Так что, думаю, Хирано-сан будет не против поработать с тем, кто… – замолчал он с немного растерянным выражением лица.

Ну да, о том, что я собираюсь с Древним бодаться, разговоров не было.

– Да, Мацусита-сан, – понял я его затруднения. – Род Аматэру находится в состоянии войны с Древним. И я обязательно займусь этой проблемой. Попозже, – вздохнул я. – Сейчас и без него много дел.

– В таком случае, ваши шансы на успех довольно велики, – чуть улыбнулся он. – Она умна, сильна и с удовольствием поможет вам найти и уничтожить Древнего.

– А ещё она старая кицунэ, – усмехнулся я. – Которая вряд ли будет подчиняться сосунку вроде меня.

– Вот этого я не знаю, – покачал он со вздохом головой. – Тут уж как договоритесь. Но вам ведь, по большому счёту, и не нужна подчинённая. Главное, чтобы всецело помогала.

– Хм, в этом есть смысл… – задумался я. – Что ж, последую вашему совету и пообщаюсь с профессором. Но вы, на всякий случай, подумайте, есть ли ещё кто-нибудь. Хорошо?

– Конечно, Аматэру-сан, – кивнул он. – Уверен, кого-нибудь мы вам точно найдём, просто Хирано-сан вам подойдёт идеально. Я не утверждаю, что вы сможете с ней договориться, – приподнял он руки, – но шансы у вас определённо есть.

– Вот и посмотрим, – усмехнулся я. – Если уж и договариваться о помощи, то сразу с древней кицунэ, да?

– Кому, как не Аматэру, это делать? – улыбнулся он.

***

Так как на дворе всё ещё стояли праздники, сев в машину, я не стал терять время и, взяв в руку мобильник, набрал номер профессора. На днях ей предстоит выйти на работу, но пока что она должна быть свободна.

– Внимательно слушаю, – раздалось из трубки.

И боже мой, это был очень глубокий и сексуальный голос. Я даже разговор начал не сразу, пришлось брать под контроль гормоны.

– Здравствуйте, Хирано-сан. С вам говорит Аматэру Синдзи, я не помешал вам своим звонком?

– М-м-м… Нет, – ответила она. – Я вас внимательно слушаю, Аматэру-сан.

– Кхм… – кашлянул я. – У меня к вам достаточно серьёзный разговор, так что хотелось бы попросить вас о встрече.

– Проси…те, Аматэру-сан, – услышал я в ответ.

Интересная женщина. Но эта подколка на удивление позволила мне собраться и не обращать внимание на этот чарующий голос.

– Прошу, – произнёс я.

Помолчали. Я ждал ответ, а она, видимо, продолжения.

– Какая ёмкая просьба, – услышал я, наконец, её голос. – Что ж, не могу вам отказать. Раз у вас есть мой телефон, значит, и адрес тоже. Ну или вы можете его достать. В общем, жду вас у себя дома через… – задумалась она. – Через час.

– В таком случае до встречи, Хирано-сан, – произнёс я, заканчивая разговор.

– До встречи… Аматэру-сан, – произнесла она и тут же разорвала связь.

Достав свой еженедельник, вынул оттуда листок с адресом и небольшой схемой, который и протянул Сэйджуну.

– Едем сюда, – произнёс я.

После чего вновь откинулся на спинку заднего сиденья.

Дом, к которому подъехала моя машина ровно через час (– пришлось задержаться у уличных продавцов еды), – представлял собой обычное двухэтажное здание, которых в Японии пруд пруди. Хотя ладно, проекты у таких домов разные, но они плюс-минус все похожи друг на друга. Открывшая дверь женщина была… Я поначалу, в первую секунду, даже мог бы назвать её ослепительной красоткой, но объективно она была просто красива, не более. Тут другое. Она была чертовски женственна. Каждое её движение пробуждало во мне вполне конкретные желания. На четвёртой минуте молчания, когда я уже собрался и хотел её поприветствовать, она чуть склонила голову набок, и я вновь поплыл.

Платиновая блондинка, одетая в бежевую кофту с большим воротником. Чёрная юбка и такого же цвета колготки. И вроде простенько, но…

– Ослеплён вашей неземной красотой, Хирано-сан, – произнёс я, всё же взяв себя в руки.

И, как ни странно, я был не до конца искренен. Она, конечно, красива, но, как я и сказал, в руки я себя взять-таки смог. Просто именно такой ответ мог немного сгладить мой конфуз первых секунд знакомства.

– Неплохо извернулся, – улыбнулась она иронично. – Впрочем, прогиб засчитан. Проходите, Аматэру-сан.

Ну никакого уважения к моей скромной персоне.

А может, ну его нафиг? Идя вслед за ней по дому, постоянно косился на задницу этой женщины и чётко понимал, что рядом с ней мне придётся контролировать себя в разы более усердно, чем обычно. Либо каждый раз делать, как сейчас, приглушая желания организма с помощью прямого в этот самый организм вмешательства. Благо ещё в прошлом мире ведьмаков обучали, что и как делать, чтобы приглушить похоть. А подобная работа, если что, довольно напряжна.

– Прошу, присаживайтесь, – махнула она на диван, садясь в единственное в гостиной кресло.

– Благодарю, – произнёс я.

Работу с гормонами я к этому моменту закончил, и Хирано больше не казалась мне самой желанной женщиной в мире. Кстати, она же в университете преподаёт, у неё там студенты с ума не сходят? Стоп, а ведь и правда, фигня получается.

– Итак. Чем же скромная я заинтересовала великого Аматэру? – спросила она, положив ногу на ногу.

Пару минут назад я от этого движения, наверное, слюной истёк бы.

– Скажите, Хирано-сан, – начал я, – как вы управляетесь с вашими студентами? Они вообще хоть чему-то у вас учатся?

– Какой неожиданный вопрос, – вздёрнула она бровь. – Вы об этом хотели поговорить со мной?

– Мне просто вдруг стало интересно, сколько раз вас пытались изнасиловать, – склонил я голову на бок.

– Фу, как вульгарно, – нахмурилась она. – Вы сейчас в шаге от того, чтобы покинуть мой дом.

– Не раньше, чем я отрублю вам голову, Хирано-сан, – произнёс я серьёзно, заодно на всякий случай готовясь к бою. – Просто мне не свойственно задумываться об изнасиловании женщин. И это подозрительно. Я ведь не разбираюсь в магии, вдруг вы как-то на меня влияете?

– Не могли бы вы, Аматэру-сан, выражаться более конкретно? – произнесла она ехидно. – Признаться, я вас не понимаю.

В ответ я достал из пространственного кармана меч.

– Не играйте со мной, Хирано-сан, – попросил я. – Я почти потерял над собой контроль, когда увидел вас, и мне бы хотелось знать, что это было.

Ответила она не сразу, целых восемнадцать секунд с усмешкой рассматривая меня.

– Ох уж эти дети, – покачала она головой. – Это была всего лишь шутка, Аматэру-сан. Никакой магии, лишь большой жизненный опыт общения с вашим полом.

Ну, раз это не магия, то уже проще.

– Могу я рассчитывать, что подобного не повторится? – спросил я, пытаясь почувствовать опасность.

Точнее… Нет, опасность была, но общая, скажем так, а вот нападать она, похоже, даже и не планировала.

– Нет, не можете, – улыбнулась Хирано. – Эта жизнь слишком скучна, чтобы не поиздеваться над молодыми мальчиками. Впрочем… постараюсь не жестить.

– Постараетесь? – удивился я. – Вы что, не контролируете своё поведение?

– А какая женщина его контролирует? – пожала она плечами. – Или те же мужчины? Это инстинкты, Аматэру-сан, ничего не могу с собой поделать.

– То есть ваши студенты всё же страдают? – усмехнулся я.

– На студентов мои инстинкты не реагируют, – улыбнулась она.

– Ага… – кивнул я, убирая меч. – Значит мне просто надо стать студентом, и я буду защищён от ваших женских чар.

– О, это вряд ли, – повела она плечом. – Но похоже, вы и без этого справляетесь.

Немного повозившись на диване, принял более удобное положение. Раз уж бой отменяется.

– Стерва вы всё-таки, Хирано-сан, – вздохнул я.

– Как грубо, – покачала она головой. – Где же ваше аристократичное воспитание?

– В приличном обществе осталось, – усмехнулся я. – Но мы с вам в вашем доме, так что можно расслабиться.

– Остро, – заметила она. – С вами интересно, Аматэру-сан. Давайте всё-таки перейдём к тому делу, с которым вы пришли ко мне.

Глядя на эту дамочку, всё никак не мог определить на сколько она выглядит. То ли тридцать, то ли сорок… Или всё-таки тридцать? Даже среди людей есть такие, чей возраст очень сложно определить, так что ничего волшебного в этом не было. Что забавно, и в городе её истинного возраста никто не знал. Каруиханма говорил, что ей минимум пятьсот лет, и она имеет как минимум пять хвостов, но это всё, что он знал. При этом спрашивать её лично не рекомендовал. По его словам, она буквально звереет, когда кто-то задаёт ей подобные вопросы.

– Как скажете, – произнёс я после небольшой паузы. – Так уж сложилось, что в магический мир я окунулся совсем недавно и ничего о нём не знаю. При этом, даже если убрать банальное человеческое любопытство, знать мне о нём надо. Но об этом чуть позже. В общем, в какой-то момент я задумался о том, что мне нужен помощник. Какой-нибудь знающий ёкай, который поможет мне ориентироваться во всём этом. Расскажет, укажет, направит… Умный, инициативный…

– Молодой человек, вы предлагаете мне стать вашей помощницей? Мне? Вашей? – спрашивала она с ироничной и немного презрительной улыбкой на лице. – Бросить работу и умчаться навстречу приключениям? Ты для этого… Я для этого слишком люблю покой, мальчик.

Уйти или не уйти? Молча глядя на неё, думал о том, что найти кого-нибудь более сговорчивого и менее наглого будет лучшим решением. Она, может, и крутой специалист, но постоянно терпеть её рядом? К тому же, с кем-нибудь другим можно будет и не заикаться про Родовую библиотеку. С другой стороны, она тупо за счёт своего жизненного опыта может очень сильно помочь.

– Вы ведь наверняка читали какие-то из томов “Вознесения тысяч”, – решил я всё-таки попытаться.

Впрочем, и уговаривать не буду. Просто попытка.

– Естественно, – произнесла она медленно, видимо, пытаясь понять, к чему я веду. – Профессором истории я зовусь не для галочки.

Улыбку свою она при этом так и не убрала.

– Пятый том тоже читали? – чуть приподнял я уголки губ.

А вот у неё улыбка вмиг слетела с лица.

– Он пропал… – произнесла она осторожно. – Но, видимо, не для всех.

– Это да. В нашей библиотеке вообще много чего интересного можно найти, – произнёс я, едва заметно пошевелив плечом.

– Библиотеке… – произнесла она перед тем, как замолчать.

Я тоже молчал, ожидая продолжения, но так и не дождавшись, на третий минуте молчания поднялся на ноги.

– Ну как скажете, – произнёс я. – С вами было приятно…

– О да, – прервала она меня. – Со мной всегда приятно, даже когда больно. Сядь. Мы не договорили.

Слова, тон, поза. Это уже было нагло. Слишком нагло для подобной ситуации.

Так как она прервала меня на полуслове, завершить прощальный поклон я не успел, так и замерев с чуть наклонённым вперёд корпусом. Поэтому первым делом я разогнулся. Убрал руки за спину. Помолчал. Хирано в это время тоже помалкивала, с любопытством наблюдая за мной. Я должен ответить. Простолюдин сказал бы, что это спесь. Аристократ, что это бремя. Именно так говорила Атарашики, выедая мне мозг своими нудными лекциями. Мы обязаны отвечать. Даже если ты никогда больше не увидишь этого человека. Даже если ты наедине с ним. Отвечать приходится всегда. Почти всегда. Несомненно, есть нюансы, позволяющие тебе промолчать, но чем выше твоё положение, тем реже ты сталкиваешься с этими нюансами. А под нашу ситуацию не подходит ни один из них.

Главное не сглупить. Не наговорить такого, чего потом придётся добиваться силой. Типа “на колени и проси прощенья”. Одно дело, когда у тебя выхода нет, как недавно, когда я думал, что она воздействует на меня магией, а другое дело сейчас, когда мне нужно лишь показать свою позицию и добиться извинений. Впрочем, я раздражён в достаточной мере, чтобы схлестнуться даже с древней кицунэ. Благо опасностью от неё веет не такой уж и большой.

– Ты кем себя возомнила? – спросил я приподняв бровь. – Древней старушкой, которой всё прощается? Или могучей старушкой, которой всё сходит с рук? Ну же, я жду ответа. Кто ты такая?

Сначала она ухмыльнулась. Потом нахмурилась, а под конец её волосы зашевелились, и я увидел два острых лисьих уха.

– А ты, я смотрю, совсем не умеешь с дамами общаться, – протянула она. – Намёками кидаешься неприятными…

– О том, что ты старуха? Так я прямо об этом говорю, – произнёс я презрительно. – Но ты не беспокойся, и более… неприкасаемых убивал.

– И кто же у нас ещё более неприкасаемый? – поднялась она на ноги, полыхнув опасностью.

Более сильной, чем тот поджигатель, но всё ещё приемлемой. Отодвинув телекинезом стол, который нас разделял, подошёл к ней вплотную.

– И стар, и млад. И люди, и боги. Для меня нет неприкасаемых, – закончил я, применив Голос.

И именно на последних словах она вздрогнула. Секунда, вторая, и её уши вновь прижались к голове, сливаясь с волосами, а сама она склонила голову. Наверное, и поклонилась бы, но я стоял слишком близко для этого.

– Прошу простить меня за необдуманные слова, Аматэру-сан, – произнесла она. – Приношу свои искренние извинения.

Немного постоял в молчании, закрепляя успех, после чего развернулся и направился в сторону выхода.

– Я готова принять ваше предложение, Аматэру-сан, – произнесла она мне в спину. Остановившись, повернулся к ней лицом. – Я сглупила, признаю, не стоило презренной лисице говорить с вами в таком тоне. Тем не менее, если вы ещё готовы взять меня… – сделала она небольшую паузу, – на работу, то я готова стать вашей… помощницей, – элегантно поклонилась она.

Хирано явно сейчас пытается вновь воздействовать на меня своими женскими штучками, но я всё ещё не вернул себе прежний гормональный баланс, да и раздражён был изрядно.

– Придержите инстинкты, профессор, – произнёс я нейтральным голосом. – В вашем возрасте надо быть более сдержанной.

У неё аж бровь дёрнулась от моих слов.

– Прошу прощения, Аматэру-сан, – продемонстрировала она ещё один идеальный поклон.

Ну и что мне делать? Она будет слишком напряжной помощницей. Сомневаюсь, что на неё повлияла моя суперхаризма, или что она испугалась. С другой стороны, ничего не бывает даром. Ну найду я более молодого ёкая, который не будет мне нервы трепать, только вот он не сможет конкурировать с древней кицунэ в полезности. У молодняка её знаний вряд ли можно найти. Так молодого ёкая ещё и охранять придётся. Но это ладно. Я, конечно, профан в магии и знаю про неё на уровне всяких сказок и фэнтезийных книг, которых читал не так чтобы много, но чисто теоретически – сила ёкаев может влиять и на полезность лично для меня. Типа более слабый не увидит какой-нибудь магический след, который увидит более сильный. Условно.

– В качестве платы ты хочешь попасть в нашу библиотеку? – спросил я, намеренно переходя на “ты”.

– Буду вам крайне признательна, если вы позволите мне поработать с ней, – выдала она очередной поклон.

Интересно, долго это смирение у неё продержится?

– Когда ты сможешь приступить к работе? – поинтересовался я.

– Через месяц, – ответила она. – Мне придётся завершить некоторые взятые на себя обязательства. Не хотелось бы прослыть обманщицей.

Месяц… Как раз должно хватить для подготовки библиотеки к чужаку. Её оцифрованной части. Сама библиотека здесь, в Токусиме находится, но помощник-то мне в Токио нужен. В общем, даже в электронной библиотеке реально есть вещи, которые видеть посторонним не стоит.

– Послезавтра я возвращаюсь в Токио, – произнёс я. – Жду тебя там через месяц.

– Я вас не подведу, Аматэру-сан, – произнесла она с улыбкой.

Глава 22

События на море развивались весьма стремительно. Вообще-то на нечто подобное я и рассчитывал, но не с самого же начала? Хейги не стали тормозить и, похоже, начали готовиться к выполнению контракта ещё до его подписания. Собственно, их попытки затянуть это самое подписание бумаг были именно для того, чтобы успеть получше подготовиться. Отказываться от контракта они явно не собирались, слишком уж много получал клан при его выполнении. Проблема Хейгов была лишь в одном — сроки. Довольно жёсткие сроки, за несоблюдение которых им придётся выплатить конскую неустойку, но, как я и говорил, при удачном стечении обстоятельств получали они тоже немало. А деньги им были нужны, слишком много они потеряли в Малайзии. Плюс связи, плюс репутация конторы, которая даже в таком положении может выполнять очень сложные задачи. В общем, не могли они отказаться.

Уже через две недели после подписания бумаг их первый конвой отправился в Сукотай. Ну или на их остров, непонятно. Просто до места назначения он так и не дошёл. Плыть через Малаккский пролив они не стали, что понятно и очевидно, слишком опасное для них место. Там и я рядом, и война англичан с малайцами в самом разгаре. Так что они решили сделать крюк вокруг японских земель, бывших когда-то Индонезией. По идее, караван должен был прибыть именно на их остров, откуда они уже и поплыли бы в Сукотай. Да, долго. Да, накладно. Но по-другому – никак, слишком велик риск для кораблей. Хорошо, что всё было спланировано мной изначально, в ином случае я реально мог бы пропустить конвой. Самое интересное, что если бы корабли шли под охраной, можно было бы и пропустить, начав охоту уже в Южно-китайском море, но раз уж они обнаглели настолько, что пустили грузовики без сопровождения, то пусть начинают страдать чуть раньше. В конце концов, мне надо собрать на их острове именно военную силу клана Хейг, для чего как раз и нужно топить их гражданские корабли.

На первом этапе, точнее, вне Южно-китайского моря, действовали только мои корабли, а чуть позже в дело вступят и сукотайские. Под моим флагом, естественно. Малайские команды кораблей всё ещё осваивали свои корветы, так что конвой топили команды Меёуми. Нет, могли и малайцы, но не давать же им настолько просто получить в своё владение корабли. Пусть поработают против военных сил Хейгов. Чуть позже. В этом вопросе тоже есть свои тонкости. По нашему договору с малайским королём им достаточно потопить любое корыто Хейгов, чтобы получить корабль себе. Точнее, кто потопит, тот и получает приз. Но! Это же малайцы. Не потонут – и ладно. А даже если и смогут кого-то на дно пустить, то во время боя наверняка отхватят столько повреждений, что мне реально будет проще подарить им корабли. Ах да, есть же ещё и совместные операции моих и малайских команд, а там вообще специальный коэффициент повреждений сил противника есть. В общем, малайским командам будет непросто забрать себе какой-нибудь из моих кораблей. Война на море вообще штука довольно своеобразная, и, кто бы что ни думал, серьёзные боевые корабли идут на дно не так чтобы часто.

Тем временем январь подошёл к концу, и до дня моего рождения осталось всего одиннадцать дней. Забавно. Мне ведь исполнится всего девятнадцать лет. Жалкие девятнадцать. Я всё ещё юнец, практически сопляк. Даже сейчас я воспринимаю подобным образом людей до двадцати пяти лет, в то время как сам… Да и ладно.

Подготовка к приёму в честь дня рождения почти не отвлекала меня от работы, которой я продолжал заниматься. Даже с учётом реорганизации Канцелярии и перераспределения моих дел на плечи Слуг мне всё равно было чем заняться. Часть финансовых дел, разведка, контрразведка, война на море не давали мне пребывать в праздности. Зато я смог выделить чуть больше времени на тренировку Казуки, Мизуки, Тейджо и Мамио. Не забывал я и о друзьях Казуки. Ими, в общем-то, сам Казуки занимался, но руку на пульсе я держал, время от времени помогая воспитаннику советами. Плюс подготовка к свадьбе, точнее, уже к двум свадьбам — моей и Казуки. Атарашики, конечно, старалась меня с этим не дёргать, но нет-нет, да отвлекала. Ну и, естественно, время отнимало обучение фехтованию. Я, к слову, поговорил с Цуцуи по поводу Казуки, и в целом он согласился, но с условием, что обучаться тот будет в паре с Сюнтэн Ишином, который сумел напроситься к нему в ученики.

– Мне что, теперь придётся учиться вместе с ним? — спросил я тогда Цуцуи.

– Нет, — качнул он головой. – Ты особый случай. Мой будущий лучший ученик. И твоё обучение… – задумался он. – Специфическое. Да и не стоит тебя подпускать к другим ученикам.

– Это почему? – удивился я.

— Это потому, – передразнил он меня. -- Говорю же – ты особый случай. Отношения учитель-ученик – это не банальная тренировка. Я не просто заставляю вас заучивать ката. Это личный подход к каждому. Это, в конце концов, понимание несовместимости обучения совершенно разных людей. Ох, сложно это словами передать. Если совсем коротко и на примерах, то твоя быстрая обучаемость может вызвать неуместную зависть у кого-нибудь другого. Но это именно что пример, – тут же уточнил он.

– А Казуки и Ишин, значит, вместе учиться могут, – произнёс я.

– Каждый ученик – это особый подход, таково моё мнение. Но как минимум на начальном этапе их можно и вместе обучать.

– У них же уровни совершенно разные, – заметил я.

– Я в курсе, – произнёс он с усмешкой.

– Как скажете, – пожал я плечами. – Лишь бы эта парочка не поубивала друг друга.

– Всё может быть, – произнёс он, после чего сделал глоток чая. – Но не на моих уроках.

Девятого февраля произошли два события, которые я не могу не отметить. Во-первых, утром я зашёл в гостиную, чтобы посмотреть новости, и обнаружил там Атарашики. И вроде – чего такого? Проблема в том, что она что-то напевала себе под нос. Что-то бодрое и весёлое. Но не это заставило меня насторожиться, а планшет в её руках. Весёлая и бодрая Атарашики, тихонько что-то напевающая с планшетом в руках. Я как зашёл в гостиную, так и вышел из неё, направившись к себе в кабинет. Я был просто обязан проверить все свои публичные аккаунты. Эта старая кошёлка на пару со своей родственницей, сидящей в императорском дворце, наверняка учудила очередную гадость. И я должен быть к ней готов. Самое страшное, что я ничего опасного так и не нашёл. Такое впечатление, что ничего не случилось. И это, блин, напрягало.

Во-вторых, в обед у ворот особняка появилась профессор Хирано. Просто приехала на такси с небольшим чемоданом и позвонила в домофон. Охрана сообщила Суйсэну, тот мне, я приказал впустить, и вот мой гид по магическому миру ждёт меня в гостиной, а я, закончив разбираться с очередным докладом по конфликту в Южно-китайском море, иду её встречать.

Правда, на полпути меня перехватила Норико.

– Это что за женщина у нас в гостиной сидит? – спросила она раздражённо.

– Моя новая помощница, – ответил я слегка удивлённо.

Она же Кагуцутивару, странно, что Норико не поняла, что повстречалась с ёкаем. Или Хирано настолько крута, что даже Кагуцутивару её сути не видят? Да не… Дар-то божественный. Надо будет как-нибудь выделить время и поэкспериментировать с даром жены.

– Тебе что, одной тётки мало? – зашипела она. – Решил себе гарем из старух собрать?

– Милая… – начал я.

– Какую на этот раз отмазку придумал? – перебила она.

Сначала хотел её осадить, но решил поступить более интересно. В конце концов, нагрубить я всегда успею.

– Это ёкай, милая, – произнёс я с улыбкой.

Про свою встречу с Ушедшими я никому, кроме Атарашики, не говорил. Не то чтобы скрывал, просто не посчитал, что для них это важно. Ну или если без прикрас, тупо забыл.

– Что? – взлетели её брови.

Норико крайне мила в двух случаях – когда испытывает восторг и когда удивлена. Она и сама по себе очень красива, но именно милота из неё лезет конкретно в этих ситуациях.

– Ушедшая, которая не ушедшая, – произнёс я.

– Что?

– Древняя кицунэ с фиг её знает сколькими хвостами, – улыбался я.

– Да ладно… – произнесла она с широко раскрытыми глазами.

То есть она просто взяла и поверила? Хотя да, Норико же мне говорила, что видела звериные уши у той девочки, что подарила мне цветок-артефакт.

– Такие дела, – покивал я.

– У-у-у… – приложила она кулачки к груди.

– Надеюсь, ты с ней не поцапалась? – спросил я.

– Нет, что ты. Просто иду я себе такая, а тут нате вам, тётка какая-то белобрысая. Ну, думаю, муженёк совсем берега попутал. Хотела уже бам-хрясь сделать…

– Вряд ли бы смогла провернуть подобное с ней, – вставил я.

– Да я про посуду, – отмахнулась Норико.

– А-а-а…

– В общем, хотела уже бам-хрясь сделать, но подумала, что сначала надо Синдзи по мозгам пройтись, а потом можно и бам-хрясь, – и после небольшой паузы, добавила: – Ну или смертельный кусь.

– Идзивару на тебя плохо влияет, – улыбнулся я, покачав головой.

– Идзивару-сама – высшее существо, он не может плохо влиять, – произнесла она поучительно.

Стоп. Она это серьёзно сейчас?

– Ты это… – совсем растерялся я.

– Да шучу я, – улыбнулась она. – Твой кошак только Мизуки интересует.

В итоге встречать гостью мы пошли вместе. Когда зашли в гостиную, нам предстало интересное зрелище – сидящая в кресле Хирано не мигая смотрела на Бранда и Идзивару, которые улеглись в паре метров от неё. Точнее, улёгся Бранд, а Идзивару сидел, яростно мотая хвостом.

– Интересные у тебя тут… постояльцы, – произнесла Хирано, когда мы с Норико вошли в гостиную.

– И тебе привет, – кивнул я. – Знакомься – Аматэру Норико, моя жена.

– Хирано Хатсуми, – кивнула она ей благожелательно.

А вот моя жена, пусть и не очень низко, но поклонилась новой знакомой.

– Приятно познакомиться, Хирано-сан, – произнесла Норико.

– Как и мне, – улыбнулась Хирано.

– А сколько вам лет? – без перехода спросила Норико.

И вид жёнушка имела, словно маленький ребёнок, дорвавшийся до взрослой тайны. Мне на это только и оставалось, что головой покачать. Профессор же на вопрос Норико сначала резко подняла уши, после чего криво улыбнулась и произнесла:

– Ну не при мужчинах же, Аматэру-сан.

– Ой, извините, – произнесла Норико, прижав ладонь ко рту.

Мне вот интересно, Норико реально без задней мысли спросила или решила потроллить кицунэ? Так вот с ходу и не поймёшь.

– Норико, – вздохнул я. – Если позволишь, я бы хотел поговорить с Хирано-сан наедине.

– Как скажешь, дорогой, – ответила она.

И ни грамма возмущения. Ну просто идеальная жена. Учитывая, с какими претензиями она налетела на меня не так давно… Точно троллила. Дождавшись, когда мы останемся одни, обратился к Хирано:

– Норико хорошая девочка, но любит быть первой.

– И единственной, как я поняла, – усмехнулась она. – Это нормально, все мы такие. В той или иной степени.

Уши она к тому моменту вновь опустила, так что выглядела как обычная красивая женщина.

– Кстати, – решил я подвести к интересующему меня вопросу. – Норико бывшая Кагуцутивару, если это вам о чём-то говорит.

– Конечно, говорит, – улыбнулась она. – Те, кто уже столетиями прячутся, не могут не знать про дар Кагуцутивару. Да и в целом, – пожала она плечами. – Божественные дары не так сильно распространены, чтобы не обращать на них внимания.

– Тогда поясни, как ты умудряешься скрываться от этого дара? – спросил я. – Я сейчас именно про тебя.

– Думаю, вам будет неинтересно слушать лекцию об основах оборотничества и его зависимости от времени. И расы, – добавила она. – Ещё можно добавить теорию магии, личных и расовых особенностей, и немного зацепить теорию божественной магии. Если же говорить совсем просто, то я достаточно опытна в вопросах контроля своей сути.

– Ничего не понял, – признался я.

– Такой большой и такой непонятливый, – вздохнула она. – Серьёзно, Аматэру-сан, это не только долго и нудно объяснять, но ещё сложно и бесполезно, так как вы не ёкай. Примите как данность, что я могу полностью превращаться в человека. А могу частично. И это никак не связано со скрытом. Не отвод глаз, не заклинания… Кстати, давно уже проверено, что дар Кагуцутивару не работает с действительно мастерскими заклинаниями. То есть они не видят сквозь абсолютно любое скрывающее воздействие. Разве что отвод глаз на них вообще не работает.

Что ж, это важная информация.

– И много таких мастеров вроде тебя? – спросил я.

– Мало, – ответила она. – Дело ведь больше в опыте, а не в мастерстве. Хотя и мастера есть.

Ага, то есть старики все поголовно могут отлично скрывать свою суть. Тут, правда, непонятно, что для ёкаев старость. Сколько надо прожить, чтобы тебя считали стариком? Надо бы потом уточнить этот вопрос. Сейчас этого делать не стоит, иначе я утоплю её в вопросах, а она только приехала. Пусть сначала обживётся. Да и дел у меня полно.

– Что ж, – произнёс я. – Комнату вам подготовили. Я пришлю слугу, чтобы вас проводили. Отдыхайте и обустраивайтесь. В ближайшее время я буду занят, так что вы будете предоставлены сами себе, – я уже хотел было подняться на ноги, но вспомнил ещё один момент. – Ах да. Ваш статус в этом доме – гость. То есть никто не может вам что-то приказывать. Если Норико попытается… Будьте с ней повежливее, всё-таки она моя жена.

– Я поняла, Аматэру-сан, – кивнула Хирано.

– И ещё, – замолчал я, подбирая слова. – Я заметил, что вы поумерили пыл со своими женскими штучками, но всё-таки должен предупредить – не играйте с этим. Особенно с моим воспитанником. Если узнаю, что вы его провоцируете, башку нахрен снесу. Я сейчас серьёзно. Не стоит, Хирано-сан.

– С детьми не играю, – улыбнулась она хитро.

– Со взрослыми тоже не стоит, – произнёс я со вздохом.

– Боги, Аматэру-сан, – закатила она глаза. – В том, что вы на себе почувствовали, виновата ваша фамилия и статус. Было сложно устоять от шутки над главой Рода Аматэру. Думаете, я ежеминутно провоцирую мужчин? Да меня бы столетия назад сожгли, будь оно так. Не волнуйтесь, я адекватная девочка.

– Надеюсь на это, – вырвался из меня очередной вздох.

***

Одиннадцатого февраля, после завтрака, я сидел у себя в кабинете. Не то чтобы я собирался заниматься делами в свой день рождения, но прочитать доклады и сводки было необходимо. Просто чтобы быть в курсе происходящего. Особенно это важно в ситуации с Хейгами. Войне плевать на чьи-то там днюхи, и хватит одного дня, чтобы изменилось очень многое. В тот момент, когда в кабинет вошла Норико, я даже к чтению бумаг не приступил, просто раскладывал их в порядке важности. Подняв голову, изобразил на лице вопрос, интересуясь, с чем она ко мне пришла.

– Синдзи… – начала она неуверенно. – Я… У тебя сегодня день рождения, и мне хотелось бы сделать тебе подарок.

– Оу, – улыбнулся я, откинувшись на спинку кресла. – С утра пораньше? Хочешь быть первой?

Поздравить меня к тому моменту успели многие, а вот подарков пока никто не дарил. Только какая-то она нервная для такого повода. В чём причина и что за подарок, я узнал через три с половиной секунды. Ровно столько ей потребовалось чтобы зажмуриться, собраться и вывалить на меня новость.

– Я беременна, – произнесла она, серьёзным тоном.

Я сначала… Где-то с секунду я не осознавал того, что сейчас услышал. Да и когда осознал, так и не изменился в лице. Я и сам не знаю, что бы она увидела, но что-то моя физиономия изобразить пыталась. Только у неё это не получилось, так как в моменты сумбура в голове, непонимания что происходит, да и просто во время сильных эмоций, лицо я держу на автомате. Это от меня даже не зависит. Меня гораздо проще прочитать, когда я испытываю какие-то простые или не очень сильные эмоции.

Молчал я секунды три, пока не понял, что это неприемлемо. Норико ждёт ответа, и расстраивать сейчас жену я не имею права. Но и что говорить, не знаю. Забавно, вроде уже проходил через подобное в своём прошлом мире, но вновь, как и тогда, не знаю, что говорить. Поэтому и поступить надо так же, как в прошлый раз.

Поднимаюсь из-за стола, подхожу к жене, обнимаю и тихо произношу:

– Спасибо, родная.

И одновременно с этим в голову приходит здравая мысль. Теперь понятно, с чего это Атарашики в последнее время такая весёлая была. Не в планшете дело, не в очередной пакости, просто именно к ней пошла Норико, когда почувствовала… неладное. Ну а к кому ещё? Либо мать, либо Атарашики. Но мать теперь в другом Роду, и идти к ней с такими новостями можно только после того, как о беременности, пусть даже предполагаемой, узнает её нынешняя семья. Во всяком случае, если ты жена главы Рода.

Чуть позже, когда радостная Норико убежала по своим делам, я остался стоять посреди кабинета. И что теперь делать? В смысле, чем заняться? Вроде и поработать можно, но теперь как-то настроения нет. Или всё-таки поработать? Нет, ну его нафиг.

Выйдя из кабинета, пошёл искать Атарашики, которая нашлась во внутреннем дворе, где она в задумчивости наблюдала за слугами, готовящими дом к приёму.

– Могла бы и предупредить о Норико, – произнёс я, подойдя к ней.

– М? – посмотрела она на меня, после чего улыбнулась. – А-а-а… Она наконец рассказала?

– Подарок на день рождения, – хмыкнул я.

– И как? – спросила она ухмыляясь. – Хоть эта новость смогла пробить броню твоей чёрствой душонки?

– Смогла, – проворчал я. – Но лучше бы ты предупредила заранее.

– Вот ещё, – фыркнула она отворачиваясь. – Такие новости должны падать на головы мужчинам словно кирпич на голову.

– Добрая ты… – покачал я головой.

– Естественно, – ответила она, наблюдая за тем, как двое слуг несут стол. – Я же Аматэру.

***

Высокий уровень приёмов Аматэру был сохранён. Не в плане оформления, понятное дело, для этого нужны лишь деньги. Нет. Приглашённых было немного, зато самые-самые. В целом, гостей можно разделить на две части – мои друзья и знакомые с одной стороны и те, кто делает элитой моих друзей и знакомых. Семья Акено с Бунъя, Меёуми, Шмитты и так далее могут хвастаться, что побывали на приёме, где были Отомо, Накатоми, Кагуцутивару и Император. Тем же Укита, например, Вакия, да и Цуцуи, если подумать, повстречать Императора кроме как на моём приёме просто негде.

Сам приём обошёлся без громких событий и прошёл тихо-мирно. Ходили, общались, ели. Особенно мне понравились рыбные рулетики, которые даже Кагами оценила, всё пытаясь выяснить, кто их делал. Только помочь с этим я ей не смог – откуда мне знать, кто из поваров за что отвечал? Это их поварские дела, и я к ним отношения не имею.

– Пф. Мужчины, – произнесла тогда разочарованная Кагами.

Но узнать, кто делал, потребовать не забыла.

Я всё боялся, что одна блондинистая любительница пошутить появится, но Хирано продолжала где-то там пропадать. Я её со дня прибытия и видел-то пару раз. Надо бы уточнить, что она делает. Заодно передать флешку с копиями книг из родовой библиотеки. Точнее, из одной секции библиотеки. Не хочу я ей сразу всё давать. Бранд с Идзивару тоже проигнорировали приём. Вернее, Идзивару ещё прошёлся между столами, после чего свинтил куда подальше, а вот Бранд как спал в малой гостиной, так и продолжал спать.

Что ещё можно про этот приём сказать? Да ничего. Разве что помимо Норико со мной ещё и Мизуки была. Принимать гостей вместе с нами она не могла, – всё-таки невеста, а не жена, – зато сопровождать жениха она не только могла, но и хотела. А вот Акеми в этом плане была сильно ограничена – ей пришлось весь приём находиться подле Атарашики. И это после нескольких часов встречи гостей, где она работала девочкой на побегушках, провожая гостей во внутренний двор особняка. Помогала ей в этом, кстати, Раха. Повезло ещё, что здесь особняк, а не поместье – что Акеми, что Раха успевали вернуться до того, как уйдёт вторая. В ином случае пришлось бы задействовать Слуг. Ну или тянуть время, ведя разговоры с гостями, пока не появится одна из девушек, которые и отведут их в место проведения приёма. Увы, но кроме этих двоих для подобной работы у Аматэру просто не было девушек. Эрна невеста Казуки, да и беременна. Нефиг ей тут делать. Рейка слишком маленькая. Атарашики вообще Старейшина и провожать гостей в принципе не могла. Так что либо Раха с Акеми, либо служанки, что как-то не очень. Все всё понимают, но в очередной раз показывать, что у нас с людьми швах, не хотелось.

Ну а после приёма всё вернулось на круги своя – школа, работа, тренировки, школа.

Война на море с Хейгами набирала обороты. В дело вступили корабли с малайскими командами, правда, тут же опозорились, потеряв один корабль. В феврале я перевёл в акваторию Южно-китайского моря почти все свои корабли, оставив на путях конвоя американцев только корветы с малайцами. Они неделю пытались сделать хоть что-то, а когда им представился шанс, их наголову разбил один из конвоев. Два корабля против четырёх, грузовики не считаем. Я не испытываю сильного негатива к Хейгам, они просто враги, которых надо победить, но силу воли и упорство американцев нельзя не уважать. Они попали в очень непростое положение, против них сейчас буквально всё, тем не менее они продолжают борьбу, яростно защищая грузовые суда, которые скапливаются у их острова. Да, они пытались один раз провести конвой в Сукотай, но, понятное дело, у них ничего не получилось. К концу февраля возле острова Хейгов скопилось два десятка грузовых судов и около десятка боевых кораблей. “Около”, потому что их число постоянно менялось в ту или иную сторону. Первого марта у острова находилось четырнадцать боевых кораблей, так как Хейги отозвали из Южно-китайского моря всё, что у них там было. Да, они целых две недели пытались навести порядок на море и в итоге были биты. Один корвет потеряли с концами, плюс ещё пять получили сильные повреждения.

В общем, Хейги копили силы, в том числе и наземные, чтобы провести все суда разом. Если бы они заранее знали, что на море их ждёт такой трэш, то несомненно воспользовались бы другим способом доставки оборудования, но к тому моменту, когда они поняли, в какую лужу угодили, у их острова уже скопилось слишком много грузовиков. Им просто пришлось продолжать операцию, пытаясь приспособиться к изменившейся ситуации. В какой-то момент малайцы, веселящиеся – если так можно сказать о побитых кораблях – на путях прохода вражеских караванов, доложили, что мимо них прошёл ещё один конвой. И интересен он был тем, что в нём состояло аж восемь военных кораблей. То есть Хейги сумели нанять ещё семь корветов и один эсминец. Получается, что американцы поставили на карту вообще всё, что у них было. Все деньги, все связи, всю свою репутацию. Им теперь просто некуда отступать. И что интересно, у них может всё получиться. Хейгам и надо-то провести скопившиеся у острова грузовики до Сукотая, после чего они просто плюнут на морской путь и переключатся на доставку по суше. Да, дольше, да, дороже, что, кстати, не факт, тут считать надо, но и время у них появится. Впритык, конечно, но пока они устанавливают уже доставленное оборудование, к ним потихоньку подойдут остатки.

Забавный момент. В середине февраля по дипломатическому каналу мне пришло послание от английских кланов, воюющих в Малайзии. Воды в нём было много, но общий смысл сводился к “какого фига”. Пусть и обтекаемо, но меня спрашивали, не собрался ли я вступить в войну на стороне малайцев, а то уж больно много появилось военных кораблей под флагом Аматэру. Типа слишком много для войны с Хейгами. Естественно, я ответил отрицательно. Англичане меня не интересовали, и если те сами не нападут, войну я им объявлять не собираюсь.

Первого марта из Штатов мне пришло сразу два сообщения, от Тарвордов и от дочери Райта. Оба источника утверждали, что Хейги отправляют на свой остров практически все наличные силы. То есть и войска, и мужчин-аристократов. Глава клана, который, к слову, несколько месяцев назад сдал экзамен на “виртуоза”, тоже готов отбыть. Фактически дома у них остались лишь женщины, дети, и немного войск для охраны важных для клана объектов. То есть всё – отсчёт пошёл. Второго марта день рождения Мизуки, а третьего я вылетаю в Штаты.

Когда я сообщил об этом Атарашики, та, немного помявшись, – что для неё нехарактерно, – озвучила свою просьбу.

– Нет, – нахмурившись покачал я головой. – Одно дело – показательная акция в полной безопасности, и другое – реальные боевые действия. Женщины не должны воевать.

– Учитывая, какие силы выйдут против Хейгов, я в любом случае буду в безопасности, – ответила Атарашики. – Зато представь, сколько жизней я сохраню.

– Нет, – поджал я губы.

– Синдзи… – вздохнула она. – Всё, что мне надо – это, как и в первый раз, активировать камонтоку. Для это не нужно рисковать жизнью, подходя слишком близко. Миллиарды иен, сотни жизней наших людей – разве это не стоит того?

О, да, стоит. Несомненно стоит. Но её жизнь стоит ещё дороже. Я не хотел рисковать.

– Нет, – ответил я. – Твоя жизнь того не стоит.

– Риск минимален, Синдзи, – не сдавалась она. – Ты ведь не дурак, должен это понимать.

– Аматэру не настолько слабы, чтобы использовать женщин в бою, – я тоже отступать не собирался.

Впрочем, у Атарашики была и козырная карта, которой она и воспользовалась.

– Десятилетия боли и отчаянья, Синдзи, – произнесла она, прикрыв глаза. – Эти твари на десятилетия отправили меня в пучину отчаянья. Я должна нанести этот удар. Должна отплатить им сторицей. Я имею на это право!

Имеет. Мне даже возразить было нечем. В моей голове проносились десятки причин ей отказать, и сразу за ними шли ответы Атарашики, которыми она будет оперировать. Но даже так ничего действительно серьёзного я придумать не мог. У меня оставались лишь два варианта действий – просто приказать остаться или отпустить. Оба варианта были проблемные, оба варианта я мог обосновать логически, а раз так, то к чёрту логику. Имеет она моральное право отправиться бить Хейгов? Имеет. И не только моральное, если уж на то пошло. В конце концов, месть – благородное дело.

– Да будет так, – произнёс я, приняв решение. – Ты отправляешься с флотом на захват острова. И если уж решила повоевать, сделай это максимально эффектно. Напомни Хейгам, почему не стоит связываться с древнейшими Родами.

– Будет исполнено, глава, – поклонилась Атарашики.

***

Кояма, и Мизуки в частности, о своём отлёте в Штаты на следующий день после её дня рождения я предупредил. Не мог не предупредить. В подробности не вдавался, но тут и дебил поймёт, что я еду воевать. А учитывая, что воевать я буду на чужой территории… В общем, я боялся, что праздник будет испорчен. Можно было промолчать, сообщить всё на следующий день, только вот улетаю я рано утром и увидеться со своей невестой не смогу. И если уж Мизуки захочет мне что-то сказать, то у неё для этого должна быть возможность и время. В любом случае, уж лучше так, чем сообщать об отлёте в самый последний момент. Как по мне, это будет некрасиво.

Несмотря на все мои переживания, Мизуки ни словом, ни делом не показала, что о чём-то переживает. Просто радовалась семейному празднику в честь своего дня рождения. Веселилась, балагурила, троллила всех подряд… кроме меня и матери, визжала над каждым подарком. Я, кстати, решил соригинальничать и подарил ей деньги. Это может показаться странным, но это действительно было оригинально – как-то никто до меня не догадывался дарить что-то подобное, а денег у сестёр Кояма, насколько я знаю, не то чтобы много. Им выдают суммы на карманные расходы, и они не маленькие, – относительно простых людей, конечно, – но и запросы у аристократок нифига не дешёвые. Что у юных, что у взрослых. Но у взрослых мужья есть. Так что да, визжала Мизуки достаточно долго, вскинув руки с чеком и наворачивая круги вокруг своей оси. А когда остановилась, вытянула руку в сторону Шины и радостно выдала:

– Нищебродка!

При этом раздражённым взглядом Шина одарила не сестру, а меня.

Праздник закончился поздно ночью, во всяком случае, для совершеннолетних, но если члены Рода Кояма оставались ночевать в доме Акено, то мне нужно было возвращаться к себе. Провожала меня Мизуки. Нет, попрощались-то со мной все, Кагами, например, ещё и обняла, прося быть осторожным, но вот до машины провожала только невеста.

– Ладно, Рыжая, не скучай тут без меня, – остановился я возле машины.

Ответила она не сразу – шесть секунд с убранными за спину руками, качалась с носка на пятку.

– Ты это… – начала она неуверенно. – Если что, главное доберись до дома, а здесь я тебя поставлю на ноги.

– Совсем ты в меня не веришь, – усмехнулся я.

– Верю, – произнесла она серьёзно. – Я всегда в тебя верила. Но есть вещи непреодолимого характера. Надеюсь, ты ни с чем таким не столкнёшься, а если это и случится, я смогу тебя вылечить.

– Эх, Рыжая… – с улыбкой взлохматил я её волосы.

– Эй! – возмутилась она. – Ты вообще в курсе, сколько мне эту причёску делали?!

– Так ты всё равно скоро спать пойдёшь, – произнёс я.

– А может и не скоро, – буркнула она. – Ай, ладно, гладь. Разрешаю.

Ещё и голову слегка наклонила. Но вместо этого я её обнял.

– Обещаю, Мизуки. Я вернусь, – произнёс я тихо.

В ином случае я буду мёртвым, а значит, и на клятвы плевать.

– Вот прямо-таки обещаешь? – решила она уточнить отстраняясь.

– Обещаю, – улыбнулся я.

– Ха! Ну тогда задай им там всем! – вернулось к ней хорошее настроение.

– Уж будь уверена, – усмехнулся я. – Так задам, что этот урок запоминать будет некому.

Глава 23

Было ли сложно попасть в Штаты? Нет. В конце концов против нас не система работала, а сильно побитый клан. Тем не менее, это не значит, что мы попали в страну врага как есть — секретность была соблюдена. До места назначения мы добирались раздельно, лично я ехал вместе с Такано Кизаши, командиром “Тёмной молнии”, который играл роль моего… охранника и няньки. Сначала мы с ним отправились в Китай, где надо мной изрядно поиздевались, переодев в девушку. Самое поганое для меня, конечно же, что девчонка из моей суровой тушки получилась что надо. Миловидная. Во всяком случае, Синдзи-девушка красивее, чем Синдзи-парень. И это заставляло меня морщиться, когда я смотрел в зеркало. Да, виноваты в этом гримёры, но и присутствие нужных генов отрицать сложно. В общем, мне было стыдно и неуютно.

Но если это была моя личная проблема, то вот неспособность двигаться как девушка – уже общая. Пока стою на месте – всё нормально, как только начинаю движение — образ рушится. Из-за этого было принято решение сделать из меня инвалида и посадить в кресло-каталку. Естественно, это произошло не в Китае, а ещё в Японии, когда создавалась новая личность. Для этого мне Такано и нужен был. Поначалу я собирался добираться до Штатов в одиночку, но… Не сложилось. Да мне, в общем-то, и плевать, если бы не образ.

В общем, китаянка-инвалид и её нянька-охранник прибыли в город Орландо, штат Флорида под вечер и сразу направились в резиденцию клана Тарворд. Точнее, не сразу – сначала сняли номер в отеле средней паршивости, откуда нас забрали неприметные личности в серых костюмах. Именно они позаботились о том, чтобы незаметно доставить нас к главе клана. Вообще, именно в Орландо находилась главная резиденция Тарвордов, где и проживал глава клана. И если бы наша операция была рассчитана на более-менее продолжительное время, я бы держался от клана Тарворд подальше, просто на всякий случай, дабы не привлекать внимания их врагов, друзей и просто конкурентов. Но всё должно закончится достаточно быстро, после чего Тарворды на всю страну объявят о нашем союзе, так что можно было не параноить и доверить секретность Спенсеру.

Сам глава клана встречал нас в гостиной своего особняка, причём, когда я туда зашёл он сидел на диване уткнувшись в свой смартфон.

Щёлк.

— Эм, Спенсер, ты что сейчас делаешь? – спросил я нахмурившись.

Щёлк. Щёлк.

— А что тут непонятного? – произнёс он, не отрываясь от мобильника. – Тебя снимаю.

– Нафига? – приподнял я бровь.

Щёлк. Сделав очередной снимок, Спенсер убрал девайс в карман.

– Какой ты непонятливый, — улыбнулся он. – Для шантажа, естественно.

-- Для какого ещё шантажа? – спросил я, продолжая недоумевать.

– Десять килограмм миндального печенья в месяц, и я не стану отправлять эти фото госпоже Атарашики.

Что?

– Ты рехнулся? – взлетели мои брови. – Или шутишь? Мне вот сейчас не смешно.

– Всего лишь десять килограмм в месяц, Синдзи, – продолжал он улыбаться. – И никто ничего не увидит.

Если Атарашики получит эти фото, она мне все нервы сожжёт. До конца дней моих будет издеваться. Скорее до своих, конечно, но мне от этого не легче.

– Это подло с твоей стороны, – заметил я.

– Это бизнес, Синдзи, – ответил он. – Его глубины, но смысл от этого не меняется. Мне нужны эти печеньки, и я их получу.

– Да я их и так тебе каждый месяц шлю! – возмутился я не выдержав.

– За весьма приличные деньги, хочу заметить, – произнёс он на полном серьёзе.

– Так ты же сам цену и установил, – процедил я.

– Дешёвку не ем, – отрезал он.

– Ты реально псих, – покачал я головой.

– Зато с печеньями, – пожал он плечами.

Да что за бред тут происходит? Я такое мог от Мизуки ожидать, но никак не от главы клана Тарворд.

– Да плевать, – дошёл я, наконец, до кресла и упал в него. – Шли.

– Как скажешь, – вынул он мобильник и начал водить пальцем по экрану.

Серьёзно, если бы этот мир не знал об облачных технологиях, я бы у него сейчас этот мобильник отобрал. Как он вообще до такого додумался?

– Стой. Я понял, – поднял я руку. – Будут тебе два килограмма печенья в месяц.

– Два килограмма ты мне и так шлёшь, – оторвался он от телефона.

– Зато теперь буду бесплатно, – дёрнул я плечом.

– А мне кажется, девять килограмм более достойная цена за моё молчание, – начал он торг.

В итоге сошлись на пяти килограммах.

– По краю ходишь, Спенсер, – произнёс я недовольно. – Никому не нравится, когда на него давят.

– Ты сам виноват, – ответил он улыбаясь. – Кто ж знал, что ты поведёшься?

Вот дерьмище… На понт взял.

– Давай перейдём к серьёзным делам, – процедил я раздражённо. – Мне доложили, что практически все Хейги сидят в клановом поместье. Это так?

– Да, – кивнул он, став серьёзным. – За его пределами только родной и троюродный внуки главы клана. Но это понятно – война войной, а кто-то работать должен. Бизнесу плевать на войны и конфликты.

– Мейкшифт? – спросил я.

– Тоже у себя сидят, – пожал он плечами.

– Какого демона Роды клана вообще сидят по своим поместьям? – решил я уточнить этот, довольно важный, вопрос. – Не надёжнее ли находиться в одном месте, куда и стянуть все наличные силы?

– М-м-м… Синдзи, – вздохнул он. – Клан Хейг у себя дома. Я вот до сих пор не уверен, что у тебя всё получится, а они про тебя вообще не знают. Чего им опасаться?

– Но по домам они всё-таки сидят, – заметил я.

– Это защита от местных, – пожал он плечами. – У нас тут не принято… – пощёлкал он пальцем. – Действовать открыто. Не с самого начала. То есть они опасаются убийц и несчастных случаев, а не серьёзной атаки. Да и основные силы клана, пусть и далеко, но вполне себе сильны и опасны, а значит, начинать войну будет слишком затратно. Были бы у Хейгов кровные враги – другое дело, а так… – махнул он рукой.

В общем, меня до сих пор не воспринимают всерьёз. Точнее, мой Род. Если подумать, то тут нет ничего удивительного. Я вот тоже в Японии чувствую себя в безопасности. Хм, по-другому скажу – не опасаюсь удара Хейгов. Они где-то там, а я в домике. А вообще – забавно. Я думал, это такая тактика, типа чтобы всем разом не помереть, а оно вона как. Просто неверие в моё нападение.

Различных планов на все случаи жизни у меня было навалом, так что, выбрав один из них, уже на следующее утро начал его подготавливать – с помощью Спенсера, так как мои люди ещё не прибыли, да и с помощью местных это было сделать проще. Кстати, мне стоило немало усилий договориться со Спенсером, чтобы он мне помогал. Пусть и по мелочи. Глава клана Тарворд очень долго не хотел участвовать в уничтожении Хейгов. Но на одном из собраний на Сукотае, где все стороны этой операции договаривались о взаимодействии, я его всё же уломал.

В целом, в основе своей, план был прост – одновременно убиваем внуков главы клана, после чего разделяемся и выносим поместья Родов Хейг и Мейкшифт. Первых – потому что надо уничтожить клан, вторых… Ну а вторых – потому что они потомки Аматэру Азуны – изгнанной когда-то сестры Атарашики. Как поведал нам в своё время Флеминг, Азуна, прежде чем умереть, родила – против воли, понятное дело, – двоих детей, которых потом скрещивали со Слугами, увеличивая таким образом количество детей с камонтоку Аматэру. Пусть и заблокированным. Когда их стало достаточно много, их собрали в один Род и дали Герб, воспитывая в ненависти к Аматэру. Флеминг точно не знает, убивали ли Хейги других членов моего Рода, но на остров, где сидел Изао, они определённо приплыли с целью убить предпоследнего Аматэру. Сами пришли к Филиппинцам, сами всё спланировали и на остров поплыли с конкретной целью.

Я поначалу ещё думал – нафига? Блокировка же никуда не денется? Забрать себе активы Аматэру? Так кто бы им дал это сделать? Если исчезнет Род, всё, что у нас есть, заберёт себе Император. Ну, кроме того, что лежит в Хранилище. Мейкшифты даже не смогут доказать, что они потомки Аматэру. Ан нет, как пояснила Атарашики, им наши финансы и не нужны. Ни земли, ни предприятия, ни финансы. Им нужно то самое Хранилище. Никто из них и не будет объявлять о своём родстве с Аматэру, они просто придут и тихо заберут всё. Ведь вход в Хранилище гарантирует кровь. По большому счёту, им для этого и камонтоку не нужен. Но это если брать только проникновение в Хранилище. В котором, на секундочку, лежит артефакт Ушедших, который может разблокировать камонтоку. Так что за породой они следили, дабы не потерять “козырь Рода”, ибо по плану они и его хотят себе забрать. В итоге, в какой-то момент я столкнулся с тем, что в Штатах живёт и здравствует Род ублюдков, что фактически украли у нас самое ценное, что есть у Рода. Целый Род с кровью Аматэру.

Но не Аматэру.

Хочешь-не хочешь, а уничтожить их надо. Не только из-за гордости древнего Рода – просто это постоянный очаг напряжения. Даже через столетия, когда камонтоку растворится, Мейкшифты будут помнить и ненавидеть нас. И всё это время пытаться уничтожить Аматэру. И ладно бы не было ненависти, хрен с ними, у меня только к Хейгам претензии возникли бы, но Мейкшифты ведь реально нас ненавидят. Нафига Хейги их так воспитали, непонятно. Может, чтобы к нам не убежали?

Так вот, план. Когда мы убьём внуков главы Хейгов, нам придётся разделиться, чтобы нанести одновременный удар. Мы со Святовым, у которого юудет подавитель, атакуем поместье Мейкшифтов, а группа псевдо “виртуозов”… ну или “недовиртуозов”, нападут на поместье Хейгов. Благо и там, и там все члены этих двух Родов собрались в одном месте. Собственно, не только они, остальные Роды клана тоже сидят по своим хатам, но остальные меня не интересуют. У клана Хейг, после нашей операции, даже мстить толком некому будет. Женщины, дети, немного дряхлых стариков и кучка Слуг. При этом то, что у Родов останется, растащат их конкуренты, ну а клановые активы заберу себе я. Точнее, Тарворд, но не суть важно.

Осталось дождаться прибытия моих людей… Хотя нет, они-то сегодня-завтра приедут. Осталось дождаться атаки острова Хейгов, после чего можно будет начинать.

***

Прошла спецоперация по уничтожению береговой артиллерии, подходит к концу морской бой, растянувшийся на несколько часов. Сейчас, стоя у борта десантного корабля, Атарашики прекрасно видела остров, на котором находились те, кто лишил её будущего. Надругался и убил её сестру. Пытался убить её надежду. Боги, как же она их ненавидит! Вдалеке всё ещё маневрировали корабли противника, отогнанные сборным флотом Сукотая и Аматэру, хотя… Больно признавать, но скорее всё же Сукотая. Даже операцию на острове проводил спецназ Рода Чакри. С одной стороны, это смущало – у Аматэру не было людей, которые могли бы с этим справиться, с другой – радовало. Ведь и потери понесут не Аматэру. А потери у Чакри были, факт. Даже если забыть про спецназ, корабли американцев яростно отбивались от превосходящих сил противника и уже успели потопить четыре корвета. Да и корабли Аматэру имеют множество повреждений. Два из них, с малайской командой, даже вышли из боя, параллельно пытаясь потушить пожары.

А ведь морской бой продолжается. Что ни говори, а воевать американцы умеют. Что на суше, что на море.

Подошедший к ней офицер корабля, поклонился.

– Госпожа, – произнёс он. – Адмирал Чакри просит вас действовать. Оставшиеся корабли противника – наёмники и после вашего удара могут решить уйти.

Что ж. За этим она и здесь. На наёмников, точнее, аристократов других Родов, что решили подзаработать, ей было плевать. Главное, были потоплены все корабли Хейгов. А значит, и их команда уничтожена. А если кто-то и жив, бултыхаясь в воде, после боя их выловят и… К демонам, их даже вылавливать не будут, так добьют.

– Я поняла, – кивнула Атарашики. – Можешь идти.

– Госпожа, – поклонился он перед уходом.

Повернувшись лицом к острову, Атарашики начала подготовку, раскручивая бахир в своём очаге. Ещё немного. Всего несколько минут и элементаль дойдёт до вас.

– Вы заплатите за всё, – пробормотала она очень тихо и, подняв руку, добавила уже громче. – Примите мой суд, твари. Ибо такова неизбежность.

***

Послание из дома мы получили в конце недели, то есть через пять дней, после моего прибытия в Штаты. Связавшаяся со мной Атарашики гордо заявила, что остров зачищен. Уничтожены не только все Хейги, но и вообще вся разумная жизнь на острове. Из мясорубки, которая произошла в тот день, выбрались лишь наёмные аристократы, не связанные с кланом Хейг. Точнее, корабли, которыми они командовали. Конечно, на тех кораблях могли присутствовать члены клана Хейг, – мало ли, – но командиры этих самых кораблей, публично поклялись, что таковых с ними нет. А учитывая, что они все как один были аристократами и откровенно нарушать клятвы они не могут, с высокой долью вероятности Хейги в Южно-китайском море действительно уничтожены. Теперь наша очередь работать.

Чтобы убить несколько человек в разных концах страны нам, естественно, пришлось разделиться. Мы со Святовым, Такано Кизаши и его группой из четырёх бойцов отправились за родным внуком главы клана Хейг. Последний, несмотря на свой ранг, бесславно сгинул на всё том же острове. Я уточнял, но, по словам Атарашики, он никак себя не проявил при зачистке острова. Погиб, когда Атарашики использовала против них свой камонтоку. Его тело, как и тела всех Хейгов и Мейкшифтов специально искали после боя. Нашли всех. Правда, некоторые тела в весьма плачевном состоянии, но конкретно Дональд Хейг тупо сломал себе шею. Вообще, операция у Филиппин получилась показательно идеальная. Да, потери были, в основном на кораблях, но они были ожидаемыми и не превышали запланированных.

Осталось и нам сработать чисто.

Во вторую группу вошли Райт и Щукин. Двух “виртуозов” на троюродного внука главы клана и его охрану более чем достаточно. Ну а Добрыкин, Сасаки Айджи и Сугихара "Правый глаз" Шима отправились в Портленд, столицу штата Орегон. Куда вчера приехала дочь покойного главы клана Мейкшифт. Уж не знаю, что она там забыла, но своим приездом она заставила нас разделиться на три группы.

Подготовлено у нас всё было заранее, то есть мы не выехали на охоту после сообщения Атарашики, мы эту охоту начали, а на местах оказались несколько раньше. Я в Сан-Франциско, а Райт с Щукиным в Рочестере. Именно в этих городах находились наши цели, ну а мы просто ждали сигнала. На самом деле, можно было и не мудрить так, но рисковать не хотелось. Всё должно быть плюс-минус одновременно, чтобы никто не успел всполошиться.

Планы нападения у нас были предельно примитивны – подошёл, убил, ушёл. Тут главное было как раз уйти, потому что с полицией никто воевать не хотел. Конечно, осудить и посадить в тюрьму никого из нас не смогут, если жестить при нападении не будем, ну или на полицию нападать, за такое и у нас в стране можно за решётку попасть, а вот задержать на неопределённый срок – вполне могут. Так что главное и, пожалуй, единственное, что мы обдумывали, это как нам чисто уйти. Если сорвутся сроки, то мы можем потом годами разбежавшихся Хейгов и Мейкшифтов ловить.

В общем, на этом этапе никаких проблем не возникло. Были опасения по поводу устранения женщины, всё-таки слишком неожиданно она в Портленд приехала, но повезло. Сугихара просто пристрелил её из лука. С помощью одной из своих техник, понятное дело. Сама женщина, водитель и машина, на которой они ехали, в один момент перестали существовать. Добрыкину и Сасаки даже делать ничего не пришлось. Охраны у неё, кстати, практически не было.

В Рочестере, том, что в штате Миннесота, Райт и Щукин подловили троюродного внука Дональда Хейга. С ним тоже проблем не возникло, хотя охраны он себе набрал аж тридцать человек, среди которых пятеро в средних МПД. Единственная сложность с ним была в том, что он постоянно крутился рядом с посторонними людьми, а лишние жертвы нам были не нужны. В итоге Райт обозначил нападение, точнее, напал и начал осторожно выдавливать цель в нужную сторону, где отступающего мужчину с частью охранников накрыл Щукин. Как итог – к херам раскуроченный мост через пруд и одна ликвидированная цель. Щукину с Райтом потом пришлось ещё и от полиции уходить, но Рочестер – городок маленький, из-за чего, к слову, на стариков и вышли очень быстро, штат полиции тоже не очень большой, а силу они свою продемонстрировали более чем наглядно. Короче, не очень-то полиция и старалась. Немного опаснее было, когда на выходе из города их машину остановили гвардейцы Рода Айронхарт, для заключения контракта с которым Хейг в город и прибыл. Видимо, не понравилось им, что сорвалась удачная сделка. Но когда им простым языком пояснили, что перед ними стоят два “виртуоза”, которые служат древнему Роду, входящему в десяток древнейших в мире, и который воюет с Хейгами, то есть имеет полное право их убивать, Айронхарты отступили. Таких проблем сорванная сделка не стоила.

С моей целью было совсем просто. Точнее, всё прошло очень просто. Чарльз Хейг, внук Дональда Хейга, чуть ли не ночевал в порту, принадлежащему их клану. Куча охраны, люди, работающие на клан, Слуги клана. В общем Хейг расслабился. Настолько, что сидел в своём офисе с открытыми окнами, стекло в которых, между прочим, бронированное не просто так. Правда, стрелять я в это окно не собирался, так как расположено оно было крайне неудачно для этого, зато забрался на крышу пятиэтажного здания офиса, спустился на третий этаж, залез в открытое окно и без затей прострелил голову сидящему за рабочим столом мужчине. После чего точно так же тихо ушёл. Легко, просто и элегантно. Главное, на камеры не попал, так что теперь, в отличие от двух других нападений, это убийство даже просто приписать Аматэру будет сложно. Понятно, конечно, кто виноват, но технически мы не при делах.

***

После тройного убийства, дабы не терять время, мы сразу же отправились к поместьям Хейгов и Мейкшифт. Располагались очень близко друг от друга – один в пригороде Юджина, второй в соседнем Спрингфилде. Оба городка были маленькими, особенно Спрингфилд, и влияние клана Хейг было в них довольно большое. Особенно в Спрингфилде. В Юджине им не дают развернуться Орегонский университет и железная дорога, которые контролирует государство, и из-за которых официальная власть там довольно сильна. А вот в Спрингфилде находится медицинский центр, который даёт работу половине горожан и принадлежит клану Хейг.

Про убийства в поместьях, естественно, стало известно раньше, чем мы прибыли к ним, но вот времени на осмысление и выработки плана действий у них было очень мало. Атаковать мы собрались одновременно. Время было не столь важно, но это если в целом, а вот конкретно мне нужна была ночь. Такано Кизаши со своими людьми прибыл на место раньше всех из своей группы, куда входили… Да в общем-то, туда только мы со Святовым и не входили. Да, нас было лишь двое, но и поместье главного Рода клана было не в пример больше, чем поместье Рода Мейкшифт. У последних территорию и поместьем-то сложно назвать, просто особняк с небольшим куском земли вокруг. В Штатах с Родовыми землями было так же грустно, как и в Японии, а вот с частными землями – уже попроще, но не настолько, чтобы каждый Род клана имел обширные территории, примыкающие к их домам. И поместье Хейгов, и особняк Мейкшифтов находились в пригородах, в достаточном удалении от остальных жителей этих двух городов, так что команда Щукина не боялась действовать в полную силу, а вот мне это было без разницы. Ни Святов, ни я не обладали настолько разрушительной мощью, чтобы опасаться уничтожить соседние дома.

Дабы нападение наших групп было более-менее одновременным, работать я начал первым, чтобы к утру и начать основной шухер вместе со второй командой. Просто “виртуозам”, особенно если у тебя есть “виртуоз” земли, особо не приходится бояться побега целей, а вот если я просто нападу, то Мейкшифты как тараканы разбегутся и вдвоём мы их всех не перехватим. Поэтому мне сначала нужно было всё подготовить, а если конкретно, то усыпить всех Мейкшифтов, что делать лучше ночью. Там и так все спать будут, а я просто позабочусь, чтобы они не проснулись от шума. Можно, конечно, и сразу убивать, но… мелочи, они такие мелочи. Будет обидно, если кто-то кого-то решит навестить, посреди ночи, а там труп.

Ладно, пора начинать.

***

– Как же так, Лизи, как же так… – бормотала старуха, кладя трубку телефона. – Я ведь говорила вам дома сидеть…

Просторная гостиная отеля в Портленде была пуста, лишь одна расстроенная женщина сидела на диване рядом с тумбой, на которой лежал телефон.

– Госпожа! – без стука влетел в помещение молодой мужчина. – Мне только что сообщили – Чарльз и Питер Хейги убиты!

Глаза женщины расширились от удивления. Лиза, Чарльз, Питер… Одновременно? Внезапно её словно озарило, она поняла, что происходит.

– К машине! – вскочила она с дивана. – Живо!

После чего с несвойственной для её возраста скоростью побежала на выход. Страх окутал её сознание. Страх, свозь который пробивалась лишь одна мысль – “Лишь бы успеть”. Она должна успеть!

***

Поместье Рода Хейг полыхало. Что и не удивительно. В рядах нападающих было целых два “виртуоза” стихии Огня, а значит по-другому и быть не могло.

– Требуется удар по дому с красной крышей и двумя спутниковыми антеннами на ней.

У Такано Кизаши с его людьми не было столь эпичных возможностей как у “виртуозов”, и пусть работал он весьма эффективно, иногда ему требовалась помощь.

– Принял, – ответил Щукин.

Бам, бам, бам. Со звуком, словно стреляют из небольшой пушки, на крышу указанного дома упали три монструозного размера копья, заставляя гореть не то что дерево, а даже железо.

– А-а-а-а! – кричал паренёк, бежавший прямо на Сасаки Айджи.

Молодой и явно не в себе. Взмахом руки Сасаки отправил в него “Сеть Фудзина”, после чего вновь повернулся к тяжело дышащему старику. Один из немногих “мастеров” оставшихся защищать Рода дома. Пора с ним заканчивать. Подняв руку, Сасаки запустил в противника очередную технику, которую уставший “мастер” уже не смог ни блокировать, ни увернуться от неё.

На поместье они нападали с разных сторон, дабы упустить как можно меньше людей. Им бы это не помогло, если бы не техника Добрыкина в самом начале. “Великое землетрясение” было не совсем великим, но на территорию конкретно этого поместья его хватило. Буквально за несколько секунд пошедшая трещинами земля расколола фундаменты домов, перебила энерголинии, уничтожила туннели, по которым члены Рода должны были эвакуироваться. Некоторые строения покосились, некоторые развалились. Из множества турелей их встретили лишь те, у которых было автономное электропитание. Фактически поместье было разрушено после первой же техники, но ад… Ад начался, когда они пошли в атаку.

***

По большому счёту, мне не нужен был помощник. Очень сомнительно, что у Мейкшифтов остались дома “мастера”. Именно во множественном числе, так как с одним бы я справился в любом случае. Тем не менее было бы банально глупо игнорировать риски и уподобившись дебилу нестись на противника в одиночку. Да и лишняя пара рук не будет лишней. Именно поэтому я взял с собой Святова, вручив ему подавитель. Даже если его помощь не потребуется, хуже не будет. Тем не менее охрану особняка я уничтожал в одиночку. Практически в одиночку. Всё-таки Святов шёл позади и контролировал пространство на предмет чьего-либо побега. Ну и постреливал иногда. Для него было главным находиться относительно рядом, чтобы в случае мне не пришлось пинать противника слишком далеко.

С членами Рода Мейкшифт я закончил под утро. На самом деле, я не знал их всех в лицо, так что пшикал в лицо спреем вообще каждому, кого находил. Подавляющая часть людей в особняке спала, бодрствовала лишь охрана, но их было сложно спутать с членами Рода, и их я не трогал. Пожалуй, единственным человеком, который не спал, была какая-то старуха, перебиравшая бумаги за явно рабочим столом. Что ж, её я отправил в беспямятство ударом по затылку и лишь потом попшикал в лицо усыпляющим спреем.

Ну а потом я вернулся к Святову и отправил сигнал Щукину. Зачистка началась.

Охраны у Мейкшифтов было немного, шестьдесят человек – это вообще ни о чём. Пусть даже десяток из них в МПД. Скорее всего, большая часть их людей либо уехала с Дональдом Хейгом, либо сейчас охраняют объекты Рода и клана. В том же порту вполне могли нести охрану их люди. Но лично моё мнение – они уехали с основными силами на остров, всё-таки для охраны предприятий используются менее подготовленные люди. В общем, несколько десятков обычной пехоты, десяток тяжёлой и турели – вот и всё, что мне предстояло уничтожить.

Начал я с казарм, если так можно назвать двухэтажный домик. Тем не менее именно там со всеми удобствами расположились основные силы охраны. По уму, надо было начинать с отряда быстрого реагирования, который, в отличие от основной массы людей не только не спал, но и находился в полной боевой готовности, но так уж получилось, что этот отряд сидел как раз в казарме, точнее, в небольшой пристройке к ней. Ну и раз такое дело, то почему бы сначала не заминировать всю казарму целиком? На внешнюю охрану я пока не обращал внимания, так как среди них не было тяжёлой пехоты.

Взрывчатки я носил в пространственном кармане с запасом, так что не жмотясь раскидал её по всему зданию, не забыв пристройку отряда быстрого реагирования. После того как закончил с этим, вернулся к Святову.

– Ну, – присел я рядом с ним. – Открой рот, закрой глаза.

Рот-то он открыл, но явно для какого-то вопроса. В этот момент я и нажал кнопку, подрывая заряды.

Жахнуло так, что даже у меня на мгновенье уши заложило. Те, кто спал, погибли с гарантией, те кто не спал и были в защите… Короче, если там кто и выжил, то это тяжёлая пехота. Всё-таки “Уравнители” очень хорошие МПД тяжёлого класса. Глянув в сторону особняка, отметил, что там к чертям выбило все стёкла, да и внешний фасад самого дома со стороны взрыва изрядно повреждён.

– Вперёд, – произнёс я, после чего побежал в сторону суетящихся людей.

Осталось их, правда, немного. Десять человек на улице и ровно одиннадцать в доме. Со стороны уничтоженной охраны жизни я не чувствовал, зато к дому с трёх разных сторон бежали три очага разума. Похоже, выжившие “Уравнители”, которых отбросило взрывом. Это реально крепкие МПД, сам их использую. Точнее, не я, а мои люди, да и то в небольшом количестве, так как достать их непросто. Тем не менее, я не понаслышке знаю, что конкретно эта техника у американцев получилась на загляденье. Впрочем, бросив взгляд в сторону одного из МПД, обратил внимание на то, что он искрит, да и бежит как-то кривовато. То есть взрыв не прошёл для него бесследно.

Стоит ли описывать, как я убивал оставшуюся кучку охранников? Резня закончилась быстро, у оставшихся в живых и шанса не было. Всё, что у них нашлось против меня, это двое “учителей”… Повреждённые, но всё ещё работающие МПД тоже в расчёт брать не стоит – двоих из них уничтожил Святов, что говорит о повреждениях МПД, а не о силе Святова, последний МПД между делом уничтожил я. Ну а когда с охраной на улице было покончено, я отправился внутрь. Святов хотел со мной пойти, но тут я был категоричен – если уж предстоит убивать детей, то этот грех я беру на себя, а Святов пусть постоит в сторонке.

Естественно, охрана в доме никуда не делась. Более того, когда я закончил с внешней охраной, Чувство разума показало, что несколько огоньков направились в подвал. Естественно, мне это не понравилось, так как было слишком подозрительно. Пришлось действовать на пределе скорости, так как если они идут к подземному ходу, то я могу их и упустить, ибо такие ходы, как правило, секретные. Мало знать, в каком помещении он находится, ты его ещё найди попробуй. Так что, ломанувшись вперёд, перестал обращать внимание на тех, кто занял оборону. Одного мужчину, правда, пришлось убить, так как он находился у окна, через которое я собирался проникнуть в дом, но это не заняло много времени – буквально одна Молния и Сфера давления за спину.

Подземный ход находился в винном погребе. То ли банальность, то ли классика… В общем, когда я туда попал, шкаф с бутылками вина закрывался, но мне этого было достаточно – теперь я знал, какую стену ломать. Очередная Сфера и я влетел в туннель. Беглецы даже не успели уйти подальше – три секунды, и я с ноги ударил ближайшего ко мне охранника, нёсего на плече тело мелкого пацана. Шедший следом охранник остановился и, опустив ещё одного ребёнка на землю развернулся в мою сторону, чтобы тут же схлопотать удар в голову. Предыдущая цель умерла очень быстро.

В целом, никто из тех, кто пытался спасти шестерых детей не оказал заметного сопротивления. Чувство разума показывало, что оставшаяся наверху охрана спешит к нам, что, в общем-то, хорошо для меня – не надо будет самому за ними бегать. Четыре охранника, которые пытались уйти по подземному ходу, несли с собой пятерых детей. Трёх парней в возрасте от шести, до восьми и двух младенцев в переносной люльке. Фиг знает какого пола. После того как закончил со взрослыми, сжал зубы, вздохнул и выпустил по пуле в голову более взрослым детям. На душе было гадостно, но иначе было нельзя. Дети слишком взрослые, чтобы пытаться их взять к себе. А вот младенцы, к слову – совсем другое дело. Их как воспитаешь, такими они и будут. Хм. А ведь им можно разблокировать камонтоку, после чего мой Род увеличится на два человека…

Подумал. Подумал ещё раз. Вздохнул и повернулся в сторону выхода. Идея, конечно, интересная, но сначала надо закончить с выпилом остальных Мейкшифтов. А младенцы пусть здесь полежат, ничего с ними не будет.

– Сергеич, – связался с ним по рации.

– На связи, – ответил он.

– Похоже, кто-то хочет сбежать. Северная часть особняка. Две отметки.

– Принял, уже бегу.

Ну а я к этому моменту уже был у развороченного входа в туннель и встречал остатки охраны. Пять человек с жалкими пистолетами в руках. Впрочем, как выяснилось чуть позже, все они были “ветеранами” и пистолеты использовали наравне с бахиром. Пять человек со столь небольшим рангом да в замкнутом пространстве разве что в теории могли представлять для меня опасность, так что я, не особо торопясь, уничтожил их всех. Но даже не торопясь получилось очень быстро.

Ну а после пошла зачистка спящих Мейкшифтов. Работа крайне говняная. Нифига не благородная. Да и прямо скажем – ублюдская. Да, я не тяну на светлого героя, но таких в мире вообще мало. Как правило, основная масса людей – это серое нечто. Вот и я… Только иначе нельзя. Не получается по-другому. Я готов оставить в живых ненавидящего меня ребёнка, чтобы он вырос, набрался сил, и пришёл по мою душу. Я готов отвечать за свои поступки, готов щадить людей, просто чтобы на душе было чуть спокойнее. Но не в том случае, когда от моих действий зависят жизни близких. К чёрту моралистов, лучше я убью этих детей сейчас, чем они потом придут за детьми Казуки, за моими детьми, за нашими внуками, в конце-то концов. Брать их в Род я тоже не готов, не нужна мне настолько мощная часовая бомба в семье. Рано или поздно начнут мстить, особенно ребята постарше. Чёрт, да их с самых малых лет растят в ненависти к Аматэру. Это не Мизуки, у которой пощадили мать, и которая практически не знала отца. Да и Докья не воспитывали в своих детях ненависть к Кояма. Да и я, чёрт возьми, не Акено!

Я более трусливый…

– Добро побеждает только в сказках, – пробормотал я, пуская пулю в голову подростку лет шестнадцати.

Последнему Мейкшифту. Всё. Если не считать двух младенцев, которых я решил забрать себе, этот Род уничтожен. Вернувшись в подвал, забрал оттуда люльку с детьми, после чего направился к Святову. Свою цель он тоже уничтожил, ей оказались охранник с пацаном лет примерно пятнадцати.

– Держи, – протянул я ему люльку. – Пойду подожгу дом. Поставлю точку в этой истории.

– Может, не стоит? – спросил Святов, беря люльку в руки. – Давай уже свалим отсюда.

Обернувшись на дом, который освещало восходящее солнце, мотнул головой.

– Чем меньше следов мы оставим, тем меньше о нас узнают, – произнёс я. – Не волнуйся, я быстро.

На самом деле, Святов был прав, но мне хотелось сжечь это место к чертям. Как будто его и не было. Как и того, что я сделал. Понятно, что это бред, но…

Надолго я не задержался. Мне всего-то и надо было пройтись по дому и раскидать везде коктейли Молотова, запас которых я имел в подпространственном кармане. Набрал я их туда на всякий случай, без какой-то особой цели, и как показала практика – была бы палка, а кого ударить всегда найдётся.

Вернувшись к Святову, постоял с ним несколько секунд, наблюдая за полыхающим домом.

– Ну что, уходим? – спросил он.

– Да, – произнёс я. – Ухо…

Чувство разума я использовал бесцельно на автомате. Просто напоследок проверить окружающее пространство. И был несколько удивлён тем, что почувствовал два очага разума, на очень большой скорости приближающихся к нам с западной стороны.

– Что? – напрягся Святов.

– У нас гости, – ответил я. – Ждём. Надо проверить, кто это.

– Зачем? – спросил он напряжённо.

– Потому что простые люди сюда не приедут, – ответил я раздражённо. – Помолчи, у меня дурные предчувствия.

– Так может свалим? – спросил он, поправив люльку.

– Нет, – ответил я чуть подумав. – Чуйка говорит мне, что не стоит.

– Чтоб её, эту чуйку… – пробормотал Святов.

Тем не менее больше он не пытался меня увести отсюда. Мою чуйку он знает и то, что она не ошибается – тоже.

Прошло чуть больше минуты, и во двор особняка въехала легковая машина, из которой выскочил какой-то парень лет двадцати пяти и старуха… Даже примерно не знаю, сколько ей. Интересна она для меня была тем, что являлась азиаткой. Одета в тёмно-синее платье с глухим воротом, а её водитель и, судя по тому, что он держит нас со Святовым на мушке пистолета, охранник – в классический деловой костюм серого цвета.

Выбравшись из машины, охранник, как я и сказал, взял нас на мушку, впрочем, от старухи он не отходил ни на шаг, в то время как сама старуха, медленно шла в сторону полыхающего дома. Секунда, вторая – и вот её лицо искажается в беззвучном крике, а скрюченные пальцы тянутся к щекам. Не пройдя и пяти метров, она остановилась, продолжая смотреть на пожар. Старушка явно была в шоке. Я бы в неё выстрелил, да только охранник её мешал, встав между ней и нами. Ещё и полупрозрачный щит врубил. Точно не “ветеран”.

– Доставай инструмент, – произнёс я тихо.

– Принял, – ответил Святов, после чего встал на колено, кладя люльку на землю.

Одной рукой он навёл пистолет на одного из младенцев, а вторую, с подавителем, спрятал за люлькой.

В этот момент, старуха повернулась к нам. Давненько я не видел столь всепоглощающей ненависти на лице человека. При этом от старухи пыхнуло такой силы опасностью, что я даже засомневался, что она “мастер”. Правда рядом со мной Святов был, и чувство опасности могло реагировать и на угрозу его жизни. Смотрела старуха на нас тринадцать секунд, после чего развернулась и пошла в сторону своей машины, откуда вытащила… катану с очень длинной рукоятью и ещё одну палку. Правда, через секунду она соединила её с мечом, превращая оружие в нагинату.

Да кто она такая, чёрт возьми?

Крутанув нагинату, старуха что-то бросила своему спутнику, а тот, в свою очередь, начал с ней спорить. Старуха ответила, парень вновь что-то произнёс…

– Пошёл вон, я сказала! – услышали мы крик старухи.

Пара секунд неуверенности и парень с поклоном отошёл к машине. Не знаю кто он, но отпускать я его не намерен.

– Приготовься, – бросил я Святову, после чего сорвался с места.

Моментально набрав приличную скорость, начал делать Рывки из стороны в сторону. Мы же не хотим в какой-то момент врезаться в появившуюся перед носом стену? Право, лево, право, право, лево. Противники находились не так уж и далеко, так что добрался я до них очень быстро. Старуха то ли не могла успеть за мной, то ли не хотела кидать техники в сторону люльки, но, пока я перемещался, она только и крикнула:

– Быстрее!

Явно своему спутнику. А когда я с ней более-менее поравнялся, в меня полетело огромное воздушное лезвие. Размером с долбанный дом. Дури у старухи явно немало. Тем не менее поймать меня первой же техникой у неё, естественно, не получилось, а следующее мгновение я поравнялся с парнем, и бить она уже не могла. Если, конечно, не хочет и спутника на тот свет отправить.

Россыпь шаровых молний достигла парня за мгновение до моего удара. Тормозить было нельзя, так что я сразу взвинтил максимальный темп. Восемь Ударов, Толчок, Сфера давления, Рывок, ещё четыре Удара, Молния, два Удара, подшаг, Толчок в бок, Сфера давления, Рывок, Удар, Удар… всё. Последним хуком я просто сломал ему шею, чуть не оторвав голову нафиг. А в следующий момент мне вновь пришлось уходить Рывком, так как со стороны женщины в мою сторону полетела техника. Воздушный кулак. Низкоранговая техника, но если в неё влить побольше бахира, то она превращается в трёхметровое ядро сжатого воздуха. А вслед за этим я с трудом увернулся от пронёсшегося мимо меня полупрозрачного воина. А потом ещё одного. От третьего, уже зная к чему готовиться, легко ушёл Рывком. Стражи Фудзина – техника уровня “мастер” и “виртуоз”, но погано другое – это родовая техника Аматэру. Даже исполненная “мастером” очень опасна для “виртуоза”. Особенно если удачно подгадать, чтобы первый удар из трёх не попал в щит. Хотя в этом случае замешкавшемуся “виртуозу” трындец. Три таких удара никакой Стихийный покров не выдержит. Впрочем, не буду утверждать – мало ли какие монстры на свете живут?

Сделав очередной Рывок, чтобы уйти от чего-то похожего на Сеть Стрибога, только раза в три больше и падающей сверху, врубил отвод глаз. Ещё пара Рывков и я вплотную к старухе. Толчок, Рывок, Толчок… Рывок в сторону, так как вокруг женщины взметнулся небольшой торнадо. Подождать пару мгновений и вновь Рывок, сближающий меня с целью. В общем, допинать её до Святова было… труднее, чем того же Флеминга до Щукина, уж больно шустро она спамила различными техниками, активно крутя нагинатой. Тем не менее у меня получилось. Последний Толчок, и старуха, после недолгого перекатывания по земле, оказалась в зоне действия подавителя.

Выстрел!

Признаться, в первое мгновение я растерялся. А во второе мне стало страшно за Святова. Получившая пулю в голову старуха, медленно повернула в его сторону голову и произнесла:

– Не делай так.

Я думал, ему конец, но, видимо, два младенца под его рукой не дали ей ударить в ответ. Во всяком случае, сразу после выстрела, а потом я уже пришёл в себя и сделал Рывок, на выходе из которого от души пнул старуху, применив Толчок. Замерев возле Сергеича, который тоже был изрядно удивлён, смотрел, как женщина поднимается на ноги. Грёбаные бахироюзеры. В твоём возрасте в кресле каталке надо сидеть, а не с ведьмаком сражаться!

– Какого хрена?! – пришёл в себя Святов.

– Прерыватель, – ответил я коротко.

– Да что б её… – пробормотал он.

– Вали отсюда, – произнёс я, не спуская глаз со старухи. – Дети должны добраться до Японии.

– Син…

– Не заставляй меня кричать на тебя, – произнёс я спокойно. – Её нельзя упускать. А ты только помрёшь бесславно. Иди на точку два, дождись наших, а потом мчитесь сюда. Приказ ясен?

Ответил он после небольшой паузы.

– Сделаю, господин. Ты только продержись.

То, что она не “мастер”, было уже понятно. У “мастеров” масштабируемые удары не настолько мощные. Да и кто это, мне теперь понятно. Подозрения и так были, но теперь, после появления прерывателя…

– Продержусь, не волнуйся, – произнёс я, глядя на поднявшуюся на ноги старуху. – Всё, беги.

Она не нападала. Даже не смотрела на меня, провожая взглядом спину Святова. Точнее, люльку с детьми. Дождавшись, когда Сергеич отбежит подальше, медленно направился в сторону старухи. Подойти вплотную она к себе не даст, но мне этого пока и не нужно. Я хотел просто перекинуться с ней парой слов.

– Как же я вас ненавижу, – произнесла она с внешним спокойствием. – Весь ваш поганый Род. Вы несёте лишь боль и смерть этому миру.

– Именно ты стала причиной всего случившегося, – возразил я.

– Я лишь хотела независимости, – ответила она. – Всего лишь жить с тем, кого любила. Разве было сложно оставить меня в покое?

– Он умер не по нашей вине, – покачал я головой. – Это я тебе как глава Рода говорю.

– Ложь. Одна лишь ложь, – произнесла она без выражения. – Аматэру выродились настолько, что ложь для вас ничего не значит.

– Мне нет смысла тебе врать, – пожал я плечами. – Как и убеждать тебя в чём-то. Прерыватель ты украла тоже из мести? Не ври хотя бы себе – ты просто тварь и всегда ею была.

Выкрасть артефакт после изгнания она вряд ли могла, так что это случилось ещё в те времена, когда Азуна носила фамилию Аматэру.

– Да что ты, принятый, ублюдок дважды изгнанных, можешь знать о моей жизни? – процедила она.

Всё-таки смог я её зацепить. Да и насчёт прерывателя она не спорила.

– А разве мне это нужно? Ты предала Род задолго до смерти мужа, – произнёс я. – Именно ты гниль Рода, Азуна. Только ты виновата в своих невзгодах. И сегодня я поставлю точку в твоей истории.

– Жалкий мальчишка, – произнесла она презрительно. – Самомнению твоему нет предела. Ты бы мог погубить Аматэру, но я слишком стара, чтобы дожидаться этого. Сначала я убью тебя, а потом вернусь в Японию, где эта бесхребетная предательница и остатки твоего Рода на себе познают, почему боятся “виртуозов”. Прими мой суд, тварь. Ибо такова неизбежность.

И не дав мне ответить, взмахнула нагинатой.

Полетевший в меня воздушный серп пропахал землю, оставив после себя борозду в полметра глубиной, но меня, естественно, не задел, так как поймать готового к бою ведьмака довольно сложно. Так что да, я увернулся, но что делать дальше, не особо понимал. Понятно, что я буду долго и упорно бить старуху, но я и с Флемингом-то справился только за счёт подавителя. А как сейчас быть? При этом я не мог убежать. Я был обязан убить её здесь и сейчас. Если Азуна уйдёт, а потом приедет в Японию, Аматэру и правда придётся несладко. Партизанящий “виртуоз” – это то, чего я пожелаю только врагу. Даже если мы сможем быстро ликвидировать её, она в любом случае успеет нанести колоссальный урон Роду. Блин, да ей и надо-то подловить Казуки в школе. При этом свихнувшейся старухе, которая всё потеряла, в общем-то плевать, в какой школе. И сколько детей аристократов погибнет после её атаки. Хотя нет. У нас же будут младенцы, так что потеряла она не всё…

В общем, отступить я не могу. Осторожный партизанящий “виртуоз”, это, пожалуй, похуже отчаявшегося. Так что остаётся лишь тянуть время. Час минимум.

Что ж. Поехали. Первым делом надо лишить её нагинаты. Техниками она, конечно, не перестанет кидаться, но может, хоть не будет этого делать с такой умопомрачительной скоростью. Серьёзно, меня гоняли, словно, нашкодившего щенка, а я не то чтобы не мог к ней подобраться, я просто не мог задержаться рядом с ней достаточно долго. Она создаёт техники слишком быстро.

Прорвавшись к противнице сквозь шквал серпов, сеток и воздушных кулаков, начал её бить с таким расчётом, чтобы она выпустила нагинату, но эта дрянь держала оружие очень цепко. Ну а после тройки секунд вокруг неё взвился вихрь, от которого я предпочёл уйти Рывком. А потом тем же Рывком вновь вернуться, чтобы тут же почувствовать опасность и… На этот раз я врубил Воздушную сферу и продолжил бить. Блин, словно танк руками избиваю. Броня мнётся, но самому танку на это как-то плевать. О, танк! Отпрыгнув от старухи, отклонился назад, уходя от лезвия нагинаты, после чего ударил Молнией прямо в древко оружия. Я танковую броню этой молнией разрезал, что мне какое-то древко нагинаты?

Взмахнув по инерции огрызком оружия, Азуна с раздражением глянула на то, что осталось от нагинаты. В этот момент я понял, что она явно не воин. Просто очень хорошо тренированный боец. Кто ж во время смертельной схватки отвлекается на такую мелочь как сломанное оружие? Собственно, за это она и поплатилась – вновь сблизившись со старухой, начал осыпать её ударами. И, судя по всему, оружие действительно помогало ей, так как отреагировала она заметно позже обычного. Да и явно растерялась, так как использовала Воздушный столп, который совсем недавно уже показал свою неэффективность против меня.

Сжавшись и закрывшись руками, она продолжала терпеть мои удары – наверняка что-то готовила. Подбив ей ногу, заставил потерять равновесие, после чего использовал Толчок и сразу за ним Рывок. Молния, две Сферы давления разом, ещё одна Молния в улетающее от взрыва тело. Рывок, три удара ногой, Рывок назад, так как чувство опасности взвыло… Вот тут-то я и совершил ошибку, но меня понять можно – и с “виртуозами” я сражаюсь не часто, да и техники, которая она использовала, не знал, пусть она и примитивная с виду. В общем, прямо лёжа на земле, Азуна создала ударную волну, кольцом расходящуюся от неё. Не настолько быструю, чтобы я не успел среагировать, но всё-таки далеко не медленную. Проблема была в том, что уйти от этой волны я стандартам Рывком не мог и передо мной встал выбор – либо активировать Воздушный купол, либо уходить в Скольжение. Последнее тратить не хотелось, так что я воспользовался своей лучшей защитой. Только вот “виртуозы” – те ещё монстрики, да и техника, несмотря на свою внешнюю примитивность, оказалась очень мощной. Настолько мощной, что мою защиту снесло нафиг, а вслед за этим я на своей тушке почувствовал каково это, когда тебя сбивает грузовик. Хорошо, на мне пилотный комбинезон был.

В общем отнесло меня метров на сто и чувствовал я себя после приземления… гадостно. Часть внутренних органов повреждена, но легко, да и залечивать повреждения я начал мгновенно, а вот два сломанных ребра так быстро не залечить. С костями вообще всё небыстро. Просто, но небыстро.

– Вот же ж, сука… – процедил я тихо сквозь зубы.

Что это вообще было? С виду простая ударная волна, но сила…

Впрочем, раздумывать мне не дали. Почувствовав опасность, слегка замешкался. Сначала хотел уйти назад, потом в сторону, но чуйка твердила, что это опасно, так что пришлось уходить в Рывок прямо вперёд. И ещё раз вперёд.

– Живучая ты тварь! – встретила меня Азуна.

За спиной бушевали полноценные, пусть и небольшие торнадо. Три штуки. Да ещё и слегка перемещались. Шлем я не надевал, поэтому ничто не заглушало воя ветра и треска деревьев. А ещё я словно в эпицентр вьюги попал. За пеленой снега было мало что видно. Но это мне. У меня не было “доспеха духа”, который защищал юы глаза от снега.

– Дело привычки! – ответил я, перекрикивая вой ветра.

После чего отвёл ей глаза и сразу ушёл в сторону. Несколько секунд, и на моей голове шлем. Я уже хотел было вновь на неё напасть, но тут эта тварь вновь использовала свою ударную волну. Только на этот раз я не стал жмотиться и совершил Скольжение в её сторону. Если так и дальше пойдёт, то я сам себя Скольжением убью. Мне край как важно не давать ей сосредоточиться, чтобы она не могла создавать эти ударные волны в будущем.

А дальше я просто избивал её, постоянно перемещаясь, а во время перемещений использовал отвод глаз. Она явно поплыла, не успевая реагировать на мои атаки. Да, Азуна огрызалась, но низкоранговыми техниками, которые могла создать очень быстро и которые не требовали от неё какой-то сосредоточенности. Эти техники по-прежнему были для меня опасны, так как бахира она в них вливала от души, но я их знал. Знал, как реагировать. Да и сама Азуна явно имела очень мало опыта реальных схваток насмерть. Что подтвердилось через семь минут, когда я немного увлёкся и вместо того, чтобы чередовать различные удары, валяя её по всему полю боя, на несколько секунд сосредоточился лишь на ударах руками. Быстрых, мощных, но простых и прямолинейных. В общем, в какой-то момент вокруг нас грохнуло и в стороны ушла та самая ударная волна. Я даже остановился на пару секунд.

– Дилетантка, – бросил я, продолжив её избивать.

Серьёзно, не знать, как работает твоя собственная техника!.. У меня на неё даже чуйка не сработала. Оказывается, ударная волна идёт не от пользователя, а начинается в паре метров от него. То есть находясь вплотную к Азуне, я больше могу не опасаться вновь улететь в далёкие дали. Ну и Скольжение использовать нет нужды. Ну а дальше избиение продолжилось. Я уж было подумал, что либо подмоги дождусь, либо сам её до смерти изобью, но как всегда в такие моменты, сработал закон Мерфи. Видимо, Азуна поняла, что ей, несмотря на всю её мощь, просто не удастся меня подловить. И опыта не хватит, да и без своего оружия она тот ещё боец. В общем, она решила пойти ва-банк. Поставить на кон свою защиту против моей ловкости и живучести. Признаю, я не сразу понял, что происходит. Ну появилось в стороне торнадо, ну появилось ещё одно. Чувство опасности сигналило о том, что происходит что-то ненормальное, но в целом ситуация была терпимой. Я был уверен, что справлюсь. Не всё так страшно. А потом появилось ещё одно торнадо, а вслед за ним – четвёртое. Находились они от нас довольно далеко, но вот того, что выстроились торнадо в виде квадрата, я уже игнорировать не мог. Проблема была в том, что я не знал, что происходит. Не знал, как реагировать, зато помнил о ударной волне, которая запрещала мне удаляться от Азуны дальше пары метров. Короче, я попался. В тот момент, когда старуха вцепилась мне в ногу, чуйка заверещала благим матом, но самое страшное было в том, что я до сих пор не понимал, что Азуна делает.

– Выкуси, ублюдок! – выкрикнула она, крепко держа мою ногу.

И в этот момент, квадрат замкнулся. Все четыре торнадо соединились полупрозрачной стеной, а внутри этого… строения, ветер превратился в воздушные серпы.

Просматривая информацию про техники имеющиеся у Аматэру, я, признаться, не обращал внимания на Родовые. Всё-таки я искал информацию по тем техникам, которые могут использоваться против меня. И пусть внимания я на них не обращал, одним глазком всё же смотрел, по большей части из интереса, но общий список был большим, да и не один он был, так что к тому моменту, когда пошли высокоранговые Родовые техники, я уже просто быстро читал их название и как они выглядят. То есть в данном случае, я знал, как выглядит Темница семи ветров, но понятия не имел, как она формируется. Эта информация шла в разделе “подробности”. Так вот, это была Родовая техника. Уровня “мастер” и “виртуоз”. Техники “виртуоза” Азуне вряд ли кто-то давал, а вот “мастера”, как выяснилось – очень даже. Впрочем, здесь нет ничего удивительного – Азуна была гением и обучали её как следует. Но это другая тема. Сейчас важно то, что я узнал технику, которую применила старуха. В последний момент, когда уже был пойман ею. И техникой и Азуной. Вырваться из хватки старухи ничего не стоило, но это время. Секунда, две… да, примерно пара секунд, всё же она “виртуоз”, а это в том числе и сила. Так что вырваться мгновенно у меня не получалось, в то время как сотни мелких серпов ветра уже летали внутри Тюрьмы. Причём летали хаотично, увернуться от такого очень сложно. Так в ближайшие несколько секунд, этих серпов станет тысячи. У меня тупо не было времени, чтобы вырываться, вот я и ушёл в Скольжение. На автомате. С одной лишь мыслью – вырваться. Да, я испугался, признаю, из-за чего и сделал ошибку, надо было совершать Скольжение на максимальное расстояние в любую сторону, я же переместился всего на три метра. Просто чтобы выбраться из захвата Азуны. И это было второе Скольжение, а чтобы выйти за пределы Темницы, мне нужно сделать его ещё как минимум два раза.

Дерьмище.

Из Темницы я, конечно, выбрался, лезвия из ветра просто не успели стать настолько смертоносными, чтобы пробить Воздушный купол, но из-за собственной ошибки, из-за ряда собственных ошибок, я в пустую использовал три Скольжения, что не лучшим образом отразилось на моём состоянии. Так ко всему прочему, когда Азуна поняла, что я выбрался, эта тварь просто отменила технику. Не то чтобы я надеялся, что всё закончится вот так просто, но всё же было обидно. Темница била абсолютно любого, кто окажется внутри неё, в том числе и создателя, но вот то, что создатель может отменить её в любой момент, было для меня новостью. Нет, ну кто же знал, что Родовые техники Аматэру, когда-нибудь будут применяться против меня? Мне в тот момент очень материться хотелось.

В итоге мы вновь стояли друг напротив друга, правда на этот раз на довольно приличном расстоянии. Я, внешне совершенно не пострадавший, и Азуна, тяжело дышащая, в истерзанном серпами её же техники платье. При этом она могла сражаться ещё долго, а вот я… Ладно. Продержусь.

Подходить к старухе я не спешил – у неё было более чем достаточно времени, чтобы подготовить ту технику с ударной волной. То есть чтобы подойти к ней вплотную, мне в любом случае придётся применить Скольжение. Пятое за этот бой. Остаётся надеяться, что она посчитает его бесполезным против меня. С другой стороны – вряд ли эта техника будет ей стоить много сил, так что использовать её просто на всякий случай, она вполне может. При всём при этом, между нами было достаточно большое расстояние, чтобы она… ну да, создала эти грёбаные торнадо.

Сорвавшись с места, сделал пару Рывков, уходя из зоны действия появившегося позади торнадо, после чего отвёл ей взгляд. Это было единственным способом подойти к ней вплотную, не используя Скольжение. Сразу бежать к старухе я не стал – по логике она должна немного подождать и применить технику ударной волны. И она её применила, только нестандартно, вновь удивляя меня. Дело в том, что ударная волна неожиданно замерла, остановившись в шестидесяти метрах от неё, образовав купол из полупрозрачной плёнки. И я в душе не имел, что это и как мне теперь действовать. Впрочем… Достав из подпространства пистолет, выстрелил в сторону купола. И ничего не увидел. Во всяком случае, купол никак не отреагировал на пулю. Поменяв пистолет на “Чиж” вновь пальнул в купол. Заряд плазмы не в пример заметнее маленькой пули, так что на этот раз я чётко видел, как ярко светящийся шарик плазмы просто прошёл сквозь марево купола. Он что, не защитный? Да что это такое, чёрт возьми!

– Ха-а-а… – выдохнул я тяжко. – Мать твою, Аматэру…

Придётся идти. Или подождать? Мне-то главное помощи дождаться, а там её тупо шапками закидают. Все мои сканирующие навыки показывают, что она стоит в центре купола, хоть и полупрозрачного, но пространство размывает достаточно сильно, чтобы было сложно рассмотреть, что внутри. Надо просто подождать. Время играет на моей стороне. Рано или поздно либо она снимет купол, либо ко мне придёт подмога. Идти вперёд просто нелогично. Я, в конце-то концов, банально устал. Тело болит и просит постоять ещё немного. Мне некуда торопиться. Я вообще могу стоять под отводом глаз сколько угодно, мне главное – задержать её здесь до подхода Щукина и компании. Даже драться не обязательно, просто пинать её обратно, если она решит свалить. Это логично. Это правильно. Смертельный риск мне не нужен, задержать я её и без риска могу. Хватит играть в тупого героя. Идти вперёд нелогично. Не логично… В этом нет логики. Надо просто…

Опустив голову, посмотрел на свою ладонь. Мне даже в кулак её сжимать непросто. Я слабак. Меня достал этот грёбаный мир с его грёбаными монстрами. Я из кожи вон лезу, а могу лишь сдерживать древнюю старуху. Абсолют, чтоб его…

Сжав руку в кулак, поднял голову, посмотрев в сторону Азуны. Как я могу мечтать о бое с божеством, если в самом начале споткнулся о какого-то там “виртуоза”. Причём даже не воина. Я не могу победить обычную выжившую из ума старуху. Боже, как же это бесит! Бесит это бессилие! Она создала какую-то хрень, а я тут же поднимаю руки и сдаюсь. Долбанный, мать его, Абсолют! Да пошло оно всё. Я грохну её. Тварь, что чуть не стала причиной смерти моего Рода. Порву, как тузик грелку. Отрублю её поганую голову. И мне плевать, какой у неё там ранг!

– Ну давай посмотрим, кто здесь самый крутой, – произнёс я сквозь зубы, делая первый шаг в сторону своей жертвы. – Эта история закончится здесь.

Я шёл вперёд. Возможно, на смерть, но мне не привыкать. Если придётся пообщаться со смертью, чтобы убить эту женщину, я пообщаюсь. И будь я проклят, если стану лебезить перед костлявой. “Виртуоз”, боги, Смерть, каждый из них получит от меня удар в челюсть. А там будь что будет.

Несмотря на свою злость, терять бдительность я был не намерен. Подойдя к куполу, я сначала бросил в него снежок. Ничего. Комок снега просто прошёл сквозь купол. Осторожно коснулся пелены пальцем. И вновь ничего. Только после этого я, всё ещё осторожно, прошёл сквозь купол, и лишь благодаря ожиданию какой-нибудь гадости успел среагировать на пущенную Азуной ударную волну. Этот гадский купол, похоже, у неё в качестве сигналки работает! Из Скольжения я вышел примерно в двадцати метрах от Азуны и тут же сделал Рывок в её сторону. Всё, теперь не вырвешься.

Не скажу, что именно злость придала мне сил, но что-то во мне точно сломалось. Что-то... напрягающее. Как будто я сбросил с себя пояс, весящий пару килограмм. Я привык к нему, не замечал этот маленький вес, но он меня подспудно напрягал. Забавно, но я шёл бить Азуну, испытывая злость и пофигизм одновременно. Казалось бы, такое несочетаемо, но вот… как-то так. Я определённо стал немного сильнее. Во всяком случае, теперь стандартные Удары доставляли Азуне заметно больше проблем. Только вот в тот момент мне на это было плевать. Именно в тот момент посторонних мыслей в голове не было.

Я избивал старуху всеми возможными мне способами, не забывая валять её по всему полю, точнее, тому, во что превратился двор особняка Мейкшифтов. Валял её по земле, бил ногами, пытался свернуть челюсть, жёг Молниями, взрывал Сферами давления. И не чувствовал ни грамма смущения. Она не была для меня старухой или женщиной – это был враг, которого надо уничтожить. И она явно сдавала. Огрызалась, как могла, но ничего серьёзного уже не показывала. Тем не менее под конец боя Азуна в очередной раз смогла меня удивить. После очередного удара Воздушной стеной старуха отлетела в сторону, а я, как и до этого, сделал Рывок, держась к ней как можно ближе. И вот когда я поднял ногу, чтобы впечатать её голову в землю, моё чувство опасности снова заверещало. Только на этот раз я не замешкался, сделав то единственное, что казалось мне в тот момент правильным – сделал Скольжение строго вверх. Оказавшись в сорока метрах над землёй – а это высота примерно пятнадцатиэтажного здания, если что, увидел под собой поле из двухметровых сероватых лезвий, среди которых находилась Азуна. С моей позиции было не видно, пострадала ли она, но с её рангом – вряд ли. А потом, то есть почти сразу после появления, лезвия взорвались на десятки тысяч лезвий поменьше, которые просто погребли под собой Азуну. Мда. Такое Воздушный купол мог и не выдержать.

К сожалению, падать с такой высоты – это не тоже самое, что лететь вдоль земли, особенно если ты при этом ещё и кувыркаешься по этой земле. Не та скорость, не то ускорение. Я, конечно, крутой ведьмак, но, спрыгнув с пятнадцатиэтажного здания, да ещё и после пяти Скольжений, – особенно после пяти Скольжений, – с высокой долей вероятности просто отброшу копыта. Так что мне пришлось в очередной, уже шестой раз делать Скольжение.

Появившись в двух метрах над землёй, неуклюже приземлился на ноги. Мне было очень паршиво в тот момент. Болело вообще всё. А ведь импульса смерти от Азуны не было, так что надо собрать остатки сил. Найдя взглядом старуху, немного расслабился – ей сейчас было гораздо хуже, чем мне. Она лежала на снегу в изодранном платье и вся в крови. Правого уха и правого же глаза у неё не было. Тело подрагивало, а изо рта шла кровь. Правая нога болталась на куске кожи.

– Будь… кха-кха… ты… проклят… Тварь! – выдавила она из себя.

– Ты кое-что забыла, – сказал я, доставая катану. – Я Аматэру. На меня не действуют проклятья.

Думаю,меч, опускающийся на её шею, она так и не увидела.

Эпилог

Они нашли его сидящим на остатках забора — с виду целым и невредимым, но судить по пилотному комбинезону и шлему трудно, когда твой господин может в буквальном смысле вредить себе своими же техниками.

– Какого демона он сидит в шлеме? – спросил Сасаки.

И это был правильный вопрос. Если бой закончился, а судя по тому, что они видели вокруг, бой был жарким, то почему он ещё в шлеме?

— Син, – позвал Щукин, когда их компания подошла ближе. — Ты как? И где “виртуоз”?

Святова с младенцами они брать с собой не стали. Нечего ему тут делать.

– Крайне паршиво, — ответил юный господин. – А старуха там, – слегка кивнул он вбок.

Посмотрев в сторону, куда указывал господин, Щукин никого не увидел.

– Вон, – указал Райт на тёмное пятно за спиной парня. – Ты ей что, голову отрубил? Сурово.

Переведя взгляд, Щукин увидел то, о чём говорил американец. Безголовое тело в луже крови. Голова лежала рядом.

— Она и правда была “виртуозом”? – спросил Щукин.

-- Была, – ответил господин. Так и не подняв головы. – Только воин из неё так себе. Она толком и драться-то не умела. Техники заучила, а применять их грамотно не могла. Цветок она комнатный, а не боец.

– Но тебя она, судя по всему, потрепала, – усмехнулся Райт.

Подняв наконец голову, господин посмотрел на Райта.

– Ты меня тоже потрепал бы, – произнёс он. – И что? На том свете тебе бы это радости не принесло.

– Тихо, тихо, – поднял тот руки. – Мы не враги, помнишь?

– Щукин, – повернул к нему голову господин, – Помнишь, каким я был в Малайзии после Флеминга?

– Помню, – ответил осторожно Щукин.

– Ну так забудь, – произнёс господин. – Я сейчас гораздо злее.

– Ты чего в шлеме-то? – спросил Райт вздохнув.

– Да заткнись ты уже, – процедил Щукин.

– Стыдно мне, – произнёс господин, поднимаясь на ноги. – Отделает тебя старуха – и тебе стыдно будет. Всё, старичьё, пошли отсюда. Стоп. Что по вашей миссии?

– Род Хейг уничтожен, – ответил Щукин. – Там вообще всё и вся уничтожено.

– Ну и отлично, – повёл господин плечом. Сделал он это осторожно, явно испытывая неприятные ощущения. Подняв руку, в которой держал… прерыватель, господин пару секунд помолчал, глядя на артефакт. – Миссия завершена. Возвращаемся домой.

***

– “Виртуоз”? – оторвался от доклада Спенсер Тарворд.

– Во всяком случае, так говорят специалисты, которые осматривали место боя, – пожала плечами его сестра.

– Ну надо же… – пробормотал он. – И почему она проходит по нашим бумагам как Слуга Рода Хейг?

– Я аналитик, Спенсер, а ты спрашиваешь о данных разведки, – ответила она раздражённо. – Откуда мне знать, почему они решили именно так?

– Хм. Ладно. С этим потом разберёмся, – произнёс он задумчиво. – Знаешь… Думаю, надо отменить план “А”. Не хочу я ссориться с Патриархом такого уровня.

– План “Б”? – уточнила Элиза.

– Да, – подтвердил Спенсер. – Отныне мы белые, мягкие и пушистые.

– Как скажешь, – покачала она головой.

– Заодно и поставки печенек не прервутся, – заметил между делом Спенсер.

– По-моему, Аматэру был прав – ты рехнулся с этими печеньями, – поморщилась Элиза.

– Ты просто их не пробовала, – мягко улыбнулся Спенсер.

– Наркотиками не балуюсь! – отрезала сестра.

***

Сидящий за рабочим столом человек размеренно стучал себя по голове стопкой бумаг. А когда ему это надоело, с силой опустил их на стол.

– Ведьмак, который убил “виртуоза”, – произнёс он внешне спокойно, после чего посмотрел на стоящего рядом Байхо. – Вот теперь у нас, кажется, проблемы.

– Мне его убить? – спросил Байхо.

– Ты… – прикрыл человек глаза. Этот тип уже достал его с этим вопросом. – Удивительно настырное существо. Когда придёт время, я дам приказ, и ты его убьёшь. А пока оно не пришло… Отвали уже от меня, маньяк долбаный!

***

Сидящий за рабочим столом глава Рода Чакри разбирал корреспонденцию. Естественно, прошедшую через Секретариат. В ином случае, писем было бы просто неприличное количество.

– Хм, – прочитал он адресанта на одном из конвертов, после чего заинтересовано его вскрыл и вчитался в текст письма. – Даже так? Что ж, я принимаю твой вызов, Кояма Кагами.

Послесловие @books_fine

Эту книгу вы прочли бесплатно благодаря Telegram каналу @books_fine.

У нас вы найдете другие книги (или продолжение этой).

А еще есть активный чат: @books_fine_com. (Обсуждение книг, и не только)

Если вам понравилось произведение, вы можете поддержать автора наградой, или активностью.

Страница книги: Книга десятая - Без масок

Content

Николай Метельский
Книга десятая - Без масок

***

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Эпилог

Послесловие @books_fine