Матильда Старр

Терпкий вкус соблазна

Глава 1

Ненавижу вечеринки.

Да, понимаю, большинство людей их просто обожает. И даже догадываюсь, почему. Во-первых, отдыхать – не работать. А во-вторых, это ведь отличный способ выгулять наряды, посмотреть на других, показать себя.

Только вот я ни смотреть других, ни показываться им не желаю. Лучшее место для меня – за моим компьютером, где я творю всякое рекламное волшебство. Ну еще за мольбертом или с карандашом и бумагой в каком-нибудь укромном уголке.

Когда речь идёт о мире цветов и линий, света и теней – я оживаю. Там я словно у себя дома. А вот в реальности – гость. Причем такой гость, который неуклюже шутит, задевает локтем чужую тарелку, а к концу вечера спотыкается и разбивает любимую статуэтку хозяина.

Но на эту вечеринку я вынуждена была пойти. Юбилей корпорации, который празднуется так широко, что туда пригласили не только больших боссов и боссов помельче, но даже таких мелких сошек как я. И прогулять не было никакой возможности. Вернее, можно было сказаться больной или сослаться на какие-нибудь важные семейные дела… Только моей карьере это точно бы не помогло.

Для таких одиночек, как я, построение карьеры вообще штука сложная. Не так уж и давно я работаю на корпорацию, но уже дважды мои идеи оказывались где-то на задворках. И не потому, что они были плохи. А потому, что коллеги-соперники могли представить свой проект ярко и зажигательно, а я могла только листать картинки презентации и сходить с ума от ужаса под многочисленными взглядами.

А если ещё и не ходить на такие мероприятия, то можно и вовсе дождаться момента, когда про меня все забудут, а моё место за перегородкой в углу порастёт паутиной.

В общем, сегодня я, собравшись с силами, вышла в свет. Долго продумывала наряд. В таких случаях одежда значит ничуть не меньше, чем обмундирование воина, собирающегося на битву. Оденешься слишком скромно – так и пробудешь никем не замеченная, в том числе и начальством. Слишком ярко – сочтут вульгарной.

Я провела не один час, подбирая выходной наряд, потом – делая причёску, потом пытаясь угадать, сколько макияжа уместно для такого случая. В общем, к тому времени, как под всеобщие аплодисменты на сцену ресторана вышел владелец компании мистер Бейкер, я была вымотана до предела.

Торжество уже казалось мне адом. Туфли были слишком тесными, а вечернее платье кололо спину, так что даже сидеть на месте было трудно.

Но конечно же я вместе со всеми поднялась поприветствовать Биг Босса аплодисментами. Потому что не подскочить в порыве восторга – это было бы некорпоративно… Впрочем, мне и самой любопытно было взглянуть на него. Раньше ведь такой возможности не было, у нас всем заправлял мистер Клиффорд, а Биг Босс в наш отдел ни разу не заходил.

Я взглянула – и засмотрелась.

Наш столик был далековато от сцены, и всё же мне удалось хорошо разглядеть Кристиана Бейкера. Статная фигура, широкие плечи, сильный подбородок и взгляд успешного, уверенного в себе дельца.

Последние две недели наши как раз просматривали десятки, сотни моделей-мужчин для образа преуспевающего бизнесмена. Я усмехнулась – неудивительно, что мы до сих пор никого не нашли. Идеальный образец предпринимателя сейчас стоял на сцене и приветствовал своих сотрудников. И голос его звучал так приятно и уверенно, что сразу становилось понятно: наша компания в надежных руках.

Почему-то на какое-то мгновение тоскливо засосало под ложечкой, и промелькнула мысль, которой я от себя не ожидала. Что таких красавцев девушка вроде меня только и может увидеть вот так – со сцены. Ну еще, пожалуй, на фото в газетах и журналах.

Я метнула взгляд на столик у самой сцены, где сидела миссис Бейкер. Сногсшибательная брюнетка с фигурой модели и бриллиантами в глубоком декольте. Да уж, таким и правда достается все лучшее, – с непонятной горечью подумала я.

Эта горечь удивила даже меня саму. Откуда? Я никогда не мечтала о принцах. Не верила, что кто-то из царственных особ может обратить на меня внимание. Но дело не только в этом.

Вообще-то я состою в отношениях. Два месяца назад мой парень Майк переехал ко мне, и в целом мы счастливы. Ну, почти счастливы. В общем, счастливы настолько, насколько это возможно в реальной жизни, а не в дурацких романтических фильмах и любовных романах. Да, он не приносит мне шикарные букеты цветов, мы не летаем в Милан только для того, чтобы сходить на оперу и вернуться домой. Но в целом у нас хорошие отношения. Ровные. А в сумасшедшие страсти, которые любовные фильмы и книги преподносят нам как эталон, я не верю.

Тогда откуда эти странные мысли? Не знаю… Возможно, дело в бокале шампанского, который мне пришлось выпить, чтобы не прослыть странной. Вообще-то я не пью алкоголь. Да-да, пожалуй, дело именно в нём.

Зал ресторана взорвался аплодисментами, когда Биг Босс закончил говорить, и на сцене появился первый певец.

– Шер, пойдём потанцуем? – рядом со мной нарисовался босс нашего рекламного отдела мистер Клиффорд.

Моложавый мужчина немногим за сорок, он гордился своей отличной формой и старался подчёркивать, что молод душой. Игриво шутил с девушками отдела, несмотря на то что был давно и основательно женат. Он явно выпил далеко не бокал. И не шампанского, а чего-то покрепче. Так что его глаза блестели каким-то особым блеском. Сальным, неприятным.

Его рука оказалась у меня на талии, ещё до того, как я успела что-либо ответить.

– Простите, мистер Клиффорд, но я не хочу. Я не танцую, – сказала я максимально вежливо и сделала осторожный шажок назад, стряхивая его руку с себя.

– Ну что ты, Шер, тут же неформальная вечеринка, так что зови меня просто Джефф.

– Спасибо… Джефф, за приглашение, но я не люблю танцевать.

И снова я старалась быть предельно вежливой, хотя единственным моим желанием было сделать не один, а несколько шагов назад. Начальство явно переборщило и с виски, и с парфюмом, так что находиться в «ауре» его аромата было неприятно.

– Шер, детка, – он сделал ещё шаг ко мне и наклонился к уху. – Если ты хочешь сделать карьеру в нашем отделе, тебе следует быть поприветливее.

Я вскинула на него удивлённый взгляд. Что, чёрт возьми, он вообще имеет в виду?

– Если ты внимательно посмотришь по сторонам, – продолжал он, – то заметишь, что далеко не все твои коллеги оказались на этом празднике. Меня попросили порекомендовать самых, так сказать, перспективных.

А ведь и правда! Из всего нашего огромного рекламного отдела на этой вечеринке едва ли наберётся десять человек. И никто из них не занимает в нашей офисной иерархии такой низкой позиции как я. Это значит, он меня пригласил для того, чтобы…

– И я считаю тебя чертовски перспективной… – Теперь он стоял так близко, что буквально нависал надо мной.

– Извините, мне нужно в дамскую комнату, – сбиваясь, сказала я, изо всех сил борясь с желанием обрушить свою сумочку на голову этого похотливого самца. – Я… я скоро.

Я пулей вылетела из зала и рванула в женский туалет. Несколько минут простояла, прижавшись к стенке и судорожно соображая, что делать. Разумеется, я не собиралась танцевать с этим самодовольным павианом. Если бы я это сделала, завтра оказалась бы главной новостью в нашем офисе. И никого бы особо не волновало, что произошло на самом деле после этого танца – всё остальное они придумали бы сами.

Да даже не в сплетнях дело. Любезничать с ним я точно не собиралась!

Возвращаться в зал я не хотела. Вместо этого прошлась по холлу ресторана, заметила, что на стенах висят картины. Нет, конечно, не шедевры – но вполне добротные работы, некоторые даже весьма интересные.

Я засмотрелась сначала на одну, потом на вторую… Потом увидела ещё одну чуть дальше в конце коридора, а за ней ещё… что ж, рассматривать картины – это, конечно, куда интереснее, чем торчать на том мероприятии. Тем более в обществе Клиффорда! Звуки музыки доносились сюда будто издалека и совсем мне не мешали.

Пожалуй, я нашла свое место на этом празднике.

И вдруг в этой почти тишине раздался раздражённый мужской голос.

– Клэр! Твою мать, Клэр! Кто, чёрт возьми, дал тебе порошок?

Этот голос показался мне знакомым.

– Крис, милый, не будь таким занудой. Смотри, как тут красиво! Давай потанцуем? Почему ты никогда не хочешь со мной танцевать? Ну же, вот так! – Девица что-то запела, громко и фальшиво. Судя по всему, она была под веществами.

– Заткнись, Клэр, – устало шикнул на неё мужской голос. – Ещё не хватало, чтобы сюда сбежалась толпа народу. Ты хоть понимаешь…

В этот момент парочка, которую я слышала, появилась из-за поворота и разве что не налетела на меня.

Я попятилась и застыла, не очень представляя, что теперь делать. Эта картинка явно не предназначалась для моих глаз.

Красавчик и уверенный в себе бизнесмен, владелец нашей компании Кристиан Бейкер был взбешён. А на его плече то ли висела, то ли лежала совершенно никакущая миссис Бейкер – та самая ослепительная красотка в бриллиантах, которая какой-то час назад блистала рядом с ним.

Сейчас она выглядела точно не блистательно.

Бейкер удостоил меня недобрым взглядом сквозь прищур.

– Журналистка? – спросил он. – Ищешь, чем поживиться?

Его тон был настолько жестким и властным, что я тут же стала торопливо отчитываться.

– Нет. Я не журналистка. Я работаю у вас в компании. В отделе рекламы…

Он еще некоторое время сверлил меня взглядом, словно бы о чём-то раздумывая.

– Надеюсь, ты умеешь держать язык за зубами?

Я кивнула. Вряд ли существовал другой правильный ответ.

– Тогда слушай внимательно. Сейчас ты выйдешь из ресторана, найдёшь мою машину, чёрный Бентли. – Он назвал номер, который я постаралась запомнить. – Скажешь водителю, чтобы подъехал к служебному выходу. А потом вернёшься в зал и будешь веселиться, а не шнырять по углам. Это понятно?

– Да, мистер Бейкер, – коротко сказала я.

В этот момент его ноша встрепенулась и заговорила визгливо и неприятно:

– Крис! Какого чёрта ты разговариваешь с этой шлюхой? Пусти меня! Я выдеру её жалкие волосёнки…

– Заткнись, Клэр. – тихо сказал он. – Лучше заткнись. – Затем снова обратился ко мне: – Ну, что стоишь?

Я повернулась и припустила к выходу, спотыкаясь на дурацких неудобных каблуках, точно не созданных для того, чтобы на них бегать.

– Стой, – вдруг сказал он.

Я остановилась и недоумённо на него посмотрела.

– Извини за это всё, – он кивнул на свою жену. – И забудь всё, что ты видела и слышала.

– Уже забыла, – сказала я и направилась в указанном направлении.

Глава 2

Мне чертовски не хотелось возвращаться в зал. Но сбежать, никому ничего не сказав, было бы тоже нехорошо. Некорпоративно. Пожалуй, зайду, коротко со всеми попрощаюсь, пожелаю отличного вечера и исчезну, ещё до того, как гнусный павиан Клиффорд начнёт тянуть ко мне свои лапы.

– Шер! – налетела на меня моя коллега. – Где ты ходишь? Ты совсем ничего не выпила!

А вот она, кажется, выпила слишком много. Во всяком случае, вся её холодная чопорность вдруг куда-то делась. Сейчас вместо строгой дамы передо мной стояла душевнейшая женщина с огромным запасом пьяного дружелюбия.

– Шер, ты такая милашка! Такая тихая мышка, никого не обижаешь… Все что-то рисуешь… Я тебя обожаю за это, – она повисла у меня на шее.

Что ж за вечер-то такой! Почему бы им всем просто не оставить меня в покое! Впрочем, возможно так и должны проходить вечеринки. У меня не было достаточно опыта, чтобы знать, как это бывает обычно.

– Молли, пойдём, я отведу тебя к столику, и ты немножко посидишь. Может вызвать тебе такси?

– Никакого такси! Я буду веселиться, – крикнула Молли. А потом сделала испуганное лицо и зашептала мне на ухо так, что слышали, наверное, все вокруг: – Кажется, меня сейчас стошнит. Отведи меня в дамскую комнату.

Откровенно говоря, я даже обрадовалась. Теперь у меня была уважительная причина улизнуть из зала в то единственное помещение, где я точно не попадусь на глаза начальнику отдела.

С Молли я провозилась долго. Сначала её действительно тошнило, потом она долго умывалась, потом рыдала оттого, что её косметика размазалась. Чтобы прекратить этот пьяный водопад, мне пришлось её подкрасить. К счастью, пудра и помада оказались у меня с собой. Наконец мы закончили, и я повела её назад в зал, радостно думая про себя, что вечеринка явно уже подошла к тому моменту, когда можно исчезнуть, не вызывая подозрений.

Ну конечно! Размечталась! Только не с моим везением.

Стоило мне усадить Молли на диванчик, как лапа начальника снова легла мне на талию. За то время, пока я решала кучу чужих проблем, он успел влить в себя ещё больше виски, и теперь смотрел на меня мутным похотливым взглядом.

– Вот я тебя и поймал! Теперь-то мы с тобой потанцуем, крошка. Ты от меня больше не сбежишь!

В следующий момент он уже чуть ли не повис на мне.

– Прекратите! Пожалуйста!

Взгляды всего отдела уже были обращены к нам, и даже вусмерть пьяная Молли смотрела на эту сцену с интересом.

Я была в отчаянии.

А в следующий момент рядом с нами образовались широкие плечи в дорогом костюме, и крепкие руки приподняли мистера Клиффорда и осторожно поставили на пол чуть дальше от меня.

Я взглянула на своего спасителя и едва удержала удивлённый возглас. Это был он – владелец корпорации. Разве он еще здесь? Разве не уехал вместе с женой?

– Позволите вас пригласить? – Кристиан Бейкер подал мне руку.

Если и раньше взоры окружающих были прикованы ко мне, то теперь, кажется, на нас смотрел весь ресторан. Нужно было что-то отвечать. И ответ был очевиден. Я точно не хотела оказаться здесь, когда Клиффорд придет в себя и продолжит свои попытки ухаживать.

– Конечно, – с улыбкой сказала я и сделала шаг навстречу.

Он вывел меня в центр зала, и теперь мы двигались в такт музыке, освещённые прожекторами.

– Вы уверены, что стоило меня приглашать? – сказала я, оглядываясь по сторонам и ловя на себе любопытные взгляды. – Могут пойти разговоры…

– Бросьте, – он посмотрел на меня укоризненно и даже немного раздражённо. – Это всего лишь танец. Как вас зовут? – без всякого перехода спросил он.

– Шер, – ответила я. – то есть… Шарлотта Адлард.

Он замолчал, никак на это не ответив. Словно бы вообще не собирался со мной больше разговаривать. И тогда зачем-то заговорила я.

– Я не ожидала, что вы так быстро вернётесь. А ваша супруга, с ней всё в порядке?

Он посмотрел на меня долгим пристальным взглядом, и я тотчас же отругала себя за свой глупый язык. Всё верно, таким как я нужно сидеть дома и не высовываться к людям. Общаться у меня не слишком здорово получается.

– Я же просил вас забыть всё, что вы видели. Но вы, кажется, не забыли.

– Простите, – тут же проговорила я. – Я точно не собираюсь ни с кем это обсуждать. Обещаю.

– Я передал Клэр на руки нашему семейному врачу, и сейчас её уже везут в клинику. И чем меньше будет шума вокруг этой истории, тем лучше… – он замолчал ненадолго и добавил: – Лучше для компании.

Больше мы ничего не обсуждали. И только теперь я почувствовала, что одна рука моего босса лежит у меня на талии, а вторая сжимает мои похолодевшие пальцы и мы вместе движемся в такт. И меня почему-то уже больше не беспокоили ни неудобная обувь, ни колючее платье.

Он вёл меня очень бережно и уверенно, а я следовала за каждым его шагом, угадывая все движения, будто танцевала с ним всю жизнь и идеально знала его как партнёра. Нарастал темп, и нарастало странное томление внутри. Завороженная танцем, я словно выпала из окружающего пространства, растворившись в музыке, ведомая руками этого удивительного мужчины… Чужого мужчины…

Внезапно музыка закончилась, рука мистера Бейкера соскользнула с моей талии.

– Благодарю вас, – сказал он и отвёл меня на моё место, туда, где сидел уже притихший отдел рекламы.

И тут же пригласил на танец начальницу финансовой службы. И от этого мне почему-то стало легче. Ведь действительно, танец – это просто танец. Ничего особенного.

Но пальцы почему-то нервно подрагивали. И казалось, они все еще хранят тепло его руки.

Клиффорд меня больше не трогал. Наоборот, старался держаться поодаль и посматривал на меня чуть ли не испуганно. Может, боялся, что я нажаловалась большому боссу на его домогательства и грязные намёки? Если и так, то отлично. Потому что домогательства и грязные намёки мне были ни к чему.

Когда я вернулась домой, Майк спал. Разумеется, он не стал меня ждать – завтра у него дежурство, и вставать придется рано.

Я приняла душ, переоделась в ночную рубашку и уже хотела занять своё место на нашей двуспальной кровати, но вдруг передумала и пошла в гостиную на диван. Не стоит будить Майка, раз уж он спит.

Засыпая, я почему-то вспоминала крепкие руки Кристиана Бейкера, наш танец, то странное чувство, которое вдруг охватило меня рядом с этим мужчиной. А запах его парфюма словно преследовал меня, запутавшись в моих волосах.

Глава 3

Когда в понедельник я пришла на работу, меня огорошили неожиданной новостью: мне нужно срочно явиться в приёмную мистера Бейкера.

Я вышла из офиса на негнущихся ногах под молчаливые, болезненно-любопытные взгляды коллег. Да уж, теперь я точно стану объектом для сплетен, и надолго. Причём не только в нашем отделе, но и далеко за его пределами. Новости о большом боссе, владельце компании, разумеется, будут интересны всем.

На верхнем этаже, в пентхаусе, я ни разу не была, так что с любопытством разглядывала все вокруг, пока искала приемную. Тут было красиво, дорого, величественно и… страшновато.

В приемной сидела симпатичная женщина лет тридцати. Она тоже казалась неприступной, как и все тут.

– Здравствуйте, – отчего-то робея сказала я. – Я Шарлотта Адлард из рекламного отдела. Мистер Бейкер вызывал меня к себе.

– Одну минутку, – улыбнулась она сдержанно, но в приемной будто немного потеплело.

Мистер Бейкер принял меня сразу же.

Я вошла в его огромный кабинет, робко присела на краешек гостевого кресла.

– Добрый день, мистер Бейкер.

– Здравствуй, Шер, – он обратился ко мне по имени, и мне сразу это не понравилось. Я бы предпочла более официальное обращение. Или нет?

Почему-то это не звучало фамильярно. Может, потому что это «Шер» босс произнес как-то особенно мягко?

Теперь я могла рассмотреть Кристиана Бейкера ближе и внимательнее. Когда мы столкнулись с ним и его женой, мне точно было не до того, чтобы его рассматривать. Потом мы танцевали, но там была полутьма.

При свете дня мистер Бейкер выглядел ещё более потрясающе, чем в полумраке. Я рассматривала его лицо, словно высеченное из мрамора, его широкие плечи, большие крепкие руки, и мне хотелось, чтобы рядом был хотя бы карандаш и альбом для набросков. Эти черты просто просились на бумагу. Мне пришлось сделать над собой усилие для того, чтобы сосредоточиться на разговоре. Явно Биг Босс позвал меня не для того, чтобы разговаривать о портретах.

– Я видел твои рисунки. На Фейсбуке.

Мои щёки в одно мгновение вспыхнули. На Фейсбуке? Да, я выложила туда несколько набросков – просто так, для друзей… И вовсе не думала, что сам мистер Бейкер отыщет мою страничку. И вообще – какое отношение это имеет к моей работе?

Я уставилась на него непонимающим взглядом.

– Мне понравилось. – сказал он. – Вы талантливы, у вас есть вкус. И девушке с вашим образованием вовсе незачем пылиться на той должности, которую вы занимаете.

Выбитая из колеи неожиданными вопросами, я с трудом вникала в то, что он говорил. Мне не место в рекламном отделе? Босс что, хочет меня уволить? Из-за рисунков? Я сжалась в кресле, ожидая приговора.

– Дело вот в чем. Я планирую переделать здесь всё – весь пентхаус. Приобрести несколько картин, статуэток, но таких, чтобы знающие люди заходили в офис и думали, что я тоже не лыком шит.

Он улыбнулся – открыто и дружелюбно. Так, что я помимо воли почувствовала, что и мои губы расползаются в улыбке, несмотря на тревогу, вызванную этим странным разговором.

– Предлагаю тебе быть моим персональным консультантом на время редизайна. Разумеется, оплата твоего времени будет выше, чем на предыдущей должности. А потом подберём тебе что-то более подходящее. Согласна?

Сначала я хотела отказаться. Честное слово, хотела.

Конечно, это предложение было фантастическим, сногсшибательным. Но слишком уж сногсшибательным для меня. И в этом чувствовался какой-то подвох.

Такой стремительный взлёт карьеры – и просто так? Это могло случиться с кем угодно, но только не с маленькой глупышкой Шер.

К счастью, я не выпалила первое, что пришло мне в голову. Разумеется, это предложение сделано не просто так. Я стала случайной свидетельницей и даже участницей неприятных событий. И теперь Бейкер просто хочет держать меня поближе к себе. Если я стану его личным консультантом, то не буду просиживать часы в скучном офисе, где параллельно с работой только и делают, что обсуждают всякие сплетни.

Он мне не слишком доверяет.

Если бы он был гангстером или каким-нибудь наркобароном, наверное, он бы решил этот вопрос куда проще. Бетон на ноги – и прогулка к реке в один конец… Или как сейчас принято избавляться от ненужных свидетелей? Но мистер Бейкер – человек цивилизованный, и нашёл куда более гуманное решение. Немного подкупить, немного проконтролировать. Всё логично. И если я откажусь, то он может вспомнить ещё одно логичное решение – просто уволить меня, чтобы оградить коллектив от ненужной информации.

– Конечно, я согласна. Я с радостью стану вашим личным консультантом.

* * *

Когда я стала подписывать новый контракт, я едва не присвистнула: сумма, которая значилась в договоре, была не просто выше той, которую я получала раньше. Она была значительно выше!

Неужели мистер Бейкер во столько оценил мое молчание?

Если так, то он ошибся: я бы и без этих денег не стала трепаться. Но не могу сказать, что я не рада его ошибке.

Когда я возвращалась домой, я зашла в магазин одежды – в тот, в который раньше не позволяла себе зайти. Да что там, я даже смотрела в сторону витрин редко, точно зная, что все это не для меня.

Но теперь решилась. И после долгих примерок и, отбросив сомнения, все-таки купила костюм. Со скидкой. Да, пускай это старая модель и я не могу позволить себе то, что выставлено в витрине – но когда я его примерила, эффект был невероятный. Передо мной в зеркале словно бы стояла другая женщина – успешная, уверенная в себе. Роскошная.

Такая, какой мне хотелось бы быть.

Костюм потребовал туфли. И сумочку. И симпатичную стильную брошь.

Затем я зашла в супермаркет, взяла бутылку хорошего вина и фрукты. Нам с Майком будет что отметить.

Теперь я не боялась пользоваться кредиткой – я ведь видела, на какую сумму контракт сегодня подписала. Уже спустя неделю эти деньги поступят на мой счёт, так что долой экономию! Я хочу развлекаться.

К тому времени как Майк появился, я успела приготовить ужин на двоих и сервировать стол, со свечами и красивыми бокалами. И в довершение всего надела свой новый костюм. Конечно, он был не совсем уместен для романтического вечера – всё-таки я подбирала что-то более деловое. Но это была самая дорогая вещь из всех, которые мне доводилось надевать.

– По какому случаю праздник? – спросил Майк настороженно.

– Меня повысили, – с улыбкой сказала я. – И теперь моя зарплата будет гораздо больше… Так что… – я сделала приглашающий жест.

Только мой парень почему-то посмотрел на меня хмуро.

– Повысили? И насколько же велика твоя зарплата, что ты с такой лёгкостью транжиришь деньги?

Я назвала сумму. Ее было приятно называть. А потом спохватилась – что же он стоит в дверях! Пора веселиться!

– Ну же, садись, поужинаем вместе! Нам точно есть что отпраздновать, – сказала я ему весело.

Но он не сел. Прошел в гостиную. Налил из бутылки вина в свой бокал, залпом выпил его и буркнул:

– Я не голоден. Спасибо.

Он был… рассержен. И я это видела очень хорошо.

– Майк, в чём дело? – я совершенно не понимала, что сейчас происходит.

– Ты еще спрашиваешь, в чём дело? – он явно был зол и с каждой фразой распалялся все больше. – Ты, значит, выбилась в люди? И решила показать мне, что я – нищий неудачник? Для этого вырядилась так и устроила всё это?

– Нет! Я вовсе… – начала говорить я, но он не стал слушать.

– Шер, я устал и хочу спать. Поговорим об этом позже. Поздравляю с повышением.

Он вышел из гостиной. А я готова была расплакаться.

В этот вечер я снова осталась спать в гостиной. Если Майк так устал, пусть отсыпается в одиночестве.

Глава 4

Наутро я стала собираться на свою новую работу. Хотя настроение оставляло желать лучшего. Неприятно, когда близкие не радуются твоим успехам, а наоборот. Реакция Майка добавила горечи к моей радости.

Впрочем, теперь при свете дня всё на казалось таким уж мрачным. Я успокоила себя тем, что со временем Майк привыкнет к этой мысли и мы сможем с ним об этом поговорить. А пока меня ждала новая должность и новые обязанности, о которых я не имела ни малейшего представления.

Когда я пришла в офис в новом костюме, в новых туфельках и краем глаза скользнула по своей фигуре, отражённой в зеркале, я не могла не улыбнуться. Эта девушка мне нравилась. Вечером обязательно сделаю новую стрижку! Я ведь давно хотела. Вот и пора! Обновлённая Шер, красивая Шер, уверенная в себе Шер – я хотела быть такой. А если это кому-то не нравится… ну что же, почему это должно быть моей проблемой?

И всё же, когда я подходила к приёмной мистера Бейкера, мои руки слегка подрагивали от волнения. А что, если я не справлюсь с предложенной мне ролью? Что если подведу его и уже завтра вернусь в свой закуток в рекламном отделе? Эта мысль сбивала с толку, мешала, и я её отбросила. Даже если так случится, по крайней мере, я буду знать, что сделала всё, что могла.

Когда я появилась на пороге, мистер Бейкер окинул меня новым, незнакомым взглядом. Казалось, что он буквально ощупывает меня глазами. Только этот его взгляд не был сальным как у мистера Клиффорда. Я бы назвала его восхищенным, если бы речь не шла о Биг Боссе. С чего бы ему мною восхищаться?

– Прекрасно выглядишь, Шер, – сказал он ровно. И это тоже прозвучало приятно. – Однако нам нужно поторопиться. Нас уже ждут в дизайнерской компании, которая будет приводить это всё в божеский вид.

Я оглядела кабинет мистера Бейкера. По мне, так всё здесь уже выглядело просто отлично. Строго и дорого. Роскошно.

Но, кажется, я уловила смысл его просьбы.

Этот офис был слишком холодным, слишком минималистичным и официальным. Возможно, посетители, которые приходят сюда, и настраиваются на рабочий лад, но вот для тёплых отношений, которые неплохо бы устанавливать с клиентами, это не очень здорово. К тому же, если в таком офисе развесить по стенам полотна модных художников, они будут смотреться не слишком естественно.

Так что, для себя я решила, что мы сделаем всё в более мягкой, чем чёрно-белая, коричневой гамме, чуть более уютные кресла, а ещё… а ещё у меня появилась куча идей, так что я вполне была готова к работе.

Кристиан Бейкер подхватил меня под локоть, и мы вышли из его кабинета. Пока мы спускались в лифте и выходили из здания, все взгляды были прикованы к нам. Я решила для себя, что, пожалуй, не буду больше обращать на них внимания. В конце концов, что бы ты ни делал, всегда найдутся те, кто будут тебя осуждать.

Этот день пролетел как одно мгновение. Во-первых, мы были заняты. Чертовски заняты. И моя работа оказалась не такой уж и простой. Дизайнеры наперебой предлагали нам проекты, нахваливая свои идеи. Главное было не поддаться их гипнозу, а всё-таки выбрать тот, который действительно подойдёт. Впрочем, у меня с самого начала был свой фаворит. Так что определились мы довольно быстро. А вот с правками возились намного дольше.

– Мне кажется, не стоит брать эти кресла, – говорила я. – да, они красивые и стильные и украсят офис. Но кресла должны не только украшать, в них должно быть удобно сидеть. А с этим тут будут проблемы.

– Видишь ли, Шер, эти кресла для конференц-зала. Если они будут чересчур уж удобными, боюсь, совещания и собрания затянутся. А нам это ни к чему. Так что быстро обсудили дела – и вперёд работать в своих уютных креслах.

Я посмотрела на Кристиана Бейкера. Шутит ли он или говорит всерьёз? Видимо, всерьёз, так что для конференц-зала мы выбрали те самые дизайнерские кресла.

Из офиса мы вышли только поздно вечером. Перед глазами рябило от всех этих каталогов, покрытий, схем. Я глубоко вдохнула летний воздух. К вечеру было совсем не жарко – идеальная погода для того, чтобы прогуляться и уложить всё это в своей голове, прежде чем нырнуть в душное нутро подземки.

– Садись в машину, Шер, я отвезу тебя домой. – сказал вдруг босс.

– Да нет, я сама, – тихо возразила я, но он лишь махнул рукой.

– Садись, по пути нам нужно ещё кое-что обсудить.

Я села в машину и заёрзала от беспокойства. Нет, сиденья, в отличие от кресел для конференц-зала были удобные. Да здесь жить можно было! Только я сразу представила, как я въеду во двор на этом роскошном Бентли, выйду из роскошного салона и… И тут же наткнусь на взгляд Майка, который конечно же по закону подлости как раз подойдет к окну. Эта неприятная картина так явно встала перед глазами, что я даже пропустила мимо ушей несколько фраз босса.

Я встряхнула головой и сосредоточилась на том, что он говорил.

– Ты же понимаешь, что завтра вся эта братия въедет в пентхаус и разгромит к чертям весь офис?

– Да… пожалуй… – сказала я, не слишком представляя, к чему он клонит.

– Значит, работать там я точно не смогу. И это – отличный повод отправиться дня на три в Париж – пройтись по галереям и купить картины.

Я ничего не могла ответить, только глотала воздух. В Париж, на три дня? Ходить по галереям и прицениваться к картинам? Чёрт, да это была моя мечта ещё со школьных лет! И вот она сваливается на меня, как снег на голову.

– Три дня… – повторила я.

– Разумеется, три. Или больше. Ты же не планируешь скупить первые попавшиеся картины? Нам понадобится время, чтобы их выбрать.

Внутри всё пело от восторга. И вдруг, в это пение ворвалась диссонантная нота. Майк. Что скажет Майк, когда узнает, что я собираюсь в Париж? Он и костюм-то еле пережил, а теперь такое…

Разом сникнув, я спросила у своего босса:

– А это обязательно? Я могу не ехать?

– Разумеется, не можешь, – сказал он. – Как ты собираешься меня консультировать? Я буду фотографировать картины и присылать тебе?

Он был прав. А я неправа. В конце концов, свои личные проблемы я должна решать за пределами работы…

– Да, конечно, я готова. – сказала я.

– Так уж и готова? – он протянул мне пластиковый прямоугольник карты. – Завтра с утра купишь всё, что тебе необходимо для этой поездки. Два вечерних наряда, несколько повседневных. Это должно быть что-то действительно интересное и модное. Ну, твоему вкусу я доверяю. Мы будем появляться вместе, возможно, окажемся в прицелах объективов папарацци. Картинка должна быть идеальной. Завтрашний день тебе на сборы, а послезавтра утром мы вылетаем.

Я выглянула в окно, и оказалось, что мы уже почти подъехали к моему дому.

– Стойте! – воскликнула я, пожалуй, чересчур громко. Босс посмотрел на меня с недоумением. И я торопливо пояснила: – Я хотела зайти в супермаркет по дороге домой, и он тут рядом. Я выйду здесь.

Глава 5

– Майк! Но мне совершенно необходимо полететь в эту командировку. Я не могу подвести… – я хотела сказать, «мистера Бейкера», но поняла, что Майк вряд ли оценит это, – …нашу команду. Они без меня не справятся.

В целом я не очень-то и соврала. Просто Майк не будет знать, что команда состоит всего из двух человек.

– Ну да, к этому всему только Парижа и не хватает. Не уверен, что когда ты вернешься, ты застанешь меня здесь.

Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба.

– Майк, о чём ты говоришь? Что вообще на тебя нашло? Это ведь просто повышение, это работа, карьера. С людьми такое случается, и они продолжают быть вместе. Да ты сам дежуришь ночами, иногда по нескольку дней подряд появляешься лишь только для того, чтобы поесть и уснуть. Разве я когда-нибудь сказала хоть слово?

– Да, Шер, я задерживаюсь на работе. Потому что у меня такая, мать её, работа. Я коп, и всегда им останусь. И через пять, и через десять лет. Я стану детективом или поднимусь ещё выше по служебной лестнице, но я останусь копом. А ты в своей гламурной мишуре скоро вообще перестанешь меня замечать.

– Откуда ты знаешь, что я перестану, а что нет?!

Я вышла из себя и почти сорвалась на крик.

– Я выбрал тебя потому, что ты всегда была тихоней, не любила вечеринки. А вот это всё… – он кивнул на мой костюм, – я тебя не узнаю, Шер! Мне нужна нормальная жена, которая родит мне троих ребятишек и будет смотреть дом, а не шляться по парижам.

Я задохнулась от возмущения. Значит, он выбрал меня потому, что я была серой и незаметной, потому что думал, что тихоня-жена будет счастлива, бросив карьеру и засев дома?

– Можешь лететь, куда хочешь, – буркнул Майк.

– И это всё, что ты мне скажешь?

– А что ещё ты хочешь услышать? Счастливого пути, приятного полёта? Считай, что услышала. И ещё. Если ты решила больше не спать со мной – достаточно сказать.

– Но я вовсе не…

В эту ночь мы спали на нашей общей кровати в спальне, отвернувшись каждый в свою сторону.

* * *

На следующий день я с удовольствием тратила деньги с кредитки мистера Бейкера, и меня вовсе не мучила совесть. Я не пыталась найти что-то подешевле или ещё как-то сэкономить. Он хотел, чтобы картинка была великолепной? Что ж, в конце концов, имеет право. Ведь он это оплачивает. Ведь кто знает, вдруг, если в Париже я окажусь в каком-то публичном месте в платье из прошлогодней коллекции, я навсегда опозорю этим свою компанию, и мистера Бейкера в частности? Так что я просто досконально выполнила распоряжение. И не могу сказать, что мне совсем не доставляло удовольствия примерять все эти роскошные платья, зная, что могу выбрать лучшие из них.

Этот день прошёл отлично.

Но из магазинов я вернулась пораньше, пока Майка не было дома. Собрала чемодан – его я тоже купила, и он был недешёвым. Сложила туда всё купленное, вынесла мусорное ведро, в котором были этикетки из дорогих магазинов. Приготовила самый обычный ужин. Раз уж Майк предпочитает не видеть признаков моего улучшившегося благосостояния – что ж, мне вовсе ни к чему их как-то открыто демонстрировать. Я не хотела больше ссориться перед дорогой.

Я сова надеялась, что все наладится. Ну да, для Майка все это неожиданно. Но он привыкнет. И все снова станет хорошо.

В этот вечер мы не поссорились. Поужинали за сериалом и отправились спать.

Майк уснул почти сразу же, а вот я долго ворочалась. Предчувствие, предвкушение моего маленького трёхдневного чуда не позволяло уснуть.

* * *

Мне уже приходилось летать самолётами, но вот первым классом я летела в первый раз. И первое время я только удивлённо оглядывалась по сторонам, рассматривая, как здесь удобно и уютно всё устроено. Симпатичная стюардесса предложила плед, а затем и бокал вина. Конечно, можно было взять воду или любой другой напиток, но перед долгим полётом я всё-таки решилась на вино. Я так восторженно оглядывала всё вокруг, что не сразу заметила главное: наши кресла с мистером Бейкером были совсем рядом. Нет, я, конечно, понимала, что ближайшие дни мы проведём вместе. Но эти два соседние кресла почему-то здорово меня смутили.

– За отличный полёт! – сказал он мне, и приподнял свой стакан, в котором на донышке плескался «Хеннеси».

И я смутилась. Не нашлась, что ответить и могла думать только о том, что ближайшие несколько часов мы проведём полулёжа в креслах в такой волнующей близости.

– Вряд ли за окном будет много интересного, – сказал он. – Но мы можем посмотреть фильм.

– Я, пожалуй, не буду, спасибо, – улыбнулась я. Только сейчас я почувствовала, что бессонная ночь даёт о себе знать. Немного вина, и вот уже мои глаза слипаются. Как только мы взлетели, я откинула спинку сиденья, отвернулась к окну и через несколько минут уснула. Что ж, это был неплохой выход.

Я проснулась от резкой встряски. Рядом стояла стюардесса.

– Приведите, пожалуйста, спинки кресел в вертикальное положение и пристегнитесь. Самолёт вошёл в зону турбулентности.

Стоило ей это сказать, нас тряхнуло ещё раз. Стюардесса отошла.

И мистер Бейкер заговорил со мной тихим голосом, в котором явно слышалась забота:

– Не волнуйтесь, на самом деле, это не страшно. Немного трясёт. Представьте, что вы на «русских горках».

– А я и не волнуюсь, – дрожащим голосом сказала я.

– В самом деле? – с улыбкой спросил он.

И только сейчас я увидела, что изо всех сил, до побелевших костяшек пальцев, вцепилась в его руку, оставив на ней отметины ногтей.

– Ой, простите! – пискнула я и тут же выпустила его руку.

– Да нет, почему же, – он сам обхватил рукой мои похолодевшие дрожащие пальцы. Я вздрогнула. Этот жест был каким-то чересчур интимным. А когда мою руку накрыла вторая его рука, и он осторожно провёл пальцами по тыльной стороне ладони, я почувствовала, что задыхаюсь, и что зона турбулентности не имеет к этому никакого отношения.

– Красивые руки, – сказал вдруг мой босс. – Длинные тонкие пальцы, рука художника. Впрочем, чему удивляться – ты ведь и есть художница.

– Это вряд ли. – я заставила себя улыбнуться несмотря на то, что пальцы подрагивали от странного, незнакомого ощущения, а сердце колотилось как сумасшедшее. – Какая из меня художница? – И вдруг совершенно неожиданно выпалила: – У вас тоже красивые руки!

И тут же прикусила язычок, потому что, кажется, сказала лишнее. Чёрт побери, ну зачем я это ляпнула? Ясно же, что он просто пытается отвлечь меня от этой жуткой тряски, и поэтому говорит комплименты. Не нужно надумывать ничего такого…

Но он так и не выпустил мою руку, наоборот – стал мягко, едва касаясь, её поглаживать. Я понимала, что это просто такой жест, чтобы меня успокоить. И всё же мне едва удавалось выровнять сбивающееся дыхание.

Больше я, конечно, не уснула. А мистер Бейкер так и не выпустил мою руку из своей, даже после того, как самолёт перестало трясти. Он отпустил меня лишь когда стюардесса принесла обед.

Я была уверена, что всё это не значит ничего особенного, но мне приходилось напоминать себе об этом. В конце концов, этот мужчина женат. Да и я почти замужем. Так что говорить не о чем.

* * *

Следующий сюрприз ожидал меня, когда мы приехали в отель. Оказалось, что мы будем жить в одном номере. Я буквально застыла перед дверью, когда это поняла.

– Шер, тебе не о чем беспокоиться, – сказал мой босс с улыбкой. – это президентский люкс, в нём две спальни, каждая со своей ванной комнатой. Мы будем встречаться только в гостиной.

Я смутилась. Больше от того, что совершенно не понимала: то ли всё это кажется неправильным только мне, или действительно происходит что-то неправильное и я оказываюсь со своим боссом наедине в номере отеля? А ещё мелькнула совсем неприятная мысль: вряд ли мистер Бейкер сам заказывал билеты на самолёт и номер в отеле. Наверняка поручил своему секретарю. И теперь одному богу известно, что говорят о нас в корпорации. А если эти слухи дойдут до его жены? Ощущение неправильности происходящего усиливалось…

Глава 6

С первой же галереей, в которую мы пришли, нам не повезло. Я ничего не смогла там выбрать. Нет, конечно, там были картины, интересные и даже цепляющие. Возле некоторых я долго стояла, любуясь и разглядывая, восхищаясь мастерством художника. Но ничего подходящего именно для того офиса, который сейчас обустраивают дизайнеры, не было. Некоторые смотрелись бы слишком яркими и нарушили бы гармонию цветов и оттенков. Некоторые – чересчур трагичные и концептуальные. Это тоже для офиса не слишком подходило.

Но одна из картин заставила меня остановиться и застыть.

Мужчина и женщина сидят спинами друг к другу с безразличным выражением лица. А их тени рвутся друг к другу, стремясь слиться воедино. Живые, выразительные, яркие. Гораздо ярче, чем кажущиеся безразличными люди.

Я долго стояла возле нее, разглядывая, чувствуя, впитывая. И думала в этот момент о мистере Бейкере…

– Мне тоже нравится…

Я и не заметила, как он подошел и встал рядом. Тут же пришла в замешательство, словно он мог прочесть мои мысли. Непрошеные, ненужные. Я бы предпочла не признаваться в них даже самой себе…

Смотреть на эту картину с ним вдвоем стало невыносимо. Как будто это может выдать какой-то мой секрет…

– Она не подойдет для офиса. Слишком эмоционально, – стараясь сохранять спокойствие, сказала я.

Прежде чем отойти, я взглянула на табличку у картины. «Терпкий вкус соблазна». Я лишь покачала головой. Я бы точно назвала ее иначе.

Мы снова двинулись вдоль полотен.

– Крис, чертяка! Ты ли это? – раздался рядом мужской голос.

Мы с мистером Бейкером остановились. К нам подошел солидный мужчина лет за сорок. Но улыбался он совсем по-мальчишески.

– Алекс! Рад тебя видеть.

Мужчины обменялись рукопожатием.

– Вот уж не ожидал встретить тебя в таком месте… ты ведь всегда говорил: «Эта переоценённая мазня не стоит того, чтобы за неё платить»?

Я уставилась на мистера Бейкера удивлённо. Неужели он так и говорил?

– Действительно… Но все меняется, – рассеянно проговорил он, а потом обратился ко мне: – Шер, это Алекс – мой старинный приятель. Алекс, это Шер…

Я ожидала, что он сейчас добавит «моя помощница» или «мой консультант», но он не добавил. Это «Шер» так и повисло в воздухе, почему-то заставив меня смутиться.

Мужчины перебросились ещё парой-тройкой фраз, договорились о том, что обязательно ещё созвонятся и разошлись.

Мы ушли из галереи с пустыми руками. Мне это не слишком нравилось. А что, если мистер Бейкер разочаруется во мне как в консультанте? Этого бы очень не хотелось. Но он не выглядел разочарованным.

Поужинать решили в небольшом ресторанчике неподалеку.

– Вы в самом деле называли картины «переоценённой мазнёй»? – с улыбкой спросила я.

Под этим подразумевалось: отчего же теперь вы переменили своё мнение? Но, разумеется, я не произнесла этого вслух.

Мистер Бейкер обезоруживающе улыбнулся.

– Тогда у меня на них просто не было денег. Должен же я был что-то говорить!

Я тихо рассмеялась. А мистер Бейкер сказал с деланым возмущением:

– Ну и что здесь такого! Мои дела не всегда шли так удачно, как сейчас. Бывали и сложные времена.

– Мы так ничего и не выбрали… – Меня это и в самом деле расстроило.

– К счастью, в этом городе полно галерей. А у нас хватает времени.

Ресторанчик был невероятно уютным. Словно спациально созданным для того, чтобы сидеть там вдвоем. Горел огонь в камине, играла тихая музыка. Мы говорили о самых разных вещах. О книгах, о фильмах, о том, где я выросла, как училась и каким образом попала в офис под началом Клиффорда.

– На той вечеринке… – сказал он задумчиво и глаза его потемнели.

Я напряглась в ожидании продолжения.

Возвращаться в тот вечер, когда мы с боссом столкнулись впервые, мне не хотелось. Потому что среди этих воспоминаний было одно, от которого сейчас я предпочла бы избавиться.

«Крис, милый, какого черта ты разговариваешь с этой шлюхой?»

Миссис Бейкер. Женщина, о существовании которой мне хотелось бы забыть. Сейчас, глядя на этого красивого уверенного в себе мужчину, мне вообще не хотелось думать, что у него есть жена.

Кристиан Бейкер спросил, глядя на меня в упор:

– Клиффорд. Он к тебе приставал? Он и раньше это делал?

Вот, значит, что его интересует! Ну конечно. Мистер Клиффорд же на него работает. И Биг Боссу совсем не хочется, чтобы корпорацию затаскали по судам.

Я понимала, что ступаю на скользкую дорожку. Домогательство к подчинённым – это серьёзный проступок. И мой ответ сейчас может стоить бывшему боссу карьеры в корпорации. А может, так и надо? Я вспомнила его масляный взгляд, зловонное дыхание и лапищи на своей талии.

Видимо, гадливое выражение отразилось на моём лице. И глаза босса недобро блеснули.

– Он выпил лишнего и не слишком себя контролировал, – поспешила я с дипломатичным ответом. Но, кажется, уже было поздно.

Мистер Бейкер догадался о неподобающем поведении своего сотрудника уже тогда и сейчас лишь получил подтверждение.

– Такое случалось раньше? – теперь его взгляд был цепким и жёстким, под таким не хотелось врать. Впрочем, и необходимости такой не было.

– Раньше – никогда. Только на этой вечеринке.

– Понятно, – сказал мистер Бейкер. Но по его непроницаемому лицу нельзя было догадаться, к каким выводам он пришёл.

А мне почему-то вдруг захотелось, чтобы эта его мрачность была не из-за того, что мерзкий Клиффорд клеится к сотрудницам, а оттого, что для своих поползновений он выбрал именно меня.

Это было единственное неприятное воспоминание, которое, впрочем, не слишком омрачило вечер. Закончив ужин, мы немного прогулялись по парижским улочкам и как-то незаметно вышли к отелю. Похоже, мистер Бейкер далеко не впервые в этом городе.

А когда мы вернулись в номер, нас ждала бутылка вина, и неспешная беседа продолжилась.

Мне было легко с ним. Будто рядом – не недосягаемый владелец корпорации, а кто-то близкий. Понимающий. И чертовски привлекательный. Я почему-то вспомнила, как в самолете он держал мою руку в своей. Как бежали мурашки по спине… И сейчас его взгляд был таким…

Нет, это невозможно.

Это вино… снова вино!

Я отставила бокал в сторону, встала из кресла и подошла к окну. И, сама того не желая, залюбовалась видом ночного Парижа. Безумно красиво! И мне снова захотелось, чтобы под рукой оказались кисти и мольберт. Этот вид просился на полотно, и мне хотелось запечатлеть его, чтобы никогда не забыть. Весь этот вечер, тихий и прекрасный…

В следующее мгновение крепкие руки осторожно скользнули по моим плечам. Меня окутало знакомым пряным запахом, а чужое дыхание коснулось щеки, шевельнуло волосы.

– Шер… – тихий шёпот, от которого у меня по спине побежали мурашки.

Я застыла. Не желая двигаться. Понимая, что все это нужно немедленно прекратить. И не находя в себе для этого сил.

Мистер Бейкер развернул меня к себе. Теперь перед глазами вместо огней ночного города было лицо мужчины. Взгляд – обжигающий, жадный, темный. Губы, от которых я не могла отвести глаз.

Близко. Слишком. А потом еще ближе.

Касание, сначала легкое, а потом – ощутимее и пьянее. Я ловлю его дыхание, пробую губы на вкус. Поцелуй со вкусом вина. С терпким вкусом соблазна…

Поцелуй становится глубже, настойчивее, и я выпадаю из окружающей реальности, забыв о времени и о том, что происходит вокруг. Кажется, сердце вот-вот выпрыгнет из груди, дыхание перехватило… Я вся тянулась навстречу этому поцелую. Моя рука словно сама собой запуталась в его волосах, а он всё сильнее прижимал меня к себе. Руки скользили по спине, вызывая вспышки колючих искр.

Чужой мужчина, мой босс…

Мне следовало его оттолкнуть, но я не могла.

Даже дышать было трудно. Хотелось и дальше стоять у окна, прижавшись к крепкой широкой груди… Вдыхать тонкий и терпкий запах туалетной воды и чистой мужской кожи, разрешая его ладони скользить ниже по моему платью. Отвечать на поцелуй жарко и бесстыже, выдыхать его имя.

Кристиан… Крис…

«Крис, милый не будь занудой, давай потанцуем».

Я отшатнулась.

– Нет, пожалуйста… Мы не должны…

Я не без труда высвободилась из объятий и направилась в сторону двери спальни. Я убегала. От него. И от всего того, что он заставлял меня чувствовать. Пронзительная тоска и ощущение грядущей потери. Это ведь станет для него просто короткой интрижкой. Он забудет обо мне сразу, как только мы вернемся. Найдет мне «более подходящее место».

Нет.

– В чем дело, Шер?

Я остановилась и заставила себя поднять взгляд. Не стоит убегать. Лучше прояснить все прямо сейчас.

Кристиан Бейкер смотрел на меня все еще темным, но уже удивленным взглядом.

– Вы женаты… У меня есть жених… Мы не должны…

– Жених? – брови мистера Бейкера поползли вверх. – Ты ничего не говорила о женихе…

Он словно пропустил мимо ушей фразу о том, что сам он женат.

– Потому что вы не спрашивали. Пожалуйста… Мне очень жаль… Я пойду спать.

Не дожидаясь ответа, я отошла от окна и юркнула за дверь. Захлопнула ее. Прислонилась к стене. Закрыла глаза, пытаясь прийти в себя. Но дверь тут же отворилась. На пороге стоял мистер Бейкер.

Видимо, он не считал, что разговор окончен.

– Мистер Бейкер, прошу вас… – начала я, но он меня перебил:

– Это моя спальня, Шер.

О, черт! Я так торопилась исчезнуть, закончить этот разговор, спрятаться, что влетела не в ту дверь!

– Но если ты хочешь остаться здесь, со мной, я не возражаю…

Да уж, могу себе представить!

Он улыбался. Он ласкал меня взглядом. И в этом взгляде была такая отчаянная нежность, в которую хотелось верить. Которой хотелось поддаться. Шагнуть навстречу, подняться на цыпочки, дотянуться до губ. Задыхаться, целовать, гладить, ласкать до головокружения, до звезд перед глазами.

– Нет, простите.

Я выскочила из спальни босса, как пробка из бутылки шампанского. Потому что боялась – если я пробуду там еще немного, если еще несколько секунд посмотрю в его шальные, потемневшие глаза – я совершенно потеряю голову и останусь.

Глава 7

Утром мы завтракали в ресторане при отеле. Я прятала глаза, то утыкаясь в меню, то рассматривая интерьер. И мистер Бейкер вовсе не пытался как-то сгладить эту неловкость. Наоборот, кажется, мое смущение доставляло ему удовольствие.

– Сегодня у нас в планах четыре галереи и одна частная выставка, – сказал он, попивая свой кофе. – Надеюсь, на этот раз нам повезёт больше.

Кажется, он не собирался обсуждать вчерашнее.

Мне тоже не хотелось это обсуждать. Куда проще сделать вид, что ничего не было. О, если бы это было правдой! Если бы этого поцелуя не было на самом деле!

Но он был. И теперь следовало расставить все точки над «и», чтобы эта поездка не превратилась для меня в непрекращающийся кошмар, наполненный сожалениями и угрызениями.

– Мистер Бейкер, я хотела поговорить о том, что случилось вчера вечером… – сказала я, собравшись с силами. – Вы ведь понимаете, что это было просто… вино… Обычно я совсем не пью и… В общем, я должна извиниться и выразить надежду на то, что это недоразумение так и останется во вчерашнем дне…

Мне едва удавалось сдержать дрожь в голосе, и все же, кажется, я произнесла это довольно ровно, сбившись, пожалуй, всего пару раз.

Он посмотрел на меня пристальным долгим взглядом, а затем улыбнулся и спросил:

– В самом деле? А вот мне показалось что дело не в вине. Мне показалось, что с самого начала, с самой первой встречи, когда мы с тобой танцевали, вино было ни при чём. Я тебе нравлюсь. Попробуй с этим поспорить.

– У меня есть жених, – выдала я свой главный аргумент. – А у вас – жена. И даже если, – я выделила это голосом, – если у меня и есть какая-то симпатия… Что ж, это пройдет.

– Ты хочешь поговорить о Клэр?

– Нет! Для меня достаточно и того, что я состою в отношениях. И ничего не собираюсь менять!

О миссис Бейкер я говорить не хотела. Что бы ни привело её к патологической зависимости, сейчас эта женщина лежала в клинике. А я кокетничала с её мужем. И мне это вовсе не нравилось.

– Ну так вот. – Мистер Бейкер подобрался и заговорил серьёзно и, пожалуй, жестко. Сейчас я видела в этом мужчине того уверенного дельца, которым он, собственно, и был. – Твои рассказы о женихе ни капли меня не убедили. Влюблённые в жениха девушки не откликаются так горячо на поцелуи посторонних мужчин.

Я хотела запротестовать, но он не позволил себя перебить и продолжил с нажимом:

– Разумеется я услышал, что ты сказала «нет». И я могу пообещать лишь, что не сделаю ничего против твоей воли. Я не хочу на тебя давить. Но это вовсе не значит, что я отступлю. Ты мне нравишься, Шер. Больше, чем просто нравишься. Ты умна, красива… Но дело, наверное, не в этом. Ты – это ты. И ты мне нужна. Вся. Вместе с твоим смущением и боязнью полетов. Мне нравится, как ты смеешься, как ты говоришь. И мне чертовски нравится, как ты на меня смотришь.

Тут я окончательно смутилась, отвернулась и уставилась в окно.

Значит, он видит, как я на него смотрю… И мои тайные чувства к этому мужчине – уже никакая не тайна.

– …Но я позволю тебе решить самой.

Вот и отлично! Потому что я уже все решила.

Оставшиеся дни в Париже я была, пожалуй, счастлива. Мы больше не возвращались к этому разговору. И всё же слова мистера Бейкера «Ты мне нравишься», «Ты мне нужна» – никак не выходили у меня из головы. Он сдержал свое слово – не было больше никаких объятий и поцелуев. Но я чувствовала его присутствие рядом. И ловила на себе его взгляды, которые говорили больше, чем слова.

Мы смогли выбрать несколько картин и пару скульптур. Разумеется, мы не повезли их с собой. Вся эта красота приедет следом за нами недели через две, когда будут улажены все таможенные и транспортные вопросы. Но оставаться в Париже нам было больше не за чем. Так что наступил тот день, когда мы с мистером Бейкером встретились в гостиной.

На мне был дорожный костюм, в руках ручка от чемодана. Я остановилась растерянной посреди номера, который стал нам на несколько дней домом, в гостиной, где вели долгие беседы. Глубоко в душе что-то кольнуло. Наверное, сожаление о том, что заканчиваются эти беззаботные каникулы, а впереди неизвестность.

Что будет с работой, что за местечко мне найдут? Что будет у нас с Майком?

– Ну что, выдвигаемся? – с улыбкой спросила я.

– Да, конечно, – ответил мистер Бейкер, – только у меня осталось одно незаконченное дело.

Он сделал шаг ко мне, взял меня за плечи, глядя в глаза так, что я тут же начала тонуть в этом взгляде, и сказал:

– Помнишь, я тебе сказал, что не хочу на тебя давить и хочу, чтобы ты сама приняла решение?

Я кивнула.

– Так вот все это чушь, я хочу на тебя давить. И хочу, чтобы, разговаривая со своим женихом, ты помнила это.

Он наклонился и поцеловал меня. Страстно, горячо и уверенно. Мне казалось, что сейчас при свете дня я легко смогу противиться его напору. Но я ошибалась. Стоило мне оказаться в его объятиях, как ноги стали ватными. И я ответила на поцелуй. Поддалась порочному, исступленному желанию. Я захлебывалась этим поцелуем и едва успевала дышать… И тонула, тонула, тонула…

Кристиан Бейкер первым разорвал поцелуй.

– Стоит ли обманывать саму себя, Шер? – сказал он и подхватил чемоданы, давая понять, что разговор окончен. Теперь мяч на моей стороне.

* * *

В самолете мистер Бейкер держал мою руку в своей, сославшись на то, что я жуткая трусиха, а так мне будет не так страшно. А я не могу сказать, чтобы я любила перелеты, но этот я горестно отсчитывала минуты, понимая, что как только мы вернемся домой, вся эта романтическая сказка закончится. Я вернусь к Майку, а он к миссис Бейкер.

Меня обуревали смешанные чувства.

Я радовалась, что все не зашло слишком далеко, иначе сейчас было бы еще сложнее. Но где-то глубоко, глубоко в подсознании было и сожаление о том, что мы не зашли слишком далеко, потому что тогда бы в мою копилку воспоминаний добавилось еще больше Кристиана Бейкера.

Я приехала домой и стала разбирать чемодан. Майкл должен был появиться нескоро, поэтому я никуда не спешила. По одному развешивала платья на плечиках, и с каждым были связаны воспоминания. Вот в этом бирюзовом я ходила по галерее как раз тогда, когда мы попали в камеры журналистов. Вот в этом мы пили кофе с круассанами в маленькой кафешке, а вот в этом, вот в этом я была в тот самый вечер, когда Кристиан Бейкер впервые меня поцеловал.

– Ну ничего себе! – раздался голос за плечами. – А твой гардероб все пополняется новыми вещами.

Майк.

Я внутренне сжалась. Сейчас я была виновата перед ним. И даже это его язвительное замечание не задело меня так сильно. Я словно только сейчас ощутила, как горят губы от украденных поцелуев. Как все неправильно. Неправильно и нечестно.

– Ну, конечно, ты же у нас богатенькая штучка. Скоро и этой квартиры не хватит, чтобы вместить твои платья. Придется искать что-нибудь покрупнее.

Майк не замечал моего настроения и продолжал свои едкие нападки. В его голосе явно сквозила злость и обида. И, пожалуй, он имел на это право. Разумеется, не из-за платьев.

Я выпрямилась с одним из платьев в руках. Посмотрела ему прямо в глаза:

– Ты прав, Майк, мы действительно слишком разные. И со мной ты не будешь счастлив. Я пока еще плохо представляю себя в роли жены и матери троих детей. Прежде чем обзаводиться семьей, я бы хотела…

И вдруг я высказала то, что многие годы было в моей душе так глубоко, что я боялась выпустить это на поверхность.

– Я бы хотела рисовать, создавать картины, понимаешь? Попробовать себя в чем-то еще…

Ну и зачем я это ему говорю! Ну какое ему дело до того, чего я хочу, о чем мечтаю? Мы вместе уже достаточно долго. И если за все это время у нас не нашлось повода это обсудить – сейчас тем более не стоит.

– Впрочем, тебе не обязательно понимать, – устало закончила я. – Думаю, нам нужно расстаться.

Майк переменился в лице. От злости не осталось и следа.

– Шер, мне кажется, ты спешишь… Мы же можем как-то все изменить. Нет, мне, конечно, все это не нравится, но не разрывай все так. Хочешь ты рисовать, ну рисуй на здоровье, и эти тряпки, если уже они тебе так необходимы…

Я смотрела на Майка и слезы наворачивались на глазах. Я понимала, что, если сейчас я позволю себе слабину, мы так и останемся вместе и построим тот самый образец отношений, который я никогда не хотела. Когда двое вынуждены терпеть друг друга. И когда как минимум один из двоих лжет.

Я не хотела лгать. Не хотела притворяться. Вдохнула побольше воздуха и – словно с обрыва в воду – выпалила:

– Майк, дело не в тебе, просто мне нравится другой мужчина, и давай закончим на этом.

Я сжалась, ожидая новых упреков.

Но Майк помолчал недолго, будто до него не сразу дошел смысл моих слов, а затем мрачно бросил:

– Переночую в отеле, за вещами заеду завтра.

Он вышел из квартиры, громко хлопнув дверью, а я осталась одна и разрыдалась.

Итак, у меня больше нет Майка, нет моих надежных и казавшихся правильными отношений. Только это ничего не меняет. У Кристиана по-прежнему есть миссис Бейкер, так что правда звучит неприглядно и горько. Я просто осталась одна. Я вытерла слезы, закончила развешивать платья, достала из чулана мольберт и краски. Села рисовать. На полотно ложилась тихая парижская ночь, сияющая огнями.

Глава 8

На следующий день, ближе к полудню, мой телефон зазвонил. На дисплее высветился номер мистера Бейкера.

Мне понадобилась пара минут, чтобы восстановить дыхание и снять трубку.

– Слушаю вас… – тихо сказала я, боясь, что даже сквозь расстояние слышно, как сейчас бьётся моё сердце.

– Предлагаю вместе пообедать, – коротко сказал он.

Я замолчала, не зная, что на это ответить. С мистером Бейкером мы были вместе в Париже, но это была деловая поездка, мы могли с ним встречаться в офисе. И это тоже не вызывало бы никаких сомнений. Но то, что он предлагал сейчас, просто пообедать, это выходило за рамки деловых отношений. Впрочем, кажется, мы выходили за них и раньше.

Пауза затянулась, и мистер Бейкер засмеялся в трубку:

– Ну же, Шер, мы можем просто пообедать вместе. Это не свидание.

В самом деле не свидание? А что же тогда? Впрочем, в одном он прав: мы уже вместе обедали, и ужинали, и завтракали, и все это время мистер Бейкер вел себя как джентльмен, если, конечно, не считать двух эпизодов, эпизодов, о которых я бы хотела забыть.

В конце концов я сейчас свободна и могу обедать с кем угодно.

– Хорошо, – сказала я.

– Отлично, я заеду за вами через час.

Через час? Я едва не выпустила из рук телефон. Я же совсем не собрана. Иногда, когда очень необходимо, время может сжиматься и растягиваться. За этот час, когда я как сумасшедшая носилась по квартире с феном в одной руке и с тушью в другой, я все-таки умудрилась сносно собраться на этот обед.

Выходя из дома, я столкнулась с Майком. Ну да, как же я могла забыть. Он должен был прийти за вещами. И сейчас, глядя на меня – нарядную, взволнованную – наверняка понял, что я иду на встречу с мужчиной.

Я отвела взгляд.

– Уходишь? Отлично, мне будет проще собраться, – сказал он. – Ключ брошу в почтовый ящик.

* * *

Мы сделали заказ, и лишь после этого я смогла поднять взгляд на мистера Бейкера и тут же утонула в темно-синем омуте его глаз.

– Я готова поговорить о миссис Бейкер, – сказала я, собравшись с силами.

Мистер Бейкер вскинул брови:

– В самом деле?

Я боялась, что сейчас он спросит: «Куда же делся твой жених?» или что-то в этом роде, но он не спросил. Сказал лишь:

– Ты можешь спрашивать, что угодно.

Я замялась, я не знала, что нужно спрашивать.

– Похоже начать надо мне, – сказал он. – Ты же сама все видела.

– А что я видела? Ваша дама была в беде, и вы как истинный рыцарь ее спасали.

Он поморщился:

– Наш брак давно перестал быть тем, чем должен быть брак. Когда мы познакомились и поженились, я был вполне перспективным молодым человеком, владельцем крупной корпорации я стал позже, и не все могут выдержать испытание деньгами. Она стала заносчивой и меркантильной. Тянулась к удовольствиям, к любым, до которых могла дотянуться. А с деньгами дотянуться можно до чего угодно. Мне и в голову не приходило контролировать её расходы. Когда я понял, в чём дело, все силы положил на то, чтобы вылечить её от зависимости. Но всё это оборачивалось против меня. Она объявила меня тираном, который хочет отнять у неё все радости жизни. Юристы уже готовили документы для развода, когда Клер снова сорвалась…

Но продолжать процедуру развода сейчас, когда она в клинике, это было бы слишком жестоко, верно?

Да-да, это историю я слышала, и не раз. К счастью, ничего подобного не случалось в моей жизни. Но у меня есть несколько подруг, которые слушают эту сказку «нас с женой ничего не связывается», «я разведусь, просто сейчас не время» на протяжении долгих лет. И ни одну из них это не сделало счастливее.

Не знаю, чего он ожидал, что я радостно с ним соглашусь?

– По мне, так неверно соблюдать видимость брака, целуя девушек на стороне, – пожав плечами, сказала я.

– Как только она будет в состоянии пережить развод, мы разведемся, – сухо сказал мистер Бейкер.

Видимо, ему не понравилось, что я не разделяла его взглядов.

– Видите, как хорошо, что мы выяснили это сейчас, – сказала я, отложив приборы. – Если к тому времени вы все еще захотите со мной обедать, обязательно приглашайте, но я не обещаю дождаться. А встречи тайком с женатым мужчиной – это не совсем то, что мне подходит, понимаете?

Он улыбнулся:

– Разве мы встречаемся тайком?

Ну да. В Париже мы появлялись вместе открыто. Да и сейчас… Но мы и не ведем себя как пара. То, что происходит сейчас, вполне может сойти за деловую встречу.

Я ответила на его улыбку:

– Мы и не встречаемся.

Он предлагал подбросить меня домой, но я взяла такси.

Но как только оказалась дома – разрыдалась.

Кристиан Бейкер каким-то непостижимым образом впечатался в мое сердце, проник под кожу, растворился в моей крови. Отказывать ему было больно. Больше всего на свете я хотела его поцелуев. Долгих, бесконечных, страстных. Я хотела не останавливаться. Хотела знать, каково это – быть с ним. Знать до конца.

Мне невыносимо трудно было сопротивляться его напору, потому что сопротивляться приходилось не ему, а себе.

Я остановила рыдания и вытерла слезы. Что ж, кажется, теперь я знаю, что делать.

Я разослала свои резюме куда угодно, не особенно выбирая условия. У меня в послужном списке работа в корпорации. И это отличный козырь. Думаю, новую работу я найду быстро и без труда. Во всяком случае, это будет куда проще, чем, сталкиваясь с ним ежедневно, мечтать о несбыточном.

Глава 9

Чтобы собраться и в понедельник все-таки явиться на работу, мне понадобились все мои силы. Ремонт как раз заканчивается, и раз уж мой босс хочет, чтобы я все лично проконтролировала, значит, так тому и быть. Явившись в офис, я получила первую новость.

Мистер Бейкер уехал, его не будет в ближайшие два дня. А потом пришла и вторая. Картины благополучно пересекли границу и завтра будут доставлены.

Ну вот, все как будто бы нарочно складывается так, чтобы мой план реализовался. Мистера Бейкера не будет два дня, те самые два дня, которые нужны мне, чтобы все закончить. И никто не будет подыскивать мне новое место. Я справлюсь с этим сама.

Эти два дня прошли в бесконечной суете: немного передвинуть мебель, сменить привезённые кресла на такие же, но с обивкой на два тона темнее, заменить ролл-шторы на другие, потому что при дневном свете они смотрятся не так, как планировалось. А главное – во всём этом хаосе умудриться развесить картины так, чтобы каждая оказалась на своём месте.

Я закончила только поздно вечером, отпустила последних рабочих и задержалась в кабинете босса. Завтра сюда привезут оргтехнику, приедут наладчики с сейфом, а уже послезавтра всё зашумит и заработает.

Несколько минут вечерней тишины. Окинуть взглядом красоту, к созданию которой я приложила руку. Почувствовать, что всё это было не зря. С гордостью поставить мысленную галочку: я сделала всё, что могла, и сделала идеально.

Я вышла в коридор, взяла кофе из автомата и снова вернулась в пустой кабинет босса. Интересно, как это всё будет выглядеть с его точки зрения? Я прошла к столу, уселась в его кресло и обвела кабинет взглядом. По-моему, идеально. Уютно и тепло. Но всё же и строгость линий присутствует, не позволяя чувствовать себя совсем уж как дома. «Ты справилась, Шер!» – и я отсалютовала сама себе стаканчиком с кофе.

И в этот момент дверь отворилась. На пороге стоял он, мистер Бейкер. Человек, встречи с которым я хотела избежать. Человек, от которого я пыталась скрыться. Человек, от которого не могла отвести взгляда…

– Здравствуй, Шер.

Он в несколько шагов пересёк кабинет и вытащил меня из кресла, расплескав кофе. Нетерпеливо выдернул пустой стаканчик у меня из рук, бросил на пол. Секунда – и я оказалась прижата к крепкому мужскому телу, не успев не то что отскочить на безопасное расстояние, а даже подумать об этом. Я уперлась было ладонями в грудь, пытаясь высвободиться, но тут же притихла. Все равно это было бесполезно. И бессмысленно… Легче сдвинуть с места шкаф в его кабинете, чем разомкнуть стальной капкан сильных и теплых рук, в котором к тому же так комфортно и приятно стоять. Очень приятно… С ума сойти, как приятно…

– Так и думал, что ты будешь здесь. Надеялся, летел из аэропорта – и… И ты здесь!

Слова долетали словно сквозь вату. Да и как их расслышишь, если шумит в ушах, а голова кружится, кружится… И все оттого, что по щеке скользит его горячее дыхание, и всю меня будто окутывает еле уловимый запах теплой чистой кожи, горьковато-сладкого сандала и уличной свежести. Все кости стали мягкими, и тают, тают… И мысли тают, одна осталась: если я сейчас же не очнусь, не возьму себя в руки, то…

– Ты себе не представляешь, как я соскучился, – он посмотрел мне в глаза, и последняя мысль испарилась, не дозвучав до конца.

Я утонула в его жадном взгляде, в бездонной притягательной глубине, где жарко полыхало что-то. Отчетный жар мгновенно прокатился волной по телу, сладким колючим холодком просквозило по позвоночнику. В висках застучало, поплывший разум из последних сил пытался пробиться сквозь пьяный дурман. Нельзя! Невозможно! Нельзя! Но только кого я обманывала? С того момента, как он прижал меня к себе, я уже ничего не могла решать. И думать не могла. А, наверное, следовало бы подумать… Подумать о том, что я делаю и о том, что будет потом. Но сейчас не существовало никакого «потом». Было только здесь и сейчас – и я не могла, не могла думать. И сопротивляться. Только плыть по течению, позволяя ему делать со мной все, что захочет… Все, что захочет… От этой мысли сладко екнуло где-то внутри, низ живота свело томительным спазмом.

Его лицо склонилось надо мной, и губы почти коснулись моих губ. Почти… Какая упоительная, невозможная пытка… Дыхание смешалось, заставляя терять остатки разума, будоража кровь, и казалось, по венам течет не она, а жидкий огонь, темное, густое и пряное возбуждение. Не в силах терпеть, я потянулась вверх, приподнимаясь на цыпочки, как тянутся к свету, как замёрзший путник – к жаркому камину, как глупый мотылёк летит на огонь свечи. Я прижалась губами к упругим горячим губам, и… Словно плотину прорвало, закрутило в жаркой воронке. Поцелуй стал глубже, горячее, яростнее. Дерзкий язык словно захватчик врывался в мой рот, возбуждая так, что искры летели. Его горячие ладони беспрепятственно бродили по всему телу, мяли, тискали, а я лишь упивалась этим, изгибалась, пьянея от упоительно дерзких ласк. Мужские сильные пальцы поглаживали и мяли грудь, сжимая сквозь ткань блузки напряженные до боли соски. И каждое их прикосновение вырывало из горла бесстыдно блаженный стон, отзываясь сладким спазмом между ног. Я выдернула из-под ремня его рубашку и с наслаждением запустила под нее руки. Погладила горячую рельефную спину, слегка царапая ноготками от избытка чувств, от странной тяги впитаться в него, раствориться, вобрать целиком. Гладкая кожа, под которой перекатывались литые мышцы, покрылась мурашками, он с шумом втянул в себя воздух. При мысли, что этот сильный красивый мужчина так возбуждается от моих неумелых ласк, дыхание перехватило, по телу прокатились волны дрожи и жара. Возбуждение достигло такой силы, что стало больно.

Одним рывком он задрал мою юбку и сдавил ладонями ягодицы, сминая их сильными пальцами. Я вскрикнула, дернула бедрами, прижимаясь плотнее к твердому бугру на его брюках. С животным стоном потерлась о тугую восставшую плоть под плотной тканью.

– Прости… – хрипло выдохнул он, подталкивая меня куда-то и двигаясь вместе со мной. – Но я не могу больше ждать.

Я лишь промычала что-то невнятное. В крови бушевал настоящий пожар, под кожей вспыхивали и гасли колючие искры, в голове стучала единственная мысль: хочу. Хочу сейчас, сразу, полностью. Хочу его во мне!

Под коленки что-то ударило, и я полетела навзничь, рухнув спиной на мягкое. Сбоку сквозь туман проступила спинка дивана. Кристиан наклонился надо мной, жалобно треснула ткань разорванных трусиков. Я медленно раздвинула ноги, в порочном, непристойном восторге наблюдая, как он расширившимися зрачками пожирает мое распластанное тело, как взгляд его замирает там… И под этим горящим взглядом наливается кровью, пульсирует влажная нежная плоть. Я нетерпеливо дернула бедрами, задыхаясь, не в силах говорить от дикого возбуждения.

И наконец, желанная тяжесть мужского тела поверх моего тела, скольжение твердой горячей плоти внутри. И яростный жар, свивающийся туго внутри, блаженный, сводящий с ума, хриплое короткое дыхание, хриплый шепот, заводящий до развратных стонов и вскриков, шлепки плоти о плоть. Быстрее, еще быстрее… И мир перевернулся, взорвался ослепительными светом. Я закричала от немыслимого, почти невыносимого блаженства, изогнулась в сладких судорогах, прошивающих тело одна за другой.

Несколько сильных толчков – и ответный стон чужого оргазма.

– Поехали ко мне? – тихо шепнул он на ухо, когда я уже могла дышать, могла слышать и понимать, что происходит вокруг.

Внезапно стало холодно, словно я лежала без одежды. И неуютно.

«Ко мне». Это ведь значит – в тот дом, где есть другая хозяйка? Да, она временно отсутствует, но это и её дом тоже. Там будут её вещи, фотографии, безделушки. Эти мелочи напомнят мне всё то, что я и сама должна была помнить: это чужой дом и это чужой мужчина.

Я высвободилась из теплых объятий, вскочила с дивана, сердито одернула юбку. Огляделась, подобрала разорванные трусики и метнувшись к столу, сунула их в сумку. Жаль, новые были. Ходить без них было странно и… стыдно. Щеки полыхнули румянцем, словно я только что совершила что-то ужасное. Но ведь так и есть! Я злилась. Злилась на саму себя, на то, что на какое-то сумасшедшее мгновение позволила себе забыть то, о чём забывать нельзя никогда.

– Нет, мне нужно домой…

Взгляд – настороженный.

– Все в порядке?

Все в полном беспорядке! Одежда, прическа, вся моя жизнь! Но объяснять сейчас не было сил. Поэтому я просто кивнула.

Кристиан Бейкер подвёз меня до дому, потянулся, чтобы поцеловать, но я увернулась от этого поцелуя.

– До свидания, – проговорила торопливо и унеслась подальше от того, что может разбить мне сердце. Впрочем, кого я обманываю? Оно уже разбито.

Дома я обнаружила, что получила целых три ответа на свои заявки. Меня приглашали на собеседования. Всё складывалось именно так, как должно было. Явно на каком-то из этих собеседований я найду себе новую работу. Место, куда буду приходить, не боясь ранить свои чувства.

На следующее утро я появилась на пороге офиса. Было ещё слишком рано. Те, кто должен подключать аппаратуру, придут чуть позже. Но Кристиан Бейкер уже был на месте. Он поднялся из-за стола и двинулся ко мне, на ходу вытягивая руки для объятий.

Но я сунула ему в руки листок с заявлением об уходе.

– Это ещё что? Что ты надумала, Шер? Я никуда тебя не отпущу. Теперь уж точно не отпущу!

– Отпустишь. – я перешла на ты. – Если всё то, что ты мне говорил – правда, то отпустишь.

Он смотрел на меня упрямым взглядом человека, который не может и не хочет понимать, что ему сейчас говорят.

– Даже не думай.

– Роль любовницы, разговоры за спиной, осуждение… всё это не для меня, Кристиан. – я впервые назвала его по имени. – Просто отпусти меня.

– Хорошо, – после недолгих раздумий сказал он. – Тебе вовсе необязательно быть моей любовницей. Ты можешь просто здесь работать. Я же сказал, что никогда не сделаю ничего против твоей воли.

– А я вчера и пришла сюда, чтобы просто поработать. Это себе я не доверяю, а не тебе. Мне нужно держаться от тебя подальше. Понимаешь?

– Ну что ж, – внезапно его голос стал холодным. Таким холодным, что в нём, казалось, плавали льдинки. – Раз ты так хочешь – уходи. Я не буду тебя держать.

Я вышла из его кабинета, прошлась по коридору, последний раз спустилась на лифте и вскоре оказалась на улице. Я всё сделала правильно. Совершенно определённо я всё сделала правильно.

Тогда, чёрт возьми… почему мне так паршиво?

Глава 10

С момента нашего последнего разговора с Кристианом Бейкером прошёл уже месяц. Всё это время мы не виделись. И всё же, Кристиан звонил мне несколько раз. Каждый его звонок выворачивал душу наизнанку. Мне стоило огромного труда разговаривать ровно, приветливо и доброжелательно. Обсуждать дела, рассказывать, как всё идёт на новом месте. Хотя из груди, пылая болью, рвались совсем другие слова.

Мне надо было его видеть. Просто необходимо было его касаться. Быть рядом. Но на всё это я не имела права. А потому гнала от себя запретные мысли. Тему своего брака он больше не поднимал, но каждый наш разговор неизменно заканчивал словами «ты мне нужна». Я почти ненавидела его в такие моменты, потому что он не должен был и не имел права этого мне говорить. И всё же, этого короткого «ты мне нужна» хватало на несколько дней, чтобы совсем уже не задыхаться от невыносимого чувства потери и несправедливости.

Однажды, когда я выходила с работы, возле меня притормозила ярко-жёлтая спортивная машина-кабриолет. Женщину, которая сидела за рулём, я узнала сразу же.

– Шарлотта Адлард? – спросила она.

Нет. Та самая «шлюха», с которой разговаривал твой Крис на вечеринке.

– Садитесь, пожалуйста, – вежливо продолжила дама, не дожидаясь ответа. Сегодня она была подозрительно воспитанная. Даже как-то странно. – Нам нужно выпить кофе и кое-что обсудить.

Я смотрела на неё и понимала, что последнее, что мне нужно – это садиться в эту машину. Это было невозможно, немыслимо. От этой женщины исходила опасность. И в конце концов, хочу я этого или нет, а я была перед ней виновата. Если бы не тот безумный порыв в вечернем офисе, я могла бы спокойно смотреть ей в глаза. Но теперь – нет. Возможно, моё чувство вины сыграло роль, но я опустилась на дорогое сиденье и еле слышно прошелестела:

– Слушаю вас…

Говорить в машине она не пожелала, так что через несколько минут мы остановились возле небольшого кафе, где подавали отличный кофе и сладости. Я заказала себе только воду. Украдкой разглядывая свою собеседницу. Сейчас она не выглядела так же блистательно, как на нашем корпоративе. Не было крупных украшений, да и сам наряд был весьма скромным. Я заметила тёмные круги, которые залегли под её глазами.

– Мне было трудно решиться встретиться с вами, – сказала она уставшим голосом, в котором явно слышался надрыв. – Я сейчас накануне бракоразводного процесса.

От этого известия я задохнулась. Значит, Кристиан не врал. Значит, он действительно решил расстаться с женой. Из-за меня? Нет, вряд ли. Думаю, у этой пары и без меня были причины не быть больше вместе.

– А какое отношение это имеет ко мне? – тихо спросила я.

Женщина горько усмехнулась.

– О, имеет. Даже не сомневайтесь. Я знаю, что вы не встречаетесь сейчас. Я наняла детектива. Но также я знаю, что вы вместе летали в Париж, пока я была в клинике. Останавливались там в одном номере.

– Это был президентский люкс с отдельными комнатами, – сказала я. – И поездка была исключительно деловая.

– Ну да, ну да. Мой муж, который всегда скептически относился к произведениям искусства, решил прикупить себе несколько? Я слишком хорошо его знаю, чтобы обмануться. Так что, не говорите ерунды.

Я пожала плечами.

– Я не стану оправдываться в том, чего не делала.

И это тоже было правдой. Во время нашей поездки в Париж ничего не было. Ну, то есть… почти ничего.

– Послушайте, Шарлотта. Этот мужчина – далеко не то, чем кажется. Он умеет быть обаятельным, когда ему это нужно. И умеет быть жестоким, когда нет нужды быть обаятельным. Если вы свяжетесь с ним, со временем очень об этом пожалеете. Но будет поздно.

Я выпрямила спину и сказала так спокойно, как только могла.

– Не знаю, зачем вы это всё мне говорите.

– Деньги. Деньги, Шарлотта. Роман с великолепным Кристианом Бейкером – это иллюзия, химера. Всё развеется очень быстро, и он сделает вас несчастной. А вот деньги – я вас уверяю, не будут лишними.

– Какие ещё деньги?

Теперь я ничего не понимала.

Она взяла салфетку и написала на ней цифру. Я взглянула, пересчитала нули и теперь уставилась на эту женщину совсем уж с недоумением.

– Эта сумма станет вашей, если вы подтвердите в суде, что у вас была связь. Тогда я смогу отсудить значительно больше.

Я задумалась совсем ненадолго. И вовсе не потому, что примеряла на себя эти деньги.

– Если вы не хотите выступать в суде… Что ж, я могу это понять. Он звонит вам. Согласитесь на встречу. Меня устроят любые доказательства.

Она снова подтолкнула ко мне салфетку.

– И я могу удвоить сумму.

– Нет, – сказала я, встала из-за столика и добавила. – Приятно было познакомиться, но, боюсь, вы обратились не к той женщине.

Не знаю, как я добралась домой, но добравшись, без сил упала на диван. Разумеется, я не буду лезть в историю с разводом. Не стану помогать миссис Бейкер, но и звонить Кристиану, чтобы предупредить о коварных планах жены, тоже не стану. Не мне между ними вмешиваться. Но в ушах всё ещё звучали слова «он умеет быть обаятельным, когда нужно, и быть жестоким, когда нет нужды быть обаятельным». Я примеряла их на Кристиана Бейкера, и понимала, что сказанное вполне может оказаться правдой. Чтобы добиться того успеха, которого добился он, необходимо быть жёстким. И то, что я не успела увидеть его с такой стороны, ничего не меняет. Не так уж долго мы были с ним знакомы. А вот его жена знала о нём гораздо больше.

«Ты нужна мне…» – прозвучало в ушах так ясно, словно он сидел рядом. Но теперь это вовсе не отправляло меня в пучину иллюзий, а заставляло задуматься. Как Кристиан поведёт себя, когда стану уже не так нужна?

Этого я не знала.

Я провела бессонную ночь, пытаясь придумать, как быть дальше. А когда на следующий день Кристиан Бейкер снова позвонил мне, я не ответила. И не перезвонила после, решив поставить в этой истории жирную точку. Он позвонил снова. И я опять проигнорировала звонок.

Все верно. Поставить точку. И не слишком прислушиваться к глупому сердцу, которое шептало: «Что ты делаешь? Как ты можешь? Я ведь разорвусь от боли».

Глава 11

Звонок в дверь раздался поздно вечером, когда я уже приняла душ и влезла в уютный махровый халат, собираясь немного почитать и ложиться спать. Я вздрогнула и настороженно застыла. Внутри екнуло от странного предчувствия, сердце заколотилось как ненормальное. Кто там может быть?.. Ко мне никто не ходит в такое время. Ко мне вообще мало кто ходит. Я осторожно подкралась к двери и посмотрела в глазок.

Кристиан! Упрямый подбородок, решительный взгляд зеленых глаз…

Ноги стали ватными, а глупое сердце вообще чуть не выскочило из груди. Казалось, его стук слышен даже на лестничной площадке. Второй звонок разорвал тишину над ухом, безжалостно ввинтился прямо в мозг. Я отшатнулась и сползла по стене. Дышать было трудно, словно в квартире кончился воздух. Не открою. Ни за что не открою. Я не готова! Не готова сейчас разговаривать. И видеть не готова. Одно дело говорить «нет» по телефону, а другое – когда он рядом, так близко, что шаг – и я в его объятиях. Крепких, сильных, таких упоительно приятных, что хочется провести в них всю жизнь. Да, решено, точно не открою. Нет меня дома.

– Шер… Открой, – вкрадчиво сказали за дверью.

Вдоль позвоночника моментально брызнули мурашки, а по телу растеклась дикая слабость. Если б я уже не сидела, то точно бы стекла сейчас, едва заслышав его голос. Один только голос. О, боги. Нет, точно нельзя открывать. Иначе я за себя не ручаюсь.

– Открой. Я знаю, что ты дома…

Ну если дома и не открываю, значит, не хочу видеть. Это не приходило кому-то в голову?!

– Во-первых, в окнах горит свет…

Потрясающая наблюдательность. Свет горит? Может, я просто забыла его выключить.

– А во-вторых, я слышу, как ты дышишь там, в прихожей.

У него что, уши как у рыси?! Я затаила дыхание, стараясь слиться со стеной.

– Я не уйду. Буду звонить, пока соседи полицию не вызовут.

Ну нет. Только полиции мне и не хватало. А уж как детектив обрадуется, нанятый его супругой. Представляю, что тот напишет в своём отчёте… Так. Про детектива нужно сказать. Теперь уж точно не вмешиваться не получится. Я должна объяснить Кристиану, почему он не может находиться в такое время в моей квартире.

Я поднялась на ноги, щелкнула замком и открыла дверь трясущейся рукой. Сейчас прямо на пороге скажу ему все. Четко и быстро. И вновь захлопну дверь. Не вышло. Он шагнул внутрь квартиры, видимо, надеясь, что я посторонюсь, и едва не влетел в меня, затормозив буквально в последний момент. Замер в каком-то дюйме, почти касаясь. Окутало запахом. Запахом его кожи и сандала. Голова закружилась, внутри сладко задрожало от неясного предвкушения. Он… Он слишком близко… Слишком большой, слишком притягательный… И на мне слишком мало одежды… Я сглотнула и попятилась.

– Вы не должны быть здесь! – пробормотала я, удивляясь, как неубедительно звучит мой голос. – Уходите, пожалуйста!

– Ты не отвечала, – зеленые глаза скользнули по моим губам, по шее, замерли где-то в районе груди. И хоть на мне был халат, запахнутый почти до подбородка, этот взгляд я остро чувствовала кожей, как прикосновение горячих ладоней. Изнутри поднялась жаркая волна смятения, стало трудно дышать. – Я думал, что-то случилось.

– Уходите! – взмолилась я.

В голове мутилось, мысли путались и расползались. Осталось только это слово. Его и твердила, с упорством, достойным лучшего применения. А ведь что-то я должна была сказать, что-то важное…

Он внезапно дернул пояс халата, тот развязался и упал, свернувшись змеей. Полы халата разошлись и голого тела коснулся сначала прохладный воздух, а потом жадный горячий взгляд. Такой горячий, что я охнула и попыталась то ли запахнуться, то ли оттолкнуть Криса. Одна его рука обвила талию, другая смяла грудь, пощипывая пальцами сосок. Тело прошила молния, ударила вниз живота, где сразу отозвалось сладким спазмом. Я тихонько застонала, выгибаясь от наслаждения. Он захлопнул дверь ногой, и этот хлопок, словно выстрел над ухом, на мгновение отрезвил, помог собраться с мыслями.

Я торопливо заговорила, путаясь в словах, про детектива, про его развод, и про то, что он может потерять. Он наклонил ко мне лицо и прошептал, касаясь горячими губами моих губ:

– Не нужно сейчас о Клэр. Она получит всё что хочет. Плевать!

Действительно плевать. Какая Клэр? Нет никакой Клэр. Есть я и он. И губы, которые так сладко целовать. И руки, что жадно бродят по телу, сдавливают грудь, терзая ставшие болезненно чувствительными соски, и от этих умопомрачительных прикосновений из горла рвутся бесстыдные стоны и крики. Словно обезумев, мы топчемся на моем халате, который как-то незаметно вовсе слетел, и целуемся, жадно, до остановки дыхания, воздух раскалился, стал густым и тягучим. Спина впечаталась в прохладную стену, он навалился, блаженно придавив меня к ней, и жарко шепнул в ухо:

– Так мне уйти?

– Нет……

И, с наслаждением запустив руки в его волосы, впилась в его губы. И вскрикнула, почувствовав, как мужская ладонь жадно скользнула между ног. Ощущения были настолько сильными, яркими, острыми, что я едва не потеряла сознание. Только и могла, что всхлипывать, и все шире раздвигать бедра, подставляясь под умопомрачительные ласки. Тело горело, низ живота наливался колючим жаром и странной тягучей пустотой, кости плавились. Он подхватил меня под ягодицы, до синяков стиснув их стальными пальцами, и ворвался в меня мощно, на всю глубину, заполнив собою до предела. От яростных толчков спина поехала вверх по стене, я горела и металась, вскрикивая от немыслимо сильного, почти болезненного удовольствия.

Хорошо-о-о-о…

Мир взорвался, разлетевшись на сотни кусков, затопив ослепительным оргазмом, на этот раз одним на двоих.

Я лежала на своем собственном халате. «Как я тут оказалась?» – вяло подумала я. Вроде все происходило стоя…

– Повторим? – раздался рядом преступно-хриплый голос. – В этом доме имеется кровать?

Кровать имелась. И мы повторили. Кристиан даже успел раздеться. Наполовину. Во второй раз.

Тело было странно легким, но шевелиться больше не хотелось. Совсем.

– В котором часу ты завтра заканчиваешь работу?

Завтра. Это слово заставило меня вздрогнуть. До сих пор у нас не было никакого завтра, и мне сложно было привыкнуть к тому, что оно появилось. Я ответила, и он продолжил:

– Ничего не планируй. У меня есть для тебя небольшой сюрприз. Хочу отвезти тебя в одно симпатичное место.

– Это будет свидание? – спросила я.

Покрутила слово на языке, пытаясь к нему привыкнуть. У меня и Кристиана Бейкера свидание!

– Пожалуй, да. Это будет свидание, – сказал он.

Глава 12

Машина затормозила у огромного особняка в престижной части города, с садом, заборчиком и газоном во дворе. Я сжалась. Неужели он всё-таки решил привезти меня к себе домой, в тот самый дом, откуда может быть уже уехала, но раньше точно жила миссис Бейкер? Я остановилась перед входом, не слишком желая туда входить, но он подхватил меня за талию и уверенно подвёл к двери. Когда он её открыл, стало ясно: миссис Бейкер тут не жила. И от прежних жильцов в доме осталось мало. Вернее, вообще ничего не осталось. Дом был совершенно пуст. Огромная гостиная без мебели, пустые провалы дверей. Чтобы здесь жить, его придётся обустраивать с нуля. Я обернулась и вопросительно посмотрела на Кристиана.

– Ты отлично справилась с офисом. Думаю, у тебя получится сделать из этой громадины уютный дом. Для тебя. И если захочешь – для нас.

Вот уж действительно сюрприз!

– Вы шутите?

– Ни капли. Я купил этот дом тебе. Но, надеюсь, что ты захочешь разделить его со мной.

– Но он же огромный, – улыбнулась я. – Мы здесь просто потеряемся.

– Не такой уж и огромный. Пойдём, я тебе покажу.

Мы переходили от одной пустой комнаты к другой, а он рассказывал:

– Вот здесь можно сделать гостиную, а здесь – твою мастерскую. А ещё останется много места для детских комнат.

Он говорил всё это, а я чувствовала, как пылают мои щёки. Жить в одном доме с этим невозможным мужчиной? Просыпаться вместе, завтракать на этой вот огромной кухне, а по вечерам сидеть у камина? Ну разумеется, в гостиной будет камин.

От мысли, что со временем этот дом оживёт и в нём действительно появятся детские комнаты, моё сердце вырывалось из груди.

Он толкнул дверь и завел меня в огромную светлую комнату с большим окном и широченным подоконником.

Я вопросительно посмотрела на Кристиана, тот невозмутимо ответил:

– Думаю, здесь получится неплохая спальня…

– Спальня? Для футбольной команды? – невольно рассмеялась я, чувствуя, как наливаются краской щеки от непристойных картинок, что тут же закрутились в голове. И торопливо добавила: – Она ж размером с футбольное поле!

Теплые мужские руки легли на талию, мимоходом погладили живот, и от этих прикосновений внутри сладко вспыхнуло.

– Зато тут прекрасный вид из окна! – тоном заправского гида заявил Кристиан, и слегка подталкивая, повел меня вперед.

Вид из окна и впрямь был замечательный. Высоченные деревья с густыми кронами заслоняли окрестные дома, словно отрезая особняк от остального города.

Теплые ладони тем временем поднимались от живота вверх, пока не обхватили полушария грудей, сжимая их и отпуская, сжимая и отпуская…

– Как тебе вид? – хриплый шепот обжег ухо.

– Нра. вит. ся… – задыхаясь, пробормотала я.

– А так?

Горячие пальцы заскользили по гладкому шелку вокруг затвердевших до боли сосков, потерли их сквозь ткань. Дразняще, почти невесомо.

– Неплох…хо…

Он надавил одной рукой на спину, заставляя лечь грудью на подоконник, другой задрал подол. Стоять со сбитой на талию юбкой и выпяченными словно для порки ягодицами было… до ужаса развратно, но так заводило, что искры сыпались. От порочной бесстыдной позы перехватывало дыхание. Желание, дикое, первобытное, вспыхнуло с яростной силой, хмельной отравой помчалось по венам, стукнуло в голову, загрохотало кровью в висках, в клочья разорвав все мысли.

Его рука нырнула в трусики, как-то по-школьному жадно пощупала между ног, едва не сведя с ума и заскользила вдоль влажных разгоряченных складочек, поглаживая и лаская. Я гортанно застонала.

– Я буду любить тебя медленно, нежно… – хрипло сказал он.

– Нет! – выпалила я, путаясь в словах. – Потом… медленно-ласково…н-не сейчас… Сейчас… быстрее… пожалуйста…

Он приспустил с меня мокрые трусики, вошел, растягивая лоно теплой пульсирующей плотью. И задвигался, сначала неспешно, доводя до всхлипов и стонов, потом быстрее и быстрее вколачиваясь горячую влажную глубину. Кажется, я кричала, и крики эти гулко отражались от стен пустой комнаты, множились, передразнивали, смешивались со стонами чувственного удовольствия, разносились по особняку. Дикая какофония звуков дрожала в воздухе, вибрировала, добавляя остроты и силы ощущениям. Комната словно кружилась, перед глазами плавали звезды, под кожей бушевал колючий жар.

Еще несколько яростных толчков, и я выгнулась и обмякла, содрогаясь в сладких конвульсиях, слыша затихающее эхо и приглушенный стон мужского удовольствия.

– И зачем покупать мебель? – проворчал Кристиан себе под нос. – Мы и без нее прекрасно обходимся.

Трусики вернулись на место, подол юбки тоже, сильные руки подняли меня, прижали к теплой уютной груди. Я счастливо вздохнула и уткнулась носом в рубашку Кристиана, ощущая как под щекой тяжело бухает его сердце.

– Ходить можешь? – спросил он, явно стараясь скрыть смех.

– Могу! – храбро пообещала я. И тут же добавила: – Если поддержишь.

– Тогда пошли. Я же обещал тебе сюрприз.

Ещё сюрприз? Неужели того, что было, недостаточно? У меня вот такое чувство, что я за сегодня выбрала свой годовой лимит сюрпризов. Но с этим мужчиной, кажется, их будет еще немало!

Он открыл очередную дверь, и в абсолютно пустой комнате на стене висело полотно. Женщина и мужчина сидят спиной друг к другу, а их тени рвутся навстречу. Отчаянно, страстно, нежно.

«Терпкий вкус соблазна».

– Я купил и её тоже, – сказал он. – для тебя. Для нас. Тогда в галерее мне казалось, что все это имеет к нам какое-то отношение. К тебе, ко мне. К нам. Мне показалось это хорошей приметой…

Мне сейчас было настолько хорошо, что я что угодно согласилась бы считать хорошей приметой. А картина… Она и правда имела отношение к нашей истории. И только сейчас я поняла, позволила себе поверить, что эта история продолжится.

Впрочем, я отметила про себя: из этой комнаты картину нужно будет убрать. Потому что, пожалуй, здесь можно будет обустроить детскую.

Content

Матильда Старр
Терпкий вкус соблазна

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12