Мур Алика

Двойное искушение

Глава 1

«Ты сказала, что я тебя убил, так преследуй же меня! Убитые, я верю, преследуют убийц. Я знаю, призраки бродят порой по земле! Будь со мной всегда… прими какой угодно образ… Сведи меня с ума, только не оставляй меня в этой бездне, где я не могу тебя найти! О боже! Этому нет слов! Я не могу жить без жизни моей! Не могу жить без моей души!»

Телефонный звонок разорвал тишину, возвращая меня из трагичного мира героев в современные реалии. Бросив беглый взгляд на часы, стоящие на каминной полке, я невольно нахмурилась.

Одиннадцать вечера. Кто мог звонить мне в такое время? Отложив в сторону «Грозовой перевал», я поднялась с дивана, пересекла гостиную и взяла с полки мобильник.

Мама.

На дисплее светилось изображение улыбающейся молодой женщины, и мне вдруг ужасно захотелось, чтобы на этом миловидном личике появились морщины.

– Да, Арлин, – нехотя протянула я в трубку.

Называть ее по имени – было одной из причуд моей матери. Встретив свое сорокалетие в тренажерном зале, где молодые мускулистые мачо, едва завидев ее, теряли сознание (так она утверждала), Арлин твердо решила: ни одна живая душа (разумеется, кроме собственной дочери) не должна знать о ее возрасте. В конце концов, это сработало: один из ее воздыхателей – тридцатилетний архитектор с большими амбициями – позвал ее замуж.

Я вернулась к дивану.

– Привет, детка, – раздалось в трубке беспечное щебетание. – Ты как? Почему не звонишь? У тебя все в порядке?

– Все отлично.

Разговаривать не было настроения, но если не сделать это сейчас, есть риск удостоиться ночного звонка. С Арлин станется.

– Ты уже перевезла свои вещи? – поинтересовалась она, и в ее голосе прозвучала тревога. – Завтра с утра приедут строители, и у них будет всего неделя, чтобы привести дом в надлежащий вид. Не хочу отдавать его за бесценок.

Я невольно закатила глаза.

Арлин Бишоп – в недавнем прошлом Арлин Пирс – всегда была женщиной со странностями. Не знаю, любила ли она моего отца, но после его смерти горевала не долго. Года не прошло – выскочила замуж и, не дожидаясь, пока я окончу колледж, переехала вслед за молодым мужем на другой конец страны.

«Поживешь пока у Джо, а когда закончишь учебу, приедешь к нам, – утешала она меня, уговаривая продать дом, который незадолго до смерти купил мой отец. – Здесь так здорово! Мы с Фрэнком подыщем тебе чудесную квартирку и поможем все обустроить!»

Переезжать в «чудесную квартирку» не хотелось, но спорить с Арлин я не стала. Согласилась в надежде, что к тому времени все само как-нибудь утрясется.

Я устало вздохнула.

– Да, Арлин, я забрала все, что мне нужно, можешь спускать собак.

– Умница, детка, – проворковала та с явным облегчением, начисто проигнорировав мой сарказм. – Надеюсь, ты хорошо устроилась на новом месте?

– Отлично.

– Вот и прекрасно! Ладно, мне нужно уже бежать – поболтаем как-нибудь в другой раз. Чао, детка!

Трубка умолкла, и я опустила руку.

Чао, Арлин, подумала отстраненно, откладывая телефон в сторону. Раздражение ушло, и на его месте возникла пустота. Она всегда появлялась после общения с матерью. Я с тоской подумала об отце.

Пожалуй, он был единственным по-настоящему близким мне человеком, если, конечно, не считать двух моих лучших друзей. А еще была тетя Джо – родная сестра моего почившего папочки, в квартиру которой я въехала этим утром.

Тут мне, несомненно, свезло. Шикарные апартаменты располагались в престижном районе, да и добираться до колледжа было удобнее, чем из родительского дома, который находился за городом.

Это было тетушкино наследство, доставшееся ей от покойного мужа вместе с бизнесом. Тетя Джо давно уговаривала меня на переезд, но я придерживалась мнения, что «хорошая дочь» должна жить с матерью. Вот только моя мать почему-то так не считала.

Я переложила страницы закладкой и отправила книгу на стеклянный столик. Еще раз глянула на часы и, решив, что до полуночи все равно не усну, направилась в ванную.

Когда вода набралась почти до краев, я улеглась в огромную белоснежную чашу и стала водить ладонями по взбитой пене. Интересно, как там сейчас тетя Джо?

Так уж вышло, что мой переезд совпал с ее отъездом. Хваткая миссис Карсон собиралась расширить бизнес, а для этого нужны были новые деловые связи. Именно поэтому ближайшие полгода тетушка собиралась провести в разъездах. Мне было велено заботиться о квартире и «ради всего святого» не влипать в неприятности.

«Влипать» я никуда не собиралась, так что беспокойство пожилой родственницы казалось мне беспочвенным.

Я мечтательно улыбнулась и, набрав полную грудь воздуха, ушла под воду. Досчитала до пятидесяти, побив собственный рекорд, вынырнула на поверхность и, смахнув волосы с лица, откинулась на спину.

Постепенно мысли мои успокоились. В теле образовалась приятная усталость, и я решила, что на сегодня водных процедур с меня достаточно. Выбравшись из ванны и обернувшись в мягкое полотенце, я высушила феном волосы и отправилась на кухню, выпить воды.

В квартире царила безмятежная тишина. Уже собираясь свернуть в гостиную, которая делила пространство с кухней и столовой, я вдруг услышала странный звук. Я остановилась и прислушалась: звук явно доносился из прихожей.

Бесшумно, словно японский ниндзя, я подкралась к входной двери. Вот черт! С той стороны кто-то настойчиво скреб металлическую поверхность.

По спине пробежал холодок.

Хорошенькое дельце: не успел и след простыть тети Джо, а воры уже тут как тут. Интересно, это будет засчитано, как мои личные неприятности, в которые мне запрещено влипать, или же тетушка внесет это прискорбное событие в список собственных неудач?

Дрожа всем телом, я все же решилась посмотреть в глазок, но увидев незваного гостя, облегченно вздохнула и с широкой улыбкой распахнула дверь.

На пороге сидел толстый котяра, и в его круглых голубых глазах застыла вся мировая скорбь.

– Кис-кис-кис, – ласково позвала я серого увальня. – Потерялся, малыш?

Я наклонилась, чтобы погладить бедняжку, но тот с неподобающей его габаритам прыткостью вскочил на все четыре лапы и рванул через площадку к двери напротив.

– Вот хулиган, – хихикнула я, медленно приближаясь к беглецу. – Ну же, иди ко мне.

Кот не шелохнулся. Он сидел под соседской дверью, продолжая с безразличием наблюдать, как я подхожу, склоняюсь и…

В следующее мгновение дверь распахнулась. Серый пройдоха с громким мяуканьем, словно его жутко обидели, исчез в недрах квартиры, а мой растерянный взгляд уперся в чьи-то загорелые коленки.

Неожиданный поворот событий вывел меня из равновесия. Резко выпрямившись, я уставилась на незнакомого мне парня, и в это же самое время полотенце, которое служило единственным прикрытием моей наготы, скользнуло вниз.

– О-ох… – вырвалось из груди.

Я подхватила предательскую тряпку и попыталась ею прикрыться. Черта с два: та скрутилась в три оборота и никак не желала расправляться.

– Позвольте помочь, – с улыбкой сказал незнакомец. Он подхватил края полотенца, развернул его и, ненадолго задержав взгляд на серебряном колечке, торчащем в моем пупке, ловко укутал меня, словно малое дитя после купания. – Ну вот, порядок.

Он отступил на шаг, осматривая меня с головы до ног так, будто оценивал результат собственного труда.

Лицо мое пылало огнем, и от стыда хотелось провалиться сквозь землю. Ну, или хотя бы свалиться в обморок. Но, к моему величайшему сожалению, голубая кровь во мне не текла, и лишиться чувств из-за глубоких эмоций мне не грозило. Все, на что я была способна в этот момент – это глупо хлопать ресницами и молча таращиться на обнаженный торс парня.

К слову сказать, там было, на что посмотреть. Тело незнакомца было словно высечено из темного мрамора. На широкой груди соблазнительно блестели капельки воды, и в голове промелькнула мысль, что парень только из душа. Перед глазами невольно предстала картина: упругие струи воды врезаются в загорелую кожу, стекают по кубикам пресса и…

Очнись, Рэйчел, очнись, закричала я мысленно, но черт бы его побрал – я никак не могла оторвать глаз от этих рельефных изгибов, которые уходили вниз и, словно дразнясь, скрывались под кромкой домашних шорт.

В какой-то момент я осознала, что практически перестала дышать. Судорожно глотнув воздух, я торопливо отвела в сторону взгляд.

– Я пойду, – прошептала внезапно осипшим голосом. – Ваш кот… Он… Я пошла!

Я резко развернулась и почти бегом припустила по холодному полу к квартире тетушки Джо, но тут меня ждал очередной сюрприз. Дурацкая дверь оказалась заперта: видимо ее захлопнуло сквозняком, пока я в беспамятстве любовалась прелестями своего соседа.

Ну как так-то? Я едва не расплакалась от досады. Ситуация напоминала сцену из дешевой комедии.

Я бестолково дергала ручку, мысленно проклиная кота и его дурацкого сексуального хозяина.

Это заговор. Гореть им в аду. Обоим!

– Значит, вы и есть племянница Джо, – раздался совсем рядом насмешливый мужской голос.

Я вздрогнула и с силой вцепилась в ручку.

– Сегодня был тяжелый день, – ответила невпопад и отчаянно покраснела.

Повернуть голову, чтобы снова взглянуть на парня, я не решалась: слишком уж странно его вид действовал на меня. Но даже осознание того, что полуобнаженный красавчик стоит прямо за моей спиной, вызывало приступ дрожи.

Нужно было срочно что-то решать, но как назло, ни одна дельная мысль не спешила на выручку. Не успела я как следует обмозговать свое бедственное положение, как незнакомец уверенно взял меня за плечи и по-хозяйски отодвинул в сторону. Подергал ручку, видимо, желая убедиться, что я его не разыгрываю, и покачал головой.

– М-да, без вариантов, – протянул он задумчиво.

– В каком смысле? – совершенно растерялась я.

– Придется вызывать слесаря. Вы же не умеете лазить по стенам?

Очень смешно. Я раздраженно фыркнула.

– Вот и я говорю, – насмешливо хмыкнул парень. – Сделаем так: я вызову мастера, а вы пока подождете в моей квартире. Идет?

Я отчаянно пыталась придумать другой вариант, но выбор был не велик. Если уж говорить начистоту, его не было вовсе. Я уже начинала дрожать от холода, и если немедленно не согреться, то есть риск подхватить простуду. Или воспаление легких. Или…

– Ну, хватит, – прервал мои внутренние терзания незнакомец. – Я оценил вашу скромность, а сейчас марш в квартиру.

Он одарил меня строгим взглядом, явно намекая, что возражения здесь не уместны, а так как я не сдвинулась с места, подхватил меня на руки и бодро понес к дверям.

– Что вы делаете! Немедленно опустите меня на пол!

Я завертелась, пытаясь выскользнуть из крепких объятий, но силы были неравны.

– Будете брыкаться, заброшу вас на плечо, – заявил этот нахал, и по его тону я поняла: он не шутит.

Я умерила пыл. Болтаться нагишом на плече полуголого красавчика совсем не входило в мои планы. Собственно, как и все то, что сейчас происходило. Я тяжело вздохнула.

– Так-то лучше, – усмехнулся сосед, переступая порог квартиры. – Вам нужно согреться. Горячая ванна идеально подойдет для нашего случая.

– Ванна? – глупо переспросила я.

– Ну да, а чего вы так удивляетесь? – Парень, наконец, опустил меня на пол и закрыл входную дверь на замок. – Вы ведь и так собирались ее принимать, верно?

Ну до чего ж самоуверенный нахал. Я закатила глаза.

– Значит, уже приняли, – хмыкнул он и указал рукой куда-то в сторону. – Придется повторить.

– Знаете, что, – вконец разозлилась я. – Я не маленькая, уж как-нибудь без вас разберусь, что мне делать.

Хотя меня изрядно потряхивало и больше всего на свете хотелось окунуться в горячую воду, я не собиралась сдавать позиций. С какой стати? Я в чужой квартире, голышом (дурацкое полотенце, в которое я вцепилась не в счет), а этого типа так и вообще впервые вижу – нет ни единой причины соглашаться на столь сомнительное предложение.

– Решать вам, – хмыкнул незнакомец и окинул меня насмешливым взглядом. – Но если заболеете, я буду день и ночь торчать в вашей квартире, кормить с ложечки и дежурить у вашей постели. Вам оно надо?

Я снова фыркнула.

– Кстати, меня зовут Шон, – с улыбкой представился парень.

– Поздравляю, – буркнула я в ответ. – Вы вообще собираетесь вызывать слесаря, или мне искать помощь в другом месте?

Парень смерил меня долгим взглядом и усмехнулся.

– Не советую, зима на дворе.

Черт. Я затянула потуже полотенце и искоса взглянула на своего спасителя. Тот уже держал возле уха телефон и все с той же ухмылкой продолжал нагло меня рассматривать. Ну никакого такта.

После непродолжительного разговора, он, наконец, отложил трубку и удовлетворенно хмыкнул.

– Мастер придет в течение часа, – сказал, загадочно улыбаясь. – Проходите в гостиную, я скоро вернусь.

Он махнул рукой в сторону арки, в проеме которой сидел пушистый пройдоха, а сам направился куда-то по коридору. Я вошла в комнату.

Глава 2

Интерьер гостиной был выдержан в стиле лофт. Едва ли не полкомнаты занимал черный кожаный диван. В углу кресло, рядом с которым стоял длинный торшер с квадратным металлическим плафоном.

Стильно.

Взгляд прошелся по светлой стене, на которой висела огромных размеров плазма, а по обеим ее сторонам висели книжные полки. Понизу от стены до стены тянулась черного цвета тумба.

Я шагнула вперед, с любопытством изучая корешки книг: Кант, Гегель, Ницше – похоже, красавчик всерьез увлекается философией. Я улыбнулась, представив его сидящим в кожаном кресле в очках и с книгой в руках. Неужели этот остряк бывает серьезным? Сложно поверить.

Внезапно что-то мягкое коснулось ноги, и я испуганно дернулась. Глянув вниз, увидела пушистого увальня, который усердно терся о щиколотку.

– Что, предатель, подлизываешься?

Я наклонилась и снисходительно потрепала его по загривку. Кот заурчал.

– Похоже, вы понравились Максу, – раздался за спиной голос.

Резко выпрямившись, я обернулась. С лукавой улыбкой на лице ко мне приближался Шон. Не к добру.

– Милый котик, – сказала, я медленно отступая.

– Угу, а еще послушный.

Глаза парня странно блестели, а в уголках губ появились милые ямочки.

– Ну что? – не выдержала я, наконец, и отвела взгляд. – Что вы задумали?

Меня все еще пробирал озноб. Шон приблизился почти вплотную, так что я ощутила тепло его тела. Манящее, желанное тепло.

– Ваша ванна готова, – сказал он тихо, и от его вкрадчивого голоса вдоль позвоночника побежали мурашки.

– Я же сказала, – попыталась я возразить, но тут же умолкла. От волнения голос стал сиплым и каким-то совсем уж чужим.

В следующее мгновение крепкие руки подхватили меня, и я снова оказалась в воздухе.

– Нет! Прекратите! – запищала я, изо всех сил брыкаясь. – Я не стану…

– Станешь! – оборвал меня наглец и одним движением перекинул через плечо.

Это уже было чересчур. Что он себе позволяет? Кто дал ему право так со мной обращаться?

Я принялась колотить кулаками по широкой спине и выкрикивать проклятия, но Шона, судя по всему, это не впечатлило. Он продолжал шагать куда-то по коридору, а мне оставалось лишь пялиться на его упругую задницу да еще на Макса, который семенил следом.

Оказавшись в ванной комнате, которая не уступала своими размерами ванной Джо, меня, наконец, вернули на пол.

– Вперед, – велел нахал и кивнул в сторону.

Я покосилась на огромную белую джакузи, которая почти до краев была наполнена водой. Поверхность укрывала упругая пена: вот уж постарался, гаденыш. Я вздохнула и почувствовала витающий в воздухе цитрусовый аромат.

Похоже, сопротивляться нет смысла: и без того ясно, кто победит.

– Мне при вас раздеваться? – язвительно спросила я.

– Разумеется.

Парень невозмутимо кивнул.

– Вот еще!

Я вспыхнула и попыталась вытолкать его за дверь. Попытка провалилась: упрямец стоял как вкопанный.

– Считаю до трех. Раз, два…

Я не шелохнулась.

– Три!

Не успела я и глазом моргнуть, как Шон сорвал с меня полотенце и отшвырнул его в сторону. Я охнула и попыталась прикрыть руками все то, чего всяким там видеть было вовсе не обязательно. Шон демонстративно закатил глаза, а затем в который раз поднял меня на руки и просто перекинул через борт ванны.

– Вы… Ты! Ты бессовестный безбашенный кретин! – отплевываясь и смахивая с лица пену, вопила я.

– А ты высокомерная гусыня, – парировал тот в ответ. – Истеричка!

Я едва не лопнула от злости. Этот наглец еще смеет меня обзывать! Долго не думая, я окатила парня пенной водой.

– Ох, детка, зря ты это сделала.

Тот хищно осклабился.

Кажется, я и сама начинала понимать, что натворила. Не то чтобы меня заботили чувства этого нахала, но вот его реакцию было нетрудно предугадать. Шон быстро скинул шорты, оголяя довольно внушительное мужское достоинство и, не обращая внимания на мои бурные протесты, шагнул ко мне в воду.

– Ты ненормальный! – взвизгнула я, подтянув колени к груди и забившись в угол ванны.

– Еще какой, – усмехнулся Шон.

– Я.. Я.. Я ненавижу тебя!

Парень снова хмыкнул, а затем неожиданно схватил меня за щиколотку и потянул к себе.

Мой зад скользнул по дну, и через мгновение я оказалась прижатой промежностью к горячему мужскому телу. Шон обхватил меня ногами, скрестив их за моей спиной так, что я уже не могла отодвинуться.

– Ты такая забавная, когда злишься.

Он мягко провел ладонью по моей щеке, и улыбка на его лице снова обрела чертовы соблазнительные ямочки.

– Зачем? – только и смогла выдавить я.

– Ты мне нравишься, – серьезно ответил Шон.

Аргумент. Я громко фыркнула и предприняла очередную попытку вырваться. Бесполезно. Рука парня скользнула по моей шее, и его пальцы вплелись в волосы на затылке.

– По-моему, это идеальное знакомство, – тихо сказал он и накрыл мой рот глубоким поцелуем.

Вот и все. Сопротивление сломлено, а победителей, как говорится, не судят. От кончиков пальцев ног поднялась жгучая волна, заполняя жаром каждую клеточку тела и пробуждая в нем бесстыдную страсть. Я обвила шею парня руками и ответила на поцелуй.

Да, это идеальное знакомство.

Жар между бедер усилился, и я скрестила ноги за спиной Шона, чтобы оказаться как можно ближе к нему. Но даже этого мне было мало. Я потерлась о его живот, ощущая ягодицами, как набухает мужской орган, и по телу прошел электрический ток.

Все происходило будто во сне. Я напрочь забыла и о своем недавнем стеснении, и о том, что всегда осуждала порочную страсть, на которую были падки ветреные девицы. Все, чего я хотела в этот момент – это ощутить внутри себя твердость мужского члена.

Я попыталась спустить зад пониже, но Шон остановил меня.

– Не спеши, малыш, – шепнул он мне в самые губы.

Я послушно вернулась на место.

Мужские руки продолжали блуждать по моей спине, гладили шею, а затем спускались к ягодицам, сжимая их и заставляя меня гулко стонать. Язык Шона ласкал мой язык, сплетался с ним в каком-то безумном танце.

Я инстинктивно вжималась промежностью в живот парня, впитывая его тепло, вдыхала ароматы масел, от которых голова шла кругом. Сумасшедшая страсть, которую я не могла себе даже вообразить, грозила лишить меня чувств.

Одна рука Шона проникла между нашими телами и сжала мою грудь. Я откинула голову назад и громко застонала.

– Сладкая девочка, – хрипло проговорил он, пощипывая мой сосок.

Это было на грани. Тугой комок наслаждения внизу живота стал почти болезненным, и я с мольбой взглянула на своего искусителя.

– Малышке не терпится? – улыбнулся тот.

Я по-детски выпятила губу. Шон обхватил ее губами и легонько втянул в рот.

– Погоди, – прошептал он со смехом, едва мой зад снова начал ерзать по члену.

Я непонимающе уставилась на него. Неужели я сделала что-то не так?

Шон улыбнулся, видимо заметив смятение на моем лице, легонько поцеловал в губы.

– Все в порядке, малыш, не волнуйся. Просто придется покинуть наше подводное царство, иначе рискуем залить своей страстью соседей.

Я глупо хихикнула.

Парень встал во весь рост, от чего его набухший ствол едва не уткнулся мне в нос. Недолго думая, я обхватила головку губами и, посасывая, втянула ее в рот.

Если не считать просмотра с друзьями порнофильма в тот день, когда я набралась шампанским и готова была на любое сумасбродство да еще легких касаний пальчиками мужского прибора, которыми я наградила своего первого и единственного парня на день благодарения, это был мой первый серьезный опыт оральных ласк. Я не знала всех правил, поэтому действовала интуитивно. Ощущения от этого действа оказались на удивление приятными.

Шон хрипло застонал. Этот звук окончательно пробудил дикую необузданную часть меня, а где-то глубоко внутри хлопнулась в обморок «хорошая девочка».

Я мысленно усмехнулась. Скользнув губами к основанию древка, почувствовала, как оно увеличивается в размерах. Твердый член послушно проник в горло и уперся головкой в стенку. Я судорожно сглотнула.

– Ненасытная вредина, – простонал Шон. – Что ты творишь?

Мои губы заскользили в обратном направлении, пока не почувствовали уздечку. Если мне не изменяла память, именно она была самой чувствительной частью агрегата. Я лизнула ее языком, затем еще и еще…

Шон обхватил меня руками за плечи и заставил подняться на ноги.

– Не думал, что ты такая развратная, – с придыханием сказал он.

Перешагнув через край ванны, подхватил меня на руки и перенес на умывальный столик. Оказавшись вновь в его власти, я хитро улыбнулась. Парень любит держать все под контролем, это ясно как день.

Я бесстыже раздвинула ноги и поманила его пальчиком. Шон усмехнулся.

– Один момент, дорогая, – сказал он, протягивая руку к ящику под столешницей. Выудив из его недр плоский пакетик, он разорвал его зубами и извлек резинку.

Вот, черт! Щеки вспыхнули. И как я могла забыть о защите? Хорошо, что хотя бы один из нас все еще думает головой.

Быстро справившись с поставленной задачей, Шон обхватил руками мой зад и подтянул к краю столешницы. Я затрепетала от предвкушения.

Мужские пальцы раздвинули влажные складочки и легонько погладили набухший бугорок. По телу словно пустили электрический ток.

Я застонала, с готовностью отзываясь на ласки, и новая порция вожделения накатила удушливой волной. Внушительных размеров член уперся в узкую расщелину, немного покружил рядом, а затем одним резким движением ворвался внутрь.

Я охнула: он оказался действительно огромным. Мышцы влагалища сжались, от чего ощущение наполненности усилилось в несколько раз. Шон не двигался.

– Все хорошо? – нежно спросил он, едва касаясь губами моих губ.

Я молча кивнула. Говорить что-либо не хотелось, да я бы и не смогла: рот Шона снова накрыл мой, и все закружилось в вихре поцелуя.

Дав мне немного привыкнуть к новым ощущениям, парень начал медленно двигаться. Он погружался в меня до самого основания, растягивая упругие мышцы, двигал бедрами, от чего я приходила в дикий экстаз, а затем медленно скользил назад.

Я еще шире развела колени и, вцепившись в края столешницы, уперлась затылком в зеркало.

– Ты восхитительна, – хрипло сказал Шон, погружаясь в меня снова и снова.

Я закусила губу. Меня ужасно заводило то, как менялось выражение его лица. На нем отражались и страсть, и похоть, и желание – и видеть это было чертовски приятно.

Жесткий, как древко копья, член вынырнул наружу, поерзал по чувственному бугорку, вызвав в теле новую волну наслаждения, скользнул вниз и снова проник во влажную глубину. Я со стоном подалась навстречу.

Мужские руки легли на мою грудь и легонько сжали соски. Наслаждение, которое я испытывала, граничило со сладостной болью, от чего становилось еще острее.

Шон продолжал медленно двигаться во мне, и каждое его погружение отдавалось в теле новой волной удовольствия.

Я облизала припухшие губы и нырнула рукой между своих ног. Коснулась подушечкой пальца пульсирующего бугорка, легонько надавливая и массируя. Одновременно с этим движением упругий ствол погрузился в меня до самого основания, и Шон пошевелил бедрами, словно устраиваясь удобнее.

Блаженная пульсация между ног усилилась, разгоняя по телу электрические волны.

Я застонала. Громко. Протяжно. Надавила на чувственный холмик, изо всех сил сдерживая желание получить все наслаждение немедленно.

Шон протянул руку и, оттеснив мою, коснулся набухшего клитора подушечкой большого пальца.

– О-о-ох, – вырвалось из моей груди.

Я распахнула глаза и, закусив губу, в каком-то сладостном дурмане уставилась на губы Шона. Они замерли в манящей улыбке.

Я вдруг подумала, что ему действительно нравится то, что он делает. Нравится ласкать меня, смотреть, дразнить, обладать моим телом и чувствами. Я видела, как возбужденно блестят его глаза – карие с оливковым ободком, и задыхалась от безудержного восторга.

Упругий член медленно вышел наружу, скользнул по ложбинке вниз и уперся в узкую дырочку. В груди перехватило дыхание.

– Нет… – срывающимся голосом прошептала я и со страхом уставилась на парня.

– Успокойся, малыш, я не сделаю ничего такого, чего бы тебе не хотелось.

Он легонько пошлепал членом по дырочке, заставив меня испытать неизведанное до сих пор волнительное ощущение восторга, затем снова вернулся к складочкам. Пройдясь между ними, подразнил клитор, от чего меня накрыло новой волной удовольствия, и грубо ворвался внутрь.

Комнату огласил громкий протяжный стон. Я закрыла глаза, наслаждаясь таким упоительным ощущением наполненности, подалась вперед. Руки парня удерживали мои ноги на весу, в то время, как его пальцы продолжали блуждать между складочками по самым чувственным точкам. Напряжение между ног усиливалось с каждой секундой.

Толчки стали грубее, жестче, а ласки пальцами интенсивнее. Хриплые стоны Шона подталкивали меня к краю пропасти, и я готова была сорваться в нее в любую секунду.

Очередной толчок стал финальным в этой феерии. Что-то взорвалось во мне, разлетелось тысячей искр и закружило в водовороте безумного наслаждения. Шон судорожно вжался в меня, издал глухой рык, и я ощутила, как содрогается его тело.

Его палец все еще ласкал меня, продляя удовольствие и не давая прийти в себя. Я слышала собственный крик, который сплетался с хриплыми стонами Шона, чувствовала, как его ладонь сжимает мое бедро.

Даже, когда мои ноги безвольно скользнули вниз, Шон продолжал поглаживать влажную плоть до тех пор, пока мое тело не перестало вздрагивать.

– Полный улет, малыш, – выдохнул он, наконец, делая шаг назад и ловко стягивая резинку. – Ты так эротично кричишь.

Его бровь изогнулась дугой, и на губах заиграла лукавая улыбка.

Я покраснела.

– Вот еще, – сказала смущенно, соскальзывая со стола и оглядываясь в поисках полотенца. Больше всего на свете сейчас мне хотелось упасть на кровать и уснуть сном мертвой принцессы. Ноги стали как ватные.

Шон снял с крючка белоснежный мохнатый халат, надел его на меня и заботливо завязал пояс.

– Ты прелесть, – сказал он с улыбкой, разворачивая меня к зеркалу.

Я выпучила глаза на свое отражение. С размерчиком явный косяк: из ворота, словно из большого сугроба торчала одна голова, и где-то там глубоко внутри скрывались руки и ноги.

– Ты предлагаешь мне встречать мастера в таком виде?

Парень весело хмыкнул.

– А ты хотела бы встретить его в своем полотенце?

Я почувствовала, как вспыхнули кончики ушей. Сейчас, когда страсть поутихла, меня захлестнул стыд. За свою внезапно пробудившуюся похоть, за нетерпение, с которым я так яро рвалась в бой. Признаться честно, я вообще ни разу не позволяла себе чего-то подобного.  И что сейчас на меня вдруг нашло?

Я покосилась в зеркало. Шон стоял за моей спиной, улыбался и, обхватив руками за плечи, прижимал к своей груди.

Такая идиллия. Я печально вздохнула.

– Что-то не так, малыш?

Меня вдруг захлестнула обида. Этот парень даже имени моего не узнал – просто накинулся, взял, а сейчас стоит, хмыкает. Хотя, чего ожидать от мужчин? Сама дура. К тому же несдержанная дура.

Я снова вздохнула.

– Все в порядке, – соврала, отводя в сторону взгляд.

– Мне так не кажется.

Шон развернул меня лицом к себе и уже хотел что-то сказать, но тут в дверь позвонили.

Глава 3

На пороге стоял мужчина в оранжевой униформе.

– Мистер Уокер. – Он приветственно кивнул Шону, при этом ни на секунду не отрывая от меня подозрительного взгляда. – Вы понимаете, что ставите меня в неловкое положение? Если миссис Карсон узнает…

– Успокойся, Рони,– похлопал его по плечу мой совратитель. – Джо ни о чем не узнает, к тому же, ты ведь не собираешься оставить без помощи ее дорогую племянницу?

Глаза мужчины боязливо забегали. Кажется, в его голове происходил какой-то сложный процесс. Наконец, он кивнул.

– Разумеется.

К моему несказанному облегчению, он не стал задавать мне вопросов. Просто извлек из чемоданчика какие-то инструменты и занялся замком. Я стояла рядом закутанная в халат Шона, краснея от стыда и мысленно подгоняя мужчину.

Что ж он так возится? Затылок буравил пристальный взгляд Шона: тот все так же стоял в дверном проеме своей квартиры и молча наблюдал за происходящим.

– Готово, мисс, – объявил, наконец, мастер, сияя довольной улыбкой и распахивая передо мной дверь.

– Сколько я вам должна?

Его глаза округлились, и он замахал руками.

– Что вы, ничего не нужно, вы ведь племянница миссис Карсон.

С какой радости племянницам тети Джо полагается бесплатная помощь, уточнять я не стала. Кинула короткое «спасибо» и, не оборачиваясь, вошла в квартиру.

Шон не пошел за мной. Ничего не сказал, не окликнул – вообще никак не отреагировал на мой уход. А, собственно, чего я ожидала? Что он побежит за мной? Или бросит на прощание «спасибо малыш за восхитительный секс»?

Я слишком громко хлопнула дверью, от чего сердце невольно сжалось.

Дура, Рэйчел, какая же ты дура, ругала себя, прижавшись спиной к холодной металлической поверхности. Обида смешивалась со стыдом, образуя противный на вкус коктейль разочарования.

Как я вообще до такого докатилась? Я – та, которая даже студенческие вечеринки не жаловала из-за того, что какой-нибудь урод вечно норовил залезть мне в трусы. Это всегда жутко бесило. Даже сама мысль о том, чтобы заняться сексом с незнакомым мужчиной вызывала у меня отвращение. До сегодняшнего дня.

Вдоль позвоночника прошла дрожь, стоило вспомнить горячие руки Шона и все то, что он ими вытворял. Я судорожно выдохнула.

Черт возьми, ну надо же было такому случиться! Это тебе уже не просто секс с незнакомцем, которого можно выбросить из головы на следующее же утро – безумные страсти с соседом тетушки Джо! Что, если он расскажет ей о случившемся? Или слесарь обмолвится, что ее дорогая племянница торчала в соседской квартире в одном банном халате.

Я представила выражение лица пожилой женщины и застонала. Она даже в кампус запретила мне переезжать, мотивируя это тем, что вместо учебы студенты занимаются там развратом и курят травку.

Нет-нет, тетя ни за что не должна об этом узнать. Но как оградить ее от такой новости? Припереть парня к стенке и пригрозить расправой, в случае разглашения тайны? Ха-ха, смешно до неприличия.

Впрочем, тот вряд ли станет трепаться о своем подвиге. Во всяком случае, не с чопорной соседкой, которая давно разменяла седьмой десяток.

Эта мысль немного приободрила, но в голову тут же пришла новая: а как, собственно, я буду смотреть парню в глаза? Наверняка, мы будем встречаться на лестничной площадке, и уж почти наверняка я не смогу делать вид, будто ничего не случилось. Возможно, Шон и не придал большого значения случившемуся – подумаешь, секс с соседкой. А мне каково?

Меня снова охватила злость.

Бездушный гадский извращенец! Ну кто просил его выходить из квартиры? Кто заставлял нырять ко мне в ванну? Целовать, гладить, прижиматься ко мне своим восхитительным телом…

Назойливые воспоминания отправили маршировать по телу новый отряд мурашек, и я беспомощно сползла по двери на пол.

Дура Рэйчел все-таки умудрилась влипнуть в скверную историю, подумала с тоской. Подтянув коленки к груди, я сложила на них руки и устало опустила голову. Лицо уткнулось в пушистый рукав.

Вот так отметила переезд в обитель добродетельной старушки. Я вздохнула. Ноздрей коснулся знакомый едва уловимый аромат.

Это было уже слишком.

Я поднялась на ноги, торопливо стянула халат и с обидой швырнула его через всю прихожую, словно это он был виноват в моих бедах.

– Вот тебе твоя чертова галантность! – крикнула, с силой ударив по двери пяткой.

В глубине квартиры зазвонил телефон.

К моему величайшему ужасу звонила тетушка Джо. Ну, разумеется, а как иначе? По закону подлости этот сумасшедший день просто обязан был закончиться именно так. Я с минуту пялилась на светящийся дисплей, решая, как буду оправдываться, но так ничего и не придумав, ответила на звонок.

– Тетя? Что-то случилось? – спросила как можно уверенней.

Рука подрагивала, и я сильнее сжала трубку в ладони.

– Она еще спрашивает! – раздался в ответ возмущенный возглас. – Нет, я не понимаю, ты, что, хочешь раньше времени отправить меня вслед за своим отцом?

– О чем это вы? – протянула я жалобно, хотя сомнений уже не оставалось: она все знает.

Тетушка сердито фыркнула.

– О чем? Ты смеешься? Я сижу с потенциальным инвестором в ресторане на другом конце страны, и тут мне звонит Рон и сообщает, что моя дорогая племянница разгуливает нагишом по соседской квартире! И что прикажешь мне делать?

Внутри все оборвалось. Чертов мастер, все-таки доложил! Решил обезопасить свою задницу перед влиятельной старушкой и сдать меня с потрохами, пока это не сделал кто-то другой.

– Тетя, я....

– Не перебивай, когда с тобой говорят старшие, – сердито прервала она меня. – Как ты вообще умудрилась захлопнуть дверь? Ты хоть понимаешь, что на кону стоит моя репутация?

Я понимала. Даже больше, чем представляла себе тетя Джо.

– Значит так, слушай меня внимательно, – заявила она. – Забудь дорогу в ту квартиру, поняла? Даже, если настанет конец света или у тебя закончится соль, не смей туда заходить.

– Я все поняла, тетя, – послушно пролепетала я. – Не ходить в ту квартиру ни под каким предлогом. Я ведь и не собиралась, просто…

– Не заставляй меня бросать все дела и возвращаться домой раньше срока. Всего-то полгода не попадать в неприятности – это совсем не сложно. Верно?

– Конечно,– снова согласилась, вздыхая.

– Вот и умница. Надеюсь, мне не придется краснеть по возвращению.

– Нет, тетя.

Мне очень хотелось, чтобы все так и было, но мысль об опасном соседстве не придавала уверенности. Полгода избегать встреч с Шоном – разве это возможно?

– Ладно, ложись отдыхать, – примирительным тоном сказала тетушка. – Я позвоню завтра.

– Спокойной ночи, тетя Джо.

– И тебе, милая.

Я нажала на сброс и шумно выдохнула.

Кажется, пронесло. Оставалось надеяться, что мой совратитель не страдает муками совести и не станет каяться перед бедной старушкой в своих прегрешениях.

Отложив телефон в сторону, я натянула ночнушку и, выключив свет, забралась в постель.

Глава 4

Ночью мне снились гномы на плавучем острове в океане. Я гостила у них в шатрах, угощалась странными, но дико вкусными лакомствами и бесконечно завидовала их женщинам: у каждой из них было по два мужа.

Какая ужасная несправедливость, думала я с горечью. Вот вернусь домой – первым делом напишу письмо президенту. Каждой твари по паре – это ведь был его предвыборный лозунг. И где? Где, спрашивается, моя парочка горячих красавцев?!

Я тяжело вздохнула. Завистливый взгляд скользнул по загорелым торсам двух статных бородатых самцов – они были восхитительны.

И кому только пришло в голову, будто гномы – это злые уродливые карлики? Идеальные тела мужчин соблазнительно блестели в лучах рассветного солнца, и я невольно вздыхала, представляя себя на месте черноволосой красотки, которую те обхаживали. Две пары мужских карих глаз загадочно переливались всеми оттенками янтаря, пробуждая во мне какие-то смутные воспоминания.

Взгляд встретился с горящим взглядом одного из мужчин, и в груди перехватило дыхание. Мы точно где-то встречались. Мужские губы растянулись в соблазнительной улыбке, и я почувствовала, как запылали кончики ушей. Внизу живота вспыхнуло томительное напряжение.

Это было невыносимо. Я скрестила под столом ноги, стараясь унять растущее возбуждение, но один лишь взгляд на чувственные губы мужчины пресек эту жалкую попытку. Я облизала пересохшие губы.

Красавчик поманил пальцем, лукаво подмигнул и вдруг запел голосом Луи Армстронга.

«Какой чудесный мир», – хрипло выводил он, приближаясь поступью хищного зверя и пожирая меня взглядом. Я беспомощно заморгала. Что здесь вообще происходит?

Голос мужчины странно дребезжал, и мне почему-то захотелось его отключить. Я заерзала на месте, выискивая взглядом пульт управления, неуклюже дернулась… и проснулась.

Протерев кулаками глаза, уставилась на вибрирующий телефон, из динамика которого звучала всем известная композиция.

Сон. Это был сон. Внизу живота все еще сладостно ныло, и я ощутила острое разочарование.

– Не мог уже пошустрее? – проворчала сонно, обращаясь к оставшемуся по ту сторону сновидения красавчику.

Я отключила будильник и бросила хмурый взгляд на дисплей. Часы показывали восемь тридцать утра.

Проспала! На целых полчаса!

Бормоча под нос проклятия, я выскочила из постели и опрометью бросилась в ванную. Пятиминутный контрастный душ и пара глотков горячего, почти обжигающего кофе сделали из меня человека. Я окончательно проснулась.

Первой парой шла биология, поэтому можно было не переживать. Преподаватель – подслеповатый и добродушный старик – не особо следил за посещаемостью его уроков. Я натянула джинсы и любимый теплый свитер под горло, торопливо подвела карандашом глаза и вернулась на кухню. В запасе оставалось целых пять минут.

Зажав в ладонях горячую кружку, я уселась напротив окна.

На улице царила настоящая красота. За ночь деревья оделись в белоснежные одежды из снега, и небольшой парк рядом с домом стал похож на сказочный лес. Я мечтательно улыбнулась, представив, как бегу в воздушном как облако платье по заснеженной аллее, а навстречу на белом коне едет мой принц.

«Не советую, зима на дворе», – ворвался в голову насмешливый голос.

Я раздраженно тряхнула головой, прогоняя некстати возникший перед глазами образ соседа.

Снова он, как заноза в заднице. То, что произошло между нами вчера, сейчас казалось лишь сном – развратной фантазией из разряда тех, о которых не рассказывают даже близким друзьям.

И все-таки это случилось.

Мистер Уокер… Шон… Щеки вспыхнули, едва я вспомнила, как бесстыже раздвигала перед ним ноги, а он ласкал меня, разглядывая мои прелести жадным горящим взглядом. Пришлось признать, что вела я себя не лучше изголодавшейся по сексу нимфоманки. Но хуже всего было то, что мне это нравилось.

Я попыталась себя успокоить. Да, это был безрассудный поступок, но ведь все совершают ошибки. К тому же, не я это начала. Этот мерзавец просто застал меня врасплох и с радостью воспользовался бедственным положением, в которое я попала.

Второго раза не будет. Точка. Если еще раз встречу этого секс-маньяка, то сделаю вид, будто плевать я хотела на его шикарные кубики и все то, чем он так старался меня поразить.

Мне ведь плевать? Я уверенно кивнула.

Отправив кружку с недопитым кофе в раковину, я вышла в прихожую, быстро натянула сапоги и пальто, подхватила с комода сумку и распахнула входную дверь. Шагнув вперед, запоздало заметила корзину с цветами и едва не растянулась на лестничной площадке.

– Черт, – ругнулась от неожиданности.

Сердце подскочило к горлу, а затем забилось с удвоенной скоростью. Какой придурок оставил здесь это? Я нахмурилась, поднимая корзину и разглядывая мелкие бутоны роз, россыпью торчащие среди зелени. Взгляд наткнулся на маленькую открытку.

Я огляделась по сторонам, словно воришка, который собирался прикарманить чужое добро. Вокруг было тихо. Развернув глянцевую картонку, я бегло прочла послание.

«Спасибо за чудесный вечер!» И подпись: Шон.

Щеки вспыхнули, и я опасливо покосилась на соседскую дверь.

Вот ведь подхалим! Губы невольно расплылись в улыбке, и я поспешно нырнула в квартиру на тот случай, если сосед решил проследить за мной в глазок.

Водрузив корзину на кухонный стол, я склонилась над цветами, закрыла глаза и медленно вдохнула нежный аромат. Ноздри затрепетали от удовольствия. И как только этот авантюрист узнал, что алые розы – мои любимые цветы?

Я задумчиво покачала головой. Шон ко мне клеился, это очевидно, но зачем? Таким как он нужны девушки совсем другого формата: богатые, холеные… и послушные. Я не подходила ни под один из пунктов. И если понять мотивы его вчерашних действий я еще могла (очередная сексуальная победа в его копилку), то объяснить этот жест с цветами мне уже было не под силу. Целый букет роз – такое безрассудное расточительство времени и средств никак не укладывалось в рамки стандартного поведения альфа самца. Так, что он задумал?

Я бегло глянула на часы и захныкала. Вот же гад! По его милости я опоздала на первую пару, и если не потороплюсь, опоздаю и на вторую.

Оставив цветы на столе, я выскочила из квартиры и, стараясь не смотреть на соседскую дверь, бросилась к лифту. Наблюдая, как над створками неторопливо сменяют друг друга цифры, я нетерпеливо переступала с ноги на ногу. Внутри не покидало чувство, что за мной следят.

Что за глупости, подумала раздраженно. На этаже всего две квартиры: тети Джо и ее соседа. И Шон уж точно не похож на престарелую деву, которая любит торчать возле глазка. Я нервно хихикнула.

К черту его! Я твердо решила, что перестану думать о парне и гадать о мотивах его странных поступков. Буду делать вид, будто ничего не случилось. А если он думает, что кучка цветов и пара слов распахнет перед ним мою дверь, значит он настоящий кретин.

Створки лифта, наконец, разъехались в стороны, и я с облегчением шагнула в кабинку.

Глава 5

День выдался напряженный. На парах я сонно клевала носом, зевала и даже умудрилась заработать замечание от мистера Гринча – одного из самых демократичных преподавателей нашего колледжа. Ужасная несправедливость. В голову настойчиво лезла мысль прикончить соседа. Причем, самым изуверским способом.

Едва дождавшись окончания занятий, я выскочила на улицу и, добежав до «Старбаркс», купила себе двойной «американо» без сахара. Сделала несколько жадных глотков и лишь после этого обвела взглядом зал.

Все столики оказались заняты: куда ни глянь – кругом студенты. По двое, четверо, а то и вовсе целой компанией – они весело встречали долгожданные выходные.

Я покосилась на Кодис – пышногрудую блондинку с моего потока, которая сидела в окружении трех парней и заливисто смеялась чьей-то шутке. Вот у кого никаких забот. Покачав головой, я поправила на плече рюкзак и торопливо направилась к выходу.

Оказавшись на улице, я с облегчением вдохнула прохладный воздух, вытащила из кармана телефон и набрала номер подруги.

Сегодня в ресторане «Рэд окс» пройдет одна из тех вечеринок для богатенькой молодежи, которыми оканчивалась каждая пятница, и нам с Лоис предстояло весь вечер тягать подносы с деликатесами.

Слушая гудки, я мысленно прикидывала, смогу ли выдержать несколько часов на ногах и не свалюсь ли под стол, позорно уснув там сном мертвой принцессы. Пожалуй, что до полуночи продержусь, пришла к выводу и сладко зевнула.

Гудки в трубке прекратились.

– Ты где? – спросила я, поглядывая, как бегут на дисплее секунды, и с наслаждением потягивая горячий напиток.

– За твоей спиной, – донесся двоящийся голос подруги.

Нажав на сброс, я обернулась.

Лоис – рыжеволосая чертовка со взглядом как у лисицы – стояла прямо за мной и с аппетитом уплетала двойной чизбургер.

– Что-то ты сегодня неважно выглядишь, – заявила она, прищурив один глаз. – Опять зубрила всю ночь?

– Какое там…

Я махнула рукой, и Лоис согласно кивнула. Определенно, ей не терпелось поделиться собственными новостями. После коротких, но крепких объятий, мы зашагали в сторону парковки.

– А я, представь себе, навещала вчера бабулю. – Подруга сделала зверский оскал. – Это ведь настоящая пытка! Веди себя прилично, Лоис, не ставь локти на стол, Лоис, поговори с Джоном, Лоис. Ты ведь знаешь моего кузена Джона? Кажется, я вас когда-то знакомила. Он же настоящая заноза в заднице! Глаз не сводит с меня и все ждет, когда уже на очередном бабулином сборище я напьюсь как следует и трахну его где-нибудь в кладовке. Эй, ты меня слушаешь?

Она, наконец, замолчала и уставилась на меня осуждающим взглядом.

– Конечно, твой кузен Джон, – повторила я машинально.

– Ну да, Джон. Так вот…

Я постаралась изобразить на лице интерес, лишь бы подруга не заметила моего состояния и не стала допытываться о причинах. Слушать ее кудахтанье было вовсе не обязательно – истории о бабулиных ужинах не отличались разнообразием, и если бы я пересказала одну из них, то ничем бы себя не выдала.

К тому времени, как у Лоис иссяк поток слов, мы успели добраться до ресторана.

В раздевалке для персонала кроме нас никого не было, и я облегченно вздохнула. Никто не станет задавать вопросов, почему у меня такой потрепанный вид и откуда взялись под глазами темные круги. Что же до Лоис – той явно было не до меня. Впрочем, это вовсе не мешало ей строить планы на мою личную жизнь.

– Слушай, я тут подумала, а не замутить ли тебе с моим кузеном? – спросила она, стягивая ковбойские сапоги и разминая замерзшие пальцы ног.

– Твой кузен – кретин, ты сама говорила.

– Ну, да. Но это всего лишь мое субъективное мнение.

– Ему нравишься ты, – улыбнулась я подруге. – Не добавляй парню лишних проблем.

– И это – правда, он сходит по мне с ума, – усмехнулась в ответ та.

Переодевшись в элегантную униформу, я сложила свои вещи в шкафчик и подошла к зеркалу. Поправила прическу, тщательно замаскировала консилером круги под глазами и оглядела себя придирчивым взглядом.

Кажется, все идеально. Не сказать, что бы я так уж страдала педантичностью, но в таком месте, как это невольно начинаешь следить за мелочами. В «Рэд окс» заглядывала сплошь элита, а простым смертным оставалось лишь любоваться всей этой роскошью через стеклянную витрину окон. Даже обслугу здесь подбирали тщательным образом.

Нам с Лоис повезло: у нас здесь имелся блат в лице Сэма Салливана – нашего близкого друга гея, который не просто был метрдотелем «Рэд окс», но еще, как говорила подруга, «крепко держал за яйца» управляющего ресторана.

Весьма удачный расклад. Я сдержанно усмехнулась.

– Ну, идем? – прощебетала Лоис, обнимая меня со спины и заглядывая через плечо в зеркало. – Все-таки ты зубрила.

Она легонько ущипнула меня за зад и бодро зашагала в сторону кухни.

***

Вечер не задался с самого начала. Первым делом я вдребезги расколотила парочку бокалов, поставив их на поднос, а затем неуклюже подняв его. Проходя мимо стола, зацепилась каблуком за ленту на скатерти и едва не растянулась на полу. Хорошо, хоть Сэм оказался рядом и вовремя подхватил меня за талию.

– Черт, Рэйчел, что с тобой сегодня творится? – спросил он, озабоченно поправляя на мне сбившийся передник.

– Наша Рэйчел – зубрила, – хихикнула проходившая мимо Лоис.

– Не понял.

Я махнула рукой.

– Все в порядке, Сэм, просто не выспалась.

– Интересно, и чем это ты занималась? – В глазах друга сверкнул любопытный огонек. – Неужели…

– Чем могла заниматься наша тихоня? – пожала плечами Лоис. – Читала всю ночь умные книжки.

– Рэ-эйч…

Я подняла глаза и уставилась на Сэма. Его взгляд красноречиво предупреждал, что в случае вранья меня ждет как минимум гильотина, поэтому уж лучше мне говорить правду и желательно во всех деталях.

Я вздохнула.

– Я совершила большую глупость, – сказала, отводя взгляд. – Большую, чем вы можете себе представить.

– Любопытно. – Сэм скрестил на груди руки. – Что же ты натворила?

– Да-да, выкладывай, Рэйч, – с жаром поддержала его Лоис.

Под их пытливыми взглядами щеки покрылись румянцем.

– Я переспала с незнакомым мужчиной, – сказала, стараясь, чтобы голос звучал как можно спокойней.

– Ты что сделала? – с недоумением переспросила подруга. В ее глазах застыло изумление, а полные губы сложились в форме буковки «о».

– Переспала с соседом тетушки Джо, – недовольно буркнула я в ответ. – Только прошу, не нужно вопросов. Сама не знаю, как так вышло.

Лоис громко хохотнула.

– Ну, ты даешь, Рэйч! Я думала, ты тихоня, а ты, оказывается, та еще штучка.

– Прекрати, – зашипела я, с опаской оглядываясь по сторонам. Не хватало только, чтобы эта новость попала в чужие уши. – Я же говорю, все вышло случайно.

– Ты, что, напилась?

Я бросила на подругу осуждающий взгляд. Уж кто-кто, а она-то должна знать, что спиртное я не переношу даже на дух. Всего один бокал шампанского – и я веду себя как свихнувшаяся обезьяна.

– Случайный секс с незнакомцем – я начинаю тебе завидовать, – лукаво подмигнул Сэм, глядя, как я отчаянно ищу глазами пятый угол.

– Миссис Карсон тебя линчует, если узнает! Надеюсь, оно того стоило? – Лоис веселилась от души. – И как он? Сколько ему лет? Ты должна, нет – просто обязана поделиться с нами подробностями!

– Вот еще, – фыркнула я.

Реакция друзей была мне понятна: событие действительно из ряда вон выходящее. И все же, признаваться им в том, что этот секс был лучшим за всю мою скудную практику, я не собиралась. Во всяком случае, не здесь и не сейчас.

– Значит так, подруга, – решительно заявила Лоис, и я поняла: пыточной не избежать. – После работы едем к Сэму. Пицца, пиво и твой горячий рассказ – идеальное завершение пятницы. Правда, Сэм?

Она посмотрела на друга, и тот согласно кивнул.

– Вечеринка у меня дома – заметано.

– Супер!

Я закатила глаза и покачала головой.

– Что б вы провалились, черти, – буркнула, пряча улыбку.

Сэм усмехнулся.

– Подумать только: наша крошка стала совсем взрослой.

Он сверкнул белозубой улыбкой и, развернувшись, помчался в другой конец зала.

Я густо покраснела.

Глава 6

Примерно через полчаса в идеально прибранный зал стали стекаться гости: облаченные в вечерние платья молодые особы и мужчины в строгих костюмах, но с небрежно расстегнутой верхней пуговицей на дорогущих рубашках. Фуршет для элиты – это вам не студенческая вечеринка с короткими юбками и бесстыдно оголенными пупками.

Я беззвучно хмыкнула. Для этой публики я была невидимкой. Ни единого взгляда в мою сторону, ни слова – для них я была пустым местом.

Впрочем, такое положение вещей меня полностью устраивало. За время работы в «Рэд окс» я пришла к выводу, что лучше уж быть невидимкой среди напыщенных индюков высшего общества, чем объектом отвратительных сальных шуточек на студенческих сборищах.

Стоя у стенки с пустым подносом в руках, я прошлась взглядом по залу. Кажется, все были довольны. Откуда-то появился Сэм.

– Принеси к третьему столику еще устриц, – шепнул он, глядя куда-то вдаль и не спуская с лица дежурной улыбки. – Этот чувак с дурацкой прической сожрал их все за один присест.

Я молча кивнула.

Нагрузив поднос ракушками, вернулась в зал и, отыскав глазами пожирателя деликатесов, который сейчас увлеченно беседовал с красоткой в розовом платье, прямиком направилась к нему. Когда до цели оставалось каких-нибудь пару метров, меня окликнул знакомый мужской голос:

– Рэйчел?

Сердце пропустило удар. Этого не может быть… Так не бывает… Я застыла на месте, не в силах заставить себя повернуть голову.

– Рэйчел Пирс – какая неожиданная встреча!

Вот с этим я была полностью согласна. Неожиданная и крайне нежелательная встреча с мистером Само-совершенство грозила снова выбить меня из душевного равновесия. Я медленно обернулась.

Сейчас тетушкин сосед был одет в стильный серый костюм, под пиджаком которого сверкала белизной рубашка. На ее фоне загорелая кожа парня казалась бронзовой. Я с трудом оторвала взгляд от соблазнительно выпирающего адамова яблока и заглянула в глаза Шона. Тот сделал шаг вперед.

– Откуда вы знаете мое имя? – спросила сдержанным тоном, при этом безнадежно утопая в карих глазах.

– Джо сообщила.

Я недоверчиво прищурилась.

– Вы с ней говорили? Когда?

– Задолго до твоего приезда.

Шон многозначительно хмыкнул и коснулся моей руки. Я задрожала.

– Тетя Джо сообщила о моем приезде вам лично? – спросила, неуклюже отступая на шаг. – Что-то не верится.

– Не мне, консьержу, а тот доложил мне. – Парень улыбался, явно наслаждаясь моим замешательством. – Кстати, не думал, что Джо заставит свою племянницу работать.

– Она и не заставляла. Я сама.

– Вот как? – Он покачал головой. – Значит, Джо не знает…

– Не знает, – перебила я. – И надеюсь, что не узнает. Это касается не только работы.

Я сверкнула глазами и уже хотела отвернуться, но Шон схватил меня за руку.

– Я думал о тебе, – хрипло сказал он, и от этого голоса вдоль позвоночника поползли мурашки.

– Пусти… – Я судорожно сжала края подноса. – На нас уже смотрят.

– Пускай, меня это не волнует.

– Зато меня волнует.

Я решительно высвободила руку, изо всех сил стараясь удержать другой рукой поднос. Нужно было срочно ретироваться, иначе все могло кончиться плохо.

– Мы сегодня увидимся? – спросил Шон. Достаточно громко, чтобы я вздрогнула и пугливо огляделась по сторонам.

Кучка гостей, состоящая из трех девушек и двух парней, как по команде устремила на меня любопытные взгляды. Я готова была провалиться сквозь землю.

– Чего ты добиваешься? – зашипела я, снова приблизившись к парню. – Хочешь опозорить меня перед всеми?

– Даже не думал. – Глаза Шона потемнели. – Я просто хочу, чтобы ты снова пришла ко мне.

Он приподнял бровь и усмехнулся одним краешком губ. Тело будто пронзил электрический разряд, и я стиснула кулаки.

– То, что произошло вчера – было ошибкой, – с трудом выдавила из себя слова и покраснела.

– Ты боишься, – констатировал Шон. – Поверь, я умею хранить секреты. – Он внимательно посмотрел на меня, словно обдумывая какую-то мысль, а затем с ухмылкой добавил: – Чужие секреты.

Я почувствовала, как холодеет внутри.

– Что ты хочешь этим сказать?

Шон равнодушно пожал плечами.

– Лишь то, что лично мне наплевать, узнает ли кто-то о нашем маленьком приключении.

Перед глазами поплыло. Я с трудом подавила желание опустить поднос на голову этому шантажисту. Какая же сволочь!

– Ты не можешь,– прошептала совсем тихо.

– Могу, – усмехнулся мерзавец.

Я судорожно сглотнула. А ведь тетя Джо предупреждала. Наверняка, она хорошо знала своего соседа, от того и пришла в ужас, узнав о моем безрассудном поступке.

– Сегодня я ночую у друзей, поговорим обо всем в другой раз, – попыталась я завершить разговор.

– Слишком банально.

– Я не шучу. – Я поискала глазами Лоис, надеясь, что та придет мне на выручку, но подруги нигде не было видно. – Почему я? Уверена, у тебя в списке полно девиц, готовых броситься в твои объятья по первому же свистку.

Шон взял с подноса раковину.

– Хватает, – безразлично согласился, разглядывая ее содержимое. – Ты любишь устриц?

– Нет.

– И я не люблю. – Он задумчиво покрутил ракушку в руках, а затем вернул ее на поднос. – Изысканно, дорого, а попробуешь – гадость. – Его взгляд метнулся в сторону, и я заметила, что за нами наблюдают.

– Это твоя девушка? – с вызовом спросила я, лишь мельком взглянув на девицу в длинном серебристом платье, откровенно обтягивающим изящную фигурку. Красотка стояла в кругу мужчин, но ее взгляд был прикован к нам. – Кажется, она недовольна.

– Моя девушка? – Шон со смехом покачал головой. – Я же сказал, не люблю устриц.

Я мрачно усмехнулась.

– Не слишком-то вежливо.

– Зато, честно.

– И почему же тогда она таращится так на нас?

Я снова взглянула на подозрительную особу и поразилась ее глазам: светлые, словно мутная вода в стакане – они впивались в меня, словно жало осы. Я торопливо отвернулась.

Шон покачал головой и обворожительно улыбнулся.

– Да ты ревнуешь, – сказал довольно, скользнув кончиками пальцев по моей щеке. – Не стоит, мне больше по душе такие скромницы как ты.

Я вспыхнула.

– Прекрати издеваться, – прошипела сквозь зубы. – Я – не твоя игрушка. И вообще, я на работе, так что…

– Какие-то проблемы? – перебил меня подоспевший на выручку Сэм.

– Все в порядке, – буркнула я в ответ.

Шон смерил меня насмешливым взглядом.

– Мы обсуждали меню, – сказал он, даже не удосужившись взглянуть на парня. – У вас превосходные сотрудники. Такие любезные, вежливые.

Я стиснула зубы. В голове билась единственная мысль: только бы этот гад не ляпнул чего-нибудь лишнего. Сэм, конечно, сумеет вернуть разговор в безопасное русло, но потом запытает меня до смерти. Он смерил меня подозрительным взглядом и снова обратился к Шону:

– Рад, что вы всем довольны.

– Вот уж не факт,– не удержалась я от язвительной реплики.

– Рэйч! – Глаза друга округлились. – Ты хорошо себя чувствуешь?

– Лучше не бывает!

С этими словами я развернулась и решительно направилась к третьему столику, оставив бедного Сэма расхлебывать последствия своей дерзости.

Следующие полчаса я старалась с ним не пересекаться. Большей частью оттого, что просто не знала, как стану объяснять ему свое странное поведение. В том, что Сэм станет задавать вопросы, я не сомневалась.

Несмотря на мои опасения, Шон не стал допекать меня своим присутствием – исчез с вечеринки сразу после нашего разговора. Я машинально поискала глазами «устрицу» в серебристом наряде, но той тоже не было видно. Этот факт отозвался в груди неприятным спазмом.

Я невольно поморщилась. И почему меня это так волнует? Не мог же этот наглец оказаться прав.

Прислушавшись к собственным ощущениям, решила, что все-таки это не ревность. Скорее досада от того, что готова была поверить развратнику. Запал он на меня, как же – смылся с девицей, едва понял, что со мной ничего не светит.

Я раздраженно повела плечами, собирая со стола пустые бокалы.

– Нам нужно поговорить, – прошипел на ухо подловивший меня Сэм.

По спине пробежала легкая дрожь.

– Сэми, давай не здесь.

– Разумеется, не здесь, крошка.

Он схватил меня за локоть и потянул за собой. Бокалы на подносе опасно задребезжали, так что мне пришлось им балансировать, как чертову акробату в цирке.

– Эй, парень, полегче, – возмутилась я, пытаясь высвободить локоть.

Сэм отцепился, но при этом одарил столь красноречивым взглядом, что я поняла: идти все-таки придется. Я понуро опустила голову и поплелась вслед за другом.

– Что это было, Рэйч? – набросился он на меня, едва мы переступили порог служебного помещения. – Я понимаю, ты сегодня не в духе, но это не повод дразнить хворостиной медведя. – Сэм криво поморщился. – Ты выставила меня идиотом перед нашим гостем. Чем он тебя разозлил?

Я отвела взгляд и вяло промямлила:

– Прости, не хотела тебя подставлять.

Поставив поднос с бокалами на тележку, я взяла новый и принялась нагружать его рулетиками с семгой и сыром. В воздухе повисла неловкая тишина.

– Рэ-эйч… – Сэм скрестил на груди руки, и его идеальная бровь поползла вверх. – Это был он?

Я промолчала. Глупо, конечно, было рассчитывать, что случится какое-нибудь чудо, и парень просто отстанет, но я не теряла надежды. И зря.

Взгляд Сэма напоминал рентгеновский аппарат, который ездил по мне вверх и вниз, сканируя и без того с трудом скрываемые чувства. Впрочем, и это было не обязательно: вспыхнувшие огнем щеки красноречиво подтверждали выдвинутую Сэмом версию.

– Офигеть! – Глаза парня заблестели, а губы расплылись в широкой улыбке. – Это и правда он!

– Кто, он? О ком вы тут сплетничаете? – Подоспевшая на горячую новость Лоис крутанула пустым подносом и, отправив его на тележку, обняла меня за талию. – Ну, колитесь.

– Красавчик, с которым Рэйч разговаривала на зале – и есть таинственный сосед тетушки Джо.

Сэм сделал красноречивый жест, сунув средний палец одной руки в скрученный кольцом палец другой.

– Серьезно? – Подруга слегка отстранилась, смерив меня недоверчивым взглядом.– Сэм не шутит?

Я закатила глаза.

– Ты видела, сколько времени эти двое о чем-то болтали? – многозначительно хмыкнув, спросил Сэм. – Как думаешь, о чем? Уж точно не об устрицах.

Глаза Лоис округлились.

– Вот, черт!

– Эй! – Я вскинула руки в стороны. – Может, хватит уже? Да, это был он, но…

– Не могу поверить! – перебила меня подруга. – Рэйчел, ты отхватила такого красавца и еще недовольна?

– Перестань…

– Сэм, ты видел, какая у него аппетитная задница? – не унималась она.

– И не я один: половина гостей – женская половина, если быть точным – пялилась на нее, как индейцы на священный тотем.

Перед глазами возникла непрошеная картина: девица в серебристом платье, которую за талию прижимает к себе Шон. Сердце на мгновение сжалось, затем сделало судорожный толчок и забилось в ускоренном темпе.

– Так, мне нужно работать, – отрезала я, стараясь скрыть разочарование и бесцеремонно отодвигая подругу в сторону. – Хотите развлекаться? Вперед, но без меня.

Я подхватила поднос с рулетиками и, не дожидаясь очередных комментариев, направилась в зал.

– Противная Рэйч, – бросила Лоис вдогонку, но я даже не обернулась.

Глава 7

К моменту, когда за последним гостем закрылась дверь, а зал был убран и сверкал девственной чистотой, силы окончательно меня покинули.

Сумасшедший денек. Хотелось попасть домой и вытянуться на диване, включить какую-нибудь глупенькую комедию и ни о чем не думать. Но от Сэма и Лоис разве отцепишься? Я запахнула пальто, перевязав его поясом, и покосилась на подругу.

Та странно молчала.

– Лоис, – позвала я робко. – Ты, что, обиделась?

В ответ донеслось негромкое фырканье.

– Слушай, я не собиралась от вас ничего скрывать, просто хотела прежде сама разобраться в том, что случилось.

– А что случилось?

Лоис круто обернулась, и я заметила, как напряжены ее губы. Нет, подруга не злилась, а просто пыталась сдержать улыбку.

– Дурочка, – выдохнула я с облегчением. – Вы с Сэмом точно сведете меня с ума.

– Это мы-то?

Лоис рассмеялась и, подскочив ко мне, сгребла в охапку. Я застонала.

– Перестань, ненормальная, задушишь.

– И задушу. Если ты не расскажешь во всех деталях о сексе с красавчиком. Кстати, куда он так быстро исчез?

Я устало вздохнула и, прикрыв веки, покачала головой.

– Забудь о нем. Это герой совсем не моего романа. Да и не герой он – так, ожившая картинка из «Вог».

– Он, что, послал тебя? – Лоис прищурилась, явно пытаясь уловить мое настроение. Ну, конечно, за мной нужен глаз да глаз. Мало ли – сигану с горя с высотки, и поминай, как звали. – Ну не молчи, Рэйч, а то я начинаю нервничать.

– Нет, не послал, – ответила я, снова вздыхая. – Пригласил провести с ним еще один вечер. Сегодня.

– Ого!

– Не ого, я отказалась.

Я сделала вид, что не заметила удивления на лице Лоис, захлопнула шкафчик и направилась к выходу.

– Постой, то есть, как отказалась? – Подруга подхватила меня под локоть и засеменила рядом. – Из-за нас, что ли?

– Нет.

– Он хреновый любовник?

– Нет.

– Извращенец?

– Лоис!

Я толкнула служебную дверь и вышла на улицу.

– Ну, наконец-то! – Сэм стоял с таким видом, будто нас не было целую вечность. – На улице, между прочим, не лето, а у меня ботинки на тонкой подошве. – Он протянул руку Лоис. – Ключи.

Подруга порылась в сумочке, вытащила связку и потрясла ею в воздухе.

– Между прочим у Рэйчел проблемы, а тебя волнуют твои тонкие подошвы, – с укором сказала она.

– Проблемы? – Сэм выхватил ключи и, отвернувшись, зашагал в сторону парковки. – Если секс с идеальным парнем – это проблема, то я готов взять ее на себя, – не оборачиваясь, хмыкнул он.

Лоис хихикнула.

Забравшись в салон «бьюика», я вытерла с лица капельки влаги, образовавшиеся на месте снежинок, поправила полы пальто и уставилась в окно.

Шел снег. В свете фонарей было видно, как красиво кружат и падают пушистые хлопья, пряча под белым покрывалом следы от шин.

Сэм завел машину и медленно выехал с парковки.

– Ну, что, девчонки, ко мне? – спросил он, бросая на нас взгляд через зеркало.

– Мне нужно заехать домой, переодеться, – ответила я, не поворачивая головы.

– Как скажешь.

Машина набрала скорость и понеслась по заснеженной дороге.

– Рэйч, скажи, наконец, что между вами произошло? Вы поссорились? – нарушила тишину Лоис.

Я задумчиво провела пальцем по запотевшему стеклу.

– Он прислал мне корзину с цветами. Розами.

– Когда?

– Утром. Перед тем, как я ушла на занятия.

Я улыбнулась, вспоминая, как пряталась за дверь, опасаясь слежки из соседской квартиры.

– Везет, – вздохнула подруга. – Не понимаю тебя. Ну, переспала с красавчиком – с кем не бывает? Он ведь не стал делать вид, будто вы незнакомы. Это хороший знак.

– Ему безразлично, узнает о нашей связи кто-нибудь или нет.

– Ну и что? Это еще ни о чем не говорит. Он пригласил тебя на второе свидание, значит, ты его зацепила. Опять же, цветы – парень романтик. К тому же, я видела, как он смотрел на тебя – будто готов был наброситься прямо там, перед гостями.

Я повернула голову и внимательно посмотрела на подругу. Она вообще это серьезно? Лоис беззлобно фыркнула.

– Рэйч, ты слишком большое значение придаешь некоторым событиям. Да, иногда секс – это просто секс, но это не значит, что ты не имеешь права им насладиться.

– А мне вот кажется, что этот жеребчик втюрился в нашу крошку, – подал голос Сэм. – Когда ты бросила меня ему на растерзанье, знаешь, как он тебя назвал?

Я промолчала.

– Высокомерная утка!

– Гусыня, – машинально поправила я.

– Точно! – Сэм расхохотался. – Я, конечно, согласился, извинился – все как положено. Но, знаешь, я заметил, как дрогнули в улыбке его губы, когда он это говорил.

– Запал, однозначно, запал, – резюмировала Лоис.

Сэм бросил на меня взгляд через зеркало и кивнул.

– Дай ему шанс, крошка. Такие мужчины, как он, на дороге не валяются. И даже, если из этого не выйдет чего-то серьезного, то увлекательное приключение тебе точно гарантировано.

– Что ты теряешь, Рэйчел? – поддержала его Лоис. – Только подумай: роскошное тело красавчика – и все целиком в твоей власти!

– Боже, какие же вы озабоченные, – улыбнулась я, качая головой.

– Обещай, что подумаешь над этим? – не унималась подруга.

– Отстань.

– Обещай!

Она схватила меня в охапку и принялась тискать.

– Ладно-ладно, – выдавила я сквозь смех. – Обещаю. Подумаю. Только отстаньте от меня, ради бога, я жутко устала.

– Вот так бы сразу! – Лоис довольно хмыкнула и откинулась на сиденье.

Остаток пути мы проехали молча. Лишь остановившись на парковке возле дома, Сэм иронично заметил, что если мне повстречается еще какой-нибудь горячий жеребчик, чтоб не забыла им позвонить. За эту шутку он получил от меня дружескую затрещину и остался вместе с Лоис дожидаться в машине.

Поднявшись на свой этаж, я вышла из лифта и подошла к двери квартиры. Внезапно меня охватило чувство, будто за мной наблюдают. Снова!

Это все твоя паранойя, Рэйчел, раздраженно подумала, шаря рукой в сумочке. Ключи никак не желали находиться.

– Привет, – раздался вдруг за спиной чей-то звенящий голос.

От неожиданности я вздрогнула и круто обернулась.

Из-за угла, за которым находилась дверь, ведущая на лестницу, вынырнула стройная блондинка в белоснежном полушубке. Я нахмурилась. Девица смерила меня насмешливым взглядом и хищно осклабилась.

Глава 8

– Явилась, наконец, – хмыкнула особа, продолжая буравить меня едким взглядом.

Что-то в ней было такое, от чего внутренности холодели, и начинало сосать под ложечкой. Я прищурилась, всматриваясь в полупрозрачные, словно у рыбы, глаза девицы.

Ну, конечно, та самая «устрица» с вечеринки! Это неприятное открытие поразило меня до глубины души. Если она здесь, значит…

Я тряхнула головой, отгоняя незваные мысли.

Какое мне дело до того, что делает здесь эта девица? Да пусть хоть толпу шлюх приведет – мне нет дела до личной жизни мистера Уокера!

– Что-то хотели? – осведомилась я сухо, продолжая искать в сумочке ключ.

– Хотела на тебя посмотреть, – хмыкнула нахалка, окидывая меня насмешливым взглядом. – Да, так я и думала.

– Поздравляю, вы умеете думать.

Я отвернулась. Выяснять, за каким чертом этой странной особе взбрело в голову на меня глазеть, не было никакого желания. Мало ли, вдруг у ее тараканов в голове тоже сегодня праздник?

– Серая мышь, позарившаяся на чужое добро, – с презрением выплюнула девица.

Не знаю, что зацепило меня сильнее – то, что эта пустоглазая ведьма попыталась меня оскорбить или то, что она назвала Шона своим – но разозлила она меня не на шутку.

– Слушайте сюда, дамочка, – прошипела я, развернувшись и выставив вперед указательный палец. – Мне нет дела ни до вас, ни до вашего «добра», так что будьте уж так любезны, катитесь к черту! А если еще раз заговорите со мной, я расцарапаю вашу смазливую физиономию так, что родная бабушка не узнает. Вам ясно?

Девица явно не ожидала такого поворота и на какое-то время потеряла дар речи. Впрочем, не только она: я и сама поразилась той ярости, которая клокотала внутри. Неровен час, и правда наброшусь на эту принцессу.

– Чертова сука, – прошипела та, предусмотрительно отступая на безопасное расстояние. – Только подойди еще к Шону, я тебе…

– Пошла вон! – Я сделала шаг навстречу, и это произвело нужный эффект.

Девица вздрогнула, и в ее водянистых глазах на мгновение мелькнул страх. Так и не окончив фразу, она развернулась и мелкими шажками засеменила к лифту.

Поздравляю, Рэйчел, уже кидаешься на людей, подумала я раздраженно, провожая нахалку немым взглядом. К черту ее! Ее и мистера Мать-его-совершенство. Лжец!

Я тихо выругалась и, нашарив, наконец, ключи, покосилась в сторону лифта. Обладательница ценного приза успела уехать, так что я с облегчением выдохнула. Вставила дрожащей рукой в замок ключ и отперла дверь.

Придется все же поговорить с Шоном, сказать ему, чтобы держал на привязи своего Цербера. Я стиснула зубы и, борясь с негодованием, нырнула в квартиру.

Внутри было тихо. Даже, пожалуй, слишком. Я торопливо обошла комнаты, попутно включая в них свет, и, лишь убедившись, что все в порядке, отправилась в спальню.

Сбросив пальто, я живо стянула свитер, распахнула дверцы гардеробной и, немного подумав, взяла с полки толстовку с надписью «Руки прочь от этой святости». Из ящика комода вытащила пижаму «для вечеринок у Лоис», как ее называла подруга и закинула ее в рюкзак. После суматошного дня ужасно хотелось принять душ, но заставлять друзей мерзнуть в машине, было бы слишком по-свински.

Я окинула взглядом свое отражение в зеркальной створке гардероба, задержала взгляд на серебряном колечке со сверкающим камушком и улыбнулась.

Ни за что бы не решилась добавить эту интимную деталь на пупок, если бы не проспорила Лоис.

Я вспомнила любопытный взгляд Шона, зацепившийся за колечко, и по внутренней части бедра прокатился электрический импульс.

«Перестань думать о нем!» – завопила я мысленно, проклиная парня за его настырность. Он явно не заслуживал такого внимания, а я просто дура, раз попалась на его трюк с ванной.

Только сказать проще, чем сделать. Перед глазами снова предстала блондинка с рыбьими глазами, и я невольно нахмурилась.

Странно, что Шон не вышел проводить свою любовницу после того, как провел с ней пару жарких часов в квартире. И сколько она торчала на площадке, пока дожидалась меня? И как вообще обо мне узнала? Не мог же он ей рассказать… Или мог?

Вопросов было так много, что голова начинала идти кругом.

Так, все! Я решила, что ни за что больше не заговорю с этим распутником, а со своей ручной гиеной пусть разбирается сам.

Я горько усмехнулась, вспоминая, как переполошилась тетушка, узнав о моем визите в соседскую квартиру. Она, наверняка, знала о шальной девице, поэтому и приказала держаться подальше от мистера Я-сам-себе-хозяин.

Что ж, мысль неплохая, хотя легче от нее не слало. Скорее, наоборот. В груди защемило, и я упрямо тряхнула головой, стараясь выбросить из головы чертова соседа.

Пошел он! Не велика потеря! Обидно только, что не смогла дать отпор, когда этот мерзавец стал распускать руки. Я уже собиралась одеться, как вдруг услышала хриплый голос:

– Какая же ты красивая, Рэйчел…

От неожиданности я вздрогнула и выронила толстовку.

– Черт! – выругалась, обернувшись и неловко прикрывая руками грудь в ажурном бюстгальтере. – Что ты здесь делаешь?

Я уставилась на Шона, который стоял в дверном проеме, облокотившись о косяк и скрестив на груди руки.

– Зашел проверить, все ли у тебя в порядке, – хмыкнул он, не сводя глаз с моего живота.

Я наклонилась, подхватила толстовку и поспешно натянула ее на себя.

– Как ты сюда попал?

Я пыталась сохранять спокойствие, но не так-то это легко, когда стоишь перед парнем, от одного взгляда которого забываешь дышать.

– Дверь была приоткрыта, и я подумал, что, тебе нужна помощь. Ты кого-то ждала?

Я громко фыркнула.

– Тебе-то какая разница? Беспокойся лучше о своей «устрице», на которую у тебя аллергия. – Я подскочила к парню и попыталась вытолкать его за дверь. Ну, конечно, это ведь чертов Халк – с места не сдвинуть. Уставившись в глаза нахала, я зло выдавила: – Катись отсюда, извращенец.

Брови парня взметнулись вверх, а в глазах сверкнул похотливый огонек.

– И это говорит девчонка, которая заявилась ко мне в одном полотенце, а потом своим чудным ротиком…

– Хватит! – воскликнула я, заливаясь по уши краской. – Убирайся и никогда больше не смей ко мне подходить!

Я двинула кулачками в широкую грудь, но Шон ловко перехватил запястья и притянул меня к себе.

– Почему ты злишься? – хрипло спросил он, и я почувствовала тепло его дыхания на губах.

– Отстань!

Я попыталась вырваться.

– Можешь не говорить, догадаться не сложно. – Шон продолжал удерживать меня за запястья так, что никаких шансов вырваться не оставалось. – Тебе понравилось то, чем мы занимались в моей квартире, и это тебя бесит. Ведь так?

Глаза парня потемнели от возбуждения. Сквозь толстовку проникало тепло его напряженного тела, и я почти физически ощущала бушующий в парне тестостерон.

– Отвали от меня!

Шон усмехнулся.

– Значит, я прав.

– Черта с два! – раздраженно фыркнула я, отводя в сторону взгляд.

– Прав. – Шон обхватил меня одной рукой за талию, а второй взял за подбородок и мягко развернул мою голову лицом к себе. – Послушай, Рэйчел, я не насильник и не собираюсь делать что-то против твоей воли.

– Вот и оставь меня в покое!

– Это сложно, – покачал он головой. – Ты не похожа ни на одну из женщин, которых я знал: такая вся противоречивая, упрямая, гордая, но в то же время ранимая и беззащитная. Ты притягиваешь меня, Рэйчел, и я не могу с этим ничего поделать.

Я закрыла глаза. В груди, словно испуганная маленькая птичка, отчаянно билось сердце. Что все это значит? И как мне реагировать на эти слова? Я почувствовала, как губы Шона приблизились к моим, ощутив их тепло и дыхание с нотками мускатного ореха.

– Отпусти, – с трудом выдавила я, чувствуя, что теряю остатки самообладания.

– Не могу, малыш, – повторил Шон и, не дав мне опомниться, впился в губы сумасшедшим дурманящим поцелуем.

Пол ушел из-под ног. Я обвила руками шею парня, только бы не свалиться. Мысли все разом вылетели из головы, и недавняя решимость скрылась за пеленой удовольствия.

Я чувствовала, как руки парня блуждают по моей спине, как проникают под толстовку, и горячие ладони обжигают кожу. Прижимаясь к восхитительному сильному телу, ощущала, как бьется в его груди сердце, удар за ударом, сливаясь в ритме с музыкой страсти.

Время будто остановилось. Не знаю, сколько мы стояли вот так, обнявшись и целуясь, словно чокнутые влюбленные после долгой разлуки, но внезапно ворвавшийся в сознание голос разрушил эту идиллию:

– Охренеть можно! Рэйчел!

Я испуганно отпряла от парня, глупо моргая и пытаясь найти ориентиры в пространстве. Тело трясло, будто его только достали из проруби. Я медленно обернулась и уставилась на Лоис, которая с выражением щенячьего восторга на лице стояла в дверном проеме.

Глава 9

– Мы ее ждем, а наша крошка тут вовсю развлекается, – покачала головой подруга, растягивая слова и прожигая Шона любопытствующим взглядом.

Я почувствовала, как краска заливает лицо.

– Это совсем не то, о чем ты подумала, – начала бессмысленные оправдания, но Шон меня перебил:

– Ну как же, малыш, – усмехнулся он, обнимая меня одной рукой за талию и целуя в пунцовую щеку. – Именно то. Я – Шон.

Он протянул вперед свободную руку и, расплывшись в улыбке, приветственным жестом сжал ладонь Лоис.

– Лоис – подруга этой непредсказуемой особы. – Она кокетливо изогнула бровь и добавила: – Простите, что обломала вам кайф.

– Ничего ты не обломала, прекрати, – вспылила я, пытаясь отодвинуться от парня, но тот сцепил руки кольцом и еще крепче прижал меня к себе.

– Порядок, Лоис. Рэйчел как раз собиралась тебе звонить, предупредить, что сегодня останется дома.

– Ну, конечно, – усмехнулась предательница, – я так и подумала.

– Прошу вас, прекратите, – застонала я, не зная, что говорить и как вообще вести себя в сложившейся ситуации. – Честное слово, Лоис, я не собиралась бросать вас. Шон вообще не должен был здесь находиться…

– Потому что улаживал кое-какие дела, – закончил за меня этот наглец, беспечно пожимая плечами. – Я должен был вернуться завтра, но так соскучился по моей малышке, что бросил все и примчался сюда.

– Прекрати кривляться! – Я шлепнула рукой по груди парня, чувствуя, что вот-вот лопну от злости. Что он себе позволяет? Я, конечно, снова попалась, но это не значит, что можно выставлять меня перед подругой полной кретинкой. – Между нами ничего нет и быть не может!

– Ну, разумеется, – с усмешкой поддела меня Лоис. – А то, что я здесь увидела – это так, встреча старых друзей.

– Рэйчел, может пора уже всем рассказать, что мы вместе?

Шон нежно провел пальцами по моей щеке, и я, воспользовавшись послаблением, ловко вывернулась из его объятий.

– Расскажи это своей «устрице»! – зло бросила прямо в глаза парню. – Судя по всему, она была не в курсе, когда уходила от тебя полчаса назад.

Кажется, я попала в цель. Брови Шона сошлись к переносице, и лицо его приняло хмурое выражение.

«Что, шутки кончились, любовничек?» – злобствовала моя внутренняя стерва. Я громко фыркнула.

– О ком ты говоришь? – спокойно спросил Шон, хотя на лице уже ходили ходуном желваки.

– Ой, прекрати, – рассмеялась я. – Не ожидал, что твоя дамочка дождется меня на площадке да еще станет угрожать, если я не оставлю тебя в покое? Сюрприз!

Я покосилась на Лоис, которая молча застыла в дверях с разинутым от удивления ртом. Не удивительно: не каждый день ей выпадает возможность поучаствовать в таком фееричном шоу с Рэйчел Пирс.

– Ты все неправильно поняла, – выдавил Шон сквозь стиснутые зубы. – Она не должна была…

Я снова расхохоталась.

– Игры окончились, мистер Кролик. Пора по домам.

Меня распирало от злости: было плевать, что подумают обо мне эти двое, но Лоис решила меня добить.

– Так, кажется, мне пора, – пробормотала она и попятилась.

– Лоис!

Я готова была растерзать девчонку – подруга еще называется! – но та уже захлопнула дверь, наградив меня на прощание весьма красноречивым взглядом.

– Постой! – Я бросилась следом, но Шон схватил меня за руку.

– Рэйчел, нам действительно нужно поговорить.

– Да? И о чем же? – Я развернулась и гневно сверкнула глазами. – Может о том, что ты переспал со мной, будучи в отношениях? Или о том, что соврал мне об этих самых отношениях? Или лучше о том, как твоя ненормальная подружка угрожала мне? О чем же, мистер Само-совершенство?

Я умолкла, делая небольшую передышку после длинной тирады, но заметив, как дрогнули кончики губ парня в попытке расплыться в улыбке, снова завелась.

– Что в этом смешного?

– Ничего, прости, – не выдержав, улыбнулся Шон. – Просто когда ты злишься, то напоминаешь мне воинственную амазонку. Не хватает только лука и стрел.

– Ну, конечно, давай сейчас обсудим мой внешний вид и твои впечатления от него.

Я попыталась выдернуть руку из мужской руки, но Шон держал ее слишком крепко. Он покачал головой, словно хотел сказать «Какая же ты наивная, детка», и бесцеремонно поволок меня к кровати.

– Садись,– велел, выпустив, наконец, мою руку, но глядя при этом так жестко, что пропало всякое желание возражать. Я послушно опустилась на кровать. – Во-первых, – начал он, засунув руки в карманы брюк и размеренно вышагивая по комнате, – я ни разу тебе не солгал. У меня действительно сейчас нет никаких отношений. Во-вторых, ненормальная, которая тебе угрожала – и мне очень жаль, что так вышло – не моя подружка. Да, какое-то время мы с ней… кхм… были вместе, но это был просто секс. Никаких обязательств. Месяц назад или около того я решил прекратить эту связь, о чем сообщил Руби. Я был уверен, что она меня поняла. Видимо, я ошибся.

– Но ты впустил ее в свою квартиру! – Я не собиралась сдаваться.

– Нет, и знаешь, почему? – Шон резко раскинул руки в стороны. – Потому что меня не было дома, черт возьми!

– Что ж, мне жаль, что вам не удалось помириться, – слукавила я, отводя в сторону взгляд. Внутри клокотала радость: все-таки этой гадине не заполучить Шона – это ясно как день. Но облегчать парню задачу я не собиралась. – Ничего, все впереди.

– Ты это серьезно? – Лицо Шона вытянулось от изумления, и мне стоило огромного труда не рассмеяться. Я молча кивнула. – Черт, Рэйчел, ты сводишь меня с ума! Я вообще никогда не был таким откровенным с женщинами, а перед тобой оправдываюсь, как пацан!

– И мне это нравится, – поддразнила я на его же манер, чувствуя, как губы сами собой расплываются в улыбке.

– Наглая врушка, – облегченно рассмеялся Шон. – Иди ко мне. – Он схватил меня за руку и заставил подняться на ноги. – Сейчас я тебе покажу, с кем ты ввязалась в драку.

С этими словами он подхватил меня на руки и бодро зашагал к двери.

– Стой, куда ты меня несешь? – хохоча, выдавила я.

– В ванну, малыш, тебе пора искупаться.

– Нет, ты не посмеешь!

– Еще как посмею.

С этими словами Шон проделал коронный трюк, и я в одну секунду оказалась перекинутой через плечо. Из груди рвался смех, но хохотать, когда болтаешься вниз головой не так-то просто. Я принялась колотить ладошками по широкой спине, за что немедленно получила ответный шлепок по заднице.

– Эй! – воскликнула я, не переставая хихикать.

Шон усмехнулся и нежно погладил мой зад.

– Прости, не смог отказать себе в таком удовольствии, – сказал, опуская меня на пол в прихожей. – Бери ключи.

– А как же ванна?

Я хитро прищурилась, глядя в горящие глаза парня.

– Все будет, малыш, только не здесь. – Он выразительно обвел глазами прихожую тети Джо. – В моей квартире нам будет спокойнее.

От его низкого с хрипотцой голоса вдоль позвоночника побежали мурашки. «Не смей ходить туда», – прозвучал в голове строгий приказ тетушки. Я невольно поежилась.

Что, если я совершаю ошибку? Если это – всего лишь игра хищника, который дразнит свою добычу, перед тем как наброситься и проглотить? Я с сомнением покачала головой.

– Рэйчел?

Шон протянул руку и легонько провел пальцами по моей щеке. Его глаза так светились надеждой, что в груди сладко заныло сердце.

К черту! Я тряхнула головой и решительно взяла с полки ключи.

Как там говорил Сэм? Незабываемое приключение? Несмотря на гнездившийся в душе страх расплаты за свое легкомыслие, я решила рискнуть. Именно так поступала моя мать, когда требовалось принять важное решение – ставила на карту все, что у нее было. Может поэтому она и была счастлива.

Я открыла дверь и покосилась на парня.

– Идем, – сказала уверенно, переступая порог квартиры и окончательно выбрасывая из головы наказ строгой родственницы. В конце концов, это – моя жизнь, и только мне решать, что с ней делать.

Глава 10

В квартире Шона нас встречал Макс. Растянувшись на банкетке в прихожей, он лениво приподнял морду и обвел нас безразличным пустым взглядом. Вот у кого никаких забот. Я усмехнулась.

Едва мы вошли в спальню, у изголовья кровати вспыхнул ночник. Шон улыбнулся, вероятно, заметив в моих глазах удивление.

– Современные технологии, – сказал, хмыкнув, и, не дожидаясь лишних вопросов, набросился на меня, прижимая к стене.

Обхватив ладонями мое лицо, он впился в мои дрожащие губы, проникая языком в рот и ныряя рукой мне под толстовку. Я с готовностью ответила на поцелуй. Закрыв глаза, подалась вперед, прижимаясь животом к затвердевшей мужской плоти и наслаждаясь восхитительными ощущениями.

Руки Шона скользнули по моей спине, крепко обхватили ягодицы. Он приподнял меня, еще крепче прижимая к себе, и я обвила его бедра ногами. Обняв парня за шею, я сцепила пальцы за его затылком.

– Попался, – лукаво закусила губу, чувствуя, как по телу разливается тепло.

Я смотрела затуманенным взглядом в потемневшие глаза Шона, и видела в них такую страсть, что меня стало трясти от желания.

– Ты невероятная, Рэйчел, – хрипло изрек Шон, целуя мой подбородок и прокладывая дорожку из жарких касаний губами вниз по шее.

Я запрокинула голову и застонала. Таких головокружительных ощущений я не испытывала никогда, и мне хотелось запомнить их, впитать каждой клеточкой.

Я томно облизнула верхнюю губу – жест достойный идеальной порноактрисы – и закусила нижнюю. Жар, исходящий от Шона сводил с ума, вот только одежда, скрывающая от парня мое тело, мешала насладиться этими ощущениями в полной мере.

Шон словно прочитал мои мысли. Поддерживая меня под ягодицы, перешел от стены к кровати и, усадив меня на упругую поверхность, одним движением стянул толстовку и отшвырнул ее в угол. Вслед за ней полетели джинсы, и я осталась лежать распростертая на кровати в одном нижнем белье.

– Ты сводишь меня с ума, – с придыханием сказал он, торопливо расстегивая пуговицы рубашки. – Джо не имела права прятать тебя от меня.

Я игриво хихикнула, наслаждаясь его состоянием крайнего возбуждения. Меня ужасно заводил этот горящий взгляд. Никто до сих пор не смотрел на меня так, как он. Я закусила губу и, поманив Шона пальчиком, раздвинула ноги. В ответ получила судорожный вздох.

– Бесстыжая Рэйчел, – прорычал он, отшвыривая от себя рубашку и принимаясь за брюки.

Я с замиранием наблюдала, как он стягивает их, бросает в угол и, оставшись в одних боксерах, подходит к кровати. Подхватив с пола дистанционный пульт, Шон нажал кнопку, и комната озарилась светом мерцающего на стене экрана, а пространство заполнили звуки чарующей музыки.

Я улыбнулась. Взгляд прошелся по широкой гладкой груди, скользнул вниз к выпирающим кубикам пресса и уперся в кромку трусов.

Я судорожно сглотнула, вспомнив внушительные размеры и свои бесстыжие ласки прошлой ночью в ванной. Мне вдруг захотелось вновь ощутить во рту эту упругость, поэтому я ловко перевернулась, встала на четвереньки и подобралась к краю кровати.

– Замри, – приказала строго, глядя парню в лицо.

Тот с улыбкой поднял обе руки, будто, сдаваясь. Я довольно хихикнула. Опустив зад на пятки, выпрямилась, провела пальчиком вдоль резинки, заметив при этом, как вздрогнул мужской инструмент, а затем осторожно стянула с Шона трусы.

Взгляду предстал большой напряженный ствол. Я почувствовала, как низ живота свело от сладкого спазма, и порывисто выдохнула. Все-таки Шон оказался прав: я бесстыжая извращенка. Мои пальчики коснулись яичек, от чего парень заметно напрягся. Тогда я нежно погладила их ладошкой и обхватила рукой подрагивающий член.

Шон не двигался. Может, просто боялся, что я, в силу своей неопытности, могу причинить ему боль? С другой стороны, откуда ему знать, что опыта у меня – кот наплакал? Я украдкой покосилась на лицо парня. Тот улыбался.

Вот же наглец! Я смущенно улыбнулась в ответ.

– Ты сейчас похожа на чокнутого профессора, который увидел редкий вид бабочки и от восторга, забыл, что делать дальше, – сказал Шон со смехом.

Я густо покраснела.

– Не советую шутить, когда в моих руках находятся твои причиндалы, – пробурчала, скрывая смущенную улыбку.

Парень слегка отстранился, провел кончиками пальцев по моим приоткрытым губам и с улыбкой сказал:

– Пожалуй, на сегодня достаточно экспериментов.

Он запустил руки мне за спину и одним ловким движением расстегнул бюстгальтер. Ненужный аксессуар улетел в сторону, и Шон надавил мне на плечи, заставляя лечь.

Я откинулась на спину и, работая локтями, переместилась к изголовью кровати. Парень расположился у моих ног, раздвинул их и, подхватив их под коленками, подтянул меня к себе. Я задрожала.

Горячая ладонь легла на маленький треугольник трусиков. Ее тепло проникло сквозь тонкую ткань, пронзая кожу и обжигая внутренности нестерпимым жаром. Я заерзала на месте.

Шон улыбнулся, поглаживая другой рукой мой живот. Внезапно кожа стала такой чувствительной, что, казалось, вот-вот вспыхнет от этих жарких прикосновений. Я приподнялась на локтях, чтобы видеть все, что делает мой искуситель. На его губах играла загадочная улыбка. Я закусила губу.

Пальцы Шона сдвинули ткань трусиков в сторону, и влажных от возбуждения складочек коснулась прохлада. Это было так эротично, что я не смогла сдержать стон.

– Моя милая распутная Рэйчел, – прошептал Шон, склоняясь к запретному плоду и, прежде, чем его лицо скрылось за моим животом, я успела заметить в карих глазах похотливый огонек.

Я откинулась на подушки и закрыла глаза. То, что сейчас происходило, было больше похоже на сон. Только в самых запретных мечтах я могла позволить мужчине делать это со мной.

Пальцы Шона раздвинули нежные складочки, и я ощутила тепло его дыхания. В следующий миг жар от прикосновения губ парня к моей плоти обжег ее, и сладостный спазм внизу живота резким толчком разогнал по венам волну наслаждения. Из груди вырвался крик.

Я судорожно вцепилась пальчиками в шелковое покрывало и выгнулась. Мужская ладонь легла мне на живот, в то время как язык Шона продолжал свои ласки. Он медленно скользил вдоль складочек, вверх и вниз, проникал во влажную узкую щелочку, а затем снова мчался вверх. Горячие губы обхватывали пульсирующий бугорок, нежно посасывали его, заставляя меня вскрикивать и сминать покрывало дрожащими пальчиками. Водоворот невероятных ощущений затягивал меня на опасную глубину, где нет ничего, кроме безумной безудержной страсти.

Наконец, Шон оторвался от своего пиршества и стал прокладывать дорожку из обжигающих поцелуев от самого лона к моему лицу. Я положила руки на затылок парня, вплетаясь пальчиками в густые мягкие волосы. Страсть, охватившая не только тело, но и сознание, грозила лишить меня рассудка. Я требовательно застонала, выгибаясь всем телом навстречу Шону.

– Моя сладкая, – прошептал он, целуя шею и подбираясь все ближе к губам. – С тобой я едва могу контролировать себя.

– Я хочу тебя, Шон Уокер, – простонала я срывающимся голосом.

– Сейчас, милая.

Он сдвинулся к краю кровати, выдвинул ящик тумбочки и, пошарив внутри рукой, выудил оттуда блестящий пакетик. Пару секунд – и мой герой уже был готов к бою. Он ловко стянул с меня трусики – последнюю преграду на пути к удовольствию – и подмял меня под себя.

Я раздвинула ноги, позволяя ему устроиться между моих бедер, и замерла. Сладостное мгновение, казалось, тянулось вечность. Шон сжал в ладонях мое лицо, легонько прикусил нижнюю губу, а затем жадно впился в мой рот, одновременно с этим врываясь в истекающее любовными соками лоно.

Мой крик поглотил поцелуй. Я выгнулась, от чего ствол парня проник еще глубже, и обвила ногами узкие бедра. Ощущение полноты сводило с ума, доставляя какое-то неземное удовольствие. Я целовала Шона с такой жадностью, словно это был мой последний в жизни поцелуй. Впрочем, парень ничем мне не уступал.

Его, поначалу медленные, движения становились увереннее и жестче. Горячие бедра вколачивали меня в кровать, а губы – такие сладкие и желанные – целовали все неистовей.

Внезапно Шон подхватил меня под спину и, перевернувшись, потянул вверх. В мгновение ока я оказалась на нем в позе наездницы.

– Рули, малыш, – хрипло проговорил он, сминая руками мои ягодицы.

Если бы я не была в состоянии крайнего возбуждения, то наверняка сгорела бы со стыда. Перед глазами всплыла сцена из фильма, который мы смотрели с Сэмом и Лоис во время пьяной вечеринки у той дома: грудастая девица скачет верхом на мускулистом мулате, а ее груди подскакивают так, что, кажется, вот-вот оторвутся.

Я поерзала, ощущая, как вздрагивает внутри меня напряженный мужской ствол.

– Ну же, детка, – подбодрил меня Шон.

Закусив губу, я стала медленно двигаться вверх и вниз. Каждый раз опускаясь, я терлась промежностью о его пах. Эти новые ощущения вызывали во мне состояние эйфории, и движения мои становились все откровеннее.

Я выгнулась, облокотившись руками о колени Шона и продолжая насаживаться на твердый член. Шон протянул руку и помассировал подушечкой большого пальца клитор.

Я сладостно застонала.

– Да, детка, вот так, – хрипло отозвался Шон и сжал другой ладонью мою грудь.

Тело пронзил очередной разряд удовольствия, и я хрипло вскрикнула.

Продолжая ласкать меня пальцем, Шон принялся двигать бедрами. Все быстрее и сильнее. Толчки сотрясали мое тело, и я чувствовала, как вздрагивают мои грудки. Я была уверена, что выглядят они при этом весьма соблазнительно.

Мои стоны переросли в крики. Я чувствовала, как бушующая в теле энергия упругими струйками стекается к низу живота. Напряжение усиливалось с каждой секундой.

Время остановилось. Все, что было до этого момента, исчезло, растворилось в чарующем ритме наших тел. Они сливались в полной гармонии.

Быстро. Жарко. Неистово.

Шон дышал хрипло и прерывисто, сминая мое тело жаркими ладонями. Наконец, его бедра в последний раз взметнулись вверх, палец скользнул по клитору, и я вжалась в тело парня, содрогаясь от мощных спазмов оргазма.

Шон издал продолжительный хриплый стон, его ладони больно сжали ягодицы, и я почувствовала, как подо мной судорожно вздрагивает его тело.

Фееричный финал. Все еще ощущая легкую пульсацию между ног, я обессилено опустилась на грудь парня. Тот нежно провел пальцами по моей щеке, откидывая с лица волосы.

– С ума сойти, Рэйчел, – выдохнул, приподнимая голову и целуя меня в макушку.

– Это точно.

Я сползла на кровать и с наслаждением прижалась к горячему телу Шона.

– Ты выжала из меня все соки.

– Вот как? А я думала, такие парни, как ты не устают, – поддразнила я его.

Шон добродушно усмехнулся и, подсунув мне руку под голову, подождал, пока я устроюсь на ней, а затем обнял второй рукой.

– Дай мне пять минут передышки, и я покажу тебе, на что способны такие парни как я.

Я легонько ущипнула его за живот.

– Пять минут – и в твоем распоряжении будет тело спящей красавицы.

Зарывшись носом ему под мышку, я закрыла глаза и втянула ноздрями волнующий мужской запах с тонкими нотками древесного мха. Голова кружилась от приятной усталости.

– Спокойной ночи, – пробормотала я.

– Сладких снов, принцесса, – услышала в ответ и сонно улыбнулась.

Шон слегка шевельнулся, и звуки музыки смолкли. Комнату окутала приятная тишина.

Какое же это блаженство… Тепло мужского тела согревало, и, отпустив, наконец, все мысли, я погрузилась в глубокий сон.

Глава 11

Утром я проснулась на удивление бодрой и полностью отдохнувшей. Шона рядом не оказалось, так что я сладко потянулась, а затем раскинула в стороны руки и ноги. Кровать у парня была просто огромной. Впрочем, не только кровать. Губы расплылись в счастливой улыбке.

То, что происходило в этой комнате минувшей ночью, было похоже на сказку. Воспоминания о нежных губах Шона, которые творили нечто невообразимое у меня между ног, отозвались внизу живота сладостным спазмом. Я невольно свела бедра.

Угомонись, ненасытная Рэйчел, со смехом подумала я, приподнимаясь на локтях и обводя взглядом пространство.

Значит вот, где проводит вечера и ночи мой страстный любовник! Вчера было не до того, зато сейчас я с любопытством разглядывала обстановку.

Комната оказалась типичной холостяцкой берлогой, только повышенного комфорта. На стене напротив кровати висела широкая плазма, которую дополняла навороченная акустическая система. Этой ночью ей пришлось как следует поработать, задавая ритм нашим движениям проникающей в каждую клеточку музыкой. На кресле, стоящем в углу валялись мои джинсы и толстовка. Рядом на передвижном столике стояла чашка, в которой оставался чей-то недопитый кофе. На полу валялась рубашка Шона.

Я поискала глазами свое белье, но его нигде не было видно. Что ж, придется довольствоваться тем, что есть.

Я выбралась из постели, подхватила рубашку и натянула ее на голое тело. Застегивая на ходу пуговицы, подошла к двери и осторожно выглянула наружу.

Откуда-то доносился голос Шона. Я прислушалась, пытаясь определить, есть ли в квартире кто-то еще или же парень просто беседует по телефону.

– Мне плевать, что она там думала, – раздраженно заявил он кому-то. – Этого не будет, и точка.

Повисла пауза. И снова недовольный голос Шона:

– Документы подписаны – поздновато давать задний ход.

Значит, все-таки телефон. Я вынырнула из комнаты и замерла. Интересно, на кого это мистер Сама-нежность так злится?

– Я не позволю им вмешиваться в мою личную жизнь, – прорычал он, и мне вдруг стало не по себе.

Стараясь не шуметь, я засеменила на цыпочках по коридору к гостиной. Что-то подсказывало, что этот разговор касается и меня.

– Грэнджелу мы нужны больше, чем он нам, так что пусть скажет спасибо, что я вообще не передумал.

Я уже почти добралась до арки, но внезапно споткнулась обо что-то мягкое и упругое и под звуки пронзительного «мяу» с грохотом повалилась на пол.

Макс – подлый увалень – снова меня подставил. Я уселась на задницу, потирая ушибленную коленку и глядя исподлобья на удивленное лицо Шона, который появился в проеме.

– Я приеду, и мы все обсудим. Пока.

Он нажал на сброс и, сложив на груди руки, уставился на меня с немым вопросом в глазах.

– Твой кот хочет меня убить, – пожаловалась я, гладя пушистого пройдоху, который как ни в чем не бывало, вскарабкался ко мне на колени и, развалившись, облизывал мохнатую лапу.

– Надеюсь, у тебя есть страховка от несчастных случаев. – Шон покачал головой, и его губы расплылись в усмешке. – Иди сюда, горе мое. – Он протянул руку и помог мне подняться. – Больно?

– Уже нет.

– Уверена? – Он притянул меня к себе и его губы оказались рядом с моими. Одна рука скользнула за спину, и я почувствовала, как горячая ладонь обожгла ягодицу. – Я знаю отличный способ снятия стресса.

– Не сомневаюсь, – усмехнулась я, нехотя убирая руку парня со своей задницы. – Но, может, мы просто позавтракаем?

Шон нарочито печально вздохнул и покачал головой.

– Что ж, завтрак так завтрак.

Он легонько поцеловал меня в губы, а затем взял за руку и повел на кухню.

Расположившись за столом, я задумчиво наблюдала, как Шон колдует возле плиты. На сковороде вместе с кусочками ароматного бекона фырчала яичница, и парень то и дело двигал ее лопаткой.

Сейчас на нем были надеты те самые шорты, в которых он предстал передо мной в нашу первую встречу, а торс плотно облегала белоснежная с коротким рукавом майка.

Я машинально облизнула губы. Сквозь ткань отчетливо проступали рельефные изгибы, и эротические фантазии в голове так и лезли изо всех щелей. Нужно было срочно отвлечься.

– С кем ты сейчас разговаривал? – спросила я первое, что пришло в голову, и тут же пожалела о сказанном. Шон обернулся, и я заметила, как напряглись его челюсти, а в глазах сверкнул нездоровый блеск. – Прости, это не мое дело, – добавила поспешно и покраснела.

– Все в порядке, – вздохнул он. – В этом нет никакой тайны. – Выложив яичницу на тарелку, Шон поставил ее передо мной и натянуто улыбнулся. – Звонил мой адвокат. Рабочие моменты.

Лицо парня снова обрело спокойное выражение, но мне показалось, что это всего лишь маска. В животе появился неприятный холодок. Я сердито тряхнула головой, досадуя из-за собственной мнительности.

Ну, появились у человека проблемы – у кого их нет? Это ведь не значит, что они как-то связаны со мной.

– А ты не собираешься завтракать? – спросила, переводя разговор в безопасное русло.

– Я уже позавтракал. Пока ты спала.

Я рассеянно кивнула. Меня никак не покидало чувство тревоги, и чтобы хоть как-то его заглушить, я принялась уплетать мужское творение.

– Ты прекрасно готовишь, – сказала, стараясь, чтобы голос звучал непринужденно.

Шон усмехнулся.

– Это всего лишь яичница, – сказал, разливая по чашкам свежезаваренный кофе. – Но, да, я умею готовить. Надеюсь, ты в этом еще убедишься.

– Я думала, у таких парней, как ты должен быть личный повар.

Парень подсел за стол и придвинул ко мне дымящийся напиток. Сделав глоток из своей чашки, равнодушно пожал плечами.

– Ты права, готовить и убирать ко мне приходит женщина.

Я поджала губы и бросила на него взгляд исподлобья. Тот весело рассмеялся.

– Ее зовут миссис Васкез, и ей шестьдесят, – сказал, явно забавляясь моей реакцией.

– Значит, я могу не волноваться на ее счет? – пошутила, скорчив Шону рожицу.

– Абсолютно, малыш. – Он закусил губу и демонстративно подергал бровью. Я со смехом покачала головой. – Чем займешься сегодня? – спросил он, потягивая кофе из чашки.

Я нахмурилась. Вообще-то, я рассчитывала провести уикенд в его обществе – валяться в постели, смотреть старые фильмы и ни о чем не думать – но не решилась высказать эти мысли вслух.

– Не знаю. Я еще не строила планов на выходные.

– Мне кажется, твои друзья будут рады заполучить тебя.

– Пожалуй.

Я разочарованно вздохнула. Конечно, Сэм и Лоис – отличная компания, но разве можно сравнивать посиделки с друзьями с горячими объятьями Шона?

Я отодвинула тарелку с недоеденным завтраком и взяла чашку с кофе. Опустив взгляд, сделала мелкий глоток.

– Все в порядке, малыш? – осторожно уточнил Шон. – Ты чем-то расстроена.

Я тихо фыркнула. Какая проницательность!

– Все прекрасно, – соврала, все еще глядя в чашку.

Шон мягко коснулся моей руки. Я вздрогнула, и горячий напиток плеснулся через край.

– Черт, – тихо выругалась, отставляя в сторону кофе. – Я пойду. Мне нужно еще кое-куда съездить.

Я поднялась из-за стола и поспешила в комнату.

Как же глупо. Я понимала, что веду себя словно капризная дурочка, но справиться с нахлынувшей обидой это не помогло. Не знаю, чего я вообще ожидала после такой жаркой ночи. Признаний в любви? Предложения руки и сердца? Я закусила губу.

– Рэйчел, постой. – Шон настиг меня в дверях спальни и, схватив за руку, притянул к себе. – Я чем-то тебя обидел?

Его карие с оливковым ободком глаза потемнели и стали похожи на два бездонных колодца. От одного его взгляда у меня перехватило дыхание.

Нет, рядом с этим мужчиной я не могу вести себя адекватно. Он – мой личный наркотик. Я попыталась вырваться, но Шон крепко держал меня за плечи.

– Рэйчел?

Я вздохнула.

– Прости, я веду себя бесцеремонно. У тебя, наверняка, полно дел, а я торчу здесь, отнимая твое драгоценное время.

В глазах парня вспыхнуло удивление.

– Ты, как ты выразилась, торчишь здесь потому, что мне это нравится. Поверь, будь моя воля – я провел бы с тобой все выходные. К сожалению, обстоятельства вынуждают меня на время уехать из города.

Внезапно мне стало страшно. Что, если возникшие проблемы гораздо серьезнее, чем Шон старается показать?

– Тебе угрожают? – с трудом выдавила я, глядя в лицо парня широко распахнутыми глазами.

Тот растерянно моргнул, словно не до конца понимая смысл моих слов, а, когда до него, наконец, дошло, что я имею ввиду, весело рассмеялся.

– Хотел бы я посмотреть на того, кто станет мне угрожать. – Он коснулся пальцами моей щеки, от чего в груди снова перехватило дыхание, а затем, улыбнувшись, добавил: – Уилкинс – один из адвокатов «Системинвестментс» сейчас решает кое-какие вопросы, и я нужен ему, чтобы уладить нюансы.

– Ты работаешь в «Системинвестментс»? – удивленно вскинула я бровь.

– Я ее владелец.

Я восхищенно покачала головой, не забыв при этом как следует покраснеть.

– Черт, сморозить глупость в присутствии такой важной персоны вполне в моем духе. – Я обреченно вздохнула.

– Милую глупость, – широко улыбаясь, уточнил Шон. – Мне приятно, что ты беспокоишься обо мне.

– Вот еще, делать мне нечего. – Фыркнув, я мягко высвободилась из его объятий и, войдя в комнату, занялась поисками нижнего белья. – Я переживала за Макса, – добавила, опускаясь на колени и заглядывая под кровать. – Случись с тобой что, кто о нем позаботится?

– Ну, конечно, Макс, – раздался сверху насмешливый голос.

Не успела я выпрямиться, как Шон подхватил меня под живот и, швырнув на кровать, плюхнулся рядом.

– Не могу отпустить тебя без десерта, – прорычал прямо в губы и запустил руку мне под рубашку.

Его ладонь скользнула по бедру и накрыла маленький треугольник волос. Я инстинктивно выгнулась. К низу живота щекотливыми ручейками уже струилось напряжение, и тело охватила легкая дрожь.

Шон легонько пошлепал ладонью по припухшим складочкам и, услышав мой требовательный стон, довольно хмыкнул. Он получал явное наслаждение, наблюдая, как во мне пробуждается желание.

Мужской палец медленно проник в податливую плоть, надавил на чувствительную точку, и я с глухим стоном обвила шею парня руками.

Как бы там сильно ни нуждался в помощи мистер Уилкинс, ему придется подождать еще пару часов. Я развела шире бедра и, притянув Шона к себе, с жадностью впилась в его губы.

Глава 12

Покидала соседскую квартиру я с сожалением. Несмотря на то, что Шон был невероятно нежен со мной, для полноты картины все же кое-чего недоставало: романтической мишуры вроде последующего валяния в кровати и поедания пиццы под какой-нибудь старенький фильм. Я робко намекнула парню о своей фантазии, и он заверил, что все у нас еще впереди. Это вселяло уверенность. Получив на прощание нежный поцелуй в губы, я вернулась в квартиру тетушки.

Принимать душ не стала: не хотела смывать с себя запах любимого мужчины.

Любимого? Я прислушалась к собственным чувствам. В животе, как говорят, порхали бабочки, и я мечтательно улыбнулась. Если это не любовь, то, что? Я вошла в комнату и, стянув с себя джинсы и толстовку, рухнула на кровать.

Все-таки Сэм был прав: жить нужно на полную катушку, не оглядываясь на мнение окружающих. В моем случае роль «окружающих» играла тетя Джо. Разумеется, я не планировала посвящать ее в детали обрушившихся на меня перемен, но и скрывать это, случись ей узнать о нашей связи, тоже не собиралась. Впрочем, думать об этом было пока рано. Я схватила мобильник и нажала кнопку быстрого вызова.

На дисплее высветилось изображение Лоис, которая игриво показывала всему миру язык. Пошли гудки. Прошла целая минута прежде, чем подруга ответила.

– Что ж тебе не спится-то? – раздался в трубке ее сонный голос.

– Привет! – Я довольно хихикнула. – Да вот как-то не до сна было.

– О, привет, развратная девчонка! – ворвался в ухо хрипловатый, но, все же, довольно бодрый голос Сэма. – Включаем громкую связь.

– Привет, Сэми! – откликнулась я, с трудом сдерживая эмоции.

– Судя по твоему счастливому голосу, мистеру Да-ну-его-к-черту удалось растопить холодное сердце красавицы. Ну и как оно?

– Это было волшебно! – воскликнула я. – Кажется, я влюбилась.

Сэм громко хмыкнул, а Лоис принялась хохотать.

– Гони пять баксов, Сэми, – сказала она сквозь смех и добавила, обращаясь уже ко мне: – Я нисколько не сомневалась, что именно этим и закончится ваша встреча.

Она снова рассмеялась, а я залилась жарким румянцем.

– Вот вы черти, – буркнула добродушно. – Можно мне к вам приехать?

– Ну, разумеется, крошка, – радостно отозвался Сэм. – Рули ко мне, расскажешь в деталях, как я продул этой алчной хапуге пять баксов.

Я со смехом покачала головой.

– Скоро буду, – ответила и, не прощаясь, нажала на сброс.

Через полчаса я уже делилась событиями чудесной ночи с друзьями, с жадностью поедая заказанную Сэмом горячую пиццу и краснея от пикантных подробностей, которые тот вытягивал из меня одну за другой.

Остаток дня я провела так, как и мечтала: валяясь на диване напротив телевизора, хохоча над героями старых комедий и поедая всякие вкусности. Вот только вместо Шона меня обнимала Лоис.

– Не переживай, крошка, – успокаивала она меня. – Никуда он от тебя не денется.

Я печально качала головой.

– Ты бы видела эту девицу – настоящая ведьма! Думаешь, она так просто откажется от Шона?

Лоис лишь ухмылялась.

– Шон – не дурак, сумеет поставить ее на место. Уверена, многие на него вешаются, но он ведь выбрал тебя. Расслабься, детка и просто получай удовольствие.

Я в очередной раз вздохнула и последовала ее совету: закинула в рот маслину и, окончательно перестав следить за событиями фильма, предалась воспоминаниям о минувшей ночи.

***

Ночевать мы остались у Сэма. Я и Лоис. Наш горячий дружок провел с нами всего пару часов, а затем слинял на свидание с Уоттсом – управляющим «Рэд окса». Этот довольно молодой подтянутый мужчина, по словам Сэма, обладал невероятной харизмой и был просто идеальным любовником, что делало его в глазах парня практически святым.

– Развлекайтесь, мои крошки, – напутствовал он нас на прощание, и мы до самой ночи с усердием исполняли его наказ.

Проснувшись на следующее утро, я первым делом схватила телефон, надеясь найти там сообщение от Шона. С минуту смотрела на дисплей, прежде, чем сообразила, что не дала ему свой номер. Какое разочарование. Я грустно вздохнула и отложила трубку.

– Эй, Лоис – просыпайся, – принялась тормошить за плечо подругу.

Та промычала что-то невразумительное и перевернулась на другой бок. Я выбралась из-под одеяла.

– Ну и пожалуйста, – буркнула в спину девчонки и отправилась в ванну.

Приняв наскоро душ и проглотив пару эклеров, оставшихся после вечернего кутежа, я неспешно выпила ароматный кофе и отправилась домой. Шон не сказал, сколько будет в отъезде, поэтому я очень надеялась на его скорое возвращение.

Впрочем, вряд ли можно было рассчитывать, что случится это сегодня. Насколько я могла судить, серьезные дела за один день не решаются, а мистер Уилкинс звонил именно по серьезному делу, в этом сомнений не было.

Заскочив по дороге в магазин, я накупила два пакета продуктов на случай, если вечером нагрянут друзья и к тому времени, как добралась до дома тетушки Джо, мне даже удалось усмирить свои ожидания.

Не стоит ворчать на судьбу и требовать от нее многого. Она – дама капризная, и если ее брать за горло, может такое отчебучить, что мигом пожалеешь о своей жадности. Оставив машину на парковке, я вытащила из багажника пакеты и, обняв их, словно родных, направилась к подъезду.

– Доброе утро, мистер Арчер, – поздоровалась с консьержем, отправив ему радушную улыбку.

– Доброе утро, мисс Пирс. Как отдохнули?

Я понимала, что старику нет дела до того, как я провожу время, и его вопрос – всего лишь жест вежливости, но, все же, ответила:

– Спасибо, отлично провела вечер с друзьями.

– Вот и славно, – как-то печально вздохнул мистер Арчер. Возможно, он вспомнил о днях своей молодости, а может просто устал. Как бы там ни было, мне стало жаль старика.

– Хорошего дня, мистер Арчер, – как можно искренней сказала я, вытащила из пакета лежащую сверху плитку шоколада и положила перед ним.

Старик улыбнулся, качая головой, но от угощения отказываться не стал.

– Передавайте привет миссис Карсон, когда будет звонить.

– Обязательно.

Я взбежала по ступенькам и вызвала лифт. Внезапно в голову пришла мысль, что у консьержа наверняка есть телефон тети Джо, и он сам хоть каждый день может передавать ей приветы – благо, знакомы они не первый год и отношения имели скорее дружеские, чем формальные – но, почему-то, решил попросить меня. Простая вежливость? Или же тонкий намек на то, что я под наблюдением, и любой мой прокол может стать известен моей высоконравственной родственнице?

Я тряхнула головой, решив не забивать ее несуществующими проблемами, оглянулась на старика, который провожал меня пристальным взглядом и, отправив ему улыбку «хорошая девочка», шагнула в лифт.

Выйдя на нужном этаже, я подошла к двери и хмуро покосилась на пакеты, которыми были заняты обе руки. Ключ лежал на дне сумки, и чтобы достать его, нужно было освободить хотя бы одну руку.

Я прижалась коленкой к стене, устраивая сверху один из пакетов и поддерживая его вторым, осторожно высвободила руку и, затаив дыхание, потянулась к сумке.

В этот самый момент за спиной раздалось негромкое покашливание.

Глава 13

От неожиданности я вздрогнула, и тщательно выстроенная баррикада из пакетов обрушилась на пол.

– Черт! – воскликнула я, оборачиваясь.

На меня смотрела пара смеющихся карих глаз, а их обладатель улыбался и сочувственно качал головой.

– Леди в беде? – спросил он вкрадчиво, приближаясь ко мне поступью хищника.

Стараясь не показывать охватившей меня радости, я соблазнительно прикусила губу, сделала шаг вперед, преодолевая разделявшее нас расстояние, и тихо сказала:

– Леди в беде, но вы можете ей помочь.

Брови Шона изогнулась. Мгновение он смотрел на меня так, словно видел впервые, а затем его губы тронула лукавая ухмылка.

– С ума сойти, сколько страсти, – поддразнил он меня, и от его слов мои щеки тут же покрылись румянцем.

Видимо посчитав миссию выполненной, Шон довольно хмыкнул, а затем принялся собирать рассыпавшиеся по полу продукты. Я молча наблюдала за ним, застыв на месте, словно безрукая статуя Венеры и млея от переполняющей меня нежности.

Он вернулся из-за меня. По-быстрому уладил дела и примчался домой, чтобы провести со мной остаток уикенда. Эта мысль вызывала сладостную дрожь в теле. Мне вдруг безумно захотелось прижаться к любимому и почувствовать его губы на своих губах. Раствориться в поцелуе и ощутить, как в мужском теле зарождается желание.

Я закусила губу, пытаясь удержать в узде собственные фантазии. Когда, наконец, все купленное вернулось назад в пакеты, Шон поднял их с пола и воззрился на меня. Я спохватилась. Стараясь сохранять невозмутимый вид, нашарила в сумке ключи и открыла дверь, затем обернулась и поманила Шона пальчиком.

Тот с усмешкой покачал головой, но в квартиру вошел.

– Отнесите все это на кухню, а я пока подумаю, как вас отблагодарить, мистер, – сказала, игриво прикусив нижнюю губу.

– Как скажете, леди.

Шон явно наслаждался этой игрой, хотя и делал вид, что слегка растерян. С легкостью удерживая тяжелые пакеты, он направился в сторону гостиной, за которой находилась кухня, и, наблюдая, как под обтягивающей тело майкой играют мышцы спины, мне захотелось пройтись по ним ладонями. Я торопливо стянула с себя пальто, разулась и бесшумно прокралась по коридору в ванную.

Глянув в зеркало, я едва не застонала от досады: ну, какая из меня женщина вамп? Волосы небрежно собраны в хвост, на лице ни грамма косметики, да еще этот широченный вязаный свитер, купленный на распродаже прошлой осенью. Для ночных посиделок с Сэмом и Лоис вполне обычная я, но вот встреча с Шоном – другое дело.

Я вымыла руки и занялась наведением марафета. В первую очередь подвела стрелки, подчеркнув глубину карих глаз, затем накрасила ресницы и, подумав, прошлась румянами под скулами. Эти нехитрые манипуляции вмиг превратили меня из замухрышки в подобие роковой женщины. Я провела кончиком языка по верхней губе. Весьма заманчивый жест, Шону должно понравиться.

Стянув с себя свитер и легинсы, я швырнула их на корзину с бельем и сняла с крючка шелковый халатик. Он идеально гармонировал с ажурным нижним бельем с шелковыми вставками. Накинув его на плечи и придирчиво осмотрев результаты своих стараний в зеркале, я довольно хмыкнула и покинула ванную.

Со стороны кухни доносились неясные звуки, значит, Шон был все еще там. Мягко ступая босыми ногами по полу, я направилась к нему.

Миновав гостиную, я подошла к барной стойке, отделявшей столовую от кухни, и замерла в изумлении.

Шон по-хозяйски разбирал пакеты, раскладывая содержимое по полкам навесных шкафчиков и холодильника и, казалось, был целиком поглощен этим занятием. Я невольно залюбовалась, как под его майкой играют связки мышц, как напрягаются упругие ягодицы, обтянутые легкими спортивными штанами.

Наверное, я слишком шумно вздохнула, потому что Шон внезапно обернулся.

– Черт возьми, – выдохнул он судорожно, видимо, не рассчитывая увидеть то, что предстало его глазам.

Я почувствовала, как щеки покрыл легкий румянец. На какие-то доли секунды меня охватило волнение, но тут же взяв себя в руки, я закусила уголок нижней губы, облокотилась о колонну и, заведя руку за голову, принялась бесстыже разглядывать Шона.

– Вы очень любезны, – произнесла, наконец, томным голосом, наслаждаясь тем, что мне удалось произвести впечатление на искушенного в любовных делах красавчика.

Шон усмехнулся, и в его глазах вспыхнул знакомый мне похотливый огонек.

– Рад стараться, моя госпожа. Какие будут еще приказания?

Он стал медленно приближаться, пожирая меня при этом жадным взглядом. Я не двигалась. Глаза Шона лихорадочно блестели, и меня вдруг охватила тревога. Что-то в них изменилось, но, что?

Шон приблизился вплотную, и меня окутал жар, исходящий от его тела. Мысли все разом вылетели из головы. Эта игра заводила все больше, но вместе с тем вызывала такое волнение, что сердце было готово выскочить из груди. Я практически перестала дышать. Ноги стали ватными, и мне казалось, что еще секунда – и я просто осяду на пол.

– Возьми меня, – прошептала срывающимся голосом, не отрывая затуманившегося взгляда от губ парня.

– Будет исполнено, моя госпожа…

Он прижался ко мне, сверкнул глазами и, подхватив под ягодицы, усадил к себе на бедра. Я обвила ногами крепкий торс, вжимаясь промежностью в твердый живот. От этого головокружительного трюка у меня снова перехватило дыхание.

Губы парня почти касались моих губ. Почти: Шон не спешил меня целовать. Вместо этого он перенес меня в обеденную зону гостиной и усадил на стол. Обжигая прикосновениями, провел ладонями вверх по бедрам, нырнул пальцами под трусики и слегка сжал ягодицы.

Я оперлась руками о стол позади себя и, запрокинув голову, шумно выдохнула. Все это: и жаркие касания мужских ладоней, и тяжелое дыхание Шона, и томительное напряжение, охватившее тело – сводило с ума. Низ живота свело сладостной судорогой.

– Пожалуйста, – прошептала я каким-то чужим голосом.

Шон, не мешкая, стянул с меня трусики, медленно развязал пояс халатика и, распахнув его, положил руки мне на живот. Внутренности свело в сладостном спазме, и мне пришлось закусить губу, чтобы не застонать.

Горячие ладони заскользили по коже. На несколько секунд накрыли аппетитные грудки, все еще скрытые под тонкой тканью бюстгальтера, а затем нырнули за спину. Шон продолжал смотреть мне в глаза, и от этого взгляда по телу бежали мурашки.

«А он изменился», – снова мелькнула в голове тревожная мысль.

Но раздумывать над ней было некогда. Мужские пальцы за секунду справились с крючком, скользнули по голым плечам и, сбросив с них легкий шелк, стянули бюстгальтер.

– Прекрасная богиня, – хрипло произнес Шон и тут же впился губами в затвердевший сосок.

Я тихо охнула. Выгнув спину, подалась навстречу жаркому рту, который принялся с жадностью ласкать мои ставшие невероятно чувствительными грудки. Шон поддерживал меня под спину, пока его язык и губы творили свое волшебство. Он стал покрывать поцелуями разгоряченную кожу живота, спускаясь все ниже, пока, наконец, его голова не оказалась у меня между ног.

Шон опустился на колени.

– Вашу ножку, госпожа, – сказал он с лукавой улыбкой, протянув руку.

Я опустила ступню в раскрытую ладонь, и парень легонько сжал ее двумя руками. Чуть приподняв, поцеловал кончики пальцев. Это было так ново для меня, что я не смогла сдержать потрясенного вздоха.

Шон смотрел на меня снизу вверх, наблюдая за моей реакцией. Его глаза – темный янтарь – блестели от возбуждения. Чувственные губы пропустили в рот большой палец и сомкнулись на нем. Я почувствовала, как Шон посасывает его, лаская снизу языком.

– О-о-о, – потрясенно выдохнула я.

Никогда не думала, что пальцы ног настолько чувствительны к ласкам. Глаза Шона улыбались. Он легонько помассировал руками ступню, не выпуская при этом изо рта большой палец, а затем принялся облизывать остальные пальчики.

Вся внутренняя сторона моих бедер дрожала от возбуждения. Казалось, что по венам вместо крови течет раскаленная лава. Я не смела вздохнуть, смотрела на это чудесное действо широко распахнутыми глазами и не могла поверить, что это происходит со мной. Весь мой мир перевернулся с ног на голову.

Наконец, Шон опустил мою ногу, оставив напоследок на лодыжке след от поцелуя. Подобрался ближе к столу и осторожно развел в стороны мои бедра.

Видимо открывшаяся картина пришлась ему по душе, потому что парень шумно вздохнул, а в следующий момент прильнул губами к истекающей любовными соками плоти.

С моих губ сорвался громкий протяжный стон. Я запрокинула голову и, разомкнув губы, стала судорожными глотками хватать воздух. В теле бушевало пламя. Язык Шона с неистовой страстью ласкал чувственный бугорок, раздвигал сочные складочки, слизывая с них драгоценную влагу. Чувственные губы то и дело приникали к лону, целуя, посасывая, сжимая.

В ногах появилась сильная дрожь. Не отрываясь от своего пиршества, Шон подхватил мои ступни и поставил на край стола. Я легла на спину.

Упругий язык продолжал ласкать меня, но к этим восхитительным ощущениям добавилось еще одно: мужские пальцы погладили чуть ниже клитора, а затем медленно проникли в узкую щелочку. Мышцы влагалища сжались, и я застонала от невыразимого наслаждения, охватившего все тело.

Шон сжал губами пульсирующий бугорок и просунул оба пальца так глубоко, что я громко застонала. Он пошевелил ими, словно нащупывая ту самую волшебную точку. Внизу живота что-то сжалось, а затем резким толчком разогнало по венам очередную волну наслаждения. Я закусила губу и жалобно всхлипнула.

Глубокие точные погружения следовали один за другим. Ласки языка и губ становились жарче. В какой-то момент сознание отделилось от тела, оставив в моем распоряжении лишь чувственные наслаждения. Я перестала быть Рэйчел. Я – это восторг, бушующая в замкнутом пространстве энергия, сила, способная разрушать и создавать вселенные. Я – это пламя!

Огонь, пожирающий мое тело, стал постепенно стекаться в единую точку. Туда, где вершили свой танец губы и пальцы любимого мужчины. Пространство сотрясалось от громких криков, и я даже не сразу поняла, что он принадлежит мне. В конце концов, напряжение стало таким сильным, что я умолкла и даже перестала дышать.

Секунды превратились в вечность. Мужские пальцы в очередной раз ворвались в меня, прижимаясь к чувственной точке там, в глубине, а горячий язык накрыл пульсирующий бугорок. Это стало последней каплей, переполнивший хрупкий сосуд. Чудовищной силы энергия сжалась на миг, а затем взорвалась, разнося по телу волны оргазма.

Я закричала…

Громко. Протяжно.

Кричала, пока силы не покинули меня, а в груди не закончился воздух. Напряжение схлынуло, но Шон продолжал меня нежно ласкать до тех пор, пока мое тело окончательно не расслабилось. Он поднялся с колен и навис надо мной.

– Моя госпожа счастлива? – спросил, проведя пальцем по чуть приоткрытым губам.

Я улыбнулась и, не открывая глаз, кивнула.

– Что ж, я рад. – Он хмыкнул, явно довольный полученным результатом, а затем помог мне подняться. – Позвольте отнести вас в спальню, моя дорогая.

Не дожидаясь согласия, он подхватил меня на руки и зашагал через гостиную. Я прижалась к широкой груди парня и с наслаждением втянула ноздрями его запах. Сердце пропустило удар.

Аромат, который источало крепкое тело, был мне незнаком.

Глава 14

– Не знаю, Лоис, с ним что-то не так.

Я ходила туда-сюда по гостиной, прижимая к уху трубку мобильника и нервно накручивая на палец прядь волос. Чувства пребывали в смятении.

После того, как Шон отнес меня в комнату и, пожелав хорошего дня, свалил к себе, я окончательно уверилась, что с парнем произошли перемены.

Нет, он все так же был нежен, внимателен, даже слегка чересчур, но меня не покидало странное чувство, что это другой человек.

– Послушай, – начала подруга. – Мне кажется, ты просто накручиваешь себя. Во-первых, ты не настолько хорошо знаешь красавчика, чтобы делать какие-то выводы. А во-вторых, если у него возникли какие-то проблемы в делах, то незначительные перемены в его поведении вполне объяснимы.

– Нет, ты не понимаешь. – Я остановилась у окна и растерянно обвела взглядом заснеженный парк у дома. – Он будто стал другим.

Подруга хихикнула.

– У него выросли рога? Или хвост?

– Его взгляд – что-то в нем изменилось, вот только никак не могу понять, что. А еще запах.

– А что не так с его запахом?

– Он сменил туалетную воду.

– Ну, конечно, за такое мало распять, – насмешливо протянула Лоис, а затем резко добавила: – Хватит искать подвох там, где его нет, Рэйч.

– А что, если в этом замешана женщина?

Я судорожно сжала пальцы на подоконнике, представив пустые глаза «устрицы» и ее гаденькую ухмылку.

– Ай, перестань. – Лоис громко фыркнула. – Если бы у него появился кто-то еще, он не стал бы едва вернувшись корячиться у тебя в гостиной, вылизывая твои прелести да еще называя своей госпожой. Если тебя так уж сильно волнуют произошедшие с ним перемены, так спроси его прямо. Нечего устраивать из этого детектив.

– И что я скажу? Что у меня такое чувство, будто он – это не он?

– Звучит бредово. – Подруга хмыкнула. – На твоем месте я бы просто расслабилась и получала удовольствие от жизни, раз уж эти самые удовольствия обрушились на твою голову.

Я тяжело вздохнула.

– Расслабиться – это не про меня, ты же знаешь.

– Знаю. Но ты постарайся.

Я с сомнением покачала головой. Вряд ли мне удастся вот так просто выбросить из головы бредовые мысли, но накручивать себя тоже не вариант. Наверное, Лоис права: самым правильным будет сделать вид, что я не заметила странных перемен в парне и посмотреть, что из этого выйдет.

Я попрощалась с подругой и отправилась на кухню. Еще с тех пор, как я стала замечать напряжение в отношениях между родителями, лучшим способом отвлечься от мрачных мыслей для меня стала готовка. Именно этим я и занялась.

Когда из духовки уже стал доноситься аромат запеченной картошки с ломтиками баклажанов и копчеными колбасками, а салат «По-гречески» отправился охлаждаться в холодильник, в дверь позвонили.

Гадая, кто мог явиться ко мне без звонка, я отправилась встречать незваного гостя. Глянув в глазок, я едва не застонала от досады: с той стороны стояла моя мать.

Когда она прилетела? И какого, собственно, черта забыла здесь? Теряясь в догадках и недобрых предчувствиях, я открыла дверь.

– Арлин?

На лице женщины моментально вспыхнула улыбка. Не искренняя, как, например, у Лоис или Сэма, когда они встречают меня после недолгой разлуки, но и не совсем дежурная.

– Привет, детка!

Арлин порывисто обняла меня, и я ощутила аромат дорогих духов, который исходил от ее волос. Я слегка похлопала мать по спине – официальный жест для тех, кого не сильно рад видеть – и, отстранившись, уставилась на маленький чемоданчик у ног женщины.

– Ты, что, сбежала от мужа? – пошутила я, криво улыбнувшись.

Видимо, шутка оказалась не очень удачной, так как Арлин скривилась и бросила на меня осуждающий взгляд.

– Не понимаю, почему ты никак не смиришься с тем, что твоя мать может быть счастлива с кем-то, кроме твоего отца?

Она обиженно поджала губы и покачала головой. Мне вдруг стало стыдно. И правда, почему?

Так и не получив приглашения войти, Арлин подхватила за ручку чемодан и вкатила его в квартиру.

– А где Джо? – спросила, снимая легкий полушубок и с любопытством обводя взглядом прихожую. – Как обычно заседает на своих совещаниях?

– Тетя уехала по делам, – уклончиво ответила я. Сообщать маме, что в ближайшие полгода ее золовка не появится в этой квартире, все равно, что подписать себе приговор. Услышав такую новость, вряд ли Арлин захочет быстро уехать туда, откуда приехала. – Почему ты вернулась?

Женщина пригладила перед зеркалом собранные в идеальный конский хвост волосы и, пожав плечами, направилась в гостиную.

– Строители управились быстрее, чем я рассчитывала, так что пришла пора оформлять документы.

– Ну, конечно.

Я горько усмехнулась. Глупо было рассчитывать на то, что в этой особе проснулись материнские чувства, побудившие ее навестить единственную дочь. Впрочем, это было не важно. Я уже давно выросла из той маленькой девочки, которая с замиранием сердца ждала материнской ласки, и присутствие Арлин скорее вызывало тоску по отцу, чем по ее жалким попыткам изобразить любящую мать.

Я прошла на кухню и, вытащив из духовки противень, принялась перекладывать картофель в стеклянную кастрюлю.

– Есть хочешь? – спросила не оборачиваясь.

– Что это ты приготовила? Пахнет изумительно!

Арлин обняла меня за талию и опустила подбородок мне на плечо. Я поморщилась. Все эти льстивые уловки меня порядком раздражали, хотя я и понимала, что делает она это не нарочно. Просто такая у матери натура: изображать из себя ту, кем на самом деле она не является. С отцом она вела себя точно так же. Я вздохнула.

– Садись за стол, – сказала, накладывая дымящийся картофель в тарелку. – Ты по-прежнему не ешь мясо?

– Фрэнк прекрасно готовит – даже мясо, – вздохнула она наиграно. – Я не хочу его обижать.

Я мысленно закатила глаза.

– Отца ты не боялась обидеть, – сказала, поставив перед матерью тарелку.

– Твоему отцу было безразлично, чем я питаюсь.

– Я говорю не о пристрастиях в еде.

Я внимательно посмотрела на мать, и та прекрасно поняла, на что я намекаю.

– Ох, детка, ты слишком жестока ко мне. – Она скорчила обиженную рожицу. – Если бы Стэнли проявлял больше внимания ко мне, я бы не стала смотреть на других мужчин.

От удивления мои брови поползли вверх.

– Выходит, это отец виноват в том, что ты стала ему изменять?

– Я его не виню, просто хочу, чтобы ты поняла меня. Ты ведь тоже женщина, неужели так трудно войти в мое положение?

Арлин отправила в рот кусочек колбаски, и ее лицо преисполнилось блаженством. Ни капли раскаяния или вины. Я обреченно вздохнула.

– Любить человека – значит быть верной ему. Разве это не очевидно? – спросила, не скрывая разочарования в голосе.

– У тебя недостаточно опыта, чтобы судить о таких серьезных вещах, – парировала Арлин. – Я любила Стэнли, но с возрастом он стал равнодушным к такой стороне брака, как секс.

– Ой, перестань! – воскликнула я. – Я не собираюсь обсуждать здесь с тобой твои сексуальные пристрастия! Ты изменяла отцу, и именно это свело его в могилу!

В глазах Арлин блеснули слезы.

– Ему было пятьдесят шесть, и проблемы с сердцем у него были и раньше! – выпалила она. – Ты жестока со мной, детка!

– Нет, это ты была жестока с отцом!

Я круто развернулась и почти бегом припустила в спальню. Продолжать разговор было опасно: я могла не сдержаться и влепить матери пощечину, а это было бы уже чересчур.

Чтобы хоть как-то охладить пыл и привести мысли в порядок, я решила пройтись по заснеженному парку рядом с домом. Быстро оделась, схватила с полки в прихожей ключи и, не обращая внимания на причитания матери, вышла за дверь.

Прогулка и правда успокоила возмущенные нервы. Обдумав ситуацию с приездом незваной родственницы, я решила, что не стану поддаваться на провокации. Буду молчать, что бы там Арлин мне ни говорила. Всего-то пару дней потерпеть: терпела же я ее как-то всю жизнь.

С этими мыслями я вернулась в квартиру, но тут меня ждал очередной сюрприз.

Глава 15

В гостиной сидел Шон. Откинувшись на спинку дивана, он потягивал из стакана сок, в то время как моя мать, одетая в кружевные чулки, бесстыже выглядывающие из-под короткого халатика вертелась возле него и соблазнительно хлопала накладными ресницами.

– Что ты здесь делаешь? – спросила я зло, застыв при виде этой картины.

Парочка обернулась. Я отметила, как помрачнело лицо Арлин: судя по всему, она не рассчитывала на мое скорое возвращение

– Рэйчел! – воскликнула она, обретая прежнюю невозмутимость. – Как ты могла скрыть от меня, что у Джо такие приятные соседи?

– Настолько приятные, что ты решила не надевать на себя лишнего?

Наверное, я перегнула палку, бросив матери столь откровенную гадость, но разве с ней по-другому возможно? Арлин решила пропустить мою колкость мимо ушей.

– Я никак не могла разобраться, как включается кофемашина, и молодой человек любезно предложил свою помощь.

Я закатила глаза.

– Твоя мама сказала… – начал Шон, но Арлин его перебила.

– Прошу тебя, зови меня просто Арлин, – проворковала она, накрывая его руку ладонью. – Рэйчел, детка, присоединяйся к нам.

– К вам? Как мило, пожалуй, я откажусь.

Я бросила на Шона испепеляющий взгляд и быстрым шагом направилась в спальню.

Какое вопиющее безобразие! Моя мать окончательно потеряла стыд, а парень, в которого я готова была влюбиться, оказался обычным бабником. Не вернись я сейчас, неизвестно, чем бы закончились их милые посиделки.

Чувствуя, что если немедленно не выговорюсь, то просто лопну от злости, я вытащила из кармана телефон и плюхнулась на кровать. Нужно срочно звонить Лоис. Но не успела я разблокировать экран, как в дверь постучали.

– Оставьте меня в покое! – крикнула я, безуспешно скользя по дисплею замерзшим пальцем.

Видимо мой голос прозвучал неубедительно, потому что дверь распахнулась, и на пороге возник Шон.

– Привет, – сказал он, как ни в чем не бывало, и на мгновение я потеряла дар речи.

Все-таки он был невыносимо хорош собой. Широкий разворот плеч, узкие бедра и эти гипнотические ямочки в уголках губ. Я судорожно вздохнула.

– Что тебе нужно? – с трудом выдавила, уставившись в блестящие глаза парня.

– Мне нужна ты, – ответил он с лукавой улыбкой.

– А мне показалось, тебе достаточно общества моей матери.

Не прекращая борьбу с собственным телефоном, я раздраженно пожала плечами.

– Общество Арлин слишком навязчиво и предсказуемо.

Мои губы скривились в язвительной усмешке.

– А ты у нас, значит, любишь сюрпризы.

– Только в твоем исполнении. – Шон явно наслаждался моим раздражением. – То, как ты меня встретила… Это было весьма неожиданно и очень приятно.

Я поджала губы и пристально посмотрела на парня, пытаясь понять, есть ли в его словах сарказм. Шон все так же стоял в дверном проеме, скрестив ноги и сложив на груди руки, а на его губах блуждала мечтательная улыбка. Его красивые карие глаза обрели цвет старого виски. Я всмотрелась в их глубину: определенно, что-то в них изменилось.

– Зачем ты пришел? – спросила сухим голосом, откладывая в сторону телефон, с которым так и не смогла справиться.

– Позвать тебя в гостиную.

– Ты не понял. – Я недовольно поморщилась. – Зачем ты пришел сюда, в квартиру?

Шон сдержанно усмехнулся и покачал головой.

– Ты, что, ревнуешь меня к собственной матери?

– Вот еще! – Я фыркнула, чувствуя, как щеки покрываются румянцем. – Просто я знаю, на что способна Арлин.

– Ты ревнуешь, признайся.

Я покраснела еще сильнее, глядя, как расплываются в лукавой усмешке губы парня.

– Ты не ответил на мой вопрос.

Я изо всех сил старалась сохранять невозмутимый вид, хотя делать это с пылающим лицом было непросто. Шон вошел в комнату и закрыл за собой дверь.

– Хотел пригласить тебя на ужин, поэтому и пришел, – сказал он, придвинув пуфик и усевшись напротив меня. – Я не знал, что ты не одна.

– Если ты вдруг не заметил, меня здесь вообще не было, – буркнула я в ответ, отодвинувшись вглубь кровати.

Несмотря на злость, которую я все еще была готова обрушить на парня, меня охватила сладкая дрожь. Как бы ни хотелось мне все отрицать, но я вынуждена была признать: в присутствии Шона мои чувства совершенно выходили из-под контроля. Парень облокотился о колени и подался вперед.

– Арлин сказала, что ты вернешься с минуты на минуту, к тому же она умоляла помочь ей включить кофемашину, – сказал он, пожимая плечами. – Я не думал, что тебя это так разозлит.

– Ты просто не знаешь мою мать. – Я глубоко вздохнула. – Она испортила жизнь моему отцу, а сейчас тоже самое пытается сделать с моей.

Лицо Шона стало серьезным.

– Твои родители разошлись?

Этот простой вопрос заставил меня съежиться. В груди болезненно сжалось сердце, и я на мгновение зажмурилась.

– Мой отец умер, – произнесла страшную фразу, от которой тут же защипало в носу.

Я поспешно опустила голову, надеясь, что Шон не заметил навернувшихся на глаза слез. Все это было ужасно глупо: я никогда не понимала девчонок, которые используют личное горе в попытке добиться внимания от мужчин, и вот сейчас сама невольно стала одной из них.

– Прости, я не знал. – Словно желая продемонстрировать свою поддержку, Шон взял мою руку и легонько сжал ее между ладоней. – Вы были очень близки…

Эта фраза прозвучала скорее как убеждение, а не как вопрос. Я подняла взгляд и натянуто улыбнулась. Хотелось верить, что выглядела я при этом не слишком несчастной.

– Отец был всем для меня, и мне до сих пор его не хватает, – ответила сдержанным тоном.

Шон одарил меня ободряющей улыбкой.

– Ты пытаешься удержать свою боль внутри, хочешь быть сильной, но ведь это вовсе не обязательно. – Он умолк, видимо ожидая от меня согласия, а затем, уже тише, добавил: – Я знаю, что ты чувствуешь, Рэйчел. Тебе не нужно прятаться от меня, просто позволь этому выйти.

Внутри что-то дрогнуло, заставляя меня взглянуть на Шона другими глазами. Передо мной сидел не просто парень с красивой мордашкой – мужчина, у которого было право так говорить.

– Я не привыкла кричать о своем горе на всех углах.

Шон согласно кивнул.

– В этом нет необходимости. Достаточно одного человека, которому ты сможешь довериться и разделить с ним свою боль.

– Ты говоришь как человек, который сам пережил нечто подобное.

Я внимательно посмотрела на парня, пытаясь понять, что он от меня скрывает. Шон улыбнулся, но улыбка вышла печальной.

– Мы с братом тоже потеряли родителей, – признался он, наконец, пожимая плечами. – Это было очень давно, но я хорошо помню то чувство отчаяния, которое съедало меня живьем.

Такого признания я от него не ожидала. Наверное, стоило сказать, что мне очень жаль, но я видела, что Шон не нуждался в сочувствии. Оставалось догадываться, какую работу пришлось ему над собой проделать, чтобы сейчас говорить обо всем так спокойно.

Впрочем, меня это не сильно удивляло. Если трагедия случилась давно, у него было время, чтобы с этим смириться.

– Значит, у тебя есть брат? – спросила я, осторожно переводя тему.

Улыбка на лице Шона стала расслабленной.

– Есть, и я очень рад этому обстоятельству. Правда, так было не всегда. – Он усмехнулся, словно вспомнил что-то забавное. – После гибели родителей нас отдали в приемную семью, и вот там мой братишка впервые заставил меня пожалеть о нашем родстве.

– И чем же он тебя так разочаровал?

– В отличие от меня – тихого скромного мальчика – он вел себя, словно мелкий бандит. Постоянно огрызался с нашими опекунами, подкидывал в спальни лягушек и пауков, устраивал в доме ловушки, в которые попадались все без исключения – в общем, устраивал такие фееричные шоу, что им позавидовал бы сам Маколей Калкин.

– Могу себе представить, как были счастливы ваши опекуны, – хмыкнула я, вспоминая находчивого маленького героя рождественского фильма.

– Органы опеки едва поспевали подбирать нам новые семьи. – Шон с улыбкой покачал головой. – И все-таки он был тем братом, который всегда рядом и всегда будет на моей стороне, что бы ни случилось. У тебя есть братья, сестры?

Его вопрос не был простой формальностью: в глазах парня отражался живой интерес.

– Нет, я – единственный ребенок в семье. Отец поздно женился, а моя мать… Ну, ты сам видел, что объяснять. То, что я появилась на свет можно смело считать чудом.

Я горько усмехнулась.

– Ты и сама настоящее чудо, – улыбнулся в ответ Шон.

Он пересел на кровать, обнял меня и мягко привлек к себе. Я снова почувствовала незнакомый аромат парфюма и поняла, что эта неожиданная перемена меня больше не беспокоит. Шон понимал меня, как никто другой. Он был настоящим. Я чувствовала душевную близость, которая возникла между нами. Вероятно, это случилось лишь потому, что мы оба пережили потерю близких. А может, это просто был МОЙ человек. Такое тоже случается.

Я закрыла глаза. Тепло мужского тела проникало под кожу, даря новые еще неизведанные ощущения. Я крепче прижалась к Шону. Он провел ладонью по моим волосам и коснулся губами горячего лба.

– У меня появилась идея, – сказал он, отстраняя меня и с нежностью глядя в глаза. – Я вызову машину, и мы поедем кататься по вечернему городу. Идет?

– Идет.

Я благодарно улыбнулась, чувствуя, как по щекам катятся слезы. Шон вытер их подушечками пальцев и легонько коснулся моих губ своими губами.

– Я говорил тебе, что ты необыкновенная девушка? – спросил он, обжигая своим дыханием.

– Кажется, да.

Я подалась вперед, разомкнув губы и позволяя языку Шона проникнуть в мой рот. Мужские руки обвили меня, прижимая к горячему телу, и я растворилась в долгом пьянящем поцелуе.

С небес нас спустил настойчивый стук в дверь.

Глава 16

Я нехотя оторвалась от Шона и обреченно уставилась на дверь: у моей матери определенно был талант портить жизнь окружающим. Стук повторился.

– Рэйчел, детка, чем вы там занимаетесь? – донесся следом недовольный голос Арлин.

Тяжело вздохнув, я поднялась с кровати и направилась к двери.

– Похоже, к выходу нам предстоит пробиваться с боем, – с улыбкой сказал Шон.

Я невольно представила его в сверкающих латах с мечом в руках и то, как он машет им перед носом Арлин. С губ сорвался нервный смешок.

– Что ж, готовьте оружие, мой рыцарь, я открываю.

Распахнув дверь, я с удивлением уставилась на свою мать, которая стояла, странно пошатываясь. В одной руке она сжимала стакан с виски, а другой упиралась в изогнутое бедро.

– Кажется, я плохо тебя воспитала, – раздраженно заявила она. Горящий взгляд красноречиво говорил о том, что Арлин была изрядно пьяна. – Приличные леди не должны оставаться наедине с мужчиной.

– Приличные леди? Может, тогда тебе самой стоит внимательней изучить эти правила?

Лицо Арлин вспыхнуло, и на нем отчетливо проступили красные пятна.

– Как ты смеешь со мной так разговаривать?!

Я пропустила мимо ушей гневный возглас: в сопровождении Шона молча прошла в прихожую и принялась обуваться.

– Куда это вы собрались? – возмущенно воскликнула Арлин, застав нас уже в дверном проеме. – А как же я?

– А ты отправляйся спать. На ногах уже еле стоишь.

Я захлопнула перед носом матери дверь и судорожно застонала.

Ну и за что мне все это? За какие грехи? Если еще при отце моя мать как-то сдерживалась, то после его смерти совершенно слетела с катушек. Меня это уже начинало пугать.

– Наверное, мне не следовало быть такой грубой. Все-таки она моя мать.

Я покосилась на дверь, раздумывая, не вернуться ли, чтобы уложить Арлин в постель.

– Ты ни в чем не виновата, – уверенно сказал Шон. – Каждый сам выбирает свой путь, и ты не обязана соответствовать ни чьим ожиданиям.

Я слабо улыбнулась.

– Не могу никак смириться с мыслью, что я – ее дочь.

Шон обнял меня, прижимая к себе, поцеловал в кончик носа и потянул за руку.

– С ней все будет в порядке. Идем, я оденусь, и можем уже ехать.

– Когда ты успел вызвать машину? – удивилась я.

– Отправил водителю сообщение сразу после того, как ты ушла в комнату. – Шон хитро прищурился. – Очень надеялся, что ты не откажешься провести со мной вечер.

– Вот же хитрец.

Я добродушно хмыкнула, толкнув его кулачком в бок.

Парень открыл дверь квартиры и жестом пригласил войти. Дожидаясь его в прихожей, я присела на корточки, чтобы погладить Макса, развалившегося у моих ног. Тот сонно урчал и, смешно оттопырив заднюю лапу, подставлял лохматое пузо для ласки.

– Понятно, в кого ты пошел, хитрюга, – прошептала вполголоса, зарываясь пальцами в густую шерсть.

Из комнаты показался Шон. Вместо домашних шорт и футболки на нем сейчас были темно-синие джинсы и серая толстовка с капюшоном. Казалось бы, обычный парень, каких много, но даже такой неприметный облик не мог скрыть исходящую от него силу.

– Эй, парень! – Шон опустился на корточки и потрепал кота по загривку. – Завязывай тут со своими трюками: это моя девушка.

Макс приподнял голову и устремил на хозяина недовольный взгляд. Он явно не понимал, с чего вдруг его взялись отчитывать. Не выдержав, я рассмеялась.

– Ты, что, ревнуешь меня к собственному коту? – спросила, демонстративно копируя интонацию Шона.

– Еще как ревную. Я вообще, что б ты знала, жуткий собственник.

Шон взял меня за руку и, поднявшись, потянул меня за собой. Быстро сообразив, что ласк больше не будет, Макс проворно вскочил на лапы и с видом оскорбленного профессора удалился назад в комнату, гордо задрав хвост. Выглядел он при этом ну очень забавно.

– Ну вот, обидел бедного котика.

Я с улыбкой покачала головой.

– Что, правда? – Шон изобразил на лице замешательство, а затем обреченно вздохнул. – Обидчивая скотина. Значит, снова придется откупаться от его мести консервами.

Мужская рука легла мне на талию, и я оказалась прижатой к широкой груди. Этот простой ставший уже привычным жест таил в себе столько страсти, что, казалось, хватит на всю планету. Я невольно разомкнула губы.

Продолжая улыбаться, Шон коснулся моей щеки пальцами. По коже тут же побежали мурашки. Если бы он только знал, какие чувства рождают во мне эти легкие касания, наверняка бы удивился. Казалось бы, что в этом такого? Обычное проявление симпатии. Но, нет. Каждое движение, каждая мелочь были для меня чем-то большим, чем простое внимание.

Я накрыла мужскую руку своей рукой, с наслаждением прижимая ладонь к щеке. Шон не двигался. Он возвышался надо мной, как гора Килиманджаро: неприступный и опасный на вид, но, вместе с тем, такой притягательный. Я подставила губы для поцелуя, и он не стал ждать.

Горячие губы коснулись моих губ, и по телу прокатилась сладостная дрожь. Дыхание сбилось. Разве может быть что-то прекраснее его поцелуев? Я со стоном обвила руками шею парня и проникла языком в его рот.

Жар в теле усилился. Я уже не думала о том, что мы куда-то собрались. Это перестало иметь значение. Сейчас мне хотелось лишь одного: чтобы эти мгновения застыли во времени, но тишину нарушило треньканье телефона, и магия тут же рассеялась.

– Это твой водитель? – спросила я, качнувшись, едва Шон отстранился от меня, чтобы достать из кармана трубку. На губах все еще горел отпечаток его поцелуя.

Шон взглянул на дисплей и покачал головой.

– Это мой брат. Пишет, что возвращается завтра.

– Вот как? – Я игриво закусила губу. – Познакомишь нас или к нему ты тоже станешь меня ревновать?

Видимо мой мозг, отключившийся во время любовной бури, еще не заработал как надо, раз я умудрилась ляпнуть такую глупость. Шон внимательно посмотрел на меня, и от этого взгляда мне стало не по себе.

– Прости, дурацкая вышла шутка.

Я смущенно потерла нос, жалея, что природа не одарила меня нормальным чувством юмора.

– Все в порядке. – Шон улыбнулся, явно забавляясь моим смущением. – Я и сам подумал, что нужно вас познакомить, когда он вернется. Уверен, брат по достоинству оценит мой выбор. – Он нежно поцеловал меня в кончик носа и снова улыбнулся. – Ну, что, идем? Томас наверняка нас заждался.

Я затянула потуже пояс пальто.

– Томас?

– Водитель. – Шон покачал головой и добавил: – Вот к этому типу я действительно стану тебя ревновать, так что постарайся держать себя в руках.

Смысл этих слов дошел до меня, едва мы подошли к черному внедорожнику, застывшему у подъезда. Томас стоял рядом.

Это оказался одетый в черное пальто и форменную фуражку темнокожий парень лет двадцати, а от его улыбки действительно хотелось хлопнуться в обморок. Кажется, Томас пытался продемонстрировать все имеющиеся у него зубы: так сильно он улыбался.

– Мисс, – приветственно кивнул он, распахивая передо мной дверь и сияя при этом, словно начищенная монета. – Вы очень красивая, – добавил, ничуть не смущаясь присутствия своего хозяина.

– Благодарю, – потрясенно улыбнулась в ответ и с опаской покосилась на Шона.

Тот лишь со смехом покачал головой. Похоже, его предупреждение было шуткой, и моя реакция его здорово развеселила.

– Садитесь, мисс, а то, неровен час, потеряете здесь сознание, – сказал он, похлопывая своего водителя по плечу. – Все в порядке, Томас, я справлюсь.

Парень улыбнулся еще шире, хотя казалось, что это уже невозможно, и направился к водительской дверце. Я забралась в салон.

– Ну как? Успела прийти в себя? – весело спросил Шон, усаживаясь рядом и захлопывая дверцу машины.

– Кажется, еще нет.

Я усмехнулась, украдкой покосившись в зеркало над головой водителя. Томас уже не улыбался. Он сосредоточенно нахмурился, повернул ключ зажигания, и машина тихо заурчала.

– Куда поедем, моя госпожа? – тихо спросил Шон, обхватывая меня за плечи и мягко привлекая к себе.

От этих его слов потеплело в груди.

– С тобой – куда угодно, – прошептала я в ответ, опуская голову на мужское плечо.

Мне действительно было все равно, куда ехать – лишь бы подольше сидеть вот так, прижавшись к любимому человеку и слушая его мерное дыхание.

– Куда прикажете, босс? – обернулся к нам Томас, в очередной раз сверкнув ослепительной улыбкой.

– «Мэджик дримз», – коротко ответил Шон.

Я заметила удивление, мелькнувшее в глазах водителя, но вопросов за ним не последовало. Томас согласно кивнул и, заговорщицки подмигнув мне, взялся за руль.

– Странный он для водителя, – прошептала я, машинально схватившись за руку Шона. – Ты уверен, что ему можно доверять?

– На все сто.

Шон еще крепче прижал меня к себе, давая понять, что с ним я в полной безопасности.

Это подействовало. Я расслабленно вздохнула и скользнула пальцами между пальцев Шона. Конечно, его взаимоотношения с Томасом казались мне несколько странными, но, кто знает, как у этих богачей заведено.

Машина вырулила с парковки на дорогу и стала быстро набирать скорость. Кажется, папа был прав: чудеса случаются, и в жизни есть место сказкам.

Глава 17

Спустя полчаса мы уже въезжали на парковку «Мэджик дримз» – одного из самых волшебных мест в городе. Впрочем, этот парк развлечений лишь условно считался городским. На самом деле он располагался на самой его окраине и занимал довольно обширную территорию, включающую в себя территорию частного конного клуба.

Об этом я знала лишь понаслышке. Живя с родителями в провинции, мне ни разу не посчастливилось здесь побывать, но кое-что я о нем знала. Например, то, что зимой, когда не работали аттракционы, в парке выстраивали целый город из ледяных скульптур. Я видела в Сети фото, и они меня впечатлили. Я даже планировала уговорить Лоис и Сэма потратить выходные на поездку сюда, но Шон меня опередил.

Томас пристроил машину недалеко от центрального входа и, пожелав нам приятного вечера, остался дожидаться в машине.

Мы пересекли парковку, молча прошли по широкой дорожке, ведущей к сияющей огнями арке и, нырнув под ее своды, попали в другой мир.

Повсюду, куда только ни падал взгляд, возвышались сверкающие ледяные скульптуры – целые композиции, искусно высеченные изо льда. Я зачарованно смотрела по сторонам, не веря собственным глазам и замирая от переполняющего меня восторга. Что и говорить: даже многочисленные снимки, найденные в Сети, не могли передать всей красоты этого места.

– Невероятно, – прошептала я, рассматривая ледяного дракона, хвост которого извивался на несколько футов вперед. В приоткрытой пасти был установлен светодиодный фонарик, от чего голова монстра мерцала красным сиянием, и, казалось, что дракон вот-вот дыхнет на нас жарким огнем.

– Сюда приезжают целыми семьями, чтобы отдохнуть от сумасшедшего ритма жизни. – Шон помолчал, а затем добавил: – Давно я здесь не был.

Мне показалось, что голос его изменился. Будто он вспомнил что-то печальное, что-то, что связано с этим местом, но спросить его об этом я не решалась.

Мы пересекли круглую площадь, в центре которой возвышался мерцающий разноцветными огнями ледяной фонтан, и свернули на дорожку, ведущую к одной из многочисленных башен. Самым восхитительным было то, что она оказалась полая. Мы поднялись по ледяным ступеням, удерживаясь за деревянные поручни, торчащие из стен, и оказались на смотровой площадке. Отсюда открывался поистине сказочный вид.

– Неужели все это создано человеком? Сложно поверить. – Я сняла перчатку и провела рукой по гладкой стене. Ладонь обжег колкий холод. Как странно. Глядя на все эти творения, казалось, что в них есть душа, но разве могла она прятаться внутри ледяных глыб? – Ты сказал, что давно не был здесь.

– Так и есть.

– Почему ты решил привести меня именно сюда?

Шон в недоумении вскинул брови. Какое-то время он молча смотрел мне в глаза, словно ища в них ответ, а затем улыбнулся и покачал головой.

– Ты застала меня врасплох этим вопросом.

– И почему же? – Я слегка наклонила голову вбок, ожидая ответа.

– Да потому, что я не задумывался над этим. Решение было скорее интуитивным.

– Но что-то ведь повлияло на твой выбор. Мы могли пойти, например, в кафе или просто покататься по городу. Но это… – Я обвела взглядом развернувшуюся перед глазами картину: нет, это место не из тех, куда ходят с первым же встречным. – Мне показалось, что для тебя это место имеет особое значение.

Шон молчал. Я видела, как играют желваки на его лице, но это не было признаком злости. Скорее, напряженное размышление над моими словами. Наконец он ответил:

– Ты права, это место для меня особое. – Он замолчал, видимо собираясь с духом. Я не торопила. Опустив голову, Шон машинально потер висок, а затем заговорил. Медленно. Словно продумывая наперед, что сказать. – Я уже говорил тебе, что мы с братом потеряли родителей. Автокатастрофа. И это случилось, когда мы всей семьей – родители и мы с братом – возвращались домой из этого парка. Этот ледяной городок стал последним местом, где мы видели родителей живыми.

Шон снова умолк и на этот раз надолго. Он стоял неподвижно, опустив обе руки на ледяной парапет, смотрел на резвящихся внизу детей, за которыми наблюдали счастливые родители, и одному Богу известно, о чем он в этот момент думал.

Впрочем, догадаться было не трудно. Я отчетливо представила двух маленьких мальчиков с раскрасневшимися от мороза щеками, которые с визгом несутся с ледяной горы, а внизу их встречают смеющиеся родители. Настоящая семья, которой у меня, можно считать, не было. А потом поездка домой – и пустота.

– Мне так жаль, – прошептала я, нарушив, наконец, молчание.

Шон кивнул.

– Это была двадцатитонная фура. Ее слегка занесло на встречную, и отец вильнул в сторону, чтобы избежать столкновения с ней. На скорости почти в восемьдесят миль мы въехали в столб. Наверное, только это и спасло нас с братом. Если бы в нас врезался тот монстр, вряд ли бы мы с тобой сейчас разговаривали. – Шон невесело усмехнулся и пожал плечами. – Такая вот история.

Я накрыла ладонью его руку, все еще лежащую на парапете и, не произнося ни слова, сжала ее. Что я могла сказать? Да и была ли в этом необходимость? Видимо Шону было достаточно моей молчаливой поддержки, потому что он, наконец, повернул голову и взглянул на меня с улыбкой.

– Только не подумай, что мне нужна жалость или сочувствие: со своими демонами я разобрался давно. – Он всем телом развернулся ко мне и, глядя прямо в глаза, тихо добавил: – Я просто хотел показать, что хорошо понимаю тебя.

Я не нашлась, что ответить. Выдавив из себя улыбку, я снова устремила взгляд на детей, веселый визг которых оглашал окрестности. Жизнь продолжалась, и кроме боли в ней было место прекрасному. Я не сомневалась: отец хотел бы видеть меня счастливой. Так почему не прямо сейчас?

Приблизившись к Шону, я обхватила его руками и улыбнулась.

– А мне говорили, что женщин сложно понять.

Губы парня расплылись в веселой улыбке.

– Пожалуй, но я, все же, готов постараться.

Он обнял меня за плечи, аккуратно привлекая к себе, склонил голову. Я смотрела на губы, которые были изогнуты в нежной улыбке, и по телу растекалось тепло.

Вот оно! В этих объятьях таилось то самое счастье, которого я так ждала. Мне хотелось верить, что с этого момента моя жизнь будет наполнена только радостными событиями. Словно желая подтвердить мои чаяния, Шон нежно коснулся губами моих губ и нежно шепнул:

– Ты – самое удивительное, что случалось в моей жизни.

И он действительно так считал, в этом я не сомневалась.

***

К моменту, когда я входила в квартиру тетушки Джо, уверенность в том, что я встретила своего идеального принца, нарушила все мыслимые границы. В животе порхало облако бабочек, и настроение было прекрасным. Оставалось надеяться, что Арлин его не испортит своими претензиями.

В квартире стояла гулкая тишина. Это казалось странным. Зная Арлин, я была уверена, что она дождется моего возвращения, чтобы выдать очередную порцию бессмысленных нравоучений, но вокруг было темно. Похоже, алкоголь сделал свое дело, и оккупантка ушла спать.

Стараясь двигаться бесшумно, чтобы ненароком не нарушить чуткий сон матери, я на цыпочках направилась к спальне. Когда в темной арке возникла чья-то фигура, сердце кувырком скатилось в желудок

– Мамочки мои! – воскликнула я, резко отшатнувшись в сторону и больно приложившись затылком о стену.

Вспыхнул свет, ослепив меня на мгновение, и знакомый язвительный голос огласил пространство.

– Явилась-таки!

– Арлин, черт бы тебя побрал! – Я шумно выдохнула, потирая затылок. – Ты с ума сошла, так пугать?

К выходкам своей матери я успела привыкнуть, но это было уже чересчур! Она, что, специально поджидала меня в темноте?

– Ты видела, который сейчас час? – Голос Арлин звучал скорее капризно, чем грозно, но это раздражало не меньше. – Я, по-твоему, что, развлекаться сюда приехала?

Я снова вздохнула и не спеша направилась к дверям своей спальни. Что творилось в голове матери одному Богу известно, и я не собиралась играть здесь в шарады.

– Судя по тому, как ты провела вечер, именно за этим ты и явилась.

– Снова дерзишь?

Я вошла в комнату и, не раздеваясь, плюхнулась на кровать.

– Что еще ты от меня хочешь? – спросила, уже жалея, что не приняла предложение Шона, остаться ночевать у него.

– Как что? Решить вопросы с наследством! – Арлин, не церемонясь, вошла в комнату и помахала в воздухе какими-то бумагами. – Твой отец оставил дом тебе, так что без твоей подписи, детка, не обойтись. – Она поморщилась. – Какой же он был все-таки мелочный.

Я сделала вид, что не услышала мерзких слов, поднялась с кровати и взяла из рук матери бумаги. Бегло просмотрела несколько страниц и, взяв ручку, поставила подпись на всех листах.

– Это все? – спросила сухим тоном, протягивая матери договор на продажу дома и заверенную у знакомого нотариуса доверенность.

– Пока все. – Арлин приторно улыбнулась, видимо, уже забыв о своих обидах, и шагнула к двери, но вдруг обернулась и ткнула в меня указательным пальцем. – Кстати, твой новый бойфренд меня весьма впечатлил. Надеюсь, ты с ним не трахаешься?

– Мама!

Шокированная такой пошлой откровенностью Арлин, я даже не нашлась, что ответить. Нет, жить рядом с такой матерью – сомнительное удовольствие. Безопасней сидеть на пороховой бочке, дрыгая ножками, чем ночевать под одной крышей с этой особой. Одна радость: завтра она уедет и (я очень на это надеялась), вернется очень не скоро.

– Запомни, детка, мужчины – озабоченные маньяки. Все без исключения. Но именно поэтому ими так легко управлять.

Я сердито фыркнула.

– Тебе ли не знать.

– Зря ты так, Рэйчел, – надула губы Арлин. – У меня есть опыт, и я могла бы тебя многому научить, если только…

– Нет! – Я вскочила с кровати и, подбежав к матери, мягко, но уверенно выставила ее за дверь. – Очень мило с твоей стороны, но ты слегка запоздала с советами.

С этими словами я захлопнула дверь, успев перед этим заметить гневный взгляд Арлин. Плевать! До сих пор моя жизнь не слишком-то ее волновала, так что в искренность внезапного порыва я не верила. И если Арлин решит вдруг обидеться, то это ее проблемы.

Я переоделась в пижаму, забралась в постель и с наслаждением потянулась. Завтра эта заноза в заднице уедет, и тогда я смогу спокойно встречаться с Шоном.

Глава 18

На следующий день, вернувшись из колледжа, я первым делом убедилась, что вещей матери в доме нет. Прекрасно, значит, возвращаться сюда Арлин не собиралась. Она получила то, зачем явилась, а больше ей от меня ничего и не нужно. Осознание этого факта вызывало противоречивые чувства, но, все же, облегчение было самым явным из всех.

Приняв душ и высушив волосы, я отправилась на кухню, чтобы испечь вишневый пирог. Еще вчера мы с Шоном договорились, что я приду к семи, когда его брат будет уже дома, и мне не хотелось являться с пустыми руками.

За любимым занятием время пролетело незаметно. Я достала из духовки ароматное угощение, втянула ноздрями воздух и довольно вздохнула: пирог получился идеальным.

Глянув на часы, висевшие на стене в гостиной, я заволновалась. Почти половина седьмого, а я еще не привела себя в порядок. Накрыв «сюрприз» полотенцем, я бегом припустила в спальню и принялась перебирать наряды.

В чем же отправиться к любимому, который собирается познакомить тебя с братом? В джинсах и футболке было бы естественно, но слишком уж буднично и пресно. Хотелось маленького праздника в кругу близких людей: в том, что мы с братом Шона подружимся, я практически не сомневалась.

Сняв с вешалки любимое платье цвета «темный ультрамарин» с V-образным вырезом я приложила его к себе и повернулась к зеркалу. Сдержанно, не вульгарно и в данной ситуации вполне уместно.

Переодевшись, я сунула ноги в черные туфли на высоком каблуке и задумчиво покрутилась перед зеркалом.

Вполне себе симпатично. Облегающее фигуру платье чуть ниже колен смотрелось изящно и в то же время без лишней помпезности. Я подкрасила ресницы, нанесла на губы бесцветный блеск и, довольная полученным результатом, улыбнулась собственному отражению. Шону понравится, непременно.

Я глянула на часы: они показывали без трех минут семь. Пора.

Захватив из кухни пирог, я вышла из квартиры и пересекла лестничную площадку.

– Привет! Ты как раз вовремя, – улыбнулся Шон, открыв дверь, едва я успела нажать кнопку звонка. Он пропустил меня в квартиру и нежно поцеловал в губы. – Мой братец извелся от любопытства. Все гадает, кого же я пригласил в гости.

Я оторопела.

– Ты, что, не сказал ему про меня?

– Нет, сказал, что это сюрприз, но ему точно понравится. – Он широко улыбнулся, принимая из моих рук вишневый пирог. – Мой брат был уверен, что я никогда не выберу себе девушку. Он считает меня занудой.

Я тихо рассмеялась.

– Вот уж чего в тебе нет, так это занудства. Твой брат, видимо, тебе льстит.

– Пожалуй. – Шон усмехнулся. – Ну, что, готова познакомиться с Уокером-младшим?

Я поправила вырез платья и кивнула.

Следуя за парнем, я машинально поправила платье и вцепилась обеими руками в края широкой тарелки. От волнения у меня даже ладошки вспотели.

Войдя в гостиную, я остановилась рядом с Шоном и уставилась на статную фигуру, стоящую у окна. Уокер-младший не шевелился, держал руки в карманах брюк и, казалось, даже не слышал, что обещанный «сюрприз» был уже здесь. Я улыбнулась: со спины братьев можно было запросто спутать – так они были похожи.

Деловито кашлянув, мой избранник обнял меня за плечи и торжественным голосом, словно представляя посла другой страны, объявил:

– Это Рэйчел – моя девушка!

Плечи Младшего вздрогнули, словно его ударили хлыстом, и он медленно развернулся. У меня перехватило дыхание.

Что это? Наваждение? Или я сплю и вижу сон?

На меня смотрела точная копия Шона, только взгляд был другим. Более проникновенным… и до боли знакомым. Я судорожно сглотнула.

– Люк? Рэйчел? Это, что, шутка? – Парень, наконец, улыбнулся, но улыбка получилась напряженной. – Привет, малыш.

Он сделал шаг нам навстречу, и я отшатнулась, словно на меня надвигался призрак.

Что здесь вообще происходит? Кто такой Люк? И почему этот парень обращается ко мне… совсем, как Шон в нашу первую встречу?!

Бог мой! На миг в глазах потемнело, а ноги едва не подкосились, внезапно сделавшись ватными. Я почувствовала, как пол ушел из-под ног. Меня обняли за талию, помогая удержать равновесие, и над ухом раздался голос:

– Шон, ты как обычно в своем амплуа. Великолепный герой, сражающий девушек прямо с порога.

Я повернула голову к тому, кто еще недавно называл себя Шоном, но, почему-то, вдруг оказался… Люком. Парень поддерживал меня, не позволяя упасть, и улыбался. Я снова перевела взгляд на его близнеца: а вот тому, похоже, было совсем не до смеха.

– Люк, прекрати, это уже не смешно, – сказал он, подойдя ко мне совсем близко, и я почувствовала… аромат с нотками древесного мха.

Это уже было слишком. Я попыталась вырваться, но мужская рука, которая все еще лежала у меня на талии, не позволила этого сделать.

– Шон, в чем дело? – сказал тот, который обнимал меня. – Ты ведешь себя странно, и мне это не нравится.

– Я веду себя странно? – Парень напротив гулко расхохотался. – Ты пригласил к нам МОЮ девушку, представив ее своей, и говоришь мне о странностях?

Я в ужасе зажмурилась, пытаясь осмыслить то, что сейчас здесь творилось.

– Твою девушку? – эхом отозвался тот, который держал руку на моей талии. – Ты хочешь сказать… Вот, черт!

Он, наконец, отпустил меня, и я невольно попятилась. Братья встали плечом к плечу, словно перед ними находился их злейший враг, которого нужно уничтожить. От их взглядов тряслись поджилки. Хотелось превратиться в муху и улететь подобру-поздорову из этой квартиры, но, к сожалению, такими способностями я не владела. А вот грохнуться в обморок – вполне себе был вариант, но и с этим я опоздала.

– Рэйчел, может, объяснишь нам, что происходит?

Я уже не понимала, кто задал вопрос: Шон или Люк. Для меня они были одним человеком, который по какой-то нелепой случайности раздвоился и сейчас пытался предъявить мне незаслуженные претензии.

– Я не знаю, – только и смогла выдавить я каким-то чужим и осипшим от волнения голосом.

И это было почти правдой. Конечно, я уже догадывалась, в какую скверную историю влипла, но по прежнему надеялась, что все это – глупый розыгрыш. Признать, что я перепутала близнецов и приняла Люка за его брата, с которым, собственно, и познакомилась в тот злополучный вечер, мне не хватало духу.

– Хорошенькое дельце, – усмехнулся тот, у которого был взгляд воина-мстителя. – Я уезжаю из города, уверенный в том, что моя Рэйчел – хорошая девочка – будет сидеть дома и скучать по мне, а «моя хорошая девочка» в это время берет в оборот моего дорогого братца. – Он повернул голову к своему двойнику. – И как ты мне это объяснишь?

– Мне и самому хотелось бы получить объяснения, – ответил тот, без тени улыбки.

На братьев было страшно смотреть. Я видела разочарование в их глазах, и это приводило меня в панику.

– Простите, – шепнула я, пятясь, не выдержала, закусила губу и бросилась к выходу.

Уже подбегая к двери, споткнулась о Макса, который решил устроить очередную засаду, врезалась руками в металлическую поверхность и, всхлипнув, схватилась за ручку. Внутри все колотилось. Казалось, что вот-вот разгневанные братья настигнут меня и разорвут в клочья, но из-за спины не доносилось ни звука.

Я повернула ручку, распахнула дверь и выскочила на лестничную площадку. Оказавшись в своей квартире, я захлопнула дверь и заперлась на все замки. Прислонилась спиной к холодному металлу и, рыдая в голос, сползла на пол.

Вот и все. Моя первая большая любовь закончилась полным провалом. А все из-за чего? Из-за собственной глупости. Ну как я сразу не поняла, что парень, якобы вернувшийся из поездки вовсе не мой Шон? Ведь чувствовала, что с ним что-то не так, но желание и глупая безрассудная страсть взяли верх, и я закрыла глаза на очевидное.

И он тоже хорош. Как можно было вот так сходу заняться любовью с незнакомой девчонкой? Впрочем, это у них обоих в крови. Рыдания перешли в тихие всхлипывания. Я сбросила туфли и, встав на ноги, поплелась на кухню. Из-за жуткого стресса и слез у меня началась икота.

Налив в стакан воды, я направилась в комнату. В дверь позвонили.

От неожиданности, я едва не выронила стакан. Сердце забилось с удвоенной силой. Что им еще от меня нужно? Неужели мало того, что я пережила?

Я на цыпочках подкралась к двери и заглянула в глазок. За дверью, разумеется, стоял один из братьев и, насколько я могла судить, это был Люк.

– Рэйчел, открой, нам нужно поговорить, – негромко позвал он, видимо уверенный, что я за ним наблюдаю. – Прошу…

Я закусила губу. Поговорить? О чем нам сейчас говорить? Что я вообще могла сказать в свое оправдание? Или он в свое…

Я отошла от двери и тихонько пошлепала в спальню. Там выпила воды и, стянув с себя платье, забралась под одеяло.

Вечер, который должен был превратиться в маленький восхитительный праздник, превратился в полный кошмар. Принцесса оказалась обычной девицей, которая спит со всеми подряд, а принц… Я вспомнила вчерашний вечер, улыбку Люка (пора было осознать, что это другой человек), и на душе сделалось совсем паршиво.

Как же я могла допустить такое? Разрушить едва родившееся счастье своими собственными руками. Я снова всхлипнула. Боль терзала сердце, словно голодный зверь невинную жертву. Выносить это было сверх моих сил.

Я взяла телефон и торопливо набрала номер Сэма.

– Привет, крошка! – раздался после пары гудков радостный голос друга. – Надеюсь, ты звонишь пригласить меня на свадьбу?

Шуточка в стиле Сэма Салливана. В другое время я бы ответила той же монетой, но сейчас попросту разревелась.

– Значит, нет, – мрачно резюмировала трубка.

Выплеснув с рыданиями очередную порцию горя, я шумно высморкалась в платок и судорожно всхлипнула.

– Я – самая настоящая идиотка, Сэм, – простонала, изо всех сил стараясь снова не расплакаться.

– Не преувеличивай, Рэйч, глупенькая – возможно, но не думаю, что все так уж плохо.

– Ты не представляешь, что я натворила.

– Не представляю, но готов принять сан и выслушать твою исповедь. Выкладывай, что случилось?

Я шмыгнула носом и начала объяснять, как приняла Люка за Шона, и чем все это закончилось. К концу рассказа нервы снова сдали, и я в очередной раз пустила слезу.

– М-да-а-а, – подал голос Сэм, явно не ожидая такого поворота. – Ситуация непростая, но и не критичная. Сейчас тебе, конечно, не стоит соваться к парням – пусть между собой разберутся сначала. Но завтра вам стоит поговорить.

– Ты, что! Я ни за что не пойду к ним! Я даже в глаза им взглянуть не смогу, не то, что разговаривать!

Я замотала головой, пытаясь усилить эффект драматизма.

– Самой и не нужно идти, дождись, пока они явятся. А они явятся. – Сэм был непреклонен. – К тому же, ты сама сказала, Люк приходил к тебе, хотел поговорить, значит, есть шанс, что они все поймут.

Я снова огласила комнату судорожными рыданиями.

– Ну же, Рэйч, прекрати размазывать сопли. Все, конечно, стремно, но вполне поправимо.

– Ты не понимаешь, – я судорожно всхлипнула, затем икнула, сделала глоток воды и добавила: – Я даже не знаю, кого из них я люблю.

На другом конце провода раздался удивленный свист.

– Ты это серьезно сейчас? – уточнил Сэм, будто не веря собственным ушам.

– Разве, похоже, что я шучу?

Я откинулась на подушки и застонала. Ситуация действительно была абсурдной. Я влюблена, это факт. Но в кого? В веселого искрометного Шона или в его душевного полного нежности брата?

– Давай пойдем логическим путем, о’кей? – снова подал голос Сэм. – Ты начала встречаться с Шоном, так? Так. До того, как он уехал, ты уже что-то чувствовала к нему?

Я задумалась. Та последняя ночь перед его отъездом была чудесной. Шон был нежен, несмотря на все его шуточки, и мне было искренне жаль, что я не увижу его несколько дней. Так что…

– Да, я влюбилась в него еще до того, как он уехал.

– Прекрасно, с этим разобрались. Номер второй: Люк. Когда ты его увидела, ты думала, что это Шон. Так?

– Так.

– Вы практически с порога занялись любовью, и он тебя снова очаровал.

– Угу.

– Но ты ведь думала, что это Шон? Его действия были похожи на действия Шона?

– Пожалуй. – Я задумалась, вспоминая как это было, и низ живота свело в сладостном спазме. Вот, черт! – Сэм, к чему ты клонишь?

– Спокойно, крошка, работает специалист. Следующий этап: ты возвращаешься домой и застаешь Люка, то есть якобы Шона в обществе своей маман. Ты злишься. Он тебя успокаивает и-и-и?

– Что и?

– Это похоже на Шона? Он бы так поступил? Повез бы тебя в тот парк, который является для них чем-то большим, чем место для развлечений?

Я захныкала.

– Сэм, ты требуешь от меня невозможного! Ну откуда мне знать, что сделал бы Шон? Да и зачем мне это знать?

– Как зачем? Ты ведь сама сказала, что после вчерашнего вечера ты ощутила особую близость с этим парнем. С Люком.

– Ощутила, и что с того? Я ведь думала, это Шон!

– Но это был другой мужчина, не Шон, – отрезал Сэм. – Именно он дал тебе чувство, в котором ты так нуждалась – чувство защиты, того, что на него можно положиться, а это многое значит.

Я накрыла глаза ладонью, ощущая, как дрожат губы. Хотелось плакать, но сил уже не осталось.

– И что же мне делать, Сэми?

– Ох, детка, заварила же ты кашу, ну ничего, разберемся. Завтра после учебы дуй в «Рэд окс», обсудим план действий. А сейчас отдыхай и набирайся сил.

– Слушаюсь, сэр, – вяло пошутила я. – Обложусь чипсами и буду смотреть какой-нибудь ужастик. Они здорово поднимают настроение.

Сэм хохотнул.

– Чипсы?

– Ужастики.

Я мрачно хмыкнула и, пожелав другу хорошего вечера, отправилась выполнять угрозу.

Глава 19

– Рэйчел, вот ты где спряталась! – Звезда нашего потока – блестящая Кодис подсела ко мне за стол и, окинув взглядом поднос с едой, к которой я так и не притронулась, покачала головой. – Ты сегодня какая-то странная. Что-то случилось?

Я огляделась по сторонам, ища глазами «свиту» блондинки и заметила кучку парней, которые сидели через три стола от моего, поглядывали в нашу сторону и громко ржали. Я скрестила на груди руки.

– Что тебе нужно?

Кодис заискивающе улыбнулась.

– Послушай, мы с тобой конечно вряд ли станем подругами, но ради одного несчастного влюбленного, я готова с тобой общаться.

– Какое королевское великодушие, – хмыкнула я.

– Видишь того парня? Его зовут Кертис. – Она кивнула в сторону парней, и я заметила, что один из них смотрит на меня.

– И что?

Кертиса я, разумеется, помнила – такого сложно не заметить. На биологии он всегда садился впереди меня, вечно крутился, отвлекая всю группу, так что его смазливая мордашка порядком мне надоела.

– Он влюблен в тебя по уши. Уже давно.

Я рассмеялась.

– Так себе шутка. У тебя все?

– Рэйчел, я говорю серьезно. Кертис с ума по тебе сходит. Достал уже всех. Рэйчел то, Рэйчел се. Короче, сегодня я устраиваю вечеринку, приходи. Предки сваливают и оставляют дом в мое полное распоряжение. Выпьем, познакомимся поближе. Уверена, ты не такая зануда, как все думают. Ну? Что скажешь?

– Я скажу, нет.

Стараясь не смотреть на парней, которые в очередной раз огласили столовую громким ржанием, я встала из-за стола и направилась к выходу. Кодис догнала меня.

– Ну, Рэйч, не упрямься. Классно проведем время, повеселимся. Тебе же не обязательно спать с Кертисом, просто пообщайся с ним. Он классный парень.

– Да уж, я в курсе.

Кодис заставила меня остановиться и сложила ладони в умоляющем жесте.

– Прошу-у-у, ради вселенской любви, дай парню шанс.

Я тяжело вздохнула и, ничего не ответив, покинула столовую.

Что за сумасшествие? Сначала история с братьями Уокер, сейчас этот придурок со своей дурацкой любовью. Я тряхнула головой и отправилась на парковку.

Остановившись возле машины, я принялась рыться в сумочке в поисках ключа.

– Эй, мисс, – раздался за спиной чей-то знакомый голос.

Я обернулась.

Рядом стоял Томас собственной персоной, и на его лице сияла все та же безупречная улыбка.

– Что ты здесь делаешь? Привет, – я смущенно улыбнулась. Парень мне нравился.

– Босс просил вас забрать и доставить в ресторан, где вас ожидают.

– Кто меня ожидает?

Я растерянно смотрела на Томаса, пытаясь определить, не шутит ли он. Он не шутил.

– Как кто? Мистер и мистер Уокер.

Я рассмеялась. В устах паренька это звучало забавно. Мистер и мистер…

– Послушай, я понимаю, они – твои боссы, и ты выполняешь их распоряжения. Но сейчас тебе придется их разочаровать. Я никуда не поеду.

– Но, мисс, они сказали, что это важно.

– Не сомневаюсь. – Я грустно хмыкнула. – Но я пока не готова вести с ними беседы. Скажи мне… – Я прищурилась и внимательно посмотрела парню в глаза. – Ты давно знаешь Люка и Шона?

– Очень давно, мисс. С самого детства.

– Странно, почему тогда Люк сказал, что ты работаешь у него всего год?

– Так и есть.

– Но откуда тогда ты их знаешь? Что за история?

– Садитесь в машину, мисс, и я все вам расскажу.

Я снова хмыкнула. Вот же, хитрец. Впрочем, мне это было даже на руку. Как долго я смогу избегать встреч и делать вид, что мне это безразлично? Стоило, наконец, набраться смелости и расставить все точки над «i».

– Ладно, но пообещай, что не расскажешь своим всемогущим боссам, что я о них спрашивала.

– Конечно, мисс.

Томас снова осчастливил меня своей улыбкой, проводил до серой «ауди», сверкающей металлическим блеском в лучах зимнего солнца, и помог сесть на сиденье рядом с водительским.

Уже выезжая с парковки, я заметила стоящую на ступеньках учебного корпуса Кодис, и выражение ее лица мне не понравилось. Впрочем, плевать. Она мне никто, так что и думать тут нечего.

– Ну так, что за история с боссами? – напомнила я Томасу, едва мы выехали на дорогу.

– О, ничего криминального, мисс. Просто они – мои братья.

От удивления брови мои полезли на лоб.

История оказалась и правда простой, но очень волнующей. После того, как Люк с Шоном остались без родителей, им подобрали семью опекунов. Затем другую, третью – и так до тех пор, пока братья не попали в семью Честертон. Глава семейства служил пастором в приходской церкви, его жена шила наряды местным модницам, и их маленький сын рос в любви и заботе.

Братьям Уокерам тогда исполнилось по пятнадцать: возраст, когда подростки бунтуют и оказываются под влиянием улицы. Но пастор Честертон умел расположить к себе. Бунтаря Шона подкупил тем, что не пытался его воспитывать, а просто стал другом, который выслушает и поддержит. А в тихого и спокойного Люка вдохнул уверенность в собственной значимости. В общем, парням повезло.

Когда они поступили в колледж, то уехали из провинциального городка и стали жить своей жизнью. Томасу в то время стукнуло десять. Он скучал по братьям, но не показывал виду. А к пятнадцати годам нашел им замену в лице главаря местной шайки и его прихвостней. Тогда-то и покатилась его жизнь черти куда.

– Отец рассказал братьям обо всем лишь тогда, когда я уже был в дерьме по самые уши. Мы с парнями пытались угнать машину – не вышло. Меня поймали, остальным удалось уйти. Ну и завертелось. Меня ждали серьезные проблемы, вот отец и решился позвонить братьям.

– Это случилось год назад?

– Угу. У них свои связи, все как-то решилось, но парни поставили мне условие. Или я завязываю с такой жизнью и работаю у них, или они меня пристрелят, – Томас весело рассмеялся. – Это, конечно, была шутка. Ничего бы они со мной не сделали, но я вдруг понял: жизнь и правда пошла по наклонной, и передо мной стоит простой выбор. Я его сделал.

– Ты молодец. – Я улыбнулась. Представить этого милого парнишку членом уличной банды было не трудно. Такие, наверняка, есть в каждой: веселый, неугомонный и безрассудный. И то, что сделали для него Уокеры, было настоящим чудом.

Я вспомнила, с каким теплом отзывался о парне Люк, и на душе заскребли кошки. Люк – прекрасный мужчина. Добрый, нежный, заботливый, но и Шон ему не уступал. Я действительно полюбила обоих, и сейчас терзалась сомнениями, кто же из братьев дорог мне больше.

Ответа на это не было.

Когда машина припарковалась рядом с одним из лучших ресторанов города, Томас сказал:

– Все будет хорошо, мисс. Мои братья всегда находят решение даже в самых безвыходных ситуациях.

– Они тебе рассказали, что случилось?

Я почувствовала, как краснеют уши, и опустила взгляд.

– Нет, они ничего не рассказывали, но я вижу, что вас что-то мучает. Поверьте, если они решили с вами поговорить, значит, у них уже есть решение. Что бы там ни случилось.

Я улыбнулась.

– Спасибо, Томас. Но, боюсь, это не тот случай.

Парень выскочил из машины и помог мне выбраться из салона.

– Я провожу вас, мисс.

Я кивнула. Мы подошли к стеклянным дверям, где нас встретил метрдотель.

– Пятый столик, – сказал ему Томас, мужчина в униформе кивнул, и я последовала за ним.

– Все будет хорошо, мисс, – крикнул вдогонку Томас. Не оборачиваясь, я махнула ему рукой.

Глава 20

– Рэйчел!

Братья одновременно поднялись со своих мест, когда я остановилась возле стола, за которым они сидели.

– Привет, – смущенно сказала, усаживаясь на предложенный Шоном стул с его стороны.

– Привет. – Люк улыбнулся, и от этой улыбки по телу разлилось тепло. – Вина? Шампанского?

– Манговый фреш, если можно.

Шон жестом подозвал официанта и попросил принести фреш.

– Как ты? – спросил он, обращаясь уже ко мне.

Я молча пожала плечами. Шон кивнул, словно ожидал именно этой реакции, мельком глянул на брата и снова воззрился на меня.

– Мы пока ничего не заказывали, ждали тебя. – Он придвинул ко мне папку с меню и ободряюще улыбнулся. – После учебы просыпается зверский аппетит, по себе знаю.

Только сейчас я сообразила, что кроме утреннего пончика с кофе ничего сегодня не ела, но это не имело значения. От волнения желудок скрутило в узел, и даже, если бы я умудрилась в него что-то впихнуть, наверняка, стал бы активно протестовать. Поэтому я покачала головой.

– Послушай, Рэйчел, – перешел к делу Люк, – ты, конечно, вправе на нас обижаться, но поверь, у нас и в мыслях не было тебя обманывать.

Шон согласно кивнул.

– Ты расстроена, мы понимаем, но прошу, дай нам шанс.

Я с удивлением переводила взгляд с одного парня на другого и никак не могла понять, что происходит. Они, что, извиняются за то, что натворила я? Они действительно считают, что во всем случившемся только их вина? Я была потрясена.

– Но я…

Меня снова перебил Шон:

– Мы понимаем, что все выглядит так, будто мы решили поразвлечься с племянницей Джо, но, поверь, нам и в голову такое не приходило!

Я нахмурилась.

– И почему я должна была придти к такому выводу?

– Разве Джо не предупреждала тебя, чтобы ты на пушечный выстрел к нам не подходила? – удивленно спросил Шон.

– Что-то не припомню такого. – Я решила не подставлять тетушку. Пусть думают, что Джо – благороднейшая из всех старушек на свете. – Но чем вы перед ней провинились?

Братья переглянулись, и я заметила, как по их губам скользнула улыбка. Что бы там между ними ни произошло, парни явно не придавали этому серьезного значения.

– Глупости. Обычные разногласия между соседями, – подтвердил мою догадку Люк.

Он протянул через стол руку и сжал мою ладонь.

– Рэйчел, ты нам веришь?

От этого невинного, казалось бы, жеста по телу пошла дрожь, а щеки залил жаркий румянец.

Черт!

Я покосилась на сидящего рядом со мной Шона, ожидая увидеть ревность в его взгляде, но парень улыбался и, вроде бы, не собирался махать кулаками перед носом собственного брата.

А вот это уже любопытненько. Похоже, что между собой они уже все решили. И даже то, кому я достанусь. Жребий что ли тянули? Я начинала злиться.

– Рэйчел?

Я снова взглянула на Люка. Тот отпустил мою руку, видимо опасаясь вспышки гнева с моей стороны, и сдержанно улыбнулся.

– Не понимаю, что вы хотите от меня услышать? – покачала я головой. Раз уж братья считают, что вся эта путаница возникла по их вине, так тому и быть – я спорить не стану. – Как я могу верить вам, когда я даже не знаю, кто вы такие на самом деле? Я ведь была уверена, что все это время встречалась с одним человеком.

Люк кивнул, а Шон сокрушенно покачал головой.

– Мне нужно было сразу тебе сказать, что у меня есть брат-близнец. Прости. Я не думал, что Люк вернется раньше меня, даже в голову не приходило, что все может так обернуться. И то, что я начал встречаться с племянницей Джо, брат тоже не знал.

Я кивнула. Оправдания в устах Шона звучали мило, почти по-детски. Было видно, что он искренне сожалел о случившемся, но его поведение вызывало у меня вопросы.

– Я так понимаю, ты на все готов ради брата?

Шон улыбнулся.

– Ради брата – на все.

– А ты? – Я посмотрела на Люка. – Ты готов?

– Разумеется, к чему ты ведешь?

Я вздохнула и покачала головой, пытаясь собраться с мыслями. Впрочем, мыслей было не много.

– Я вам верю, но, что это меняет? Вы не собирались устраивать мне ловушку, но, я все равно в нее угодила. И сейчас я просто не знаю, что делать.

– Скажи, с кем из нас ты хочешь остаться, и все сразу решится, – с нажимом сказал Шон.

Он взял меня за вторую руку, которая лежала у меня на коленях, и сжал ее. Значит, ему тоже не все равно. Они оба выжидающе смотрели на меня, и от их взглядов вдоль позвоночника бежали мурашки. Два брата – два любимых человека, и сейчас мне нужно сделать выбор. Я закрыла глаза и от напряжения закусила губу.

Что им ответить? Как выбрать? Как понять, кого из них я люблю сильнее?

– Я не могу. – Мой голос звучал еле слышно. – Не могу выбирать. Простите.

Я подняла измученный сомнениями взгляд, посмотрела сначала на Люка, затем на Шона. Оба загадочно улыбались, словно именно такого ответа и ждали.

– Рэйчел, выслушай нас, – заговорил Люк, – только прошу, не делай поспешных выводов. Обещай, что прежде, чем дашь свой ответ, хорошенько над этим подумаешь.

Такое начало не внушало мне оптимизма. Что эти двое задумали? Я послушно кивнула, понимая, что другого выхода у меня нет, и сложила руки в замок. Было страшно.

Люк вздохнул, бросил на брата короткий взгляд и продолжил:

– Когда мы с Шоном прояснили всю ситуацию, то пришли к общему мнению: ты сама должна решить, с кем из нас тебе оставаться. Одному из нас пришлось бы отступить, хоть это и тяжело. Но… тебе не обязательно делать выбор.

Я нахмурилась, пытаясь понять, куда он клонит. Шестое чувство подсказывало, что сейчас прозвучит то, чего я попросту не смогу принять.

– Мы любим тебя, малыш, – осторожно добавил Шон.

– Ты необыкновенная девушка. – Люк сделал паузу, а затем медленно произнес: – Мы оба хотим быть с тобой. Любить тебя, защищать… Ты нужна нам, Рэйчел. Будь нашей девушкой.

Я сидела неподвижно, не в силах поверить в то, что услышала. Они хотят… О, Боги!

Сердце исполняло свой ритуальный танец, бухая в груди, словно огромный… гигантский барабан. Пальцы занемели: так сильно я сжимала их между собой.

– Мы понимаем, – нарушил молчание Шон, – ты сбита с толку, но прошу, подумай. Мы оба хотим быть с тобой и считаем, что это идеальный вариант в сложившейся ситуации.

– Но ведь это… ненормально!

Я не знала, что еще можно ответить на такое предложение. Люк взглянул на меня почти с мольбой.

– Мы любим тебя, что в этом ненормального? Если есть чувства, то почему их нужно скрывать или делать вид, что их нет?

– Я так не могу…

Меня всю трясло. Сказка, о которой я втайне мечтала, порывалась превратиться в реальность, но все это было слишком дико. Невозможно! Что скажут люди? Сэм, Лоис… тетя Джо!

– Рэйчел, прошу, – Люк накрыл мои сцепленные в замок руки своей рукой, но я тут же высвободилась и вскочила из-за стола.

– Простите меня…

Видеть братьев было невыносимо. Я развернулась, едва не сбив с ног официанта с подносом, зажала ладошкой рот и почти бегом бросилась к выходу. Нужно было исчезнуть, забыть обо всем, но как это сделать? Требовалась помощь друга.

Я поймала такси и велела водителю мчать к ресторану «Рэд окс».

Глава 21

Выслушав мой сбивчивый рассказ, прерываемый громкими всхлипываниями, Сэм схватился за голову.

– Детка, ты хоть понимаешь, во что влипла? – Он обнял меня за плечи и отвел в сторону, видимо, опасаясь, что кто-то из посетителей заметит неадекватную девицу, размазывающую сопли по плечу метрдотеля, и вызовет скорую. – Это же идеальный вариант!

Я уставилась мутным взглядом на друга. Он, что, издевается?

– Прекрати реветь, – велел Сэм, легонько встряхнув меня и привлекая мое внимание. – Не понимаю, чего ты так завелась? Шикарное предложение – ты только подумай! Два идеальных красавца влюблены в тебя по уши – да о таком каждая девчонка мечтает!

– Но я – не каждая…

– Ну, конечно, как я забыл, ты же у нас недотрога. – Сэм улыбнулся. – Прекрати истерить и взгляни на ситуацию со стороны.

– Я не могу, для меня это слишком… – Я всхлипнула, не выдержала и снова расплакалась.

Сэм мягко привлек меня к себе и, обняв, принялся качать из стороны в сторону, словно баюкал маленького ребенка.

– Все будет хорошо, детка, – шепнул он, гладя меня по спине. – Тебе просто нужно время, чтобы осознать всю прелесть ситуации. Я тебе даже завидую. – Он добродушно хмыкнул и, отодвинув меня, убрал с моего лица налипшую прядку волос.

Кажется, истерика закончилась. Мысль спрыгнуть с моста или утопиться в ближайшем водохранилище уже не казалась единственно верной – а это уже не мало. Может все действительно не так уж и страшно? Я шмыгнула носом и с мольбой посмотрела на друга.

– Что же мне делать, Сэми?

Тот уверенно взял меня за плечи и одарил ободряющей улыбкой.

– Давай сделаем так: я заменюсь, и мы поедем к тебе, спокойно все обсудим и решим, что со всем этим делать.

Я вымученно улыбнулась. Сэм взял со стойки салфетку и вытер с моего лица слезы.

– Ну вот, твой нос покраснел и стал совсем, как у Санты, – сказал он.

Меня разобрал смех. Глупо хихикая, я обхватила ладонями лицо друга и порывисто поцеловала его в губы.

– Как же я люблю тебя, Сэми, – с чувством выдала я признание, качая головой и глядя в растерянные глаза парня.

В следующий момент за спиной раздалось деликатное покашливание, я обернулась и с застывшей на губах улыбкой, уставилась на стоящего у стойки мужчину.

– Шон! Что ты здесь делаешь? Ты… Ты следил за мной?

Сердце заныло, предчувствуя катастрофу. На красивом лице парня отражалась вся гамма негодования.

– Вот, значит, как? Сэми? – Шон зло усмехнулся, не сводя с меня сверкающих яростью глаз. – Теперь понятно, почему ты не дала ответ. – Он смерил Сэма презрительным взглядом и добавил: – Удачи, парень, тебе она точно понадобится.

– Ты все не так понял, – принялась я оправдываться, но Шон не стал меня слушать. Стиснув челюсти, он развернулся и вышел за дверь.

Я потрясенно смотрела на друга, который стоял с изумленным лицом, высоко вздернув брови, и молча моргал.

– Сэми… – Голос сорвался, и я умолкла.

– Что это было? – наконец, спросил Сэм. – Я чего-то не понял, или этот Отелло вообразил, что я – твой любовник?

– Похоже, что так.

Я обреченно повесила голову, чувствуя, что вот-вот снова расплачусь. Ну что за день?!

– Спокойно, крошка, сейчас заменюсь, и поедем к тебе. Я сам объясню этому олуху, кто есть кто! – Похоже, Сэм разозлился не на шутку. – Это ж надо! За кого он меня принимает?!

Из моей груди вырвался нервный смешок. Плечи затряслись, из глаз покатились слезы, и меня окончательно прорвало. Хохоча, я облокотилась о стойку, опасаясь, что ноги подкосятся, и я просто грохнусь на пол. В дверь вошла немолодая пара и с удивлением уставилась на меня.

Да, зрелище то еще: какая-то сумасшедшая рогочет в голос, по щекам катятся слезы, а рядом стоит метрдотель с туповатой улыбочкой и хлопает ее по плечу.

– Простите, девушке нехорошо, проходите, пожалуйста, в зал. Эй, Рик, проводи гостей! – Сэм махнул рукой, и расторопный парнишка в униформе увел потрясенную пару. – Рэйч, с тобой все в порядке? – Он взял меня за плечи и хорошенько встряхнул.

Смех тут же прекратился. Я громко икнула, зажала ладонью рот и испуганно посмотрела на друга.

– Мне нужно выпить, – прошептала, медленно опуская вниз руку. – Напиться по полной программе. Сэм…

– Ох, детка, боюсь, это не самая лучшая идея. Забыла, что делает с тобой алкоголь? Сейчас.

Он торопливо набрал чей-то номер, и я отошла в сторону. Уселась на пухлый диванчик, стоявший у самой стены, и тяжело вздохнула.

В голове царил настоящий хаос. Оно и понятно. После таких потрясений ничего другого ожидать не приходилось. В сумочке зазвонил телефон. Я достала трубку и нахмурилась: номер мне был незнаком.

Неужели Шон понял, что перегнул палку и решил извиниться? Или звонил Люк? Я не была уверена, что готова вести беседы, но любопытство взяло верх, и я ответила на вызов.

– Рэйчел, привет! – Голос принадлежал Кодис. – Ну, ты как? Не передумала?

Я сердито тряхнула головой.

– Кажется, я уже дала свой ответ.

– Ну же, не будь такой букой! Обещаю, Кертис не станет тебя домогаться!

Настойчивость девчонки показалась мне неуместной. Мы не были подругами, даже здоровались через раз. Так с чего вдруг она ко мне так прилипла? Впрочем, какая разница? Я ведь хотела отвлечься, а студенческая вечеринка – отличное место, где можно напиться, и никто тебе слова не скажет. Решено.

– Скидывай адрес, я скоро буду.

Кодис пришла в восторг.

– Тебе здесь понравится, вот увидишь! – Она весело рассмеялась и резко дала отбой.

Я задумчиво повертела трубку в руках. Сэм точно прикончит меня, когда обо всем узнает. Если, узнает… Пожалуй, сообщать ему о своих планах было бы лишним. Скажу, что просто хочу побыть дома одна, он не станет навязывать мне свое общество.

Трубка тихонько тренькнула новым сообщением. Адрес оказался простым. Я тут же его запомнила и перевела задумчивый взгляд на друга. Тот с кем-то переговаривался по телефону, хмурился и косо поглядывал на меня. Наконец, повесил трубку и подошел к дивану.

– Прости, Рэйч, ничего не выйдет. У Джоша семейные дрязги, он не сможет меня подменить. Придется тебе дожидаться, пока кончится смена. – Он вытащил из кармана ключи. – Вали ко мне, можешь опустошить холодильник. Я приеду, как только смогу, и мы все обсудим.

Я сдержанно кивнула, взяв из рук друга ключи. Так даже лучше. Его смена заканчивается за полночь, так что он даже не узнает, что я заезжала к Кодис. Попрощавшись с Сэмом, я оставила его за стойкой и вышла из ресторана.

Идея с вечеринкой казалась мне идеальной. И хотя я категорически не признавала пьянство как способ уйти от проблем, сейчас это было единственным выходом. Перед глазами все время мелькали лица Люка и Шона, и сердце сжималось от невыносимой тоски. Мне нужна была перезагрузка, пусть даже завтра я стану жалеть о своей опрометчивости. Плевать.

Я поймала такси, уселась на заднее сиденье и назвала водителю адрес. Уже отъезжая, я услышала отдаленный окрик: кто-то меня звал. Я обернулась, пытаясь рассмотреть через стекло, кто это был, но машина свернула на дорогу, и ресторан скрылся за поворотом. Наверняка, показалось.

Я откинулась на спинку сиденья и тяжело вздохнула. Что я делаю? Все эти шумные тусовки, пьяные разговоры и сальные шуточки, которые так любят отвешивать парни были не по мне, так зачем я согласилась на это?

Ответ был очевиден: мне нужно было забыть Уокеров. Хотя бы на время. Тем более, мне не обязательно участвовать в студенческой вакханалии. Достаточно будет зашиться в уголок, где я буду тихонько спиваться, пока не дойду до кондиции. А суматоха, царящая вокруг, поможет отвлечься от собственного горя.

У меня ведь горе? Уверенно кивнула.

Минут через двадцать я уже поднималась по ступеням загородного коттеджа, а Уокеры по-прежнему занимали все мои мысли.

Глава 22

– Рэйчел! – радостно воскликнула Кодис, едва открыв дверь и набросившись на меня с объятьями, словно мы были с ней лучшими подругами.

Девчонка явно перегибала палку, впрочем, сейчас это меня волновало меньше всего. Если Кодис взбрело в голову пополнить комплект ручных собачек, за которых та принимала своих немногочисленных подруг, пусть считает, что у нее получилось. Я похлопала девчонку по спине, и та тут же выпустила меня из объятий.

– Проходи, веселье уже в самом разгаре. – Она игриво мне подмигнула и отошла в сторону, пропуская в дом.

Внутри и правда царило чудовищное веселье. Грохот музыки буквально валил с ног, но гостям этого вертепа, похоже, было только в кайф.

Разношерстная толпа двигалась в ритм басов, отовсюду доносился смех и гомон. Полуголые девицы активно крутили бедрами, соблазняя своими формами суровых парней в кожаных куртках. Некоторые парочки целовались, кто-то курил, и буквально у каждого в руках была зажата бутылка с пивом.

Я приглушенно хмыкнула: кажется, я попала туда, куда нужно.

– Идем, – кивнула мне Кодис, схватила за руку и стала протискиваться сквозь толпу.

Миновав холл, мы оказались в огромной гостиной. Народу здесь было не меньше, и я поискала глазами укромное местечко, куда можно было бы спрятаться.

– На вот. – Кодис протянула мне бутылку «Миллер миднайт». – Клевая вечеринка, да?

Она отхлебнула из своей бутылки и кивнула в сторону толпы.

– Твои родители не возражают против того, что в их отсутствие дом разносят пьяные студенты?

Кодис расхохоталась.

– Моим предкам плевать. Они здесь практически не появляются, так, заезжают иногда, проверить, все ли со мной в порядке и снова сваливают. У них своя жизнь.

Я с удивлением уставилась на девчонку. Ее история чем-то напоминала мою собственную, но в отличие от меня, Кодис по этому поводу не собиралась грустить. Кажется, ее полностью устраивала такая жизнь. Что ж, это ее дело.

Я сделала глоток и поморщилась.

– Можно мне где-нибудь сесть?

– Сесть? – Девчонка удивленно захлопала ресницами. – Ты, что, пришла сюда, посидеть? – Она снова рассмеялась. – Танцуй, детка, отрывайся по полной! Здесь можно все!

Она принялась двигать бедрами, обтянутыми в короткую кожаную юбку, и я поразилась, с какой непринужденностью она это делала. Может Кодис права? Завтра мне придется вернуться в реальность, а пока я на вполне законных основаниях могу насладиться царящей здесь вседозволенностью.

Я хмуро хмыкнула и сделала несколько глотков. Интересно, здесь есть, чем перекусить? Единственный съеденный за день пончик вряд ли можно считать полноценной едой, а пить на голодный желудок – то еще удовольствие. Я покосилась на стол в центре гостиной, но к моему разочарованию, на нем стояли лишь бутылки с пивом и огромная чаша с розовым пуншем. Желудок отозвался на это безобразие сердитым урчанием.

– Идем, – крикнула Кодис, снова вцепившись мне в руку.

– Куда ты меня тащишь?

Я покорно плелась вслед за девчонкой, которая, казалось, меня совершенно не слушала.

Оказавшись в конце огромной гостиной, она, наконец, выпустила мою руку, и я увидела Кертиса. В компании трех собутыльников, тот подпирал плечом стену, пил пиво и громко ржал. Я поморщилась.

– Смотрите, кого я к вам привела! – крикнула моя новоиспеченная подруга.

Внимание парней тут же переключилось на меня.

– Рэ-эйчел, – протянул Кертис, оскалившись в притворной улыбке. – Я уж и не надеялся, что ты почтишь нас своим присутствием.

Он попытался меня обнять, но я отшвырнула его руку и угрожающе зашипела:

– Не смей меня лапать, придурок.

Парни дружно загоготали.

– Девчонка с характером, брат, – похлопал по плечу оскорбленного собутыльника тощий блондин.

Кертис шагнул ко мне, угрожающе оскалившись, но его остановила Кодис.

– Остынь, я обещала ей, что ты будешь лапочкой. – Она ткнула в него пальцем, и тот поднял руки вверх, демонстрируя полную капитуляцию. Девица повернулась ко мне. – Расслабься, он просто шутит. – Она подмигнула парню, и тот сально осклабился.

– Шучу. Ну, мир? – Он протянул руку с открытой ладонью, и я неуверенно пожала ее. – Отлично, пивка?

Не дожидаясь ответа, Кертис забрал у меня начатую бутылку и сунул в руку другую.

– За нас! – поднял он в воздух бутылку, и все дружно подхватили тост.

– За нас!

Я неохотно присоединилась, чокнулась со всеми и сделала несколько глотков. Пиво показалось мне крепким, крепче того, что я пила до этого, но этикетка была той же – «Миллер миднайт». Наверняка, это от голода.

– Ну, что, детка, готова повеселиться? – крикнул Кертис, кивая в сторону дрыгающейся толпы.

– Конечно, готова, – ответила за меня Кодис и тут же потянула меня за руку.

Видимо, алкоголь уже начинал действовать, потому что мне вдруг стало на все плевать: на братьев Уокеров, на их дурацкое предложение, да и на собственное мнение, если на то пошло. Я широко улыбнулась и, отбросив сомнения, влилась в экзальтированную толпу.

Звуки музыки пьянящим дурманом растекались по венам, и меня неудержимо затягивало в состояние какого-то транса. Закрыв глаза, я плавно двигалась, делала очередной глоток и продолжала танцевать.

Чьи-то руки легли мне на бедра, прижали к слишком горячему телу. Я открыла глаза и увидела перед собой лицо Кертиса. Тот улыбался. Плевать. Я снова погрузилась в ритм танца.

Границы реальности постепенно стирались. Люди превратились в безликую толпу, а затем и вовсе куда-то исчезли. Осталась лишь я и Музыка – огромное живое существо, которое поглотило меня целиком.

Я чувствовала пульсацию его вен, переплетенных с моими. «Бум-бум-бум», – стучало в висках. Я чувствовала, как мое тело трансформировалось, за спиной выросли крылья. Как же хотелось взмахнуть ими и взлететь высоко-высоко. В самый космос.

Я сделала над собой усилие и… полетела. Вселенная приняла меня свои объятья. Переливаясь миллионом оттенков, она заманивала меня в свою глубину, туда, где царило вечное счастье.

– Рэйчел, ты меня слышишь? – прогремел вдруг в пространстве мощный голос.

Я улыбнулась. Конечно, я слышала. Этот голос принадлежал Счастью, к которому я так стремилась. Оно ждало меня. Было совсем рядом.

– Рэйчел, очнись!

Я нахмурилась. Голос казался взволнованным, но почему? Разве я сделала что-то не так?

Внезапно, меня подхватил мощный поток. Все закружилось в чудовищном вихре, и какая-то неведомая сила швырнула меня в пустоту.

Я отключилась.

Глава 23

– Рэйчел, ты меня слышишь? – ворвался в сознание голос, показавшийся мне смутно знакомым.

Я попыталась пошевелиться. Странно. Руки и ноги вроде на месте, но тело будто налили свинцом.

– Уверен, что с ней все в порядке? – донесся другой голос, кажется, принадлежащий Сэму.

Сквозь опущенные веки проникал свет, значит, уже как минимум было утро. Неужели я пробыла в отключке всю ночь? Я приоткрыла глаза.

– Не волнуйся, она скоро очнется. Эй, малыш…

Нежные пальцы коснулись моей щеки, и я слабо улыбнулась.

– Шон…

Парень сидел на кровати рядом со мной и насмешливо улыбался.

– Эй, Сэми, – передразнил он меня, обращаясь к стоящему за спиной парню. – Твоя крошка очнулась и готова снова тебя любить.

– Прекрати издеваться, – фыркнула я, пытаясь сдержать улыбку. – Что ты здесь делаешь? И как я сюда попала? Что произошло, Сэм?

Голова все еще гудела, поэтому без резких движений, я медленно приподнялась на локтях и взглянула на друга. Шон поддержал меня под спину.

– Кое-кто чуть не угробил тебя, – проворчал Сэм, и по его лицу было ясно, что во всем случившемся он винит только себя. – Прости, детка, я должен был отвезти тебя домой. Не думал, что тебя понесет в эту клоаку.

Я смущенно поморщилась. Да, плохая была идея. Но, что со мной произошло?

Сэм придвинул к кровати пуфик и сел. Выглядел он жутко несчастным.

– Ты забыла на диване свой телефон. Я увидел эс-эм-эс с адресом и понял, что дело – дрянь. У моей крошки окончательно сорвало крышу, и нужно было как-то тебя возвращать. Сорваться с работы я не мог, а тут появляется этот… – Сэм вопросительно взглянул на Шона.

– Томас, – услужливо подсказал тот.

– Да, он. Парень сказал, что приехал поговорить с тобой. Он сам отвозил Шона, и по его настроению догадался, что вышло какое-то недоразумение. Поэтому вернулся за тобой, но опоздал. Он сказал, что видел, как ты садишься в такси. – Сэм покачал головой. – Мне не оставалось ничего другого, как позвонить Шону и все объяснить.

Я перевела взгляд на Уокера и увидела, что тот улыбается.

– Прости, малыш, я вел себя как последний идиот.

– Не ты один. – Я вздохнула. – Это ты увез меня из дома Кодис?

Шон кивнул.

– Сэм продиктовал адрес, и я сразу помчался туда. Вовремя подоспел.

– Этот идиот Кертис подсыпал какую-то дрянь тебе в пиво, – проворчал Сэм, сокрушенно качая головой. – Надеялся, что ты станешь более сговорчивой.

– Сговорчивой? – я выпучила глаза. – Ты хочешь сказать, что… Не-е-ет… Я и Кертис? О, Боже!

– Черт, Рэйчел, ну что за дурацкая привычка все додумывать? Ничего не было! – Сэм закатил глаза, раздражаясь скорее на себя самого.

– Не волнуйся, малыш, – Шон нежно погладил меня по щеке. – Этот Кертис больше не станет тебя беспокоить.

– Ты прикончил его?

Я с надеждой взглянула на парня, и тот рассмеялся.

– Какая ты кровожадная.

Щеки вспыхнули жарким румянцем. Кажется, я еще не до конца пришла в себя, раз несу всякие глупости.

– А где Люк? – спросила и тут же пожалела об этом. Ну, кто тянул за язык? Взгляд Шона потемнел, спина выпрямилась, и я подумала, что сейчас он пошлет меня к черту и просто уйдет.

Губы парня дрогнули, а в уголках появились мои любимые милые ямочки. Кажется, он улыбался.

– Шон, я не…– Я запнулась.

– Рэйчел, ты не должна стесняться своих чувств. Я знаю, что Люк стал тебе дорог. И все-таки, я очень надеюсь, что и я не был тебе безразличен.

Я густо покраснела, смущенно косясь на Сэма. Тот насмешливо хмыкнул.

– Что ж, если моей крошке больше ничто не угрожает, я, пожалуй, пойду.

– Сэм!

– Веди себя прилично, детка, – махнул предатель рукой. – Слушайся старших и умоляю тебя, больше не пей! – С этими словами он поднялся с пуфика и, кивнув Шону, вышел из комнаты.

Черт. Была бы моя воля – убила бы негодяя. Я с опаской покосилась на Шона. Тот по-прежнему улыбался и насмешливо качал головой.

– Хорошие у тебя друзья, – сказал он, кивая на дверь. – Парень чуть с ума не сошел, когда я привез тебя в бесчувственном состоянии. Хотел ехать к твоей новой подруге и разнести там все к черту – еле его утихомирили.

Я закусила губу. Ну, кто мог подумать, что одно мое неверное решение поставит всех на уши?

– Прости, я не хотела, чтобы все так вышло.

– Тебе не за что извиняться, Рэйчел. Во всем виновата моя идиотская вспыльчивость.

– Неужели, ты настолько ревнив? Сложно в это поверить.

Шон усмехнулся.

– Представь себе – это моя беда.

– А как же Люк?

Я никак не могла понять, что движет поступками Шона и почему он готов разделить меня с братом, ревнуя при этом к другим мужчинам.

– Люк – это другое. – Парень взял меня за руку и нежно улыбнулся. – Он – мое продолжение, мы с ним как единое целое. Не скажу, что мне так уж легко было принять ваши с Люком чувства, но это лишь оттого, что я не попадал раньше в такую ситуацию.

– Значит, ты не ревнуешь меня к брату?

Я внимательно наблюдала за выражением лица парня. Кажется, он был искренен.

– Я никогда никого к нему не ревновал. Тут другое. Мне нужно было понять, сможем ли мы разделить возникшие чувства на троих.

– И к какому выводу ты пришел? – Я затаила дыхание.

– Что я люблю тебя, и из нас выйдет идеальное трио.

Шон взял меня за руку и, склонившись, коснулся губами ладони. Меня охватил прилив нежности.

Как я могла сомневаться? В собственных чувствах, которые с самого начала подсказывали такое понятное и простое решение? Я подалась вперед, желая оказаться в объятьях любимого, и Шон не стал медлить. Притянул меня к себе и впился губами в мои губы.

По телу прокатилась горячая волна. Я обвила шею парня руками, вплетаясь пальчиками в его густые волосы, снова и снова наслаждаясь нахлынувшими ощущениями. Я любила Шона, любила до дрожи, но мои чувства не ограничивались этой комнатой. Оплетая нас невидимой сетью, они тянулись туда, где был Люк. Это было так ново, так непривычно, что поначалу я даже испугалась.

– Люк скоро приедет, – словно почувствовав мой страх, прошептал Шон, прокладывая дорожку из поцелуев к мочке уха. – Мы хотим, чтобы ты была счастлива, Рэйчел. От этого зависит наше собственное счастье.

Я уткнулась носом в грудь Шона и ощутила легкий аромат. Родной и любимый – он стал для меня символом счастья.

– Я хочу увидеть Люка, – прошептала я едва слышно.

Как ни странно, я больше не испытывала стыда. Пора было открыто признать, я люблю их обоих, и Шон понимает это – мне не в чем перед ним оправдываться. Он обхватил ладонями мое лицо и легонько поцеловал в губы.

– Люк кое-что улаживает, но скоро присоединится к нам.

Я тихо рассмеялась.

– Что? – удивился Шон.

– Вы оба вечно в делах, а я… – Внезапная мысль пронзила сознание, и я вскрикнула: – Вот черт! Я пропустила пары!

– Не волнуйся, Люк об этом позаботился.

– Как это он позаботился? – не поняла я.

– Заехал в колледж и сказал, что тебе нездоровится, так что сегодня, малыш, у тебя выходной.

– Но… как…

– Не бери в голову, это было не сложно. – Шон рассмеялся, глядя, как я растерянно хлопаю ресницами. Я смутилась.

Рука Шона нырнула под одеяло, и горячая ладонь легла на мое бедро. Я тихо охнула. Кожу будто обожгло огнем, но вместо боли я ощутила блаженство. Оно волной прокатилось по венам, пробуждая дремлющее желание, а затем стало стекаться к низу живота. Пульсация между ног усилилась.

– О, Шон… – гулко простонала я, путаясь руками в одеяле и пытаясь его сбросить.

– До чего же горячая, наша Рэйчел, – добродушно ухмыльнулся Шон. Он вытащил руку и помог мне избавиться от одеяла. Я предстала перед ним в одной короткой футболке и трусиках, но стеснения не почувствовала. Напротив, мне хотелось сбросить с себя все лишнее и насладиться горящим взглядом, ласкающим мое тело. Ухватившись за край футболки, я попыталась стянуть ее, но Шон перехватил запястья.

– Не торопись, малыш, – сказал он, сдерживая улыбку. – Я тоже очень скучал, но нужно немного подождать.

– Чего ждать? – удивилась я. Мой взгляд невольно скользнул вниз и уперся в напряженную возвышенность, образовавшуюся под джинсами Шона. Парень готов, в это нет никаких сомнений.

– С минуты на минуту здесь будет Люк. – Шон усмехнулся, поймав мой жадный взгляд и, видимо, догадавшись, о чем я думаю. – Кому-то нужно будет его встретить.

– О-о-о, – выдохнула я. От мысли, что я останусь один на один с обоими братьями сладко заныло в груди. Очередная волна прокатилась по телу, и я невольно сдвинула бедра.

Этот движение не укрылось от глаз Шона, и он с улыбкой покачал головой.

– Ты – прелесть, малыш. Джо не зря прятала тебя от нас столько времени.

– Прятала? – Я вскинула удивленный взгляд и наткнулась на загадочную ухмылку Шона. – Что значит, прятала?

– Ты – дочь своего отца: такая же импульсивная и непредсказуемая.

– Мой отец не такой… Не был таким.

Я нахмурилась, не понимая, к чему он ведет. Шон покачал головой, и я заметила сомнение в его глазах; что он скрывал?

– Он влюбился в… твою мать, а это о многом говорит.

– Причем здесь это?

– Забудь. – Шон широко улыбнулся, хотя в его взгляде все еще оставалось сомнение. Это казалось странным.

– Ты что-то скрываешь, я это вижу. – Я почти с мольбой взглянула на Шона, но он рассмеялся и сгреб меня в охапку.

– Я просто все еще не могу поверить в свое счастье.

Он нежно провел пальцем по моим губам, коснулся губами. Горячая волна поднялась от кончиков пальцев, и я задохнулась от нахлынувших чувств.

– Я люблю тебя, Шон Уокер, – прошептала едва слышно. – Ты странный, но это не имеет значения.

– Я тоже тебя люблю.

Он подхватил меня под ягодицы и усадил верхом на свои колени. Его глаза сверкали, как два янтаря на солнце. Его руки скользнули мне под футболку, и горячие ладони обожгли кожу. Я застонала. Не в силах больше сдерживать страсть, прильнула к губам парня и растворилась в глубоком поцелуе.

Резкая трель прервала безумие. Шон осторожно спустил меня на кровать и кивнул на дверь.

– А вот и кавалерия подоспела.

От волнения у меня засосало под ложечкой.

Глава 24

Все еще ощущая пульсацию между ног, я поднялась с кровати и стыдливо одернула края футболки. Если я открою дверь в таком виде, Люк догадается, что мы здесь вытворяли. Впрочем, чего стесняться? Он и без того знает, что с его братом я не просто вела беседы.

Окинув Шона долгим пристальным взглядом, я, наконец, вышла из комнаты и направилась в прихожую. Не раздумывая, отперла дверь и уставилась на Люка.

– Привет, – улыбнулся тот, протягивая мне букет алых роз. – С возвращением.

Щеки невольно вспыхнули.

– Спасибо.

Я взяла цветы и, чтобы скрыть смущение, уткнулась носом в ароматный бутон.

Люк вошел в квартиру и запер за собой дверь.

– Выглядишь отдохнувшей. Как себя чувствуешь?

– Кажется, я в порядке..

Губы парня растянулись в улыбке, и в уголках образовались милые ямочки. Сердце сладко заныло. До чего же они хороши. Я опустила букет и сделала шаг навстречу.

– Я волновался за тебя, – признался Люк, беря меня за руку и притягивая к себе. – Обещай, что больше не станешь сбегать.

– Обещаю.

Я улыбнулась и позволила парню обнять меня. Тепло его тела проникло под ткань, обожгло кожу и растеклось по венам жарким огнем. Люк приподнял за подбородок мою голову и коснулся губами моих губ.

– Я скучал.

– Привет, братец, – раздался за спиной насмешливый голос, и я отшатнулась от Люка.

Меня все еще мучила некоторая неловкость, поэтому, стараясь не смотреть на братьев, я направилась в гостиную, чтобы заняться цветами. Взяв с полки вазу, наполнила ее водой, опустила букет и поставила на журнальный столик.

– Тебе нужно поесть, – прозвучал за спиной мягкий голос, и я поняла, что он принадлежит Люку.

Я обернулась и уставилась на братьев, которые стояли в арке и улыбались. Меня обдало жаром.

Эти красавцы словно сошли со страниц глянцевого журнала, но при этом были живыми и принадлежали лишь мне. На их лицах отражалось неприкрытое возбуждение. Вероятно, мой внешний вид не располагал вести светские беседы.

Я отвела взгляд и покачала головой.

– Боюсь, мой желудок не способен сейчас впустить в себя ничего, кроме воды.

Братья вошли в гостиную. Шон опустился на угловой диван, а Люк приблизился ко мне и взял за руку.

– В ресторане забронирован столик для нас, но если ты хочешь, мы можем позавтракать здесь. Втроем. – Он провел пальцами по моей щеке, откидывая с лица прядь волос. – Тебе нужно немного поесть, Рэйчел.

Я бросила косой взгляд на Шона. Тот сидел, расслабленно откинувшись на спинку дивана, и с легкой улыбкой наблюдал за нами.

– Я не голодна, правда.

Голос дрожал от волнения, и мне было непросто взять себя в руки. Я не представляла, как вести себя в сложившейся ситуации, но выглядеть дурочкой очень уж не хотелось.

Люк улыбнулся, подвел меня к дивану, где сидел его брат и, не произнося ни слова, заставил сесть рядом с ним. Я оказалась в изгибе дивана, а Шон слева от меня на коротком его отрезке. Люк опустился напротив, словно зритель в зале театра, и меня начала бить крупная дрожь. От кончиков пальцев ног по телу стало подниматься легкое покалывание. Я устремила на Люка растерянный взгляд и увидела лукавую ухмылку.

О, он прекрасно понимал, что я чувствую. И это доставляло ему удовольствие.

Не дав мне опомниться, Шон обхватил ладонями мое лицо и впился в губы жгучим поцелуем. Волна возбуждения накрыла меня с головой. Я позволила его языку проникнуть в мой рот и тихонько застонала. Мысль о том, что за нами наблюдает Люк, добавила остроты ощущениям.

Внезапно я почувствовала, как мою правую ногу подняли вверх, и она легла поперек коленей Люка. Он был совсем рядом. Я слышала его напряженное дыхание. Мужская рука скользнула вверх по бедру, и я едва не задохнулась от нахлынувшей на меня паники.

– Расслабься, малыш, – прошептал в самые губы Шон, нырнув под футболку и нежно оглаживая мой живот. – Просто расслабься, все будет хорошо.

Я со стоном закрыла глаза и позволила телу расслабиться. Оно тут же благодарно отозвалось новой волной возбуждения.

Одна рука Шона продолжала гладить живот, а другая внутреннюю сторону бедра. Эти новые ощущения сводили меня с ума. Я разомкнула губы, сгорая от желания ощутить вкус поцелуя, и парень не стал меня мучить. Он прильнул к припухшим губам и, не переставая гладить мой живот, проник языком в рот.

Пульсация между ног усилилась. Казалось, все напряжение сосредоточилось в одной точке: под кружевным бельем, которое служило единственной преградой между ней и рукой Люка. Горячая ладонь гладила маленький треугольник, разжигая внутри пламя.

Дикий восторг, но мне хотелось большего. Хотелось ощутить внутри себя мужские пальцы, чтобы они сняли тот сладостный спазм, охвативший низ живота. Я невольно выгнулась, когда рука Шона скользнула вниз, перестала на миг дышать и…

Кто-то из братьев сорвал с меня трусики – я услышала жалобный треск разрываемой ткани. А затем две руки – Люка и Шона – принялись ласкать мою плоть. Я чувствовала, как они скользят то вверх, то вниз, заставляя меня дрожать всем телом и кусать от нетерпения губы. Шон оторвался от моего рта и сейчас смотрел на это действо потемневшими глазами. Взгляд Люка был прикован к моим глазам.

Меня разрывало на части от невероятного наслаждения, которое целиком завладело моим телом. Я с мольбой посмотрела на Люка, и его губы едва заметно дрогнули.

Он понял меня без слов. Раздвинув пальцами влажные складочки, скользнул вдоль и, не медля, ворвался во влажную глубину. С губ сорвался невольный крик, тело выгнулось.

Пальцы Люка все еще оставались во мне, когда Шон коснулся подушечкой пальца чувственного бугорка и легонько его помассировал. Меня обдало очередной волной жара. Где-то там, глубоко внутри рождалось дикое первобытное чувство. Животная похоть, которой нужно одно…

Я хрипло застонала, подалась навстречу ласкам, еще шире раздвигая бедра и дрожа всем телом.

– Сладкая наша Рэйчел, – порывисто прошептал Шон, касаясь губами моего виска.

Он принялся нежно поглаживать клитор, осыпая мелкими поцелуями мое лицо, в то время как пальцы Люка властно, почти грубо вонзались в меня, а затем снова скользили наружу.

Меня затягивало в водоворот ощущений – острых, пьянящих и немного пугающих. Нет, я ни о чем не думала в эти мгновения: чувства просто не позволяли проникнуть мыслям в мою голову. Но время от времени мне казалось, что еще немного, и я просто взорвусь, рассыплюсь на миллион атомов и растворюсь в этом безумном наслаждении.

Но и это был не предел. Пальцы Люка выскользнули наружу, прошлись пару раз вверх и вниз и спустились к узенькой дырочке. Я на миг замерла. Противоречивые желания раздирали меня изнутри. То самое первобытное чувство требовало продолжения, но вместе с тем я испытывала страх. Смогу ли? Понравится ли?

Люк не торопился, видимо чувствуя мое напряжение. Он нежно водил пальцами по кругу, постепенно сужая диаметр, а я чувствовала, как стекает вниз влага и заливает узкое отверстие. Шон нежно похлопал меня ладошкой, скользнул пальцем во влажную расщелину и одновременно с этим палец Люка осторожно проник в узкую дырочку.

Тело пронзило какое-то невероятное по силе удовольствие. В груди перехватило дыхание, и я судорожно дернулась.

– Все хорошо, малыш? – нежно спросил Шон.

Я закусила губу и кивнула. Страх исчез. Меня затягивало в вихрь новых ощущений – более ярких, более чувственных. Братья переглянулись. Я догадалась, что они без единого слова понимают друг друга, потому что их пальцы принялись синхронно двигаться – каждый на своем месте.

Гулкий стон: кажется, он принадлежал мне. Я закрыла глаза и позволила себе насладиться происходящим.

Ощущения были на грани. Невыносимо сладостные, невыносимо яркие, острые. Мои стоны разрывали пространство, сопровождая меня на вершину блаженства. Кажется, я даже забыла, где нахожусь.

– Ты такая мокрая, – услышала хрипловатый голос Люка. – Такая нежная.

Он был охвачен огнем, как и я. Этого не скрыть. В следующее мгновение, не дав мне опомниться, он подхватил меня под ягодицы и одним движением усадил к себе на колени.

Оказавшись в позе «наездница» я вскинула изумленный взгляд к лицу Люка и тут же закусила губу. Его глаза горели от страсти. Нежный любящий Люк превратился в голодного зверя. Но он был моим зверем, и осознание этого приводило в восторг.

Я позволила Шону сорвать с себя футболку и сладко застонала, когда он встал за моей спиной, сжал ладонями мои грудки и принялся легонько мять пальцами затвердевшие соски. Люк порывисто дышал, наблюдая за действиями брата.

Я склонилась к его лицу и впилась губами в горячий рот. Тело сходило с ума. Каждую секунду оно рассыпалось на тысячи частиц, каждая из которых сгорала от безумного наслаждения, чтобы затем снова восстать из пепла.

Я не прервала поцелуй даже тогда, когда почувствовала внутри себя твердый как камень член Люка. Целовала его, ощущая, как на бедра легли ладони Шона. Почувствовала, как в узкую дырочку уперлось что-то упругое, со стоном прикусила губу Люка и…

Твердый член его брата осторожно подался вперед, проник сквозь анальное колечко и погрузился на глубину до самого основания.

Сумасшедшее острое удовольствие заполнило все мое естество. Горячая пульсация вен, хриплые стоны, переплетенные в экстазе тела – все это уносило меня в другую реальность. Туда, где нет никаких мыслей, суждений о том, что хорошо, а что плохо. В мир высшего наслаждения, единства и страсти.

Движения, поначалу медленные и чувственные, постепенно набирали обороты. Оказывается, я прекрасно владела своим телом. В голове мелькнула мимолетная мысль, что это опыт из прошлого воплощения; может когда-то я была жрицей любви.

Толчки стали жестче, проникновение глубже. Я представила, как два члена трутся внутри друг о друга, разделенные лишь тонкой перегородкой, и эта мысль привела в экстаз.

Напряжение в теле росло, словно снежный ком. Мои пальцы впились в грудь Люка, и тот хрипло застонал. Меня снова обдало жаром.

Все глубже и быстрее насаживаясь на твердые, словно древко копья, члены я невольно вскрикивала. В какой-то момент пальцы парней переплелись между собой на моих грудках, и это стало финальным аккордом.

Все напряжение, скопившееся внутри, взорвалось тысячей атомных бомб. Меня словно швырнули в жерло вулкана: тело охватили языки пламени, а по венам заструилась огненная лава. Из груди вырвался громкий протяжный крик.

Этого оказалось достаточно, чтобы сорвать все запреты. Парни судорожно сжали ладони на моих бедрах, резким толчком погрузились на глубину и, издав глухое хриплое рычание, содрогнулись в оргазме.

Время будто замерло. Наконец, Шон, выдохнув, привлек меня к себе, и спины коснулось тепло. Его ладонь скользнула вниз по моему животу, легла на маленький треугольник волос, и пальцы нежно погладили пульсирующую плоть. Я вздрогнула. Повернула голову, и в ту же секунду Шон накрыл мои губы чувственным поцелуем.

Они оба все еще находились во мне. Когда я невольно напрягла мышцы, то ощутила, как вздрагивает мужская плоть. Я улыбнулась.

– Высший пилотаж, малыш. – Шон, наконец, выпустил меня из крепких объятий, и я безвольно опустилась на грудь его брата. Чувствуя, как Шон покидает меня, я подставила Люку губы для поцелуя.

– Ты восхитительна, Рэйчел, – с улыбкой пробормотал тот и, не медля, накрыл мой рот своим.

Глава 25

Солнечный луч скользнул по лицу, заставив на миг зажмурится, неторопливо скользнул по одеялу, будто важно прогуливался по городской площади, а затем снова скрылся за облаком. Чудесное утро.

Я сладко потянулась. Если верить в теорию, что каждому на свете уготована своя порция счастья, можно было смело утверждать, что я кого-то ограбила. Последние две недели я провела, словно во сне – волшебной сказке, в которую так хотят верить глупые девочки.

Часов до четырех я торчала в колледже, а затем мчалась домой, чтобы провести очередной восхитительный вечер с Уокерами.

Братья баловали меня, как могли: дарили подарки, водили по ресторанам, кино и театрам; один раз уговорили посетить какой-то элитный клуб, но заметив, как скривилась моя мордашка при виде стриптизерш, бессовестно истязающих шест на сцене, решили увезти меня от греха подальше. Забавно было смотреть, как они оправдываются, сокрушаясь, что современная молодежь совсем потеряла стыд. Я выпятила губу, делая вид, что сержусь, но после их поцелуев, смилостивилась и даровала прощение обоим.

Я пошевелилась и почувствовала, как машинально напряглись обнимавшие меня две пары рук. Повернув голову вправо, я с улыбкой взглянула на Шона, легонько коснулась губами его губ и замерла.

Парень дышал ровно, значит, еще не проснулся. Я повернула голову в другую сторону и проделала тот же трюк с Люком. Уголки его губ дрогнули, и я, не раздумывая, впилась в них поцелуем.

– Доброе утро, девочка, – с нежностью пробормотал он, едва я оторвалась от его рта. – Как спалось?

– Чудесно. – Я улыбнулась.

В глазах парня плясали бесенята. Я нырнула рукой под одеяло, чтобы убедиться, что утро действительно доброе и довольно хмыкнула. Мужской орган стоял во всеоружии, вполне готовый повторить ночной подвиг. Причем, не один раз. Я сжала его в ладошке и игриво куснула Люка за подбородок.

– Играешь с огнем, милая, – хрипло пробормотал тот. Рука парня скользнула по моему бедру и устроилась между ног.

Меня бросило в жар. Две недели ежедневного потрясающего секса с Уокерами все еще не утолили жажду открытий: каждый раз я с замиранием сердца ныряла в водоворот новых эмоций и понимала, что и это не предел.

Люк ласково пошлепал по набухшим складочкам и игриво прикусил мою губу. Я тихо застонала.

Справа зашевелилось одеяло. Словно у школьницы, которую застукали за разглядыванием непристойных картинок, вспыхнули кончики ушей, и я попыталась повернуть голову. Люк не позволил: впился в мой рот поцелуем, одной рукой прижимая мою голову к себе. Другая рука парня продолжала дразнить, раздвигая нежные лепестки плоти, которые к этому моменту стали уже влажными. Мужские пальцы медленно скользили вверх-вниз, будоража нервные окончания и пробуждая во мне бесстыдную страсть.

Шевеление справа перешло в активную фазу. Похоже, Шон окончательно проснулся и сейчас поднимался с кровати. Я ощутила острое разочарование. Всего на миг. А в следующую секунду мои ноги бессовестно раздвинули, тепло дыхания коснулось влажной плоти, и горячий язык прошелся по складочкам.

Я гулко застонала, все еще плененная поцелуем Люка. Горячая волна окатила с головы до ног, и стало покалывать пальчики ног. Безумное наслаждение.

Я инстинктивно раздвинула бедра, позволяя Шону удобней устроиться у меня между бедер. Парень знал свое дело. Нежно огладил ладонью внутреннюю часть бедра и проник языком в щелочку. Подразнил, то проникая глубже, то снова выскальзывая наружу, прошелся по чувственному бугорку, заставляя вздрагивать и постанывать от удовольствия, а затем впился губами в нежную жемчужину.

Наслаждение граничило с безумием. Я словно распадалась на части, ощущая ласки парней каждой из них и объединяя эти ощущения в коктейль сумасшедшей страсти. Тело будто жило своей жизнью: выгибалось, дрожало, сходило с ума. Шон обхватил губами нежный бугорок и втянул его в рот, и одновременно с этим проник пальцем в нежную щелку. Пальцы Люка сжали набухший сосок.

– О, Рэйчел… – прошептал старший из братьев, позволяя мне выпустить из груди судорожный стон. Осыпал мелкими поцелуями пылающее лицо и снова прильнул к дрожащим губам.

Напряжение росло, словно снежный ком, летящий с горы. Пыльцы Шона погружались на глубину, прижимались к чувственной точке, надавливали, заставляя выгибаться навстречу их ласкам. Горячий язык слизывал влагу.

Пульсация вен… Пламя… Взрыв!

Все смешалось в водовороте сумасшедших ощущений, и меня бросило в пропасть. Я слышала хриплый крик – кажется, он рвался из моей груди. Две пары рук продолжали ласкать меня, мужские губы жгли кожу. Даже, когда я обессилено выдохнула и обмякла, парни не прекратили своих ласк, просто те стали мягче.

– С добрым утром, милая, – шепнул с довольной улыбкой Люк.

Из-под одеяла показалась голова Шона.

– С добрым утром, малыш!

Я тихо рассмеялась.

Парень выбрался из своего укрытия и пристроился рядом. Его рука легла мне на живот. Наградив меня хитрой улыбочкой, Шон принялся кружить возле пупка, цепляясь пальцами за колечко. Глаза его были полны желания.

Я шумно выдохнула. Два горячих тела прижимались ко мне с обеих сторон, и, черт возьми, это было приятно.

Люк коснулся лбом моего виска и хрипло прошептал:

– Сегодня выходной – знаешь, что это значит?

– Что мы пойдем в зоопарк? – Я часто захлопала ресницами, изображая детскую наивность.

– Это значит…

Договорить Люк не успел. В следующее мгновение дверь распахнулась, и в комнату влетела Арлин.

– Ах вы мерзавцы! – завопила она, подскочив к кровати и набросившись с кулаками на Шона. – Я засужу вас! Убью! Уничтожу!

Я невольно прижалась к Люку, который сгреб меня по-хозяйски в охапку и продолжал молча наблюдать за происходящим. Судя по всему, спасать брата от взбесившейся фурии он не собирался.

Впрочем, помощь Шону не требовалась. Парень ловко перехватил запястья Арлин и, продолжая ее удерживать, поднялся с кровати. Позволять истеричной дамочке колотить себя? Не в его правилах!

Я с облегчением отметила, что трусы все еще оставались на нем – хоть за это не приходилось краснеть. Однако, в целом ситуация была критической.

Справившись с первым потрясением, я воскликнула:

– Мама! – Хотела вскочить, но вовремя вспомнила, что лежу, в чем мать родила (какая ирония). – Ты с ума сошла? Немедленно выйди из комнаты!

Глаза Арлин сверкали так, будто она собиралась испепелить все вокруг.

– И оставить тебя с этими? – Она кивнула на Шона, который все так же сжимал ее запястья. – Ты хоть знаешь, кто это такие?! Эти двое!

Я почувствовала, как вспыхнули щеки.

– Моя личная жизнь тебя не касается!

Арлин зло рассмеялась.

– Уокеры – бедные сиротки, оставшиеся без родителей! – Она взглянула на Шона и, сверкнув глазами, спросила: – Не хотите рассказать наивной дурочке свою историю?

Заметив, как потемнели глаза парня и на красивом лице заходили желваки, я внутренне сжалась. Арлин переступила грань дозволенного. Что сейчас будет…

– Поговорим, – прорычал Шон сквозь стиснутые зубы и потащил мою мать к выходу.

– Он убьет ее, – прошептала я, когда за ними с грохотом захлопнулась дверь.

– Все будет в порядке, – подбодрил меня Люк и нежно поцеловал в висок. – Шон – дипломат. Он умеет улаживать конфликты, можешь не волноваться.

Я прижалась к широкой груди и, наконец, позволила себе расслабиться. Почуяв свободу, сердце пустилось вскачь. Меня охватила дрожь.

– Откуда она узнала о смерти ваших родителей? – Я выбралась из нежных объятий, торопливо натянула на себя халат и снова взглянула на Люка. – Ты рассказал ей?

Парень покачал головой.

– Разумеется, нет.

– Тетя Джо?

– Нет. Джо не знала об этом, хотя… При ее связях выяснить это – пара пустяков.

Я подкралась к двери и осторожно выглянула наружу. С той стороны доносилось мерное гудение голосов: значит, драка не состоялась. Это радовало.

Из арочного проема вышла Арлин, за ней Шон. Лицо парня сохраняло непроницаемое выражение: невозможно было понять, о чем он думал. Арлин же выглядела возбужденной. Интересно, что он ей наговорил?

Я шагнула навстречу.

– Арлин…

– Все хорошо, детка, – оскалилась та улыбкой гиены. – Твой… парень мне все объяснил. Я, конечно, не в восторге от твоей распущенности, но что поделать. Что воспитала, то воспитала.

Она демонстративно вздохнула, пытаясь изобразить сожаление, но я хорошо понимала, что Арлин на меня плевать. Тут дело в чем-то другом. Вопрос – в чем?

– И ты оставишь меня в покое? – с сомнением спросила я.

– Разумеется. Ты сделала свой выбор – тебе за него и расплачиваться.

Эти слова вызвали неприятный холодок в животе. Я нахмурилась.

– Шон, – повернулась я к парню. – Все хорошо?

Тот кивнул.

– Арлин уже уходит.

Я с сомнением смотрела на мать, которая натянуто улыбалась, явно скрывая свои истинные чувства. Спрашивать ее было бессмысленно – станет юлить и все равно не расскажет правду. Оставалось надеяться, что Шон сможет объяснить такую странную перемену в моей родительнице.

– Завтра я уезжаю, – объявила Арлин, элегантным движением перекинув сумочку из одной руки в другую. – Ты можешь поехать со мной, если… – Она не договорила, поджала губы и сокрушенно покачала головой.

– Благодарю, но меня все устраивает, – ответила я сухо. – Арлин… – Я протянула руку, и та, усмехнувшись, опустила мне на ладонь ключ. Когда только успела сделать копию?

– До встречи, детка, – сказала она приторно ласковым голоском. – Надеюсь, скоро увидимся.

– Всего хорошего, Арлин.

Я круто развернулась, едва не столкнувшись с Люком, который с каменным лицом стоял в проходе, и нырнула в гостиную. Хлопнула дверь.

Кажется, обошлось. Конечно, я была не в восторге от того, что Арлин застала меня в такой пикантной ситуации, но в тоже время чувствовала облегчение: хотя бы от нее мне не придется скрывать свои отношения. О том, что моя мать может запросто позвонить тете Джо и доложить, что творится в ее квартире, я старалась не думать. Где-то глубоко внутри теплилась надежда, что Арлин не станет этого делать.

Пройдя на кухню, я налила в стакан воды и залпом его осушила. От этих переживаний совсем пересохло в горле. Облокотившись о столешницу, я сделала пару глубоких вдохов.

– Ты как? В порядке?

Участливый голос прозвучал совсем рядом, а затем меня обняли крепкие руки, сцепившись на животе в замок. Люк поцеловал меня в шею чуть ниже уха, а, когда я попыталась обернуться, разжал объятья.

– Кажется, да. – Я улыбнулась, . – Не думала, что она посмеет ворваться сюда без предупреждения. Настоящее стихийное бедствие – моя мать.

– Больше она не станет тебе докучать, – донесся из гостиной голос Шона.

В сопровождении Люка я подошла к дивану и уселась на противоположном конце. Парень остался стоять.

– Может, поделишься, о чем вы с Арлин говорили? – спросила я, сложив ноги в позу лотоса и пристально глядя на Шона. Тот выглядел абсолютно спокойным. – Что ты ей такого сказал? Почему она согласилась уйти и вообще оставить меня в покое?

Люк скрестил на груди руки.

– Мне тоже хотелось бы послушать.

Шон вздохнул.

– Какая разница, что я сказал ей? Главное – это сработало.

– Что она имела ввиду, когда спросила, не хотите ли вы рассказать мне вашу историю? Что в ней такого? – Я сомнением покачала головой.

Глаза Шона потемнели, а губы заметно напряглись. Я перевела взгляд на Люка, надеясь, что хотя бы он даст мне ответ. Но, нет. Тот хмуро смотрел на брата и, судя по всему, тоже ждал объяснений.

– О’кей, ладно, – вскинул обе руки Шон. – Ваша взяла. – Он поморщился, словно собирался сказать какую-то непристойность и чувствовал себя из-за этого неловко, а затем признался: – Арлин пригрозила рассказать о нас троих Джо, поэтому я предложил ей денег. Крупную сумму за то, что она станет молчать и оставит в покое тебя, Рэйчел.

От удивления я даже рот раскрыла. Моя мать продала меня? Что за черт?

– Прости, Рэйчел, я понимаю, это выглядит ужасно, но я лишь пытался избавить тебя от проблем. – Шон пересел ко мне и взял меня за руку. – Твоя мать – женщина своеобразная, но по-своему беспокоится о тебе.

– Да уж, оно и видно. – Я часто заморгала, стараясь сдержать подступившие слезы.

Шон улыбнулся.

– Арлин влепила мне пощечину, когда я ей предложил за молчание деньги.

– Но ведь потом согласилась.

– Согласилась, но лишь после того, как я убедил ее, что мы с братом действительно тебя любим.

Я тихо фыркнула.

– Сомневаюсь, что моей матери известно, что такое любовь.

– И все же, это ее успокоило. – Шон улыбнулся. – Забудь об этом. Волноваться действительно не о чем.

Я устало вздохнула и посмотрела на Люка, который все так же стоял напротив дивана, скрестив руки и пристально глядя на брата. Кажется, он не очень поверил в эту историю. Его настроение отозвалось в груди смутной тревогой. Что, если Шон что-то недоговаривал?

Из спальни донеслась телефонная трель.

– Сумасшедшее утро, – буркнула я, поднимаясь с дивана. – Если это снова Арлин, я за себя не ручаюсь.

Оставив двух братьев в гостиной, я направилась в свою комнату.

– Привет, Лоис, – ответила на звонок, радуясь, что не придется ругаться с матерью.

– Привет, крошка! – Голос подруги звучал взволнованно. – Надеюсь, я вам не помешала?

– Нисколько. Что-то случилось? Ты вся запыхалась.

– Пытаюсь объять необъятное, – вздохнула она. – Бабуля надавала миллион поручений, а я еще вчера подрядилась работать. Сегодня же суббота – в «Рэд окс» ожидается наплыв гостей. – Лоис умолкла, дожидаясь, пока я сама догадаюсь, к чему она клонит. – Рэ-эйч…

Ну как ей откажешь?

– Я тебя подменю, без проблем.

– Ты – прелесть! – Подруга громко чмокнула в трубку. – Кстати, у Сэма сегодня выходной. Наш красавчик планирует провести романтический вечер с нашим управляющим, так что, если возникнут проблемы, звони мне. – Она хихикнула и, коротко попрощавшись, отключилась.

Прекрасно! Похоже, там, наверху кто-то решил посмеяться над нашими планами на сегодняшний день. Я обреченно вздохнула и отправилась в гостиную, чтобы сообщить Уокерам радостную новость.

Глава 26

– Рэйчел, ты что, уснула? – Голос Джоша прогремел прямо над ухом, заставив меня вздрогнуть и обернуться.

– Черт, ты меня напугал! – Разглядывая из своего укрытия парочку за седьмым столиком, я не заметила приближения босса.

– Поделом. Шестой столик ждет заказ уже двадцать минут, – сурово подвигал тот бровями, но, заметив мой жалобный взгляд, добавил: – Закончишь с ними – и свободна.

Я вздохнула. Ну и как мне сейчас работать? Нет, сменщик Сэма не имел отношения к моим терзаниям. Все дело в тех двоих. Я снова взглянула на седьмой столик и мысленно закатила глаза.

Руби – кажется, так звал ее Шон. Бывшая любовница Уокера-младшего и большая заноза в моей заднице листала меню и что-то говорила своему спутнику. И чего ее принесло сюда именно сегодня?

– Рэйчел, да что с тобой? – не выдержал Джош и тронул меня за руку. – Миссис Годенс уже начинает злиться, быстро неси им заказ.

– Несу.

Я, наконец, оторвала взгляд от «устрицы», уныло посмотрела на непримиримого метрдотеля и, тяжело вздохнув, поплелась выполнять работу. Подхватив тарелки для миссис Годенс и ее мужа, вышла на зал и окружным путем – только бы не проходить мимо седьмого столика – направилась к нетерпеливой дамочке.

– Что-то вы сегодня не сильно торопитесь, – недовольно проворчала та, даже не удостоив меня взгляда.

– Простите. – Я украдкой покосилась на соседний стол.

Чертова Руби меня заметила. Ее пустой взгляд буравил меня, а губы нахалки искривляла ехидная ухмылка.

– Вы меня слышите?! – врезался в сознание возмущенный голос моей клиентки.

– Простите, что вы сказали?

– Черт знает что такое! «Шато Марго», милочка, принесите мне бокал «Шато Марго»! – Миссис Годенс поджала губы, явно теряя терпение. Я натянуто улыбнулась.

– Конечно.

Коротко кивнув, я поспешила к служебной двери, чувствуя, как меня провожают взглядом. Вряд ли миссис Годенс наблюдает за мной – ей до меня дела нет. Значит, Руби.

Впрочем, с чего мне беспокоиться о ней? У нас с Шоном вполне определенные отношения, этой змее их не испортить. К тому же, ее спутник – молодой мужчина в дорогом костюме – наверняка был не просто другом. Во время моей слежки за этой парочкой я успела отметить, с каким вожделением тот пялится в вырез платья этой распутницы.

К черту ее! Их обоих! Я решила не обращать внимания на пристальный взгляд, который прожигал меня, когда я снова вернулась к столику миссис Нетерпение. Пусть хоть лопнет от зависти – мне все равно. Но как ни старалась, все равно не могла избавиться от ощущения, что девица меня обошла.

***

Сорок минут спустя я вышла из ресторана с чувством невероятного облегчения. Каким-то чудом удалось заслужить снисходительный взгляд миссис Годенс. Она даже чаевые оставила – небывалая щедрость. Но вот неприятный осадок от встречи с Руби все же остался.

Я пересекла парковку и, остановившись возле своей машины, принялась копошиться в сумке в поисках ключей.

– Рэйчел! – раздался за спиной дребезжащий голосок – словно пенопластом прошлись по стеклу. Я обернулась.

В паре метров от меня, кутаясь в меховой полушубок, стояла Руби и широко улыбалась. Вот это уже интересно.

– Ты что, следишь за мной? – спросила я, безуспешно пытаясь избавиться от дурного предчувствия.

– Разумеется, нет. – Нахалка хмыкнула, кивнула куда-то в сторону, и я проследила за ее взглядом. В соседнем ряду рядом с блестящей «камри» стоял ее такой же «блестящий» спутник. – Дэррел – мой жених. – Несмотря на притворно ласковый голосок, во взгляде девицы читалось превосходство. – Мы собирались уже уезжать, но, увидев тебя, я решила, что это знак.

Брови поползли вверх. Что она мелет?

– Ты должна меня выслушать, – торопливо добавила она, видимо заметив, что я теряю терпение. – Это в твоих же интересах.

– Я так не думаю.

– Уж поверь. – Девица выдержала паузу, а затем, видимо, убедившись, что я не собираюсь сбегать, снова заговорила: – В нашу прошлую встречу я была слегка… взволнована. Дело в том, что увидев вас двоих здесь, в ресторане, я поняла, что Шон с тобой спит.

– Тебя это не касается, – буркнула я, мысленно проклиная запропастившиеся куда-то ключи.

– Ошибаешься. Меня это касалось и даже очень. Мы собирались пожениться.

– Я слышала другую версию. – Я мрачно хмыкнула.

– Разумеется, – легко согласилась Руби. – После нашего с тобой неприятного разговора, я позвонила Шону и устроила ему небольшой скандал. Тогда он мне все объяснил. – Губы девицы дрогнули, будто она пыталась сдержать улыбку. – У него был план.

– Какой еще план? – Я напряглась.

– Дурацкий. – Руби поморщилась. – В общем, твой папаша когда-то был любовником его матери – ты наверняка знаешь об этом… – Она удовлетворенно вздохнула, заметив удивление в моих глазах. – Так вот, он каким-то боком оказался виновен в ее гибели. Ее и ее мужа – ну, то есть отца твоих любовничков. – Она осклабилась, явно наслаждаясь моим потрясением. – И Шон решил отомстить.

– Отомстить? Кому? – Я пыталась осмыслить услышанное.

– Тебе, кому же еще. – Руби хмыкнула. – Шон объяснил мне, что планирует соблазнить тебя, влюбить, а затем бросить, чтобы ты страдала, как когда-то страдали они с братом.

– Какой бред!

Я нервно рассмеялась. Неужели эта сумасшедшая решила, что я ей поверю? Мой отец и миссис Уолтер? Абсурд!

– Неплохая попытка, – процедила сквозь зубы, чувствуя, как меня захлестывает злость. – Только я хорошо знала своего отца. Он никогда не изменял моей матери!

– О, разумеется, нет. Это было еще до знакомства с ней. Кстати, твоя мать в курсе всей этой грязной истории. Можешь сама у нее спросить. – Губы Руби скривились в торжествующей ухмылке. – Мне, в общем-то, плевать, поверишь ты мне или нет. Я сама бросила Шона, когда поняла, какой он мерзавец, так что решать тебе. Чао, Рэйчел. – Она махнула рукой и, развернувшись, направилась к дожидавшемуся ее парню.

Вот же стерва! Я провожала ее взглядом, чувствуя, как меня охватывает ужас. Все, что сказала эта девица, не может быть правдой! Она все выдумала! Я, наконец, вытащила ключи, разблокировала машину и распахнула дверцу. Нырнув в салон, попыталась унять дрожь.

Черт! Я сжала руль с такой силой, что побелели костяшки пальцев. Нужно звонить Арлин. Прижать ее к стенке и потребовать объяснений. Если эта чокнутая сказала правду, моя мать не сможет этого скрыть.

Вытащив телефон, я набрала знакомый номер и принялась ждать.

Глава 27

– Ты знала?! – воскликнула я, едва Арлин бросила в трубку короткое «привет».

– Знала о чем?

– Не прикидывайся! Утром ты ворвалась в квартиру тети Джо и пыталась в чем-то обвинить Уокеров! Шон дал тебе денег, чтобы ты молчала!

– Детка, о чем ты говоришь? – Голос матери был неестественно ласков. – Никаких денег он мне не давал.

– О-о-о, перестань, я знаю, когда ты врешь. – Я закатила глаза, пытаясь унять рвущийся наружу гнев. – Отец – у него были отношения с матерью Уокеров?!

В трубке повисла пауза. Я внутренне сжалась, уже понимая, что означает эта заминка.

– Они сами тебе рассказали? – вздохнула, наконец, Арлин.

– Не они. Руби – кажется, ты с ней знакома.

– Ты говоришь о Руби Грэнджел?

– Не знаю ее фамилии, но… полагаю, что да. – Я едва могла говорить. Голос то и дело срывался, а в груди рос болезненный ком, который мешал дышать. – Откуда ты ее знаешь?

– Руби сама разыскала меня. Говорит, нашла наш телефон в справочнике, позвонила вчера поздно вечером и все мне рассказала.

– И ты ей поверила?! – воскликнула я потрясенно. – Она сказала, что ты сможешь подтвердить ее слова, но ты ничего не знала, ведь так?

Арлин шумно вздохнула.

– Не совсем. Я знала, что у твоего отца была интрижка до встречи со мной. Он принимал ее за глубокие чувства. Я бы даже не узнала об этом, если бы однажды не нашла в его кабинете фотографию.

– Какую еще фотографию?

– На ней был твой отец в окружении этой чертовой семейки. – Арлин усмехнулась. – Стэнли – сентиментальный кретин даже хотел взять близнецов под опеку, после того как их родители разбились в той аварии, но ему не позволили. Детей отдали в приемную семью, а Стэнли познакомился со мной. Ну а через год родилась ты, детка.

– Почему ты не рассказала об этом? – спросила я помертвевшими губами.

– О чем? О том, что у твоего отца была интрижка с замужней дамой? Или о том, что твои любовники – ее чертовы близнецы? – Арлин зло рассмеялась. – Ты бы все равно мне не поверила!

Я судорожно сглотнула, чувствуя, что вот-вот разрыдаюсь.

– Руби сказала, что отец виноват в той аварии.

– О, да, Стэнли винил себя в этом. – Арлин вздохнула. – Он признался, что устал ждать, пока Мэри решится на развод, потому что та опасалась, что ее десятилетние близнецы плохо воспримут новость. Дурочка Мэри постоянно откладывала разговор с мужем. И вот они всей семьей возвращаются из парка, а Стэнли именно в этот момент решил, что пора с этим покончить. Он позвонил мужу Мэри и выложил все как на духу. Полиция сказала, что это был несчастный случай.

– Мистер Уокер специально устроил эту аварию? – едва слышно прошептала я. – Из-за того, что сказал отец?

– Никто этого не знает, но детектив, который вел это дело, сказал, что звонок от твоего отца поступил за пару минут до аварии. Стэнли вызывали в участок, но, разумеется, никаких обвинений не предъявляли. Просто уточнили, о чем он говорил с погибшим.

– И он сказал?

– Да. Этот болван был так потрясен смертью Мэри, что даже не пытался этого скрыть – признался в своей связи с ней и рассказал о разговоре с ее мужем. Дело закрыли.

– Но как братья узнали об этом? Им же было тогда лет по десять – вряд ли такие подробности стали бы сообщать детям.

– Этого я не знаю. Спроси лучше у своих любовников.

Арлин умолкла, и в наступившей тишине я вдруг осознала всю чудовищность этой истории. Мой отец стал причиной гибели родителей Шона и Люка, и я была лишь разменной монетой в их изощренной мести.

– Детка, ты должна поехать со мной, – донесся до моего сознания голос Арлин. – Переведешься в местный колледж и продолжишь учебу, жить будешь отдельно – мы с Фрэнком купим тебе квартиру.

– Ты взяла у Шона деньги за обещание ни о чем мне не рассказывать?

– Я собиралась тебе рассказать…

– Взяла?!

– Он предложил приличную сумму, я не могла отказаться…

Я нажала на сброс, не желая больше слышать голоса матери, опустила голову на руль и разрыдалась. Сказка, в которую я только осмелилась поверить, оказалась чудовищной ложью.

Все было кончено.

Осознание этого повергало в глубокое отчаяние. Как они могли так поступить? Я вспоминала нежные поцелуи Уокеров, их светящиеся любовью глаза и захлебывалась слезами. Все ложь, циничная игра двух мерзавцев, которые во имя высшей справедливости растоптали мои чувства и швырнули их мне в лицо.

Что ж, они своего добились – я уничтожена. Стою на руинах нашей любви, и отчаянно желаю смерти.

Я сидела в машине, рыдая и жалея себя, пока не иссякли силы. Внутри образовалась пустота. Жуткая. Безмолвная. Откинув со лба налипшие пряди волос, я судорожно всхлипнула и посмотрела на часы.

Почти полночь.

Взяла с колен телефон и дрожащей рукой набрала номер.

– Салют, крошка, что-то случилось? – раздался на том конце взволнованный голос Сэма.

– Забери меня… – Я умолкла, пытаясь подавить подступившие вновь рыдания.

– Где ты?

– На парковке «Рэд окс»…

– Скоро буду.

Трубка умолкла, и я устало отложила ее в сторону. Вот за что я любила друга, так это за его чутье. Он не стал лезть с расспросами, как сделала бы та же Лоис, не начал оправдываться, что не может приехать, потому что романтический вечер в самом разгаре – просто почувствовал, что все плохо и тут же помчался меня спасать.

Трубка снова ожила, и я с глухим безразличием покосилась на дисплей.

Шон.

В груди больно защемило, и к горлу подступил ком. Я стиснула кулаки, пытаясь хоть как-то сохранить остатки самообладания. Хотелось ответить на звонок и выплеснуть на этого мерзавца всю боль, скопившуюся внутри, но гордость не позволила это сделать.

Пусть ломает голову, что случилось, и почему я не отвечаю на звонки. Наверняка, Руби разболтает о нашей с ней встрече, если еще не успела, так что в конце концов Уокеры обо всем узнают. Но только не от меня. Я не стану опускаться до их уровня, и сыпать обвинениями. И тем более не стану демонстрировать им свою боль.

Телефон умолк, а затем, почти сразу, раздался новый звонок. Я сидела неподвижно, глядя на светящийся фотографией Шона дисплей. Затем позвонил Люк. Пришло сообщение: «Что случилось? Где ты?» Я горько усмехнулась. Значит, еще не знают.

Протянув руку, я нажала на боковую кнопку, удерживая ее пару секунд, и экран погас. Так будет лучше. Во всяком случае, для меня.

Через полчаса в окно постучали. Я повернула голову и уставилась сквозь стекло отрешенным взглядом на Сэма. Тот стоял молча, терпеливо дожидаясь, пока я выйду из машины. Затем взял за плечи, развернул лицом к фонарю и окинул взглядом результат моих страданий.

Выражение его лица красноречиво свидетельствовало о том, что выглядела я не важно. Еще бы: наверняка, нос распух и покраснел, а глаза стали похожи на щелки.

– Идем, – коротко скомандовал он и, обхватив за плечи, повел к своей машине. Помог забраться в салон, видимо, окончательно уверившись, что я плохо соображаю и, обойдя «бьюик», уселся за руль.

– Домой или ко мне?

Я вяло шевельнулась.

– К тебе. Домой мне сейчас нельзя.

Сэм кивнул и, не задавая вопросов, выехал с парковки.

Глава 28

– И что нам с ней делать? – доносился из соседней комнаты взволнованный голос Лоис.

Я сидела на диване в гостиной Сэма, уставившись безучастным взглядом в экран телевизора, и хлебала из стакана виски с содовой. В голове было пусто.

После того, как я с горем пополам объяснила другу причину своего нервного срыва, тот решил, что алкоголь сейчас – самое оно. Через час появилась Лоис. Охая и сотрясая пространство нецензурной бранью, принялась меня утешать, а когда поняла, что это не помогает, утащила Сэма из гостиной «поговорить».

На столике зазвонил телефон. Снова Люк. Я не выдержала, сбросила вызов и заблокировала оба номера. Так себе мера – Уокеры ведь могут позвонить с чужого телефона – но хоть что-то. Завтра же заведу новую симку, сообщу номер Лоис и Сэму, а еще позвоню тете Джо.

– Сейчас с ней бесполезно говорить, нужно просто побыть рядом, – донесся из прихожей голос Сэма.

Его рассудительность вызвала у меня вялую улыбку. Что ж, хотя бы на время отстанут со своими гениальными идеями.

Я вздохнула. Идеи друзей, которыми те щедро делились со мной до того, как ушли держать совет, состояли в основном из требований позвонить Уокерам и дать им возможность самим все объяснить. Мне это казалось глупым. Ну что они могут сказать, когда и так все ясно?

Версия Лоис с происками обиженной и оскорбленной Руби тоже не вписывалась в общую картину. Даже, если та решила мне отомстить, что, в принципе, очевидно, то, по крайней мере, использовала для этого реальную историю, что и подтверждал рассказ Арлин. У моего отца действительно был роман с матерью Шона и Люка. Они знали об этом, но не сказали. А это означает одно: Руби сказала правду.

Я тяжело вздохнула и переключила канал. На экране появилась диктор новостей.

– …после чего пострадавшего увезли в больницу. Полиция опрашивает свидетелей. Если у кого-то есть информация по данному делу, звоните по телефону…

Я щелкнула пультом, и телевизор умолк.

– Ну как ты, детка? – заглянула в гостиную голова Лоис.

Сделав приличный глоток, я поморщилась и похлопала рукой по дивану, приглашая подругу разделить со мной общество. Та просияла.

– Сэми, порядок, можем войти!

Усевшись по обе стороны от меня, друзья налили себе виски и по очереди чмокнули меня в обе щеки.

– За нашу крошку, – протянул стакан Сэм.

– За Рэйчел.

Я горько хмыкнула и, не чокаясь, допила все, что плескалось в моем бокале.

Через пятнадцать минут я уже объясняла этим двум чудакам, как отлично сочетается вкус виски с терпким и таким восхитительным вкусом горя. Я требовала налить мне еще стаканчик, глупо ухмылялась и угрожала в случае невыполнения требований пожаловаться маме. Заложники на уступки не шли. Отобрали стакан и, подхватив под руки, сопроводили в спальню Сэма.

– Руби Грэнджел – вот как зовут эту крашеную суку, – фыркнула я, дрыгая ногами и мешая Лоис стягивать с меня джинсы. – Грэнджел мать ее Кодис.

– Руби, – поправила меня подруга.

– Кодис, – упрямо повторила я. – Кодис пригласила меня на вечеринку, а ее дружок Кертис хотел меня трахнуть. – Я расхохоталась.

– Кодис Грэнджел? – нахмурился Сэм. – Она, что, родственница Руби?

Я уставилась на парня непонимающим взглядом, моргнула и разразилась очередным приступом смеха.

– Руби и Кодис – сестры! Вот же, черт возьми, и обе стервы! – Я со стоном выдохнула и снова зашлась в безудержном хохоте.

Друзья испуганно переглянулись. Неужели они не поняли? Все это заговор, все они с самого начала знали, что происходит, а я глупая гусыня! Перед глазами всплыло насмешливое лицо Шона, и смех перешел в рыдания.

– Ну, все, крошка, давай в постельку, – обнял меня Сэм и улегся вместе со мной на кровать.

Я прижалась к груди парня, немного повыла и, наконец, затихла, лишь время от времени продолжая судорожно всхлипывать. Жутко кружилась голова.

– Кажется, меня сейчас стошнит, – пролепетала я, закрыла глаза и провалилась в сон.

***

На следующий день, проснувшись ближе к полудню, я горько пожалела о своем безудержном пьянстве, которое еще вчера казалось мне отличной идеей. Голова раскалывалась, во рту – будто всю ночь лакомилась помоями, а боль от предательства – вот она, жива и здорова. Ничего ее не берет. И как дальше жить?

Я выбралась из постели и унылым призраком поплелась в ванную. Лоис уже уехала, а Сэм варил кофе, терпеливо дожидаясь меня на кухне.

– И долго ты собираешься от них бегать? – спросил, когда я вышла из душа, посвежевшая и воспрявшая телом, но не духом.

– Не знаю. Пока поживу у тебя, а там будет видно. Ты же понимаешь, сейчас я не в состоянии с ними встречаться.

– Понимаю. – Сэм вздохнул. – Пей. – Он придвинул ко мне чашку с дымящимся ароматным напитком и сочувственно покачал головой. – Хочешь, я сам поговорю с ними?

Я замотала головой. Вот еще! Если они не виновны в том, в чем их обвиняли, сами найдут меня: это не сложно. В квартиру тети Джо я, конечно, не вернусь, но в колледж-то ходить буду.

Однако дни проходили за днями, а Уокеры так и не объявились. Ни звонка, ни попыток подкараулить меня на парковке после занятий. Значит, птичка уже принесла на хвосте новость, и парни решили, что дело сделано – к чему напрягаться.

Кодис ходила по коридорам с торжествующим видом. Похоже, и ей обо всем было известно. Я избегала косых взглядов, которые словно кричали о том, что все вокруг знают, какая я неудачница.

Унылая жизнь для унылой меня – таким был исход моих опрометчивых чувств, от которых я так и не смогла избавиться.

Глава 29

Выйдя из душного корпуса, я побрела к парковке, попутно вытаскивая из рюкзака ключи. Мысли по-прежнему вертелись вокруг Уокеров. Я все пыталась понять, как удавалось им так искусно изображать чувства, если их действия имели единственную цель: отомстить.

Ответов у меня не было.

Перед глазами снова и снова всплывали картинки из прошлого: нежные объятья, жаркие поцелуи, губы, руки, пальцы, крепко сплетенные с моими. В груди поднималась боль, которая лишь на время притуплялась, но сейчас вновь обрела прежнюю мощь.

Я стиснула зубы, чтобы не расплакаться, нажала на кнопку на электронном ключе, и машина приветственно пикнула. Распахнув дверцу, я швырнула рюкзак на соседнее сиденье и собиралась уже сесть за руль.

– Мисс! – раздался за спиной чей-то окрик, и я не сразу сообразила, что обращаются ко мне. – Рэйчел! Постой!

Застыв возле распахнутой дверцы, я медленно обернулась, и сердце пропустило удар.

– Томас? Что ты здесь делаешь? – спросила дрогнувшим голосом. Его появление здесь, на парковке моего колледжа вряд ли было случайным, но что оно значило? Неужели, спустя две недели молчания Уокеры решились поговорить?

– Я приехал за вами, мисс, – снова вернулся к официальному обращению парень. – Вам срочно нужно в больницу.

Я нахмурилась.

– В больницу? Ты ничего не путаешь? Я как бы здорова.

– Мистер Уокер… Шон… – Томас запнулся, и я поняла: произошло что-то ужасное.

– Что с ним?

По спине пробежал холодок.

– В него стреляли… – Томас снова умолк, а у меня словно земля ушла из-под ног.

– Господи, нет! Что с ним? Он жив? – Я подскочила к парню и, вцепившись в его плечи, принялась трясти его. – Ну не молчи же ты, черт бы тебя побрал! Что с Шоном?! А Люк? С что с ним?!

Томас захлопал густыми ресницами, определенно недоумевая, с чего я взялась его колошматить.

– Люк почти круглыми сутками дежурит в больнице. Он и сейчас там.

– Значит, Шон жив? Отвечай! – Я вопила на всю парковку, привлекая любопытные взгляды студентов, но мне было плевать.

– Можно сказать, второй раз родился, мисс, – улыбнулся, наконец, этот засранец, задумался на секунду и добавил: – Почти две недели пролежал в коме, но врачи говорили, он – крепкий малый, выкарабкается. Не ошиблись. Вчера мистер Уокер пришел в себя.

Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох.

– Я убью тебя, – сказала на выдохе и облегченно рассмеялась.

– Не нужно, мисс, кто тогда довезет вас до больницы?

Он улыбнулся и махнул рукой в сторону черного внедорожника. Улыбка тут же сошла с моих губ.

– Тебя отправил за мной Люк?

– Нет, мисс. – Томас нахмурился. – Я знаю, вы за что-то сильно обижены на моих братьев, но уверяю, они отличные парни.

– Бывает, даже отличные парни совершают ужасные поступки, – буркнула я, снова пряча эмоции под броню. – Извини, но я не поеду с тобой.

Я отвернулась, не в силах смотреть в растерянные глаза парня и нырнула в салон машины. Мысли о братьях Уокерах сводили с ума. Понятно, почему они не пытались меня разыскать, но, что это меняло? Они солгали мне. Им нет до меня дела. Я потянулась к дверце, но Томас меня остановил.

– Сегодня Шон спрашивал о вас, – сказал он, с мольбой глядя мне глаза. – Это были его первые слова, после того как он пришел в себя.

Сердце сжалось в комок. Нет… Нет! Это не честно! Он не имеет права так мучить меня!

– Прошу вас, мисс… – Томас отпустил дверцу, давая мне право выбора, и я сдалась.

– Поехали.

Оставив машину на парковке, я пересела во внедорожник и уставилась в окно невидящим взглядом. Томас со мной больше не говорил.

Дорога показалась мне бесконечной: время будто увязло в вечности. Парковка больницы. Приемная. Лифт. Я вышла на нужном этаже и на ватных ногах двинулась по коридору.

– Мисс, сюда нельзя, – услышала чей-то голос. Обернулась.

– Что?

– Это реанимация, посторонним здесь не место. – Молоденькая медсестра смотрела на меня с легким укором.

– Мне нужен Шон Уокер, он мой… – Я осеклась.

– Вы – Рэйчел?

На милом личике отразилось сомнение. Я молча кивнула.

– Следуйте за мной.

Проводив меня до палаты, девушка остановилась у закрытой двери и смерила меня пристальным взглядом.

– Постарайтесь не волновать его. Мистер Уокер еще слишком слаб, и есть опасность…

– Я все понимаю, – прервала я ее. – Можете не волноваться.

Медсестра коротко кивнула и распахнула передо мной дверь.

В палате было светло, хотя окна закрывали жалюзи. Светлые стены будто впитали в себя солнечный свет, и сейчас отражали его, создавая атмосферу уюта. Впрочем, о каком уюте идет речь, если единственным украшением интерьера служили медицинские аппараты, установленные возле кровати.

Я застыла возле двери, не в силах сделать хотя бы шаг. Шон лежал на кровати с закрытыми глазами. От его тела к светящемуся цифрами и пульсирующими линиями аппарату тянулись проводки. Выглядело это устрашающе.

Я закусила губу, чувствуя, как изнутри поднимается боль. Хотелось подбежать к любимому, обнять, сказать, как мне жаль, что так случилось, но разве ему это нужно? Да, он спрашивал обо мне, но, кто знает, по какой причине. Возможно, Руби так и не успела ему рассказать о нашем с ней разговоре, и Шон просто продолжал играть роль. Даже находясь в критическом состоянии.

Я сделала шаг вперед.

– Рэйчел?

Знакомый голос прозвучал за спиной, и я внутренне сжалась. Медленно, словно во сне, обернулась и утонула в карих глазах.

– Люк… – прошептала срывающимся голосом и умолкла.

– Слава Богу, Рэйчел! – Он отставил бумажный стакан с дымящимся кофе на столик и порывисто обнял меня. – Прости… прости… прости… – Он обхватил ладонями мое лицо и стал осыпать его поцелуями. – Я все знаю, Шон обо всем мне рассказал. Слишком поздно.

По щекам невольно потекли слезы, но я не проронила ни звука. Все стояла истуканом, чувствуя, как горячие губы жгут кожу и не понимая, о чем говорит Люк.

– Мне нужно все тебе объяснить. Сейчас. – Он отстранился и заглянул мне в глаза. – Господи, Рэйчел, мне так жаль.

Я продолжала молчать. Да и что я могла сказать? Что мне тоже жаль? Жаль, что мой отец виновен в смерти его родителей? Жаль, что поверила им? Им обоим…

– Идем, – велел Люк, бросив беглый взгляд на брата. – Шон еще слаб и большую часть времени спит, так что мы можем спокойно поговорить. На нижнем этаже есть кафе.

Я послушно поплелась за парнем, и в груди затеплилась надежда.

Он все объяснит. Обязательно. Скажет, что все это – огромное недоразумение, ошибка. Их любовь настоящая, а я просто глупая маленькая Рэйчел, которая поверила в эту чудовищную ложь.

Выбрав в кафе самый дальний столик в углу возле окна, Люк оставил меня, но уже через несколько минут вернулся с двумя чашками дымящегося кофе.

– Может, ты хочешь поесть? – Он с тревогой всматривался в мое лицо, вероятно заметив, как осунулось оно за две недели. Я покачала головой.

– Спасибо, я уже ела. Ты хотел что-то мне объяснить… – Мне хотелось поскорее покончить с постылой неизвестностью и понять, наконец, ждет ли меня счастливая жизнь или горькое разочарование. Снова.

Люк тяжело вздохнул и уселся за столик. Вид у него был слегка напряженный.

– Даже не знаю, с чего начать, – покачал он головой, продолжая разглядывать меня, будто решая, выдержу ли я то, в чем он собирался признаться.

– Начни с главного, – посоветовала я.

– Я люблю тебя, – не раздумывая, сказал он. – Это главное. Если бы Шон был сейчас рядом, он сказал бы тебе тоже самое, но…

– Я очень хочу верить тебе. Вам обоим. Но Руби…

– Руби. – Люк нахмурился. – Она с тобой говорила, так?

– Да и рассказала мне совершенно дикую историю, в которую я не поверила, но Арлин все подтвердила: мой отец – Стэнли Пирс был в отношениях с Мэри Уокер… Вашей матерью.

Эти слова дались мне с трудом, но я справилась. Выдала все ровным голосом, в котором не было и тени на какие-либо эмоции.

– Все так, Рэйчел. Твой отец и наша мать…

– И вы вините моего отца за смерть ваших родителей, – снова перебила я парня. – Руби сказала, что вы хотели отомстить моему отцу, но он умер, и тогда вы взялись за меня.

– Да… То есть, нет! – Люк выглядел потрясенным. – Все не совсем так… Послушай… – Он схватил меня за руку, когда я попыталась подняться и заставил сесть на место. – Не знаю, что именно рассказала тебе Руби Грэнджел, но полагаю, вранья там было предостаточно. Я сам был не в курсе этой истории… до сегодняшнего дня. – Люк вздохнул.

– Ты действительно не знал, что встречаешься с дочерью своего врага?

– Стэнли Пирс нам не враг, – покачал он головой. – Да, твой отец любил нашу мать, и он явно не желал ей смерти. Шон рассказал мне, что полтора года назад случайно встретился с детективом, который вел то дело и…

– Какое дело? Ты ведь говорил, что это был несчастный случай. – Я недоуменно покачала головой.

– Да, но расследование все равно было. Детектив рассказал Шону, что за две минуты до аварии отцу позвонил Стэнли Пирс. Разговор длился меньше минуты. Твоего отца вызвали в участок и взяли показания. Он сам признал, что виноват в том, что случилось.

– Он решил сам обо всем рассказать вашему отцу, потому что Мэри боялась.

– Да, так он сказал детективу. – Люк печально вздохнул, опустил взгляд и продолжил: – Шона потрясла эта новость. Он-то думал, что отец – отличный водитель – не справился с ситуацией, когда на нашу машину понеслась фура, но он смог бы. Если бы не думал в этот момент о предательстве жены.

Я судорожно сглотнула.

– Выходит, мой отец все же был виновен.

– Шон так решил. Да, он хотел отомстить, поэтому узнал все о Стэнли Пирсе: где он живет, что у него за семья. Купил квартиру по соседству с квартирой его сестры… А потом твой отец умер, и его месть лишилась смысла.

Люк замолчал, давая мне время осмыслить услышанное, лишь протянул руку и накрыл ладонью мои дрожащие сцепленные в замок руки.

– Значит, он не собирался отыгрываться на мне? Наше знакомство действительно было случайным?

Люк улыбнулся.

– Именно так. Шон сказал, что с самого начала влюбился в эту твою почти детскую наивность, которую сопровождало недюжинное упрямство. Он не смог бы использовать тебя, даже если бы очень хотел.

– Но почему он мне сразу не рассказал обо всем?

– Боялся, что ты сбежишь, – невесело хмыкнул Люк.

Я закусила губу, стараясь сдержать улыбку. И кто из нас еще по-детски наивен? Люк отпустил мою руку, поднялся из-за стола и подошел ко мне.

– Теперь ты все знаешь, – сказал он, заставляя меня подняться. – С нами ты в безопасности, Рэйчел. Тебе нечего бояться, мы никогда тебя не обидим.

Я прижалась к широкой груди и вдохнула знакомый аромат, который когда-то меня напугал. Он давно стал для меня родным.

– А почему Шон не рассказал все тебе, когда планировал отомстить моему отцу? – спросила, все еще прижимаясь к парню и лишь запрокинув голову, чтобы взглянуть ему в лицо.

– Знал, что я его остановлю, – хмыкнул он.

– Ну, конечно, хулиган и безобидный тихоня. – Я улыбнулась. – А какую роль во всем этом играла Руби? Откуда она вообще об этом узнала?

Люк отстранил меня, склонил голову и нежно поцеловал в губы.

– Идем, расскажу по дороге. Шон может скоро проснуться, хочу, чтобы ты была в этот момент рядом.

***

Пока мы добирались до палаты, я узнала, что Руби была дочерью владельца компании, которую поглотил инвестиционный монстр Уокеров. Дон Грэнджел рассчитывал, что выдаст свою кровинушку за Шона и, благодаря этому, станет совладельцем «Системинвестментс». Шона такой план не устроил, вот Руби и взялась за дело сама.

Поначалу эта чокнутая пыталась подставить меня, используя для этого двоюродную кузину Кодис, но план провалился. Тогда отчаявшаяся прохиндейка приехала в офис компании, чтобы поговорить с несостоявшимся женихом «по душам» и устроила там скандал. Шон не стал это терпеть – просто выставил истеричку за дверь, но на последок услышал, что еще пожалеет об этом.

Он пожалел. Но слишком поздно и лишь о том, что не рассказал мне обо всем раньше.

Как Руби пронюхала об этой истории, никто не знает. Люк предположил, что кто-то из служителей «желтой» прессы слил информацию, впрочем, это не имело значения. Главное, что у Руби появился козырь. Она позвонила Арлин, сочинив эту ложь о мести, выпытала у той все нюансы и отправилась ко мне. А уж после всего доложила о своих кознях Шону, вероятно для того, чтобы услышать, как тот бесится.

Когда Люк закончил рассказ, я не произнесла ни слова. Потрясение выходкой Руби было слишком большим. Как таких психических земля только носит?

Когда мы вошли в палату, Шон уже не спал. Лежал, словно раненый буйвол, недовольно бурчал, наблюдая за медсестрой, которая проводила какие-то манипуляции с его рукой, вздыхал и морщился.

– Смотри, кого я к тебе привел, – весело хмыкнул Люк, подводя меня к кровати.

Шон медленно повернул голову, и в его глазах вспыхнул радостный огонек.

– Привет, малыш, – нежно сказал он, и его губы расплылись в счастливой улыбке.

Глава 30

– Привет… – Я робко улыбнулась в ответ, перевела взгляд на Люка, и тот, выпустив мою руку, отошел в сторону. – Ну как ты? – Я снова посмотрела на Шона и осторожно погладила его по руке. Видеть его таким беспомощным было невыносимо. На глаза навернулись слезы.

– Немного растерял форму, но скоро вернусь в строй.

Он легонько сжал мои пальцы, и я поняла, что даже это давалось ему с трудом.

– Люк мне все рассказал. Про отца. – Я осторожно высвободила руку, придвинула стул и села напротив Шона.

– Это хорошо. – Он слабо улыбнулся. – Значит, к этой истории мы возвращаться больше не будем.

– Согласна, – кивнула я. – Ты знаешь, кто стрелял в тебя? Мы с Люком не успели об этом поговорить.

Шон прикрыл веки, видимо раздумывая, стоит ли отвечать на вопрос. Я молча ждала.

– Я закончила, мистер Уокер, – доложила медсестра, закрепив на катетере пластырь и, повернувшись ко мне, напомнила: – Никаких волнений. У вас двадцать минут.

Она кивнула Люку и, взяв со столика металлический поднос, покинула палату. Я проводила девушку взглядом, а затем снова посмотрела на Шона.

– Кто стрелял в тебя? – повторила мучавший меня вопрос. Мысль о том, что убийца все еще на свободе и может предпринять очередную попытку пугала до дрожи.

– Нет. Было темно, я не видел стрелявшего, но…

– Но?

– Это явно был дилетант.

Я нахмурилась.

– Так считает полиция?

– Так считаю я, – вяло усмехнулся Шон. – Убийца целился в сердце, но промахнулся. Паршиво для киллера. К тому же пуля выпущена из девятимиллиметрового «глока» – профессионалы таким не пользуются.

– Ты так спокойно об этом говоришь, будто в тебя не стреляли, а случайно наступили на ногу!

Меня снова начинало трясти. Шон мог погибнуть, а вел себя, словно ничего не случилось – поразительная беспечность! Я стиснула зубы.

– Успокойся, малыш, – ласково улыбнулся он. – Полиция его ищет, уверен, скоро найдет.

– Ну, конечно, – буркнула я. – Две недели уже прошло. Где это вообще случилось?

Шон вздохнул.

– На парковке у дома. Чертова Руби позвонила мне и сказала, что видела, как ты целовалась с каким-то парнем в «Рэд окс». Я рассмеялся, ну она и разъярилась: заявила, что все рассказала тебе о моей якобы мести за смерть родителей и вряд ли у меня есть шанс оправдаться. Я звонил тебе, но ты не снимала трубку, вот я и рванул к машине, чтобы ехать к тебе.

– О-о-о, Шон… прости меня… Какая же я дура! – Из глаз потекли слезы, и я крепко сжала холодные пальцы любимого.

– Ты ни в чем не виновата. – Рука парня шевельнулась, и я выпустила ее из дрожащих ладоней. Шон нежно провел кончиками пальцев по моим губам. – Как же мне тебя не хватало.

Я прижала его ладонь к щеке. Нежно погладила.

– Не знаю, что бы я делала, если бы… – Закончить фразу я не смогла. Моргнула, смахивая с ресниц слезы, и слабо улыбнулась. – Обещай, что больше не станешь меня так пугать.

– Конечно, малыш. – Шон улыбался.

К нам подошел Люк, вероятно решив, что дал нам достаточно времени для обмена любезностями, обнял меня одной рукой за плечи и чмокнул в макушку.

– Идем, милая, пусть этот ловец пуль отдыхает. – Он добродушно хмыкнул, помогая мне подняться со стула. – Я загляну к тебе чуть позже, – добавил, обращая уже к Шону.

– Захвати с собой томик Гегеля – будешь читать мне вслух, а то здесь ужасно скучно.

Я рассмеялась. Если больной шутит, это хороший знак.

– Поправляйся, – шепнула, склонившись над бледным лицом, и нежно поцеловала холодные губы.

В следующее мгновение дверь распахнулась, и в палату влетела… Руби!

– О-о-о, как мило. – Она сделала шаг вперед и застыла, гаденько скалясь и зачем-то держа одну руку в сумочке. – Все в сборе – отлично!

Не дав никому опомниться, она вытащила из сумочки пистолет и направила его на нас. Я тихо охнула.

– Пора завершить начатое, – зло процедила она.

– Так это ты?! Ты стреляла в Шона, чокнутая стерва!

Я рванулась вперед, но Люк удержал меня.

– Руби, не делай глупостей, – ровным голосом произнес он, заслоняя меня от обезумевшей фурии. – Здесь полно народу – ты все равно не сможешь сбежать.

– Не смей трогать их, – прорычал за спиной Шон. – Если ты сделаешь что-то Рэйчел или моему брату, я достану тебя! Хоть с того света, клянусь!

Девица с рыбьими глазами хрипло расхохоталась, и от этого смеха мороз пошел по спине. Похоже, у нее окончательно съехала крыша. Я вцепилась одной рукой в руку Шона, другой потянула Люка к себе.

Смех резко оборвался, и сумасшедшая махнула пистолетом.

– Попробуй, любовничек, – зло процедила она. – Мне терять нечего: отец лишился всего, что было ему дорого и решил, что в этом моя вина. Знаете, что он мне сказал? Что я дешевая шлюха, которая не смогла удержать мужика! Он выгнал меня на улицу, как какую-то дворнягу! – В белесых глазах сверкнула ярость.

– Послушай, Руби, – заговорила я уже другим, дрожащим от ужаса голосом. – Ты расстроена, но ведь все поправимо. Ты еще встретишь свою любовь и…

– Любовь? – Девица вновь рассмеялась, но на этот раз горько. – Сказка для идиотки вроде тебя! Ты думаешь, эти двое тебя любят? Черта с два! Похотливые ублюдки сейчас развлекаются, но бросят тебя, едва им наскучит эта игра. Впрочем, о чем это я? – Она сверкнула глазами, и мне стало по-настоящему страшно. – Этого не будет, потому что ни один из вас не выйдет отсюда живым!

Она хищно осклабилась и направила пистолет на Люка. Я жалобно всхлипнула, пытаясь вырваться вперед, но парень не позволил этого сделать. Шагнул вперед, и я зажмурилась.

Это конец, – мелькнула в голове чудовищная мысль, а в следующий момент грянул выстрел.

Я закричала.

Эпилог

– Рэйчел, ты восхитительна! – Сэм с восторгом причмокнул губами, взял меня за руку и заставил покружиться. – Платье из новой коллекции «Джованни»? Оно же стоит целое состояние!

– А еще туфли «Маноло Бланик» и сумочка «Ив Сен Лоран». – Я весело рассмеялась.

Среди пестрой публики, присутствующей на свадьбе Лоис, я чувствовала себя Золушкой: никак не могла привыкнуть к той роскоши, в которую меня окунула жизнь.

Сэм хитро прищурился, а затем демонстративно вздохнул.

– Ох, разбалуют тебя твои принцы. – Он повертел головой. – Кстати, где они?

– В комнате жениха, где же еще. – Я усмехнулась.

– Ну, конечно. Черт с ними, идем в комнату невесты!

Он взял меня за руку и потащил в дом, где вовсю шли приготовления к торжеству.

Жених нашей рыжеволосой красавицы оказался человеком весьма состоятельным. Лоис очаровала его с первого… взмаха, когда во время обслуживания банкета в «Рэд окс» опрокинула на него поднос с креветками. Через месяц он сделал ей предложение и вот сейчас, спустя два месяца после покушения на Шона наступил этот знаменательный день.

– Ты слышала последние новости о Руби Грэнджел? – спросил Сэм, не поворачивая головы, поднимаясь по ступеням широкой лестницы на второй этаж – Эта чокнутая покусала своего врача, и ее перевели в закрытое отделение.

– Жаль ее. – Я вздохнула.

Вспоминать тот ужасный день, когда свихнувшаяся девица пыталась их убить не хотелось. Страшно подумать, чем могла закончится та история, если бы хрупкая медсестра не вошла в палату и не огрела Руби по голове подносом. Выстрел ушел в сторону, продырявив стену и напугав меня до полусмерти. Люк тут же обезоружил несостоявшуюся убийцу и передал в руки подоспевшей охраны.

Судебная медицинская комиссия признала ее невменяемой.

– Учитывая все то, что она натворила, ей еще повезло. – Сэм не собирался сочувствовать сумасшедшей, которая его едва не лишила лучшей подруги. – Ладно, черт с ней. Лоис, детка, ты восхитительна!

Он с порога бросился обнимать невесту, которая стояла перед ростовым зеркалом и тряслась как осиновый лист. Вокруг суетились родственницы, кто-то поправлял прическу, кто-то платье – и все как одна кудахтали, словно куры в курятнике.

– Ты прекрасна, – шепнула я, обнимая подругу. – Джонсону повезло.

Лоис расплылась в улыбке.

– Мне кажется, я умру от страха, когда придет время, идти к алтарю.

– Все будет хорошо, – успокаивала я ее. – Выглядишь великолепно!

– А ты-то – настоящая принцесса! – Лоис с восторгом обвела взглядом мою фигуру в небесно голубом платье до пола и махнула рукой фотографу. – Кит, немедленно сфотографируй нас, пока я еще не стала миссис Линбах.

Мы обнялись и дружно запищали «сы-ы-ыр», щелкнула камера, и Кит довольно кивнул.

– Отлично! Кто еще желает фото на память?

На Лоис налетели многочисленные кузины и еще, бог знает какого колена, родственницы, и я отдала девчонку на растерзанье. Тихо вышла из комнаты и отправилась разыскивать Уокеров.

– Принцесса заблудилась? – раздалось насмешливое за спиной.

Я обернулась. Медленной уверенной походкой ко мне приближался Шон. В черном смокинге и белоснежной рубашке выглядел он восхитительно.

– Скажу утвердительно, если только принц собирается меня спасти.

Я обвила рукой парня за шею и подставила губы для поцелуя. Шон не стал медлить.

Горячий рот накрыл мой со всей страстью, и наши языки сплетись. Бог мой, до чего же это было приятно! Шон обхватил ладонями мое лицо, продолжая целовать мои губы. Я чувствовала, как сквозь воздушную ткань проникает тепло его тела. Голова кружилась от наслаждения.

Моего бедра коснулась чья-то рука, и я почувствовала дыхание на своей шее. Поцелуй – кожу опалило прикосновения еще одних губ. Люк. Его руки огладили мои бедра, заставляя их трепетать от восторга. Двое мужчин целовали меня у всех на виду, и это так заводило.

– Идем, – шепнул Шон, оторвавшись от моего рта и подмигнув брату, который все еще стоял у меня за спиной.

Он потянул меня за руку к ближайшей двери, и через секунду мы оказались в комнате.

Судя по всему, это была комната для гостей. Идеально заправленная кровать, платяной шкаф, трюмо и банкетка – и никаких личных вещей.

– Кажется, мы попали, куда нужно, – хмыкнул Шон, привлекая меня к себе.

Он подхватил меня на руки и отнес на кровать, усадил на край и опустился передо мной на колени. Его глаза потемнели, обжигая бушующей в них страстью. Игриво вздернув одну бровь вверх, Шон развел мои колени в стороны, скользнул по бедру и провел пальцами по шелковой ткани трусиков.

Я порывисто выдохнула. Парень играл с огнем, и мне это нравилось. Закусив губу, я нырнула пальчиками в густые шелковистые волосы и мягко надавила на голову Шона. Он, словно послушный раб, тут же подался вниз, чуть задрал платье и обхватил руками мои бедра. Меня охватила дрожь.

Шон ловко стянул с меня трусики, отбросив их в сторону, и в следующую секунду горячее дыхание обожгло влажную плоть. Все мои чувства словно сошли с ума, обрушившись на меня разом. Упругий язык прошелся по складочкам, скользнул между ними и погрузился во влажную глубину.

Я гулко застонала. Люк, наблюдавший до сих пор со стороны, приблизился к кровати, склонился к моему лицу и пленил мой рот поцелуем. Жаркая волна прокатилась с головы до ног, затем снова взмыла вверх и сосредоточилась внизу живота болезненным, но таким сладостным напряжением. Меня затягивало в водоворот наслаждения.

Я инстинктивно раздвинула бедра, позволяя Шону удобней устроиться у меня между бедер и почувствовала, как его пальцы проникают в узкую щелочку. Его язык продолжал ласкать бугорок, погружая меня в состояние сексуального транса. Язык Люка ласкал мой рот, а его руки сжимали упругую грудь.

Наконец, Шон оторвался от своего пиршества, и Люк тут же подхватил меня под ягодицы, усаживая на свои бедра. Я поняла, что его брюки и нижнее белье куда-то исчезли: вероятно, он избавился от них, пока целовал меня.

– Сладкая, сладкая Рэйчел, – пробормотал он, покусывая мои губы.

Его ладони поддерживали меня под ягодицы, пощипывая их и раздвигая половинки в стороны. Затылка коснулось горячее прерывистое дыхание: Шон уткнулся носом в затылок, а его руки легли мне на талию.

– Господи, как же ты восхитительна, – выдохнул он, больно сминая мое тело в своих ладонях.

Эти грубые и вместе с тем невероятно чувственные ласки сводили с ума. Я почувствовала, как два упругих члена скользнули по моей плоти навстречу друг другу, на мгновение замерли, а затем медленно погрузились во влажные дырочки.

От нахлынувшей волны удовольствия я не выдержала, разорвала поцелуй и громко застонала. Окутавшее меня наслаждение граничило со сладким безумием. Глубокие проникновения заставляли трепетать, и я мечтала только об одном: чтобы это продлилось вечность. Ощущая в себе всю мощь мужских тел, цеплялась за край сознания, а затем, словно обрушивалась в бездонную пропасть.

Неутомимые, сильные, властные – мои мужчины, которых я любила, возносили меня на райские высоты. Их сильные руки непрестанно ласкали мое тело, а губы целовали везде, докуда могли достать.

Дышать становилось труднее. Грудь распирало от восторга. Движения – то резкие, то плавные – становились быстрее, проникновения глубже. Я почти не слышала собственных криков и не думала, услышат ли нас за пределами комнаты. Мне было все равно.

Напряжение, которое пульсировало внутри сладостной болью усиливалось с каждым движением. Жадные ласки становились неистовей. Меня щипали, гладили, шлепали – все это подталкивало к краю черты.

Очередное глубокое проникновение, хриплый стон обоих мужчин – и я не выдержала. Что-то внутри взорвалось, разлетелось миллионом осколков, и меня унесло с Земли.

Все смешалось в ярком водовороте ощущений. Я слышала собственный крик, но он казался таким далеким. Две пары рук продолжали ласкать меня, а мужские губы обжигали поцелуями кожу, пока я, наконец, не обмякла.

Меня отнесли на кровать, а я все еще витала где-то на границе миров. Парни поочередно поцеловали меня в губы, и даже тогда я не открыла глаза. Зато сладко улыбнулась.

– Ты восхитительна, Рэйчел, – услышала рядом хрипловатый голос Люка.

– Может, не будешь надевать трусики? – с усмешкой пошутил Шон и легонько прикусил мою губу. – Подружка невесты без нижнего белья – эта мысль будет греть нас весь вечер.

– Подружка невесты без трусов? Оригинально! – Я добродушно фыркнула, открыла глаза и лениво поднялась с кровати. Ноги все еще дрожали. – Совсем вы меня заболтали! Лоис наверняка уже вся извелась!

Я подошла к настенному зеркалу, поправила прическу и огладила платье. Окинула отражение придирчивым взглядом.

– Рэйчел…

Парни стояли за моей спиной бок обок и загадочно улыбались.

– Что? – Я обернулась.

Две пары карих глаз лучились любовью. От этих чувственных взглядом по телу разлилось тепло. Как же они прекрасны! Уокеры странно переглянулись, будто молчаливо сговариваясь о чем-то, и я заволновалась.

– Что случилось? Вы меня пугаете!

– Выходи за нас замуж, – наконец, сказал Люк, и я увидела в его руке маленькую бархатную коробочку. Внутри частой россыпью бриллиантов сверкало колечко.

– Будь нашей женой, – добавил с улыбкой Шон, и протянул мне вторую коробочку с таким же кольцом.

Я удивленно моргнула.

– Строгую тетушку Карсон беру на себя. – Шон, смешно нахмурил брови, стараясь сдержать смех.

Я закусила губу, делая вид, что раздумываю над этим двойным предложением, затем широко улыбнулась.

– Что ж, если поклянетесь, что тетя Джо не получит инфаркт, я согласна!

Парни просияли.

– Я люблю тебя, Рэйчел Пирс! – Люк склонился над моим лицом и нежно поцеловал в губы.

– Я тоже люблю тебя! – прошептала в ответ. Перевела взгляд на Шона и встретила лукавый взгляд.

– Я люблю тебя, будущая миссис Уокер, – сказал он с улыбкой и закрепил клятву поцелуем.

– Люблю тебя, – ответила на поцелуй.

Оба кольца оказались на моем безымянном пальце, и я счастливо рассмеялась.

КОНЕЦ.

Автор обложки: Рина Белолис. Для коллажа использовались изображения, приобретенные по стандартной лицензии на depositphotos.com.

Content

Мур Алика Двойное искушение

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Эпилог