Мур Алика

Девственница для альфы

Глава 1

Звонкий стук каблуков отражался от серых стен пятиэтажек, проносился вдоль тускло освещенной единственным подслеповатым фонарем улочки и тонул в ночной мгле. Миловидная танцовщица стрип-клуба «Пинкертон» Лайма плотней укуталась в шаль и ускорила шаг. Скорей бы добраться до дома, где можно почувствовать себя хотя бы в относительной безопасности. Она испуганно огляделась по сторонам, всем своим нутром ощущая невидимого преследователя. Он шел за ней по пятам. Превратившись в бестелесную тень, скрывался в тумане, клубящемся вдоль мостовой.

Чертовы клиенты – эти похабные взгляды женатых кобелей, которые из ночи в ночь сменяли друг друга за столиками заведения, преследовали ее даже во снах. Но все же они были безобидными кобелями, не стоящими того, чтобы их бояться. Все, кроме этого.

Высокий шатен, с атлетической фигурой и пронзительным взглядом мраморно-серых глаз – он был новеньким. Ни сама Лайма, ни девочки не видели его раньше не то, что в клубе – в городе. И это напрягало. Она не любила незнакомцев, и надо же, как ей повезло.

Мужчина, сидя в одиночестве за ближайшим к сцене столиком, пристально следил за ней. Его навязчивое внимание ни на секунду не позволяло расслабиться. Была бы на ней одежда – он разорвал бы ее в клочья одной силой мысли. Но на Лайме были лишь прозрачные стринги, поэтому взгляд незнакомца вскрывал нежную загорелую плоть, перебирая дрожащие внутренности.

Испытывала ли она отвращение? Нет, это было нечто другое. Смертельный ужас, с примесью возбуждения и откровенными нотками вожделения. Никогда ни с одним клиентом Лайма не позволяла себе эмоций сильнее равнодушия. Но сегодня с ней творилось нечто невообразимое.

Незнакомец буквально пожирал ее хищным взглядом, а она… Она, словно в трансе, танцевала лишь для него, с легкостью порхая вокруг пилона, не замечая десятков пар глаз, похотливо пялящихся на нее, и с каждым движением погружаясь все глубже в пучину страсти. Невероятно! Невозможно!

Девушка поежилась, отдавая себе мысленные приказы успокоиться. Совсем скоро она забудет и о ночах, проведенных в этом прогнившем насквозь заведении, и об этих богатеньких ублюдках, и о красавчике, так умело околдовавшем ее одним лишь взглядом. Но как же она их всех ненавидела. Особенно эту жирную корову, мадам Живодарову, за глаза прозванную Живодеровой – хозяйку клуба.

Лайма не раз представляла в мечтах, как эти «денежные мешки», которых так боготворила «мадам», жестко и всем скопом имеют зажравшуюся леди «босс». К черту ее. К черту их всех. Она немедленно вернется в съемную квартирку, соберет немногочисленные пожитки и первым же поездом уедет подальше от ненавистного городка.

Резкий порыв ветра распахнул тонкую шаль, оголяя бархатистую кожу живота. Зачем вообще нужен этот бестолковый аксессуар? Лайма попыталась поймать одну сторону накидки, развивавшуюся по ветру и зацепилась каблуком за булыжник. Черт! Она растянулась на ухабистой дороге, больно приложившись всем телом о каменную кладку. Черт, черт, черт.

Ругаясь про себя, как пьяный сапожник, Лайма перевернулась и, усевшись задом на дорогу, попыталась рассмотреть раны. Отлично. Оба колена украшали кровавые ссадины – прекрасное дополнение к образу стриптизерши. Впрочем, с сегодняшней ночи, бывшей стриптизерши.

Она осмотрела ободранные ладони, которые ныли не хуже пьяной соседки по квартире – ничего, жить можно. Лайма попыталась подняться. Где же туфли? Где эти чертовы туфли? Она встала босыми ногами на холодную мостовую и огляделась. Одна туфля валялась рядом, другой же и след простыл. Что за ночка?

Лайма подняла сумочку и отыскала среди разбросанной косметики мобильный. Подсвечивая дорогу, она медленно кружила на месте. Очередной порыв ветра влетел в водосточную трубу и с утробным завыванием устремился вверх. Черт возьми, где же… За спиной раздалось приглушенное рычание. Лайма вздрогнула. Что это? Бездомная псина? Она обернулась так резко, что помутнело в глазах.

Из темноты переулка выдвинулась черная тень. Лайма остолбенела. Нет, это не тень – зверь. Господи, кто это? Жуткая псина размером с теленка остановилась в нескольких шагах и уставилась на нее немигающим взглядом. Черная шерсть на холке угрожающе вздыбилась, в раскосых глазах сверкнул хищный блеск.

– Господи, боже ж мой, – выдохнула Лайма.

Желудок тут же скрутило в тугой узел. Неужели волк? Таких огромных особей она не видела даже по телевизору.

Лайма попятилась. Сердце отчаянно колотилось, язык приклеился к небу. Что делать? Кричать? Но кто ей поможет в этот час? Глухая улочка состояла из промышленных зданий, где в такое время вообще никого не бывает, разве что пьяный сторож ютится в какой-нибудь коморке.

Зверь снова издал утробное рычание и двинулся навстречу. Господи, господи! В какой-то момент адреналин подскочил до критической отметки, и Лайма бросилась бежать. Босиком, не обращая внимания на острую боль, пронзающую ступни – только бы спастись от этого чудовища.

Но далеко ли убежишь от прирожденного охотника? Тяжелая туша сбила ее с ног и в следующую секунду Лайма ощутила, как дыхание хищника обдало жаром ее обнажившиеся плечи.

– Что же ты от меня бежишь, детка? – хрипловатый, с ледяными осколками, голос раздался над самым ухом.

Что? Но…  Лайма попыталась перевернуться, но жесткая ладонь с силой сжала ее хрупкую шею, не позволяя шелохнуться.

– Не стоит, куколка, не стоит, – интонации в голосе не предвещали ничего хорошего, и Лайма послушно замерла.

Наверное, тот, кто следил за ней от самого клуба, спугнул зверя и сейчас хочет воспользоваться благодарностью спасенной дивы.

– Послушайте, если вы из наших, то мадам Живоде… Живодарова не одобряет прямых контактов с клиентами, – Лайма сделала слабую попытку убедить пьяного нахала в неразумности его действий.

– Самая умная, куколка? – хмыкнул он и, ухватив ее за огненную шевелюру, с силой потянул голову вверх.

Казалось, что еще немного, и позвонки не выдержат, хрустнут, разламываясь на части. Лайма издала приглушенный стон, переходящий в шипящий выдох. М-м-мффффф… Мужчина ослабил хватку.

Он рывком развернул ее, и Лайма заворожено уставилась в холодные глаза уже знакомого ей незнакомца. Они словно гипнотизировали свою жертву. Но было что-то еще: Лайма ощущала жар обнаженного тела. Господи, этот безумец еще и голый! Вопреки всякому здравому смыслу, внизу живота вспыхнуло пламя, взметнулось вверх и растеклось под кожей обжигающей лавой. Тело задрожало в сладостном предвкушении.

Да что это с ней? Как вообще можно таять от восторга в руках этого чокнутого? Полное сумасшествие, но Лайма хотела его. Желала испить эту чашу сладостной пытки до дна, мечтая утолить терзавшую ее жажду.

Незнакомец хмыкнул.

– Послушная девочка, продолжай, – он склонился над ее лицом и принюхался. – Сладкая и такая… аппетитная.

Горячий язык прошелся по щеке, оставляя на ней влажный след. Лайма застонала. Остатки здравого смысла покинули ее голову, и лишь тягостное влечение осталось господствовать над помутненным разумом. Только бы он не передумал, только бы не лишил ее удовольствия. Незнакомец глухо зарычал. Еще одно мгновение, и Лайма погрузилась в сладкий дурман, окутавший их тесно сплетенные тела.

Сизый туман, рваными лохмотьями висевший над мостовой постепенно рассеялся. Вместе с ним рассеялся и морок. Что здесь произошло? Лайма сидела на дороге, дрожа от холода и сжимая в руках туфлю. Падение, огромный волк, незнакомец, спугнувший зверя и… Господи, неужели он изнасиловал ее? Нет-нет, все было как-то… по-другому. Она с трудом припомнила последние события. Вот черт! Она сама отдалась этому извращенцу! Лайма швырнула туфлю, и та гулко ударилась о металлический бак. Куда подевался этот негодяй?

Она судорожно обернулась. Никого. Домой, скорее домой. Запереться на все замки, зашторить окна, забыть эту жуткую ночь. Забыть красавчика. Все забыть. Наверное, ей еще повезло.

Лайма попыталась встать, поморщившись от боли в травмированных ладонях. Но это мелочи. Ссадины, царапины – она жива. Из-за мусорного контейнера метнулась тень и в следующее мгновение тяжелая туша пригвоздила ее к мостовой. Над перекошенным от ужаса лицом нависла оскаленная пасть. Лайма не слышала собственного крика – лишь яростное рычание взбешенного зверя на краткий миг озарило сознание, которое тут же погрузилось в бесконечную боль.

Серые тучи растеклись по краям глубокого темного неба, освобождая свою пленницу-луну. Серебряный диск озарил мягким светом мрачную улочку и обезображенный труп бывшей стриптизерши клуба «Пинкертон».

Глава 2

Неделю спустя…

– Ева, ты не видела мои резиновые сапоги?

С первого этажа донесся нетерпеливый крик отца. Снова здорова. Человеку сорок лет, а он до сих пор ничегошеньки не может найти без посторонней помощи. Даже в собственном доме. Ева вздохнула и аккуратно положила платье на кровать.

– Иду, папочка! – крикнула она, спускаясь по ступенькам. – Ох ты горе мое луковое, ну вот же они.

Она кивнула в сторону. Отец растерянно оглянулся, обводя взглядом просторную прихожую. Сапоги стояли возле обувного комода.

– Что бы я без тебя делал, – улыбнулся он.

И в самом деле. Что бы они оба делали друг без друга. Ева обняла его и чмокнула в небритую щеку.

– У-у-у, колючка.

Она потерла губы. Ей нравилась его легкая небритость и запах сосновых иголок, исходящий от одежды. Отец – добрый и в меру строгий мужчина был ее личным эталоном мужественности. Подумаешь, забывчивый – с кем не бывает. Зато смелый и зверушек любит. А еще эта вечно взъерошенная шевелюра с легкой проседью: именно так должен выглядеть настоящий лесник. В этом Ева была уверена.

– Я на обход, а ты из дому ни шагу, – сказал он, натягивая сапоги.

– Но па, ты же говорил, его уже подстрелили.

Ева с содроганием подумала о жутком событии, всколыхнувшем их тихий городок. Бедная девушка.

– Говорил, но результаты экспертизы из области еще не пришли. Поэтому твердой уверенности у нас нет.

– Господи, ну почему они так медлят? Тут ведь живые люди живут, – простонала Ева.

Отец печально взглянул на нее.

– Это жизнь. Такая жизнь, – поцеловал Еву в лоб и вышел.

– Из дому ни шагу… –  прошептала она в пустоту. – Лиза меня убьет.

Словно в подтверждение этой нехитрой истины из комнаты донесся телефонный звонок. Легка на помине. Ева пулей взлетела по ступенькам и схватила разъяренную трубку.

– Алле!

– Ну что, Евич, ты готова оттянуться? – звонко прощебетала подруга.

Ну вот и как ей сказать?

– Не получится, нужно сегодня отцу помочь.

Ева постаралась произнести это непринужденно, будто и впрямь ничего не стряслось. Но Лиз так просто не обмануть.

– Не ври мне, я слышу, как ты сопишь.

Ева закатила глаза и глянула в зеркало. Ну что за дурацкая привычка морщить нос и пыхтеть как еж. И ведь главное, что происходит это непроизвольно, когда так нужно сказать неправду. «Эх, Пиноккио, как я тебя понимаю, дружок», – она вздохнула и плюхнулась плашмя на кровать. Новое платье, купленное по случаю поступления на филфак областного университета подпрыгнуло и соскользнуло на пол.

– Лиз, сегодня и правда не получится. Папа сказал, что ходить по городу вечером все еще небезопасно. Он снова ушел с дружиной на обход.

Трубка недовольно запыхтела.

– Давай отметим на следующей неделе, а? Я обещаю тебе, пойдем, куда скажешь. Хоть в этот твой притон, – Ева сделала на всякий случай жалобные глаза.

– Это не притон, а приличный клуб. Между прочим, тебе там тоже понравилось, – фыркнула подруга. – И вообще, я уже на сегодня договорилась.

– Но Лиз…

– Никаких «но». Дзен папику своему прям посреди ночи трезвонил из своего Лос-Анджелеса. Семен Маркович нам вип-стол организовал. Ну ты чего?

Ева тяжело вздохнула. Не подруга – а броненосец какой-то. Что же делать?

– Слушай, а Толик твой… он может нас отвезти на машине?

В голове Евы созревал план. Не наполеоновский конечно, но вполне себе дееспособный. Трубка молчала.

– Эй, ты там на связи еще?

– М-да-а, – заторможено протянула Лиз.

Так и есть, строчит кому-то. Ева терпеть не могла, когда подруга делала сто дел одновременно. Причем получалось у нее не очень: каждый раз одно из дел обязательно подвисало в каком-то неопределенном состоянии. Как сейчас.

– Лизка, ау!

– Значит так, – резко выпалила та, – Толян зайдет за мной в десять. В десять пятнадцать мы у тебя. Полчаса, чтобы вызвать тетушку-фею и превратиться в прекрасную принцессу хватит? – она хихикнула. – На балу будут принцы. Много принцев, Евич.

И она завизжала. Ева быстро нажала на сброс и, смеясь, кинула телефон на кровать. Невыносима. И снова взялась за старое. «Найди себе парня, Евич. В твоем возрасте уже просто неприлично быть девственницей. Тебе вот-вот стукнет восемнадцать, а ты еще даже ни с кем не целовалась. Секс – это круто. Попробуешь раз – потом за уши не оттянешь» – в этом вопросе Лиз была ассом. И спорить с ней Ева не собиралась. Просто тихонько держала оборону и все.

Она встала и подняла с пола платье. Так стоп. Отец. Нужно сейчас же позвонить ему, предупредить, что она уходит. И постараться убедить его в том, что ноги ее не будет на улице. Во всяком случае, дольше двух минут, необходимых для того, чтобы добежать до машины. Она доползла до телефона и нажала на вызов, машинально разглаживая вновь разложенный на кровати наряд.

Длинные гудки сменяли друг дружку, и Ева нетерпеливо посмотрела на экран. «Ну где же ты?», – она подождала еще немного и сбросила вызов. Отлично. Наверняка, отец засунул телефон куда-то в недра своей охотничьей сумки. И действительно, зачем вообще нужен этот бестолковый гаджет? Ева вздохнула.

Она снова глянула на себя в зеркало. Длинные каштановые волосы струились по плечам и заканчивались чуть выше талии. Нужно что-то придумать с прической. Она стянула с себя майку и лифчик, стащила шорты. Так. Где-то у нее был парадный комплект. Она нырнула в недра гардеробной и спустя две минуты с довольным видом рассматривала, как изящно облегал ее упругие грудки белоснежный бюстик, а кружевные трусики подчеркивали плавный изгиб бедер. Ну что за прелесть.

Легкое шелковое платье молочного цвета с открытым верхом и удлиненной юбкой-колокольчиком село идеально. Не девушка, а лесная фея. Ева довольно улыбнулась своему отражению и повела головой. Волосы рассыпались по плечам. Прекрасно, пусть так и остаются. Она обула изящные туфли-лодочки и, схватив маленькую сумочку, вышла из комнаты.

«Ну где же ты, папа», – прижимая плечом телефонную трубку к уху, Ева прошлась по дому, плотно закрывая оконные рамы. Она задержалась возле огромного окна гостиной. Ей показалось или кто-то прошмыгнул возле самого дома? Стало не по себе.

– Да, дорогая, что случилось? – от неожиданности Ева даже подпрыгнула.

– Господи, па, – выдохнула она. – Ты меня напугал! У вас там все в порядке?

– Да, патрулируем улицы. Вроде все тихо. Так что ты хотела?

Ева набрала в легкие побольше воздуха и выпалила:

– Лиза сейчас заедет с Толиком за мной на машине… Толик, сосед ее, ты же помнишь? Он отвезет нас.

Отец молчал, и она добавила тихо:

– И заберет тоже. Па-ап?

Из трубки донесся тяжелый вздох, и Еве стало стыдно. Ну вот сейчас он обязательно согласится, но легче ей не станет. И как она вечно умудряется попасть меж двух огней? Отец и правда очень волнуется за нее, а она… Она не может отказать Лизке – единственному человеку в этом мире, которому, наверняка, никто не может отказать.

– Будьте осторожны, – коротко ответил отец. – И, пожалуйста, набери меня, когда будете на месте. Вы в «Три лилии»?

– Да, папулечка, мы будем очень осторожны… Спасибо!

Она опустила руку с телефоном и тяжело вздохнула. Вот и что она за дочь такая?

Во дворе просигналила машина. Что-то быстро они добрались. Ева бросила беглый взгляд сквозь стекло и направилась к выходу.

Глава 3

Клуб встречал девчонок яркой неоновой вывеской. «Три лилии» – гласила она и подмигивала гостям тремя распускающимися цветками. На входе стоял грозного вида охранник в черном костюме и темных очках. И вот зачем он их напялил? Лето, конечно, выдалось солнечное, но ведь не в десять вечера. Ева не понимала тонкостей клубной политики, но полагала, что Семен Маркович в них отлично разбирается. Всего два года как из Москвы переехал, а вон как развернулся. Его заведение давно уже стало любимым местом ночного отдыха горожан.

Ева оглянулась. Толик выглядывал из окна грязно-серой «шестерки», дожидаясь, пока девочки войдут внутрь, и она с виноватым видом пожала плечами. Что ж, они уже здесь, можно расслабиться. Теперь их основная задача – не вляпаться в историю. И ведь, судя по настроению Лиз, шансы на это зашкаливают за сто процентов. Та обернулась и, обращаясь к хозяину «шестерки», звонко выкрикнула:

– Заезжай за нами в два часа! Смотри, не усни! Знаю я его, – пробурчала она уже себе под нос и лучезарно улыбнулась охраннику.

Тот даже бровью не повел и продолжал стоять истуканом, преграждая путь в заведение. Еве стало неловко. Подруга подошла вплотную к изваянию и что-то прошептала ему на ухо. Охранник окинул их взглядом-сканером (Ева поняла это по едва заметному движению головы) и отошел в сторону. Путь свободен.

– Что ты ему сказала? – удивилась она.

Лиз усмехнулась.

– Сим-сим, откройся.

– Нет, ну правда, – допытывалась Ева, семеня за шустрой подругой.

– Правда-правда, это у Семена Марковича такой юмор: всех своих пропускать по кодовому слову. Каждый раз что-то новое выдумывает. Вчера, видимо, Али-Бабу читал перед сном, – Лиза хихикнула.

В холле было просторно и пахло духами. Народу здесь было не так уж и много. Группка из четырех девушек крутилась возле зеркальной стены, поправляя макияж и украдкой бросая взгляды по сторонам. За стеклянной стенкой в зоне для курения восседали за столиками трое молодых людей. Они затягивались сигаретами и откровенно разглядывали девушек.

– Смотри, пялятся уже, кобели драные, – Лизка фыркнула.

– Ты ж сама хотела принцев!

Ева улыбнулась и украдкой скосила взгляд на любопытствующих.

– Принцев, а не их главных конюхов! – подруга вскинула голову и, изящно вильнув бедрами, направилась к зеркалу.

Начинается. Ева прекрасно знала эти ее уловки. Изображать надменную и недоступную леди, фыркать всем в нос, а потом снисходительно подарить самому-самому единственный медленный танец. Мужики волком выли от этих ее штучек. Ева улыбнулась.

– Дзен тебя когда-нибудь пришибет за твои выкрутасы.

Лиз засмеялась.

– Дзен – душка. Он никогда не был похож на этих озабоченных зануд. Мне очень повезло с парнем. Это ведь он предложил заглядывать иногда к его папане в клуб, потому что прекрасно понимает: девушке нужно внимание. Я-то что? Только задницей верчу, даже лапать себя не позволяю. Блюдю, так сказать, свою честь, – она пристально посмотрела на Еву. – А вот тебе стоит серьезно заняться своей личной жизнью. Пенсия не за горами, а ты все одна.

Ева фыркнула и рассеянно дотронулась до кия, лежащего на бильярдном столе.

– Перебьюсь как-нибудь, – и поймала недовольный взгляд подруги.

В зале было шумно. Играла живая музыка: кажется, этих парней она уже видела на празднике города.

– Смотри-смотри, «Биг бэнд»! Их солист – просто ангел! – Лиз расплылась в улыбке. – И знаешь, как его зовут? Так и зовут, Ангел! Правда, прелесть? Дзен как-то познакомил нас. Его батюшка – болгарин, приехал в Москву по каким-то своим делам и встретил там свою любовь. Она наша, местная, на экскурсию приезжала в столицу и надо же – за два дня нашла там свою судьбу. Правда, потом у них что-то не срослось. Этот папашка свалил к себе на родину, а она сюда вернулась. Вот так бывает, Евич. Но сынок-то – отличный парень, ты бы присмотрелась.

– Присмотрюсь, – буркнула Ева, лишь бы отвязаться от настырной подруги.

Та схватила ее за руку и потащила сквозь разношерстную толпу танцующих к сцене.

– Куда… ох… куда ты меня тащишь? Отцепись!

Испугалась Ева. Неужели эта ненормальная сейчас вытолкает ее на сцену? Только этого ей не хватало. Она попыталась затормозить.

– Дуреха, там наш столик!

Ледокол «Лиза» продолжал свой путь, упрямо сжимая ладонь Евы. Она выдохнула, но руку на всякий случай отобрала. Знаем мы эти уловки. И неторопливо пошла следом.

Место и впрямь было «вип». Небольшой диван, обтянутый красной кожей полукругом огибал столик. На поверхности из матового стекла стояла вазочка с объемным букетом маленьких розочек и табличка «Стол заказан». «Вип» хоть и располагался недалеко от сцены, но, все же, стоял в стороне и был окружен аурой интимного уединения.

– Это наш, – прокричала на ухо Лиз и скользнула за стол.

Ева послушно уселась рядом. Что ж, неплохо. Она провела ладонями по гладкой кожаной поверхности, отметив, что в клубе не душно и ее пятая точка не приклеится к дивану, а затем подняла взгляд к сцене. Бигбэндовский «ангел» их уже заметил. Он слегка кивнул Лизе и пропел по-английски «в эту волшебную ночь мы будем вдвоем», при этом пристально глядя в Евины широко распахнутые глаза. Легкая дрожь прошлась по коже, и она поспешила отвернуться.

– Он тебя заметил, – хихикнула Лиз. – Можно пригласить их к нам за столик, когда освободятся.

Ева в ужасе замотала головой. Только сводничества ей не хватало. Она бросила сердитый взгляд на подругу.

– Ладно-ладно, я только предложила, – вскинула та руки.

Ева еще раз украдкой взглянула на Ангела. Голос, конечно, божественный: томный, с легкой хрипотцой. И, наверняка, от девушек отбоя нет. А это место как нельзя кстати подходило для ловли на живца. Она обвела взглядом небольшой зал.

Перед невысокой, выдававшейся из стены полукругом сценой располагался танцпол. По обе его стороны тянулись ряды вип-столиков с красными, словно маки диванами. За ними на уровень выше стояли обычные столы со стульями, сиденья и спинки которых были обтянуты черной кожей. Разноцветные лучи, словно лазеры космических пришельцев, плавно скользили из стороны в сторону, выхватывая из мерцающего сумрака лица танцующих парочек.

Миленькая официантка положила на столик два развернутых переплета меню. Ева пробежалась глазами по ценам. Круто. Каждое блюдо стоило здесь втридорога. Она с тоской взглянула на подругу.

– Это особое вип-место, – загадочно улыбнулась та, словно обладала платиновой картой или даже лампой Алладина. – Неужели ты думала, что девушка сына хозяина будет платить за угощение на этом балу? Расслабься, Евич. У нас, как говорит Дзен, «ол инклюзив».

Вот умеет же Лизка выбирать парней. Ева добродушно засмеялась.

Через пятнадцать минут девушки потягивали безалкогольную «пина коладу», ожидая, пока официантка подаст закуски и основное блюдо – лазанью с грибами и пармезаном – и довольно хихикали, обмениваясь впечатлениями.

– Можно вас пригласить?

Плеча коснулась чья-то рука. Ева вздрогнула от неожиданности и уставилась в лицо склонившегося возле нее незнакомца. Парень улыбался во весь рот, отсвечивая довольно крупными и слегка выдающимися вперед зубами, будто собирался ее съесть. Причем прямо здесь и сию же минуту.

– Нет-нет, я не танцую, – испуганно замотала головой Ева.

– Жаль, а вы?

Он перевел взгляд на Лизу. Та отрицательно качнула головой и отвернулась, давая понять, что разговор окончен.

По лицу «зубастика» скользнуло разочарование, но в следующую секунду он просиял своей акульей улыбкой и ринулся через танцпол. Ева проследила за ним взглядом: так и есть, к новой жертве для позднего ужина.

– Ты молодец, – похвалила Лиз, когда опасность скрылась в мерцающей темноте. – Он конечно душка, но далеко не принц. Вот Ангел…

Она выразительно пошевелила бровями, давая понять, что свой выбор для Евы она уже сделала. Только вот самой Еве было не по душе такое настырное вмешательство в ее личное пространство.

– Лиз, я не хочу никого выбирать. Мы просто отдыхаем. Ты же обещала.

– Так, а я что? Просто советую, ты же моя лучшая подруга, Евич.

Ну да, советует она. Ева покачала головой. Ну, вот и снова. Прямо на их столик надвигался широкоплечий красавец. Во взгляде полыхает огонь – прямо какой-то вечер дракул, а не отдых. Она взглянула на Лизу, но та была уже «вне зоны доступа». Опытный глаз подруги мгновенно вычислил принадлежность атлета к царскому сословию, а тонкое обоняние учуяло приближение «голубой крови».  Кажется, Лиз даже не моргала.

Поравнявшись с их столиком, парень мимоходом взглянул на Еву, а затем утонул в пенящемся океане глаз Лизки.

– Танцуете? – слегка склонившись над столиком, спросил он у той и протянул ладонь.

Лиз, словно сытая пантера, лениво повела плечами. Она молча продолжала буравить взглядом красавца, будто раздумывая над его предложением, а затем утвердительно кивнула и вложила тонкую ладошку в широкую ладонь. Ева закусила губу. Только бы не рассмеяться. Вот это выдержка. Прекрасно зная подругу, она нисколько не сомневалась: у этого красавчика с самого начала были все шансы. Но Лизке нужна была игра. Ева проводила взглядом парочку и, сделав глоток из пузатого бокала, поежилась.

Странно, вроде и не душно, а будто духовку распахнули. Она растерянно огляделась. Гламурные барышни за соседним столиком хохотали над какой-то шуткой, любовно глядя на своего единственного кавалера. Надо же, какой везучий. Ева усмехнулась и перевела взгляд с девушек на его лицо. Глаза цвета темного янтаря внимательно следили за ней, и горячая волна снова окатила с головы до ног. Вот же…

Ева дернулась и отвела взгляд. Чего он так пялится на нее? Она резко подняла бокал и «пина колада» тут же охладила ее пыл, выплеснувшись через край на оголенные колени. Черт. Колени. Он что, заметил со своего места ее задравшееся платье и воспринял это как сигнал? Ева схватила со стола кипу салфеток и резкими движениями принялась устранять последствия сладкой аварии. Хорошо хоть платье не залила.

Тщательно вытерев колени, она тихо застонала: кусочки мягкой бумаги приклеились к липкой коже. Придется идти в уборную. Ева выскользнула из-за столика и стараясь не смотреть на соседний, пошла вдоль танцпола к выходу. Странное чувство, будто за ней наблюдают, не покидало ее ни на секунду. Тряхнув головой, она попыталась избавиться от наваждения и ускорила шаг.

Дамская комната располагалась в фойе по левую сторону от бильярдного стола. Трое парней с пивными бокалами и киями в руках неспешно кружили возле четырехногого великана, по зеленой поверхности которого с гулким стуком катились тяжелые шары. Местное хулиганье или все-таки принцы? Ева попыталась пройти незамеченной, но поймала пристальный взгляд одного из игроков и смущенно улыбнулась. Голова парня была похожа на бильярдный шар – такая же лысая и блестящая. Нет, этот точно не принц.

Когда тяжелая металлическая дверь тихо щелкнула за спиной, она облегченно выдохнула. Здесь было тихо и спокойно. Сквозь динамик, установленный под потолком, звучала негромкая музыка. Вот тебе и удобства.

Проделав нехитрые манипуляции, Ева вытерла бумажными салфетками мокрые коленки и уставилась на себя в зеркало.

– Поздравляю тебя с поступлением, – тихо сказала своему отражению.

За спиной раздался мягкий щелчок. Кто-то вошел. Ева перевела взгляд и с удивлением уставилась на того самого «не принца» с лысой черепушкой. Сердце гулко застучало.

– Что вы здесь забыли? – резко развернувшись, выпалила она. – Вообще-то это дамская комната. Вам не…

Договорить ей не дали. Лысый похабно облизнул пересохшие губы и шикнул.

– Чш-ш-ш, принцесса. Не стоит играть в недотрогу, ты же сама хотела, чтобы я заглянул к тебе.

Ева даже растерялась от такой наглости.

– Вы что, совсем не в себе? Ничего я такого не хотела! Дайте пройти, – она попыталась прошмыгнуть мимо нахала, но тот на ходу поймал ее за талию и прижал к себе.

– Отпустите сейчас же! Я закричу!

Господи, ну кто на такое ведется? Ева прекрасно помнила, что ни в одном из фильмов этот трюк никогда не срабатывал. Скорее, наоборот: становился спусковым крючком для чертовых насильников.

Лысый развернул ее лицом к себе и попытался приложиться к ее губам. Отвратительный запах перегара ударил в нос. Ужасно! Омерзительно! Ева увернулась от слюнявого поцелуя, который пришелся на ее шею и дернулась.

– Ой ли, какие мы недотроги, – хмыкнул лысый. – Да ладно, тебе, хорош ломаться.

Ненормальный! Пьянь подворотная! Как его вообще сюда впустили? Ева изо всех сил дернулась, но смогла лишь немного отстраниться от бандита, накрепко вцепившегося в ее голые плечи. Машинальный жест – и чисто вымытая коленка впечаталась между ног лысого, заставив его взвыть от боли и выпустить наконец свою добычу из рук. Ева рванула к выходу, даже не пытаясь оглянуться на корчащегося парня.

– Сука! – орал он вслед.

Псих! Распахнув тяжелую дверь, она влетела прямо в объятья двух его дружков.

– Куда так торопишься? – прорычал один.

– Что ты с ним сделала? – рявкнул второй и крепко ухватил ее за руку.

– Послушайте, я ничего не…

Ева готова была разрыдаться от страха, но ее снова перебили.

– Какие-то проблемы, парни? – ровный с ледяными нотками голос прозвучал за спинами разъяренных любителей пива.

Они оглянулись, и в их взгляде безошибочно угадывалось желание начистить вежливому нахалу лицо.

– Иди куда шел, – грозно рыкнул парень, державший Еву за руку.

– Вали-вали, красавчик, – поддержал приятеля второй.

Ева с замиранием сердца слушала перепалку, с надеждой и страхом взирая на так кстати появившегося здесь парня. Знакомые янтарного цвета глаза спокойно смотрели на двух пьяных бугаев. За спиной раздался все тот же щелчок и кто-то схватил Еву за свободную руку.

– Иди сюда, дрянь, ты мне все нахрен там отбила! – лысый больно дернул ее к себе и лишь потом заметил постороннего.

– А тебе чего надо? – взревел он. – Давай, чеши отсюда! Это моя баба, проучить вот маленько надо.

– Я не… – попыталась вырваться из железной хватки Ева.

– Заткнись, – прошипел лысый и зыркнул так злобно, что она поспешно прикусила язык.

Парень «янтарные глаза» невозмутимо прошелся вдоль стола, взял в руки кий и встал так, что зеленое сукно оказалось между ним и захваченной с двух сторон в плен Евой.

– Как-то вяленько тут у вас игра идет, – он окинул взглядом игровое поле.

– Че ты нам чешешь тут, – лысый явно терял терпение.

– Я бы посоветовал отпустить девчонку, но вы ведь не послушаетесь, так?

Он положил кий на край стола и принял стойку.

– Ну так, дальше че?

– И даже если я вам скажу, что дальше будет больно, вы ведь тоже не послушаетесь меня, так? – он подставил левую руку под кий и прицелился в ближайший к нему шар.

– Ну так, и че?

Незнакомец не ответил, лишь с силой ударил по шару. Тот стремительно взмыл в воздух и с громким стуком врезался в лежащие впереди два шара. Они разлетелись в стороны со скоростью реактивного истребителя и спустя миг с треском впечатались в широкие лбы парней.

Ева даже ахнуть не успела, как хулиганы разжали руки и с глухим стуком повалились на пол.

– Отличный удар, – похвалил сам себя «янтарный» красавчик и положил кий на зеленое сукно. – Порядок, малышка?

Ева ошарашено смотрела на бесчувственные тела и с ужасом думала, как предстанет перед судом свидетелем убийства. Парень, словно прочитав ее мысли, поспешил успокоить.

– С ними все будет в порядке. Разве что дубовые головы поболят денек-другой.

Ева растерянно огляделась: третьего хулигана и след простыл. Ну вот, из огня да в полымя. Остаться один на один с опасным спасителем, который как-то подозрительно вовремя появился здесь – сомнительная замена обстоятельств. Хотя, что и говорить, она была рада его вмешательству. Ева с содроганием подумала, чем могла закончиться встреча с пьяными мужланами и впервые прямо взглянула в глаза незнакомца.

– Спасибо.

Парень кивнул. Она успела отметить и отличный загар, мерцающий в распахнутом отвороте рубашки, и замысловатую вязь татуировки, выглядывавшую из-под закатанных рукавов. Широкая грудь плавно вздымалась, и Еве казалось, что натянутая на этот рельефный торс ткань вот-вот треснет, и на пол посыплются мелкие пуговицы. Она остановилась только тогда, когда сообразила, что шарит взглядом по обтягивающим брюкам парня и в панике подняла взгляд. На этот раз в поле зрения попали его губы. Слегка припухлые, вытянутые в жесткую линию и искаженные в легкой ухмылке. Черт. Она что, все еще разглядывает его? Ева испуганно уставилась в блестящие глаза, от которых невозможно оторваться и с ужасом поняла, что он над ней смеется.

Положение спасла девица в короткой юбке и слишком облегающем пышную грудь топике. Она вынырнула из-под арки и капризно пролепетала:

– Максик, ну где же ты пропал! Мы тебя ждем-ждем… – она надула и без того пухлые губы, демонстрируя как сильно опечалена отсутствием «максика».

Парень явно не спешил возвращаться к своим нимфам и продолжал в свою очередь откровенно разглядывать Еву. И снова ее обдало жаркой волной, будто дракон чихнул. Щеки порозовели, а пальцы судорожно вцепились в края платья.

– Вообще-то я Макс, не Максик, – он ухмыльнулся. – В следующий раз, когда решишь подразнить собак, бери с собой хотя бы биту.

Он развернулся и бодрым шагом направился к стоявшей в проеме девушке. Ева задохнулась от возмущения. Вот же… хам! Окружил себя грудастыми девицами, шарами тут разбрасывается как чертов мастер из Шаолиня и думает, что все ему позволено? Хам! Ева дождалась, пока тот скроется из виду и с опаской покосилась на лежащих парней. Надо бы и ей убираться, подобру-поздорову.

Вернувшись к своему столику, Ева с облегчением нашла за ним Лизу.

– Я хочу уйти.

Подруга, уплетающая за обе щеки ароматную лазанью, даже жевать перестала.

– Ты чего, Евич? Что-то случилось?

– Случилось.

Она покосилась на соседний столик, но ее спасителя там не оказалось. Лишь две девицы о чем-то весело щебетали, потягивая шампанское из тонких бокалов. Третьей девицы тоже не было, и это обстоятельство вызвало внутри какое-то неприятное щемящее чувство. Максик. Ева раздраженно фыркнула и повернулась к подруге.

– Звони Толику. Мне нужно срочно домой.

Лиза вздохнула.

– Давай хоть доедим.

– Сейчас же!

Глава 4

– Па-а, мы пришли!

Ева громко хлопнула входной дверью и швырнула сумочку на комод.

– Евич, ты молчишь всю дорогу, может, объяснишь все-таки что произошло? – Лиз была вне себя от возмущения. – Семен Маркович к нам со всей душей, а мы… даже лазанью не доели!

Можно подумать, что он сам эту лазанью готовил. Ева пристально посмотрела подруге в глаза. Вот и что ей объяснять? Что ее чуть не изнасиловал лысый придурок и какой-то самовлюбленный Казанова вступился за ее честь? Да Лиз только дай повод, она тут же заведет старую песню: все потому, что ты одна, Евич, заведи себе парня, Евич. Будто кота предлагает. Ева фыркнула.

– Что? Что ты фырчишь? – подруга подбоченилась и поджала губы.

– Ничего. Просто я очень устала… и голова болит, – Ева отвела взгляд.

– Вот уж пора бы тебе запомнить, что мне врать бесполезно! Снова сопишь! И нос как у кролика дергается. Не хочешь говорить, так и скажи!

– А я так и сказала, но разве ж ты отстанешь? Я устала, Лиз. Давай все разговоры завтра.

– Завтра так завтра.

Лиза обиженно выпятила нижнюю губу и, сбросив туфли на высоченной шпильке, посеменила на кухню.

– У вас есть, что пожрать? – крикнула на ходу.

Ева поплелась следом. Сейчас эта прорва начнет опустошать холодильник и не остановится, пока не лопнет. А лопнет она нескоро.

В гостиной горел свет. Значит отец уже дома.

– Ну, слава богу, пришла!

Он вынырнул из огромного кресла и сердито скрестил на груди руки. Через лоб пролегала напряженная складка: ну вот, допрыгалась.

– Что случилось? Почему ты не позвонила? Я ведь просил!

Черт. И как она могла забыть?

– Па-а, прости, – Ева сделала щенячьи глаза и чмокнула колючую щеку, – совсем вылетело из головы. Но больше такого не повторится, честное слово!

– Не повторится, – буркнул отец, – потому что с завтрашнего дня для тебя объявляется комендантский час. После десяти из дома ни шагу. Ни на машине, ни на вертолете, ни…

– О, драсьте, дядь Андрей, – прощебетала вернувшаяся из кухни Лизка.

Она держала в руке огромную шаурму: когда только успела сделать?

– Здравствуй, Елизавета. Так почему ты не отвечала? – отец снова повернулся к Еве, – Я весь телефон оборвал! И Лизин отключен.

– Ой, у меня наверное зарядка села.

Лизка выразительно посмотрела на Еву и, подхватив с дивана сумочку, чуть ли не бегом припустила наверх. Ну вот, придется одной отдуваться.

– Па, честно, ни одного звонка не слышала, – она виновато взглянула на отца. – Может звук отключился? Сейчас…

Ева выскочила в прихожую и через минуту уже вытряхивала содержимое на диван.

– Странно, где же он? Был же здесь, – она плюхнулась на диван и с тоской посмотрела на отца. – Я оставила его на столике в «Трех лилиях».

Ева вспомнила, что вызывать Толика пришлось с ее телефона: Лиз вечно забывала зарядить свой. И конечно же поговорив с соседом, подруга закинула телефон куда-то за тарелки. Ли-и-иза-а-а!

– Ладно, не переживай так, – отец обнял ее за плечи и легонько встряхнул. – Сейчас позвоню Марковичу, пускай своим клич кинет. Найдут.

Ева вздохнула. В последнее время рассеянность вошла у нее в привычку. Видимо сказывалось нервное напряжение. Ну, ничего, сейчас-то все позади – она поступила. В сентябре переедет в область к тетке Зинаиде, пойдет в универ, и начнется новая жизнь. А пока можно расслабиться и насладиться летними деньками в компании вредной, но любимой подруги.

– Пойду, па. Лизка там уже наверняка всю кровать крошками устелила.

Отец улыбнулся.

– Спокойной ночи, милая.

Ева поднялась наверх и первым делом заглянула в ванную. Пятиминутный расслабляющий душ, чистка зубов – она надела мягкий халатик и зевнула. Спать, срочно спать.

Войдя в комнату, она встретила вопросительный взгляд подруги. Та сидела на кровати в позе лотоса и дожевывала последний кусок калорийного ужина.

– Как прошло? Сильно злился?

Ева насупилась.

– Мой телефон – ты оставила его на столе в клубе.

– Ой, Евич, прости! Вот же голова дырявая, – Лиз облизала пальцы и скорчила виноватую рожицу. – Давай Семену Марковичу позвоним.

– Не надо, отец сам позвонит. Давай лучше спать. Я жутко устала.

Она и правда чувствовала себя разбитой. То ли ранний подъем сказывался, то ли пережитое в клубе. В любом случае, хороший отдых ей не помешает.

– Кыш отсюда, – она шлепнула подругу по мягкому месту, пока та неуклюже переворачиваясь и пытаясь не вымазать покрывало руками, ползла к краю.

Каждый раз, оставаясь ночевать у Евы, Лизка спала вместе с ней. Благо, широкая практически трехместная кровать позволяла не пинать друг друга ногами.

– Я, чур, с этого боку сплю, – подруга кивнула и пошлепала к выходу. – Ненавижу полнолуние. А с того края эта жуткая лунища будет пялиться на меня всю ночь. Бр-р-р. Моя зубная щетка на месте?

Ева кивнула. Шлепающий звук босых ног прервался хлопком двери, и через две минуты из ванной донесся звон бьющегося стекла. Ну вот, опять.

– Все в порядке, – донесся бодрый голос, – сейчас уберу!

Удивительно, как она еще умудряется не перебить всю посуду во время готовки. Просто чудеса. И вот почему природа, наградив Лизку талантом создавать кулинарные шедевры, забыла вставить ей руки в плечи? Ева вздохнула и стащила с кровати покрывало.

***

Это был волк. Огромное лохматое чудовище – оно гналось за ней по лесу, с хрустом ломая сухие ветки. Ева петляла между сосен. Тонкая сорочка цеплялась за кусты, мешая бежать. Дикий страх придавал сил. Добежать бы до сторожки, успеть бы. Там ружье. Там ее спасение.

В босую ступню вонзилось что-то острое. Ева вскрикнула и кубарем полетела в какую-то яму. Хищное дыхание приближалось. Это конец. Она обреченно закрыла глаза, приготовившись к смерти, но с удивлением поняла, что преследователь тоже остановился. В лесу воцарилась тишина. Ни единого шороха, ни хруста, будто все звуки разом выключили. И вдруг эту гнетущую тишину разорвал протяжный звериный вой.

Ева закричала и в ужасе открыла глаза. Сердце бешено колотилось, и она не сразу поняла, что лежит в собственной кровати. В окно сквозь тонкую гардину светила луна. Вся комната была залита серебристым сиянием. Дома, слава богу, дома. Она откинула одеяло. Приснится же такое.

Выбравшись из кровати, Ева взглянула на спящую подругу. И вот ничто ее не берет, хоть в колокол звони. Она покосилась на окно. Луна – это все ее проделки. Еще бабушка говорила, что спать, когда на тебя светит месяц – плохое дело. Ночное светило имеет какую-то тайную силу, сворачивающую мозг набекрень. Ева подошла к окну и уже собиралась зашторить, как вдруг услышала жуткий вой. Тот же вой.

Сердце покрылось ледяной коркой, и волоски на теле встали дыбом. Мамочки божечки, это еще что такое? Она испуганно задернула тяжелую ткань и попятилась. Может это чей-то дворовый пес на луну воет? Да, скорее всего так и есть. В любом случае, кто бы это ни был, сюда ему не пробраться. Ева попыталась успокоиться, но выходило не очень. Сердце отчаянно колотилось. Она тряхнула головой.

Ерунда. Даже, если это волк, то, что из того? Ну, воет зверюга на луну – повоет и перестанет. А ей с утра на рынок за продуктами, выспаться надо. Чертова псина. Ева показала невидимому зверю язык и тихонько выскользнула из комнаты.

В ванной тускло мерцал ночник. От яркого освещения Ева решила воздержаться. Сделав свои дела, она вымыла руки и посмотрела в зеркало. Ну, что, спать? Ага, как же. В желудке противно заурчало. Она с тоской подумала, что в отличие от подруги, не ела с пяти часов вечера. А это для ее растущего организма крайне вредно. Решено – короткий забег на кухню и потом точно спать. Она тихо, чтоб не разбудить отца прикрыла дверь и спустилась вниз.

В холодильнике было не густо: пара баночек йогурта да связка сосисок. Ева взяла со стола банан. Вкусно и сытно. Надо бы завтра еще прикупить. А еще шпината побольше – зеленые коктейли просто прелесть что! Она пересекла гостиную и подошла к окну. Красиво. Над кромкой леса висел серебристый диск, и Еве вдруг нестерпимо захотелось вдохнуть ночной воздух. Она вышла в коридор и набросила на плечи ветровку.

На улице было тихо. Так тихо, что Ева слышала собственное дыхание. Она прошлась по открытой веранде и уселась на широкие бревенчатые перила. Чудесные летние ночи – они восхитительны. Воздух наполнен прохладой, которой так не хватает днем. И лес. Ева с самого детства любила его ароматы, его таинственные тени, звуки. Еще какой-то месяц – и она покинет эти места. Эта мысль и радовала, и печалила одновременно.

– Я буду возвращаться к тебе, – прошептала она.

– К кому это ты будешь возвращаться, недотрога?

Перед самым носом с крыши свесилась чья-то физиономия, и Ева завизжала.

– Тише-тише, перебудишь всю округу!

Незнакомец легко спрыгнул вниз и в одно мгновение оказался возле нее. Прижав ладонь к ее рту, парень обворожительно улыбнулся.

– Привет, растеряша.

Ева попыталась отстраниться, но знакомые янтарные глаза впились в нее так пронзительно, что она замерла.

– Орать не будешь?

Она замотала головой.

– Хорошо, тогда я отпускаю. На раз, два…

Он медленно убрал руку и снова улыбнулся.

– Я тебя в комнате твоей высматривал, а ты тут прохлаждаться вздумала.

Ева задохнулась от возмущения.

– Да что ты… вы… Что вы себе позволяете? Кто дал вам такое право? Подглядывать… выслеживать… – мысли ее путались, слова вылетали в непроизвольном порядке, а сердце гулко отбивало барабанную дробь.

– Ну вот, – притворно обиженным голосом протянул Макс. – Я бросил все дела, чтобы вернуть тебе твою вещицу, а ты так меня встречаешь.

Он протянул Еве телефон и ехидно ухмыльнулся, заметив ее удивление..

– Твое?

– Где вы его нашли? Точней, понятно где, как вы меня нашли? И как узнали, что это – мой?

– По запаху, – Макс снова показал зубы.

Похоже у этого парня улыбка – самый коронный номер. Стоит ли удивляться, что девицы толпами за ним бегают?

– Шуточки у вас не оригинальные ни капли.

Ева фыркнула и выхватила трубку.

– Спасибо, но не стоило утруждать себя. Могли бы и администратору оставить.

– Могу отнести назад, – снова оскалился Макс.

– Нет уж, принесли, так принесли.

Ева оглянулась на дверь.

– Мне пора, спасибо, что заглянули. Всего доброго. До свидания.

Она развернулась, надеясь, что парень тоже пойдет восвояси, но тот схватил ее за руку.

– Неужели это все, растеряша? – янтарные глаза потемнели.

Ева дернулась.

– Я же сказала спасибо. Не уподобляйтесь тем пьяным мерзавцам, от которых сами же меня спасли.

Макс отпустил ее и вскинул руки, будто сдаваясь.

– Совсем даже не собирался, – и снова фирменная улыбка.

Сказать бы ему пару ласковых, да воспитание не позволяло. Ну что за хам. И ведь уверен в своей неотразимости. Макс окинул ее оценивающим взглядом и хмыкнул.

– Может, встретимся завтра? Чашечка кофе – и мы в расчете.

– Не думаю, что ваша капризная дама будет в восторге от этой идеи. Доброй ночи.

Ева круто развернулась и пулей влетела в дверь.

– Она не моя дама! – донеслось вслед.

– Ага, как и две другие, – буркнула она и сбросив ветровку помчалась наверх.

Глава 5

Утро выдалось невероятно жаркое. Ева бродила по рынку между рядами со свежими овощами и фруктами и старалась не вспоминать события прошлой ночи. Подумаешь. Что особенного-то случилось? Вернул телефон? Так любой нормальный человек вернул бы. Ну, разве что не ночью, и не забравшись на крышу дома. Так, опять она думает о Максе. Ну что за навязчивый тип? Даже в мыслях ее преследует. Ева рассеянно покрутила головой, пытаясь отыскать глазами подругину бабулю. У той зелень была всегда свежайшая, прямиком с грядки.

Шпинат, ей нужен шпинат. А еще укроп, руккола и базилик. Кинзу, пожалуй, покупать не стоит. Чтоб не вышло как в прошлый раз: Ева щедро добавила мелко нарезанной зелени в борщ, а отец долго принюхиваясь к кухонным ароматам, решил, что под полом сдохла крыса и им пора заводить кота. Нет-нет, кинза исключена.

Бабка Авдотья стояла в конце ряда, но пронзительный голос старушки Ева услышала еще на подходе.  Та бойко торговалась с мужичком.

– Говорю тебе, жадюга ты такой, это последняя цена! И так за копейки отдаю!

– Здравствуйте, бабулечка Авдотья, – улыбнулась Ева.– Вот, за зеленью к вам снова.

Противный мужик недовольно покосился. Авдотья всплеснула руками и заголосила.

– Евочка, здравствуй родненькая! Какая же ты красавица! Вся в мамку! Как отец-то твой? Может жениться надумал? Ой, чевой-то я раскудахталась. Выбирай шпинатик-то. А Сашка мой вернулся к бабке своей, знаешь?

Ева удивленно вскинула брови.

– Как вернулся, когда? Катька не говорила ничего!

– Да вот ночью и вернулся. Напугал старую. Такой кавалер стал, о-о-ой. Ты б присмотрелась – жених!

Ева смущенно посмотрела по сторонам: десятки любопытствующих глаз наблюдали за представлением. Ну вот, еще одна сваха сыскалась. Мало ей Лизки что ли?

Сердитый мужик сунул в руки Авдотьи мятую купюру и, выхватив из ведра пучок шпината, торопливо посеменил прочь. Бабка даже не взглянула в его сторону.

– Я присмотрюсь-присмотрюсь, бабулечка. Давайте мне всего, что у вас есть… кроме кинзы.

– Ой, так выбирай, милая, чего стоишь истуканом? – старушка засуетилась. – Сколько брать-то будешь?

– Давайте по три пучка, – Ева улыбнулась. – А что Сашка, надолго?

– Да леший его знает, говорит, дела какие-то у него тут появились, – Авдотья стряхнула воду. – Держи вот.

Она протянула сложенную в пакетик зелень и торопливо сунула деньги в барсетку.

– Зашла бы к нам как-нибудь со столичным-то безнясменам поздороваться. Катька вон даже на поправку пошла, как брат-то приехал.

– Загляну, бабулечка, спасибо. Пойду я. Катя пусть поправляется, соскучились мы по ней уже. А Сашке привет передавайте, – Ева еще раз улыбнулась старушке и поспешила к выходу.

Значит вернулся. Интересно, каким он стал за эти пять лет? Когда-то ей, выросшей на сказках пятикласснице, до дрожи в коленках нравился старшеклассник Александр. Ева украдкой поглядывала на него во время перемен, с ревностью замечая каждую улыбку, каждый жест в адрес смазливых девятиклассниц. Чтобы видеться с ним почаще, она даже с его сестрой, учившейся в параллельном классе, подружилась. В гости к ним все захаживала. Но на мелкую козявку Сашка не обращал никакого внимания. Сколько же между ними было? Четыре, пять лет разницы? Да, кажется пять. Ева улыбнулась нахлынувшим воспоминаниям.

Два года тайной влюбленности.  Ни единая душа не догадывалась о розовых мечтах, в которых прекрасный принц Александр похищал ее из дома и, перекинув через спину блестящего скакуна (именно так, по мнению Евы должны транспортировать ворованных принцесс), увозил в прекрасное будущее. Толстый в красивом розовом переплете блокнотик был единственным другом, которому Ева доверяла все свои чувства.

На розовых страничках переплетались истории невинных случайных встреч с таинственными приключениями, в которых Сашка был ее рыцарем без страха и упрека. Но через два года «рыцарь» окончил школу и уехал к отцу в столицу. Поступил там в университет и, по словам Авдотьи, стал помогать предку в бизнесе. Сказка закончилась.

Проплакав несколько дней, Ева твердо уверовала в то, что прекрасным принцам с их верными скакунами место лишь в книгах. Она как-то быстро повзрослела, стала рассудительной и перестала мечтать о всяких глупостях. Учеба вышла на первый план, и в восьмом классе Ева уже точно знала, что хочет стать писателем.

И вот он – единственный внук бойкой Авдотьи – вернулся таки на родину. Что ж, любопытно взглянуть на него. Говорят, первая влюбленность не проходит бесследно. Ева не верила в такую ерунду. Сейчас даже смешно как-то – принц Александр, придумала ж. Она громко хохотнула и испуганно зажала ладошкой рот, косясь на случайных прохожих.

Вот и кафе. В это уютное заведение Ева заглядывала частенько. Чашечка зеленого чая с фантастическим названием «Белый дракон» и ароматный яблочный штрудель с тонким слоем коричной пудры делали ее день. Здесь, в этом райском уголке тонких ароматов восточных пряностей, индийского чая и бразильского кофе Еву всегда посещала муза.

– Доброе утро, Евочка! – полноватая хозяйка, с темными под глазами, словно у панды тенями протирала столы.

– Доброе, Анастасия Львовна. Опять вы за всех работаете.

– А делать-то что? Катька вон снова приболела, – она фыркнула, поправив блондинистую прическу. – Это ж как постараться нужно, чтоб простыть в такую жару! Тебе как обычно, милая?

Она заткнула за пояс розовую тряпицу и вопросительно вздернула брови.

– Да, как обычно. Хотя добавьте еще ванильное мороженое с лимонным сиропом – жарища на улице невыносимая!

Добрая «панда» кивнула и неторопливо удалилась.

Двухместный столик в дальнем углу зала пустовал, и Ева приземлилась на холодный стул: кондиционер, недавно установленный расщедрившейся хозяйкой, работал исправно. После уличной духоты, окунуться в прохладу заведения было просто райским наслаждением. Ева откинулась на спинку и посмотрела по сторонам.

Через пару столиков от нее о чем-то тихо ворковала влюбленная парочка лет тридцати с небольшим. Счастливые. Их подернутые поволокой глаза свидетельствовали о том, что мир для них не существовал. Ева взяла из стакана бумажную салфетку и, вытащив из кармана коротеньких шортиков огрызок карандаша, стала писать. Разумеется, о парочке: эти двое так и напрашивались на страницы ее нового романа.

– Вот, мороженое кушай сейчас, а чай со штруделем через минут пять будет.

Ева поблагодарила радушную хозяйку и снова углубилась в творческий процесс. У двери звякнул колокольчик: она даже бровью не повела. На очередной салфетке пылкий влюбленный уже целовал нежные пальчики главной героини. Интересно, они, эти влюбленные, когда руки целуют, в глаза смотрят или на объект целования?

– Мое предложение все еще в силе, – бархатный голос вывел ее из размышлений.

Ева подняла взгляд и удивленно заморгала: прямо за ее столиком сидел  Макс. Господи, он что, следит за ней? Крадется неслышно, даже за стол прошмыгнул как мышь. Ева раздраженно поджала губы.

Парень невозмутимо улыбался, будто не замечая ее недовольства.

– Кофе? Я угощаю, – его спокойный уверенный тон раздражал еще больше, чем настырность, с которой он преследовал Еву.

– Спасибо, не стоит. Кажется, ночью я ясно дала понять, что моя благодарность ограничивается одним словом.

– А по моему не ясно, – ухмыльнулся нахал. – Если я правильно понял, тебе не понравились мои спутницы в том клубе? Так вот, я хотел внести ясность…

– Не утруждайтесь, – резко оборвала его Ева. – Мне нет никакого дела до ваших… кхм… спутниц, как вы выразились. И я была бы признательна, если бы вы оставили меня в покое. Надеюсь, это вы правильно поймете.

Янтарные глаза вдруг потемнели,  и в их таинственной глубине сверкнул хищный блеск. Ева поежилась. Ей хотелось оказаться как можно дальше от этого пронзительного взгляда. Жаркая волна окатила с головы до ног, будто кондиционер внезапно перешел в режим обогрева. Вот же, черт приставучий.

– Я бы хотела побыть одна, – процедила сквозь зубы.

Внезапно Макс расплылся в улыбке. Он смерил ее оценивающим взглядом и резюмировал:

– Маленькая девочка боится серого волка. Хочет узнать его поближе, но боится, – он усмехнулся и, облокотившись на стол, приблизился к Еве так близко, что она смогла различить едва заметную родинку над губой.

Неисправный кондиционер снова обдал жаром. «Черт, Ева, да, что с тобой?», – она вжалась в спинку стула, глядя как зачарованная на искривленные в саркастической ухмылке губы. Интересно, они мягкие или такие же жесткие как и их обладатель? Черт, черт, черт. Прекратить, немедленно прекратить.

У входа снова тренькнул колокольчик, впуская в кафе порцию летней духоты и нового посетителя.

– Кто это у нас тут сидит? Наша маленькая принцесса!

К столику стремительно приближался высокий паренек с всклокоченной соломенной шевелюрой и в яркой футболке с надписью «Не женат».

– Сашка, ты! – Ева вскочила с места и тут же была заключена в крепкие объятья.

Двухметровый атлет отошел на два шага назад и окинул ее восторженным взглядом.

– Ну, тебя, конечно, не узнать! Расцвела – просто куколка!

Ева вспыхнула и покосилась на упрямого нахала. Тот все еще сидел за столом, небрежно закинув на колено ступню в кожаных пантолетах. Джинсовые шорты плотно облегали рельефные бедра и были натянуты до такой степени, что, казалось, сейчас лопнут. Пижон. Хам и пижон. Ева подняла взгляд и поняла, что Макс все так же пристально смотрит на нее. Она снова вспыхнула.

– Сань, давай пересядем за другой столик, а то здесь, кажется, уже занято, – она подхватила креманку с мороженым и, стараясь не смотреть на искрящегося от гнева нахалюгу, пошла в другой конец зала.

– Я тебя потеряла, – хохотнула Анастасия Львовна, выставляя с подноса Евин заказ. – С возвращением, Александр! Надолго к нам?

Парень сиял как медный грош.

– Прям не знаю. Собирался дельце одно провернуть, да назад к отцу. А сейчас вот думаю задержаться подольше, – он хитро прищурился и многозначительно взглянул на Еву.

– Понятно, – захохотала хозяйка, – никак жениться надумал?

И она кивнула на грудь паренька:

– В столице девки небось балованные, а наши… Вон, какие красавицы!

Александр на мгновение замер, а потом звучно рассмеялся.

– Да не, пока еще не планировал. Отец не одобряет ранние браки.

– Ага, не одобряет он. Сам-то Константин не приженился в своей Москве? – Анастасия Львовна неодобрительно покачала головой.

– Куда там, говорит, только жить начал. На одни грабли второй раз – ни за какие шиши.

– Вот же непутевый, – хозяйка шумно вздохнула. – Тебе-то принести чего?

– Минералочки принесите, пожалуйста. Только холодненькой. На улице пекло такое, что просто невыносимо. А у вас хорошо, кондиционеры, – запрокинул голову Сашка.

Из-под потолка и правда веяло прохладой. Странно. А ведь недавно жарило как из печки. Ева покосилась за столик, где еще пять минут назад сидела. Макса уже не было. Она бегло обвела взглядом небольшой зал и вздохнула. Ушел. Вот и славно. А то расселся тут как король – пальцы веером. Скатертью дорога. Она сердито тряхнула головой и взглянула на Сашку.

– А может на озеро? А?

– А что, отличная идея! Давай после обеда, у меня тут еще дельце одно планировалось, – парень подпер рукой подбородок. – А ты и правда красавица стала. В смысле ты и была хорошенькая, только мелкая слишком. Путались вечно с Катькой у меня под ногами, ни пройти, ни проехать. А сейчас…

Он замолчал. Неужели клеится к ней? Не-е-ет, это же Сашка. Ева улыбнулась своим глупым догадкам.

– Значит в два возле нашего дома? Я Лизку позову. Катерину возьми, бабушка Авдотья сказала, ей уже гораздо лучше. А на солнышке прогреется и вообще как огурчик станет!

Парень закатил глаза и застонал.

– Господи, за что мне такое наказание? Три взбалмошные девицы на мою хрупкую лебединую шею!

Ева рассмеялась.

– Санечка, шея твоя целый батальон выдержит! Ну что тебе стоит?

– Ради твоего внимания, Ева, я готов терпеть все ваши выходки! Да-да, всех троих! – и он ослепительно улыбнулся. – В два я у тебя!

Сашка взял из рук подошедшей хозяйки заведения бутылку, сунул ей в руки деньги и бодрым шагом направился к выходу.

Глава 6

На озере было многолюдно. Еще бы – такая жара! Сашка припарковал черную «бээмвэ» на стоянке за пляжем и, пока выгружал сумки с провизией и прочими пожитками, девчонки рванули к воде.

– Не такая уж и теплая, – поморщилась Лизка.

– А ты не сунься, – буркнула в ответ Катерина. – Тоже заболеть хочешь?

Лиза закатила глаза.

– Опять ты начинаешь? Расслабься! Ложись на песочек, загорай! Только не бухти, я тебя умоляю.

– Что за шум, а драки нет? – Сашка поставил сумки на песок и извлек из самой внушительной огромный пушистый плед. – Сестрица, ты уверена, что не замерзнешь? А то может одеяльце еще сверху?

Катька сверкнула глазами.

– Расстилай, остряк-самоучка.

– А давайте поедим! Что у нас есть вкусненького? – Лиз расстелила пляжное полотенце и принялась извлекать многочисленные кульки со сладостями, упаковки с мясными нарезками, какие-то банки, бутылки и пакеты с фруктами.

– Ого, вы с Александром случайно не в тайгу на месяц собрались? – Ева ошарашено наблюдала, как полотенце быстро превращалось в скатерть-самобранку.

Парень хохотнул.

– Да мы только на территорию рынка зашли, Елизавету как ураган подхватил. Вместе с буйным помешательством на пару.

– Ой, Евич, не спрашивай. Помню, к торговым рядам подошли, а дальше все как в тумане, – она с довольным видом открыла банку с маслинами и забросила парочку в рот.

Ну, вот как можно лопать в такую жару? Ева вздохнула и покосилась на Сашку. Тот сосредоточенно наблюдал за ней и, заметив ее взгляд, тут же расплылся в улыбке.

– Может, сразу искупнемся? А?

– Идите-идите, – снова забурчала Катька. – Я хоть отдохну от вас.

Лиза закатила глаза.

– Ты, что, за неделю не наотдыхалась? Даже навещать тебя запретила!

– А ты, что хотела? Заразиться, да?

– Тише-тише, девочки – ну что за наказание? – Сашка стащил с себя футболку, и Ева невольно залюбовалась загорелым поджарым телом. Рельефные кубики, широкая грудь. На грубом кожаном шнурке красовался изогнутый клык с серебряной шляпкой в форме волчьей головы. –  Ты идешь, принцесса?

Ева смущенно отвела взгляд. И вот чего так пялилась на него? Наверняка заметил. Или нет? Господи, чего ж он так смотрит? Ева всем нутром ощущала на себе пристальный взгляд. Нет, это невыносимо. Жаркая волна прокатилась по телу, и она развернулась к парню лицом.  Тот сложил ладонь козырьком и смотрел на озеро. Странно.

– Я, наверное, побуду пока с девочками. Ты иди, – она принялась перебирать продукты, старательно делая вид, что увлечена процессом.

– Ну, как хочешь, – Сашка стащил шорты, с разбегу влетел в воду и тут же нырнул. Ева машинально извлекла из банки маслину и, забросив ее в рот, задумчиво уставилась на озеро.

Вот ведь странно. В том, что детская влюбленность канула в лету, она не сомневалась. Зато появился какой-то непонятный интерес к повзрослевшему, но словно незнакомому парню. И этот интерес очень пугал Еву. Сашка – всего лишь друг, почти что брат. Ну ладно, брат подруги – но это ничего не меняет. Он слишком долго был недосягаемым объектом ее тайной любви. Так долго, что даже неинтересно стало. Или интересно? Черт, о чем она вообще думает? Человек плавает, а она… Так, стоп, где он?

– Эй, девчонки, а где Сашка делся? – она испуганно всматривалась в искрящуюся солнцем поверхность. Кругом плескались дети, визжала молодежь – его нигде не было видно.

– Ой, расслабься, – фыркнула Катя. – Это его коронный номер. Мы когда раньше на озеро ездили, он так перед своими фифами делал.

– Как делал? Перед какими фифами? – Ева все еще опасливо поглядывала на воду.

– Перед одноклассницами своими, перед кем же еще. Нырнет, под водой проплывет подальше, в кустах вынырнет и сидит, ржет, как эти дурехи пищат от страха. Он считал, что это офигенный способ привлечь внимание девчонок.

Привлечь внимание? А сейчас-то ради кого старается? Ева огляделась в поисках подходящей кандидатуры. Ну, все понятно: недалеко от них, приподнявшись на локтях, лежала девица. Упругий зад в стрингах, пышная грудь – и пялится на воду. Наверняка тоже заметила исчезновение широкоплечего красавчика. Внутри неприятно кольнуло, и Ева отвернулась.

– Нет, я не понял, меня, что, даже спасать не собираются тут? – довольный, как слон после бани, Сашка подскочил к девчонкам и, схватив Еву в охапку, закружил по пляжу.

– Отпусти, а-а-а, холодный! – Ева задергала в воздухе ногами, хохоча и пытаясь вырваться из плена. Фигурная соседка фыркнула и, напялив темные очки, откинулась на полотенце.

– Это тебе за то, что не помогла утопающему! – хохотал Сашка.

Он приближался к воде. Неужели бросит?

– Отпусти, Сашка, Сашенька, а-а-а-а!

Тот подхватил Еву на руки и зашел в воду по пояс.

– На раз, два, три. Раз… два…

– Болван, – буркнула Катька.

– А, по-моему, очень мило, – улыбнулась Лиз. – Может он того? Влюбился в Еву?

Катерина вытаращила на подругу глаза.

– Кто, Сашка? Он же мой брат!

– Вот именно, твой! Не Евин. Или ты считаешь, что в нее и влюбиться нельзя?

Катька не ответила. Лишь отмахнулась. Обмазавшись солнцезащитным кремом, она вытянулась на мохнатом пледе и больше не разговаривала.

– Эй, подождите меня, голубки! – крикнула Лизка и с визгом понеслась к воде.

***

Солнечный диск медленно опускался к горизонту, раскрашивая небо и озеро разнообразной палитрой оттенков. Словно пролитая в воду каким-то таинственным художником, оранжевая краска оттенялась тонким слоем прозрачного лилового тумана. В зеркальной глади отражалась темная полоска леса. Бесподобно. Ева подошла к кромке воды. Может искупаться?

За день озеро сильно прогрелось и к вечеру стало совсем как парное молоко. Даже мнительной Катерине пришлось бы по душе.

– Кать, может, искупаемся? – Ева оглянулась.

Подруги щурились возле приветливого костерка. Да, Сашка молодец. Натаскал из леса веток, поленьев сухих – даром, что в столице пять лет прожил. Не тянет он на московского пижона. Хоть Лизка и подначивает его без конца, но все-таки он свой, провинциальный паренек.

– Нет-нет, исключено, – мотнула головой подруга. – Это вы с Елизаветой – две сумасшедшие, по ночам плавать. Давайте вперед. И пусть вас сожрут крокодилы. А меня увольте.

В стороне что-то подозрительно хрустнуло. Ева прислушалась. На вечернем пляже было пустынно и тихо. Только девчонки шептались у костра, протягивая оранжевые руки к огню. Сашки с ними не было, и от этого становилось немного не по себе. Кто-то позвонил, и он спешно покинул их райский островок, пообещав вернуться через час. Сколько уже прошло? Полчаса? Сорок минут? Снова хруст. Вроде откуда-то из кустов. Ева на всякий случай подняла с песка камень.

– Кто здесь?

В ответ тишина. Наверняка зверек какой-то шарит в поисках еды. Она покосилась на темные деревья. Кто-то точно там был. Ева всем своим естеством чувствовала, что за ней наблюдают. Черт. Что за шутки? Неужели Сашка вернулся и решил снова их разыграть? Она подбежала к костру.

– Катен, позвони брату, что-то долго он.

Подруги удивленно переглянулись.

– Да ты никак соскучилась? – усмехнулась Лизка.

Ну вот, началось. Сейчас эта сваха начнет расписывать положительные качества новоиспеченного москвича и прощай спокойствие. Не отстанет ведь.

– Поздно уже, – сухо заметила Катька. – И правда, пора бы вернуться.

Она порылась в сумке и извлекла телефон. В темноте мелькнули какие-то тени.

– Эй, девчонки, скучаете? – к костру вразвалочку приближались трое парней.

Ева напряглась. Только посторонних им не хватало. Троица подошла совсем близко, и она с ужасом уставилась на лысого знакомца. Тот оскалился – тоже узнал.

– Какая приятная встреча, – он сплюнул на песок и кивнул дружкам. – Это ведь наша вчерашняя принцесса-недотрога.

Те злобно хмыкнули и стали заходить с двух сторон от девчонок. Лиза удивленно вскинула брови и выразительно посмотрела на Еву. Потом, милая, все вопросы потом. Она в отчаянии взглянула на Катьку. Звони же, ну! Подруга застыла с телефоном в руке, не в силах преодолеть оцепенение.

– Что вам нужно? – с вызовом бросила Лиз.

– О, и эта тож недотрога! – Лысый противно загоготал.

Его дружок – коренастый альбинос с искривленным носом – уселся возле костра.

– Что же вы тут делаете так поздно? А вдруг хулиганы, маньяки, а вы без охраны, – ядовито ухмыльнулся он.

– Значит так, – сверкнула глазами Лизка, – Сейчас вы дружно разворачиваетесь и ровно топаете вон с пляжа. Иначе…

– Иначе, что, красавица? Сожжешь нас своим взглядом?

Лысый снова загоготал. Ну, что за урод. Ева отчаянно подавала сигналы Катьке, но та не обращала на нее никакого внимания. На глазах подруги блестели слезы. Не мудрено. От такой встречи не стоило ждать чего-то хорошего, и, как бы ни храбрились они – справиться с тремя подвыпившими бугаями им не под силу.

– Ну, так что, недотрога, продолжим знакомство? – лысый подошел к Еве и больно вцепился в плечо.

– Отпусти сейчас же! Мало тебе было в прошлый раз?

– Ах, да, за вчерашнее ты тоже ответишь. И за себя, и за того расфуфыренного франта. Не думаю, что он сидит в кустах и ждет момента, чтобы снова защитить свою пигалицу.

Что ж, это было бы очень кстати. Именно сейчас появление назойливого Казановы Ева восприняла бы как подарок небес. Но его не было. Как не было и Сашки. И где его черти носят?

– Сейчас вернутся наши парни, и вам мало не покажется! – Лизка вырвала из рук альбиноса шампур с сосиской, которую тот уже собирался отправить себе в рот. – Дома пожрешь, бомжара!

«Ой, Лизонька, что ты творишь», – Ева с замиранием сердца наблюдала, как побагровело лицо альбиноса. Все, сейчас им точно конец. Катерина в любой момент лишится чувств, Лизка будет драться до последнего вздоха, а вот она… Что будет делать она, Ева так и не решила. До слуха донесся шум мотора. Сашка!

– Ага, что я вам говорила? – Лизка победоносно воздела шампур с сосиской-знаменем вверх. – Сейчас отхватите! Их там целая банда!

Троица обеспокоенно переглянулась. Лысый, наконец, отцепился от Евы и засунул руку в карман.

– Валите-валите, пока не поздно!

Подъехавшая машина на мгновение скользнула фарами по пустынному пляжу, затем мотор стих и через несколько секунд раздался звук захлопывающейся дверцы.

– Эй, девчонки, смотрите, что я вам принес!

Прекрасный принц Александр, хотя в сложившейся ситуации скорее прекрасный рыцарь держал в руках огромную спортивную сумку. Широкими шагами он пересек пляж и удивленно уставился на незнакомых парней.

– Не понял? – он аккуратно опустил свою ношу и вопросительно оглядел присутствующих.

– Са-а-ашка, – бросилась с рыданиями к брату Катерина. – Сделай же что-нибудь! Эти… они…

Она спряталась за широкую спину и разрыдалась.

– Вот дура-баба, – хмыкнул альбинос и сплюнул в костер. – Так это твои телки? Все трое?

Он пнул торчащее из огня полено и нагло уставился на Сашку,  даже не пытаясь подняться с места. Третий хулиган стоял чуть поодаль. Он небрежно засунул одну руку в широкие шорты цвета хаки. Другой поглубже насадил на квадратную голову бейсболку, и многозначительно хмыкнул.

– Та-ак, понял, – лицо Сашки помрачнело.

Он неспешно склонился над сумкой, покопался в ее недрах и так же неспешно выпрямился. В руках сверкнуло лезвие ножа. Огромного охотничьего ножа.

– Ну, что, поговорим, парни или спокойно пойдете куда шли?

Лысый вынул из кармана руку. На сбитых костяшках плотно сидел кастет. Ева попятилась. То, что сейчас назревало, совсем не тянуло на сюжет ее безобидного любовного романа. Скорее, напоминало сцену из боевика со знаменитым балеруном-каратистом.

– Мамочки, что будет-то? – всхлипнула Катерина, и Ева сжала холодную ладонь подруги.

– Врежь этим бомжам, – взвизгнула Лиза и засандалила сидящему рядом альбиносу локтем в нос.

Тот опрокинулся на спину и завыл от боли.

– Сука, ты мне нос к херам сломала, – орал он.

Лизка на всякий случай перебежала к девчонкам и ободряюще взглянула на Еву.

– Он справится, принц твой, – она усмехнулась.

– Какой еще мой принц?

Даже в таких обстоятельствах подруга умудрялась не забывать о своем предназначении тетушки-феи.

– Да ладно, Евич, я твой дневник еще два года назад прочитала. Просто молчала, раз уж у тебя все завяло, и Сашка свинтил в столицу. А сейчас вот самое время возродить чувства. Даже ситуация удачная подвернулась.

О-о-о, боженька великий, ее хоть что-нибудь в силах исправить? Ева бросила короткий, но полный праведного возмущения взгляд на Лизку. Ладно, с ней она потом разберется. Уйти бы им всем отсюда целыми.

Лысый и «черная кепка» тем временем медленно окружали Сашку. Тот пружинящим шагом отступал в сторону, уводя их подальше от девочек. «Пожалуйста, уходите, убирайтесь же», – молила мысленно Ева. Альбинос сидел на песке, утирая окровавленный нос футболкой. Похоже, что участвовать в драке он не собирался. Молодец, Лизка, обезвредила треть армии противника.

– Ну, что, товарищ султан – владелец гарема, готов делиться добром или нос свернуть? – лысый покрутил в воздухе кастетом.

– Скорее ты отсюда евнухом уйдешь, если не заберешь своих дружков и не уберешься к черту, – сухо отрезал Сашка.

Лысый гоготнул, видимо, оценив шутку.

– А ты смелый, дылда. Тогда держись.

Он бросился вперед и попытался выбить из рук парня нож. Промахнулся и чуть не упал на песок. Даже неудобно как-то. Чертыхнулся, развернулся и сделал вторую попытку.

Сашка отскочил в сторону. Молниеносный взмах руки, и противник отчаянно завизжал. Ева содрогнулась. Мерзкий, холодящий кровь, свинячий визг. Лысый упал на песок и, схватившись за запястье, верещал на всю округу. Сашка мгновенно оседлал его и приставил нож к горлу.

– Не надо, Саш!

Ева пришла в ужас. Зато Лизка разозлилась не на шутку.

– Пускай режет, чего, – пробурчала она.

– Саш, отпусти, хватит с них, – взмолилась Ева.

Ну, вот, молодец. Парень выдохнул и убрал руку от горла поверженного противника. Медленно, словно в замедленной съемке встал, развернулся и…

– Осторожно! – взвизгнула Катька.

В воздухе просвистела увесистая дубинка, по чистой случайности лишь зацепив висок острым концом. Сашка рванул вперед. Тяжелый удар в челюсть – и последний из троицы распластался на остывающем песке.

– Ва-а-ау, Сань, ты – реальный Ван Дамм! – выдохнула Лиза. – Я такого отменного боевика даже в фильмах не видела. Круть!

Ева обессилено опустилась на песок и закрыла глаза. Все хорошо, все позади. Дышать, глубоко и медленно. Вдох. Теперь выдох. Фу-у-ух.

– Сейчас убирайтесь, пока я не передумал и не пустил вас на фарш, – рыкнул на сбившихся в кучку парней. – Живо!

Те злобно сверкнули глазами, но возражать не стали. Лишь отойдя на безопасное расстояние, лысый осмелел и выкрикнул: «Еще увидимся, козлина!» – и все трое скрылись в темноте.

***

Тяжелое солнце ушло под воду, скользнув на прощание блеклым лучом. Теперь глубокое синее небо казалось бездонным. Лунная дорожка разбегалась по озерной глади, словно приглашая прекрасную деву и ее храброго рыцаря в сказку. Ева незаметно улыбнулась.

Воображать себя принцессой она перестала давно. А может зря? Может сказки и правда становятся реальностью, а прекрасные принцы еще не перевелись? Ох уж, эти фокусы луны. Луна, луна – как же красиво ночью на озере. Ева и не знала, что на свете бывает такая красота.

Ощущение, что за ними наблюдают, нахлынуло внезапно. Обрушилось, словно волна на причал. И так же внезапно, как появилось – исчезло. Она испуганно оглянулась. Девчонки отлучились буквально пару минут назад. Вряд ли им пришло бы в голову подглядывать из кустов. Спокойно Ева, это всего лишь сказывается стресс от пережитого.

– Где ты научился так драться? – она, наконец, отыскала в сумке влажные салфетки и подсела к костру. Сашка молча смотрел на огонь, время от времени ворочая трескучие поленья. Искры пламени веселыми всполохами отражались в серых глазах. Какой он сейчас серьезный. Ева робко протянула руку и промокнула кровь.

Парень хмыкнул.

– Да было дело. Бои без правил, самбо, ушу – побегал пару лет по секциям, а потом надоело. Ну вот, оказывается не зря бегал-то, – он дернулся.

– Прости, – прошептала Ева. – Больно? Да?

– Да нет, почти не чувствуется. Что нам, рыцарям, какая-то там царапина.

Сашка усмехнулся. Черт. Он что, тоже в курсе? Неужели Лизка уже всем растрезвонила ее секрет? Ну, задаст же она дорогой подруге трепку! Ева смущенно убрала руку и попыталась отодвинуться.

Крепкая ладонь накрыла ее мелкие ладошки. И тут же перехватило дыхание. Она посмотрела на парня и встретила его проникновенный взгляд. В животе образовался вакуум. И бабочки – они вспорхнули внутри нее, щекоча своими крылышками, и вылетели сквозь солнечное сплетение. Ева прерывисто выдохнула.

– Что-то девочки застряли в лесу. Пойду, посмотрю, где они там делись, – Ева заставила себя улыбнуться и аккуратно вытянула ладони из мужской руки.

– Далеко не уходи, – он улыбнулся. – Все-таки я волнуюсь за тебя.

Волнуется. Ну, все, приплыли. Она волнуется из-за него, он волнуется за нее, Лизка волнуется за них обоих, а Катерина – за то, что ее выселили из большой комнаты. Прекрасно. Каждому есть, чем заняться. Ева поднялась на холм и пошла вдоль обрыва, петляя между деревьями.

Что же, черт возьми, происходит? Неужели Сашка и правда к ней клеится? И вот как реагировать? Дать ему шанс воплотить ее детские фантазии в реальность? Ева не знала. А больше всего она не понимала собственных чувств. И эта странная реакция на его прикосновение. Она остановилась у самого края и глубоко вдохнула свежий ночной воздух.

Открывшаяся взору картина завораживала. Божественный вид. Именно так она и представляла себе сказку. Обширная гладь озера простиралась до самого горизонта, вдоль которого тянулась тонкая полоска леса. Глубокое звездное небо манило ввысь. Казалось, взмахни руками – и взлетишь.  И под этой бесконечной вселенной раскинулся таинственный подводный мир. Он манил к себе: «К нам… иди к нам…», – расстилая перед ней серебристую дорожку. Ева замерла.

Тайны и красота. Могут ли они существовать друг без друга? А время ждало, свернулось в клубок, уютно устроившись у ее ног. Сколько прошло? Может всего десять минут, а может целая вечность. Не имело значения. В этот миг хотелось лишь одного: окунуться в эту чарующую магию стихий. Ева слегка подалась вперёд.

В следующую секунду чьи-то крепкие руки обвили её вокруг талии, и сердце стремительно ухнуло вниз.

Глава 7

– Вот ты где, принцесса…

Возле уха раздался приглушенный шепот, и Ева мгновенно оказалась в крепких объятьях.

– Господи, Сашка, как же ты меня напугал!

Тот продолжал удерживать ее в плотном кольце рук. Обнимает. Он ее обнимает! И что-то эти объятья совсем не тянут на дружеские. Тепло мужских ладоней – оно проникало сквозь тонкую футболку, обжигая живот, и окутывало все тело. Так приятно и так… страшно. Нет, она не должна идти на поводу случайно вспыхнувших желаний. В конце концов, они ведь не в сказке, где вся любовь случается за один день. Они в самой что ни на есть реальности. И дать себе слабину сейчас – значит опорочить репутацию на всю оставшуюся жизнь. Пусть даже и в собственных глазах. Ева попыталась отстраниться.

Сашка не спешил ее отпускать. Вместо этого он стал медленно перемещаться вперед, аккуратно подталкивая ее к обрыву. Сердце гулко отсчитывало удары.

– Красиво здесь, правда? – он остановился у самого края. – Как бы я хотел вернуться сюда насовсем.

– Что тебе мешает?

Она снова сделала попытку освободиться. Было ужасно неловко.

– Не могу, – он развернул Еву, обхватив ее за плечи. – Ты веришь в судьбу?

Она молчала. Слова совершенно не шли на ум. По правде говоря, в голове металась одна единственная мысль: сейчас он ее поцелует.

Словно поймав этот жалкий обрывок надвигающейся истерики, Сашка прижал ее к стволу и обхватил руками лицо. Медленно, будто давая шанс избежать неизбежного склонился к ее губам. Ева почти не дышала. Что же он делает? Что она делает? Его дыхание сплелось с ее прерывистыми выдохами. Она почувствовала близость горячих губ. Сердце замерло. Едва ощутимое касание, и Ева отвела лицо в сторону, увернувшись от поцелуя. Она выдохнула. Черт. Как глупо. Все это до неприличия глупо.

– Саш… прости, но я не могу так. Мы же с тобой…

– Что? – разочарованно протянул он, разжимая ладони. – Почти не знакомы? Не подходим друг другу? Что?

Он отвернулся и раздраженно пнул сухую ветку. Господи, ну за что ей все это? Ева готова была провалиться сквозь землю.

– Первый день как встретились, – закончила она. – Пять лет, Саш. Мы не виделись пять лет. А до этого ты и вовсе не замечал меня.

Сашка развернулся и удивленно приподнял бровь.

– А ты значит замечала?

– Я? Ну… нет, просто…  Ты же брат моей подруги, конечно я замечала тебя. И твоих одноклассниц замечала. То есть… – она растерянно замолчала.

– То есть я тебе нравился?

Ева вспыхнула. Что он вообще прицепился? Не хватало только, чтоб и он стал тянуть из нее признание, как любила делать это Лизка.

– Это было давно. И я выросла, если ты не заметил, – сухо ответила она, но тут же густо покраснела. Разумеется, он заметил. Еще как заметил. Нет, нужно срочно прекращать этот разговор, пока она не наговорила еще больше глупостей.

– Ты мне нравишься, Ева. Действительно нравишься. И если ты дашь мне шанс, я докажу тебе это.

Он смотрел на нее так пронзительно, что Ева не выдержала и смущенно отвела взгляд.

– Я ведь тоже тебе нравлюсь? Так? – он подошел совсем близко.

– Я не…

Она не договорила. Откуда-то из глубины леса донесся протяжный звериный вой. Ева вздрогнула. По коже тут же растекся противный холодок, подняв дыбом мелкие волоски. Неужели волки? Только этих милых зверушек им не хватало здесь для полного счастья.

Сашка тоже напрягся. Он повернул голову и прислушался.

– Нужно идти, – развернулся он к Еве. – Поздно.

Он взял ее за руку.

– Надеюсь, это тебя не смутит? Под ногами полно веток, можешь споткнуться. А я, как-никак, несу за тебя ответственность перед твоим отцом.

Господи, отец. Она совсем забыла о времени. А ведь он просил не задерживаться допоздна.

– Не волнуйся, – заметив смятение на ее лице, поспешил успокоить Сашка. – Я недавно звонил ему. Сказал, что ты со мной и обещал доставить в целости и сохранности.

Ох уж ей эти прекрасные рыцари. До того заботливые, что и вздохнуть самостоятельно невозможно. Ева послушно поплелась следом, уже не пытаясь высвободить руку и лишь торопливо переставляя ноги. Шаги у Сашки были великанские. Такой за сорок дней не то, что вокруг света – вокруг вселенной обежит.

– Здрасьте вам, явились, – буркнула Катька, когда они приблизились к костру. – Вот ничему тебя жизнь не учит, Ева. Где тебя носило?

Ева буркнула в ответ что-то невразумительное и поспешила отвернуться. Не хватало, чтоб девчонки заметили ее смущение.

– Собирайтесь, госпожи царицы. Отчаливаем, – Сашка извлек из сумки лопатку и принялся присыпать песком тлеющие поленья.

Девочки засуетились. Так, собрать в пакет остатки еды и пустую тару. Ева методично наклонялась, кружа на одном месте. Случайный взгляд проник в щель огромной сумки. А это еще что такое? Сердце гулко бухнуло. Из-под сложенной куртки, небрежно свернутой в рулон, выглядывало дуло ружья. Что еще за дела? Зачем Сашке оружие? Она подняла испуганный взгляд на парня.

– Что-то случилось? – он нахмурился, глядя в ее широко распахнутые глаза.

Ева поспешно замотала головой. Нос предательски дернулся – заметь это Лиз, тут же уличила бы ее во лжи. Но подруги были увлечены сборами, и не обратили внимания на эту небольшую заминку.

Сашка с сомнением покачал головой, но допытываться не стал. Подошел к сумке, засунул в нее сложенный плед и застегнул молнию. Что же он от них скрывает, куда ездил? И что за таинственное дело, заставившее его вернуться в город спустя пять лет? Не нравилось ей все это, очень не нравилось. Но и напрашиваться на объяснения не хотелось. Какое ей, в конце концов, дело? Но оружие… Ева покосилась на парня.

– Так, вроде все собрали. Вперед, – скомандовал он.

Девочки в последний раз окинули взглядом пляж и поплелись следом за Сашкой. Ева шла последней. Снедаемая любопытством и тревогой, она то и дело бросала взгляды на черную сумку. Вот тебе и прекрасный рыцарь – защитник сирых и убогих. Она оживилась. А ведь это мысль. Может он взял с собой ружье, чтоб защитить их? Вон, даже повод был. Нет, все равно странно. Откуда он мог знать? Да еще этот нож. Нужно будет как-то ненавязчиво допросить Катерину. Все-таки эти двое – не чужие друг другу люди. Не может же подруга не знать о делах собственного брата. С этими мыслями Ева закинула пакет в багажник и поискала глазами девочек.

Те уже устроились на заднем сиденье автомобиля. Вот же, хитрые лисицы. Ей ничего не оставалось делать, как сесть рядом с водителем.

Всю дорогу она молчала. Подруги сонно перешептывались за спиной, а Сашка время от времени бросал на нее косые взгляды. О чем он сейчас думал? Впрочем, что ей до этого? Она ему нравится, он сам сказал. О любви не было и речи. Хорошо это? Плохо? Скорее, хорошо. Ева так до сих пор и не решила, что испытывает к обновленному принцу из своей детской мечты. К принцу, вооруженному до зубов. Она покосилась на Сашку. Тот сосредоточенно смотрел на дорогу. И правильно, нечего глазами по сторонам стрелять.

Ева отвернулась. Знакомые коттеджи да небольшие простенькие дома медленно проплывали за окном. «Хорошо иметь домик в деревне», – пришла на ум знаменитая фраза. Пусть городок и не большой, но окраина – это вам не центр. Здесь не было ни шумных машин, ни ярких вывесок. Тишь да благодать.

Она задержала взгляд на парочке в слишком уж узких и до неприличия коротких юбках. Девушки, пьяно пошатываясь, брели по обочине песчаной дороги. Видать, хорошо погуляли. Поравнявшись с окном водителя, они расплылись в улыбке и помахали Сашке. Вот же, бесстыжие. Ева поджала губы. Перед глазами возник образ еще одной соблазнительницы. «Максик, мы тебя ждем…», – и дождалась ведь. Куда девалась эта парочка после, Еве совершенно не хотелось думать. Не хотелось. Но мысли так и лезли в голову одна за другой.

Макс вернул телефон. Следовательно, после ее ухода возвращался в клуб. Может он и вовсе отлучался по каким-то личным вопросам, а не миловался с этой ряженой куклой. Господи, да, что она вообще об этом думает? Пусть хоть со всего города соберет девиц и облепится ими с ног до головы – ей нет никакого до этого дела. Нет, и точка! Она подавила зевок. Вот и дом.

– Ну, что, принцесса, приехали, – объявил Сашка и вышел из машины.

– Евич, попрощайся с нашим героем хорошенько, – хихикнула с заднего сиденья Лиз.

Катерина лишь громко фыркнула.

– Перестань, прошу тебя, – Ева начинала сердиться на подругу. Герой, герой – что-то много этих героев на ее голову развелось. – Спокойной ночи, девочки.

– Спокойной ночи, – в один голос ответили те.

Сашка не стал устраивать долгие прощания. Помог донести до двери сумку и, уже спускаясь со ступенек веранды, обернулся.

– Меня пару дней не будет в городе, но потом я рассчитываю на твое общество. Можем сходить в кино, кафе, клуб – куда скажешь. Как ты на это смотришь?

– Я подумаю, Саш… Спокойной ночи и… спасибо тебе.

– Да всегда рад помочь, – сдержанно ответил и, развернувшись, быстрым шагом направился к калитке.

Глава 8

Ночью Еву опять мучили кошмары.

Все тот же огромный волк гнался за ней, вынуждая с усилием продираться сквозь лесную чащу и вскрикивать от каждого хлесткого удара колючих веток. Животный страх подстегивал и придавал сил. Сторожка. Ей нужна была сторожка – этот чертов спасительный домик лесника, которого, как назло, нигде не было видно. Ева оглянулась.

В ту же секунду зверь совершил гигантский прыжок. Мощные лапы прижали ее к дереву, и чудовищный оскал навис над самым лицом. Это конец. Невыразимый ужас охватил сознание. И, вот, когда уже казалось, что зубы хищника неминуемо вонзятся в ее шею, звериная морда трансформировалась, и перед Евой оказался Макс. Он проникновенно заглянул ей в глаза и губы искривила дерзкая ухмылка.

– Кофе? Я угощаю, – сильные руки тут же обвились вокруг талии, и он впился в ее нежные губы.

О, это были далеко не те невинные касания, которые Ева себе представляла в детских мечтах, и даже не что-то похожее на те трепетные попытки Сашки облобызать ее лицо – это был властный поцелуй хозяина. И Ева вдруг расслабилась. Ответила на его требовательные движения языка. Обвила его шею и погрузилась в бесконечный океан удовольствия.

Земля. Что-то с ней происходило. Она вздрагивала, шла волнами, будто была живым организмом. Ева вскрикнула, и в следующее мгновение, потеряв под ногами опору, стремительно полетела вниз.

Вокруг стояла тишина. Кромешная тьма. И вдруг сердце замерло. До слуха донеслось приглушенное рычание. Волк. На этот раз он точно ее прикончит. Где же Макс? В темноте вспыхнули знакомые янтарные глаза, и огромная звериная туша набросилась на нее, сбивая с ног.

Собственный крик вырвал из сновидения, и Ева, все еще дрожа от пережитого, села в кровати. Волки. И Макс. Такой же хищник, как и они. Что ж она такая впечатлительная-то стала? Ева бросила беглый взгляд за окно и снова улеглась, предусмотрительно развернувшись к нему спиной. Уснуть никак не получалось. Все мысли крутились вокруг загадочного Казановы. Кто же он? И откуда взялся на ее голову, терзая своим присутствием даже во снах.

***

– Ева, милая, просыпайся, – отец легонько потряс ее за плечо.

Она сонно потерла глаза.

– Который сейчас час?

За окном ярко светило солнце.

– Десять утра, – отец улыбнулся. – Ты побила собственный рекорд.

Да уж. Учитывая страсти, которые решили разнообразить ее сон, это было не удивительно. Ева поежилась. Воспоминания о том, с какой легкостью она позволила этому наглому ловеласу подчинить ее своей воле, вызвали дрожь. Приятную дрожь. И это невероятно злило. Ева тряхнула головой, прогоняя навязчивые мысли. Не дождется.

– К тебе гости, – отец кивнул на дверь. – Я уезжаю в город. Будь на связи, милая.

Он поцеловал Еву в лоб и вышел. В комнату тут же впорхнула Лизка.

– Ты часом не заболела? – она прищурилась, затем удовлетворенно кивнула и продолжила:

– Евич, срочно одевайся, мы идем штурмовать музыкальный олимп.

– Чего-о?

Подруга шустро вскарабкалась на кровать и обняла обалдевшую Еву.

– Чего-чего, сегодня ярмарка, забыла? – Лиз чмокнула ее в щеку и откинулась на спину.

– Ты только представь себе: на площади полно народу, все что-то покупают, веселятся, наслаждаются концертом и тут… – она запнулась. – В общем, будет здорово! Вставай!

И Лизка набросилась на нее, щекоча подмышками и хохоча на весь дом. Ненормальная! Ева рассмеялась. Отбрыкиваясь от сумасшедшей подруги, она чуть не свалилась с кровати.

– Ладно-ладно, – простонала, сдаваясь. – Только чур без сюрпризов!

Лиза деловито кивнула, но хитрый прищур и озорные искорки в глазах выдавали ее с потрохами. Явно что-то задумала. Ева вздохнула. Была бы это не Лизка, не придумай она очередной авантюры. Ладно, уж, что может такого случиться на площади, где будет полно народу? Во всяком случае, ничего страшного, это уж точно.

Погода стояла чудесная. Вчерашняя духота растворилась в ночи, и сегодня у жаркого солнца появился напарник – легкий свежий ветерок. Еще на подходе к городской площади до девчонок донеслись задорные звуки музыки.

– Ой, Евочка, там будет столько всего вкусного! – подруга восхищенно всплеснула ладонями. –  И моя любимая халва будет!

Ева усмехнулась.

– Ты, что, в магазине халву не купишь?

– Скажешь тоже, в магазине. Тут же своя, домашняя, – она притворно вздохнула. – Эх, Евич, ничего ты не понимаешь в еде. Тут ведь главное не живот набить – удовольствие. Вот это важно.

Она схватила Еву за руку и потащила сквозь толпу к ярким палаткам.

– Смотри-смотри, козинаки! – Лизка взвизгнула и ринулась к толстощекой тетке, торгующей сладостями.

– Наслаждайся, – шепнула ей вслед и заинтересованно уставилась на соседнюю палатку. Ее хозяин – невысокого роста щупленький мужичок с одухотворенным выражением лица демонстрировал даме картину. Ева подошла ближе.

На небольшом холсте маслом был изображен бегущий серый волк, на спине которого лежала спящая царевна. Однако.

– А я вам говорю, что должен быть еще царевич, – возмущенно тыкая пальцем в полотно, твердила худощавая собеседница.

– Дамочка, это вы меня с Васнецовым путаете. У того с царевичем. Мой волк похищает красавицу для себя.

Бледное лицо дамы тут же вспыхнуло.

– Что значит для себя? На что это вы намекаете?

– Да ни на что не намекаю, женщина! – раздраженно воскликнул художник. – Он похищает ее по своим, значит, личным причинам и все. Дальше, как говорится, каждый додумывает в меру своей распущенности. Не нравится, идите вон русалок Бабоховских смотрите.

И он неопределенно махнул рукой в сторону. Ева окинула взглядом палатку. На специальных подставках были расставлены картины разных размеров, но все их объединяла общая тематика – волки. Вот на этой изображалась стая во главе со свирепым вожаком, на этой одинокий волк на краю утеса воет на луну, на этой пара: белая волчица прижимается к боку здоровенного черного волка. Ева как зачарованная переводила взгляд с одного холста на другой.

– Что, нравится? – учтиво склонил голову торговец-художник.

– Нравится, – призналась Ева. – Скажите, а вы когда-нибудь встречались с ними?

Мужчина нахмурил брови.

– С кем? С волками? – и тут же заулыбался. – Однажды, давным-давно, когда я был мелким пацаненком. Жили мы тогда, значит, еще в деревне, это потом уже в город перебрались. Так вот, сбежал я, значит, ночью в лес. Приключений захотелось. Что тут скажешь, пацан. Ну и нашел-таки их, значит, приключения эти. Зверя вот этого повстречал.

Художник взял в руки картину в простенькой деревянной раме и протянул Еве. С темного холста, окруженный стволами деревьев, на нее смотрел огромный серый волк. Его раскосые желтые глаза, казалось, смотрели прямо в душу. Жаркая волна окатила ее с головы до ног, и Ева испуганно оглянулась.

– Правда, хорошо получился? Как живой перед нами стоит. И взгляд… До мурашек пробирает, правда?

Довольный произведенным эффектом, мужичок забрал картину и водрузил ее на центральное место.

– Да, получился отлично, – рассеянно согласилась Ева.

– А знаешь, почему у него такой проницательный взгляд? – художник произнес это таким тоном, словно собирался поведать ей какую-то страшную тайну, оглянулся, не подслушивает ли кто и уже шепотом добавил. – Потому что он  – оборотень.

Ева удивленно приподняла бровь, теперь уже с любопытством разглядывая самого хозяина необычных картин. Он это что, серьезно? Вздохнула. Похоже, что серьезней не куда. Странный мужчина покосился по сторонам и, снова воззрившись на Еву, продолжил:

– Когда он вышел из-за деревьев, я думал, что это конец. Сожрет, значит. А он ничего. Только пристально посмотрел на меня, потом будто бы кивнул лохматой башкой и скрылся в темноте.

– А с чего вы вообще взяли, что он оборотень? – не поняла она.

– Да с того, что в той стороне, значит, куда он ушел, мелькнула человеческая фигура. И не просто какого-то там заблудшего охотника или пьянчуги, нет. Голого мужчины. Правда это было так мимолетно, что я и рассмотреть его толком не успел, но это был точно не зверь. И вот скажи, откуда было, значит, взяться ночью в лесу голому мужику? Теперь поняла?

Художник замолчал и выжидающе уставился на Еву. Да уж, сказочник из него так себе, хоть и пишет отличные картины. Она кивнула. Лучше уж согласиться, чем ввязываться в дискуссию о том, что оборотней нет и быть не может.

– Спасибо вам за увлекательную историю, но мне надо идти. Картины и правда чудесные.

Она попыталась развернуться, но зацепившись о низенький стульчик, стала падать. Чьи-то крепкие руки тут же подхватили ее и вернули в вертикальное положение, развернув лицом к обалдевшему художнику.

– Ты постоянно попадаешь в неприятности или только, тогда, когда я оказываюсь рядом? – услышала за спиной знакомый насмешливый голос.

Черт! Вот откуда он здесь взялся? Ева снова развернулась, на этот раз, предусмотрительно глянув под ноги, и уставилась на Макса. Он был безупречен: обтягивающая идеальный торс белоснежная майка, светлые бермуды, на груди болтается камень в изящной золотой огранке. На губах блаженная улыбка, а темные очки вздернуты на голову. Бегло осмотрев представшее перед ней великолепие, Ева, наконец, заглянула в бесстыжие глаза. На солнце они отливали медовым оттенком, лишь под определенным углом выдавая темную янтарную глубину. Ева невольно залюбовалась этой невероятной игрой света.

– Кто это, Макс? – капризно поджала губы белобрысая девица в темных очках и подцепила его под руку.

Ева, тут же спохватившись, отвела взгляд.

– Конь в пальто, – буркнула она и быстрым шагом пошла прочь.

Черт, а ведь так все чудесно начиналось. Неужели в этом городе нет ни единого места, где не было бы этого нахала?

– Ева, вот ты где! Я тебя повсюду ищу! – Лиз обогнала ее и с удивлением наткнулась на сердитый взгляд. – Что уже случилось? Где тебя носило?

– Нигде, картины рассматривала.

– Это они, тебя так разозлили? На тебе лица нет. Точнее, оно есть, но лучше бы его не было – только детей пугать. Что стряслось? Выкладывай.

– Лизонька, милая, давай уйдем отсюда прямо сейчас, – Ева умоляюще посмотрела на подругу. Объяснять причину столь внезапной перемены настроения не хотелось. Тем более, что одним эпизодом тут не обойдешься.

– Нет, – отрезала та.

Похоже, планы подруга менять не собиралась, и никакие уговоры тут не помогут. Ева вздохнула. Покосилась украдкой в сторону злополучной палатки и послушно поплелась вслед за Лизой.

Пройдя через обширную площадь, уставленную столиками торгующих, девочки направились к сцене. Перед ней простиралась обширная танцплощадка. Ее по периметру окружали обыкновенные пластиковые столики с торчащими из центра солнцезащитными зонтами. Официанты уличных кафе сновали туда-сюда, обслуживая отдыхающих и принимая заказы прямо на месте. Лизка отыскала свободный стол и тут же плюхнулась в широкое пластиковое кресло.

– Давай, ныряй! Тут отличный вид, все как на ладони.

Вид и правда открывался чудесный: перед самым носом толпа развеселых горожан отплясывала под ритмичную музыку. Что ж, отдыхать, так отдыхать. Ева заказала у подошедшей официантки зеленый чай с жасмином и порцию блинчиков с творогом: позавтракать ей так и не удалось. Лизка же перечислила чуть не с полменю и довольная откинулась на спинку.

– Ну как? Нравится? – она легонько ущипнула Еву за локоть. – Ну, давай, не дуйся. Посмотри, как весело!

Весело – не то слово. Мельтешащие перед носом лица вызывали чуть ли не головокружение. Сейчас бы в лес с любимым ноутбуком и писать, писать. Но разве ж Лиз объяснишь? Ладно, раз уж согласилась, надо делать вид, что и правда весело. Иначе не миновать ей очередной лекции о собственной неудовлетворенности и одиночестве души. Кажется, так говорила подруга.

– О, смотри-смотри, вон они! – воскликнула Лиз и тут же вскочила с места.

Ева удивленно перевела взгляд на сцену. Все понятно. К стойке с микрофоном подошел знакомый уже ей по клубу Ангел. Да уж, сюрпризы у Лизки неоригинальные. Нужно ей об этом как-то поаккуратней намекнуть. Ева поблагодарила официантку, расставляющую на столе заказ, и машинально оглянулась. Еще один сюрприз собственного приготовления: к столикам подходила парочка, которую она совершенно не желала видеть.

Макс со своей новой пассией вальяжно прошел мимо, даже не удостоив ее взглядом. Слава богу, что соседний столик занимал какой-то угрюмый мужик с одинокой бутылкой минералки. Парочка расположилась за следующим столиком. Вот и ладно. Ева насупилась и быстро перевела взгляд на Лизку.

Та, наконец, уселась на место и выдохнула.

– Ангел написал новую песню, и сейчас будет ее премьера! Круто, правда?

– Круто, – буркнула она в ответ.

– Привет всем и спасибо, что вы сегодня здесь, с нами! – Ангел поправил микрофон и улыбнулся раздавшимся аплодисментам. –  Первая песня, которой мы откроем свое скромное выступление на этой ярмарке совершенно новая. И я хочу посвятить ее премьеру одной замечательной девушке, которая сейчас находится здесь. Ева, эта песня будет звучать для тебя.

Он скользнул взглядом по столикам и, отыскав глазами ошарашенную Еву, улыбнулся. Вот это действительно сюрприз. Она больно наступила на ногу подруги, смущенно улыбнувшись Ангелу в ответ.

– А-ай, ты чего? – Лизка была на седьмом небе от счастья и сияла как медный грош.

– Я тебя прикончу, – сквозь зубы процедила Ева. – Конечно, не на глазах умиленной толпы, потом, без свидетелей.

Ангел закрыл глаза и запел. Да, голос у этого парня божественный, тут не поспоришь. Да и сам он вполне симпатичный. Но это ведь не повод так подставлять ее! Ева была смущена до такой степени, что даже на время забыла о соседстве неприятной парочки. Лишь пристальный взгляд вывел ее из задумчивости. Словно солнечный луч сквозь увеличительное стекло, он на мгновение обжег ее, заставив вздрогнуть. Ева покосилась в сторону.

Макс, как ни в чем небывало, любезничал со своей красоткой. Фу ты, ну ты. Какие мы неотразимые. И ведь уверен, что она смотрит. Вон как старательно взгляд отводит. Да и пожалуйста, больно надо. Ева отвернулась и демонстративно растянула улыбку, адресуя ее Ангелу. Тот бросал на нее выразительные взгляды и пел. Не парень, а Сирена в мужском обличии.

– Евич, ты ему однозначно нравишься, – пропищала Лизка, явно довольная всем происходящим. – Это Дзен. Он звонил вчера, рассказал, что у «Биг бэнда» новая песня, и они ее будут сегодня исполнять. Ну я и попросила сделать тебе приятное. Клево же, правда?

– Клево, ага. Ты мне только одно объясни. Ты так стараешься найти мне парня, что даже не собираешься их в очередь ставить? Вот прям скопом и в атаку, да?

Лизка задумалась.

– Это ты про Сашку? Так с ним ты сама, я тут не причем. Да и вообще, ты ведь когда обувь там покупаешь, или сумку, ты же не выбираешь из двух. Ты осматриваешь сначала весь ассортимент, потом пару-тройку примеряешь и только потом покупаешь самую лучшую. Почему с парнями должно быть по-другому?

Ева закатила глаза. Горбатого могила исправит. Что с ней спорить. Она отпила чай и приступила к поеданию блинчиков. Только сейчас она поняла, как сильно проголодалась.

– После концерта мы едем с мальчишками за город! – небрежно, как бы между прочим бросила Лиз.

– Что-о-о? – Ева поперхнулась. – Лиза, ты в конец обнаглела? Решать за меня, куда и с кем я поеду!

– А что такого? Мы просто хорошо проведем время. Ничего такого, – она сделала страшные глаза, – не будет. Дзен в курсе. Он разрешил.

И подруга хихикнула. Нет, это и правда уже ни в какие ворота не лезет. Она сейчас же поедет домой, запрется, а лучше забаррикадируется в доме и эту сумасшедшую даже на порог не пустит. Ну, хотя бы сегодня. У нее глава недописана и вообще, голова разболелась. Вот только доест чудесные блинчики – и сразу домой.

Ева покосилась за столик парочки. Ни Макса, ни его дамочки не было. Ушли? Как же. Ева заметила на танцполе знакомый силуэт. Парень обнимал свою пассию, медленно ведя ее в танце. Та прижималась к нему всем телом, блаженно жмурясь на солнце. Домой, однозначно, домой. Ева поднялась с места.

– Лиз, ты меня извини, но я пойду.

– Ты в своем уме? Мы ведь договорились! – подруга явно не собиралась сдаваться.

– Ты договорилась – ты и разбирайся. А мне пора.

Она достала кошелек и, оставив деньги в монетнице, пошла прочь. Ангел, Макс, Сашка – да ну их всех. Ее ждут прекрасные принцы на страницах романа, и уж они-то точно будут такими, какими должны быть настоящие мужчины.

– Евич, стой, – Лизка догнала ее уже в конце площади и, виновато глянув в глаза, поплелась рядом. – Давай хотя бы вечером прогуляемся.

Она так жалобно посмотрела на Еву, что у той дрогнуло сердце.

– Ладно уж, сваха ты беспардонная, вечером прогуляемся.

– Отлично, значит, скажу Ангелу, чтоб заехал за нами в восемь.

– Ли-из… – начала Ева, но та уже бежала в обратном направлении, выкрикивая на ходу:

– В восемь, Евич! Будь готова!

И скрылась в толпе.

Глава 9

К вечеру стало прохладно. Тяжелые сизые облака свесились над землей, и на город обрушился ливень. «Как вовремя», – подумала Ева. Это ведь отличный повод, отказаться от вечерней прогулки. И придумывать ничего не нужно: кто ж в такой дождь гуляет.

В лесной сторожке, построенной еще дедом отца, было сухо и уютно. На небольшом, но все еще крепком деревянном столе приветливо мерцал монитор ноутбука. Пузатый чайник с аляповатым рисунком тоненько посвистывал, призывая снять его с электрической плитки. Ева залила травяной сбор и с удовольствием вдохнула ароматный пар. Чудесно.

Она взяла кружку и устроилась возле окна. Как же здорово сидеть вот так в уютном стареньком кресле и наблюдать сквозь стекло за разбушевавшейся стихией. Стена дождя заслоняла чудесный пейзаж, но эта таинственность лишь придавала романтики в это тихое и безмятежное место. Ева зажмурилась.

Если включить воображение, то можно представить себя в избушке семи гномов. Где же делись эти маленькие проказники? Ах, да, они ведь ушли в горы. А ее оставили хлопотать по хозяйству. Взбить перины, вытряхнуть половички, приготовить ужин на восемь персон – не так уж и сложно. Затем останется дождаться злую ведьму с отравленным яблоком, а за ней и прекрасный принц не замедлит явиться. Ева улыбнулась.

Почему-то в роли прекрасного принца она представила Сашку. Весь такой важный, на гнедом скакуне и в высоких начищенных до блеска сапогах. Входит он такой прекрасный в избушку, а тут она. Бездыханная на полу валяется. Нет, на полу не красиво. Лучше уж на перинах пуховых. Волосы по подушке разметались, глазки закрыты, бледные руки на груди сложены. Ева так живо представила себе эту картину, что самой себя жалко стало. Ну же, спаситель, целуй.

Прекрасный принц Александр склоняется над ее лицом и замирает. Ева наблюдает за происходящим со стороны. Нет, снова не так. Лучше пускай сядет, обхватит ее ладонь, а затем склонится. Робкий поцелуй. Так, стоп. Со стороны совсем даже непонятно, что прекрасная дева, то есть она сама при этом чувствует. Ева сосредоточилась и представила, как теплые губы едва касаются ее губ. Она мысленно открыла глаза и увидела лицо спасителя.

Тьфу ты! Вместо Сашки перед внутренним взором маячила ухмыляющаяся физиономия Макса. Ева открыла глаза и сердито поджала губы. Вот, что ты с ним будешь делать? В городе, куда ни пойди – везде он, во снах тоже он, даже в контролируемые, казалось бы, мечты – и то влез. Не человек, а прямо хищник какой-то. Пристрелил бы его Сашка, что ли? Пиф-паф – и нет глупого серого волка.

Ева недовольно поежилась. Совсем, что ли свихнулась, такое думать? Мысленно поплевав через плечо, она покачала головой и пересела за стол. Хватит о всяких глупостях размышлять, нужно дописывать сцену: главному герою предстояла схватка с драконом. Интересно, если чудовище убьет близкого друга героя, это не будет слишком жестоко для любовного романа? Нужно обязательно спросить Лизку.

– Легка на помине, – пробурчала Ева и вытащила из сумки дребезжащий телефон. – Да, подруга, свет очей моих.

– Евич, все пропало. Ангел, черт бы его побрал, свалил на какую-то частную вечеринку. Тысячу раз извинился, просил передать тебе, что вы обязательно прогуляетесь. Но в другой раз. Вот же козел!

Ева молча выслушала эту гневно-возмущенную тираду и сердито уточнила:

– Вообще-то не я настаивала на этой встрече, если ты не заметила. Лиз, если ты не прекратишь свои фокусы со сватовством, я внесу тебя в черный список, заведу добермана, который будет охранять мой дом от тебя и вообще. Если тебе так это важно, то скажу. Возможно, у нас с Сашкой что-нибудь и получится.

Подруга зашлась истошным визгом, а затем, когда заряд поубавился, взволнованно заговорила:

– Евочка, ты прелесть! Я так рада, что ты, наконец, определилась! Сашка прикольный. И ты ему нравишься, это сразу видно. И главное, как вовремя-то! Послезавтра у тебя день рождения, Сашка возвращается завтра вечером. Все один к одному! Евич, совершеннолетие встретишь как нормальная женщина!

– В каком таком смысле, нормальная? – не поняла Ева.

– Да не нормальная, а женщина! Понимаешь? В такой важный день ты просто обязана устроить ночь любви и разврата. Заметь, я правильно расставляю приоритеты. Сначала любовь, потом разврат.

Ева уныло подперла рукой подбородок и с невыразимой тоской посмотрела на бегущего по столу паучка. Ну, вот что, правда, добермана заводить?

– Лиза, предупреждаю в последний раз. На свой день рождения я сама решу, с кем и что мне устраивать. А ты ни во что не вмешиваешься, никого ни с кем не сводишь, в неловкое положение перед Сашкой меня не ставишь. Ты слышишь? – в трубке стояла подозрительная тишина. – Эй, Лиз!

– Сейчас-сейчас…

Ева вздохнула. Слышит она, как же.

– Уи-и-и! – раздался оглушительный визг подруги. – Дзен написал. Завтра прилетает в Россию! Решит какие-то дела в Москве и к вечеру прикатит к нам! На целую неделю, Евич, я живу!

– Здорово!

Ева искренне возрадовалась этой новости, по большей части от того, что Лизка наконец оставит ее в покое и займется своей личной жизнью. Это ж какое счастье. Пусть даже и на неделю.

– Все, Евич, мне пора. Ты уж не обижайся, но завтра уделить тебе время не смогу. Сама понимаешь, маникюр, педикюр, спа-процедуры… Нужно встретить мое солнце при полном параде.

– Давай, – усмехнулась Ева, – занимайся. Я уж как-нибудь денек потерплю.

– Отлично! Смотри там, не напортачь. А то оставь тебя только одну, – и она отключилась.

Портачить Ева не собиралась, а вот дописать главу все же стоило. День клонился к закату. Еще несколько часов – и в лесу станет темно. Попробуй потом доберись до дома без шишек и ссадин. Она отложила телефон, предварительно отключив звук, и углубилась в мысли. Значит дракон. Вот, черт. Забыла у Лизки спросить про убиенного друга, ну да ладно. Пожалуй, стоит оставить его в живых, иначе уже какой-то триллер, а не любовный роман выйдет. Или ничего?

Телефон снова ожил, беззвучно подпрыгивая на столе и оглашая комнатку настырным жужжанием. Ева вздохнула. Ну что еще забыла эта неугомонная?

– Да, Лиза! – в трубке стояла тишина. – Алле! Уснула?

Ева бросила на экран беглый взгляд и с удивлением отметила, что звонок с незнакомого номера. Она нахмурилась. Кто бы это ни был, разговаривать он, судя по всему, не желал. Так и зачем звонить?  Для порядку Ева воззвала к совести звонившего, а затем нажала на сброс. Вот же странные люди.

Попробовала сосредоточиться. Выходило слабовато, но если постараться… Да что ж такое! Ева даже подскочила, когда раздалось очередное «ж-ж-ж».

– Да! Говорите! – она уже собиралась высказать все, что думала о таких вот бездельниках, как вдруг услышала грубый с ледяными нотками голос.

– Так, значит, ты и есть – очередная потаскушка гаденыша? – с насмешкой произнес мужчина.

Ева вспыхнула.

– Вы бы выражения подбирали, гражданин неизвестный!

Она собиралась уже сбросить вызов, как вдруг до слуха донесся странный звук. В трубке, словно звучал откуда-то издалека, раздался приглушенный то ли стон, то ли плачь. По коже пробежал .морозец. Что за ерунда? В следующую секунду звуки прекратились, и в сторожке повисла гнетущая тишина. Ева в растерянности посмотрела на экран. Вызов завершен. По каким-то причинам, неизвестный решил прервать душещипательную беседу. Ева с минуту сидела не шелохнувшись, оторопело глядя на потухший дисплей.

Это, что, шутка такая? Может Лиз? Нет, вряд ли подруга способна на такие хамские выходки. Тогда кто? Возможно, кто-то просто ошибся номером. Но, что за жуткие стоны? Будто привидение в подземелье выло. Мрак. Еву снова передернуло.

Она выглянула в окно. Дождь прекратился, лишь с крыши падали частые капли. Однако светлее от этого не стало. Солнце неумолимо скатывалось к горизонту, утопая в густых сосновых верхушках. Закат – это всегда сказка. Тяжелые тучи освободили место рваным пушистым облакам. Они медленно плыли по небу, окрашенные в нежный апельсинового оттенка цвет, с лиловой окантовкой по краю. До чего же красиво. Ева вернулась к столу. Еще часик – и домой. Добить дракона в прямом и переносном смысле стало делом чести. На сегодня.

***

Ну, вот и все. Отличный кусочек получился. Дракона победили, друга спасли, прекрасную даму из плена вызволили. Остался эпилог – и можно будет с чувством выполненного долга погрузиться в новый роман. Ева выбралась из-за стола, с удовольствием потянулась и подошла к окну: на улице стояла беспросветная тьма. Господи, сколько же времени она просидела? Часы показывали без четверти десять. Вот же,  бестолковая.

Аккуратно выключив ноутбук, Ева свернула шнур и уложила гаджет в сумку. Проверила, все ли в порядке. Вроде бы все. Она вышла из сторожки, заперла дверь и опасливо покосилась по сторонам. «Вот и топай сейчас по темноте, раз такая ворона», – мысленно отругала себя, а заодно попыталась взбодриться.

Она обвела небольшую поляну взглядом и торопливо зашагала к узкой тропинке. В лесу было так темно, что пришлось замедлить шаг. Являться домой с шишкой во весь лоб точно не стоило.

Впереди метнулась какая-то тень, заставив ее шарахнуться в сторону. Черт. Что это было? В желудке неприятно ухнуло, словно от резкого спуска. Спокойно, Ева, это всего лишь  тень. Мало ли, какие тут белки сумасшедшие по ночам скачут. Она ускорила шаг.

Впереди что-то блеснуло, и в следующую секунду, где-то совсем рядом раздалось приглушенное рычание. Ева испуганно попятилась. Плохо, очень плохо. Сердце колотилось так громко, что казалось слышно на весь лес. Так, главное – не паниковать. Если это дикий зверь, то он тут же учует страх. Нужно быстро вернуться в сторожку и позвонить отцу. Она сделала еще один шаг назад.

Между деревьями что-то мелькнуло, и через мгновение перед ней, словно из-под земли выросла огромная туша. Волк. Невероятных размеров черный лохматый зверь. Ева приглушенно вскрикнула. «Мамочки мои, милые», –  и попятилась, глядя в холодные мраморно-серые глаза хищника.

Волк не шелохнулся. Лишь внимательно следил за ее движениями. Спасаться бегством? Какое там, она и идти-то не могла толком. Ноги стали тяжелыми, будто их налили свинцом, голос осип, и Ева все твердила как заведенная: «Мамочки мои… мамочки мои… мамочки…»

Хищник не спускал с нее глаз. Медленно, словно испытывая нервы своей жертвы на прочность, он приближался к ней. Тело охватило какое-то жуткое оцепенение. Ну же, не стой, дура, беги! Ева неуклюже попятилась, тут же споткнулась о корявую ветку и распласталась среди сосновых шишек и зарослей черники. Внутри все похолодело. Неужели конец? Зверь сделал гигантский прыжок, и Ева, зажмурившись, закричала.

В следующую секунду раздался громкий выстрел. Хищника отбросило в сторону, и он громко заскулил, завертевшись на месте волчком. Господи, боже мой! Ева вскочила на ноги. Едва живая от страха, она всматривалась в темноту, где только что выделывал пируэты зверь, но заметила лишь метнувшуюся в сторону тень. Ушел. Слава богу, он ушел. Что это вообще было?

Кто-то снова мчался в ее сторону сквозь кусты. Неужели решил вернуться и прикончить ее? Мгновенный выброс адреналина в кровь: она развернулась и с быстротой горной козы припустила к сторожке.

– Стой, – донесся знакомый голос. Но от всего пережитого, мозг отказывался воспринимать действительность. Ева упрямо неслась вперед, огибая деревья и перепрыгивая через пни и сухие коряги.

– Да остановись же ты, наконец! – скомандовал совсем рядом бодрый голос, и Ева, наконец, осознала, что спасена. Она резко развернулась.

– Сашка, – кинулась в объятья парня и громко разрыдалась.

– Перестань, Евочка, ну хватит. Все позади уже, – он гладил ее по спине, крепко прижимая к себе.

Легко сказать перестань. Еву трясло, как того зайца. Наконец, громкие рыдания перешли в судорожные всхлипывания, а затем стихли и они.

– Вот умница, принцесса. А теперь пойдем домой.

Парень перекинул через плечо ружье и взял Еву за руку. Сашка – охотник? Это еще когда с ним успело приключиться? Парень рос без отца, никогда ни рыбалкой, ни охотой не интересовался, а тут нате вам. Пожил в Москве и в леса потянуло? Ева с любопытством поглядывала на паренька.

– Ты как в лесу-то оказалась? Тебе ведь отец говорил, что опасно. Зверя того не поймали еще, а ты уже судьбу свою испытываешь.

Хм, уже и про зверя знает. Впрочем, чему удивляться. В их тихом городке эту историю каждому приезжему первым делом, словно устав в монастыре предъявляют.

– В сторожке отца засиделась, домой уже шла, а тут этот… – голос предательски дрогнул.

Сашка только вздохнул.

– Но как ты здесь оказался?

И действительно. После пережитых ужасов, этот вопрос как-то не сразу пришел ей в голову. Сашка помолчал, затем уклончиво ответил:

– Охотился.

– Охотился? Ты ведь говорил, что уезжаешь по делам? Вернуться собирался только завтра! И вдруг охотился. Здесь.

Ева решительно не понимала, что происходит, но чувствовала, что парень что-то недоговаривает.

– Сейчас не лучшее время для разговоров, принцесса. Давай в другой раз.

Они вышли на освещенную яркими фонарями улочку и пошли вдоль домов. Оставшийся путь проделали молча, и, когда впереди, наконец, показалась знакомая калитка, Ева высвободила руку из крепкой ладони.

– Дальше я сама, – прошептала она.

Парень сердито стрельнул глазами.

– Уже находилась сама, – буркнул недовольно и снова вцепился в мелкую ладошку.

В калитку входить не стал.

– Спасибо, Саш, – виновато улыбнулась и, секунду поколебавшись, поцеловала его в губы. Совсем легонько. Но щеки тут же вспыхнули смущенным румянцем:

– Спокойной ночи, и… не говори отцу, пожалуйста.

Сашка молча кивнул, улыбнулся и, дождавшись, пока Ева поднимется на крыльцо, бодро зашагал прочь.

– Вот тебе и сон в руку, – прошептала она, опускаясь на ступени крыльца.

Где-то далеко, взмывая к верхушкам гигантских сосен и разносясь по всей округе, раздался волчий вой. Ева содрогнулась. Только сейчас до нее дошло, насколько близка была она к гибели. Если бы не Сашка… И все равно что-то странное было в его появлении. Она тряхнула головой, поднялась на ноги, шагнула на верхнюю ступень и так и застыла. На деревянной поверхности белел сложенный вдвое листок. Отец обронил или кто-то подкинул?

Развернув его, она прочитала короткое послание: «Завтра в восемь вечера в сторожке». И все. Ни подписи. Ни пояснений. Ни кому адресована эта странная записка. Неужели романтик-Сашка решил ей так назначить свидание? А что, вполне объяснимо. Пришел к ней, не застав дома пошел к сторожке, а там уже вся картина маслом предстала пред ясны очи. Ну и чтоб не признаваться в том, что за ней отправился, наплел про охоту. Ох уж ей эти сказочники. Ева улыбнулась, запихнула записку в карман и вошла в дом. Завтра так завтра.

Глава 10

Ролан с трудом распахнул скрипучую дверь и ввалился в темное помещение. Чертов охотник: бедро нестерпимо жгло огнем. Немедленно осмотреть ногу. Если пуля осталась внутри, придется извлекать. Вопрос только как. Ни подходящих инструментов, ни опыта в этом деле у него не было. А если это не сделать немедленно, можно и до утра не дотянуть. Да уж, проблема. Он доковылял до стола и зажег свечу.

Внимательно осмотрев рану, с удовлетворением констатировал: сквозная, хоть и достаточно серьезная. Но, черт возьми, жжет так, что, кажется, вся нога отвалится к чертям собачьим. Ролан поморщился. Нужно обработать антисептиком и наложить тугую повязку. Крови вытекло уже достаточно, чтобы не беспокоится о необратимом процессе. Значит, дней пять, максимум семь – и будет как новенький.

Он достал из шкафчика начатую бутылку брэнди, плеснул в стакан и мигом осушил его. Бинт. Ну и где его взять? Он мысленно чертыхнулся и тут же сообразил: если разорвать рубашку, вполне можно использовать лоскуты для перевязки. Шатаясь и прихрамывая поплелся к шкафу. Да уж, состояние, мягко говоря, не очень. Голова кружилась так, что пришлось ухватиться за стул. Не хватало только потерять сознание, как эта бестолковая девица.

Ролан выудил с полки чистую футболку и разорвал ее на несколько длинных полос. Бинт есть. Осталось обработать рану и перевязать. Черт, как же кружится голова. Похоже, без посторонней помощи ему не обойтись.  Он сделал шаг в сторону и рухнул на колени. Вот это уже совсем хреново. Кое-как добрался до люка в дощатом полу и отодвинул засов.

– Эй, ты там жива?

Из темного подвала раздался жалобный всхлип.

– Давай, дуй сюда. Ты мне нужна, – он прислушался.

Похоже, его пленница не была настроена на оказание помощи своему похитителю.

– Если немедленно не поднимешься ко мне, я тебя сожру! – рявкнул он в темноту и обессилено облокотился о стену. Внизу что-то зашевелилось.

– Отлично, – буркнул он.

В проеме показалась рыжая головка, а затем и милое личико с пухлыми губками. Точнее, милым оно было два дня назад. Сейчас же девица походила скорее на пивную фею с похмелья: от слез глаза опухли и покраснели, под ними образовались темные круги, сама бледная как моль и губы дрожат.  Ролан скривился.

– Давай, выбирайся и обработай мне рану.

Рыжая испуганно захлопала глазами.

– Живо! – рявкнул и тут же застонал.

Боль огнем полыхнула в ране и разлилась нестерпимым жаром по телу. Девчонка покосилась на вытянутую ногу и быстро выбралась из люка. Ролан подождал, пока отступит боль, а затем снова скомандовал:

– Вот так. А теперь возьми со стола подсвечник, бутылку, тряпки и…

– Я знаю, что нужно делать. Два года медсестрой в больнице отработала.

Девица с опаской покосилась в его сторону. Надо же, какой он везучий.

– Ты молодец, – сухо похвалил ее, когда рана была обработана и перевязана.

– Спасибо.

– Есть хочешь?

Рыжая отрицательно качнула головой. Черт бы ее взял, а смотрит-то как! Будто он ей ее же собственную печень предлагает отведать.

– Слушай, мне не нравятся твои эти взгляды. Внесу ясность: если я решу тебя убить, то предупрежу заранее. В знак благодарности, так сказать. А если не будешь делать глупости, – он с раздражением отметил ужас, застывший в зеленых глазах, – то вероятней всего вообще не стану убивать. Но в ближайшее время ты будешь жить здесь. Тебя как зовут-то?

Девица хлопнула пару раз густыми ресницами.

– Юля.

– Отлично, Юля, – новая вспышка боли пронзила бедро и волной разлилась по телу. Ролан скрипнул зубами.

Девчонка как-то странно посмотрела на него. Сочувственно, что ли. Он мысленно хмыкнул. А что, это вполне себе мысль. Если ее приручить, то девица вполне может принести ему пользу. И не только в интимном плане. Он заинтересованно прищурился.

– Скажи, что у тебя было с Максимилианом?

– С кем? – не поняла Юля.

– С Максом.

– Ты про того гаденыша, что ли? Да ничего не было! – тут же вскипела, и, словно выплескивая всю горечь накопленных обид, взволнованно заговорила. – Сам подкатил ко мне в этом чертовом клубе, такой весь из себя красавчик. Стол нам с подругами организовал. Все комплименты мне отвешивал. И так естественно у него это получалось, что я и правда поверила в его идеальность. Ну, думаю, судьба моя. И тут появилась эта сучка.

– Это та, которая в твоем телефоне значится как очередная потаскушка гаденыша? – усмехнулся Ролан.

– Угу, – мрачно подтвердила рыжая. – Поначалу я не обратила внимания, а потом смотрю, пялится на нее. Я его раз отвлекла, другой. И тут эта дрянь куда-то сваливает. Гаденыш выждал пару минут – и за ней. Что мне было делать? Не скандалить же. Подождала минут пять и тоже пошла. Стоит, беседы светские ведет с этой курицей. Я конечно виду не подала, что меня зацепило. Забрала его и в приват-комнату потащила. Ну, думаю, если уж брать быка за рога, то прямо сейчас. Иначе уведут. Так этот гад даже штаны не пожелал снимать! Говорит, мол не настроен сейчас. Это он-то? Да я в жизни не поверю, чтоб у такого парня были проблемы с потенцией!  Что я, дурочка ему? Но не заставишь ведь. Вернулись за столик. Этой курицы уже не было, но, когда мимо ее стола проходили, Макс телефон заметил. Ну и ухватил, будто собственный. Пока мы за столиком сидели, девчонки мои развлекали его разговорами, я телефончик стащила и с него на свой номер позвонила, чтоб зафиксировать…

Ролан хмыкнул: а ведь и правда не дура. От этой так просто не уйдешь.

– А Макс посидел еще с полчаса, скорее для приличия и откланялся. Ну, за стол заплатил, тут надо отдать ему должное. И телефон этой потаскухи с собой прихватил. Разумеется, я поняла, что ее искать будет. Девчонкам наплела что-то и за ним выскочила. Ага, как же, догонишь его. Только успела заметить, как со стоянки харлей рванул. Шикарный зверь… – она мечтательно закатила глаза.

– Кто – зверь? – Ролан напрягся.

– Харли Дэвидсон, байк его. А потом появился ты. Дальше сам знаешь.

Покраснев, она замолчала. Интересно, если сейчас ей продемонстрировать свою истинную сущность, как она отреагирует? Будет визжать или снова хлопнется в обморок? И ведь, что такого уж сделал? Ну похитил ее – тоже мне событие. Ну притащил в заброшенную сторожку у черта на куличках, ну связал, оприходовал разок-другой. Приложил пару раз по заднице ладонью. Ладно, не пару, но ей ведь и самой нравилось. А потом, когда нож достал, веревку разрезать, она раз – и в обморок. Ролан вздохнул. Нет, человеческие бабы – это сплошная головная боль. И избавляться от них нужно сразу же, как только получил все и по максимуму.

Он глянул исподлобья на Юлю. Та сидела, понуро опустив голову, но впадать в очередную истерику вроде не собиралась. И на том спасибо. Избавляться от нее окончательно расхотелось. Вот только, что с ней делать потом, когда дело будет сделано, он не представлял. Не таскать же с собой повсюду. Это было бы глупо.

Очередная вспышка боли – Ролан стиснул зубы. С этим охотником нужно что-то решать. Раз пуля серебряная, значит, и он не обычный любитель пострелять зверушек. Нет, этот – охотник с большой буквы. И данное обстоятельство изрядно портило планы.

Рыжая легонько коснулась его руки.

– Ты не станешь снова запирать меня в подвале? – она скорчила жалобную гримасу. – Пожалуйста. Там, конечно, много еды, мягкий топчан и ворох одеял, но все же темно и сыро. А еще я ужасно боюсь крыс.

«Ох, детка, не того ты боишься», – Ролан вздохнул и пристально всмотрелся в изумрудные глаза красотки.

– Ладно, но если вздумаешь бежать…

– Ты меня найдешь. Понимаю, – она опустила голову.

– Волоки свои одеяла наверх и будем спать. Поздно уже.

Юля тут же метнулась в подвал и уже через минуту робко ютилась у стенки на единственной узкой кровати. И вот оно ему надо? Он улегся на свободную часть, натянул одеяло повыше и погрузился в собственные мысли.

Ева – кажется, так звал девчонку охотник. Все-таки стоит присмотреться к ней получше. Выкрасть ее он всегда успеет, если она, конечно, та самая… «Что ж, Максимилиан. У тебя есть несколько дней форы», – он невесело усмехнулся. Так было даже интереснее. Установить бы за этой парочкой слежку. Но как? Рана вряд ли заживет раньше, чем через неделю, да и Макс не должен знать, что он здесь. А еще этот чертов охотник… Ролан со стоном развернулся к девчонке.

– Спишь?

Та молча смотрела на него. В лунном свете сверкнули два изумруда. Может она ведьма? Развить эту мысль он не успел. Рыжая проворно скользнула под одеяло, и в следующий миг ее пухлые губы окончательно лишили его возможности думать. Он со стоном откинулся на подушку и блаженно зажмурился, приняв окончательное решение: эту ведьму он оставит себе.

Глава 11

– Заходи, Евочка, заходи, милая, – кудахтала бабка Авдотья, пропуская ее в прихожую. – Катька сегодня не в духе, ворчит цельное утро.

Ева даже не удивилась: у подруги всегда находится повод испортить себе настроение. Остальные к этому вроде как и привыкли.

– А Сашка тоже дома? – она смущенно потупилась, заметив лукавый взгляд Авдотьи.

– Что, виделась уже с ним? Правда, богатырь вымахал? Красавец, – похвалила та внука и торопливо вздохнула. – Нет его, с утра ишо в Москву свою укатил. Но ты не переживай, завтра вернется. Обещал старухе.

Ева растерянно захлопала глазами: вот так сюрприз. Пригласил на свидание, а сам деру?

– Что ты там стоишь, – высунулась из комнаты Катька, – Иди сюда!

Ева смущенно улыбнулась старухе. Та только рукой махнула и пошаркала на кухню.

– Бери эту непутевую, и марш на кухню, блинов хоть с вареньем поедите. Худые как две глисты, – проворчала она не оборачиваясь.

Неужели и правда так считает? Ева машинально провела ладошками по округлым бедрам. Нет, блины ей совсем ни к чему. Она обреченно посмотрела на подругу. Катька нетерпеливо топталась в дверях.

– Ну вот, полюбуйся, – отошла она в сторону.

– Тебя ж вроде отсюда выселили, – усмехнулась Ева, но так и застыла в проеме с глуповатой улыбкой на лице.

В большой комнате, которая когда-то принадлежала Сашке, царил настоящий хаос. Все Катькино белье, одежда, косметика, даже интимные принадлежности грудой валялись на широкой кровати. Ящики комода, старого трюмо и полотняного шкафа выдвинуты. Да и сама мебель стояла вкривь и вкось: судя по всему, ее тоже двигали.

– Это я еще кровать на место задвинула, – скрипнула зубами Катька.

– Что здесь произошло? На ваш дом совершили налет?

Ева потрясенно оглядывала весь этот бедлам, пытаясь понять, что здесь произошло.

– Дом в порядке. На мою комнату совершен налет, – Катерина принялась остервенело хватать разбросанное по кровати белье и швырять его в ящик комода. – Этот идиот устроил тут обыск.

– Какой идиот?

– Сашка, конечно! У нас что, идиотов много?

Ева вздохнула. Теперь понятно, почему у подруги нет настроения с самого утра. Кому ж такое понравится?

– А что он искал? Да еще в твоей комнате.

– Браслет, – фыркнула подруга.

– Какой еще браслет? Твой?

Уже одним взглядом Катерина объявила свой приговор: Ева ляпнула совершеннейшую глупость.

– Ну зачем ему мой браслет? Свой, естественно! Вернее, я не знаю, чей. Я ни разу не видела, чтоб Сашка его носил.

– Ты так говоришь, будто знаешь, о каком именно браслете идет речь. Насколько я помню, на Сашкиных запястьях всегда красовались какие-нибудь кожаные фенечки, – Ева прищурилась. – Ты его нашла, да?

Подруга опустилась на кровать и печально посмотрела на Еву.

– Нашла. Еще три года назад. Сашка тогда уже у отца жил. Естественно, я ничего не сказала ему. Подумаешь, событие. Одела один раз и в тот же день потеряла. Эх, – она испуганно посмотрела на Еву. – Ты же не скажешь брату, правда? Он мне голову открутит, если узнает!

– Не скажу…

Ева задумалась. С чего это Сашке понадобился какой-то браслет? И, судя по всему, понадобился в экстренном порядке.

– Как он выглядел хоть? Дорогой?

– Не знаю. По-моему, кожаный был. Плетеный. А по центру камень вроде как золотой паутинкой опутан. Наверное, дорогой, – она вздохнула.

– А в Москву зачем он уехал? Бабуля сказала, что обещал вернуться.

Катька схватила охапку одежды и комом запихнула ее в шкаф.

– Обещал, обещал… Да мне по барабану, что он там обещал. Хоть бы и вовсе не возвращался! Совсем шальной стал.

Ева вздохнула. Да, Москва меняет людей, она не раз об этом слышала. Но, чтоб вот так, кардинально. Эх, Сашка, Сашка. С другой стороны, что она вообще о нем знает? Нет, внешнюю сторону его жизни Ева знала досконально: парень как парень, учился как все, ни хорошо, ни плохо. В пятнадцать лет остался без отца: тот ни с того ни с сего бросил семью и уехал в Москву. В шестнадцать потерял мать, которая не вынесла предательства мужа, впала в депрессию, а потом покончила с собой. Катька переживала, плакала много, а он, вроде как, ничего, бодрился, с одноклассницами вовсю флиртовал. Бабуля говорила, что он так недостаток материнского внимания восполняет.  А потом к отцу уехал – и поминай как звали. И вот сейчас этот внезапный приезд. И ради чего? Ради какого-то браслета? Нет, все-таки правильно говорят: чужая душа – потемки.

– Кать, а что за дела у твоего брата в городе появились? С чего он решил вернуться?

Подруга посмотрела задумчиво, подпихнула вываливающуюся кучу тряпья и захлопнула дверцу.

– Знаешь, я и сама не поняла. Говорит, поохотиться захотелось, отдохнуть от столичной суеты. Это ему-то? Да он с детства мечтал в столице жить, а как мама… – Катька запнулась, – когда ее не стало, он только и говорил, что о переезде к отцу.

– А где он к охоте пристрастился? Не по Москве же медведей гонял?

– Не знаю, может и гонял, – она улыбнулась. – Он мне по телефону часто рассказывал, как с друзьями в пейнтбол играют. Наверное, там и подцепил охотничий азарт.

– Ясно. Что ж, это логично: мальчишки и охота – понятия вполне совместимые. Вот если бы он вышивкой увлекся…

Она серьезно посмотрела на Катьку, и они звонко рассмеялись.

– Хохотухи, чай постыл ужо, марш на кухню! – в комнату заглянула Авдотья, нарочито грозно сдвинула брови, а затем шлепнула внучку по пятой точке.

– Ба, ну ты что, всех кавалеров у меня уведешь!

Старушка крякнула и поправила могучую грудь.

– Твоих кавалеров чей-та днем с огнем не сыскать. Хоть бы уже завела себе кого.

Катька многозначительно посмотрела на Еву.

– Видала? Лизка номер два, – и с унылым видом поплелась на кухню.

***

– А я говорю, надо собрать дружину и прочесать лес! Ты же лесник, к кому мне еще обращаться?

Грозного вида мужик нервно расхаживал по гостиной, при этом усердно жестикулируя руками. Ева бегло окинула гостя взглядом.

– Здравствуйте. Привет, па.

– Привет, дорогая, – он приветственно взмахнул рукой и снова переключил внимание на собеседника. – Антоныч, она ведь уже взрослая девчонка, ну загуляла с кем-то, дело ж молодое.

Тот коротко кивнул Еве и насупился.

– А телефон чего не отвечает? Третьи сутки девка дома не появляется. Отец с матерью себе места не находят. Говорю тебе, дело неладно.

– Ну, мало ли чего не отвечает. Рано панику сеять. И так неспокойно в городе.

Жаркий, однако, разговор выходил. Ева незаметно прошмыгнула на кухню, достала из холодильника сок и подошла к барному окошку, ведущему из кухни в гостиную. Там и стала, прислушиваясь. Что-то случилось? Несомненно: тон у мужика хоть и был сердитый, но голос сильно дрожал от волнения.

– Ты прям как мой племянник говоришь. Тот тоже заладил: трупа нет, заявление только завтра могу принять. Как трое суток стукнет. Вот, что за система? Труп им подавай, тогда и дело будет – тьфу!

Он раздраженно махнул рукой и снова замаячил по гостиной. Ничего себе, новости! Ева так и застыла, не донеся стакан с соком до рта.

– Если бы это был волк, валялась бы твоя красавица где-нибудь на улице. Сомневаюсь, что он ее в лес уволок. А в нашем городишке за три дня не то, что труп – иголку потерявшуюся найдут. Так что я голосую за любовное приключение.

– Да ну тебя, – отмахнулся Антоныч.

В руках у него зазвонил телефон.

– Да, – рявкнул он, но тут же осекся. – Извини, Стас… Какие новости?

Он замолчал, выслушивая собеседника, а затем звонко хлопнул ладонью по ляжке.

– Вот, ешкин дрын! Ну не дуры? – еще с полминуты помолчал и добавил: – Выдери ее прутом! Не смотри, что кобыле уже двадцать три! Будет в следующий раз знать, как полицию от работы отвлекать да предков до инфаркта доводить!

Он театрально нажал на сброс и швырнул телефон на столик.

– Нет, ну ты представляешь? Явилась! – Антоныч аж покраснел от злости. – В область, говорит, ездила! С парнем – тьфу!

Ева облегченно выдохнула. Слава богу, никаких трупов, никаких пропавших девушек, все хорошо. Она отхлебнула сок.

– Я же говорил, дело молодое, – отец по-мальчишечьи стукнул Антоныча кулаком в плечо, но тоже выдохнул с видимым облегчением.

– Да ну их, этих девок. Вон у меня два сына, и тьфу-тьфу – никаких проблем. А на этой Юльке шкура горит! Сосед говорит, все отдам, лишь бы кто замуж ее забрал скорей, – он повернулся и заметил стоящую возле окошка Еву. – Повезло тебе с дочкой, Андрюх. Не шарится по злачным местам как некоторые.

Ева покраснела и спешно отошла от проема. Воспоминания о неприятных событиях в клубе замигали проблесковым маячком. В гостиной раздалась телефонная трель, и знакомый отца снова схватил трубку.

– Все, Петюнь… извини, товарищ участковый! На… – он резко замолчал.

Лицо его вытянулось, покраснело, а потом приобрело какой-то лиловый оттенок. Он плюхнулся на диванчик.

– Во, дела, – протянул он и снова покраснел. – Петюнь, гони их нафиг с этими заявлениями! Это не серийный маньяк, а серийный Дон Жуан объявился! Нашлась наша Юлька-дулька, значит и эта где-то по углам обжимается! Все, пока трое суток не пройдет – никаких заявлений! Это я тебе как родной дядька говорю! Отбой!

Отец терпеливо дожидался, пока разгневанный Антоныч слегка спустит пар.  Тот скрипнул зубами, потом шумно вдохнул, так же шумно выдохнул, пытаясь успокоиться, заговорил и тут же снова вскипел.

– Петька говорит, еще одно заявление пришли подавать! Вчера, говорят, была девка, сегодня, значит, нет девки. Домой не явилась, на звонки не отвечает! Да тут, судя по всему, надо не волка, а кобеля драного искать, что девок сводит! Это ж что у них, март-месяц наступил? Куда мир катится? Вот раньше было воспитание. Даже я, пацан, – и то до тридцати лет  не мог без предупреждения из дому выйти: у матери  – сердце, у отца – давление! А это ж девка – тьфу! – он хлопнул себя по колену и из злобного громилы средних лет превратился в до-крайности расстроенного дяденьку все тех же средних лет.

Еве даже стало жаль мужичка. Она незаметно покинула наблюдательный пост и тихонько поднялась в свою комнату. Пускай уж сами разбираются, кто там у них завелся, а ей собираться нужно.

По случаю своего приезда, Дзен устраивал торжественную встречу в кафе (снова идти в клуб, пусть даже и под пристальным присмотром новоприбывшего сына хозяина, Ева категорически отказалась). Она высунулась из комнаты и прислушалась. Только бы пышущий праведным гневом на всех непутевых дочерей мира дяденька ушел: портить в его глазах репутацию «домашней» девочки не хотелось. А отца предупредить о планах на вечер она не успела: внезапный сбор всей честной компании Дзен объявил лишь час назад. Ну же, топай домой, дядя.

Входная дверь гулко хлопнула. Повезло. Ева выдохнула и кинулась собираться. Приняв душ и тщательно высушив волосы, она в задумчивости застыла перед зеркалом. Машинально покрутила в пупке золотое колечко с миниатюрным камешком: и снова здравствуй проблема «что надеть».  Пожалуй, нежно-голубая юбка колокольчиком и на пару оттенков темнее шифоновый блузон без рукавов – то, что надо. Не слишком вычурно, но и повседневно не выглядит. Быстро оделась. Пара взмахов расческой, несколько штрихов косметики – из зеркала улыбалась ну очень порядочная девочка.

«Надеюсь, Лизонька, сегодня обойдемся без сюрпризов», – мысленно обратилась к подруге. Впрочем, верилось в это с трудом: очень уж та настаивала на тщательном подборе гардероба. Обнадеживало то, что Дзен – всегда спокойный и невозмутимый при любых обстоятельствах – поразительно быстро справлялся с попытками своей пассии заткнуть собой очередную дырку в очередной бочке. Завершив сборы, Ева сбежала вниз, поболтать с отцом: до выхода оставалось пятнадцать минут.

– Снова уходишь? – нахмурился тот.

– Папулечка, я же тебе говорила, что сегодня приезжает Дзен… Виталик, сын Семена Марковича. Вот он и решил позвать нас всех в кафе. Но ты не волнуйся, мы поздно не будем. Вернусь еще до темна.

– Если до темна, то ладно, – усмехнутся отец. – Но смотри, не так, как эти…

Он нарочито строго сдвинул брови и кивнул в сторону журнального столика. Только тогда Ева обратила внимание, что на нем лежал какой-то листок.

– Что это? – присела на диван.

– Антоныч забыл. Дочка соседа пропала, так он расстарался, распечатку ее фотографии сделал, к племяннику-участковому поперся, мол ищи пропажу, зуб даю, волк загрыз. Тот отказал, ну он ко мне и прибежал, дружину собирать.

– Да, я слышала… – рассеянно проговорила она.

С черно-белой распечатки ослепительно улыбалась девушка. Знакомое лицо: где-то они уже явно встречались.  Только вот никак не припомнить, где. Ева наморщила лоб.

На улице просигналила машина, и процесс опознания пришлось отложить. В последний раз подозрительно глянув на снимок, Ева попрощалась с отцом и вышла из дома.

Глава 12

Ева вошла в кафе и огляделась: как всегда чисто, как всегда уютно. Между столиками вооруженная кучей розовых тряпиц сновала юркая девчонка. Судя по всему, замена непутевой Катерине. Сама Катька наотрез отказалась идти в кафе, и Ева ее понимала: поди, объясни работодательнице, что врач настоятельно рекомендовал поваляться дома еще пару дней.

Столики были заняты через один. Вечер понедельника для неутомимой молодежи ничем не отличался от пятницы. Ближе к правому крылу кафе сидели ее друзья.

– Эй, Евич, дуй сюда! – крикнула Лизка, заметив ее нерешительность.

Нерешительность? Да Ева просто остолбенела! То, что за их столиком восседал в полном составе «Биг бэнд» ее не сильно удивило. Хорошие знакомые, если не сказать друзья Дзена вполне имели право отметить с ними возвращение заокеанского путешественника. Но вот центральная фигура этой развеселой компании никак не вписывалась ни в понятие «друг», ни даже «знакомый». Не сводя с нее пристального взгляда, рядом с Дзеном сидел Макс. Это что, шутка? Ева невольно попятилась.

– Ев, ну прости, что не предупредила, – зашипела ей в ухо подскочившая Лиз. – Все так спонтанно организовалось. Дзен встретил Ангела в клубе, разумеется, пригласил. Но я обещаю, никаких вольностей. Я же помню: Сашка, – она хитро подмигнула. – Но, ты все-таки присмотрись, пока общаться будем. А?

Подруга многозначительно повела бровью.

– Лиза, что он здесь делает? – процедила сквозь зубы Ева.

– Так я ж тебе говорю, – Лизка в недоумении перехватила ее взгляд. – Ты вообще о ком? Об этом красавчике?

Тут она расплылась в улыбке и понимающе кивнула.

– Да, этот тоже хорош. Я бы даже сказала, слишком хорош. Его зовут Макс.

Она продолжала шептать не поворачивая головы, но наглец словно понял, что речь идет о нем и усмехаясь, поглядывал в их сторону. А взгляд-то какой – всю душу наизнанку выворачивает. Еву обдало жаром. Черт, он не должен быть здесь. Что же ей делать? Лизка делала вид, что поправляет на Еве блузон:

– Мы с Дзеном встретили его возле клуба. Случайно, – она посмотрела на Еву и многозначительно вылупила глаза. –  У этого красавца собственный харлей! Ты представляешь? Дзен в своей Америке тоже увлекся байками, вот и зацепился с ним языком. И знаешь, несмотря на свой неприступный вид , парень оказался просто душка. Стал рассказывать о жизни ночных волков: так называют байкеров. Вот мы с Дзеном и решили, что он вполне может развлечь нашу шумную компанию своими байками.

С ума сойти. Разве такое бывает? Наверняка, он гипнотизер! Чертов маньяк, втирающийся в доверие силой мысли! «Ты веришь в судьбу?», – всплыли в памяти слова Сашки. Чушь. Мракобесие и сплошные суеверия. Просто наглец пронюхал об их встрече (еще большой вопрос, как) и хитростью втерся в доверие. Впрочем, проделать этот фокус с дружелюбным Дзеном и падкой на всякие интриги Лизкой – не такая уж непосильная задача. Ева украдкой глянула поверх дружеского плеча. Смотрит, зараза.

– Пойдем, уже, неудобно, – буркнула подруга. – Не робей, главная фигура сегодня Дзен, так что можешь спрятаться в его тени. Только не слишком глубоко.

И она захихикала. Ну и что ты будешь делать? Да, если бы не Дзен, она, несомненно, сбежала б. Но всегда внимательний и спокойный как удав парень не заслуживал такого откровенного наплевательства. Придется идти. Она вздохнула.

– Только я тебя умоляю, не подставляй меня. Сделай вид, что меня здесь нет, ладно?

Наивная, конечно, но на что-то же нужно надеяться. Или давать деру, пока не поздно. Как только девочки подошли к столу, Дзен тут же поднялся с места. Вот, уже поздно.

– Привет-привет! Как же я рад тебя видеть, тихоня, – улыбнулся он Еве и крепко обнял.

«А я-то как рада тебе», – мелькнуло в голове. Лизкин парень, пожалуй, единственный в этой компании, на кого можно было положиться и не ждать никакого подвоха.

– С приездом, – улыбнулась ему, когда закончились телесные приветствия.

Дзен галантно отодвинул свободный стул и помог Еве сесть. И снова повезло: она оказалась между «ангелом» и «бесом» (именно так ей и представили заросшего рыжей бородищей барабанщика, сидящего по левую руку).  Белокурый Ангел, восседающий, как и положено ангелам справа, обворожительно улыбнулся. Да, компания собралась та еще. А впрочем, почему бы и нет? Ева тихонько выдохнула, глубоко вдохнула и… уставилась в бездонные янтарные глаза. Ну, что за невезуха? Макс сидел ровнехонько напротив. Он, что, теперь весь вечер будет на нее пялиться? Словно прочитав ее мысли, тот усмехнулся и тут же поджал губы. Пф-ф-ф.

– Ну что, друзья, все в сборе? Никого не забыли? – Дзен обвел взглядом присутствующих.

– Все на месте, мой капитан, – промурлыкала Лиз, любовно гладя кончиками пальцев по черной бороде-эспаньолке. – Катьку не считаем: эта упрямица решила болеть столько, сколько доктор прописал.

– Что ж, позвольте тогда произнести коротенький тост. Полгода вдали от родины и друзей помогли мне осознать, что нет ничего важнее, чем наши близкие и родные. Друзья, которые помнят, любовь которая греет – вот то, ради чего стоит жить. Я безмерно счастлив вернуться сюда, пусть даже ненадолго и хочу поднять этот тост за всех тех, кто нам дорог. За друзей! – он поднял бокал.

Вечернее солнце, заливая зал мягким теплым светом, придавало коньяку насыщенный оттенок расплавленного янтаря. Совсем как… Ева невольно перевела взгляд на Макса. Тот держал стакан с соком (с соком?), но смотрел не на Дзена, а на нее. Ну точно, она обречена. На одно всего лишь мгновение перехватило дыхание и откуда-то из глубины взметнулось облако бабочек. Дурацкие легкокрылые насекомые! Ева поспешно отвела взгляд.

– За друзей, – подхватили со всех сторон, и Ева сделала торопливый глоток. Холодный с кусочками льда сок на время охладил ее пыл. Нет, это никуда не годится. Если этот нахал будет весь вечер таращиться на нее, а она млеть от каждого его взгляда, никакого сока не хватит. Может он все-таки уйдет? Но Макс, похоже, никуда не торопился.

– По-моему здесь еще не все познакомились. Ева, – Дзен посмотрел на нее и ободряюще улыбнулся. – Позволь представить тебе парней из «Биг бэнда».

Господи, ну зачем? Она прекрасно обошлась бы без официальных представлений и этих глупых расшаркиваний. Но «блудный сын» и не собирался устраивать шоу. Он кратко представил ей участников группы, а о ней лишь сказал три слова: очень хорошая девушка. Лизка, недовольная столь неэффектным знакомством, попыталась что-то добавить, но Ева зыркнула так, что та мгновенно передумала.

– А с этим парнем мы и сами только недавно познакомились, – продолжил Дзен, – и можем с уверенностью заявить: и в нашем городе волки водятся.

Он кивнул и уже с какой-то торжественностью добавил:

– Макс. Любитель хороших байков и ночных приключений.

Вот уж в точку попал. Ева фыркнула. О том, что этот холеный пижон любил ночные приключения, она знала и без этих помпезных представлений. Надо же, сколько чести. Даже своих друзей Дзен так не представлял. Впрочем, и это можно понять. Музыка не так сильно увлекала Лизкиного парня, как приобретенная на чужбине страсть к железным зверюгам.

Однако, Макс и не думал смущаться. Куда уж ему. Помнится, его и пошлое «Максик» не смутило, а тут прям любитель байков… Ева замерла на середине мысли. Максик. Ну конечно! Рыжая девица с выпрыгивающей из топа грудью – его ночная спутница! Это она была на той фотографии. Черно-белая распечатка немного искажала черты, но Ева уже не сомневалась. Это именно та девица.

Она раздраженно посмотрела на любителя приключений. Так вот, с кем была эта фифа три дня! Хотя, стоп. Каких три, если вчера он уже развлекался с другой. Да и на следующее после своей дерзкой ночной вылазки она видела его в кафе. Впрочем, почему нет? Он вполне мог укатить с рыжей в область и возвращаться сюда, когда ему заблагорассудится. Он же байкер, черт бы его побрал! И пока эта распутница торчала в другом городе, этот кобель охмурял блондинистую черепаху. Господи, и он еще зарится на Еву? Она одарила «ночного волка» суровым взглядом, но в ответ получила лишь неизменную ухмылку.

Прода от 27.07

– А «Биг бэнд» пригласили на прослушивание в Москву! – радостно заявила Лиз и подмигнула ей. – Надо брать автографы, пока еще есть возможность.

Ангел смущенно кашлянул и положил Еве горку зеленого салата.

– Спасибо, – улыбнулась ему. Для «звезды» парень был слишком застенчив. В глаза не смотрел, только иногда, вроде как случайно, задевал ее руку своей. В разговор снова вступил Дзен:

– «Биг бэнд» – одна из лучших музыкальных групп, что мне доводилось слышать, а Ангел – лучший исполнитель. После Элвиса Прэсли и Луи Армстронга, разумеется. Прости, парень, но эти ребята для меня просто святые.

– Между прочим, Ангел поет не хуже твоего Луи, – кокетливо стрельнула глазками Лиз в сторону скромно сияющего довольной миной паренька.

– Согласен, голос отменный, – поддержал молчавший до этого времени Макс. – Имел удовольствие присутствовать вчера на вашем выступлении.

Имел он удовольствие, разумеется: белобрысое и в очках как у черепахи. Ева тихо фыркнула и глянула в его сторону, не смеется ли. Нет, смотрит вполне серьезно. И, слава богу, не на нее.

– Евич, тебе ведь тоже понравилось, правда? Ой, это было бесподобно! – Лизка прижала ладони к щекам, будто бы краснея. – Особенно, когда Ангел посвятил тебе песню. Это та-а-ак романтично! Я бы влюбилась моментально!

– Вот такая она, любовь всей моей жизни, – нарочито грустно вздохнул Дзен. – Готова пойти за любым, кто затянет у нее под балконом серенаду. А я тебе, между прочим, песен не посвящал.

Лиз торопливо чмокнула щетинистую щеку.

– Зато ты завалил меня сладостями, а для меня это лучше любой музыки!

– Тебе правда понравилась песня? – повернулся к Еве расхваленный солист.

Она украдкой скосила взгляд на Макса. Наблюдает. Поза расслабленная, но в глазах искры. Все-таки ждет, что она ответит.

– Да, – сверкнула глазами. Вот так. Пусть знает, что нравится порядочным девушкам. А то кофе, кофе… Пусть разберется для начала со своим гаремом. Макс даже бровью не повел. Ах так?! Ева накрыла ладонью руку Ангела, – И песня бесподобная, и голос у тебя ангельский. Спасибо! Мне было очень приятно.

Никакой реакции. Ну что за человек? Ева мысленно показала Максу язык и подцепила вилкой салатный листок. С этой секунды она ни на одно мгновение не станет о нем думать. Вот прямо с этой же. Вот сейчас. Черт, ну что за привычка пялиться на человека, когда он ест? Ева даже не поднимая головы ощущала на себе взгляд бесконечно янтарных глаз.

– Я рад, – улыбнулся Ангел. – Может, пройдемся, когда официальная часть встречи закончится?

На такое она не рассчитывала. Ангел, конечно, оправдывает свое имя, но что-то быстро он перешел в наступление. Или может так и должно быть? «Эх, Ева, пишешь о любви, а сама ни бельмеса в ней не смыслишь».

– Давай прогуляемся, – согласилась она.

Может и правда чего новенького узнает. Как прекрасно предзакатное небо, к примеру. Или как приятно гулять по вечернему городу вдвоем, ничего друг другу не обещая и ни на что не рассчитывая. Она взглянула на парня. Что у него на уме?

– Рад, что ты согласилась. Хотел вчера, но…

– Знаю, Лиз говорила, – перебила она его. – Я и сама была занята. Но сегодня порядок, можем пройтись.

Что, съел, ночной волк? Она небрежно скользнула взглядом по лицу Макса и с удовольствием отметила, что тот недоволен. Учись, студент! И ведь не смотрит на нее, вроде как не интересно. А сам хмурый как черт. Куда он вообще пялится? Ева слегка повернула голову, уловив какое-то движение за спиной.

– М-м-м, какая дружная компания! Не желаете приютить за вашим гостеприимным столом еще одного любителя задушевных бесед?

Ну вот и все. Доставайте свои револьверы – сейчас будет дуэль. Или обойдется? Ева с тоской посмотрела на Лиз, но та лишь пожала плечами. Зато вот Макс заметно напрягся. Что так? Мистер Я-влезу-везде-без-мыла не рад такому повороту? Вот и пусть решает, оставаться ему или уйти: радушный Дзен уже вынес свой вердикт: «Всегда рады гостям».

Глава 13

Возле стола хлопая густыми ресницами стояла цветная копия черно-белой распечатки Антоныча.

– Я – Юля, – промурлыкала рыжеволосая красавица, обнажив ряд белоснежных зубов в фальшивой улыбке, – хор-рошая знакомая этого волченка.

Она кивнула в сторону Макса и послала ему воздушный поцелуй. Вот ведь беспардонная. На его лице не отразилось ни тени смущения, лишь брови чуть сильнее нахмурил. Они что, поссорились?

Наглая девица обвела хищным взглядом присутствующих и снова уставилась на парня. Неловкости тот не испытывал. Скорее недовольство. Похоже, у парочки серьезные разногласия: тот пристально смотрел на бывшую  подругу, но по-прежнему молчал.

– Угу, знакомая. Знаю я такие знакомства, – пробурчала Лизка, но Дзен нежно похлопал ее по руке и ворчание прекратилось.

Парни тут же засуетились, кто-то метнулся за дополнительным стулом, а скромняга Ангел сдвинув тарелки в сторону, пригласил незваную гостью сесть рядом. Ева поморщилась. Прекрасно. Теперь между ней и небесным созданием вклинилась рыжеволосая ведьма и, судя по блаженному выражению лица парня, прогулка по вечернему городу отменяется. Во всяком случае, если моцион и состоится, то уж точно не с Евой.

– Максик, ты уже рассказал новым друзьям о своих увлечениях? – рыжая подперла подбородок, приподняла густую бровь и, сжав губы в тонкую линию, растянула их так, что в уголках образовались ямочки.

И снова ответом ей было молчание. Лишь желваки заиграли на его лице. «Милые бранятся, только тешатся», – некстати вдруг вспомнила Ева.

– Максик у нас волк, – пояснила девица и с усмешкой посмотрела на объект своего пристального внимания.

Недобрые искры сверкнули в его взгляде.

– Именно поэтому мы и познакомились, – словно опомнившись, Дзен кинулся поддерживать разговор. – Раньше в нашем городе совсем не было байкеров. Макс, можно сказать, первооткрыватель.

Он слабо улыбнулся. Остальные молчали, что еще больше усиливало возникшее за столом напряжение. И хотя никто не мог понять, что происходит, всем было чертовски не по себе.

– А вы, Юля, чем увлекаетесь? – снова попытался разрядить обстановку Дзен.

– О, – глаза красотки сверкнули, – с недавних пор моя жизнь круто изменилась. Ночные волки как стиль жизни – так у вас говорят, Максик? Все остальное – ерунда и скука.

– Вы тоже байкер? – удивился Ангел.

Рыжая захохотала.

– Нет, что ты, зайчонок. Мне выпала скромная роль подруги ночного волка, – она накрыла ладонью лежащую на столе руку паренька.

Хищница. Эта ни за что не упустит добычу, даже если придется пройти сквозь огонь и воду. Ева украдкой посмотрела на Макса. Как он отреагирует?  На лице, всегда украшенном безмятежной и нагловатой ухмылкой читалось… Что? Неприятие? Гнев? Внутри неприятно кольнуло: он ревнует? Да и черт с ним. С ней-то что творится? Судя по всему, ревнует здесь только она. Вопрос, почему. С этим заносчивым байкером у нее ничего нет и быть не может. Тогда отчего так паршиво на душе?

– Значит, у тебя есть парень? – разочарованно протянул Ангел. – Или это…

Он многозначительно посмотрел на Макса. Девица хмыкнула.

– Можно и так сказать. Но Макс тут не причем. А вот тебе, зайчонок, лучше со мной не связываться – целее будешь.

– Эй, ты, что ему, угрожаешь? – вскинулся Бес.

– Разве я похожа на угрозу? – Юля усмехнулась.

Вообще-то, да. Ева нутром ощущала опасность, которая исходила от этой бестии. Ходячая угроза с большой грудью – неужели такая способна на какие-то чувства? Господи, парни, очнитесь! Да это же бомба замедленного действия! Она посмотрела на Макса. Тот сидел мрачнее тучи, все так же пристально разглядывая рыжую, отчего янтарные глаза стали почти черными. Странный какой-то. И слова в ответ не скажет.

– Подай-ка мне салатик, милая, – промурлыкала вдруг девица, обращаясь к Еве.

Нет, ну какая наглая. Куда уж там Лизке с ее закидонами. Возьми и подай ей. Ева мысленно фыркнула. И смотрит так, будто дыру прожечь хочет.

– А Максик ведь тебе нравится, – подмигнула та. – Смотришь на него, будто кот на сметану. Смелее девочка, он не кусается.

И она звонко рассмеялась. Ева покраснела. Чертова лицемерка! Сама-то, поди, перед ним хвостом крутит, пытается вызвать ревность, а ей сейчас хоть сквозь землю провались.

– Я думаю, нам пора, – наконец изрек Макс. Не голос – арктический лед. – Пойдем.

Он кивнул рыжей и встал из-за стола.

– Прошу нас извинить.

– Ох, Максик, мне так понравились твои новые друзья. Может, побудем еще немного? – Юля выпятила пухлые губки. – Или ты успел соскучиться с нашей последней встречи, что так невтерпеж?

– Идем, – рыкнул тот в ответ и, взяв девчонку за предплечье, чуть ли не силой вытащил из-за стола. – Рад был знакомству.

Макс кивнул застывшей за столом компании и повел дерзкую подругу к выходу.

– Увидимся, – растерянно пожал плечами Дзен.

Вот ведь правду говорят, горбатого могила исправит. Ева вздохнула: Макс даже не глянул в ее сторону. Что ж, одной проблемой стало меньше. Впрочем, после визита рыжей искусительницы Ангел тоже перестал быть проблемой. Или нет?

Парень словно очнулся от наваждения.

– Сока? – он глупо улыбнулся Еве.

Ну уж нет, обойдется.

– Спасибо, я сама.

Настроение было окончательно испорчено. И кем? Какой-то распутницей, которой таки удалась ее хитрость. Нет, во всем виноват этот наглый самоуверенный тип. Вот ведь свалился на ее голову. Нет-нет, с нее достаточно. Никаких парней, никаких прогулок вдвоем. Ева налила себе сок.

– Что это вообще было? – Лиз обвела взглядом парней. – Эта девица что, ненормальная? Свалилась как гром среди ясного неба, наговорила какой-то ахинеи и утащила Макса! Вот ведь дрянь какая!

Дзен приобнял подругу за плечи.

– Вообще-то, это Макс ее утащил. Не заводись. Ничего ведь не произошло, – он посмотрел на Еву. – Все хорошо?

Ага, лучше не бывает.

– Мне нужно домой, – она виновато улыбнулась. – Я обещала отцу, что приду пораньше.

– Евич, ты чего? Мы же только недавно пришли! – Лиз выпучила глаза.

Ох, только не начинай, подруга.

– Мне и правда пора.

– Я провожу! – оживился Ангел.

Ева замотала головой.

– Не надо. Я сама. Еще нужно зайти в одно место, отец просил, – она поморщила нос и засопела.

Лиз покачала головой.

– Врет и не краснеет.

– Ничего не вру.

Эта откровенная настырность подруги сейчас рождала в ней тихую ярость. Черт возьми, неужели так трудно понять, что ей просто хочется побыть одной?

– Я все-таки провожу, – Ангел попытался взять ее за руку.

– Нет! – резко вскочила Ева. Господи, вот и она превратилась в нервную истеричку. – Извините меня. Дзен, все было здорово, правда. И я очень рада твоему приезду.

– Я провожу, – буркнула недовольная Лизка и выбралась из-за стола.

Распрощавшись со всеми, Ева направилась к входу.

– Ты что творишь? – Лиза шипела как заправская гадюка. – Ну свела эта прохиндейка Макса, что с того? Ангел вон запал на тебя, а ты снова все портишь! Я ведь видела, как ты пялилась на этого «волка». Вон и фифа тоже заметила. А ведь между ними явно что-то есть. И поверь моему горькому опыту, на пути у таких как эта Юля не встают – сожрет и не подавится. А вот Ангел – совсем другое дело – милый и одинокий. А ты его динамишь.

Ева устало вздохнула.

– Лиза, возвращайся к Дзену – он у тебя прелесть. А мне нужно пройтись, правда, – снова спорить о вечном ей не хотелось.

– Ладно, – буркнула подруга. – Если тебе так приспичило, иди. Я тебя прикрою. Но насчет Ангела подумай. Он нормальный парень…

– Пока, Лиз, – Ева чмокнула подругу в щеку и вышла на улицу.

День клонился к закату и вдоль тротуара все сильнее вытягивались длинные тени домов и уличных фонарей. Темные полосы чередовались с оранжевыми островками, по которым время от времени проплывали силуэты людей, птиц, машин. Мир теней – другой мир: вроде его видишь, но существует он в другой параллели. А предзакатные часы позволяют пересечь ее границы. И это так романтично. Даже, когда рядом нет того самого, вечерний город по-прежнему являет свою волшебную душу тем, кто умеет видеть красоту в обыденности.

Ева набрала полные легкие свежего воздуха и зашагала в направлении рыночной площади. Дойти до нее, минуя центральную улицу, а затем, обогнув пару-тройку пятиэтажек, выйти к парковой аллее. Вечером там тихо и по-настоящему сказочно. Можно даже повстречать смелых бельчат, готовых за угощение идти за тобой хоть на край света.

Перебежав улицу, Ева неторопливо пошла вдоль витрин, с любопытством разглядывая разномастный интерьер заведений и магазинчиков. Парикмахерская. Сразу по ту сторону широкого окна в специальном кресле восседала грузная дама. Щупленькая девчонка порхала вокруг, вытворяя на голове клиентки нечто невообразимое. Череп в той части, которая была обращена к Еве, был коротко выстрижен. Зато на затылке во все стороны торчали густые волосы цвета спелой вишни. Ева притормозила. Интересно, что задумала эта эксцентричная толстушка?

В стекле отражалась улица, поэтому приходилось всматриваться. Мелькали люди, машины – мир, остановись на минутку. Ева целиком переключила внимание на отражение и вздрогнула, заметив в снующем людском потоке знакомую фигуру. Юля? Та стояла на другой стороне улицы и, судя по всему, смотрела на Еву. Она молниеносно развернулась.

– Девушка, подкиньте пару рубликов на хлебушек.

Прямо перед ней стоял потрепанного вида мужик с явным намерением выпить. И, судя по жалобному взгляду, этого самого «выпить» у него не было.

– Извините, я не…

Ева сделала шаг в сторону, всматриваясь в толпу на светофоре, но знакомой фигуры не увидела. Неужели показалось?

– Извините, – она развернулась и поспешила убраться подальше от этого места.

Что же нужно было этой девице в кафе? Как она их вообще нашла? Случайность? Очень уж Ева сомневалась. И то, что Макс вдруг оказался в их компании тоже не очень походило на случайное знакомство. Господи, все друг за другом следят. Или это у нее паранойя?

Через двадцать минут Ева миновала металлическую шильду с надписью «Парк культуры». Чудное место. Вдоль пустынной аллеи выстроились фонари, одетые в китайские шляпки. Они, словно одноногие стражники с блестящих латах, охраняли ее путь. Ева замедлила шаг. Здесь ее точно не станут преследовать: вся бурная вечерняя жизнь осталась на шумных улицах, а в этом мире тишины и покоя лишь ветерок гулял между высоких сосен да вечно голодные голуби деловито прохаживались по дорожкам в поисках крошек. И этот степенный ритм нравился ей больше, чем городская суета. Ева вздохнула.

А ведь рядом сейчас мог быть Ангел. Может зря она отказалась от его компании? У них наверняка есть что-то общее: он – артист, она – начинающий писатель. Творческим людям всегда найдется, о чем поговорить. Эх.

Впрочем, не стоит забывать, что этот «творческий» человек слишком уж быстро менял свои пристрастия. То песни ей посвящает, то с обожанием чуть ли не в рот смотрит свалившейся как снег на голову незнакомке. Нет, этого парня можно смело вычеркивать из списка возможных претендентов на роль «любовь всей моей жизни». Ева недовольно наморщила нос.

Что за глупые размышления? Все-таки постоянное давление вредоносной подруги сказывается на ней не лучшим образом. Любовь – в этом Ева была уверена – вспыхивает внезапно, а не выводится по каким-то формулам. Именно поэтому следовало успокоиться и перестать думать о русоволосом «ангеле».

Ева вдруг поймала себя на мысли, что о нем-то и думать не хочется. Этот парень был, словно занавес в театре: маячил перед глазами, скрывая от нее главного героя спектакля. И вот сейчас «герой» вдруг нетерпеливо выглянул из-за тяжелой портьеры, пугая ее блеском янтарных глаз. Макс. Вот, о ком ей хотелось думать.

Что-то незримое витало в воздухе, когда он был рядом. Что-то, что пугало и манило ее одновременно. И, как не пыталась Ева скрыться от этого «чего-то», оно с ужасающей скоростью настигало ее.

Неужели Юля сумела разглядеть то, что она сама от себя так тщательно скрывала: ей нравился этот беспардонный тип. Со всем своим набором наглых ухмылок, с его раздражающей привычкой менять спутниц как рубашки, с его невероятной способностью оказываться всегда там, где есть она и злить ее одним своим взглядом. Господи, неужели она и правда влюбилась в этого ловеласа? Невероятно! Она ведь почти не знает его. Ева беззвучно застонала.

Краем глаза она уловила за деревьями какое-то движение. В желудке противно ухнуло. Окинув видимое пространство взглядом и не обнаружив никого, кроме метнувшейся по стволу к вершине сосны белки, Ева ускорила шаг. Сердце глухо колотилось о грудную клетку. В голове тут же всплыли воспоминания об ужасной истории, потрясшей весь город. Черт возьми, как она вообще могла забыть об осторожности?

Вечернее солнце пробираясь сквозь деревья разрисовывало тротуарную плитку в черно-оранжевые полосы. Вытянутая тень самой Евы плавно скользила перед ней, прескакивая с одной световой дорожки на другую. Ева совсем перестала обращать внимание на царившую вокруг красоту. Домой, скорее домой. Черт ее дернул пойти одной через парк. Хорошо, хоть еще не стемнело.

Внезапно ее тень, в очередной раз вынырнув из темной полосы, раздвоилась и вторая ее половина стала стремительно расти.

– Надеюсь, у тебя есть веские причины для такого бездумного поступка, – раздался совсем рядом грудной с мелкими льдинками голос. Ева взвизгнула.

– Черт, ты совсем что ли? – она в панике уставилась на того, кто, с легкостью обогнав самого Копперфильда, материализовался из ее мыслей. – Ты что следишь за мной? Ты псих?

Мгновенный выброс адреналина совершенно притупили чувство опасности и инстинкт самосохранения, и Ева перешла в открытое наступление.

– Ты что думаешь, раз эти смазливые девицы вешаются на тебя как гирлянды на елку, это дает тебе право преследовать меня?

Макс приближался к ней, недовольно хмуря брови. Ева кипятилась все сильнее.

– Ты считаешь, что вправе брать все, что пожелаешь, даже не интересуясь мнением окружающих?

Он оказался так близко, что слышно было дыхание.

– Ты невыносим! Я требую, чтобы ты оставил меня в покое!

– Ты хоть понимаешь, какой опасности подвергаешь себя? – его голос дрожал от гнева, и желание продолжать моральную порку тут же исчезло.

– Что ты несешь? Какой опасности? Ты – единственная опасность!

Ева попыталась отбить обвинение, хотя понимала, что доля правды в нем есть. К черту! Какое он вообще имеет право тут командовать? Да хоть бы и была опасность – ему-то какое дело? Снова решил поиграть в рыцаря?

– Я не думал, что сегодняшняя встреча так обернется, но Юля…

Ева не дала ему договорить.

– Юля, Юля – идите вы со своей Юлей знаете куда? – слезы навернулись на глаза, и Ева раздраженно смахнула их ладонью. – Я не желаю больше видеть ни тебя, ни твоих хамоватых девиц! Ты меня не интересуешь! Совсем! Так и передай своей ненормальной!

– Зато ты меня интересуешь, – прошептал Макс. – И в этом вся беда.

Он обхватил ее лицо руками, и теплые упругие губы коснулись ее губ. Словно жаркое дыхание невидимого великана обдало ее тело, и Ева поняла, что падает: ноги стали ватными и совершенно перестали держать свою хозяйку.

– Ты еще в обморок упади, – пробурчал Макс, подхватывая ее на руки.

– Отпусти, – прошептала в отчаянии.

Голос тоже не слушался. Слова застревали в горле, а упрямые слезы рвались наружу. Зачем? Зачем он ворвался в ее жизнь и преследует, не давая спокойно вздохнуть. Ничего у них не выйдет. Ни серьезных отношений, ни «жили они долго и счастливо». С такими как Макс возможны лишь ложные надежды на один день, за которыми наступит горькое разочарование. В голливудской копилке таких историй полным полно. Нет, этот путь не для нее.

Макс осторожно поставил Еву на землю.

– Ты не должна находиться вне дома одна. Никогда, слышишь?

Она попыталась взять себя в руки и сердито посмотрела на парня.

– Ты всем своим девицам это говоришь? Пытаешься играть в рыцаря?

– Ева, ты многого не знаешь, и сейчас не время и не место для разговоров. Просто поверь, не стоит искушать судьбу.

Его глаза отражали что-то такое, чему Ева тут же поверила. Нет, это не шутка. Он действительно чем-то очень обеспокоен. И это связано с ней. Черт, во что еще она умудрилась влипнуть?

– Макс, я не знаю… Я хочу сказать… Если это твоя очередная игра…

– Тшшш, – он провел пальцами по ее волосам, аккуратно убирая каштановые пряди с лица.  – Для меня игры закончились сегодняшним вечером. А для кого-то они только начинаются.

– Юля? – Ева уже начинала ненавидеть эту рыжую ведьму.

Макс молча кивнул.

– Что ей вообще от меня нужно?

– Я думаю, ей не понравилось, как ты на меня смотришь, – он усмехнулся.

Ева вспыхнула.

– Она ошибается! Как и ты!

– По-моему разговор замкнулся: мы пошли по второму кругу.

– Вот и прекрасно. Значит ты меня понял и не станешь больше досаждать своим присутствием, – Ева злилась на себя, что так легко поддалась на его уловку.

– Она опасней, чем ты думаешь, – в глазах Макса мелькнула тревога.

Господи, неужели он серьезно? Если даже этот ученик японских самураев боится рыжую шельму, то что уж говорить о Еве. Или он опасается не за себя?

– Макс, скажи мне правду. Что произошло сегодня вечером? Ты специально подстроил знакомство с Дзеном? А эта… – она даже имени этой нахалки не хотела произносить, – девица – она следила за тобой?

– Когда-нибудь ты все узнаешь. А сейчас я отвезу тебя домой, – он обхватил ее за талию и аккуратно притянул к себе. Ева попыталась сопротивляться. «Не позволяй ему брать над тобой верх!» – в голове царил настоящий хаос. Глубинное желание покориться воле «ночного волка» рвалось наружу, в тоже время разум кричал: «Врет! Он все врет!»

Дыхание участилось вместе с пульсом: Макс снова склонился над ее лицом и горячий поцелуй обжег ее губы. На этот раз она не спешила падать. Словно во сне, она подалась навстречу его крепким объятьям и растворилась в сладостном дурмане.

Глава 14

– Какие новости, детка? – Ролан приподнялся в кровати и пристально посмотрел Юле в глаза.

Она не отвела взгляд, даже улыбнулась.  В конце концов, маленькая ложь в свете последних событий и не ложь вовсе, так, небольшая хитрость. Ведь нельзя же вот так сходу взять и всецело подчиниться этому оборотню. Юля хмыкнула.

– Полагаю, ты прав. Эта парочка явно заинтересована друг другом.

Она вытащила из рыжей копны застрявшую веточку: бегать по лесу в образе волчицы было до странного непривычно.

– Надеюсь, ты не засветилась? – Ролан прищурился и выжидающе посмотрел на нее.

– Не волнуйся, у меня все под контролем.

Тот удовлетворенно кивнул. Что связывало его с Максом, Юля не знала: рассказывать ей об этом Ролан не спешил. Да ей это и без надобности. Уязвленное женское самолюбие требовало отмщения, и поручение волка следить за этими двумя как нельзя кстати способствовало осуществлению ее собственных планов.

Присев на край кровати, она тесно прижалась к горячему телу и заискивающе посмотрела в мраморную глубину серых глаз. Господи, до чего же он хорош собой. И даже раненый со слегка осунувшимся лицом – он все так же был неутомим в постели. Одним словом – зверь. Юля принюхалась. Вот и сейчас от него исходил пряный запах желания. Юля провела ладошкой по волевому подбородку, коснулась подушечками пальцев жесткой линии рта. Запах усилился.

С тех пор как Ролан обратил ее, обоняние обострилось в сотни раз. Вот и сегодня, сидя за столом кафе она вдыхала запах страха, которых шел от Евы. И вместе с ним тонкий, едва уловимый аромат желания. О, она не сомневалась – дай этой дурехе шанс оказаться в объятьях красавчика, она бы тут же им воспользовалась, несмотря на трясущиеся поджилки. А Макс – да от него просто разило страстью. Юля мысленно закатила глаза. Как это все пошло, хоть и до смешного примитивно.

Девственная сучка будет интересовать его ровно до тех пор, пока не сломается перед ним. И на этом все. Макс не создан для серьезных отношений. Закоренелый в своих любовных интригах ловелас – вот, что говорит исходящий от него запах. Что ж, его можно понять: Юля и сама не стремилась к моногамии. Но отказать ей? Променять на эту малолетнюю недотрогу, которая и целоваться-то еще не умеет  – большая ошибка.

Впрочем, надо признать, что эта игра очень уж веселила ее. Что бы там ни задумал Ролан, она успеет насладиться игрой. И этот светлый мальчик (кажется, его зовут Ангел – какая ирония) поможет ей.

Юля провела влажным язычком по щетинистой щеке и усмехнулась: Ролан хотел ее и уже демонстрировал свое желание натянутой в известном месте тканью спортивных штанов.

«Как же ты ошибся, Максик», – мелькнула в мозгу ядовитая мысль. И за это ему  придется заплатить. А уж какую цену, она решит сама, не посвящая в эти детали своего нового любовника. Юля хищно сверкнула взглядом изумрудных глаз и с глухим рычанием припала к приоткрытому рту Ролана.

***

Восемнадцать лет исполняется лишь раз в жизни, и эту дату следует запомнить до конца унылого земного пути. Так говорила Лиз. С самого утра было много суеты и приготовлений: гости должны прибыть к двум после полудня. Ева стояла у окна гостиной, застыв невидящим взором поверх плетеной ограды.

Коричневые стволы высоких сосен гигантскими стрелами торчали в небо, по которому медленно плыли перистые облака. Погода выдалась замечательная: ни жарко, ни холодно. Солнце сегодня не палило нещадно, а лишь ласково одаривало своими приветливыми лучами землю. Легкий ветерок шевелил разноцветные шары, развешенные над калиткой. Что ж, такая чудная погодка – отличный подарок природы к ее совершеннолетию.

Чувства Евы смешались, наплывая друг на друга, как волны прибоя: с одной стороны трепетное волнение, вызванное важным событием, с другой – неясная щемящая грусть. Вот ее-то и не могла объяснить именинница. Неужели вчерашний поцелуй с Максом так вывел ее из равновесия? Впрочем, равновесия и без того не было вот уже неделю кряду. Но ведь волнения-то начались именно с той злополучной встречи с байкером. Значит, причина все же в нем? Черт.

Ева поджала губы и попыталась отогнать назойливое видение: Макс склоняется над ее лицом и горячий поцелуй обжигает губы. И как она могла поддаться на эти провокации? Ведь этот недоделанный дон Жуан только и ждал удобного момента, чтобы усыпить ее бдительность и воспользоваться ее доверчивостью. Беспардонный негодяй. Хорошо, хоть хватило сил остановить это безумие. Ева поморщилась, вспоминая, с каким разочарованием смотрел на нее Макс, когда она оттолкнула его, а затем стремительным шагом направилась к выходу из парка. Ничего, переживет, не маленький. Но отчего-то эта небольшая и весьма сомниельная победа над  распутником не принесла ожидаемого удовлетворения. Ева тряхнула головой.

– Эй, ты что там застыла как вкопанная? – в барном окошке, соединяющем кухню и просторную гостиную, появилась голова Лизы.

Подруга протягивала в проем два огромных блюда: одно с мясными нарезками, другое с фаршированными шампиньонами и рулетиками из бекона. Кусочек Лизкиной души – веселый Джек-Рассел-терьер Бинго скакал под тарелками, пытаясь ухватить торчавшую по краю ветчину: разумеется, он считал, что угощение предназначалось ему.

– Святые инквизиторы, возьми же, ну! – Лиз приподнимала тарелки повыше всякий раз, как челюсти песика клацали в миллиметре от цели.

Ева улыбнулась. Ей нравился этот шальной пес, который своим характером был невероятно похож на хозяйку. «Этот бесенок доведет меня когда-нибудь до белого каления», – говаривала та, когда очередная выходка Бинго вызывала истошные вопли соседей, разбуженных среди ночи громким лаем или звонким битьем чего-нибудь.

И все-таки он милый. Усмехнувшись, Ева взяла тарелки и отнесла их на стол.

Чего здесь только не было: и изящные канапе с черными маслинами и кусочками авокадо, и всяческие салатики в порционных пиалках и песочных тарталетках, и мясо по-французски, и соус по-итальянски, и рыба заливная, и говяжий язык под сырной корочкой – Лиза была мастером от Бога.

Ева кое-как втиснула блюда и вернулась на кухню.

– Что слышно с возвращением блудного попугая? – подруга деловито нарезала огурец, слегка скосив взгляд в ее сторону. – Звонил Сашка?

Ева мотнула головой.

– Все ясно – продинамил. И это в твой-то день рождения, – она возмущенно фыркнула. – Теперь ты понимаешь, почему я так настоятельно рекомендую тебе не класть яйца в одну корзину?

Ева непонимающе приподняла одну бровь.

– Какие еще яйца?

– Дзен так говорит. Это значит распределять риски, раскидывая свои активы – в твоем случае время, великодушно подаренное мужчинам – по разным местам. В одном не выстрелит, в другом с лихвой окупится, – Лиза облизала пальцы и сунула ей в руки две приличных размеров салатницы с майонезными горками и веточками розмарина и укропа. – Неси.

Стихийное бедствие, а не девушка.

– Между прочим, пригласить «Биг бэнд» я согласилась исключительно из-за Дзена. Что ему одному делать среди трех девчонок? – Ева показала Лизке язык и ловко увернулась от прилетевшего в нее скомканного полотенца.

Водрузив салатницы на оставшиеся свободные места, она присела на край длинной деревянной скамьи. Вдоль противоположного края стола протянулась ее сестра-близняшка с такой же резной спинкой. И их, и длинный дубовый стол отец с соседской помощью перетащил в гостиную с веранды.

Ева окинула беглым взглядом царившее изобилие и удовлетворенно кивнула. Все-таки Лизка – молодец. За скромное угощение краснеть перед гостями ей точно не придется. Оставалось надеяться, что и по другим причинам тоже.

Она взяла с края стопку тарелок и принялась мысленно распределять места. Сама она сядет с торца, чтобы в любой момент можно было никого не тревожа выйти из-за стола. Лиз с Дзеном сядут посередине, со стороны Лиз можно посадить Ангела (раз уж он ей так нравится, пускай и развлекает его сама), рядом с Дзеном – Бес. Впрочем, можно и наоборот. Главное, чтоб этот белокрылый серафим не особо приставал к самой Еве.

С другой стороны сядет остальная часть “Биг бэнда”. Катерину для симметрии можно поместить в центре музыкального квартета. Хотя что-то подсказывало, что их любимая ворчунья предпочтет место на отшибе с другого торца. Ева пожала плечами: как сядут, так сядут. Не маленькие, разберутся.

С улицы донесся звук подъезжающей машины.

– Лизка, бросай все! Приехали!

Подруга вышла с кухни, вытирая руки о полотенце.

– Ну так встречай, гости-то твои, – она усмехнулась, глядя как Ева испуганно косится на дверь. – Господи, ты так волнуешься, будто к тебе папа Римский пожаловал. Расслабься, все ж свои.

Гулко хлопнула входная дверь, и в прихожей раздался топот нескольких пар ног, сопровождаемый звуками басовитого мужского гогота. Ева выдохнула. Все хорошо, волноваться уже поздно – расслабиться и получать удовольствие. Дверь распахнулась, и в гостиную ввалилась шумная компания.

– Всем привет, – голос дрогнул, но Ева тут же взяла себя в руки и улыбнулась гостям. – Молодцы, что приехали. Проходите, располагайтесь пока на диване.

Парни прошли в центр просторной комнаты, попутно отвешивая комплименты по поводу уюта и отличной планировки дома.

– А где Ангел? – Лиз непонимающе уставилась на Дзена. – Он ведь должен был с вами приехать!

– Он… задерживается, – нарочито небрежно бросил Дзен.

Бес отвел взгляд. Интересно, куда этого сладкоголосого понесло?

– Ну что, поздравлять будем или как? – бодро повернул в нужное русло разговор перкуссионист Вадик.

– Вот ты и начинай, – повела рукой в его сторону чем-то рассерженная Лизка.

Следующие двадцать минут прошли в волнительном выслушивании поздравлений и пожеланий всех земных и небесных благ. Катерина подарила кольцо с заключенным в замысловатый цветок камнем-хамелеоном. От него так и веяло стариной.

– Какая красота! – только и смогла выдохнуть Ева.

Кольцо и правда было необыкновенным. Оно не было сделано из драгоценных металлов, но и на штампованные тысячами копий безделушки, которые наводняли магазинчики бижутерии не походило. Это была явно ручная работа по чьему-то индивидуальному вкусу. Украшение тут же заняло свое теперь уже законное место на руке своей новой хозяйки.

Дзен подарил ноутбук (наверняка, это Лиз во всех красках обрисовала ему несчастную судьбу молодой писательницы, у которой постоянно виснет рабочий инструмент).

От группы шел один общий, но зато размером с доброго медведя подарок. Собственно это и был медведь. Выше самой Евы головы на две, он держал в толстых лапах объемное красное сердце.

– Хэппи бездэй, Ев! – в отсутствие солиста, роль гласа “Биг бэнда” взял на себя Бес. Борода барабанщика сегодня обрела праздничный вид: в рыжие косички были вплетены тонкие разноцветные ленточки, а на концах во все стороны торчали смешные бантики. Какие же они милые все. Ева смущенно улыбалась, оглядывая эту разношерстную компанию.

– Он бесподобен, – потрепала лохматую башку и отчего-то покраснела.

Вот уж что-что, а принимать подарки за свои восемнадцать лет она так и не научилась.

– Это еще не все, смотри, что он может, – Бес надавил на коричневый нос косолапого, и, откуда-то из головы, полилась мелодия. – Ангел заказал запись специально для тебя.

Ева ошарашено слушала, как медведь знакомым с хрипотцой голосом пел ту самую песню, которую белокурый солист во всеуслышание посвятил ей. Невероятно!

– Евич, это самый романтичный подарок, который я когда-либо видела! – Лизка плюхнулась на диван и, по-детски обхватив щеки руками, вздохнула. Но затем встрепенувшись, – И где носит этого медведя, скажите на милость?

Словно почуяв нарастающий гнев жрицы правосудия, за окном просигналила машина.

– А вот и отсутствующее звено, – подруга подскочила к Еве, якобы поправить выбившуюся из элегантной прически прядку и тихо зашипела на ухо. – Только не будь букой, улыбнись ты парню. Видишь, как он старается.

Ева дернула кончиком носа и недовольно повела плечом: уж как-нибудь сама разберется. Тут же натянула улыбку и уставилась на дверь.

Спустя пару минут, словно поддавшись гипнотическому взгляду, та распахнулась и в гостиную вошел Ангел. Крепко держа паренька за руку, за ним следовала улыбающаяся до самых ушей Юля.

– Сюрпри-и-из!

Глава 15

– Обалдеть, – выдохнула Лизка.

Ева в недоумении переводила взгляд с туповатой улыбки Ангела на сиявшую, словно медный грош на дне фонтана Юлю. Что здесь вообще происходит?

– Это еще кто такая? – прошептала на ухо Катерина.

Хороший вопрос. Кто она вообще такая, эта Юля, что позволяет себе являться без приглашения к ней в дом. Ева издала протяжное «э-э-э», но нагловатая девица ее опередила.

– Евочка, милая, поздравляем тебя с самым важным событием в твоей жизни! Вот, это от нас с зайчонком, – и протянула неопознанный прямоугольник в цветной обертке с элегантным бантом на уголке.

От них с зайчонком? Чудно. Значит, эта парочка вместе. Давно ли? Рыжая, прочитав в растерянных глазах немой вопрос, тут же отреагировала.

– Мы случайно столкнулись возле лавки Тарасыча. Я туда частенько заглядываю. Ты ведь знаешь, там всегда полно чудных и редких вещиц. А когда котик сказал, что хочет выбрать для тебя необычный подарок, я сразу поняла: вещица, которую я прикупила всего пять минут назад, просто создана для тебя. Ты ведь особа романтичная, это сразу видно, – она хитро подмигнула. – Зайчонок со мной согласился. И как настоящий мужчина предложил пойти с ним в качестве его спутницы. Ты ведь не против?

Ева совершенно растерялась. Снова случайная встреча? Не много ли случайностей на одну неделю?

– Возьми, – Юля растянула пухлые губы в улыбке и подошла ближе.

Из кухни пулей выскочил Бинго и тут же зашелся грозным лаем. Он наскоками бросался в сторону незнакомки, но тут же отпрыгивал назад, ни на секунду при этом не умолкая. Девица спокойно перевела взгляд на недоброжелателя. Песик испуганно прижал уши, жалобно заскулил и спрятался за ноги хозяйки.

– Вот, даже собаки ее не любят, – проворчала Лизка, подхватывая Бинго на руки, и уже громко добавила: – Свободных мест нет!

– Да ладно тебе, Лиза, – Ангел жалобно посмотрел сначала на сердитую подругу, потом на совершенно растерявшуюся Еву. – Хочешь, я даже есть не буду.

Вот это уже удар ниже пояса. Ева густо покраснела.

– Не говори глупостей, и места хватит всем, и угощения, – она, наконец, взяла подарок из протянутой руки и сухо поблагодарив, повела рукой в сторону. – Прошу всех к столу.

– Здорово! Евочка, ты просто прелесть, – промурлыкала Юля и, подхватив Ангела под руку, потащила его к праздничному изобилию.

– Ева, ты с ума сошла? – зашипела Лизка, когда гости оказались вне зоны слышимости. – Зачем ты ее пригласила?

– А что мне было делать? Выставить их обоих вон? Я никогда не попадала в такие идиотские ситуации, так что извини, не сообразила!

Ева была расстроена и сердита одновременно. То, что расслабиться и получать наслаждение от вечера в присутствии бывшей любовницы Макса не получится – факт. Это вам не Лизка с ее прямыми как шпала заявлениями. Девица себе на уме. Непонятно, чем вообще вызвано столь пристальное внимание к Евиной персоне, и оттого факт его существования напрягал еще больше.

Гости самостоятельно расселись по местам, что ее вполне устраивало: заниматься рассадкой, учитывая присутствие незваной гостьи, не очень-то и хотелось. Без конца рычащего Бинго отнесли наверх, заперев его в комнате отца. Бедняга. Из-за всяких там нахалок приличной собаке и порезвиться не дадут.

– А что, Макс еще не пришел? – рыжая вопросительно уставилась на Еву.

Так вот оно, в чем дело. Эта интриганка с чего-то решила, что здесь будет Макс и облапошила доверчивого паренька просто для того, чтобы попасть на «закрытый прием». Прекрасно.

– Макса не будет, – сухо отрезала ей.

Кажется, девица ничуть не расстроилась. Только недоуменно посмотрела на Еву.

– Но почему? Вы что, поссорились?

– Мы не ссорились, – Ева начинала закипать. – Мы с ним вообще практически незнакомы. Поэтому если ты рассчитывала на его компанию, то вынуждена тебя огорчить: он не числится в списке приглашенных.

– Жаль. Вы так гармонично смотритесь вместе.

Юля печально вздохнула. Нет, ну какая актриса! Ева вдруг почувствовала нездоровый азарт соперничества. Эта нахалка уверена в своем превосходстве, оттого и Максом вчера крутила, и простачка-Ангела охмурила. Да, хищница с клыками, но задеть Еву ей не удастся. Не на ту напала, фифа! Она посмотрела на Лиз, ожидая поддержки со стороны бойкой подруги, но та сидела надувшись как сыч и, к удивлению Евы, молчала. Что ж, может оно и к лучшему.

Бокалы наполнились искрящимися напитками, и Дзен произнес первый тост. Разумеется, за именинницу. После этого обстановка немного разрядилась и со всех сторон раздалось мерное позвякивание столовых приборов. Как-то сами собой завязались разговоры. Дзен снова рассказывал байки об Америке – стране контрастов, парни весело комментировали и даже сердитая Лизка сбросив маску мегеры, любовно сверкала глазами в адрес своего ненаглядного. Катерина, за которой уже вовсю ухаживал Бес, снисходительно улыбалась, пытаясь скрыть пробудившийся интерес к «рыжей бороде». Ева расслабилась.

Опасная на первый взгляд девица, вела себя вполне сносно, разве что время от времени тискала под столом ангельские окорочка, заставляя краснеть их обладателя. Вот уж не думала Ева, что парни бывают такими застенчивыми. А уж артисты и подавно. Она хмыкнула.

К вечеру компания поменяла место дислокации: во дворе в каменном мангале весело плясали языки пламени, наполняя зеленую лужайку неповторимой атмосферой романтики. Поднос с нанизанным на шампуры мясом источал пряные ароматы, а искусно нарезанные ломтики свежих овощей и зелени дополняли картину «мечта гурмана».

– Хорошо у вас тут, – мечтательно проговорила Юля. – Не то, что в квартире. Эх.

– Хорошо, да, – согласилась Ева. – Не знала, что таким как ты нравится природа.

Девица хмыкнула.

– Ты права. Такие как я любят городскую суету. Но я – не все. А с некоторых пор так и вообще со страшной силой потянуло в естественную среду обитания.

Ева недоуменно посмотрела на рыжую.

– Каждому свое. Но не думала, что свежий воздух без выхлопных газов и  еда под открытым небом – твое второе хобби. Как-то не вяжется это с приключениями, которые, судя по всему, ты просто обожаешь.

В глазах Юли отразились язычки пламени, придав ей какой-то устрашающий вид. Ева поежилась. Девица взяла со столика два бокала с шампанским и подала один ей.

– Хочу выпить за твою удачливость.

Странная она все-таки. И взгляд, будто хочет рассказать Еве какой-то секрет, но, как говорится, за отдельную плату. Юля усмехнулась.

– За тебя, милая и за твое счастливое будущее, – она легонько чокнулась своим бокалом о Евин и залпом осушила его. А вот это уже на нее похоже: в голосе явственно слышался сарказм. Ева слегка пригубила напиток и вернула бокал на столик.

– Зря ты Макса не пригласила, – небрежно бросила девица. – Он ведь и правда запал на тебя. Да и ты, как я успела заметить, не слишком ровно дышишь в его сторону.

Много она понимает. Ева недовольно дернула плечами и засопела. Черт, неужели она и правда так откровенно пялилась вчера на этого показушника? Или дело в другом? Ева вдруг вспомнила тот маленький инцидент с витриной. Наверняка эта чокнутая  следила за ней. Может даже видела их вместе там, в парке.

– Послушай, какое тебе вообще дело до моих отношений с Максом или с кем бы то ни было еще?

В глубине изумрудных глаз сверкнул стальной блеск. Ева поежилась. В голове тут же всплыли показавшиеся странными вчера слова: «Я думаю, ей не понравилось, как ты на меня смотришь… Она опасней, чем ты думаешь». Неужели Макс прав? Ведь не постеснялась же ненормальная придти к ней в дом без приглашения, да еще при этом намеки всякие делать. Нет, нужно было что-то придумать и выставить эту девицу сразу. Эх, Ангел, Ангел…

Словно услышав глас божий, рядом тут же нарисовался слегка подвыпивший солист.

– Мясо уже в процессе, так что скоро нам всем будет вкусно, – он рассеянно обернулся в сторону группки, окружившей мангал, а затем, словно невзначай, приобнял Юлю. Нахалка тут же обвила его шею руками и со всей страстью впилась в губы.

Ангел и ведьма – идеальный дуэт. Ева мысленно закатила глаза.

– Ладно, вы общайтесь, я пойду ко всем, – эта парочка уже начинала раздражать всерьез. Ей никто не ответил. Вот и чудно. Она подошла к Лизке и вдохнула ароматный запах готовящегося мяса.

– М-м-м, Дзен молодчина. Не забыл, как маринуется вкуснейший в мире шашлык, – Ева тихонько сжала Лизкину руку.

Отчего-то именно сейчас, когда солнце плавно скатывалось за горизонт, и в воздухе уже начинал витать дух ночного волшебства, Ева ощутила себя одинокой. Как глупо. Она горько усмехнулась и посмотрела на подругу.

Счастливая. Лизка обнимала свободной рукой Дзена и весело хохотала.

– А где Катерина?

Лиза удивленно захлопала глазами.

– И правда, где это она? Недавно была здесь. Бесенок все крутился возле нее. А сейчас ни ее, ни нашей «рыжей бороды» – неужто у нас наклевывается новый роман? – она хихикнула.

Вот это новости. Катерина принципиально не заводила романов, считая всех мужчин слишком примитивными, чтобы тратить на них свою жизнь. И вот надо же, попалась на удочку брутального самца с барабанными палочками вместо рук.

– А вот и наша пропажа, – улыбнулся Дзен, кивая в сторону.

С крыльца спускалась Катька, и вид у нее был довольно суровый. Она плотней укуталась в вязанную накидку и быстрым шагом направилась в их сторону.

– Это безобразие какое-то! – возмущенно буркнула она и скрестила на груди руки. – Этот… орангутанг затащил меня в дом, якобы что-то показать, а сам стал лапать!

– Ты что, убила его? – притворно ужаснулась Лиз.

– Угу, как же – сам отключился. Пролепетал что-то о неразделенной любви и непонятых чувствах и уснул прямо на диване, – она посмотрела на Еву и гневно сверкнула взглядом.

Ну вот. Все идет своим чередом – Катерина вошла в привычное состояние, праздник удался.

– Кать, да перестань, – Дзен явно испытывал неловкость за друга. – Он не плохой парень. Просто перебрал немного. Не злись.

– Да ну вас. Я домой.

– Ты что, серьезно? – Лизка, кажется, начинала терять терпение. – Хоть бы в Евин день рождения не устраивала бы сцен!

– Чья бы корова мычала, – Катька фыркнула, но развивать назревающий конфликт не стала.

Ева обняла подругу.

– Катенька, останься с нами. Пожалуйста.

Та, поразмыслив о чем-то пару секунд, кивнула.

– Но как только этот бешеный гамадрил выберется из берлоги, я тут же свалю.

В том, что так и будет Ева не сомневалась. Слово Катерины – закон. Дзен добродушно улыбнулся

– А где же наш голосистый соловей и его дама?

Все дружно заозирались. Ни Юли, ни Ангела не было видно.

– Судя по всему, эта парочка тоже решила что-то посмотреть, – Катька презрительно скривилась. – Выгнала бы ты эту девицу отсюда взашей! Совсем уже страх потеряла!

Дзен усмехнулся.

– Да ладно вам, не ломайте кайф. Пускай наладят контакт, голубки.

– Фу-у-у, – Лизка хлопнула его по руке и посмотрела на Еву, красноречиво выпучив при этом глаза.

Да уж, миссия, как говорится, невыполнима. Но от мысли, что в ее доме хозяйничает малознакомый парень и совсем незнакомая девица становилось не по себе. И это еще мягко сказано. А уж если представить себе, чем они там занимаются – так и совсем тошно становилось. Ева решительно направилась к дому.

Внутри стояла странная тишина.

– Эй, где вы? – она окинула взглядом гостиную, задержав его ненадолго на мирно сопящем барабанщике.

Парочки здесь не было. Все-таки наверху? Вот уж кому наглости не занимать. Ева быстро поднялась на второй этаж.

– Ангел, Юля – вы где? Вас все ждут! – она прислушалась. Вломиться в собственную комнату и увидеть там что-то такое, от чего потом по ночам не сможет спать – нет уж, увольте. Ева на цыпочках подошла к двери и снова прислушалась. Тишина. Она уже собиралась открыть ее, как вдруг услышала с той стороны приглушенный стук. Все-таки беспардонный дуэт здесь.

Ева постучалась, чувствуя себя при этом ужасно глупо, и медленно открыла дверь. Первое, что бросилось в глаза – колышущиеся от легкого ветерка занавески и распахнутое окно. Небесное светило, поднявшееся над лесом, мягко озаряло комнату тусклым светом. На полу шевельнулась тень. Ева вздрогнула.

Чертова занавеска. Немного поколебавшись, она шагнула вперед. Как окно могло оказаться открытым? Она хорошо помнила, что закрывала его на шпингалет перед тем, как спуститься вниз.

Ева быстро пересекла комнату и осторожно выглянула наружу. Ничего. Она уже собиралась захлопнуть створки, как вдруг услышала за спиной глухое рычание. Внутри все похолодело. На негнущихся ногах, она медленно развернулась и глухо вскрикнула: из темноты угла на нее смотрели два искрящихся глаза.

Такого животного страха Ева не испытывала еще ни разу в жизни. Ладони стали влажными, а ноги превратились в два ватных валика – если б не подоконник, она непременно свалилась бы на пол. Господи, господи, господи…

Огромный лохматый зверь вышел из тени, и лунный свет покрыл серебряной пыльцой сияющую шерсть. Это невозможно! Это все сон! Волк в ее спальной? Она точно спит! Ева хотела закричать, но голос пропал. Сердце гулко отсчитывало удары где-то в желудке. Помогите… Помогите! Она отчаянно кричала, но в комнате стояла гробовая тишина. Этот безумный, полный ужаса вопль раскалывал голову изнутри. Ее никто не слышит. И никто не поможет. И второго шанса у нее тоже не будет. Зверь напрягся, оскалил хищную пасть и в следующую секунду с громким рычанием бросился вперед.

Ева инстинктивно закрыла руками лицо и, наконец, истошно закричала.

Глава 16

Громко хлопнула входная дверь, и  на лестнице раздался топот нескольких пар ног.

– Ева! Евич! – в комнату ворвалась перепуганная  Лиз. Вид у нее был такой, словно за ней гналась стая разъяренных гусей.  – Господи, что случилось? На тебе лица нет!

За ней с небольшим запозданием влетела вся дружная компания. Ева ошеломленно озиралась по сторонам: зверя нигде не было.

– Где он? Куда он исчез? Господи, господи…

– Кто он? Кто здесь был? – Дзен быстрым шагом приблизился к ней и встряхнул за плечи.

– Он… Он набросился на меня…

Парень выглянул в окно и повертел головой по сторонам.

– Успокойся, здесь никого нет!

– Он был здесь! Я его видела! – в отчаянии крикнула она.

Дзен обернулся к парням.

– Проверьте территорию.

Те пулей выскочили из комнаты и с грохотом устремились вниз.

– Расскажи, что случилось, – спокойным, но уверенным тоном произнес Дзен. Он продолжал держать Еву за плечи, не позволяя ей упасть. Она замотала головой, не в силах больше произнести ни звука. Задеревеневшие пальцы мертвой хваткой вцепились в подоконник. Он здесь, раненый разъяренный зверь выследил ее. Господи, но как?

– Ева, Ева, посмотри на меня, – Дзен требовательно встряхнул ее. – Ты в безопасности.

Тело ее трясло как в лихорадке. Она с трудом подняла взгляд и испуганно посмотрела ему в глаза.

В комнату вбежал бас-гитарист Вадик.

– Нигде никаких следов. Ни под окнами, ни по всей территории. Если кто и был здесь, то он попросту испарился.

Дзен коротко кивнул.

– Видишь? Никого нет. Успокойся.

Остатки сил покинули Еву, и она обессилено опустившись на пол, громко разрыдалась.

– Евочка, милая, да что с тобой? – Лизка опустилась перед ней на колени и обняла трясущиеся плечи.

– Нервный срыв налицо, – пробубнил угрюмый Вадик и деликатно отвел взгляд.

Нервный срыв, точно. Но с таким эффектным визуальным сопровождением, который ни одному психу и не снился. Каким-то удивительным образом близость подруги помогла справиться с истерикой: Ева порывисто всхлипнула и умолкла. Все хорошо. Хорошо. Его нет. Что-то спугнуло чудовище. Словно услышав ее мысли, Лизка повторила:

– Все хорошо, милая, мы с тобой,  – она прижалась носом к мокрой щеке и ободряюще сжала холодную ладонь. – Расскажи, что здесь произошло?

Подруга осторожно отстранилась, словно боялась повторения истерики, но Ева отрешенно смотрела в пустоту. Что произошло? Хотелось бы ей знать.

– Наверное, нам лучше выйти, – мрачно резюмировал Дзен. – Пускай девчонки поговорят.

Он выразительно посмотрел на Вадика, и тот молча удалился. Парень ненадолго задержал взгляд на бледном лице Евы, качнул головой и закрыл дверь.

– Мышечная масса ретировалась – поговорим по душам, – Катька устало вздохнула. Она подошла к распахнутому окну, задернула шторы и присела на край кровати перед обнявшимися на полу подругами. – Рассказывай.

Ева сфокусировала взгляд и внимательно посмотрела на нее. Катерина. Сидит перед ней, не морок, вполне реальная и хмурится, переводя обеспокоенный взгляд с нее на Лиз. Горячая ладонь подруги все еще сжимала занемевшую от холода руку. Господи. И ведь холодно так, будто за окном не лето, а рождественские каникулы. Ева поежилась.

– Евич, давай на кровать, – Лиз встала и помогла ей подняться.

Ноги все еще были ватными – хорошо же ее проняло. Черт возьми, да после всего случившегося удивительно, как она вообще жива осталась. Кажется, нужно объясниться. Только вот что объяснять, если и сама ничего не понимаешь.

– Девочки, я, кажется, сошла с ума, – тихо прошептала подругам.

Катька нахмурилась еще больше, а Лиз испуганно захлопала глазами.

– Ну что ты, милая. Нас-то ты узнаешь?

– Не говори  глупостей, – Ева поморщилась. – Просто случилось что-то такое, чего я не могу  объяснить. Вернее объяснение может быть только одно – я сошла с ума.

– Давай уже ближе к делу, – нетерпеливо буркнула Катька. – Или ты и нас решила свести за компанию?

Лизка укоризненно посмотрела на подругу. Ева тяжело вздохнула. Да, не так-то просто начать, если не имеешь понятия, что вообще говорить.

– Кажется, я видела призрака.

В комнате воцарилась гнетущая тишина. Лица подруг вытянулись и в глазах застыло немое удивление. Ну вот, сейчас и девчонки решат, что она чокнулась.

– Кого-кого ты видела? – Лиз потрясенно смотрела на нее. – Ты главное не волнуйся, все ведь уже позади.

– Да я спокойна.

Как ни странно, весь ужас, пережитый всего несколько минут назад трансформировался в какой-то вялотекущий пофигизм. Какая собственно разница, был ли это призрак или игра ее воспаленного воображения – все закончилось. Впрочем, лучше уж рассказать о том, что она видела. Если видение повторится, и она умрет от разрыва сердца, то хотя бы девчонки будут знать о причине столь неуместной в ее возрасте кончины. Ева глупо хихикнула.

– Это был волк. Огромный, с блестящими глазами и сверкающей шерстью, – она пытливо всматривалась в лица подруг, словно ожидая от них вынесения диагноза.

– Где ты его видела? – Лиз закусила губу.

– Здесь, в комнате. Он напал на меня, а потом исчез. Растворился… Господи, что я несу, – Ева уже и сама не была уверена, что все случившееся ей не привиделось. Может это последствия шампанского? Все-таки ее организм не привык к спиртному – вполне мог выкинуть подобный фортель. Ева вздохнула: о таких «побочных» эффектах игристого она еще не слышала.

Катерина нахмурилась и перевела взгляд на Лизку.

– Нервный срыв. И не удивительно – девица, которую вы постеснялись выставить вон вместе с этим малахольным, весь вечер подначивала Еву. Может вы этого и не поняли, а я сразу догадалась: она решила ее извести. Черт знает, чего эта ведьма на нее взъелась, но факт на лицо.

Лизка скривилась.

– Ты, конечно, тот еще параноик, но насчет этой Юли я с тобой согласна: девица с приветом и явно точит зуб на Еву. Кстати, где она? И где Ангел?

Ева встрепенулась. И правда, если они где-то в доме, то почему тогда не прибежали вместе со всеми на ее крики?  Она нервно поджала губы и, поднявшись на негнущихся ногах с кровати, направилась к выходу.

– Пойдем. Нужно найти их.

Обойдя все комнаты, включая ванную и даже заглянув в котельную, Ева констатировала факт: парочки в доме нет. Странно. Неужели они ушли, даже ни с кем не попрощавшись?

– Ну и черт с ними, – с явным облегчением выдохнула Лизка. – Эта язва здесь совершенно не к месту.

Ева украдкой посмотрела на подругу. Похоже, и она считает, что Юля – причина всех бед. Что ж, возможно девчонки правы.

Они вышли на веранду, по всему периметру которой приветливо светились оранжевые лампочки гирлянд. Бинго освобожденный весело скакал по деревянному полу, звонко цокая ноготками и заливаясь радостным лаем.

– Ну ты как? – Дзен отодвинул плетеное кресло и помог ей сесть.

– В порядке, спасибо.

Парень никогда не лез с лишними расспросами, если его об этом не просили, и Ева посмотрела на него с благодарностью. Сейчас она даже испытывала неловкость от того, что устроила такой переполох. Доброжелательные и слегка обеспокоенные лица друзей вселяли уверенность и дарили чувство защищенности. Привиделось, разумеется, ей все привиделось.

Лизка успела взгромоздиться на колени к Дзену и обвела взглядом присутствующих.

– А куда подевался наш звездный принц?

Парни многозначительно хмыкнули.

– Разве они с Юлей не в доме?

– Нет, мы все осмотрели, – Ева пожала плечами. Если эти двое испарились так же, как ее безумное видение, она будет только рада.

– Странно, – Дзен выпятил нижнюю губу и задумчиво похлопал по ней подушечками пальцев. – Куда их уже понесло?

Гулко хлопнула калитка. Отец? А говорил, что останется у дяди Миши до утра. Ева уставилась на освещенную часть дорожки.

– О, вы уже к шашлыкам приступили? – вынырнул из темноты «испарившийся» Ангел.

– Где ты был? – Лиз удивленно моргнула.

– Как где? С Юлей.

– Я не спрашиваю, с кем, я спрашиваю где.

Дзен добродушно усмехнулся.

– Бублик мой, тебе может подать щипцы для пыток?  – и повернулся к Ангелу. – Куда подругу дел?

– Отправил домой, – вздохнул тот. – Сначала она изъявила желание прогуляться, а потом попросила проводить до стоянки такси.

– Так вы что, даже в дом не заходили? – Лизка с подозрением прищурилась.

– Не заходили… Хотя нет, Юля на пару минут заскочила – сумочку забрала – и все, сразу ушли.

– М-м-м, ясно, – удовлетворившись таким ответом, она потеряла к парню всякий интерес.

Дзен подал девчонкам шампуры с дымящимся ароматным мясом и разлил в бокалы шампанское.

– Ну что, Ев, как чувствуешь себя по эту сторону восемнадцатилетнего рубежа?

Она смущенно улыбнулась: из всей компании она была самой младшей.

– Да вроде ничего не изменилось.

– Вот именно, – тихо буркнула Лиз. – А должно было.

Ева в недоумении посмотрела на подругу. О чем это она? Та чуть скосила взгляд в сторону Ангела, а затем многозначительно пошевелила бровями. Вот же неугомонная! Ева густо покраснела. Нужно срочно менять тему разговора.

– Кать, – перевела она взгляд, – ты ведь останешься у меня сегодня?

Та мотнула головой.

– Не могу. Бабулю инфаркт хватит, если я не явлюсь до двенадцати.

Ева вздохнула.

– Не переживай, подружка, – Лиз похлопала ее по руке, – Я с тобой и никто нам больше не нужен!

– Вот это новости, – усмехнулся Дзен.

– Ты, мой бублик, вне конкуренции, но сегодня ночью я буду фрейлиной вот этой королевы.

Лиз лучезарно улыбнулась и подмигнула Еве. В следующую секунду в глубине дома раздался странный грохот. Ева подскочила.

– Спящее чудовище очнулось, – недовольно резюмировала Катька и покосилась на дверь.

Оттуда и правда вывалился взъерошенный барабанщик с потрепанной бородой. Ленточки развязались и струились теперь алым водопадом по широкой груди. Бес приземлился на свободное место и глухо застонал.

– Чего это тебя так разморило, друг? – сочувственно похлопал товарища по плечу Дзен.

– Да, бес его знает, – прохрипел тот. – Вроде и не пьяный был, так, слегка навеселе. А как в дом вошел, так и повело. Дальше вообще ничего не помню. Уснул, что ли?

Катька фыркнула.

– Хорошо же тебя прибило, если самого интересного не запомнил.

Бес удивленно вскинул взгляд покрасневших глаз.

– Неужели, было что-то поинтересней, чем моя спящая в позе морской звезды тушка?

– Еще бы, – Катерина явно не была настроена на поддержание разговора. – Ладно, товарищи, мне пора.

– Но, Кать…

– Бабуля, – оборвала она Еву и поднялась из-за стола.

– Я отвезу, – отставил в сторону недоеденный шашлык Вадик.

Ева вздохнула. Уж если Катька что-то решила, то уже ничто не сможет изменить это решение.

– Завтра позвони, – она улыбнулась подруге и тихо добавила: – Может Сашка объявится…

Та лишь фыркнула.

Через несколько минут звук рычащего авто затих вдали.

– Ну что, герой-любовник, – хмыкнул Дзен, одарив Беса сочувственным взглядом. – Не удалось охмурить строптивую принцессу?

– Да ну ее, – отмахнулся тот. – Не до любовных утех. Голова раскалывается, как чертов глиняный горшок.

Лизка хихикнула.

– От нашей Катерины, у кого хочешь, расколется, – и она весело подмигнула парню.

Остаток вечера прошел под веселые задушевные беседы об искусстве, и Ева совсем успокоилась. Странное, если не сказать жуткое происшествие ушло на задворки памяти. Лишь смутная тревога местами тревожила, вспыхивая тусклым огоньком в разомлевшем сознании.

Время приближалось к полуночи – вот и закончился этот знаменательный день. Парни уехали. Лизка суетилась, помогая убирать со стола.

– Ты как? – она бросила обеспокоенный взгляд на Еву.

– В норме, Лиз, можешь не беспокоиться.

С отъездом сильной половины человечества уверенность в том, что все хорошо поубавилась. Но к чему волновать подругу? Помочь она ничем не сможет, а вот устроить мозговой штурм – это запросто.

Лизка прищурилась и пристально посмотрела ей в глаза.

– Точно?

Ева вздохнула. Скрыть что-то от этого Шерлока в юбке не так-то просто. Особенно, если кошки на душе скребут настолько громко, что наверняка слышно в соседнем квартале.

– Ну, разве что самую малость… не по себе, – она пожала плечами, постаравшись сделать это как можно равнодушнее.

– Ох, Евич, мне тоже не по себе, – Лиз, наконец, отвела взгляд и тряхнула мелированными кудрями. – После всех этих историй…

Ева напряглась.

– Каких еще историй?

Подруга оторопело взглянула на нее, открыла рот и издала неопределенное мычание.

– Эм-м, Ев… Я вообще-то не должна была тебе об этом говорить. Твой отец просил. Но то, что ты сегодня видела… Странно все это.

– Стоп-стоп-стоп! – Ева замотала головой. – Ты хочешь сказать, что в городе появилась еще одна жертва?

– Не в самом городе. В лесу. Глубоко в лесу. Ее нашли грибники из соседнего городка. Ты представляешь, у бедняги обнаружили точно такие же раны на теле, как и у той девицы в переулке.

Вот это новость. Ева обессилено опустилась на диван. Две жертвы одного чудовища? Или все-таки нет? Как же ей хотелось верить, что все это чистая случайность, но где-то в глубине души она не сомневалась: это дело рук (или точнее лап) одного зверя. И сегодняшнее видение, судя по всему, имело ко всем этим историям какое-то отношение. Но какое?

– Послушай, Лиз, что-то тут не ладно.

Подруга с тоской посмотрела на Еву.

– Еще бы. А может это были не глюки? Может ты видела настоящего волка?

– Ага, а потом он растворился в воздухе как облачко. Перестань, Лиз. Он конечно здорово был похож на реального, но исчезнуть ни с того ни с сего не мог.

– Значит все-таки глюки? – Лиз вздохнула. – Но для такой крутой мультипликации одного нервного перенапряжения маловато. Тебе так не кажется?

С этим не поспоришь. Ева вспомнила горящие глаза, тяжелое дыхание, злобный рык  и жаркую волну, обдавшую ее тело перед тем, как зверь исчез. Нет, тут что-то другое.

Подруга невесело хмыкнула.

– Может ты грибочков чудодейственных наелась?

Внезапная догадка, словно молния в темную ночь, озарила сознание. Юля!

– Господи, Лиз, а ведь ты права! Перед тем, как войти в дом я разговаривала с этой ненормальной. Она дала мне бокал с шампанским… Вот черт! Эта дрянь что-то туда подсыпала! Но зачем? Чего она хотела этим добиться? – Ева потрясенно посмотрела на Лиз и прошептала: – Она что, убить меня хотела?

– Ну да, надеялась, что ты от страха скопытишься.

– Но зачем ей это?

Ева потерла виски. Потрясающе. Идиотизм в лучших традициях американского триллера: отвергнутая любовница решает, что Ева – ее соперница и пытается отомстить. А ведь Макс предупреждал.

– И что мне сейчас делать?

Лиз обняла ее за плечи и чмокнула в щеку.

– Пускай только сунется еще к тебе, уж я ей устрою.

Вот в этом Ева ничуть не сомневалась.

– Пойдем спать, моя ты заноза в заднице.

– Ого, наша девочка повзрослела и выучила новое словечко? – Лизка весело хохотнула и, схватив ее за руку, потянула наверх. – Я быстренько в душ: без него я чувствую себя вчерашним одуванчиком.

***

Ева осторожно открыла дверь и опасливо покосилась на окно. Вот, зараза! Оно так и осталось открытым.  Глюки глюками, а поостеречься все же стоило. Она быстро пересекла комнату и захлопнула створки. Задержав ненадолго взгляд на лунном диске, печально взиравшем на нее с небес, она решительно задернула занавески и обернулась.

– Гостей еще принимаете? – не успев даже толком испугаться, она оказалась в крепких мужских объятьях. – С днем рождения, Ева.

Сердце подскочило к самому горлу, и в следующее мгновение властный поцелуй заглушил запоздалый крик ужаса.

Глава 17

– Твой запах сводит меня с ума, – прошептал Макс, едва разорвав поцелуй. Он слегка отстранился и прижал палец к ее припухшим губам. – Только не нужно кричать. Ты ведь не хочешь пугать подругу?

Ева шумно выдохнула. Господи, да что он вообще себе позволяет? Забраться на козырёк крыши, пусть даже это всего лишь веранда под её окном, проникнуть в ее комнату, да еще и с поцелуями лезть – чёрт знает что такое! Она машинально провела пальчиками по губам и, поймав насмешливый взгляд, вспыхнула.

– Ты – беспардонный нахал! – прошипела на него и попыталась оттолкнуть. – Ты хоть понимаешь, что мог напугать меня до смерти?

– Но ведь не напугал… тш-ш-шь, – он снова сомкнул объятья, но на этот раз целовать не стал – смотрел на ее губы, не отрывая глаз. Внутри вспыхнул огонь. Стало совершенно не важно, что будет дальше – главное, что он здесь, с ней. Макс повел бровью и едва заметно усмехнулся. Нет, этот парень определенно плохо на нее влияет.

– А еще у меня есть для тебя подарок, – не дожидаясь очередного тычка в грудь, он выпустил ее из рук и вытащил из кармана миниатюрную коробочку.

Из-под обтянутой бархатом крышки был извлечен браслет. Красивый. В переплетении тонких кожаных шнурочков мерцала темная бусина. Ева всматривалась в это мерцание, словно там, в глубине этой маленькой вселенной таятся ответы на все незаданные вопросы.

– Надень его.

Она послушно протянула руку и почувствовала прохладу коснувшегося кожи камня.

– Он необыкновенный…

Упрекать незваного гостя за самовольный поцелуй тут же расхотелось. Да и вообще, за что-либо упрекать – разве что за столь запоздалое появление. Где-то в глубине души крепла мысль, что будь Макс на официальном приеме, некоторых моментов можно было бы избежать. Но ведь она сама его не пригласила. Хотя могла. Черт, да кто он такой, чтоб приглашать его после всего, что она о нем узнала. И что вообще она о нем знает? Ни-че-го.

Мысли кружили в голове со скоростью урагана: пора уже прекращать это сумасшествие. Ева машинально коснулась прохладного камня. В конце концов, что такого случилось? Ну, влез ненормальный в окно, что с того? Парень просто романтик. Ага, романтик… с кучей девиц в запасе. Но ведь люди меняются. Почему не дать ему шанс? Она с робкой надеждой посмотрела на Макса.

Тот пристально следил за ее реакцией, будто пытаясь понять, о чем она думает. Вот уж не дождется! Ева напустила на себя грозный вид.

– Тебя что, не учили входить через дверь?

На красивом лице гостя распустилась обворожительная улыбка.

– А ты бы впустила? – он приподнял бровь и усмехнулся.

– Нет, – с деланной ворчливостью буркнула Ева.

– Вот видишь. А я не мог не увидеть тебя, – он снова приблизился и коснулся ладонью щеки. – Ты слишком сильно засела в моих мыслях.

По телу разлилась жаркая истома, и Ева невольно подалась вперед. Господи, что она творит? Близость  Макса лишала ее здравого смысла. Хотелось лишь одного: снова оказаться в его объятьях и почувствовать пьянящий вкус поцелуя. Но парень словно дразнил ее. Сохраняя едва заметную дистанцию, он удерживал Еву в зоне интимной близости, обволакивая тягучим взглядом.

Господи, как он хорош. И этот волевой подбородок, и широкие скулы, и жесткая, но такая манящая к себе линия рта. По его лицу скользнула тень, заставив Еву вздрогнуть. Что здесь вообще происходит? В спальной находится мужчина, о котором она практически ничего не знает. Байкер, ночной волк – разве этого достаточно, чтобы позволять ему такое? Она растерянно взглянула в янтарные глаза – в этом таинственном полумраке они стали почти черными – и попыталась отстраниться.

– Ты чем-то напугана, и причина страха не во мне, – Макс отступил, не сводя с нее пристального взгляда.

– С чего ты взял?

– Из тебя плохой конспиратор – все написано на лице, – он вздохнул и осторожно коснулся ее руки. – Ты можешь доверять мне, Ева. Поверь, не такой уж я засранец, как ты думаешь.

Она поморщилась. Красавчики, ведущие распутный образ жизни, никогда не входили в круг тех, кому она доверяла. Но было в нем что-то такое, что заставляло верить: ей он не лжет. Ева вздохнула.

– Ты был прав, – и тихо добавила: – Насчет Юли.

Ее гость заметно напрягся.

– Она была здесь, – он не спрашивал. Утверждал.

– Да. И не просто была – она пыталась меня убить.

На лице Макса отразилось что-то очень похожее на гнев: темные глаза сверкнули, бешено заиграли желваки. В следующее мгновение парень, словно взяв под контроль свои чувства, спокойно спросил:

– Что произошло? Расскажи. Только ничего не скрывай, ради твоей же безопасности… мне нужно знать все.

Что ж, пожалуй, это мысль. Уж если кто и сможет приструнить мстительную дамочку, то только он. И Ева выложила все, что случилось, начиная с момента появления в ее доме коварной девицы.

***

– Евич, ты вообще собираешься ложиться? – Лизка приподнялась на кровати. – Битых полчаса стоишь возле окна. Что ты там все высматриваешь?

– Ничего, Лиз… Просто думаю.

После того, как Макс услышал о выходке бывшей подруги, что-то в его лице изменилось. И эти перемены Еве совершенно не понравились. Может зря она ему рассказала? «Будь осторожна», – в его голосе чувствовалась тревога: «И еще… ни при каких обстоятельствах не снимай браслет. Никогда».  Он сказал это таким тоном, будто на кону стояла ее жизнь. Ева попыталась возразить. «Прошу тебя, Ева… верь мне»,– Макс так ничего и не объяснил.

Что все это значит? Что такого важного в этом браслете? Пальцы скользили по ребристому плетению, оглаживая гладкую поверхность бусины. Может это какой-то талисман? Похоже на то. Но вот сам Макс не очень-то тянет на суеверного паренька. Очень уж сложно представить, как он плюет через плечо, увидев черную кошку, или мечтательно пялится на падающие звезды, грезя о прекрасной деве. Странно все это. В одном Ева не сомневалась: Макс был сильно обеспокоен.

Она расплылась в блаженной улыбке, вспоминая, как он на прощание коснулся ее губ, как легонько провел по ним подушечкой большого пальца, заставляя их разомкнуться. И как желанный поцелуй обжег их, растворяя все страхи и сомнения. Сейчас Ева точно знала: с ним она в безопасности.  И пусть эта ненормальная хоть удавится – к ней он не вернется.

– Ев, ты такая загадочная, – Лизка тихонько подошла сзади, положила подбородок ей на плечо и обняла, скрестив руки на животе. – Я понимаю тебя. Ты думаешь об Ангеле? Или о Сашке? Они оба засранцы. Даже комментировать не хочу их поступки. Но ты не грусти, малышка. Найдем мы тебе парня, вот увидишь.

Она ткнулась носом в Евино ухо. Смешная. Сейчас Ева уже не злилась на глупые попытки подруги устроить ее личную жизнь. Да и несостоявшиеся кавалеры ее мало беспокоили. Как сложатся их отношения с Максом? «Никому не говори, откуда у тебя этот браслет. Даже своим подругам», – такое странное напутствие вызывало смутную тревогу. Но она снова ему поверила.

– Я знаю, Лиз. Ты уж постараешься, – Ева улыбнулась. – Пойдем спать.

Она бросила прощальный взгляд в окно, устремляя его в темноту леса за оградой. По телу прошла морозная дрожь. Между черными стволами мелькнула чья-то фигура. Женская фигура в длинном белом платье. Ева отшатнулась от окна. Черт возьми, эта девица и правда сумасшедшая! Она что, будет следить за каждым ее шагом?

С шумом захлопнув створки, Ева плотно занавесила шторы.

– Что с тобой? – Лиз внимательно наблюдала за ее действиями.

– Все нормально, – она попыталась улыбнуться. – Просто устала. День был напряженным.

Лизка кивнула.

– Это точно. Ангел нам всем подложил свинью. Но черт с ним. А вот Сашке я устрою – это ж каким мудаком нужно быть, чтоб даже по телефону тебя не поздравить. Ладно, Евич, ну их всех в баню.

– Да уж, давно пора, – Ева забралась под одеяло и обхватила в темноте запястье с браслетом.  Сердце гулко забилось.

Все хорошо. Все будет замечательно. Ведь Макс обещал разобраться, а она ему верила.

Глава 18

– Прости, принцесса, вот ей богу, замотался с делами, – Сашка виновато улыбнулся и сделал большой глоток свежесваренного кофе.

Чертов подхалим. Притащить в качестве извинений огромный букет роз – мило. А вот с подарком полный пролет: Ева уже прикидывала, как обрадуется Лизка передаренному ей набору шоколада.

– Сейчас восемь утра – я не ждала тебя, – она смущенно натянула соскользнувший с колена край халата. Короткий, он и так едва ли скрывал оголенные бедра, а уж встречать гостей так и вовсе не был предназначен.

– Да я еще и дома-то не был. Как заехал в город, сразу к тебе. Букет вон из самой Москвы пер!

– Чего ж не позвонил?

– Так рано было…

Кажется, желание оправдаться у парня отсутствовало, поэтому Ева перевела тему.

– Как твои дела в Москве? Решил?

– Да. Все в норме, – Сашка отвел взгляд и нервно почесал нос.

– Ладно.

Что еще ему сказать? Что, пока он отсутствовал, ее снова пытались укокошить? Или, что наглая девица увела у нее потенциального ухажера, но Ева, не будь дурой, нашла себе вариант получше? Она вздохнула: разговор с “рыцарем” из детской мечты явно не клеился.

– Послушай, принцесса, мне действительно жаль, что я пропустил твой день рождения, но я обещаю исправиться! Пойдем сегодня в кафе, посидим вдвоем. А потом можно в кино. А?

– Саш, я не думаю, что это – хорошая идея.

Отчего-то ей было ужасно неловко. Может потому, что в глубине души она знала: Сашка влюблен в нее и, судя по всему, рассчитывает на взаимность.

– Ев, ну прости. Я знаю, что виноват, – он пододвинулся, обхватил руками ее ладонь и поднес к губам. – Я обещаю, буду вести себя как настоящий… – он оборвал себя на полуслове. – Откуда у тебя это?

Ева не поняла.

– Что?

– Этот браслет, – Сашка сдавил ладонь.

– Прекрати, что ты делаешь?

Хватка у него медвежья. Ева поморщилась.

– Отпусти, слышишь?

Нет, не слышит. Продолжая удерживать руку в тисках, парень хмуро пялился на подарок Макса. Неужели догадывается? Вот только еще сцен ревности ей не хватало. Ева сердито отдернула руку.

– У меня вчера был день рождения, если ты забыл. И это – подарок.

– Кто тебе его подарил? – Сашка стиснул челюсть.

Так она и сказала. Уж если он вознамерился изображать рассерженного влюбленного, то пусть выясняет сам. А подливать масло в огонь – увольте. И без того жарко.

– Ева, я не шучу, скажи мне. Это важно!

Похоже, парень и правда рассердился.

– Саш, это просто подарок ко дню рождения. Ничего такого…

В его глазах мелькнуло раздражение.

– Ты не понимаешь…

– Хватит. Мне его подарил один знакомый. И давай сменим тему, – Ева машинально накрыла браслет ладонью.

Узнай об этой сцене Лиз, тут же бы сделала выводы: влюблен по самые уши без шансов на спасение. Но что-то в его поведении вызывало тревогу. Конечно, Ева не самый большой специалист в амурных делах, но по крайней мере уверена: сверкать искрами праведного гнева рановато. Еще даже не начался конфетно-букетный период, а он уже рвет и мечет. Свалился Отелло на ее голову.

– Ладно. Извини, – Сашка, наконец, посмотрел ей в глаза. В его остром как лезвие взгляде отчетливо читалось недовольство. – Просто у меня был похожий браслет, и я его потерял. Вот и хотел узнать, откуда у тебя взялся этот. Судя по всему, рука одного мастера. – Он поднялся с места. – Мне пора. Предложение все еще в силе, так что если передумаешь…

– Спасибо, Саш. Я позвоню, – обижать его не хотелось. И без того все пошло вкривь и вкось.

Парень сухо кивнул и быстрым шагом направился к выходу. Дождавшись, пока за ним закроется дверь, Ева выдохнула – вот уж прекрасное начало дня. Она посмотрела на браслет. Кожаный, с крупной бусиной по центру. Ого, да ведь она оплетена тонкими нитями из… золота? Ева приоткрыла от удивления рот.

Вот это да! Вчера в темноте она не заметила этой тонкой паутинки вокруг камня, но при свете дня ей стало ясно – именно такой браслет потеряла Катерина. Разве что бусин в том было побольше. Но почему Сашка с таким упорством ищет его? Что в нем такого особенного? Неужели и правда дорогой?

Ева нахмурилась. Кое кому придется ответить на пару вопросов. Только вот как этого “кое кого” найти? Спросить у Макса номер телефона она не догадалась, да и он не спрашивал. Черт. Впрочем, эта ищейка и без телефона находит ее на раз плюнуть. И, скорее всего, долго ждать нового “свидания” не придется.

– Милая, ты уже встала? – в гостиную вошел отец.

– Доброе утро, па, – она обняла его, как обычно чмокнув в щеку. – Какие новости?

– Все прекрасно. Дядя Миша, наконец-то, достроил баню – хотим вот вечерком отметить это дело.

Ева всматривалась в родное лицо, пытаясь определить настроение отца. Умело скрывать истинные чувства – это ему было так же просто, как и состряпать бутерброд. Нет, товарищ лесник, не выйдет.

– Па-а, ничего не хочешь сказать?

Отец, успевший уже скрыться в кухонном проеме, вынырнул из-за угла и уставился на Еву.

– Ты о чем?

Хмурится. Наверняка, и сам догадывается.

– Лиз проболталась. Ты ведь знаешь, из нее такой хранитель секретов, как из тебя Софи Лорен.

Он вздохнул и вернулся в гостиную.

– Я и не надеялся на длительное хранение. Хотел лишь обождать денек… Зачем было портить тебе праздник?

– Все нормально, па. Расскажи.

Судя по всему, дело было дрянь. Слишком уж нервничал отец. Он молча достал из кармана сложенный вчетверо листок бумаги и протянул ей.

– Что это? – развернув его, Ева вздрогнула. – Это она? Погибшая девушка?

Ответ ей не требовался. И так ясно. Впрочем, уверенное “нет” обрадовало бы куда больше. Вот только выражение лица отца не оставляло на это никаких шансов.

– Ее нашли в лесу далеко от города. Но она из наших.

Ева поморщилась.

– Постой, а это не та девица, которая пропала два дня назад?

– Дочь соседа Антоныча? – в глазах отца мелькнуло удивление. – Она ведь нашлась.

– Да нет, в тот день, когда эта ваша… соседка объявилась, кто-то пытался подать заявление о пропаже еще одной девушки. Так это была она?

Отец ненадолго задумался, затем кивнул.

– Да, похоже, что она.

А вот это уже не смешно. Ева постаралась унять дрожь, но в комнате будто стало на градусов десять ниже. Эту смазливую мордашку она узнала сразу. И даже отсутствие на черно-белом снимке черепашьих очков не могло сбить Еву с толку: на плече возле тонкой бретельки красовалась знакомая татушка. Словно перечеркнутая цветком розы оскаленная пасть волка – на эту деталь Ева обратила внимание еще при их встрече на ярмарке. Ева горько усмехнулась. Волкам вход воспрещен? Какая ирония.

– И еще, – отец тронул Еву за руку. – Мы не знаем, что это такое… Кто это такой. экспертиза показала, что ту девушку в переулке загрыз… – он кашлянул, – маленький песик.

– Что? Ты шутишь?

Отец печально покачал головой.

– Знаю, звучит бредово. Шерсть, найденная на теле убитой оказалась собачьей. А у соседки по съемной квартире болонка. Эксперты из области сказали, что ДНК принадлежит ей.

Бред какой-то.

– Но как такое возможно? Разве может маленькая собачка нанести смертельные ранения? – Ева опасливо покосилась на Бинго, который с самого утра крутился у ее ног.

– Не думаю. Даже, если бы псина взбесилась и покусала девушку, то та по крайней мере осталась бы жива. Но, к сожалению, в прокуратуре не сильно хотят разбираться в таких тонкостях, а полиции и подавно нет дела до взбесившихся домашних животных. Собаку поместили на карантин.Сказали будут наблюдать, но полагаю, что ее просто усыпят.

Ева вздохнула. Найти самое нелогичное, но простое объяснение – это по нашему.

– А что со второй жертвой?

– Пока неясно. Но одно могу сказать точно: что-то в этом городе происходит неладное. И пока не выяснится, что именно, тебе следует повременить с прогулками по лесу, – отец пристально смотрел ей в глаза. – Обещай мне, Ева, что не станешь ходить в сторожку, пока мы не отыщем зверя.

Ева отвела взгляд.

– Обещаю, па. Я буду осторожна.

– Хорошо. Я перекушу и пойду на обход, – он поцеловал Еву в лоб и ушел на кухню.

Что же такое творится? Две жертвы за каких-то неполных две недели – а органам и дела нет? Ева бросила растерянный взгляд на снимок. Еще три дня назад “черепашка” была жива и вполне довольна жизнью. А на следующий день пропала. Что она делала в лесу, да еще в такой дали от города?

Чудовищная догадка вспыхнула внезапно: Юля – ее ведь тоже не было несколько дней. И объявилась она после исчезновения новой пассии Макса. Белобрысая угроза миновала, но вместо нее несостоявшийся любовник увлекся Евой. И тут же хитрая нахалка является к ней домой, после чего с Евой случается что-то… жуткое и не вполне объяснимое. Она нахмурилась. Объясниться бы с Максом и как можно скорее. Чует ее сердце, эта рыжая ведьма имеет какое-то отношение ко всем этим смертям.

На столике задребезжал телефон. Катька.

– Привет, подружка, – Ева улыбнулась, ожидая услышать привычное бурчание, но настроение подруги явно пребывало в зоне повышенного комфорта.

– Привет! Ты просила сообщить, если вернется мой брат. Он вернулся.

Ева усмехнулась. Эту девицу не поймешь. То она недовольна вниманием к своему ближайшему родственнику, то с радостью докладывает о его прибытии, явно на что-то намекая – девушка-настроение.

– Я в курсе, Кать. Он заезжал ко мне.

– Вот как? – в голосе промелькнуло недовольство. – Что ж, значит вы и без меня прекрасно разберетесь в той каше, которую заварили.

Хороший поворот. Катька ревнует ее к брату? Или брата к ней?

– Эй, Катен, ну ты чего? Он вез из Москвы букет, заскочил поздравить, пока тот не превратился в потрепанную клумбу. Он и побыл-то всего минут десять. И тут же рванул к тебе и бабуле.

– Да без разницы, – Катька нарочито равнодушно фыркнула. – Я хотела сказать, что нашла в его сумке тот браслет. Ты прикинь? Как он у него оказался? Странно все это.

Ева задумчиво покрутила кожаное украшение. Да уж, странно – не то слово. Всего каких-то пятнадцать минут назад парень рвал и метал, доказывая ей, что потерял браслет, а тут вон что. Выходит врал? Но зачем? Она вздохнула. Видимо, единственный, кто может хотя бы попытаться ответить на все вопросы – это Макс.

– Мне нужно рассказать тебе кое-что. И посмотреть на таинственный браслет я бы тоже не отказалась. Сможешь устроить?

– Разумеется.

– Скоро буду, – Ева нажала отбой.

Уж если учинять “ночному волку” допрос с пристрастием, то подготовиться следует по полной. Она быстро нацарапала записку для Лиз и, схватив со столика смятую распечатку, выскочила из дома.

Глава 19

Солнце стремительно выплывало из-за сонных домов, заливая улицу ярким световым коктейлем. Город просыпался. Макс мельком взглянул на часы: полдевятого. Поздновато для возвращения с ночного рандеву, но в съемной квартирке никого нет. Значит должна появиться с минуты на минуту. Он снова окинул взглядом улицу и выхватил из яркого пятна света качнувшуюся фигуру. А вот и она.

Фигура стремительно приближалась.

– Оу, Максик, ты меня встречаешь? Как приятно, – Юля самодовольно ухмыльнулась и кивнула в сторону занавешенных окон на первом этаже. – Зайдешь?

– Не откажусь.

Макс холодно взглянул на несостоявшуюся любовницу. Сейчас она была особенно хороша. Утреннее солнце утопало в густых кудрях, окрашивая их в невероятного оттенка медный цвет. Изумрудные глаза хищно сверкнули, и девица прикусила пухлую губку.

– Надо поговорить, – на всякий случай уточнил Макс, пытаясь справиться с нахлынувшей волной жгучего желания.

Вот чертовка. Он отвел взгляд от упругого зада, вихляющего перед самым носом. Юля поднялась по ступенькам на лестничную площадку и слегка наклонилась, копошась в замочной скважине. Дрянь. Макс чуть не застонал.

– Тебе помочь? – скрежетнул он зубами.

Спокойно. Эта девица умеет преподнести себя на блюде, но объедки не для него. Рыжая провела ночь с мужчиной. И судя по запаху, это был не оборотень. Обычный парень. Крови его Макс не чувствовал – значит только развлекалась. Везучий гаденыш.

Макс обвел скромно обставленную прихожую взглядом и молча прошел в комнату. Что ж, для новообращенной волчицы жилье вполне сносное. Все лучше, чем жить с ничего не подозревающими предками под одной крышей. Он хмыкнул и уселся на кровать. Широкая, она оказалась довольно жесткой.

– Что тебе нужно от Евы? – он решил, что лишние предисловия тут ни к чему.

Рыжая соблазнительница просунула босую ногу между его колен и уперлась в край матраса.

– А ты не понял?

Он коснулся лодыжки. Чертова хищница – она была до неприличия хороша и прекрасно об этом знала. Макс решительно сбросил ее ногу вниз.

– Прекрати. Со мной этот номер не пройдет.

– Уверен? – девица хмыкнула. – А мне вот кажется, что тебе, дорогуша, нужен лишь повод.

– Ты слишком высокого мнения о себе. Неужели ты решила, что запугав Еву сможешь заполучить меня?

Юля улыбнулась.

– Ты так беспокоишься об этой серой мышке, что даже забавно. Что в ней такого особенного? Зачем она вам нужна?

Макс напрягся.

– Вам? Кому это вам?

– Ой. Кажется я сболтнула лишнего, – Юля прикрыла в притворном ужасе ротик. – Прости, не могу удовлетворить твое любопытство.

Она проворно стащила с себя короткие шортики и топ, сверкнув обнаженной грудью. Чертова развратница. Макс попытался незаметно поправить джинсовые шорты: его мужское эго упрямо рвалось в бой. Видимо, этот жест не укрылся от хищницы. Она вильнула перед носом упругой попкой в ажурных стрингах, вдоль края которых растянулась винтажная татушка. Макс сглотнул и отвел взгляд.

– Кто тебя обратил? – он старался придать голосу больше непринужденности, но тот не слушался, выдавая возбуждение легкой хрипотцой.

Стащив со стула прозрачный халатик, девчонка накинула его и тут же стянула трусики.

– Извини, милый, ты что-то сказал? – она опустилась на пол и, сложив руки у Макса на коленях, оперлась на них подбородком. В блестящих глазах сверкнул озорной огонек.

– Я спрашиваю, кто обратил тебя? И что за игру вы ведете?

Тонкие белые ладошки ведьмы словно невзначай прошлись по внутренней части его бедра. Макс вздрогнул. Швырнуть бы эту дрянь на кровать да задать ей хорошую трепку. Но что это даст? Безумное удовлетворение плоти, а потом горькое разочарование в самом себе? Нет, уж, перетерпит. Девица томно взглянула ему в глаза.

– Я не знаю, дорогуша. Могу лишь с уверенностью сказать – это был волк.

Чертова прохиндейка. Макс скривился. Может, все-таки, стоит ей подыграть? С такими как эта только их методы и срабатывают. Он приподнял за подбородок красивое личико. Рыжая копна сверкнула медным блеском.

– Что тебе нужно? Чего ты пытаешься добиться?

Юля слегка разомкнула пухлые губки.

– Тебя, дорогуша, я хочу добиться тебя.

Макс всмотрелся в сверкающие изумруды глаз. Лжет или ее и правда интересует лишь удовлетворение собственного эго? Во взгляде девицы отчетливо читалось желание. Даже не так – похоть. Откровенная, всепоглощающая, безумная. Похоже, что эта игра – ее собственная. И приз победителю – он. Со всеми потрохами и взглядом преданного щенка. Что ж, дрянь. Поиграем по твоим правилам.

Макс приподнял рыжую за плечи и рывком опрокинул на кровать. Он склонился над ней, ощущая жар молодого тела. Только бы сдержаться. Черт. Несколько дней воздержания – и вот результат. Он хочет эту девицу.

– Ты такая горячая, – сорвался с губ хриплый голос.

– Ты разжигаешь во мне огонь, дорогуша.

Юля выгнулась навстречу и облизала припухшие губки. Розовые без единого грамма косметики – они манили к себе. Влажный язык медленно прошелся по верхней губе.

– Я хочу тебя, детка… Но я не желаю получать крохи с чьего-то стола.

– Так бери меня всю, без остатка, – Юля тяжело выдохнула, издав приглушенный стон. – Оставь эту глупышку. Она не стоит тебя.

Макс едва коснулся горячих губ.

– А кто стоит меня, детка?

Он ощущал, как дрожит под ним горячее тело, как под тонкой белой кожей пульсирует в венах кровь.

– Я, Макс… Я стою тебя. Мы созданы друг для друга, – Юля обвила его шею, притягивая к себе. – Оставь эту мышку Ролану. Не знаю, что он задумал и зачем она ему, но это и не важно. Мы с тобой – идеальная пара. Ты и сам это чувствуешь.

Но Макс ее уже не слушал. Ролан. Черт возьми, как он сразу не догадался. Рывком поднявшись с кровати и окинув растерявшуюся девицу холодным взглядом, он отрезал.

– Ты слишком много на себя берешь, детка. Передай своему благодетелю, что если он снова возьмется за старое и, уж тем более, если тронет Еву, ему не жить. Стая не убила его лишь потому, что наш отец заступился за этого мерзавца.

– Ролан – твой брат? – Юля была искренне удивлена. Что ж, это вполне в духе братца: закадрить девицу в помощники, но не рассказать ей сути дела.

– К большому моему сожалению.

– Но почему вы враждуете?

– Спроси у него сама, – Макс усмехнулся. – Впрочем, советую тебе быть с ним осторожней. Я так понимаю, он пока не догадывается о твоих манипуляциях. Скорее всего, он велел просто следить за мной. Но поверь, если Ролан узнает, какую игру ты ведешь, ты живо превратишься из сообщницы в его ужин.

Юля вздрогнула.

– Впрочем, нет. Раз уж он обратил тебя, то вряд ли уже съест. До такого, надеюсь, братец еще не опустился. Но жизни лишит – факт. Поверь, ему это раз плюнуть.

Девица напряглась. Комната заполнилась липким страхом, и Макс невольно пожалел несчастную.

– Что же мне делать? – Юля всхлипнула.

– Скажи, где он прячется и я попытаюсь с ним поговорить.

– И что ты ему скажешь? Что я пошла против него и пыталась заполучить тебя?

Макс хмыкнул. Ему доставляло удовольствие смотреть на дрожащую от страха и бессилия девицу. Что, детка, не нравится быть жертвой?

– Не переживай, тебя я не сдам. Хотя стоило бы. Пообещай мне, что оставишь в покое Еву. И меня заодно. Если повезет, и я уговорю братца, он уйдет отсюда, а дальше… Об этом поговорим потом. Если выполнишь все, о чем я прошу.

В зеленых глазах сверкнул ледяной блеск.

– То есть ты предлагаешь мне лишиться всего? Стать никому ненужной, униженной девкой? Ну уж нет, дорогуша, – она гневно сверкнула взглядом. – С Роланом я и сама поговорю. У нас слишком близкие отношения, чтобы он что-то со мной сделал. Выкручусь. А вот тебе придется худо. Тебе и твоей малахольной девице.

– Не смей ей угрожать, – прорычал Макс.

– А то что? Убьешь меня? Да Ролан тебя на куски порвет! – она злобно рассмеялась.

– Дура, – Макс влепил ей пощечину. – Ты сама не понимаешь, что несешь! Ролану плевать на тебя.

– Ублюдок, – взвизгнула Юля.

Макс стиснул зубы и процедил.

– Как знаешь. Но имей ввиду: сунешься еще к Еве – очень… очень сильно пожалеешь.

– Вон, – рыжая совершенно изменилась в лице. – Вон из этого дома. Трус! Подонок! Волчье отродье!

– Не зарывайся, детка.

Макс сверкнул взглядом и покинул квартиру. Нужно срочно увидеться с Евой. Юля, черт бы ее побрал, способна на все как и любая отвергнутая женщина. Он поморщился. Да уж, дипломат из него так себе.

Мощный движок родного харлея огласил окрестности громким ревом. Сейчас девять утра, должен успеть. Макс выехал на дорогу и направил железного зверя в сторону дома Евы.

Глава 20

Выскочив на веранду, Ева с размаху впечаталась в чью-то грудь.

– Мамочки мои! – выдохнула она, машинально вскинув руки так, что сомкнулись лопатки, но тут же уперлась кулаками в белоснежную футболку. – Макс!

Крепкие руки обхватили за талию, и тело обдало жаром. Ноздрей коснулся едва уловимый аромат древесного мха с горьковатым привкусом грейпфрута – этот запах она успела запомнить. Дыхание перехватило: Ева словно забыла, что нужно дышать. Она с замиранием сердца смотрела в глаза цвета гречишного меда, не смея шелохнуться. Обычно насмешливый взгляд был серьезен.

– Пусти, – словно очнувшись, ткнула кулачком в грудь и смущенно отвела взгляд.

Объятия разомкнулись, и губы Макса расплылись в улыбке.

– Торопишься?

Ева судорожно выдохнула.

– Тороплюсь.

– Так сильно, что даже переодеться не было времени?

Она растерянно оглядела свой наряд. Черт! Голые ноги едва прикрывал шелковый халатик, а лодыжки были добросовестно обернуты кожаным ремешком сандалий – отличный прикид! И ведь если б не Макс, она так бы и помчалась через весь район. Ужас! Щеки покрылись румянцем, и Ева смущенно отвела взгляд.

– Что ты хотел? – она ощущала на себе пристальный взгляд, который словно ставил клеймо на каждом кусочке обнаженных участков тела.

– Нам нужно поговорить, – голос Макса снова стал серьезным и каким-то обеспокоенным.

Кто бы спорил, надо. Но не сейчас. Та часть Евы, которая с упоением зачитывалась Донцовой требовала немедленного расследования всех последних событий и структуризации свалившихся на ее голову новостей. Взглянуть бы на Сашкин браслет, авось что-то открылось бы. Но как отделаться от парня, который, судя по всему, не желал, чтоб от него отделывались? Макс дотронулся до ее руки.

– Ева, пожалуйста, это важно.

– Ладно. Только давай не здесь. Не хочу, чтоб тебя видели папа и Лиза. И… – она запнулась, – мне нужно переодеться.

Он едва заметно улыбнулся и кивнул.

– Я буду ждать тебя за калиткой.

Ева скрылась за дверью. О, господи! Что за денек-то такой? Сначала странный визит Сашки, сейчас не менее загадочный Макса. Конечно, оставалась еще надежда, что “ночной волк” просто соскучился.

Пулей влетев на второй этаж, она на носочках вошла в комнату. Разбуди она Лизку сейчас – разговор с Максом может не состояться. Или того хуже: придется выложить дотошной подруге все и выслушать многослойную тираду из черт знает каких выводов и предположений. Нет уж, улизнуть из дома незамеченной – самый идеальный вариант. Бесшумно нырнув в гардеробную, Ева отложила все еще зажатые в руках распечатку и телефон, напялила первые попавшиеся майку с шортами и тихонько вышла за дверь.

Звонок мобильного застал ее уже на лестнице.

– Алле, Кать, – прошипела она в трубку, – я буду через полчаса. Что-то случилось?

Ева проскользнула мимо гостиной и выскочила на веранду.

– Можешь не торопиться, – пробурчала подруга. – Сашка ушел.

– Ну, так это же хорошо? Сможем беспрепятственно залезть в его закрома.

– Хорошо да не очень. Он и браслет с собой утянул.

Ева выскочила за калитку.

– Как утянул? Зачем?

Макс стоял в стороне.

– Я откуда знаю, зачем? – Катька сердилась. – Как явился от тебя, сходил в душ, переоделся, взял ружье и смотался. Сказал, на охоту.

Ева ничего не понимала. Пригласил ее на свидание, а сам слинял? Снова? Не парень, а какая-то сбежавшая невеста. Или напал на след золотой антилопы, что его так несет в этот лес? Да еще и украшение прихватил. Она задумчиво посмотрела на свой браслет.

– Что-то случилось? – Макс окинул ее беспокойным взглядом.

Недовольно поморщившись, Ева качнула головой.

– Через полчаса буду у тебя – поговорим. Мне пора.

– Кто там с тобой? – услышала напоследок.

– Пока, Кать.

Объясняться с подругой в присутствии Макса не хотелось. Ева засунула трубку в карман.

– Ну вот что, трудно помолчать пока я разговариваю? – недовольно проворчала, скользнув взглядом по обтянутому белым трикотажем торсу.

Рельефная поверхность откровенно намекала на близкие отношения со спортом, и Ева невольно втянула живот. Сильные руки – в этом она убеждалась не раз – скрестились на груди, выставляя напоказ красивую линию бицепсов с замысловатым переплетением татуировок на загорелой коже. До чего странно: такие ручищи, а так нежно обнимают. Она вспомнила, с каким трепетом прижимал ее к себе Макс и тут же спохватилась. Не о том она думает, не о том.

– Просто не хочу лишних вопросов от подруг, – она отвела взгляд. – Давай пройдемся.

Макс не стал возражать.

– О чем ты хотел поговорить?

Пожалуй, стоит выяснить цель его визита, прежде, чем идти в наступление. Авось сам что-то новенькое выболтает.

– Я виделся с Юлей, – не стал ходить он вокруг да около.

– Ну и?

Тревога, таящаяся в янтарных глазах передалась и Еве. Что-то жуткое скрывалось за мелькнувшей улыбкой, будто бы покрытой налетом обреченности.

– Тебе нужно уехать, – Макс преградил Еве дорогу и обхватил за плечи.

– Как это уехать? Куда? – Ева со страхом взглянула в глаза напротив. Он, что, шутит?

– К моим родным… Я увезу тебя из города.

Нет, не шутит. Но это же чёрт знает что такое! Неужели все настолько серьёзно, что необходимы такие меры?

– Макс, послушай. Юля, конечно, чокнутая, но не проще ли заявить в полицию?

Макс прикрыл глаза.

– И что ты им скажешь? Что она подсыпала тебе галлюциноген, чтобы ты получила разрыв сердца? Поверь, Ева, все, на что способна эта ненормальная не вписывается в рамки обычного преступления. Тебя никто и слушать не станет. К тому же тот… человек, который натравил на тебя эту мегеру – он очень опасен…

– Какой человек? – Ева напряглась. – Разве Юля не из-за тебя меня извести решила?

Макс поморщился.

– Да-да, и это тоже, но балом правит он. И в своих интересах.

– Да кто он? Ты можешь перестать говорить загадками?

– Мой брат, – голос парня стал тихим, и Ева со страхом взглянула в потемневшие глаза.

– Твой брат? Но что я ему сделала? Я ведь даже не знаю его!

– Ты – ничего, а вот я ему поперёк горла. – Макс горько усмехнулся. – Он хочет уничтожить меня.

– Послушай, мне очень жаль, что у вас не сложились отношения, правда, но при чем тут я?

– Сложно объяснить вот так сходу. Просто ты мне… не безразлична.

Ева покраснела и отвела взгляд.

– И он узнал об этом. Сделать что-то мне напрямую – силенок не хватит, а вот причинить боль тому, кто дорог мне – на это он мастер. Поверь.

Макс с силой сжал кулаки, но тут же расслабил и обхватил лицо Евы.

– Ты не будешь в безопасности, находясь здесь. Эти двое обязательно что-нибудь выкинут, а я не смогу простить себе, если с тобой что-то случится.

Господи, что за бред? Мало ей двинутой девицы, так еще и мстительный братец нарисовался ей в пару. Она положила ладони поверх горячих рук Макса.

– Но что я скажу отцу? И что будешь делать ты? Я ведь не смогу прятаться вечно.

– Я разберусь, уж поверь. – он зло сверкнул глазами.– Проблема в том, что сейчас я не знаю, где он, а он знает, где искать тебя. Мне нужно время. Несколько дней максимум.

Ева кивнула.

– Ладно. Но мне нужно поговорить с подругой. Она единственная, кто сможет прикрыть меня.

– Ты о той взбалмашной фурии? – Макс улыбнулся.

Фурии? Ева непонимающе моргнула, но вспомнив встречу в кафе, усмехнулась.

– Ты это о Лизе? Нет, она, конечно, за меня хоть папе римскому соврет, но язык у нее без костей – обязательно кому-нибудь проболтается. Катерина. С ней ты не знаком, но поверь, она очень, очень надёжная.

Макс кивнул и поспешил уточнить:

– Но тебе придётся ей тоже соврать. Никто, ни одна живая душа не должна знать, где ты находишься.

Ева обреченно пожала плечами.

– Ладно. Я поговорю с ней.

Кажется, Макса удовлетворил результат переговоров. Он медленно склонился к ее лицу и коснулся губами ее губ. Тело отреагировало мгновенно: жаркая волна прокатилась по венам, заставив Еву тихо застонать.

– Я провожу тебя, – донесся до ее слуха шепот.

Она разочарованно уставилась на отстранившиеся от нее губы. Хотелось целовать их долго, жадно, забыв обо всем на свете. Но здравый смысл никто не отменял. Ева попыталась придать голосу уверенности.

– А как же вещи? Мне нужно собраться.

– Все необходимое купим по дороге. Ты не должна возвращаться домой.

Она сжалась. Все как-то неправильно, нереально. Как она вообще умудрилась оказаться втянутой в игры этих сумасшедших? Чертова девица – уж лучше бы ей было не находится вовсе, как и…

– Макс, – она заглянула в переливающиеся разными оттенками янтарные глаза, – ты знаешь, что та девушка, блондинка, которая была с тобой на ярмарке… погибла?

Внутри все сжалось. Это нормально – реагировать испугом, неверием, страхом, в конце концов, на такую новость, но почему-то эта реакция Макса вызывала в ней неприятие. Господи, неужели она ревнует? Ревнует парня, которого знает всего неделю? Она отстранилась.

– Нет. С чего ты это взяла?

– Отец сказал. Он о таких вещах узнает одним из первых в городе. Ее нашли… загрызенной в лесу каким-то диким зверем. Предполагают, что это был волк.

Макс дернулся.

– Но ведь… почему ты уверена, что это именно она?

Ева молча вытащила из кармана распечатку и протянула Максу. Мгновение – и внутри с новой силой вспыхнуло неприятное щемящее чувство: в красивых глазах парня полыхнул гнев. Гнев и… боль? Черт, о чем она вообще думает? Погибла девушка, Макс знал ее. Случись что с тем же Сашкой или даже с беспутным Ангелом – она бы тоже переживала.

– Родные пытались заявить о ее исчезновении уже на следующий день после той нашей встречи на ярмарке, – Ева внимательно наблюдала за реакцией парня. – Ты не знаешь, как она оказалась практически в другом городе да еще в лесу?

Тот покачал головой. Не знает или не хочет говорить?

– Макс, мне жаль, правда.

– Нам нужно торопиться. Юля, наверняка, уже успела сообщить братцу новость о том, что его рассекретили.

Ева вздохнула. Допытываться у Макса правды бесполезно, не скажет. Она взглянула на запястье: может ей удастся прояснить хотя бы один из вопросов.

– В чем ценность этого браслета? Только не ври, что это бессмысленный подарок. Не поверю, – она глянула на парня с максимальной серьезностью, какую только был способен воспроизвести ее взгляд.

– Не бессмысленный. И я обязательно тебе все объясню, как-только мы будем там, где безопасно.

– Мой, – Ева запнулась, – друг – он очень интересовался, кто мне его подарил. Мне даже показалось, что в его интересе было что-то нездоровое. Поэтому я и хочу знать, что в этой штуке такого особенного.

Лицо Макса стало сосредоточенным.

– Что за друг?

– Ты не знаешь.

– Скажи мне, кто он? Как его зовут?

Ну вот, еще один параноик на ее голову. Сашке скажи, кто браслет подарил, этому, кто интересовался. Перебьют друг друга к чертовой бабушке, а она останется старой девой на веки вечные. О-о-о, Лиза, знала бы она, о чем Ева думает – непременно наградила бы одобрительным хмыком. Именно об этом подруга талдычила ей изо дня в день. Добилась таки своего – Ева стала мнительной.

– Ты уверен, что тебе нужно знать это? Он ведь просто друг, ничего такого, – боже, что она несет? Кажется, тоже самое она доказывала Сашке. – Макс, я не хочу, чтоб ты ввязывался в лишние проблемы из-за меня.

Он посмотрел на нее долгим испытующим взглядом. И в этих глазах хотелось утонуть, захлебнуться этой тягучей сладостью и раствориться в ней.

– Пожалуйста, Ева, ответь на вопрос, – в голосе появились стальные нотки – он, что, злится?

– Саша, его зовут, Александр – он брат Катерины, к которой мы сейчас идем.

Губы Макса дрогнули и едва заметно сжались, изогнувшись в напряженную линию.

– Он будет там?

– Нет. Катя сказала, что он ушел на охоту.

Ей показалось, или парень и правда вздрогнул? Черт возьми, да что все это значит?

– Ладно, пойдем. Но запомни, ты не должна ничего объяснять подруге. И тем более, ни слова обо мне. Скажи, что у тебя появился тайный поклонник в области и ты едешь к нему на пару-тройку дней. А что сказать отцу, придумаете вместе, раз уж она у тебя такая смышленая и надежная, – Макс невесело усмехнулся.

Да уж, тайный поклонник – разве можно придумать что-то более неправдоподобное? Сообразительная Катерина ни за что в жизни не поверит в эту чушь. Или поверит? В любом случае, ничего другого в голову не шло. Ева вздохнула. Давно ли она стала врать всем и каждому да еще с такой завидной регулярностью?

Она растерянно глянула на Макса и наткнулась на взгляд, полный какой-то сумасшедшей нежности.

– Макс, мне страшно, – вместо лишних слов, парень притянул Еву к себе и впился долгим пьянящим поцелуем в ее приоткрытые губы.

На этот раз она не стала играть в неприступную принцессу – обвила руками его шею и ответила на этот поцелуй со всей страстью, на какую была способна.

Господи, неужели так бывает? Сердце зашлось в бешеном ритме, пробивая себе выход в грудной клетке, в ногах образовалась слабость, а по телу разлилось блаженное тепло. Казалось, еще немного – и земля уйдет из-под ног. Ева глухо застонала.

Теплые ладони гладили ее спину, прижимая к широкой груди. Ева чувствовала, как бьется в ней сердце – так же неистово, как и ее. Она перебирала пальчиками волосы на затылке Макса, дышала его дыханием, с каждой секундой все больше погружаясь в это сладкое безумие.

Сколько прошло времени, она не знала. В какой-то момент поцелуй оборвался и Ева пошатнулась. Макс продолжал удерживать ее в объятьях.

– Держись, малыш, – нежно улыбнулся ей и поцеловал кончик носа. – Ты восхитительна и очень вкусно пахнешь. А еще у тебя сладкие губы.

Ева зарделась. Столько комплиментов за раз она не слышала ни от кого. Черт возьми, она вообще ни разу в жизни не слышала чего-то подобного. И дело было даже не в словах – нежность, сквозящая в них смешанная со страстью и чем-то еще, с пряно-горчичным ароматом заставляла краснеть и таять от счастья.

– Кажется, мы торопились, – она закусила губу, смущенно отводя глаза.

Макс добродушно хмыкнул.

– Невероятно рассудительная девочка, – он обхватил ее ладонь и улыбнулся. – Идем.

Глава 21

– Да пошел ты, чертов псих! – Юля выскочила из сторожки, все еще прижимая ладонь к пылающей щеке.

Что за мода у этих сучьих тварей бить женщин по лицу? Макс, все-таки, не ошибся: Ролан пришел в ярость, когда узнал о ее оплошности. Но, черт возьми, разве это дает ему право так с ней обращаться?

Рассказывать о том, что произошло на самом деле Юля не стала – не такая уж она и дура. А попасться на слежке может каждый, что ж тут преступного? Но Ролану и этого было достаточно, чтобы прийти в бешенство. Ладно, пусть злится. Она докажет ему свою преданность.

Солнечные лучи проникали сквозь игольчатые лапы сосен, скользя по густо разросшемуся кустарнику дикой малины. Вот же хрень! Неужели нельзя было найти жилище получше? Выбираться из этой чащобы было сущим наказанием. Хорошо, хоть внутренний навигатор работал исправно: один из многочисленных плюсов ее обращения. Юля сделала гигантский прыжок и приземлилась на четыре лапы.

Вот так-то лучше. Сейчас добраться до девственной сучки за каких-нибудь полчаса не составит труда, и на этот раз девчонка не отделается малой кровью. Что там говорил Ролан? Если она – “та самая”, то нам всем грозит опасность. Кому всем, он не уточнял. И в чем эта опасность заключается – тоже. Одно она поняла точно: нельзя допустить их с Максом союза. И для этого она пойдет на все. Она убьет эту дрянь и принесет ее горячее сердце Ролану в зубах. Она ему докажет. И пусть тогда только попробует сказать, что она дура и ни на что не годна.

Юля мчалась сквозь чащу со скоростью ветра, проворно огибая густые заросли и перескакивая через поваленные деревья. Выскочив на залитую солнцем поляну, она стремительно пересекла ее и сделала прыжок через огромную поваленную сосну. Слева метнулась тень, и в воздухе грянул оглушительный выстрел. Черт, черт, черт! Проклятье! Она перелетела через преграду, кубарем прокатилась по земле и с размаху рухнула в яму. Фыркнув, вскочила на лапы. Что это было?

Совсем рядом раздался хруст сухих веток. Неужели какого-то шального охотника занесло в эту глушь? Юля мгновенно обернулась, принимая привычный облик и поморщилась. Разодранное плечо саднило. Она издала протяжный стон.

– Кто здесь? – раздался сверху настороженный голос.

Парень. Юля втянула ноздрями воздух и ухмыльнулась.

– Я здесь, эй! Помогите мне!

Заслоняя солнечный свет, над ямой выросла фигура.

– Вы кто? Что вы тут делаете?

Господи, какой идиот. Юля сделала испуганные глаза.

– Помогите мне, умоляю! Меня похитили! – в нее упиралось дуло охотничьего ружья. – Он был здесь, он гнался за мной.

Она всхлипнула.

– Кто он?

– Я не знаю, господи, не знаю. Помогите же мне выбраться из этой чертовой ямы!

Охотник недоверчиво окинул ее взглядом, затем огляделся вокруг и медленно опустил ружье.

– Ладно, давайте, – он наклонился вперед, протягивая руку.

Юля тут же ухватилась за широкую ладонь и проворно вскарабкалась по заросшему травой крутому склону ямы.

– Спасибо.

– Кто за вами гнался? – парень хмуро оглядел ее с ног до головы.

– Волк, – выдохнула она и испуганно посмотрела на своего “спасителя”. – Думаете, я свихнулась?

Он покачал головой.

– Вы говорите, вас похитили. Здесь вы как оказались?

– Сбежала. Этот чокнутый держал меня в подвале какого-то старого вонючего домика в лесу. А сегодня он забыл запереть крышку люка и я сбежала.

Похоже, охотник ей верит. Во всяком случае, взгляд его стал мягче, и парень сочувственно кивнул.

– Далеко отсюда до этого дома?

– Минут десять, – Юля запнулась. Человеческим шагом наверняка будет добрых полчаса, если не больше, – до поляны, где я наткнулась на волка. От нее еще около получаса.

Парень о чем-то задумался. Интересно, пойдет на поиски воображаемого похитителя или сначала выведет даму из лесу?

– Сможете показать это место?

Нет, не выведет. Слишком уж зло сверкнули его глаза, когда Юля сообщила ему о похищении. Черт возьми, да ведь это охотник! Охотник на оборотней! Как же она сразу не доперла? Ролан говорил ей соблюдать осторожность, предупреждал, что в город явился один из этих живодеров. Она с опаской покосилась на ружье. Парень воспринял этот взгляд по своему.

– Не бойтесь, вам ничего не угрожает. Вы только доведете меня до того места, а сами подождете снаружи. Я разберусь с тем, кто причинил вам столько страданий, уж поверьте мне.

Юля мысленно хмыкнула. Что ж, неплохой шанс помириться с Роланом. Если она приведет чертова охотника, подпортившего ему шкурку, то, наверняка получит прощение.

– Вы уверены, что сможете справиться с ним? По-моему, с ним что-то не так… Он не такой, как все. Слишком… сильный.

– Справлюсь, – парень самоуверенно ухмыльнулся и многозначительно похлопал рукой по ружью.

Что ж, охотничек, сам напросился. Юля подошла к нему вплотную и осторожно дотронулась до широкой ладони. Какой же он горячий. Она подняла подернутый поволокой взгляд и уставилась в красивые глаза паренька. А он ничего. Высокий, со светлыми взлохмаченными, будто после жаркого секса, волосами и острым проницательным взглядом.

– Я – Юля.

– Александр. Можно просто Саша, – он улыбнулся. – А вы смелая девушка, мне нравятся такие.

– Как и мне нравятся смелые мужчины вроде вас, – она обворожительно улыбнулась и приблизилась настолько, что почувствовала как сердце охотника гонит по венам горячую кровь.

Чертовски привлекательный мужчина. Юля обвила руками его шею и притянула к себе. Неторопливый поцелуй опалил ее губы, и она набросилась на парня с проворством оголодавшей волчицы.

– Юля, подожди… те… здесь небезопасно… – он задыхался, срывая с нее одежду и осыпая поцелуями шею и лицо.

– К черту опасность – я хочу тебя! Прямо здесь! Сейчас!

– К черту, – пробубнил он, опуская ружье на траву и подхватывая Юлю на руки.

Ноги ее с готовностью обхватили сильный торс и пальчики с острыми коготками погрузились в соломенную шевелюру. Сдать паренька Ролану она всегда успеет. А пока можно утолить голод плоти. Со времени ее обращения он мучил ее все сильней.

Парень с жадностью кусал ее губы: похоже, эта безумная жажда передалась и ему. Охотник с размаху впечатал спину Юли в сосну, но она лишь зарычала, вгрызаясь в его рот. Парень опустил ее на траву. Сухие ветки больно впивались в нежную кожу, но это тоже было не важно. Боль, какой бы она ни была – лишь дополнительная острая приправа к желанному блюду. Юля издала продолжительный рык и рванула на груди паренька охотничью куртку.

“Послушный мальчик”, – мелькнуло в голове: “Я уговорю Ролана не причинять тебе лишних страданий”. Она запустила руки под кожаный ремень, провела вдоль него горячими пальчиками и взялась за пряжку. Сейчас будет жарко, милый. Она спустилась ниже и с легкой ухмылкой заметила, с каким блаженством откинулся назад этот глупый красивый охотник. “Что ж, мой спаситель, я доставлю тебе на прощание неземное удовольствие”. Юля хищно осклабилась и нырнула вниз.

Глава 22

– Ты с ума сошла? – Катька вытаращила глаза и удивленно заморгала.

– Кать, я понимаю, это похоже на легкое помешательство, но он такой, – Ева запнулась и покраснела, – он особенный.

– Легкое? Помешательство? Да это безумие чистой воды! Ехать к черту на кулички к незнакомцу? Интересно, чем этот виртуальный принц тебя подкупил? Ты ведь видела его только на фото.

Ева взволнованно заерзала на кровати.

– Не только, – она сморщила нос и засопела.

– Ах, ну да, скайп – отличная замена реальности. И что? Думаешь, попялившись пару раз на этого типа через вебку все о нем узнала? А вдруг он маньяк? Вдруг он специально выискивает в сети доверчивых дурочек из других городов и заманивает к себе, чтобы… – она замолчала, так и не закончив фразу.

Несмотря на все опасения, убедить подругу в существовании поклонника оказалось не сложно. Но вот уверить, что все под контролем и вымышленный персонаж не маньяк-убийца – с этим вышла загвоздка. Катерина упорно стояла на своем, не желая участвовать в безумном шоу.

– Ты хоть понимаешь, что не дай бог, с тобой что-то случится, я буду жить с этим до конца своих дней, если, конечно, твой отец раньше не порвет меня на тряпки?

– Кать, я понимаю твое беспокойство, но прошу, поверь мне. Он хороший. Я чувствую это.

– Чувствует она, – подруга фыркнула, не замечая взволнованного сопения и продолжая нервно вышагивать из угла в угол. – Значит так. Ты никуда не едешь и точка. Можешь как угодно сходить с ума – твое право, но позволить уехать неизвестно куда? Врать отцу? Ты извини, но на это я не подпишусь.

Отлично. Вот и поговорили. Катерина подошла вплотную и взяла ее за руку.

– Откуда у тебя этот браслет?

– Кать…

– Что ты скрываешь, Ева? Браслет, который я нашла у Сашки очень похож на этот, – она сдавила запястье.

Ева обреченно вздохнула: судя по всему, теперь врать придется Максу.

– Катен, мне и правда нужна твоя помощь. И я знаю, что могу доверять тебе. Но все же пообещай, что никому не выболтаешь ни слова из того, что я скажу.

– Шутишь? Когда это я трепала языком?

Ева виновато пожала плечами.

– Пообещай…

– Ладно-ладно, обещаю, выкладывай уже.

Подруга отпустила ее и деловито подперла руками бока. Только бы не стала читать нотации: уж в этом-то она была мастером. Ева потерла вспотевшие ладони.

– Ты помнишь, что случилось со мной вчера в доме?

Катерина молча кивнула.

– Так вот, мы были правы. Эта Юля – чокнутая. Она всерьез вознамерилась меня укокошить… Погоди, – Ева жестом остановила надвигающийся поток возражений, – дай мне договорить. Она способна на все, понимаешь? Абсолютно на любое безумство. Поэтому мне нужно на время спрятаться. Макс сказал…

Катерина вскинула руки.

– Стой-стой-стой! Макс? Так во всем этом замешан тот байкер? Тот самый, о котором весь вечер твердила рыжая потаскуха? – она сложила на груди руки и сердито сверкнула глазами, – Очень интересно, продолжай.

Неужели началось? Будь Ева сейчас на ковре подсудимых, наверняка бы не так нервничала.

– Ты только не сердись, но Макс просил никому не говорить. Он уверен, что все очень серьезно. Моя жизнь в большой опасности и в этом замешана не только Юля. Здесь оставаться небезопасно: он отвезет меня к своим родственникам, – Ева смущенно пожала плечами, будто и вправду была виновна в том, что случилось. – Кать, это всего на пару дней, пока он разыщет человека, который все заварил. Нужно остановить этого мерзавца, заставить уехать из города – и все встанет на свои места.

Она обреченно вздохнула: видит бог, она, как могла, пыталась сохранить все в тайне, а в итоге разделила вопрос жизни и смерти на равные части и щедро отвалила подруге кусок. Оставалось надеяться, что никому не придет в голову устраивать допрос самой Катерине.

– Та-а-ак, – Катька помассировала виски, переваривая свалившуюся на нее информацию, – значит из-за какой-то свихнувшейся на парне шлюхе ты уезжаешь из города с этим самым парнем? И это не смотря на то, что даже не знаешь его толком? Оригиналка! Ева, да ты будешь похлеще нашей Лизки!

– Да пойми же ты! У меня нет выхода! – Ева в отчаянии схватила подругу за руку и сильно сжала ладони. – Я буду звонить тебе через каждый час, хочешь? Буду докладывать о каждом своем чихе – только помоги! Отец не должен ничего знать, иначе он поднимет шум до небес!

– Так может и стоило бы?

– Нет. Макс говорит, что это ничего не даст. Ненормальная не станет действовать напрямую и мы ничего не сможем доказать. Она и ее покровитель сумеют найти способ уничтожить меня не оставляя следов.

– Ева, – Катька на секунду смежила веки, – Я очень за тебя переживаю. И то, что происходит мне совсем не нравится. Ты и правда веришь этому бабнику?

Ева оторопело смотрела на подругу. С чего она вообще взяла, что Макс бабник? Она ведь даже не знакома с ним. Неужели Лиз успела познакомить ее с парнем заочно?

– Он хороший, Кать. И он правда хочет помочь.

Из груди вырвался печальный вздох. Что еще сказать? Она и сама понимала, как нелепо все это выглядит со стороны. Даже у нее доверие к Максу проснулось лишь после вчерашнего ночного визита, что уж говорить о подруге: Катерина вообще никогда не доверяла парням. Да и чего, собственно, ради – он был чужаком, а рассказывать кому бы то ни было о своих чувствах к нему Ева не могла. Или не хотела.

– Так это он подарил тебе браслет? Макс?

Ева опустила глаза.

– Понятно, – Катерина покачала головой. – Ладно. Черт с тобой, – неожиданно сдалась она, – но как-только приедешь на место, сразу же позвони мне и доложи точный адрес! Я должна знать, куда высылать вертолеты с группой захвата на борту! И уж поверь, если не станешь сообщать о себе через каждые полчаса, я это сделаю.

– Полчаса? – Ева испуганно моргнула.

– Час. И ни минутой больше.

Зная дотошную Катерину и ее параноидальные мысли Ева не сомневалась: она не шутит. И, похоже, выбора у нее не остается. Она сдалась.

– Идет.

– Так какой у нас план?

Ева задумчиво почесала кончик носа. Плана у нее не было. Она понятия не имела, какое вранье предоставить отцу, разве что…

– А может сказать ему правду? Не всю, конечно, только о Максе.

На лице Катерины отразился испуг.

– Ты в своем уме? Хочешь, чтоб он тебя под замок посадил?

Под замок? Да ведь ей восемнадцать – имеет она право хоть на капельку личной жизни? Судя по выражению лица подруги, не имеет. Ева смиренно опустила голову.  Катька покачала головой, громко вздохнула и, глянув на свое отражение в зеркале, твердо заявила:

– Скажем, что позвонили из приемной комиссии и попросили довезти кое-какие документы.

Ева удивленно вскинула голову.

– Господи, да ты гений!

– Точно, – хмыкнула Катька.

– Но Макс сказал, что возвращаться домой нельзя.

– Не проблема. Я зайду к тебе, пошарю для виду в твоей комнате, ты главное позвони отцу, предупреди. Нужно сделать все не вызывая подозрений. Скажем, что ты поехала за билетами, а я должна привезти бумажки к автобусу. К вечеру перезвонишь и скажешь, что останешься на пару дней в области у своей новой знакомой.

Ева с благодарностью сжала ее руку.

– Спасибо тебе, подружка, – губы растянулись в печальной улыбке. – Когда все закончится, мы обязательно посидим втроем в каком-нибудь уютном местечке: ты, я и Лиз. Как раньше, помнишь?

В глазах Катерины промелькнуло сожаление.

– Мы уже далеко не те беззаботные дети, Ева. Давай для начала решим проблему, а потом уже будем думать о развлечениях.

– Ладно, – Ева попыталась дотронуться до руки подруги, но Катерина дернулась и отошла в сторону.

– Иди. И будь осторожна с Максом. Я бы на твоем месте не сильно доверяла тому, по чьей вине влипла в неприятности. А я пока постараюсь выяснить, что за штука такая – этот браслет и для чего он понадобился Сашке.

***

– Как все прошло? – Макс отставил в сторону опустевшую чашку и шустро выскользнул из-за уличного столика небольшой кафешки, ютившейся на окраине коттеджного поселка.

Ждать рядом с домом Катерины было рискованно: мало ли какие любопытствующие заметят да сложат потом два и два. Ева мысленно возблагодарила бога за такую предусмотрительность: Катька вышла вместе с ней, прицельно окинула все видимое пространство хмурым взглядом и, попрощавшись, направилась к Евиному дому. Встречаться с Максом ей совсем ни к чему. Хоть подруга и согласилась помочь, все же была зла на парня. Ева свернула за угол и не оглядываясь пошла к условленному месту встречи.

Сразу за небольшим строением, в котором располагалось кафе пролегала трасса. Одним концом она вонзалась в городские улицы, другой же, рассекая лесной массив на две части, уходил за горизонт.

– Можем ехать, – уклонилась Ева от ответа и с опаской покосилась на припаркованный на стоянке байк. Его хромированные детали сверкали на солнце, словно стрелы греческого бога, вызывая при этом суеверный страх. – Обязательно ехать на этом человекоубийце?

Макс улыбнулся и нежно прижал Еву к себе.

– Малыш, тебе не о чем волноваться. Этот зверь полностью приручен и подчиняется мне не хуже дрессированного пса, – теплые губы коснулись лба, и Ева покрылась легким румянцем.

– Ладно. Только не гони сильно, – она потерлась носом о шею и с наслаждением вдохнула такой знакомый, ставший почти родным аромат.

Тревога тут же улетучилась, уступая место предвкушению захватывающей поездки. На мгновение Ева даже забыла о причине, по которой вынуждена была бежать из города теряя тапки. Рядом с Максом любая опасность упразднялась, приобретая форму детской страшилки у-меня-в-шкафу-монстр и вызывала скорее улыбку, чем гримасу ужаса.

Макс слегка отстранился, обхватил руками ее лицо и заглянул в подернутые легкой поволокой глаза.

– Со мной ты в безопасности, малыш.

И это правда. Ева всем своим естеством ощущала силу, исходящую от парня. И еще надежность. Он – защитник и он сделает все, чтобы уберечь ее. Горячий поцелуй растворил остатки мыслей, а полость рта заполнилась легким привкусом корицы и ванили. Веки опустились и руки сами собой потянулись за спину парня, обвивая его словно две тонкие змейки. Какое же это наслаждение – обнимать источник надежности и силы. Ева блаженно застонала и почувствовала, как растягиваются в улыбке губы Макса.

– Что? – смущенно улыбнулась в ответ, когда парень наконец оторвался от ее губ и с легкой усмешкой приподнял одну бровь.

– Еще один такой вздох – и мы никуда не едем.

Ева нахмурилась, пытаясь понять смысл сказанного.

– Почему?

– Да потому что ты сводишь меня с ума – я просто не смогу вести байк, – он одарил ее ослепительной улыбкой, – Может перекусим перед дальней дорогой? Хозяйка этого заведения утверждает, что у них самые вкусные вишневые пироги в мире. И судя по бесподобно сваренному кофе, верить ей можно.

В животе тут же заурчало, и Ева смущенно отвела взгляд. С самого утра, кроме кофе, выпитого на пустой желудок в компании Сашки во рту ничего не было. Что ж, пироги так пироги. Она как можно равнодушнее пожала плечами.

– Я не против.

***

Через полчаса с завтраком было покончено, и Макс производил последние манипуляции с байком, подготавливая его к предстоящему путешествию.

– Тебе придется надеть шлем, – он протянул Еве сверкающий аксессуар и улыбнулся.

– Да уж, эта штуковина небось весит целую тонну.

Ева нехотя взяла его в руки и с удовлетворением отметила, что он не так уж тяжел. Парень оседлал железного коня и кивнул ей.

– Забирайся. Ноги ставь вот сюда и держись за меня покрепче.

– А где твой шлем? – Ева сощурилась.

– В твоих надежных руках, – усмехнулся Макс и завел байк.

Грозное рычание огласило округу, и Ева поспешно устроилась за широкой спиной. Чертов шлем. Так хотелось прижаться щекой к белой футболке и вдохнуть чарующий аромат древесного мха с нотками горького грейпфрута. Но Макс ни за что не согласится везти ее без этого рыцарского украшения. Она вздохнула и покорно насадила шлем на голову.

– Готова? – все-таки его близость была весьма ощутима, и Ева только сильней прижалась к сильному торсу.

– Поехали.

Байк медленно выехал со стоянки и на удивление плавно “поплыл” вдоль низенького заборчика, огораживающего проезжую часть от “зеленой” зоны. Коттеджный поселок остался за спиной. Ева неуклюже обернулась, бросив последний взгляд на знакомые улицы и с ужасом заметила приближающуюся к кафе фигуру. Лизка. Черт возьми, ну кто мог знать, что именно сегодня подруга проснется раньше обеда и почешет на остановку? Наверняка это Катька разбудила засоню.

Ева сильнее вжалась в спину Макса, моля небеса, чтоб Лиз не обратила на них внимание. Если подруга их заметит, вся легенда о поездке в универ окажется под угрозой.

На перекрестке байк остановился, пропуская мчащиеся машины, а затем с ревом вырулил на трассу, мгновенно перестраиваясь в нужный ряд. От бешенной скорости желудок скрутило в тугой узел, и Ева зажмурилась. Господи, и вот так будет всю дорогу? Руки машинально прошлись по рельефному прессу Макса и страх тут же испарился. Так-то лучше.

Мимо со скоростью ветра мельтешили черные стволы сосен, вызывая легкое головокружение. Через каких-либо пару часов они будут на месте. Как встретят Еву родные Макса? И что он им скажет? Вопросы один за другим всплывали в голове, и Ева с тревогой думала о предстоящем знакомстве.

Глава 23

– Кать, ты что-то от меня скрываешь! – Лизка сощурилась и с подозрением уставилась на нее. – Ты можешь обмануть Евиного отца, даже нашу доверчивую Еву, но меня не обманешь. Где она?

Катька недовольно дернула плечами и поджала губы.

– Что-то случилось? Почему ты мне не хочешь говорить?

– Да потому что нечего говорить!

О, как нервировала ее эта упертая настырность подруги. Ну почему просто не поверить ей вместо того, чтобы устраивать допрос. Сейчас бы испариться, но, увы, Катька не обладала такими способностями.

– У Евы появился поклонник. Ок? Такой вариант тебя устраивает больше?

Лиз удивленно заморгала.

– Поклонник? У Евы? Хочешь сказать, что она уехала из города с кем-то, о ком я не знаю?

– Ну вот чего ты такая…

– Какая? Думаешь, что станешь от меня скрывать правду, а я буду молчать в тряпочку? Что за поклонник? Куда они уехали?

Катька вздохнула.

– Ты слишком настырная, – она раздраженно пожала плечами и подошла к двери. – Если Ева не хочет посвящать тебя в свою личную жизнь, значит у нее есть на это причины. Не догадываешься, какие?

Лиз вытаращила глаза.

– Я ведь забочусь о ней!

– Не смеши меня, – Катерина фыркнула, – ты вечно суешь свой нос туда, куда тебя не просят и этим лишь добавляешь Еве еще больше неприятностей. Лиз, ради бога, дай ей передышку.

Она взялась за дверную ручку, собираясь выйти, но затем обернулась.

– Если ты действительно хочешь помочь Еве, не лезь.

Из дома Катька вышла с тяжелым сердцем. Отец Евы ей доверял, поэтому не усомнился в правдивости ее слов, но вот Лиз… Она может стать проблемой. С этим нужно что-то делать и чем быстрее, тем лучше.

Катерина машинально сжала кулаки и быстрым шагом направилась в сторону своего дома.

***

– Великие небеса, Максимилиан! – на крыльцо роскошного особняка выскочила девушка.

Длинные волосы цвета горького шоколада рассыпались по обнаженным плечам, струясь по кружевному топу, а глаза искрились безудержной радостью. Ева с удивлением отметила, что их словно срисовали с лица Макса.

– Марина, душа моя, ты с каждым годом все прекрасней, – парень расплылся в добродушной улыбке и заключил свою точную копию в объятья.

– Как же я рада тебя видеть, братишка, – девушка крепко прижалась к нему, с чувством похлопала по спине и, наконец, отстранившись, окинула Еву оценивающим взглядом. – Это она?

Когда о тебе говорят в третьем лице, всегда возникает неловкость. Ева смущенно улыбнулась, не зная, что ответить. Впрочем, ее никто и не спрашивал. Она обратила к Максу просящий взгляд и тут же оказалась в его крепких руках.

– Знакомьтесь, – он обхватил ее за плечи и ободряюще улыбнулся, – Ева, это моя любимая маленькая сестренка Марина.

– Маленькая? – девушка усмехнулась и толкнула Макса кулачком в плечо. – Я тебя младше всего на пять минут.

Парень беспечно пожал плечами.

– А это Ева – моя, – он запнулся, – моя… подруга.

– Очень, очень приятно! – Марина оттеснила Макса и обняла ее так сильно, что перехватило дыхание. – Мы так долго этого ждали! Почти вечность!

Ева удивленно вздернула бровь. Они ждали? Интересно, чего? Того, что она влипнет в неприятности и приедет сюда просить убежища? Что Макс успел наговорить своим родным? От этих мыслей голова шла кругом.

– Сестренка, тебе не кажется, что ты несколько торопишь события? – Макс сдержанно улыбнулся и на щеках образовались чудные ямочки. Ева невольно залюбовалась ими, но поймав на себе лукавый взгляд Марины, смущенно отвела глаза.

– Что ж, голубки, добро пожаловать в семейное логово.

С этими словам девушка круто развернулась и первой вошла в дом, размеры которого поражали воображение. Что и говорить, это было предсказуемо: Макс говорил, что у него большое семейство. Кажется, отец владел деревообрабатывающим производством или что-то типа того. Вся семья, включая двух тетушек, дядю и сколько-то там двоюродных братьев и сестер мирно сосуществовали друг с другом под одной крышей. Отец и сестра-близнец были ближайшими родственниками Макса и, судя по всему, не виделись с ним довольно давно. Ева пыталась расспросить его о семье, но он предпочитал не рассказывать ни о них, ни о причинах, заставивших его покинуть родовое гнездо. Что ж, по крайней мере, сестра была искренне рада их появлению. Как отреагирует остальная родня, оставалось только догадываться. По телу пробежал холодок, и Ева на минуту замешкалась.

– Все хорошо, малыш, – Макс коснулся ее руки и заглянул в глаза. – Ты им понравишься, поверь.

Слабая улыбка коснулась ее губ.

– Ты сказал Марине, что я твоя подруга, – она с грустью заглянула в янтарные глаза, – Понимаю, ты не хочешь торопить события, но мне жутко неловко. На каком основании они должны помогать мне?

– Так вот в чем дело, – парень медленно приблизился к ней и, обхватив за талию, прижал к себе. – Тебя смущает твой статус. Но поверь, здесь у тебя гораздо больше прав, чем у моего шизанутого братца. Просто не хотел смущать тебя прямо с порога.

Он ободряюще улыбнулся и нежно поцеловал пересохшие от волнения губы.

– У меня хорошая семья, ты сама в этом убедишься. И они не страдают предрассудками. Во всяком случае, не теми, что могут тебя смутить.

Он взял Еву за руку и решительно потащил к двери. Придется ему поверить. Снова. Других вариантов у нее не было. Марина встретила их весьма дружелюбно и даже высказалась от имени всей родни, как сильно они рады ее приезду. Может оно и к лучшему. Познакомиться с семьей Макса, а заодно узнать получше его самого – что может быть в этом плохого? Ева вздохнула, мысленно перекрестилась и шагнула вслед за парнем внутрь особняка.

Дом встретил ее приятной прохладой. По стенам просторного холла были развешены портреты. Мужчины и женщины – они, словно живые, смотрели на нее из-за массивных багетных рам. И было в их взгляде что-то общее, нечто такое, что позволяло с уверенностью сказать: они одной крови. Некоторые из портретов были вполне современными, но большинство выглядело так, будто им было по меньшей мере лет сто.

– Ого, – выдохнула Ева, – прямо как в музее.

Парень хмыкнул.

– Да, моя семья чтит традиции предков и память о них. Для современного человека это несколько экстравагантно, но мой отец уверен, что в этом наша сила, – Макс пожал плечами. – Похоже, вожак и в этом оказался прав.

Он мягко сжал Евину ладонь и вошел в гостиную.

Высоко под потолком сияла хрустальная люстра, освещая богато обставленное пространство. Перед огромным камином стоял стеклянный столик на изогнутых бронзовых ножках, по обе стороны от которого, словно полумесяцы располагались два дивана из серого атласа. На них сидели люди. Они как по команде уставились на вошедших, от чего у Евы по телу пробежался легкий морозец. Боже, этими взглядами можно скалу рассечь.

От камина отделилась фигура внушительных размеров: широкоплечий мужчина средних лет с густыми черными волосами, аккуратно стриженной голливудской бородой и глубоким взглядом таких знакомых янтарных глаз.

– Здравствуй, Макс, – он сдержанно кивнул парню и перевел взгляд на Еву. – Рад приветствовать тебя в нашем доме. Меня зовут Эраст. Этот шалопай – мой сын. – Он кивнул на Макса и, подойдя к ней вплотную, протянул руку.

Ева растерянно посмотрела на своего спутника. Тот мягко улыбнулся и едва заметно кивнул. Она снова перевела взгляд на сурового вида мужчину. Робко протянув вперед ладонь, которая тут же скрылась в широких ладонях отца семейства, Ева зарделась. Пристальный, но вполне доброжелательный взгляд буравил ее, словно перед допросом. Только бы не стал задавать вопросы. Вряд ли сейчас она способна выдавить из себя что-то вразумительное.

– И я рада познакомиться с вами… со всеми. Макс говорил, что у него большая и.. дружная семья.

Эраст вскинул брови.

– Даже так? – Он хмыкнул. – Что ж, я рад. Вижу, ты немного смущена. Не буду приставать со своими расспросами, хотя не скрою, очень любопытно, что же привлекло такую милую девушку в моем беспутном сыне.

– Па-а-а, – к столику подошла Марина и взяла бокал с шампанским, – не думаю, что это именно те слова, с которых стоит начинать знакомство с нашей будущей родственницей.

Ева испуганно покосилась на девушку. Она шутит? Марина улыбнулась ей и пожала плечами.

– Я ведь права, милая?

Макс приобнял Еву за плечи и окинул взглядом присутствующих.

– Раз уж разговор повернулся в эту сторону, хочу, чтоб вы все знали – Ева очень дорога мне, сейчас не время это обсуждать. Я привел ее сюда, потому что ей нужна помощь, – он пристально посмотрел на отца и сдавленно проговорил: – В городе объявился Ролан.

В комнате воцарилась гнетущая тишина. Макс тяжело вздохнул.

– И, судя по всему, он снова взялся за старое, – он сильней прижал к себе Еву, – Я не хочу, чтобы история повторилась. Не хочу, – голос его дрогнул. – Только не сейчас.

Эраст нахмурился и провел рукой по бороде.

– Ты уверен, что это Ролан?

– У меня есть веские причины так думать.

– Но ведь мы видели как он погиб! – Марина в замешательстве смотрела на брата. – Охотник…

Макс резко перебил ее.

– Поговорим об этом позже. Наедине.

– Да, пожалуй, сейчас не время, – Эраст улыбнулся Еве, – Что бы ни произошло, здесь ты в безопасности. – Он обвел взглядом свое семейство и торжественно объявил: – Блудный сын вернулся и не один, а с прекрасной гостьей. Давайте окажем им честь.

С этими словами Эраст повел рукой в сторону, и, проследив за ней взглядом, Ева увидела шикарно накрытый стол с разнообразными блюдами и массивным бронзовым подсвечником с семью горящими свечами по центру. Похоже, Макс прав – любит его семья эффектные выпады. Она улыбнулась и украдкой сжала ладонь парня. Похоже, что все будет хорошо. Как он и обещал.

Глава 24

Солнце проникало сквозь идеально начищенное стекло окон, заглядывая в самые потаенные уголки залы. В просторном кафе было немноголюдно и приятно пахло ванилью.

– Поклонник, мать вашу, – Лизка размешивала сахар, отчаянно звеня ложкой и сердито ворча себе под нос.

– Ты что-то сказала?

Дзен приблизился к столику и, склонившись, поцеловал ее в макушку.

– Что-то происходит, – вместо приветствия выпалила Лиз, – что-то странное и, подозреваю, не очень хорошее. Мы должны разобраться и помочь ей. Но упрямая ворчунья не хочет ничего рассказывать.

–Тише-тише, сорока, я ничего не понял. Что случилось? У кого-то проблемы? – Дзен уселся напротив и с беспокойством посмотрел на Лиз.

– Послушай, ты ведь знаешь нашу Еву. Как думаешь, мог у нее появиться тайный поклонник, которого она скрывает ото всех? – Она поморщилась. – Вернее, не совсем ото всех. Катерина что-то знает, но не хочет говорить. Все это как-то странно и неестественно… для Евы.

Дзен нахмурился.

– А что говорит сама Ева?

– Ничего! Она уехала. Я пыталась ей дозвониться, но она не берет трубку.

– Действительно, странно, – Дзен задумчиво откинулся на спинку стула. – А что говорит Катерина?

Лиз с минуту помолчала, затем тряхнула головой и сделала судорожный глоток.

– Сначала она соврала, сказала, что Ева уехала в область, потому что ей якобы позвонили из приемной комиссии. Но потом призналась, что это легенда для ее отца и на самом деле у нее появился поклонник, к которому она и рванула. Но это тоже ложь! Дзен, ты ведь знаешь Еву, она никогда бы так не поступила!

– Да уж, на нее это совсем не похоже.

– И это мягко сказано. Ева, конечно, у нас особа романтическая, но все же с головой дружит. А уж не отвечать на мои звонки – такого не случалось с восьмого класса, когда она лежала с высоченной температурой и была просто не в силах взять трубку. Господи, с ней точно что-то случилось, – Лиз взволнованно посмотрела на парня.

– А ты не разговаривала с Андреем Владимировичем?

Лизка сделала “страшные” глаза.

– Ты что? А вдруг Ева и правда уехала с парнем и попросила Катьку прикрыть ее? Я не хочу подставлять подругу. Но, господи, как же я переживаю!

– Успокойся, милая, мы разберемся. Попробуй еще раз поговорить с Катериной, а я свяжусь с Ангелом. Кажется, у него был нужный нам специалист.

– Какой еще специалист?

– Парень, который сможет отследить местонахождение Евы по ее мобильному, – Дзен пожал плечами. – Кажется, нам это не помешает.

Лиз ошарашенно захлопала ресницами.

– Но разве так можно?

– Лизонька, можно все, хоть и не все законно. Но в нашем случае на это можно закрыть глаза.

– Ладно, – Лизка тяжело вздохнула. – Ищи своего ангела-спасителя, а я попробую пробить дамбу.

Она сделала последний глоток, перегнулась через столик и, чмокнув парня в губы, выскочила из кафе. Следующий пункт остановки – Катька. Если сделать жалобные глаза и очень сильно попросить, пообещав ни во что не вмешиваться, возможно удастся уговорить эту упрямицу выдать местонахождение Евы. Возможно. Но это в том случае, если Катерина не врет. Господи, что же происходит?

Лиз добежала до остановки, вскочила в закрывающиеся двери автобуса и выдохнула. Через десять минут она будет в коттеджном поселке, а пока стоит продумать речь.

***

Денек оказался насыщенный событиями, и Ева буквально валилась с ног. Обед в семейном кругу прошел вполне спокойно, если не считать встревоженных взглядов, которыми время от времени обменивались присутствующие. Макс то и дело сжимал под столом ее ладонь, а Марина расплывалась в улыбке всякий раз, как внимание Евы обращалось к ней. Милое семейство, что и говорить. Даже сдержанные тетушки весьма дружелюбно задавали ей вопросы о семье, учебе и планах на жизнь. А уж о пристальном внимании двоюродных сестер и братьев и говорить нечего: судя по всему, ее появление в доме вызвало бурный восторг среди молодежи. Интересно, чему они так радуются?

Поговорить с Максом наедине не удалось: рядом постоянно кто-нибудь крутился. На прощание он наградил ее коротким, но чувственным поцелуем и, пообещав разобраться со всем как можно скорее, уехал. Ева позвонила отцу, уверив его, что все в порядке. Уши нестерпимо горели. Так нельзя, неправильно. Но выбора у нее не было.

– Как дела, дорогая? – на широкую веранду вышла Марина и протянула стакан со свежевыжатым соком.

Ева взяла угощение. На дне приглушенно звякнули кубики льда. Отличное дополнение к послеобеденному отдыху. Солнце, хоть и не припекало как днем, но все же светило довольно ярко, играя лучами и заставляя щуриться.

– Все хорошо, – Ева улыбнулась. – Наверное, даже слишком, учитывая ту ситуацию, в которой я оказалась. Мне так неудобно вас стеснять.

Она смущенно закусила губу. Марина фыркнула.

– Ты шутишь? Да? В этом доме тебе все рады. Даже наш отец, наконец, воспрял духом и изволил шутить за столом. А такого за последний год не случалось ни разу.

– Вы очень добры ко мне, но, – Ева запнулась, – у меня такое чувство, что я в чем-то виновата.

Новая знакомая уселась рядом и обняла ее за плечи.

– Я вижу, что Макс не до конца раскрылся тебе. Что ж, понимаю его. И не хочу лезть со своими советами. Но скажи мне, только честно… Ты его любишь?

Щеки тут же вспыхнули, покрываясь жарким румянцем. Такого вопроса она точно не ожидала. И дело даже не в том, что об этом спросила сестра Макса – Ева даже себе боялась признаться в чувствах, которые таились внутри.

– Марина, я не знаю, что ответить тебе. Мы с Максом знакомы всего несколько дней. Наверное, я не имею права пользоваться его добротой, но, – она на секунду задумалась, – но когда он рядом, я будто сама меняюсь. Мне так хорошо с ним, спокойно, а когда его нет рядом, я думаю о нем. Это странно, ведь обстоятельства нашего знакомства нельзя назвать удачными.

– Вот как? Что же на этот раз вытворил мой братец? – Девушка добродушно усмехнулась, – Небось выкрал тебя из дома и увез на своем харлее к черту на рога?

Ева снова покраснела.

– Не совсем. В первую нашу встречу он спас меня от хулиганов. А потом мы случайно несколько раз сталкивались в городе, но он все-время был с кем-то, – она опустила взгляд.

– Случайно ли? – в голосе девушки прозвучала насмешка, – Что ж, это вполне в его духе. Ты только не подумай, Макс на самом деле не бабник, просто это своего рода самозащита. Отец, конечно, так не считает, но он закаленный невзгодами волк, поэтому и решил, что все его сыновья должны иметь тот же непробиваемый характер.

Ева напряглась.

– Но что такого ужасного случилось у Макса, раз ему пришлось защищаться таким, – она замолчала, подбирая слово, – экстраординарным способом.

Марина расхохоталась.

– Милая, ты еще совсем юная и неопытная. Поверь, большинство мужчин так защищаются. Окружить себя женщинами и менять их как можно чаще – это ли не лучший способ избежать боли от потерь.

Внутри что-то сжалось. Неужели Макс кого-то терял? “Я не хочу, чтобы это снова повторилось”, – кажется так он сказал отцу. Неужели, его отношение к ней серьезней, чем к тем девицам, которые окружали его все это время. До сих пор Ева об этом даже не задумывалась, постоянно терзаясь мыслью о собственных чувствах.

– У Макса кто-то был?

Глаза девушки потемнели, и Ева заметила в них плохо скрываемую печаль.

– Да. У него была невеста.

– Что с ней случилось? – сердце замедлило ход, в ожидании слов, которых сама Ева совсем не желала слышать.

– Ее убили, – Марина пристально посмотрела ей в глаза. – Макс винит в этом себя.

В животе образовалась щемящая пустота. Невеста Макса. Убита. В чем же его вина? Господи, это и правда похоже на какой-то голливудский триллер.

– Почему Макс считает себя виноватым? – голос стал сиплым и норовил сорваться в любой момент.

– Потому что он не любил ее.

Вот этого Ева никак не ожидала. Невеста, которую Макс не любил и в смерти которой винил себя? Что за ерунда?

– Я не понимаю, – руки дрожали так, что пришлось поставить стакан с соком на столик, – объясни мне, что случилось.

Марина снова вздохнула, окинула ее пытливым взглядом, затем снова вздохнула и заговорила:

– Я расскажу тебе, но обещай, что даже намеком не выдашь брату, что все знаешь.

– Обещаю, – Ева выдохнула и попыталась успокоиться.

Если уж ей предстояло провести в этом доме какое-то время, то лучше знать, с кем… или с чем она имеет дело.

Глава 25

– Лизонька, здравствуй, детонька, – бабка Авдотья улыбалась во весь рот, сверкая золотым зубом и вытирая кухонным полотенцем руки, – ты как-раз вовремя – я испекла блинчики с мясом! Горяченькие, прямо с пылу с жару.

Из кухни тянулся божественный аромат и в животе заурчало. Черт, как же это вовремя. От переживаний она совсем забыла поесть: утренний бутерброд в доме Евы и чашка кофе вместе с Дзеном – маловато для того, чтобы не думать о еде сейчас.

– Я с удовольствием, – улыбнулась Лиз, – только сначала поговорю с Катькой.

– Заходи, заходи, я поставлю чайник.

Авдотья закрыла за ней дверь и пошаркала на кухню. Поучиться бы у нее премудростям кулинарии – такого искусного учителя ни в одном колледже не сыскать. Лизка усмехнулась.

Дверь в комнату Катерины была закрыта. Рука уже легла на металлическую ручку, как вдруг с той стороны раздался голос. Подруга с кем-то разговаривала. Интересно, с кем? Катерина говорила тихо и сдержанно, словно не хотела, чтоб ее услышали.

– Да, я узнала, где они…

Молчание.

– Не вмешивайся, пока я не скажу…

Снова молчание.

– Нет… Он ничего не должен знать…

В комнате воцарилась тишина. Немного подождав и убедившись, что продолжения не будет, Лиз шумно вздохнула и распахнула дверь.

– Кать, ты тут?

Подруга вздрогнула и отпрянула от стола. В ее руке был зажат клочок бумаги.

– Черт, Лизка, ты меня напугала! – она поспешно сунула листок в стол и оглянулась на дверь. – Ба, ты что-то хотела?

В дверях стояла улыбающаяся Авдотья.

– Блинчики на столе, чай заваривается – идемте, кумушки.

– Да-да, сейчас придем, – рассеянно пролепетала Лиз, переводя взгляд на Катьку. – Надо поговорить.

Девушка поджала губы. Ну сколько можно, снова эта ее защитная стойка. Кажется, нормально поговорить не получится. Лиз обреченно вздохнула. Вот почему не рассказать ей все как есть? Почему Катерина скрывает от нее правду? Неужели она в ней сомневается?

– Ладно, – Катька выразительно посмотрела на нее. – Но предупреждаю, если ты снова заведешь свою шарманку о вас с Дзеном…

– Но…

– Бабушка, может пойдешь уже на кухню?

Катька сердито посмотрела на Авдотью. Та встрепенулась, закрыла рот и, хитро подмигнув, посеменила из комнаты.

– Что происходит? – воскликнула Лиз, когда за старушкой закрылась дверь. – Что за ерунду ты несешь про нас с Дзеном? Когда это я тебе жаловалась на него?

– Тише ты, – зашипела на нее Катька, – знаю я, о чем ты хочешь поговорить.

– Вот как? Значит, догадываешься, что ваша с Евой легенда о поклоннике не выдерживает никакой критики?

Катерина поморщилась и покосилась на дверь.

– Даже, если и так, не обязательно кричать об этом на каждом углу, – она раздраженно потерла ладони. – Ладно, все-равно не отвяжешься. Но обещай, что никому не расскажешь. Даже Дзену.

Лиз поспешно кивнула.

– Давай, не томи! Я уже вся извелась!

На лице Катерины отразилось сомнение. Если передумает, придется искать обходные пути. А это время.

– Пожалуйста, Кать. Ты ведь знаешь, что мне не безразлична судьба Евы. И я очень за нее переживаю. Почему она не берет трубку?

Подруга вздохнула.

– Потому что она с парнем.

– Ты опять за свое? – Лиз разочарованно выдохнула. – Ты ведь обещала…

– Она уехала с Максом.

– И я надеялась на твое… Что-что? Что ты сказала? – Лизка удивленно захлопала ресницами. – Ева с Максом? С тем самым?

Вот это действительно неожиданно. Она нахмурилась. Похоже, на этот раз Катька не врет. Но как такое возможно? Помнится, Ева была не сильно рада появлению байкера в кафе. Что же изменилось с тех пор? Когда? И главное, почему сама Лиз об этом не знает.

– Послушай, – Катерина взяла ее за руку и потянула к кровати, – я понимаю, ты немного расстроена, что Ева ничего тебе не рассказала. Я и сама узнала обо всем недавно. Но, похоже у этой парочки все серьезно. Ты ведь знаешь Еву – она тот еще романтик. Макс пригласил ее на пару дней за город, и она решила, что это отличная возможность узнать его поближе.

– О, господи, и ты позволила ей уехать с малознакомым парнем? Ты хоть знаешь, где они?

Катька недовольно поморщилась.

– Не знаю, но она часто звонит мне, и, судя по ее голосу, у них там все в порядке, – она похлопала Лиз по коленке. – Ну ты чего? Сама ведь хотела, чтоб у Евы появился кто-нибудь, а когда это наконец случилось, поднимаешь шум.

Лиз не знала, что и ответить. Все это конечно здорово: и то, что Ева, наконец, нашла себе парня, и то, что у нее все хорошо, но все же тревога не отступала. А что, если он вынудил ее поехать с ним силой?

Лизка внимательно посмотрела на подругу. Слегка обеспокоенный взгляд, но в целом полная уверенность в происходящем. Внутри неприятно кольнуло. Неужели Лиз до такой степени достала Еву, что та доверилась только Катьке? Она печально вздохнула.

– Пойдем есть блинчики, пока не остыли, – подруга попыталась улыбнуться.

– Что ж, если ты считаешь, что все в порядке, ладно. Но я хочу с ней поговорить. Позвони ей.

Катерина поморщилась.

– Давай позже. Бабуля поднимет шум до небес, если мы немедленно не приступим к поеданию ее стряпни.

И то правда. Старушка была уверена, что девчонки умрут с голоду, если не будут питаться регулярно и до отвала. Лиз пожала плечами.

– Ладно. Но после ужина мы ей позвоним.

– Согласна.

Снаружи громко хлопнула входная дверь, и из прихожей донесся шум. Похоже, желающих отведать бабулины блинчики стало больше.

– Эй, свинтус, может разуешься? – Катька выскочила из комнаты и с шумом налетела на брата.

– Привет, Сань, – пролепетала Лиз, наблюдая за чудным спектаклем.

Всклокоченный парень в высоких охотничьих сапогах, с ружьем в одной руке и с повисшей на другой руке сестрой молча шел ей навстречу. Так и не поздоровавшись, он стряхнул с себя Катерину и скрылся за дверью ее комнаты. Прекрасно. Видимо красавчик не в духе и претендовать на блины не собирается.

– Вот же болван, – пробурчала подруга и, стукнув кулаком в дверь, выкрикнула: – У тебя все в порядке?

С обратной стороны раздался шум, но Сашка не ответил.

– Чего это с ним? – прошептала Лиз.

– Понятия не имею, – Катерина стукнула напоследок в дверь и поволокла Лизку на кухню.

Глава 26

В старой сторожке царил полумрак. Грубые тени скользили по стенам, отплясывая зловещий танец синхронно с языками пламени в растопленной печи. Юля сидела на диване, поджав ноги и бросая хмурые взгляды на Ролана. Было холодно. И еще ужасно неуютно. Похоже, она здорово разозлила своего сожителя.

– О чем ты только думала? – наконец прервал тот молчание. – Ты трахнула Охотника… Охотника! Ты понимаешь это?

Она злобно фыркнула.

– И что? Ты же не из ревнивых! – С вызовом бросила ему в лицо, – Я хотела привести его сюда! Это ведь он ранил тебя! Ты должен был его убить!

В глазах Ролана вспыхнула ярость.

– Ты такая же потаскуха, как и остальные! Надо было тебя прикончить, а не обращать! Я думал, ты мне поможешь, а оказалось от тебя одни проблемы!

– Какие? – выкрикнула она, – Ты сидишь тут уже несколько дней, раздаешь бессмысленные приказы и ничего не предпринимаешь! Тебе нужна девка Макса? Так я могу ее разыскать! Могу даже прикончить ее для тебя! Или притащить сюда! И этого Охотника стоило прикончить, но ты его отпустил!

Юля яростно швырнула чашку с горячим чаем в стену. Чертов Охотник был у них в руках. Черт знает, почему он так быстро сдался, так и не почувствовав опасности, но ей это было только на руку. Верзила совершенно потерял от нее голову и, стоит в этом признаться, это было улетно. После того, что она с ним вытворяла, красавчик пошел бы за ней хоть на край света. Ей лишь нужно было довести его до сторожки. Но тут появился Ролан. Она поморщилась, вспомнив, с каким гневом он налетел на парня, когда тот застегивал штаны. Одним ударом сшиб его на землю, и пока несчастный был в отключке, уволок рычащую Юлю с этой чертовой поляны. Почему он не прикончил его? Она снова вскинулась.

– Этот ублюдок найдет нас здесь, и тогда все шансы будут на его стороне!

Ролан подскочил к ней и отвесил хорошую оплеуху.

– Заткнись! Это твой косяк! Ты не должна была привлекать его внимание! Не должна была ему ничего говорить! Из-за тебя мы не можем здесь больше оставаться! – он сжал кулаки и сдерживаясь, чтоб снова не залепить ей затрещину, ударил по деревянному столу. – Собирай манатки, мы уходим.

– Что, прямо сейчас? – Юля притихла, опасаясь очередной взбучки.

– Да. Здесь ничто не должно указывать на наше присутствие.

– Но куда мы пойдем?

– Я знаю одно место. И предупреждаю, выкинешь еще что-нибудь без моего ведома, исчезнешь навсегда.

Ролан развернулся и вышел из сторожки. Чертов псих. Юля ухмыльнулась. А ведь именно таким он ей и нравился. Но что за игру он ведет с этой девицей и своим смазливым братцем? Внутри с новой силой закипала злоба. Чертова девственная дрянь. Что в ней такого особенного и почему Ролан просто не прикончит сучку? Она докопается до истины и тогда… Юля рывком поднялась с места и принялась остервенело закидывать вещи в сумку.

***

Вечерний воздух был наполнен прохладой и тонким ароматом диких трав. В небе над лесным массивом растекался кровавый закат, придавая пейзажу зловещий оттенок. Отсюда, с веранды огромного особняка семьи Макса это буйство природы смотрелось особенно впечатляюще. Казалось, что над домом сгущалось что-то нехорошее, что-то, чего нельзя было объяснить или постичь умом. Ева поежилась, плотнее закутавшись в плед.

Значит у Макса была невеста, которую убил его собственный брат. Господи, как же это чудовищно – убить беззащитную девушку из таких меркантильных соображений. Макс, как старший брат, должен был стать главой семейного бизнеса. Единственным условием для этого было – жениться: таковы их семейные традиции. Марина горько усмехнулась, вспоминая реакцию брата на это заявление отца. Парень был свободолюбив и не желал обременять себя семейными узами. Но традиции есть традиции – Макс выбрал себе пару лишь для того, чтобы соблюсти их и отвязаться от наседавших на него родственников. Ни о каких чувствах не было и речи.

В отличие от довольного свободной жизнью брата, Ролан всегда проявлял повышенный интерес к делам отца, поэтому ревностно отнесся к решению главы семьи. Он молча согласился с этим – наследником в их семье всегда становился старший брат – и выступить против семьи в открытую не посмел. Но никто не предполагал, что парень решится подставить старшего брата, да еще таким диким кровавым способом.

Ева внутренне содрогнулась, живо представив жуткую картину: Макс входит в комнату и застает брата возле окровавленного тела невесты. Видимо, Ролан убив девушку, попросту не успел сбежать. Он был весь в крови несчастной, и Макс в безумной злобе набросился на брата. Если бы не подоспевший на шум отец, трупов могло оказаться больше. Макс попросту растерзал бы брата. Ева внутренне содрогнулась.

Дикость какая! Такое и врагу не пожелаешь. Не удивительно, что после случившегося парень наотрез отказался от самой мысли о близких отношениях. Сейчас Ева понимала, что имела ввиду Марина, когда говорила о защитной реакции. Чувство вины перед той несчастной, которая даже не была любимой сделало из Макса того, кого Ева впервые повстречала – ловеласа, ведущего совершенно распутный образ жизни. Он ушел из семьи и не появлялся в доме родных больше года, надеясь, что забудет обо всем, но ошибся: Ролан снова стал охотится на девушек, с которыми хоть как-то был связан Макс. Видимо, уже из мести.

Ева с грустью подумала о собственной участи. Что, если этот ненормальный все же доберется до нее? К тому же, у него появилась сообщница, эта рыжая потаскуха, тянущая свои загребущие ручонки ко всем парням, которые встречаются у нее на пути. Даже скромнягу Ангела сумела подстелить под себя. Интересно, как Макс собирается их отыскать, не привлекая полицию? И главное, почему семья так категорична в этом отношении? Если Ролан – убийца, его место за решеткой. Почему они покрывают его? Прохладный ветерок проник под распахнутый край накинутого на плечи пледа, и Ева поежилась.

Что-то во всей этой истории не давало ей покоя. Как семья смогла скрыть убийство? Марина сказала, что смерть девушки списали на несчастный случай. Экспертиза подтвердила, что ее загрыз дикий зверь. Но как им удалось подстроить такое? И вот сейчас две очередные жертвы Ролана, смерть которых также признана результатом нападения хищника. Черт знает, что здесь творится, но семья наотрез отказывается втягивать полицию.

“Макс отыщет его и разберется”, – Марина была спокойна. Значит и Еве волноваться не стоит. Но нарастающая тревога точила изнутри, как червь сочное яблоко, не давая покоя ни на минуту.

“Успокойся, Ева”, – мысленно повторяла она себе, – “Макс знает, что делает. Он разберется… Разберется”. Но как? Он что, убьет Ролана? Таковы их семейные традиции? Ева судорожно сглотнула. Нужно еще раз поговорить с Мариной. Нужно убедить ее рассказать ей всю правду. “Некоторые вещи тебе стоит узнать от самого Макса”, – таковы были ее слова. И это отнюдь не успокаивало. Значит есть что-то такое, о чем Ева не знает. И уж если весь этот ужас, который ей рассказала Марина – цветочки, какими же должны быть ягодки?

– Ты замерзла, дорогая, – на веранду вышел Эраст, – пойдем в дом.

Его глаза в свете багряного заката потемнели и приобрели красноватый оттенок. Этот взгляд напоминал ей взгляд хищника. Ева сильнее натянула на плечи мохнатый плед.  Что за глупые мысли. Она тряхнула головой.

– Нет, все хорошо, – попыталась непринужденно улыбнуться, – Мне очень уютно, да и погода чудесная. Если вы не против, я посижу здесь еще немного.

Мужчина подошел к длинному дивану, на котором расположилась Ева и сел рядом.

– Ты взволнована, я понимаю, – он взял ее за руку, – но ты должна знать – мы все очень рады тому, что Макс изменился. И этими переменами мы обязаны тебе. Марина ведь рассказала о той трагедии, так?

Ева кивнула.

– Ты, наверняка, задаешься вопросом, почему мы не сдали Ролана полиции?

Она вздрогнула. Неужели, он читает ее мысли? Эраст едва заметно улыбнулся – точно, читает.

– Хотел бы я тебе все рассказать, но не могу. Это должен сделать Макс. Но поверь, у нас были на то причины, – мужчина сжал ее ладонь, и Ева невольно опустила глаза.

В свете угасающего дня на широком запястье сверкнули камни. Браслет. Почти такой же, как Макс подарил ей. Эраст перехватил ее взгляд.

– Этот браслет подарила мне моя жена, – он улыбнулся, – одна из наших семейных традиций. Этот камень – символ нашей семьи. Эти браслеты делает под заказ одна… мастерица эксклюзивно для нашей семьи. Максимилиан подарил тебе такой же, значит и ты – часть нашей семьи.

Ева удивленно посмотрела на свой браслет. Так вот, в чем дело. Значит, Макс хочет, чтобы Ева стала частью семьи? Она шумно выдохнула. Ничего себе новости. Но откуда тогда мог взяться такой браслет у Сашки? И этот его повышенный интерес к ее новоприобретенному подарку. Что-то не вязались эти новости одна с другой, но рассказывать Эрасту о своих сомнениях не хотелось. Нужно будет еще раз обсудить это с Катериной. Наверняка, узнав об этих сведениях, подруга вспомнит что-нибудь новенькое. Или стоит поговорить с Сашкой напрямую? Эраст прервал ее размышления.

– Тебе не нужно беспокоиться о Ролане. Макс разберется с ним. Все будет хорошо, – он погладил Еву по щеке и встал, – Не засиживайся долго. Марина подготовила тебе комнату.

– Спасибо вам, – она улыбнулась, глядя как мужчина неспешно пересек веранду и скрылся за дверью.

Странное семейство, но такое милое. И Макс… Она знает его всего каких-то несколько дней, а такое ощущение, что эти отношения прошли сквозь целую вечность. Ева вздохнула. Так хочется поделиться новостями с Лизкой. Жаль, что Макс запретил ей.

Словно прочитав ее мысли, на столике задребезжал телефон. Легка на помине. Ева в нерешительности посмотрела на дисплей мобильного.

Улыбающаяся рожица подруги подпрыгивала на столешнице, требуя немедленного внимания. Что же делать? Как она объяснит потом Лизке, почему не отвечала на ее звонки? Ева взяла трубку.

– Привет, Лиз, – выдохнула она.

– Слава богу! – голос подруги дрожал от волнения, – Я так за тебя переживала! Вы совсем с ума сошли? Почему ты ничего мне не сказала? Ты что, не доверяешь мне? Где Макс? Он с тобой? – поток вопросов сыпался как из рога изобилия. Ева лихорадочно пыталась сообразить, что именно знает Лиз. Судя по вопросам, о Максе она знала наверняка. Вот тебе и надежная Катерина.

– Все хорошо, я просто не хотела лишних вопросов. Катя тебе все рассказала?

Трубка фыркнула.

– Рассказала? Да мне пришлось полдня ее пытать! Когда ты успела завести роман с Максом? Почему мне не сказала? Он тебя не обижает? Ведь такой парень как он привык к девушкам с более распущенным образом жизни, чем твой.

Вот оно что. Значит, Катерина не сказала ей главного. Лиз просто считает, что у нее с Максом роман. Что ж, наверное оно и к лучшему.

– Извини, Лизонька, я и сама не ожидала, что так выйдет. Все так случилось так спонтанно. Я просто не знала, что тебе сказать. Не хочу торопить события, а ты так любишь это дело, – Ева перевела дух, собираясь с мыслями.

– Катька тебе звонила, да? Ты поэтому взяла трубку?

– Нет, то есть, – Ева задумалась, – она, конечно, звонила, но давно и про тебя ничего не говорила. Спросила точный адрес, где я нахожусь и пригрозила выслать по нему отряд спасателей, если я не стану звонить ей и докладывать обстановку. Наверняка, это твое влияние сказывается, – она хихикнула.

– Что ж, я рада, – вздохнула подруга, – но больше так не делай.

– Макс хороший, Лизонька. Очень, – Ева вспомнила как совсем недавно ее обнимали крепкие руки и пряный аромат, исходящий от его тела. Пожалуй, даже слишком хороший, – Он познакомил меня с семьей. Они все такие милые и ко мне отнеслись с большим теплом. Даже удивительно. Ведь они меня совсем не знают.

– Ого, быстро вы. Обычно парни не торопятся знакомить девушку с родными. Особенно после нескольких дней знакомства. А такие как Макс и подавно. Странно все это, тебе не кажется?

Ева вздохнула. Еще как кажется, но говорить об этом Лизке сейчас не стоило. Она и так уже знает больше, чем ей положено. Только бы никому не проболталась.

– Послушай, я понимаю, как это все выглядит, но пожалуйста, не говори пока о нас никому. Пусть все думают, что я в области, ладно? Мы с Максом хотим побыть вдвоем, разобраться в чувствах. Ты ведь никому не успела рассказать, что я с ним?

В трубке повисла тишина.

– Ли-из? Скажи, что ты никому не сказала, что я с Максом, – Ева замерла.

– Ну, понимаешь, я очень волновалась. Катька, зараза, ничего мне не говорила. И я подняла на уши Дзена. А он обещал подключить к поискам Ангела.

Внутри все похолодело.

– О господи, Лиз, ну зачем? – Ева с ужасом представила, что будет с отцом, если до него дойдут слухи.

– Евич, прости, – в голосе Лиз чувствовалась горечь, – но ты не оставила мне выбора. Я думала, с тобой что-то случилось!

Вот и все. Секретность накрылась медным тазом, и оставалось только молиться, чтоб эта информация не распространилась по всей округе. А уж если дойдет до Юлькиных ушей. Господи, эта девица ведь успела захомутать Ангела и если они встретятся… Ева даже думать не хотела, что будет потом. Если Юлька узнает, что Ева с Максом, узнает и Ролан.

– Позвони Дзену, сейчас же. Попроси его не говорить ничего Ангелу. Вообще никому. Но ему в первую очередь, – она была готова разрыдаться.

– Позвоню, господи, сейчас позвоню, ну ты чего? – Голос у Лиз стал виноватый, – я ведь правда за тебя волновалась.

– Знаю, – прошептала Ева, – перезвони потом мне. Я хочу быть уверена.

– Ладно.

В трубке повисла мертвая тишина. Ева устало прикрыла глаза. Может стоило рассказать Лиз все с самого начала? По крайней мере, не возникло бы такого переполоха. Ну почему она сразу не догадалась, что подруга не поверит в такую чушь, как тайный поклонник? Через минуту мобильный снова ожил в ее руке. Ева вздрогнула.

– Да.

– Все в порядке, Евич, Дзен еще не успел поговорить с Ангелом.

Ева выдохнула.

– Ты ведь не сказала ему, с кем я?

– Нет, успокойся. Я сказала, что ты в области у Катькиной знакомой. Но знаешь, мне очень не нравится врать Дзену. Он не заслужил такого.

– Знаю, – Ева вздохнула, – но прошу, ради меня, не говори ему ничего.

Подруга обиженно засопела.

– Ради тебя я готова на многое, только прошу, не ври мне больше. Иначе я за себя не ручаюсь.

– Прости, Лиз. Я бы обязательно тебе все рассказала, когда вернулась.

– Ладно. Надеюсь, у вас с Максом действительно все серьезно. Ты ведь знаешь, я буду только рада. Мне пора. Дзен ждет меня в клубе – хотим побыть вдвоем, пока он еще не уехал за океан. – Лиз протяжно чмокнула в трубку, – И будь осторожна с родными Макса. Если парень приводит тебя в дом своих родителей, это может означать две вещи: либо у него на тебя серьезные виды, либо его семья людоеды и ты их главное блюдо.

Ева фыркнула.

– Шуточки у тебя.

– Пока, подружка.

Трубка отключилась, и Ева задумчиво отложила телефон. Может не так уж все плохо? Во всяком случае, Ангел не знает, где она. А это уже плюс. Если Юле и придет в голову мысль, спросить о ее местонахождении у парня, то он ничего не сможет ей сказать.

Ева бросила короткий взгляд на потемневшее небо. Над лесом догорали последние отблески заходящего солнца, и в лицо ударил ветер, пропитанный вечерней сыростью. Пора идти в дом и снова поговорить с глазу на глаз с Мариной. Ева аккуратно сложила плед и направилась к дверям.

***

– Ты сегодня одна, Елизавета. А где же Ева? – добродушная хозяйка кафе улыбнулась девушке и взяла протянутую купюру.

– Ева в область уехала, по делам. Спасибо, Анастасия Львовна, за кофе – он был как всегда бесподобен, – Лизка выбралась из-за столика и кивнув женщине, направилась к выходу.

Парень с низко опущенным козырьком бейсболки, сидевший за соседним столиком проводил ее до двери хмурым взглядом и выудил из кармана трубку.

– Это я. Хорошие новости – у этой девицы длинный язык и громкий голос, так что я узнал, где прячется недотрога.

Он помолчал, вслушиваясь в ответную речь собеседника, затем продолжил:

– Ее увез тот тип из клуба. Она в доме его семьи, – он снова замолчал, а затем, злобно усмехнувшись, кивнул, – Буду ждать. С нетерпением. Очень уж хочется и за себя поквитаться с этой сучкой.

Бросив на столик небрежно смятую купюру, парень встал из-за стола и неспешно покинул кафе.

Глава 27

Второй этаж стрип-клуба “Пинкертон” встретил гостя тишиной – все веселье проходило в главном зале на первом. Из-за плотно закрытых дверей многочисленных комнатушек доносились неясные звуки. Судя по ним, посетители этого заведения получали гораздо больше, чем предлагало официальное “меню”. Ангел хмыкнул.

В конце коридора зажегся тусклый светильник – сигнальная лампочка для посвященных. Значит мадам Живодарова уже здесь. Что ж, время – деньги. Не глядя по сторонам, Ангел направился к комнате хозяйки.

– Можно? – постучал он в дверь.

– Заходи, – прокуренный голос звучал стальными нотками, от которых по коже шел мороз.

Грузная дама средних лет восседала в широком кресле. Она небрежно поглаживала лохматую болонку, которая дремала у той на коленях. Отвратительная собака. Кажется, ее только недавно забрали из карантина. Ангел поморщился – уж лучше бы усыпили.

– Хорошие новости, мадам. Мы узнали где Ева – она сейчас в доме родных Максимилиана.

– Хм… Даже так? – Живодарова отвела в сторону задумчивый взгляд.

– Мой человек готов выехать за ней прямо сейчас, но есть маленькая загвоздка.

– Какая же?

Ангел не мигая смотрел на властную, но с отвратительной внешностью хозяйку.

– Нам не удалось узнать адрес, – понизил он голос.

– Что ж, это как-раз таки не проблема. Адрес есть у Катерины. Ты уверен в своих громилах? – она пристально наблюдала за реакцией Ангела. Чертова ведьма, ведь до самых кишок пробирает.

– Уверен, что они преданы вам, мадам. А если вы добавите чуточку везения им в карму, – он усмехнулся.

Эта чокнутая баба верила, что обладает силой ведьмы. Вся комната хозяйки стрип-клуба была завалена какими-то чашами, чугунками, хрустальными шарами и древними книгами. На черных стенах висели пучки каких-то трав и везде стояли свечи. Помнится, впервые очутившись в святая святых Живодаровой, сердце оказалось где-то в желудке и долго не желало возвращаться на место. Но дамочка дала выпить ему какой-то успокоительный отвар и все как рукой сняло. Мало того, ему стало до чертиков интересно работать на эту чокнутую. И платила она щедро – не сравнить с теми скудными доходами от выступлений в “Трех лилиях”. Ангел снова хмыкнул.

– Вы ведь сможете выманить девчонку из дома?

Живодарова презрительно поджала полные губы.

– Разумеется. Вряд ли на это способны твои идиоты.

Что правда, то правда. Ангел представил лысого, который поет под окном серенаду и усмехнулся.

– Буду ждать смс с адресом, – он круто развернулся и вышел за дверь, но перед тем как закрыть ее за собой, успел заметить мелькнувшую в проеме рыжую головку: из внутренней комнаты к Живодаровой вышла девушка.

Ангел тряхнул белокурыми волосами и направился к лестнице. Рыжая. Неужели одна из девиц? Странно. Мадам никого не впускала в свою обитель, с чего вдруг этой так повезло? Впрочем, не его это дело. Он бегло спустился на первый этаж и выскочил на улицу. Нужно позвонить этим болванам, пока они еще не успели насосаться пива. В кармане завибрировал телефон.

– Да, – Ангел постарался придать голосу непринужденный тон.

– Привет! Где тебя носит? Выступление через час, не забыл? – бас-гитарист сердито пыхтел в трубку.

– Я буду вовремя.

– Бес с тобой?

Ангел открыл дверцу авто и скользнул за руль.

– Нет, я один.

– Странно. Он вроде как собирался заехать за тобой. Ну ладно, ждем тебя, – трубка замолчала, и Ангел завел машину.

Выехав со стоянки, он бросил взгляд на обочину. В толпе страждущих в поисках любви и зрелищ мелькнула знакомая фигура. Он всмотрелся в лица, а затем тряхнул головой. Показалось. Отыскав нужный номер в списке, Ангел нажал кнопку вызова.

– Будьте наготове, – сухо бросил собеседнику. – Адрес вышлю смс.

Он швырнул трубку на соседнее сиденье и выехал на дорогу. Концерт через час, так что будет время перекинуться парой слов с Дзеном и Лиз. Он усмехнулся, вспомнив с каким рвением пыталась свести с ним подругу эта болтливая девица. Даже смешно. Уж если кого и стоило завалить в постель, так это Юлю. Интересно, где она сейчас? Когда дело будет сделано и мадам даст ему полный расчет, он разыщет эту рыжую красотку. И уж на этот раз не позволит сбежать, как в тот вечер. Ангел хмыкнул. Это будет лучший трофей за всю его жизнь. Он вдавил педаль газа в пол и на всех парах помчался к клубу.

***

В комнате царил полумрак, и из раскрытого окна веяло прохладой. Ева поежилась: летние вечера все меньше похожи на летние. Она включила свет. А здесь мило. Широкая кровать была слишком шикарна для гостевой комнаты, но в этом доме не привыкли к скромности. Кремового оттенка стены, светлое жаккардовое покрывало, массивный шкаф из мореного дуба и в том же стиле две прикроватные тумбы с изящными светильниками – судя по всему, гостей здесь тоже баловали. Ева перевела взгляд.

Над кроватью висела картина: на опушке соснового леса в лучах заходящего солнца темнеет фигура волка. Шерсть его отливает медным, а в глазах застыл хищный блеск. Морда его обращена к художнику, но взгляд будто бы устремлен за пределы картины. Красиво. И жутко. Ева напряглась. Где-то она уже видела нечто подобное.

– Можно к тебе? – в дверь просунулась голова Марины.

– Конечно, – Ева улыбнулась.

Она успела проникнуться к девушке теплыми чувствами, и сейчас была рада ее визиту.

– Как ты, милая? – выразительные глаза цвета липового меда смотрели на Еву с нежностью и заботой.

– Хорошо, – и это было правдой, – даже удивительно, но мне здесь спокойно.

Марина подошла к ней и встала рядом.

– Нравится? – перехватила ее взгляд, устремленный на картину.

– Очень. И знаешь, кажется, что я уже где-то ее видела. Или похожую на нее, – Ева задумчиво всмотрелась в полотно.

Масляная краска. Волк. Где же она могла ее видеть?

– А давно вы ее купили?

– Мы не покупали, – девушка улыбнулась, – художник – наш друг. Это, кстати, подарок Максу.

– Ого, а почему она висит в гостевой комнате?

Марина рассмеялась.

– Это комната Макса, – она весело подмигнула и плюхнулась на кровать, – братишка облюбовал ее в то же день, как мы купили этот дом.

Ева покраснела. Ее поселили в комнату Макса? А если он вернется и захочет переночевать здесь?

– Не беспокойся, – словно прочитав ее мысли, усмехнулась Марина, – Макс не станет здесь ночевать, даже если вернется.

– Почему? – вопрос вырвался раньше, чем Ева успела подумать, о чем спрашивает.

Ну кто ее за язык тянет? Как глупо. Сейчас сестра парня, с которым она едва знакома, но в которого успела влюбиться так, что даже об одном упоминании его имени захватывало дух, решит, что Ева только и ждет того, чтобы переспать с ее братом.

– Он съехал отсюда в тот же день, как все случилось.

– Так это здесь убили его невесту? – Ева в ужасе отшатнулась от кровати.

Она живо представила картину: мертвое тело лежит на окровавленном покрывале, а стеклянные глаза безжизненно смотрят в потолок. Просто кошмар!

– Нет, что ты. Это случилось в библиотеке. Бедняжка просиживала там днями, все читала. Все знали об этой ее страсти. Ролан выбрал момент, когда в доме никого не было и убил ее. Он не ожидал, что Макс с отцом вернутся с производства раньше положенного. Да ладно, что я пугаю тебя. Сейчас в доме полно народу, Ролан далеко и Макс обязательно его разыщет. Ты в безопасности, так что ложись и спокойно отдыхай, – Марина ободряюще сжала ее ладонь.

– Может окно закрыть? – Ева с опаской покосилась на распахнутую фрамугу.

Девушка пожала плечами.

– Как хочешь, но помни, здесь тебе ничего не грозит, – она напоследок обняла Еву и бесшумно выскользнула за дверь.

Значит, комната Макса. От мысли, что в этой самой кровати спал тот, кто так умело сводил ее с ума, по телу прошла дрожь. Интересно, приводил ли он сюда других девушек или в семье так не принято? Ева откинула край покрывала и провела рукой по шелковой наволочке. А белье – оно новое или на нем спал Макс? Это точно какое-то сумасшествие. Она встала с кровати и быстрым шагом пересекла комнату. Пусть тут и безопасно, однако открытое окно вызывало дискомфорт. Выглянув наружу, Ева замерла.

Вид со второго этажа был прекрасным. Перед домом сверкал водной гладью огромный бассейн. За ним простиралась приличных размеров лужайка. Она была залита лунным светом, а сразу за высоким забором начинался лесной массив. Красота. Почти как дома, только размеры особняка превышали ее жилище в несколько раз. Она шумно вдохнула ночной воздух и задержав взгляд на убывающей луне, захлопнула створки.

Пора ложиться. Марина сказала, что поднимаются в этом доме довольно рано, а опаздывать к завтраку как-то не хотелось. Чем они завтра займутся? Может пойдут загорать или плавать в бассейне. А может Марина покажет ей семейный альбом и побольше расскажет о семье. В любом случае, день обещает быть долгим. Ева зевнула и, накрывшись воздушным как пух одеялом, повернулась на бок.

Интересно, где сейчас Макс? Только бы с ним все было в порядке. Она медленно погружалась в сон, убаюканная мечтами о предстоящей встрече с ее новой любовью. С принцем на черном коне.

***

Телефонный звонок вырвал Еву из сна. Она вскочила и испуганно огляделась по сторонам: где она, черт возьми? Воспоминания вернулись быстро. Господи, кому еще там не спится среди ночи? Схватив с прикроватной тумбы мобильный, она прищурившись посмотрела на дисплей. Лиз? Какого черта?

– Неужели кто-то умер, – вяло пошутила Ева.

– Боже мой, подруга, ты жива! – голос Лизки был до крайности возбужден.

– Конечно, жива, мы ведь с тобой только вечером разговаривали.

Все это ни капельки ей не нравилось. Лиз, конечно, дама беспардонная, но звоить среди ночи без веской причины – это уже перебор.

– Это ужас, что такое! – Лиз почти кричала в трубку.

Внутри все похолодело.

– Да что случилось? Ты можешь мне толком объяснить?

– Мы здесь, под воротами особняка, ждем тебя! – Подруга жалобно всхлипнула, – выходи немедленно… пожалуйста!

Ева стремительно подскочила к окну, но оно выходило на задний двор. Ворота отсюда не увидеть.

– Вы с Дзеном приехали сюда среди ночи? Вы что, серьезно?

Лизка снова всхлипнула.

– Быстро одевайся и выходи! Только тихо! Никому не говори, что мы здесь, – она зашмыгала носом, пытаясь унять дрожь в голосе.

– Ладно, ладно, не кричи так, – сердце колотилось как ненормальное, – сейчас выйду, и мы поговорим!

– Давай быстрее. Мы ждем.

Трубка замолчала, и Ева безвольно опустила руки на подоконник. Нет, серьезно? Дзен тоже участвует в этом безумстве? Что, черт возьми, у них там случилось? Быстро накинув поверх ночнушки, которую ей выделила Марина махровый халат, Ева бесшумно спустилась на первый этаж.

В доме стояла тишина. Который сейчас час? В спешке, она даже не посмотрела на время, а телефон остался на подоконнике. Осторожно повернув в замке ключ, она вышла на террасу. В ноздри ударил свежий аромат соснового леса. Быстро спустившись по ступенькам, Ева почти бегом припустила к воротам. Ненормальные, честное слово!

Тихо скрипнула упругая пружина калитки. Где они? Чуть в стороне от уличного фонаря стояла припаркованная машина. Странно, ее она видела впервые. Может Дзен одолжил ее на время у друзей? Водительская дверца распахнулась и мужская фигура выбралась наружу.

– Дзен, это ты? – Ева замедлила шаг.

Походка у водителя была незнакомой, совсем не такой, как у Лизкиного парня. Может Лиз и не с ним приехала? Фигура приблизилась, и Ева в ужасе зажала ладошкой рот. В свете фонаря, под который шагнул незнакомец, сверкнула лысина. Господи, не может этого быть! Она хотела закричать, но в этот момент кто-то схватил ее сзади и зажал рот.

– Не стоит шуметь, недотрога. Ночь на дворе – люди хотят спать.

Из машины выбрался третий участник этого кошмара. Тот самый, которому смелая Лизка заехала локтем в нос. Ева зажмурилась, пытась избавиться от жуткого наваждения, но терпкий запах перегара свидетельствовал об одном: это не сон. "Нужно было хотя бы одеться поприличней", – мелькнула напоследок глупейшая мысль.

***

Холодная луна пробивалась своим ярким сиянием сквозь густые заросли и отражалась в хищном взгляде. Колючие ветки хлестали упругое тело зверя, но он словно не замечал этого. Прыжок. Еще прыжок. Макс несся по лесу с ураганной скоростью. Здесь была Юля. Он чуял ее запах, смешанный с чем-то еще. Тот, другой был гораздо слабее, и Макс не понимал его природы. Но это его не волновало. Выследить эту нахалку, разыскать с ее помощью брата и притащить на семейный суд – вот его главная задача. Все это зашло слишком далеко. У Ролана был шанс на нормальную жизнь, но он им не воспользовался. Что ж, пускай пеняет на себя. Макс сделал огромный прыжок и с размаху рухнул в яму. Черт!

Фыркая и подвывая от боли в ушибленном плече, он вскочил на лапы. Чертовы охотники. Это, явно, их рук дело. Яма заросла травой и была устлана сухими ветками – этой западне для волков не один год. Макс принюхался. Здесь запах рыжей был особенно сильным. Неужели девица тоже угодила в ловушку?

Обернувшись, Макс напрягся и сделал прыжок. Выбраться отсюда не так просто. Он ухватился за торчащие из земли корни и подтянулся. На плечи посыпались комья земли и листья. Кое как выкарабкавшись наружу, он повалился на сухие ветки и отдышался. Вскочил на ноги. Принюхался. Неужели здесь был кто-то еще? К запаху Юли добавился еще один. И он был ему смутно знаком. Мужчина. И не просто мужчина. Самец. Здесь явно случилось то, что Макс и сам еще совсем недавно любил проделывать. Вся земля вокруг была пропитана запахом секса. Вот же блудливая сучка. Даже здесь умудрилась отыскать себе приключения. Макс хмыкнул.

Пройдя немного вперед, он вдруг уловил еще один запах. Ролан! Он тоже был здесь. И был совсем недавно. Неужели эта парочка вместе охотилась? Если так, то парню не позавидуешь. После жаркого секса его ждала не менее жаркая смерть. Впрочем, кровью здесь не пахло. Может они утащили его в другое место? Макс выпрямился и сделал прыжок. Обернувшись, он помчался вперед, влекомый уже двойным ароматом: Юли и Ролана.

Сторожка. Вот где прятался все это время братец. Макс замедлил ход, принимая человеческий облик. Он бесшумно подкрался к окну. Темнота. Или парочка спит или успела покинуть жилище. Если Юля рассказала своему любовнику о том, что прокололась, скорее всего второе: Ролан не станет рисковать и дожидаться, пока за ним явятся. Макс обошел строение и толкнул дверь. Та со скрипом отворилась. Так и есть.

Внутри было пусто. Ветхие бревенчатые стены с покосившимися кухонными шкафчиками, колченогий стол, старый диван, обшарпанная печь. Если бы не запах, никто бы и не подумал, что совсем недавно здесь кто-то жил. Макс обошел единственное помещение сторожки, убедившись, что никаких вещей здесь не осталось. Значит сбежали. Куда же они ушли?

Обходя строение снаружи, Макс не нашел другого следа. Запах шел только в одном направлении – в сторону города. Но возле ямы след брата обрывался. Значит этот след вел не от сторожки, а к ней. Перед побегом хитрец использовал отвар из волчьих ягод и кардамона, маскирующий запах. Знал, что Макс не успокоится и будет искать его. Что ж, умно. Макс злобно скрипнул зубами.

Если Ролан потащил девицу с собой, значит она ему нужна. Выследит ее – выследит брата. Пожалуй, стоит вернуться к ней на квартиру и подождать. Рано или поздно, Юля объявится. Макс окинул напоследок взглядом сторожку и собирался уже выйти, как вдруг заметил на полу обрывок газеты. Странно. Если беглецы пытались замести следы, а именно так все и выглядело, то почему не прибрались тщательней? Может это всего лишь мусор? Но что-то подсказывало ему – это зацепка. Макс поднял обрывок.

Так и есть. Объявления о сдаче квартир и центральное обведено. Ролан, Ролан, да ты сдаешь позиции. Макс переписал телефонный номер и быстрым шагом покинул сторожку.

Глава 28

В машине было душно и нестерпимо воняло перегаром. Ева открыла глаза. Что, черт возьми, происходит? Голова гудела как церковный колокол.

– Очнулась, недотрога? – липкая ладонь похлопала ее по щеке, а в ноздри ударил запах дешевых сигарет.

– Где я? – Голос был слабым, а язык едва ворочался.

– Здесь, – кашлянул незнакомец и зычно загоготал.

Ева попыталась шевельнуться. Тело не слушалось. Руки безвольно лежали на коленях – запястья обвивала толстая веревка. Ноги, судя по всему, тоже связали.

– Что вам надо? Почему вы меня преследуете? Где Лиз?

В проеме между сиденьями возникла голова в кепке.

– Заткнись, дрянь. Здесь вопросы задаем только мы. А у нас пока к тебе вопросов нет, – и похититель противно заржал.

– У тебя может и нет, а у меня имеются, – злобно рыкнул альбинос, обнимавший Еву за плечи. – Как найти твою подругу? Ту, что мне нос сломала.

– Не понимаю, о ком вы, – страх сковывал голосовые связки, и Ева с трудом выдавливала из себя слова.

С водительского сиденья раздался голос лысого:

– Все ты понимаешь, сука! Не знаю, нахер ты сдалась нашему хозяину, но трогать тебя запрещено. А вот о твоих подружках – этих мелких шлюшках речь не шла. И раз уж мы не можем развлечься с тобой, то хотя бы с ними покутим, – он злобно хмыкнул.

Под ребрами сходило с ума сердце: оно с новой силой стало пробивать себе путь на свободу. Неужели с девчонками что-то случилось? Почему Лиз звонила ей, почему соврала, что она здесь? Неужели была приманкой? Тогда почему похитители спрашивают, как ее найти? Что-то во всем этом было не так. Ева попыталась взять себя в руки.

– Кто приказал вам найти меня? Это Ролан? Это он вас нанял?

Альбинос пошевелил широкой челюстью и хмыкнул.

– Слыш, следователя включила, – он ткнул коленом в переднее сиденье, – может остановимся и трахнем ее по очереди? Ей все-равно никто не поверит, если мы будем все отрицать.

– Идиот, – снова подал голос лысый, – эта сука – девственница! Воткнешь ей – воткнут тебе.

И он заржал, довольный своей шуткой. Альбинос злобно засопел.

– Есть и другие варианты.

Ева с ужасом слушала их перебранку, мысленно умоляя небеса избавить ее от этого кошмара. Головокружение понемногу проходило.  Она отвернулась. За окном мелькали сосны, сливаясь в сплошную черную полосу. Куда ее везут? Назад в город? К Ролану? Только бы Макс успел разыскать брата, тогда у нее будет шанс на спасение. А если нет? Думать о том, что сделает с ней этот хладнокровный убийца не хотелось. И без того было не сладко. “Макс, миленький, где же ты?”, – мысленно воззвала она к парню, – “Ты ведь обещал защитить меня”.

В салоне раздался дребезжащий звонок мобильного.

– Да, – рявкнул парень в кепке.

Похитители замолчали.

– Часа через два будем. Девка у нас, так что готовь бабки.

Альбинос ухмыльнулся и прижал Еву к себе.

– Дорогая сучка, – он провел шершавой ладонью по ее щеке. – Что в тебе такого особенного? Такие бабки не за каждую шлюху платят.

Ева содрогнулась. Если за нее и в самом деле щедро платят, то можно не сомневаться: ничего хорошего ее не ждет. Она с тоской смотрела сквозь лобовое стекло на дорогу. Серый асфальт, освещенный только ближним светом, с бешенной скоростью затягивало под колеса автомобиля, а впереди простиралась тьма. Осталось два часа. Чего они стоят по сравнению с целой жизнью, которую у нее решили отнять? Впереди мелькнула черная тень, и лысый резко вывернул руль.

– Сука! – гаркнул он, пытаясь справиться с управлением.

Под днищем что-то громко хлопнуло и машина пошла юзом. Ева вжалась в сиденье, пытаясь сохранить равновесие. К горлу вновь подступила тошнота. Господи милый, сейчас они все умрут. Может это и к лучшему. Тело в последний раз тряхнуло, и все замерло. Сердце противно стучало в желудке. Неужели живы? Ева открыла глаза и застонала.

Голова кружилась, в висках стучали отбойные молотки – но все это мелочи. Она все еще цела. И похитители, к сожалению, тоже. Лысый смачно выругался и выбрался из машины.

– Чертово колесо!

“Кепка” тут же последовал за подельником, бросив альбиносу указание не спускать с Евы глаз. Перед самым окном темнел толстый ствол сосны – даже, если ее охранник и выйдет наружу, дверь ей не открыть. Ева мысленно чертыхнулась.

– Что это было? – “кепка” осматривал переднее колесо, – ты наехал на какую-то хрень?

– Какая-то сцука выскочила перед машиной, – лысый сплюнул и достав из кармана мобильник, посветил на дорогу.

Ева вытянулась в струну и окинула взглядом ту часть дороги, что была видна сквозь лобовое стекло – никаких сбитых животных. Но ведь она тоже видела это: какой-то зверь метнулся под колеса. Может успел выскочить и сбежал?

– Эй, посмотри сюда, – “кепка” кивнул своему напарнику и они вместе склонились над фарой.

– Черт, это что, кровь?

– Ты точно кого-то зацепил.

– Да, зацепил, – процедил сквозь зубы лысый, – теперь фару придется менять – трещина, мать ее.

Похоже, они застряли здесь надолго. Ева лихорадочно соображала, как же ей дать о себе знать Максу. Кажется, “кепка” оставил свой телефон на панели. Вот только бы альбинос убрался отсюда.

– Может поможешь дружкам? – как-можно безразличнее бросила ему Ева.

Тот хмыкнул и, запустив руку ей между ног, больно сжал бедро.

– Не терпится оказаться в лапах красавчика? А еще строила из себя неприступную, – он разжал пальцы и выбрался из машины.

– Эй, пацаны, может хватит уже пялиться на эту сраную машину? Поехали!

Чертов ублюдок! Ева подавила нарастающее отвращение: не время и не место поддаваться эмоциям. Телефон, ей нужен телефон.

– Заткнись, кретин! – рявкнул на него лысый, – Тебе велено сторожить девку!

– Да куда она денется? – альбинос сплюнул и присел на корточки возле колеса, – Да, дело – дрянь. У тебя запаска хоть есть?

Ева уже не слушала их перебранку, полностью сконцентрировавшись на единственной задаче – добраться до трубки. Она лежала на передней панели, но попробуй дотянись, когда руки и ноги связаны. Сдвинувшись к центру сиденья, Ева попыталась привстать. Господи, как же неудобно. С улицы донеслось приглушенное рычание.

– Эй, ты это слышал? – напрягся альбинос.

– Слышал что? – лысый подкурил сигарету, сделал несколько затяжек и выдохнул сизое облако дыма.

Оно окутало свет от все еще горящих фар, и Ева с ужасом уставилась в лобовое стекло. Сквозь серую пелену выступила огромная фигура зверя. Дым тут же рассеялся. Здоровенный волк с горящими глазами приближался к машине, издавая при этом совсем не дружелюбное рычание.

– Череп, берегись! – дико заорал “кепка” и попятился к машине.

Хищник сверкнул безумным взглядом и сделал гигантский прыжок. Ева завизжала. В следующее мгновение она увидела, как лохматая туша вонзила зубы в шею лысого и рванув обмякшее тело, швырнула его в сторону.

– Мать твою! Твою ж мать! – “кепка” оступился и, шмякнувшись на пятую точку, словно гигантский краб, попятился назад.

Альбинос, видимо потеряв от страха рассудок, помчался по дороге куда-то вдаль. Достигнув границы света и тьмы, он скрылся из виду. Еву он больше не волновал. Она в ужасе наблюдала за чудовищно-неправдоподобной картиной через распахнутые двери: хищник медленно приближался к очередной жертве. “Кепка” все еще пятился, продолжая поминать матушку на все лады. Волк сделал очередной прыжок, и Ева, крепко зажмурившись, снова заорала – только бы не слышать холодящих кровь воплей похитителя.

Безумие, дурной сон, этого не может быть, нет! Это все ей только кажется! Голос сорвался, и Ева вдруг осознала, что вокруг повисла звенящая тишина. Она открыла глаза и стала вертеться, лихорадочно оглядываясь по сторонам. Где он? Куда делось это чудовище? Волка нигде не было видно.

В глаза ударил яркий свет, отразившийся в зеркале заднего вида: к месту разыгравшейся трагедии приближалась машина. Ева попыталась добраться до открытой дверцы, но лишь беспомощно ерзала по сиденью.

– Спасите! – заорала с новой силой, моля бога, чтобы ее заметили.

Словно почувствовав чей-то взгляд, она обернулась к закрытой дверце – в темноте сверкнули налитые кровью глаза. Зверь стоял возле машины и смотрел на нее сквозь стекло. Ева замерла в оцепенении, лишь липкий ужас растекался по венам, подбираясь все ближе к изможденному сердцу. Она моргнула и с удивлением уставилась в пустоту за стеклом – монстр исчез. Растворился в ночи, словно его и не было. Позади остановилась машина, хлопнули дверцы, и до Евы донесся звук торопливо приближающихся шагов.

– Милая, господи, ты в порядке?! – где-то рядом раздался перепуганный голос Марины.

В салон заглянул Эраст. Его темные глаза полыхали гневом. Ева, все еще не веря до конца в свое спасение, молча таращилась на знакомое лицо. Крепкие руки подхватили ее подмышки и вытащили наружу.

– Евочка, скажи что-нибудь! – Марина трясла ее, словно куклу, пытаясь выдавить хоть слово.

Развязав веревки и поддерживая Еву за плечи, она растирала ее занемевшие конечности. Эраст склонился над трупом “кепки” и внимательно осмотрел раны. Лысого нигде не было видно – скорее всего его бездыханная тушка валялась где-то в кустах.

– Вези ее домой, я проверю тут все, – мужчина выпрямился и расправил плечи.

Марина не стала спорить и молча повела Еву к машине. Как без нее доберется до дома отец семейства, Ева не думала. Она вообще ни о чем не думала. В голове царила пустота, только в ушах все еще стоял жуткий крик раздираемого на части похитителя.

Глава 29

– Марина, что случилось? – Макс спрятался в тени деревьев, продолжая наблюдать за подъездом и время от времени поглядывая на темные окна квартиры. – Что-то с Евой?

Сестра тяжело вздохнула.

– С ней сейчас все в порядке, но ситуация довольно скверная. Ты нашел Ролана?

– Я нашел его логово, но брата сейчас нет. Не знаю, где он – этот мерзавец маскируется.

– Уже нет, – Марина понизила голос, – кто-то вздумал похитить твою подружку.

Макс вцепился в дерево и глухо зарычал.

– Где она?

– Спокойно, братец, Ева уже дома, с нами. Она очень напугана: мне пришлось дать ей успокоительное, иначе это могло закончиться нервным срывом. Сейчас она спит.

– Как это случилось?

– Вот это и странно. Кто-то позвонил ей и попросил выйти к воротам, где уже ждала машина. Похитителей было трое. Они успели отъехать от дома на приличное расстояние, прежде, чем я обнаружила ее отсутствие. Мы догнали их на трассе, и знаешь, что? К тому времени, как мы подоспели, двое из троих были мертвы. Догадываешься, чьих рук дело?

Внутри крепли нехорошие предчувствия.

– Макс, это был Ролан! Он убил засранцев – перегрыз им сонную артерию и смылся! Как тебе такое?

Макс нахмурился. Что за игру затеял с ним этот психопат? Сестра выдержала паузу, а затем продолжила:

– Если Ролан нанял головорезов, чтобы похитить Еву, то зачем было убивать их? Лишние свидетели? Допустим. Но ведь по логике он должен был убить сначала ее, а уж затем своих прихвостней. К тому же, у него вполне хватило бы времени разобраться и с Евой. Ты меня извини, но мне почему-то кажется, что Ролан преследует какую-то другую цель. Макс, по сути он спас Еву.

Сестра замолчала. И что, черт возьми, все это значит?

– Вы узнали, от кого был звонок?

Если Ева решилась выйти из дома посреди ночи, невзирая на грозящую ей опасность, значит звонивший был кем-то из своих. Но кто, кроче Катерины мог знать, где она? Ева уверяла, что подруга надежная и никому не проболтается.

– Последний вызов на ее мобильном был от некой Лиз. Ты знаешь, кто это?

Макс стиснул кулаки.

– Ее подруга. Я разберусь. Не отходи от Евы ни на шаг, будь рядом каждую минуту…

– И вот еще что, – перебила Марина, – в машине похитителей валялся телефон. Отец покопался в нем: история сообщений пуста, но вот история вызовов довольно странная. Ни одного исходящего, зато есть несколько входящих. Номер абонента скрыт. Завтра отец постарается выяснить, откуда были эти звонки. И еще, один из этих ублюдков сбежал. Вряд ли Ролан случайно упустил его. Сечешь, о чем это я?

– Выйдем на третьего похитителя – выйдем на заказчика. Что-то подсказывает мне, что в этой игре замешана еще одна сторона. Наведаюсь-ка я в гости.

– Пять утра, Макс.

– Ничего, если дело срочное.

Он сбросил вызов и направился к стоянке: если Ролан не причастен к похищению, стоило выяснить, кому еще понадобилась Ева. Сюда он еще вернется. Чуть позже. Он свернул за угол и трусцой побежал вдоль дома, перебирая роящиеся в голове мысли. Почему он не почувствовал, что Ева в опасности? Браслет должен был послать ему зов. Неужели она сняла подарок? Вряд ли. Неужели заговор? Он приблизился к дремлющему Харли Дэвидсону. Похоже, этот день станет днем сплошных визитов.

Спящие окрестности огласил рев байка, и Макс устремился в сторону коттеджного поселка.

***

В комнате мадам Живодаровой горели свечи. В углу тускло мерцал ночник, но проку от него было мало. Ангел хмуро смотрел на чучело филина, представляя себя на его месте. С учетом обстоятельств, эти опасения были не пустой фантазией. В соседней комнате за закрытыми дверями шел разговор. Мадам вполголоса обсуждала с кем-то провал операции, повышая интонацию на словах “идиоты” и “сдохнут”. Надежды на счастливый исход это не добавляло.

Наконец, дверь распахнулась, и в мерцающий сумрак вплыла грузная мадам. Дверь за ней тут же затворилась.

– Тебе чертовски повезло, маленький выродок. Была б моя воля, ты бы уже корчился в судорогах где-нибудь в углу, но судьба благоволит тебе.

– Что вы будете делать?

Живодарова бросила на него испепеляющий взгляд.

– А вот это уже не твоего ума дело. Ты можешь быть свободен, – она подошла совсем близко, и Ангел почувствовал жар, исходящий от ее тела. – Ты все забудешь. Все это. И вспомнишь лишь тогда, когда я позову.

Ангел развернулся и хотел уже выйти из комнаты.

– Постой.

Он послушно замер.

– Оставь телефон.

Из кармана был извлечен простенький мобильник. Живодарова выдернула трубку из рук Ангела, хищно оскалилась и выставила его за дверь.

***

– Эй, просыпайся, – Катька потрепала за руку спящего брата.

– М-м-м?

– Нужно поговорить, – она включила ночник и плюхнулась на кровать рядом с парнем. – Откуда у тебя этот браслет?

Сашка потер глаза и уставился на нее непонимающим взглядом.

– Который сейчас час? Ты что… Ты рылась в моих вещах?

– К черту твои вещи, расскажи мне об этом браслете! – Катька теряла терпение. – Еве грозит опасность, и, подозреваю, что эта штука имеет ко всему какое-то отношение. Ты что-то скрываешь от меня. Утром ты заходил к ней и видел на ее руке похожий браслет. Ева рассказала, что ты слишком активно интересовался, кто этот щедрый даритель.  А еще я нашла такой же браслет в нашей комнате три года назад. Ты ведь его искал, когда приехал?

Сашка нахмурился, видимо соображая, что ответить.

– Я знаю, тебе не безразлична Ева, – выдвинула Катька последний аргумент и выразительно посмотрела на брата, – так помоги ей. Расскажи все, что знаешь. Кому он принадлежал?

Кажется, сработало. Парень недовольно нахмурился, свесил ноги с кровати и тяжело вздохнул.

– Ты многого не знаешь, – он искоса взглянул на зажатый в ее руке браслет. – И я надеялся, что никогда не узнаешь. Но, похоже, тут многие оказались втянуты в эту историю, поэтому я расскажу тебе. Только пообещай не вызывать неотложку, – он угрюмо хмыкнул.

Интересное начало. Похоже не у нее одной имеются скелеты в шкафу. Катька кивнула, поерзала на кровати, устраиваясь поудобней и уставилась на брата.

– Этот браслет – часть традиции одного… кхм… рода.

– Нашего? – она нахмурилась.

– Нет. Не перебивай. Эти браслеты изготавливались парами, потому что предназначались парам. Когда мужчина рода встречал свою пару, он дарил ей такой браслет, а сам надевал второй.

– Это что-то типа помолвочного кольца?

– Не совсем, но похоже. Камень в этом браслете – адуляр, или лунный камень. Но это не обычный минерал, который все привыкли видеть, он редкой породы, гораздо темнее обычного. Добывают его…

– Можно короче? – Катька поморщилась.

– Считается, что этот камень не просто привлекает вторую половину, но и сохраняет особую магическую связь между влюбленными. Я не верю во всю эту чушь, но дело вовсе не в магии. Браслет, который ты нашла и, прошу заметить,  свистнула у меня три года назад принадлежал одному… человеку. Он погиб. Был убит.

Катька удивленно заморгала.

– Ого, а как он попал к тебе?

– Я был там. Видел, что произошло…

– Ты был на месте убийства? Когда это случилось? Почему ты никому не рассказал?

– Это случилось семь лет назад.

Смутная догадка зашевелилась в мозгу, и Катька ошарашенно уставилась на брата.

– Но ведь тогда наш отец… Семь лет назад он бросил нас. Ты хочешь сказать, он как-то замешан в этой истории?

Сашка опустил голову.

– Он застрелил того человека.

– О, господи, – выдохнула она, – но как? Это был несчастный случай? Это случилось на охоте?

– Не совсем. Вобщем история довольно непростая. С такой не пойдешь в полицию. Я бы вообще ничего тебе не рассказывал, не окажись Ева замешана в этом.

– Но какое она имеет отношение к случившемуся? В то время ей было всего одиннадцать! Стоп, ты говоришь, это браслет пары. Значит Еве подарил его парень из той семьи? А наш отец убил кого-то из родных этого парня? О, боже мой!

– Я хочу сказать, что этот парень, кем бы он ни был, очень опасен.

– Но почему? Ева ведь ничего ему не сделала! Ее семья вообще не имеет к этому отношения? Или имеет? – Катька недоверчиво посмотрела на брата. – Ты что-то недоговариваешь – кто тот человек и почему отец убил его?

Сашка закрыл глаза и тяжело вздохнул.

– Он – оборотень.

На мгновение ей показалось, что брат улыбнулся. Это что, шутка? Катька ошарашенно смотрела на кривую усмешку, исказившую его лицо – нет, он не шутит. Горькое разочарование и злость – вот все, что она смогла разглядеть.

– Но ведь оборотней не существует! Откуда ты вообще это взял? Так сказал тебе отец? Он что, тебя с собой на убийство брал? – Катька обалдело вытаращила глаза.

– Нет. Отец ничего не знал. В какой-то момент я стал подозревать, что он ходит не на обычную охоту. А потом нашел его блокнот. Там была куча записей об оборотнях и о том, как их убивать.

Катька только охнула. Отец – охотник на оборотней? И как она могла просмотреть такое? Сашка кивнул.

– Да, не так-то просто было объять эту информацию. Да я и не сразу поверил. Решил убедиться. Когда отец в очередной раз собрался в лес, я пошел за ним. Видимо он давно выслеживал того оборотня, потому что отыскал его слишком быстро. Не знаю, рассчитывал ли отец на такой поворот, но тот человек был не один: с ним была девушка. Молодая, гораздо моложе его. Мужчина держал в руках браслет и что-то ей говорил. Я не расслышал, что именно: отец выстрелил. Все произошло слишком быстро. Я даже испугаться толком не успел. Мужчина рухнул на землю, а девчонка метнулась в сторону, и уже через мгновение я увидел на ее месте волчицу. Ее подстрелить отец не успел – слишком быстро эта тварь бегала. Он унес тело вглубь леса, а я нашел на земле этот браслет.

Катька представила себе эту эпичную битву и содрогнулась. Видеть как твой отец убивает кого-то, пусть даже и какую-то невообразимую нечисть – такое не каждый подросток выдержит, не свихнувшись при этом.

– Что случилось потом?

– Отец опасался мести стаи, поэтому пошел на крайние меры: бросил нашу мать и уехал в столицу. Он надеялся, что так обезопасит нас всех. Какой смысл мстить человеку, убивая его родных, если ему самому на этих родных плевать.

На глазах проступили слезы. Бедная мамочка. Она ведь думала, что отец и правда их бросил. Катька вытерла щеки. Ее вдруг осенила догадка.

– Так ты уехал к отцу потому, что хотел разобраться в этой истории? Ты тоже стал охотником на оборотней?

– Да, – Сашка пожал плечами, – отец обучил меня всему, что знал и умел сам. Мы охотились вместе, а потом я узнал о случаях нападения диких зверей в нашем городке и понял, чьих рук это дело. Я не знал, вернулась ли та стая, или это была другая, поэтому хотел разобраться. А когда увидел на Еве этот браслет… Кать, это те же выродки, на которых охотился отец.

– Господи, какой ужас! – Катька обхватила ладонями голову, – Так это все было подстроено!

Сашка нахмурился.

– Что именно?

– На Евин день рождения кто-то напал на нее в комнате. Она говорила, что это был волк, а мы не поверили. Решили, что это Юля пытается запугать Еву. А потом объявился этот байкер. Это он подарил браслет. Он сказал, что на нее охотится его брат. Господи, Сашка, она ведь сейчас с семьей этого чудовища! Он увез ее, чтобы якобы спасти! Мы должны немедленно ехать туда! У меня есть адрес! – Катька вскочила с кровати, сверкая глазами как сумасшедшая, – возьмем с собой Беса, он здоровый, будет помогать нам. Он ведь меня любит. Вроде бы. Но помогать будет.

Она металась из стороны в сторону, выплевывая суматошные мысли в воздух и пытаясь понять, что же сейчас нужно сделать.

– Погоди ты, – парень нахмурился, – не все так просто. Ты говоришь, ее увез тот парень, который подарил ей браслет?

– Ну да! Макс, его зовут Макс!

– Он не тронет ее, – Сашка вздохнул, – не знаю даже, радует меня эта новость или нет, но оборотни не станут дарить этот оберег для отвода глаз. Если он подарил его Еве, значит выбрал ее. Она – его пара.

– Чушь! Как Ева может быть парой оборотня?

– К сожалению, может. Как она сама на него реагировала?

Катька испуганно посмотрела на брата.

– Честно сказать, меня даже испугала ее наивная доверчивость. Она словно голову потеряла, все твердила мне, какой он хороший, нежный и все в таком духе.

Сашка невесело усмехнулся.

– Значит оборотень не ошибся. Да они и не могут ошибаться. Только не в этом, – он с грустью взглянул на Катьку. – Сейчас ей ничто не грозит, но это ничего не меняет. Они – монстры. Прирожденные убийцы. И мне придется его убить.

Катьку начинала бить крупная дрожь. Ева влюблена, она не видит дальше собственного носа. Но почему она сама не смогла этого рассмотреть? Понять, что что-то не так.

– Что будет с Евой, когда ты убьешь его?

Сашка пожал плечами.

– Не знаю. Мне нравится она, и я вроде как нравился ей… когда-то, – он улыбнулся. – Лизка – не лучший хранитель секретов. Может у нас с Евой есть шанс. Она ведь человек, не оборотень. Это у тех пары на всю жизнь.

На всю жизнь. Катька представила, что это за жизнь с чудовищем. Впрочем, кто бы говорил. Ее собственный секрет едва ли уступал тому факту, что жених Евы – оборотень.

– Мы даже не знаем, сколько их, – она вздохнула. – Судя по рассказу Евы, у брата Макса какие-то нелады с семьей. Если Макс и правда хотел защитить Еву, значит в первую очередь нужно избавиться от его братца. Еще и эта чокнутая с ним.

– Какая чокнутая?

– Юля – рыжая стерва, судя по всему любовница этого отщепенца.

Сашка напрягся.

– Рыжая? С зелеными глазами?

– Ну да, – Катька хмуро посмотрела на брата, – ты что, знаком с ней?

Тот крякнул, закатив глаза к потолку.

– Я – идиот!

– Это не новость. Что ты уже натворил?

– Тебе лучше не знать, – он скрипнул зубами. – Эта сука заморочила мне голову, а я повелся как последний идиот. Сейчас даже объяснить не могу, почему поверил ей, ведь все было так очевидно! Черт! Эта тварь – тоже оборотень.

Катька непонимающе смотрела на брата.

– Ты что-то путаешь. Она из нашего городка. Евин отец знает ее отца.

– Значит ее обратили, но я не ошибаюсь. Я видел ее в образе волчицы, стрелял, но промахнулся. Кретин!

Катька хмыкнула.

– Мне нравится твоя самокритичность, но давай подумаем, как найти эту парочку.

– Нужно разыскать Юлю. Если она местная, наверняка объявится в городе. Через нее отыщем и главного монстра. Будь пока с Евой на связи, ничего ей не рассказывай и докладывай мне обо всем.  А сейчас можно я все-таки посплю? – Парень зевнул.

Выйдя из комнаты, Катька направилась на кухню. Такую информацию лучше переваривать не на пустой желудок. Из холодильника был извлечен салат. Черт возьми, как же все запуталось.

За окном мелькнула тень, и два сверкающих гневом глаза уставились на нее сквозь стекло.

Глава 30

Над лесом занимался рассвет, и воздух был наполнен утренней прохладой. Катерина поежилась и плотнее запахнула охотничью куртку. Судя по времени визита, ее гость – и есть то самое чудовище для невинной девы.

– Макс?

Парень недобро усмехнулся.

– Катерина, – он задержал взгляд на ее наряде.

Из-под широкой ветровки торчали голые ноги в домашних тапочках. Переодевать ночнушку не было ни времени, ни необходимости.

– Так и будешь пялиться или расскажешь, что тебе понадобилось от меня в такой час? – Катька хмуро смотрела на парня, пытаясь представить его в образе опасного хищника.

Если наградить эту нагловатую физиономию острыми зубами и добавить шерсти к двухдневной щетине этот красавчик вполне может претендовать на главную роль в каком-нибудь фильме про оборотней – хищный взгляд так и искрил злобой.

– Еву пытались похитить, – без предисловий заявил Макс.

– Что-о-о? – по коже прошел холодок, – Твой брат добрался до нее?

Оборотень хмыкнул.

– Значит ты в курсе происходящего. Что ж, может оно и к лучшему, – он сверкнул взглядом. – Да, мой брат охотится за Евой, но это был не он.

– Что с Евой? – Катька не могла избавиться от навязчивой картинки: оскаленная пасть с окровавленными клыками впивается в тонкую шею подруги.

– Она в безопасности, – Макс изучающе разглядывал ее лицо. Неужели подозревает в чем-то? – Может расскажешь, как похитители узнали о том, где она?

– Ты думаешь это я навела мерзавцев на Еву? – она зло посмотрела на парня, – Она моя подруга, черт бы тебя взял! И меня беспокоит тот факт, что она влюбилась в чудовище!

Вот это, пожалуй, было лишним. Глаза Макса сузились и в них появился зловещий огонек. Катька напряглась. Если вздумает наброситься на нее, она покажет ему, где раки зимуют.

– Ей звонила Лиза, – внезапно остыл оборотень. – Она выманила Еву на улицу, где ее уже ждали три урода.

Глаза Катерины округлились. Лиз? Но… Не может этого быть!

– Ты что-то путаешь! Наша Лизка трясется над Евой как наседка над цыпленком! Она не могла!

– Не могла, но сделала. Ты говорила ей, где Ева?

Катька замялась. Сказать ему правду? Черт возьми, Лиз, ну что за подстава?

– Она слишком на меня наседала. Я только сказала, что Ева уехала с тобой.

– Мне нужно с ней встретиться, – Макс устало прикрыл веки. – Полагаю, что она только посредник. Кто-то использует ее, чтобы добраться до Евы. И мне совершенно не нравится, что я не в курсе, кто это может быть.

Неплохая мысль – встретиться с Лизкой. Катерина поджала губы. У нее тоже есть к подруге вопросы. И первый из списка – какого черта?!

– Я могу позвонить ей. Если еще не поздно, она должна быть в клубе со своим парнем.

– Уж будь любезна, – Макс сложил на груди руки и стал ждать.

Катька вздохнула. Как-то многовато сюрпризов для одного утра.

– Подожди здесь. Схожу за телефоном.

Парень молча кивнул. Войдя в дом, Катька задумалась. Может разбудить брата? Плохая идея. Если Сашка увидит возле дома оборотня, кто знает, что выкинет. В лучшем случае прогонит его взашей, а то и пальбу устроит. Нет, сейчас помощь оборотня придется очень кстати. Она схватила со стола телефон и бегом выскочила во двор.

– А если она не возьмет трубку?

– Значит скажешь мне ее адрес, – отрезал Макс.

Катька вздохнула. Вот вам и недоброе утро. Она слушала длинные гудки, мысленно призывая подругу взять телефон.

– Кать? Что случилось? – внезапно ворвавшийся в сознание голос Лиз заставил ее вздрогнуть. – Что-то с Евой? Боже мой…

– Привет, – хмуро перебила ее Катька. – Вы еще в клубе? Тут с тобой кое-кто поговорить желает.

– Кто? Ева?

– Макс, – она искоса взглянула на парня.

– Макс? Тот самый? Но о чем он хочет поговорить? Что с Евой?

– Да не трещи ты, – Катька устало вздохнула, – с ней все в порядке. Вы когда собираетесь уходить?

– Минут через тридцать. Дзен еще что-то хотел обсудить с Ангелом.

– Ладно. Дождитесь нас, – Катька сбросила вызов. – Я еду с тобой.

Макс вскинул бровь.

– Ты не нужна мне там. Я и сам справлюсь.

– Раз это касается Евы, я должна знать обо всем. Повторяю, я не в восторге от того, кто стал ее женихом. Полагаю, ты именно туда метишь?

Парень напрягся.

– Не понимаю, чем я тебе не угодил?

– Все ты понимаешь, – Катька сверкнула взглядом. – Ты – оборотень. И Ева сейчас в доме наедине с такими же чудовищами как ты. Думаю этого достаточно, чтобы начать беспокоиться о судьбе подруги?

В глазах Макса бушевало пламя. Черт, да он сейчас попросту разорвет ее! Катька на всякий случай оступила к двери.

– Что ж, – внезапно ухмыльнулся оборотень, – не знаю, откуда у тебя такая информация, но думаю, ты понимаешь, что со мной лучше не шутить.

Катька пожала плечами. Если он пытается напугать ее, то зря. С ней тоже шутки плохи, так что…

– Я переоденусь. Надеюсь, мне не придется догонять тебя на такси.

Макс усмехнулся.

– Я жду.

***

Первые лучи солнца проникали в единственное окно комнаты, играя бликами на дешевой хрустальной люстре. Ролан обошел квартиру: пусто. И где черти носят эту девицу? Кровать заправлена, значит даже не ложилась. Он вздохнул и, обернувшись, кивнул.

– Извини, парень, придется тебе посидеть в одиночестве. Ты ведь не против, если я тебя пристегну? – с этими словами он подтолкнул дрожащего от страха альбиноса к ванной комнате. – Заходи.

Бугай послушно шагнул через узкий проем и огляделся.

– Ты убьешь меня?

– Не ты мне нужен, – уклонился от прямого ответа Ролан. – Где найти вашего нанимателя?

Альбинос испуганно хрюкнул.

– Если я скажу, он точно меня прикончит. Или тот, кто стоит за ним.

– А кто за ним стоит? – глаза оборотня хищно сверкнули.

– Я не знаю. Но уверен, что этот красавчик точно такой же исполнитель как и мы.

– Говори, где его искать иначе твоя судьба решится прямо здесь и сейчас.

Ролан подавил в себе желание врезать бесхребетному слюнтяю. Он грозно сдвинул брови, давая понять, что не шутит.

– Ну?

– “Три лилии” – сегодня они играют там, – пискнул альбинос. – Мы должны были встретиться у черного входа и передать девчонку. Больше я ничего не знаю, отпусти, чувак, а?

– Сиди тихо. Если вздумаешь что-нибудь выкинуть, очень об этом пожалеешь, – Ролан пристегнул бугая к трубе и убедившись, что та выдержит любой напор, вышел за дверь.

Ночной клуб “Три лилии” был ему знаком. Именно там он выслеживал Макса и там же подцепил обделенную его вниманием Юлю. Нужно торопиться. После такого сокрушительного провала паренька могут попросту убрать, как ненужного свидетеля. И тогда разыскать главного заказчика станет сложнее.

Ролан убедился, что оба окна плотно закрыты, задернул шторы и вышел из квартиры.

***

В мерцающем неоновым светом зале звучала медленная музыка. Подвыпившие парочки лениво двигались посреди танцпола. Макс огляделся. Сейчас это место напоминало ему гигантскую мышеловку для парней и дамочек, рассчитывающих скрасить свое одиночество и хоть на время получить мнимое удовольствие. Именно так он и сам поступал. Пустота внутри заполнялась ощущением контроля над ситуацией и собственной жизнью, но в глубине души он понимал: всем плевать на него. Каждый ищет собственную выгоду. И тогда жгучая тоска, словно яд, разливалась по венам, отравляя собой кровь. Скверное чувство.

– Здравствуй, Катерина! – Дзен кивнул девчонке и окинул встревоженным взглядом Макса, – Рад тебя видеть! Что-то случилось? Зачем тебе так срочно понадобилась Лиза?

– Нужно поговорить, ты можешь присутствовать, – Макс поймал неодобрительный взгляд парня и добавил: – Кто-то пытается навредить Еве, и в этом замешано ее ближайшее окружение.

Дзен удивленно приподнял брови.

– Лиз говорила, что с ней творится что-то странное, но потом вроде как все разрешилось. Ева ведь уехала в область? Или я чего-то не знаю?

Макс качнул головой.

– Давай не здесь. Мы можем найти более спокойное место для разговора? И присутствие Лиз обязательно, – он смерил Дзена долгим взглядом.

– Пойдем в кабинет отца, – вздохнул тот. – Лиз уже там.

Пройдя через зал, они вышли через служебный вход к лестнице.

– Я так понимаю, ты успел познакомиться с Евой поближе, – бросил Дзен через плечо. – Иначе, с чего тебе о ней беспокоиться?

Макс промолчал. Отвечать на вопросы здесь будет не он, а подружка этого мажора. Вот и кабинет. Дзен открыл дверь и пропустил гостей вперед.

– Лиз, ты помнишь Ма… – он замолчал на полуслове.

Кабинет был пуст.

– Не понял, – Дзен удивленно окинул взглядом помещение, а затем растерянно посмотрел на Макса. – Она была здесь, должна была нас дождаться.

Вот это уже совсем нехорошо. Неужели девчонка сбежала? Если так, то она явно замешана в случившемся с Евой. Макс нахмурился.

– Запасной выход – где он?

– В конце служебного коридора на первом, – Дзен вытащил из кармана телефон. – Сейчас я ей наберу. Она наверняка где-то в клубе. Уйти, не предупредив меня – это на нее не похоже.

Макс обошел кабинет, пытаясь уловить запахи. В воздухе витал аромат Хьюго Босс – этот же аромат был на девчонке в тот вечер в кафе. Значит она была здесь, причем, совсем недавно. Второй запах был тоже знаком.

– С ней был мужчина. Нужно опросить охрану, наверняка, кто-нибудь их видел.

– Что? Нет! Лиз никуда не пошла бы с посторонним человеком! Ее что, похитили? – Дзен испуганно уставился на Макса, – Она не отвечает!

Макс снова втянул ноздрями воздух.

– Нет, Лиза ушла с этим человеком добровольно, – он направился к двери. – Судя по всему, она его хорошо знала. Здесь нам больше делать нечего.

– Ты что, нюхач? Как ты это узнал? – Парень был на взводе.

Не важно. Главное, я прав. Здесь должны быть камеры – нужно их просмотреть.

Дзен с Катериной выскочили вслед за Максом, и компания устремилась вниз по лестнице.

– Пойдем в кабинет охраны! В кабинете камер нет, но есть в коридоре второго этажа, первого и снаружи служебного выхода.  Если Лиз ушла из клуба, то только через служебку. Иначе бы мы ее увидели.

Макс скользнул взглядом по лицу Катерины. Оно было бледным, а в глазах мелькнула растерянность. Что ж, это по крайней мере подтверждало ее непричастность ко всей этой истории.

– Где Бес? – Она дернула Дзена за рукав. – Я хочу поговорить с ним.

– Сейчас это так необходимо? – Парень буквально вбежал в кабинет. – Вторая камера, четвертая и девятая – сделай перемотку на минут двадцать назад, – командным тоном отдал он приказ начальнику охраны.

– Мне нужно с ним поговорить! – почти выкрикнула Катька, – Он может быть в курсе!

Макс внимательно посмотрел на девчонку.

– Ты знаешь его телефон? Можешь позвонить?

Девушка кивнула и вытащила из кармана трубку.

– Вот они! – Дзен ткнул пальцем в монитор. – Кто это с ней?

Макс приблизился к столу и внимательно посмотрел на экран.

– Не может быть! Это ведь Ангел! – Парень увеличил выбранный квадрат на весь монитор и удивленно заморгал. – Какого лешего? Куда они направились?

Вся троица всматривалась в знакомые силуэты, быстро двигавшиеся по служебному коридору в сторону “черного” выхода.

– Другая камера, – отчеканил Макс, когда парочка исчезла из зоны видимости.

Дзен быстро переключил просмотр на другой квадрат. Камера показывала крыльцо служебного входа и кусок внутренней территории.

– Смотри, он оглядывается по сторонам, – Дзен возбужденно ткнул пальцем в монитор. – Они кого-то ждут?

Макс хмуро следил за происходящим, и внутри рождались нехорошие предчувствия.

– Вон-вон, кто это? – Катька взволнованно приблизилась к компьютеру.

К беглецам подошла фигура в длинной накидке. Женщина? Голову скрывал широкий капюшон, поэтому рассмотреть лицо не было никакой возможности. Ангел что-то сказал незнакомке, и через две секунды троица скрылась из виду. Макс кивнул охраннику.

– Другой ракурс есть?

– Нет, но в конце здания находится служебный выход строительной конторы. Они на третьем этаже над нами ютятся, параноики те еще. У них две камеры снимают служебку, видна даже стоянка. На той неделе мою машину какой-то урод поцарапал, так Тоха его живо вычислил.

Макс вопросительно уставился на охранника.

– Тоха – их охранник. Мы с ним покурить вместе выходим в пересменку. Нормальный такой мужик. Если надо, я позвоню. Он как раз сейчас в ночную дежурит.

– Ну так чего ты ждешь? – Дзен нетерпеливо метнулся к зарешеченному окну. – Нужно позвонить Ангелу, может хотя бы он объяснит, что происходит.

– Не думаю, – хмуро ответила Катька. – Бес сказал, что он всю ночь был сам не свой, постоянно шугался, а, когда у них были перерывы между выступлениями, куда-то исчезал. Вам не кажется это странным?

Дзен задумчиво остановил взгляд.

– Точно. Он ведь подходил к нам вечером, прямо перед самым концертом. Подсел за столик, все возле Лизки крутился, про Еву выспрашивал. Лиз еще пошутила, что он на нее запал, а потом стала его подначивать из-за Юльки, – тут он спохватился и виновато посмотрел на Макса. – Ты вроде как знаешь эту девчонку. Наш Ангел остался под впечатлением от встречи с ней.

Макс поморщился. “Эту девчонку” стоило прижать как следует и вытрясти из нее все, что ей известно о брате. Этим он и займется, как только разыщет беглянку Лизу.

Дзен на всякий случай набрал Ангела, но, как и подозревала Катерина, впустую. Охранник отложил свой мобильный в сторону.

– Все в порядке. Вы можете выйти через служебную дверь – Тоха будет ждать вас на улице.

Макс молча вышел за дверь, не дожидаясь, пока его догонят остальные.

В углу небольшой приемной такой же небольшой строительной конторы находилась каморка охраны. Такая же небольшая как и все в этом помещении. Сухощавый паренек лет тридцати проводил их к столу и отмотал запись с камер на указанное время. В одном из квадратов было видно лишь крыльцо входа, зато в диапазон второй входила часть подъездной дорожки и правый угол стоянки.

– Вот они, – кивнула Катька.

Камера засекла троицу. Беглецы подошли к машине, и Ангел без лишних разговоров уселся за руль. Не глядя по сторонам, он дождался, пока спутницы усядутся на заднее сиденье и стал выруливать со стоянки. Вот и все. Макс зло скрипнул зубами. Что-то подсказывало ему, что эта незнакомка – и есть ключ к разгадке.

– Мы так и не увидели ее лица, – расстроенно резюмировала Катька. – И что нам теперь делать? Где их искать?

Тоха почесал затылок.

– Я видел, как эта троица уезжала, – неуверенно произнес он, – вон.

Все уставились на тот квадрат, в котором неподвижно застыло крыльцо. Дверь под камерой отворилась, и перед объективом нарисовался Тоха с сигаретой в руке.

– Я так понимаю, вас интересует эта рыжая?

– Какая еще рыжая? – Макс напрягся. – Ты видел лицо женщины в накидке?

– Ясен пень, видел. Они ж мимо меня проехали. Рыжая копна на башке, но лица ее я не видел – она смотрела на ту вторую.

– Они тебя видели?

– Да вроде нет, дамочки друг на друга пялились, а водила так и вовсе сидел истуканом.

– Я знаю, где их искать, – Макс кивнул остальным и быстро покинул помещение.

– Спасибо, – на ходу бросила охраннику Катерина, – Ты понял кто это был? Ты знаешь ее?

Макс выскочил на лестничную площадку.

– Еще бы, – он стиснул кулаки. – Полагаю, вы и сами ее прекрасно знаете.

Катерина ахнула.

– Ты думаешь, это Юля? Господи, как я сразу не сообразила!

Дзен обогнал Макса и распахнул перед ним дверь.

– Но куда она их повезла?

– Уж точно не к себе домой. Дальше я сам, – он обернулся к парочке. – Если кому-либо из вас позвонит Лиза или эта смазливая певичка, сообщите мне.

Он быстро продиктовал номер и не говоря больше ни слова, пошел вдоль здания к парковке для посетителей клуба.

***

Закрыто. Ролан подергал дверь и, убедившись, что никто не собирается ему открывать спустился с крыльца. Он обошел трехэтажное здание клуба и свернув за угол, направился к служебному входу.

– Эй, ну куда ты сунешь ее? – Возле серого минивэна стоял внушительных габаритов парень с густой рыжей бородой. Он сердито размахивал руками, пытаясь отобрать чехол с гитарой у своего товарища. – Клади ее в багажник, а не на сиденье. Расхреначишь, потом станешь у Анжи клянчить на новую.

– Он мне что, папочка, клянчить у него? Сам расхерачу – сам куплю. Клади ее на сиденье, сказал!

Ролан приблизился к парням.

– Молодые люди, мне бы с вашим солистом побеседовать. Не подскажите, где найти его?

– А тебе зачем? – Смерил его долгим взглядом хмурый хозяин гитары.

Ролан деловито засунул руки в карман джинсов.

– Да мы с ним договорились, что завтра вы выступите на закрытой вечеринке. Я ему половину гонорара уже оплатил. Звоню уточнить детали, а он трубку не берет. Боюсь, чтоб не прокинул меня ваш соловей.

Парни удивленно переглянулись.

– Он ничего нам не говорил насчет завтра.

– Давайте я сам с ним поговорю. Может парень просто не так меня понял.

“Борода” насупился и покосился на гитариста.

– Эммм… Мы как бы не знаем, где он. Недавно был тут, а потом исчез.

– Стопудняк с девицей этой встречается! Поэтому и не сказал нам ничего. Боится, что стебать станем.

– С какой девицей? – Ролан напрягся. – Вы знаете, с кем он встречается?

Гитарист прищурился и сплюнул на асфальт.

– А ты чего такой любопытный? Тебе-то что?

Этот парень начинал напрягать. Задать бы ему взбучку, но лишний шум сейчас ни к чему. Ролан выдохнул.

– Ладно, вы меня раскололи. Я ничего не заказывал на завтра. Вы когда-то выступали на другой вечеринке, а я был там со своей…кхм.. девчонкой. И эта стерва запала на вашего красавчика. Я же не идиот, видел, как сука пялилась на него. А потом она стала регулярно исчезать куда-то без объяснений. Уверен, она бегает к этому белокрылому, вот и хочу поболтать с ним.

“Борода” приподнял бровь и хмыкнул.

– Значит эта рыжая – твоя герла? Сочувствую.

– Рыжая? – Ролан нахмурился.

– Ну да, Юлька. Ты бы пересмотрел свои чувства, парень. Девица явно с душком. Вначале она за тем байкером бегала, – “борода” наморщил лоб и посмотрел на друга, – как его?

– Макс.

– Ага, точняк. Потом как увидела нашего Ангела, сразу переключилась на него. Небось, она сама тебя затащила на ту вечеринку. Знала, что мы выступать будем. А? Я прав?

Ролан мысленно ухмыльнулся.

– Прав. Значит вы уверены, что они ушли вместе?

Гитарист снова сплюнул.

– Не видели, но он вообще сегодня странный какой-то был. Думаю, нервничал перед свиданием. Ты, если найдешь их, не трогай парня. Он вообще не в курсах, что у этой красотки кто-то был. Сама на него вешалась.

– Лады. Но если он вдруг вернется, звякните мне. Хочу проучить сучку, так что его помощь не помешает, – Ролан продиктовал номер и покинул парковку.

Значит, Юля. Он злобно сверкнул глазами. Не волчица, а змея подколодная! На кого же она работает? Впрочем, сейчас это выяснить не составит труда. Девка скрывает от него свои махинации, значит вернется в квартиру. Что ж, он терпеливый, подождет. Ролан направился к стоянке такси. Чертов город. Когда это уже все закончится?

Глава 31

В ноздри ударил резкий запах сырости, и Юля открыла глаза. Где это она, черт возьми? В голове гудело, противная слабость охватила все тело – что происходит? Серая дымка постепенно развеялась и окружающая обстановка обрела четкие формы. Клетка. Большая клетка, в каких держат диких зверей – это что, шутка? Как она вообще здесь очутилась? Юля попыталась вспомнить последние события вечера:

Съемная квартира. Ролан был напряжен больше обычного. Он ходил из угла в угол, словно дикий зверь в цирковой клетке. Чем же он так обеспокоен? «Может развлечемся, мой ненасытный?» – Юля не сдерживаясь прильнула к сильному телу и прикусила мочку  уха. «Не сейчас», – грубый ответ привел ее в замешательство. Ролан, словно не замечая ее обиженно надутых губ, направлялся к выходу. «Ты куда?» – такого оскорбления она от него не потерпит. «Жди меня здесь и не смей никуда уходить», – твердо приказал ей и скрылся за дверью.

Чертов засранец! Сколько уже можно ее динамить? Юля раздраженно швырнула диванный валик и украдкой посмотрела в окно. Неужели все дело в этой наивной дурочке? Нужно найти Ангела: смазливый красавчик может быть очень полезен. Он даже оставил свой номер телефона. И учитывая их близкие отношения с Дзеном, парень может быть в курсе, где искать Еву. Да, эта девица определенно чего-то стоит. И ей придется рассказать Юле, что в ней такого особенного. В простые семейные разногласия между братьями она уже не верила.

Набрав номер паренька, Юля нетерпеливо мерила шагами комнату. Ну же! Длинные гудки прервал автоответчик, и она раздраженно бросила трубку. Дьявол! Они что, сговорились все? Сунув мобильный в карман, она покинула квартиру и направилась в коттеджный поселок. Нужно поговорить с отцом Евы: возможно, он знает, где дочь.

Солнце скатилось за горизонт, и тусклые фонари освещали пустынные улицы. Вот и знакомые ворота. Юля собиралась уже открыть калитку, как вдруг незнакомый голос окликнул ее по имени. Она обернулась. Из темноты выступила какая-то старуха. Ее лицо было смутно знакомым, но Юля так и не смогла вспомнить, где же видела ее.

«Ты ищешь Еву, милая?» – в старческих глазах отражался живой блеск. Странный блеск. Юля поежилась: у почтенного возраста дамочек не бывает такого. Она вспомнила глаза собственной бабки, подернутые тусклой пеленой. «Да. А вы знаете, где она?» – что-то было не так в этой старухе. Совсем не так. Незнакомка приблизилась, и Юля почувствовала острый запах – запах сырости и… смерти?

На этом воспоминания обрывались. Как сильно ни пыталась она вспомнить, что же случилось дальше, сознание наотрез отказывалось выдавать эту часть событий. И вот сейчас она здесь, в этом странном месте, похожем на огромный подвал, заперта как зверь в ржавой клетке. Юля облизнула губы: во рту стоял горьковатый привкус железа. Она что, грызла прутья? Черт.

Со стороны раздался приглушенный стон.

– Кто здесь? – Юля насторожилась.

– Воды, – раздалось совсем рядом.

Она всмотрелась в темноту. Острое зрение, доставшееся ей в нагрузку к волчьему обонянию выхватило из сумрака лежащую фигуру: рядом была такая же клетка.

– Ты кто? Где мы? – Юля обхватила холодные прутья и уставилась на коллегу по несчастью.

– Я не знаю. Ужасно хочется пить.

– Лиза? – Знакомая фигурка дернулась и уселась на каменном полу, обхватив колени руками. Ее била крупная дрожь. – Лиза, это я, Юля! Как ты здесь оказалась?

– Юля? Но ты ведь… Что ты тут делаешь? Почему мы в клетках? Я даже не помню, как здесь очутилась.

Юля невесело усмехнулась. Судя по всему, не ее одну охватил этот загадочный недуг.

– Эй, что происходит? – раздался в темноте мужской голос.

Прекрасно. Хотела поболтать с ангелочком – пожалуйста. Любой каприз за вашу свободу. Юля потерла виски.

– Ангел? – голос Лизки дрожал: девчонка готова была разрыдаться. – Где мы? Ты что-нибудь помнишь?

– Черт, последнее, что я помню – это как пел на сцене. Да и то, как-то смутно. Голова раскалывается.

Юля с силой дернула прутья клетки. Бесполезно. Что ж, придется ждать. Рано или поздно, тот, кто похитил их придет сюда. И, даст бог, объяснит, для чего собрал их всех в этом уютном местечке.

Словно в подтверждение ее догадки, лязгнула железная дверь, и в конце огромного подвала образовался луч света. Кто-то спускался по лестнице. Юля с интересом уставилась на фигуру в длинной накидке. Голову покрывал капюшон, не давая разглядеть лицо посетителя.

– Очнулись, мои птенчики? – Бархатный голос принадлежал женщине.

– Кто вы? Что вам от нас нужно? – Лизка испуганно забилась в дальний угол клетки.

– Дорогая моя, много будешь знать – скоро состаришься, – таинственная незнакомка глухо рассмеялась. – Вы – мои гости, так что располагайтесь поудобней.

– Вы что, собираетесь требовать за нас выкуп? – подал голос Ангел.

Юля хмыкнула. Какими бы ни были причины их похищения, к выкупу это вряд ли имело отношение. Что же объединяло ее с этими двумя? Ева – разумеется, она была связующим звеном в их троице.

– Милый мой, белокрылый друг, – женщина в накидке подошла к клетке паренька, – мне не нужны деньги. Неужели ты не знаешь, что все зло в мире исходит от них? Ты очень помог мне, как и твоя подруга, поэтому я решила, что было бы невежливо отпустить вас, не отблагодарив.

Юля слушала ее речь, пытаясь уловить смысл сказанного. То, что эти двое влипли в неприятности не по своей воле, сомнений не оставалось. Но в чем именно заключалась их помощь?

– А вот ты, моя юная волчица, еще поможешь мне. Полагаю, что интересы у нас очень схожи, – незнакомка подошла к ее клетке, и Юля, наконец, смогла разглядеть ее лицо.

Высокие скулы, изящный изгиб бровей, тонкие губы вытянутые в жесткую линию, кончики рыжих локонов, выглядывающих из-под капюшона и горящие глаза. Юля с замиранием сердца уставилась в их чарующую глубину.  От этого пронзительного взгляда волоски на теле встали дыбом. Да ведь она – оборотень!

– О, дорогая, у тебя очень хороший нюх для новообращенной. Не понимаю, почему Ролан тебя не ценит, – она хищно улыбнулась, обнажив ряд ровных белых зубов. – Но я помогу тебе. Ты ведь хочешь отомстить этой выскочке Еве?

Вот оно. Юля ухмыльнулась.

– Ты уж прости, что пришлось запереть тебя здесь – сама понимаешь, осторожность прежде всего. Но если ты готова сотрудничать со мной, я тебя выпущу. Более того, я помогу тебе обрести власть не только над жалкими людишками, но и над такими как мы.

– О чем она говорит? Юля! Какими такими? – Лизка смотрела на нее глазами полными суеверного страха. Дура!

– Я согласна, – отрезала Юля. – Но мне нужна не только Ева, но и этот драный кобель Макс.

Незнакомка ухмыльнулась.

– Ты получишь его. Ты получишь все, что пожелаешь, но для начала выполнишь то, о чем я тебя попрошу.

Юля с ухмылкой посмотрела на Лиз. Та впилась в железные прутья с такой силой, что побелели костяшки пальцев.

– Зачем вам Ева? Что она сделала?

– Дорогая, твое беспокойство за подругу похвально, но лучше бы ты о себе волновалась, – похитительница хмыкнула. – Благодаря тебе и нашему милому мальчику эти глупыши пошли по ложному следу. Остальное дело техники. Твоей маленькой подружке-девственнице суждено стать ключевой фигурой в сотворении нового мира – мира, где правят сильнейшие!

Для полноты картины не хватало зловещего хохота. Юля поежилась. Да эта рыжая определенно чокнутая, но, может, она и права – миром должны править такие, как они. И если для этого придется прикончить хоть сто девственниц – она согласна. Да, черт возьми, еще как согласна! И начнут они с этой маленькой дряни. Даже сама мысль об этом заставляла кровь в венах бурлить, словно кипящая лава.

– Как мне к тебе обращаться? – посмотрела она на рыжую.

– О, для всех я стану госпожой Альфа, но ты можешь звать меня Рамина, – она ухмыльнулась, – пока.

Тонкие пальчики коснулись ржавого замка, и губы беззвучно зашевелились. Что это она делает? Юля с удивлением наблюдала, как раскалялось старое железо, как покраснело оно, словно в печи кузнеца и, наконец, со звоном упало на каменный пол.

– Пойдем, дорогая, нам нужно кое-что сделать, – Рамина протянула ей руку и помогла выбраться из клетки. – А вами, мои золотые, я займусь чуть позже. Возможно, вы даже станете гостями на моем представлении.

Она сверкнула глазами и повела Юлю к лестнице. Что ж, здравствуй новая жизнь.

Глава 32

– Куда Макс отправился? Почему нам ничего не сказал? – Дзен растерянно посмотрел на Катьку. – Я не могу просто сидеть и ждать. Ты же видела, Лиз уехала вместе с Анжи и какой-то странной девицей, а на неё это совсем не похоже. Да и Ангел никогда раньше не сбегал вот так после концерта. Может их опоили?

Катька задумчиво посмотрела на парня.

– Ты ведь был с Лиз всю ночь, кто мог это сделать? К вам кто-нибудь подходил?

– Только Ангел. И, кстати, он тоже был не в себе. Я еще подумал, что у него проблемы с девчонкой, но, сейчас смотрю на это иначе. Парень словно был под гипнозом.

– Постой-постой, о какой девчонке ты говоришь? Разве у этого сопляка кто-то есть?

Дзен пожал плечами.

– Я не знаю, но парни говорят, он регулярно куда-то сваливал. Может эта Юля – и есть та самая проблема? Может это она его загипнотизировала? В Лос-Анджелесе такое сплошь и рядом.

– Не говори ерунды, – Катька недовольно поморщилась. Не хватало только, чтоб этот умник сунул свой нос туда, куда не следует. – Ладно, подождем новостей от Макса, а пока мне нужно идти.

Она похлопала озадаченного Дзена по плечу и направилась к стоянке. Пожалуй, стоит навестить старого знакомца. Вальдемар Тарасыч – личность неординарная. Именно он когда-то помог понять ей то, что сама Катерина не в силах была объяснить. А в свете последних новостей, его вера в оборотней, к которой она раньше относилась весьма скептически, обрела совсем иной смысл. Возможно, с его помощью и отыщется какая-нибудь зацепка.

Юля… Юля… Причем здесь Юля? Она – оборотень. Но как, тогда она смогла подчинить себе волю ребят? Лизка ни за что бы не поехала с этой стервой  по собственному желанию. Катерина раздраженно поморщилась. Сдается ей, эта клыкастая стерва прислуживает ведьме.

Дисплей телефона показывал семь утра. Лавка Тарасыча открывается в девять – можно вернуться домой и немного поспать. Катерина назвала таксисту домашний адрес и откинулась на спинку сиденья. Ох, Тарасыч – хитрый лис. Значит он и правда знаком с теми, кого так искусно изображает на своих полотнах. Что ж, придется ему поделиться своими знаниями.

***

Бесшумно приоткрыв дверь спальни, Марина заглянула в комнату: Ева была еще в кровати. Словно почувствовав чужое присутствие, она открыла глаза и сладко потянулась. Яркое солнце скользнуло по заспанному личику, и девушка чихнула.

– Будь здорова, милая, – Марина улыбнулась. – И доброе утро!

– Доброе, – смущенно улыбнулась та в ответ.

– Как ты себя чувствуешь?

Вопрос вполне уместный, учитывая ночные события, но во взгляде несостоявшейся жертвы мелькнуло непонимание: она все еще под воздействием настойки и ничего не помнит. Это хорошо. Марина облегченно выдохнула и присела на край кровати.

– Звонил Макс, просил обнять тебя покрепче, – она сгребла Еву в охапку и нежно похлопала по спине, – Я так рада, что ты здесь.

Мысленно пожелав брату удачи в поисках рыжеволосой угрозы, она, наконец, выпустила девушку из объятий и быстро вскочила с кровати.

– Приводи себя в порядок и спускайся к завтраку. У нас сегодня день-тюлень – будем лежать с тобой возле бассейна, загорать и болтать о всяких глупостях! – она еще раз улыбнулась и выскочила из комнаты.

Пока все под контролем, но Максу стоит поторопиться. Совсем скоро действие настойки закончится, и ей придется объяснять Еве, что случилось прошлой ночью. И было бы неплохо, если к этому моменту появятся добрые вести. Марина спустилась в гостиную.

– Подойди к нам, дорогая, нужно поговорить, – на широкой тахте в окружении Марты и Эльвиры, сидел Эраст.

– Что-то случилось?

Отец качнул головой.

– Пока еще нет, но нам нужно решить один вопрос: Ева до сих пор не в курсе, с чем имеет дело, а это может плохо кончиться.

Марина насторожилась.

– Ты ведь не собираешься явиться перед ней во всей красе? – Она испуганно посмотрела на тетушек. – Что вы задумали?

– Мы хотим вернуть Максимилиана в семью, – Марта вздохнула.

Эраст сосредоточенно посмотрел на Марину.

– Твой брат очень сильно сглупил, когда ушел из стаи. Он вел себя не слишком подобающе, не соблюдал традиции…

Марина фыркнула.

– Стоит ли его за это судить? Не твой ли собственный брат нарушил кодекс семьи и ушел из стаи?

– Именно поэтому я и беспокоюсь. Виктор думал, что сможет выжить в одиночку, что он сам себе хозяин и волен распоряжаться своей жизнью по собственному усмотрению. И чем это все закончилось? Он попал под влияние девки, которая вылепила из него убийцу, – Эраст раздраженно потер ладони. – Мы ведь с сестрами не просто так заперли его в подвале и держали там столько лет, словно дикого зверя, в цепях, без капли свежего воздуха. Мне больно вспоминать об этом, но другого выхода у нас не было – Виктор стал совершенно неуправляемым. И все потому, что пренебрег семьей.

Тетушки тяжело вздохнули и переглянулись.

– Ты помнишь, что случилось в тот день семь лет назад?

Марина наморщила нос. Снова отец вспоминает ту глупую оплошность брата. Эраст, словно не замечая ее недовольства, продолжал:

– Максимилиан из любопытства проник в подвал и поддавшись на уговоры Виктора, снял цепи. Его очаровал бунтарский дух дяди. Если бы он только знал, чем это закончится. Вырвавшись на свободу, Виктор снова растерзал какую-то девчонку, но на этот раз преступление не сошло ему с рук: Охотник выследил твоего дядю и убил. Наше счастье, что этим все и закончилось.

Тетушки покачали головой.

– Но ведь Макс не знал! – Марина с укором посмотрела на отца, – Если бы вы рассказали нам всю правду тогда, он никогда бы так не поступил! Но вы держали обезумевшего монстра в подвале, не удосужившись поставить в известность нас!

– Вы были слишком юны, мы не хотели, чтобы вы разочаровались в ком-то из семьи.

Марина закатила глаза.

– Тогда не стоит вешать обвинения на Макса! Он поступил по совести. И, к слову сказать, Виктор был вполне адекватным в тот момент.

– Да, был. Потому что находился вдали от своей чокнутой ведьмы. Это она влияла на него, рядом с ней он сходил с ума. И Максимилиан разбудил спящий вулкан, – Эраст покачал головой. – Пойми, мы не виним его в случившемся, но не можем допустить повторения истории. Макс должен вернуться в семью. И его пара должна пройти официальный обряд посвящения. Марина, это нужно сделать как можно быстрее. Ведь тот, кто охотится за Евой прекрасно знает порядок: попади непосвященная пара оборотня в лапы другого, он сможет провести ритуал и обрести контроль над несчастным. Именно это и случилось с Виктором.

Марина в ужасе уставилась на отца.

– Значит у Виктора была пара?

Эраст вздохнул.

– Судя по всему, была, но она не проходила обряд посвящения в семье. Мы уверены, что та девица похитила пару Виктора и получила контроль над ним. Сейчас Максимилиану грозит тоже самое. Теперь ты понимаешь, к чему такая спешка?

– Но почему вы не рассказали нам об этом раньше? Это ведь в корне меняет дело!

– Прости, Марина, – отец виновато опустил глаза, – я только сейчас понял, для чего им нужна Ева. Это моя ошибка.

Вот так приплыли. Бедная Ева – ей нравилась эта милая девушка, но узнать обо всем вот так, без подготовки?

– Неужели нельзя дать им время? Она ведь здесь, с нами – и она в безопасности.

– Мы не можем рисковать, – Эраст вздохнул, – кто знает, что еще предпримет тот, кто стоит за ее похищением.

– Ты думаешь, это Ролан? Он замешан в этой истории?

Отец пожал плечами.

– Кто знает, кто знает. Он уже показал, что способен на такое, когда убил ту девушку. Максимилиан был близок с братом, наверняка поделился с ним секретом, что бедная Виктория – не его пара. И если Ролан хотел заполучить силу и контроль над Максом, то убрав ненужное звено, рассчитывал, что это подтолкнет брата к поискам истиной пары.

– Но зачем он тогда спас Еву? – Марина с сомнением посмотрела на отца.

– Возможно, он просто не успел ее похитить. Ему ведь нужно не просто убить ее – ритуал – вот конечная цель похищения. Думаю, мы просто не вовремя для него появились.

– Все-равно как-то странно. Ее ведь и так похитили. Почему он просто не дождался, когда эти ублюдки доставят Еву к нему? И эта Юля – Макс сказал, что она принимает активное участие в деле.

Эраст взглянул исподлобья.

– Об этом мы можем узнать, лишь поговорив с самим Роланом. Насколько близко подобрался к нему Максимилиан?

– Он уже отыскал убежище брата, осталось дождаться, пока Ролан заявится туда.

Отец вздохнул.

– Что ж, надеюсь, долго ждать не придется. Если Макс не доставит брата сегодня же, придется рассказать Еве правду. Передай брату, что в случае неудачи с Роланом, он должен будет вернуться домой.

– Какую правду я должна знать? – В гостиную вошла Ева, и разговоры тут же смолкли.

Вот же, как не вовремя. Марина попыталась улыбнуться девушке, но та с тревогой и сомнением смотрела на Эраста.

– Что вы от меня скрываете?

Тетушки нервно прикусили губы, а Эраст продолжал молча смотреть на девушку. Марина закрыла глаза. Как же глупо они попались. Она тряхнула каштановыми кудрями и подошла к Еве.

– Давай позавтракаем, милая, а потом мы с тобой пойдем к бассейну, возьмем всяких сладостей и прохладительных напитков и немного поболтаем.

Ева с недоверием посмотрела на нее, а затем молча кивнула. Марина вздохнула. Ну и что она станет объяснять девчонке, которая не только понятия не имела об оборотнях, но даже вряд ли была поклонницей фильмов об их братии? Господи, Макс, шевелись, братец, пока все окончательно не полетело в тартарары.

– Славно, – она натянуто улыбнулась, – пойду, приглашу остальных к завтраку.

Глава 33

– Итак, дорогая моя, позволь, я кое-что проясню, – Рамина усадила Юлю на мягкий диванчик и окинула ее хитрым взглядом. – Мне нужна Ева – ты хочешь мести. Я позволю тебе насладиться муками этой парочки, но для этого тебе нужно кое-кого устранить.

Девчонка таращилась на нее с явным интересом, потягивая холодный напиток из фужера.

– Вот как? Кого же?

На лице Рамины расплылась фальшивая улыбка.

– Охотника – кажется, у тебя с ним что-то было?

Девица недовольно нахмурилась.

– А он-то чем тебе не угодил? – Она поежилась под колючим взглядом. Судя по такой реакции, парень был хорош и оставил свой след в душе новообращенной. – Впрочем, это не имеет значения. Я убью его, раз уж так надо. Когда?

– Сейчас, – Рамина поднялась с кресла и подошла к столу. – Я дам тебе одно зелье – оно придаст тебе силы. Вот, выпей его, – она протянула девчонке прозрачный пузырек.

– Но зачем? Я и так справлюсь. Однажды он уже был у меня в руках и даже не понял, кто я такая.

– Дорогая моя, не стоит недооценивать охотников. Вчера он был ручным, а сегодня может оказаться хуже дикого зверя. Уж прости мои сомнения, но я хочу быть уверена в том, что работа будет выполнена чисто и без всяких косяков.

Юля осторожно взяла зелье и, вытащив пробку, принюхалась к содержимому.

– Ну и запах у этой отравы. – поморщилась она..

Рамина беззвучно хмыкнула. Знала бы ты, милочка, как недалека от истины. Девчонка  залпом осушила флакон и, зажмурившись, фыркнула.

– Что теперь?

– Зелье подействует через час, так что у нас мало времени: тебе нужно попасть в ту сторожку, где вы ютились с Роланом.

– Разве ты со мной не поедешь? – удивилась Юля.

– Я доверяю тебе, милая, – сладко улыбнулась ей Рамина и провела острым коготком по тонкой коже. – К тому же у меня есть неотложные дела.

– Но как он там окажется? – в глазах Юли мелькнуло сомнение.

– Об этом не беспокойся. Парень идет по вашему следу давно, так что, заодно, избавишься и от собственной проблемы.

Похоже эти ответы полностью удовлетворили любопытство девицы. Юля пожала плечами и вышла за дверь. Какая же она милая и… безмозглая. Из дальней комнаты вышла мадам Живодарова.

– Черт возьми, Рамина, у тебя дар убеждения! Эта дуреха даже не заподозрила тебя в нечестной игре.

Рамина хмыкнула.

– Ты все сделала как надо?

Хозяйка стрип-клуба помахала перед ее носом трубкой.

– Ну разумеется. Он придет туда вовремя, так что тебе не о чем беспокоиться.

Рамина глухо рассмеялась.

– Как приятно иметь в окружении таких одаренных и преданных ведьм, – она сверкнула безумным взглядом и вышла из комнаты.

***

В доме стояла тишина, а в воздухе витал аромат свежеприготовленных тефтелей: бабуля как всегда расстаралась. Сашка быстро вскочил с кровати и поплелся на запах.

– Кто дома? – крикнул он на ходу, а затем пробурчал, – Я снова всеми забыт и покинут.

Интересно, куда подевалась сестрица? Оставалось надеяться, что она не станет ввязываться в драку с тем, с кем не следует. На кухонном столе стояло блюдо, в котором возвышалась нереально огромная гора тефтелей, политых густым соусом. Сашка облизнулся. Рядом лежала записка: “Я на рынке. Оставь немного тефтелей сестре. Бабуля”. Он ухмыльнулся.

Покончив с завтраком, Сашка встал из-за стола. Похлопав себя по набитому пузу, он подошел к умывальнику. Привести себя в порядок и с новыми силами на поиски. В открытую форточку ворвался свежий ветерок, и Сашка вздохнул полной грудью. Отличная погодка для охоты. Взгляд скользнул по сверкающему чистотой стеклу и упал на странный конверт. Тот лежал на подоконнике, прямо под распахнутой настежь форточкой. Это еще что за он?

Внутри лежал тетрадный листок, на котором аккуратным каллиграфическим почерком были выведены слова: “Лиза и ваш смазливый друг у нас. Привезешь Еву, получишь эту парочку в целости. В 9.20 в старой сторожке” Подписи не было, но это и не требовалось. Он и так знал, чьих рук это дело.

На всякий случай, он позвонил сестре.

– Алло, Кать, ты случайно не в курсе, где сейчас Лизка?

Катька замялась, а потом громко выдохнув, ответила:

– Ее похитили. Ее и Ангела – солиста “Биг бэнда”… ты не знаешь, ладно. Я сейчас немного занята, давай позже. Я приеду домой, все расскажу.

– Ладно, – он кивнул и сбросил вызов.

Прекрасно, значит рыжая сука не соврала. Вряд ли она решится на встречу один на один: скорее всего, с ней будет брат Макса. Что ж, оно и к лучшему. Патронов у него хватит на всех. Сашка злобно усмехнулся и выскочил из кухни. Сейчас восемь сорок три – времени достаточно, чтобы надеть экипировку, проверить ружье и добраться до места встречи чуть раньше назначенного.

***

В лесу было свежо, и пахло хвоей. Сашка пробирался знакомой тропой к сторожке, время от времени останавливаясь и прислушиваясь к звукам. Что, если это засада? Он всматривался в густые заросли, ожидая нападения, но вокруг было тихо. Неужели и правда ждут его там?

Спустя пятнадцать минут он заметил между стволов светлые участки. Вот она, поляна. Ветхое покосившееся от времени строение темнело на фоне ядовитой зелени диких зарослей. Сашка бесшумно приблизился. Как-то подозрительно тихо вокруг. Нет, ворваться в дом вот так, сходу было бы самоубийством. Наверняка, эти клыкастые твари уже ждут его с распростертыми объятиями. Он выглянул из-за толстого ствола и прислушался.

Из сторожки доносились звуки возни. Что там происходит? Внезапно дверь приоткрылась, и наружу высунулась волчья морда. Зверь медленно вышел наружу, принюхался и снова скрылся за дверью. Значит они там и, похоже, его не учуяли. Это хорошо. Будет им эффект неожиданности.

Сашка подкрался к двери и снова прислушался. Тишина. Может стоит обойти вокруг и заглянуть через другое окно? Нет, не вариант. Если его заметят, эти твари выскочат наружу, а на открытом пространстве попасть сразу в обоих будет довольно проблематично. Он набрал побольше воздуха, словно перед прыжком в воду и резко распахнув дверь, шагнул внутрь.

С дальнего конца метнулась тень, и огромный волк взлетел в воздух. Секунда – и Сашка нажал на курок. Грянул выстрел, за которым раздался душераздирающий вой дикого зверя. Тяжелая туша с гулким ударом грохнулась на деревянные половицы. Один готов. Сашка напряженно водил ружьем из стороны в сторону, готовый отразить еще одно нападение, но в единственной комнате было пусто. Черт, неужели эти твари его обманули?

Похоже, это была обычная подстава. И как он не подумал об этом сразу? Вряд ли похитители рассчитывали на то, что он вот так возьмет и доставит им Еву, да еще в такие короткие сроки. Черт. Черт, черт, черт! Похоже, Катька права – он кретин, и это не лечится.

Сашка посмотрел на неподвижную тушу. Интересно, это Юля или Ролан? В любом случае, пленников здесь нет, а это значит, что второй из сообщников держит их в другом месте. И убив этого монстра. он потерял единственную зацепку. Сашка снова чертыхнулся и, громко топая, обошел пустое помещение. Ничто не указывало на недавнее присутствие здесь пленников или их похитителей. Он направился к двери, зло пнув по пути колченогую табуретку, как вдруг до его слуха донеслись какие-то звуки.

Он насторожился. Звук повторился. Кажется, он шел откуда-то снизу. Оглядев старые доски, Сашка с удивлением обнаружил под ногами щели люка. Подвал! Ну конечно! Он откинул крышку и прислушался. Снизу тянуло сыростью и гнилью. Звук доносился из дальнего угла и, похоже, это были всхлипы.

– Эй, кто здесь? – звуки прекратились. – Вам нужна помощь или я ухожу?

После такой весомой угрозы внизу зашевелились, и в тусклом квадрате света появилась рыжая всклокоченная голова девушки. Черт бы вас побрал – еще одна рыжая.

– Не уходите, пожалуйста, – голос девицы был слабым, и в нем звучали нотки полной безнадеги. – Я слышала выстрел. Вы убили ее? Она мертва?

Видимо несчастная имела ввиду Юлю. Сашка покосился на лежащую на полу тушу, с удивлением отметив, что перед ним распростерлась старая знакомая во всей красе. Странно, насколько он знал, оборотни сохраняют после смерти тот облик, в котором были убиты. Почему же тогда эта девица обратилась после смерти? Может она жива?

Сашка склонился над телом и пощупал пульс: мертва. Что же тогда произошло?

– Эй, вы поможете мне или я так и буду сидеть в этом жутком подвале, пока не провоняю насквозь тухлятиной? – Дамочка капризно поджала тонкие губы.

– И давно вы тут сидите? – Сашка решил не рассыпаться извинениями, а сразу приступить к допросу. Нельзя терять ни минуты. Если эту девицу держали отдельно от остальных пленников, это могло означать одно: она здесь недавно.

– Одну ночь. Вчера вечером эта сука подстерегла меня возле клуба, зажала рот какой-то вонючей тряпкой, а потом я очнулась здесь. Меня похитили, понимаешь? Я слышала голоса, а когда стало тихо, попыталась сбежать. И тут эта рыжая шлюха превратилась в монстра! Прямо у меня на глазах! Наверное это были последствия той дурманящей отравы, которой меня отключили, но ты же понимаешь, впечатление было не из приятных. Я чуть шею себе не свернула, когда летела назад в этот вонючий подвал!

Сашка приподнял бровь и цыкнул.

– Ты слышала, о чем говорили твои похитители? Они говорили о ком-то еще? Может с тобой были и другие пленники?

– Нет, когда я очнулась, здесь никого не было. Эти ненормальные много разговаривали, а я от страха сидела как мышь. Даже вздохнуть боялась.

Сашка нетерпеливо перебил.

– Расскажи все, что ты помнишь. Все до мельчайших деталей.

Девица задумалась, затем вздохнула и недоверчиво покосилась на Сашку.

– То, о чем они говорили смахивает на бред двух наркоманов.

– Рассказывай!

– Ладно-ладно, – девица выпятила нижнюю губу, отчего та стала похожа на трамплин, – но ты лучше не перебивай. Не так просто пересказать весь тот бред, что они несли. Мне нужно сосредоточиться.

Сашка нетерпеливо причмокнул, но промолчал.

– Так вот, в начале девчонка сказала, что меня нужно перевести к остальным, а парень возразил, мол не нужна я им совсем. И, что зря она меня сюда притащила. Девчонка стала с ним спорить, доказывала, что для какого-то там ритуала нужно много девушек, а он ответил, что и без меня достаточно. В итоге этот хмырь сказал, что как-только он уедет, она должна избавиться от меня. Веселья мне эта новость не прибавила, знаешь ли, но что было делать? Я понадеялась, что с одной девицей смогу справиться.

Сашка вздохнул – ну до чего самонадеянные эти бабы. Рыжая продолжила:

– Потом они стали обсуждать, как выкрадут какую-то девчонку. Кажется, она им больше всех нужна. Как же ее зовут…

– Ева? – подсказал Сашка.

– Точно, Ева. Парень продиктовал своей сообщнице адрес и сказал ехать туда, как-только она закончит со мной и закопает, господи помилуй, мой труп. В том доме, где находится девчонка, есть их шпион, но они не сказали, кто это.

– А где они держат заложников, они не говорили?

Девица напряглась, а затем уверенно кивнула.

– Да, это недалеко от того дома, где прячется та последняя, Ева. Парень сказал, что сегодня днем их “крот” выведет девицу погулять. Тогда они ее и похитят.

– Ты не слышала, они упоминали о других сообщниках?

Девица задумалась, затем качнула головой.

– Нет, вроде бы они только вдвоем, ну и тот, что в доме с Евой.

Сашка удовлетворенно кивнул.

– А что они собираются делать с похищенными?

Рыжая пожала плечами.

– Какой-то ритуал, но подробности они не обсуждали.

Времени оставалось совсем мало. Если оборотень уже на пути к дому Макса, значит действовать нужно быстро. Сашка чертыхнулся и стал лихорадочно соображать, как спасти положение. Позвонить Еве и сказать, что в стане оборотней еще и предатель? Не вариант. Судя по всему, бедолага даже не знала, среди кого она находится. Каждый из этих монстров может быть предателем. Что же делать?

– Слушай, эта сучка сперла мой телефон. Можешь посмотреть у нее в карманах? Что-то не хочется мне шарить по трупу, – рыжая поморщилась, брезгливо скривив губы.

Сашка недовольно закатил глаза, но склонился над Юлей. Нащупав сквозь ткань трубку, он просунул ладонь в карман. Вместе с металлическим корпусом пальцы нащупали какой-то клочок бумаги. Сашка торопливо вытащил руку и с удивлением уставился на обрывок тетрадного листка, на котором уже знакомым каллиграфическим почерком был выведен адрес.

– Посмотри-ка, – скомандовал он рыжей. – Этот адрес диктовал похититель своей сообщнице?

Девчонка прищурилась, изучила содержимое записки и утвердительно кивнула.

– Да, это он.

– Ладно. Нам пора.

– Куда? Ты же проводишь меня до города? – Девица явно была напугана. – Я не хочу снова попасться в лапы к этим ненормальным!

– Не волнуйся, ты уже должна гнить в яме, так что никто за тобой не явится. Мне нужно торопиться.

– Ты что, собираешься туда? За Евой?

– Да, – Сашка схватил рыжую за локоть и чуть ли не волоком вытащил из сторожки. – Если отстанешь от меня, иди все-время прямо, никуда не сворачивай. Выйдешь к городу – там и сориентируешься.

– А ты?

– А я пойду быстро. Нужно успеть до того, как эти твари выкрадут Еву!

– Но как ты заберешь ее, если в доме предатель? Он ведь сразу настучит своим и вас тут же заметут.

Сашка удивленно посмотрел на девчонку. А ведь соображает. Девица вздохнула.

– Послушай, это конечно уже не мое дело, но ты можешь сказать, что просто приехал навестить свою подружку. Выйдите погулять, поболтать, а уже за воротами дадите деру.

Эти рыжие не перестают удивлять. Он с благодарностью пожал руку спасенной девчонки и двинул в сторону дома: нужно еще заправить машину перед дорогой. Только бы успеть. Пронзительный взгляд буравил его затылок, но Сашка даже не обернулся. Ничего, не заблудится. Он ускорил шаг, и скоро девица осталась далеко позади.

Глава 34

Завтрак проходил в глубоком молчании. Каждый из присутствующих считал своим долгом выразительно поглядывать на Еву, будто без этих взглядов она недостаточно краснела и смущалась. Черт возьми, что-то случилось?

– С Максом все хорошо? – на всякий случай негромко уточнила она у Марины.

“Курятник” тут же ожил и со всех сторон посыпалось мелкое кудахтанье.

– Ну разумеется…

– Конечно в порядке…

– Почему ты спрашиваешь…

– Что с ним может случиться…

– Пфффф…

– Не переживай за него…

– Он справится…

– Пфффф…

Ева растерянно оглядывалась, пытаясь сосредоточиться на ком-то одном.

– Прекратите пугать девочку! – Громко и вполне убедительно рыкнул Эраст. – У Макса все в порядке, милая, – обратился он уже к Еве, – Просто тебе нужно знать кое-что о нашей семье. Сейчас вы пойдете с Мариной во двор, и она тебе все расскажет. Главное знай – мы на твоей стороне. Мы всегда были на стороне людей.

Ева непонимающе переводила взгляд с одного лица на другое. Людей? Что это значит? Тетушки заискивающе улыбались, молодежь многозначительно переглядывалась – что такого хранит эта семья, раз об этом нельзя говорить в открытую?

– Давай, милая, пойдем, – дотронулась до ее руки Марина.

Ева вздохнула и поднялась из-за стола.

– Спасибо, все было очень вкусно, – она попыталась улыбнуться Эрасту, но губы предательски дрогнули: проницательный взгляд темных глаз пугал до дрожи в коленках.

Спокойно, Ева, тебе ведь сказали, что все хорошо. Ничего особенного в этой семье нет. Подумаешь, какая-то тайна – у какой семьи их нет? Макс привел ее к родным в качестве своей близкой подруги, поэтому они хотят посвятить ее в свои традиции. Он ведь говорил, что здесь их чтят испокон веков. Это просто традиции, просто традиции – Ева успокаивала себя, как могла. Ведь не едят же они человеческие сердца на ужин, ей богу. Она нервно хихикнула, ужаснувшись собственным мыслям. Господи, так и свихнуться недолго.

Они покинули светлую гостиную и вышли на террасу.

– Ну и переполох, – ободряюще улыбнулась ей Марина. – Мои родственнички всегда были шумными, но ты не пугайся. Они просто волнуются. Ты ведь, можно сказать, новый член семьи.

– Но Макс не делал мне предложение, – смущенно глянула на девушку Ева. – Он даже в любви мне толком не объяснялся.

– Все впереди, милая, – Марина кивнула ей и потянула вниз по каменным ступеням. – Ты надела купальник, который я оставляла для тебя в комнате?

Черт. О том, что загорают без верхней одежды она как-то забыла. Она виновато посмотрела на Марину.

– Понятно, – улыбнулась та, – беги наверх, я буду ждать тебя у бассейна.

Взбежав по ступенькам, Ева тихонько вошла в комнату. Встречаться с кем-то из семьи без присутствия Марины не хотелось. Что бы они не собирались ей поведать, услышать это она готова только от своей новой подруги. В ее присутствии становилось спокойнее. Так же, как с Максом. Наверное, у этой парочки свои особые флюиды, которые действуют на ее организм успокаивающе. Ева улыбнулась. Она вспомнила, какие особые чувства вызывали у нее прикосновения Макса, как дрожало ее тело под его ласками. Господи, о чем она думает? У них ведь ничего не было! Он просто обнимал ее… и целовал. Но это ведь тоже не мало.

Наспех переодевшись и натянув на себя синий в желтые горохи купальник, Ева мельком глянула на телефон. Экран светился – значит кто-то только что пытался ей дозвониться. Она провела пальцем по дисплею. Сашка. А ему-то что надо? Ева с сомнением покрутила мобильный в руках, а затем положила его на прикроватную тумбу. “Не сейчас, дружок”, – решила она дилемму и выскочила из комнаты.

***

В лавке Тарасыча было как всегда уютно и пахло пряностями. Этот запах был словно визитная карточка магазина. И хоть здесь не продавалось ничего съестного, каждый входящий обязательно спрашивал, где можно приобрести чудные приправки, ласкающие их обоняние. Катька улыбнулась.

В небольшом магазинчике продавались предметы искусства, какие-то старинные артефакты, а точнее их невероятно точные копии и, разумеется, полотна самого Вальдемара. Он был художником от бога. Катерина внимательно всмотрелась в горящие глаза огромного волка, который грациозно бежал ей навстречу. Казалось, еще несколько секунд – и зверь выскочит за пределы деревянной рамы, обрамляющей это чудное творение золотых рук мастера.

– Здравствуй, Катенька, – щуплый хозяин лавки выскользнул из подсобки и лучезарно улыбнулся, – давненько я тебя не видел.

– Это да, Тарасыч. Все как-то повода не находилось, – Катерина обвела взглядом уютное помещение, – А у тебя все так же мило.

Мужичок развел руками.

– Стараюсь, Катенька, стараюсь. Что привело тебя ко мне? Полагаю, это не простой визит вежливости? – он хитро подмигнул ей и поставил на полку какую-то витиеватую шкатулку, выполненную, судя по всему, из мельхиора и украшенную искусственными рубинами.

Катерина задержала на мгновение взгляд на этом чудо-творении, тряхнула головой, словно приходя в себя и хмуро посмотрела на хозяина лавки.

– Мне нужна помощь, точнее твои профессиональные знания.

Глаза Вальдемара засветились живым блеском.

– Ты же знаешь, я всегда рад помочь, особенно такой милой ведьме, как ты.

Катька вздохнула. Этот хитрый лис без всякого зелья мог охмурить не только ведьму – самого черта. А его перевоплощение из простоватого мужичка-художника в профессионала сверхъестественных наук было за гранью ее понимания. И как у него это получается?

– Помнишь, я рассказывала тебе о своей подруге?

Тарасыч свел брови, делая вид, что вспоминает, затем лицо его разгладилось и он улыбнулся.

– Ева? Как же, как же, эта девушка отмечена печатью пары.

– Да, я помню, ты говорил это уже. Но почему ты не объяснил мне, чьей именно пары? Ведь я говорила, что вижу ее в видениях вместе с волком. Я думала, это символ, но ты ведь знал?

Вальдемар хитро прищурился.

– Знал о чем?

– О том, что она – пара оборотня. Ты говорил мне, что эти… хм… существа – не выдумка. Ты рисуешь их. Ведь так? Это не простые волки, те, что изображены на твоих полотнах. Ты знаком с ними?

Художник коротко кивнул. И почему она раньше не принимала всерьез его веру? Ведь стоило догадаться, что человек, помогающий ведьмам не будет шутить с такими вещами.

– Я знаком с этими существами, как ты выразилась, с самого детства. Когда-то я встретился с одним из них в лесу. Это была забавная встреча, но сейчас не об этом. Что-то случилось с Евой, я прав?

Катька печально вздохнула.

– Да. За ней охотятся. Кому-то она очень сильно понадобилась, и эти лохматые твари имеют к этому самое прямое отношение.

– Так-так, значит Ева уже знает, чья она пара? Он нашел ее? – Тарасыч возбужденно сверкнул глазами. – Ведь, если пары нет, то в ней тоже нет никакой ценности.

– Что это значит? О чем ты говоришь? – Катька раздраженно повела плечами. Эти вечные шарады Вальдемара ее утомляли.

– Если ее пытаются похитить, а судя по твоим словам именно это и происходит, значит они уже нашли друг друга – Ева и ее истиная пара. Но обряд посвящения еще не выполнен. Поэтому ей грозит опасность. Где она сейчас?

Катька пожала плечами.

– Она с семьей того оборотня – ее чертова жениха, – Катька скривилась.

– Как его зовут? – Вальдемар даже не обратил внимания на ее реакцию. – Скажи мне, это важно.

– Макс.

– Я так и знал! – Он шустро скрылся за занавесью, ведущей в подсобку, и Катерина услышала звук двигающихся коробок. Через пару минут появился хозяин. Его лицо сияло победной улыбкой. – Вот, – он вытянул руку, – у Евы уже появился такой браслет?

Катерина с удивлением уставилась на безделушку – Вальдемар знал о браслетах семьи Макса!

– Ты знаешь эту семью? – Она с трепетом прикоснулась к холодным камням, отливающим синевой и опутанным тонкими золотыми нитями. – Макс подарил Еве такой же. Они ведь принадлежат его семье, так?

Тарасыч крякнул и на его лице засияла горделивая ухмылка.

– Я лично изготавливаю их для этой семьи. Более того, я дружу с семьей Макса уже очень давно. Собственно, мое знакомство с оборотнями и началось благодаря им. Того первого оборотня звали Виктор. Хороший был парень, но влип в серьезные неприятности.

– Что с ним случилось? – Сердце ускорило ритм. Что-то подсказывало ей, что вся эта история имеет отношение и к ней.

Тарасыч вздохнул.

– Видимо, ты уже знаешь эту историю. Во всяком случае какую-то ее часть, – он задумчиво покрутил браслет. – Этого парня убил охотник.

Катерина замерла.

– Это был мой отец?

Вальдемар отвел взгляд и кивнул.

– Но что случилось? Почему он убил его? Неужели просто потому, что тот был оборотнем?

– Все не так просто, дорогая, – художник тяжело вздохнул. – И в этой истории есть то, что совсем не понравится тебе.

– Расскажи ее, – Катерина тряхнула головой. Уж если она имеет ко всему прямое отношение, то оттягивать неизбежное и скрываться от правды нет смысла. Она должна все знать.

Тарасыч задумался.

– Знаешь, давай я расскажу тебе историю так, как рассказывают сказки. Выслушай ее, а потом делай выводы.

Катька кивнула. Сердце гулко отстукивало удары, и от волнения вспотели ладони. Спокойно, Катерина, это просто сказка. Тарасыч подошел к входной двери, повесил табличку “Закрыто” и повернул ключ.

– Пойдем на кухню, я заварю кофе.

Спустя десять минут Катерина сидела в уютном старинном кресле, потягивая ароматный напиток и слушала сказку. Страшную сказку.

– Виктор был родным дядей Макса. Их семья была одной из самых добродетельных в округе, – он кашлянул и уточнил, – я имею ввиду семьи оборотней. Вели семейное дело, объединялись в пары, рожали наследников. Виктор был младшим братом Эраста, отца Макса и в то время еще не встретил свою пару. У Эраста появились двойняшки, Макс и Марина. Через год родился Ролан. Виктор ходил бобылем. Его брат постоянно стыдил его этим, вынуждал искать свою пару. И Виктор психанул. Он ушел из семьи, заявив им, что ему надоели их традиции. Но от судьбы не уйдешь. О, если бы он сделал все как положено, то был бы до сих пор жив и счастлив, – Вальдемар замолчал и сделал глоток кофе.

– Что же случилось?

– Он все-таки встретил свою пару. Но слишком поздно. Она уже была замужем и у нее росла дочь.

Катька удивленно захлопала глазами.

– Разве так бывает? Разве может истиная пара полюбить кого-то другого?

Вальдемар вздохнул.

– Полюбить нет, но вступить в отношения – запросто. Когда он встретил эту девушку, они оба потеряли голову. Это и неудивительно. Она решила уйти от мужа, а он собирался ввести ее в семью. Вроде бы все налаживалось, но… Появилась другая. Хищница без клыков, но с цепкой хваткой. Это была ведьма.

Катерина недовольно поморщилась. Значит и в этой сказке ведьма играет на стороне зла. Ну почему так? Неужели нельзя не портить репутацию и творить людям добро?

– Она похитила девушку и, так как та еще не прошла обряд посвящения, провела этот жуткий ритуал.

Катерина все еще не понимала, о чем речь, но от этих слов волоски на ее теле встали дыбом.

– Что за ритуал?

– Ритуал власти. Девственная, но непосвященная пара оборотня должна быть убита на священном алтаре. Ее кровь – источник силы и власти. Если тот, кто проведет ритуал, выпьет ее, то получит огромную силу и власть над живущими.

– О, господи, – выдохнула Катька. – Она это сделала?

– Да, – Вальдемар грустно улыбнулся, – но ведьма ошиблась. Эта девушка не была девственницей, у нее ведь уже была собственная дочь. Поэтому ведьма получила лишь крохи со стола господства. Она обрела власть над Виктором. Парень потерял контроль. Он стал убивать по ее приказу, творил жуткие вещи. А потом Эраст поймал его и запер в подвале. Он надеялся найти способ освободить брата от этого влияния.

Катерина поежилась.

– Но как тогда отец нашел его? Он ведь встретил Виктора в лесу, и с ним была девушка.

Вальдемар горько усмехнулся.

– Да, девушка. Это была его собственная дочь. Его и этой ведьмы. Когда Виктор сбежал, она встретилась с ним.

– Что-о? – Катерина ушам своим не верила. – У этой парочки чокнутых есть дочь? Где она сейчас? Сашка сказал, что отец не смог ее разыскать!

– Да, ведьма прятала ее долгие годы. На эту гремучую смесь у нее были свои планы.

Жуткая догадка вспыхнула ярким маяком в сознании.

– Так это она хочет похитить Еву? Дочь Виктора и этой ведьмы?

Вальдемар кивнул.

– Прошло столько лет, и я, честно говоря, надеялся, что история осталась в прошлом. Эта парочка нигде не светилась, ничего противозаконного не делала. Но, видимо, пришло их время. Сейчас они не успокоятся, пока не получат свое. Ева еще чиста. И она отмечена печатью пары. Сейчас самое время для ритуала, если конечно Макс не поторопится и не пройдет с ней обряд посвящения.

Катька стиснула виски и замотала головой.

– Погоди, а какое отношение имеет ко всему брат Макса? Зачем он охотится на Еву?

Вальдемар вздохнул.

– Этот мальчик тоже стал невольной жертвой двух фурий. Еще год назад я и подумать не мог, что его попросту подставили. Сейчас все встало на свои места. Макс выбрал себе в невесты девушку, которая не была его истиной парой. Ведьма не могла этого допустить. Именно она убила девчонку, а Ролан просто оказался не в том месте, не в то время. Судя по тому, что он тоже разыскивает Еву, парень знает о ритуале. Уж не знаю, кто ему рассказал, но он на нашей стороне. Максу следует объединить с ним усилия и решить эту проблему раз и навсегда.

– Но как найти этих ненормальных? – Катерина с надеждой смотрела на художника. – Ты знаешь, где их искать? Кто вообще была та ведьма?

Вальдемар как-то странно посмотрел на нее и закрыл глаза.

– Знаю. Но тебе это не понравится.

Глава 35

Ева спустилась к бассейну и смущенно уставилась на Марину. Та лежала на шезлонге в одном купальнике и смешно щурилась от яркого солнца. Мило. Но в душе не отпускала тревога. Какой разговор предстоит им, и что такого особенного нужно знать Еве об этой семье. Она легонько кашлянула.

– Ты уже вернулась? Снимай этот бесполезный халат и устраивайся поудобней. Будем наслаждаться жизнью, – Марина весело хохотнула и кивнула в сторону второго шезлонга.

– А как же разговор?

– Успеется, – Марина беззаботно махнула рукой, но что-то в ее движениях было такое, что выдавало девушку с потрохами – она волновалась.

Ева не стала спорить, послушно скинув шелковый халатик, и устроилась рядом. Какой-то время они просто молчали. Теплое солнышко ласкало обнаженную кожу, и Ева совсем расслабилась.

– Ты любишь Макса, правда? – прервала молчание Марина.

От такой постановки вопроса Ева отчаянно покраснела. Любит ли она парня, которого едва знает? Чувства говорили, что да. Но разум отчаянно сопротивлялся этой глупости. Отец всегда говорил, что нельзя идти на поводу у своих эмоций. Из-за этого можно влипнуть в серьезные неприятности. Ева поморщилась.

Каждый раз, когда отец заводил свою шарманку, он вспоминал маму. Ее маму, которую Ева совсем не помнила. “Если бы Анна не связалась с тем шарлатаном, то осталась бы жива”, – отец с болью вспоминал старую как мир историю. “У нее ведь была дочь, ты. Как она могла забыть об ответственности? Твоя мать влюбилась в проходимца, а потом пропала. Ее нашли мертвой спустя несколько дней, и я уверен, это его рук дело. Но этого ублюдка так и не нашли”, – Ева тысячи раз слышала эту историю, и каждый раз осуждала мать. Но сейчас… сейчас она начинала ее понимать. Эти чувства – они приходят из ниоткуда. Без видимой причины рождаются в глубине сердца и захватывают все твое существо. Разуму уже ничего не контролирует. Он проигрывает еще до начала главной битвы.

– Я знаю, что любишь, – прервала ее мысли Марина, – это написано на твоем лице, – она улыбнулась.

– Неужели так заметно? – Ева покрылась легким румянцем и отвела взгляд. – Я не могу объяснить этого, но у меня такое чувство, что мы знакомы с ним вечность. А я ведь знаю Макса всего несколько дней. Как такое может быть?

Марина задумчиво улыбнулась.

– Говорят, у любви свои планы. Она не ждет подходящего момента, не тянет время, просто накрывает с головой и все. Ты очень сильно повлияла на Макса. Давно не видела его таким умиротворенным. И это несмотря на все, что сейчас творится, – она развернулась к Еве и посмотрела на нее с серьезным видом. – Знаешь, любовь – она ведь покрывает все. Все недостатки, которые есть у любимого, все его ошибки. Если любишь, то все остальное становится неважным.

– Думаю, да, – Ева задумалась.

Кем был тот человек которого полюбила мама? Отец считает, что он убил ее. Но разве могла любовь так ошибиться? Ева никогда раньше не испытывала этого чувства, но была уверена: любовь не ошибается. Значит и она, Ева на правильном пути.

– Я вижу, что ты все понимаешь, – Марина заглянула ей в глаза, – Ты понимаешь суть любви, потому что это приходит не с возрастом, а с личными переживаниями. Ты обрела ее, а значит готова принять Макса таким, какой он есть. Мы ведь не простая семья, Ева. У нас есть тайна, которую мы открываем лишь избранным. Ты избрана. Пожалуй, все должно проходить не совсем так, и не от меня ты должна узнать об этом, но у нас не остается времени. Поэтому я хочу показать тебе кое-что.

Ева взволнованно посмотрела на девушку и спустила вниз ноги.

– Я хочу знать все.

Марина кивнула.

– Ты и узнаешь. Вспомни, что случилось этой ночью.

Ева напряглась. Разве что-то случилось? Она с тревогой смотрела на приветливое лицо девушки, на котором застыла напряженная улыбка. Что же, что было ночью? Внезапная вспышка озарила сознание, И Ева вскрикнула. Перед ее внутренним взором возник образ лохматого зверя. Волк! Горящие глаза, вздыбленная шерсть и что-то еще… Крики… Жуткие крики… Свет фар… Хищный взгляд… Ее кто-то похитил, вывез отсюда на машине, а потом была авария. И волк, который прямо у нее на глазах растерзал этих парней… О, господи!

– Что это было? – Глаза заполнились слезами, и Еву стала бить крупная дрожь.

– Тише, тише, милая, все хорошо. Все уже позади.

– Кто были эти люди? Я их помню, эти лица…

Марина успокаивающе сжала ее ладонь.

– Эти люди неважны. Уже неважны. Ты помнишь того волка, что напал на них?

Ева закрыла глаза и всхлипнула. Слезы тут же покатились по щекам, образуя дорожки на шее и стекая к вздымающейся от нарастающих рыданий груди.

– Он смотрел на меня! Прямо мне в глаза! – Ева отчаянно пыталась остановить истерику, – Он смотрел так, словно знал меня! Но ведь это невозможно? Скажи, что это не так!

Марина взяла ее за руку.

– Посмотри на меня, Ева, посмотри мне в глаза, – она легонько сжала ладонь, – вот так, умница.

Ева смотрела в переливающиеся янтарными волнами глаза Марины, и рыдания перешли в судорожные всхлипывания, а затем затихли и они.

– А сейчас слушай меня внимательно. Этот волк, которого ты видела – он действительно знал тебя. Вы уже встречались с ним раньше. Помнишь, ты рассказала мне, как на тебя напал в лесу зверь? Это был он, Ева.

– О, господи. Он что, выследил меня, чтобы убить?

Марина качнула головой.

– Все гораздо сложнее, чем кажется. Ведь он не простой зверь. Он… – она не договорила.

– Ева, к тебе гость, – к ним приближался Эраст.

Ева удивленно моргнула и,сложив козырьком ладонь, присмотрелась к шагающему рядом с хозяином особняка спутнику.

– Сашка! – Она вскочила с места и подбежав к парню, крепко обняла его, но тут же отстранилась, смущенно переводя взгляд на Эраста. – Это мой друг.

– Да, он так и представился, – хмыкнул тот. – Итак, вы увиделись, с Евой все в порядке и, уверяю вас, и дальше будет в порядке. – Он отвел руку в сторону, приглашая парня на выход.

Ева растерянно переводила взгляд с одного лица, на другое.

– Нет, подождите, он ведь наверняка приехал сюда не просто так, – она подняла вопросительно брови. – Что-то случилось? Что с Катериной? А Лиз? О, господи, она ведь звонила мне ночью, а потом… Что с ней?

Бывший сердечный друг беспечно махнул рукой.

– Все в порядке – они обе живы-здоровы, но я беспокоился о тебе. Ты ведь уехала так неожиданно. Катерина мне все рассказала, так что вроде как не о чем беспокоиться, но я решил убедиться лично, что твой новый… кхм.. бойфренд и его семья тебя не обидят. Вы ведь не обидите ее? – Сашка перевел взгляд на мужчину.

– Разумеется, – голос Эраста был словно лед.

Да, неловко как-то вышло. Ева сделала молящий взгляд.

– Можно мы поговорим? Наедине. Пожалуйста, Сашка мой друг, он беспокоится, – она вспомнила, как изящно разобрался он с бандитами. О, да, бандиты – вот, кто ее похитил! Это были те самые пивные ублюдки, что напали на них в лесу! Черт, нужно обсудить это с Сашкой. Сейчас. – Пожалуйста, Эраст, мы ведь здесь, под присмотром.

Мужчина немного поколебался, затем кивнул.

– Только недолго, – он подал знак Марине, и оба зашагали к дому.

– Сашка, что случилось? Говори мне правду! Я не верю, что ты примчался за тридевять земель просто спросить как у меня дела, – Ева с тревогой смотрела на парня, пытаясь определить степень его честности.

Тот вздохнул.

– Нам нужно выбираться отсюда! И быстро!

– Что-о? Но почему? – Тревога нарастала как снежный ком.

– Тебя попытаются похитить и кто-то из членов семьи в сообщниках у этих мерзавцев. Пойдем, моя машина прямо за воротами.

Ева ничего не понимала. Сообщник? В доме? Но кто? Здесь все такие милые и заботятся о ней.

– Саш, ты наверняка ошибся.

– Живо! – его голос стал похож на злобное шипение змеи. В глазах сверкнул стальной блеск, но тут же погас. – Нет времени объяснять, расскажу по дороге. Идем.

Он обнял Еву за плечи и глянув поверх ее головы на окна особняка, весело рассмеялся. Ева нахмурилась.

– Да что с тобой?

– Да улыбайся же ты! Отвлекающий маневр – помогает, когда пытаешься кого-то обдурить.

– Саш, я все-равно…

– Ты хочешь жить? – снова стальные нотки в голосе.

– Да, но…

– Тогда никаких “но”. Ты не все знаешь об этих людях. Они лгали тебе. Да не хмурься ты так, улыбайся. Делай вид, что мы просто мило болтаем

Ева послушно натянула улыбку. Марина что-то хотела рассказать, но не успела. Какая-то тайна. И тот волк… Он не простой зверь… Что это значит? Неужели Сашка имел ввиду именно эту тайну? А может они маньяки? Не-е-ет. Вся семья? Такого не бывает. Да и вряд ли Марина стала этим делиться с первой встречной. Волк, волк – какое отношение он имеет к тайнам семьи? И почему Сашка уверен, что здесь Еве грозит опасность? От этих вопросов голова шла кругом. Ева украдкой взглянула на парня.

– Ты уверен в том, что делаешь?

Не переставая улыбаться, тот молча шевелил губами и лишь слегка кивнул в ответ. Сумасшедший дом какой-то.

Вот и ворота. Хорошо, что окна гостиной выходят к бассейну. Семья, наверняка, сейчас там. Обсуждают ее друга? Пусть. Он ведь и правда друг. А Макс – Макс ее жизнь. Она улыбнулась, вспомнив этот нежный, полный глубинных чувств взгляд. Господи, как же она соскучилась по нему.

– Саш, у меня даже нет с собой телефона. Как же я сообщу Максу, что уехала?

– Тебе не нужно ему об этом сообщать, – Сашка как можно тише отворил калитку и подтолкнул Еву к выходу. – Во всяком случае, не сейчас.

Ева нахмурилась. Почему он так категоричен?

– Быстро, идем в машину, – парень схватил ее за руку и потащил к припаркованному в стороне автомобилю. – Нужно уезжать, пока эти твари не хватились тебя.

– Да что такого они тебе сделали? Почему ты не хочешь все объяснить?

Сашка затолкал ее на пассажирское сиденье и с раздражением хлопнул дверцей. Ну ничего себе. Никогда еще она не видела парня в таком настроении. Он обогнул машину и быстро влез за руль. Ева бросила прощальный взгляд на особняк. Машина завелась и, пустив из под колес фонтан из гравия, рванула вперед.

***

– Вот и все, детка. Осталось несколько часов – и мы с тобой станем самыми могучими ведьмами в мире! – жесткий смех перешел в сухой кашель, и женщина заткнулась.

– Мама, эти твои спецэффекты вселенского диктатора сейчас ни к чему, – Рамина брезгливо скривилась. – У меня сейчас ответственный момент: выкрасть девчонку у этого идиота и завершить дело. Веселиться будем потом.

– Не называй его идиотом, – женщина нахмурилась, а затем вздохнув, пожала плечами. – Хоть ты и права. Отчасти. Но согласись, если бы не твое зелье, которое задурманило парню мозг, он бы вмиг тебя вычислил. Второй раз попасться на одну и ту же уловку? Не-е-ет, не такой он кретин. Как ты это делаешь?

Рамина хмыкнула.

– Будешь много знать, мамуля, скоро состаришься. Подготовьте с мадам все для ритуала. Когда я притащу девчонку, то хочу немного отдохнуть. От переутомления портится цвет лица, – она ехидно ухмыльнулась и вышла за дверь.

Глава 36

Время – как же оно неумолимо. Секунды сливались в минуты, минуты в часы: Макс с раздражением посмотрел на циферблат. Скоро полдень, а девица так и не явилась в тайное логово. Где же ее черти носят? Он отступил в тень, опасаясь, что его заметят: Ролан здесь, в квартире. Но, когда именно он вернулся? Сразу после того, как Макс выволок перепуганного пленника из квартиры, или же незадолго до его возвращения к посту наблюдения?

Ролан был один. Он время от времени мелькал в окне – судя по всему, тоже кого-то ждал. Наверняка, свою дикую подружку. Но, если Юля похитила ту парочку для него и спрятала в другом месте, тогда почему так долго не появляется? Что-то во всем этом было не так.

А что, если девица и не собиралась возвращаться? Что если это обычный отвлекающий маневр? Макс напрягся. Времени больше не оставалось. Нужно действовать и немедленно. Он дождался, пока фигура в окне скрылась в глубине комнаты и торопливо пересек площадку. Быстро поднялся на нужный этаж. Вот и знакомая дверь. Ну и что дальше? Нажать на звонок, а потом как ни в чем не бывало сказать братцу “Привет”? Черт. Макс протянул руку к звонку, но в этот момент в замке что-то щелкнуло и дверь распахнулась.

– Здравствуй, Максимилиан, – Ролан как-о горько усмехнулся и отошел в сторону, – входи.

Такого поворота Макс не ожидал. Чего угодно, только не этого спокойного тона и полного смирения взгляда. Он шагнул через порог и остановился.

– Где твоя подружка? Еще не вернулась с задания? – он злобно сверкнул глазами, давая понять, что шутить не намерен.

– Ты снова совершаешь ту же ошибку, брат, – вздохнул Ролан. – Я так понимаю, ты и в этот раз не поверишь мне, но я снова скажу тебе тоже самое – я не виновен. Ни в убийстве Вики, ни в похищении Евы.

Макс ухмыльнулся.

– Вот как? Ты просчитался, брат! Марина с отцом учуяли твой запах на месте преступления! Скажи, зачем ты убил своих исполнителей? Не то, чтобы я был расстроен, но все же.

– И в самом деле, зачем? Зачем я нанял придурков для похищения твоей пары, а потом прикончил их и отпустил ее? Ты ослеплен своим гневом и не видишь дальше собственного носа, Макс! Ты такой же как и отец!

Макс сжал кулаки.

– Не смей так говорить, – процедил он сквозь зубы.

– А то что? Врежешь мне? Ну давай, в прошлый раз ты неплохо приложился. Только вот, что я тебе скажу, брат: пока ты тут строишь из себя оскорбленного героя, на твою подружку идет охота. И поверь, ни я, ни Юля тут не при делах, – он с вызовом посмотрел Максу в глаза.

– Ты в этом уверен? Твоя сообщница хорошо маскируется, но и она не всемогуща: ее рыжую головку видели на месте похищения двух друзей Евы. Не находишь это интересным? Говори сейчас же, где они! – Макс схватил брата за грудки и впечатал в стену, отчего и без того облезлая штукатурка посыпалась на пол.

– Это была не Юля, черт бы тебя взял! Рыжая – она была в тот день в библиотеке, когда я нашел Вику!

Макс скрипнул зубами.

– Там никого не было, кроме тебя! Если бы там кто-то был, мы бы ее учуяли, нашли бы следы ее присутствия! Признай же наконец, что это был ты! Ты, чертов ублюдок, лишил жизни беззащитную девчонку лишь потому, что жаждал власти!

Ролан с силой врезал ему кулаком в челюсть. В голове загудело, и Макс, пошатнувшись, выпустив брата.

– Это был не я! – с перекошенным от гнева лицом, Ролан шел на него, и, наконец, снова замахнувшись, ударил. На этот раз кулак прошелся совсем рядом с ноющей челюстью и с треском впечатался в стену. – Эта рыжая – ведьма. Я не смог выследить ее, но узнал, для чего ей нужна Ева. Если ты хочешь ее спасти, тогда остановись и выслушай меня наконец.

Макс опустил руки. Как же ему надоела вся эта ложь. Целый год жизни он считал брата убийцей, за ним тянется цепочка смертей, а сейчас Ролан собирается предоставить ему доказательства своей невиновности? Макс посмотрел в серые глаза напротив. Что если он и правда не лжет?

– Говори. Но имей ввиду, если я увижу, что ты врешь, то силой отволоку тебя к отцу, и тогда твоя судьба станет не завиднее судьбы дяди Виктора.

***

Из лавки Тарасыча Катька выскочила как ошпаренная. Втиснувшись на заднее сиденье одиноко стоящего такси, она тут же набрала телефон Макса. Ну же, сними трубку! Длинные гудки сменялись один другим…

– Алло, Макс – слава богу! Я знаю, где они! Знаю, кто похитил Дзена с Лизкой и покушался на Еву!

– Куда едем, дамочка, – с водительского сиденья на Катьку взирала недовольная физиономия таксиста. Она предупреждающе подняла палец.

– Где ты сейчас? – Макс был краток.

– Возле лавки Тарасыча. Это он помог все выяснить! Я сейчас в такси, говори, куда мне приехать – я все тебе расскажу!

Макс продиктовал адрес, и Катька, сбросив вызов, повторила его нетерпеливому водителю. Осталось сообщить Сашке. В таком деле лишние руки, особенно если в них охотничье ружье, не помешают.

***

Машина мчалась с бешеной скоростью, и Ева вжалась в спинку пассажирского сиденья.

– Пожалуйста, Саш, не гони так, – в ее глазах стояла паника – что с ним не так?

Парень словно обезумел в своей навязчивой идее спасти ее. И за все время он так и не сказал ничего вразумительного. Монстры, чудовища – бессвязные слова и фразы слетали с его губ, и Сашка только с силой вжимал педаль газа в пол.

– Сашенька, умоляю тебя, остановись, – в глазах Евы блеснули слезы, – мы разобьемся.

– Нельзя, нужно отвезти тебя в безопасное место. Туда, где не будет этих чудовищ. Я увезу тебя в Москву, ты ведь не была в Москве?

Ева качнула головой и всхлипнула.

– Ты знаешь, что я люблю тебя? – Он не глядя протянул руку и погладил Еву по щеке. – Да, люблю и ты меня любишь. Лизка все мне рассказала. Мы с тобой будем счастливы, а этот оборотень – пошел он к черту! Если посмеет сунутся, я снесу его чертову башку!

Господи, что он несет? Слезы струились по щекам, и Ева всеми силами пыталась не разрыдаться. Сбоку между сидениями зазвонил телефон. Сашка вздрогнул.

– Остановись, прошу тебя. Остановись и ответь – за нами все-равно никто не гонится.

Машина резко вильнула в сторону и остановилась. Слава богу! Ева выдохнула и пулей выскочила из машины.

– Стой, куда ты, дура! – Сашка выскочил следом, но Ева его уже не слушала.

Она неслась сквозь густой кустарник, обдирая кожу о колючие ветки – кроме купальника на ней ничего не было. Позади стоял хруст ломающихся веток – преследователь не отставал. Ева совсем потеряла контроль от страха. Куда бежать? Зачем? Она черт знает где, среди леса. Нужно остановиться и спокойно поговорить с Сашкой. Он ведь не сумасшедший, господи, он всегда был нормальным парнем! Но страх, словно дикий зверь, гнал ее вперед.

Шум погони натягивал нервы до предела. И вдруг тишина – она накрыла так внезапно, что Ева тут же остановилась. Ни звука собственных шагов, ни шума леса – только нарастающий звон в ушах.

Тело стало словно чужим, и она медленно развернулась: парня нигде не было. Зато, всего в нескольких шагах стояла рыжеволосая девица в длинной черной накидке.

– Вы меня напугали, – выдохнула Ева и отступила на шаг. – Где Сашка?

Рыжая красотка лишь хищно оскалилась.

– Парень, который бежал за мной – он был только что здесь! Вы не видели его?

Девица плавно двинулась навстречу, не издавая при этом ни звука. И эта ненормальная? Сегодня что, день открытых дверей в психдиспансере? Ева пятилась назад до тех пор, пока не уперлась спиной в ствол. Она неотрывно смотрела преследовательнице в лицо, как вдруг…

Наглая ухмылка исказилась, вытягиваясь вперед, словно ожившая картина Пикассо. Ева вскрикнула. Девушка упала на четвереньки, и тело ее стало выгибаться так, словно под кожей был не скелет, а другое живое существо. Еще мгновение – и на ее месте стоял огромных размеров волк. Он хищно скалился, будто смеясь над помутненным разумом своей жертвы. Это невозможно, нереально, это все сон! Деревья закружились в нестройном хороводе, и Ева, наконец, отключилась.

Глава 37

Он убьет, убьет этих сучьих тварей! Макс выскочил из подъезда, сдерживая инстинкты и желание обратиться прямо здесь, чтобы не теряя ни секунды мчаться в змеиное логово. Ролан и Катерина мчались следом.

– Если Еву похитили недавно, значит у нас есть время. К тому же Тарасыч сказал, что ритуал проводится ночью. Солнце еще высоко, так что волноваться пока рано, – девчонка всеми силами пыталась успокоить Макса, но все эти аргументы ничего не стоили.

Еву похитили! Его маленькая хрупкая девочка в лапах этих тварей! Он убьет их! Убьет! Макс глухо зарычал.

– Спокойно, брат, на этот раз им не уйти. Если их логово в том притоне, в котором, кстати сказать, я нашел тебя спустя год нашей вынужденной разлуки, то они никуда не денутся. Я развлекался с тамошними девицами – ничего серьезного, но языки у них как помело.

– Ты что, спал с ними? – Макс криво усмехнулся.

– С некоторыми – да. В основном с теми, с кем крутил ты, – Ролан хмыкнул. – Я должен был удостовериться, что они – пустышки. Стрип-клуб “Пинкертон”, – бросил он таксисту, который стоял рядом с машиной и недоверчиво косился на спутников своей недавней клиентки. – И, знаешь, Макс, это было глупо – уходить от отца. Ты пытался избежать своей судьбы, и вот, к чему это привело.

Макс развернулся и с вызовом посмотрел на брата.

– Давайте, вы оставите свои семейные разборки до лучших времен, – недовольно проворчала Катерина. – Сосредоточьтесь. В клубе три ведьмы, и они не позволят нам просто взять и забрать Еву и остальных.

– Плевать! Я разорву этих стервятниц на куски! – Макс кивнул Ролану. – Вы добирайтесь на машине, а я воспользуюсь более привычным способом передвижения.

Катерина удивленно приподняла бровь.

– Ты что, хочешь прямо здесь, средь бела дня?

– Я поеду на своем байке, – резче, чем следовало отрезал Макс и, круто развернувшись пошел к дальней стоянке.

Ролан покачал головой.

– Боюсь, в таком состоянии он может наломать дров. Садись, крошка, нужно поторопиться. Полагаю, что Макс прибудет к месту встречи первым.

***

Холодно. Господи, как же здесь холодно! И темно. Лишь по периметру горели свечи, выхватывая из темноты небольшие куски каменных стен. И этот странный запах… Похожий на ладан. Но ведь это не церковь? Что за странное место? Ева попробовала пошевелиться, но тело, словно сковали невидимыми цепями. Что происходит?

Она сконцентрировалась, пытаясь вспомнить последние события.

Сашка – он увез ее из обобняка, лепетал что-то о чудовищах, монстрах в человечьем обличии. Он назвал Макса оборотнем! Это что, метафора такая? Ева зажмурилась и тряхнула головой. Что же произошло потом? Ну же, вспоминай! Лес. Она убегает от Сашки. Боль. Колючие ветки царапают тело – вот оно! Рыжая девица – ее она видела, перед тем как отключиться! Но… О, боже мой, кто или что это было?

Искаженное лицо девчонки, превращающейся в зверя так ярко вспыхнуло в сознании, что Ева вскрикнула.

Нет, нет, нет, это все какой-то глупый розыгрыш, безумные игры разума – разве может такое происходить на самом деле?

– Ну, здравствуй, деточка, – раздалось совсем рядом.

Ева вздрогнула.

– Кто здесь?

– Не пугайся, дорогуша, пока еще рано, – голос кружил в пространстве, словно существовал одновременно везде. Он как воздух, окружал ее, обволакивая бархатистой субстанцией, но вместе с тем был колюч, как куски сухого льда.

– Что вам от меня нужно?

Зловещий смешок прошелся по ее губам, и легкое онемение, как от заморозки у стоматолога лишило Еву возможности говорить.

– Тише, милая, не торопи события. Я хочу насладиться игрой, поэтому стану раскрывать карты постепенно. Это ведь так заводит – видеть, как с каждым шагом твой противник теряет остатки надежды.

В воздухе всколыхнулась волна, и свечной огонь затрепыхался, создавая зловещую игру теней.

– Что? Ты хочешь узнать, кто я такая? Я скажу тебе. Я – дочь того, кого любила твоя глупая мать! Знаешь, она ведь могла жить, если бы не амбиции моей матушки. Да, милая, да, это моя мамаша прикончила твою. И знаешь для чего? Всего лишь для того, чтоб получить власть над моим отцом. Ох, это долго объяснять,пропустим. Сегодня свершится то, для чего твоя глупая мамашка родила свою маленькую девочку на свет. Все дело в тебе, а не в ней. И во мне, – по воздуху прокатился ядовитый смешок.

Ева уже не просто дрожала – ее начинал бить крупный озноб, а губы совсем посинели от холода.

– Я следила за тобой, наблюдала, как ты растешь, читала твой дневник по ночам, когда ты сладко спала в своей кроватке. Знаешь, тебе все равно не светила счастливая жизнь с этим заморышем Сашкой. Твоя судьба – Максимилиан. И моей задачей было уберечь и тебя, и его от ложных шагов. С тобой было проще. Подставить моего безвольного папашку Виктора, который кстати был родным дядей Макса и вывести на него охотника – что может быть проще? Ах, да, прости, ты ведь не знаешь еще, в чем суть. Твой милый Максик – оборотень. Ты удивлена? Расстроена? Не веришь?

Ева попыталась возразить, но единственный звук, который она издала – это стук зубов.

– Пожалуй, я доставлю тебе такое удовольствие и покажу, кем на самом деле является твой суженый, – голос хохотнул.

В помещении повисла безмолвная тишина. Такая густая, что стало нечем дышать. В воздухе витал запах безумия. В дальнем конце помещения раздался лязг, и на мгновение внешний свет рассеял тьму. Всего на мгновение, но Ева успела заметить странные символы на полу и стенах, а еще с удивлением поняла, что не привязана. Она просто стояла посреди этой унылой доисторической пещеры. Очередная попытка пошевелиться не увенчалась успехом.

Вместе с кусочком внешнего мира в помещение вошла женщина. Девушка, если быть точной. Под высоким потолком вспыхнули свечи, установленные на металлическом колесе. Полная чертовщина!

– Спецэффекты – моя слабость. Видимо, это у меня от мамы, – давешняя рыжая девица скалила белые зубы, откровенно разглядывая Евин наряд. – А ты ничего. Жаль, что твоя шкурка мне не пригодится.

– Ты ненормальная, – прошептала Ева.

– О, да, – рыжая закатила глаза и покачала головой. – Когда твоя мать – ведьма, а отец – оборотень, шанс на нормальность изымается вместе с рождением. Но, позволь продемонстрировать тебе то, ради чего я пришла, – рыжая сбросила накидку и, оттолкнувшись от пола, совершила прыжок.

Волоски на теле встали дыбом от того, что Ева увидела. В одно мгновение девица превратилась в черного с рыжими подпалинами по бокам волка и приземлилась рядом с ней. Судорожно дыша, Ева пыталась справиться с паникой.

– Господи, боже мой, – она трясла головой, стараясь избавиться от наваждения, но хищник не исчезал.

Он скалился и кружил, заставляя в ужасе сжиматься, ожидая нападения со спины. Очередной круг – и перед Евой вновь стояла девица.

– Ну как? Тебе понравилось? Знаю, я произвожу неизгладимое впечатление. Но продолжим. Отец твоего друга-дурачка был охотником – охотником на оборотней. Я подставила Виктора, охотник убил его, твой дружок увидел и, вуаля – парень попался в сети. Он страстно возжелал разобраться в этой истории, для чего свалил к отцу и исчез из твоей жизни.

Рыжая подошла к Еве совсем близко и погладила ее по щеке. И снова этот противный покалывающий холодок.

– С Максимилианом было сложнее. Этот болван решил, что толпы девиц, которыми он окружил себя освободят его от ответственности. Поначалу это было даже забавно, но все слишком затянулось. Мне пришлось намекнуть пареньку, что полигамия может иметь последствия. Мне пришлось прикончить пару его девиц. Я подстроила вашу встречу в “Трех лилиях”, подтолкнула в лапы Ролана эту рыжую сучку, напугала тебя в день твоего рождения, забравшись в твою комнату. Макс должен был сблизиться с тобой, вручить тебе этот чертов браслет! И он это сделал, – девица хмыкнула. – Дальше уже было дело техники. Я заманила ангелочка в стрип-клуб – это было не сложно, подсыпала ему нужное зелье и парень, сам того не замечая, стал выполнять мои приказы. Твою белокурую подружку, кстати, опоил он. Девчонка искренне считала, что попала в беду, когда звонила тебе. А выйдя из дамской комнаты, напрочь об этом забыла – я молодец, правда?

Ева с ужасом слушала эти безумные признания и желала лишь одного – оказаться подальше от всего этого безумства, забыть все и проснуться в добром старом мире, где нет ни оборотней, ни чокнутых ведьм. Неужели все это правда?

– Кстати, твой друг уже очнулся и искренне недоумевает, как же он очутился в машине за сотню километров от дома. Это тоже я постаралась. Ты уж его не суди строго – парень оказался очень внушаем. А как он поимел ту красотку – можно было кино снимать, – ведьма расхохоталась. – Этого чудика я оставлю в живых, все-таки парень мне не чужой. Но, довольно историй. Я была вежлива с тобой и, что бы ты обо мне не думала, я не желаю тебе зла. Наоборот, я очень тебе благодарна за то, что ты сберегла свою девственность для меня. Будь ты такой же торопыгой как твоя мать, мне пришлось бы ждать еще сотню лет, пока в этот жалкий мир придет новая девственная пара оборотня, – она задумчиво закатила глаза, – м-да. Это так все сложно, не бери в голову. Наслаждайся, милая, жизнью, пока она у тебя еще есть. Совсем скоро я к тебе загляну.

Ева тяжело дышала.

– Что вы со мной сделаете? Убьете?

– Да, – ведьма равнодушно пожала плечами, – но ты не переживай. Все будет как во сне. Ты даже не почувствуешь. Я же не злодейка какая-то там, которой подавай боль, сопли и слезы. К сожалению, совсем отключить тебя не могу. Ты должна соображать, когда я стану выкачивать из тебя кровь. Но поверь, это даже приятно. Чувствовать, как из тебя по капле вытекает жизнь, погружаться в темноту, под звуки ритуальных молитв – да я завидую тебе! И, да, на этом празднике будут твои друзья, – она щелкнула пальцами.

Каменная кладка стены пришла в движение и, разъехавшись в стороны, пропустила вперед две большие клетки.

– Лиз, Ангел, господи! – Ева дернулась.

– Не-е-ет, Господа на нашей вечеринке точно не будет, – ведьма зловеще расхохоталась и, развернувшись, направилась к выходу. – Можете пока поболтать, а я вернусь к вам через несколько минут. Нужно привести сюда мою милую злобную мамочку – это ведь она придумала, как ускорить процесс, не дожидаясь ночи. Как ни крути, а моя мать – гениальная ведьма!

–

Глава 38

Возле центрального входа в стрип-клуб “Пинкертон” болталась кучка подростков. С любопытством изучая расписание заведения, парни сыпали грубыми шутками и зычно гоготали. Ну и молодежь. Макс обошел здание и направился к служебному входу. Закрыто. Да, его тут явно не ждут. Он ударил несколько раз кулаком в металлическую дверь и прислушался. Чертовы кретины, даже звонок не удосужились повесить. Макс занес руку для очередного удара, но в этот момент в двери щелкнуло и перед ним вырос бородатый мужик.

– Что надо? – охранник выглядел угрожающе и, судя по всему, ни разу в жизни не улыбался.

– Мне нужна девочка, – Макс натянул на лицо самую пошлую ухмылку и приподнял бровь.

– Ты не по адресу, парень. Это приличный стрип-клуб. Приходи вечером на программу, там и попялишься на девчонок. А если тебе нужны шлюхи, то ищи их в другом месте, – бородач уже хотел захлопнуть дверь, Макс подставил ногу и покачал головой.

– Ты что, новенький? Полагаю, Стефани не обрадуется, когда узнает, что ее любимого вип-клиента турнул под зад какой-то бородатый гном, – Макс покрутил перед носом бугая двадцатидолларовой купюрой.

– Так бы сразу и сказал, что ты к Стефе, – буркнул в усы верзила и, выхватив бумажку из рук Макса, пропустил его вперед. – Не говори ей, что я лажанул.

Пройдя сквозь длинный коридор, они очутились в знакомой Максу комнате для особых гостей.

– Жди здесь, позову ее, – бородач сунул купюру запазуху и вышел за дверь.

***

– Идиот, кретин, – Катька наворачивала круги, то и дело пиная колесо ни в чем неповинного байка. – Он что, не понимает, что сунуться в это логово в одиночку – это самоубийство? Они же ведьмы! Ему как минимум нужна будет моя помощь! Ролан, ау! – она шлепнула парня по руке.

– Да-да, я думаю, – тряхнул он головой. – Послушай, когда я следил за ним в этом притоне, то подцепил одну цыпу. Она обслуживает по особой программе, ну ты понимаешь. Макс встречался с ней несколько раз, вот я и сблизился с ней. Нужно было держать брата под контролем. Эта девчонка работает здесь с самого открытия, знает все входы и выходы. Даю голову на отсечение – Макс сейчас с ней.

– Ну так чего мы ждем? Давай, стучись в эту чертову дверь в рай и позови девчонку.

– И что дальше? – Ролан прищурился и окинул оценивающим взглядом Катерину. – Да уж, нарядец у тебя совсем неподходящий, но выбора нет. Будешь изображать мою подружку.

– Что? Это для чего еще?

Ролан презрительно поджал губы.

– А еще ведьма. Как по твоему мы сможем попасть внутрь? Через эту дверь входят только вип-клиенты с единственной целью…

– Фу-у-у, не говори мне этого! – Катька скривилась и высунула язык.

– Говорить буду я, а ты постарайся сделать лицо попроще и улыбайся. Ок?

– Ладно, – Катерина смиренно вздохнула и поплелась за парнем.

– Ну и чего надо? – хмурый мужик сложил на груди огромные ручищи и выжидающе уставился на Ролана.

– Новенький, – вздохнул тот глядя на Катьку и снова обратил взгляд на бугая. – Сейчас сюда вошел мой брат. Стефани его уже приняла?

Верзила угрюмо кивнул.

– Мы немного опоздали, видимо Макс решил начать без нас. Это моя подружка Кэт и у нас запланировано одно занимательное мероприятие на четверых, понимаешь, о чем я? Вот, возьми и отведи нас к Стеф, пока они там не начали без нас, – Ролан протянул американскую банкноту, которая тут же скрылась в широких ручищах.

Бородач с сомнением окинул взглядом Катьку, буркнул что-то себе под нос и пропустил пару внутрь.

– Прекрасно, – проворчала Катька, оглядываясь по сторонам.

Вот уж никогда не думала, что придется посетить этот злачный притон, но жизнь одна и, как говорит Лизка, кто не рискует, тот не пьет текилу.

***

Ева слушала горестные всхлипывания Лиз и сердце сжималось от тяжелых предчувствий. Ее собственная судьба предрешена – смерть стучится к ней в дверь, сверкая хищной ухмылкой. Но что ждет этих двоих? Неужели ведьма просто убьет друзей, после того как шоу закончится? Нет, это не должно случиться! Только не по ее вине! Господи, что же придумать? Может умолять чокнутую о милости? Боже, на что она рассчитывает? Это же убийца со стажем! Сколько смертей на ее руках? Нет, из этого подземелья никому не выбраться живым.

– Эй, Лиз, не плачь, прошу тебя, – Ева попыталась приободрить подругу, но та продолжала хлюпать носом, отчаянно вздрагивая и дрожа всем телом.

– Это я виновата, я, – повторяла она, – Рамина сказала, что это я звонила тебе, чтоб выманить из дома Макса. Я ведь звонила? Да? – она громко всхлипнула.

– Перестань, ты была не в себе. И этот не твоя вина. Эта ненормальная всех втянула в свои игры. Даже Сашку – господи, что он нес, ты бы это слышала! Но почему Рамина сказала, что он ей не чужой? Что она имела ввиду?

Лизка вытерла мокрые щеки и обхватила себя за плечи.

– Она – ненормальная. Я вообще не понимаю, что ей нужно и для чего она нас сюда притащила.

Ева вздохнула. Лучше бы и она не знала об этом. Все лучше, чем в последние минуты жизни переваривать новость о том, что ее любимый оказался оборотнем. Господи, до чего же нестерпимо больно. Больно от разлуки, от осознания, что никогда уже она не увидит его янтарных глаз, не почувствует на губах привкус корицы и грейпфрута, оставленный его губами. Ева сжала кулачки, отчаянно борясь с подступающими рыданиями. Кем бы ни был Макс, она его любит. Осознание этого привело ее в еще большее отчаяние.

Ну почему? Почему, когда все стало так ясно, у нее отобрали саму возможность сказать ему о своей любви? О том, что она принимает его любым. Сейчас слова Марины обрели смысл. Вот, что пыталась сказать ей сестра Макса. И она была права, чертовски права – любовь не выбирает. Ева закрыла глаза, и по щекам покатились слезы. “Я люблю тебя, Макс. Слышишь? Люблю тебя”, – мысленно взывала она, моля небо донести ее слова любимому. Даже если им не суждено быть вместе, Ева всем сердцем желала, чтоб Макс узнал о ее чувствах.

Лязгнул засов, и тяжелая металлическая дверь отворилась, пропуская в подземелье двух женщин. Ева прищурилась – свет за спинами посетителей не давал разглядеть лиц.

– Ну что, мои зайчата, готовы к главному шоу? – Рамина выступила вперед, заслонив собой вторую ведьму. – Запри дверь мама и можешь приступать. Эти долгие нужные молитвы меня утомляют, поэтому давай покончим с этой частью поскорее.

Женщина закрыла дверь, прошептала какое-то заклинание и повернулась лицом к пленникам.

– О, господи! – вскрикнула Ева, – Бабуля Авдотья! Вы… вы – ведьма? Вы – мать Рамины?

Старушка была гораздо моложе, чем обычно, но, вне всяких сомнений, это была она. Язвительная ухмылка искажала красивое лицо женщины средних лет.

– Здравствуй, Евочка, – Авдотья развела руками, – уж прости, что так вышло, но другой девственницы у нас на примете не имеется.

– Но как вы могли? Вы ведь были мне как родная! И Катька –  я считала ее почти сестрой! – Ева ошарашенно мотала головой, – Нет, нет, неужели и Катерина меня предала?

Ведьма шагнула навстречу и погладила Еву по щеке.

– Моя внучка тут ни при чем. Она и не догадывалась о наших планах, хотя, что говорит, врала тебе. Она ведь тоже ведьма. Только практикуется мало – считает это зазорным, – Авдотья фыркнула. – Она и моя старшая дочь – позор рода! Одна покончила с собой из-за кретина-муженька, вторая отказалась от наследия из-за собственных предрассудков, зато моя дорогая Рамина – она вернет нашему роду величие и власть, безграничную власть! – и Авдотья захохотала так громко, что даже ее дочь скорчила милое личико.

– Ой, прекрати, мама! Ты сильно переигрываешь, – она ласково улыбнулась Еве и щелкнула пальцами.

В воздухе вспыхнули одновременно тысячи свечей – это было невероятно. Они парили в пространстве, заполняя его ярким светом.

– Давай уже начинать, – Рамина кивнула матери и подошла к Еве. – Ты ведь не против, если я сделаю тебе маленький надрезик. Совсем маленький, вот тут, – и она провела острым ноготком по шее.

– Убей меня сразу! – выкрикнула Ева, – зачем эти изощрения?

– О, нет, дорогуша. Спешка нам ни к чему. Жизнь – штука размеренная. Она течет медленно, неспешно. Ее не стоит насиловать, нужно просто мягко направить в другое русло.

– Ева, нет, – в клетке всхлипнула Лиз.

Ева перевела взгляд на друзей. Девушка в отчаянии вцепилась в ржавые прутья, а Ангел молча сидел в дальнем углу, закрыв глаза и заткнув уши.

– Отпусти их, Авдотья. Они ведь не нужны вам. Заберите их память, но не убивайте, прошу! – Ева с мольбой посмотрела на бывшую милую старушку.

Но нет, в ее глазах не было ни тени жалости и сожаления. Как обманчив мир. Как обманчивы люди, которые когда-то были близки. Ева закрыла глаза.

Она почувствовала, как ее тело стало плавно опускаться, пока не оказалось в горизонтальном положении. Холодное лезвие клинка коснулось тонкой кожи. Одно движение – и  Ева ощутила легкое жжение в месте пореза.

– Вот и все, милая, а ты боялась, – Рамина поставила на пол хрустальную чашу, и первая капля крови растеклась по ее прозрачному дну.

– Нет, Ева, нет! – выкрикнула Лизка, – не делайте этого, умоляю!

Авдотья шикнула на девчонку и встала у изголовья невидимого ритуального ложа. Низким грудным голосом на каком-то неизвестном никому наречии она начала читать молитвы. “Я люблю тебя, Макс… Я люблю тебя…”, – шептала Ева в пустоту.

Глава 39 + Эпилог

– Давай, Стеф, соображай, – Макс хмуро смотрел на королеву ночных услад, нервно потирая ладони. – Ты ведь должна знать, где в этом чертовом притоне тайные ходы.

– Я, что тебе, всезнайка? – девица недовольно поджала губы и окинула Катьку презрительным взглядом. – Еще и эту притащили с собой. Мальчики, а может ну их к черту, эти проблемы – развлечемся втроем? Эту, – она кивнула в сторону возмущенной девчонки, – отправим домой играть в куклы, а сами зажжем как в старые добрые времена.

Макс подошел к девице и, обхватив ее за плечи, с силой встряхнул.

– Живо! – Его лицо исказилось, приобретая очертания зверя.

Несчастная вскрикнула. Дернувшись, она попыталась вырваться из цепких рук, но он лишь сильнее стиснул пальцы, оставляя на нежной коже красные отметины.

– Стефани, пойми, тебе придется помочь нам, так или иначе, – Ролан коснулся плеча Макса. – Ты ведь хочешь помочь нам, правда?

– Они меня убьют, – всхлипнула девчонка, испуганно косясь на дверь.

Макс выдохнул. Он разжал пальцы и широкими шагами пересек комнату.

– Тайный ход, подвал… Здесь есть подвал?

– Кажется, есть, – Стефани обхватила себя за плечи, – но мадам туда никого не пускает. Один раз я видела, как она отпирает железную дверь в конце коридора, но ключ есть только у нее. Даже охрана не имеет туда доступа.

– Мне не нужен ключ, – кивнула Катька, – пускай отведет нас туда.

– Идем, – Макс подошел к девице и рывком поставил ее на ноги.

Та испуганно захлопала глазами.

– Сейчас? Вы с ума сошли? Мадам Живодарова в своей комнате, а это прямо напротив ее двери. Что, если она выйдет?

Катька вытащила из-за пазухи небольшой пузырек и протянула Ролану.

– Сможешь ее отвлечь? Плети ей что угодно, скажи, что влюбился в нее с первого взгляда, что жить без нее не можешь. Пусть нальет тебе чего-нибудь выпить. Эта настойка лишит ее силы.

Ролан хохотнул.

– Ты сама-то видела эту мадам? Обрюзгшая тетка средних лет с невероятно толстым задом – думаешь, она поверит в эту чушь про любовь?

– Значит, скажи, что мечтал с ней развлечься! Господи, ну почему я должна учить тебя? Придумай что-нибудь! – Катерина всунула пузырек в руки Ролана и повернулась к Максу. – Нам с тобой достанется по ведьме. Со своей бабкой я справлюсь, а вот Рамина… Тарасыч сказал, что она очень сильная ведьма, к тому же оборотень.

Макс стиснул кулаки, и желваки на его лице заиграли с удвоенной силой.

– У меня с этой стервой давние счеты, так что меня это не остановит.

– Вот, – Катька протянула ему еще один флакон, – выпей сейчас.

– Что это? – Макс взял пузырек в руки и покрутил его на свету.

– Это сделает тебя на время невосприимчивым к магии. Выиграешь время, но силы Рамины будут при ней, так что придется тебе с ней справляться своими методами.

Макс злобно сверкнул глазами.

– Уж я-то справлюсь, поверь, – он вытащил пробку и залпом осушил содержимое. – Идем.

Катька остановила его.

– Погоди! Будь ты сто раз оборотнем, но к ведьме нужен особый подход. Вот, возьми, – она протянула Максу маленькую коробочку.

Внутри, на красном бархате лежала тонкая игла.

– И это все? – Макс непонимающе уставился на девушку. – Игла? Как у Кощея? Вы издеваетесь? – Он нервно хохотнул.

– Прекрати ржать, – надулась Катерина. – Ты должен будешь воткнуть эту иглу ей…

– Черт побери, нет! – Он снова заржал.

– Воткнуть ей в плечо, идиот! – закончила девушка. – Правое плечо. На нем родимое пятно в форме пятиконечной звезды. В центре точка. Сумеешь попасть в нее – лишишь ее силы навсегда. Промахнешься… – Катька вздохнула, – тогда нам всем каюк.

Макс спрятал коробочку в карман и обвел взглядом присутствующих.

– И кто это придумал? Бред какой-то. Ладно, идем.

– Да, да, обниматься потом будем. Если, конечно, выживем, – хмуро добавила Стефани и первой вышла за дверь.

***

Монотонное бурчание старухи не прекращалось ни на секунду. Это раздражало и успокаивало одновременно. Хоть бы она замолчала, позволила ей уснуть. Ева медленно перевела взгляд с Рамины, стоящей над ней, как близкий родственник над покидающим бренный мир больным, на Лизку. Подруга тихо всхлипывала, сидя на каменном полу и побелевшие от напряжения пальцы мертвой хваткой держали прутья клетки. Милая подруга, как же права она была, настаивая на той истине, что девственность приносит одни беды. Если бы Ева ее послушала… Но сейчас ее чистая девственная кровь вытекает из нее по капле, и совсем скоро вытечет и ее жизнь.

Ведьма погладила ее по руке и участливо поправила прядку волос.

– Ничего, милая, ничего. Макс запомнит тебя на всю жизнь, уж поверь мне. Правда, этот красавчик станет моим, тут уж ничего не поделаешь, но тебя он не забудет, я позабочусь, – Рамина осклабилась. – У нас будут замечательные дети. Знаешь, Максимилиан хочет двойню – мальчика и девочку, как он с Мариной.

Ева устало закрыла глаза, и слезы скатились по щекам, щекоча мочки ушей. А монотонные молитвы продолжались. Как же хочется спать, невыносимо хочется. Сознание медленно покидало ее. Сколько еще осталось? Дно глубокой чаши было залито кровью, но Ева этого не видела, как не видела и того, что дверь внезапно распахнулась и в подвал ворвались двое.

Размеренное бормотание прекратилось. Неужели уже все? Как хорошо. Наконец-то можно поспать. Крик, визг, звон – все эти звуки доносились до нее словно из другого измерения. Они не имели значения. Этот мир уже не принадлежал ей. Она должна уйти.

– Ева, очнись! Не смей уходить, слышишь? – какой знакомый голос.

Ева попыталась вспомнить, где его слышала, но туман затягивал ее в другой мир. “Ты должна уйти… Твое место здесь… С нами…”, – шептали незнакомые голоса, а тысячи рук тянули ее в пустоту.

– Любимая моя, родная…

“Кто это говорит? Мое место не здесь. Я должна уйти”.

– Не уходи! Прошу тебя, родная моя! Я не могу тебя потерять! Только не тебя! Услышь же! Я люблю тебя!

“Я люблю тебя… люблю тебя… любовь все покрывает… Макс… Макс!” – Она помнит! Помнит его! И эту жизнь! Это ее жизнь! И она должна быть здесь, с ним! Звон… Звон вокруг, как же болит голова. Остановите это. Прекратите!

Звук сирен, крики, крики. ее трясет, куда ее везут? Что-то коснулось лица, и Ева приоткрыла глаза. Дышать стало легче. Макс… Макс!

Она хотела крикнуть, но не смогла. Губы ее беззвучно шевелились под прозрачной маской, – Я люблю тебя, – он все понял.

– Я люблю тебя, малыш, люблю тебя! Все будет хорошо! Ты поправишься, ты сильная! Я с тобой! – В этих чарующих, манящих в свою глубину янтарных глазах застыла боль. Макс. Он здесь, с ней. Ева попыталась улыбнуться. “Только не уходи, не покидай меня”, – мысленно молила она.

– Я не покину тебя, родная моя. Ты ведь должна родить мне детей: девочку и мальчика. Как мы с Мариной. Держись, малыш, прошу тебя, держись.

“Я люблю тебя… Ты – мой оборотень… И наша любовь покрывает все”

Эпилог.

– Позвольте поднять этот тост за моего брата! – Марина подняла бокал и, обведя взглядом собравшихся за широким столом гостей, с улыбкой уставилась на Макса. – Этот товарищ – тот еще засранец, но он – наш засранец. И только его неуемная жажда жизни и преданность собственным чувствам привели в нашу семью нового члена – нашу милую и скромную Еву! Но… хочу заметить, что если бы не Ева, мой умный и невероятно красивый братец так и шлялся бы вдали от нас. Поэтому, думаю, будет справедливо, если мы выпьем за здоровье и счастье нашей истинной пары – за Макса и Еву!

– За Макса и Еву, – раздалось со всех сторон, и звон бокалов заполнил огромную гостиную.

Ева обвела взглядом присутствующих. За столом сидели все близкие и дорогие сердцу люди. Все те, кто помогал ей в трудные минуты, кто заботился о ней и даже доставал советами – все они были дороги ее сердцу. Видела бы все это мама. Ева грустно улыбнулась, мысленно обняв ту милую женщину со старого фото, благодаря которой она, ее дочь, счастлива.

– Может, выпьешь хоть немного шампанского? Оно же совсем легкое! – Лизка ущипнула Еву за бок и вопросительно приподняла бровь.

– Лиз, ты снова за старое, прекрати!

– Ну Евич, не будь такой скучной занудой. Я понимаю, что ты так и не научилась пить, но это же ваш день! Хотя бы сегодня ты можешь расслабиться? – Подруга перевела взгляд на Макса. – Эй, красавчик, уговори жену выпить!

Парень нежно обнял Еву за талию и прижал к себе. Все тоже тепло, что и раньше заполнило грудную клетку, волнами растекаясь по телу. Она улыбнулась.

– Скажи ей, дорогой, иначе она не отстанет. Ты ведь знаешь Лиз.

Макс потерся носом о нежную шею Евы и, улыбнувшись, положил ладонь на ее плоский живот.

– Лиз, ты ведь не хочешь, чтоб твои крестники выросли алкоголиками?

Лизка с удивлением взглянула на парня. Затем в ее глазах загорелись искорки, и подруга открыла рот для радостного вопля.

– Тише, подруга, тише, – улыбнулась Ева. – Это секрет и о нем пока никому. Ты же умеешь хранить секреты?

– Я-то? Спрашиваешь, – подруга рассмеялась и прижала Еву к себе.

– Внимание, внимание, дорогие гости! – Марина поднялась с места и постучала ножом о край бокала. – Приглашаю всех пройти на террасу. Фуршетный стол и танцплощадка под открытым небом ждут вас.

– Ага, танцы после обильного ужина – это как раз то, о чем я мечтала, – пробурчала Катерина, промокнув губы салфеткой.

Ева уткнулась носом в плечо Макса и усмехнулась. Если подруга ворчит, значит, мир еще не перевернулся. Сидящий рядом с Катериной Бес расплылся в довольной улыбке.

– Детка, я ждал этого момента уже битых два часа, – он любовно огладил рыжую бороду с вплетенными в нее алыми ленточками и чмокнул девушку в щеку. – Пойдем, старушка, вспомним молодость.

– А как же Эльвира? – фыркнула Катька. – Думаешь, я не видела, как ты на нее косился?

– Детка, ну ты чего? Ей ведь лет сорок! Да к тому же, ее наряд вызовет косоглазие у любого – вон, сама полюбуйся, – он кивнул в сторону Сашки.

Старший брат ворчуньи следил за каждым движением экстравагантно одетой дамы и, похоже, всерьез рассчитывал на ответное внимание.

– Вообще-то, тетушке уже семьдесят, но некоторым не стоит об этом знать, – шепнул Макс Катерине, и парочка весело рассмеялась.

– Секретики? От меня? – Бес притворно надулся, а затем схватил подругу за руку и потащил из-за стола.

Шумная толпа выкатилась на террасу, и под вечерним небом раздались первые звуки зажигательной музыки. Что и говорить – это семейство умело веселиться. Тетушка Марта крутилась возле отца, хохоча и пытаясь обучить его основным движениям танца. «Ох, папа, тебе давно нужна хорошая встряска», – Ева  улыбнулась.

– А он ничего, держится, – поймал ее взгляд Макс и, обняв за талию, притянул к себе.

– Я скучаю по Дзену, – грустно улыбнулась Лизка. – Вот закончу учебу и тут же рвану к нему. Говорят, что Лос-Анджелес – город исполнения желаний.

Катька сделала глоток шампанского и хмыкнула.

– И чего же ты желаешь?

Лизка вздохнула.

– Любви. А еще собственный ресторан – Дзен сказал, что все для меня сделает, – она мечтательно зажмурилась, и Еве стало чуточку грустно. Что она будет делать здесь без этой сумасбродной девчонки? Словно почуяв ее настроение, Макс прижался щекой к шелковистым волосам.

– Друзья в ЛА – это отличная идея, тебе не кажется, малыш?

Она улыбнулась. Идея замечательная.

– А Бес сделал мне предложение, – словно невзначай обронила Катька.

– Боже мой, Кать, надеюсь, ты согласилась? – Лиз с тревогой уставилась на подругу. – Он ведь такой клевый!

Губы Катерины дрогнули в легкой усмешке, и она подняла руку. На безымянном пальце красовалось золотое колечко с миниатюрным черепом и двумя блестящими камушками вместо глаз.

– А то, – она со смехом посмотрела на своего жениха, который вовсю отплясывал в самом центре веселящихся на танцполе гостей. – Вы все приглашены.

– А этот рыжий – отличный парень, – улыбнулся Макс. – Поздравляю!

– Спасибо. Жаль, Ангел не сможет спеть на нашей свадьбе, – Катька вздохнула и покрутила колечко. – После всей этой истории парень сильно изменился. Вы ведь слышали, что отец забрал его в Болгарию? Полагаю, скоро мы услышим о его сольной карьере.

– Да уж, эта история нас всех изменила, – Лиз тихонько сжала Евину ладонь. – Но знаете, бабуля Авдотья когда-то говорила – нет худа, без добра. Ева встретила Макса, да и все мы стали гораздо ближе друг другу.

Ева улыбнулась.

– Это точно, – она украдкой взглянула на Катьку, – Как там бабуля?

Подруга пожала плечами.

– С того дня, как я лишила ее силы, и ее забрали в дом для душевнобольных ничего не изменилось. Она все так же ворчит на персонал, требует вернуть ей колдовские мешочки и угрожает превратить медсестер в жаб, если те забывают открыть в палате окно. Я редко к ней захожу, – она поджала губы.

Ева покачала головой.

– Ты – хорошая внучка, и не твоя вина, что бабуля пошла не той дорогой. Мы сами выбираем, как нам поступать.

– Да, ты права. Но ведь Рамина была ее дочь. Бабуля хотела ей счастья, пусть и такого сомнительного.

– А ты ее внучка. И Сашка – она использовала собственного внука, не заботясь ни о его душевном состоянии, ни о его жизни. Рамина была сумасшедшей. Удивительно, что там, в лесу она не прикончила его, а просто лишила памяти.

– Это уже не имеет значения. Рамина мертва, и она, черт возьми, сама нарвалась. Забудем о ней, – Катька тряхнула головой и улыбнулась. – Пойду к Бесу, пока он не растоптал всех гостей.

– А куда подевался Ролан? – встрепенулась вдруг Лиз. – Что-то я давненько его не видела.

– Не-ет, Елизавета, неужели ты… – Макс хитро прищурился.

– Ну, а что? Дзен никогда не запрещал мне танцевать с красивыми парнями, – она скорчила рожицу и огляделась по сторонам – О-о-о, не-е-ет. И с кем мне сейчас танцевать?

Ева с Максом проследили за ее взглядом. От ворот к дому шел Ролан, держа за руку девушку.

– Кто это? – Ева приподняла бровь, заметив, как изменилось выражение лица Макса. – Ты ее знаешь?

– Как сказать, – он покачал головой. – Брат о ней рассказывал.

Пара поднялась на террасу, и Ролан представил свою спутницу.

– Знакомьтесь, это Стефани – моя пара.

***

День клонился к закату, и полная луна отражалась в водной глади бассейна.

– Как красиво, – вздохнула Ева.

За спиной стоял Макс, нежно прижимая ее к себе. Сильные руки поглаживали живот, заставляя улыбаться.

– Мне кажется, нам стоит подняться в нашу спальню и заняться кое-чем полезным, – он игриво прикусил мочку ее уха.

– А как же гости? – Ева улыбалась. – Некрасиво будет, если мы кому-то понадобимся и за нами придут.

– Ты – моя законная жена. И не только по человеческим законам, но и по законам стаи. Так что кто посмеет оторвать нас от исполнения законного супружеского долга, будет иметь дело со мной, – Макс подхватил ее на руки и заглянул в глаза. – Я люблю тебя, моя жизнь – моя Ева.

– И я люблю тебя, Максимилиан, – она подалась вперед, и теплые нежные губы мужа коснулись ее приоткрытых губ.

Ева закрыла глаза, и горячий долгий поцелуй унес ее из реальности.

Конец.

Фото для обложки с shutterstock.

Content

Мур Алика Девственница для альфы

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39 + Эпилог