Юлия Журавлева

Как дракон принцессу воровал

— Скучно, — огромный черный ящер обвел взглядом усыпанную драгоценностями пещеру и пошел к большому напольному зеркалу.

— Ну, покажи мне, зеркало, что в соседних королевствах творится! А то давненько я на вверенных мне территориях шороху не наводил!

В королевствах стояла тишь да благодать. Ни войн, ни катаклизмов — ничего, куда бы мог вмешаться огромный сильный огнедышащий ящер. И вдруг картинка сменилась. Показался красиво наряженный герольд в центре площади на помосте, зачитывающий собравшейся толпе указ королевский:

— Король Рихард Красивый объявляет рыцарский турнир! Созываются все рыцари, благородные и отважные, готовые сразиться за руку прекрасной принцессы, а также титул баронский, замок старинный и земли плодородные, идущие в приданое нашей прекрасной принцессы! Сама дева, красотой своей солнце затмевающая, вручит победителю в награду и свое сердце! Да победит достойнейший!

— О! — обрадовался дракон, — наконец, что-то интересное! Давненько я принцесс не похищал! Пора бы тряхнуть стариной, заодно коллекцию доспехов пополнить. Решено! Лечу! Жди меня, солнце затмевающая!

И чудовище с разгона выпорхнуло из пещеры, беря курс на владения Рихарда Красивого, которого он последний раз видел несуразным прыщавым подростком.

Турнир собрал рыцарей всего королевства, да еще из соседних подтянулись. Вокруг витал аромат конского навоза, немытых мужских тел, кислого вина, а бранная ругань и раскатистый ржач не то рыцарей, не то их коней периодически оглашал огромное поле, где вот-вот должно начаться действо. Простых зевак собралось тоже немало. Турниры, особенно за руку принцессы и ее приданое, событие редкое, практически небывалое. Обычно короли выгодно выдавали дочерей замуж, но молва гласила, что король так любил свою прекрасную дочь, что решил выдать ее исключительно за самого достойного, могучего и отважного рыцаря. «Вот это поступок! — восхищались горожане и жители окрестных сел. — Да здравствует король!»

И вот уже знакомый глашатай вышел на площадь и затрубил, созывая бравых рыцарей на построение. На помост вышел король Рихард Красивый, статный, весь в сияющих доспехах, с гривой золотых волос, которую венчала массивная корона. Королева, женщина пусть и немолодая, но не утратившая своей привлекательности, шла рядом, а за ними три принца-красавца, как на подбор, взявшие лучшие черты отца и матери.

«Эх, какая же должна быть у них принцесса? — пронеслось по толпе. — И не жаль такую красоту отдавать?»

Под торжественные фанфары королевская чета расселась каждый в свое кресло. Рихард Красивый поднял руку, объявляя тишину.

— Доблестные рыцари, не побоявшиеся рискнуть ради прекрасной принцессы своей головой, приветствую вас! — рыцари недружным строем проорали приветствие в ответ. — Прекрасная принцесса дожидается победителя в своем шатре, чтобы никто иной не видел красоту ее, кроме мужа будущего! — рыцари снова заорали что-то в ответ, но король их не слушал. — Объявляю турнир открытым!

И в этот самый миг над полем появилась огромная тень, закружилась, а дикий вой чудовища разнесся по всей округе.

— Дракон! Дракон! — народ в панике бежал в укрытия, рыцари с тоской смотрели вслед бегущим, так как им, вроде, бежать не положено, а очень хочется.

Но дракону не было дела до всяких рыцарей, не пристало ему первому на них нападать да вызов кидать. Он схватил огромными лапами весь шатер, в котором дожидалась своего победителя принцесса, и понес к облакам, направляясь в обратный путь в пещеру и предвидя развлечения на следующие несколько месяцев в виде паломничества рыцарей.

Обратный путь показался трудным для дракона. То ли палатку нагрузили всякой ерундой, то ли он засиделся и форму потерял, но порядком запыхавшись, он долетел до дома, по возможности аккуратно опустив на площадку перед входом добычу. Добыча сдавленно ойкнула.

— Вылезай, — сказал дракон, — не бойся, не трону.

Дева в палатке, и без того пытавшаяся вылезти, стала еще активнее распутываться и таки вылезла из вороха тряпок, кинувшись к краю площадки, где долго опорожняла желудок.

— И укачало же меня, — пожаловалась дева, вытерев лицо платочком.

— Ты кто? — отшатнулся дракон.

— Принцесса, кто ж еще! — обиженно проговорила девица.

— Да ладно, — дракон изогнул шею, рассматривая добычу с разных сторон. — В тебе пять обычных принцесс поместить можно!

— Ну ладно уж, пять! — насупилась принцесса.

— А может, и шесть, — заглянув с другого бока, заключил похититель. — Как же я тебя прокормлю? — заволновался дракон, — ты, поди, больше меня ешь!

И чудовище посмотрело вдаль, прикидывая, не вернуть ли «сокровище» пока не поздно? Извиниться, там, все дела.

— Ну, знаешь! — оскорбилась принцесса, — я же человек, как я могу есть больше дракона? И вообще, похитил принцессу — неси ответственность!

Дракон только вздохнул. Вот тебе и решил развлечься.

— Звать-то тебя как, принцесса?

— Роза, — гордо вскинув голову, ответила девушка.

«Пудов десять, наверное, — прикинул дракон и еще больше загрустил, — вот счастья-то привалило».

— Ладно, Роза, проходи в пещеру, обустраивайся. Надеюсь, рыцари не заставят себя ждать…

— Кстати, — шагнув, обернулась принцесса, — а обед когда?

— Начинается! — взвыл дракон, прикрыв глаза лапой.

С насаженного на вертел здоровенного горного барана, щедро посыпанного солью и травами, шипя, капали капли жира в огонь. Принцесса глотала слюну рядом.

— Ну, скоро уже?

— Скоро, — в сотый раз отвечал дракон, поражаясь собственному терпению. Видимо, он, и правда, очень ответственный, как еще можно объяснить это безобразие?

Глядя, с каким аппетитом принцесса вгрызается в баранью ногу, дракон с опаской подвинул остальную тушу к себе. С такой конкуренткой за еду, как бы ему самому не пришлось жить впроголодь.

— Расскажи что-нибудь, — попросила Роза, — ты же дракон, множество историй должен знать.

— Когда я ем — я глух и нем, — недовольно отозвался дракон. Корми, развлекай. Какие, нынче, принцессы пошли прихотливые!

— Хочешь, я тебе что-нибудь расскажу? — покончив с ногой и облизав пальцы, поинтересовалась принцесса.

— Валяй, — разрешил дракон.

— Ой, знаешь, я столько романов любовных прочитала! — обрадованно заговорила дева. — Кстати, сюжет, где дракон похищает принцессу, а потом оказывается, что он может превращаться в прекрасного мужчину, влюбляется в девушку и лишает ее невинности, до сих пор актуален! Это так романтично! Ты, случайно, в человека не оборачиваешься? — с надеждой поинтересовалась Роза?

— Нет-нет! — поспешил заверить ее дракон, — я самый обычный, не оборачивающийся.

— Жаль, — протянула принцесса. — А, может, ты заколдованный? И сила истинной любви способна тебя исцелить?

— Нет, говорю же, самый обычный дракон! На нас магия вообще не действует, так что не выдумывай.

— Жалко, — вздохнула Роза, — а то я могла бы тебя расколдовать.

Дракон закатил глаза.

— Слушай, — поинтересовался похититель, — а, может, это ты у нас проклята? Злая колдунья при рождении наградила лишним весом?

— Нет, проверяли уже, — покачала головой принцесса. — Нет на мне проклятий. Говорят, метаболизм плохой, — выдала умное слово девушка.

— Кто? — удивился дракон.

— Обмен веществ в организме. Даже шлаки выводить пытались, — пожаловалась принцесса.

— И как?

— Безрезультатно, — уныло сообщила девушка. — Но мама считает, что нужно любить себя такой, какая я есть. Тогда обязательно найдется тот, кто тоже меня примет и полюбит. И вообще, хорошего человека должно быть много!

— Мама плохого не посоветует, — сонно согласился дракон, сворачиваясь по-кошачьи в клубок.

У него сегодня непростой день выдался. Самый непростой лет за сто. Так и моральную травму недолго получить.

— А правда, что драконы только девственниц похищают? — подсела к нему поближе Роза.

— По-всякому случается, как повезет. Принцессы разные попадаются, — дракон открыл один глаз и еще раз взглянул на свою добычу, побыстрее глаз закрыв. — Очень разные.

— А почему…

— Спи давай! — рыкнул дракон, — Эй! Ты мне хвост отдавишь!

— Какой ты хлипкий! — всплеснула руками принцесса. — Прикажешь мне на голом камне пещеры спать?

— Завтра сделаешь себе нормальную лежанку, а пока шатер вон свой подстели. И не трогай мой хвост, понятно?

— Я не умею лежанки делать, — заныла Роза.

— Научишься. Ты у меня всему научишься, — пригрозил дракон и повернулся к девушке спиной.

Дни потянулись один за другим. Дракон охотился. Теперь он вынужден охотиться в два раза больше, злясь от того, что Рихард-то, наверняка, радуется. Такая статья расходов на содержание принцессы ушла! Понятно теперь, почему он целый замок за нее давал. Лет за пять потеря одного несчастного замка окупится сполна. А ведь принцесса настаивала на полноценном рационе, заставляла еще и овощами-фруктами разживаться, чтобы этот ее метаболизм окончательно не испортился.

Конечно, кормить на халяву принцесс дракон не собирался. Пришлось бедняжке учиться готовить, пещеру драить, доспехи полировать. Библиотека у дракона оказалась на редкость скучной и унылой. Ни одного любовного романа, как можно так жить? Но в ожидании спасения из лап чудовища, которое упорно не хотело ее развлекать, выбирать не приходилось. Вот и читала принцесса Роза всякую поэзию, философию, историю, даже эзотерика попадалась. А дракон еще заставлял отчитываться о прочитанном, что она поняла, какие выводы сделала. Говорил, раз уж ей довелось у него «погостить», время нужно провести с пользой. Бывало, они даже спорить начинали, обсуждая то или иное философское течение или старинную балладу.

— Да ничего этот бард не имел ввиду! — злилась принцесса. — Придумал какую-то ересь под мухоморовой настойкой, спел ее с умным видом, а всякие олухи тут же начали искать подтекст в его несвязных строчках! Банальщина же! Вот послушай:

«Что дерево сухое, протягивая руки,

Стою я на краю у пропасти своей.

Живя один, с тобой в разлуке,

Как камень, брошенный среди людей».

— Там такие аллегории! Певец передает горечь утраты и одиночества! — не соглашался дракон.

Чем бы это закончилось, наверное, как обычно, ничем, но тут от входа в пещеру раздалось громогласное:

— Выходи, чудище, на бой смертный! Узнаешь, скотина, как прекрасных дев похищать!

— О! — обрадовался дракон. — Слышишь, за тобой пришли! — и побежал, громко топая, встречать рыцаря.

— Ты за принцессой? Что так долго? Я уж и не надеялся!

— Да, чудовище, отдавай сокровище наше, обманом тобою краденное! — продолжать пафосно вещать рыцарь.

— Кто кого обманул еще, — оскорбился дракон, но решил не спорить. — Эй, сокровище, тут за тобой, наконец, доблестный рыцарь пожаловал. Собирайся и выходи быстрее, пока я добрый!

— Не пойду! — донеслось из пещеры.

Дракон и рыцарь переглянулись.

— Погоди чуток, мужик, я сейчас все улажу, — ободряюще поднял лапу дракон и скрылся в пещере.

— Ты что творишь? — накинулся он на Розу. — Человек такой путь ради тебя проделал, а ты кочевряжишься!

— Это не ради меня! — возразила принцесса. — Все ради награды. Титула, замка и земель.

— Тем более! Не обламывай доблестному рыцарю все надежды.

— Не пойду! — упрямо уселась на пол принцесса, а дракон уже приготовился тащить ее силком навстречу судьбе и счастью.

— Это, что ли, принцесса? — раздался позади голос рыцаря.

— Эта-эта, — подтвердил дракон. — Не волнуйся, сейчас пойдет как миленькая.

— Знаешь, пожалуй, не надо, — попятился назад рыцарь.

— Как не надо? — возмутился дракон. — А титул? И замки на дороге не валяются!

— Обойдусь как-нибудь, — крикнул уже от выхода бравый рыцарь. — Не стоит оно того.

— Что значит, не стоит?! — взвился дракон. — А ну стоять! Забирай принцессу живо! — из ноздрей ящера повалил пар.

— У меня конь ее не увезет! — убегая, проорал рыцарь и был таков.

— Вот шельмец! Ну, погоди у меня! Я твой запах запомнил. Найду — сожру вместе с конем!

— Ну и рыцари пошли, — проговорил дракон, возвращаясь к принцессе. — Одно название. Эй, ты чего ревешь?

— Он меня не захотеееел, — размазывая слезы по щекам, провыла Роза.

— Так ты ж сама ехать отказалась, — удивился ящер.

— То был мой выбор. Я думала, сама откажусь, а, получается, это он не захотеееел! Даже с замком и титулом…

— Вот и я говорю, разборчивые больно рыцари пошли, — садясь рядом и обматывая лапы хвостом, успокоительно сказал дракон. — Зажрались, поди. Больно много всяких принцесс развелось.

А принцесса заплакала еще горше.

— Ладно, не горюй, — пожалел ее дракон. — Этих рыцарей вон сколько — целый турнир. Один ушел, другой скоро подоспеет, — Роза успокаиваться не желала. — Ну, все, не плачь, — не знал, как успокоить ее дракон. — Хочешь, я тебе что-нибудь вкусненькое дам?

— Хочууу, — прорыдала принцесса.

— Хоть бы раз отказалась, — проворчал ящер и полез в свои закрома.

В следующий раз история повторилась.

— Я, пожалуй, в другой раз зайду, — увидев насильно вытащенную из пещеры деву, пошел на попятную рыцарь.

И в следующий.

— Забыл совсем, у меня ведь еще дела есть! — смотался третий.

И в следующий.

— А я вообще мимо проходил! — начал отнекиваться четвертый. — Хотел узнать, как дойти до библиотеки.

— Ты ж, наверняка, читать не умеешь! — возмутился дракон.

— Самое время научиться! — и поминай как звали.

Вскоре, когда слух об истинной внешности принцессы распространился по округе, и так тонкий ручеек рыцарей совсем иссяк. Последний, кого дракону удалось разыскать и с уговорами привести, посмотрел на принцессу, потом взглянул на ящера.

— Извини, но нет, — сочувственно произнес рыцарь.

— Хочешь, я тебе в придачу к принцессе что-нибудь подарю? Выбирай! — с надеждой спросил дракон, справедливо опасаясь, что иначе шансы избавиться от десятипудовой нагрузки на продзапасы сводятся к нулю.

Рыцарь обвел взглядом сокровища, еще раз взглянул на принцессу и покачал головой.

После ухода последнего рыцаря, дракон долго летал над горами, а потом принял решение. Вернувшись, он схватил валяющуюся на лежанке принцессу в лапы и понес. Принцесса кричала и вырывалась, но, посмотрев вниз, притихла и присмирела. Летели они недалеко.

Всплеск, наверное, услышали все в округе, как и последующую за ним ругань вынырнувшей из озера принцессы.

— Ты что творишь? — отплевавшись и барахтаясь в воде, прокричала девица.

— Я подумал и решил, если хочу когда-нибудь от тебя отделаться, то сначала придется поработать над твоим внешним видом. Утро теперь начинается с зарядки, потом отношу тебя в это озеро на заплыв, а дальше забег вверх по скале в пещеру. А то так и останешься сидеть на моей шее до самой смерти. Моей, наверное.

— Да ты с ума сошел! — испугалась перспективы принцесса. — Я ж умру раньше, чем добегу!

— Этот вариант мне тоже подходит, — задумчиво проговорил дракон, а Роза быстро поплыла к берегу, поняв, что придется принять приготовленную ей жестокую участь.

— Ну и изверг же ты, крылатый, — с горечью сказала она, увидев, как высоко ей теперь придется забираться.

— Жду в пещере, — отозвался крылатый изверг и полетел обратно. Что б он еще хоть раз какую-то принцессу похитил — да ни в жизнь! Потом проблем и забот не оберешься.

Уже смеркалось, когда мокрая, уставшая и злая принцесса доползла до пещеры. От ужина отказалась, просто упав на лежанку. Дракон не переживал — процесс пошел.

Следующее утро началось для Розы с кошмара. Дракон выдернул ее с лежанки, заявив, что никакого завтрака, пока она не сделает зарядку. А то, что последовало за зарядкой, даже завтраком назвать трудно — так, легкий перекус. Дальше снова ждал заплыв в озере и изнуряющий подъем на гору. Принцесса начала понимать, что еще чуть-чуть — и окончательно возненавидит ящера, который игнорировал все воззвания к совести, давление на жалость, нытье и угрозы. Такой распорядок повторялся изо дня в день. Никакого сладкого, жирного, минимум мучного. Принцесса грызла набившую оскомину морковку, а дракон только говорил: «Ты мне еще спасибо скажешь!» Но пока никакой благодарности вымотанная и вечно голодная девушка не испытывала. Только злость и раздражение, так что дракон не решался к ней лишний раз подходить, уж очень нервной оказалась женщина на диете.

Через месяц истязаний одежда на Розе болталась как мешок. Подъем в пещеру проходил все еще тяжело, но занимал не полдня, а часа три. С урезанием рациона девушка тоже потихоньку смирилась, организм привыкал ко всему. Правда на дракона с его драконовскими методами она все равно смотрела косо и почти не разговаривала.

Как-то очередным утром, когда Роза делала зарядку на площадке перед пещерой, вдали показалась быстро приближающаяся точка, чем ближе она подлетала, тем крупнее становилась.

— Эй! — крикнула принцесса, — к нам, похоже, гости летят.

На площадку приземлился синий дракон с желтыми глазами и начал разглядывать девушку.

— Привет, старина! — поздоровался гость с хозяином, — слышал, ты принцессу украл, и отдавать не хочешь. А где она?

— Привет-привет, — выходя из пещеры, ответил дракон дракону. — Да вот же, перед тобой.

— Эта толстуха? — поразился синий, — ты шутишь?

— Во-первых, не оскорбляй даму, а во вторых, я абсолютно серьезен.

— Да ты из ума выжил! — продолжал смеяться чужак, — гони ее быстрее, не позорься!

— Ты мне не указывай, что делать, — начал злиться дракон, — как-нибудь сам разберусь.

— Не позорь наш род, брат! — никак не успокаивался гость, — мы не едим разумных, но это не повод оставлять ее у себя. Выгони ее, побалуй местных диких зверей.

— Друг, пока ты мне еще друг, лети отсюда подобру-поздорову, — начал наступать на синего черный дракон.

— Ты глупец! Слюнтяй! Какую-то человечку пожалел! Да она страшнее мора с чумой вместе взятых!

— Немедленно покинь мой дом! — взревел дракон. — Ты смеешь оскорблять мою гостью, не уйдешь — тебя не пожалею!

— Такое жалкое ничтожество меня не напугает! — выгнул шею и зашипел синий.

Два дракона взмыли в воздух, скаля огромные клыки и, сделав один круг в боевом танце, вцепились друг другу в глотки. Они ударялись о скалы, что огромные валуны осыпались. Роза шарахнулась в сторону, поближе к краю, боясь обвала. Ящеры били друг друга хвостами и крыльями, вгрызались зубами в чешую. И не понятно, кто из них вел в схватке. Девушка замерла, боясь даже подумать, что случится, если ее дракон проиграет.

Через полчаса, издав победный клич, черный ящер опустился на заваленную каменной крошкой площадку, наблюдая, как синий ящер неровным бреющим полетом убирается восвояси. Как только враг скрылся на горизонте, дракон, тяжело ступая, волоча за собой хвост и оставляя следы темной, почти черной крови, побрел в пещеру.

— Ты как? — аккуратно спросила Роза, присев возле закрывшего глаза ящера.

— Нормально, — тихо ответил дракон.

— Может, мне помочь чем?

— Нет, дай просто отдохнуть. На мне раны заживают, как на драконе, — попытался пошутить ящер, но неожиданно закашлялся, разбрызгивая текущую из пасти кровь.

— Может, все-таки помочь? — принцесса озабоченно смотрела на многочисленные кровоточащие раны, но дракон лишь отодвинул ее хвостом, свернулся и больше на вопросы не отвечал.

Ящер дышал, но никакой активности не проявлял. А еще обычно горячий, как печка, он становился все холоднее, и согреть его не получалось. Роза накрыла его всем, чем только можно, натаскала дров и разожгла вокруг костры. Дракон лежал, не шевелясь.

Ближайшая вода была в том злополучном озере, где каждое утро она неизменно оказывалась. Взяв два ведра, девушка спустилась с горы, набрала воды и пошла обратно. С остановками, еле живая, она донесла ведра в пещеру. Оба ушло на промывку ран. Найденные крепкие напитки пошли на обработку. Дракон и хвостом не повел.

Роза вздохнула, взяла ведра и снова пошла вниз. Второй раз подъем получился совсем тяжелый. Когда она вернулась, солнце уже садилось. Отдохнув, девушка достала ковш и начала поить дракона. Просовывать руку в пасть, чтобы вливать воду, оказалось страшно, но все обошлось. Влив целое ведро, Роза без сил легла на свою лежанку и уснула.

На следующее утро дракон тоже не проснулся. Не проснулся и через неделю. Девушка совсем выбилась из сил, ухаживая за огромным ящером, но лишь мерное дыхание говорило о том, что он жив. Становилось все холоднее, приближалась зима. Утром горное озеро покрывалось тонкой коркой льда. Роза спускалась к нему с ведрами дважды в день, два ведра — напоить дракона, два ведра для личных нужд. Эх, сказал кто бы принцессе, что она будет таскать ведра воды и добывать себе пропитание.

Пришлось перейти на подножный корм, ягоды, грибы, в которых, благодаря дракону, она начала немного разбираться. А еще дикие и кислые, но вполне съедобные яблоки. Все вяленое и соленое мясо, отложенное драконом на черный день, резалось мелко-мелко и проталкивалось дракону в глотку уже без страха лишиться конечности.

А еще за лежачим драконом необходимо убирать продукты жизнедеятельности, выгребая и сбрасывая вниз. Мыть (и тогда двумя ведрами, конечно, отделаться не получалось), периодически разминать, так как Роза не могла уверенно заявить, что у драконов не бывает пролежней. Через месяц такой жизни девушка уже сама начинала подумывать, а не сброситься ли со скалы? Зиму в одиночку ей все равно не пережить, а куда идти и есть ли поблизости человеческое жилье, она не знала. Но дракона бросить не могла.

Принцесса заворачивалась в одеяло и подолгу сидела на краю площадки, глядя вдаль, согреваясь горячим травяным чаем в железной кружке. Именно во время такого отдыха ее и застал знакомый, осипший за время долгого молчания, голос.

— Роза, это ты?

Принцесса, не веря, оглянулась. Дракон нетвердо стоял на лапах и вглядывался в нее.

— Это ж сколько я пробыл во сне, если ты успела уполовиниться? На лице так вообще одни глаза остались.

Наверное, он и еще что-нибудь сказал, но Роза поднялась, подошла и обняла ящера за шею, впервые позволив себе расплакаться.

— Вот зачем ты в драку полез, глупое животное?

— Да я высшая ступень эволюции, чтоб ты знала! — шутливо и беззлобно возмутился дракон. — И не мог допустить, чтобы мою гостью оскорбляли.

— Думаешь, я бы расстроилась или оскорбилась? — сквозь слезы спросила девушка. — Знал бы ты, сколько мне пришлось выслушать в лицо от красавцев-братьев, которые не могли не поиздеваться, видя толстую и некрасивую сестру. Или за глаза от обитателей дворца, перешептывающихся и называющих меня позором семьи. Даже отец и тот замок готов отдать на дальних землях, лишь бы сослать меня, наконец, подальше с глаз долой. А ты из-за этого чуть не погиб.

— Ну что ты, отлежался вот чуток, и почти как новенький, — легко потерся об нее мордой дракон. — Но я благодарен, что ты ухаживала за мной все это время. Представляю, как тебе пришлось нелегко.

— Да ты ничего ты не представляешь, — тихо ответила принцесса. — Я каждое утро бежала к тебе, боясь увидеть, что ты перестал дышать и твое сердце больше не бьется. Боялась, что останусь тут одна, не нужная никому…

— Все, хватит. Постараюсь тебя так больше не пугать, — примирительно сказал дракон. — А сейчас я должен привести себя в порядок, заодно поймаю кого-нибудь на ужин. Надо же отметить мое выздоровление.

Жизнь принцессы пошла на поправку вместе с драконом. Скоро стало совсем холодно, выпал снег. У зимы имелся один ощутимый плюс: купания в озере отменились. А вот подъем на гору нет. Но после покорения горы с двумя ведрами наперевес это казалось ерундой, и налегке Роза за час бегом поднималась почти на самую вершину, где располагалось логово дракона. Сам дракон результатом оставался доволен.

Принцессу было не узнать. Помимо того, что похудела она даже не вдвое, а, наверное, втрое, без сладкого на свежем воздухе при постоянных нагрузках ее обмен веществ, он же метаболизм, наладился, ушли прыщи, цвет лица выровнялся. Волосы и те ожили, стали блестящими и сильными. Из гадкого утенка она превратилась если не в прекрасного лебедя, то во вполне симпатичную уточку — точно.

С драконом оказалось интересно и весело разговаривать обо всем. Он знал миллион вещей, разных историй, веселых и не очень. Учил девушку ориентироваться по звездам, понимать природу вещей, отличать лжеца от хитреца и смельчака от идиота. На последних дракон насмотрелся и мог многое рассказать о них по стоящим при входе в пещеру доспехам.

— А как ты их так, чтобы доспех остался цел и невредим? — осторожно поинтересовалась принцесса.

— Да ничего я им не делал, — засмеялся в ответ дракон, — припугнул немного и заставил сдать броню и оружие, чтоб дураки сами, куда не надо, не лезли. С мечом в латах все смелые. И только в неглиже действительно видно, чего стоит человек.

Так прошла зима. Прошла за разговорами у очага, за любованием кристально чистым ночным небом в горах и тишиной снегопада.

Прошла весна с ее паводками и ледоходами. Весна в горах оказалась захватывающим зрелищем. Заливные луга зазеленели, растущие у гор деревья зацвели, цветы и зелень подбирались, казалось, к самой пещере. Даже мхи и лишайники воспряли после зимы и смотрелись весело и интересно. Вернулись птицы и начали вить гнезда, оглашая округу трелями и переливами. Наступило лето.

Дракон величественно сидел на площадке перед пещерой, Роза прислонилась к нему. От ящера всегда шло тепло, не обжигающее, но согревающее. Уютное. Впереди показались всадники, над которыми реяли флаги и штандарты в цветах короля Рихарда.

— Отец? — удивилась принцесса.

— Я тоже думал, что он совсем о тебе забыл, — протянул дракон, наблюдая, как всадники спешиваются и под узды ведут лошадей по узкой тропинке вверх.

— Ну, здравствуйте, — произнес король, после того, как справился с отдышкой и усмирил сердцебиение.

«А я вот бегом могу подняться», — самодовольно подумала принцесса.

— Привет, — ответил дракон, принцесса молчала. — Давненько не виделись. Лет тридцать.

— Это точно, — поморщился король.

Воспоминания о той позорной встрече, когда дракон заставил раздеться до исподнего и прогнал будущего короля через несколько деревень бегом, показывая, кто настоящий хозяин этих земель, являлись черной страницей в биографии монарха.

— Зачем пожаловал?

— Я вообще-то за дочерью, но, вижу, с тобой уже другая девица. Поэтому придется тебе отвечать, куда дел мою, — личная гвардия короля синхронно закивала, как бы показывая, что отвечать придется.

— Вообще-то, я ее никуда не девал, — усмехнулся дракон. — Видимо, сдал ты серьезно в последние годы, раз родную дочь не узнаешь.

— Клавдия, это ты? — поразился король, а принцессе захотелось побиться головой о скалу.

— Какая еще Клавдия? — удивился дракон. — Ты, старый, точно что-то попутал. Это же принцесса Роза.

— О! — засмеялся король, — ну точно моя! Прости, Клава, что не признал, — принцесса скривилась. — Это она с детства в принцессу Розу играет. Романов любовных перечитала. А я не запрещал. Чем бы, как говорится, дитя не тешилось.

— Особенно, когда родители таким имечком нарекли, — себе под нос пробурчала принцесса.

Дракон только осуждающе взглянул на девушку. Без малого год ему голову морочила!

— Ладно, дорогая, я рад, что с тобой все в порядке. Собственно, я и не сомневался, что наш старый друг тебя не обидит. Отлично выглядишь, кстати! Каникулы на природе явно пошли на пользу. А теперь собирайся, поехали домой. Дракон ведь тебя отдает? — осторожно поинтересовался самодержец.

Принцесса перевела взгляд на дракона, который даже в сторону отошел, самоустраняясь от принятия решений.

— Отдаю, — не задумываясь, ответил дракон. — Забирай.

— Я не хочу уходить, — тихо сказала принцесса, представляя, как вернется в замок, как свита вновь будет улыбаться ей в глаза, а за глаза оплевывать и втаптывать в грязь.

— Надо, — сказал дракон, — ты же понимаешь, что твое место среди людей, в замке, а не с драконом в пещере?

— А как же право выбора у людей, о котором ты мне столько рассказывал?

— Так то у обычных людей. У принцесс выбора нет. Есть долг, честь, путь. Право вершить судьбы народа, если повезет стать королевой. А свою судьбу ты выбирать и вершить не в праве.

— И ты меня так просто отпустишь? — на глаза девушки навернулись слезы.

— Отпущу, конечно! Сколько можно тебя кормить? Я уж не говорю про то, во что ты своими веночками-цветочками превратила мою суровую пещеру. Погостила — пора и честь знать.

— Ты! Ты! — слова и принцессы кончились, да и что тут сказать?

Она гордо развернулась и подошла к отцу, подавшему ей руку. Дико хотелось обернуться и узнать, смотрит ли дракон ей вслед? Но гордость не позволила. Принцесса она или кто? Больше никаких насмешек, никаких издевательств, никаких злословий в ее адрес.

Дракон долго смотрел, как удаляется пестрая процессия, летел над облаками, чтобы не заметили, просто убедиться, что нормально доедут. А потом снова сидел на площадке. Один.

Рядом, громко хлопая крыльями, приземлился синий.

— Отпустил?

— Да.

— Дурак.

— Да.

— И даже драться не полезешь?

— А смысл?

Черный дракон развернулся и ушел в пещеру, украшенную цветочками и веночками, такими милыми, что хотелось сорвать их зубами и лапами со всей жестокостью растоптать, уничтожить и выбросить. Именно так он и поступил. А синий только смотрел, как улетают в пропасть разноцветные ошметки, когда-то бывшие цветами.

Цветов не стало, но остался запах. Не цветочный — человеческий. Этот запах впитала, казалось, каждая вещь, что неимоверно захотелось сначала все перенюхать, а потом выкинуть вслед за цветами. Дракон вышел из пещеры и положил голову на лапы. И завыл. По-волчьи, длинно и протяжно.

— Верни ее, — предложил наблюдавший за ним синий.

— Ты ведь понимаешь, что не должен, — не поворачиваясь, отозвался черный дракон.

— Почему?

— Потому что я обязан дать ей выбор. Это закон.

— Понимаю, — вздохнул синий ящер. — Тогда держись. Прилетай, если что.

И взмыл в воздух, растворяясь в ночной мгле.

Полгода спустя.

— Платье так великолепно сидит на вас, ваше высочество! — щебетали придворные дамы на примерке. — Вы просто красавица, хоть сейчас портрет пиши!

— Самая прекрасная из принцесс! — подхватывали лесть другие.

Принцесса молча терпела. Примерка закончилась, дамы, продолжая восхищаться и восторгаться, разошлись.

— Я сама, — остановила девушка вошедших служанок. Те с поклоном вышли, оставив принцессу самостоятельно разбирать прическу.

Каждый день похож на предыдущий. Глупая суета и скучные разговоры. Клавдия отодвинула шторы и открыла окно в своей спальне, которая по традиции располагалась в самой высокой башне дворца. Как давно она не видела звезд. Настоящих. Ярких. Девушка любовалась ночным небом, как темная тень внезапно заполнила пространство. Практически бесшумно огромный черный ящер уселся на крыше, надеясь, что та сделана на совесть и выдержит.

— Привет, — тихо поздоровался дракон, обдав принцессу теплым воздухом. — Скучала?

— Ни капельки! — ответила отошедшая от первого шока девушка.

— А я скучал, — сказал дракон, — возвращайся ко мне.

— Нетушки! — заявила Клавдия. — Ты меня сам отдал. Я бы даже сказала — выгнал! Никуда я с тобой больше не полечу.

— Ладно тебе, не дуйся, — примирительно щелкнул зубами дракон. — Я же вернулся за тобой.

— Вернулся и думаешь, я кинусь тебе на шею и полечу в твою убогую пещерку?

— Можно не в пещерку, — не обратил внимания на колкость дракон. — Мы можем полететь туда, куда только пожелаешь. Куда ты желаешь полететь?

— Никуда не желаю. И вообще, у меня завтра свадьба.

— Да ладно?! — не поверил дракон. — Ты выходишь замуж?

— Представь себе, выхожу! За кронпринца соседней державы, между прочим! Он молод и хорош собой.

— А как же рыцари, турниры, замки в приданое? — поинтересовался ящер.

— А никак. Отец сказал, что раз уж я приобрела товарный вид, грех этим не воспользоваться. Так что приданое мое теперь еще богаче, пусть не в землях, но в договорах, пактах, соглашениях.

— Променяла меня на кронпринца, значит? — прищурился дракон.

— Так нет у принцесс выбора, забыл? И вообще, ты же сам мечтал от меня избавиться, не знал уже, кому отдать, даже приплатить пытался. Радуйся! Отделался!

— Да ничего я не мечтал! — попробовал оправдаться дракон, но слушать его никто не стал.

Принцесса захлопнула створки высокого стрельчатого окна и задвинула тяжёлые портьеры. А потом потушила свет и упала на кровать, обняв подушку. Чудовище крылатое! Столько его ждала, а он все не прилетал! И надо иметь наглость заявиться накануне ее свадьбы и предлагать сбежать? Да еще так соблазнительно предлагать…

В день свадьбы город гудел, предвкушая пиршества и развлечения. Прошлогодний турнир дал столько пищи для сплетен, но они уже сошли на нет, поэтому все ждали свадьбу и новые истории. А то, что истории произойдут — никто не сомневался.

Открытая карета, запряженная белой тройкой, несла прекрасную, действительно прекрасную принцессу к храму. Наряженная во все белое девушка, чистая и нежная, как бутон розы. Клавдия сжала букет хризантем, розы она с некоторых пор терпеть не могла.

В храме собралась вся высшая знать. На первом ряду справа — ее родные, слева — вся родня жениха, решившая, что свадьбу играть в чужой стране за счет соседа намного выгоднее, чем тратиться на пиршество у себя. Отец не возражал. «Уж единственную дочь я замуж выдам, — говорил он, — а вот сыновей». И злорадно посмеивался, представляя, как сэкономит в будущем.

Отец ждал у входа. Окинув дочь одобрительным взглядом, он подал ей руку и торжественно повел в храм к алтарю. Все гости вытягивали шеи, чтобы лучше рассмотреть невесту — уж больно много самых противоречивых слухов о ее внешности ходило. А принцесса шла, глядя прямо перед собой, и каждый шаг все сильнее отделял ее от счастья.

Ее рука в руке будущего мужа, улыбающегося пока еще невесте. Он неплохой, вроде, не хуже других — так точно.

— Есть ли кто-то или какие-то причины, которые могут воспрепятствовать браку, они должны быть названы сейчас или не произнесены уже никогда.

Начинает с традиционной фразы священник, даже не думая услышать эти самые слова. На венчании столь высоких особ подобных конфузов обычно не случается. Но данный случай явно не подходит в разряд обычного.

— Есть, — раздается от входа в храм, и все встают с мест посмотреть, кто же такой смелый.

Не торопясь по ковровой дорожке к алтарю шел мужчина. Уверенная походка и стать выдают в нем человека непростого. Черные волосы ниже пояса развеваются как плащ. Хищные черты лица и неестественно яркие синие глаза приковывают взгляд. Вслед за ним по залу идет гул сотни голосов, пытающихся понять, кто же он.

— Я заявляю свои права на эту женщину, — произносит незнакомец, а храм взрывается криками.

Семья кронпринца вскакивает, готовая начать войну за нанесенное оскорбление.

— Что за представление? — вопрошает отец жениха. — Это кто такой?

Мужчина молчит, глядя синими глазами на ничего не понимающую невесту.

— Подождите, — король Рихард поднимается и подходит к незваному гостю. — Ты что творишь? Тебе мало сорванного турнира, решил свадьбу сорвать? — зло шепчет он.

— Я не срываю, — спокойно отвечает незнакомец. — Я забираю свое по праву.

— Спроси, — усмехается король, — пойдет ли она с тобой. Ведь это девушка должна сделать выбор.

Незнакомец улыбается, и его улыбка кажется принцессе отчего-то знакомой.

— Я как-то сказал, что у принцесс не может быть выбора, — мужчина делает шаг. — Что они не решают свою судьбу, — еще шаг. — А вот женщина решать судьбу может. И не только свою.

Последний шаг — и он совсем близко.

— Я знаю, что повел себя недостойно, слишком легко отпустив. Но ты должна сама меня выбрать. И только тогда мы будем вместе.

— Ты — дракон? — Клавдия не верит глазам. — Но ты же сам говорил, что не оборачиваешься!

— Говорил, — подтвердил мужчина. — Но чего не сделаешь во имя любви. Даже человеком стать можно. На время.

— И на какое же время ты станешь человеком?

— Пока смерть не разлучит нас, мы будем жить долго и счастливо. Как люди.

— Но драконы живут тысячелетия! — это невозможно понять и еще сложнее принять.

— Зато человеческий век короток. Как только ты умрешь, я снова стану ящером, — грустно отвечает дракон.

— Я ведь буду стареть, дряхлеть…

— Отдав тебе сердце, я продолжу любить тебя до самой твоей смерти.

— А потом?

— А потом забуду.

— Совсем?

— Нет, не совсем. Но моя любовь уйдет из этого мира вместе с тобой. Иначе бы драконы сходили с ума от горя.

— Я так не могу. Не хочу знать, что после меня ничего не останется.

— Останутся наши дети, наше продолжение и любовь в них, — дракон улыбнулся, взял ее руку и поцеловал. — Если бы я мог провести старость с той, кого люблю, я бы все отдал за это. Но моя старость никогда не наступит. Мы одиночки, но, порой, и драконам нужно тепло, любовь и счастье.

Зал замер.

— А если я откажусь?

— Я уйду. Но моя любовь к тебе будет длиться, пока ты живешь. Пока ты живешь, я не полюблю другую. Так и продолжу жить в одиночестве неразделенной любви.

— По-моему, это шантаж, — сказала принцесса.

— Нет. Просто любовь дракона — штука непростая. И лучше ты поймешь это сразу, сейчас, до того, как сделать выбор.

— Любая любовь непростая, дракон, — девушка шагнула на одну ступеньку вниз, оказавшись вровень с мужчиной. — И мой выбор сделан давно. Тогда, когда я убирала за тобой и мыла огромную еле живую тушу.

— А мой еще раньше, — мужчина подхватил Клавдию на руки и понес прочь. — Когда я заглянул в волшебное зеркало и решил украсть принцессу на турнире, судьба была предрешена.

Он вынес ее из храма и посадил на вороного коня. Народ расступался, глядя, как во второй раз похищают принцессу теперь уже со свадьбы. А королям оставалось только локти кусать. Что они могут против драконов с их древними, как сам мир, законами?

Но сердце каждого из присутствующих кольнула зависть, потому что иметь шанс сделать выбор возможно лишь для истинно свободных людей. И выбрать любовь — удел самых счастливых из них.

Пир все равно состоялся, а все подписанные договоренности остались в силе. Так и разошлись миром два государя.

— Дедушка, — маленькие внук и внучка заерзали на коленях после окончания сказки. — А ты ничего не выдумал?

— Нет, — ответил старик, — может, немного приукрасил, но история самая взаправдашняя.

Оставшись в одиночестве, он посмотрел в окно, из которого виднелись горы. Какая, в сущности, разница, дракон то был или человек? Прекрасная принцесса или обычная крестьянская дочка? Он любил жену до самой ее смерти и помнил всегда, любя детей и внуков. И сейчас продолжает любить, потому что раз отданное сердце не подлежит возврату.

Content

Юлия Журавлева
Как дракон принцессу воровал