Журавлева Юлия Викторовна

Кафедра зооцелительства

1. В одной постели

Я стояла возле кровати и смотрела на лежащего на ней мужчину. От мысли, что собираюсь с ним сделать дальше, била крупная дрожь. Губы я искусала до крови, что даже неплохо с учетом ситуации: будет натуральнее выглядеть.

Ох… я тяжело сглотнула и вытерла об рубашку вспотевшие ладони. Еще не поздно отступить, просто уйти, может, он и не поймет, что случилось. А если и поймет – какая разница? Я уже отчислена. Завтра приказ передадут в канцелярию Академии, оформят, и у меня останется два дня, чтобы освободить комнату...

Нет. Я не могу этого допустить. Терять мне все равно нечего, а если что-то пойдет не так… об этом лучше вообще не думать.

А о чем тогда думать? О хорошем? У меня все было хорошо, пока я не пошла учиться в академию. Родители, не последние люди в Целительской палате, настояли на поступлении именно на целительский факультет, пусть способностей у меня явно недоставало. Тестирование выявило высокий потенциал боевой магии - восемь из пятнадцати, и темной магии - целых двенадцать пунктов. Но учиться на проклятийника или некроманта я точно не собиралась. Магии жизни всего три пункта, для получения диплома и звания “местресс” должно хватить. А дальше меня ждало замужество, жених-красавец и положение в обществе, работать я не планировала. Но для порядка и галочки пройти академию все равно должна.

Поэтому не без содействия родителей, их связей и денег я поступила на факультет целительства,  который в ту пору возглавлял местор Вайс. Он-то и посоветовал мне пойти после общих курсов на кафедру зооцелительства. Уровень эмпатии у меня был необычайно высокий. Абсолютно бесполезно, правда, кому и где нужна эмпатия? Разве что храмовникам, ну и зооцелителям при работе с пациентами.

Идея мне, в целом, понравилась. Моих трех пунктов хватало, чтобы проводить простейшие манипуляции, а эмпатия помогала налаживать контакт с животными. И все шло неплохо, я отучилась три курса на общем, после ушла на кафедру зооцелительства, где немолодой, но понимающий завкафедрой принял меня, как родную, и не трогал счастливые полгода. Я, по мере возможности, училась и старалась постигать азы науки работы с животными. А потом в Академии началась проверка.

Я краем уха слышала, что где-то наверху случился серьезный скандал, едва ли не заговор с участием целителей. И руководство Академии оказалось то ли в этом замешано, то ли просто нечисто на руку, но факт остается фактом: всех, начиная от ректора и , заканчивая всеми завкафедрой и некоторыми преподавателями, быстренько по-тихому сместили и назначили новых.

Тогда и начались мои проблемы. Местор Альдер, ставший новым заведующим кафедры зооцелительства (и почему именно он?), сразу взялся за меня всерьез. Провал промежуточных тестов по основной специализации, провал практических работ, провал итоговых экзаменов. Я завалила почти все, что только можно. И предсказуемо два дня назад получила письмо об отчислении. А мне ведь осталось проучиться всего год! Последний год продержаться – и мучения закончатся, как мои, так и преподавателей.

Нет, к этому все шло, но все равно я надеялась, пыталась договориться, рыдала в кабинете у главы кафедры, с каменном лицом наблюдавшего за моей истерикой. И никакие объяснения, уговоры, посулы, угрозы, слезы и мольбы его не тронули. Завтра приказ вступит в силу, и я отправлюсь вон из Академии. И тогда я решилась.

Родители давно вели дела с мехами – талантливыми мастерами, создающими невероятные механизмы, улучшая и усиливая их свойства магией. Это больше, чем артефакты, помогающие в работе. Эти устройства когда-нибудь потеснят магов, дав обычным людям возможности, которые и не снились раньше.

Сфера, сохраняющая изображение, а потом выдающая его полноцветную проекцию. Я ее недавно присмотрела и купила просто так. Думала, встретимся с Гильермо и сделаем пару изображений. Кто же думал, что оно пригодится мне совсем в иной ситуации и не с Гильермо?

А погрузить в сон человека оказалось совсем не сложно. Для этого не нужно ничего подсыпать или подливать в еду. Всего-то запустить через тонкую трубочку в комнату газ, предварительно самой приняв антидот, и объект гарантированно уснет на четыре-пять часов прямо там, где находился. А главное, анализ крови не покажет никаких посторонних веществ в организме. И в комнате их не засечешь - улетучиваются они быстро. Удобнее некуда придумали мехи – ничего не скажешь. Лучше только универсальная отмычка для любого замка…

Очень надеялась, что местор уже будет в кровати, но он оказался за столом, пришлось его тащить, кряхтя и ругаясь сквозь зубы.

Теперь я стояла и не могла решиться на последний шаг, а решаться нужно, и быстрее. Мехи предупредили, что газ тестовый, на практике его проверяли мало, поэтому мешкать не стоит. Еще просили потом рассказать, успешно ли у меня все пройдет...

Так что дрожащими руками я стащила с мужчины сапоги, надо было это сразу сделать, но он оказался очень тяжелый, а заклинанием телекинеза я владею плохо. Я вообще плохо владею магией, зачем мне ею владеть, если работать я все равно не планирую? Родители мне всегда говорили… Нет, о родителях думать не стоит. Что бы они сказали, узнав, что я творю? А что скажут, увидев меня с вещами на пороге дома, отчисленную из Академии? И что скажет Гильермо? О Гильермо в такой ситуации думать тем более не следует.

Сапоги сняты, теперь галстук, мудреный узел которого никак не получается нормально развязать непослушными пальцами, но портить чужие вещи не хотелось. Меня воспитывали уважать чужую собственность. И рубашку расстегнула аккуратно, стянула и повесила на изголовье кровати рядом с галстуком, чтобы не измялась.

Местор Альдер остался в домашних брюках и носках. В идеале, конечно, раздеть его полностью и раздеться самой, но так далеко моя смелость не простирались. Поэтому я просто накрыла его покрывалом, убедившись, что все равно не понятно, есть у него там что или нет.

Теперь настала моя очередь раздеваться. И, вроде, знаю, что мужчина спит, а все равно неудобно. Мы с Гильермо до такого еще не дошли, жених меня не торопил, заверив, что готов ждать свадьбы. А тут раздеваться перед малознакомым мужчиной... Обругав себя за неуместную скромность, какая скромность, когда собираешься шантажировать собственного руководителя, я разулась, сняла с себя всю одежду выше пояса, включая белье, решив, что если останусь в одежде и укроюсь целиком под одеялом, то картина не получится убедительной. А делать надо так, чтобы сомнений ни у кого не осталось. В том числе у самого местора Альдера. Одеялом я только грудь прикрыла, оголив плечо. Сделано, теперь прижаться к местору… О, боги, что я творю? Было страшно и стыдно. А ведь с ним потом придется разговаривать…

Лежа в кровати и глядя на мужчину, я в который раз засомневалась в правильности своего поступка. Нет, не так. Я знала, что он неправильный и просто незаконный, но я рассматривала его как жест отчаяния, когда нечего терять. Неужели мне так нужно продолжать здесь учиться? Ведь способностей со временем все равно не прибавится, а замуж можно и без диплома…

Только, боюсь, родители и Гильермо могут не согласиться, они на меня возлагали большие надежды. А вдруг Гильермо жениться откажется? И родители могут содержание урезать...

Я честно пыталась донести это до местора Альдера, но какое ему дело до моих личных проблем? И какое дело мне до того, что он подумает? У него же все отлично.

Сильный маг, без проблем окончивший Академию и получивший должность сразу старшего преподавателя. Талантливый исследователь, успевший к тридцати годам войти в элиту целительства, разработав несколько принципиально новых подходов к работе с животными. Привлекательный мужчина, ради которого студентки начали сильнее краситься и старательнее учиться. Высокий, смуглокожий, темноволосый и темноглазый, сразу видно – носитель южной крови. Да и имя соответствующее – Саид. Мне он вначале тоже понравился, не Гильермо, конечно, но тоже ничего. А вот я не понравилась ему сразу, стоило новому завкафедрой взять табели с оценками. Можно сказать, это нелюбовь с первой строчки табеля. Мои баллы были на нижней границе, но все же проходные, и ведь я на потоке такая не одна, но придираться и цепляться местор Альдер начал именно ко мне. И вот результат: мы лежим в одной постели, только он крепко спит и пока ничего не подозревает, а я медленно подвигаюсь к нему, кладу голову на грудь. Кто бы мог представить такой поворот в начале семестра? Точно не я. И весьма сомневаюсь, что местор мечтал о подобном завершении учебного года… А может, как раз мечтал, но боялся признаться? Тогда это многое бы объясняло. Неудобно, оказывается, на груди лежать. Почему-то все говорят, что спать у любимого на груди – очень приятно и удобно. Не знаю, проблема ли в том, что я не могу назвать местора любимым, или грудь у него какая-то неправильная, слишком твердая, но лежать жутко некомфортно. Стиснув зубы, я обняла мужчину, чувствуя, как горят щеки. Какой же кошмар, Элиза, как низко ты пала. И ведь это только начало…

Местор пошевелился, и я откатилась, точнее, попыталась, но не смогла. Мужчина повернулся на бок и сгреб меня в охапку, крепко прижав к себе. Запаниковав, я попробовала выбраться, но тут же взяла себя в руки. Так даже лучше, что он сам меня обнимает. Развернувшись к местору спиной, я магией активировала проект-сферу. Та поднялась и зависла над нами, сразу выдавая проекцию изображения, которое должно получиться. От увиденного мне стало совсем нехорошо. Я лежу на боку, волосы растрепаны, губы искусаны, лицо горит, одеяло сбилось вниз, почти оголяя грудь, мужская рука поверх, и сам мужчина, дышащий мне ухо.

Картина, конечно, та еще…

Я щелкнула пальцами, давая команду сохранить изображение, потом, дождавшись, когда хватка ослабнет, осторожно выбралась из-под руки местора. В одежду я влезала впопыхах, будто за мной гонится стая арнаудских волкодавов, нырнула в рубашку, только потом поняв, что надела ее наизнанку. Ну и пусть.

Теперь осталось достать заранее подготовленную записку в одну строчку: «Обсудим мое отчисление?», положить поверх сферу поменьше с копией записи, и уйти.

Проще некуда. Я оставила все на рабочем столе, сдвинув раскрытую методичку и наброски будущих лекций. Сфера с изображением внутри странно смотрелась, мехи сказали, что делали ее, чтобы поместить туда портрет любимой, например. Интересно, есть ли у местора любимая?

До женского общежития из корпуса преподавателей я пробиралась кустами, заработав пару дополнительных царапин в довершение к общей помятости, потом через черный ход поднялась к себе. Спасибо родителям, что оплатили мне отдельную комнату, иначе бы еще с соседкой объясняться. Как следует спрятав сферу в шкафу в ворохе одежды, я выпила успокоительное, без него вряд ли усну, завела будильник и рухнула на кровать. Все. Теперь назад пути нет, остается пережить утро и разговор с местором. И будь что будет!

Разговор не заставил себя ждать. Утром меня разбудил стук в дверь.

- Руководитель кафедры просил зайти, - девчонка, кажется, со второго курса, с веснушками и двумя рыжими косичками топталась под дверью.

- Спасибо, - буркнула я, окончательно просыпаясь.

Перед смертью не надышишься, так что я решила поскорее закончить с самой неприятной частью нашего дела - объяснениями.

Быстро ополоснув лицо, на скорую руку расчесав волосы и надев форму, я вышла из комнаты и поспешила в кабинет главы кафедры зооцелительства. Сделав пару глубоких вдохов перед дверью, громко постучала.

- Заходите уже! – раздалось из кабинета.

- Доброе утро, - вежливо поздоровалась я, проходя внутрь.

- Вы правда считаете это утром добрым, леди Риар?

Завкафедрой стоял у окна, как и всегда, в идеальном костюме, черные волосы собраны в хвост, темные глаза сверкают из-под густых смоляных бровей, чуть крупноватый нос, губы сжаты в линию, волевой подбородок покрыт фирменной и очень шедшей ему щетиной, ночью она немного кололась. Ночью.

С воспоминаниями в лицо бросилась краска, но я стояла, прямо глядя на преподавателя.

Местор Альдер достал из кармана шар и подкинул вверх. По комнате пробежался солнечный зайчик. Я по-прежнему молчала, наговорилась уже в этом кабинете.

- Знаете, леди, а я вас недооценил, - преподаватель заглянул в шар, от чего у меня загорелись уши, щеки пылали давно. – Нет, серьезно. Я-то думал, вы несчастная девушка, которая выбрала не тот путь в жизни и не может этого признать. А оказывается, вы наглая и беспринципная шантажистка, готовая ради достижения цели на любую подлость. И даже залезть в мужскую постель.

- Я не… - местор поднял брови, ожидая продолжения, я же выдохнула. Да, пусть он думает обо мне именно так. Мне ведь это и нужно. – Я не хотела, чтобы до такого дошло. Но вы сами не оставили мне выбора!

- Значит, это я виноват?

- Да! То есть нет, но все равно, - почему я теряюсь в такой важный момент? – Я же просила, а вы остались равнодушны к моим мольбам и просьбам!

- Это нормально, леди Риар, здесь Академия, а не детская группа, и кого попало не держат. Если ученик не справляется – он вылетает. Так было и так будет.

- Но вы же… - меня затрясло: а если этот человек пожелает рискнуть и все обнародует? Сдаст меня властям? Родителям? Обернет мой шантаж против меня? Ушедшие, почему я думаю об этом сейчас, а не тогда когда готовила свой “гениальный” план? Почему-то мне казалось, что местор испугается потерять должность и сразу станет сговорчивым. Значит, рисковать должна я. – Вы не посмеете! Иначе это вам дорого обойдется!

- А вам? Неужели позор не страшнее отчисления из Академии?

Удивительно, но местор был спокоен. Убийственно спокоен. Вот если бы он орал, обвинял, пытался мне в ответ угрожать, я бы чувствовала себя проще. Именно я была бы жертвой ситуации. Но он почему-то не орал, а лишь смотрел с легким прищуром, внимательно, оценивающе. И, кажется, видел сейчас во мне совсем не горемычную студентку, а именно что шантажистку и падшую женщину.

- Вы не понимаете. И не поймете, - я отвернулась.

- Вы правы, мне действительно не дано понять, как девушка из такой уважаемой семьи оказалась способна на такую низость и подлость. Что бы сказали на это ваши родители?

- Мое отчисление расстроило бы их куда сильнее, - сквозь зубы процедила я. Он не пробьет меня своими оскорблениями.

- Если бы вы проявляли большее рвение в учебе, то выбор бы был. Но, вижу, вы нашли путь проще.

Я проглотила очередные несправедливые упреки. Да я честно старалась лучше учиться, а толку-то? Кого волнуют мои успехи в смежных направлениях или то, что из целителей я лучше всех показала себя на боевом полигоне, а проклятья снимаю легким движением руки? Жаль, накладывать их нас никто не учит. Но в целительстве я была пусть и не полным нулем, но теми самыми тремя пунктами из пятнадцати по магическому распределению.

- Идите, леди, наш разговор окончен. Если вы так жаждете учиться, я не собираюсь вам препятствовать. Но все экзамены будете сдавать на общих основания, не думайте, что теперь можете совсем забросить занятия.

Я недоуменно взглянула на мужчину, севшего за свой рабочий стол и сосредоточившегося на бумагах. Вот так просто? Я же готовилась нападать и держать оборону, а он взял и махнул рукой. И вот зачем, спрашивается, до этого надо было доводить? Неужели сразу нельзя было договориться? Вслух я, конечно, ничего спрашивать не стала. Меня все равно показательно игнорировали. Ну и ладно.

Я молча вышла, прощаться или благодарить за представленную возможность не собиралась – вот еще. И, кажется, все прошло как нельзя лучше. Меня не прибили, не сдали властям, родителям, и документы об отчислении в ректорат, похоже, тоже не сдадут. Осталось продержаться год учебы, получить заветный диплом – и дело в шляпе. Просто отлично и замечательно.

Только на душе все равно гадко и кошки скребут. Ну да ладно, с кошками как-нибудь договоримся, не зря же я зооцелитель с высоким эмпатическим даром.

2. Письмо

Весь день после разговора с завкафедрой я проходила сама не своя. Несколько раз пыталась сесть за учебу, но сосредоточиться не получалось. А ведь местор Альдер ясно дал понять, что за красивые глаза мне экзамены не зачтет. Но уже то, что я к ним вообще допущена, обнадеживало. Сдам как-нибудь, мне же лишь бы проходной балл набрать, я же работать потом не собираюсь по специальности и в стипендиаты не рвусь. Спокойно дожить последний год в академии - и забыть все как страшный сон. Но сон мне сегодня не светил. Во всяком случае, спокойный.

Под вечер в комнату постучала комендантша общежития. Женщина крупная, суровая, вечно хмурая, смотрящая на студентов так, будто видела, как мы все тут казенное имущество портим. Ходили слухи, что она из боевых магов, и как-то получила ранение, магию почти выжгло, вот и пристроили ее хоть куда-нибудь. С бытовыми заклинаниями она справлялась нормально, а большего здесь и не требовалось. Местресс Тилия оглядела меня, поджав губы, и практически сунула в руки конверт из жесткой желтой бумаги. Я только плечами пожала и вернулась за стол, где пыталась изучать премудрости зооцелительства, перевернула конверт… и сердце ухнуло вниз.

На конверте стояла крупная печать тайной стражи - подразделения, занимающегося расследованием самых тяжелых преступлений. От одной мысли, что им могло от меня понадобиться, ладони вспотели, а внутри все сжалось. Дрожащими руками я вскрыла конверт, в котором нашелся достаточно лаконичный приказ прийти завтра в приемное отделение, иметь при себе удостоверяющие документы, включая печать мага, и быть готовой давать показания. Никак иначе данное послание не расшифровать, поскольку начиналось оно с фразы: “Элизе Риар завтра, 27 числа текущего месяца, надлежит явиться к девяти утра по адресу…”. Далее адрес, упоминание документов и показаний. В глазах потемнело, но я взяла себя в руки, допила чай в чашке, покрутила в руках пузатый заварочный чайник, поняв, что он пустой. Подумала заказать из местного кафетерия еще с чем-нибудь вкусным, но вряд ли чай и сладости смогут меня успокоить. Напротив, после первого шока мысли заработали на полную. Сердце возвращалось из пяток, захватив с собой обиду и злость.

Нет, я это так не оставлю! Сдавайте экзамены - сказал он! Продолжайте учиться! Ну, местор, если вы считаете, что я буду молчать, глубоко заблуждаетесь! Да я такого расскажу, что вы меня весь семестр соблазняли, нарушая все писаные и неписаные законы вместе с преподавательской этикой! Только что я была близка к панике, но теперь внутри все кипело. И спокойно сидеть, дожидаясь завтрашнего дня, физически не могла. Время еще не позднее, передвижение по территории академии пока не ограничено, так что, недолго думая, я схватила письмо, накинула пальто - ранняя весна, на улице прохладно, вышла, игнорируя недовольный взгляд комендантши, и направилась прямо к преподавательскому корпусу.

Большинство преподавателей, особенно семейные, жили за территорией академии, да и многие одинокие предпочитали в свободное время отдыхать от студентов. Но местор Альдер, на мое счастье и свое горе, жил в общежитии. Свободно проходить туда, разумеется, нельзя. Но если с черного хода, мимо прачечной и котельной, открыв универсальной отмычкой, да хранят мехов ушедшие и даруют им здоровье, долголетие и побольше новых идей. Дверь к руководителю я вскрывать не стала. Судя по тоненькой линии света из комнаты, местор был у себя. Значит сам откроет. Я требовательно постучала.

- Иду, - раздалось изнутри, замок щелкнул, потом звук, похожий на задвижку - надо же, добавил защелку в комнату! Предусмотрительный какой! - А, это вы…

- Местор, - с порога начала я, поскольку меня просто-таки распирало от желания высказаться. - Мне казалось, мы с вами договорились, а вы?

- А я? - переспросил завкафедрой. Издевается что ли?

- А вы заявили на меня тайной страже! Думаете, так просто от меня избавитесь? Или я не найду, чего сказать? - все больша заводилась я. Это утром я чувствовала себя преступницей, но сейчас я отлично вошла в роль жертвы и выходить из нее не собиралась.

- Говорить вам действительно стоило бы поменьше, - не стал дослушивать мою пламенную речь преподаватель. - И избавиться от вас легко я уже и не надеюсь. А вот с тайной стражей, признаться, не совсем понял. С чего вы взяли, что я куда-то заявил о вашей выходке?

- С чего? - взвилась я. - А вот с этого!

И протянула ему письмо.

Чем дальше читал местор, тем выше ползли его брови.

- Нда… - руководитель протянул мне бумагу назад. - Вижу, вы не отказываете себе в самых разных развлечениях. Мне еще, наверное, повезло, что так легко отделался.

- Какие еще развлечения? Что вы несете? Я приличная девушка! - на этом местор так красноречиво усмехнулся. - Я единственный раз с вами нарушила закон, и то из-за крайней необходимости!

- Если вами заинтересовалась тайная стража, значит, я у вас не единственный, - прозвучало это, прямо скажем… - Леди, - местор тяжело вздохнул. - Неужели вы всерьез думаете, что, заяви я обо всем, вам бы прислала письмо тайная стража? Из-за банального шантажа студенткой преподавателя? Или вы считаете себя столь важной персоной, что обычную стражу даже не рассматриваете? - в голосе мужчины чувствовалась издевка, но в чем-то он был прав. Тайная стража и обычными убийствами не занимается, только чем-то из ряда вон…

- Значит, это не вы?

- Не я, - подтвердил местор.

- А кто? - я была настолько уверена, что это все он, что теперь чувствовала себя совершенно выбитой из колеи.

- Это у вас надо спросить, кто. И, если других вопросов ко мне нет, я бы хотел продолжить работу. Вчера, знаете ли, многое не успел, - и последнее с таким прозрачным намеком.

- Зато выспались, - буркнула я, и только потом поняла, что сказала.

- Всего хорошего, - не выдержал местор и уже почти закрыл передо мной дверь. - Одну секунду, леди Риар, - остановил меня завкафедрой. - Вы уж постарайтесь, каков бы ни был исход дела, оповестить академию. Надо же понимать, ждать вас на экзамены и включать в экзаменационные ведомости или нет.

- Непременно, - огрызнулась я и пошла обратно.

К себе возвращалась с меньшей прытью. Из-за чего меня могли вызвать арнаудские волкодавы - так называли тайных стражей в народе за их символ-нашивку - в голову не приходило. Я правда не совершала ничего такого, за что меня и обычные стражи могли привлечь, не считая шантажа местора Альдера, конечно, а уж тайные…

Теперь о возвращении за учебники и речи не шло. Я расхаживала по комнате, перебирая в голове события недавнего прошлого, но ничего дельного на ум не шло. У меня и среди знакомых только уважаемые люди, я и в академии старалась держаться только в кругу своих, не обращая внимания на всяких выскочек из народа. Решив, что придется второй день подряд пить снотворное-успокоительное, я легла спать глубоко за полночь. Как-то все шло не так.

Утром я встала пораньше, пусть после настойки голова была тяжелая, а самочувствие из-за недосыпа неважным. Мне предстояло просмотреть свой гардероб, чтобы выглядеть скромно, но с достоинством. Зачем бы меня ни вызвали в отделение тайной стражи, следовало произвести правильное впечатление. А поскольку я предпочитала яркие и модные вещи, задача оказалась нетривиальная. Я долго перебирала гардероб, отметая одну вещь за другой. Вот темное платье, спереди все хорошо, да только спина открыта, и пиджак сюда не пойдет, а подходящей к нему накидки у меня нет. Голубая блузка ничего так, но она летняя, не по сезону. Придя к выводу, что местный шкаф слишком мал, вещей у меня почти нет, я окончательно расстроилась. Вот дома у меня целая гардеробная комната в два раза больше этой комнатушки в академии! Жаль, домой я заехать не успеваю, это надо было совсем затемно вставать. Академия магии находилась в пригороде, сейчас бы к тайной страже успеть…

Ехать пришлось в форме: темно-синяя блузка и такая же юбка. На самом деле, форма мне даже шла, она отлично оттеняла светло-русые волосы и голубые глаза. Чуть-чуть подкрасилась, тронула блеском губы, подвела глаза, собрала в пучок волосы - пойдет.

Тайная стража располагалась в самом обычном, ничем не примечательном четырехэтажном здании, сливающимся с окружающими его доходными домами. Я даже у извозчика переспросила, туда ли он меня привез?

- Туда, госпожа, все, как вы сказали, - мужчина нетерпеливо поглядывал на меня через плечо, ожидая, когда я наконец изволю выйти и отпущу его работать дальше.

Спустившись на землю, я прошла через единственную дверь, старую и обшарпанную, и поняла, в чем подвох. Изнутри здание выглядело иначе: дверь тяжелая, обитая железом, на окнах решетка едва ли не с мою руку толщиной, вокруг магическая защита. Теперь верю, что здесь отделение тайной стражи.

- Вам назначено? - спросил суровый страж на проходной.

- Да, - я без лишних слов протянула ему послание.

- Второй этаж, четвертый кабинет справа, - вернул мне бумагу волкодав.

Я глазами отыскала лестницу, поднялась на этаж выше и постучала в нужную дверь.

- Открыто, - раздалось изнутри.

Я прошла внутрь. Кабинет, как кабинет. Мужчина за столом тоже вполне обычный, чуть старше нашего завкафедрой, и не такой здоровый, как постовой на входе. Я бы даже сказала щуплый, с тонкими и мелкими чертами лица, очень внимательным и цепким взглядом, которым он по мне, не стесняясь, прошелся. Стало не по себе. Кого другого я бы сразу одернула, чтобы не пялился, а с этим приходится терпеть.

- Элиза Риар, да? - небрежно спросил он.

- Да, это я, - столь бесцеремонное обращение начинало злить. Меня еще ни в чем не обвиняют, да и не обвинят. Поэтому уточнила: - Леди Элиза Риар.

- Садитесь, леди, - в голосе стража послышалась насмешка, он вообще понимает, с кем говорит?

Я, поджав губы, присела и положила на колени небольшую сумочку.

- На ваши документы я для порядка взгляну.

Страж достал самопишущий артефакт, два камня к нему, один должен держать он, другой я. Проверил мои документы, покрутил их по-всякому, поднес к глазам, разве что не обнюхал. Как есть волкодав.

- Итак, леди, вы не против, если я запишу наш разговор? - страж вернул мне документы и взял камень самописца.

Я же дотрагиваться до камня не спешила.

- Сначала я бы хотела узнать, кто вы и о чем будет наш разговор.

- Я подписывал письмо, которые вы получили и наверняка прочли, раз приехали, - там точно стояла подпись с расшифровкой, но я не придала ей значения. - Капитан тайной стражи, Кайнен Лесс, к вашим услугам, - все-таки представился страж. - А наш разговор пойдет о вашей семье.

- О моей семье, а что с ней? С родителями что-то случилось? Они живы? - я сразу перебирала худшие варианты.

- Живы, - подтвердил капитан. - Так вы будете отвечать на самописец?

Я схватила проклятый камень, понимая, что мне ничего нормально не скажут и не объяснят, пока я не соглашусь.

- Замечательно. Леди Риар, ваши родители когда-нибудь обсуждали с вами свои дела, говорили, чем именно они занимаются в Целительской палате? Посвящали в тонкости работы?

- Нет, я не интересовалась, - поскольку способностей к целительству у меня особо не было, смысла вникать в их работу я не видела.

- Возможно, вы находили в доме какие-то странные вещи, предметы, документы?

- Как именно я могла их найти? - я тут о родителях волнуюсь, а он со своими глупыми вопросами. - Я не имею привычки копаться в чужих вещах.

- Например, когда делали уборку, - предположил страж.

- Я не делаю уборку.

В доме достаточно слуг, как и в академии можно доплачивать за услуги уборщицы.

- Понятно, - мужчина понимающе усмехнулся. - И все же вы замечали какие-то странности? Может, слышали разговоры родителей о делах, работе, исследованиях, лекарствах?

- Капитан, я ни слова больше не скажу, пока вы не скажете мне, к чему все эти вопросы и что с моими родителями?

- Могу я считать, что вы отказываетесь сотрудничать со следствием?

- Это следствие отказывается сотрудничать со мной! - я положила артефакт и показательно скрестила руки на груди. - Я не видела и не слышала ничего подозрительного, не понимаю, к чему все эти вопросы?

- Вы что-нибудь слышали от родителей о драконьей чуме? - страж опустил свой камень, но вопросов не прекратил.

- В детстве, конечно, как и всем, мне читали книги, потом уже в школе я изучала историю, в академии тоже что-то о чуме изучали.

Очень мало, кажется. Или это я не сильно вдавалась в подробности. Триста лет прошло, если не больше, какая может быть чума?

- Ваши родители обвиняются в пособничестве государственному изменнику, в работе над созданием новой драконьей чумы и экспериментах на людях, повлекших смерть подопытных.

Я несколько секунд в упор смотрела на человека, который, кажется, решил надо мной поиздеваться, а потом вскочила со стула.

- Вы вообще о чем?!

Все это не может быть про моих родителей, тут точно какая-то ошибка!

- Сядьте, леди Риар. И постарайтесь сохранять спокойствие, - приказным тоном сказал страж. - Абсолютно все, что я сказал - правда. И вина ваших родителей очевидна, именно поэтому они арестованы, им предъявлено несколько обвинений. Очень тяжелых и серьезных. До суда они пробудут в тюрьме, а дальше - как решит суд.

Я села, вернее, упала на стул. Бред какой-то. Голова шла кругом, перед глазами все плыло. Надо взять себя в руки, но подумать легче, чем сделать.

Стражу я не верила, здесь какая-то ошибка. Моих родителей подставили, они очень успешные целители, уверена, у них достаточно завистников. Или просто какое-то недоразумение.

Посмотрев на меня, капитан Лесс поднялся, налил в стакан воды и подал мне. Отказываться я не стала.

- Вы понимаете всю серьезность, леди? - страж крутил карандаш, ожидая, пока я переварю новости и приду в себя.

- Это ошибка, - озвучила свою мысль. - Мои родители не могли.

- Могли или нет - решать не вам. От вас нужны ответы, известно ли вам что-то об их работе. На самописец.

Пальцы дрожали, когда я брала камень. Прохладный и гладкий темно-бурого цвета, он постепенно нагревался в моей ладони.

- Я последние четыре года не жила дома, - голос тоже начал дрожать, и я постаралась придать ему уверенности. - Когда приезжала домой, о работе с родителями почти не говорила. Могла спросить “как дела?”, и получить ответ “хорошо”.

- А раньше, до поступления в академию? - теперь страж крутил в руке камень, видимо, просто так спокойно сидеть не умел.

- Тогда я еще в школе училась и со мной точно никто ничего не обсуждал.

И все же в голове всплывали редкие образы и обрывки фраз. Нет, не о драконьей чуме, разумеется. Но какие-то исследования, опыты, люди. Но мало ли к чему они были? Нет. Не верю. Мои родители - не преступники! И тем более не убийцы.

- В вашем доме произведен обыск. Мы нашли и изъяли записи, точно сделанные вашими родителями. На их рабочих местах также достаточно подтверждений не просто их участия, а руководства над проектом создания чумы.

- Их заставили, - проговорила я. - Наверняка, шантажировали чем-то. Они не могли.

В глазах стража мелькнула жалость, он покачал головой и отложил камень-самописец. Я тоже хотела отложить, но из рук, показавшихся деревянными, камень выпал, стукнулся о столешницу и покатился. Капитан ловко поймал его и вернул в специальное углубление на самом самописце - небольшом ящике, из которого достал две страницы, с отпечатанными как в типографии буквами.

- Ознакомьтесь и подпишите, - протянул он мне листы.

Я глупо смотрела на бумаги, но буквы не хотели складываться в слова, смысл ускользал, перед глазами все плыло. Это какой-то бред.

- Не буду, - приняла решение я. Что бы там ни было, я ничего в этом всем не понимаю. Если дело серьезное, то могу только навредить. - У нашей семьи есть поверенный.

- Не уверен, что ваш поверенный продолжит работать с вашей семьей. Но государственного защитника обязательно предоставят. Значит, подписывать отказываетесь?

- Да.

Страж невозмутимо сделал на обратных сторонах листов пометки и убрал в папку к другим документам.

- Я должна поговорить с родителями, - слабым голосом произнесла я.

- Это возможно, но только один раз до суда.

- Хорошо.

Мне было все равно, потому что просто жизненно необходимо с ними встретиться и во всем разобраться. Я не верю, что родители виноваты. Может, они в чем-то и участвовали, но по незнанию или под принуждением. Мне нужно спросить у них, уверена, они смогут все объяснить.

Дверь в кабинет открылась и к нам зашел очередной страж, высокий и достаточно молодой огненно-рыжий парень, весь в веснушках. Нам нем так странно смотрелась черная форма со скалящимся волкодавом на плече.

- Саймон, это леди Элиза Риар. Проводи ее в комнату свиданий, я отдам приказ, чтобы туда привели ее родителей, - капитан Лесс взял в руки переговорный артефакт. - Всего хорошего, леди, - кивнул он мне на прощание.

Я ничего не ответила. У меня не нашлось добрых пожеланий для этого человека.

3. Встреча

Мы пересекли длинный коридор, спустились на первый этаж и шли уже несколько минут. Здание казалось бесконечным, видимо, снаружи оно замаскировано даже сильнее, чем я вначале подумала. Целая крепость.

Рыжий страж с интересом поглядывал на меня, но ничего не говорил; только когда мы пришли к нужной комнате, любезно открыл железную дверь, насквозь пропитанную магией, и впустил внутрь.

В комнате боком к двери стоял стол и по два стула с каждой стороны.

- Садитесь слева, - кивнул на стулья мой провожатый.

Я не стала спорить, какая разница? Села на неудобный железный стул, вмонтированный в каменный пол, и приготовилась ждать, поглядывая на открытую дверь.

Первое время побаивалась, что комнату закроют и запрут меня здесь одну, а место, пусть и простое, ассоциации навевало жутковатые. Но дверь осталась нараспашку, а рыжий страж, Саймон, кажется, так его назвал капитан Лесс, терпеливо стоял, прислонившись к косяку. На меня он старался не смотреть, но, поскольку я следила за проходом и ждала родителей, периодически ловила на себе его взгляд.

Шаги я услышала издалека, встала и хотела выйти в коридор, на страж жестом остановил и покачал головой: нельзя.

И все же сесть на место не заставил, поэтому, стоило папе первому зайти в комнату свиданий, я сразу кинулась ему на шею.

- Папа!

Он не обнял меня в ответ - руки скованы, как у преступника. Но он не мог! Мой папа не такой! Александр Риар всегда казался мне образцом всех лучших качеств в мужчине и в человеке. Добрый, внимательный, любящий, мудрый, он всегда был на моей стороне и никогда не отказывал в помощи, в чем бы она не заключалась.

Следом зашла мама, тоже в наручниках, но она сама бросилась ко мне.

- Девочка моя! Лиза!

Я обняла маму и расплакалась, она тоже всхлипывала, но старалась держаться. Моя мама всегда была особенной. Мария Риар, сильный маг, выдающийся целитель, красивая и умная женщина. Она и сейчас выглядела эффектно, даже в нелепой серой тюремной робе. Волосы аккуратно заплетены в косу, высокая, стройная, и никакие мешковатые брюки и рубашка этого не скроют. Мне все говорили, что красотой я пошла в мать. Жаль, таким же талантом ушедшие не наградили. То есть раньше я думала, что все это ерунда, я же все-таки не дура, а особые способности в жизни не главное. Не всем же делать блестящую карьеру. А теперь почему-то подумала, что очень бы хотела иметь не только выдающиеся внешние данные, но и что-то кроме.

- Я прошу сесть на места, не вставать, не прикасаться друг к другу. У вас тридцать минут, - предупредил страж, приведший родителей.

Мы сели за стол, и комната тут же разделилась охранным барьером на две половины. В одной остались мои родители, в другой сидела на стуле я.

И только после этого сопровождающий меня рыжий вышел вместе с коллегой, и дверь за ними закрылась.

- Объясните, что произошло? - я с надеждой смотрела на маму и папу. Сейчас они скажут, что произошло недоразумение и скоро их выпустят. Что я могу ни о чем не беспокоиться. Но почему-то с ответом они не спешили, переглядывались, будто решали, кто из них должен начать говорить.

Слово взял папа.

- Лиза, ты уже знаешь, в чем нас обвиняют?

- Да, мне наговорили чего-то ужасного. Драконья чума, эксперименты на людях, - я вздрогнула и обхватила себя руками за плечи, до сих пор переживая услышанное.

- Это все правда, - тяжело признался папа.

Я, не веря, смотрела на него, затем перевела взгляд на маму. Они кивнула и быстро стерла с глаз выступившие слезы.

- Вы… работали с драконьей чумой? - это не укладывалось в голове. Бред какой-то. В ушах зашумело, перед глазами поплыло.

- Да. Мы не планировали никого убивать, ты не подумай. Нам обещали, что чума не выйдет из лаборатории. А если и выйдет, то очень узконаправленно, именно этим мы и занимались. Сузить круг восприимчивых сначала только до людей, затем сделать так, что заболеть могут только ближайшие родственники, а потом - один человек. К тому же параллельно разрабатывалось лекарство.

- Но… зачем?

- Ты, наверное, уже не помнишь, но мы ведь не всегда жили в достатке.

- Почему, помню, смутно, правда, - лет до пяти я жила с родителями в небольшом старом доме, доставшемся отцу по наследству. Пусть мы и относимся к знати, не к Высоким лордам из древних родов, конечно, но богатством мои дедушки и бабушки похвастаться не могли. И от это я только сильнее гордилась родителями: они сами всего добились - думала я.

Сначала меня отдали в обычную школу, и примерно тогда же у нас все пошло в гору. Мы переехали в более респектабельный район, в просторную красивую квартиру, меня перевели в другую школу. Помню красивую бордовую форму в клетку, белую рубашку с воротником-стоечкой, приталенный пиджак. Потом мы купили особняк в пригороде, где уже были и слуги, и небольшая конюшня. Заканчивала учиться я в престижном частном  пансионе.

- Значит, все это… вы заработали…

Язык не поворачивался сказать… да они…

- Как вы могли?! - я вскочила и начала метаться вдоль магической перегородки, заламывая руки. - Что теперь с вами будет? А как же я? Как мне теперь жить? А если вас осудят? Что тогда?

Мама тихо всхлипывала, я же не могла остановиться, просто не понимала, как жить дальше?

- Сядь, - попросил отец. - Сядь и успокойся.

- Да как тут успокоиться?!

И тут отец со всего маху ударил по столу закованными руками. Мама вздрогнула и прекратила плакать, я же встала как вкопанная.

- Садись, Лиза. Садись и слушай внимательно. У нас мало времени, а второго посещения до суда не будет.

- Вот и поговорим после суда, - я была зла на родителей. Как они могли? Как они могли так со мной поступить? Все, во что я верила, оказалось ложью.

- После суда мы уже не поговорим. Нас казнят как тех, кто помогал предателю и изменнику.

- Что?

Мне показалось, я ослышалась. Казнят? Их… убьют? Голова закружилась, ноги стали ватными.

- Но вы же говорили, что не хотели ничего плохого, что драконья чума не должна была выйти из лаборатории… - прошептала я.

- Не важно, чего мы хотели. Важно, что в итоге случилось. И да, мы предатели и изменники. Но мы хотели, как лучше. Лучшей жизни для себя, а главное - для тебя. Но теперь тебе придется несладко, поэтому успокойся и послушай меня внимательно.

Я никогда не видела папу таким. Сосредоточенный, бледный, с лихорадочно блестящими глазами, под глазами залегли темные тени, морщины стали резче на осунувшемся лице. Поэтому молча вернулась на стул напротив и вцепилась в стол, почему-то так стало легче.

- Все наше имущество реквизировано, включая дом.

- Все? - глупо переспросила я. - Совсем все? У нас больше нет дома? Даже дома?

- Да, Лиза. Все. Но ты не виновата, поэтому имеешь право забрать свои вещи. Не все, - сразу уточнил папа. - Тебе не дадут взять украшения: фамильных у нас нет, все остальное уже должны были описать и изъять. Но если что-то найдешь - даже не пытайся. Не стоит наживать лишние проблемы. Защитить тебя, в случае чего, теперь некому.

- А Гильермо? - у меня ведь остался жених. Да, он пока не муж, но не откажется же от меня? Или... откажется?

- На Гильермо я бы не рассчитывал, - подтвердил мои мысли отец. - Но можно попробовать к нему обратиться, если будет совсем плохо.

- Куда уж хуже, - вырвалось у меня.

- Поверь, есть куда. Дальше. Что тебе необходимо взять: обычные практичные повседневные вещи, в которых ты сможешь ходить. Бери с умом, денег у тебя теперь нет, счета семьи арестованы, и твои тоже, так как собственного источника дохода у тебя не было, - на меня, будто град, сыпались плохие новости. Оказывается, и правда, может быть хуже. У меня нет ни дома, ни денег. - Поэтому возьми несколько самых дорогих платьев. Выбирай универсальные, со шнуровкой, которые легко подогнать по любой фигуре - их легче продать, - у меня глаза на лоб полезли, продавать платья?! - Обязательно возьми теплые вещи, они самые дорогие. Пальто, обувь. Шубы не бери, меха отнесены к предметам роскоши, их тебе все равно не дадут вынести.

- Не дадут?

- Да, скорее всего, все, что ты решишь забрать, тщательно досмотрят стражи. Поэтому лучше сразу попроси, чтобы среди стражей, которые откроют тебе дом, была женщина.

Мне стало совсем дурно. Кто-то станет копаться в моих вещах, в моем белье…

- Также ты имеешь право взять вещи первой необходимости: одеяло, подушку, пару комплектов постельного белья, минимум посуды. Бери, иначе это все тебе потом придется покупать самой.

Я только кивнула. Говорить сил не было. Обдумаю сказанное после.

- И еще. Твоя индивидуальная комната в академии платная. Оплата ежемесячная со счета. Как ты понимаешь, платить тебе теперь нечем.

- Меня выселят? - и куда я пойду? У нас и родственников-то нет. Друзья… если я на жениха не могу рассчитывать, то какие тут друзья? От меня все отвернутся, как только узнают. А они узнают, и очень быстро. Ушедшие, что теперь будет…

- Доченька, соберись и послушай папу, - попросила мама. Ей самой тяжело давались слова, но она держалась.

Я смотрела на родителей. Их казнят… нет, этого быть не может. Моих родителей не убьют, это же… это же…

- Лиза, послушай меня, - ласково попросил папа, я шмыгнула носом и совершенно неприлично вытерла глаза рукавом блузки. Не до приличий теперь. Какие приличия, когда я вот-вот стану бездомной сиротой. - Пока ты студентка академии, о жилье можно не волноваться. Да, тебя выселят из платной одноместной комнаты и переселят в обычную, - обычная комната, в которой живут по двое, а то и по трое… - Но главное - у тебя будет крыша над головой и минимальное питание в общей студенческой столовой.

По такому же общему меню, от одной мысли о котором становилось дурно.

- Это ужасно, - я качала головой, не в силах поверить, что это теперь мое будущее - многоместная комната в общаге и студенческая столовая…

- Это нормально, множество людей так живут, а сколько живут еще хуже - ты себе представить не можешь, - поправил отец. Представить у меня действительно не получалось, но, боюсь, как бы не пришлось не только представить, но и испытать. - Главное для тебя сейчас - успешно сдать сессию.

Я нервно засмеялась. Да меня тут чуть не отчислили, а теперь я кровь из носа должна набрать проходной балл, иначе рискую оказаться на улице без медяка в кармане.

- Постарайся, ты сможешь. Лиза, посмотри на меня, - я подняла глаза, понимая, что как никогда близка к истерике. - Ты через год станешь дипломированным целителем.

И вот теперь мне стало по-настоящему смешно. Я никогда не хотела становиться целителем, у меня способностей к целительству - три единицы из пятнадцати, да это все равно что ноль! Я четыре года маялась в академии, проходя большинство предметов мимо. Да меня ни разу не интересовала анатомия или основы алхимии, какой из меня целитель? Я собиралась получить диплом и выйти замуж! В красивом пышном платье с длинной фатой, чтобы ее несли милые детишки. Я и теперь видела свою свадьбу  и детишек, только улыбались они мне как-то издевательски.

- Ты справишься, - мама приложила руку к барьеру, по нему сразу побежала рябь. - Ты должна быть сильной, Лиза. И двигаться дальше, несмотря ни на что.

- Я не смогу, - я отчетливо понимала, насколько не приспособлена к жизни. - Как я без вас? Почему же вы раньше не сказали? Не сбежали? - да все что угодно лучше, чем казнь!

- Мы не могли, Лиза, - мама смотрела в сторону, избегая прямого взгляда. - На всех сотрудников Целительской палаты тайная стража еще давно поставила специальные метки. К тому же нас держала данная клятва… Там все очень сложно. И если бы мы попытались сбежать, то могли поставить под удар и тебя. Мы даже из города выехать не могли, только надеялись, что наша причастность не вскроется, но…

Мама запнулась и сглотнула.

А я не к месту вспомнила: слухи про заговор целителей, начавшиеся пару месяцев назад, последовавшее за ними смещение ректора академии и большинства деканов, смена нашего завкафедрой…

- Я не верю, что ничего нельзя сделать. Вы ведь отличные специалисты, такие всегда нужны!

- Есть вещи, которые не прощают, - отец тяжело вздохнул и ссутулился, плечи у него поникли, голову он опустил. Он ни во что не верил и ни на что не надеялся.

Мне ужасно хотелось подойти к ним, обнять, прижаться, поддержать и почувствовать поддержку самой. Я же не выдержу. Я не смогу одна. Да я и не умею толком ничего, как я без них?

- Время закончилось, - страж зашел в комнату, и перегородка, разделяющая нас с родителями, исчезла.

Они встали, я тоже, молча подошла и обняла. Кто знает, удастся ли еще вот так?

- Пожалуйста, прости нас, - шепнула мама. - И сделай все, чтобы жить и стать счастливой.

Счастливой… это слово крутилось  у меня в голове, когда я смотрела им вслед.

Как стать счастливой, когда разом теряешь все? У меня теперь ни семьи, ни денег, ни дома - ничего. Разве это вообще жизнь?

4. Учеба

Как я шла обратно по коридору из комнаты свидания - запомнила плохо. Просто механически переставляла ноги и чуть не споткнулась о первую же ступеньку лестницы.

- Осторожно, леди, - рыжий страж поймал меня, а потом, присмотревшись, взял меня за руку, как маленькую, и практически потащил на воздух. На выходе он что-то сказал постовому, а затем мы оказались на улице, где я наконец смогла нормально дышать.

- Как вы себя чувствуете, леди? - участливо спросил страж. Мою руку он отпускать не спешил.

- Хорошо, благодарю, - холодно ответила я, практически выдергивая пальцы. - Я свободна?

- Конечно, - немного удивленно ответил провожатый. - Вас никто не задерживает.

- Вот и прекрасно.

Я развернулась и пошла прочь, как можно дальше от этого ужасного места. Шла бесцельно, куда глаза глядят. В голове мысли сменяли одна другую, перемешиваясь в кашу. Нет, дальше так нельзя. Нужно сесть и подумать.

Поэтому я заглянула в первую попавшуюся кафешку, где умопомрачительно пахло кофе.

- Чего желаете? - ко мне тут же подскочила приветливая официантка примерно моих лет, тоже около двадцати, в форменном голубом платье и белом переднике.

От мысли, что мне самой вполне возможно придется так подрабатывать, аппетит окончательно пропал, при том, что утром за перебиранием нарядов позавтракать я не успела.

- Кофе со сливками и какое-нибудь пирожное, - заказала я.

Денег у меня было немного. Точнее, еще недавно их было много и они отлично себе лежали в Миасском банке. Время от времени родители щедро пополняли счет, так что я себе ни в чем не отказывала. Наряды, украшения и уж тем более еда.

Сейчас счета больше не было. А наличными у меня, я достала расшитый бисером кошелек, - около пятидесяти марок. Один обед в столовой мне обходился от пятнадцати до двадцати марок. Чашка кофе и принесенное пирожное стоили пять марок. Я задумчиво смотрела в чашку, прикидывая, как жить дальше. Училась бы я хорошо - получала бы стипендию. Но об этом и мечтать глупо, да и на стипендию, если посмотреть на наших отличников, тоже особо не разгуляешься. Работать. Я не умею ровным счетом ничего. Конечно, я могу последовать папиному совету и продать несколько платьев, правда, пока не понятно, куда вообще их продавать. Мы как-то с Гильермо гуляли по улицам и зашли в лавку старьевщика, чего там только не было! И одежда, и безделушки, и украшения. Но не думаю, что они возьмут мои платья и много за них дадут. В любом случае, надо узнать.

Был соблазн пойти сразу к Гильермо, но что-то мне подсказывает, что жених не станет помогать. Более того, и женихом моим он останется недолго. Здесь ничего не попишешь, наш брак даже я рассматривала как выгодную партию, не питая никаких иллюзий. Перспективный молодой человек из хорошей семьи. Он мне, конечно, нравился, но не более. Его родители никак не относились к целительству и вряд ли замешаны во всем этом. И все же кольцо, не родовое, а обычное, купленное в ювелирном, поблескивало на безымянном пальчике символом помолвки, так что следовало хотя бы написать жениху. Кольцо в любом случае не верну, обойдемся как-нибудь без этих красивых и глупых жестов. Ему оно без надобности, другой невесте он вполне может и новое купить. А мне пригодится, кольцо-то как раз продать несложно. И еще парочку украшений от него же, которые у меня точно не изымут.

У меня в академии лежали и несколько украшений, подаренных родителями. Не самые дорогие, разумеется, устав академии строго запрещал студентам носить что-то, не вписывающееся в рамки формы. Но их я буду продавать в последнюю очередь, и то, если совсем прижмет. Украшения - отличная память…

Руки дрогнули и я едва не расплескала на себя кофе. Мысли о родителях рождали внутри такую гремучую смесь эмоций: от обиды и непонимания, как они так могли, до горечи и тоски, слез и закушенной губы, чтобы не разрыдаться. Мне не хотелось думать и верить, что их казнят. Наверняка, их вина не столь уж велика, они же сами говорили, что не хотели плохого. Может, еще повезет, и смертную казнь заменят чем-нибудь? Пусть я совсем не уверена, что купирование дара и ссылка на рудники намного гуманнее.

Домой нужно наведаться как можно быстрее, не откладывая, чтобы понимать, на что мне рассчитывать и что вообще осталось. Я не собираюсь сдаваться, надо еще со стражами поговорить, с тем же капитаном Лессом. Вдруг что-то можно для родителей сделать? Главное - не опускать руки. А еще учиться. От мысли об учебе я невольно скривилась, надеюсь, оглядывающая небольшой зал хозяйка кофейни не примет это на свой счет, ее пирожное вполне удалось. Но готовиться к предстоящим экзаменам хотелось меньше всего, а ведь именно это сейчас для меня самое важное. Идти мне некуда, на съем даже самого дешевого жилья моих жалких пятидесяти марок не хватит. Значит, необходимо взять себя в руки и попробовать сделать почти невозможное - все выучить и сдать. А еще не давать новых поводов для отчисления.

Уверена, местор Альдер спит и видит, как от меня избавиться… Простите, местор, но вам придется потерпеть меня еще год. Я сама не рада, но деваться нам друг от друга некуда. За год я должна худо-бедно освоить целительство и найти работу. Хотя бы временную и лучше по специальности. А после самым оптимальным вариантом будет уехать туда, где обо мне и моих родителях никто не знает, и начать новую жизнь. Вот такой план действий родился в моей голове. Это все вкусный кофе и пирожное помогли.

- Добрый день, - я подошла к немолодой, но симпатичной женщине, чуть полноватой, но это тот случай, когда полнота шла и добавляла чего-то домашнего и уютного в образ. - А что у вас еще есть вкусного навынос?

- Да что хотите заверну, - заулыбалась хозяйка. - Вот на витрине все, что есть. Вон те не смотрите, они вчерашние, с уценкой, конечно.

- Мне подойдет, - внешне вчерашнее ничем не отличалось от сегодняшнего.

Так что я набрала с собой эклеров и выпечки еще на десять марок. Купила на пять марок ароматный чай - начну заваривать. Больше из специального меню кафетерия прямо в комнату не закажешь.

Я продержусь. Что бы и кто бы там ни думал, но я продержусь. И эклеры мне в этом помогут.

Вернувшись в общежитие академии, я с тоской оглядела комнату, в которой провела почти четыре года, и которую меня через три дня попросят освободить. Не хотелось съезжать ужасно. Как представлю, что придется жить с соседкой, а может, и не одной - прямо в дрожь бросало. Никогда не стремилась сближаться с однокурсниками, особенно с теми, кто живет в многоместных комнатах. И вот теперь, чувствую, наверстаю за все годы. С такими мыслями, обложившись эклерами, я засела за учебу.

И уже спустя несколько минут столкнулась с неминуемыми трудностями - большими пробелами в знаниях. Предыдущие годы я как-то не слишком усердствовала и теперь на каждой странице встречала по два-три незнакомых слова, которые явно относились к давно пройденному материалу и никак не расшифровывались. Сначала я пробовала выписывать их в столбик, но столбик быстро растянулся на всю страницу. Все бы ничего, но некоторые слова оказались смыслообразующими и вникнуть в суть без них не удавалось. Особенно касающиеся алхимии и зельеварения. Пусть целители проходили их на начальном уровне, если только студент не брал углубленный курс (я, само собой, не брала), но все, касающееся составления зелий, лекарств и веществ, было написано словно другим языком.

Ничего не попишешь, пришлось тащиться в библиотеку и брать алхимический справочник и основы зельеварения. Основы зельеварения сразу меня расстроили, оказавшись огромным талмудом. Вот тебе и основы. Алхимический справочник показался достаточно тонким на фоне собрата и понравился мне куда больше.

Сначала я нашла все выписанные незнакомые слова, прочитала, для верности записала их значения. Потом перечитала уже ранее прочитанное в учебнике по зооцелительству, стало понятнее, часть я даже законспектировала.

Предмет назывался: “Основы лечения огненных животных”. У обычных животных лечение идет строго по их видам. А магических в первую очередь рассматривали по принадлежности к стихии. Все так или иначе тяготели к какой-то одной, редко - к двум. Исключение - химеры, там может быть все вперемешку, но их, на мое счастье, проходили на пятом курсе.

Главная особенность огненных - их возможность самовоспламеняться, как у саламандр, игуан, фениксов или церберов, или призывать огонь, тогда воспламенялось все вокруг, здесь самые яркие представители - это драконы. Драконья чума…

Учебник сразу захотелось захлопнуть, но я сделала над собой усилие и продолжила, попутно выписывая новые незнакомые слова. Часть из них относилась не к принесенным ранее алхимии и зельеварению. Попадались анатомия, вирусология, хирургия - то, что проходят на начальных общих курсах одним словом.

Нет, перетаскать все учебники из библиотеки я не могла. И бегать туда-сюда не хотелось. Так что я взяла все имеющиеся и с увесистой стопкой направилась в колыбель знаний - библиотеку.

- Элиза, - окликнули меня, стоило выйти в коридор. - Ты куда?

У стены стояло несколько девушек с нашего потока. Как раз из тех, кто был моего круга. И сейчас этот круг с мерзкими злорадными улыбками разглядывал меня, будто изучал плесень под микроскопом на практических занятиях. И нет, мне это не кажется, просто я слегка приоткрыла эмпатические щиты, ведь если и имелась у меня сильная способность - так это никому не нужная эмпатия.

- В библиотеку, - лаконично ответила я, не собираясь задерживаться.

- И откуда такая тяга к знаниям проснулась? - это Мартина, мы с ней вроде как считались подругами. Но главное в этом предложении - словосочетание “вроде как”.

Я только плечами пожала. Понятно, что новости распространяются быстро. Было горько на самом деле и очень обидно, но мнения студентов и студенток сейчас далеко не главная моя проблема. Надо просто перетерпеть, когда-нибудь им надоест и они переключатся на что-то поинтереснее.

Но давать спокойно пройти мне не собирались. Резкий порыв ветра чуть не сбил меня с ног, книги посыпались на пол.

- Поосторожнее с имуществом академии, - крикнули мне, когда я присела, чтобы подобрать с пола справочники. - Не испорти. Платить-то тебе теперь нечем!

Хихиканье было до того дружным, будто они репетировали заранее. Я молча подняла книги, поудобнее перехватила их одной рукой и щелкнула пальцами. Маленький смерч пронесся по коридору, задребезжали окна, “подруженек” обдало холодной волной, прически как ветром сдуло, многовековая пыль осела на одежде.

Это у меня по магии жизни три пункта, зато стихийная на десятку. А уж темная магия… И мне впервые стало жаль, что я когда-то согласилась на удобное предложение родителей пойти на целительский. Дескать, учиться там несложно, не придется в любую погоду на полигоне под открытым небом заклинания отрабатывать. А уж про темную магию приличной девушке и говорить не пристало. Приличная, неприличная, а сейчас бы у меня никто и не пикнул.

На этом я быстро ушла в библиотеку, нет, вряд ли бы кто-то решился дать мне сдачи. Просто использовать не бытовую магию в академии вне специальных аудиторий или полигонов строго запрещено. Зачем давать лишний повод меня отчислить?

В библиотеке забилась в свободный угол подальше от любопытных глаз, обложилась справочниками и продолжила изучать целительство с азов. Я честно старалась, но, по-моему, в голове вообще ничего не откладывалось. В какой-то момент информации стало настолько много, что она смешалась в кучу и раскладываться по полочкам в голове не торопилась.

Я честно пыталась вникнуть, разобраться, систематизировать. Но системы не выходило, разобраться в заумных терминах, почти каждый из которых мне приходилось искать в том или ином справочнике, не получалось. Когда за окном окончательно стемнело, я была близка к отчаянию: я не смогу. Невозможно за полтора месяца, оставшихся до начала летней сессии, выучить весь материал за четыре года. А ведь это только теория. Меня кроме всего прочего ждут и практические, с которыми все еще сложнее…

Хотелось плюнуть на все, сдать обратно учебники, вернуться в комнату и не думать ни о чем плохом. В других обстоятельствах я бы так и поступила, но пока я студентка академии, могу не волноваться про жилье и еду. Здесь и форму выдают, пусть моя сшита на заказ отличным мастером под мою фигуру, и надевать стандартную, которую ученицы перешивали сами, не особо хотелось. Я ведь не умею шить, подогнать под себя вещь без ущерба для этой самой вещи не смогу...

Я вообще ничего не смогу. Не выучить это проклятое целительство, за какими ушедшими я только на него поступила? И как родителям помочь - ума не приложу. Лично у меня нет никаких связей, что я могу для них сделать?

- Занимаетесь? - я вздрогнула от раздавшегося прямо надо мной голоса.

Сложив руки на груди, надо мной стоял местор Альдер и рассматривал каракули, которые я в задумчивости выводила карандашом на листе. Рядом закрытые сгоряча учебники. Прямо видно, как корплю над учебой.

- Да, - твердо ответила я. - Готовлюсь к экзаменам.

- Это похвально, - одобрил местор таким тоном, которым обычно говорят: “Не майтесь дурью”. - Признаться, меньше всего ожидал встретить вас в библиотеке, - можно подумать, я сама так рада его видеть, чего, спрашивается привязался? - И раз уж мы встретились, сообщаю, что вам начислено три штрафных балла за неакадемическое поведение.

- За что? - я не веря своим ушам смотрела на завкафедрой, ожидая пояснений.

- На вас поступила жалоба, что вы использовали боевую магию в неположенном месте против своих однокурсников.

- Вообще-то, - я встала и тоже сложила руки на груди, - однокурсники начали первыми.

- И поэтому получили по одно штрафному баллу каждая, - согласился преподаватель.

- А я, значит, три? - меня аж потряхивало от негодования. И где, спрашивается, справедливость.

- Сила воздействия была намного больше, - спокойно пояснил местор. - И какая-то ссора с подругами точно не повод применять боевую магию.

Какая-то ссора! Я хотела было ответить, но упрямо сжала челюсти. Ему только того и надо, начну возражать и пререкаться, сразу получу еще балл-другой. А когда их наберется десять, меня исключат за неподобающее поведение. Отлично, такими темпами я имею все шансы до сессии и не доучиться.

- Спасибо за предупреждение, местор Альдер, я учту на будущее, - сквозь зубы, буквально переступая через себя, выдавила ответ.

- Леди Риар, - преподаватель был убийственно спокоен и одним этим выводил из себя. - Мой совет, конечно, не самый педагогичный, но действенный. Не попадайтесь. Если решили кому-то ответить, делайте это незаметно.

- Незаметно применить магию? - отличный совет, ничего не скажешь.

- Да, подходите ко всему с холодной головой и не давайте волю эмоциям. Или хотя бы просто с головой, и сразу почувствуете разницу.

На этом местор развернулся и ушел, а я осталась в одиночестве, в расстроенных чувствах, злая на себя и на этих “подружек”. Еще вчера мне никто и слова сказать не мог, а сегодня все такие смелые.

Я взглянула на большие настенные часы - начало десятого, еще учиться и учититься. На чем я там остановилась?

5. Лекции

Утром реальность обрушилась на меня, придавив к постели, с которой до ужаса не хотелось вставать. За окном ранняя рань, но эклеры и булочки закончились, и больше есть нечего. Последние тридцать пять марок стоило поберечь на самый черный день, который непременно скоро наступит, и пойти давиться бесплатным студенческим завтраком.

В столовой, вопреки моим ожиданиям, было многолюдно. Все толкались с подносами, шумели, искали свободные столики. Я растерялась посреди этого безобразия, не привыкла к подобным условиям. В кафетерии все чинно и красиво, не то что здесь. Стоило какому-то столику освободиться, к нему сразу неслись со всех сторон, а потом отчаянно ругались, кто же успел первым поставить поднос. Да, к такому меня жизнь не готовила.

Я осторожно пробралась к раздаточной, взяла поднос, на который тут же водрузили тарелку каши, хлеб с маслом и какао. С подносом я долго кружила и лавировала по залу, но свободных столиков не нашлось, подсаживаться к кому-то не хотелось, как и отвоевывать себе место. Так что я устроилась на подоконнике, решив, что так даже лучше.

Несколько раз я замечала в зале однокурсников из тех, для кого студенческая столовая - обычное дело. Они меня тоже замечали, шушукались и даже пальцем показывали. А ведь это только начало. Поэтому я быстро и без удовольствия доела кашу, запила какао, подхватила сумку с учебниками и тетрадями и пришла в аудиторию одной из первых. Здесь мне тоже удивились, как и тому, что я села не подальше на задние ряды, как делала всегда, а устроилась на первой парте.

Однокурсники прибывали, некоторые спотыкались на пороге, заметив меня на первой парте со стопкой учебников. Да, вот так я стремлюсь к знаниям. И предмет из моих “любимых” - алхимия и зельеварение, над которыми я вчера билась. Надеюсь, не зря.

Местор Торел тоже удивленно поднял брови, увидев, кто сидит впереди на его предмете. Рядом со мной образовалось свободное пространство, садиться рядом никто не спешил, и я старалась полностью эмпатически закрыться от чужих эмоций, но сделать это не так уж и легко. Я сегодня была в центре внимания, по-моему, в аудитории не осталось ни одного человека, не посмотревшего на меня. Волны чужих эмоций накатывали, и мой щит с функцией волнореза не справлялся. От напряжения начала болеть голова.

- Доброе утро, студенты, - поздоровался преподаватель и взял мел. - Приступим к занятию.

Стало, с одной стороны, легче - внимание большинства переключилось на доску. А в чем-то тяжелее: алхимия по-прежнему оставалась для меня дремучим лесом, в котором я мгновенно потерялась. Часть терминов и названий веществ была мне знакома, все-таки что-то я слышала раньше и кое-что выучила вчера. Но название - одно, а формула и состав - совсем другое…

Я старательно все записывала, с непривычки рука быстро заныла. Нить повествования я упустила и просто переписывала с доски, стараясь записать и комментарии преподавателя. Потом снова обложусь справочниками и разберу незнакомые слова и трудные места.

К концу лекции я окончательно пришла к выводу, что с работой придется повременить, если хочу успешно сдать сессию. Или хотя бы просто сдать на минимум. И алхимия с зельеварением станут серьезным испытанием на пути к цели. А это только начало...

Продолжение вышло не менее “замечательным”. После пар местора Торела шли пары основного предмета - зооцелительства, которые вел не кто-нибудь, а мой любимый завкафедрой, местор Саид Альдер. На его занятиях сесть на первые ряды я не решилась, но и на галерку забиваться не стала. Устроилась в центре, решив, что здесь не должна привлекать столько внимания.

Но стоило местору Альдеру зайти, как он первым делом отыскал меня взглядом и так нехорошо посмотрел, что я поспешила спрятаться за раскрытым учебником. Я абсолютно точно ничего не натворила с утра, ни с кем не поссорилась и магию не применяла. И вообще, веду себя как образцовая студентка.

- Сегодня мы обсудим фениксов, - без каких-либо вступлений начал местор. - Какая основная проблема у фениксов, живущих в неволе? Леди Риар, вы так активно изучаете учебник, сможете ответить?

Я даже не сразу осознала, что обращаются ко мне. Сперва ощутила, как почти со звуком затрещал эмпатический щит, и только тогда выглянула из-за книги и поняла, что все опять на меня смотрят. Вот тебе и постаралась сидеть тихо и незаметно. Пришлось учебник отложить, вспоминая, какие там у фениксов в неволе проблемы. Их кормят, за ними ухаживают, у них есть жилье. Да у меня проблем и то больше, если подумать.

- В неволе они хуже накапливают энергию и им труднее дается перерождение, - фениксы были последней темой, которую я вчера успела прочесть перед сном. И все-таки в голове что-то отложилось.

- Правильно, - в ответе преподавателя сквозило удивление. - Итак, фениксы…

Фениксов насчитывалось множество видов. Часть - крупные и плохо поддающиеся одомашниванию, а некоторые, напротив, мелкие, отлично живущие в клетке.

Болели домашние фениксы, как и все: и с магией проблемы, и с памятью. Это казалось забавным. Не всегда после перерождения феникс помнил своего хозяина и полученные в прежней жизни навыки, зачастую его приходилось приручать и обучать заново.

У диких имелась своя специфика, но дикие животные не изучались на стандартном курсе зооцелительства. Все желающие имели возможность расширить свою специализацию и проучиться еще два года сверх стандартных пяти, чтобы стать специалистами широкого профиля. Ненормальные люди.

И как бы я ни относилась к нашему завкафедрой, предмет свой он знал хорошо, лекцию вел не сухо, как предыдущий местор Торел со своими алхимическими формулами, а разбавлял факты разными случаями из практики. Так что в какой-то момент я даже заинтересовалась и искренне заслушалась, как правильно кормить фениксов в разные периоды их жизни. А потом осторожно огляделась по сторонам и заметила, что многие девушки ничего не пишут, а сидят, подперев голову, и просто любуются преподавателем. Ну да, привлекательный мужчина, ничего не скажешь. И это они еще не видели местора Альдера так близко, как я, и без рубашки…

И вот именно в этот момент лектор снова обратил на меня внимание, резко развернувшись и пристально посмотрев. Поскольку я опять сидела в гордом одиночестве, ошибиться невозможно. Я тут же уткнулась носом в конспект, сделав вид, что усиленно записываю. Как же он так почувствовал? Понятно, что местор эмпат, но на него обращено внимание всех слушателей, как можно вычленить конкретный взгляд и эмоции? Да у меня и в мыслях ничего такого не было! Разве что в воспоминаниях... А ведь Саид Альдер - выходец из Миасский империи, где, по слухам, жили невероятно сильные эмпаты. Я еще раз посмотрела на расхаживающего вдоль доски преподавателя. Надо бы с ним поосторожнее.

После лекции о фениксах я планировала быстрее сбежать из аудитории, чтобы и с местором, не приведи ушедшие, не встречаться, и в столовой успеть занять столик.

- Леди Риар, задержитесь, - бесцеремонно остановил меня завкафедрой практически в дверях.

Пришлось проталкиваться обратно мимо спешащих на обед однокурсников и ждать, пока все выйдут, а местор изволит начать говорить.

- Я бы хотел уточнить, вы собираетесь продолжать учиться или нет? - огорошил вопросом преподаватель.

- А разве по тому, что я вчера до ночи сидела в библиотеке, не понятно? - обидно стало, честное слово.

- Надеюсь, вы там с пользой провели время, а не просто сидели, - видимо, вспомнил мои художества местор. - Мне, как вашему руководителю, поступила информация, что ваша комната не оплачена на следующий месяц. Интересно стало, может, вы решили нас покинуть?

- Местор, я понимаю, что вам очень хочется от меня избавиться, но у меня серьезные планы на учебу в академии, - заявила я.

- Очень серьезные? - ну да, местор насмехался. Смейтесь-смейтесь.

- Еще какие. И я не собираюсь доставлять вам лишних проблем, поверьте.

- Значит, комнату скоро оплатите? - уточнил руководитель, стирая записи с доски.

- Нет. Перееду в бесплатную.

Рука местора Альдера замерла, а сам он начал медленно поворачиваться ко мне.

- В бесплатную? Я не ослышался?

- Нет, не ослышались, - главное, говорить, будто все нормально и так и должно быть. Подумаешь, бесплатная комната.

Местор вздохнул и в сердцах бросил тряпку на стол.

- А говорили, что не будете доставлять проблем.

- Не буду, - подтвердила я.

Судя по многозначительному взгляду преподавателя, мне не поверили.

В столовую я пришла опять поздно, когда свободных мест уже не осталось. Но на этот раз облюбованный мною подоконник тоже оказался занят. Может, стоит подождать окончания перерыва, опоздаю на следующую пару, зато поем спокойно.

- Элиза, а ты что здесь забыла? - это я, задумавшись, не заметила приближения однокурсников. С другой стороны, не бегать же теперь от них?

- Пришла на обед, но вижу, что мест нет, - и уже развернулась, чтобы уйти.

- Почему нет? Наши всегда в том углу судят, и для тебя там стул найдется, - Алекс, парень, с которым мы учились в одной группе с первого курса, кивнул в другой конец зала. Стоящая рядом с ним рыжеволосая девушка, тоже из наших, хоть убей, не помню ее имени, закатила глаза.

- Но если продолжишь тупить и стоять столбом, то не найдется, - имя девчонки определенной стоит узнать, она подтолкнула Алекса к тому самому углу, я же приняла волевое решение.

Завтрак показал, что в столовой проще держаться с кем-то. Я, конечно, не питала иллюзий про отношение ко мне однокурсников, но попробовать наладить общение не помешает. Главное - не поймать очередные штрафные баллы за поведение.

Получив на раздаче картофельный суп, какую-то рыбу с овощами и компот, я пошла в угол, занятый четвертым курсом кафедры зооцелительства. Все-таки большинство студентов питались в общей столовой, и раз все живы, значит, здесь вполне съедобно. А то утренний завтрак, комом упавший в желудок, заставил задуматься о пользе голодовки.

- Приятного аппетита, - я подошла к двум сдвинутым столам и снова оказалась объектом всеобщего внимания. Разговоры смолкли, остались только короткие перешептывания.

Свободный стул действительно нашелся, на него я и села, поставила поднос, положила салфетку на колени.

- Риар, ты нас прямо пугаешь, - о, а вот эту я знаю: Вея, наша главная отличница, которая в шаблоны не вписывалась и была отнюдь не забитой тихоней, дающей всем списывать, как полагалось отличницам. Напротив, эта за словом в карман не лезла, а за конспектами к ней давно никто и не пытался подходить. - Может, завтра снег выпадет или вообще конец света настанет? Как же ты дошла до общей студенческой столовой?

- Ты удивишься, - мило улыбнулась я. - Но дошла я ногами.

- И на завтраке мы тебя здесь видели, - не унималась отличница.

- Еще и на ужине увидите, - пообещала я. Главное, чтобы меня с ней в одной комнате не поселили, а то и правда наступит конец света. Локальный, в пределах студенческого общежития, но вполне себе реальный.

- А как же твои подружки? Вы же не разлей вода всегда ходили, даже в туалете всей стайкой носики пудрили.

- От стайки я отбилась, - я поморщилась, понимая, что суп почти не соленый, а солонки на столе не наблюдается. Надо бы обзавестись своей.

- Значит, это правда? - подключилась к разговору другая однокурсница, Дьюрен, кажется. Надо как-то добыть список студентов кафедры и выучить, кто есть кто. - Вы поссорились?

- Можно и так сказать, - понятно, что все со временем узнают, почему мы “поссорились”, но сама я рассказывать не собиралась. Пусть думают, что хотят.

- И ты даже запустила в них настоящим смерчем? - продолжились расспросы.

- Не настоящим, конечно, так, небольшой воздушный вихрь, - я рискнула приоткрыть эмпатические щиты, невозможно их постоянно держать наглухо закрытыми, никаких сил не хватит, и с удивлением обнаружила, что настроены ко мне в основном нормально. Настороженно, с любопытством, но достаточно нейтрально. Негатив был, но меньше, чем я ожидала. Правда, здесь все эмпаты, и закрывать или сглаживать эмоции умели неплохо. Но все же я ждала куда худшего.

- Они такие потрепанные и злые к завкафедрой шли, - хихикнула невысокая темненькая девушка, тоже знакомая мне только на лицо. - Мы даже не поверили, когда они сказали, что это все ты.

- За что же ты их так? - Алекс, явно довольный, что коллектив принял меня нормально и ему не прилетит за приглашение, тоже поддержал разговор.

- Не сошлись характерами, - и здесь я объясняться не планировала.

- Тогда мы постараемся тебя не злить, - усмехнулся однокурсник.

Дальше самые языкастые отвесили пару шуточек по поводу того, как сложно учиться с такими боевыми девушками и как вообще девушки опасны в гневе. Парни, если что, кулаки в ход пускают, а девчонки сразу магией бьют. Пришли к выводу, что жен следует брать из неодаренных, убойная сила старой доброй сковородки или скалки не столь велика, как того же воздушного вихря.

И все же обед прошел нормально, на меня косились, порой с откровенным неодобрением, но хотя бы вслух ничего не говорили.

“Привыкнут”, - решила я.

И сама тоже привыкну и к столовой с ее пресной, почти безвкусной едой, и к новой компании. Куда мне деваться?

6. Дом

После лекций я снова поехала в отделение тайной стражи. За поездку отдала пять марок. Кошмар. Раньше я бы этих трат и не заметила. И экипаж выбрала бы посолиднее, а не какую-то колымагу, которая скрипела всеми четырьмя колесами всю дорогу и только больше расшатывала нервы. Да, круто изменилась моя жизнь за пару дней.

На проходной я просто сказала, что иду к капитану Лессу по делу семьи Риар. Пропустили без вопросов. Я так поняла, попасть внутрь отделения - не так уж и сложно, а вот наружу, судя по очереди на выход, много медленнее и труднее.

- Добрый день, - я постучала и тут же вошла, не дожидаясь приглашения.

- Леди Риар? - капитан Лесс оторвался от документов и поднял на меня удивленный взгляд. - Вы что-то вспомнили?

- Ничего для вас интересного. Я хочу съездить домой и забрать свои вещи.

- Ааа, - разочарованно протянул страж.

- И мне нужна женщина в сопровождение.

- Найдем, - кивнул капитан, - подождите снаружи.

Минут через десять, когда я устала ждать и хотела снова зайти в кабинет, ко мне подошла женщина-страж, достаточно молодая, высокая, худощавая, с ежиком темных волос, в брючной форме, кроем ничем не отличающейся от мужской. Впрочем, логично. Страж в юбке смотрелся бы странно.

- Элиза Риар? - уточнила она. Я вежливо улыбнулась и шагнула навстречу, решив попробовать произвести хорошее впечатление. - Идемте.

Ужасно жаль, что родителей я увидеть не смогу. Что за несправедливость - всего одно посещение от одного человека? Так хотелось бы с ними поговорить, рассказать, как я взялась за учебу, спросить совета…

Я закусила губу. Сейчас не стоит мечтать о несбыточном. Может, поездка домой даст мне какие-то зацепки - вот о чем стоит думать.

У обращения к тайным стражам имелся один весомый плюс: их собственные экипажи, которые с ветерком домчали нас до моего дома. И только подъехав, я, кажется, впервые осознала, насколько все серьезно.

Дом был накрыт магическим куполом, я бы туда сама при всем желании не прошла. Не то чтобы у нас было какое-то большое поместье или усадьба, скорее небольшой загородный особняк с прилегающим садом. Но поднять над таким защиту от проникновения… стражи не стесняются в средствах и использовании магии.

Женщина сняла перчатку, достала из кармана небольшой прямоугольный артефакт-пластину на цепочке, накрутила ее на запястье и взяла меня за руку так, чтобы артефакт оказался зажат нашими ладонями. И мы миновали защитный купол. Замечательно, значит, и выходить будем также. На то, чтобы что-то вынести и припрятать, а потом забрать, можно и не надеяться. Впрочем, я не особо надеялась за последние пару дней моя вера в лучшее пошла трещинами.

Дом уже снаружи выглядел безжизненным и покинутым. Шторы наглухо закрыты, свет не горит, в сгущающихся сумерках - а темнело пока рано - он выглядел мрачным и чужим. Справедливости ради, он и был чужим, пусть формально и оставался пока собственностью моей семьи. Каков бы ни был приговор, имущество пустят с молотка. И хоть бы пострадало только оно…

Внутри же все обстояло хуже, куда хуже. Не знаю, чего я ожидала, наверное, просто не задавалась вопросом, как выглядит помещение после обыска. Думаю, после банды грабителей остался бы меньший погром. Тайная стража не церемонилась, вываливая вещи из шкафов и комодов. Разве теперь здесь что-то найдешь? И ведь претензии не предъявишь, не скажешь же молчаливой и суровой спутнице, что ее коллеги могли бы проводить обыск и поаккуратнее или хотя бы убрать за собой. Ничего не разбили и не сломали - уже хорошо.

Честно говоря, я рассчитывала, что стражница останется внизу, а я смогу подняться в жилые комнаты, спокойно осмотреться и взять все необходимое. Не тут-то было. Женщина, как в броню закованная в форму черного цвета с нашитым арнаудским волкодавом на плече, следовала за мной по пятам и на просьбу подождать где-нибудь ответила категоричным отказом.

Следом за мной она поднялась в мою комнату и встала у окна вполоборота, чтобы и не смотреть в открытую, а вроде как любоваться видами, но в то же время контролировать, что именно я собираюсь взять. Вдруг волкодавы до нее что-то упустили, и сейчас я собираюсь вынести в декольте какую-то важную улику. Конечно, последнее я додумала, это всего лишь ее работа. И уверена, я не первая девушка, которую ей выпало сопровождать за вещами.

Моя комната не была перевернула и разворочена, чувствуется, что вещи просматривали, но без пристрастия. Я открыла дверь гардеробной, понимая, что большую часть придется оставить. Самое необходимое - сказал папа. Знать бы еще, что действительно мне понадобится, а без чего я вполне обойдусь.

Платьев, которые можно продать, у меня хоть отбавляй, большинство висело на плечиках еще с бирками в фирменных чехлах. Я любила пройтись по магазинам, купить что-нибудь этакое, или заказать нашей с мамой портной. Носить вещи мне особо некуда - в академии форма, а из академии я надолго могла выбраться два раза в год - на каникулы. Очень редко - на выходные. Вещи я свернула, чтобы сильно не измялись, и сложила в выданную сумку, не распаковывая из чехлов. Зачем расстраиваться? Повседневную одежду, которая когда-нибудь придет на смену форме, выбирала сначала придирчиво, а потом уже начала кидать все подряд. Та же история с обувью.

Вещей набралось прилично, надо бы немного остепениться. А то подушки с одеялами и домашней утварью будет некуда класть.

Я вышла из гардеробной и огляделась. Моя комната. Куклы пьют чай в игрушечном домике, покрывало я лично выбирала, когда после пансиона обновляли детскую. Подушек на кровати куча, и они у меня все равно оказывались к утру на полу. Вот портреты: я еще маленькая, этот в школе, второй, где форма в клетку, следующий - с родителями на последнем году учебы в пансионе. На полке небольшой свежий портрет, сделанный на последних зимних каникулах, не совсем портрет, оттиск, как объяснили мехи. Сначала на металлической пластинке, а потом переносится на бумагу. Получается довольно блекло, но мехи - мастера на все руки - раскрашивают чернилами. Вышло… интересно.

Я огляделась вокруг. Моя комната. Мой дом. Моя семья. И впервые я по-настоящему осознала, что именно теряю. Я села на пол, плевать, что не одна, закрыла лицо руками и разрыдалась. В голос, почти до истерики. Или не почти. Пыталась успокоиться, взять себя в руки, но не выходило, слезы лились, и ничего поделать с ними не удавалось.

Когда я кое-как успокоилась, то еще раз взглянула на выданный объемный мешок. Больше вынести нельзя, количество вещей не ограничено штуками, можно набрать много мелочей. Пусть папа говорил про подушки, одеяла, постельное белье, посуду - ерунда это все. Куплю я подушки или без подушек спать научусь, а портреты точно новые не купишь. Как и свадебное платье: мама третья после бабушки и прабабушки выходила в нем замуж. Я все смеялась и говорила, что в таком устаревшем наряде только на карнавал, а сейчас точно бы предпочла его всем новомодным и самым шикарным. Не уверена, правда, что оно мне пригодится, но возьму.

Взяла куклу, любимую, старую, затасканную и заигранную. Она так выделялась на фоне новеньких, которые я когда-то коллекционировала. Мы в те годы жили небогато, и мне ее подарила на пять лет бабушка. Тогда я ходила и хвасталась ею перед подругами: фарфоровое личико, красивое голубое платьице с кружевами, чулочки, туфельки. Ни у кого из местных девчонок, включая меня, не водилось подобной одежды и кружев. Потом уже у меня появилось множество других игрушек, и куклы куда шикарнее и искуснее сделанные, и платья свои кружевные с чулочками и туфельками. Но эта так и осталась особенной. Примерно через год после моего пятого дня рождения бабушка умерла, других подарков и ярких воспоминаний, связанных с ней, у меня не осталось. Пусть будет хотя бы это.

Я вышла из комнаты, стражница молчаливой тенью последовала за мной. Вот папин кабинет, дверь открыта, и я заглянула внутрь: стопки бумаг и книг везде: на столе, на полу, на креслах. Вот где проходил самый тщательный обыск. Даже не знаю, зачем я сюда зашла, лучше бы не видеть всего этого, честно. Но отвернуться и просто выйти уже не получается. Где искать зацепки, если не в рабочем кабинете? Совершенно бесцельно я обошла кабинет и остановилась у стола, заваленного бумагами. Наверху папка, судя по названию, там документы на наш старый, самый первый дом. И такая взяла ностальгия, ведь неплохо жили, если подумать. Мама тогда еще готовила, это потом ей стало совсем некогда, она вечно пропадала на работе, вся в своих исследованиях. Папа тоже не засиживался в лаборатории допоздна, а приходил ровно к ужину, успевал со мной поиграть, поговорить, почитать.

Потом мы, конечно, переехали в место куда лучше, но с тех пор я начала проводить все время в школе, меня забирали оттуда поздно вечером, и времени на игры или чтение не оставалось. А пансион и подавно был с проживанием, я тогда родителей видела только по выходным, и то не каждый раз.

Стоили ли несколько лет богатой жизни потери всего? И главное - когда именно мы все потеряли? Сейчас или намного раньше?

Я зажгла магический огонек и открыла картонную обложку, сразу наткнувшись на счета. Расписки, вексели, закладные… Что-то выписано еще на имя деда - папиного отца. Вереницы цифр кружили хороводы и уводили меня все дальше в дебри бухгалтерии. А еще смутного осознания, что у моей семьи имелись, мягко говоря, весьма значительные долги...

- Леди, вы собираетесь брать что-то еще? - выдернула меня из весьма странных мыслей стражница.

- Да, - я спешно закрыла папку и завязала тесемку на краях. - Могу я забрать вот эти документы?

А то мало ли...

- Их не забрали стражи - значит, можете, - похоже, ей уже все равно, лишь бы уйти побыстрее. Мой визит домой, и правда, затянулся.

Буквально на ходу схватила папину перьевую ручку и чернильницу, он был очень требователен к своим “орудиям труда”, а записи являлись весомой частью его работы. А вдруг их отпустят и я смогу вернуть им какие-нибудь вещи?

Из родительской спальни я взяла флакон маминых духов, ее любимый аромат, свежий-свежий травяной запах с легкими цветочными нотками давно впитался в одежду. Сейчас для них холодно, они слишком летние, но я не удержалась и брызнула себе на руку, а потом долго нюхала запястье.

С этими вещами стало как-то проще. Из дома я возвращалась без подушек и одеял, набрав кучу на первый взгляд ненужных вещей, зато с новыми силами. Пусть учиться мне по-прежнему не хотелось, целительство не вызывало во мне никакого энтузиазма, а алхимия и зельеварение и подавно ввергали в уныние, но завтра у нас по расписанию практические занятия, ничего не поделаешь, придется готовиться.

Папку с документами я временно отложила, все равно толком не разберусь в бумагах. Но идея, что стоит встретиться с поверенным и попробовать с ним хотя бы поговорить, крепла во мне все сильнее.

7. Практика

Утром, взяв завтрак, я сразу направилась с подносом в угол к “своим”. Свои встретили меня спокойно, поинтересовавшись, почему пропустила вчера ужин. Я многозначительно сослалась на дела. А на самом деле банально забыла, что ужин у меня теперь строго по расписанию, и если пропустила - осталась голодной. Это из кафетерия можно заказывать хоть до полуночи, а в столовой не успел до восьми вечера - жди завтрак. Так что я с небывалым аппетитом ела глазунью с томатами. Как бы не поправиться, а то не влезу в свои платья или форму, а покупать новое мне не на что.

Практикум по алхимии и зельеварению встретил меня разнокалиберными склянками. О назначении некоторых я смутно догадывалась, а о парочке странных шаров с изогнутыми трубками даже представления не имела. Раньше я не особо старалась на лабораторных занятиях, знала, что свой минимальный балл получу, а большего и не надо. Теперь и до него надо дотянуть.

Сегодняшний практикум был посвящен растворению твердых тел. Например, ушла глубоко заноза, вытащить ее, не повредив ткани, сложно, а ты взял, плеснул на ранку зелье - деревяшка и растворилась, не причинив вреда пострадавшему. Или разный мусор в загрязненной ране - самое оно, шипучка так не промоет. Конечно, можно и магией вылечить, но магия конечна и целитель не всесилен. Да и зачем тратить магию на то, что можно сделать с помощью подручной аптечки? Именно так рассуждал преподаватель, раздавая нам ингредиенты. Ему, надо полагать, виднее.

Главное - правильно приготовить, тогда на живую ткань зелье не реагирует. Надо быстро рану очистить, чтобы приступать к следующим манипуляциям, и вот целитель плеснул волшебного зелья…

На словах звучало неплохо, а на деле...

Все, что я умею варить: чай, кофе, какао. В пансионе нас учили варить гречку и овсянку - для кожи и фигуры, говорят, полезно. Безусловно, за время учебы мне случалось варить и зелья. Преподаватели, понимая, что ни с чем серьезным я не справлюсь, обычно давали мне самые простенькие задания. Например, делать вещества из всего готового. Когда перед тобой лежат готовые и уже отмеренные ингредиенты, и остается засыпать их в нужной последовательности - это я могу. И то, под присмотром опытных лаборантов, помощников профессора.

Я огляделась. Каждый встал к своему столу, специально подготовленные лаборанты ушли к кучке девушек, среди которых раньше стояла и я. Теперь же придется все вымерять и готовить самой, понять бы еще, как это делается.

Перед нами лежал лист с заданием, на нем рецепт с описанием, как проходит каждый этап, когда пенится, когда цвет меняет. Вроде бы все понятно. Справлюсь.

Однокурсники живо взялись за приготовление, будто действительно вознамерились чью-то жизнь спасать. Будто вот он лежит, несчастный зверь, израненный, истекающий кровью, надо срочно исцелять. Я же медленно на воздушных весах измеряла порции, дробила, перетирала, нарезала, нагревала или охлаждала. У людей вокруг уже зелье в котелках пенилось, а я только с ингредиентами разобралась. Так, что у нас там первое?

От волнения у меня даже пальцы дрожали, осторожно, один за другим, подсыпала и подливала нужное в котелок. Народ принялся пробовать свои зелья на разных предметах, проверяя, что оно растворяет, а что не трогает. Преподаватель, местор Торел, одобрительно кивал и отпускал на обед одного за другим. Ничего себе! Это мы все утро провозились? Да даже я бы магией уже пару десятков больных вылечила, пока все это готовится! И смысл во всем этом? Только время терять. Я вообще, между прочим, на целительском, а не на алхимии учусь. Пусть алхимики все сами готовят, им за это деньги платят, а целители могут уже готовую работу покупать, если очень хочется.

Закусив губу, я помешивала варево в котелке, пахло оно тоже не особо приятно, не розами, прямо скажем. Но аппетит мой от этого не ухудшился, и на обед мне тоже очень хотелось.

Кажется, все. Я сверилась с рецептом, посмотрела на жижу в котелке - вполне похоже. А хороший запах здесь никто и не обещал.

- Местор Торел, я все! - я радостно подняла руку и улыбнулась преподавателю. Впервые что-то делаю полностью сама.

- Сейчас подойду, леди Риар, - кивнул местор и отвернулся к другому ученику.

Я же собиралась, наконец, присесть на стул, делать все пришлось стоя, а я на каблуках, как…

Мой котелок упал. Я его не трогала, резких движений не делала, но жидкость выплеснулась и потекла.

Я вскрикнула и заозиралась в поисках тряпки, а потом закричала в голос: на меня тоже попало, и еще как. Пятна на блузке расползались и разъедали ткань. И если бы только ткань: кожа буквально горела. Юбка широкая и соприкасалась с телом на поясе, впрочем, до него недалеко - подола уже не было. Я судорожно пыталась сделать хоть что-нибудь, но только крутилась волчком на месте. Слава ушедшим, на мой крик прибежал преподаватель и лаборант, не знаю, что за заклинание они применили, но одежда расползаться перестала, правда, от нее остались одни лохмотья. Юбка до середины бедра, от блузы одно название. А еще красные пятна на теле продолжали болеть и жечь, кожа на них воспалилась и припухла. Видимо, в чем-то я все-таки ошиблась в рецепте.

Прикрываясь руками, я села на корточки, чтобы немного скрыть ноги в одних чулках, какой кошмар! Хорошо, что большая часть однокурсников уже ушла, правда, не сомневаюсь, что оставшиеся в красках опишут остальным произошедшее.

- Так! В лаборантскую, живо! - скомандовал местор, накидывая на меня свой халат.

Ох, и влетит же мне сейчас… только бы завкафедрой не узнал…

Халат был не то, чтобы длинный, но всяко длиннее моей нынешней юбки. Так быстро я не бегала даже по полигону, а за спасительной дверью небольшой комнаты смогла выдохнуть. И подумать.

Кто-то столкнул на меня котелок с зельем. На мое счастье, зелье даже в моем исполнении оказалось не слишком опасным, красные пятна, надеюсь, быстро заживут. А если бы мы варили что-то действительно серьезное? Жаль, что я толком не посмотрела, кто именно остался в аудитории, пусть и догадывалась, что все это дело рук моих бывших подруженек. Значит, это война. Им повезло, что в полуголом виде особо не повоюешь, иначе бы я давно вышла. С другой стороны, не факт еще, кому повезло больше: у меня уже три штрафных балла. И как бы не прибавилось сверху за нарушение техники безопасности в лаборатории.

Местор пришел минут через пятнадцать, приняв задание у остальных и отпустив всех на обед.

- Как вы? - местор Торел был немолодой мужчина, крайне худой, если не сказать тощий, и слишком длинный, весь какой-то нескладный. Брюки у него всегда чуть коротковаты и общий вид у преподавателя забавный. Вот и сейчас он очень хотел казаться строгим, но выглядел скорее озабоченным и расстроенным.

- Нормально, но одежда, - тут я вздохнула. Комплектов формы у меня два. Было. Остался один.

- А сами как? - преподаватель старался не смотреть на мои слишком открытые ноги. Я же решила не стесняться и не пытаться натянуть халат пониже. Может, на экзамене зачтется?

- Какие-то ожоги остались, - но распахивать халатик и демонстрировать покраснения под блузкой не собиралась, это уже слишком. - Не все так страшно, и уже почти не болит.

- Вам обязательно нужно в лазарет, - начал преподователь. - Я предупрежу местора Альдера…

- А вот этого не надо! - поспешила остановить алхимика, а то пошлет местору вестника, потом и перед ним объясняйся. И этого, боюсь, ногами не проймешь.

- Почему? Вам необходимо освобождение от занятий и день отдыха.

- Спасибо, но нет, - к тому же впереди пары у того самого местора Альдера, их прогуливать - собственноручно рыть себе могилу.

- Как же вы так неосторожно, а? - снова принялся вздыхать преподаватель.

- Зато действие зелья проверила, - мило улыбнулась я.

- У вас концентрация траволистника получилась слишком высокая, от этого при попадании на кожу остались небольшие ожоги, - пояснил местор. - У вас есть подруги, которые могут принести одежду?

При мысли о подругах я чуть не скривилась, едва не испортив образ милой девушки. Осталось их только в мою личную комнату запустить. Не дождутся. Надо бы новыми друзьями как-то обзавестись... хотя бы для таких вот целей.

- Я бы не хотела никого утруждать, - и скромно потупила взор.

- Кхем… - преподаватель кашлянул в кулак, стараясь скрыть смущение. - Но вы же не можете выйти… так.

Это верно, подобное дефиле, конечно, оценят, но не уверена, что я продолжу учиться в академии.

- Не могли бы вы послать кого-нибудь из своих лаборантов в студенческую прачечную за моими вещами?

Слава ушедшим, я не успела за всеми делами забрать оттуда второй комплект формы. Надеюсь, его мне донесут в целости и сохранности.

Местор любезно согласился, предложив мне подождать в лаборантской, напоив чаев с печеньем, от которого я не стала отказываться: пообедать теперь точно не успею. А заодно преподаватель по моей просьбе продемонстрировал мне все склянки-стекляшки и рассказал, что для чего используется. Оказывается, он неплохо рассказывает, жаль, что раньше я его не слушала. И через двадцать минут в дверь постучали, потом в приоткрывшейся щелке появилась рука с комплектом моей формы.

- Переодевайтесь, леди, - кажется, местор Торел облегченно выдохнул, все наше общение мужчина доблестно отводил от меня взгляд, но нет-нет, да косился на мои ноги.

Переодевалась я спешно, тут бы не то что на обед, на практикум по зооцелительству успеть.

Пришла я почти последняя, из студентов точно последняя, местор зашел буквально сразу после меня.

Зооцелительство сегодня проходило в зоосаду академии, мы должны закрепить тему  фениксов, о которых я вчера очень хотела почитать, но хватило меня только на повторение алхимии. Учиться в таком темпе с непривычки непросто. Особенно без ужина. А теперь еще и без обеда.

Фениксы выглядели весьма упитанными, размером с хорошую такую курицу. Интересно, если они вспыхнут, но не сгорят, будет ли считаться, что они приготовлены на огне? Я сглотнула. Больше перед практикумами обеды не пропускаю любой ценой.

8. Феникс

Будто почувствовав мои мысли, ближайший феникс повернулся и пристально посмотрел на меня, по-птичьи склонив голову набок. Я на всякий случай отошла подальше, фениксы весьма разумны, у них отличное эмпатическое восприятие, вот сколько теперь о них знаю! Еще и про большой магический резерв вспомнилось, кажется, среди птиц магии больше только у руххов, но это дикие существа, в стандартную программу не включенные.

Я стояла с краю студенческой группы, пытаясь не отсвечивать и не привлекать внимание. Да какое там!

- Риар, - один однокурсник с улыбкой до ушей смотрел на меня, - мы, говорят, многое пропустили на алхимии. Я даже жалею, что сдал задание одним из первых и ушел так рано. Знал бы, что у нас в программе бесплатный стриптиз, провозился бы с зельем подольше.

Дружный хохот привлек внимание не только встрепенувшихся фениксов, но и завкафедрой, который смотрел на меня очень недобро.

- Тишина в зверинце, - обрубил смех студентов местор. - Леди Риар, задерживаетесь после практики, которая, надеюсь, пройдет у нас без эксцессов.

Я внимательно посмотрела на самого смелого и наглого парня, хорошенько его запоминая.

- Задание на практику: наладить контакт с фениксом, определить пол, подвид, провести диагностику, определить возраст и примерную дату следующего перерождения. Все записать на бумаге и сдать мне. Помнить про технику безопасности при работе с опасными существами. Первые идут: Джофил, Янг, Майрус, Унгиф, Кэрфил.

Все наши отличники, в том числе тот парень, Янг, так невовремя решивший пошутить про урок алхимии,  Вея Майрус, Алекс Кэрфил, с которым мы учились в одной группе с первого курса, остальных я знала чисто символически. Студентов было по числу фениксов.

Они быстро и четко, буквально минут за десять-пятнадцать, справились с заданием, сдали листки и вышли из зверинца. Янг, выходя, задержался в дверях и подмигнул мне, нахал!

Дальше назвали следующую пятерку. Всего нас тридцать человек, уверена, я пойду в числе последних, так что устроилась на массивном валуне, достала учебник, вчерашние конспекты и начала повторять материал про фениксов. Сидеть было не очень удобно, все-таки зоосад создавался для животных, повторяя их естественный ареал обитания. Об удобстве людей здесь никто не думал. Но мне не до комфорта, я должна доказать местору Альдеру, что способна учиться. А то представляю, какая картина у него в голове нарисовалась.

Самое простое - определить пол и подвид, так как четкое описание внешних признаков в учебнике имелось. Информация, как узнать возраст и рассчитать срок жизни, а соответственно и время перерождения, также присутствовала. А вот диагностика… Диагностику проходили много раньше, на первом и втором общем курсе. Надо ли говорить, что я весьма смутно представляла, как ее провести?

- Что, Элиза, занимаешься? - я стиснула зубы, решив во что бы то ни стало не поддаваться на провокации. А еще заметила на моих “подруженьках” защитные амулеты. Сделали выводы из нашей прошлой встречи, молодцы.

- Ты осторожнее с фениксом, а то еще спалит тебе одежду, в чем будешь ходить?

И вот тут я подняла голову, отыскав взглядом Мартину. А ведь у нее неплохо с телекинезом, она вполне могла опрокинуть на меня котелок.

- Смотри, как бы тебе хвост не подпалило, - на моих пальцах заиграло пламя, однокурсницы ощутимо напряглись.

- Риар, что за игры с огнем? - окрикнул местор. Он сычом наблюдал за всеми сразу, и, кажется, был ой как недоволен.

- Не играй с огнем, Элиза, - шепнула на прощание Оливия, дочь одной шишки из королевского совета. Абсолютная бездарность, учащаяся в академии только благодаря папочке. Нет, я однозначно не такая.

После этих выскочек сосредоточиться на учебе было в разы сложнее, но все же я по описанию определила пол и подвид трех фениксов из пяти к тому моменту, как подошла моя очередь. В последней пятерке, разумеется.

Поскольку фениксы сидели в рядок и подходили к ним в том порядке, в котором назывались фамилии, я истово молилась ушедшим, чтобы мне достался один из троих. Но то ли ушедшие ушли слишком далеко, то ли я давненько не посещала храм, но моя фамилия прозвучала последней, и феникс мне достался какой-то совершенно странный. Его описания в учебнике точно не было, я прочла всю главу. Уверена, местор сделал это специально!

Ничего не попишешь, не скажешь же: поменяйте мне феникса, этого нет в учебнике. Пришлось подходить, вставать напротив подставки, на которой гордо восседала птица, поглядывая на меня свысока. В довершение всего это был тот самый, заметивший мой гастрономический интерес в начале практики. Удача мне, гляжу, сопутствует везде.

- Привет, - поздоровалась я. Феникс поднял клюв и закатил глаза, меня обдало волной недовольства. - То есть добрый день, - поправилась я. Пернатый снисходительно кивнул, ты смотри, какая нелюбовь к панибратству!

- Мне надо тебя как-то изучить, а я понятия не имею, как, - пожаловалась я. Феникс щелкнул клювом. - На меня столько всего навалилось: родителей арестовали, имущество отобрали, последние дни в отдельной комнате живу. А еще бывшие подруги меня задирают, а я им даже ответить не могу. Мне и так из-за них три штрафных балла дали, представляешь?

Феникс не представлял, да и явно мог ответить кому угодно, находясь под защитой академии.

- Тебе хорошо, ты вон какой красавец, большой, грозный, сильный. Уверена, тебя тут все уважают, - феникс, и правда, был самый крупный из присутствующих. И магический резерв у него тоже приличный, даже по человеческим меркам. А еще слушал он меня с нескрываемым удовольствием. - А хочешь, - тихонько предложила я, - дам тебе вкусняшку?

У меня в сумке завалялся кусок эклера, я его только сейчас, пока конспекты с учебником доставала, нашла. Сама есть не стала: все-таки не первый день лежит, зачерствел. Но выбрасывать благоразумно не спешила, а достала и на ладони предложила угощение птице.

Феникс каждым глазом по очереди осмотрел угощение, понюхал и быстро склюнул, а потом гортанно заклокотал. Еще бы, я и сама от эклера бы не отказалась, только свежего, с нежнейшим кремом и тончайшим тестом, проминающимся под пальцами. Пернатый склонился надо мной и внимательно осмотрел: он явно улавливал мои мысли, и они ему нравились. Эклеры пришлись огненному по душе.

- Если сможешь мне помочь, я тебе еще принесу, честно, - заговорщицки шепнула я. - Как бы мне определить хотя бы твой возраст?

Он определялся по магическому уровню - нужно вычислить предельный для данного подвида и диагностировать, насколько он заполнен в данный момент. Как только магия у феникса достигает своего максимума, что происходит к концу жизни, то прорывается наружу огнем. К этому моменту птицу стоит изолировать, прецеденты случались всякие, магический огонь сложно потушить, а уж ожоги от него и подавно лечатся тяжело.

У этого магия была сильной, но, кажется, до максимума ему далеко. Если бы знать точно его подвид…

Я дотронулась до крыла, чтобы лучше почувствовать птицу, от идущих тепла и силы стало уютно, а на душе спокойно. Наконец-то неприятный инцидент на алхимии и его продолжение здесь отпустили, перестав разъедать изнутри горечью обиды. Я сама не заметила, как эмпатически потянулась к фениксу. Это похоже на огонь в камине, когда протягиваешь озябшие на морозе пальцы и ловишь в ответ мягкое тепло. Как солнечный луч, пробившийся сквозь тучи в серый дождливый день.

- Какой же ты замечательный, - я нежно погладила крыло, потом, осмелев, провела пальцами по спине.

Феникс закурлыкал и подставил голову, будто кот, предлагая себя погладить и почесать.

Да, задание я, кажется, не выполню. Ну и ладно, зато отлично проведу время.

Пернатый тут же поднял на меня взгляд, совсем не птичий, а вполне осознанный. И мне показалось, что между нами будто натянулась золотая нить. Боясь моргнуть, чтобы ненароком не сбить наметившуюся связь, я сбросила все ментальные щиты, полностью открывшись.

И в голове появились четкие образы, быстро сменяющие друг друга. Вот к нему подходит Алекс, долго осматривает и изучает, а затем довольно хмыкает и записывает на прикрепленном к планшету листе.

И в этот момент феникс в своих воспоминаниях опускает взгляд.

Я будто из воды вынырнула и не могла отдышаться. Но перед глазами стоял исписанный лист со всеми данными. Ну надо же! Да он смесок! У него папа - феникс крупной породы вильгельмин, а мама - относительно небольшая, зато ярко окрашенная фазейская! Вот почему я не смогла его “опознать”! А Алекс молодец, сразу понял. Надо бы с ним подружиться, раз он такой умный. И почерк у него разборчивый, конечно, каллиграфическим его не назовешь, в пансионе за такое письмо посадили бы на хлеб и воду, заставив прописать сто страниц. Что-что, а почерк у девушек должен быть безупречным, чтобы пригласительные карточки заполнять. Но это ерунда, главное, что я смогла прочесть алексовы записи даже вверх ногами глазами феникса!

Быстрее записала все увиденное, только своими словами, а то мало ли, местор не так поймет, и прилетит и мне, и Алексу, с ним после такого будет сложнее сойтись. А Мартина с Оливией со своими фениксами до сих пор не разобрались, так я еще и не последняя, прям приятно. Между прочим, им самые обычные достались, еще и учебником пользоваться разрешили, вряд ли они что-то прочитали заранее, и местор Альдер это отлично понимал.

На меня вдруг такая злость накатила, ведь эти две пустозвонки учились еще хуже меня! Но их почему-то не отчисляли, а меня, значит, пытались выгнать. Что за предвзятость у завкафедрой? И тут меня клюнули, не больно, но все равно ощутимо. Феникс неодобрительно наблюдал за моими мыслями, будто говоря, что не время для обид, время сдавать работу. И он, надо признать, абсолютно прав.

- Вот, - я отдала местору лист. - Я могу быть свободна?

- Нет, леди Риар, я просил вас задержаться, - завкафедрой посмотрел на мой лист, и чем дальше он читал, тем сильнее вытягивалось его лицо. Не ожидал, значит. И феникса мне самого сложного подсунул специально. Я с трудом сдержалась, чтобы не высказать, но клюнутое темечко до сих пор давало о себе знать.

- Время вышло, - объявил преподаватель.

Оливия и Мартина развернулись и спокойно сдали пустые листы, демонстративно так, чтобы я наверняка заметила и осознала, что их не выгонят, а меня выставят в любой момент. И совсем скоро - из платной комнаты.

- Ну что ж, леди Риар, вы неплохо справились с заданием.

Неплохо? Неплохо?! Да он издевается!

- Спасибо, - сквозь зубы поблагодарила я.

- А главное - без происшествий, - продолжил местор.

- Старалась.

- Но мне бы хотелось узнать, что случилось на алхимии? Отчего вы пришли позже всех, а остальная группа так возбужденно обсуждала предыдущее занятие?

- Ничего не случилось, - но такой ответ завкафедрой не устроил. Я же, поняв, что разговор может затянуться и лишить меня ужина, стиснула кулаки и выдохнула. Значит, хочется ему узнать, ну что ж. - Котелок, в котором у меня варилось зелье для расщепления неживых тканей, опрокинулся на мою одежду. Соответственно, от формы мало что осталось.

- Сам опрокинулся? - продолжал допытываться преподаватель.

- Не знаю, я его не трогала, - говорить, что кто-то сделал это специально, не стала. У меня все равно нет настоящих доказательств, одни голословные обвинения, да и местор не дурак.

- Леди, почему с вами постоянно какие-то сложности? - завкафедрой сложил стопку листов в папку, наверное, ответа ему не требовалось, а вопрос был из разряда риторических, но смолчать я не смогла.

- Вы поэтому так жаждете меня отчислить? - задала я встречный вопрос, а мужчина поднял на меня недоуменный взгляд. Не ждал, наверное, но на меня столько всего навалилось, я вчера пол вечера просидела, вытирая слезы, родители в тюрьме, еще отчисление это. - Так ведь раньше я не делала ничего такого.

- Раньше вы вообще ничего не делали.

- Но я такая не одна! Кроме меня, здесь еще несколько учениц со слабым даром и нулевыми знаниями, но они спокойно сдают вам пустые листы!

Я обвинительно ткнула в его папку.

- Успокойтесь, леди, - ледяной голос местора остудил мой пыл. Я сама уже пожалела, что не сдержалась, стоило промолчать, конечно, но и так последнее время только и делаю, что молчу. А еще учусь. - Вы правы, я предвзят, - и я уже хотела с новой силой накинуться на преподавателя с обвинениями, но он не позволил, - но дело не в том, что вы слишком плохи в учебе. Напротив, у вас отличный потенциал, вы способная девушка и можете куда лучше, что сегодня и продемонстрировали. Но три единицы дара по магии жизни не дадут вам стать нормальным целителем, вы никогда не сможете работать по профессии. Да, вы смогли диагностировать феникса, а скорее - договориться благодаря сильной эмпатии, - догадался, значит… - но что бы вы сделали, окажись он серьезно болен? Вы не в состоянии оказать полноценную целительскую помощь, - местор прервался, давая мне осмыслить его слова. Как ни горько признавать, но он, несомненно, прав. Вылечить кого-либо я бы не смогла. А завкафедрой продолжил: - На целительский стоит идти хотя бы, подчеркну, хотя бы с пятью единицами. Но настоящие, сильные и успешные целители имеют десять и выше единиц. И я бы понял, не обладай вы другими талантами, но я видел ваши метрики: десять по стихийной магии и двенадцать по темной. У вас такие возможности в других областях магии, так зачем тратить время на профессию, где вы никогда не сможете себя реализовать?

Он, безусловно, прав, да вот только…

- И что вы предлагаете? - хмуро спросила я. - Перевестись? У нас такие разные программы, что мне максимум - зачтут пять предметов из первых двух курсов. При этом учиться придется заново с первого года.

- И что с того?  Вам всего двадцать - это не возраст. Многие в ваши годы только поступают, а некоторые и позже. Вы потеряете четыре года, хотя лично я считаю, что потеряли время вы до этого, учась на целительском, зато потом сможете заниматься любимым делом, к которому имеете способности. У вас вся жизнь впереди, и как она пройдет - решать только вам.

- Ну да, вам легко говорить, - я отвернулась, пытаясь скрыть эмоции, заново поставила щиты. Не хватало еще, чтобы местор знал, насколько горько мне все это слышать.

Раньше, когда я жила в уверенности, что работать не придется, мне было глубоко наплевать, где и на кого учиться. Теперь я отлично видела, насколько заблуждалась, но, пока учусь в академии, я связана по рукам и ногам. Я думала про перевод, в свете моих отношений с однокурсниками взять и начать все с чистого листа с другими людьми весьма привлекательно. Но я не могу отчислиться, так как идти некуда, вчерашний вечер наглядно показал, что в окруженный магическим барьером дом мне больше не попасть. Где жить до следующего набора почти полгода? И на что? А если я переведусь, пускай и на первый курс, то придется точно так же догонять программу, а потом подтягивать контроль над магией до должного уровня все лето, чтобы спокойно учиться дальше и осваивать темное искусство. Все-таки к целительству меня худо-бедно готовили с детства, а темную магию родители всегда воспринимали как нечто запретное и ее изучение, мягко говоря, не поощряли. И мой перевод точно бы не одобрили. Я как-то заикнулась, а так ли необходимо мне поступать на целительский, когда я могу пойти и в боевые маги, и в некроманты. Помню, как странно переглянулись тогда мама и папа, а после у нас был серьезный разговор, после которого о темных направлениях в магии я больше не заикалась, да и о стихийных тоже. Почему-то родители очень не любили темных магов, даже разговоры о них не поддерживали.

А пока я буду учиться, родителей осудят и приговорят. А я должна что-то сделать! Хотя бы попытаться. Нет, с переводом связываться совсем не время.

- Спасибо за заботу, местор, но я твердо намерена стать целителем, несмотря и вопреки, - уверенно сказала я. Получу диплом, а там уж как-нибудь да устроюсь.

Если так рассуждать, то мне никто не мешает и потом пойти учиться, когда все проблемы останутся позади.

- Поступайте, как сочтете нужным, леди, - раздраженно ответил местор, развернулся и пошел к выходу. Он явно рассчитывал достучаться до меня, и, надо признать, был очень убедителен. Возможно, при других обстоятельствах…

Но мои обстоятельства на данный момент таковы, что если я очень не поспешу, то имею все шансы остаться без ужина. И вот это уже будет реальная и насущная проблема.

Махнув на прощание фениксам и мыслеобразами пообещав “своему” угощение в благодарность, я последовала за местором на выход. Ничего, прорвусь. Только для начала поужинаю.

9. Ужин

В этот ужин я была серьезно настроена поесть в одиночестве, так что от раздачи сразу направилась к любимому и, к счастью, свободному подоконнику. После сегодняшних практик видеть и, тем более, слышать однокурсников мне совсем не хотелось. Наслушалась уже. Может, действительно взять и перевестись от них? Все равно ведь ни с кем не сойдусь...

- Эй, Риар! - Янг уверенно двигался в мою сторону. Я ускорилась, игнорируя кричащего на всю столовую парня. - Да подожди ты! - ждать я не собиралась, но с подносом в руках не так-то удобно маневрировать в потоке голодных студентов.

Так что Янг предсказуемо меня нагнал и еще имел наглость схватить за локоть.

- Пусти, - прошипела я. Главное - поднос не уронить, а то еще из-за этого идиота без ужина останусь.

- Да ладно тебе, - но руку парень убрал и даже поднял, демонстрируя благие намерения. Вот только путь к окну перегородил.

Ну ладно, обойдем.

- Риар, извини, - внезапно выпалил однокурсник, - я не собирался подставлять тебя перед завкафедрой. Не думал, что он так отреагирует.

- Как "так"? - быстро прощать его я не собиралась, уж точно одними словесными извинениями он не отделается.

- Ну, он же тебе велел остаться, а когда все ушли, вы там разговаривали, а потом он злой, как голодные хрычи, вышел. Наши девчонки хотели к нему с вопросами подойти, а он резко им ответил, что занят, пусть завтра приходят. Так что извини, что тебе от него досталось, лады? - парень на полном серьезе раскаивался. Что бы там ни было, а стукачество в студенческой братии никогда не поощрялось. Это только некоторые бегают к руководителям по поводу и без.

- Хорошо, - подумав, согласилась я, прикидывая, попросить у Янга конспекты прямо сейчас или чуть позже. Он же у нас тоже в числе лучших. - Надеюсь, впредь ты будешь сдержаннее.

- Буду, конечно, - заверил однокурсник. - Просто история, как на тебе растворялась одежда, никого не могла оставить равнодушным. Все-все! Молчу, - заулыбался парень.

- А ты, значит, одним из первых работу сдал? - поинтересовалась я. Очень мне нужен был помощник по алхимии и зельеварению. Я бы сказала: жизненно необходим.

- Конечно, что там делать-то? Рецепт простой, даже странно, что мы его на четвертом курсе проходим.

- Так мы и не алхимики, - к моему огромному счастью.

- У них вообще такие зелья зубодробительные! Ты бы только видела! Я на факультативы и открытые занятия к ним часто хожу: представляешь, бывает, что используют несколько десятков ингредиентов!

Не представляю, но ненормального, посещающего факультативы по алхимии, теперь знаю. Вот под такой разговор мы как-то незаметно и пришли к общему столу.

- А вот и наша королева алхимии! - отовсюду зазвучали аплодисменты и радостные выкрики.

- Я раньше алхимию не любил, - поделился один парень, - но сегодня кардинально пересмотрел свои взгляды!

- Везет! - неожиданно поддержал его Янг, только что же извинялся! - А я не пересмотрел…

- А там было на что, - и парни снова заржали.

Наверное, если бы не эмпатия, я бы сначала швырнула в нахалов поднос, а затем и воздушным вихрем добавила - это заклинание мне особо удается, проверено. Но я с удивлением обнаружила, что смеются надо мной беззлобно, некоторые смотрят с долей восхищения, а пара с завистью, но в целом обстановка за столом благожелательная.

Так что я предпочла улыбнуться и сесть за общий стол. Но поесть нормально оказалось сложно. Со всех сторон сыпались вопросы, сильно ли меня ругал местор.

- Да так, - я неопределенно пожала плечами, наговаривать на местора не хотелось. Но и сказать, что меня скорее по другому поводу задержали, тоже не получалось. Вот такая я таинственная особа.

- И феникса он тебе самого сложного дал, - поддержал уже кто-то из девушек. - Твою фамилию последней называли, а там такое нечто сидело: никто, кроме Алекса, не угадал его породу.

- Почему никто? - решила сыграть я. - Я поняла, что это помесь вильгельмина и фазейской.

- Ого!

- Знаешь, хорошо, что ты со своей компанией порвала, сразу поумнела, - одобрил Янг.

Надо бы теперь осторожно выяснить, как его зовут. Хотя обращение по фамилии в студенческом кругу вполне допустимо. Здесь вообще все как-то просто, никто не подбирает слова и не строит витиеватые фразочки. Тема моих достижений в алхимии как-то плавно перетекла в воспоминания о курьезных моментах, и мне на секунду стало жаль, что эти воспоминания у нас не общие. “Привилегированные ученицы” всегда держались обособленно и смотрели на других свысока. И стоило мне выбыть из этой группки, как я сразу превратилась для них в объект насмешек. Конечно, раньше мне завидовали, все-таки у меня все складывалось лучше остальных: и магический резерв, и эмпатия, и какие-то навыки. А еще был молодой красавец-жених, а не какой-то сорокалетний старикан, как у Оливии.

- Элиза, - позвала меня одна из девчонок. Я, продолжая жевать, нашла ее взглядом за столом. - Если подумать, наш завкафедрой очень к тебе цеплялся с самого начала, а сейчас особенно, - вот, даже окружающие замечают! - Может, он к тебе неравнодушен?

Кашляла я долго, точнее, сначала и откашляться не получалось, кусочек картофельной запеканки провалился не в то горло и ни в какую не желал выходить. Вот так и гибнут в расцвете лет.

Запив кое-как вернувшийся на путь истинный в пищевод кусок, я вытерла салфеткой выступившие слезы. Доведут меня однокурсники, не те, так эти.

- Откуда такие дикие мысли? - накинулась на однокурсницу я. - У нас с ним вообще ничего общего!

Кроме одной проекции-изображения в шаре.

- Я просто предположила, представляешь, как бы это было здорово? - принялась оправдываться девушка.

- Не представляю и представлять не хочу.

Запеканка больше не лезла. Это ж надо такое предположить!

- Риар, а у тебя вообще жених есть? - это снова Янг, вот у кого язык без костей.

И главное, все так замерли, ожидая ответа. А что ответить - я сама не знала. От Гильермо до сих пор ни слуху, ни духу, хотя вряд ли он не в курсе случившегося с моими родителями.

- Есть у нее жених, - это кто-то из девушек, и откуда только знают? - За ней такой красавчик несколько раз приходил, не чета некоторым.

Янг был темноволосый, невысокий и худой, на свой возраст не тянул, я бы ему от силы лет семнадцать дала. А еще настолько активный и живой, даже на табуретке спокойно усидеть не мог, все время в движении. Полная противоположность Гильермо.

- Может, это брат? - насупился Янг. И ведет он себя тоже по-детски. Забавно хмурит темные брови и надувается.

- Да-да, мы так и поняли.

Я ковырялась в запеканке. И ведь когда-нибудь они тоже все узнают, как и про моего жениха. Продолжат ли в таком случае общаться? И почему это вообще меня волнует? Мне учиться надо, программу догонять.

А если станет совсем плохо, то смогу перевестись на темную магию к радости местора Альдера.

Может, прав он? Ну что я так цепляюсь за это целительство? Но, потеряв семью и дом, взять и обрубить последнюю ниточку, связывающую меня с прошлым, пока не получалось. Посмотрим... перевестись я могу и позже, уверена, завкафедрой еще и посодействует, лично словечко замолвит и документы мои отнесет, лишь бы избавиться. Неравнодушен он. Еще как!

Ужин закончился, мне предложили пойти со всей компанией куда-нибудь посидеть на территории кампуса, но настроения совсем не было. Как вспомню про родителей и опустевший дом, так слезы на глаза наворачиваются.

Так что с однокурсниками я распрощалась до завтра и пошла к себе. Последняя ночь в личной комнате, завтра всех ждет новая порция сплетен, когда я перееду к кому-нибудь. Вот бы повезло, и мне бы досталась тихая и скромная соседка.

Стоило войти в общежитие, как недовольная сильнее обычного комендантша вручила  мне два конверта. Один форменный, от нашей академии, с предписанием или срочно оплатить комнату, или подготовиться к переезду. А второй… второй от Гильермо! Он будет ждать меня завтра в три возле ворот академии!

Сердце сначала забилось чаще, но потом розовый туман перед глазами рассеялся. Эта встреча станет у нас если не последней в жизни, то заключительной в текущем статусе - точно. Здесь иллюзий питать не стоит и лучше быть заранее готовой. Может, первой его бросить? Сразу при встрече сказать: “Знаешь, Гильермо, нам было хорошо вместе, но дальше, прости, не по пути”, или что там в таких случаях говорят? Наверное, так и поступлю. Если уж расставаться, то так, чтоб я, а не меня.

Все, решила. С одним вопросом разобралась.

Вопрос второй - переезд. И расставание с обжитой за столько лет одноместной комнатой печалило едва ли не сильнее, чем расставание с Гильермо. Собственно, положа руку на сердце, расставание с Гильермо меня вообще не сильно расстраивало, в отличие от перспективы целый год жить с соседкой. И хорошо, если с одной…

Попросив у комендантши пару коробок, я упаковала свои вещи, чтобы завтра их только перенести. Так было удобно: большая кровать, просторный шкаф, письменный стол с полочками. Горшочки с цветами на окнах и милые занавески, ковер с длинным ворсом… Мне будет вас всех не хватать…

Наверное, стоило бы посвятить оставшееся до сна время учебе, но ей я за последние три дня уже столько посвятила, сколько обычно и за месяц не посвящаю. Поэтому я взяла папку с документами по нашему старому дому, развязала тесемки и начала разбираться. По всему выходило, что дом нам еще принадлежит, вот буквально в конце прошлого года отец оплачивал по нему какие-то счета. Немалые счета, однако. Единовременно десять тысяч марок. За такие деньги можно новый дом купить, не самый шикарный и не в центре, но точно получше нашего. В моих воспоминаниях дом на все лады скрипел половицами, стонал лестницей, гудел трубами, а ночью в тишине пугал маленькую меня разными шорохами. Одним словом - был очень музыкальный. И его содержание, если оно столь дорого, я однозначно не потяну.

А вот еще интересная деталь: дом находится в залоге у Миасского банка, в самом низу лежал договор залога примерно тех лет, когда мы переезжали. Интересно, зачем такие сложности, почему сразу его не продали?

Только я не совсем поняла, в обеспечение каких обязательств его отдали в залог? И странно, что родители про него ни словом не обмолвились. Надо обязательно встретиться с поверенным, может, он что-нибудь прояснит?

Документы я сложила обратно, папку закрыла и убрала в одну из коробок. Никаких ответов я не получила, а вопросов стало больше.

10. Жених

Всю первую половину дня я провела как на иголках. Завтрак прошел уже традиционно в компании однокурсников, к разговору которых я почти не прислушивалась. Лекции по животноведению я также прослушала вполуха, что-то записала, но больше провела в своих мыслях. Немного встряхнули меня только занятия в зоосаде, где показывали, как за животными ухаживать. Не могу сказать, что это прям так захватывающе, просто, когда ты чистишь чью-то клетку, параллельно стараясь ни во что не вляпаться, на посторонние мысли времени не остается.

Меня мучили три вещи: старый дом, по какой-то причине до сих пор не проданный, переезд из комнаты и встреча с почти бывшим женихом. Не могу сказать, что передумала его бросать, но мне так нужна чья-то помощь или хотя бы совет. Я никогда ничего не решала сама, и начинать оказалось неожиданно трудно. Казалось, что может быть проще, не алхимия ведь и не целительство, но почему-то и по жизни не получалось прийти к чему-то определенному. Пока я просто плыву по течению, но долго так продолжать нельзя. Поэтому на нашу с Гильермо встречу я возлагала большие надежды.

Для начала после занятий я не пошла на обед, решив, что бывший, не бывший, а накормить девушку он обязан. Все же общая студенческая столовая меня не радовала, а с оставшимися тридцатью марками путь в кафетерий был заказан.

И оделась соответственно, в одно из тех платьев, которые взяла на продажу. Красивое нежно-лиловое, самое то для весны. Его я, пожалуй, не буду спешить продавать, к тому же оно на обычных застежках, а не на шнуровке, и сшито на заказ по моей фигуре.

В таком виде, накрашенная и причесанная, как на настоящее романтическое свидание, я вышла в три часа из академии.

Гильермо стоял неподалеку, облокотившись на стену одного из домов, и выглядел настолько замечательно, что бросать его стало жалко. Расстегнутое светлое пальто отлично гармонировало со светлыми же волосами, небрежно намотанный шарф и небольшой, но изящный букет цветов, который служил главным акцентом образа. Цветы меня несколько смутили, кто приходит бросать девушку с букетом? Подозрительно как-то.

А еще он так искренне обрадовался при виде меня, что стало совсем неловко. Сходу сказать "Давай расстанемся!" не получилось.

- Элиза, - Гильермо обнял меня, и я как-то случайно обняла его в ответ. - Как ты? Я очень переживал за тебя эти дни.

- А почему не пришел раньше? - нет, на всякие нежности я не поведусь.

- Я заканчивал дела в клинике, мне предлагают другое место, не в столице, но город крупный - Зарев. Там наш стратегический порт, как военный, так и торговый.

- Так ты уезжаешь? - я выбралась из кольца его рук. - Тогда к чему все это?

- Давай где-нибудь поговорим, ты обедала? - пока еще жених галантно предложил руку.

Поскольку я не обедала, то с расставанием решила не торопиться. Сначала нормально поем, потом все остальное.

Мы зашли в небольшой ресторанчик, где Гильермо любезно предложил заказать все, что душе угодно. Обычно я, как всякая приличная девушка, поддерживала светлый образ и заказывала на наших свиданиях салатик и свежевыжатый сок. Но сейчас случай особый, и мне требуется нормальный обед. Желательно такой, чтобы после него и ужинать не захотелось.

Молодой человек с улыбкой наблюдал, как я с удовольствием расправляюсь с отбивной. Вкусно-то как! Да уж, это вам не столовка…

- Я готова слушать, - горячее закончилось, но стоявший передо мной десерт из фруктов и взбитых сливок должен подсластить любую пилюлю.

И пусть уже скажет, что уезжает и разрывает помолвку, так и быть, за вкусный обед уступлю наше расставание ему.

- Элиза, я знаю, о чем ты сейчас думаешь, - начал слишком издалека Гильермо. Но он вряд ли он прав: я думала о том, что мне сегодня надо еще переехать в новую комнату, обустроиться и успеть сделать задание на завтра. Куча дел, а он все ходит вокруг да около. - Ты считаешь, что я тебя бросаю, так? - я решила его не разочаровывать и кивнула. А вообще, не считала, я ждала, когда это уже случится. - Так вот, ты не права. Я уезжаю, да, но хочу предложить тебе поехать со мной.

Я оторвалась от десерта и внимательно посмотрела на жениха. Его предложение, пусть и интересное, не походило на предложение руки и сердца. Тогда что именно он хочет этим сказать?

- В качестве кого? - прямо спросила я.

- Я предлагаю тебе уехать, - увильнул от ответа этот лис. - В место, где тебя никто не знает, где ты сможешь начать все заново. Я узнавал, в Зареве тоже есть небольшое отделение академии магии, закончишь его, получишь диплом. Я еду туда заведующим инфекционного отделения и место для тебя найду. Не целителем, конечно, у тебя слишком слабый дар, тут не стоит обманываться, - сразу уточнил Гильермо, - но есть и административные должности, до них, правда, надо дорасти. Так что начинать советую с младшего персонала, заодно и опыта наберешься, посмотришь, что и как. А я буду рядом и в любом случае без поддержки тебя не оставлю.

Десерт закончился, как и мое желание выслушивать все это и дальше. Нет, я ничего другого и не ожидала, Гильермо предлагает мне весьма неплохой вариант, если разобраться. Но меня все равно не устраивает. Не вариант даже, сам Гильермо. Пусть едет без меня.

- Гильермо, нам дальше не по пути, - все-таки произнесла красивую фразу я. - Желаю удачи в Зареве.

- Элиза, подумай как следует, я понимаю, что тебе обидно, но и ты меня пойми…

- Я все понимаю, - и мило улыбнулась бывшему, он чувствовал себя виноватым, моя эмпатия не может ошибаться, вот и пусть мучается дальше.

- Может, тебе что-то нужно? - и, разумеется, Гильермо, как мог, пытался сгладить свою вину.

- Коробку эклеров, - попросила я, - только не здесь, тут неподалеку есть отличное место, там можно взять на вынос.

- И все? - бывший жених выглядел растерянным.

А что, он думал, я попрошу денег? Соблазн имелся, не отрицаю, но брать у него деньги в компенсацию за разорванную помолвку… нет уж, лучше платья продам.

- Все, - подтвердила я. И пусть его совесть мучает всю оставшуюся жизнь, что бросил девушку в такой сложной ситуации. Чтоб ему там икалось, в этом Зареве, надо будет хоть посмотреть, где этот стратегический порт находится.

За эклерами мы сходили молча, Гильермо почти не смотрел в мою сторону, мне тоже нечего было ему сказать. Хорошо, что мы не женаты, возможно, со временем мои чувства стали бы к нему глубже. А возможно, и нет, так и маялись бы потом друг с другом.

- Добрый день, леди, - приветливо улыбнулась хозяйка. - Вам понравились наши сладости?

Приятно, что меня запомнили, пусть и была я здесь всего один раз.

- Очень понравились, эклеры были изумительные! Можно мне еще десять сегодняшних? - на всякий случай уточнила я. - А еще вон тех корзиночек и бисквит.

- Нам завезли совершенно удивительные мятные леденцы, - продавщица поняла ход моих мыслей.

- И леденцы, - согласилась я. - А кофе в зернах продаете?

- Да, они у нас уже обжаренные, идут на вес, три марки за унцию.

- Ты не против? - я похлопала ресницами, свою компенсацию я обязательно получу, помещу эклеры в стазис и буду наслаждаться ими.

- Нет-нет, - поспешил ответить бывший жених, - бери все, что хочешь.

Взяв еще несколько пачек тонизирующего чая, шоколадных конфет - они долго лежат безо всякого стазиса - я почувствовала себя достаточно удовлетворенной.

В академию собиралась вернуться сама, но бывший жених настоял, что проводит: вечереет уже, да и ему несложно. Коробку со сладостями он тоже предложил донести, но такую ценность я ему доверить не смогла.

- Прости, - у дверей академии он едва ли не впервые за сегодня посмотрел мне в глаза. - Мне правда жаль.

- А мне нет, - искренне ответила я.

Молодой человек невесело усмехнулся.

- Береги себя, и на всякий случай я пришлю тебе в академию письмо с новым адресом из Зарева, мое предложение в силе, учти. И через год, когда закончишь учебу, тоже будет в силе. И вообще, за год может многое измениться, и тогда, возможно, мы еще раз…

- Всего хорошего, - я привстала на цыпочки и по-дружески чмокнула Гильермо.

И всю оставшуюся дорогу до проходной я ощущала пристальный взгляд в спину. Мне не жаль, а вот ему как раз очень жаль. И это, признаюсь, грело душу. Плакать в подушку по бывшему жениху я в любом случае не собиралась, вот еще. Зато сладостями разжилась, надо бы в зоосад заглянуть к фениксам, поблагодарить моего пернатого помощника. Удивительно, что даже птица оказалась не глуха к моему горю и смогла найти способ помочь, а взрослый и самостоятельный мужчина при первом же признаке опасности поджал хвост и скрылся за горизонтом. Нет, определенно хорошо, что мы расстались. И настроение у меня было отличным... ровно до входа в общежитие.

- Где вы шляетесь, леди? - комендантша, кажется, поджидала меня на пороге. - Съезжать-то собираетесь? Комнату освобождать надо.

- Собираюсь, - скривилась я. - А куда мне переезжать?

- Держите, - и грымза всучила мне бумагу с данными комнаты и именем соседки и несколько погнутый ключ. - Можете идти заселяться, я ее уже предупредила.

Ну что ж, посмотрим, насколько мне повезло на этот раз. Имя и фамилия казались знакомыми, наверное, кто-то из моей группы, вот и познакомимся поближе.

11. Соседка

Зайдя в свою теперь уже бывшую комнату, как много у меня сегодня стало бывшего, однако, я последний раз окинула ее взглядом, решая, не взять ли что-нибудь еще.

Одеялом, подушкой и постельным бельем родная академия должна меня обеспечить, коврик, кажется, относится к комнате. Цветы я не возьму, все равно не знаю, как за ними правильно ухаживать, за меня это всегда приходящая уборщица делала. Книги на полках - одни романы и популярные издания, их точно не потащу, все равно вряд ли перечитывать буду. Что еще? Одежду я упаковала вчера, а то, что взяла из дома, так и лежало в мешке. Средства личной гигиены, косметика и прочие штучки были собраны и весили ощутимо больше, чем мои немногочисленные учебники и канцелярские принадлежности. Телекинезом я владела плохо, поэтому с трудом погрузила все вещи на выданную тележку, сверху положила букет и пошла заселяться.

У дверей нужной сто двенадцатой комнаты я остановилась и постучала, решив первый раз не открывать своим ключом, а проявить вежливость. Элис Дьяр… что-то знакомое, сейчас и узнаю, кто такая эта Элис.

И когда дверь открылась, я поняла, что и здесь просто не будет.

- Тебе чего? - рыжая однокурсница открыла дверь и встала в проходе, подперев косяк.

Она все время таскалась рядом с Алексом, а поскольку с Алексом мы проучились все четыре года, и знала я его не в пример лучше остальных, то и общалась больше. А еще Алекс первый, кто пригласил меня за общий стол, и потом сделал многое, чтобы меня там приняли. Вот только Элис я совсем не нравилась, и принимать меня еще и в качестве соседки она не торопилась.

- От тебя ничего, я теперь здесь живу, - и для верности продемонстрировала распоряжение от комендантши. Соседка не шелохнулась, тогда я попробовала обойти, но девчонка сделала шаг в сторону, загораживая проход.

- А если не пущу? - и Элис будто невзначай подняла руку и принялась разглядывать свои ноготки, весьма остро наточенные, к слову. - Я уже привыкла к одноместной комнате, с соседками уживаюсь плохо, ты у меня четвертая будешь, остальные продержались недолго. Так, может, сразу пойдешь обратно к комендантше и скажешь, что мы не сошлись характерами? Чтобы лишний раз вещи не таскать, а?

Элис смотрела на меня в упор. Волосы собраны в высокий хвост, отчего скулы кажутся еще острее, губы сжаты в линию, глаза прищурены, даже стойка сразу чуть пружинистая, чтобы и самой ударить можно, и от чужого удара уйти. По такой сразу видно, что к скандалам она привыкла, как и к выдергиванию патлов всем недовольным. Конечно, я бы могла тоже продемонстрировать свои навыки. Могла и последовать ее совету и не нарываться на штрафные баллы, а вернуться и попросить другую комнату. Но так можно с места на место долго бегать. А если зайти иначе?

- У меня эклеры есть. Но если не хочешь, могу пойти в другую комнату к другой соседке.

Мы смотрели друг на друга. Моя потенциальная соседка еще раз придирчиво окинула взглядом меня и мои вещи, которых набралось три больших коробки и несколько небольших.

- Заходи, так и быть, сейчас чайник на спиртовку поставлю. Но в шкафу твое шмотье не поместится, учти, а на свою территорию я никого не пускаю.

Вот и решили одну проблему. Хотя бы с проходом внутрь. А там уж как-нибудь годок вместе проживем, если я не вылечу или не переведусь раньше.

Зайдя в комнату, я не сдержала грустных вздох: комнатушка на двоих была меньше моей прежней персональной. Шкаф - одно название, единственная перекошенная створка, штанга, на которой от силы три платья поместятся, не помявшись, и две полки наверху. Прямо скажем - негусто.

Узкая кровать с жестким и кочковатым матрасом, свалявшаяся подушка, грубое постельное белье какой-то непонятной расцветки, явно вылинявшее после множества стирок. Вот тут-то я и пожалела, что хотя бы простынь из дома не захватила. Надо было делать, как папа говорил…

Письменный стол с ящиками и полка для книг наверху. Куда я только буду все свое добро складывать?

Пока чайник на спиртовке медленно закипал, я достала самые нужные вещи и сложила в шкаф, предварительно применив к нему все известные мне очищающие бытовые заклинания, а то мало ли, кто и что держал там раньше? Ту же процедуру проделала с кроватью. А в письменный стол с ящиками мне и складывать особо нечего, Эльс только фыркнула, когда я раскладывала там косметику.

Остальные коробки я пока запихнула под кровать и выдохнула.

- И что, это все твои вещи первой необходимости? - удивилась соседка.

- Да, в коробках еще одежда, но ее все равно вешать некуда.

- А тазик там какой-нибудь? Чайник?

И если зачем нужен чайник, я еще понимала, неплохо бы им обзавестись, вряд ли Элис согласится на постоянной основе поить меня чаем, то тазик…

- А зачем тазик? - осторожно спросила я. Чувствую, выяснить этот момент стоило как можно раньше.

- А в чем ты стирать собираешься? Или ты не собираешься?

- А стирать можно только в тазу? А как же прачечная? - к таким трудностям я была не готова.

- Прачечная или для привилегированных студентов из платников, к которым ты теперь, видимо, не относишься, или за деньги. Можешь, конечно, за деньги сдавать туда вещи.

- И где взять таз? - может, его выдают? Как постельное белье, к примеру.

- Нда… сложно тебе будет, принцесса. Иди чай пить, сейчас кипятком залью.

- А у меня и чай есть, - я достала пачку явно лучше, чем ее непонятный дешевый сорт.

- А чашка у тебя есть?

- Есть, - и я выставила на стол фарфоровую чайную пару, на что Элис только глаза закатила, но насыпала заварки и кипятка налила. Эх, никакого представления о чаепитии…

Коробку со сладостями мы открыли, и обе с удовольствием начали таскать пирожные с эклерами.

- Как тебя угораздило-то? - соседка после эклеров и вкусного чая ощутимо подобрела и немного прониклась ко мне. - С родителями поссорилась, что ли?

- Вроде того, - я взяла эклер.

- А твой жених что на это сказал?

- Ничего не сказал, мы расстались.

- Понятно… - многозначительно протянула Элис и вытянула очередной эклер.

Сидели мы на моей незастеленной кровати, и было это как-то странно и непривычно. Вся ситуация: двухместная комната, чайник на спиртовке, дешевая обстановка, краска, местами облупившаяся на стенах, затертый паркет на полу, некоторые половицы подбиты гвоздями, шторы на прогнувшемся карнизе...

Сама Элис рыжая, просто какая-то неприлично яркая даже без макияжа, прямой и колючий взгляд зеленых глаз, веснушки на щеках, которые она и не пыталась запудрить, худая, плечи и локти острые, ключицы выпирают, а груди и нет почти, так, один намек. Да ее эклерами кормить и кормить.

- Значит, ты теперь свободна, - с какой-то грустью произнесла девушка.

- Получается, да, а что? - нет, понятно, что я должна немного расстроиться от расставания, так я сейчас, можно сказать, и заедаю горе вкусняшками, а она-то чего печалится?

- И значит, парни начнут к тебе клеиться, - продолжила мысль соседка.

Ровно до тех пор, пока не всплывет вся правда о моей семье. В чем-то даже хорошо, что мои бывшие подружки не снисходят до общения с окружающими, иначе бы все уже давно были в курсе.

- Мне это сейчас не особо интересно, - те парни, которые начнут ко мне клеиться, навряд ли способны обеспечить мое безбедное будущее.

- Тебе-то, может, и неинтересно, а вот другим будет интересно, - вздохнула Элис.

Я еще раз внимательно оглядела соседку, а что, если…

- Элис, а ведь тебе нравится Алекс, да? - чем именно, я не понимаю, Алексу далеко до эталона красоты: среднего роста, невыразительный, светлые волосы и брови совсем не оттеняют светлую же кожу, и глаза серые. Взгляду зацепиться не за что. И такая огненная девушка рядом будет смотреться странно. Но мне-то что? И если подумать, мы с Гильермо были гармоничной внешне парой и отлично смотрелись вместе, а толку-то?

Элис не ответила, только откусила большой кусок эклера. Я на всякий случай отложила один для феникса, а то съедим все, где я еще эклеров возьму? Вернее: на что?

- Давай, я помогу тебе привлечь внимание Алекса, а ты поможешь мне с налаживанием быта и учебой?

Честно говоря, я не знала, как училась Элис, но точно лучше меня. А в обычной комнате студенческого общежития девушка жила все четыре года и все премудрости наверняка освоила.

- И каким же образом ты хочешь мне помочь? - подозрительно прищурилась соседка.

- Для начала приведем тебя в приличный вид. Ты когда нормальный маникюр в последний раз делала? - судя по взгляду Элис, который та бросила на свои ногти, - никогда. Заточенные ногти, конечно, практично, но не особо красиво, да и кутикулу подрезать не мешает. - Из косметики тебе что-нибудь подберем, у меня много разного, что-нибудь тебе обязательно подойдет, - пусть типаж у нас совершенно разный, но некоторые тени и подводки я покупала не потому, что они мне шли, а просто из-за красивого цвета. Вот и попробуем на Элис. - С волосами что-нибудь придумаем, я тебя до этого с распущенными видела, но лежали они у тебя каждый раз отвратительно. Хвост, конечно, интересно, но ты с ним какая-то слишком воинственная, надо добавить женственности.

Еще бы ей грудь добавить - вот уж точно беспроигрышный вариант, но тут чем природа наградила.

Не могу сказать, что девушка слушала меня с энтузиазмом, но и отказываться сразу не спешила.

- А в учебе в чем именно тебе надо помогать? - Элис постучала пальцами по своей кружке и отставила ее в сторону.

- Можем начать с сегодняшнего задания по зооцелительству, - что было бы весьма актуально.

- А ты еще не сделала? - удивилась соседка.

- Не успела, - призналась я.

- А предыдущие задания у тебя закончены?

- Даже не начаты, - темно-рыжие брови поползли вверх. Да уж, ей со мной будет не легче. - А я тебе завтра утром прическу сделаю и накрашу, - вот это я умею.

- Хорошо, - медленно проговорила Элис, - давай попробуем. Но если с Алексом толку не будет, я на тебя время тратить не собираюсь.

- Взаимно, - я протянула руку, которую девушка, чуть помедлив, пожала.

Возможно, жить с соседкой не так уж и плохо.

12. Прическа

Задание досталось от замечательного завкафедрой такое же замечательное: каждому выдали одно огненное животное из ранее пройденного материала, необходимо было проанализировать сильные и слабые его стороны для домашнего содержания. Зооцелители должны разбираться во всем.

Мне выпал большой трехглавый цербер. Учебник с подробным описанием я позаимствовала у соседки, у меня имелся только краткий бестиарий. И чем дальше я читала, тем сильнее убеждалась: я бы такую тварюгу не завела. Во-первых, он очень много ел, так как габаритами не уступал грифону или мантикоре - один из самых крупных из одомашненных. Во-вторых, грыз в три раза больше обычного цербера. Если верить описанию, среднестатистическую табуретку он перемалывал тремя зубастыми пастями до состояния щепы минуты за две. В-третьих, характер, как и все огненные, имел соответствующий, заводить его рекомендовалась исключительно магам, умеющим ставить щиты. Нет, разумеется, существовали ограничивающие и запирающие артефакты, но если хозяин случайно не уследил, и они исчерпали свой резерв… в общем, магический огонь тушится плохо, а горит сильнее обычного.

По-моему, все вышеперечисленное делало трехглавого цербера совершенно непригодным для домашнего содержания. Но ведь находились же любители...

Малый одноглавый ненамного лучше, но все же более управляемый и менее разрушительный.

- Его реально кто-то заводит? - пока что моя колонка “сильные стороны” была абсолютно пуста.

- Реально, - Элис снисходительно наблюдала, как я старательно вычерчиваю таблицу и вывожу буквы своим каллиграфическим почерком. - Они сильные и выносливые.

- Попробуй такого выгуляй.

- Обладают отменными охранными качествами. Могут охранять как дома, склады или производственные объекты, так и торговые караваны, к примеру.

- Подожди, не так быстро, - я записывала.

Элис закатила глаза.

- Неприхотливые, с отличным здоровьем, огненная магия делает их устойчивыми к низким температурам. Высокая обучаемость, опять же, охотничьи инстинкты.

Дальше мы перешли на список болезней, он оказался у них небольшим и в основном связан с опорно-двигательным аппаратом и желудочно-кишечным трактом. Трехглавость сильно осложняла церберу жизнь. Чтобы не смещались центры тяжести, спина и круп отличались массивностью. Имелись также психологические проблемы, которые сглаживались правильным воспитанием. А при неправильном головы вполне могли начать конкурировать друг с другом, вплоть до драк. В обычном случае одна голова все равно лидирует, воспринимая остальные как стаю.

- Теперь изучай строение и основы защиты от него, а также способы погасить его возгорания, - скомандовала Элис, когда список качеств мы добили.

- Это тоже надо писать? - я достала новый лист.

- Не надо. Когда цербер вспыхнет, твой листочек превратится в пепел, - фыркнула соседка. - Поэтому лучше заучивай.

- Когда вспыхнет? Мы же устно защищаем наше задание, что там может вспыхнуть? - напряглась я.

- Устно? - Элис рассмеялась звонко и искренне. - Н-да, принцесса, вижу, с учебой у тебя все еще хуже, чем я думала, раз ты даже расписание занятий за полсеместра не выучила. Завтра - практическое. Ты сдашь письменную часть на проверку, а на деле будешь проявлять свои навыки взаимодействия с магическими животными. И поздравляю, у тебя опять один из самых трудных и опасных. Видимо, ты чем-то серьезно разозлила местора Альдера, я слышала от пятикурсников, что трехглавых церберов обычно парням дают.

- И что делать? - мне совсем не хотелось на практическое с трехглавым цербером, он мне заранее не понравился, еще по описанию в учебнике.

- У тебя же эмпатия сильная, - пожала плечами соседка. - И для начала изучи его физиологию, ты же ее тоже мимо прошла, да? Обязательно будут вопросы по ней. Давай, принцесса, сделай так, чтобы мне не было за тебя стыдно.

На колени мне лег учебник по физиологии видов. Был он еще толще основ зельеварения. И это все надо выучить?!

- Давай-давай, - приободрила меня Элис, соскакивая с моей кровати и перебираясь на свою. - Ночь длинная. И я тебя завтра рано подниму, ты же помнишь про свое обещание?

- Помню, - я нашла описание большого трехглавого цербера. - А незнакомые слова у тебя спрашивать можно?

Элис застонала, но согласилась.

- Знаешь, а ты мне даже нравишься, - ложась спать, призналась девушка. - Я себя на твоем фоне такой умной чувствую.

- Спасибо, ободрила, - буркнула я, заворачиваясь в одеяло.

- Обращайся, - зевнула соседка и, кажется, сразу уснула. Везет.

С непривычки я долго ворочалась на неудобном матрасе, пытаясь устроиться получше, заодно слушала шорохи с половины соседки. Я никогда в жизни не делила ни с кем комнату, даже в самом детстве, еще в старом нашем доме, у меня была собственная. Старый дом. Только окутавшая меня дрема, готовая перейти в сон, тут же отошла в сторону, уступая место мыслям. С этой учебой времени совершенно нет! А мне так нужно встретиться с поверенным и узнать, что с домом. Почему он в залоге у Миасского банка, и возможно ли вернуть его обратно? Тогда у меня будет хоть какая-то крыша над головой и за учебу не придется так переживать.

Проснулась я от того, что меня совсем не нежно расталкивали и стаскивали одеяло.

- Вставай, а то душевые займут, на завтрак не успеем!

И на этом я открыла глаза, думая, что это какой-то странный сон. Почему кто-то должен занять мою душевую?

За окном даже не рассвело толком, но яркий магический светляк давал возможность все как следует рассмотреть и осознать.

- Уже? - простонала я.

- Уже, - сурово подтвердила соседка. - Бери полотенце, халат, зубную щетку и что там тебе еще надо, и пошли скорее.

- У меня полотенца нет, - призналась я. Почему-то о нем я тоже не подумала.

- Значит простынь, в коридоре прохладно, нужно вытереться. Что я вообще с тобой вожусь, как с маленькой? - возмутилась Элис. - Могла бы и получше подготовиться!

Знать бы, к чему именно готовиться…

Взяв вторую простынь, достав из коробки голубой шелковый халатик, отделанный кружевом, и тапочки, положив зубную щетку и порошок в косметичку, я в халатике и шелковой же ночной сорочке пошла в общие душевые. Их несложно было найти: в конце коридора выстроилась небольшая очередь.

В мужскую душевую, что примечательно, очереди не было, парни там особо и не задерживались, а вот в женскую человек десять набралось. На меня все косились как-то странно, наверное, я несколько выделялась своим шелковым халатом на фоне их банных. Но признаю, определенный плюс в махровых, байковых, а то и вовсе теплых стеганых халатах имелся: шелк на проверку совсем не грел. А в коридоре было по-утреннему прохладно, так что я быстро начала зябко ежиться и пританцовывать в ожидании своей очереди. Надеюсь, в душевых теплее.

Парни тоже задерживались на мне взглядами, подмигивали, некоторые подходили знакомиться. Знакомство в очереди в душевую - что может быть пошлее?

К счастью, минут через пятнадцать, когда я успела основательно продрогнуть и начала отстукивать зубами, наконец-то подошел мой черед в помывочную. Я сразу шмыгнула в свободную кабинку, рядом повесила одежду и с наслаждением включила горячую воду, отогреваясь. Потом промыла свои густые длинные волосы, нанесла на распаренную кожу скраб, маску… Привычный утренний ритуал.

- Кто там в четвертой кабинке? - в дверь недовольно забарабанили. - Жабры отращиваешь?

- Смотрите, какой оттуда пар валит! - подхватил кто-то. - Да она сейчас всю горячую воду сольет!

В дверь забарабанили с удвоенной силой. А я что? У меня на теле скраб, который еще смыть надо, на волосах укрепляющая маска.

- Подождите минуту! - крикнула я, а то, чего доброго, дверь вынесут.

- Риар, ты, что ли? Ты там уже двадцать минут торчишь, у нас не больше пяти минут на человека, ты в курсе? Быстро вышла!

- Я тороплюсь, как могу!

Под недовольные возгласы я спешно смывала с себя все нанесенное, дверь ходила ходуном, напряжение в душевой росло, а мои эмпатические щиты буквально трещали.

- Так, - стоило мне открыть дверь кабинки, как дорогу преградила девушка из породы, про которую обычно говорят “в теле”. Такую при всем желании не обойти, она ровно по ширине двери. - Я вижу, ты не знаешь местные порядки.

- Я быстро учусь, - разумеется, я могла бы ответить куда жестче, но штрафные баллы мне совсем ни к чему. - Поняла уже, что чуть-чуть задержалась.

- Чуть-чуть? - отовсюду послышались возмущенные крики.

- Я извиняюсь, что задержала кабинку, мне было очень нужно, - и запас моей вежливости не бесконечен.

- Здесь всем очень нужно, но больше никто себе такого не позволяет, - не отставала от меня толстуха, да еще для большей убедительности сделала шаг ко мне, грозно сложив руки на груди.

Нет, ну это уже слишком! Подумаешь, кабинку немного задержала!

В ответ на мои мысли вода в трубах недовольно загудела, души разом зафыркали, из кабинок зазвучали визги: где-то пошел кипяток, кого-то, наоборот, окатило ледяной водой.

- Вы бы мылись быстрее, а не глупые разборки устраивали! Не видите, что ли, с водой проблемы! - крикнула я, и это подействовало, народ засуетился, целительница в теле скривилась, но выпустила меня из кабинки.

А ведь сегодня мне буквально повезло…

В комнату я почти бежала: во-первых, холодно, во-вторых, я еще Элис должна накрасить.

Соседка к моему возвращению успела одеться и высушиться.

- Так, - скомандовала я, - садись к окну, макияж лучше всего делать при дневном свете.

- А ты точно успеешь? - по-моему, Элис не горела желанием преображаться и покорять возлюбленного.

- Точно, - заверила я девушку, - у меня рука набита.

Сама же быстро высушила волосы бытовым заклинанием так, чтобы они сразу легли, как нужно красивыми крупными локонами, надела форму, достала косметичку.

- Ну-с, приступим.

Минут за двадцать я привела Элис в порядок, сделала легкий дневной макияж. Самым сложным в котором оказалось закрасить ее синяки под глазами, очень некрасиво выделявшиеся на бледной коже. Все-таки учеба до добра не доводит. Конечно, косметики под ее цветотип у меня нашлось немного, и макияж у нас совершенно разный. Себе я добавляла яркости, подчеркивала скулы, губы, подкрашивала глаза и светлые от природы ресницы и брови. То рыжей стоило чуть сгладить острые черты, перламутровым блеском добавить объем тонким губам и подвести глаза. Рыжину ресниц и бровей я трогать не стала - пусть будет изюминка. Волосы собрала в несколько косичек, которые пустила по голове, а потом объединила в один рыбий хвост.

И получилось здорово!

- Все, теперь можешь выходить из комнаты, - разрешила я.

- Слишком много всего, - заявила соседка, - я так не привыкла.

- На фоне твоих огненных волос - отлично, - заверила я девушку. - Зато глаза на лице не теряются.

Элис с сомнением посмотрела на себя в зеркало, как-то обреченно вздохнула и пошла со мной в столовую.

- Мне кажется, Алекс все равно не заметит, - соседка то и дело норовила дотронуться до лица или волос, хоть по рукам бей.

- Алекс не заметит - другой заметит, на нем одном свет клином не сошелся.

Лично мне казалось, что Элис действительно заслуживала лучшего, чем этот невыразительный парень.

- Ничего ты не понимаешь, - отмахнулась соседка, и я решила не спорить. Кое в чем я понимала побольше некоторых рыжих.

С раздачи мы подошли к общему столу, где многие отметили, что Элис сегодня просто преобразилась. Но не Алекс. Он на подругу и не глянул толком. И мне так обидно стало! Я все утро старалась, вставала рано, а он в упор не видит!

- Алекс, - позвала однокурсника я, - тебе не кажется, что Элис сегодня особенно хорошо выглядит?

Парень впервые бросил взгляд на соседку, тут же смутившуюся, и рассеянно кивнул. И это все?

- Посмотри получше, ей же идет, правда? - с нажимом продолжила я.

Элис, сидевшая рядом, начала пихать меня под столом. Но если Алекс сейчас не оценит мои старания, то соседка может отказаться со мной заниматься. А у нас все так неплохо началось.

- Да, - теперь Алекс хотя бы взялся за труд рассмотреть прическу. - Очень милые косички, это ты сделала?

- Как ты догадался?

- А мы уже знаем, что вы теперь вместе с Элис в одной комнате живете. А я еще с первого курса заметил, что у тебя прически хорошо получаются, и сейчас тоже отлично волосы уложены.

На этом Элис встала, рывком подняла поднос со стола, едва не расплескав нетронутую кашу, и ушла. Кажется, я все сделала не так.

- Знаешь, Алекс, - я посмотрела однокурснику в глаза, - какой же ты бестолковый.

13. Задание

Мне показалось, однокурсник так и не понял, в чем он прокололся. И что Элис в нем только нашла? Алекс еще пару раз пытался со мной заговорить за завтраком, но я к поддержанию разговора не стремилась, как и не собиралась отвечать, почему переехала из одноместной комнаты. Теперь у меня не одна проблема, а две: цербер и обиженная соседка. Вот и думай, кто страшнее.

В зоосад я заходила с некоторой опаской, но нападать никто не спешил, Элис меня показательно игнорировала. Местор Альдер с постным лицом посмотрел на мое задание, на меня, но ничего высказывать не стал. Ладно, письменную часть у меня, вроде, приняли.

А дальше пошел черед практических работ. И ведь у всех звери как звери: саламандры, огненные игуаны, фениксы, искрицы - это небольшие огненные зверьки, больше всего своей рыжиной напоминающие лис, и другие мелкие и относительно неопасные существа.

Все преспокойно сдавали свои задания, с упоением рассказывая, как махаон-огневик специальными ферментами вырабатывает тепло, свет и даже небольшие искры, тянущиеся за ним в полете, словно хвост за кометой. Бабочка порхала вокруг студентов, а те с улыбками наблюдали за огневиком. Красота.

Я предсказуемо оказалась в конце списка, когда народ, в большинстве успешно сдавший задания, расслабился и галдел, обсуждая что-то свое. И вот главный смотритель зоосада академии вывел на поводке трехглавого цербера. Я сглотнула, воочию увидев “задание”.

Сказать, что большой трехглавый цербер здоровый - ничего не сказать. Его морды находились на одном уровне с моим лицом, и три пары красных глаз медленно обвели взглядом присутвующих и как-то безошибочно остановились на мне. Я сглотнула.

По небольшой поляне в крытом павильоне, где проходило практическое занятие, легким ветром пронеслись шепотки. Все гадали, кому же это чудовище досталось.

Я посмотрела на невозмутимо стоящего завкафедрой, совершенно спокойно ожидающего моего выхода. Местор Альдер поднял черную бровь, глядя, как я мешкаю и совсем не спешу идти в центр защитного круга, где меня поджидал цербер.

Ушедшие, какой же он огромный! Черная шерсть с красными подпалинами и горящие глаза делали вид зверя откровенно зловещим.

- Леди Риар, вы готовы к защите? - в голосе преподавателя сквозила насмешка. Он явно специально подобрал мне такого зверя, чтобы в очередной раз доказать, что на его кафедре мне не место.

Нет уж! Если я и решусь перевестись, то не потому, что струсила. Раз цербер живет в академии, значит, пока никого не съел. Надеюсь.

- Готова, - выкрикнула я. Все обернулись, не веря, что чудовище действительно мое.

В круг я шла, как на эшафот. Ноги, как и все тело, были деревянными, пульс отстукивал в висках. У белой черты, которая должна отсечь нас с цербером от остальных зрителей, смотритель передал мне поводок. Вид у немолодого мужчины был одновременно недовольный и озабоченный.

- Вы его не бойтесь, леди, он у нас смирный, - проговорил смотритель, всучив мне цепь, - но вы там все равно поосторожнее.

Мужчина был невысокий и коренастый, с большими сильными руками, но вряд ли он сможет удержать такого зверя, вздумай цербер взбеситься. Разве что магией усмирит. Успеет ли в случае чего?

- Леди Риар, - окликнул завкафедрой, когда мне остался один последний шаг. - Вы уверены?

Я даже отвечать ничего не стала, его вопрос неожиданно придал мне сил. Уверена. Процентов на пять. Но отступить перед всеми означало опозориться, выставить себя трусихой. А хуже всего - признать, что местор оказался прав относительно меня.

Стоило зайти за черту - вокруг вспыхнула защита. Я вздрогнула, а цербер и глазом не повел, ни одним из шести.

Для начала мне предстояло наладить с ним контакт, и вот здесь и заключалась первая трудность: я, конечно, неплохой эмпат, но у трехглавого цербера три сознания. Три! А еще вокруг множество людей, слишком пристально за мной наблюдающих. Стоило чуть ослабить эмпатические щиты, как поток чужих эмоций: волнение, злорадство, переживание, предвкушение и много чего еще, обрушивался разом. Эмпатией тоже надо уметь пользоваться.

Видимо, решив не дожидаться, пока я созрею для активных действий, цербер шагнул навстречу и потянулся ко мне, втягивая воздух. Не отшатнулась я лишь потому, что от страха ноги приросли к полу. Но пока зверь вел себя достаточно дружелюбно. Так, надо на него настроиться.

Проще всего наладить контакт через прикосновение, но… нет.

Цербер, поняв, что активных действий от меня не дождешься, вздохнул одной головой, второй зевнул, третьей тряхнул, сел и обернул себя длинным хвостом. Потом поднял заднюю лапу и принялся методично, по очереди, чесать каждую голову. Средняя голова, видимо, не сильно чесалась, она даже рыкнула на ногу, и нога тут же переместилась к правой морде, а вот уж та вовсю пользовалась моментом, закатывая глаза от удовольствия. Забавно.

Вроде, не так уж и страшно.

- Ладно, - сказала я себе и церберу, - давай попробуем.

Тот сразу же заинтересовался и прекратил чесаться. Немного приободрившись, я все-таки протянула к церберу руку, без этого не смогу наладить с ним эмпатический контакт в присутствии стольких людей. Осторожно, плавно, без резких движений, и мокрый теплый нос сам ткнулся мне в раскрытую ладонь. Я на секунду замерла, а потом выдохнула. Заодно запустила поверхностную диагностику - преподаватель точно спросит про общее состояние здоровья. Цербер был здоров, но, как мне показалось, давно не молод, это чувствовалось по работе сердца, почкам, печени, уже неплохо послужившим мохнатому хозяину. Да, он, наверное, столько студентов на своем веку перевидал…

И теплая волна эмоций зверя подтвердила мои догадки: старый добродушный пес. Три пса. Один, правда, себе на уме, левая голова не особо ластилась, предпочитая держаться от незнакомки на расстоянии, зато центральная очень даже дружелюбная. А правая так и вовсе напомнила, что я отвлекла ее от важного дела - чесания, так что теперь должна компенсировать ей неудобства. И еще вот тут за ухом, да.

К концу сеанса почесывания даже левая голова, заревновав, ткнулась мне под руку, чтобы я и ее не забыла погладить.

- А теперь все сидим смирно, - попросила я, эмпатически усилив просьбу. Зверь послушно замер, только хвост мотался туда-сюда.

- Я готова к защите, - торжественно произнесла я, как клятву, громко и четко.

- Начните с особенностей физиологии, - скомандовал местор.

Не зря Элис заставила меня все прочесть. Я глазами нашла соседку, та стояла напряженная и кусала губы. Переживает за меня, значит, не так уж и сильно злится.

- Три головы большого трехглавого цербера усложняют строение скелета, дыхательной системы и пищеварительного тракта. Для трех шей приспособлен развитый плечевой пояс и мощная грудная клетка, стоит отметить легкие, более крупные и мощные, чем у других животных аналогичных размеров. Дыхание у трех голов стандартное, и легкие должны справляться с тройным потоком поступающего воздуха. Это одна из причин, благодаря которой церберы отличаются высокой выносливостью...

В какой-то момент я поймала кураж - как все-таки приятно готовиться к занятиям и хорошо отвечать! Я легко справилась с физиологией, особенностями дрессировки, разведением, содержанием, кормлением, а также рассказала про сдерживающие артефакты.

Для пущей наглядности артефакты-ошейники с каждой шеи я сняла, цербер сразу оживился, но он явно был хорошо воспитан, да и староват для резких вспышек, но все же мы с ним продемонстрировали небольшое воспламенение и гашение огненной магии. Цербер выпустил пламя, а я забрала у него излишки магии, будто глотнув кипятка. Неприятно, но задание я полностью сдала и ожидала решения преподавателя.

- Неплохо, - вынужденно признал завкафедрой и что-то черканул в своих заметках.

Я стиснула зубы, цербер под моей рукой напрягся, шерсть стала жесткая и острая, как иголки. Я осторожно провела по вздыбившейся холке, успокаивая зверя. Но трудно кого-то успокоить, когда у самой внутри все бурлит от негодования.

- По-моему, студентка выступила отлично, - неожиданно для меня вмешался смотритель, все это время напряженно наблюдавший за нашим дуэтом. Или, с учетом трехглавости цербера, у нас был квартет? - Не каждый маг и эмпат с таким зверем совладает.

Ну хоть кто-то оценил мои старания! Я благодарно улыбнулась мужчине.

- Ей просто повезло, - небрежно бросил преподаватель.

И тут меня ощутимо тряхнуло. Почему он не упускает случая ткнуть меня носом в неудачи или ошибки, а отметить явные заслуги не может?

Что случилось дальше, я не осознала, то есть не успела понять и принять какие-нибудь меры. Просто ошейники-ограничители были сняты, и ничего не удерживало цербера от настоящего воспламенения, не для зачета задания, а мощного выброса пламени. Я нутром почувствовала, как зарождается огонь внутри зверя.

"Сейчас полыхнет", - как-то отстраненно подумала я.

А между мной и остальными - щит, который среагировал на угрозу мгновенно и уплотнился, не пропуская никого и ничего.

- Риар! В сторону! - краем глаза я видела, как отбрасывает свои бумаги и срывается с места завкафедрой.

Смотритель буквально врезается в щит, пытаясь его продавить.

В итоге я даже не поняла, что именно случилось. Из-под щита меня буквально выкинуло на местора Альдера, мы вместе рухнули на землю. Пламя цербера билось под щитом, но недолго, смотритель-таки сумел до него добраться, вытащить излишки магии, как я недавно, и застегнуть ошейники.

Цербера вывели, студенты с наслаждением обсуждали увиденное, я сидела на земле, обхватив себя руками, и мелко тряслась.

- Все свободны! - объявил местор, и народ разочарованно потянулся к выходу.

- Вы как? - завкафедрой сел напротив меня на корточки и протянул бутылку с водой.

Пить хотелось, но пальцы не слушались, не получалось открыть крышку. Тогда преподаватель взял у меня из рук бутылку, открутил крышку и вернул. А я уж подумала, что он и напоить меня сам попробует.

- Так как вы себя чувствуете, леди? - по-моему, впервые за месяцы работы местора Альдера на должности завкафедрой я слышала в его голосе искреннее участие.

- Нормально, - я кое-как закрутила крышку и отставила бутылку.

- Тогда что за выброс мы сейчас наблюдали? - прищурился местор.

- Это случайность, и вообще, вы меня спровоцировали! - я все еще прокручивала в голове произошедшее, да я была на волоске от гибели, а все этот изверг, по недоразумению ставший преподавателем!

- Снова я виноват? - усмехнулся завкафедрой, но тут же посерьезнел. - С вами такое случалось в последнее время? Потеря контроля над стихийной магией?

- Нет, хотя… - я вспомнила утреннее происшествие в душе. Было ли это из-за меня?

- Значит, все-таки да, - сделал вывод завкафедрой. - И как давно?

- Да нет, это все случайности, я умею себя контролировать! - попробовала убедить преподавателя. Он и так меня бестолочью считает, теперь решит, что я совсем неумеха, которая с собственной магией не справляется!

- Леди, а ответьте мне, только честно, - какое нехорошее начало фразы, сразу ожидаешь каверзного вопроса. - Вы не беременны?

Ничего себе заявочки! Такой наглости я не ожидала даже от завкафедрой, у меня аж дыхание перехватило от возмущения. Но местор на полном серьезе ждал ответ, и моя злость неожиданно сменилась желанием поиздеваться над ним в ответ. Не все же ему надо мной.

- Если только от вас, - выдала я и даже взгляд темных глаз выдержала. Ну, местор, что на это скажете?

- Я задал серьезный вопрос, - нахмурился преподаватель. - Дайте руку.

Для диагностики требуется физический контакт, но я не спешила, решив за все отыграться.

- А если да - женитесь на мне, как честный человек?

- У вас, смотрю, все совсем плохо с целительством. От лежания в одной постели дети не появляются, - и все же местор явно не был так уверен, как хотел показать, не будь я эмпатом!

Мою руку он схватил сам и слегка дернул на себя. Я скривилась от такого обращения с потенциально беременной. Но по руке сразу потекло успокаивающее и ласкающее кожу тепло, сразу захотелось расслабиться, лечь и закрыть глаза. Целительские заклинания почти все такие: пациент должен доверять тому, кто его лечит.

- Физиологически вы в норме и не беременны, - сделал очевидный вывод завкафедрой, отпустив мою ладонь. - Но психологическое истощение присутствует, и оно дает о себе знать ослаблением контроля над магией.

Местор внимательно осмотрел меня с ног до головы, а потом неожиданно сел рядом. И вот это меня насторожило. Но пока я была не слишком уверена в своих ногах, чтобы подниматься и уходить.

- Леди Риар, объясните, что у вас происходит? - вопрос ожидаемый, но с завкафедрой я откровенничать не собиралась. Он пока мое доверие не заслужил.

- У меня все отлично, - бодро отрапортовала я.

- Отлично? - переспросил местор Альдер. - Давайте посмотрим на ваше отлично: сначала вызов тайной стражей, по какому поводу, кстати говоря?

- По исключительно личному, - местор покачал головой, но продолжил.

- Потом вы перестаете оплачивать комнату и съезжаете в бесплатную. В довершение всего беретесь за учебу. Даже одного из этих пунктов достаточно, чтобы окружающие напряглись, а все три заставляют нервничать.

- Не нервничайте, вам же не нужны проблемы с контролем, - поддела преподавателя я. Раз уж у нас такой неформальный разговор в зоосаде на траве.

- А ведь я мог бы вам помочь, - продолжил местор.

- Вы мне очень поможете, если прекратите мешать учиться, постоянно цепляться и давать самые трудные задания.

- Леди, отчего вы так упрямы? - вздохнул завкафедрой. - В любом случае, я ваш руководитель, и при необходимости вы имеете полное право ко мне обратиться, если вам что-нибудь нужно.

- Мне нужен тазик, - вспомнила я. - А еще теплый халат. И полотенце.

Наверняка, еще что-нибудь, но пока это, из насущного.

- Вы ушли из дома? Ваша семья вас больше не поддерживает? - не унимался местор.

- Можно и так сказать.

- Тогда смело переводитесь на стихийную или темную магию. Там вас, как перспективную ученицу, всем обеспечат, а на темной магии еще и стипендию положат, если продолжите хорошо учиться.

Я исподлобья посмотрела на завкафедрой.

- Нет, местор, простите, но я не могу покинуть любимый факультет и кафедру зооцелительства. Знаете, всю жизнь мечтала стать целителем, так что еще годик вам придется меня потерпеть.

- И кому вы делаете хуже?

- Но ведь я сегодня справилась, так? - я подалась к преподавателю.

- Предположим, - местор не был рад моим успехам.

- Хорошо справилась, - продолжила я.

- Неплохо, леди, вы справились неплохо. Да, вы умеете взаимодействовать с животными, но это не значит, что вы так же успешно сможете их лечить.

- Это мы еще посмотрим, - заявила я и начала подбирать юбку, чтобы встать с травы. Все же в павильоне совсем не жарко. Пусть тут и греют воздух специальные артефакты, земля все равно холодная.

Как ни странно, местор легко первым поднялся и протянул мне руку совершенно естественным, не нарочитым жестом. И я так же спокойно ее приняла. И только потом подумала, что преподаватель вовсе не обязан проявлять галантность.

- Я искренне надеюсь, что вы не совершаете еще большую ошибку, чем я думаю, - сказал на прощание местор Альдер, разом испортив только-только сложившееся о нем впечатление.

Впрочем, я сама на это надеялась, и, будучи особо заинтересованной персоной, намного сильнее, чем всякие завкафедрой.

14. Поверенный

Завкафедрой ушел, я же осталась в одиночестве с невеселыми мыслями: из-за выпавших на мою долю переживаний я теряю контроль над магией. Раньше со мной такого не случалось, впрочем, раньше мне и волноваться так не приходилось. Надо как-то брать себя в руки и действовать аккуратнее.

Но для начала следует вернуть должок: завернутый в салфетку эклер лежал в моей сумке, так что загляну к фениксам, как раз до обеда успею.

Фениксы нашлись в своем вольере, да вот только их почему-то оказалось всего четыре. Пятый, самый здоровый, так выручивший меня на прошлом занятии, отсутствовал. Я даже просканировала ближайшую местность: феникса-смеска в пределах действия заклинания не нашлось.

И тогда мне пришла в голову запоздалая мысль: завкафедрой его скорее всего у кого-то позаимствовал на время занятия. Фениксы, конечно, существа смышленые, но, чтобы общаться мыслеобразами, нужно постоянно взаимодействовать с человеком, такой навык достигается почти всегда только дрессировкой. Встречаются животные, с рождения умеющие общаться мыслеобразами, но это скорее исключение, чем правило.

В итоге эклер мы разделили с оставшимися четырьмя фениксами пополам: половину мне, остальное по кусочку каждому из них.

Теперь стоило зайти в комнату и переодеться, так как юбка после сидения на траве несколько утратила свой вид, да и пахло от меня паленым: воспламенение цербера бесследно не проходит.

В новое жилье я шла, гадая, злится на меня Элис или очень злится? Наверное, стоило оставить последний эклер ей, но у меня, если что, еще конфеты имелись, чтобы как-то загладить фиаско с Алексом. А еще надо бы как-то поговорить с Алексом, донести до него, какая Элис замечательная и что стоит обратить на нее внимание.

В комнату я заходила, готовая в любую секунду поднять магический щит. Вот только нападать Элис не спешила. Стоило мне зайти, как соседка встала с кровати, на которой валялась с учебником, и подошла ко мне. Щит я держала наготове.

- Ты как? - она внимательно оглядела меня с ног до головы.

- Жива: ни цербер, ни завкафедрой, как видишь, не съели, - попробовала пошутить я.

- Тебя съешь, скорее подавишься, - улыбнулась рыжая.

- А ты почему косу расплела? - на голове у Элис снова была копна торчащих волос. - Тебе не понравилась прическа? Хочешь, я тебе что-нибудь другое сделаю? Как раз до обеда успеем.

Девушка поморщилась и отвернулась.

- Не надо ничего, - буркнула под нос соседка.

- Почему? Ты так легко сдашься? Все отметили, что ты отлично выглядишь, так почему бы не продолжить в том же духе? И не для Алекса, раз он такой балбес, хорошо выглядеть ты должна прежде всего для себя - усвой это. А теперь садись на стул, с твоими волосами однозначно надо что-то делать.

И я потащила вяло упирающуюся соседку к стулу, усадила и достала расческу.

- Тебе бы бальзамчики какие-нибудь не помешали, а то волосы у тебя густые, но слишком сухие, вот и путаются постоянно. И не обязательно дорогие, репейное масло в любой аптеке за четверть марки продается, особых усилий в применении не требует.

- Чтобы, как ты, по полчаса потом в душе его отмывать? - вспомнила утренний инцидент соседка.

- Можно найти время, когда душ не так занят, - выкрутилась я.

На это Элис пробубнила что-то недовольное, к уходу за собой она явно не приучена, да и когда за собой следить, если целыми днями за учебой просиживаешь?

Зато к обеду мы обе вышли переодетые и причесанные, своей соседкой я осталась довольна. Пусть Элис и не отнесешь к милым и приветливым девушкам, но в целом она оказалась очень даже неплохой.

За обедом меня традиционно закидали вопросами, о чем мы беседовали с местором. Спрашивали больше всех однокурсницы, понятно, что у них молодой преподаватель был объектом особого интереса. И, разумеется, все снова начали выдвигать версии, почему завкафедрой оказывает мне такие знаки внимания, то есть дает сложные задания, конечно! На самом деле, до сегодняшнего эпизода с цербером я смело могла открещиваться от любых странных и романтических версий, то теперь его повышенное внимание стало слишком очевидным. Дать цербера девушке, явно вывести ее из себя, а потом броситься ее спасать - и все это просто так, без какой-либо подоплеки… В такое бы  даже я не поверила, но мне-то правда известна: местор просто выживает меня со своей кафедры. Но я упрямо стояла на своем: у нас ничего нет и быть не может, а это все совпадения и не более. И все бы ничего, но к концу обеда ко мне подошла лаборантка кафедры, которая уже вызвала меня один раз к местору Альдеру.

- Завкафедрой просил зайти к нему после обеда, - с пренебрежением бросила она мне, наверняка, тоже завидуя. Было бы чему, в самом-то деле!

И все снова уставились на меня. Что за напасть? Или это новый способ меня изводить? Надо бы попросить местора поменьше обращать на меня внимание. Только вряд ли он послушается.

Пришлось быстро доедать и уходить, не дожидаясь новой волны расспросов.

В кабинет я зашла, едва постучав, без приглашения. Честное слово, подобное поведение преподавателя злило до зубовного скрежета. Только с ним разговаривали, кажется, нашли если не общий язык, то хотя бы пришли к какому-то нейтралитету. Мне так показалось, во всяком случае. И вот и двух часов не прошло, как его магичество снова пожелал меня увидеть.

- Вызывали, местор? - сходу спросила я.

- Да, леди, - преподаватель оторвался от записей. - Я решил проявить о вас заботу, как подобает куратору, так что можете забирать.

И руководитель кивнул в угол, где стоял… таз. Медный, довольно объемный, литров на десять. Я его даже потрогала для верности - точно не мерещится? А в тазу лежало махровое полотенце, свернутое и упакованное в бумагу, явно новенькое.

- Это все мне? - все еще не верила я. - Вы их для меня купили?

- Не купил, - поправил завкафедрой. - Взял в хозяйственном корпусе на свое имя, студентам тазы с полотенцами не положены, они должны собственные иметь. Поэтому в конце обучения не забудьте вернуть. В целости и сохранности, - подчеркнул местор.

- Что можно сделать с тазом? - удивилась я. С полотенцем-то я еще могла представить, но таз?

- От вас я ничему не удивлюсь. Так вы берете?

- Конечно! - я схватила таз и прижала его к груди. Надо же, тазов мне еще никогда не дарили, то есть не одалживали с возвратом. А полотенец так и подавно! - Спасибо, местор!

- Пользуйтесь, - и завкафедрой снова уткнулся в бумаги, показывая, что разговор окончен.

Я же вышла из его кабинета, по-прежнему прижимая и обнимая таз, ведь он означал намного больше, чем просто проявление заботы. Это значит, что местор Альдер наконец смирился с моей учебой на его кафедре! И это была моя первая маленькая самостоятельная победа.

В комнате меня уже ждала Элис.

- Ну как все прошло? Зачем тебя местор вызывал? - набросилась с вопросами соседка. - И где ты уже успела таз достать?

- Собственно, за этим и вызывал, - я бережно поставила свой тазик в угол. - Я местору сказала, что у меня вещей нет, вот он и позаботился, - а еще я про халат говорила, но, видимо, на складе не нашлось.

- Он тебе таз с полотенцем подарил?! - у Элис глаза на лоб полезли.

- Он их для меня в хозяйственной части взял.

- Таз - возможно, - соседка разглядывала мои обновки. - А вот полотенце явно купленное, посмотри, тут ценник был и этикетка, - на обычной упаковочной бумаге действительно что-то было раньше наклеено.

А когда полотенце мы развернули, то я пришла к выводу, что рыжая права: вряд ли академия закупала такие дорогие и качественные вещи. Полотенце оказалось мягчайшим и пушистым, в него так и хотелось уткнуться. Правда, темно-серый цвет не очень глаз радовал: видимо, местор полотенце для себя покупал.

- Элиза, а у вас с завкафедрой точно…

- Точно! Элис, хоть ты мне поверь! - взмолилась я. - Только про тазик и полотенце больше никому не рассказывай.

А то потом сплетен не оберешься.

Соседка выразительно посмотрела на меня, но ничего выспрашивать не стала.

На завтра у меня заданий не было, разумеется, не считая изучения ранее пройденного за годы учебы. Но я не Элис, чтобы просиживать вечера за книгами, и у меня имелись дела поважнее: старый дом и встреча с поверенным. К тому ж ещё вся ночь впереди, успеется.

Так что я взяла папку с документами, попрощалась с соседкой до вечера и под ее неодобрительным взглядом пошла к семейному поверенному.

Контора нашего поверенного, Алана Шера, располагалась в центре города. Не сказать, чтобы большая или шикарная, но все же уютная и со вкусом подобранная обстановка производила приятное впечатление. Правда, когда ждешь больше часа при отсутствии других посетителей и под постоянные извинения помощницы, что господин Шер очень занят каким-то важным делом, впечатление несколько портится…

Но я точно знала, что не уйду, и через полтора часа все-таки прошла в кабинет к поверенному.

- Леди Риар, - мужчина встал и помог мне сесть.

Обычный человек без магии, уже давно не молодой, но следящий за собой, а потому весьма неплохо выглядящий для своих сорока с хвостиком лет. Сшитый на заказ костюм скрывал небольшие недостатки фигуры, а зачесанные темные волосы - наметившуюся лысину. И все же холодный взгляд поверх очков и крепко сцепленные пальцы показывали, что особой приветливости в нем не было. И моя эмпатия это только подтверждала. Раздражение - вот главная эмоция, исходившая от поверенного.

- Я благодарю, что нашли для меня время, мистер Шер. И я к вам совсем не надолго, - просить о помощи и унижаться я совершенно не собиралась. К тому же этот человек точно не станет мне помогать, в этом сомневаться не приходилось. - Вот это документы на наш старый дом. Я бы хотела понять, правда ли он до сих пор принадлежит моей семье и что с его залогом Миасскому банку.

Я придвинула папку поверенному, мужчина открыл ее, привычным жестом поправил очки, пробежался взглядом по первому же листу и со вздохом закрыл.

- Это непростая история, леди, я бы рекомендовал вам в нее не лезть. Особенно, с учетом всех обвинений, выдвинутых против ваших родителей.

- И все же, - сдаваться так легко я не собиралась. - Почему родители не продали дом?

- Банк не позволил. Я начал работать с вашими родителями много позже этой кабальной сделки, даже несколько раз предлагал им пересмотреть условия залога - вполне распространенная практика, к слову. Но они всегда отказывались. По соглашению, продать дом возможно только с разрешения Миасского банка.

- Неужели они за столько лет не выплатили залог?

- Я не вникал в суть, ваш отец всегда отвечал категорическим отказом на мои предложения как-то изменить ситуацию, но залог заключался не в этом. Дом был своего рода гарантом исполнения вашими родителями обязательств перед банком. И деньги, которые ваша семья переводила за него, шли на поддержание строения. Главным образом -  защитных плетений и чар вокруг него. Защиту обеспечивал непосредственно Миасский банк.

А вот это был сюрприз. Это какая же на нашем доме стоит защита? И чего там такого защищать? Не припомню, чтобы у нас имелись какие-то ценные коллекции или другие важные вещи.

- Я правильно понимаю, что Миасский банк хранит наш дом?

- Правильно. Саму сделку я бы скорее сравнил со сдачей имущества в ломбард, нежели в залог, на долговременное хранение без права пользования или продажи. Но и у вашей семьи права на недвижимость отчуждались и переходили банку. Именно поэтому ваш старый дом тайная стража и не смогла арестовать - он в залоге. А Миасский банк сейчас под патронажем короны, слышал, что наследники пытаются как-то отсудить себе долю в нем, но, если слухи про заговор не врут, то вряд ли смогут. Поэтому статус вашего дома пока неясен. Он вполне может быть отнесен к активам банка. А значит - является государственной собственностью.

- А если я попробую на него претендовать?

- Я вам этого делать не советую. Да и не думаю, что тяжба с государством того стоит. На вашем месте я бы скорее окончательно передал банку дом, получил бы за него причитающиеся средства и забыл о его существовании.

Ему легко говорить, я же не могла так просто от дома отказаться, особенно теперь, когда история от поверенного только подогрела мой интерес. Я примерно понимаю, в обеспечение каких обязательств банк забрал себе дом, наверняка тех самых, за которые родителей сейчас судят. Но почему именно дом? Он же не представлял особой ценности, что за странный выбор? Или я чего-то о нем не знаю?

- Я так понимаю, леди, просто так вы от дома отказываться не собираетесь? - господин Шер снял очки, достал мягкую тряпицу и принялся протирать и без того идеально прозрачные линзы.

- Я бы хотела на него для начала взглянуть, чтобы знать, от чего я отказываюсь. Возможно, он в таком состоянии, что цепляться за него не стоит.

- Я так и предполагал, - кивнул мужчина и встал, оставив очки в покое.

В его кабинете среди шкафов стоял вместительный сейф. Из его глубин господин Шер извлек ключ и какую-то бляху.

- Это для входа в дом. Ваш отец не желал хранить комплект у себя именно потому, что дома вы можете их найти, чего лорду Риару совсем не хотелось.

- Почему? - что такого в доме, о чем я не должна знать?

- Он не рассказывал, - пожал плечами поверенный, - но наше сотрудничество началось именно из-за ключей, которые он не мог отдать банку и не мог оставить. Не знаю, следует ли мне отдавать их вам сейчас, но, с ними или без них, в дом вы все равно войдете, так ведь?

- Так, - я улыбнулась и взяла ключи с магической печатью - металлической пластиной, покрытой узорами.

Печать сразу отдала в руке странной вибрацией, я с такими заклинаниями прежде не сталкивалась. И если до этого я не верила, что дом серьезно охраняется, то теперь наглядно убедилась в правдивости слов поверенного.

- Леди, - господин Шер проводил меня до двери. - Если все-таки решите вернуть дом, как бы это ни звучало, дождитесь окончания процесса, принятия решения по делу и его оглашения, тогда дом не конфискуют вместе с остальным имуществом.

От совета по спине пробежал холодок, но я кивнула.

Осталось посмотреть, что же такого секретного хранится в нашем старом доме, ради чего можно заявить на него свои права.

15. Воспоминания

Металлическую пластину и папку я убрала в сумку, сначала сверившись с адресом в документах. В нашем старом доме я не была больше десяти лет. Тем удивительнее, что ноги сами вынесли меня к нужному месту. А дом-то совсем не изменился. Если и обветшал, то совсем немного. Он, прямо скажем, и в мое детство вид имел запущенный. Кажется, среди заклинаний на нем просматривалось какое-то поддерживающее, похожее на стазис, но не столь мощное. И чем дольше я рассматривала плетения, тем сильнее мне делалось не по себе. Вокруг стояло множество богатых домов, но ни один не мог похвастаться подобной охранной магией.

Калитку я прошла относительно нормально, а вот на пороге начались странности. Магия уплотнилась, ключ в замке не проворачивался, а что делать с железной бляхой, покрытой вязью рун и символов - лично я не представляла. Пока что она никак себя не проявляла. С ключом я возилась минут пять, пока калитка за спиной не скрипнула и по мощеной дорожке к дому не послышались множественные шаги.

Стоило мне обернуться, как я оказалась скована, а стража из трех человек - обычная, не тайная - перекрыла мне пространство для маневра.

- Следуйте за нами, - раздался четкий приказ.

- Вы в своем уме? - стража обычная, а наручники явно артефактные и блокирующие магию. - По какому праву? Это мой дом!

- В отделении разберемся, - один из мужчин до боли сжал мое предплечье и потащил на выход.

И как я ни пыталась сопротивляться или что-то объяснить, слушать меня никто не желал.

- Да отпустите! - я уперлась, но в ответ меня так дернули вперед, что я едва не упала на мостовую. И упала бы, если случайный прохожий не подхватил меня и не удержал.

- Что происходит? Куда вы ведете девушку? - рыжий молодой человек встал между мной и стражами, сразу же потянувшимися к оружию. - Саймон Бертран, тайная стража, - и показал свой значок с оскаленным арнаудским волкодавом.

- Она поймана на проникновении в охраняемый объект, - попытался объяснить страж, наверное, главный из тройки.

- Это мой дом! У меня ключи и документы на него есть! - вылезла вперед я.

- Отпустите леди, мы сами разберемся, - скомандовал рыжий коллегам, и те нехотя расстегнули браслеты на моих руках.

Тройка удалилась, а мы с тайным стражем остались. И не сказать, чтобы я была сильно рада такой замене.

- Все в порядке, леди Риар? - этот хотя бы нападать не спешил.

- Вы меня знаете? -  одежда на страже была самая обычная, повседневная: туфли, темные брюки, белая рубашка, куртка и шейный платок. Но на лицо он точно был мне знаком. Только где и когда мы виделись?

- Вы меня не помните? - рыжий молодой человек, на вид стражу было лет двадцать пять, нахмурился. - Впрочем, ничего удивительного. Я, - страж замялся, - я провожал вас на встречу с родителями в отделении.

Точно, как я сразу его не узнала? И невольно сделала шаг назад. Я и без того не желала иметь ничего общего с тайной стражей, а с теми, кто ведет дело моих родителей - вдвойне.

- Благодарю за помощь, вы меня отпускаете? - задерживаться с ним дольше необходимого не хотелось.

- Пока нет, я бы хотел узнать, что за дом и почему стража получила сигнал о проникновении. Только не здесь, - стояли мы посреди улицы, страж оглянулся в поисках места, куда можно зайти. - Давайте сядем за столик в кафе, и вы мне все объясните.

- А если откажусь? - почему я вообще должна оправдываться? Я же в свой дом пришла, а не в чужой вламывалась.

- Леди, поверьте, я хочу помочь. Если все так, как вы говорите, то я не просто вас отпущу, но и помогу. На дом наложены охранные заклинания и вы их не сняли, раз ближайший отряд стражей получил вызов. А я знаю, как это делается. Ну так что?

- Хорошо, - нехотя согласилась я. Не хватало еще, чтобы я опять сделала что-то не так, в следующий раз стража вполне может довести меня до ближайшего отделения и обвинить в воровстве. То-то будет весело, если об этом прознают в академии...

В кафе Саймон любезно заказал два кофе и попросил документы, ключи и бляху от охранной системы.

- Все верно, леди, я потом сообщу городской страже, что произошло недоразумение. А теперь пойдемте открывать ваш дом. Как только допьете кофе, конечно, - страж, непонятно зачем приведший меня сюда, не накормить же, право слово, подвинул ко мне ароматный дымящийся напиток.

- Спасибо, - осторожно поблагодарила я, но к кофе не притронулась, как бы ни хотелось. - А почему вы мне помогаете? И как вы вообще оказались в нужном месте в нужное время?

Неужели тайная стража не до конца уверилась в моей непричастности и установила слежку?

- А разве я не мог просто проходить мимо, узнать вас и решить помочь? - удивился рыжий страж.

- Обойдусь без вашей помощи, - я встала и убрала свои вещи обратно в сумку. - Боюсь, помощь тайной стражи может слишком дорого мне обойтись.

- Леди, о чем вы? - вполне искренне удивился молодой человек. - Я не собирался ничего такого делать, просто хотел помочь. Представляю, каково вам сейчас.

- Да что вы можете представлять? - почти разозлилась я, собираясь уйти. Их таким странным подходам в академии учат?

После всего случившегося в бескорыстие случайного человека, ставшего свидетелем моего горя, верилось слабо. Пусть в учебе я никогда не блистала, но и дурой не была.

- Могу, - твердо ответил страж. - Моих родителей не стало, когда мне едва исполнилось десять. Они были торговцами, на их магазин напали грабители… потом я жил у дальних родственников, а в пятнадцать приехал в столицу поступать в академию магии.

И, судя по всему, ему тоже пришлось несладко.

Я лучше рассмотрела молодого человека. Полностью рыжий: и чуть вьющиеся волосы, и брови, и ресницы. Веснушки на лице выглядели брызгами краски, разлетевшимися по лбу, носу и щекам. Голубые глаза, но не светлые, почти прозрачные, а яркие и насыщенные. Пухлые губы сейчас чуть обиженно надуты, видимо, его задели мои слова. Если бы не четкие скулы и волевой подбородок, образ был бы совсем милый, даже какой-то девчачий, но парень выглядел достаточно мужественно. А еще он прямо смотрел на меня без неуместной для постороннего человека жалости. Наверное, страж решил сделать доброе дело, не прошел мимо, а я, как обычно, сначала говорю, а уж потом думаю.

- Простите, - я вздохнула, как смогла улыбнулась, села обратно на стул и взяла в руки чашку. - Я не хотела вас обидеть, просто так получилось.

Как у меня обычно и бывает.

- Ничего, - страж примирительно улыбнулся в ответ. - Допивайте кофе и идем открывать ваш дом. Чтобы мне потом снова не пришлось отбивать вас у патрульного отряда.

Кофе был вкусный, даже жаль его так быстро пить, но мне ужасно не терпелось поскорее попасть в дом. Саймон только улыбнулся, глядя, как я в три глотка осушила чашку и поставила на стол. А еще расплатился, за что я была ему особенно признательна, так как у меня каждая марка сейчас на счету.

И вот я во второй раз за день открываю кованую калитку и прохожу в заросший и одичавший за годы сад.

- Это ваш дом? - страж недоуменно смотрел на заброшенный особняк. Да, прямо скажем, не дворец.

- Моя семья долго им не занималась, поэтому он в таком плачевном состоянии.

- Дело не в его внешнем виде, - Саймон нахмурился, - внутри… неспокойно.

- Вот и узнаем, что там внутри, - я решительно подошла к входной двери. Не удивлюсь, если там поселились какие-нибудь грызуны, а то и магические вредители. Чувствую, реши я в него въехать -  мне предстоит грандиозная уборка.

Молодой человек посмотрел по сторонам и на всякий случай прикрыл нас отводом глаз, затем взял из моих рук ключи и бляху. И вот самая толика магии - и охранные чары сняты, и ключ в двери проворачивается без каких-либо усилий.

С предвкушением я потянула ручку на себя и шагнула внутрь. С порога меня окутал какой-то неестественный сумрак, а застоявшийся воздух и смутно знакомый запах одурманили сознание. Все казалось таким родным и знакомым, будто я ушла отсюда совсем недавно, а не десять с лишним лет назад. Перед глазами сами собой начали всплывать образы, старые, размытые, искаженные, как в кривом зеркале в парке аттракционов. Не думая, что творю, я опустила все эмпатические щиты разом, подаваясь навстречу воспоминаниям и витающим вокруг эмоциям.

Вот маленькая и зареванная я точно как сейчас захожу в дом, размазывая по щекам злые слезы. Меня снова засмеяли, побили, порвали любимое платье! Я леди! Леди! И нечего мне говорить, что в их дурацкой школе все равны! Я старалась не обращать внимание, как и советовали родители, но меня все равно задирают, дразнят, и ладно только на словах, слова не причинят вреда, но вылить чернила на платье? Выдрать и выкинуть ленты из волос? Я ведь ничего им не сделала, за что они меня так не любят? За то, что я чуть лучше одеваюсь и правильно говорю? А еще единственная из всего начального класса умею читать и писать в семь лет? И я не хочу ходить чумазая и грязная, как они! Но надо мной только смеются!

А еще я рассказала всем, что я темный маг, сильный и настоящий! И в будущем пойду учиться в академию. А надо мной все снова посмеялись, посмеялись и толкнули в колючие кусты. Теперь я вся расцарапанная, и царапины неприятно чешутся, но царапины заживут, а вот порванное новое платье.. целый клок выдран....

Я ненавижу школу! Ненавижу учебу! Ненавижу тех, с кем учусь! И я им всем покажу!

Дома тепло и вкусно пахнет едой, это бабушка готовит обед, сейчас зайду к ней на кухню и стащу что-нибудь вкусненькое. Жаловаться не буду, ей тоже нелегко приходится.

И на этом моменте детские воспоминания перебиваются мыслями взрослой меня, стоящей здесь и сейчас в старом заброшенном доме. Почему бабушка? Она же подарила мне куклу на пять лет, а через год умерла? Я тогда еще не училась. Это мама готовила, я точно помню, что она изумительно готовила и ждала меня из школы. Мы проводили много времени вместе, я, папа и мама…

Но на кухне у плиты действительно стоит бабушка.

- Солнышко, ты вернулась? - она не старая еще, сейчас я это отчетливо понимаю, для мага шестьдесят - это не возраст, и бабушка неплохо выглядит. Только очень уж уставшая.

Потому что она ухаживает за дедушкой…

Воспоминания обрушиваются на меня лавиной и утягивают за собой. Не получается им сопротивляться. Я на самом деле оседаю вниз, потому что ноги не слушаются, тело будто не мое.

- Леди? Что с вами? - слышу со стороны.

- Детка, не переживай, они просто глупые и ничего не понимают, - а вот этот голос более чем реален. Как и мягкие бабушкины руки со вздувшимися от тяжестей венами. Она нежно обнимает меня и гладит по голове. - Я сейчас приготовлю обед, и мы позанимаемся, хорошо?

Я киваю и успокаиваюсь, потому что заниматься мы будем магией. Темной магией.

Мои бабушка и дедушка - оба темные маги, а родители - целители, так уж вышло. Но с дедушкой что-то произошло, он некромант, был на задании, а там что-то случилось. И с тех пор дедушка  ходит с огромным трудом, так как лежать ему не позволяет гордость. Он опирается на два костыля и передвигается по дому. А еще читает мне сказки и рассказывает множество историй. Страшных, про нечисть и нежить, с которой я буду сражаться, когда вырасту.

- Не говори ерунды, Джеймс, она пойдет в проклятийники, - бабушка с гордостью гладит меня по голове, ведь она сама - мастер-проклятийник. - У девочки отлично выходят плетения, помяни мои слова, она далеко пойдет в этом деле.

Они спорят, но так беззлобно, перетягивая меня друг от друга. А потом у дедушки прихватывает спина, сильно. Очередной приступ скручивает, и он, морщась и ругаясь себе под нос, пьет какую-то гадкую даже на вид микстуру. Я знаю, что вечером папа придет и посмотрит, а еще будет ругаться, что дедушка встает и слишком много ходит. Ему лежать надо, а он… Родители постоянно работают, они хорошие, но молодые целители. К тому же на дедушкино лечение уходит куча денег, но папа поклялся, что поставит своего отца на ноги. Дедушка ворчит, что лучше бы они на себя и на ребенка тратились, но я знаю, как ему хочется ходить. Нормально ходить. И я бы тоже очень этого хотела. Он обещал отвести меня на кладбище и показать настоящих духов. Сказал, что некромантия - это куда интереснее проклятий.

Но сегодня я не пойду к дедушке в комнату. Не сейчас.

Сейчас я спущусь в подвал, где мы с бабушкой тренируемся. И я знаю, что мне строжайше запрещено ходить туда одной и использовать магию, ее в моем возрасте вообще применять нельзя, и на меня бы ограничивающие браслеты из адаманта надеть - это мама говорит. Но бабушка не согласна.

“Элиза справится, она умничка и быстро учится, схватывает все на лету”, - бабушка упорно занимается со мной. А мама поджимает губы. Ей не нравится темная магия, но целительского дара во мне - три капли. Вернее, четыре. Этого слишком мало, чтобы пойти по их стопам, да мне и не хочется. Проклятья или некромантия куда интереснее.

Подвал заперт на магический замок, но я давно выучила рунические символы, отпирающие дверь. Бабушке, конечно, не сказала, просто каждый раз смотрела, как она делает, а потом сама пробовала - и научилась. Я и правда схватываю все на лету.

Магический замок я сняла, вот бы еще дверь не скрипнула, бабушка все время ворчит, что смазать надо, но не женское это дело. А мужчины в доме - один не может, а другой слишком занят. У самой бабушки все руки не доходят, вот она и морщится каждый раз, когда мы идем заниматься, а дверь протяжно скрипит.

Мне же нужна маленькая щелочка, я не собираюсь распахивать дверь целиком, чуть-чуть, и я бочком прошмыгнула внутрь, плотно прикрыв за собой тяжелую, обитую железом и украшенную множеством сдерживающих магию рун створку. Задвинула щеколду - бабушка всегда задвигает, чтобы никто не помешал. Внутри созданный мной простенький магический светляк освещает небольшое пространство.

Исчерченный много раз пол, стол, табурет, шкаф с книгами, которые должны храниться под замком, но ведь дверь в подвал более чем надежна. Одну мне бабушка как-то показывала, она сказала, что это не просто книга - это гримуар. Не знаю, правда, чем он отличается, но бабушка назвала его семейной реликвией и пообещала подарить на окончание академии.

“Тогда ты будешь готова с ним работать”, - сказала она.

И я точно знаю, что там собраны сильные проклятья. Именно то, что мне нужно.

Встав на табурет, я залезла в шкаф и с огромным трудом вытащила книгу. Наверное, гримуар она из-за немалого веса, который я едва удерживаю в руках. Спрыгнув с табурета, я положила книгу на пол и принялась листать страницы. Я умела читать, но здесь почти ничего не понимала, гримуар будто другим языком написан, только отдельные слова знакомы. Мне такое проклятье нужно, чтобы все в моем классе облысели и прыщами покрылись, словно жабы. И пусть позеленеют, как жабы, тоже. Будут знать, как связываться с темным магом!

Наверное, я пролистала половину книги, пока не нашла проклятье, в котором точно что-то говорится про волосы. Или нити? Не разберу. Но пусть будет это. Чтобы они все облезли и ходили, как лишайные!

Слова я понимала плохо, но в проклятьях главное - чертежи, а я отлично умеют выводить руны, меня бабушка этому учила. Я очистила пространство на полу и принялась старательно выводить один символ за другим. Их всего семь на картинке было. А для надежности я еще и запястье прокусила, чтобы брызнуть кровью на чертеж. С кровью любое заклинание в десять раз усиливается - это мне дедушка говорил. Сейчас я всем покажу!

Слова странные, но я читаю их по книжке раз за разом, и вливаю все силы, всю магию. Как приправами бабушка посыпает еду, я отдаю проклятью все свои обиды, накопившиеся за несколько месяцев в школе, боль, злость, унижения, страх, что они снова будут меня обижать. Из меня буквально льются эмоции… А потом боль становится реальной, страх сдавливает горло и я безвольно падаю на колени.

- Элиза! Элиза! Открой!

В дверь барабанят, это бабушка. Наверное, почувствовала магический выброс даже через изоляцию. И я хочу остановиться, мне больно и плохо, но магия хлещет и небольшая ранка от зубов на запястье отчего-то разрослась и кровь выходит из нее толчками, заливая пол. А потом из моего рисунка поднимается черная тень, и кровь вплетается в нее, наполняя силой и продолжая тянуть из меня жизнь. И вот теперь мне по-настоящему страшно.

Не знаю, как именно, но дверь со скрипом отворяется.

- Элиза! - бабушка хватает меня на руки, поднимает, но кровь лучше любых веревок держит, не позволяет меня вынести. Словно якорь. И дико больно, так, что ни слез, ни крика, то ли хрип, то ли стон чудом проходит через сдавленное горло.

- Леди! - смутно знакомый голос прорывается в сознание. Крепки руки держат меня за плечи. Только чьи? Бабушка или рыжий страж? Где я? С кем я? - Леди, очнитесь!

- Элиза, открой глаза! Не закрывай их! Держись!

- Элиза, Агнес! - дедушка, конечно, тоже почувствовал. Он очень спешил, так спешил, что упал, кубарем скатился с лестницы.

- Ко мне! Агнес, принеси ее! - чуть отдышавшись, зовет дедушка. И нас накрывает щитом.

Но не получается, все не так, темнота вокруг сгущается, бабушка пытается разорвать привязку, но я  и черная тень связаны намертво, действительно намертво. Тень пьет мою жизнь, я чувствую, как становится все холоднее, а веки тяжелеют. И моя бабушка, моя любимая бабушка достает из волос шпильку и прокалывает себе руку на сгибе локтя.

- Агнес, - это дедушка, но бабушка упрямо мотает головой, зажимает мою рану и подставляет свою.

И тень отпускает меня, теперь струйка крови алой нитью связывает бабушку и… существо.

- Уничтожь его, - она смотрит деду в глаза. - Через меня, по-другому уже никак.

И я читаю на лице бабушки отчаянную решимость.

- Быстрее, когда она отъестся, мы ее уже не остановим.

И дед прижимает нас к себе, крепко, целует бабушку и меня. А потом вспышка магии. Сильная, резкая. Крики, не понять - мои, бабушки, деда или той твари, которую я создала?

А потом только темнота.

Чьи-то руки подхватывают меня и несут.

Я открываю в следующий раз глаза явно не дома. Светлые стены, чужая кровать, родители, рыдающая мама, папа, молча смахивающий редкие крупные слезы.

- Мы вылечим тебя, детка, - мама вся дрожит. - Мы обязательно тебя спасем! И больше никакой темной магии! Никакой опасной магии вообще! Никогда, слышишь! Никогда!

И снова плач. И опять темнота.

И моя жизнь, застывшая где-то на грани сна и яви. Я вижу родителей, они приходят, сидят со мной, говорят друг с другом, о чем-то спорят, ругаются, постоянно ругаются. Мне так плохо, а они ругаются. Я бы хотела попросить их перестать, но голоса нет, нет сил. Я неподвижно лежу. Из обрывков фраз я поняла, что та тварь, которую я по незнанию вызвала, почти выпила мою жизнь. И если бы еще чуть-чуть - выпила бы полностью. Но бабушка с дедушкой не позволили. Я так хочу спросить, что с ними? Как они? Почему не приходят ко мне?

И когда голос через неимоверно долгое время возвращается, чужой, глухой, надломленный, это был первый вопрос: что с ними?

- Их больше нет, - мамин ответ звучит жестко, нет - жестоко. Как нет? Почему?

- Мари, ей же нельзя переживать, - папа неодобрительно качает головой, а мама снова поджимает губы. Она так похудела за это время.

А я, если верить глазам, вообще истончилась. Руки, как веточки, пальцы, обтянутые кожей. И сил нет даже на еду. Меня кормят с ложечки, а я все время лежу и почти всегда сплю. И мне страшно, дедушка так хотел снова ходить, и я хочу! Только как же дедушка и бабушка? Неужели их, и впрямь…

- Элиза! - мама хватает меня, а я снова, как тогда, не могу ни кричать, ни плакать, ни дышать.

- Я же говорил, что ей нельзя нервничать! - это папа.

Мне так плохо, что я ничего дальше не разбираю. Только понимаю, что они снова ругаются.

- Леди! - голова дернулась, щеку обожгло, но боль реальная и близко не стояла рядом с той, что я испытываю там.

И снова темнота.

- Мы обязательно вылечим ее, - в голосе папы бесконечная усталость. - Я заложил дом в Миасском банке, мы с тобой пока можем пожить в клинике, все равно Элиза здесь.

- Это ее не спасет, - а в мамином голосе пустота и обреченность. - Даже если продадим дом, за него много не дадут, не столько, сколько нам нужно…

- Мне кое-что предложили в банке, когда узнали, что я целитель-вирусолог, тебе покажется странным и, наверное, не понравится, но это наш шанс…

А дальше я упала. Вверх. Это странно, будто подбросило, тело выгнулось дугой, воздух почти разорвал легкие.

- Драконья чума! Да очнитесь же, Элиза!

Я вцепилась в чьи-то руки, боясь, что снова провалюсь в те страшные воспоминания. Не хочу больше, не могу. Да и я знаю, что случится потом. Не сложно догадаться. Им предложили работу, оплату долгов и моего лечения, и родители от безысходности приняли предложение. А потом придет человек в черном плаще, я совсем не помню его лица, только яркие четки, обмотанные вокруг запястья.

- Вы точно сможете? - мама боится и обнимает папу, ища поддержки. Папа тоже волнуется, это заметно.

- Воспоминания нельзя стереть, - странный акцент, растягивающий гласные, делает речь незнакомца напевной и завораживающей, - но можно закрыть эпизод, заблокировать кусок памяти. Главное, чтобы не осталось ничего, что могло бы о нем напомнить. Чем меньше ассоциаций - тем меньше вероятность, что память о том дне вернется. Она пока ребенок, у нее гибкая психика и живое воображение. Взрослый бы начал задаваться вопросами, а ребенок в своем сознании просто дорисует фрагмент, заполнит его, придумает недостающие части. Зато ей не придется со всем этим жить. Разве вы не считаете, что так будет лучше?

Родители, наверное, считали, а вот я уже нет. Лучше бы я жила со всем этим всегда, чем узнала все только сейчас, много лет спустя.

- Леди, как хотите, но я вызываю целителей на помощь, - и этот уже вполне твердый мужской голос окончательно вернул меня в реальность.

- Нет, - я схватила стража за руку. - Не надо никого.

Я с удивлением обнаружила, что рыжий страж вынес меня из дома, и теперь я лежу на земле у входа, а он нависает сверху.

- Вы стонали, кричали и плакали, - пояснил Саймон на мой удивленный взгляд. - Я уже не знал, что делать, боялся, что у вас начнется приступ.

- Это воспоминания, - я встала и пошатнулась, но страж поймал.

- Посидите еще, - в голубых глазах плескалось волнение.

- Нет, я должна все увидеть еще раз, поможете?

Саймон недовольно вздохнул, но подал мне руку.

- Может, хотя бы расскажете, что произошло? Здесь все пропитано темной магией, причем очень темной, из запрещенных разделов.

- Вы чувствуете? - а не зря ли я привела сюда тайного стража?

- Я темный маг, - и вот тут я пораженно уставилась на своего компаньона. Рыжий темный маг? И такие бывают? - Некромант, и знаю, что не похож.

- Ни капельки, - подтвердила я.

- Так что случилось в вашем доме?

- Я хотела проклясть одноклассников. И… - это надо сказать вслух. Не для не него - для себя. - Я убила своих дедушку и бабушку.

- Каким образом? - страж замер.

- Я что-то призвала, какую-то сущность, она тянула у меня кровь и силы, а бабушка перепривязала его к себе. Дедушка… уничтожил обоих, отдав на борьбу все силы. Я выжила.

А они - нет.

- Да уж, вы умеете удивлять… - протянул страж.

Я подошла к двери, она совсем не изменилась, даже руны еще читаются.

- Она магически запечатана, - начал Саймон, - такой замок быстро не вскроешь. Ключа, как от дома, для нее нет.

Я вывела руны по памяти, точно так же, как в тот злополучный день. Дверь открылась с душераздирающим скрипом. Саймон промолчал.

Мы вместе спустились в подвал, отсыревший и заросший черной плесенью. Кажется, в нем до сих пор витал дух чего-то страшного и нечеловечески жуткого.

- Я знаю, что вы сделали, - молодой человек опустился на корточки и коснулся темного пола ладонями. - Вы вызвали потустороннюю сущность, точно не скажу какую, но не озаботились защитой. Еще и кровью накормили, да? - я кивнула. - Повезло, что его вообще изгнали.

- И что теперь? - я только сейчас окончательно поняла, что тайный страж стал невольным свидетелем моего давнего преступления, которое родители так старательно пытались скрыть даже от меня самой.

- Не знаю, - вздохнул Саймон, поднимаясь и отряхивая руки. - Не знаю, мне надо подумать.

16. Признание

Было о чем подумать. У меня голова гудела от реальных воспоминаний  и моих собственных фантазий, породивших иллюзии мирной жизни.

В придуманном мною детстве не было места странным теням, смерти любимых бабушки и дедушки, которых сгубила моя глупость. Ушедшие, как же я могла?

Мы поднялись из подвала по скольким отсыревшим ступеням, и полусгнившая лестница каждым звуком говорила, что задерживаться на ней не стоит. Выйдя в едва освещенный коридор, Саймон попросил активировать защиту на подвале.

- Кто бы ее ни поставил, он был мастером своего дела, - уважительно заметил страж.

- Бабушка, это она меня учила, показывала схемы, объясняла, как правильно распределять магию по потокам…

- Сколько вам было лет, когда они погибли? - я видела, как рыжий некромант сплетает одно заклинание за другим, знать бы еще, что он делает.

- Семь лет. Я пошла в школу, обычную, у родителей не было средств на частную, тогда не было. А в школе надо мной издевались, - признание давалось с трудом. - Что теперь со мной будет?

- С вами? - удивился Саймон. - Ничего не будет, конечно. Кто возьмется судить семилетнего ребенка, которого взрослые сами же обучили темной магии? С таким же успехом можно каждый день показывать, как зажигать спички, и потом оставить коробок на виду.

- Но ведь это я во всем виновата!

И в пустом мертвом доме злое эхо подхватило последнее слово, будто подтверждая: виновата-виновата...

- В чем именно? Что вместо ограничителей вам дали совсем не детские знания? - переспросил страж. - Или в том, что из всех вариантов помочь ваши родители выбрали работу на Миасский банк?

- У них не было выбора!

- Успокойтесь, леди, и просто поверьте: выбор есть всегда, - не согласился рыжий и сделал сложный пасс рукой.

Сумрак растворился, позволив садящемуся солнцу заглянуть в окна, воздух стал свежее и чище, будто дом основательно проветрили.

- Бытовая магия? - со светом и воздухом стало как-то проще.

- Темная. Очищение - используется в местах проведения ритуалов, массовых захоронений, могильниках, склепах с возродившимися сущностями. Как видите, и в обычной жизни может пригодиться.

- И все равно, - я обхватила себя руками, вновь и вновь переживая моменты, стоившие жизни бабушке с дедушкой, и так повлиявшие на нашу семью потом. - Не могу же я теперь жить, как раньше? Что, если я попробую выступить на суде и рассказать, почему мои родители так поступили?

- Леди, - страж вздохнул, - ваших родителей обвиняют в слишком серьезных вещах, чтобы рассчитывать на снисхождение суда.

- И все же, они ведь не злодеи, не прими родители в тот момент предложение банка - меня бы не было в живых.

- Не останови мы Миасский банк вовремя - пострадало бы множественно невинных, и детей в том числе, - парировал страж.

- Не они, так кто-то другой все равно согласился бы работать на банк. И почему я вообще с вами спорю?

- Потому что понимаете, что я прав, - улыбнулся молодой некромант. - Я же сказал, что подумаю над увиденным. Надо понять, что именно вы сделали в прошлом, кого призвали, а главное - точно ли его изгнали... Знаете, для семи лет это весьма впечатляюще.

Вот только гордиться собой отчего-то не получалось...

- Это случайность, леди, поймите и примите все произошедшее. И позвольте проводить вас до академии, после десяти туда неохотно пускают, а опоздавшим начисляют штрафные баллы.

И стоило ему это сказать, как я осознала две вещи. Первая - надо бы поспешить, штрафные баллы мне совсем ни к чему. А вторая - я дико устала и совершенно вымоталась. Да меня ноги едва держат, и то потому что на стену опираюсь.

- Думаю, вызовем экипаж, - заключил Саймон, правильно оценив мое состояние.

И спорить у меня сил не нашлось.

И за то, что страж взял у меня ключ, металлическую печать и закрыл дом, заново активировав все защитные плетения, я тоже была искренне признательна. И от предложенной руки, на которой буквально повисла, не стала отказываться.

В пойманный Саймоном экипаж с трудом залезла и на сиденье рухнула. Страж сел рядом, сначала стараясь соблюдать приличия и держать дистанцию. Получилось ровно до первого поворота, на котором я едва не слетела с жесткой, обитой потертой кожей лавки. Пришлось некроманту ловить меня, обнимать за плечи и прижимать к себе, попутно зачем-то принося мне извинения.

Я же безо всякий извинений и лишних слов положила ему голову на плечо и сразу же вырубилась. Но даже во сне увиденные образы не отпускали, напротив, они стали ярче, четче, реальнее.

Когда Саймон разбудил меня у академии, я испытала немалое облегчение. Вот только ноги держали плохо, и из экипажа рыжий страж меня вынес на руках. Хорошо, за это извиняться не стал.

- Леди, - страж бережно поставил меня на землю, - я могу, воспользовавшись значком, пройти в академию и проводить вас до комнаты. Но, боюсь, мое появление вызовет ненужные слухи. Возможно, у вас есть друг или подруга, которые согласятся помочь? Или куратор в учебе.

- Ой, нет, только не куратор, - завкафедрой точно не оценит подобного возвращения, его внимания я боялась больше слухов, которых вокруг моей персоны и без того наплодилось достаточно. - Соседка, Элис Дьяр, надеюсь, она на месте.

В том, что Элис в комнате - я почти не сомневалась. Главное - чтобы помочь согласилась.

Пока мы ждали подмогу, Саймон предупредил, что придет за мной послезавтра к шести - сразу после дежурства. И я благодарно кивнула: он мне ничего не должен, но отчего-то взялся помогать. Надеюсь, помощь его идет от чистого сердца, а не по заданию тайной стражи.

Элис не подвела, правда, к проходной вышла ужасно недовольная, но, стоило ей увидеть меня, как недовольство сменилось тревогой.

- Элиза? - рыжая (что-то много рядом со мной рыжих в последнее время) почти подбежала к нам. - Что с тобой опять стряслось? Ушедшие, да ты белая, как мел!

- Сможете проводить ее до комнаты? - некромант с сомнением разглядывал девушку чуть выше меня ростом, но еще и худее.

- Смогу, конечно, - сверкнула глазами соседка, - давайте ее сюда.

Элис приняла меня у стража, крепко обхватила за талию, руку мою закинула себе на плечо и совсем не женственно потащила в общежитие.

“Да уж, с такими повадками парней не очаруешь”, - пришла в голову неуместная мысль. Высказывать ее вслух я не стала, а то еще бросит меня соседка посреди огромной территории академии, с нее станется, придется самой ползти.

Комендантша проводила нас подозрительным взглядом, но вопросов не задала - и на том спасибо. А еще повезло не встретить никого знакомого, не хотелось бы предстать перед однокурсниками в таком неприглядном виде.

На кровать меня Элис почти скинула и сама упала рядом, но говорить ничего не стала. Просто посидела на моей кровати, то и дело бросая на меня косые взгляды, потом встала, поставила чайник на спиртовку, насыпала в кружки заварки, а после залила кипятком.

- Держи, - рыжая почти впихнула мне дымящуюся кружку. - И конфеты бери, я оттуда чуть-чуть поела, но там еще много.

Наполовину опустошенный пакет лег мне на колени.

И никаких вопросов. Я допила кружку, съела одну конфету, показавшуюся приторно сладкой, и ждала.

- А почему ты не спрашиваешь, что со мной случилось? - спустя несколько минут гробового молчания поинтересовалась я.

- Да ты же все равно никому ничего не рассказываешь, - Элис безразлично пожала плечами. - Но ведь и дураку ясно, что ты не от хорошей жизни из платной комнаты съехала, поссорилась с прежними подругами и начала учиться.

- Да, - я посмотрела в окно, которое мы так и не зашторили. На небе появлялись первые звезды, а свет в комнате не зажгли. - Все так и есть, не от хорошей. Моих родителей арестовали по обвинению в государственной измене, и все пошло кувырком. Такое чувство, что моя жизнь разделилась на “до” и “после”. А сегодня я столько всего узнала, вернее вспомнила, что теперь и не уверена, было ли вообще это “до”...

И я говорила. Много. Долго. Про вызов тайной стражей, допрос, дом новый, из которого я взяла самое необходимое, точнее, должна была взять, а в итоге набрала кучу других вещей, но это ерунда. А потом про старый дом с его тайнами, запечатанными больше десятилетия, проклятье и вызванную сущность…

Под конец я рыдала у соседки на плече, а та сидела и гладила меня по голове, как маленькую, бормоча при этом какие-то утешительные глупости. Сама не знаю, как так получилось, зачем рассказала, ведь не собиралась же. Но слова лились из меня потоком, и слезы от них не отставали. Удивительно, но к концу рассказа стало легче, и вернувшиеся воспоминания будто немного поблекли и улеглись.

- Дела… - только и сказала рыжая, ставя на спиртовку новый чайник. Заварку в кружке она не поменяла, просто залила кипятком по второму разу и протянула мне. - А местор Альдер за что на тебя взъелся? Не просто же так он тебе самые сложные задания дает?

- Да так получилось, - неуверенно протянула я. С одной стороны, если уж откровенничать - то во всем, с другой - рассказать о моем поступке язык не поворачивался. Теперь затея с шантажом виделась мне не самой удачной, как минимум. - Он меня отчислить собирался за неуспеваемость. И даже не в неуспеваемости дело… просто у меня способности к стихийной и к темной магии намного выше. И он не понимает, что я с тремя магъединицами делаю на его кафедре. А я… категорически отказалась отчисляться.

И все же на эту тему я говорить не готова. И Элис, спасибо ей, лезть в душу не стала.

- А по стихийной и темной у тебя сколько? - в отличие от меня, у рыжей конфеты шли на ура. И складывалось у меня впечатление, что сладкое она ест нечасто, раз так дорвалась.

- Десять по стихии и двенадцать по темной, - призналась я.

- Да ты прирожденный боевой маг! - соседка чуть конфетой не подавилась. - Темные маги с высоким стихийным потенциалом самые сильные. Тебе прямая дорога в некроманты, ты нежить и поднять сможешь, и упокоить, и уничтожить, если надо будет.

- Бабушка из меня проклятийника готовила, - вздохнула я.

Вместе с воспоминаниями вернулись чувства. Любовь, привязанность к тем, кто меня растил и проводил со мной времени больше, чем родители. И такое острое ощущение потери...

- Проклятийники со стихиями тоже хорошо дружат. Проклятья часто усиливают огнем, ловушки делают. А можно проклясть воду, я о таком читала. И если человек выпьет - то все. Проклятье не снимаемое. Да ты сама понимаешь, от чего отказываешься?

Отказываюсь? Не знаю, мои родители для меня такого точно не хотели. А чего хотела я? Я же буквально грезила темной магией, не зря так прилежно училась. Я и читала, и писала, и чертила с удовольствием… когда-то мне нравилось заниматься.

- Ладно, не переживай, все наладится, - попробовала приободрить меня соседка. - И повезло, что на завтра готовиться и на занятия идти не надо.

- Почему? - нет, я бы и так не нашла в себе силы сесть за учебники, но все же?

- Забыла тебе сказать, как-то из головы вылетело, мы завтра дежурим по этажу.

- Что делаем? - не поняла я. Сколько здесь ни учусь, про дежурства еще не слышала.

- Дежурим. Так как я раньше одна жила, то дежурила с девчонками из соседней комнаты, а теперь нас двое, так что вдвоем с тобой дежурим.

- И что от нас требуется? - все еще не понимала я.

- За порядком следим, чтобы вода в душевых просто так не лилась, у нас с горячей напряженка. Чтобы магию в коридорах и комнатах не использовали, чтобы на кухне чистоту соблюдали.

- На кухне? - столовая находилась не то что на другом этаже, в другом корпусе. При чем тут кухня?

- У нас кухня есть на этаже, небольшая, правда, две плиты, раковина и один стол, - пояснила рыжая.

- А зачем, если есть столовая? - сколько открытий за сегодня.

- Если ты не успела в столовую, то можешь приготовить что-нибудь из своих продуктов, - готовка для меня была чем-то сродни зельеварению, ну да ладно. - И не забывай, что на каникулы столовая закрывается, а всегда есть несколько студентов, которые не уезжают.

Про это я как-то не подумала, как и про то, что теперь сама вхожу в число таких студентов. Идти-то мне некуда, что делать со старым домом, я так и не решила, стоит ли возвращать его обратно, и если стоит, то как?

- Но ты права, в учебное время кухней почти не пользуются, так, иногда студенты посиделки устраивают. Твоя задача проследить, чтобы после посиделок они все за собой убрали.

- Значит душ, магия и кухня? - уточнила я.

- Да. Ничего сложно. В мои смены раньше никогда ничего не случалось, - усмехнулась соседка.

- А почему раньше? Ты думаешь, сейчас что-то случится? - насторожилась я.

- Почти уверена, - и Элис с улыбкой закинула в рот очередную шоколадную конфету. - С тобой, Риар, постоянно что-нибудь случается. Так что я морально готова. Главное, без особых последствий, ладно? А то штрафные баллы и отработка за плохое дежурство потом на всю комнату даются. А чистить денники мне бы не хотелось. Да и штрафные баллы на стипендию влияют. Так что ты уж постарайся. Если что - зови меня, я со всем разберусь

- Сама справлюсь, не маленькая, - обиделась я.

- Тогда давай спать, у нас завтра утром ранний подъем, - похлопала меня по плечу соседка и перебралась на свою кровать.

И в эту ночь я искренне радовалась, что сплю не одна. Темнота в комнате пугала, как никогда прежде, стены с потолком сжимались и давили со всех сторон. Но тихое посапывание Элис разгоняло мои кошмары и незаметно я тоже провалилась в сон.

17. Дежурство

Утром мы проснулись ночью, как бы это ни звучало. Было еще темно и ужасно рано, но какие-то звуки вытянули меня из, казалось, только-только пришедшего сна.

- Элиза! - вой от небольшого зеркала на стене окончательно разогнал сновидения, оставив один на один с суровой реальностью.

- Что такое? - я выбралась из постели и подошла к соседке. - Ничего себе!

Лицо у Элис заплыло и покраснело, глаза-щелочки, красные пятна еще и на руках, судя по тому, как девушка их терла - чесались они безбожно.

- Что с тобой? - я осматривала соседку со стороны, не решаясь подойти ближе: вдруг это заразно?

- Сама не знаю! - девушка была в отчаянии. - Похоже на аллергию, но я же ничего такого не ела...

Я бросила взгляд на пустой бумажный пакет из-под конфет. Целую пачку за день слопать - это ж надо.

- Иди к целителям, их у нас целый корпус, уверена, они быстро приведут тебя в норму.

- А если не быстро? У нас же дежурство, и отказываться уже поздно…

- Ничего, я пока без тебя подежурю, - приободрила соседку. - Чем раньше начнешь лечение - тем быстрее все сойдет. И хватит чесаться!

Переоделась Элис быстро, натянула на себя платье и побежала к местным целителям, на ходу давая мне рекомендации.

- Элис, - перед самым уходом окликнула я соседку. - Насчет вчерашнего…

Как продолжить фразу, я не знала, утром за вечернюю истерику было стыдно, а за откровенность - страшно.

- Не скажу я никому, за кого ты меня принимаешь! - оскорбилась рыжая и дверью на прощание хлопнула.

Вот и ладно. Я уже заметила, что соседка у меня вспыльчивая, но отходчивая. И не болтливая, что самое важное.

Теперь я спокойно умылась, приняла душ, пока никого нет и можно воду не жалеть, вытерлась новеньким полотенцем, предварительно пробежавшись по нему простеньким очищающим заклинанием - вдруг местор его ни разу после покупки не стирал? День начался неплохо, жаль, слишком рано. Поэтому, зевая, я сидела на стуле дежурного с учебником по целительству и читала.

Потихоньку общежитие оживало, мимо начали сновать студенты, к женским душевым образовалась традиционная очередь. Народ толпился, торопился помыться и пойти в столовую. Мне же полагался стандартный паек на день, поскольку уходить с этажа не рекомендовалось. Если в наше дежурство что-то будет испорчено, компенсировать нам придется из собственного кармана или отработкой на благо родной академии. Поэтому я честно следила, что происходит в коридоре.

Около восьми утра большинство студентов разошлись, и можно было расслабиться и вернуться к учебнику, что я и сделала. Не скажу, чтобы чтиво оказалось увлекательным, но я честно старалась наверстать упущенное и приближение парня с полотенцем заметила не сразу. Точнее, парень был в полотенце, совсем коротком, повязанным вокруг бедер, именно так студент с пятого курса преспокойно прошел мимо шокированной меня. Я невольно посмотрела ему вслед, когда какой-то умник, шедший навстречу, щелчком пальцев и небольшой воздушной волной сдул полотенце вверх. И теперь уж полностью голый студент ловко поймал улетающую тряпицу, огрел ею ухмыляющегося товарища и, закинув полотенчик на плечо, сверкая голым задом, пошел себе дальше.

Я же осталась на стуле с открытым ртом и пылающим лицом.

После этого я опасалась лишний раз поднимать взгляд от книги, а то мало ли. Все же приличным девушкам не пристало видеть такое непотребство. Но и на учебнике не получалось толком сосредоточиться.

Все мысли крутились вокруг вчерашнего дня, страшных открытий и воспоминаний, а еще Саймона Бертрана, тайного стража и рыжего некроманта, который так одновременно вовремя и невовремя оказался рядом. Пока совсем не понятно, чего от него ожидать. С одной стороны, сделанного не воротишь, и с Саймоном однозначно стоило встретиться и услышать его мысли по поводу случившегося. С другой, желание держаться от него подальше оказалось не менее сильным. Что победит: любопытство или здравый  смысл?

- Дежурная! - а вот встречаться и выслушивать мысли о себе от нашей комендантши мне не хотелось, но что поделаешь. - Ты здесь для чего сидишь? Для мебели? На кухне бардак! - не давала мне вставить слово женщина. - Почему не следишь?

- Так туда сегодня никто и не заходил, - возмутилась я.

- Значит, со вчера, но раз ты предыдущим дежурным не сказала ничего, значит иди сама убирай, - огорошила меня комендантша. - Ведро и тряпка в конце коридора. И поживее, а то заработаешь штрафные баллы!

Как же они достали со своими штрафными баллами! Кляня все, на чем свет стоит, я закинула учебник в нашу комнату и потащилась за шваброй и ведром. В захламленном чулане они отыскались не сразу, тряпка нашлась там же. Я, надеясь, что сейчас быстро все уберу, заглянула на кухню… да уж, в следующий раз перед дежурством я проведу тщательнейший обход этажа. На плите явно что-то готовили, но оно убежало, да еще так капитально, что залило половину пола. А еще успело присохнуть, поэтому бытовые заклинания тут уже не помогут: они справляются только со свежими загрязнениями, здесь же придется тереть. Фу, какая гадость, право слово!

Второй неприятной неожиданностью стало отсутствие воды и забитая раковина на кухне, вода в ней стояла и совсем не уходила. Из крана же ничего не текло. Интересно, это тоже нас заставят ремонтировать? Элис меня убьет.

Без особого энтузиазма я прошла к душевым и с удивлением обнаружила, что кабинки в женской душевой заняты, а в раковине ведро ужасно неудобно набирать, потому что поставить его не получается.

Через несколько минут ожидания стало понятно, что выходить из кабинок никто в ближайшее время не собирается: студентки явно пользовались тем, что все разошлись на занятия, и я как никто понимала их желание нормально помыться. И тогда в голову пришла  свежая и немного отчаянная идея.

В мужских душевых было пусто. Я постучала и заглянула, но внутри никого, а все кабинки приветливо распахнуты. Мне же надо просто ведро набрать. Я поставила ведро под струю и принялась ждать. Вода, наверное, вся ушла к девушкам и текла едва-едва, а ведро, как назло, попалось очень объемное, такое набирать и набирать.

И в это время, пока я стояла в кабинке и набирала воду, кто-то, насвистывая, зашел. Я напряглась. Кабинку я заняла самую первую, чтобы быстро выйти, в случае чего, и дверь на всякий случай прикрыла, не на щеколду, а просто. Ладно, подумаешь, воды наберу, никому не помешаю.

- Здесь есть кто? - и парень, тоже из пятикурсников, заглянул в кабинку. Голый. Совсем. Даже без полотенца, которое висело у него вместе с мочалкой на руке.

А еще со взъерошенными светлыми волосами, явно со сна, глаза красные, невыспавшиеся, немного помятый, но, если приглядеться, очень даже ничего. Как бы еще глаза ниже его плеч не опускать?

Так мы и смотрели друг на другу, я разрывалась между желанием завизжать и нежеланием себя выдать на всю общагу.

- Женские душевые заняты? - с пониманием и безо всякого стеснения спросил пятикурсник. Я сглотнула и кивнула в ответ. - Может, с ведром помочь? - предложил парень.

Я опять кивнула, скорее по привычке принимать помощь, нежели из реальной необходимости.

- Ты… ты же оденешься? - только и выдавила я. Идти по коридору с голым парнем - это уже перебор.

- Да, сейчас в штаны влезу, подожди немного, - и неожиданный помощник повернулся ко мне спиной, надел светлые брюки и легко подхватил ведро на двадцать литров.

Я же, больше пораженная и шокированная, нежели смущенная, шагала следом. Наверное, начинаю привыкать. Несколько девушек прошли навстречу, но отреагировали спокойно, только улыбнулись и поздоровались с моим спутником - видимо, расхаживанием в полуголом виде здесь никого не удивишь.

- А что у тебя со спиной? - и все же совсем не разглядывать парня у меня не получилось. И несколько свежих царапин бросались в глаза.

- А что с ней? - пятикурсник попробовал посмотреть, но, ясное дело, без зеркала ничего не увидел.

- Расцарапана вся, - я лучше присмотрелась, пытаясь понять, кто же из животных мог оставить такие следы пятью когтями. - Ты бы обработал, а то мало ли, вдруг инфекция попадет? Или яд на когтях?

- Яд на когтях? - усмехнулся парень. - Хотя, все может быть, я не удивлюсь.

И поставил на кухне ведро, заодно заглянув в раковину.

- Проклятье, опять Джастин ночью свою бурду гнал, - поморщился пятикурсник. А потом двумя пассами что-то сделал с водой, и она с утробным чавканьем прошла по трубам.

- Ого, - я подошла к раковине и убедилась, что одной проблемой стало меньше. - Спасибо, а как ты это сделал?

- Это разновидность заклинания расщепления специально для работы в жидкой среде, - небрежно отмахнулся парень и покрутил вентиль на кране. А потом безо всякий магии заглянул под раковину, нащупал что-то рукой и вода снова полилась. - Готово. Не переживай, после Джастина всегда так, но учти, этой ночью придется смотреть в оба, иначе утром одной забитой раковиной не обойдется.

- В смысле? А что не так с этим Джастином? - напряглась я. И где уже моя соседка? Она же к вечеру придет в норму, правда?

- С ним все так, а вот с его пойлом… если предложит - не пробуй, у него там какой-то фирменный рецепт, ушедшие знают, что он туда добавляет, но неподготовленных людей сшибает с одного глотка.

И, видя мои округлившиеся глаза, пятикурсник рассмеялся.

- Не бойся, если что - заглядывай, я Марк из восемнадцатой комнаты. Всегда к твоим услугам, - последнее парень сказал с каким-то хитрым прищуром, но опускать эмпатические щиты, чтобы лучше разобрать его эмоции, я не решилась.

- Спасибо за помощь, - осторожно поблагодарила я.

Марк подмигнул и ушел обратно в душ, оставив меня наедине с ведром и шваброй, а еще с  полным раздраем в голове.

До этого я жила на этаже платных комнат и как-то слабо представляла себе настоящую жизнь в студенческом общежитии. Теперь же она открылась для меня во всей красе. И еще этот Джастин, что бы он там ни вариал и ни гнал, отмывалось оно от пола ужасно. Я честно потерла шваброй, жалея, что не спросила у Марка про расщепление, сейчас бы вылила ведро на пол и все растворила. Потому что стандартные бытовые заклинания даже подмоченные пятна на полу не выводили. А это значит, что здесь использовалось что-то серьезное. Вот тебе и запрет на использование не бытовой магии в общежитии.

И где там уже Элис прохлаждается, пока я страдаю и работаю?

Собственно, стоило подумать, как Элис заглянула на кухню. Отеки у нее сошли, а вот краснота осталась, из-за чего рыжая стала еще более яркой.

- Все в порядке? - сходу спросила соседка.

- Ну как сказать… - я еще потерла шваброй по въевшемуся намертво пятну.

- Джастин, скотина! - тут же взвилась Элис. - Ведь просила же не в мое дежурство!

Видимо, эта история с горе-алхимиком здесь ни для кого не новость. И кто бы ни был этот Джастин, мне его заранее жаль: рыжая фурия мгновенно метнулась на выход искать виновника. Впрочем, я посмотрела на пятно и швабру, которую отставила в сторонку, не так уж и жаль.

Через минуту в коридоре послышались шаги и ругань: это Элис тащила незадачливого самогонщика, или что он там варит, попутно высказывая все, что думает о его пойле.

- Вот, - ткнула пальцем девушка. - Посмотри, что это? Нормально? Мы ведь договаривались!

- Ну, Элис… - заныл парень.

- Бери швабру, тряпку, губку, зубную щетку - что хочешь, - скомандовала моя соседка, - но чтобы через полчаса здесь все сверкало, понял?

Джастин, которого иначе, как хлюпик, не назовешь, быстро закивал.

Среднего роста, щуплый, с отросшими темными кудрями и очками на носу, парень меньше всего походил на злостного нарушителя спокойствия. Классический такой ботаник. Правда, после рыжего некроманта я уже ничему не удивляюсь.

- Чего стоишь? - прикрикнула на него Элис, - поживее!

Джастин нехотя взял швабру и принялся оттирать пятна, шепча то ли бытовое заклинание, то ли проклятье. Но, видимо, признав создателя, неизвестная мне жижа начала поддаваться и отставать.

- И плиту не забудь помыть! - соседка поморщилась, взглянув на заляпанную поверхность, где под грязью даже цвет эмали с трудом угадывался. - И что с раковиной? Опять забита?

- Нет, раковину и кран Марк починил, - пришла я на выручку совсем растерявшемуся Джастину.

- О, и этот уже отметился, - закатила глаза рыжая. - Ты от него только подальше держись, хорошо? Опасный тип, свяжешься - потом проблем не оберешься.

- Правда? - удивилась я. - А с виду такой вежливый и приличный… ведро мне донес.

Полуголый. Но об этом я не решилась рассказать. Слова “приличный” и “полуголый” сочетались как-то плоховато. Но, кажется, Элис и так все отлично поняла.

- Вот я про что и говорю: держись подальше. У нас тут из-за него столько девушек отравилось.

- Он тоже что-то варит? - поразилась я. Не целительский факультет, а алхимический какой-то.

- Лично он - нет. Варят девушки. Кто сам травится из-за разбитого сердца и несчастной любви, кто соперниц подтравливает. Некоторые и его приворожить пытались, а ты же знаешь, какие побочки и токсичность у зелий, влияющих на разум?

Я не знала, но догадывалась, поэтому ошарашенно кивнула. Какие страсти кипят, однако.

- У Марка артефакт распознающий есть, очень крутой и мощный, - влез с уточнениями Джастин. - Его ничего не берет поэтому. Никакие яды и пищевые добавки не страшны.

- Не знаю, что там у него крутое и мощное, но от этого кобелины ничего хорошего не жди, я предупредила, - строго заметила соседка. - Да и тебе, с твоими-то успехами по алхимии, там ловить нечего.

- Может, заодно и алхимию подтяну? - развеселилась я.

На что Элис так выразительно на меня посмотрела, что стало ясно: в мои успехи в учебе она не очень-то верит.

Под нашим присмотром Джастин минут за десять оттер пол, а потом еще столько же драил плиту.

- Вечером заглянете? У нас в десятой комнате компания небольшая соберется, - неуверенно предложил Джастин, заливаясь краской в тон моей рыже-красной соседке.

- Знаю я вашу компанию, - скривилась Элис. - Только попробуйте где-то что-то натворить - лично прибью.

- Ну… я тогда пошел, да? - парень неуверенно оглядел кухню и бочком принялся пробираться к двери.

- Иди уже, - разрешила девушка. - И смотри мне, чтобы без магии.

- Нет-нет, - замотал головой Джастин, - никакой магии! - и быстренько смылся в коридор.

- Строго ты с ним, - прокомментировала я, когда мы остались вдвоем.

- С ними по-другому нельзя, - Элис раздраженно повела плечами и почесалась. Значит, и зуд пока до конца не прошел. - Это ты четыре года на отдельном этаже с платными комнатами жила, а я тут всякого насмотрелась. Тот же Джастин обычно тихий и скромный, а как хлебнет своего пойла - все, туши свет. Идет в разнос только так, не остановишь. Его бы и отчислили давно, да он целитель, каких мало. Его уже в целительском корпусе ждут. А рецепт семейного самогона несколько раз выкупить пытались, но он его даже в самые голодные времена продавать отказывался.

- Ничего себе, - воистину, внешность обманчива. - Как твоя аллергия? Вижу, что лучше, только не чешись, - одернула я соседку.

- Не могу, - Элис поморщилась. - Но обещали, что к вечеру все сойдет. А ты сама как?

- А я-то что? - я вздохнула. - Пока не задумываешься, все нормально. Наверное.

- Давай я с тобой пойду на встречу со стражем? - удивила меня рыжая. - Не хочется мне тебя одну отпускать. Потом, чувствую, опять тащить через всю академию придется. Да и тайной страже я бы на твоем месте не доверяла.

- Да и я сама не особо доверяю тайной страже, просто выбор у меня небольшой. Я должна попытаться спасти родителей. Они же меня тогда спасли, теперь моя очередь.

Только у моих родителей имелся недюжинный талант и знания целительства. А мне и предложить сейчас нечего…

- Разберемся, - заявила соседка. - А пока пошли в коридор, а то знаешь, как бывает: отвлекся на пять минут, а потом неделю в зоосаде сорняки полешь.

Полоть сорняки мне совсем не хотелось, так что мы по очереди сидели в коридоре, проверяли душевые, делали обход по комнатам. День прошел тихо, за это время я успела прочитать треть учебника по магическим видам, через каждые пять минут спрашивая непонятные места у Элис. Соседка бесилась, но отвечала. Так что дежурство прошло плодотворно. Я раньше и не предполагала, что одних только саламандр несколько десятков видов, и большинство из них не огненные.

Вечером студенты вернулись, и общага снова заполнилась людьми. В каждом из них мы с Элис видели врага, из-за которого можно получить штрафные баллы или отработку. Так что люди, чувствуя наши злобные взгляды, предпочитали обходить нас по дуге.

На ночь мы договорились дежурить по очереди, сменяясь каждые два часа, потому что на завтра от занятий нас никто не освобождал, и отоспаться не удастся.

- Если что-то случится - сразу буди меня, - сказала напоследок Элис и ушла спать.

Из-за очень раннего подъема в сон клонило ужасно, поэтому, побоявшись уснуть прямо на стуле, я принялась расхаживать по коридору с тусклым ночным освещением.

Но ночь - время тьмы и голосов, которые днем прятались внутри, а сейчас проснулись и нашептывали, что я убийца. Что толкнула родителей в бездну. Разрушила семью. Я раз за разом прокручивала в голове вернувшиеся воспоминания, и к ним добавлялись все новые детали. То бабушка с дедушкой, проводившие со мной все свободное время. То темный ритуал, стоивший им жизни. То мои дни, недели и месяцы в больнице.

А потом сразу новая квартира, небольшая, но чистая и светлая. Новая школа, в которой я пошла в третий класс, подготовка позволяла. А то, что второго класса в моей учебе не было, я провела его в госпитале, в голове тогда не отложилось. Я совершенно счастливо примеряла новую форму, темно-красную в крупную черную клетку. И тогда в моей жизни не осталось места всем ужасам и кошмарам, осевшим в прошлом и в глубинах памяти. Десять лет беспечной жизни, когда родители тряслись надо мной, боясь повторения пережитого. Конечно, о темной магии не шло и речи. Стихийная тоже была нещадно задвинута в сторону.

- Ты выучишься на целителя, - сказала мама, когда я чуть подросла.

- Но мам, мои способности…

- Ничего не решают, - не стала дослушивать она. -  Не забивай ерундой голову. Выучишься, выйдешь замуж и тебе не придется тратить жизнь на просиживание суток в клинике или в лаборатории. Лучше пойдем новое платье тебе закажем.

Она неохотно говорила со мной о своей работе. Меня допрашивали, что я знаю - да ничего. Родители явно не гордились тем, что делали, пусть для меня и на публике делали вид. Но сколько раз, стоило мне зайти в комнату, они замолкали и спешно меняли тему разговора. Сколько скелетов, оказывается, было запрятано по нашим шкафам. Вся моя жизнь - не больше, чем картинка, нарисованная акварелью. И стоило попасть на нее нескольким каплям воды, как она поплыла.

И все это очень и очень грустно.

Внутри смешались обида, непонимание, злость на себя, на окружающих, на свою слабость и беспомощность. На неспособность что-либо сделать и решить. Тугой клубок эмоций, который пульсировал где-то в районе солнечного сплетения, мешал дышать и мыслить здраво. Воздух вокруг меня замерцал, и я запоздало вспомнила про контроль над магией, с которым у меня и без того в последнее время проблемы. И что есть силы загнала магию обратно. Вот только эффект получился обратный.

Я будто захлебнулась собственной силой, которая ни в какую не желала подчиняться. Воздух выбило из груди, перед глазами заплясали разноцветные искры, в голове зашумело. Магия бурлила и выходила наружу чистой энергией, мгновенно преобразующейся и становящейся опасной. А еще, как назло, ближе всего оказались душевые. Трубы загудели и начали лопаться одна за другой, я слышала, как потекла вода, заряженная магией и оттого вдвойне непредсказуемая.

Я попробовала встать, но слишком резкий выброс магии вызвал перерасход, и пусть клубок внутри исчез и дышать стало легче, сил не осталось даже на то, чтобы дойти до комнаты и разбудить Элис.

А вода, между тем, веселым потоком вытекала из душевых и замысловатыми струйками растекалась по коридору. Надо что-то делать…

- Парни, я отлить, - пьяным голосом кто-то предупредил товарищей, сделал пару шагов по мокрому полу, не удержался и смачно грохнулся. Дальше была заковыристая ругань и ржач из комнаты. Десятой.

- Жоф, да ты совсем в дрова, - подколол кто-то товарища. - А говорил, Джастиновское пойло тебя не берет!

И снова смех.

- Да тут воды по щиколотку! - некто Жоф сел на корточки, не веря собственным глазам.

- А что еще ты видишь? - продолжали потешаться над парнем из комнаты.

- Хорош ржать! - Жоф вскочил. - У нас потоп! И вода… зачарована.

- Жоф, ну ты бы что поинтереснее придумал, - кажется, я узнала голос Марка.

- Парни, а ведь она и в комнату течет! - раздались крики.

И толпа подвыпивших пятикурсников вывалилась в коридор.

Ругань стала еще заковыристее.

- А это кто у нас? Дежурная?

И вот, наконец, меня заметили. Я попробовала встать, но смогла только вяло пошевелиться.

- Так, - Марк, какой бы репутацией ни пользовался, соображал быстро. А еще догадался до нитки промокшую меня поднять и взять на руки. Сама бы я не устояла. - Вы двое - бегите перекрывать воду в душевых. Жоф, Джастин, вы у нас спецы по жидкостям, разберитесь с водой.

- Может, преподов позвать? - неуверенно предложил кто-то из парней.

- Вот еще, - фыркнул Марк. - Сами разберемся.

Небольшой поток целительской силы потек от пятикурсника ко мне, и через пару секунд головокружение и слабость отступили. Правда, опускать меня на пол Марк не спешил.

Остальные тем временем принялись срочно устранять последствия потопа. Вентили перекрыли руками, а дальше то ли Жоф, то ли Джастин сотворили какое-то заклинание, ничего особенного, кажется, как вода пришла в движение. Натекло-то всего десять сантиметров, а сбило всех с ног, будто бурным потоком. Мне повезло, я упала на Марка, почти не попав в воду, а вот остальные…

Все так и остались лежать на полу. Жидкость мгновенно кристаллизовалась, превратившись в ледяную ловушку. И был бы лед обычным, маги, почти месторы, с ним бы справились без труда. Но здесь обычным и не пахло. Я слезла с застывшего, как муха в желе, Марка, видя, как он бледнеет на глазах. Плохо дело, выброс адреналина придал мне сил, так что я вскочила и побежала в нашу комнату.

- Элис! - с порога крикнула я. - Вставай!

- Что? Кто? - соседка спала в одежде и проснулась мгновенно, готовая вершить справедливость на посту дежурного.

- Я, это я…

Элис выглянула и хотела потрогать лед.

- Осторожнее! - а то как бы и с ней чего не произошло. - Если станет совсем плохо - кричи и зови на помощь, - сказала я рыжей, а сама достала из закромов тумбы универсальный набор отмычек.

- А совсем плохо - это как? - девушка высунулась и разглядывала лежащих парней. Лед начал покрывать их целиком. - То есть, это начало и будет хуже?

- Не знаю, но пока рано. Я быстро! - собственная магия не причиняла вреда.

- Элиза! - соседка металась между желанием выйти и нежеланием оказаться рядом с пятикурсниками в ледовом плену.

- Я скоро! - только и крикнула, а потом понеслась вниз по лестнице с третьего этажа.

Комендантши на посту не было, надо же и ей когда-то спать. Так что входную дверь я вскрыла без труда и бросилась к преподавательскому корпусу. И вот знакомая дверь в прачечную, коридор, второй этаж… Местор Альдер меня убьет...

Стучала я громко, чтобы наверняка проснулся, все-таки глубокая ночь. Мелькнула мысль: а вдруг завкафедрой не окажется в его комнате? Но шаги за дверью обнадежили.

- Что такое? Леди? - судя по пижамным штанам и накинутому, но не запахнутому халату, местор спокойно спал до моего прихода. И я как-то невольно пробежалась по нему взглядом и смутилась. Но быстро взяла себя в руки, нельзя теряться и отвлекаться.

- Местор, мне нужна ваша помощь! Срочно! У нас там вода в общежитии! То есть лед!

- Какой лед? Плюсовая температура, - спросонья завкафедрой не мог осознать, что лед не из-за низких температур.

- У меня случился резкий выброс магии, трубы лопнули, а разлившаяся вода набралась энергии. В нее попали парни с пятого курса. Они там лежат!

Судя по взгляду местора, если бы он мог - прибил бы на месте.

- Хорошо, - тихо, но очень страшно сказал преподаватель. - Минуту, Риар, я оденусь.

И дверь передо мной закрылась. Интересно, меня после такого сразу выгонят или сначала заставят отработать?

Местор, как и обещал, вернулся почти сразу в брюках, ботинках и свитере. На улицу он пошел не через прачечную, а через нормальную дверь, по лестнице мы почти бежали, потом неслись до общежития целителей. К третьему этажу я окончательно запыхалась, но мы успели.

Местор Альдер сразу использовал нейтрализацию, только магическую. Увидел лед, приложил к нему руки и произнес формулу. Но поддался лед далеко не сразу, сначала ничего не происходило. Местор бросил на меня сулящий все кары мира взгляд и усилил воздействие. И только после этого лед тронулся, если так можно сказать, и превратился в обычную воду. А воду местор испарил, отчего в коридоре стало очень влажно, на стенах осел конденсат. Дышалось очень тяжело, по спине бежали струйки пота, одежда неприятно липла к телу.

- Проветрите и просушите, - скомандовал завкафедрой, волосы у него вились сильнее обычного. - И вас, Риар, я жду в восемь утра у себя в кабинете. Подготовьте внятные объяснения заранее.

Сказать, что местор был зол, - ничего не сказать. Но раз велел готовить объяснения, а не собирать вещи - значит шанс есть.

- Вот и отдежурили, - вздохнула Элис, открывая окна.

- Извини, - мне правда было стыдно. И перед соседкой, и перед местором. Только у нас с ними начало налаживаться, как я опять доставляю неприятности.

Протрезвевший вмиг народ расходился, обсуждая случившееся. На душевых мы с Элис повесили таблички “закрыто”. Представлю, какой завтра утром шум поднимется.

- Не переживай, - посоветовала рыжая. - А то снова что-нибудь рванет.

Умеет же поддержать.

В итоге Элис отправила меня спать, как первую дежурную, умудрившуюся вместо дежурства наворотить дел, а сама осталась следить за порядком. Поэтому остаток ночи прошел для академии спокойно.

18. Браслеты

Утром я встала пораньше, чтобы успеть до занятий зайти к любимому завкафедрой. Элис вернулась, когда я стояла полностью одетая и заплетала волосы. Соседка была невыспавшаяся и оттого еще более злая. И зуд не до конца прошел. В общем, я пожелала ей хорошего утра, увернулась от подушки и выбежала в коридор, пока в меня не полетело что потяжелее.

- Осторожно, там злые студенты! - успела крикнуть на прощание рыжая.

Но злые студенты пугали меня меньше злой соседки.

В коридоре перед душевыми уже собралась толпа недовольных, немытых студентов с нечищенными зубами, которые напоминали пчелиный рой, только и ждущий, на кого бы наброситься. Роль матки в улье выполняла комендантша.

- Дежурная! Что у вас произошло? - на весь коридор зычным голосом проорала она.

Рой сразу обратил на меня свое внимание.

- У меня назначено у завкафедрой, - крикнула я в ответ и припустила по коридору к лестнице.

В выдержке местора Альдера я не сомневалась, так как неоднократно ее проверяла. А вот с этих станется напасть, забыв о запрете на использование магии.

В учебный корпус я заходила с немалым облегчением, а перед кабинетом снова разнервничалась и так и стояла, переминаясь с ноги на ногу и не решаясь постучать. Что меня там ждет? Отчисление?

Дверь распахнулась сама.

- Входите уже, леди, не испытывайте мое терпение, - у завкафедрой, кажется, даже глаза сверкали.

- А как вы узнали, что я здесь? - скорее от волнения, чем от любопытства, спросила я.

- Волнуетесь очень “громко”, - любезно пояснил преподаватель.

Ах да, эмпатия. Привычка закрываться щитами все время играет со мной злую шутку, когда собеседник владеет такими же способностями. Только вот интересно...

- Вы не ставите щиты? - нереально жить, постоянно находясь в чужих эмоциях.

- Не ставлю, - подтвердил местор. - Я умею отсекать лишнее или просто абстрагироваться безо всяких щитов.

Это впечатляло. Все-таки любой способностью надо уметь пользоваться.

- Присаживайтесь, - предложили мне.

И я, как примерная ученица, села в кресло для посетителей на самый краешек. И руки на коленки сложила, а взгляд потупила.

- Местор, я ужасно сожалею по поводу ночного происшествия… не отчисляйте меня, пожалуйста.

На что завкафедрой только усмехнулся.

- А почему не говорите: я больше так не буду? - с иронией спросил местор.

- Я больше так не буду, - с готовностью подтвердила я.

- Не будете, - согласился завкафедрой и поставил на стол небольшую продолговатую коробочку.

А в коробочке лежали два браслета из отсвечивающего голубым металла.

- Вы серьезно?! - адамантовые браслеты, цепочки, кольца - в зависимости от силы - надевали на детей, чтобы заблокировать магию, в том числе спонтанные выбросы.

- Абсолютно. Иначе в следующий раз я могу не успеть на помощь, и тогда вы или окружающие пострадаете. А еще, вы только не удивляйтесь, я люблю ночью спать. Спокойно.

- Простите, - что еще добавить, я не знала.

- Прощаю. Но браслеты придется надеть. Будете носить их вне практических занятий.

Я кивнула. Браслеты, так браслеты. Далеко не худший вариант.

- Надевайте, - скомандовал местор. - Сейчас, при мне.

До адаманта магу и дотрагиваться-то не очень приятно, а уж носить на себе - и подавно. Но ничего не попишешь. Я взяла тонкие браслеты и сначала надела один, застегнув нехитрый замок, затем второй. И поняла, что сейчас умру.

Кажется, вместе с циркуляцией магии остановилось и мое сердце.

- Дышите, леди, - завкафедрой взял меня за руки. - дышите, Элиза, и не вздумайте падать в обморок!

Не знаю, как, но вздохнуть я все-таки смогла.

- Вот так, - подбодрил меня преподаватель. - Не беспокойтесь, это временно и быстро проходит.

Как ни странно, но в себя я пришла быстро, все наладилось и я больше не задыхалась. Вот только мир вокруг будто утратил нечто важное. Краски выцвели, звуки притихли, обоняние притупилось.

- С этим невозможно жить, - прошептала я.

- Возможно, - не согласился местор.

- Я не смогу. Ребенок еще ничего не понимает, а я…

- И вы сможете, поверьте. Это не настолько сложно. Только первое время. Зато вы научитесь больше ценить свою магию и начнете активнее ее постигать. Леди, - позвал преподаватель. - Это мои браслеты. Их делали для меня и под меня.

- Но… - я взглянула на тонкое плетение адамантовой цепочки. Конечно, для мужского запястья такие маловаты, но и детскими их никак не назовешь.

- Я носил их с шестнадцати до двадцати, и не умер. Наоборот, - местор на пару секунд отвернулся. - Иногда это насущная необходимость.

Спрашивать, почему такая необходимость возникла у него в столь взрослом возрасте, я не решилась, пусть и стало очень любопытно. Местор Альдер с его многочисленными заслугами выглядел просто безупречным. Но кто знает, какие тайны есть у него?

- Хорошо, - вздохнула я и непроизвольно потерла запястья, а потом быстро положила руки на подлокотники. - Я постараюсь.

- Если станет совсем плохо - снимайте. Только проследите, чтобы рядом оказался человек, способный при необходимости погасить спонтанный выброс, - посоветовал местор.

- Спасибо, - и ведь знаю, что это продиктовано заботой обо мне, а все равно грустно.

- Далее, как целитель вы должны понимать, что устранять необходимо первопричину болезни. В данном случае - ваших магических всплесков. Вы не справляетесь с собственными эмоциями из-за стресса, и мы имеем, что имеем - затопление третьего этажа общежития целителей. Хорошо, что никто из учащихся не пострадал.

- Со мной раньше такого не случалось, - начала я, но преподаватель не дал закончить.

- Сказывается ваша необученность магиям, стихийной и темной, плюс эмпатия. Она не только дает чувствовать чужие эмоции, но и усиливает ваши собственные. Опытные эмпаты легко транслируют любые образы друг другу, а сильные эмпаты могут влиять на чувства окружающих людей, настраивая их на нужный им лад. Поэтому все эмоциональные всплески такие разрушительные: вы направляете эмоции наружу, поскольку не способны удержать их внутри.

- И что вы мне посоветуете? - эмпатию, в отличие от магии, заблокировать нельзя.

- Успокоительные капли для начала, - чуть резче обычного сказал завкафедрой. Видимо, и для него бессонная ночь не прошла даром. - Плюс, если темная магия, к огромному счастью для окружающих, у вас под контролем, то со стихийной просто беда. Надо учиться ею пользоваться. Предлагаю вам вечерние занятия на полигоне с первым курсом стихийников.

Я кивнула. С контролем надо что-то делать, если я не хочу всю жизнь носить украшения из адаманта.

- И эмпатию, раз уж вам достался такой сильный дар, надо освоить и подчинить. Чтобы не эмоции владели вами, а вы - эмоциями. Но здесь только парные занятия, попробуйте договориться со своей соседкой. Пятнадцать минут в день, когда вы полностью снимаете щиты, а соседка пытается думать о вас как можно ярче. Вам необходимо без щитов абстрагироваться от чужих эмоций. Просто не замечать их, сосредоточиться на своих мыслях. А потом меняетесь. Она снимает щиты, а вы, думая о ней, не позволяете эмоциям выходить. Научитесь держать эмоции в узде и отключаться от чужих, и избавитесь от спонтанных всплесков. И другие эмпаты не смогут вас “считать”.

- Не думаю, что это возможно. Я не могу без щитов, - и представить ситуацию, как я нахожусь среди людей, ощущая все чужие эмоции… да так и с ума сойти можно.

- Это вопрос навыка и тренировок, - не согласился преподаватель. - Попробуйте со мной. Я без щитов, вы думаете обо мне, но не выпускаете эмоции. Они должны остаться внутри вас. Считайте это игрой, если я уловлю ваши эмоции - вы проиграете.

- В игре всегда есть какие-то призы, - намекнула я. Да, знаю, наглость. Местор усмехнулся.

- Я не поставлю вам отработку за ночное происшествие. Ну как? Достаточный стимул?

- Правда не поставите? - не поверила я.

- Обещаю. Но только если справитесь. Пробуем?

А что мне, собственно, терять?

- Пробуем!

Я сняла щиты, не сразу, а осторожно. Чувствуя, как освобождается разум. Эмоциональный фон местора был ровный, я бы даже сказала, слишком ровный для живого человека. Но и каких-то щитов он тоже не ставил. Просто невероятное владение собой! Я так ни в жизнь не смогу!

Но надо постараться.

- Вы думаете направлено обо мне, не стесняйтесь. И ваши чувства должны остаться для меня тайной.

Местор Альдер поставил локти на стол, сцепил пальцы и положил на них подбородок. Волосы, сегодня не забранные в хвост, вились и темной бронзой блестели в солнечных лучах на фоне окна. Я поймала себя на том, что снова разглядываю преподавателя, и в голове невольно всплыла картина минувшей ночи: местор в пижамных штанах, свободно висящих на бедрах, сверху небрежно распахнутый халат, выбившиеся из хвоста пряди…

И тут-то я поняла две вещи: первая - я абсолютно точно не удержала свои мысли, чувства и эмоции под контролем. Вторая - кое-кто тоже не настолько уж и хорошо абстрагируется, да и держит свои эмоции не всегда. Во всяком случае, я отчетливо уловила в ответ что-то такое, отдающее чисто мужским интересом, а не желанием преподавателя помочь своей студентке.

Но местор и сейчас быстро взял себя в руки, а свои эмоции - под контроль, откашлялся в кулак, тряхнул головой и выдал:

- Думаю, отработка в зоосаде пойдет вам на пользу, - ну вот, а я так надеялась… - До конца учебного года, - добил завкафедрой.

- Что?! - я вскочила со стула. - А как мне готовиться? Экзамены на носу…

- Ничего, пара часов в день, а то и час - смотря как стараться будете, вас не утянут. Зато чем меньше у вас останется свободного времени - тем лучше для вашего эмоционального состояния. А физический труд вообще полезен и часто используется в реабилитационных целях…

- Чего вы мне рассказываете? - взвилась я. До конца учебного года почти два месяца, да это же просто издевательство какое-то! - Для психологической реабилитации используют творчество: рисование, лепку, музыку!

- Вы знакомы с психологической реабилитацией? - удивился преподаватель. А я поняла, что сболтнула лишнее.

- У меня достаточно широкий кругозор, - особенно в вопросах реабилитации, как недавно выяснилось. - Но я не об этом, два месяца - это слишком!

- Леди Риар, не спорьте, по совокупности всего вы наработали и на большее, - как ни странно, но местор сидел явно довольный. - И соседке своей передать не забудьте. Вечером вам обеим пришлют предписания.

- Чего?! - я ушам не поверила. - И Элис?

- Да, - удивился моей реакции местор. - Наказание всегда разделяется на всех дежурных. Это должно приучить вас к командной работе и ответственности за свои поступки.

Я закрыла лицо ладонями и упала обратно в кресло. Элис меня точно убьет. Два месяца отработки…

- Зато так ей будет проще заниматься с вами эмпатией, развивать передачу мыслеобразов и тренировать пассивную защиту.

Представляю, какие мыслеобразы будет транслировать мне соседка.

- Правда, для нее одна неделя, - улыбнулся местор. Вот точно издевался!

Но одну неделю Элис как-нибудь переживет.

- В целом я вас больше не задерживаю, - завершил разбор полетов завкафедрой.

- Спасибо, - буркнула я. - И за тазик с полотенцем тоже.

- Да, ввиду поломки системы водоснабжения в вашем корпусе тазик вам действительно пригодится.

- Вы надо мной издеваетесь, - все-таки не выдержала я.

- Не все же вам надо мной, - развел руками преподаватель.

- Всего хорошего, местор Альдер, - попрощалась я и резко вышла.

Может, и правда перевестись? Не на проклятья, так к стихийникам. Познакомлюсь с ними на полигоне получше, позанимаюсь. И надо сразу узнать, кто их куратор. А то попадется второй такой же…

На завтрак я успела к самому концу, а за столом меня ждали однокурсники, которые, как и весь остальной целительский факультет, заглянуть в душевую сегодня не смогли.

19. Отработка

- О! А вот и наша ходячая проблема! Риар, - выкрикнул Янг, тот самый мелкий и наглый тип. - Да ты просто звезда всей общаги! Повелительница водопровода и гроза всех нетрезвых магов!

Народ заржал, я же сильнее натянула рукава. Не хотелось сверкать своими новыми украшениями.

- А еще на тебя Марк запал, ты в курсе? - это уже какая-то девушка, кто о чем. - Он тут у всех спрашивал, где ты и когда придешь. Все ждал-ждал, но у пятого курса сейчас практика в целительском корпусе, так что им пришлось раньше уехать.

- Везет, - завистливо протянула другая.

- Чего хорошего-то? - не согласился Янг, которому новость про Марка явно не понравилась. - Вокруг него столько крутится, так что ты, Риар, лучше поосторожнее.

А мне сразу вспомнился рассказ про многочисленных брошенных подружек Марка, которые травят то себя, то друг друга… Пожалуй, с Янгом я полностью солидарна.

Села я к Элис и сразу сказала:

- У тебя из-за меня отработка на неделю, - и будто невзначай печенье к утреннему чаю ей на блюдечко переложила.

Соседка закатила глаза, но отказываться от угощения не стала. Я уже поняла, какая она сладкоежка.

- Хорошо, - сказала она, жуя печенье, - что так легко отделались.

- А у меня до конца года, - вздохнула я.

- Да ладно?! - рыжие брови взметнулись вверх.

- Угу, - я отрезала кусочек омлета и положила в рот. Прожевала. - А еще вот это.

И осторожно под столом продемонстрировала соседке браслеты.

- Это то, что я думаю? - шепнула она, не решаясь дотронуться.

- Именно.

Элис даже говорить ничего не стала, просто изумленно смотрела на меня. До конца завтрака рыжая так и молчала.

- Может, оно и к лучшему, - признала соседка, когда мы шли на занятия. - Не придется волноваться, что что-то снова может рвануть.

Я кивнула. А в голове крутилась мысль: что заставило местора надеть такие браслеты в шестнадцать лет? В это время обычно поступают в академию или готовятся к поступлению и магию контролировать умеют. И носил он целых четыре года. Жаль, что и спросить не у кого.

Первым занятием шло мое горячо любимое зельеварение. Сначала теоретические основы, создание веществ, их взаимодействие и совместимость, потом практическая отработка. Нужно было приготовить любое зелье из определенного набора компонентов на собственное усмотрение.

- Леди, - подошел ко мне преподаватель. - Я рекомендую вам вот это.

И передо мной лег листок с самым простым из возможных рецептов из четырех ингредиентов. Зелье для заживления легких поверхностных ран. Царапины мазать, проще говоря. Прямо для меня.

Почти все занятие местор Торел провел возле меня, контролируя каждый шаг, а порой даже вмешиваясь в процесс, когда у меня на спиртовке начала “убегать” жидкость.

- Делайте поменьше огонь, как закипит, - наставительно произнес алхимик.

Разумеется, все получилось в лучшем виде. Это занятие прошло у меня без приключений. Следующей шла артефакторика.

Поскольку созданием артефактов мы не занимались - это отдельная наука, которая изучалась на соответствующем факультете, то наше занятие состояло в том, чтобы научиться правильно их использовать. Создание давалось совсем редко исключительно ради расширения кругозора.

- Если придется что-то создавать - стоишь рядом со мной и повторяешь все точь-в-точь, - приказала Элис.

- Вообще-то, артефактами я пользоваться умею, - обиделась я. Бытовые артефакты использовались в нашем доме повсеместно. В новом доме…

- Лучше не рисковать, - строго взглянула на меня соседка.

Я цыкнула, но спорить не стала.

Артефакторику вела местресс Тереза Зильент. Достаточно молодая и привлекательная женщина, потомственный артефактор с темным даром. Это значит, что все артефакты, которые она создавала, больше подходили для некромантов и проклятийников. Но из-под ее рук выходили и универсальные вещи. А еще местресс могла работать с любыми металлами, что говорило о ее высочайшей квалификации. Мы пока использовали полудрагоценные камни (на драгоценные академия, ясное дело, раскошеливаться не стала). Местресс Зильент могла преобразовать любую вещь: любой камень, хоть гальку, металл, дерево, стекло.

- Добрый день, студенты, - бодро поздоровалась женщина. - Сегодня поговорим о защитных артефактах, их видах, особенностях, активации и сферах применения.

О том, сколько существует видов защитных артефактов, я раньше и не задумывалась. И способов защиты как личных, так и крупных объектов, вроде дома, насчитывалось прилично, начиная от примитивного барьера, заканчивая отводом глаз или иллюзией. Были как активные, так и пассивные защитные артефакты, активирующиеся сами или носителем. Тонкостей и нюансов - множество. Сложность магических плетений на некоторых просто поражала воображение. За два с половиной часа лекции рука у меня одеревенела, на пальце появилась мозоль, листы в тетради были на исходе.

А в конце занятия нам раздали каждому по артефакту: необходимо было его опознать, понять, к какой именно группе относится и какими защитными свойствами обладает.

Я осторожно под бдительным присмотром Элис сняла браслеты и сжала в руке небольшой металлический шарик. Металл тут же нагрелся в моей руке и немного завибрировал. Я прикрыла глаза и магическим зрением принялась изучать вещицу. Темная магия - здесь я не могла ошибиться. Характерное некромантское плетение. Интересно. И защита не физическая.

- Что вы можете сказать? - местресс незаметно подошла снова.

- Это из некромантии, - я покатала в руке шарик. - Защита не персональная, заложена слишком большая площадь. И направлена она как-то странно, вовне.

Большего мне понять не удалось, но, кажется, даже это немало удивило преподавательницу.

- Неплохо, - одобрительно кивнула она, забрав у меня артефакт и сразу разложив его схему в воздухе на составляющие. - Это кладбищенский артефакт. Он не позволяет темным сущностям выходить за защитный периметр.

- Он идет в паре с сигнальным, да? - вспомнила я рассказы дедушки.

- Все верно, - улыбнулась местресс. - Целители не часто интересуются такими вещами и мало кто правильно отвечает на вопрос. Но в вас чувствуется серьезный потенциал в темной магии.

Я только кивнула, не объяснять же.

После занятия я через силу надела браслеты обратно. Второй раз прошло легче, но приятного все равно мало. Соседка наблюдала за мной с сочувствием.

- Пойдем пообедаем, а потом в зоосад на отработку, - потащила меня в столовую рыжая. - Тебе надо нормально питаться. Браслеты не просто блокируют магию, но и немного вытягивают ее. Поэтому силы пригодятся.

Надо ли говорить, что идти в зоосад на отработку мне совершенно не хотелось. И оттягивала я этот момент до последнего, пока уже Элис не пообещала, что если я немедленно не доем свой суп, то она наденет мне тарелку на голову. А душ по-прежнему не работает.

В зоосаде нам искренне обрадовались, там лишних рук никогда не бывает, выдали по комбинезону, который закреплялся за нами на время отработки, перчатки, косынки, сапоги и отправили переодеваться. Утешало только то, что зеркал здесь не висело, а то бы я не пережила вида подобного ужаса на себе.

Но главная несправедливость заключалась в том, что Элис отправили полоть сорняки на клумбах, а мне выдали лопату и отправили чистить загоны.

- Там ничего тяжелого, любая девушка справится, - заверили меня, выпроваживая из администраторской.

Но я же не любая! Я лопату раньше только на картинках видела!

В загонах жили крупные звери. Вот, вроде бы, магические животные, а воняет у них совсем даже не магически. Нет, два месяца я здесь точно не выдержу.

Достался мне для начала золостанский дубомол - огромный грызун, этакий бобер размером с медведя. Такому и опилки сыпать не нужно, он их сам себе нагрызал из всего деревянного, до чего только добирался. В таком здоровяке вообще трудно заподозрить магию, а между тем дубомол умел выращивать деревья! Иначе бы его давно отнесли к разряду вредителей. Но нет, он любил поживиться исключительно подсохшими или зараженными древесными паразитами стволами, при этом оживляя их корневую систему и запуская рост новых побегов.

Разумеется, ничего из этого я раньше не знала, то есть про дубомола слышала, но не более. Это все мне по дороге рассказал один из смотрителей, пока вел к нужному загону.

- Вот ваше задание на сегодня, - объявил он. Огромный вольер, усыпанный опилками, которые мне предстоит выгрести. - Опилки легкие, ссыпайте их в этим мешки. Ничего сложного.

Ничего сложного, конечно.

Грызун проникся ко мне симпатией с первого взгляда, стоило войти в его импровизированное жилище. Кляня все на свете, я принялась выгребать опилки, а золостанский дубомол ходил за мной по пятам, надоедая своим вниманием. Я его и гоняла, и прикрикивала, но он ни в какую не желал от меня отставать, лез под руку и замедлял мою и без того не быструю работу. Вот же навязчивый какой.

Где-то через час я решила сделать перерыв, отложила лопату, взяла бутылку воды, тоже выданную. Золостан - южное государство, там жарко, и дубомол весьма теплолюбив. Условия ему воссоздали соответствующие. Так что с меня в три ручья катился пот. И я с ужасом подумала, что если душевые у нас не работают, то выйти в таком виде за пределы академии на встречу с тайным стражем просто не смогу. Интересно, есть ли в зоосаде душевые? Должны быть, правда же?

Мои размышления прервал странный звук, я отложила бутылку и повернулась. Дубомол с невероятной скоростью стачивал черенок от лопаты: не успела я и глазом моргнуть, как остался один железный наконечник.

- Ах ты… - у меня слов не было от возмущения! Как он мог?!

Но дубомолу было глубоко плевать на мои возмущения. Он с чувством выполненного долга развернулся и ушел в свою берлогу. Подлец! Я думала, что заинтересовала его моя персона, а он, оказывается, на садовый инвентарь позарился! И что мне теперь говорить смотрителю?

Смотритель, разумеется, выходке дубомола не обрадовался, но вину почему-то возложил на меня.

- Не засчитаю я вам это задание и увеличу отработку на день, - мужчина был непреклонен. - Я же вас предупреждал, зачем же вы лопату без присмотра оставили? Эдак мы лопат не напасемся.

Один плюс все-таки имелся. На сегодня меня задерживать больше не стали, а отпустили с миром. И душевые здесь имелись. Мыло, правда, оставляло желать лучшего, а грубое полотенце - так и подавно. Надо со своим приходить.

Элис уже ждала меня в комнате, как и всегда, за учебником. Хорошо ей, она же сорняки полола, это не у гадкого дубомола плохо пахнущие опилки выгребать!

- Не передумала со мной идти? - поинтересовалась у соседки я. Та мотнула головой и с явной неохотой отложила книгу. - Тогда собираемся. Только тебя надо в порядок привести, а то ты в прошлый раз такая взъерошенная и совершенно не интересно одетая вышла. А нам нужно произвести хорошее впечатление, так что давай постараемся.

20. Сделка

Когда мы вышли за пределы академии, я поняла, что все мои усилия по преображению Элис прошли даром. Выражение лица у девушки была такое, будто она не на встречу с симпатичным молодым человеком идет, а на похороны, причем собственные. И тут никакая одежда из моего гардероба, легкий дневной макияж, призванный скрыть синяки под глазами, и прическа не помогут.

Около ворот нас ждал тайный страж. Или не он? Вроде, форма их, рыжий, а лицо… Я всматривалась и никак не могла понять, Саймон это или нет. И стоит рядом, а черты совершенно невозможно разглядеть.

- Добрый день, - по голосу, кажется, Саймон. Хотя все равно не очень понятно. - Извините, я пока не буду снимать маскировку.

Он слегка наклонил голову в знак приветствия.

- Вам удалось что-нибудь узнать? - я с трудом держала себя в руках, чтобы не начать подпрыгивать от нетерпения.

- Не здесь. Давайте зайдем куда-нибудь, - предложил страж.

И я уже было сделала шаг за ним.

- Мы никуда не пойдем, - дернула меня за руку соседка. - Пока не увидим вашего лица.

- Нам не рекомендуется снимать маскировку, когда мы при исполнении.

- Значит, зайдете к нам, когда будете не при исполнении, - решила рыжая и уже развернулась, намереваясь тащить меня за собой.

- Ладно, - нехотя согласился страж.

Мгновение, и Саймон - теперь уже в этом не приходилось сомневаться - стоял перед нами.

- Я верну маскировку, если вы удостоверились, - молодой человек дождался ответного кивка Элис, и его лицо снова поплыло и размылось. К этому эффекту добавлялся отвод глаз, так что удержать на страже внимание оказалось сложно.

Какими-то переулками мы вышли к небольшому полуподвальному заведению, где царил даже не полумрак, а настоящая темнота, с которой не справлялись тусклые светильники. Вся обстановка - простые круглые столы и массивные стулья, барная стойка без особых изысков, под потолком небольшие окошки, не добавляющие заведению света.

- Не удивляйтесь и не пугайтесь, - Саймон подал нам руку, помогая спуститься по крутой лестнице. Я с благодарностью приняла помощь, Элис же показательно проигнорировала раскрытую ладонь и уверенно сбежала вниз.

- Это что за притон? - рыжая недовольно оглядывалась, не спеша отходить от лестницы.

- Это место принадлежит тайной страже, - и в доказательство Саймон снял маскировку и остался перед нами с обычным человеческим лицом, а не с непонятными размытыми очертаниями. - Здесь встречаются с осведомителями или просто проводят время. И можно свободно поговорить.

Не знаю, поверила ли Элис, но лично я, оглядевшись и заметив еще несколько людей в характерных черных костюмах, не сомневалась в словах Саймона. Некромант провел нас к одному из столиков, по пути поздоровавшись с парой коллег.

- Меню здесь без изысков, - протянул нам просто оформленный буклет страж, - но готовят вкусно. Я угощаю, - последнее уточнение было крайне важным. Саймон нравился мне все больше.

- Я не голодная, - сразу скорчила недовольную гримасу соседка.

- А мне кофе, - надеюсь, он здесь действительно неплохой. - И к нему мороженое, посмотрела на рыжую. - Два.

Себе Саймон заказал по полной программе: и мясо, и гарнир, и салат. Посматривал еще на страницу с элем и пивом, но, бросив на нас короткий взгляд, с явным сожалением заказал большую кружку чая. Да, он же после дежурства, голодный, наверное.

- Леди, как и обещал, я разузнал все, что смог, о ваших бабушке и дедушке, их гибели, и примерно восстановил картину событий. Порадовать мне вас особо нечем. Ваш дед, Джеймс Риар, некромант, устранял последствия энергетического всплеска на одном из кладбищ, но из-за неправильной оценки опасности руководством он и его напарник попали в ловушку с огромным количеством нежити. Напарник не выжил, а ваш дед сумел выкарабкаться и даже поставил заградительный барьер, но повредил спину. Ходить почти не мог. Бабушка, Агнес Риар, проклятийница, под конец жизни почти отошла от дел, выполняя только небольшие частные заказы, ухаживала за мужем и растила вас. И именно на нее возложили всю ответственность за случившееся в доме.

- На бабушку? - то, что бабушка была выдающимся специалистом, признавала даже мама. А у мамы были все причины не любить свекровь, не досмотревшую за дочерью.

- Да, поскольку они погибли и претензии предъявить было некому, то особо и не расследовали ситуацию. Записали все со слов ваших родителей.

Представляю, что они наговорил, выгораживая меня.

- Но это не все, - стаж покрутил в руках вилку, задумчиво глядя в сторону. - У меня есть предположение, что призванная темная сущность не была изгнана полностью. И смогла вернуться обратно.

У меня мурашки побежали по спине.

- Это можно узнать точно? - я сглотнула. А если оно и правда здесь?

- Есть специальный тест для проверки, разорвана ли связь с вызывающим. Как вы понимаете, если связь разорвали, то и существо изгнали. У них нет своих собственных сил, они могут существовать только за счет кого-то, как паразиты. Если же мы обнаружим хотя бы намеки на энергетическую связь, то нам придется искать и изгонять сущность. И без вас здесь никак не обойтись. И делать это придется, потому что любая теневая тварь способна притянуть еще десяток. А за столько лет - и больше.

- Это опасно? - нет, я не собиралась отказываться, я прикидывала варианты.

- Достаточно, но с вами будут опытные некроманты, так что беспокоиться не о чем. И еще нюанс: я подозреваю, что раз вам в детстве удалось вызывать сильную темную сущность, скорее всего, у вас ярко выраженный дар медиума.

- А без дара я бы не вызвала? - если о некромантии я знала ничтожно мало, то про медиумов и духов только слышала в самых общих чертах.

- При вызове духа, тени, потусторонней сущности нужны или знания с навыками, или дар. Сомневаюсь, что вы овладели искусством призыва к семи годам. Кстати, если вы сильный эмпат, то вкупе с высоким потенциалом темной магии это почти стопроцентная гарантия, что вы медиум.

В целительстве эмпатия давала возможность лучше чувствовать своих пациентов или взаимодействовать с ними, если пациенты иначе изъясняться не могут. Животные - яркий пример. Эмпатия в комбинации с темной магией позволяла взаимодействовать с несколько иными, не совсем обычными существами. Живое и неживое одинаково отзывалось на человеческие способности.

Вот только я никогда не собиралась налаживать контакт с духами и тенями. Избавьте ушедшие от такого счастья! Та единственная встреча навсегда отбила охоту.

- Вас никто не собирается заставлять и дальше входить в контакт с призванными, - поспешил успокоить Саймон. - Для этого нужно учиться на факультете темной магии на кафедре некромантии. Да еще спецкурс проходить. Но если призванная вами теневая сущность на свободе, вы должны нести ответственность.

- А ведь я могу отказаться, - я прямо посмотрела стражу в глаза. - Разве может тайная стража принудить обычного гражданского искать призванного?

- Я думал, мы сможем договориться, - рыжий некромант взгляд не отвел.

- Можем, - подтвердила я. - И вы отлично знаете, чего бы я хотела.

- Леди, не в наших силах снять обвинения и как-то повлиять на приговор суда, - нахмурился некромант.

- Но в ваших силах сформулировать обвинения и подобрать доказательства так, чтобы моих родителей не казнили.

- Кроме казни их может ждать что угодно: от купирования дара до каменоломен. Тоже незавидная участь.

- Я хочу нормальной жизни для родителей. И вы или ее гарантируете, или сами ищите всех своих духов, теней и кого там еще.

- Это ваши духи, прошу заметить, - Саймон держал себя в руках, что вполне ожидаемо для некроманта. Но все же недовольство на конопатом лице читалось отлично. Голубые глаза буквально затягивало льдом.

- А вы попробуйте докажите, что мои, - встала в позу я.

- Вы сами мне все рассказали, когда вспомнили, - резонно заметил страж.

- Да мало ли что я там вспомнила, у меня в последние дни сплошные стрессы и волнения, даже с магией своей не справляюсь, - и продемонстрировала стражу браслеты. Молодой человек удивленно взглянул на них. Да, ношу браслеты в двадцать лет.

- И я бы ее памяти не доверяла, - вмешалась Элис. - Она элементарных вещей запомнить и выучить не в состоянии. Знали бы вы, какая у нее в академии успеваемость.

Я недовольно закатила глаза. Помощь и поддержка мне, конечно, нужны, но не такие же!

- Я обсужу варианты, но, леди, лучше бы вам сотрудничать со стражей добровольно.

Я знала, что рыжий не угрожает, но от предупреждения повеяло холодом. Некромант, что с него взять.

- Я готова сотрудничать, но не просто так! Дайте шанс моим родителям! Они целители, и живыми принесут намного больше пользы…

Элис под столом сжала мою руку.

Саймон разглядывал нас, отстукивая незамысловатый ритм по столешнице.

- Я ничего не обещаю, но поговорю с руководством, - согласился страж. - Но учтите, если вы хотите серьезные послабления, то и от вас потребуют немалого.

- Я сделаю все, что в моих силах. Пожалуйста, - я заглянула в голубые глаза. - Правда, я не знаю, что могу предложить взамен.

Вряд ли у тайной стражи такой дефицит с медиумами, что они готовы брать необученного человека.

-Вам озвучат условия, - некромант испытующе посмотрел на меня, решая, сказать все сразу или нет. - Гримуар, который вы использовали для призыва. Мы заинтересованы в том, чтобы он нашелся раньше, чем попадет в неподходящие руки.

- А его не нашли? - судьба гримуара мне была неизвестна, и как его искать в случае чего?

- Не нашли, мы проверили опись вещей. Ваши родители сказали, что отдали опасную вещь на хранение в Миасский банк.

- В Миасском банке очень надежная система хранения.

- Это нас и беспокоит. Вы пользовались книгой последней. Такие вещи, как бы выразиться, имеют собственную волю. И вполне могут отозваться на ваш зов, если правильно позвать.

На первый взгляд ничего сложного, я посмотрела на Элис, она только плечами пожала. Откуда ей знать об особенностях темной магии. Но меня чем-то настораживал поиск гримуара, причем больше, чем история с призраками. Ладно, выбор у меня не велик, поживем - увидим.

Так что я согласилась.

-Что от меня требуется? - а сама гадала, попросят ли принести клятву или нет?

- Давайте для начала проверим, точно ли сущность в нашем мире. - улыбнулся страж. - Вы готовы доехать сейчас до своего дома?

- Готова, - я доела мороженое, а второе сунула Элис.

- Тогда едем, - страж оставил деньги на столешнице и поднялся.

- И все же, как получилось, что я кого-то вызвала? Неужели дар медиума играет такую роль? - спросила я уже в нанятом Саймоном экипаже.

- Скорее всего, вы испытывали сильные негативные эмоции: страх, злость, отчаяние. И это привлекло теневую сущность. Плюс кровь: не знаю, сделали вы это сознательно или интуитивно, но привязка в таких случаях получается крепкая. А каждый гримуар - это сильнейший артефакт, он сам по себе кратно усиливает любое заклинание.

А заклинаний в том гримуаре было множество. Каждый такой том, если верить бабушке, существовал в единственном экземпляре и был уникальным сборником редчайших заклинаний.

21. Призванный

- Это твой дом? - Элис, не веря, крутила головой по сторонам, рассматривая заброшенный сад и пусть и обветшалое, но величественное строение. - Теперь я верю, что приставка “леди” у тебя не просто так.

Соседка провела рукой по каменным перилам крыльца, потемневшим от времени, но все равно торжественным и нарядным..

- Классический дом с привидениями, - рыжая была в восторге, а вот некромант нет.

Он осторожно снял охранную сигнализацию, зашел первый, преградив нам путь, а потом, проверив, безопасно ли внутри, продолжил осторожно ступать по рассохшимся скрипящим половицам.

- Нам лучше спуститься в подвал, в месте призыва проще всего провести тест, - предложил страж. - Но если вы против, можем проверить и прямо отсюда.

- Спустимся, - поколебавшись мгновение, решила я. - Хочу быть уверена в результате.

- Тогда вы подождете здесь, - приказным тоном велел Элис страж.

- С чего это? - моя соседка не из послушных. - Я должна убедиться, что Элизой все будет в порядке.

- Нам не нужны лишние глаза, - некромант, похоже, встал в позу.

- Саймон, если Элис нам не помешает, то пусть присутствует. Она все равно в курсе всего.

Страж махнул рукой и дальше спорить не стал. И, стоило мне открыть дверь в подвал, снова спустился первым.

- Как же здесь жутко, - Элис обхватила себя за плечи и зябко поежилась.

- Это последствия темного ритуала. Я бы мог их нейтрализовать, но тогда будет сложнее уловить связь, если она есть.

Саймон наклонился над видавшим виды полом. Доски отсырели и почернели, но, могу поклясться, последний чертеж, нанесенный моей детской неумелой рукой, до сих пор читался.

- Он сохранился? - я была не столько удивлена долговечностью чертежа, сколько тем, что родители не подчистили здесь все основательно.

Страж долго молчал, водя ладонью над полом.

- Его не было в прошлый раз, - некромант нахмурился. - Или он был не такой явный.

Мы все переглянулись.

- А почему он мог проявиться? - осторожно поинтересовалась я.

- Скорее всего, ваше присутствие немного пошатнуло устоявшийся магический фон дома. Скажем так, он долго спал, а теперь оживает.

- Дом? - не поверила я.

- Он ведь давно принадлежал вашей семье. Все маги оставляют “отпечатки” в месте, где проводят много времени. А здесь поколение за поколением жила семья магов, применяла магию, бытовую, темную... - Саймон еще раз оглянул чертеж. - А потом резко исчезла. Магический фон постепенно начал рассеиваться, а когда вы пришли сюда два дня назад, то снова внесли сюда частичку магии. Кстати, если решите вернуть себе дом через суд, то можете привести этот аргумент в свою пользу. Такие пропитанные определенной магией дома могут и не принять других хозяев.

- А в чем заключается это “неприятие”? - вот уж точно дом с привидениями.

- Ничего такого, - улыбнулся страж. - Просто людям будет некомфортно, дом не станет им родным. Не знаю, как выразиться, это идет больше на уровне ощущений, не более.

Проблема в том, что мне в этом доме тоже было не особо комфортно. Он хранил воспоминания, детские страхи и образы, которые оживали перед глазами. Такие родные и реальные.

Я сглотнула и отвернулась. Смогу ли я сама когда-нибудь жить здесь и не вздрагивать от собственной тени?

- Начинаем? - страж достал из кармана небольшую коробочку, размером с портсигар. На проверку в ней отказались разные подвески, которые надевались на цепочку. Вроде, пока ничего страшного или опасного. - Выберите сами подходящий, - предложил Саймон. - Любой, который больше всего нравится.

Люблю я такие предложения, любой самый подходящий. Ну что ж…

- Шар, - я ткнула в небольшой круглый шарик из какого-то светлого камня.

Саймон продел в небольшую петельку серебряную цепочку и передал мне.

- Держите на вытянутой руке, старайтесь не раскачивать.

Легко сказать: не раскачивай. Руки от волнения подрагивали и подвеска чуть-чуть крутилась.

Элис тоже подошла ближе и внимательно следила за происходящим. Пока ничего особенного не происходило. Шарик немного крутился, цепочка слегка поблескивала в свете магического огонька. Моя рука медленно наливалась тяжестью, как бы намекая, что долго я так не простою. И в тот момент, когда я уже хотела спросить, чего именно мы ждем, шарик начал вращаться сильнее. И слегка светиться. Моя рука ощутимо дрогнула, но, готова поклясться, я не имела к этому никакого отношения. Просто подвеска разом потяжелела, став похожей на гирю. Вращение усиливалось, и теперь я прилагала все усилия, чтобы моя рука не ходила вслед за ставшим непомерно тяжелым шаром. Стиснув зубы сильнее, я глянула на стража, тот неотрывно наблюдал за подвеской и жестом показал мне продолжать. Ну что ж, постою еще.

От шара пошла вибрация, передаваясь по цепочке моим пальцам.

- Долго еще? - не выдержала я. Еще чуть-чуть, и рука отвалится.

- Потерпите, - страж шагнул ближе, протягивая к подвеске обе руки, будто ловя кружащегося вокруг огня мотылька.

Не знаю, долго бы мне еще пришлось так стоять, но запястье обожгло болью, да так, что прострелило всю руку.

Я взвыла и отбросила шар, а сама принялась растирать руку. Саймон ловко поймал шар и быстро убрал его вместе с цепочкой обратно в футляр. Элис взволнованно подошла к нам.

- Что это было? - соседка взяла мою руку и принялась оглядывать на предмет повреждений.

- Полагаю, адамантовые браслеты сработали, - между делом ответил страж, а еще достал из кармана блокнот и карандаш и принялся зарисовывать руны на полу. Теперь можно уверенно говорить, что они стали четкие, почти как после нанесения. - Из леди Риар потянули магию, а браслеты блокируют внешние проявления силы.

И его ответ мог означать только одно…

- Призванная мною сущность не изгнана? - меня немного потряхивало после всего пережитого.

Страж сосредоточенно рисовал в блокноте.

- Саймон? - мне нужен нормальный ответ. Нормальный и четкий, что же произошло с призванным.

- Я думаю, что ваши бабушка и дедушка смогли его изгнать, - очень обнадеживающе начал страж. - Но ниточка осталась. Магия крови, помноженная на силу медиума, использование гримуара, эмоциональная и энергетическая связь с сильным магом, смерть двух магов опять же, это ведь тоже выброс силы.

- И оно вернулось?

- Я бы сказал: его вернули.

А вот это было неожиданно.

- Давайте выйдем из подвала, - предложил страж. - Не самое приятное место.

И если уж некромант счел подвал неприятным, то что уж говорить про нас с Элис.

Мы подняли на первый этаж, запечатали дверь и прошли на кухню. Только мне было одинаково плохо везде. Сколько времени мы провели на этой кухне с бабушкой, месили тесто, лепили пирожки…

- Ты как? - рыжая села рядом со мной на стул. Я только мотнула головой. Сказать, что все хорошо - значит откровенно соврать. А сидеть и жаловаться я тоже не хотела.

- Так вот, отвечая на ваш вопрос, - страж сел на стул напротив нас, - думаю, кто-то завладел гримуаром, но его нельзя просто так использовать. Гримуар - сильнейший артефакт и в первых попавшихся руках работать не будет. И все, что смог неизвестный темный маг - воссоздать последнее заклинание. То есть призвать темную сущность.

- А почему он ее не изгнал? - у меня в голове не укладывалось, как можно оставить такое в нашем мире.

- Вариантов несколько. От того, что он решил где-то использовать призванного, например, запечатать в вещи, заканчивая тем, что призванный убил плохо подготовившегося мага. В любом случае, темную сущность надо как можно быстрее найти. И гримуар тоже: поверьте, это слишком опасная вещь, чтобы оставлять ее без контроля.

- А зачем она тайной страже? - подозрительно спросила Элис, буравя Саймона взглядом. - Не проще ли его уничтожить?

- Это крайний вариант, - Саймон отвечал моей соседке таким же недружелюбным взглядом. - Каждый гримуар - это уникальный сборник заклинаний. Зачем разбрасываться знаниями?

- Знаниями из запрещенных разделом темной магии? - не унималась Элис.

Два рыжих с неприязнью смотрели друг на друга. Мне еще сильнее захотелось выйти и оставить этих двоих разбираться между собой.

- Любые знания можно использовать по-разному. И темная магия ничем не хуже любой другой.

- А как вы собираетесь искать сущность и гримуар? - влезла в спор я.

- Темную сущность я примерно засек, если бы вы подержали маятник дольше, то местоположение определилось бы точнее, - теперь и я недовольно смотрела на стража. Столько стояла, мучилась, а все равно плохо. - А вот искать гримуар придется исключительно вам. Вы как наследница можете подать заявление в Миасский банк и потребовать вернуть книгу. Но я подозреваю, что в банке ее уже нет. Если она, как и дом, находилась в залоге, то банк легко мог оформить дело так, что она пошла в счет уплаты каких-то долгов или обязательств.

- Отлично, и как его искать?

- Для начала найдем темную сущность. Она, гримуар и вы связаны, но в банк все-таки для порядка зайдите. А потом приезжайте в участок. Теперь можно обсуждать ситуацию с поимкой призванного и поиском гримуара.

- И я смогу попросить о снисхождении к родителям в обмен на помощь? - я скрестила пальцы под столом.

- Вы точно сможете с ними встретиться и поговорить, а заодно попросить рассказать правду. Хотя бы вам, - у меня глаза полезли на лоб: я смогу встретиться с мамой и папой? - Нам нужны любые зацепки, - закончил Саймон и встал.

Когда мы вышли из дома, на город уже опустился вечер. В сгущающихся сумерках страж, снова накинувший маскировку и оттого неузнаваемый, настоял, чтобы проводить нас до академии. Так что в пойманном экипаже мы ехали в молчании, думая каждый о своем. У меня имели вопросы к Саймону, но он явно не собирался говорить больше необходимого. Элис же недовольно сопела рядом. Неудивительно: соседке изначально не нравилось, что я ввязываюсь в такую темную историю.

У академии мы с некромантом попрощались и прошли на территорию. Вот тут-то Элис и прорвало.

На меня буквально обрушился поток нескончаемых обвинений о том, какая я бестолочь.

- Ты хоть знаешь, что из себя представляют темные сущности и на что они способны? - возмущалась рыжая. - А гримуар? Ясно же, что опасный артефакт, так, во имя ушедших, зачем ты согласилась?

- У меня есть шанс помочь родителям, - спокойно ответила я. Странно, вроде, в жизни моей появились самая реальная опасность, а мне наоборот стало спокойнее. Важно знать, что есть шанс что-то сделать, пусть и рискуя собой.

- Какая же ты идиотка, - в сердцах бросила соседка. - Твои родители столько лет тебя защищали, а теперь ты сама взяла и перечеркнула их старания и жертвы.

- Элис, я не изменю своего решения, - и в свете этого вечерние тренировки на полигоне стихийников стали еще актуальнее. - Ты не обязана мне помогать, извини, что втянула тебя во все это. Просто забудь, ладно?

- Просто забудь? Да ты в себе вообще?! - кажется, еще немного - и в рыжих волосах забегают искры, так пылали праведным гневом глаза соседки. - Как теперь все это забудешь. И помогать тебе придется, ты сама уже натворила дел.

- Не надо мне помогать, - запротестовала я.

- Охотиться за темными сущностями будешь сама, это не по моей части, - отмахнулась от моих возражений Элис. - Я пока найду информацию по призванным и про семейные гримуары.

- И где ты ее найдешь, не привлекая внимания? - не лезть же к местным темным магам с расспросами.

- В библиотеке, где же еще! Я не ты, часто туда заглядываю и книги беру разные. Не уверена, что нужные нам лежат в свободном доступе, но хотя бы какую-то общую информацию поищу.

- Да ты просто гений! - восхитилась я. - Мне с тобой повезло, - и порывисто обняла свою рыжую соседку.

- Уборка нашей комнаты на тебе, - испортила все впечатление Элис.

Ну и ладно, уберусь как-нибудь. А для начала сбегаю на полигон. Книжки от меня никуда не денутся, а на тренировке стоило отметиться хотя бы для галочки, вдруг местору вздумается меня контролировать?

22. Расчет

- Как все прошло? - поинтересовалась рыжая, когда я вернулась с полигона и рухнула на кровать.

- Не спрашивай, - простонала я в ответ.

Это было хуже, чем ужасно. То есть сначала тренировка пошла неплохо, обо мне преподаватели знали и появлению старшекурсницы с другого факультета в тренировочном костюме не удивились. Юные стихийники поглядывали на меня с нескрываемым интересом. Я чувствовала себя абсолютно уверенной, так как среди целителей в стихийной магии мне не было равных и я без труда выполняла все задания. Только вот не учла, что будущие боевики, к которым меня направил добрый завкафедрой, занимаются по совсем другой программе и при поступлении обязательно сдают физподготовку. Уже на усложненной полосе препятствий я заподозрила неладное, а после начала отработки магических атак и вовсе хотела спрятаться в одном из окопов. И после получаса изнурительных упражнений на выносливость, в том числе и магическую, насколько я умею распределять и рассчитывать свои силы, тренер сказал: “Разминка окончена, переходим к упражнениям”.

С полигона я практически уползла. Чувствую, завтра все начнет ломить, а мне еще в зоосаде отрабатывать. Местор Альдер выживает меня из академии всеми доступными способами - это факт.

- Кстати, душевые починят только завтра, сегодня можешь сходить и помыться в тазике, - решила окончательно добить меня соседка.

- На полигоне есть раздевалки и душевые, - не поднимая головы, ответила я.

- И что, ты так и собираешься валяться? - не унималась соседка.

- Я хочу спать.

И для убедительности накрыла голову подушкой.

- Жаль, - вздохнула соседка. - А я кое-что нашла про гримуары. Очень интересное.

- Говори, - я выглянула из-под подушки, но подниматься с кровати не спешила.

Элис закатила глаза, но ответила.

- Гримуар - это сборник заклинаний, - веско произнесла общеизвестный факт рыжая. - В том числе, запрещенных. Каждый сборник индивидуален и является артефактом, служащим своему владельцу.

- И что дальше?

- А дальше, - Элис коварно улыбнулась, - слушай: “Законное владение гримуаром дает право использовать все заклинания из него, включая запрещенные. Но не освобождает от ответственности за последствия”.

Рыжая довольно смотрела на меня. Я же медленно села и прокрутила фразу пару раз.

- Подожди, - я, не веря, посмотрела на соседку. - Это получается…

- Получается, что темный маг, владеющий гримуаром, волен распоряжаться им по своему усмотрению, главное - не во вред другим. То есть, если бы ты, скажем, вызвала темную сущность, подчинила и заставила себе служить, ну не знаю, например, воров от дома отгонять, то была бы полностью в своем праве. Представляешь!

- Представляю… - какие открываются перспективы, и сколько в бабушкином гримуаре было интересных заклинаний.

- Но, Элиза, тут есть еще кое-что, - торжествующее выражение лица соседки сменилось озабоченным. - Особый пунктик про законного владельца. Пока он жив, никто другой не может пользоваться гримуаром.

- А как узнать, законный владелец или нет? - может, гримуар мне и не принадлежит? Его могли за эти годы десять раз перепродать.

- Там какая-то проверка на кровь, в общем курсе темной магии, знаешь ли, не особо углубляются в такие вопросы, - потрясла потрепанным томиком девушка.

- И что, только кровные родственники способны использовать книгу? - если так, то после смерти наследника гримуар становился обычной книгой типа сборника заклинаний.

- Есть ритуал передачи, но о нем здесь говорится только то, что он существует. Я же говорю, что нашла, - надулась рыжая. - Знаешь, сколько книг пришлось пересмотреть, чтобы хоть что-то внятное отыскать?

- Ты молодец, - похвалила соседку. - Я тебе очень благодарна, только давай спать уже, а?

- А готовиться на завтра?

- Нет, на сегодня все, - и, не дожидаясь нотаций, я, страдая и мучаясь от каждого движения, пошла переодеваться.

Радует, что тренировки у меня были не каждый вечер, а через два на третий. Иначе бы я не выжила. Хотя я уже и так не уверена в своем “долго и счастливо”.

А следующим днем я всерьез задумалась, не притвориться ли мне больной. Оказывается, первыми у нас стояли пары по зооцелительству, к которому действительно нужно было готовиться.

Интересно, если я попробую отсидеться на задней парте, у меня получится?

- Садись вперед, - Элис потащила меня с завтрака в аудиторию. - Сиди и излучай уверенность.

- Нельзя излучать то, чего нет! - запротестовала я.

- А ты делай вид и не волнуйся, - напутствовала соседка. - Местор очень сильный эмпат, он всегда чувствует, кто готов, а кто нет.

Вот же засада!

Но самое противное заключалось в том, что первые ряды успели занять многочисленные поклонницы нашего завкафедрой. Не могу сказать, что они излучали уверенность, скорее - обожание и предвкушение. С таким настроем надо на выступления любимых артистов ходить, а не на занятия.

Помню, в Королевском театре играл потрясающий актер, и мы с мамой…

- Ты чего? Не расстраивайся так, что первый ряд занят. Сядем на второй, смотри, там места еще есть, - поддержала меня соседка.

Но настроение было безвозвратно испорчено. Надеюсь, что Саймон не соврал про встречу с родителями, и мне удастся с ними увидеться. И задать несколько вопросов.

Местор зашел за пару минут до начала занятий с клеткой в руках. Все вытянули шеи, пытаясь разглядеть, кто же в ней сидит. А еще больше - разглядеть самого местора, как всегда безупречно выглядящего в темном костюме и в темном же, в тон остальному, галстуке. Конечно, кое-кто же вчера по полигону полтора часа не бегал.

- Добрый день, - поздоровался преподаватель. И, разумеется, сразу отыскал меня взглядом.

Я отвернулась. Настроение совсем не подходящее, чтобы пытаться что-то из себя строить, да и излучать уверенность не особо получалось.

А потом клетка открылась, и огневки разбежались по столу. Местор создал по краям стола прозрачный заградительный барьер, иначе эти мелкие создания, напоминающие крохотных мышей, мгновенно разбежались бы по всей аудитории, а затем и дальше - по академии. Но, в отличие от мелких грызунов, огневки прожигали себе ходы. А еще любили сбиваться в стаи, и тогда прожженными ходами могло и не обойтись. По их вине регулярно случались крупные пожары.

Несмотря на возможную опасность, их любили держать дома. Небольшие светящиеся комочки неплохо жили в огнестойких клетках и радовали мягким свечение глаза хозяев. Папа, правда, считал содержание таких зверей блажью…

- Кто расскажет нам про особенности ухода за огневками? - местор Альдер легко поймал одну особь, которая тут же вспыхнула, пытаясь защититься. Но маг быстро погасил ее пламя и начал обводить взглядом аудиторию.

Желающие отвечать имелись, но местор почему-то не спешил давать кому-то слово. Я сидела прямо и ждала: вызовет или нет? Само собой, об огневках я знала, но исключительно на бытовом уровне. А еще, кажется, их нельзя купать. Они очищаются, когда вспыхивают, шерстка у них не страдает, только немного укорачивается, если горит долго, но так же быстро потом отрастает. Чем старше огневка, тем она пушистее. Самые старые особи напоминают маленькие помпоны. Живут они, правда, всего пару лет. Зато ярко.

- Матильда, не желаете ответить? - задал риторический вопрос местор. Разумеется, сидящая на первой парте девушка желала.

Она с чувством и придыханием принялась рассказывать о том, какие огневки уникальные животные. Я едва не поморщилась, зачем настолько выставлять свой интерес к мужчине напоказ? Аж слушать противно.

И что они в нем находят? Я лучше пригляделась к местору. Да, он привлекателен, но не супер-красавчик: черты лица крупноваты, кожа смуглее, чем обычно у нас, волосы не паристократично прямые и гладкие, а вьются крупными кудрями, немного пушатся. Разве что глаза красивые, вытянутые, необычной формы, и ресницы длинные, я их со своего места разглядеть могла.

- Леди Риар, вам есть, что добавить к ответу Матильды?

- Эм… пожалуй, нет, - что-то я увлеклась. Элис рядом неодобрительно вздохнула.

- Тогда продолжим.

Нам каждому раздали по огневке, сказав, что если упустим - неделя отработки.

Интересно, а можно набрать отработок столько, что академию закончишь, а отработки еще нет? И что тогда? Диплом не выдадут? Или если меня отчислят раньше, чем отработаю? Надеюсь, проверять не придется.

До диплома мне было еще далеко, а вот отработки шли сразу после обеда. Поэтому за огневкой я присматривала во все глаза, замеряя ее магический потенциал. Удивительно, но в такой мелочи магии уместилось весьма прилично.

С горем пополам, списав формулы у Элис, я сделала расчеты по своей огневке, примерно определив ее параметры: резерв, силу магии и ее расход при воспламенении. В итоге что-то получилось.

- Задержитесь, - уже привычно попросил местор, беря протянутый листок и сажая мою огневку в клетку.

Я с грустью провожала одногруппников взглядом, Элис шепнула, что займет для меня место, и тоже ушла.

- Как продвигаются ваши тренировки, леди? - поинтересовался преподаватель, когда мы остались с ним вдвоем.

- Продвигаются.

- А отработки?

- И они тоже, - почему он ко мне докапывается?

- А я слышал, что вам вчера не зачли день отработки, - протянул местор. - Так что с ней вы недалеко продвинулись.

- Ничего страшного, все отработаю, - начала заводиться я.

- Куда ж вы денетесь, - усмехнулся преподаватель. - Переводиться от нас не надумали?

- Нет, мне и здесь неплохо, - вот из принципа доучусь на его кафедре!

- Я заметил, что вы вливаетесь в коллектив, - наверное, местор не голодный, раз не спешит на обед.

- Стараюсь, - пусть мне и припоминали за завтраком, по чьей милости целый корпус остался без воды, но делали это беззлобно.

- В таком случае, удачи, - пожелал местор. - Только работу придется пересдать, - и отложил мой листок.

- Это еще почему? Все формулы верные! - я их очень точно списала у Элис!

- У вас с арифметикой в расчетах проблемы, вы слишком невнимательны, - завкафедрой захватил клетку, наши листы и открыл дверь из аудитории, пропуская меня вперед.

- Значит, впредь буду внимательнее, - отозвалась я на ходу, решив, что разговор окончен. Опять придется обедать впопыхах, да что ж такое?

- Леди Риар, - не собирался отпускать меня просто так местор. - Загляните, пожалуйста, в мой кабинет. Вам опять пришло письмо из тайной стражи, будьте так любезны его забрать.

- А почему оно у вас? - я сразу накинулась на преподавателя. Он что, перехватывает мои письма?

- Наверное, доставили мне, как вашему куратору. Не беспокойтесь, я ничего не вскрывал, хотя, признаюсь, меня несколько беспокоит, какие могут быть дела у моей студентки с тайной стражей.

- Это только мое дело, - подчеркнуто холодно ответила я.

- Надеюсь, таким и останется, - в тон мне ответил завкафедрой.

До его кабинета мы дошли в молчании, так же молча местор выдал мне нераспечатанный конверт. Вообще, держаться гордо и отстраненно мне было не так уж и легко: после вчерашнего все тело нещадно болело. Поэтому я старалась не морщиться от каждого движения и держать лицо.

- Благодарю, - я забрала конверт, вышла и, дойдя до укромного уголка, раскрыла письмо.

Там был официальный вызов в тайную стражу по знакомому адресу со знакомой мне подписью. Как обычно, никаких пояснений, зачем и почему, вполне в их стиле. Убрав письмо в сумку, я пошла обедать, надеюсь, проглоты-студенты еще не все съели.

За нашим столом почти никого не осталось, все разошлись, кто на дополнительные занятия, кто на отработки и практики. Элис, дождавшись меня и убедившись, что со мной все в порядке, тоже убежала на класс хирургии. Есть же любители поработать скальпелем, у меня едва аппетит не испортился от мысли, что придется кого-то резать. Занятия в анатомичке на первых курсах давались мне крайне нелегко.

Быстро поев, я тоже пошла отрабатывать свою провинность в зоосад академии. Там меня ждали рабочий комбинезон, перчатки, новая лопата и старый друг - дубомол, загон которого надо дочистить. И, желательно, без новых материальных потерь.

Я вяло орудовала совковой лопатой, дубомол меланхолично наблюдал за моими страданиями, а заодно стачивал новые поленца, добавляя новых опилок. Но терять бдительность я на этот раз не собиралась.

Кое-как справившись с заданием на сегодня, я сдала лопату и пошла в комнату. От мысли, что еще надо что-то учить на завтра, мне стало откровенно дурно. Как можно просиживать целыми днями за учебниками? Наверное, я бы смогла договориться со своей совестью и отдохнуть этот вечер, но пришла Элис. Соседка, в отличие от моей совести, сговорчивостью не отличалась: всучила мне учебник по магическим видам и заставила зубрить, пригрозив проверить.

Радовало только одно: водопровод починили и душевые заработали. А еще завтра я, скорее всего, смогу встретиться с родителями и задать им несколько вопросов. И просто поговорить. Уже ложась спать, я четко поняла, как ужасно по ним соскучилась. Я их спасу, во что бы то ни стало спасу. Гримуар, темные сущности - это все ерунда. Страшно, конечно, но не страшнее, чем остаться без родителей.

И эту ночь я спала спокойно.

23. Клятва

На занятия я шла невыспавшаяся, зато со сделанным заданием. Но лучше бы выспалась, все-таки день сегодня обещает стать долгим и ответственным. Только Элис этого не объяснишь. Соседка напоминала мне надсмотрщика, который контролировал каждое мое действие и каждую домашку. И вот даже не знаю, радоваться ли такой заботе или нет.

Зато в аудиториях я не переживала и не пряталась, честно сдав работу и уйдя на обед в кои-то веки вовремя.

Зоосад стал для меня вторым домом, куда я нехотя шла на очередную отработку. И даже не стала возмущаться, когда Элис поручили засадить небольшую клумбу цветочками, а мне дали большое ведро краски и кисточку и отправили белить деревья. С деревьями я провозилась пару часов точно, пока краска не закончилась. За это время меня успели покусать (какая-то наглая мелочь пребольно цапнула меня за лодыжку и смоталась раньше, чем я успела принять ответные меры) и  облизать - это старого цербера мимо выгуливали. Надо бы к нему зайти в следующий раз. А под конец, когда я уже собиралась уходить, над ухом что-то затрещало и заклекотало. Я чуть ведро не выронила: на ветке, прогибавшейся под немалым весом птицы, сидел феникс, тот самый, с которым мы сдавали практику. Он поочередно каждым глазом оглядел меня, а потом щелкнул клювом и спорхнул мне на плечо. Я ойкнула от тяжести, весил феникс действительно прилично (или неприлично?), к тому же острые когти впились мне в плечо и через плотный комбинезон.

- Ну, знаешь, - я ссадила наглую птицу на ближайшую ветку низкого раскидистого дерева с крупными листьями. - Не знаю, кто твой хозяин, но откормил он тебя на славу. И разве можно садиться, куда тебе вздумается?

Я потерла раскорябанное плечо, но пернатый наглец только щелкнул клювом прямо перед моим носом. Я же провела по мягким теплым перьям - у огненных температура тела всегда выше обычного. Магия заколола ладонь - это адамантовый браслет почувствовал высокий потенциал магического существа. Пришлось убрать руку, птица же, так и не поняв, что случилось, передернулась и нахохлилась, став похожей на большого золотисто-желтого воробья.

- Ты не местный, да? Я тебе угощение приносила, но не нашла в зоосаде.

Феникс курлыкнул и покосился одним глазом на нагрудный карман моего комбинезона.

- Нет, с собой у меня ничего вкусного нет, - развела я руками. - Ты прилетай почаще, я тебе что-нибудь прихвачу, договорились?

Феникс издал низкий гортанный звук, обдал меня жаром и вспорхнул.

Думаю, мы договорились.

Сегодняшняя практика прошла без приключений.

В комнате я быстро переоделась, сменив форму на теплое платье и пальто, на улице было прохладно и накрапывал дождик. Пришлось отказаться от идеи пройтись пешком и поймать извозчика, довезшего меня до отделения тайной стражи. Мой запас марок таял на глазах, вопросом продажи платьев следовало заняться как можно скорее, остаться совсем без денег я не могла.

В здание я зашла уже совершенно привычно, пусть и волновалась немного. От того, как сегодня все пройдет, зависело слишком многое. Перед дверью капитана Лесса я глубоко вздохнула и резко выдохнула, после чего решительно постучала.

- Заходите, - послышался приглушенный ответ.

В кабинете меня ждал не только капитан, но и Саймон, и с ними еще двое мужчин в черном с характерными нашивками. При виде меня все встали и один из стражей даже подвинул стул.

- Добрый вечер, леди, - поздоровались со мной, - присаживайтесь.

Я села на отведенный стул и расправила плечи. Пусть я чувствовала себя, как в западне, окруженная стаей волков, то есть волкодавов, конечно, но показывать свой страх не собиралась. Не знаю, есть ли среди присутствующих эмпаты, но я воздвигла вокруг себя щиты, спрятавшись за ними. Могла бы - и магические поставила, пусть они и не защитили бы меня от присутствующих.

Все остальные расселись по своим местам, и только Саймон остался стоять, оперевшись о стену. Что примечательно, стоял он возле меня, и я не могла не думать, почему он поступает именно так при наличии свободных мест. Это знак поддержки или наоборот - попытка давления?

- Итак, леди Риар, - начал капитан Лесс, - думаю, вы с Саймоном уже достаточно обсудили ситуацию и знаете, что нас интересует: призванный дух и гримуар.

- Да, - подтвердила я. - Вы же, в свою очередь, знаете, что нужно мне - если не помилование, то хотя бы самый мягкий из возможных приговоров для родителей.

Капитан выдержал тяжелую паузу перед ответом.

- Ссылка с лишением титула, имущества, права посещения столицы под строгий контроль тайной стражи, полагаю, вас устроит?

- Без купирования дара? - уточнила я.

- Без купирования дара, - повторил мои слова капитан Лесс.

- В чем подвох?

На такое легкое наказание я даже не рассчитывала. Потеря титула и имущества у нас, фактически, уже произошла, остались только юридические тонкости и чистые формальности. Ссылка тоже отнюдь не самое страшное, так в чем же дело?

- У нас будет два четких условия, которые вам предстоит выполнить за оставшиеся две недели до суда, иначе ничего изменить мы уже не сможем.

Я напряглась в ожидании уже своего приговора. Понятно, что тайная стража - не благотворительное общество и на бескорыстную помощь здесь рассчитывать не стоит.

- Гримуар. Вы находите его, это не так сложно, как кажется на первый взгляд. Вы следующий темный маг в роду и законная владелица мощного артефакта. Он сам отзовется, если вы правильно позовете. А после того, как найдете, передаете гримуар нам, - я кивнула, не раздумывая. - Вы так легко соглашаетесь расстаться с семейной реликвией? - прищурился страж.

- Если эта семейная реликвия спасет мою семью, то да.

Не говорить же, что я не вижу в проклятой книге для себя никакой ценности?

- И второе, что действительно сложно, но вам помогут, не переживайте, - заранее начал пугать меня капитан. - Призванная темная сущность. Саймон произвел кое-какие замеры, плюс мы проанализировали имеющиеся материалы: ваши бабушка и дедушка были сильными темными магами, но вдвоем не справились с призванным. Следовательно, он очень силен. Не знаю, в курсе ли вы, но гримуар делает нахождение сущности в нашем мире легальным, и мы хотим это использовать.

- Каким образом? - нет, я догадывалась, но предположение было настолько абсурдным и страшным, что искренне хотелось ошибиться.

- Ее надо подчинить и поймать, - подтвердил мои худшие опасения мужчина. - Безусловно, вас подстрахуют и прикроют, но подчинить призванного способен только тот, кто открыл ему дверь в наш мир, а значит - вы.

- И что вы с ним планируете делать?

- Это уже не ваша забота, но не переживайте, - в приоткрывшихся эмоциях стража мелькнуло одобрение, что мне не все равно. - Таких существ мы используем для создания артефактов, защитных контуров и в качестве хранителей, ничего плохо с вашим призванным не случится.

- А почему нельзя вызвать другого, а этого уничтожить? - что-то мне подсказывает, что этот путь значительно легче.

- Экая вы быстрая, - усмехнулся капитан. - Если вы считаете, что стража может по своему желанию и хотению призывать тварей с той стороны, то глубоко заблуждаетесь. Каждый призыв строго контролируется, а чтобы получить на него разрешение, нужно написать целую кипу обоснований. И неизвестно, приживется ли еще в нашем мире сущность: они, поверьте, натуры хрупкие, чуть что не так - могут и сами раствориться, без сторонней некромантской помощи. Ваш же пробыл здесь достаточно и адаптировался. Такими экземплярами не разбрасываются.

Я верила, верила, но… темными сущностями не разбрасываются, а вот студентку академии и дочь предателей короны в случае неудачи жалко никому не будет.

- Вы можете подумать и не отвечать сразу, - милостиво разрешил страж.

А что тут думать? До суда ведь две недели, вряд ли у стражей для меня куча предложений на выбор, среди которых найдется что-то более приемлемое.

- Я согласна, - сказала быстрее, пока не начала сомневаться и бояться еще сильнее. - От меня что-то потребуется?

Если они попросят магическую клятву-обязательство, то я затяну петлю на своей шее.

- Просто клятву о неразглашении, большего мы требовать не вправе. Вдруг не получится у вас, или с гримуаром за эти годы что-то случилось, мыши там поели, отсырел, да мало ли? Как клятву выполнять станете? - задал резонный вопрос капитан. Мне же хотелось верить в лучшее, что гримуар и сущность в целости и сохранности. И я после их поимки тоже останусь в текущем виде и состоянии. - Так что сначала сделайте, но контракт мы заключим, все честь по чести. Тайная стража снимет с ваших родителей основные обвинения, оставив только пособничество под давлением без умысла в свержении короля.

- А чем это отличается от текущего? - точные формулировки обвинений я не помнила. Читала ведь, но тогда слишком волновалась, чтобы нормально их для себя уяснить.

- Сейчас их обвиняют в участии в заговоре против короны и руководство над смертельно опасными опытами на людях. А так будет незаконная исследовательская деятельность без отягчающих обстоятельств.

- И их точно освободят? - насколько я могу доверять стражам?

- Их сошлют и лишат всего. Не самое страшное из возможных последствий?

- А есть какие-то гарантии? Ведь решение выносит суд?

И он вполне волен по-своему подойти к вопросу.

- А доказательства предоставляем мы, - улыбнулся капитан Лесс. - Именно то, что в итоге подтвердится, и будет использоваться в процессе. И рассматриваться будут именно те обвинения, которые мы выдвинем.

- А как же…

- Леди, я понимаю ваши сомнения, но условия озвучены и выбор за вами, - уговоры девушек в должностные обязанности капитана не входили.

- Я готова принести клятву. Только покажите текст.

Текст был действительно простым, а клятва, к моему удивлению, временной. Чтобы принести ее, я под взглядами четырех пар глаз сняла адамантовые браслеты и поклялась не разглашать никаким возможным способом информацию, полученную мною от тайной стражи.

- Как найдете или не найдете свои пропажи - клятву отзовем, - пообещал капитан Лесс. - Но вы уж постарайтесь.

- Постараюсь, - заверила я стражей.

Еще как постараюсь.

- Вас частично освободят от занятий, чтобы вы могли немного подготовиться ко встрече с призванным. Мы напишем в академию.

- А от отработок? Еще у меня тренировки на полигоне со стихийными магами, - которые назначены уже на сегодня, и на которые я вряд ли успею.

- Вот она, пора юности, - усмехнулся капитан и остальные стражи поддержали его улыбками. - Насыщенная студенческая жизнь у вас, я посмотрю. И многосторонняя. Ото всего освободим, занятия вам зачтут и как отработку, и как тренировки.

Хоть что-то хорошее есть в сотрудничестве с тайной стражей.

На этом наша встреча была окончена, а меня ждала вторая, на которую снова вел рыжий страж.

- Саймон, - спросила я по дороге сквозь серый коридор. - Мы ведь ее поймаем?

- Поймаем, леди, - некромант выглядел собранным и предельно серьезным. - Я смогу сделать так, чтобы темная сущность не причина вам вреда, но подчинить ее вы должны только самостоятельно. Здесь помощи ждать не от кого.

- Понятно. А гримуар?

- Потом, - шепнул Саймон и огляделся, показывая, что здесь везде глаза и уши.

Вот бы знать наверняка, на моей ли он стороне и точно ли поможет, если совсем прижмет? Кто им будет важнее? Темная сущность, которую можно пустить в дело, или Элиза Риар, которую можно пустить в расход?

В комнату встреч я заходила уверенно и, помня о порядках, сразу села на правильную сторону стола. И, вроде, позади у меня остался столь непростой разговор, а предстоящей встречи я боялась намного больше и нервничала кратно сильнее. Мне важно знать правду, о которой родители столько умалчивали. А еще придется сказать, что, несмотря на все их усилия, я по самые уши ввязалась в темную историю с темной магией...

24. Разговор

На этот раз родителей привели по очереди: наверное, их разделили по разным камерам. Первой зашла мама и я, не раздумывая, бросилась ей на шею. Приведший ее страж хотел было вмешаться, здешние правила, вероятнее всего, не допускали тесных контактов, но Саймон легко преградил ему путь. И этот жест не остался незамеченным и моей мамой.

- Элиза, что происходит? - мама отошла подальше от служителей закона. - Как ты добилась второй встречи?

- Сейчас папа придет - и я все расскажу, чтобы дважды не повторяться, - пообещала я.

А сама оглядела маму. Она похудела и побледнела... нет, безусловно, Мария Риар была по-прежнему привлекательна, но сейчас ее красота казалась потускневшей. И виною тому не отсутствие прически, фирменного платья или маникюра, а потухший взгляд приговоренной к смерти.

Папа выглядел не сильно лучше, в его темных волосах изрядно прибавилось седины, и он был искренне счастлив увидеть дочь и жену. Но после крепких объятий вопрос задал тот же.

- У вас немного времени, - предупредил тихо подошедший к нам Саймон и… закрыл дверь, оставив двух своих коллег снаружи. Сам же оперся на дверь и создал полог тишины, чтобы уж наверняка.

- Элиза? - мама взволнованно переводила взгляд с рыжего на меня.

- Я была в доме, - сходу начала я. - В старом доме, где мы жили до переезда, до всего этого, - я обвела взглядом серую комнату для свиданий с узким решетчатым окном под самым потолком. Да, именно тогда все это и началось. - Я все вспомнила. Вспомнила, как погибли бабушка и дедушка…

От нахлынувших чувств и образов по рукам вновь пробежались мурашки, мама спрятала лицо в ладонях, отец отвел взгляд.

- Я не буду спрашивать, почему вы так поступили, я понимаю, что вы пытались меня спасти и хотели, как лучше, - нужных и красивых слов у меня не находилось, эмоции родителей проходили сквозь щиты, магия снова рвалась наружу, браслеты немного нагрелись и, кажется, чуточку вибрировали на запястьях. - Теперь я хочу спасти вас, - и вот тут мама и папа одинаково вскинулись, ожидая, верно, самого худшего. - И для этого мне нужен гримуар.

- Элиза, ты в своем уме?! - мама с силой, до синяков, вцепилась в мои руки. - Это проклятая книга едва не убила тебя в прошлый раз!

- Я не собираюсь его использовать, мне надо передать гримуар тайной страже - они смягчат приговор!

- Смягчат? С казни на купирование дара и каменоломни? Оно того не стоит, всего этого риска.

- Да нет же! - я умоляюще посмотрела на папу, возможно, я смогу достучаться до него? - Они ограничатся ссылкой.

- Ты дала им клятву? - папа был серьезен, и он, в отличие от мамы, не терял самообладания. - Что найдешь и передашь гримуар?

- Нет, только общую, о неразглашении.

- Вот и не давай. Тебе нельзя брать в руки гримуар. Есть вероятность, что призванная темная сущность не до конца покинула наш мир. Вы связаны силой и кровью, и если ты возьмешь в руки книгу, то случиться может всякое. А еще считается, что темный маг никогда не отдаст гримуар. Моя мать говорила, что это как потерять часть себя.

Я замешкалась на секунду, темная сущность уже здесь, но стоит ли об этом упоминать?

- Элиза, - мамины ладони, холодные, с тонкими пальцами, скользнули по моим рукам на плечи. - Девочка моя, знай, мы ни о чем не жалеем. В свое время мы сделали все, чтобы ты осталась жива и жила в достойных условиях. И да, наша работа, исследования… мы заслужили наказание, это справедливо и это наш выбор. Тебе и без того придется нелегко, не стоит усложнять свое положение.

- А как же мой выбор? Почему вы все опять решили за меня? Вы всегда знали, как мне будет лучше, всю жизнь решали за меня: учеба, друзья, жених, платья, которые мы выбирали вместе - я ничего никогда не выбирала сама, и что из этого в итоге вышло? - я сорвалась на крик, мне так не хотелось портить нашу встречу, но я не могла и дальше спокойно слушать. Сколько можно, когда и с моим мнением начнут считаться? - Вы всегда все за меня решали, теперь снова пытаетесь сделать так, как кажется лучше вам! А обо мне вы подумали? Почему вы считаете, что мне будет лучше, если вы умрете?

- Доченька, - отец шагнул ко мне, но не решился коснуться.

- Вы ведь знаете, где гримуар, так? - и по их эмоциям я поняла, что знают. - Но не скажете, - я горько усмехнулась, пытаясь вернуть себе самообладание. - Значит, я найду его сама.

И как бы ни было больно и тяжело, я скинула мамины руки и пошла на выход, где меня ждал Саймон. Некромант тут же сделал шаг в сторону и распахнул дверь. Я задержалась на пороге.

- Я вас очень люблю. И обязательно спасу. Обещаю.

- Мы тоже любим тебя. Поэтому просим одуматься.

Родители стояли рядом, папа обнимал маму, а она прижималась к нему, совсем как тогда, когда человек в черном плаще и с четками пришел, чтобы на долгие годы скрыть мои воспоминания.

И от мысли, что я могу в последний раз их так видеть, моя решимость только окрепла.

Мы с Саймоном шли по коридору в молчании. Мне было о чем подумать, слова родителей их эмоции, от которых невозможно закрыться, которые проходят сквозь любые щиты. Я даже не удивлена, что они так отреагировали и не поддержали. Отказались помогать, пусть от этого зависели их жизни. Я для них как была маленькой девочкой, которая однажды уже совершила глупость и едва не погибла, так и осталась. Да, чуть выросла, но смертельно опасные глупости совершаю до сих пор. И ведь это я им еще про темную сущность говорить не стала, и правильно сделала, наверное. Но в душе все равно залег камень, который, как я ни барахталась, тянул вниз.

Я и не заметила, как мы с рыжим некромантом миновали коридор и лестницу и оказались у выхода, без проблем миновав проходную.

На улице окончательно стемнело, а дождь из мелкой мороси разошелся в полноценный ливень из крупных тяжелых капель.

- Я провожу вас, леди, - Саймон рукой остановил меня, выходящую из-под небольшого навеса над входом в здание. - Подождите, поймаю экипаж.

Наверное, в других обстоятельствах я бы отказалась, все же страж не обязан меня каждый раз провожать и водить по кафе. Но дождь лил так, что никакой зонт не спасал от косых струй, забиравшихся и под козырек. Юбка начала намокать, и я задумалась, насколько приличным будет ее подобрать? Все-таки темные плотные чулки, да ещё в темноте, не позволят ничего нормально разглядеть. А мокнуть не хотелось. Вот так и решилось.

Через минуту ко мне подъехал крытый экипаж, и изрядно намокший некромант открыл дверцу и привычно подал мне руку, помогая залезть внутрь. В салоне было темно, и близость молодого человека как-то нервировала. Наверное, страж думал в том же направлении. Стоило нам тронуться, как он плотно задернул шторки и зажег магические огни. Теперь я, наконец, начала нормально видеть.

- Дать платок? - предложила спутнику.

Рыжие волосы стража намокли, с них наверняка неприятно текло за шиворот.

- Давайте, - некромант, что смог, вытер моим небольшим платком.

Да, тут бы полноценное полотенце не помешало.

- Вы хотели мне что-то сказать, - напомнила я, складывая и убирая насквозь мокрый батист с собственно сделанной, хоть и не самой искусной, вышивкой.

- Как страж, я связан клятвой и много сказать не могу. Но смогу посоветовать. Найдите информацию про гримуар. Я понимаю, что на кону жизни ваших родителей, но не соглашайтесь на все слишком поспешно.

На этом некромант замолчал. Большего он рассказать мне не в состоянии. Но и на том спасибо. Только вот домашняя библиотека была для меня недоступна, а нужная информация в академии хранилась в закрытом разделе, и ученики непрофильных направлений в него не допускались. Целителю туда не попасть.

- А темная сущность? Насколько с ней сложно?

- Я почти уверен, что вы медиум. Мы проведем тест на эту способность, и если она подтвердится, то шансы неплохие.

- А если не подтвердится?

- Верьте в лучшее. Без дара медиума войти в контакт с темной сущностью, а потом выйти из него живым и без помутнений рассудка почти невозможно.

- И вы говорите мне это только сейчас?!

- А узнай вы раньше - отказались бы? - удивился страж.

- Разумеется, нет! Но я бы знала, на что соглашаюсь.

- Если вы медиум - вы справитесь, - безапелляционно заявил страж. - Если же я ошибся в ваших способностях, то и пытаться не стоит. Мы не станем рисковать, выполняя приказ во что бы то ни стало.

- Но вы давали клятву о служении в тайной страже, - напомнила я. Вот и пришло время узнать, как настроен Саймон и как далеко он готов зайти.

- Служение и помощь людям, а не их убийство. Если подчинение будет невозможно, то темную сущность я изгоню.

- А справитесь? Мои дедушка и бабушка не справились, - все же подобная самоуверенность до добра не доводит. А я должна быть уверена в надежном тыле.

- Я справлюсь, - и, поняв ход моих мыслей, некромант пояснил. - Я же не выйду против темной сущности с голыми руками. Существует множество артефактов, способных помочь. Не переживайте, леди, я подготовлюсь.

И сказано так спокойно и уверенно, без бахвальства, как данность. Он справится.

- Саймон, какой у вас уровень темной магии?

- Четырнадцатый, - выше, чем у меня. Практически максимальный, однако. - И двенадцать магединиц в стихийной. Поэтому за свою безопасность не переживайте.

- А в целительской? - если он и в целительской сильнее, то можно смело начинать чувствовать себя слабачкой и неудачницей.

- Две единицы каким-то чудом набралось, - фыркнул страж. - Я не целитель, даже простейшую рану заживить не получается. Темная магия, особенно сторона некромантии, подавляет магию жизни. Тут уж ничего не поделаешь.

- Ваши родители ведь не были простыми торговцами, так? - слишком сильный дар, чтобы возникнуть случайно.

- Были, но до этого они были темными магами, оба некроманты. А с моим рождением ушли из профессии, решив, что так безопаснее.

Саймон отвернулся. Ворошить прошлое ему не хотелось, и я не стала продолжать расспросы.

Но один вопрос не задать не могла.

- Я, гримуар и сущность: мы правда связаны?

- Да.

- И если я найду гримуар, то найду и сущность?

- Вернее сказать, сущность найдет вас, - подтвердил папины слова страж.

- Этого мне тоже не стоит бояться? - звучало, признаюсь, жутковато.

- Именно. Поверьте, леди, темная сущность - это не самое страшное. Да и поиск гримура, думаю, не станет серьезной проблемой.

- Передача гримуара?

Некромант кивнул и отвернулся. Его клятва была куда сильнее, чем моя сегодняшняя, и не стоило проверять ее на прочность.

Остаток пути мы провели в молчании. К академии меня подвезли почти вплотную к проходной.

- Я заеду за вами завтра после обеда, - предупредил страж. - Проведем тесты и начнем заниматься. Возьмите с собой одежду для полигона.

- Хорошо, до завтра. И Саймон, - я посмотрела в голубые глаза. - Спасибо.

Страж скупо кивнул.

Я, не раскрывая зонта, пробежала в проходную и приложила руку к считывающему артефакту. Защитный барьер приглашающе замерцал, позволяя мне пройти. И только когда я оказалась на территории академии, услышала звук отъезжающего экипажа. Так хотелось верить Саймону, что он правда не подведет, а еще стоило попробовать как-то воспользоваться его советом.

25. Библиотека

В голову мне пришел только один путь, как получить нужную информацию. И вел он в кабинет завкафедрой. Интересно, местор еще там или закончил работу и вернулся в свою комнату? В преподавательское общежитие я, конечно, не пошла бы, дождалась утра, но в учебный корпус заскочила. Как ни странно, но местор еще был у себя в столь поздний час. Проверял наши задания с огневками.

- Можно? - я заглянула внутрь.

- Леди? - мужчина оторвал покрасневшие глаза от бумаг, а потом и вовсе их потер. - Входите, - мне кивнули на стул для посетителей.

- Простите, что так поздно, - начала я и заметила улыбку на губах преподавателя.

- Для вас очень даже рано, - заметил местор. Ну да, я вламывалась к нему и позднее. Причем дважды.

- Я хотела спросить, из чистого любопытства, конечно, не известно ли вам что-нибудь про гримуары?

Темные брови поползли вверх.

- Хм… это несколько не мое направление. А ваше любопытство заключается в чем-то конкретном? Или просто про гримуары?

- Конкретно меня интересует их передача от одного владельца другому.

- И кому же вы собрались передавать гримуар? - серьезно и безо всякой улыбки спросил местор.

- Я? Нет, никому не собираюсь, у меня и гримуара нет, - вот такая вот полуправда, - исключительно теоретический вопрос.

- Ну, если вопрос исключительно теоретический, то мне нечего вам ответить.

- А если не исключительно? - я просительно посмотрела на преподавателя.

- Вы только приехали? - резко сменил тему местор Альдер, оценив мой немного промокший и взъерошенный вид. До учебного корпуса пришлось добегать под зонтом, перепрыгивая лужи.

- Да, но до комендантского часа еще полно времени, - он же не собирается вменять мне поздние возвращения в качестве нарушения?

- От тайной стражи? - продолжил допрос местор.

- Да, - эмпат все равно почувствует ложь.

- И гримуар хотите отдать им?

Я только кивнула и прислушалась к себе, стараясь понять, где проходят границы данной клятвы. По ощущениям, мы подошли к ним вплотную.

- Идемте.

Мужчина встал и накинул на плечи пальто, взял зонт-трость и позволил мне выйти из его кабинета первой.

- А куда мы идем? - подстраиваясь под широкий мужской шаг, полюбопытствовала я. Судя по направлению, мы шли к выходу из корпуса.

- В библиотеку. Где еще можно найти достоверную информацию? - усмехнулся преподаватель.

- Но меня не пустят в закрытый раздел.

- Зато пустят меня.

Больше я ничего спрашивать и обсуждать не стала. Со стороны местора Альдера такая помощь уже была широким жестом. Даже интересно стало, точно ли целителя, пусть и завкафедрой, пустят в закрытый раздел темной магии?

На крыльце, когда я раскрыла свой небольшой зонтик, мужчина только вздохнул, раскрыл свой необъятный зонт над нами, причем надо мной больше, чем над собой, и довел до здания библиотеки.

К закрытому разделу мы подошли вместе. И прошли на первый уровень - туда преподавателя со студенткой пустил без вопросов самый обычный смотритель. А перед хранилищем информации о темной магии стоял заградительный барьер. Но и его мы миновали без особых проблем, к моему огромному удивлению. Местору достаточно было приложить ладонь к считывающему артефакту, как барьер замерцал, а потом мужчина взял меня за руку и провел за собой. Примерно так же я проходила за вещами в свой бывший дом, принцип точно тот же.

- А это… нормально? Мы ничего не нарушаем? - заволновалась я. Нет, за себя мне страшно не было, подумаешь, очередная отработка. А местору за это точно ничего не будет?

- С каких пор вас стали волновать вопросы нарушений? Да я просто не узнаю вас, леди Риар, - сыронизировал преподаватель. - Нет, все нормально, мы не собираемся ничего выносить, да и дальше второго уровня, думаю, не зайдем.

Искомое действительно обнаружилось на втором уровне, пусть и поискать пришлось прилично. В картотеке про гримуары нашлось достаточно информации, а вот ритуал передачи и его последствия оказались где-то в третьем десятке просмотренных книг.

Я листала очередной справочник по темным искусствам, когда заметила напряженный и сосредоточенный вид преподавателя, внимательно читающего тяжелый талмуд с рунами на обложке. Руны эти были мне смутно знакомы, и абсолютно точно они относились к темной магии. Не запрещенной - туда доступ нам бы точно не дали - но к разделам исключительно для посвященных.

- Вы что-то нашли? - я попробовала заглянуть в книгу, но шрифт оказался такой витиеватый и нечитаемый, что сходу не разобрать.

- Нашел… И очень надеюсь, что то, что вы хотите выкупить или от чего пытаетесь откупиться, того стоит, - я сглотнула. - Пойдемте за стол, фолиант очень тяжелый, вы его долго не удержите.

За одним из столов, а в читальном зале закрытой части библиотеки в такое время было почти пусто, я села и принялась разбирать буквы, водя пальцем по строчкам. И первое же, что я смогла разобрать: “Чем сильнее гримуар, тем больше он заберет”. Нехорошее предчувствие кольнуло в груди.

Я разглядывала странные буквы с кучей завитков и усложняющих восприятие украшательств, пытаясь сложить их в слова и уловить смысл. Возникла мысль все выписать, но бумаги и грифеля в моем распоряжении не имелось. Местор же наблюдал за мной и ждал. А я читала, продираясь сквозь написанную кем-то будто в насмешку вязь изящных букв. Гримуар несет в себе частичку владельца, с передачей владелец отрывает его от себя вместе с частью своей силы. Передача гримуара ведет к ослаблению мага. И выделенная жирным фраза, прочитанная мною первой.

- Это значит, что гримуар заберет часть моей темной способности? - в целом, я безболезненно могла расстаться с несколькими магединицами темной магии.

- Читайте дальше, - посоветовал местор.

А дальше столь же непонятно и запутанно говорилось, что отобранная сила уходит случайным образом, формула расчета или какая-то закономерность уменьшения способностей не выявлены ввиду отсутствия достаточного количества данных…

И вот здесь я дрогнула и подняла взгляд на преподавателя, встретившись с карими глазами. И в этих глазах плескалось волнение. За меня?

- Леди, вы серьезно настроены передать гримуар?

- Да, - смысл отпираться? Я все равно его отдам, это цена освобождения родителей. Не самая высокая и не самая малая, пусть, чего уж там, неприятная. - Я переживу некоторую потерю магии.

- У вас сейчас четыре магединицы по магии жизни. Три - это минимум, чтобы иметь возможность учиться на целительском. Но, учитывая ваши навыки, даже с тремя вы, скорее всего, не сдадите экзамены. Даже если очень постараетесь, вряд ли уйдете дальше простейших манипуляций. А с двумя магединицами просто не будете допущены до экзаменов, - предупредил завкафедрой. - И это не говоря уже о том, сколько времени потребуется на восстановление после ритуала. Сможете ли вы использовать магию? Как это отразится на организме в целом? Никакая ампутация или удаление не проходят бесследно, магия - такая же ваша часть, как рука, нога, желудок, легкие.

Мне стало плохо, не метафорически, когда тяжело на душе, у меня на полном серьезе потемнело в глазах и зазвенело в ушах. До сегодняшнего дня я была уверена, что забрать можно резерв или жизненные силы. Выходит, есть способ уменьшить общую силу и способности мага - попросить отдать его гримуар. И как же будет проходить такой отъем? Ушедшие, это вообще реально пережить?

- Леди? Элиза? - звал меня преподаватель, я же чувствовала, как плывет сознание.

Как сквозь вату, я слышала мужской голос, шепчущий что-то. А потом длинные пальцы обхватили мое лицо и повернули, заставляя посмотреть вверх.

Вспышка - и головокружение прошло, зрение прояснилось, только слабость осталась.

- Так лучше? - местор внимательно оглядывал меня, не спеша отпускать. Хорошо, когда рядом целитель.

- Да, - я постаралась улыбнуться, но вышло не слишком убедительно.

- Сидите здесь, я сейчас верну книгу на место, и мы пойдем в кафетерий поужинаем. Вы же не ели с обеда, так?

- Не стоит, я вернусь к себе, - ужинать с завкафедрой показалось как-то слишком. - Моя соседка волнуется, наверное.

- Ваша соседка сидит за учебниками, - возразил местор. - Кафетерий работает до полуночи, мы успеем. Я и сам засиделся за проверкой заданий и не поел. Считайте, что составите мне компанию в знак благодарности.

Против такого заявления выступить было трудно. Я взглянула на висящие круглые часы, начало одиннадцатого - самое время для еды.

Кафетерий встретил нас большим почти пустым залом с красивой люстрой. Можно было выбрать любой столик, но я направилась прямиком в угол. Хотелось забиться подальше и никого не видеть, а еще - чтобы никто не видел меня.

Есть не очень-то хотелось, но под давлением руководителя я все-таки взяла первый попавшийся салат и фруктовый десерт. Но даже эти два красиво оформленных блюда на фарфоровых тарелках с фирменными вензелями академии не вызывали аппетита.

- Леди, поешьте, вам понадобятся силы, - завкафедрой обеспокоенно смотрел на меня. Сам он тоже не особо налегал на свой ужин.

- Это да, силы мне пригодятся, - а то отдавать будет нечего…

Я взяла вилку и практически через силу запихнула в себя лист салата, почти не почувствовав вкуса. Преподаватель нахмурился сильнее.

- Леди Риар, не заставляйте меня переживать из-за вас еще сильнее и не ставьте под угрозу свое здоровье. У вас и так нервные срывы и ослабление контроля над магией, не хватало еще и физического истощения.

- Не беспокойтесь, - я отодвинула салат и посмотрела на фруктовый десерт, раздумывая, смогу ли я съесть хотя бы его. - Видимо, вопрос моего обучения на вашей кафедре скоро решится сам собой. Вы бы радовались такой перспективе.

- Возможно, вам повезет, и гримуар заберет у вас стихийную магию, тогда не придется больше носить адамантовые браслеты, - странно, но радоваться завкафедрой не спешил.

- А если не повезет? - вот так взять и начать обучение сначала?

- А если не повезет… знаете, леди, есть такое не самое изящное, зато точное выражение “пинок в жизнь”. Так вот, это будет именно он. Вам двадцать лет, пора бы уже определяться со своим будущем.

Да уж, подбодрил так подбодрил.

- Почему вы носили браслеты? Если, конечно, не секрет, - сразу уточнила я. На самом деле, хотелось перевести тему, пинков мне уже на всю оставшуюся жизнь хватило.

- Не мог контролировать собственную силу, - завкафедрой улыбнулся. - Знаете, все мечтают стать великими магами и не понимают, чем это чревато. Большая сила дает большие проблемы.

- А какой у вас магический потенциал?

- Стихийная магия - пять магединиц, темная - две, - глаза у меня округлились. Маг такой силы просто не может иметь две единицы даже в непрофильных направлениях. Если только...

- А сколько же магия жизни? - целительство было ее основным, но не единственным направлением.

- Пятнадцать.

Я во все глаза смотрела на местора. Встречать человека с высшим показателем силы мне пока не доводилось. “Пятнашки” - так их называли, тех, кто обладал огромной силой, но не всегда мог взять ее под контроль. Такие маги были огромной редкостью, и вот один из них сейчас сидит передо мной.

Мужчина только усмехнулся моей реакции.

- Пока я толком не применял магию, все шло неплохо, моя семья жила и сейчас живет в небольшом городе в трех днях пути от Диграйна. Там все было тихо и спокойно, рядом родители, они тоже маги и неплохо гасили мои всплески, помогали справляться. А потом я поступил в академию и остался здесь один на один со своей силой. Эмпатия опять же, возраст, характер - все накладывало свой отпечаток. Сила постоянно выходила из-под контроля. И браслеты стали моим спасением, если бы не они, скорее всего, мне бы не удалось справиться и продолжить обучение.

Вот уж не ожидала, что у вечно сдержанного местора могли быть такие серьезные проблемы с самоконтролем.

- Почему тогда вы… здесь?

С таким даром Саид Альдер должен был стать светилом целительства и ведущим сотрудником Целительского корпуса. А не занимать достаточно скромную, в общем-то, должность в академии.

- Потому что не смог, - просто ответил преподаватель. - Целители людей работают с разными пациентами и сталкиваются по работе тоже с разным. И с разным отношением, и с болезнями. Я попробовал, но понял, что ничего хорошего из этого не выйдет. Мне тяжело взаимодействовать с людьми, если честно. Поэтому и выбрал животных, да и еще и научную работу, чтобы уж наверняка.

- А разве преподавание не означает работу с людьми?

- Означает, еще как означает. Есть у меня некоторые студенты, с которыми не заскучаешь, - многозначительно улыбнулся местор.

- Пинок в жизнь? - догадалась я.

- Он самый. Всем время от времени стоит покидать уютный кокон и расти дальше. Запомните, леди, если бы гусеница не решилась на изменения, она бы никогда не стала бабочкой.

Мне кажется, в данный момент у меня шел обратный процесс из бабочки в гусеницу.

- И сложно с этим жить? Постоянно контролируя себя? - я бы, наверное, не смогла.

- Лучше, чем в браслетах. Да и человек ко всему привыкает, приспосабливается, учится, развивается. Но то он и человек.

Я по-новому смотрела на местора. С одной стороны, он становился в моих глазах менее идеальным, с другой, я прониклась к нему уважением. Ему самому нелегко работать со студентами, особенно с одной студенткой, наверное, частенько хочется послать все и всех к ушедшим, но он старается. И еще ни разу не сорвался, пусть и поводов хватало.

- Спасибо за ужин, - поблагодарила я.

Как-то незаметно моя тарелка опустела, как с десертом, так и с салатом.

- Спасибо за приятную компанию, - поблагодарил местор в ответ.

Не знаю, было ли ему приятно, но мне однозначно стало легче.

26. Печенье

До общежития местор вызвался проводить меня под нормальным зонтом. Со стороны это, наверное, выглядело странно. Преподаватель и студентка в двенадцатом часу ночи возвращаются из кафетерия. Я искренне надеялась, что нас никто не заметит или в темноте под зонтом не опознает.

- Спокойной ночи, местор, и спасибо за помощь, - поблагодарила на прощание я.

- Всего доброго, - отозвался завкафедрой.

Только пошел он почему-то не в сторону преподавательского общежития, а обратно в учебный корпус. Наверное, доделывать то, от чего я его отвлекла. Совесть неприятно зашевелилась, но я мысленно шикнула на нее. Никто же не предполагал, что поиски информации займут столько времени. Да и кормить меня было совершенно необязательно, это исключительно инициатива местора.

В общежитие я заходила под неодобрительный взгляд комендантши, которая показательно цыкнула, демонстрируя свое отношение к поздним возвращениям. Я проигнорировала вредную женщину, а вот проигнорировать идущую навстречу парочку не удалось.

- О, Элиза, и откуда же ты в такое время возвращаешься? - Мартина гаденько заулыбалась. - Нашла подработку поздними вечерами?

Шедшая с ней Джесс, не отличавшаяся ни красотой, ни талантами, зато родившаяся в семье Высокого лорда, прыснула, оценив намек на характер “подработки”.

Я сжала кулаки до впившихся в ладони ногтей. Боль и браслеты, заблокировавшие очередной всплеск силы, немного поубавили злость. Надо взять и пройти мимо, просто пройти мимо с гордо поднятой головой. Если я не стану реагировать на их подначки, то им надоест меня цеплять. Да и магия все равно заблокирована, не драться же с ними голыми руками?

Но как в младшей школе это правило не работало, так и сейчас не подействовало.

Мой зонтик совершенно без моего участия вырвался из рук и пролетел по дуге за головы бывших подруг. В тишине засыпающего общежития звон разбившегося светильника показался оглушающим. И, разумеется, не остался незамеченным.

- Риар! - грымза была тут как тут. - Что вы себе позволяете?

Браслеты ощутимо нагревались, а их вибрация отдавалась по всей руке.

И что, начинать оправдываться? Все равно ведь не поверят.

- Это не она, - Элис стояла на лестничном пролете и напоминала призванного огненного элементаля - такая же горящая и яростная. - Элиза даже не замахивалась, я видела, как ее зонт взлетел и отправился в полет.

- Да, - Мартина, в отличие от меня, не собиралась молчать. - Она магией усилила бросок, мы чудом увернулись, а то без травм бы не обошлось! Вы бы видели, сколько магии она вложила в удар!

- Если бы я кинула в вас зонт, вы бы не увернулись, - я убийственно взглянула на парочку. А ведь Джесс никогда не была приятной компанией, с ней, даже несмотря на ее высокое происхождение, не особо общались. Нашла Мартина новую подружку, ничего не скажешь. - На мне адамантовые браслеты, - я приподняла рукава, демонстрируя запястья. - И я при всем желании не могла ничего сделать с зонтом. К тому же телекинез - это по твоей части, не так ли?

Мартина посмотрела на валявшийся среди осколков зонт, будто это он сам покусился на ни в чем не повинных девушек.

- Неделя отработки и денежная компенсация ущерба, - комендантша уже фиксировала нарушение. - Обеим.

- С чего бы нам отрабатывать? - да уж, к отработкам привилегированные студенты не приучены.

- А я вообще ничего не делала, - Джесс даже сделала пару шагов в сторону, показывая, что она как бы ни при чем.

- Порча имущества и применение магии вне отведенных помещений и зон, - и я начала проникаться уважением к грымзе, для которой все студенты были одинаково равны... и неприятны. - Хотите оспорить - обращайтесь к своему куратору, - пресекла все возражения женщина.

- Обратимся, не сомневайтесь! И жалобу напишем! - Мартина гордо развернулась и, цокая каблуками, пошла по ступенькам вверх.

Я торжествующе улыбнулась. Очень сомневаюсь, что местор Альдер отменит им отработку, во всяком случае, искренне на это надеюсь.

- Спокойной ночи, - громко пожелала всем я и вместе с Элис поднялась в комнату.

А в комнате поняла, что соседка в гневе на меня, а не на этих двух ущербных. Нет, даже не в гневе - в ярости.

- Ты! - рыжая схватила меня за волосы, собранные в подобие косы. - Ты где шляешься? Время видела? Я уже не знала, что и думать!

- Так ты меня искать шла? - я попробовала вывернуться и отобрать косу, да не тут-то было.

- Нет, прогуляться перед сном захотелось!

- Элис, пусти! - взвыла я и попробовала отбиться. К намотанной на руку косе добавилась вывернутая рука.

- Будешь знать, как заставлять меня нервничать.

Элис резко отпустила меня и уселась на свою кровать, показательно отвернувшись в сторону.

- Неплохо дерешься, - оценила я, потирая руку. Еще чуть-чуть - и пришлось бы вправлять сустав.

- У меня четверо братьев, - буркнула соседка.

- Ничего себе! - я про семью Элис ничего не знала. - Наверное, это здорово.

- Да ничего хорошего.

Я бы поспорила. Когда у тебя большая семья, шансов остаться одной значительно меньше…

Но злить соседку сильнее побоялась.

- Извини, - я подсела к рыжей на кровать, но та только сильнее отодвинулась. - Прости, пожалуйста, я сначала в тайной страже была, а когда вернулась, зашла к местору Альдеру.

- Зачем? - Элис, несмотря на обиду и злость, повернулась и прищурилась.  - Выкладывай. Просто так ты бы к завкафедрой ночью не пошла.

Логично. Пришлось в очень общей форме рассказать Элис суть наших договоренностей со стражами. То и дело я спотыкалась на словах, чувствуя, как клятва будто дергает меня за невидимый поводок.

- И ты действительно передашь тайной страже гримуар? - Элис во все глаза смотрела на меня. - А если местор прав и неизвестно как потеря силы на тебе отразится?

- Я должна, - и как можно беспечнее пожала плечами. - Другого варианта у меня все равно нет. Моя сила против жизни и свободы родителей - выбор очевиден, не так ли?

- А зачем стражам гримуар?

- Ты настолько не доверяешь стражам? - поразилась я.

- А ты доверяешь? Или считаешь, что служители закона творят исключительно благие дела?

- Нет, конечно, - я вздохнула. - Вот только, знаешь, я понимаю родителей: почему они согласились на работу с новой драконьей чумой в обмен на помощь мне. Когда надо спасти близкого человека, все остальное отходит на второй план.

Соседка неодобрительно покачала головой, но ничего не сказала. И даже готовиться к завтрашнему дню не заставила.

- Тебе до экзаменов еще дожить надо, - заметила Элис. - Так что лучше выспись.

На этой оптимистичной ноте мы и легли спать.

Утро встретило меня целым списком хороших новостей. Первая - заходя в кабинет завкафедрой, я встретила своих заклятых подружек, Мартину и Джесс. Судя по их виду и недоброму взгляду, открутиться от отработки им не удалось. Вторая - местор Альдер официально объявил мне, что письмом тайной стражи я освобождена от отработок и вечерних занятий на полигоне. Правда, он при этом довольным и радостным не был. Напротив, руководитель прямо-таки излучал неодобрение, но хотя бы отговаривать не стал. И была еще и третья новость - местор четко дал понять, что больше никто из привилегированных студенток меня не побеспокоит.

- Я рад, что вы последовали моему совету и не позволили эмоциям взять над собой верх, - похвалил меня преподаватель.

Я скромно кивнула, умолчав, что это все его адамантовые браслеты, не давшие применить магию, помогли. Иначе я бы точно не удержалась. А в свете перспективы отмены отработки - тем более.

Дальше шли занятия по диагностике, очень непростому предмету, особенно для таких, как я, прошедших курс анатомии мимо. Да и строение внутренних органов у магических животных значительно различалось. А еще диагностика оказалась очень затратным в плане расхода сил делом. И поскольку потенциал целительской магии у меня невысокий, то выкладываться приходилось втрое сильнее. А что будет, если магединиц станет еще меньше? Местор Златан Гримич сокрушенно качал головой, глядя на мои жалкие потуги определить хоть что-то у стоявшего подопытного пегаса.

- Аппендицит? - ведь точно у него там что-то увеличено!

- Все у него прекрасно с аппендиксом, - местор в очередной раз вздохнул, пегас фыркнул.

- Значит, селезенка? - теперь ответом мне было короткое ржание. - Поджелудочная?

- Леди Риар, вы намерены перечислить все органы брюшной полости?

- Нет, я пытаюсь понять, что именно у него там не так.

- Вы должны увидеть и почувствовать проблему. Вам надо поработать над… над всем. Но в первую очередь над собственным восприятием. И анатомией.

Ага, а еще алхимию подтянуть, целительство, кормление, которое шло самостоятельным предметом. Но это на завтра. В расписании на сегодня также значилась паразитология, после которой я с опаской смотрела на еду в столовой, а руки вымыла раз пять с мылом и все равно не была полностью спокойна. Но даже объемные проекции ленточных червей не отбили у меня аппетит, вот только мысли в голове крутились совсем не радостные.

До экзаменов меньше двух месяцев. И чуть больше двух недель до суда… Выбор, над чем и как работать - очевиден.

- Не хочешь со мной на хирургию? - поинтересовалась за едой Элис.

- Нет, у меня… - и едва не подавилась от сжавшей горло клятвы. - Другие планы, - закончила, откашлявшись.

- Понятно, - соседка сокрушенно посмотрела на меня. - Надеюсь, сегодня ты вернешься пораньше.

- Постараюсь, - как именно пройдут наши занятия, Саймон не сообщил. Но форма одежды для полигона настораживала.

- Тогда удачи, - пожелала рыжая и поспешила на свою хирургию.

Я смотрела соседке вслед и чувствовала нетипичную для себя зависть. Какая же она молодец, знает, кем хочется стать, и прикладывает для этого все усилия. Изучает хирургию, к которой у Элис имеются все задатки, начиная от умелых пальцев, заканчивая крепкими нервами и твердой рукой. А еще знания анатомии, физиологии и прочего сопутствующего. Она сегодня диагностику сдала в два счета. Если бы я точно понимала, чем именно хочу заниматься, могла бы сконцентрировать на этом все усилия. А пока выходит, что ничего не хочу и ничем толком не занимаюсь. Пойду хотя бы печенье отнесу одному пернатому, с которым так и не расплатилась за помощь. Не люблю ходить в должниках.

Приятно заходить в зоосад погулять, а не на отработку. Только феникса опять нигде видно не было.

- Где же ты? - я старательно всматривалась в каждое из деревьев, не по сезону покрытых листвой, пока не додумалась воспользоваться эмпатией.

Приоткрыла щиты и как можно сильнее и четче представила себе феникса крупного, яркого, с длинным хвостом из отдельных красивых перьев, на ощупь мягких и шелковистых, с хохолком и оранжево-красным узором на желтых крыльях и спинке.

- Кррру, - раздалось у меня за спиной.

Пернатый опустился на ветку куста, под его немалым весом наклонившуюся почти до земли.

- Где ты все время летаешь? - я присела рядом и открыла сумку, в которую, как могла, сложила тренировочный костюм и ботинки.

Наглый клюв тут же сунулся проверять мои вещи на наличие вкусностей.

- Так! - я щелкнула по клюву, а потом протянула на ладони немного раскрошившееся печенье. - Держи, помощник.

Феникс, довольно и совсем по-звериному урча, принялся клевать угощение, которого ему оказалось на три укуса.

- То тебе печенье отдаю, то Элис, - пожаловалась я, стряхнув крошки, на которые тут же набралось желающих из числа мелких птиц. Феникс недовольно шуганул их и принялся сам выискивать остатки печенья в траве.

Я же закинула сумку на плечо и направилась к выходу, столкнувшись у дверей с Мартиной и Джесс в местной униформе.

- Вам идут комбинезоны, - не удержалась я, за что удостоилась ненавидящего взгляда от обеих.

Меня же у ворот ждал экипаж тайной стражи, в который я без раздумий села. Посмотрим, какой тест приготовил для меня Саймон.

27. Медиум

В проходной практически родного отделения тайной стражи меня вежливо, но твердо попросили подождать Саймона. Надо отдать должное некроманту, ждать пришлось буквально несколько минут. Одет рыжий был нетипично, я привыкла видеть его в форме тайной стражи: черные сапоги или ботинки, черные брюки, черная куртка с нашивками, под которой такой же черный свитер под горло. В обычной одежде я стража тоже помнила. Собственно, в повседневной одежде Саймон также тяготел к темным цветам - некромантская сущность так себя проявляла, наверное. И теперь серые тренировочные штаны с белой майкой на страже выглядели как-то странно и слишком светло для его обычно мрачного образа. А еще веснушки у Саймона, оказывается, не ограничивались лицом и обильно покрывали руки, плечи и спину, уходя под майку.

- Простите, леди, что пришлось подождать, - извинился страж.

Всегда вежливый и отстраненный некромант и сейчас выглядел собранным и, несмотря на огненные веснушки и рыжие волосы, холодным. При этом я знала, что Саймон вполне умеет проявлять эмоции, но такое напускное равнодушие начинало злить. Хотелось, чтобы рядом был кто-то более близкий и человечный. Или я слишком нервничаю в ожидании испытания, от результатов которого зависит жизнь родителей? Если я не медиум, то Саймон грозился изгнать темную сущность. И удовлетворится ли тогда тайная стража одним гримуаром? Оставят ли наш договор в силе или сочтут невыполненным с моей стороны?

- Саймон, - я специально обратилась к стражу по имени, - а у вас есть дар медиума?

- Нет, леди, я не эмпат, - я скрипнула зубами.

- А можете обращаться ко мне по имени? Все-таки у нас небольшая разница в возрасте, да и титул у меня ненадолго.

- Как вам будет угодно, - некромант неисправим. Или упертость - особенность всех рыжих?

В комнате, где мы оказались, стало еще тревожнее. Множество зеркал, часть из которых, как на похоронах, занавешены драпировками, отражали друг друга и искажали размеры помещения. Незажженные свечи в канделябрах и прямо на полу, украшенном всевозможными символами.

- Мне нужно настроиться на сущность, которую я вызвала? - страж резко развернулся, оторвавшись от расстановки свечей. Поджигал он их своей же силой.

- Даже не думайте. Прежде чем пытаться найти ее и поймать, вам надо освоить азы взаимодействия с призванными.

- Это сложно?

- Непросто, но возможно. От вас не требуется его контролировать и управлять им, вот здесь нужны опыт и мастерство. Только подчинить и загнать в специально подготовленный артефакт.

- А кто-нибудь другой может это сделать? - подчинить и загнать в отношении темной сущности звучало как-то не слишком просто и обнадеживающе.

- В теории - да. На практике же это почти невозможно. Темную сущность скорее уничтожат, чем подчинят. Но я вас подстрахую, не переживайте.

Мне бы такую уверенность.

- За тем зеркалом дверь в комнату, где можно переодеться.

И пока я переодевалась в узкой раздевалке без окон, зато с небольшими шкафчиками вдоль одной стены, Саймон закончил приготовления. Свечи стояли, повторяя очертания основной защитной руны - круг и вписанный в него треугольник со спиралями на вершинах. В центре руны стояла небольшая, в мой палец высотой, пирамида из горного хрусталя. И на каждую грань пирамиды нанесен запирающий символ.

- Там дух? - ответ был очевиден. Собственно, я могла и не спрашивать, чужое присутствие я ощущала примерно так же, как и Саймона.

- Призрак, слабый и безобидный, а еще старый, поэтому не пытается вырваться. Тренироваться будете на нем. Задача простая - заставить его вернуться в пирамиду.

- Если я действительно медиум, - я замерла на самой границе защитной руны.

- Вы все еще сомневаетесь? - некромант встал рядом.

Короткий жест активации - и контур напитался силой, а огонь посветлел почти до белого. Пламя двух десятков свечей без видимых причин задрожало, наклоняясь то в одну, то в другую сторону. Обычный человек и не заметил бы ничего, я же магическим зрением наблюдала, как тонкая струйка поднимается из пирамиды и формируется в призрака - вытянутое пятно того, что осталось от… кого-то.

Ходят слухи, что призраков создают специально из преступников, приговоренных к казни. Вытягивают жизненную силу и заключают в сосуд. Раньше это казалось мне не более чем страшилками, но теперь я уже ни в чем не уверена. Если гримуар способен забрать часть силы, то почему бы не предположить, что так же можно забрать часть жизни, превратив ее в нежизнь?

Под внимательным взглядом Саймона я полностью опустила ментальные щиты. Если дар медиума связан с эмпатией, то я примерно догадываюсь, как им пользоваться. Вот только взаимодействовала я до этого только с живыми существами…

Это как в жару нырнуть в ледяную воду - дыхание перехватывает, а тело сковывает. Холод проникает под кожу тысячами иголок, и хочется обхватить себя руками, чтобы как-то защититься, но ничего не выходит. Я пыталась что-то сделать, пока не поняла, что у меня больше нет тела, и от холода мне не уйти. Он вокруг и он во мне. Холод и пустота, пустота и холод.

- Элиза! - я лежала, свернувшись калачиком на полу, рядом на коленях стоял Саймон. Какая знакомая картина.

- Что-то пошло не так, да? - я пошевелила руками и ногами, проверяя, могу ли я двигаться. Получалось. Вот только холод внутри никуда не делся.

- Не так? - некромант нервно усмехнулся. - Вы полностью открылись призраку, разве так делают?

- Не знаю, когда используешь эмпатию, то всегда открываешься.

- С живыми - возможно. Но здесь надо направить свои эмоции призраку, а вы вместо этого вобрали его.

- Значит, это были его ощущения? - постоянный холод внутри и снаружи, меня до сих пор знобило, даже зубы стучали.

- Его, - некромант сочувственно оглядел трясущуюся меня. - Я бы предложил теплую одежду или питье, но это не поможет. Попробуйте еще раз. Необходимо, чтобы вы нащупали точку, при которой сможете взаимодействовать с призраком, не входя в такой тесный контакт.

- А если не получится? Я опять…

Нырну в ледяную воду и потеряю себя?

- Надо постараться. С призраком проще, он порождение магии нашего мира. Темная сущность призвана извне. А еще она в разы сильнее. Не справитесь с призраком - с сущностью и подавно.

- Ладно, - отступить я все равно не могу. - А где призрак?

- Там, - страж указан на пирамиду. - Я загнал его обратно, для меня это единственный способ оборвать ваш контакт. Можете не вставать, сидите, если так удобнее.

Все повторилось. Светлеющий огонь, колеблющийся без ветра, и сгусток призрака, тонкой нитью связанный с пирамидой. Теперь щиты надежно защищали меня от чужого влияния. В эмпатии ведь можно также, местор сам мне показывал, как скрыть свои эмоции и настроиться на чужие.

Я закрыла глаза: чем меньше задействовано чувств, тем сильнее эмпатия. Рядом ярко и остро ощущался Саймон, призрак же виделся чернильным пятном на бумаге. Сквозь собственные щиты я потянулась к духу, стараясь не раскрыться, но это как погрузить руку в воду и надеяться ее не намочить. Холод снова пробирался внутрь, пусть и не так резко, как в первый раз. Я постаралась быстрее загнать проклятого призрака в его жилище, но только сильнее раскрылась.

Спасительные щиты вышвырнули все посторонние чувства, но холод никуда не уходил. Если раньше я просто дрожала, то теперь меня откровенно трясло.

- Я не могу, - голос тоже срывался. - Не получается.

- Вы сможете, - Саймон загнал духа обратно. - Надо поработать со щитами. Боевым магам проще даются подобные вещи, мы умеем ставить разные щиты. Вряд ли целители проходят что-то сверх базового курса.

- Я не освою все сразу за две недели, - и пусть мне самой было стыдно за ноты отчаяния в голосе, но я, и правда, на грани. - Я и эмпатией нормально пользоваться не умею, только простые взаимодействия с животными, и то…

Вспомнился давешний феникс. Из нас двоих он явно был лучшим эмпатом. Я так легко и четко транслировать мыслеобразы не могла. Да я вообще ничего не умею, у меня вечно все не так, никогда ничего нормально не выходит. Как такая неудачница справится с темной сущностью? Я с собственной магией совладать не могу...

- Элиза, послушайте, - некромант накрыл мою ладонь своей, покрытой редкими, но крупными веснушками. - Это первый контакт, к тому же вы зачерпнули эмоциональный фон призрака, не поддавайтесь ему. Не позволяйте чужим чувствам разрастись и задавить все светлое в себе.

Он говорил что-то еще, но я больше не слушала. Его рука была такая горячая по сравнению с моей, и мозолистая ладонь только добавляла ощущения жизни. Я сама не поняла, как потянулась к стражу, ухватила его за майку и прижалась к мужской груди, слушая гулкое биение сердца. Этот стук и тепло человеческого тела успокаивали, холод внутри рассасывался, дышать становилось проще. Мысли о неизбежной неудаче уходили, возвращая возможность рассуждать здраво.

И если здраво рассуждать, то в данный момент я сижу на полу, прижимаясь к стражу и обнимая его обеими руками, да еще, не иначе для верности, под майку залезла, поглаживая пальцами позвонки на пояснице. И к моему огромному удивлению, меня обнимали в ответ, правда, безо всяких посягательств.

Я медленно, опасаясь сделать лишнее движение, чтобы ненароком снова не прикоснуться к некроманту, вытащила руки из-под майки и для верности завела их за спину, попутно отодвигаясь подальше. Ушедшие, какой кошмар…

- Простите, Саймон, не знаю, что на меня нашло…

Хотелось провалиться сквозь землю, как мне ему теперь в глаза смотреть?

- Все нормально, не переживайте, - легко ему говорить. - Это побочный эффект. С медиумами и не такое случается; некоторые, наоборот, проявляют агрессию, а кто-то пытается зайти дальше обычных объятий.

Я подняла округлившиеся глаза на стража. Какие интересные побочные эффекты, ничего не скажешь. И хоть бы предупредил, честное слово.

- Я бы не позволил ничего лишнего, - некромант по-прежнему выглядел невозмутимым, кажется, ему вообще было все равно, что от зомби отбиваться, что от воспылавшей необычной страстью девушки.

- Тогда бы могли и в ответ не обнимать, глядишь, я бы быстрее отцепилась, - нет, я благодарна стражу за его выдержку и принципы, но такое равнодушие задевало.

- Это вряд ли, - и Саймон впервые за сегодня улыбнулся, причем так искренне и по-мальчишески, что веснушки на лице будто загорелись ярче. Но продержалась его улыбка недолго, через пару секунд обычная серьезность вернулась. - Для скорейшего восстановления медиуму рекомендуется дать то, что ему нужно. Кому-то выпустить пар в драке, кому-то… в чем-то еще. Вам достаточно было спокойно посидеть. Поэтому на будущее не смущайтесь, это естественные потребности и в них нет ничего предосудительного. К тому же у вас они достаточно скромные и безобидные.

Я искоса посмотрела на Саймона и вздохнула. Снова лезть к нему обниматься не хотелось, и вдруг в следующий раз меня потянет на что-то большее? И вообще, что я каждый раз буду так на него набрасываться? Я хотела отвернуться, но лишь наткнулась на зеркало со своим раскрасневшимся отражением и спокойным, как ни в чем не бывало, сидящем стражем.

- Элиза, - некромант придвинулся ко мне и неожиданно взял за руку. Я вздрогнула и попыталась вырвать руку, но страж удержал. - Если так легче, то я буду сидеть рядом.

Теперь у меня глаза на лоб полезли, а Саймон снова улыбнулся. Но надо отдать должное, с улыбкой и теплым взглядом он нравился мне намного больше. И с таким стражем чувствовала я себя куда увереннее, чем с безэмоциональным истуканом.

- Хорошо, - я сглотнула и сжала его руку в ответ. - Давай попробуем.

Третий раз за сегодня из верхушки пирамиды полилась сила, формируя призрака. Третий раз я приоткрывала щиты, чувствуя неживой, неестественный холод. Но как пирамида держала призрака, не позволяя ему дотянуться даже до заградительного барьера, так и меня держал Саймон. Я вцепилась в его руку, будто для меня это единственный шанс выжить. Казалось, подо мной бездна, и я вот-вот сорвусь, стоит стражу разжать пальцы.

Теперь не торопиться, не паниковать, не закрывать глаза. В темноте ощущения сильнее и страшнее. На деле передо мной обычный и достаточно безобидный призрак, а рядом некромант, который не позволит случиться ничему плохому. А если надо, то он готов снова позволить себя пообнимать, и еще ушедшие знают, на какие жертвы способен Саймон по заданию стражи. Я улыбнулась, и холод отступил.

Дело не в щитах. Дело в уверенности в себе. Именно поэтому Саймон никогда не сомневается в своем успехе. Малейшие сомнения - и холод опять накроет и засосет в пучину отчаяния. Поэтому я твердо потянулась к призраку с одной-единственной целью: вернуть его в пирамиду. Сначала сделать меньше, слабее, податливее. Он же не материален, сгусток энергии - не более. А затем, как воду в воронку, залить его в пирамиду. Запирающие символы вспыхнули, а я вытерла слезящиеся глаза. Получилось?

Некромант одним пассом затушил свечи и подхватил из центра фигурку, осмотрев ее со всех сторон, а затем протянул мне.

- Поздравляю, - страж улыбнулся. - Ваш первый пойманный призрак.

28. Цербер

Кто бы сомневался: первый призрак не стал последним. Запасливый Саймон приготовил для меня еще троих. И каждый следующий был сильнее и опаснее предыдущего. Последнего запирающая пирамида и подавно не удержала, он летал в защитной руне, бился о невидимые стены, проверяя узор на прочность. Свечи то и дело пытались погаснуть, и некромант постоянно обновлял огонь, горевший холодным белым пламенем.

К концу я чувствовала себя даже не выжатой - пустой. Оболочка, внутри которой жил только холод. Саймон держал меня за руку и был готов в любой момент предоставить свою не самую широкую, но мускулистую грудь. Некромант на проверку и на ощупь оказался достаточно худощавым. Вот только мне совсем не хотелось его обнимать, и дело не в гордости, принципах или чем-то еще. Не до принципов сейчас как-то. С темной сущностью надо совладать, а она одна стоит минимум десяти призраков. К тому же призраки не отличались разумностью, а вот призванный в наш мир - очень даже.

Просто некромант делал свою работу. Я была для него заданием, наверное, не самым простым, так как Саймон привык и явно предпочитал работать с неживыми. Они не доставляют проблем чрезмерной эмоциональностью, не лезут обниматься, не цепляются за руку, как за спасительную соломинку.

Страж был рядом и поддерживал, как мог. Помогал, контролировал, обрывал наш контакт и загонял призрака в его вместилище сам. Я же сидела и мелко дрожала от очередной холодной волны, безрезультатно дыша на окоченевшие пальцы, которых я почти не чувствовала. По-моему, и дыхание у меня было не особо теплым. Кажется, за один вечер я промерзла до костей. И дежурные объятия чужого человека, который сам всеми силами держит дистанцию, тут не помогут. Несколько раз я ловила на себе сочувствующий взгляд стража, и от этого становилось только хуже. Чтобы кто-то обнимал меня из сочувствия и жалости - вот уж нет.

- На сегодня хватит.

Страж погасил огонь и убрал все пирамиды. А у меня едва хватило сил, чтобы переодеться. И, честное слово, соблазн остаться в тренировочном костюме был крайне велик. Но как представила, что могу опять нарваться в академии на кого-нибудь знакомого в таком растрепанном виде, так сразу и пошла приводить себя в порядок.

Примечательно, что пока я переодевалась в комнатке, Саймон сменил одежду на форму стража прямо в зале. И стоило мне выйти, как некромант зашел в раздевалку и закинул свои вещи в один из шкафчиков.

- А зачем вы вообще переодевались? Боялись, что я наброшусь на вас с кулаками и испорчу что-нибудь? - форма, в отличие от моего платья, совершенно не мешала заниматься. Собственно, ничем таким мы и не занимались…

И по промелькнувшим эмоциям стража я поняла, что вполне могли заняться. Он не к драке готовился. И главное - сам не особо был этому рад.

- Мужчины чаще впадают в агрессию, у женщин обычно другая реакция, - нехотя подтвердил мои догадки некромант.

И вот именно сейчас мне захотелось ему врезать, хорошо так, от души. И что-то мне подсказывало, что Саймон и сопротивляться бы не стал. Он же ко всему готов.

Им нужен мой призванный и мой гримуар, поняла я. Настолько, что они готовы отпустить моих родителей, создать мне все условия для находки и поимки добычи.

- Для чего стражам гримуар? Кому я буду его передавать?

Некромант покачал головой, показывая, что не может ответить.

А я не стала настаивать. Мне не то чтобы совсем все равно, но если это единственный способ спасти родителей, значит, придется отдать. И не думать.

- Я доеду сама, - находиться рядом с человеком, для которого я - трудовая повинность, стало как-то неприятно.

- Нет, уже поздно. Это вопрос вашей безопасности, - Саймону плевать было на мое мнение и мои желания.

- Конечно, со мной же не должно ничего случиться, пока гримуар и призванные не окажутся в руках стражи, - едко ответила я.

- Думайте, что хотите.

Похоже, ситуация не нравилась и моему стражу. Да, именно моему. Теперь я в этом не сомневалась. Саймона приставили ко мне с самой первой встречи, а то и раньше. И около моего дома он тогда оказался не случайно. Не знаю, с самого ли начала тайная стража искала гримуар или следила за дочерью преступников в надежде заметить что-то интересное. Но теперь меня просто так не отпустят, пока не получат желаемое.

И если до этого мне хотелось посоветоваться с некромантом по поводу гримуара и обсудить информацию о его передаче, то с осознанием действительности желание исчезло. Саймон мне не друг, и сам всеми силами это показывает. Значит, и я буду относиться к нему соответственно.

В экипаже мы ехали молча, я демонстративно сложила руки на груди и смотрела в окно. На самом деле, после работы с неживым очень хотелось коснуться кого-то живого и теплого. И рука стража приглашающе лежала на сиденье. Нет уж. Потерплю.

У академии я, не прощаясь, выпрыгнула из экипажа, стоило ему остановиться. Не дожидаясь, пока Саймон выйдет, откроет мне дверь и протянет руку. Мысль о руке вообще отзывалась внутри болезненно. На самом деле, я боялась, что не сдержусь и не просто возьму стража за руку, а буквально упаду в его объятия. И когда меня отпустит, будет очень стыдно за подобное слабоволие.

Поэтому я едва ли не бегом влетела в проходную, прошла через заградительный барьер, распознающий студентов академии, и вышла на территории.

Интересно, как отреагирует соседка, если я ввалюсь в нашу комнату и наброшусь на нее? Как-то сразу вспомнилась захваченная коса и вывернутая рука. Да и пугать Элис не хотелось.

В этот момент мысли почему-то метнулись к завкафедрой. Я даже ужаснулась от внезапного желания его поискать. Нет, от местора в таком состоянии однозначно стоило держаться подальше.

И ноги сами понесли меня в зоосад. Внутри людей почти не было, несколько дежурных смотрителей, оставшихся на ночь. Все студенты, отрабатывающие провинности, уже разошлись. Только животные, как магические, так и обычные.

И каждого из них я остро ощущала: их присутствие, их жизнь, их яркость. И сейчас я отчетливо понимала, что не смогла бы стать некромантом. Общение с мертвыми - не мое.

Я брела по зоосаду, постепенно успокаиваясь. Когда рядом одни животные, можно не сдерживаться, не запирать себя и свои чувства. Вот только животные шарахались от меня, как от огня. Стоило мне приблизиться - все бросались врассыпную. Наверное, от меня слишком веяло холодом и смертью. Даже знакомый дубомол - и тот испугался и отпрянул, а потом и вовсе скрылся в своей норе, оставив недоеденное полено.

Так что я шла одна, пока не наткнулась на того единственного, кто не испугался и не убежал. Трехглавый цербер спокойно лежал возле своего логова - огромной пещеры, и наблюдал за мной тремя парами глаз. Хвост огненного пса приветливо вилял, поднимая пыль на вытоптанной земле. Три ошейника, скрепленные одной цепью толщиной с мою руку. Наверное, в другой момент я бы не отважилась одна подходить к такому зверю, но инстинкт самосохранения, видимо, тоже замерз и уснул.

- Привет, - я села рядом на корточки и погладила крайнюю голову. Остальные две тут же сунулись под руку. И я выдохнула. Меня не съедят.

А еще цербер был упоительно горячий. Не удержавшись, я прислонилась к мохнатому боку, впитывая живое тепло, и плевать, что от него пахло псиной. Раньше я бы скривилась и поспешила отодвинуться, а сейчас мне, наоборот, нравилось. Призраки никак не пахли, а все, что говорило о жизни, не могло быть плохим.

Цербер резко дернулся и принялся щелкать зубами, стараясь дотянуться одной из голов до лопаток. Блохи, наверное. А я как раз в учебнике по паразитологии видела, как их прогонять.

- Сейчас, - я погладила пса, немного успокоив его эмпатией, сняла браслеты и, шепча формулу заклинания, провела от средней головы до кончика хвоста.

Цербер встал и с удовольствием встряхнулся, подняв вокруг себя клубы пыли.

Его бы помыть, но огненные не любят воду. Зато успокоившийся зверь тут же лег на прежнее место и сам придвинулся ко мне. Я с сомнением покосилась на браслеты, так не хотелось их опять надевать. К тому же на цербере ошейник с ограничителем, не вспыхнет, как в прошлый раз.

Зато теперь от моей руки по густой шерсти разбегались искры, реагируя на магию. В темноте это выглядело особенно красиво. Горящие красные глаза, кончик хвоста светится, будто тлеющий уголек, и яркие искры, уходящие в землю. Пес блаженно жмурился, вряд ли ему часто перепадает столько внимания, а я с удовольствием гладила широкую спину, чесала три шеи, головы которых порыкивали друг на друга, так как руки у меня всего две, и кому-то вечно не доставалось.

А потом цербер так разошелся, что решил вспомнить молодость и притащил мне здоровую обглоданную кость, положил у ног, а сам сел и начал с нетерпением перебирать передними лапами.

Я подняла “игрушку”, взвесив ее в руке - тяжелая, далеко я такую не закину. Впрочем, мне вспомнилось, как недавно летал зонтик, да и та пара занятий со стихийниками не прошла даром. Так что я от души закинула “палку”, усилив бросок ветром. Цербер с таким топотом отправился в погоню, что, наверное, разогнал тех немногих зверей, которых не отпугнула витающая вокруг меня темная магия и отпечаток нежизни.

Кость несли все три головы, правда, отдавать сразу не захотели, пришлось побегать и отнять в честном бою, а потом быстрее, пока цербер не перехватил свою игрушку обратно, кидать ее подальше.

И только отправив кость в полет, я заметила, что по дорожке идет человек, и кость летит в его направлении, и, кажется, прямо в него…

Местор Альдер увернулся, ночное освещение было слабым, но его хватило, чтобы опознать завкафедрой. Вот только одно дело увернуться от кости, другое - когда на тебя, не разбирая дороги, несется огромная трехголовая махина.

Я закрыла глаза, надеясь, что не затопчет. Судя по парочке заковыристых словечек, вырвавшихся у мужчины, он остался жив и даже невредим. Вот только не особо доволен.

- Леди! - я приоткрыла один глаз, затем, осмелев, и второй.

Преподаватель шел ко мне с костью в руке. За ним следом брел цербер, вздыхая в унисон тремя головами. Примечательно, но попыток отобрать кость он не предпринимал. Потухший хвост волочился по земле.

- Вы знаете, сколько времени? - местор поднял кость так, будто сейчас меня ею огреет.

Но к огромному моему облегчению, он зашвырнул ее к пещере цербера, и трехглавый пес, не мешкая, кинулся за ней, подхватил с земли и поспешил скрыться в своем жилище.

Я завистливо посмотрела ему вслед.

- Сколько?

- Комендантский час начался, - рыкнул завкафедрой, да так, что ушедший, а вернее - сбежавший, цербер бы позавидовал.

- Уже? - поразилась я. Это же… после полуночи. Вернулась я от стражей поздно, позже обычного, а потом еще с цербером сколько провозилась.

- Уже. И как вы это объясните? Или считаете, что раз тайная стража отменила ваши отработки, то теперь все можно?

- Да лучше бы я отрабатывала, - в сердцах сказала я.

И все настроение, поднявшееся после игры с цербером, схлынуло. Отступивший было холод разрастался внутри снова. Я поежилась.

- И что же произошло, что вы, вместо того, чтобы вернуться к себе в комнату, пришли сюда, никого не предупредив?

- Я не хотела вас беспокоить! - а еще случайно обнять...

- А свою соседку? Она около полуночи пришла ко мне в общежитие и спросила, не знаю ли я, где вы?

Элис… я чуть не застонала. Если завкафедрой меня максимум пожурит без рукоприкладства, то соседки я не безосновательно побаивалась. Может, и правда, у цербера в пещере переночевать?

- А зачем вы сюда пришли? - неужели завкафедрой отправился на мои поиски?

- Тоже хотел церберу палку покидать, - местор выдохнул, стараясь взять в себя в руки. Вот теперь я верила, что ему не всегда легко давался контроль над собой и магией. Его эмоции, волнение, перемешанное со злостью, прорывались даже через его мощные щиты, а потом проходили и через мои. Вот это сила! - Я на проходной выяснил, что вы вернулись два часа назад на территорию, а потом пошел искать вас в зоосад. Забрались вы, конечно.

И все-таки куратор справился с собой, но не надолго.

- Вы играли с цербером без браслетов? - я закусила губу, пытаясь придумать внятное оправдание.

- Я ему блох прогнала…

- Замечательно, а почему обратно не надели? И ради какой чумы вы вообще сюда сунулись? В зоосаде куча безобидных животных, а вы выбрали едва ли не единственного опасного!

- Меня остальные боялись, - принялась оправдываться я, пусть в другой ситуации бы развернулась бы и ушла. Но сейчас что-то останавливало. Нежелание уходить?

- Вы эмпат, неужели так сложно было расположить к себе животное? - не унимался местор.

- Сложно, от меня веяло смертью и холодом так, что никакая эмпатия не поможет! - я снова обхватила себя, чувствуя, как леденеют пальцы. Да что ж такое? Точно надо уходить.

И я подхватила сумку и развернулась, на ходу защелкивая на запястьях браслеты.

- Подождите, Элиза. Я сказал - подождите, - повысил голос местор. Я же замерла к нему спиной, боясь повернуться. - Могли бы сразу сказать, что использовали темную магию на нежити.

- Я клятву дала, - по-прежнему стоя к преподавателю спиной, отозвалась я.

И вздрогнула, когда горячие руки легли мне на плечи. На мне было платье, пальто, но я все равно чувствовала тепло. И захотелось сделать шаг назад, чтобы оказаться ближе. До дрожи захотелось, до мурашек.

А потом зажмурилась от теплой волны магии, прокатившейся по мне, вымывшей весь холод без остатка, прогнавшей мурашки и оставившей после себя только ощущения тепла и счастья. Я почувствовала, как сама собой на лице расплывается улыбка, а легкие раскрываются для глубокого вздоха. И впервые воздух не кажется холодным.

- Помогло? - тихо спросил не спешивший отпускать меня местор.

Я только кивнула. Было так хорошо, что и говорить не хотелось.

- Плохо, - я повернулась от неожиданности, а местор, к моему сожалению, убрал руки. Что здесь плохого? - Плохо, что с необученным темным магом занимаются, не потрудившись показать ему азы. Вам бы сначала научиться закрываться от неживой силы, она очень вредна для живого организма. А уже потом заниматься с нежитью.

- Времени на обучение нет, - небрежно пожала плечами. И о здоровье я как-нибудь потом подумаю.

- В любом случае, не надо идти в зоосад и заставлять всех нервничать. Обращайтесь, я без проблем уберу последствия, раз уж ничего не поделаешь.

И ведь никакого подтекста местор в свои слова не вкладывал, а я все равно смутилась, подумав, как еще снимаются последствия.

- Хорошо, - я отвернулась и отошла, надеясь, что на расстоянии преподаватель не уловит мои чувства. - А на это любой маг способен? - возможно, Саймон тоже так мог?

- Нет, только сильный и обученный маг жизни.

А значит - только местор. Но стоит и у Элизы узнать, вдруг она так умеет? Если соседка захочет со мной разговаривать.

- Пойдемте, я доведу вас до комнаты, чтобы вы точно там оказались, - усмехнулся местор.

- Извините, опять вы из-за меня ночью не спите, - я начинаю понимать местора в желаниии от меня отделаться.

- Да ладно, я уже почти привык, - отмахнулся преподаватель.

И опять мы шли с ним через пустую академию. В ночной тишине наши шаги казались особенно громкими, так что я подумывала о пологе тишины, но, кажется, местора ситуация не волновала.

Когда он открыл своим ключом общежитие, комендантши на месте не оказалось, к огромному моему облегчению, грымзе тоже нужно иногда спать.

А вот Элис в комнате была.

- Привет, - я улыбнулась, замерев в дверях, готовая в любой момент развернуться и убежать.

- Ваша соседка нашлась у цербера, - просветил рыжую завкафедрой. - Как видите, она в полном порядке.

- Спасибо, местор, - и сказано так, что ясно, мое “в порядке” не надолго.

Завкафедрой ушел, а мы остались. У меня в руке был заготовленный щит, правда, я не уверена, что он мне поможет.

- Не буду я тебя убивать, - отмахнулась Элис. - От тебя так псиной несет, что и подходить не хочется. Иди в душ и возвращайся.

- Элис, извини…

- Иди в душ, - соседка махнула рукой и забралась под одеяло.

Я подхватила банные принадлежности, ночнушку и халат, и поспешила в помывочные. Уже после душа поняла, что от вещей буквально разило. Видимо, пришла пора обновить второй подарок местора - тазик. Но это уже завтра.

29. Призрак

В комнате было тихо, Элис лежала под одеялом, носом к стенке, и не шевелилась. Я тоже легла, прислушиваясь к соседке, но она упорно притворялась, что спит. Именно притворялась, потому что эмпатией я ощущала слишком сильные для сна эмоции. А еще слишком безрадостные.

- Элис, - шепнула я. - У тебя все хорошо?

- Угу.

Ага. Так я и поверила.

- А почему ты на меня не ругаешься?

- А надо? - рыжая повернулась ко мне лицом.

- Ты же за меня волновалась, даже к местору пошла искать. Почему, кстати?

- Потому что когда у тебя проблемы, ты идешь к нему, - и не поспоришь. - И я же понимаю, что ты не просто так ушла гулять. А потому что было плохо, да?

- Да, не особо хорошо, - признала я.

- Вот видишь, а раз когда тебе плохо, ты идешь в зоосад, а не ко мне, то о чем тут говорить?

Такого поворота я как-то не ожидала.

- Я не хотела тебя волновать и еще глубже втягивать в свои проблемы, - принялась оправдываться я.

- И я о том же. Если ты не считаешь меня подругой, с которой можно всем делиться, смысл на тебя ругаться? Насильно, как говорится...

- Элис, - я села на своей кровати, - я не потому, что не доверяю, не пришла. Столько, сколько знаешь обо мне ты, знает разве что тайная стража, - я грустно улыбнулась, вспомнив сегодняшнюю тренировку. - Со мной было небезопасно, я работала с нежитью, и это не проходит бесследно. Видела бы ты, как от меня животные шарахались.

- И что? Я тоже должна испугаться? Или думаешь, я бы с тобой не справилась?

В подтверждение Элис встала с кровати и сложила руки на груди. Достаточно рослая, поджарая, с острым взглядом и огненно-рыжими волосами, она выглядела донельзя воинственно. И правда, чего это я за нее переживала? Да на ее фоне сам цербер казался совсем не страшным.

- Я просто никак не могла выплеснуть мертвую силу, - пустилась я в объяснения.

И обрисовала сегодняшнюю тренировку. Большую часть рассказать не получилось, но про холод и объятия, как единственное спасение, клятва сказать позволила. А потом уже спокойно поведала про цербера и местора с его помощью.

- Нда… - протянула соседка. - Ну ты и бестолочь.

- Почему это? - возмутилась я.

- Заклинание, которое местор использовал, называется “Свобода”. Оно убирает всю чужеродную магию в организме. Знаешь, если при лечении целитель влил слишком много и пациенту стало плохо от переизбытка? Мы его в прошлом семестре проходили.

- В прошлом семестре я еще не особо усердно училась…

- Да ты и сейчас не так, чтобы налегаешь на учебу, - скривилась рыжая.

- У меня времени нет… а можешь научить меня этому заклинанию?

- Я-то могу, а вот ты его вряд ли освоишь. У меня целительский дар на девять, и то с трудом дается. Оно сложное и затратное. Ты с тремя единицами не справишься. Да и на себя накладывать неудобно.

- Ладно, - сокрушенно вздохнула я. - Теперь буду знать, что ты умеешь, и сразу после тренировки спешить к тебе.

- А во время тренировки? Или тебе понравилось с этим стражем обниматься? - прищурилась соседка.

- Да ну, какое там, - я снова передернулась от воспоминаний. - Он явно через себя переступает, чтобы меня обнять. Будто одолжение делает.

- Давай я завтра с тобой поеду?

Я так и застыла, глядя на… подругу? А кто еще такое предложит?

- В отделение тайной стражи?

- А куда же еще.

- И что ты там будешь делать?

- Захвачу учебники, почитаю, пока ты призраков изгоняешь, разгоняешь или что ты там с ними делаешь. А когда нужно - буду снимать с тебя побочные эффекты темной магии.

Предложение было настолько привлекательным, что я почти согласилась, но…

- А если не пустят?

- Мы спросим и узнаем, - пожала плечами Элис.

- А если тебе придется клятву о неразглашении дать?

- И дам, делов-то. Такие клятвы в наше время - обычная вещь. Их практически на каждом шагу просят.

- И все равно, мне кажется, что не разрешат, - я вздохнула и села на кровать. А как было бы здорово иметь поддержку в виде Элис.

- Почему ты так уверена? - соседка опустилась рядом со мной. - Ты же сама сказала, что стражи крайне заинтересованы в гримуаре и призванном, вот и скажи, что иначе у тебя ничего не получится. Уверена, они готовы создать тебе все условия, лишь бы получить желаемое.

- А все-таки, как думаешь, для чего им гримуар и темная сущность? - нет-нет, да мысли разные проскальзывали.

- Я думаю, что лучше и не знать - проживем дольше. И спокойнее. Значит, после обеда едем? - ткнула меня костлявым локтем в бок рыжая.

Я ойкнула и кивнула, потирая больной бок. Попробуй тут не согласиться.

На следующий день основными шли пары кормления, на которых мы разбирали, кому, чего и сколько давать. Я в очередной раз убедилась, что магические животные мне в ближайшем будущем не светят - слишком накладно и сложно. Животных типа грифона или цербера могли позволить себе только очень богатые люди. Да и тех, кто попроще и поменьше, поди прокорми. А после пар мы с Элис сами спешили на обед в общую студенческую столовую, к которой я уже почти привыкла и даже не обнюхивала еду, убеждаясь в ее съедобности. Раз столько ем и пока ни разу не отравилась - значит нормально.

- А как же твоя хирургия? - спохватилась я.

- Отработаю потом и нагоню, - рыжая была полна решимости.

Мне как-то страшно стало: что будет, если в отделении стражи ей откажут? И то, что подруга так легко решилась на прогул пар, мне совсем не понравилось. Раньше Элис бы так не поступила. Неужели это я на нее плохо влияю?

А у выхода из академии нас ждал экипаж тайной стражи.

- И ты думаешь, что они готовы прислать за тобой экипаж, но не согласятся на такую малость?

Я ничего не думала. Разве что мысль мелькнула, что, возможно, я чего-то не понимаю или не вижу, не знаю ценности того, с чем собираюсь расстаться. Но жизнь родителей однозначно дороже. Главное, чтобы Элис при этом не пострадала.

Я много размышляла про ее вчерашние слова о том, что не обратилась к ней за помощью. У меня никогда не было настоящих подруг. То есть я считала некоторых подругами весьма условно, и последние события показали, что не напрасно. И никогда не представляла, что можно помогать кому-то чужому просто так. А Элис, пусть и колючка на вид, на проверку оказалась той, что без раздумий едет со мной к тайной страже. И вообще всегда выручает.

И, наверное, у меня впервые в жизни появился человек, поддерживающий не из корыстных чувств и необходимости. Тот самый друг.

- Чего? - Элис поймала мой взгляд и подняла брови.

- Мы тебя не накрасили. И волосы у тебя опять торчат.

- И пусть торчат. Было бы для кого краситься, - рыжая снова вернулась к учебнику.

И если бы мы не жили с ней в одной комнате, я бы думала, что она и спит с книгами. Но нет, все учебники и пособия лежали у соседки не на кровати, а возвышались внушительными стопками рядом.

На проходной в отделении стражи нас ждал Саймон, снова в тренировочном костюме. И был он, мягко говоря, удивлен и недоволен.

- Никакого сопровождения, - не дослушав, отрезал стаж.

- Значит, и заниматься не будем, - встала я между двумя рыжими.

Два человека с похожим цветом волос, Саймон и Элис, были разные, как лед и пламя. От некроманта веяло холодом, соседка буквально пылала праведным гневом.

- Вы хотите отказаться? - сразу спросил некромант. И мне почудилось в его голосе надежда.

Что же такое? Почему все хотят от меня отделаться?

- Я вчера чувствовала себя не лучшим образом, видимо, ваши объятия не слишком эффективны и действенны, - в ответ поддела стража я.

Голубые глаза недобро сверкнули, а ноздри некроманта расширились. В остальном Саймон остался невозмутим. А вот два стража на проходной закашляли, маскируя приступ смеха.

- Девушки, обнимайтесь с нами, - весело предложил один из них. - Гарантирую, после нас останетесь довольны.

Второй страж закашлял сильнее.

- И вообще, мне было очень холодно вечером, - добавила я, тут уже и Элис заулыбалась.

- Говорю же, что с некра взять? - не унимался страж. - Он привык со своими умертвиями, с живыми девушками посложнее будет, да, лейтенант?

Саймон на него посмотрел, просто посмотрел, и страж заткнулся. А за ним и второй. А потом оба вытянулись по струнке и отвернулись.

- Леди, - голос стража пробирал не хуже вчерашнего холода, - а как вы собираетесь ловить темную сущность? К этому моменту вам надо получить навыки экранирования силы смерти. Не будет же ваша подруга стоять рядом, пока вы подчиняете призванного?

- Почему? - выступила Элис. - Рядом, конечно, не буду, зачем мешаться под ногами? Но где-нибудь поблизости постоять для подстраховки смогу.

- Хорошо, постоите, - и согласие стража прозвучало так, что идея с помощью Элис уже не показалась мне столь удачной. - Вещи оставляйте здесь, вам их вернут на выходе.

- Учебник-то взять можно? - нахмурилась рыжая.

- Можно. И смотрите, чтобы на вас не было никаких сильных артефактов, - предупредил некромант.

Элис вытащила книгу, передала сумку постовым и пошла с нами в тренировочный зал.

Сидеть там было негде, так что, когда я вышла из раздевалки, одетая в тренировочную форму из брюк и свободной короткой туники, рыжая устроилась прямо на голом каменном полу, подложив свою тонкую куртку.

Я обеспокоенно оглядывалась на подругу, но та спокойно сидела и читала, не обращая на нас никакого внимания. Когда Элис начинала заниматься, ей вообще ничего не мешало. Она, наверное, в любых условиях могла к занятиям готовиться.

Свечи на защитной пентаграмме вспыхнули, и Саймон установил пирамиду в центр. Только пирамида на этот раз была не хрустальная, а из зеленого полупрозрачного камня.

- Это изумруд? - поразилась я. Драгоценных камней такого размера я пока не встречала.

- Хризолит: у него запирающие свойства выше, чем у хрусталя. Готовы?

- Конечно, - адамантовые браслеты остались с прочими вещами в раздевалке, и я была полна сил, магии и решимости.

Призрак из зеленой пирамиды оказался вполне сформировавшимся: человеческий силуэт в нем угадывался неплохо. И, в отличие от предыдущих собратьев, похожих на расплывшиеся в воздухе кляксы, он был не в пример сильнее. Но по-прежнему намного слабее темной сущности.

Свечи потухли почти мгновенно, линии пентаграммы засветились, показывая, что остался последний рубеж защиты, не самый надежный, сдерживающий перемещение призрака, но не его силу. Холод, от которого не спасет и самая теплая одежда, туманом разливался от руны по залу. Надо ли говорить, что привязка к хризолитовой пирамиде разорвалась сразу. И без привязки загнать призрака в его вместилище очень и очень сложно.

Краем глаза я заметила, как Элис оторвалась от книги и смотрела на нас.

- Я бы не советовал отвлекаться, - одернул меня страж.

Я сосредоточилась, настраивая эмпатические щиты и прикидывая, как лучше их приоткрыть, чтобы не впустить в себя мертвую силу сразу. Закрыла глаза, чтобы лучше ощущать магические потоки и сосредоточиться на эмпатическом воздействии. И даже с закрытыми глазами поняла, что что-то не так.

Призрак не бился о невидимые стены защитной руны, не метался внутри. Он завис и смотрел, если так можно сказать про того, у кого нет глаз, лица и ничего вообще, на Элис. А Элис смотрела на него. Книга выпала из ее рук, и девушка медленно начала заваливаться на пол.

Забыв о призраке, я кинулась к подруге, которая лежала на полу с остекленевшим пустым взглядом.

- Элис! - я принялась осматривать девушку, с перепугу нащупать пульс на запястье не удалось. И я уже похолодела от самых страшных предположений. Но на шее отчетливо билась жилка, и дышала рыжая ровно.

- Отойдите, - страж отодвинул меня, окинул взглядом Элис, а потом с тяжелым вздохом стянул с себя майку и принялся снимать с девушки теплую кофту, под которой была надета одна тонкая сорочка.

- Вы что творите?! - кинулась я на защиту чести соседки.

- Спасаю вашу подругу. Вы ведь, как я понимаю, не сможете снять с нее побочный эффект силы смерти?

- Но она же не входила с ним в контакт!

Я в панике наблюдала, как Саймон сел на пол, подтянул к себе бессознательную Элис и устроил ее  на своих коленях, баюкая, словно ребенка.

- Она эмпат, темной магии в ней почти нет, значит, природной защиты, которой вы обладаете, тоже нет. А любой маг, особенно с даром эмпатии, - лакомый кусочек для нежити. Призраку достаточно было завладеть ее вниманием, а потом потянуть себе ее силу.

- Я о таком раньше не слышала…

Элис медленно оживала, оттаивала, сжимаясь от холода.

- У всех разная восприимчивость, у вашей подруги она оказалась высокой, что не удивительно, - страж сильнее сжал дрожащую девушку. - Без природной защиты, навыков, специальных артефактов, умения укреплять эмпатические щиты шансов против сильных призраков почти нет.

- Вы… ты знал, что так получится! - осенило меня. - И ничего не сказал!

- А зачем? Не смертельно, зато наглядно.

- И жестоко! И отпусти уже Элис, ты ей не нравишься, чтобы так себя вести!

В этот момент я была готова кинуться на Саймона, плевать, что он сильнее и опытнее, и вообще темный боевой маг и страж.

- Да я ото всего этого тоже не в восторге, - зло ответил некромант.

И в этот момент Элис пришла в себя, огляделась, будто не понимая, где находится, а потом ее взгляд с расширенными зрачками сфокусировался на Саймоне. Я подошла с намерением отбить у стража подругу и от неожиданности оступилась на ровном полу. Одним движением  девушка впилась некроманту в губы, притянув его к себе двумя руками.

Саймон сначала опешил, а потом попытался отцепить от себя Элис, но не тут-то было. Рыжая отцепляться не собиралась. Наоборот, ловко перевернулась и устроилась сверху. Юбка задралась до бедер, тонкая сорочка просвечивала белье, картина, конечно, еще та… Ох, что будет, когда к рыжей вернется ее здравомыслие. Я бы не хотела при этом присутствовать.

Пока я стояла столбом, никак не решаясь вмешаться, Саймон все-таки вырвался из крепких объятий, скрутил Элис, а потом соседка протяжно застонала, закатила глаза и снова отключилась.

- Что ты с ней сделал? - пришла в себя я. - Да как ты…

У меня слов не находилось от возмущения, но хотя бы пульс у подруги нащупала с первого раза.

- Через пару минут очнется, - страж пригладил взъерошенные волосы и натянул на себя майку. Губа у него была прокушена, а на светлых щеках пылал румянец, даже веснушки стали почти незаметны. На Элис он старательно не смотрел, только молча протянул мне свою куртку, чтобы укрыть девушку.

Я сидела рядом с подругой и перебирала ее вконец растрепавшиеся волосы. Вот тебе и вызвалась помогать…

- А где призрак? - запоздало вспомнила о главном я.

- Загнал его в пирамиду, как только кое-кто побежал, сломя голову, - отозвался страж, по-прежнему стоя к нам спиной. - И на будущее, что бы ни случилось, не стоит так кидаться на помощь, бросая нежить без присмотра.

- Саймон, а трудно научиться экранировать силу смерти? Чтобы не терять над собой контроль.

- Трудно, за две недели не научитесь.

- А артефакты какие-то защитные есть?

- Есть, но вам нужно подчинить темную сущность, а артефакты могут помешать контакту.

- А темная сущность намного сильнее этого призрака?

- Намного, но вам же с ней не сражаться.

- А этот призрак, он по своим меркам очень сильный?

- Очень сильный. Я, по правде, не планировал его сегодня использовать, взял на будущее, - страж бросил на меня взгляд, мельком задержав его на Элис. - Не ожидал, что на таком расстоянии и через защиту воздействие получится настолько сильное.

И снова отвернулся, заметив, что Элис зашевелилась.

Рыжая застонала и схватилась за голову.

- Ты как? - я провела поверхностную диагностику - физических повреждений нет, надо бы полное магическое сканирование провести, но на такое я без подготовки не способна.

- Непонятно, - девушка села, сжав голову, наверное, опасаясь, что та вот-вот развалится. - Будто меня чем-то оглушило или легко контузило.

- Скорее всего, так и есть, - признал Саймон. Он выглядел смущенным и виноватым. И на Элис пытался не смотреть. - Я постарался несильно.

И тут на лице подруги промелькнуло осознание, сменившееся ужасом.

- Я… ушедшие… - и рыжая опять громко застонала.

- Ты, наверное, слишком впечатлительная, в смысле, восприимчивая к силе смерти, - принялась утешать подругу я.

- Я просто захотела его лучше рассмотреть, все-таки раньше призраков не встречала. А он сразу внутрь забрался… Как будто наизнанку внутренности вывернуло.

Элис поежилась и посмотрела на меня.

- А призрак где? Вы же загнали его обратно?

- Да, Саймон загнал, - о его посильной помощи самой Элис я говорить не стала.

Страж, к его чести, тоже комментировать не стал.

- Простите, - девушка подтянула колени и уткнулась в них лбом. - Я не ожидала, что такое может случиться. Там же защитная руна на полу.

- Это был сильный призрак, таких, к счастью, немного, - пояснил Саймон. - И руна без огня слабее. Она какое-то время удержит его внутри, но не больше.

В прошлый раз некромант всегда поддерживал огонь, а в этот решил показать глупым девчонкам, что происходит, когда бездумно вмешиваешься в процесс.

- Я обещаю, что такого больше не повторится, - клятвенно заверила Элис. - Поставлю себе самые сильные эмпатические щиты и...

- Не повторится, - перебил Саймон, - потому что впредь мы проводим занятия без посторонних. И на сегодня хватит, можете переодеваться, леди.

Похоже, он вернул себе прежнее самообладание. А вот  об Элис подобного сказать было нельзя. Она даже спорить не стала и выглядела на редкость унылой и подавленной.

Но самое серьезное испытание ждало впереди. Конечно, не проводить нас до ворот академии страж не мог. И все доводы, что еще не поздно и освободились мы раньше обычного, были проигнорированы. А в тесноте экипажа сохранять дистанцию и не встречаться взглядами не так-то просто. Не знаю, как у Элис шея не затекла от смотрения в окно, будто она впервые в столицу приехала.

Саймон, сидевший напротив меня, смотрел в другое окно и был угрюмее обычного. И ведь сам виноват, нечего было сильного призрака использовать. А если бы Элис серьезнее пострадала? Хотя она и так страдает, но пока ее мучают исключительно моральные терзания, но ведь все могло сложиться намного хуже.

Так что с Саймоном при следующей встрече я обязательно поговорю, но без рыжей. Ей и без того плохо, чтобы начать при ней некроманта отчитывать.

Поэтому, когда экипаж подъехал к воротам, все вздохнули с облегчением. Элис молча выпрыгнула и пошла вперед, я попрощалась и тоже хотела самостоятельно выбраться, но Саймон спрыгнул и подал мне руку.

- Завтра мы наверстаем упущенное. И я попробую научить вас принципам экранирования: возможно, получится уменьшить воздействие силы смерти. Только занятия станут длиннее и тяжелее.

- Попробуем, - согласилась я. Если это избавит меня от сторонней помощи, то, определенно, попытаться стоит.

- Тогда до завтра.

И Саймон запрыгнул в экипаж, а я пошла догонять подругу. Думаю, нам не помешает заглянуть в зоосад к церберу.

30. Паразиты

На входе в зоосад нас с Элис очень попросили не задерживаться долго и уйти до наступления комендантского часа. Смотритель в преклонных летах, оказывается, получил за меня выволочку от местора Альдера.

- Я ж не против, что студенты-целители тянутся к животным и знаниям, только вы уж не увлекайтесь. Мне мое место дорого, а завкафедрой у вас больно строгий. Сказал, в следующий раз до ректора дойдет, - пожаловался пожилой мужчина.

Мы пообещали никого не подводить и пошли сразу к церберу.

При виде нас цербер поднялся и радостно завилял хвостом, а еще дернулся было вперед, но толстая цепь не позволила. Вот, еще и песика на цепь посадили, догадываюсь, по чьей инициативе.

- Привет, дружище! - я потрепала по очереди три морды.

Элис опасливо подошла к зверю и, глядя на меня, тоже решила его погладить.

- Не бойся, - подбодрила подругу я. - Он только на вид страшный, а так просто лапочка. К тому же я ему вчера блох вывела.

Рука Элис замерла на середине мохнатой спины.

- Блох вывела? - переспросила девушка. - Серьезно?

- Ну да, он чесался, а когда я применила заклинание от внешних паразитов, сразу перестал.

Соседка круглыми глазами смотрела на меня, а потом начала смеяться. Да настолько искренне и заливисто, что стало как-то обидно.

- Ты чего? - насупившись, спросила я.

- Элиза, ну сама подумай, какие блохи у огненного пса?

- Огненные, - буркнула я, уже поняв, что сморозила глупость.

- Если только, - продолжала веселиться рыжая. - Показывай, где там у него чесалось?

Под густой шерстью на лопатках обнаружилось раздражение. Участок кожи покраснел и воспалился. А заклинание от паразитов имеет легкий заживляющий эффект и устраняет зуд. Ненадолго, правда.

- Странно, - Элис разглядывала покраснение. - У церберов такая регенерация, что все должно было моментально пройти.

- А почему не прошло? - о хваленой церберовской регенерации слышала даже я.

- Значит, или зараза какая-то попала, или чей-то яд.

Рыжая уже забыла о своем сегодняшнем проколе и увлеклась разгадыванием загадки.

- Сейчас проведем диагностику - и выясним, - решила соседка. Сразу видно - настоящий целитель.

На диагностику у Элис ушло минут двадцать. Все это время огненный пес, привыкший быть учебным пособием для студентов, сидел смирно. Только правая голова постоянно поглядывала, что делает девушка с его спиной, и время от времени прижимала уши. Наверное, правая голова была трусливее других.

- И все-таки яд, - Элис встряхнула руками и использовала на себе обеззараживающее заклинание для дезинфекции. Очень расточительный поступок для мага, но когда обычного антисептика под рукой нет, да и руки голые, без перчаток, ничего не поделаешь.

- Оповестим смотрителей? - спросила я, готовясь пойти к выходу, где и располагалась сторожка.

- Сами разберемся, - рыжая была полна решимости. - Надо понять, кто мог его укусить или оцарапать. Кто здесь поблизости водится?

Зоосад академии пусть и не дотягивал размерами до королевского, но все равно занимал достаточно внушительную площадь. Цербер находился в отдалении от остальных животных, да и к такому крупному хищнику мало кто отважится приблизиться.

Мы начали обходить других обитателей зоосада, живущих поблизости, но никого подходящего не нашли.

- Интересно, а если это не животные, и ты была права? - Элис подошла к серебрянорогому файеру, чем-то напоминающему оленя, но помельче и с когтистыми лапами вместо копыт. А еще файеры являлись всеядными, так что подруга сначала эмпатией настроила животное к себе.

- Посмотри, - подозвала рыжая, копаясь в мягкой серебристой шерсти. - У него есть такие же отметки.

И действительно, файера украшали целых три красных отметки: две на левом боку и одно на правом.

- Его тоже покусали? - я разглядывала покраснения, стараясь не дотрагиваться до поврежденных участков кожи.

- Покусали, - Элис нахмурилась. - Зафиксируй его, чтобы он нас не покусал.

Для фиксации животных существовала куча разнообразных заклинаний. С обезболиванием и без, погружающие в сон, лишающие воли и прочие. Я хорошо знала только обычную фиксацию, так что мысленно извинилась перед рогатым, если ему будет больно, и наложила нежвижимость.

Файер замер, взгляд его тут же сделался злой, глаза налились кровью. Видимо, перед тем, как снять заклинание, нам лучше на всякий случай покинуть его вольер и отойти подальше.

- Помогай, - дернула меня за рукав девушка. - Ищи на нем паразитов.

- Каких? - вопреки просьбе, я сделала шаг назад.

- Пока не уверена, каких именно. Но если заметишь кого - лови.

Скривившись, я подошла к зверю. Крупный, с достаточно длинной шерстью и густым подшерстком - да тут кто угодно затеряться может, не то что блохи - крокодилы заведутся.

Я наткнулась на красное воспаленное пятно и, воспользовавшись недвижимостью файера, слегка надавила пальцем. Даже через недвижимость почувствовала, как напрягся рогатый.

- Элис, оно внутри, - я отдернула палец, для верности дважды использовав обеззараживание.

Соседка обошла животное и наклонилась к пятну, а после жестко выругалась. Да уж, теперь я верю, что у нее четыре брата.

- Там личинки. Это шилки, они откладывают яйца внутрь живого организма. Но если цербер пламенем может сжечь паразитов, отделавшись воспалением, то большинство других не имеют такой возможности. Поэтому на цербере я никого не почувствовала и сразу не поняла. Идем, это уже серьезно, - и подруга потянула меня на выход.

Смотритель, едва услышал слово “шилки”, спал с лица. Эта гадость распространяется со скоростью лесного пожара, а выводится очень тяжело.

- Как же я не досмотрел? - схватился за голову мужчина.

- Не переживайте, у нас целый корпус целителей, справимся, - успокоила его рыжая.

- Да, но все равно, - смотритель покачал головой. - И как только к нам такая гадость пробралась? Никогда не было, и на тебе...

Ситуация неприятная, не поспоришь, но рыжая сразу приободрилась и собралась. Когда дело касалось учебы и целительства, девушка буквально преображалась. Хмурое лицо становилось просто серьезным и сосредоточенным, а взгляд вдохновленным, что украшало ее лучше всякой косметики. Она уже просчитывала, как будет бороться с паразитами, невиданной напастью. Новые животные всегда проходили карантин, чтобы никто не принес никакую заразу, так что действительно непонятно, каким образом паразиты оказались в зоосаде.

- А на людях шилки живут? - я все еще с опаской смотрела на свой палец.

- Нет, не беспокойся, только на животных и только на магических, - успокоила меня рыжая.

Но в общежитии руки с мылом я вымыла раз пять. На всякий случай.

Одежду свою я целиком сняла и под насмешки соседки, как могла, постирала в тазу. С непривычки у меня получилось плохо, а еще на пальцах от стирки появились мозоли. Зато, надеюсь, ароматное мыло убьет все, что могло там завестись, а заодно отобьет запах псины на вчерашних вещах.

Сушки на этаже для обычных студентов не предусмотрено, пришлось натягивать веревку посреди комнаты и развешивать все на ней. Тут уже вмешалась Элис и, костеря меня, принялась отжимать мой вещи, периодически пытаясь стегануть меня мокрыми тряпками. Дважды у нее получилось, так что я порядком вымокла.

- У нас тут целое озеро из-за тебя, - скривилась рыжая. - Посмотри, сколько натекло.

- Может, высушить? Я неплохо огнем владею...

- Я тебе высушу! - рыкнула Элис. - Потоп ты в общаге уже устраивала, только пожара не хватало!

На этом я легла спать. С одежды все равно капало, недовольная соседка цыкала. Заниматься сил не было, даже Элис посмотрела на учебники, но так ни к чему и не притронулась. День сегодня получился слишком насыщенный и утомительный.

Следующий выдался ничуть не проще и не легче. После пар, на которых я клевала носом, меня ожидали занятия с Саймоном. И настроен страж был совершенно иначе. Его отношение ко мне и к делу вообще как-то изменилось. Он начал с теории, объяснил, что к чему при экранировании силы смерти, как некроманты работают с нежитью, на что следует обращать внимание. Потом показал основные приемы экранирования с самых азов.

- Сложные, от высшей нежити, к которой относится и темная сущность, вы не освоите. На это требуются месяцы, а то и годы. Но даже простое экранирование поможет вам продержаться какое-то время. Главное - не раскрываться эмпатически, держать щиты, не пропускать их эмоции внутрь.

Я не стала говорить, что это и есть самое сложное - не пропускать чужие эмоции, при этом использовать свою волю и мыслеобразы. Но здесь мне Саймон не помощник. Он не был эмпатом или медиумом. Он мог уничтожить или изгнать, но не мог подчинить и использовать. Классический боевик.

Под конец тренировки, во время которой я теперь не просто работала с призраками, но и старалась использовать экранирование, хотелось лечь и умереть. От неумелого расхода магии я почти выкачала свой резерв, вплотную приблизившись к перерасходу, от которого рукой подать до магического истощения. Надо ли говорить, что у меня ни разу не получилось совладать даже с самым слабеньким призраком? Одновременно экранировать и подчинять мне удавалось.

Саймон все время страховал и поддерживал, чем немало меня удивлял. Обычно отстраненный, он проявлял невиданное участие в моих занятиях. Советовал, как лучше использовать магию, куда направить, где закрыть брешь в защите. И не скупился на похвалы, если у меня что-то все-таки удавалось.

- Не могу больше, - я упала на пол, отвернувшись от зависшего в защитной руне призрака.

- Тогда заканчиваем, - некромант щелчком пальцев загнал призрака обратно.

Жаль, что он может так делать только с уже привязанными к вместилищу. Загнать в вместилище кого-то нового и образовать привязку способен только медиум.

- Саймон, ты прав, - я не торопилась вставать с пола, устало наблюдая, как страж гасит свечи и убирает их в ящик. - У меня не получится поддерживать экранирование и загонять сущность одновременно. Для этого я должна быть обученным некромантом или хотя бы темным магом широкого профиля. У меня и резерв большой, и сила темной магии двенадцать, а толку нет.

Без знаний и навыков сила не стоит почти ничего.

- Это первый раз, дальше будет проще. Эмпатические щиты тренируйте постоянно. Вам надо чувствовать чужие эмоции, но не выдавать свои. И еще. Я думаю, есть смысл перенести наши занятия на территорию академии. Там достаточно полигонов для тренировок, чтобы мы никого не потеснили. Зато не придется тратить время на дорогу туда-обратно и можно больше тренироваться.

Еще больше тренировок…

- Я переговорю с руководством академии, - решил Саймон, уверившись в правильности своей идеи.

Переодевалась я с трудом, пальцы не слушались и дрожали, мелкие пуговички на платье стали настоящим испытанием, которое я героически преодолела. Саймон терпеливо ждал меня в зале, подхватил из моих ослабевших рук сумку с вещами и повел на выход.

В экипаже всю дорогу до академии я проспала, а когда проснулась, Саймон уже взял мою сумку и открыл дверь.

- Совсем плохо? Дойдете до общежития или позовем вашу подругу? - просто не узнаю стража.

- Дойду, - решила я. Встрече с Саймоном Элис вряд ли обрадуется.

- Давайте я провожу, - внезапно вызвался некромант и уверенно вошел в проходную.

Там значка тайной стражи хватило для открытия барьера.

- Три года здесь не был, - признался Саймон, оглядывая все вокруг. - Правда, ничего не изменилось. А что за оживление в районе зоосада?

Под куполом горел яркий свет, вокруг сновали люди.

- Мы вчера у животных паразитов нашли, вот, наверное, сегодня с ними борются.

- Понятно, - протянул страж. - Ваша подруга... она сильно переживала?

И что-то подсказывает мне, что ради встречи с Элис кое-кто в академию и заглянул.

- Нет, после известия о паразитах она успокоилась. Элис умеет сосредотачиваться на работе. Уверена, она сейчас вовсю принимает участие в очищении зоосада.

Молодой человек кивнул. И пусть открыто эмоции он не высказывал, но мне же надо тренировать эмпатию - чужое разочарование я уловила.

В комнате, и правда, никого не было. Только вещи досыхали на веревке.

- Хорошо отдохнуть, - пожелал на прощание Саймон. - Я пока поговорю с руководством академии о наших тренировках.

Подозреваю, что занятия переносятся на местные полигоны не только и не сколько из-за моего удобства.

Я улыбнулась, глядя вслед некроманту. Посмотрим, что у него получится с рыжей колючкой.

31. Стена

Элис вернулась поздно вечером, буквально минут за пятнадцать до полуночи - начала комендантского часа в академии. Где бы студенты ни шлялись, ни подрабатывали, ни развлекались, с полуночи и до пяти утра проходная не пропустит ни одну живую душу. И мертвую, наверное, тоже. За надежностью охранной системы следили поколения магов, и каждый год студенты устраивали соревнование, сможет ли кто-то взломать систему и пройти после полуночи. На эти игры руководство академии закрывало глаза, решив, что отказываться от такой практики неразумно, а еще нерационально. Соревнование было официальным, за право участия необходимо было заплатить взнос - пять марок. Небольшая плата, однако, когда одних первогодок, считающих себя самыми умными и великими магами, набирают несколько сотен, из которых добрая половина желает попытать счастье, то сумма набирается приличная. А академия обещает ее удвоить в случае удачи взломщика.

Надо ли говорить, что никто и никогда в соревновании не побеждал. Как именно устроен барьер и почему он безошибочно распознает студентов, а остальные могут зайти только с помощью дежурного мага (и то до полуночи, после полуночи над вратами никто не властен), информации не сохранилось. Но даже сам королевский дворец не мог похвастаться такой защитой.

- Привет! - я устало улыбнулась, глядя на такую же уставшую Элис. - Успешно?

- Вроде как, - соседка рухнула на кровать. - Только никто так и не понял, как опасные паразиты попали в зоосад.

- Но будут разбираться? - я как раз читала паразитологию. Какой же неприятный предмет - жуть!

- Еще как! Тайная стража обещала содействие!

Я поверх книги взглянула на соседку. Кажется, краснота у нее распространялась с корней волос на лицо, щедро заливая щеки.

- Ты встретила Саймона? - осторожно поинтересовалась я.

- Встретила, - рыжая засопела. - Он вместе с ректором пришел в зоосад и долго по нему ходил. Уж не знаю, что хотел там найти, но наш ректор потом полчаса восхищался неравнодушием своего бывшего ученика. Говорит, Саймон всегда был способный юноша, пусть и нелюдимый. Но темные маги редко отличаются душевностью.

- Так и сказал? - удивилась я. Что за стереотипные представления о темных магах? Мои бабушка и дедушка были очень душевные люди. Во всяком случае дома.

- Да. А Саймон со мной поздоровался и предупредил, что с завтрашнего дня он занимается с тобой на четвертом полигоне факультета темной магии. И я могу прийти, если хочу. Там защитный периметр специальный установлен и руны такие, чтобы ученики наверняка и при всем старании не причинили друг другу вреда.

И, вроде как, Элис это все между делом рассказала, для общей информации. Но меня так просто не проведешь.

- Ты придешь? - учебник я отложила, как исключительно неинтересное чтиво. В жизни вокруг меня творились вещи куда более захватывающие.

- Вот еще, а то он себе напридумывает непонятно что, - фыркнула рыжая. - Мне с ним целоваться не понравилось, пусть сначала на своих умертвиях потренируется.

- А я? - главное, больше возмущение в голосе, но не переигрывать. - Ты же хотела мне помогать? Или ты из тех, которые до первой неудачи? - поддела соседку.

- Ты же сказала, он тебе экранирование покажет, - Элис не то чтобы не хотелось идти, но повод должен быть веским, как минимум - в ее глазах.

- Он показал. Только я с экранированием ни с одним призраком не справилась. Даже с самым слабым. У меня или экранировать, или призраков подчинять получается. Одновременно и то, и другое совсем не идет.

Подруга поджала губы и отвернулась. Подумала. Тяжело вздохнула.

- Ладно, подстрахую тебя первое время.

- Спасибо! Ты настоящий друг! - похлопала я в ладоши.

Судя по взгляду Элис, это был немного перебор.

На следующий день после занятий и обеда я тащилась на полигон. Занятия на свежем воздухе - это, конечно, хорошо и для здоровья, наверняка, полезно. Вот только противный мелкий дождик, умудрившийся накапать приличные озера луж, не располагал к тренировкам под открытым небом. Элис как в окно посмотрела, так сразу сказала, что сегодня она, пожалуй, на хирургию сходит. Готова вечером в теплой и уютной комнате снять с меня все побочные эффекты магии. Так что я шла одна под зонтом, старательно обходя лужи.

Некроманты, обитавшие в этой части академии, подозрительно косились на мое сиреневое пальто, выбивающееся из местной гаммы цветов от темно-серого до черного.И еще зонтик с подсолнухами смущал местных обитателей, которые обходились вовсе без зонтов или плащей. На каждом полигоне шли занятия, везде народ гонял нежить... или нежить гоняла их - кому как повезло. Преподаватели взирали на происходящее с невозмутимым видом, стоя на отдалении и не вмешиваясь. Время от времени товарищи по несчастью и полигону за руки и за ноги вытаскивали очередного бедолагу. Целители из наших, только человеческих, тут же бежали на помощь.

- Если он не выживет, я заберу его почку на опыты, - услышала я от ближайшей группы, оказывающей первую помощь.

- Да его только этот месяц уже четвертый раз прикладывает, - не согласился другой. - Скорее на деревьях почки распустятся, чем у этого отвалятся. А еще ты его так усердно исцеляешь.

- Не делите почки неубитого некроманта, - заметил третий. - Они на вид хилые, магия смерти так влияет, наверное. А на деле крепкие ребята. Так что шли бы вы за почками к стихийникам, они сегодня с элементалями должны сражаться, а тут ловить нечего.

Вот же! Неудивительно, что некроманты такие угрюмые и молчаливые, жизнь у них явно не сахар.

Рыжий некромант ждал меня на четвертом полигоне. Погода и моросящий дождь его совсем не смущали, он их, кажется, просто не замечал.

Свечи по контуру защитной руны горели ровным белым светом. Некоторые из них иногда шипели, будто возмущаясь, в каких условиях им приходится работать, но, подпитываемые силой создателя, и не думали гаснуть.

- Добрый день, - страж выразительно посмотрел на наручные часы.

Да, я чуть опоздала, на каких-то пятнадцать минут, подумаешь. Вот точно он совсем не знает девушек.

- Добрый, - я нехотя сложила зонт, поставив его под небольшой навес возле выделенной нам площадки.

Пальто тоже легло на лавку под навесом, а я в тренировочном костюме подошла к рунам, отдавая себя на растерзание дождю и очередным призракам.

Прозрачная пирамида легла в центр защиты, периметр вокруг площадки вспыхнул. Занятие началось.

Через час я стояла мокрая насквозь. Какое там подчинять призрака или держать экранирование? Мне столько раз хотелось на все плюнуть, и только конечная цель держала меня под дождем, заставляя проглатывать очередную неудачу и пытаться снова.

- Саймон, это невозможно! - сдалась я. - Я не могу заниматься в таких условиях!

- А в каких условиях вы собираетесь подчинять темную сущность? - подняв рыжую бровь, поинтересовался страж. - Или ждете, что там будет комфорт и все удобства? Ничего не будет отвлекать, а темная сущность добровольно залезет во вместилище?

Сегодня он тоже страховал и подсказывал. Но это совсем не помогало. Мне ничего не поможет. Я не знаю, как буду стоять напротив призванного, просто не представляю. Без экранирования силы смерти еще неизвестно, кто кого подчинит. А с экранированием я и со слабыми призраками не справляюсь. Замкнутый круг.

- В вас слишком много посторонних мыслей, сомнений, - Саймон загнал очередное размытое пятно во вместилище. - Вы отвлекаетесь на все, теряете концентрацию. И это я еще не способен оценить ваши эмпатические щиты.

- Зато я способен, - я вздрогнула и обернулась на знакомый голос: завкафедрой, стоящий и наблюдающий за нами из-под навеса. Интересно, как давно он там?

Местор Альдер вышел из своего укрытия и подошел ко мне через заградительный барьер. Окинул взглядом с ног до головы так, что я поежилась и отвернулась. Представляю, как сейчас выгляжу, промокшая и замерзшая: волосы висят сосульками, нос красный и шмыгает как-то сам собой, без моего участия.

- И все-таки мне бы не хотелось, чтобы моя студентка занималась в таких условиях, а потом слегла с простудой, - обратился преподаватель к стражу. - Она не подготовленный боевик, чтобы бегать на полигоне в любую погоду. На будущее, прошу в дождь заниматься в крытых ангарах.

У нас и такие есть? Судя по тому, что Саймон кивнул, соглашаясь, были. Я стиснула зубы: уже больше часа под дождем торчу по его милости, а могла бы хотя бы не мокнуть ко всему прочему!

- Леди, а теперь давайте обсудим ваши эмпатические щиты, - местор подошел неприлично близко, так, что я невольно сделала шаг назад. - Не надо бояться и стесняться, я сейчас покажу вам, как должно быть, чтобы вы почувствовали.

Я сглотнула, оказавшись вплотную к местору Альдеру. Не то чтобы я боялась или стеснялась, но стало как-то неловко вот так, на глазах у всех, почти обниматься с преподавателем. И пусть его руки без намека на что-либо лежали у меня на плечах скорее для того, чтобы я не дернулась, картина получалась какая-то неоднозначная.

А почти приказ полностью открыть эмпатические щиты заставил запаниковать. Нет, местор! Я думаю о чем-то не о том, чтобы сейчас раскрываться перед вами! И, слава ушедшим, Саймон не эмпат, хотя, наверняка, все видит.

Но вслух, конечно, такое не скажешь. Поэтому, постаравшись взять себя в руки, я на выдохе сбросила щиты, почувствовав себя голой перед двумя мужчинами. Или хотя бы перед одним. Второму, в любом случае, было все равно.

- Не бойтесь.

Теплые пальцы надавили на позвонки у основания шеи и, немного помассировав, заставили распрямить спину. Легкий импульс силы целителя пробежался вниз, снимая напряжение и усталость. Я даже выдохнула, почувствовав облегчение. Простоять на одном месте практически без движения целый час не так уж и легко.

За всеми этими ощущениями я сначала и не заметила, что нас окружает эмпатический щит, нас двоих. Один. Это было настолько невероятно, что я сначала и не поняла, не осознала произошедшее. К тому же, эмпатию не увидеть ни обычным, ни магическим зрением. Только почувствовать.

Хотелось спросить: как? Как растянуть эмпатическую защиту на площадь, прикрыв постороннего? Разве это возможно? Но глупые вопросы я решила оставить на потом, то, что это возможно, более чем возможно, я понимала сейчас и сама. А пока стоило лучше изучить новую защиту.

Щит, который ставила я, был похож на монолитную каменную стену, через которую не проходил ни ветер, ни дождь, ни снег, ни звуки. Зато я чувствовала себя в безопасности.

Стена местора была похожа на… плющ. Живой, дышащий, но надежно защищающий хозяина в тени своих широких резных листьев. Он, как и все творения природы, не выделялся нелепым сооружением грубых человеческих рук, он сливался с обстановкой, был частью окружающего пространства. Незаметный, легкий, принимающий любую форму. Стена не перестроится вмиг, а плющ легко раскидывал свои ветки, куда угодно. Гибкие побеги лозы, принимающие ту форму, которая нужна создателю.

Это было что-то невероятное! Будто стоишь в увитой зеленью беседке на берегу моря, тебя не видно, но ты слышишь все звуки: шум прибоя, крики чаек; чувствуешь ветер, играющий в зелени листьев. Невероятно!

И когда все закончилось и щит пропал, я почувствовала ужасное разочарование. Это как раннее пробуждение, выдергивающее тебя из интересного сна, который хотелось досмотреть.

Зато местор стоял довольный и улыбался.

- Ну что, вы почувствовали разницу? - преподаватель отпустил меня и сам отступил на пару шагов. И от этого внезапно стало еще грустнее.

- Да, почувствовала… Но, местор, разве такой щит способен защитить? - плющ красив, но ненадежен.

- Элиза, вы неправильно понимаете эмпатию, и неправильно ее используете. Наверное, и как медиум вы действуете не так, но здесь мне сложнее судить. Возьмем, к примеру, магию.

Преподаватель потянул на себя нити дождя, собирая шарик из воды. Серебристый снаряд немного вращался на его ладони, а потом завкафедрой, как снежком, запустил им в Саймона.

Некромант легко отбил шар, рассыпавшийся тысячами брызг, но рыжие брови недовольно собрались у переносицы.

- Если я кину в вашего временного наставника или партнера камень, он так же легко его отобьет, если что посильнее - закроется щитом. Для этого и нужен щит. Магические или физические атаки материальны, их надо отражать. Даже если вы бьете ветром - это направленный поток. А эмпатия? Чем она отличается от магии?

- Это восприятие, умение ощущать эмоции и чувства других. Улавливать мыслеобразы, - неуверенно ответила я. Сейчас я почему-то ни в чем не была уверена, даже в том, что, казалось, хорошо знала. Потому что именно казалось.

- Именно, леди, это восприятие. Там нет и не может быть физических атак. Эмпатический щит не должен защищать вас от удара. Это как навес, - преподаватель кивнул в сторону, где стояло небольшое укрытие и лежали мои пальто и зонтик, которых так не хватало. - Он защищает от дождя или от непогоды. Но он не должен быть нерушимой стеной, иначе вы ничего не увидите и не почувствуете. Не создавайте сплошную защиту, выберите то, что вам ближе, то, что позволит чувствовать и слышать, воспринимать. Подумайте, что бы это могло быть?

Я задумалась, что же я могла бы создать вместо стены. Плющ хорош, но с растениями я никогда не дружила. Тогда что? Из какого материала можно создать преграду, способную укрыть и защитить?

В голове сразу возникла плетение. Тонкое кружево, которое не давалось мне в пансионе на занятиях рукоделием: никогда у меня не было умелых рук, способных сотворить нечто воздушное, невесомое, но прекрасное и прочное. До чего страшно дотронуться, чтобы ненароком не испортить, не помять, а только хочется смотреть, затаив дыхание. Так, может, я смогу хотя бы мысленно создать подобное чудо?

И надо мной, как зонт, начали раскрываться нити, переплетаясь между собой. Я по памяти воссоздавала узоры, виденные в книгах и каталогах. Они получались тяжеловаты, местами кривоваты: без практики сложно уследить, чтобы везде все шло ровно и одинаково. Но все-таки это было то самое кружево из нитей, достаточно плотное, чтобы спрятать меня, но достаточно тонкое, чтобы не закрыть мне обзор. А еще я добавила элементы экранирования, заигравшие в плетении, словно блестящие бусины и жемчужины, чтобы не поддерживать его все время, а сделать частью щита.

- Неплохо, - одобрил местор Альдер. - Есть над чем поработать, но для первого раза вполне.

Я кивнула Саймону, показывая, что готова. Некромант, подумав, взял не самую маленькую и простую пирамидку. Легкий жест - и призрак взвился над своим вместилищем.

На секунду мне стало страшно: а выдержит ли моя такая ненадежная с виду защита? Но, вспомнив слова стража о своих постоянных сомнениях и метаниях, я отбросила все лишнее в сторону. В конце концов, сейчас это мне ничем не грозит. Пять минут позора разве что, да только мне и к этому не привыкать.

Зато я впервые понимала, что мне не нужно прикладывать усилия для эмпатического воздействия. Моя воля легко прошла сквозь щит даже без серьезных усилий, и у призрака просто не осталось шансов. Он, конечно, сопротивлялся с минуту, но потом подчинился. Я не пыталась давить, бить эмпатией наотмашь, как делала раньше, пробивая свою же стену, делая в ней бреши. Наоборот, легко, как воздух или вода проходят в щель, так и эмпатия проникает в существо, опутывая и сковывая его теми же нитями, из которых я только что строила свой щит. Нет, не щит - шатер. Плетеный шатер.

И когда призрак оказался в пирамиде, а я не почувствовала привычного уже, обжигающего изнутри холода, это было сродни чуду. Чуду, в которое и поверить-то страшно!

Я посмотрела на Саймона, и страж кивнул, похоже, сам удивленный, как мне это, наконец, удалось. А потом посмотрела на местора, и он так легко улыбался, глядя на мою маленькую, но такую важную победу, что захотелось броситься к нему на шею, повиснуть и сказать, что я смогла! Смогла!

Я даже дернулась, но быстро взяла себя в руки, не хватало еще попасть в дурацкую ситуацию.

Что бы там ни было, но между нами стояли возраст, положение, где он преподаватель, а я студентка, и мой шантаж, через который трудно переступить и который трудно забыть.

- Спасибо, - я улыбнулась в ответ на его улыбку. И это, наверное, максимум, что я могла себе позволить.

- Пожалуйста. Продолжайте тренироваться, уверен, у вас все получится, - местор согнал рукой набежавшие на его куртку крупные капли, тряхнул головой, почти такой же мокрой, как и у нас с Саймоном, и, засунув руки в карманы, пошел на выход с полигонов.

Настроение с его уходом как-то подпортилось. Но местор Альдер прав, я должна тренироваться. К тому же Саймон уже доставал новую пирамиду.

В комнату я вернулась, когда уже давно стемнело, мокрая, замерзшая, уставшая, но довольная. Не скажу, что все призраки дались мне с первой попытки, или что защита моя ни разу не подводила, но у меня все равно получилось. И это был огромный прогресс.

А еще соседка встретила меня с кружкой горячего чая, которую я обхватила, согревая озябшие пальцы, и простенькими булочками с изюмом на тарелке из столовой. Потрясающе вкусными, с учетом пропущенного ужина и многочасовых тренировок!

- Ну как все прошло? - спросила рыжая, когда я немного согрелась и все съела, подобрав даже крошки с тарелки.

- Хорошо! Представляешь, местор Альдер пришел на тренировку и помог мне с эмпатическими щитами! - с восторгом поделилась я.

- И совсем не удивительно, - пожала плечами соседка. - Не мог же он не заглянуть к любимой студентке.

- Какое там... любимой, - отмахнулась я и чуть не добавила: “Если бы”. - От меня одни проблемы.

- Так самые проблемные, говорят, самые любимые, - заметила Элис.

- Ты лучше сама к нам завтра на тренировку загляни, - перевела тему я. - С булочками и чаем. А то я думала, не доживу до того момента, когда Саймон сжалится надо мной и отпустит.

- Я подумаю, - на тему Саймона рыжая не хотела говорить.

- Подумай, там навес, если что, имеется, не промокнешь. И меня, может, пораньше отпустят, - не зря же мне казалось, что Саймон то и дело всматривался в идущие по полигону фигуры в надежде увидеть одну наглую девчонку.

- Я же сказала, что подумаю, - рыкнула подруга. - Не дави на меня. А то точно не приду, и не будет никакого чая с булочками!

- Все-все, молчу!

Я подхватила полотенце и другие банные принадлежности и отправилась в душ. Стоя под теплыми струями и смывая с себя не столько грязь, сколько холод, я мысленно прокручивала перед собой сегодняшний день и размышляла. Понимала, что глупо мечтать о преподавателе, к тому же о завкафдрой, да еще в моей ситуации, но и выкинуть его из головы не получалось. Ведь он действительно замечательный, после всего, что я успела натворить, он вполне мог мне не помогать и игнорировать, а все равно не проходит мимо и проявляет участие. Вот как от него переведешься?

Но если передача гримуара не оставит во мне магии жизни, то и выбора у меня не будет. Я выключила воду и вытерлась полотенцем, темно-серым и пушистым, тоже подаренным местором. Ладно, гримуар сначала надо найти и добыть, а потом еще передать. А дальше посмотрим.

32. Склеп

Тренировки длились уже неделю, и пожалуй, в распоряжении тайной стражи не осталось ни одного призрака, с которым бы я не поработала. Темных сущностей в обычных вместилищах не держали, а, поймав, сразу пускали в дело.

Как объяснил Саймон, даже самое сильное вместилище не удержит долго темную сущность, их сразу надо перевоплощать в артефакт. После этого я серьезно заинтересовалась пирамидами из полудрагоценных камней и их обитателями. Символы на гранях у них были разные, многие повторялись, конечно, всего я насчитала где-то две дюжины вариаций. И только один символ на дне пирамиды был один и тот же: возвращение.

Призраки привязаны к своим вместилищам. Некоторые способны разорвать нить-поводок, но по приказу мага даже улетевший призрак вернется в пирамиду, невзирая на расстояние и время, проведенное на свободе.

Собственно, все символы - это команды. Призраки не обладают разумом и понимают лишь четкие и простые приказы, заложенные в них через грань пирамиды. Именно поэтому взаимодействовать с призраками мог любой обученный маг, а не только медиум. В рамках команд, конечно. Медиум же ограничен только своими способностями и навыками.

Были призраки-шпионы, следившие за людьми. Для большинства не-магов призраки невидимы, мало кто из них способен обрести материальность.

Другие помогали в поиске. Призрак всегда готов войти в огонь и в воду, поэтому они лучше других могут проверить, есть ли еще живые в горящем здании. Обследовать затонувший корабль. Отыскать тех, кого погребла лавина или горный обвал. И просто найти человека в большом городе, без устали прочесывая дом за домом, сантиметр за сантиметром.

Темные сущности же становились основой сильнейший артефактов любого назначения. Как я поняла, на моего призванного у стражи имеется конкретный план. Большего из Саймона я не вытащила, да оно и не нужно. Правильно сказала Элис: меньше знаешь - целее будешь.

Сама рыжая все-таки снизошла до наших тренировок. Приходила она традиционно ко мне с чаем и перекусом, Саймона старательно игнорировала. Страж же ощутимо терялся в ее присутствии, было заметно, что он хотел заговорить, но не решался. Видеть таким потерянным и смущенным вечно невозмутимого и непробиваемого некроманта было странно. Помощь ему пришла, откуда не ждали.

Местор Альдер, тоже пару раз заглянувший на полигон, оценил ситуацию и подрядил Элис в помощь стражу, расследующему историю с попаданием опасных паразитов в зоосад. Вряд ли некромант, сам недавно закончивший академию, нуждался в провожатых и помощниках, но возражать разумеется не стал. Да и знания Элис в области зооцелительства лишними не станут, шилки - не блохи или глисты, а весьма специфические, редкие и опасные гады, которые не заводятся просто так на ровном месте от немытых рук или вездесущих грызунов-переносчиков. И это дело требовалось закрыть во избежание повторения.

Осмотр животных и поиск шилок занял у целительского факультета несколько дней, и на их уничтожение академии пришлось изрядно потратиться - препараты дорогие, а зараженных животных, в итоге, нашлось несколько десятков. Ректорат подсчитывал ущерб и мечтал найти виноватых для предъявления претензий. Поэтому после обеда я шла заниматься, стараясь если не нагнать программу - об этом и речи не шло - так хотя бы не упустить еще сильнее. А Саймон с Элис исследовали зоосад. Не могу сказать, что их это существенно сблизило, но худо-бедно общаться они начали. Ближе к вечеру оба рыжих приходили на полигон, где мы с Саймоном продолжали тренироваться, а Элис сидела в качестве моральной поддержки, пусть и почти не следила за нами, а утыкалась в учебники, зубря очередную домашку. Зато пирожки с чаем теперь брались в столовой не только для меня, но и для стража, который, по-видимому, поступил к нам на довольствие.

В один день прямо на занятие пришли дежурные по академии с запиской для преподавателя. Местор Довен, учивший нас кормлению, прочел, нахмурился и отыскал меня взглядом. Я сразу напряглась.

- Элиза Риар, вы свободны на сегодня, задание вам передадут. Собраться просят как можно быстрее.

Уже догадываясь, в чем дело, я покидала тетради и грифели в сумку, улыбнулась, заметив встревоженное лицо подруги, и вышла из аудитории. Пусть я и не собиралась никому показывать, насколько мне страшно, но пульс гулко отстукивал в ушах, и от волнения слегка мутило.

Саймон ждал возле учебного корпуса.

- Добрый день, Элиза, - с недавних пор страж начал обращаться ко мне по имени. - Мы нашли гримуар, темная сущность возле него. Оставляйте вещи, переодевайтесь в костюм для тренировок и выезжаем.

Сам страж стоял в какой-то необычной форме. Куртка с нашитым оскалом арнаудского волкодава исчезла. Вместо нее был надет длинный плащ с капюшоном, который рыжий накинул на голову - на улице опять моросило.

Я влетела в комнату общежития, зашвырнула на кровать сумку, кое-как влезла в брюки, зашнуровала высокие ботинки, свободная кофта не сковывала движений, но грела плохо, поэтому, поколебавшись, я захватила сиреневое пальто. Оно странно смотрелось с темными брюками и грубыми ботинками, но ничего другого у меня не имелось. Шарф заматывала уже на бегу.

- Я готова, - объявила Саймону. Он тоже оценил мое пальто и сдержанно улыбнулся.

Вообще, страж сам нервничал. Постоянно хмурился и не знал, куда деть руки.

- Саймон, можете рассказать, куда мы едем и что нас ждет? - не выдержала я. Нервы и без того на пределе, и нервозность стража только добавляла паники.

- В склеп, - помедлив, ответил некромант. - Гримуар и темная сущность заперты в склепе на старом кладбище.

Я с трудом сглотнула вязкую слюну, глубоко вдохнула и медленно выдохнула.

- Элиза, это нормально и логично, - попробовал успокоить меня Саймон. - В склепах всегда хоронят магов, а из магов частенько что-нибудь перерождается. Не сразу, но через сто-двести лет высвободившаяся после смерти сила трансформируется во что-то. Не знаю, проходили ли вы общем курсе закон сохранения магии и энергии.

- Наверняка, проходили, - вздохнула я.

В последнее время я остро чувствовала все пробелы в образовании. И мешали они не только в учебе, на лекциях и при подготовке домашних заданий. В моей жизни все чаще и чаще требовались те знания, которые у меня должны быть, но, к сожалению, отсутствовали.

- Если коротко, - решил улучшить мою подготовку страж. - Главное то, что у склепов всегда стоит мощная защита, особенно, если это фамильный склеп магов. При этом там плотное и заряженное магическое поле, которое усиливает самые разные ритуалы, в первую очередь, темные, конечно. Но даже стихийник или целитель будет там сильнее, за счет быстрой восполняемости резерва. Так что многие склепы используются не по прямому назначению. Абсолютно официально, хотя всякое случается, особенно, если склеп бесхозный. Но и сами хозяева часто не прочь заработать на своих предках, чтобы те не лежали без дела и не пылились, - ох уж этот некромантский юмор.

- И мой гримуар там? Но ведь я никому его не передавала…

Может, он мне и не принадлежит уже, а может, никогда не принадлежал…

- Да, чисто теоретически возможно переподчинить гримуар. Такое случается, когда все наследники крови мертвы. Или маг готов рискнуть, чтобы получить книгу себе. Тогда гримуар принудительно активируется, происходит выброс силы. Если темный маг достаточно сильный и опытный, он сможет выдержать удар, если нет, то случается всякое. В нашем случае активировалось последнее использованное заклинание. А один раз призванная сущность легко проходит в наш мир снова.

- А что случилось с тем магом? Ему не повезло? - хотелось верить, что если в склепе остался один лишний труп, стражи потрудятся его убрать.

- Ну как сказать, - Саймон задумался, прикидывая степень везения смельчака. - Я думаю, ему несказанно повезло. Он остался жив и цел, почти невредим, выбрался из склепа своей славной, но давно умершей родни, и запер в нем темную сущность. Ушедшие ему руку пожали, не иначе.

- А он был потомственным магом? Как вы его нашли? Что с ним теперь будет? - засыпала я вопросами стража. Лучше думать о чужой судьбе и чужом будущем, чем о своем почти настоящем.

- Тайная стража добралась до документов Миасского банка и проследила путь вашего гримуара из ячейки. Нашли, в чьи руки он попал, а дальше уже дело техники. Да он и сам быстро признался, если смотреть с правовой точки зрения, то он и не особо нарушил закон. Во всяком случае, гримуар купил вполне законно.

- А то, что маг пытался приручить гримуар и вызвал темную сущность? - не зря же мои родители так усердно скрывали данный факт относительно меня.

- Здесь, конечно, все сложнее. Но он клянется и божится, что не понял произошедшего, просто перепугался сильно и убежал, во избежание запечатав склеп. Но с этим уже будут разбираться наши штатные эмпаты: врет или нет.

- Ладно уж вам, может, он и правда не понял, что произошло, - волей-неволей я начала сочувствовать собрату по вызову темной сущности. - Ничего такого он не сделал, а темную сущность мы сейчас поймаем, да?

Некромант молчал, и его молчание было настолько говорящим и пугающим...

- Саймон, вы же говорили, что проблем не возникнет? И в самом крайнем случае сущность можно уничтожить или изгнать, но это в самом крайнем, - надавила на последнее я. Плевать на все, мне нужен этот призванный, чтобы спасти родителей.

- Понимаете, - страж покачал головой, будто сам не до конца верил в то, что хотел сказать. - Темная сущность находилась более десятилетия в склепе. В склепе магов.

Я поняла не сразу, а когда поняла…

- Он стал сильнее? - меня передернуло, как от озноба. - Насколько?

- Мы не знаем, Элиза, склеп пока не вскрывали. Но темная сущность внутри. И да, она стала сильнее.

На этом мы приехали к кладбищу. Старому, закрытому для новых захоронений. Саймон вышел из экипажа первый и подал мне руку, в которую я вцепилась мертвой хваткой и не думала отпускать. Саймон не стал вырываться, так мы и шли за руку через все кладбище мимо погостов, покосившихся оградок к старому, очень старому круглому склепу, возле которого собралось еще два десятка темных магов.

На земле уже начертили множество рун и схем, расставили свечи. Люди обсуждали ситуацию и по напряженным позам и голосам я поняла: дело плохо.

Капитан Лесс был среди присутствующих.

- Добрый день, леди

Капитан и еще несколько стражей были одеты в обычную форму. Большинство стояло в таких же плащах, как и у Саймона. Некроманты.

- Здравствуйте, - я рассматривала склеп, и чем дольше смотрела, тем сильнее он мне не нравился. Прямо мороз по коже шел.

Темный камень, густо поросший мхом, местами осыпался, и красивый барельеф было не разобрать. Несколько засохших деревьев, тщетно пытавшихся укорениться и выжить на его стенах, но высокая концентрация силы смерти не оставляет шанса ничему живому. А концентрация была такая, что я чувствовала ее даже здесь, шагов за двадцать.

- Леди, я помню названные условия, - капитан стражи пошевелил челюстью, подбирая слова. - Но думаю, часть, касаемую темной сущности, вы выполнить не сможете.

- Почему? - нет, я, разумеется, догадывалась, да что там - нутром чувствовала исходящую опасность, но вопрос вырвался сам собой.

- Наши медиумы и некроманты оценили шансы подчинения чуть выше, чем в ноль. Рисковать входить в контакт не стоит.

- А родители?

- Ваши родители останутся живы, - уклончиво ответил капитан. - Темная сущность такой силы очень нужна короне, они задумали новую систему защиты и охраны дворца и лично членов королевской семьи. Гримуар послужит этим же целям. Без сущности ждать мягкого приговора не стоит, но и о казни речи не пойдет.

- Если им купируют дар или отправят на каменоломни - разве это лучше? - я была на грани. Единственный шанс получить прощение для родителей ускользал из моих рук, как вода сквозь пальцы.

- Вы останетесь живы, здоровы и без помутневшего рассудка, к тому же я не готов рисковать своими людьми, - отрезал капитан стражи. Еще бы, не о его родителях речь идет!

- Вы не понимаете! - я вцепилась в руку стражу. - Это я его вызвала, я все это начала и если не смогу исправить…

- Леди, послушайте, мы не ожидали, что темная сущность выйдет настолько сильной, - капитан накрыл мою руку своей, не вырывая, а пытаясь поддержать и успокоить. - Наоборот, за годы без подпитки она должна была поослабнуть и по силе сравняться с высокоуровневым призраком. Кто же знал, что оно вон как выйдет, - Лесс кивнул на склеп, который в магическом зрении буквально светился.

- Я попробую. Будь, что будет, но я должна рискнуть! - я прямо посмотрела мужчине в глаза. - Если не попытаюсь, то потом всю жизнь буду вспоминать и думать, что смогла бы, но не сделала.

- Вы не сможете, леди. Даже опытные медиумы не смогли бы, а вы и подавно, - спокойно и мягко, как маленькой, ответил мне страж. Он тепло улыбнулся и, готова поспорить, использовал на мне что-то, подчиняющее разум и волю. Сознание поплыло, и я уже готова была согласиться и отступить.

Но в склепе что-то изменилось, пришло в движение. Стражи, стоящие неподвижно возле склепа, вскинулись, приняв боевые стойки. Их плащи упали на землю, а под ними обнаружились совсем другие костюмы. Серые, с кучей нашивок, рубахи без рукавов и такие же серые брюки. Ничего металлического: никаких блях, ремней, пряжек, пуговиц. У многих на запястьях поблескивали браслеты из камней на обычных нитках, у кого-то по руке вились явно непростые татуировки.

Некроманты были готовы к бою и то, что сидело внутри склепа, кажется, тоже.

- Вы не можете мне запретить! - я вернула себе волю, но не спокойствие. - Я имею право попробовать, слышите?

Я почти кричала, но никто из некромантов не обернулся, все неотрывно следили за склепом. Им не до капризов одной глупой девчонки.

- И что, спуститесь туда в полном одиночестве? - капитан утратил все свое благодушие. Передо мной стоял жесткий и расчетливый человек, который должен решать поставленные задачи с наименьшими потерями.

И решение по текущей задаче он принял четкое. Рисковать страж не станет.

- Спущусь, - я тоже приняла решение. Пусть и далось оно нелегко.

Просто я чувствовала нечто близкое и родное, сидевшее внутри за толщей камня, земли и защитной магии. Между нами будто натянулась нить. Гримуар. Он столько лет ждал свою хозяйку, последнего темного мага рода. Не дался в чужие руки, не согласился служить другому, пока жива та, что возьмет его по праву рождения. Когда-то он помог мне вызвать темную сущность, возможно, теперь он поможет ее укротить и подчинить. Ведь для чего еще создан гримуар, как не для служения достойному. Главное, чтобы я оказалась достойна, но тринадцать лет назад он помог не официальной хозяйке, а ее внучке. Значит, принял и понял.

- Я пойду туда, - твердо повторила я стражу. - И только попробуйте меня остановить.

Будто в ответ на мои слова из склепа пошла новая волна магии. Нет, не магии. Силы смерти. Несколько магов активировали щиты, свечи затрепетали. Мох на темных стенах желтел и целыми пластами отваливался от камня, обнажая новые части узора.

На камнях был изображен дракон. Я не сразу поняла, поскольку видела только кусок изображения. Но сейчас четко угадывалось, что неизвестный скульптор вырезал из камня дракона, свернувшегося в клубок и охраняющего покой мертвых. Голова с гребнями лежала справа от двери, приоткрытый глаз наблюдал за собравшимися, а хвост замер слева. Уверена, если подойти поближе, то можно разглядеть каждую чешуйку на массивном теле. Видно, кто-то очень любил своих родственников, раз не поскупился на такую работу.

И я не хочу думать, как украсить наш семейный склеп и куда поставить новые урны с прахом.

- Девушка может попробовать, кажется, темная сущность реагирует на ее эмоции. Если так, то у нее есть все шансы вступить в контакт, - заметил один из некромантов.

- Вступить-то она вступит, а сможет ли потом из этого контакта выйти, - недовольно проговорил капитан.

- Я подстрахую, - вызвался Саймон.

Теперь уже обернулись многие.

- Твой труп тащить будет тяжелее, - с усмешкой заявил один из стражей.

- Зато я смогу вытащить леди Риар, если не получится.

- А ты думаешь, может получиться? - капитан серьезно взглянул на подчиненного.

- У меня спасти Элизу? Вполне, - Саймон был честен в своем неверии в мои силы. Но хотя бы готов дать шанс.

- Хорошо, - взвесив все “за” и “против”, решил капитан. - У вас пять минут. Дальше мы начинаем обряд изгнания. Если зацепит - извиняйте.

Рыжий некромант кивнул, принимая условия, взял меня за руку и повел ко входу. Все время казалось, что каменный дракон наблюдает за нами, решившими посягнуть на его владения и потревожившими вековой сон.

Я сжала руку Саймона, благодаря, и сразу отпустила. Уверена, некроманту будет неудобно держать меня за ручку и отбиваться, если придется. А что-то подсказывало: придется.

33. Темная сущность

- Саймон, вы ведь знаете, что делаете? - мы стояли перед дверью, которую страж расчищал от чудом уцелевшего мха и просто налипшей земли и грязи. Входом в склеп не пользовались очень давно. - Если с вами что-то случится, Элис мне этого не простит.

- Элис скорее не простит меня, если что-то случится с вами, - отозвался некромант и провел пальцами, нащупывая магические нити замка. - Я когда узнал, где именно нашли гримуар, сразу понял, что склеп вскроют без вас и просто уничтожат темную сущность. Поэтому и привез вас быстрее, сняв с занятий. Шанс подчинить призванного есть всегда. Но, надеюсь, внутри вы будете меня слушаться, и если не получится - мы отступим.

Значит, у стражей был совсем другой план, но Саймон поступил по-своему, зная, как это для меня важно.

- А вам за это ничего не будет?

- Ничего серьезного. И вот, - страж протянул прозрачный куб, без рун, надписей, обычный стеклянный кубик размером с кулак.

Вместилище, способное ненадолго удержать в себе квинтэссенцию тьмы. Только бы суметь им правильно воспользоваться. Я убрала куб в карман, боясь его банально выронить - руки дрожали.

В руке Саймона блеснула металлическая пластина - ключ от магического замка. Он приложил ее к прямоугольному углублению в двери, и пластина встала в ней, как влитая. Каменная дверь медленно отъехала в сторону, открывая темный проход. Была бы я одна, долго бы стояла, решаясь сделать первый шаг, но рыжий некромант не медлил, он первым, чуть пригнувшись, чтобы не удариться головой о низкий проем, шагнул внутрь и поманил меня за собой.

И стоило нам переступить порог, как неестественно белый свет от магических светильников до рези в глазах залил все пространство, а дверь с глухим ударом камня о камень встала на место. Я обхватила себя руками, стараясь не паниковать. Но очень сложно сохранять самообладание, когда ты в закрытом каменном склепе и где-то там внизу ждет темная сущность.

- Не переживайте, нас выпустят, - если страж и боялся, то внешне ничем этого не показывал.

Впрочем, некромант, боящийся склепов, вряд ли долго бы продержался в тайной страже. Да и глупо думать, что это его первое опасное задание.

Вокруг нас мерцал щит, между пальцев у Саймона клубилась темная магия, в любой момент готовая оформиться в нужное заклинание.

- Держите ментальные щиты, - посоветовал страж. - Не пытайтесь сразу ни с чем взаимодействовать - ни с гримуаром, ни с призванным. Сначала изучите их. Не торопитесь.

- Но у нас только пять минут, - шепотом сказала я.

Страж говорил в голос, и я тоже понимала, что глупо соблюдать тишину - о нашем присутствии уже знают. Но все равно не получалось. Страх сковывал горло, то и дело подкатывала тошнота, и я судорожно и тяжело сглатывала. Ушедшие, как же страшно.

- Больше и не надо.

И Саймон пошел к следующей двери, открывающейся рычагом в стене. За ней скрывалась узкая лестница вниз, по которой некромант уверенно спустился. Я - следом за ним, на подгибающихся ногах, держась за холодные стены. Как же хорошо, что здесь хотя бы светло, в темноте я бы точно не смогла ничего сделать, просто умерла бы от страха. Особенно после того, как вторая дверь также закрылась.

Не паниковать, Элиза, только не паниковать.

Короткая лестница и прямоугольный зал с нишами и углублениями. Урны с прахом, подписанные именами и датами. Большие и маленькие, из глины, металла или цельного камня, простенькие и богато украшенные. Интересно, чем руководствовалась родня, подбирая последнее пристанище для усопшего? Его положением в семье? Возрастом? Отношением? Мы его не любим, и вообще по жизни он был крайне неприятным типом, вот и похороним его в дешевой глиняной посуде. И почему это сейчас меня волнует?..

В центре стоял алтарь, по бокам которого не без помощи магии цвели белые лилии. Тяжелый аромат висел и в застоявшемся воздухе, тошнота снова дала о себе знать. На алтаре лежал открытый гримуар. Я не видела обложки, но не сомневалась - это он. Ноги сами понесли меня вперед, и когда сильные руки схватили и дернули назад, я едва не начала вырываться.

- Я же сказал, не торопиться, - Саймон прижал меня к себе одной рукой поперек талии, второй за плечи, чуть пережимая горло.

- Саймон! - хватка ослабла, и я смогла нормально дышать, а еще соображать.

Мысли судорожно сменяли друг друга. Я видела гримуар, манящий, зовущий, обещающий силу и помощь, и готова была броситься к нему. Вот только… где темная сущность?

- Ты ее видишь? - открытое пространство, негде прятаться, не за алтарем же он сидит.

- Чувствую.

Некромант был напряжен, как натянутая струна, щит вокруг нас мерцал и усиливался.

- Идем, не торопясь, - Саймон чуть подтолкнул меня вперед, по-прежнему не выпуская из рук.

Медленно, небольшими шагами мы пересекли погребальный зал, встав у алтаря. Гримуар лежал прямо передо мной, руку протяни - и можно взять.

Но разрешения брать книгу от Саймона не поступало, сам страж внимательно изучал раскрытые страницы, я же их сразу узнала. Столько лет прошло, а до сих пор помню эту схему, которую вычертила когда-то неумелыми детскими пальцами на полу и напитала своей кровью.

- Саймон, чего мы ждем?

- Вы вызывали темную сущность по этому ритуалу? - пожалуй, впервые за наше знакомство, если не считать инцидента с Элис, что-то смогло поколебать уверенность некроманта.

- Да, это он, а что?

- Уходим, не стоит пробовать. Гримуар заберем потом.

- Как это потом? - не поверила я. Он же говорил, что шанс есть всегда!

Но страж уже тянул меня назад. Нет, так не пойдет!

Небольшой разряд силы, как маленькая молния, и некромант с шипением разжал руки, а я тут же вывернулась и кинулась к алтарю.

- Элиза, нет! - Саймон бросился ко мне, но я уже схватила гримуар и, прижав его к груди, обежала алтарь.

В этот миг я совершенно не думала, что мне придется отдавать семейную реликвию, наверное, я бы сразилась с любым, кто попробовал бы забрать ее у меня. И на Саймона смотрела, как на врага. Пока не заметила нечто действительно страшное...

Оно материализовалось посреди зала.

Тьма, пылью лежавшая в нишах, серыми тенями забившаяся по углам, затаившаяся в щелях камня, скрывшаяся внутри урн с прахом, черным туманом потянулась в центр, собираясь и вытягиваясь.

Пара ударов сердца - и человекоподобный силуэт, полностью сотканный из первозданной тьмы, стоял во весь рост. Неоднородный, где-то он уплотнялся, а где-то становился совсем прозрачный. Лицо, оно точно было, пусть четко не разглядеть, но вполне угадывался лоб, провалы глазниц, дырки ноздрей, губы. Неестественно длинная шея, узкие покатые плечи с растущими из них трехпалыми руками, тоже непропорционально длинными, развернутыми ладонями вперед. Тонкое тело, переходящее в ноги практически без ступней. Гротескное подобие человека на голову возвышалось над Саймоном.

- Беги, - Саймон смотрел на меня. - Рычаг от первой двери - слева.

А потом повернулся и ударил магическим копьем в черную грудь. Темная сущность качнулась, дыра в ней, через которую мелькнула противоположная стена, в момент затянулась. Сам призванный ничего не предпринимал.

- Элиза, вперед!

Я начала осторожно обходить алтарь, видя, как поворачивается черная голова с провалами глазниц, как неотрывно следит за мной тварь. Кажется, некромант ее совершенно не интересовал.

Сущность не двигалась, но миазмы силы, которые она источала, будто стали сильнее. И вся она стала темнее и плотнее, собралась, но по-прежнему не нападала.

А если попробовать…

Одной рукой прижимая к себе гримуар, второй я нащупала в кармане вместилище и сжала.

Все слилось в одно действие. Кричащий и кидающийся на темную сущность Саймон, тварь, одним движением руки отбрасывающая его к стене, посыпавшиеся урны, поднявшаяся пыль. Или это высыпавшийся прах? Или тьма, залившая все пространство в зале?

Темная сущность сдвинулась ко мне без шага, просто подлетела и нависла.

Я же… я забыла все, что мы отрабатывали с Саймоном, все, что казалось таким простым на полигоне. Так и стояла, глядя на черную тень, становящуюся все темнее и материальнее. Тонкое тело утолщалось и уменьшалось, все сильнее походя на обычную человеческую фигуру.

Надо было что-то делать, бежать, сражаться - что угодно, только не стоять столбом. Но я, как завороженная, смотрела на потустороннюю тварь, а она была не просто рядом, она тянулась ко мне. В меня. Тьма заползала в щели ментальных щитов. Экранирование? Его темная сущность и не заметила. Но холода не было, наоборот, по телу разлилось приятное тепло. Будто теплая вода в ванне, ласкающая и очищающая тело.

- Элиза, - раздался тихий ласковый голос.

Я моргнула. Передо мной стояла бабушка, такая же, как и в тот, последний, день. Даже фартук, который она в спешке забыла снять. Светлые, чуть тронутые сединой волосы, лучистые морщинки, разбегающиеся от глаз, родная улыбка с ямочками на щеках.

- Девочка моя, как ты выросла.

Я умом понимала, что это невозможно. Что передо мной не бабушка. Что это мираж, фантом, морок, созданный в моей голове. Понимала. Но она была так близко и так улыбалась.

- Ты нас так напугала в тот день, - мягкая рука, совсем как в моих воспоминаниях, коснулась лица.

- Ты мертва. Мертва. Тебя нет, - я всеми силами пыталась прогнать наваждение. Но сил моих явно недоставало.

- Я с тобой, малышка, - бабушка улыбалась. Нет, не бабушка! Я закрыла глаза, но и это не спасло. - Отдай мне гримуар, Элиза, передай его и его силу. Тебе еще рано пользоваться такими вещами. Ты и тогда взяла книгу без спроса.

- Нет, - даже не знаю, как получилось отказаться. Сама я вот-вот готова была всучить тому, что стояло рядом, книгу.

- Отдай, Элиза, - шепот, теперь совсем не похожий на голос бабушки. Но еще более завораживающий, окутывающий теплым пледом в холодную погоду. - Тебя обижали, ты была слишком слаба, чтобы дать отпор, и ты позвала меня. Я пришел.

- Я стала сильнее, - а книга все больше оттягивала руки, становилась неподъемной, тяжелейшей ношей.

- Ты так думаешь? - то ли насмешка, то ли сочувствие. Умеет ли оно сочувствовать? - Ты выросла, но не способна защитить тех, кто тебе дорог. Твои родители приговорены к смертной казни. Ты сама обречена на жалкую жизнь без талантов и способностей. Но мы можем изменить это. Вместе. Ты же вызвала меня именно за этим.

Я не выдержала давления и опустилась на пол, открыла тяжелые веки, вырываясь из сладкой дремы, голос убаюкивал, утешал, успокаивал, дарил надежду.

- Давай же, Элиза, решайся, - сознание плыло. Темный силуэт больше не пугал. Напротив, он сделался по-своему прекрасен. Плавные текучие линии тела завораживали. Или что-то происходит со мной? Красота в глазах смотрящего, так ведь говорят. - Они хотят уничтожить меня. Им плевать на твоих родителей, на тебя, они заберут твой гримуар, а ты останешься с жалкими объедками собственной силы. Мы не позволим им. Ты больше никогда не останешься одна, не будешь страдать. Никто не рискнет тебя обидеть.

- А ты?

- Я буду с тобой рядом, служить, защищать. Мы заключим сделку, ты отдаешь мне гримуар в обмен на служение. Я не подведу. Не предам.

Этот голос, он звучал отовсюду. Я не понимала, зачем вообще его слушаю. Надо сказать: “нет”. Отказаться. Встать и уйти. Но не получалось.

Разбитые урны в углу зашевелились. Саймон поднимался, теперь серой была не только его одежда, но и сам некромант был посыпан пеплом. То есть прахом. Рубаха разорвана или прожжена - не разглядеть. Но живой. А я ведь почти про него забыла…

Темная сущность хлестнула рукой, резко удлинившейся на несколько метров. Страж отбил удар, а затем сделал хлесткий жест ладонью и обрубил трехпалую конечность почти на середине, и та распалась на черный туман.

Пыль осела, а вместе с ней и тьма, ее будто пригвоздило к полу. Лицо призванного с размытыми чертами исказилось, поплыло. Он бросился вперед, но больше Саймон не давал себя ударить, не подпускал близко, хотя расстояние для аморфного, способного менять свои размеры существа не имело особого значения. Но так у Саймона хотя бы имелось время создать новый блок или обновить щит.

Но в один момент сущность стала настолько огромной, что согнулась почти пополам, скрючившись уродливой старухой, уперевшись спиной в потолок. Откуда его столько? Где он черпает силы?

- Элиза! Обрубай связь!

Я не поняла слова стража. Какая связь? Откуда? С кем? Я чувствовала связь с гримуаром, и только.

- Да брось же книгу!

Бросить гримуар?! Он в себе? Да я скорее умру, чем отпущу книгу. Он и сам не хотел, чтобы его бросали. Гримуар льнул ко мне, будто голодный кот, разве что не терся.

- Элиза! Очнись!

Я с трудом сфокусировала зрение на страже. Он отбивался от заполняющей пространство зала тьмы, давно потерявшей всякую схожесть с человеком. Темная сущность менялась, обрастая щупальцами. И некоторые из них успели обвиться вокруг Саймона, присосавшись намертво.

И внезапно страж вместо того, чтобы ударить призванного, запустил снежный вихрь в меня!

Я отлетела в другой конец зала, книга же осталась лежать на полу, а если призванный ее перехватит?

- Элиза! Чума, да очнись же!

Наверное, стоило бы помочь Саймону, но мой гримуар… Я не могла его потерять… Я шла к нему, хотя меня шатало от слабости и навалившейся усталости.

И тут я резко остановилась, буквально в двух шагах от книги. Да что со мной такое? Как я могла забыть обо всем? Принять тварь за бабушку? Бросить Саймона? Ушедшие, что я творю?

Что есть силы я сжала кристалл-вместилище в руке, активируя призыв. Тварь резко обернулась: кажется, она не верила, что я смогу сбросить ее путы. Саймон прав, мы связаны, связаны с того самого момента, как я ее вызвала. И эту связь надо разорвать.

Я стояла в коконе из блестящих нитей, смешав эмпатию и экранирование, не позволяя твари вторгнуться в мой мозг, заглянуть в мою душу, нащупать очередные слабости и страхи. Да, я слаба. Но я стану сильнее. Только как-нибудь сама, уж точно без таких помощников.

И нить, тянущуюся от меня к темной сущности, я вплетала в структуру вместилища. А она еще и силу тянула. Отъелась за мой счет до невероятных размеров.

- Поговорим? - я подняла вверх куб, радуясь, что голос почти не дрогнул.

Темная сущность развернулась. Оторвалась от Саймона, порядком уставшего обрубать бесконечные щупальца.

- Не сумеешь, - насмешка была даже не злобной. Так, по-дружески.

Я не стала отвечать. Надо сосредоточиться. Да, это сложнее, чем с призраком, да, темная сущность намного сильнее. Но я должна. Никто моим родителям не поможет. И это мой единственный шанс, я ради него спускалась и рисковала, я знала, с чем столкнусь, знала, на что шла. И надо дойти до конца.

И я бы не справилась. Заглядывая в темные провалы глаз, я отдавала себе отчет, что проигрываю, что клубящаяся вокруг тьма насмехается надо мной. Что если бы не Саймон, оттягивающий внимание твари, если бы не ее надежды получить гримуар, для чего я нужна была ей живой, я бы проиграла вмиг. Саймон ошибся - у меня не имелось ни единого шанса против такого существа.

Я держалась каким-то чудом, а потом магический свет моргнул и погас, погрузив склеп в абсолютную и непроглядную тьму. И на смену ему пришел другой свет, тоже магический. Кажется, нечто похожее делал Саймон в моем старом доме, очищая его от силы смерти.

Сейчас ритуал изгнания ударил по всем. Темная сила была в каждом из присутствующих. Я видела, как согнулся Саймон, зажимая уши. Почувствовала, как у самой из носа потекла кровь, закапала с подбородка. И кровь, что когда-то вытащила тварь, связав нас, теперь создавала новую нить к вместилищу. Темная сущность заверещала, клубы черного тумана хаотично закружились, заметались в поисках выхода.

Ну же!

Я зажала вместилище между ладоней и полностью опустила ментальные щиты… я так и не научилась ими толком пользоваться, но сейчас была не была!

Бешеный поток темной силы ударил в меня, сбил с ног, закрутил в сумасшедшем вихре. Куб в руках раскалялся, трещал, заполняясь до предела. В какой-то момент я не выдержала, разжала пальцы. Черные грани заполненного куба масляно поблескивали в разгоняющем тьму свете.

А потом все прекратилось. И снова стало темно. Но больше темнота не пугала, вообще ничего не пугало. Я на ощупь отыскала гримуар и прижала к себе. Куб валялся рядом. Не уверена, что у меня получилось захватить призванного целиком, но какой-то кусок его я точно засунула в кристалл.

- Элиза, ты как? - это Саймон, подошедший, а потом и легший рядом. Стражу тоже досталось ой-ой-ой как.

- Жива, - в этом я не сомневалась. - Нас вытащат, да?

- Да, скоро. Сейчас правильно завершат ритуал изгнания и очищения, и сразу вытащат.

- Вот и отлично.

Все остальное я помнила смутно. Но, кажется, нас действительно вытащили.

34. Гримуар

Я проснулась на кровати в комнате, до того напоминающей больничную палату, что сразу стало дурно. Да и рубашка на мне надета больно характерная. Вспомнилась моя первая встреча с темной сущностью: неспособность двигаться, страшнейшая слабость, смерть бабушки и дедушки…

Кое-как уняв панику, я восстановила в памяти последние события. Встреча с темной сущностью была, но вторая. Я смогла запечатать ее часть в куб, а еще нашла гримуар.

Гримуар! Новая волна страха захлестнула с головой. А если он остался там, в склепе? Или если его у меня уже забрали?..

Но черный фолиант с потертым тиснением букв, украшенный металлическими уголками, лежал рядом на тумбочке. С облегчением, хоть и с немалым усилием, я забрала его себе в кровать. Стало как-то спокойнее, теперь бы разобраться со своим физическим состоянием, оставлявшим желать лучшего. Высокий стакан воды, самой обычной, без лечебных добавок, несколько унял жажду. Но о себе все больше давал знать голод.

По ощущениям, у меня магический перерасход, и поесть бы не мешало. А еще выяснить, где же я все-таки нахожусь.

Пошатываясь, но не выпуская тяжелый фолиант из рук, я подошла к окну и увидела знакомую с детства картину. Это место я знала: Центральный Целительской корпус. Все-таки лечебница...

Второй вопрос: за окном день, светит солнце. Сколько же я провалялась здесь без памяти? И как отнеслись к моему отсутствию в академии? Меня там еще не исключили за прогулы?

- Леди Риар! - дверь распахнулась, и в палату зашел целитель, сухенький старичок с куцей бородкой и маленькими, но внимательными глазами. Более чем преклонного возраста, но крепкий, он двигался уверенно и был весьма недоволен моим поведением. - Что вы делаете? Вам нельзя вставать!

- Простите, - стараясь не сильно шататься, я вернулась в постель.

- Нет, я понимаю, стражи, этим все нипочем, но вы, девушка, куда полезли? - ворчал целитель, пока проводил магическое сканирование моего организма. - Неужели не могли себя поберечь?

Я тяжело вздохнула, признавая его правоту. Вот только поберечь я себя не могла, теперь бы узнать, что все было не напрасно.

- Лежите, восстанавливайтесь, - велел старик. - Есть, небось, хочется, да? - я закивала, чем вызвала добрую понимающую улыбку. - Принесут скоро, обед прошел, но что-нибудь отыщется.

- А я здесь давно? - ответ я услышать опасалась, но все оказалось не так страшно.

- Со вчерашнего вечера. Принесли вас с сильным магическим истощением в обнимку вот с этой книженцией, - целитель ткнул пальцем в гримуар, - и вы с ней никак не расстанетесь.

- Просто это очень важная для меня книга, - я покрепче прижала к себе гримуар. По правде, я действительно совсем не хотела с ним расставаться.

- Леди Риар, я лечил вас, когда вы еще были вот такой, - целитель отмерил от пола чуть больше метра. Нет, я в те годы была повыше. - Эх, памяти бы… лет десять назад?

- Тринадцать.

- Как время летит, - покачал головой старик. - Вы так выросли, маленькая леди, а все в игрушки играете. Только игрушка у вас совсем не подходящая для юной особы.

- Почему? Это гримуар, он еще моей бабушке принадлежал, - принялась я защищать старинный том.

- И где теперь ваша бабушка? Темный маг многое приобретает благодаря гримуару, но у всего есть цена, - целитель посмотрел куда-то вдаль, думая о своем. - В общем, не стоит оно того.

Старик как-то разом сгорбился, бросил последний взгляд на меня, затем на гримуар, покачал головой и вышел.

Я осталась одна в палате. Вернее, не одна, со мной был фолиант, но что-то изменилось. Маленькое зернышко сомнения, заброшенное старым целителем в душу, проросло и дало всходы. Я собрала волю в кулак и вернула гримуар на тумбу. Мне с ним все равно скоро расставаться, не стоит и привязываться. Вскоре принесли обещанную еду, над вкусом которой я даже не заморачивалась - так есть хотелось. А потом милая девушка из младшего персонала вынесла посуду. И мы снова остались один на один с темным томом.

Время шло, делать было нечего, и я решилась. Устроилась поудобнее, подложив подушку под спину, взяла гримуар, положила на колени и долго не открывала, изучая трещины и поистершиеся от времени буквы на черном кожаном переплете. Я знала, что заклинания, спрятанные внутри, отнюдь не из открытых разделов классической магии. Понимала, что меня ждет совсем не добрая сказка на ночь, и поэтому медлила.

Призыв темной сущности был где-то в середине, поэтому начало я пролистнула и дальше пыталась абстрагироваться от текста и картинок, но взгляд все равно цеплялся за слова и изображения, пугающие своей реалистичностью. А попадалось, порой, такое, отчего волосы шевелились: поднятие мертвых, заклинание очищения плоти для создания и оживления скелета. Там же преимущества скелета перед зомби…

Ужин как-то резко запросился назад, и я перелистнула страницу, стараясь теперь вообще не вчитываться, и проглядывала только заголовки, быстрее перелистывая страницы.

А вот и то самое заклинание со схемой. Призыв темной сущности.

Помнится, мне тогда с трудом давалось чтение гримуара, не получалось разобрать большинство слов, пусть написаны они были нашими буквами. Язык Мильдара, только устаревший, еще до драконьей чумы. Драконья чума сильно изменила наш мир, изменила границы стран, большой поток беженцев с юга смешал разные культуры и языки в том числе. То, как мы говорим и пишем сейчас, разительно отличается от того, как было триста лет назад.

А гримуар написан гораздо раньше на старом мильдарском. Не скажу, что стала понимать его намного лучше, но теперь хотя бы примерно ясно, в чем же заключался ритуал.

Семь рун, которые чертятся на полу, слова призыва и договор, скрепленный кровью. Я не просто призвала темную сущность, я почти сделала нас единым целым: сообщающиеся сосуды, которые могут черпать силу друг из друга. По логике, маг не должен делиться с призванным, обладая специальными навыками, чтобы тянуть силу потусторонней твари. Но я не озаботилась собственной безопасностью, а схема была только на призыв: подразумевалось, что призывающий сам выберет и создаст удобный ему вариант защиты. Все-таки гримуар рассчитан на подготовленных темных магов, а не на маленьких детей.

И раз канал был открыт, а защиты не было, то умная тварь не преминула этим воспользоваться. Она потянула силу из меня.

Уверена, Саймон сразу догадался, едва взглянув на схему, что к чему. Наверняка понял, что защиты у меня не было ни тогда, ни сейчас. И понял, чем нам это грозит: темная сущность снова попытается вытянуть из меня жизнь. Но призванный - молодец, он пошел еще дальше: захотел гримуар. А ведь я передам с ним и часть собственной силы, причем не из резерва, а из магического дара… И это уже величина постоянная. Во что бы тогда переродился мой призванный?

Когда в дверь постучали, я едва не подпрыгнула на кровати от неожиданности и почему-то поспешила спрятать гримуар. Убрала его под одеяло, чтобы не выделялся, и только после этого разрешила визитеру зайти.

- Добрый день, Элиза, ты как? - наверное, знатно Саймона приложило, если он все-таки решил отбросить формальности.

Вернее, мы отбросили их еще в склепе, не до расшаркиваний там было. Но удивительно, что страж не вернулся к своей привычной отстраненно-вежливой манере общения.

- Неплохо, - я не стала акцентировать внимание на резких переменах. - Слабость, конечно, жуткая, но, надеюсь, скоро пройдет. А ты?

Судя по манере держаться, у некроманта сломана пара ребер, и правую руку он явно бережет. Двигается осторожно, пусть и старается ничем не выдавать своей боли, но я все же, хоть и не самый лучший, но целитель. И страж, в отличие от меня, одним магическим истощением не отделался.

- И я нормально, - другого ответа ожидать не стоило. Значит, и настаивать не надо, к тому же, у меня имеются куда более важные вопросы.

- Саймон, скажи… у нас получилось? - я с надеждой посмотрела в голубые глаза.

- У нас? Ну как сказать... Лично у меня не получилось тебя остановить, а у призванного - и подавно, - страж даже усмехнулся, но ребра дали о себе знать, и молодой человек поморщился, слегка потерев грудную клетку здоровой левой рукой. - Я боялся, что ты отдашь темной сущности гримуар. Точнее, я знал, что книга не позволит себя просто так отдать, но за минувшие годы темная сущность и гримуар в чем-то сроднились, как бы вросли друг в друга. А у тебя была связь с ними обоими. Но теперь тварь в камне душ, а гримуар… - страж оглянулся, а потом безошибочно уставился на то место под одеялом, где возле моей ноги прятался фолиант. - Тоже неплохо устроился.

- Камень душ? Это то вместилище? Что с ним будет дальше? - не знаю, имею ли я право знать, но хотя бы для очистки совести надо спросить. С одной стороны, я бы не чуралась никаких способов ради спасения родителей. С другой, мне бы не хотелось жить и знать, что мой поступок привел к чему-то ужасному.

- Да, камень душ - вместилище, но, как ты поняла, не самое простое. В него можно заключить и душу человека, душу мага из тех, кого приговаривают к смерти. Глупо разбрасываться силой, - некромант говорил буднично, для него это работа. Для меня - знать и слышать, что частичку человека можно заключить в камень… - А что с ним будет дальше, не знаю даже я. Думаю, и капитан Лесс если и в курсе, то в самых общих чертах.

- Все настолько секретно? Это же заказ короны, да?

- Да. И все секретно. Такие камни “с начинкой” используют при зачаровании предметов. Поговаривают, что будет создана какая-то новая система охраны. Последняя попытка переворота, которую предпринял глава Миасского банка, оказалась почти удачной. Заговорщикам не хватило самой малости, и король решил принять меры. Не знаю, что они хотят сделать. И, если честно, не стремлюсь узнавать.

- А почему именно темная сущность? И вообще, неужели это так сложно для профессионала - вызвать ее и загнать в камень душ? - пока я листала гримуар, попадались схемы намного сложнее: трудные формулы заклинаний, подготовки ритуалов, длящиеся месяцы. А тут семь рун и простейшая активация, казалось бы - вызывай, сколько угодно.

- Темная сущность - идеальная начинка для многих артефактов. Как ты могла заметить, на нее тяжело воздействовать нашей магией, она весьма устойчива ко многому.  А сложность с темной сущностью одна - они сильные и разумные существа, и крайне редко откликаются на призыв. Кто готов отдать себя в добровольное служение? - поднял рыжую бровь некромант. - Но ты, видимо, была очень убедительна в своем зове. Говорят, если магом движут искренние чувства: отчаяние, жажда мести, боль, гнев, ненависть, потусторонние твари могут услышать и заинтересоваться. А ты, к тому же, не сделала защиту, уверен, это тоже сыграло и приманило тварь.

- А что он хотел от меня сейчас? Гримуар сделал бы его сильнее? - я нащупала книгу под одеялом, ох, как же не хочется с ней расставаться…

- Нет, - движения не укрылись от Саймона, он внимательно наблюдал за моими действиями. - Ты вызвала темную сущность через гримуар, связав их двоих. Думаешь, это каменные стены склепа удерживали тварь внутри? Как бы не так, она просочилась бы и через малейшую трещину. Именно книга держала тварь, как на цепи. Если бы ты отдала гримуар, она бы получила свободу и вырвалась.

Я сглотнула. Теперь понятно, почему тварь так не хотела меня убивать: зачем ей моя смерть и моя сила, когда она смогла бы обрести намного больше. Интересно, получилось бы у стражей снаружи нас спасти?

- Но, Элиза, я хочу сказать, что ты отлично справилась, - похвалил меня некромант. - Понятно, что ты попала под влияние темной сущности, это своего рода одержимость, поэтому плохо контролировала себя. Но ты сбросила чужую волю, загнала тварь в куб. Наши все под впечатлением, - подмигнул рыжий. - Сказали, что из тебя вышел бы толк в некромантии. А медиумы в тайной страже всегда нарасхват.

- Нет, спасибо, я не готова сражаться с темными сущностями на регулярной основе и очищать скелеты от плоти, - я аж передернулась. - Если бы я и связалась с темной магией, то пошла бы по бабушкиным стопам в проклятийники, у них работа не такая грязная и опасная. А целителям так и подавно ничего не грозит.

- У всех хватает разного. Думаешь, у целителей все хорошо? Ты просто еще не видела, как они перегорают, как бьет по ним смерть пациентов, безутешные родственники, осиротевшие дети или родители, потерявшие сына или дочь. Многие ломаются именно на этом. Пока ты учишься, кажется, что все легко и просто, а на деле с чем только сталкиваться не приходится, - страж, забывшись, хотел сделать жест рукой, но резко поморщился и схватился за больную конечность.

- И ты не жалеешь? Каждый раз, спускаясь в очередной склеп, гробницу, заходя на растревоженное кладбище, не думаешь, что свернул куда-то не туда?

- Я понимаю все риски. Но куда денешься от призвания? - Саймон улыбнулся. - Зато я работаю с изначально мертвыми, с духами, с призванными, но это редкие случаи. О твоей темной сущности я смогу с гордостью внукам рассказывать, если, конечно, они у меня будут и я до них доживу, - некромант о своей работе иллюзий тоже не питал.

И прозвучало это как-то грустно. Будто дожить до внуков Саймон и не надеется.

- Элиза, я, если честно, зашел не совсем за этим. Вернее, я пришел убедиться, что ты в порядке, и напомнить, что темная сущность - это только половина дела.

Страж опять посмотрел туда, где к моей ноге под одеялом жался гримуар.

- Я должна его отдать, да? - не хотелось с ним расставаться. Будто старого доброго друга предаю.

- Да. И лучше быстрее, пока ты не успела к нему привыкнуть, чем больше ты проведешь времени с гримуаром, тем сложнее будет разрывать между вами связь. Поэтому вытащи ты его уже, в конце концов. Не держи так близко к себе. Поверь, вырывать проросшую корнями вглубь связь - удовольствие то еще.

Я с сожалением достала фолиант и, поглядывая на стража, вернула его на тумбу.

- Так лучше? - лично мне стало намного хуже.

- Лучше. Наверное, - Саймон сам с трудом отводил взгляд от гримуара, видно было, что книга тянет к себе, как магнитом. - От тебя все равно не отстанут, гримуары - удивительные артефакты, хранилища силы и знаний одновременно. Но он способен не только помочь, но и навредить, свести с ума, заставить делать то, что ты бы никогда не сделала сама. Поэтому или тебе надо менять факультет и профессию, или избавляться от него, чтобы не навредить ни себе, ни окружающем.

Глядя на черный том, я отчетливо понимала, что если бы на кону не стояла жизнь родителей, я бы всерьез задумалась о переводе на факультет темных магов исключительно ради возможности оставить гримуар себе и научиться им пользоваться.

- Он как будто живой, - я потянулась к книге, но одернула сама себя и сцепила руки в замок.

- Может, и живой. Ты знаешь, что после драконьей чумы не было написано ни одного гримуара? И секрет их создания утрачен. Пытались, но получались обычные сборники заклинаний.

- Зачем ты мне это сказал? И так жалко отдавать, а теперь я буду думать, каково ему с новым хозяином, удобно ли ему на полке, протирают ли с него пыль…

Я не удержалась и погладила обложку. Бедненький мой, маленький. Как бы тебя пристроить не абы куда, а в добрые и надежные руки…

- Не переживай, гримуар и сам о себе позаботится, - рыжий усмехнулся и снова поморщился. Да, не привык некромант к серьезным травмам. - Ему не понравился тот горе-хозяин, выкупивший том у Миасского банка, вот и преподал ему урок. Не сойдется с новым хозяином - сведет его с ума по-тихому и перейдет к другому, более подходящему.

Я с уважением посмотрела на фолиант. Эх, какую вещь теряю! Хотелось прижать его к себе и никому не отдавать, уверена, от меня бы книга не сбежала и не навредила бы.

- Когда нас планируют разлучить?

Саймон в очередной раз улыбнулся вопросу. Вообще, он не просто сменил обращение с “леди Риар” на “Элиза” и перешел с “вы” на “ты”. Он стал иначе ко мне относиться, не прям уж по-дружески, но все-таки пройденные вместе испытания и трудности сплачивают. Да и в глазах стража я теперь не была глупой избалованной девчонкой. Во всяком случае, он смог разглядеть во мне что-то еще, раз так непринужденно общается и сидит на подоконнике - больше в палате сидеть не на чем, разве что на моей кровати, но это было уже как-то слишком.

- Если твое восстановление пойдет хорошо, как обещают целители, то уже завтра вечером. И в стенах академии. Скорее всего, твой куратор будет присутствовать при ритуале передачи гримуара.

- А если я не хочу? - вот еще местора Альдера к этому делу приплетать.

- Можно кого-то еще из преподавательского состава, решай сама. Но должны быть свидетели, что ты действуешь добровольно. Чаще всего ими выступают члены семьи, но с этим, как сама понимаешь, сложно. И пока ты студентка, твой куратор несет за тебя ответственность. Да и мне он показался неплохим.

Еще бы! А то они бы с Элис еще долго вокруг друг друга кругами ходили. Спросить у Саймона? Эх, не ответит же.

- А если Элис? - вспомнила о подруге я. Как там она? Переживает о нас?

- Нужен кто-то более авторитетный и менее заинтересованный, - отрицательно покачал головой страж.

Да, завкафедрой во мне менее всего заинтересован даже как в студентке, не говоря уж о чем-то большем… Идеальная кандидатура.

- Ладно, какая разница. Значит, уже завтра? - сердце защемило от скорой разлуки.

А что было бы, если бы мы провели с гримуаром больше времени? Может, отдать его кому-нибудь на ночь, чтобы не рвать душу? Я еще раз взглянула на черный том, будто от ребенка отказываюсь…

- Элиза, - Саймон оторвался от подоконника и аккуратно подошел к кровати. - Ты отлично справишься и без него.

Страж взял покрывало и накинул его на тумбу.

- Спокойной ночи, отдыхай и набирайся сил, - пожелал на прощание некромант и вышел.

Легко ему говорить, я же долго ворочалась, пока не провалилась в сон. И даже там мне снился гримуар, пожелтевшие, но не утратившие плотность страницы открывались сами, по моему желанию, подсказывая и помогая. Вот только на этих страницах были сплошь темные ритуалы, от которых и во сне бросало в дрожь. Я не смогу, темная магия не для меня. Возможно, если бы ничего не случилось, если бы бабушка и дедушка продолжили мое воспитание, если бы… куча если бы.

И утром первым делом я встала, чувствуя, что магическое истощение осталось позади, откинула покрывало, под которым лежала книга.

- Знаешь, нам лучше расстаться, - по обложке шла глубокая трещина вдоль сгиба. Я осторожно провела по ней пальцем. - Ты уж не своди никого с ума, ладно? Веди себя хорошо.

И быстро накрыла, пока никто не увидел и не решил, что это уже я схожу с ума, разговаривая с книгой. В любом случае, решение принято и назад дороги нет.

35. Ректорат

Утром ко мне вновь заглянул пожилой целитель, повторно провел магическое сканирование, похвалил мою магическую регенерацию - резерв восстановился полностью и без последствий - и сказал, что скоро меня отпустят обратно в академию.

- Местор Вальц, - за время осмотра мы успели поговорить и познакомиться, - а скажите… вы знаете моих родителей?

- Хм… когда-то я их обучал, так что да, знаю и весьма неплохо, - пожилой мужчина ждал следующего вопроса, и в небольших, но мудрых глазах читалось понимание.

- А вы знали, чем они занимались? Какими исследованиями?

- Не знал, все до последнего держалось в тайне, - старик подергал сухими пальцами коротенькую бородку. - Но вряд ли кто-кто возьмется их осуждать, как и многих других. Большинство не от хорошей жизни пошли в услужение к миаситам: они платили, помогали, давали защиту, - целитель смотрел куда-то сквозь меня. - Со стороны все выглядело почти безобидно. Обычные исследования, да, на людях, так все лекарства проверяются на пациентах. А потом, когда правда вскрылась, большинство старалось спихнуть ответственность на других, отговориться незнанием. Твои родители едва ли не единственные, кто честно признал свою вину.

- И мои родители... они действительно руководили исследованиями? - я вцепилась руками в одеяло. Как никогда хотелось взять с тумбы гримуар и прижать к себе, но я уже от него отказалась.

- Да, они талантливые целители. Эх, если б только их талант заметил раньше кто-то другой… Да что теперь говорить, - махнул рукой старик. - Осудят без суда и следствия, как пить дать осудят. А ведь они нашли лекарство, почти создали его, да и чуму драконью смогли взять под контроль, а это почти то же самое, как взять под контроль самого дракона. Так что хоть вы держитесь от всего этого подальше, - и кивок на гримуар. -  Ваши родители, юная леди, занимались тем, чем умели и могли. Они не желали дурного. Просто случается, что ровная дорога превращается в глубокую колею, и свернуть с нее, не потеряв колеса, невозможно, - высказался старик. И за всей красотой и иносказательностью слышались грусть и тоска потери.

Целитель снова вздохнул и ссутулился: видимо, и его не миновал заговор Миасского банка. Сколько же людей волей или неволей было в него втянуто и сколько пострадало от чужих амбиций?

Местор Вальц ушел, а я снова посмотрела на гримуар. Отдавать его по-прежнему не хотелось, но, если подумать, это не самая большая цена за жизни родных. Все могло быть намного хуже.

Я боялась, что проведу весь день в лечебнице, но нет, подержав еще немного и накормив обедом, меня отпустили. А еще передали одежду, на мне ведь была только больничная рубашка. Тренировочный костюм и пальто явно побывали в чистке и выглядели, как после покупки. Не придется пугалом возвращаться в академию, и в этом обо мне позаботились.

У дверей ждал Саймон в обычной черной форме арнаудских волкодавов, а с ним еще двое незнакомых стражей.

- Готова? - некромант подпирал стену и выглядел пободрее вчерашнего. Все равно бледноват, конечно, но бледность и некромантия - понятия неразделимые. - Мы проводим тебя в академию и проследим, чтобы ты и гримуар не пострадали до ритуала.

- И никуда внезапно не исчезли и не потерялись? - понимающе улыбнулась я.

Саймон только пожал плечом, одним, левым. Правое он старался не двигать и не беспокоить.

И если лечебницу мы покинули спокойно, судя по всему, к тайной страже в Центральном Целительском корпусе все давно привыкли, то в академии все оборачивались, провожая нас изумленными взглядами. Впереди шел Саймон, я в обнимку с гримуаром на полшага позади, а по бокам еще двое волкодавов. Надо ли говорить, что все они были не просто в форме, но и с активированной маскировкой, не позволяющей разглядеть их лица. Рыжего я выделяла только по знакомым жестам, практически неподвижной правой руке, и изредка удавалось различить его цвет волос. Внешность двух других моих спутников так и осталась для меня загадкой, они изначально не открывали своих лиц но, кажется, один был блондин, другой - брюнет. Интересно, они сами-то могут друг друга разглядеть и различить под маскировкой? Надо поинтересоваться у Саймона.

Я посмотрела на спину в черной куртке впереди идущего стража, а будет ли у меня такая возможность? Или сегодня все закончится и всякое общение с некромантом прекратится? Впрочем, остается еще Элис, не разорвет же с ней страж едва начавшиеся отношения?

Вот уж не подумала бы, что мне будет грустно расставаться не только с гримуаром, но и с Саймоном, к которому я успела привыкнуть. Может, причина в том, что друзей и близких у меня на проверку оказалось не так много? Поэтому чужой человек так быстро стал “своим”. Или спина, за которой я и сейчас скрываюсь от чересчур любопытных глаз, не раз доказала свою надежность при любой опасности?

Будто чувствуя мои мысли, Саймон обернулся.

- Тебя что-то беспокоит? - и пусть рыжий не эмпат, но маг же. И страж.

- Нет, просто, - не признаваться же, что мне будет его не хватать. Еще не так поймет.

- Я подумал, если хочешь, могу поговорить с руководством академии и продолжить твое обучение темной магии? - предложил страж. - Уверен, они не откажут.

- Ты продолжишь со мной заниматься? - не поверила я.

- Да, не так часто, как раньше, свободного времени у меня немного, но пару раз в неделю вполне можно.

- А мне показалось, что у тебя уйма времени, раз ты все вечера проводил здесь, - подколола я стража.

- Нет, просто моим заданием была ты: наблюдение, контроль и обучение, - честно признался некромант, подтверждая мои выводы, что стража за мной если не следила, то присматривала. - Сейчас поручат что-нибудь другое. И надеюсь, это будет касаться моей прямой специальности. Все же работа с девушками - не совсем то, - усмехнулся рыжий. - Я и правда больше по умертвиям.

- А Элис? - не удержалась я.

Саймон ничего не сказал и отвернулся. Да, Элис тебе не умертвие, она много хуже и временами вреднее.

Между тем соседка ждала нас у главного корпуса, и стоило ей нас заметить, как рыжая сорвалась с места и решительным шагом поспешила навстречу.

- Элиза! Чтоб тебя хвар за ногу! - рыжая набросилась на меня едва ли не с кулаками. - Ты так резко ушла, а потом пропала на двое суток! Я себе место не находила!

И все это время подруга трясла меня за плечи в такт словам. А у меня гримуар в руках, не им же отбиваться, правда?

- Я в Центральном целительском была-а-а! Да хватит уже меня трясти! - я все-таки вырвалась, выставив вперед книгу на манер щита. - Все со мной хорошо. А откуда ты знала, что я сейчас вернусь?

- Местор сказал, он всегда о тебе все знает, - в очередной раз укорила мне за недоверие соседка. - Так что я сбежала с офтальмологии убедиться, что ты в порядке.

И при этом рыжая поглядывала на стражей, пытаясь понять, есть ли среди них наш знакомый  некромант.

- Я, как ты видишь, в порядке, а вот Саймон…

Элис тут же напряглась.

- А с ним-то что? - и деланной беспечностью меня не проведешь. Вон даже веснушки побледнели.

- Боюсь, что с ним случилось непоправимое, но я потом расскажу, раз тебе все равно неинтересно.

- Нет, подожди, - вцепилась в меня подруга. - Что значит: непоправимое? Ты о чем?

- Элис, меня ректор ждет, - без зазрения совести соврала я. Пусть помучается, не все же ей Саймона мучить. - До вечера.

И, вывернувшись, забежала в главное здание.

- Мне кажется, ты немного перегнула, - заметил некромант.

- Это ты про ректора? - улыбнулась я в ответ. Безусловно, стражу приятно волнение рыжей-бесстыжей.

- Да нет, здесь как раз угадала, - и мне не нужно было видеть лицо Саймона, чтобы понять, что он улыбается.

Мы действительно пришли в ректорат, и нас там ждал ректор, невысокий и пухленький, как шарик. Ждала проректор по внеучебной части, ее мы видели исключительно в первый учебный день на торжественной церемонии - местресс Илис была дамой занятой. И местор Альдер, при виде которого я невольно заулыбалась. Он ответил мне сдержанным кивком. Ну да, мы же у ректора с проректором, и вообще, мне не стоит ждать большего.

- Добрый день, леди Риар, - чинно поздоровался ректор, местор Гирвар. - Рад, что вы вернулись к нам в целости и сохранности. Жаль, что не о всех участниках вашей вылазки можно такое сказать.

И готова поклясться, что местор безошибочно определил и Саймона через его маскировку, и то, что стражу бой дался нелегко.

- Хочу поблагодарить вас за содействие, лейтенант Бертран, - все так же обращался ректор к некроманту. - Виновных мы отчислили и передали вашим коллегам из обычной стражи. Теперь нашему зоосаду ничего не угрожает.

- Я всегда рад помочь академии, местор, - Саймон снял ненужную и не помогающую здесь маскировку. Напарники последовали его примеру. И я их, наконец, разглядела: мало того, что оба блондины, так ещё и близнецы.

- Леди Риар, - повернулась ко мне проректор. Местресс Илис создавала интересный контраст со своим начальником. Высокая и худая, как жердь, с пучком на голове, что примечательно, собранным на макушке, визуально еще добавлявшим ей роста. - Вы знаете, что от вас ждут передачи семейного гримуара?

- Да, местресс, - я опустила глаза на фолиант. Тяжелый, конечно, но своя ноша не тянет.

- Вы понимаете всю ценность артефактного тома, знаете последствия передачи и осознаете их необратимость?

Я сглотнула.

- Да, местресс.

- Вы идете на это добровольно, без принуждения?

- Да, - выдохнула я.

- Я хочу проверить, нет ли на вас подчиняющих или дурманящих чар, - местресс чуть сдвинула рукава блузки и размяла длинные пальцы. - Мы защищаем интересы учащихся академии и должны убедиться, что все происходит законно. Вы позволите?

Позволю ли я покопаться в своей голове?! Я отшатнулась от женщины, в поисках поддержки переводя взгляд с Саймона на местора Альдера.

- Лейтенант Бертран, пусть он и бывший ученик академии, является заинтересованным лицом, - поняла мой страх местресс. - А местор Альдер - целитель, он не сможет проверить отсутствие воздействия на разум.

Да, магия подчинения и ментальное воздействие относились к темной магии. Сильная и развитая эмпатия в сочетании с темным даром давала не только способности медиума, но и возможность влиять на людей.

- Элиза, не бойтесь, - завкафедрой шагнул ко мне и встал рядом. - Вы же сражались с темной сущностью, создайте аналогичный щит, тогда местресс Илис не заглянет дальше необходимого.

Не то, чтобы мне было, что скрывать, просто сам факт неприятен.

- Хорошо, - я понимала, что движет руководством академии, и только поэтому согласилась.

- Не беспокойтесь: я уважаю личное пространство и право на приватность, - вежливо улыбнулась проректор. - Ментальное сканирование будет исключительно поверхностным. Но гримуар придется положить, он искажает любое воздействие.

И я прекрасно понимала, что скоро насовсем расстанусь с фолиантом, но именно сейчас мне была жизненно необходима его поддержка. Но местресс права, гримуар способен “прикрыть” своего хозяина от любой попытки вторжения в разум даже без желания причинить вред. А возможно, и создать иллюзию принуждения, если не захочет переходить в другие руки. Темный артефакт вообще ревнив и не любит, когда кто-то другой желает завладеть волей его человека.

- Местор, подержите, - я протянула преподавателю книгу. Он, секунду помедлив, взял ее в руки, я же с трудом разжала пальцы, отпустив теплую кожаную обложку.

- Расслабьтесь, - голос женщины звучал ласково. - Не сопротивляйтесь и не ставьте слишком сильные ментальные щиты, иначе мне придется их пробивать.

А в том, что она пробьет - сомневаться не приходилось. Сила местресс окутывала, давила, как давит непроглядная темнота или толща воды, сквозь которую приходится пробираться. Желание закрыться и усилить щиты было непроизвольным и практически непреодолимым. Я с огромным трудом удерживалась, чтобы не пытаться как-то противостоять силе, что не просто проникает внутрь, но еще и ощупывает, вытягивает наружу то, что я пыталась скрыть даже от самой себя. Собственные слабости, обиды, разочарования. Я будто заново переживала все ужасы, случившиеся со мной в жизни. И в тот момент, когда казалось, что я не выдержу, просто полыхну от переполняющих эмоции, воздействие прекратилось.

Я пошатнулась, приходя в себя. Кто-то чуть придержал меня за спину. Я же посмотрела на свои ладони с красными отпечатками полукружий ногтей - почти до крови.

- Вы молодец, - в глазах проректора читалось сочувствие. И чувствую, относилось оно не к тому, как я стоически выдержала неприятную процедуру проверки.

- Насколько я понимаю, передача гримуара одобрена? - уточнил Саймон.

- Одобрена. Думаю, леди Риар не пожалеет о своем решении, - местресс Илис отошла от меня, наконец, давая возможность свободно вздохнуть.

Глазами я нашла гримуар в руках завкафедрой, вот только, судя по лицу местора Альдера, тесное взаимодействие с темным томом давалось ему нелегко.

Я протянула руки, и преподаватель с готовностью и нескрываемым облегчением вернул мне фолиант. Показалось, или у него на ладонях остались какие-то отметки? Ожоги? Не успела разглядеть...

- В таком случае, мы можем начинать подготовку к ритуалу. Нас ведь уже ждут? - спросил у ректора страж.

- Ждут, - подтвердил глава академии. - Вспомогательный корпус темной магии сегодня в вашем распоряжении. Пришлось освободить его с самого утра для столь важных особ.

Если ректор и был недоволен срывом учебного дня у темных магов, он этого почти не показал, все же вряд ли ради меня освободили целый корпус. А вот что за важные персоны ожидают нас, и кто станет новым владельцем гримуара - мне скоро предстоит узнать.

36. Ритуал

Из ректората я выходила с плохим предчувствием. Территория академия огромная, по сути, здесь бы неплохо и достаточно свободно уместился небольшой городок. И чем ближе мы подходили к нужному месту, тем сильнее я волновалась и тем крепче прижимала к себе книгу. Сердце билось, как сумасшедшее, отстукивая нервную мелодию в груди, кажется, даже гримуар подрагивал в такт.

А еще, как назло, поднялся сильный ветер. Он бил в лицо, распахивал полы пальто, кидал в нас прошлогодние листья. Подумать только, даже погода не способствует сегодняшнему мероприятию.

- Элиза, вы в порядке?

Местор шел рядом, он сам вызвался присутствовать в качестве свидетеля с моей стороны, хотя, как я поняла, обычно при таких процедурах независимым наблюдателем выступает местресс Илис. Но я искренне рада, что с нами пошла не она.

- В относительном, - все же я с гримуаром расстаюсь, а не с родителями - вот где был бы непорядок. - А вы? Ваши руки?

Местор отбросил вьющиеся пряди, которые на ветру совершенно разлохматились, и взглянул на ладони. Покраснение еще осталось, но уже спадало, оставшись небольшими пятнами.

- Я слишком далек от темной магии, - признался преподаватель, пряча руки в карманы. Не столько от любопытных глаз, сколько от холодного ветра. - К тому же гримуар решил, что это я пытаюсь вас разлучить.

- Он защищался? - не поверила я. Меня книга, напротив, приятно грела.

- Думаю, что-то вроде того. Не хочет он с вами расставаться, Элиза, - улыбнулся завкафедрой. - Так долго ждал истинную хозяйку, а провел с ней всего два дня.

- Местор, не давите на жалость, мне и так нелегко, - попросила я. - Лучше скажите, мне как-то придется отрабатывать пропуски?

- Удивительно, что вас это волнует в такой момент, - поразился преподаватель. - Посмотрим. Придется ли и сколько.

Да, может, и не останется во мне силы: неизвестно, сколько и чего заберет гримуар при передаче. Жаль, что нельзя отделаться только темной магией. Как мне объяснил по дороге в академию Саймон, ритуал ослабляет мага, выдирает из него вместе с привязкой к книге часть силы. А после организм сам заново перераспределяет способности, увеличиться они при этом не могут, а вот откуда и сколько убудет - вопрос открытый и каким-то математическим расчетам пока недоступный.

Поэтому стражи будут присутствовать при ритуале не только для обеспечения всеобщей безопасности, но и для фиксации хода ритуала. Возможно, когда-нибудь и будут выявлены закономерности. А пока нужно полагаться исключительно на удачу.

В большом кирпичном здании с крышей-куполом нас действительно ждали.

У входа стоял глава факультета темной магии. Уже немолодой, но подтянутый и статный мужчина с собранными в хвост волосами. Сначала я решила, что декан - платиновый блондин, но быстро поняла, насколько ошиблась.

- Местор темных искусств - Али Шагран, - представил коллегу завкафедрой.

Судя по всему, два человека с корнями из Миасской империи были давно и хорошо знакомы. Во всяком случае, рукопожатиями обменялись вполне искренне и дружественно. И, разумеется, Али Шагран вряд ли родился с таким цветом волос. Скорее, темная магия, а может, нерадивые студенты заставили миасита рано поседеть.

Глаза у местора Шаграна тоже были светлые, причем и радужка, едва заметная, выделяющаяся скорее темной обводкой по краю, и зрачок, не черный, а серый.

И от пристального взгляда белесых глаз, особо выделяющихся на фоне смуглой кожи, становилось жутковато.

- Рад познакомиться, леди Риар, - местор слегка наклонил голову, изучая не столько меня, сколько книгу у меня в руках. - И не жаль отдавать гримуар?

- Не жаль, - вот еще, одна в голову залезла, второй в душу влезть пытается.

- Да ладно вам, не притворяйтесь, - светлый взгляд чуть потеплел. - Вы отлично держитесь, продолжайте в том же духе.

Двери распахнулись, пропуская нас внутрь, в длинный коридор. Здесь все кричало о темной магии: на пол нанесены руны, рядом на стенах напротив каждой руны - ее описание и основные характеристики. Дальше по ходу - виды нежити, потом классификация проклятий. И все это оформлено в мрачных тонах, столь милых сердцам темных магов, от болотно-зеленого до угольно-черного. На случайного посетителя вроде меня это нагоняло попеременно то тоску, то жуть, в зависимости от рисунка. Теперь понятно, почему Саймон носит исключительно темные цвета, не удивлюсь, если и общага у них соответствующая.

В большой зал безо всяких надписей и рисунков я входила почти с облегчением. А еще из больших окон лился свет, так что сначала после мягкого полумрака заслезились глаза. Проморгавшись, я увидела группу магов, естественно, темных, ожидающих нашего прихода. И уже по тому, как они были одеты, вернее, разодеты, я поняла, что имею дело не просто с Высшими лордами, а с самыми высшими из Высших. И пусть моя семья и относилась к аристократии, но к обыкновенной, без каких-то особых привилегий и приставок.

Нас быстро окружили, начались разговоры, вроде бы дружеские, а на деле - не более чем дань вежливости. Все понимали, для чего мы здесь собрались. Один из присутствующих, молодой, чуть старше Саймона или примерно ровесник, держался в стороне и особенно высокомерно смотрел на нас, в разговоры не вступал, предпочитая оставаться подальше от простых смертных. Он так оценивающе глянул на меня и гримуар, будто решая, достойна ли я высокой чести передать ему (а в этом сомневаться не приходилось) книгу, и отвечает ли сам фолиант высоким запросам Высокого лорда, что захотелось развернуться и уйти. Я едва сдержала порыв, ограничившись тем, что демонстративно повернулась к нему спиной, закрыв книгу собой. Не на ярмарку пришел.

- Леди Риар, вы готовы? - тихо спросил декан темных. Удивительно, но в его лице я ощущала основную поддержку.

- Готова, - нехотя признала я. Чего тянуть неизбежное.

- Не понравился? - понимающе улыбнулся местор Шагран. - Племянник короля, между прочим, мой недавний выпускник.

Это было сказано так, что я отчетливо поняла, как радовался декан, отделавшись от такого непростого ученика.

- И что, у короля не нашлось гримуара для племянника?

- Гримуаров осталось не так много, каждый на учете, на всех желающих и племянников не хватает, - пояснил темный маг.

- А он вообще с ним справится? - я еще раз окинула молодого человека взглядом. Вроде, и симпатичный, но эта гримаса пренебрежения и превосходства над окружающими сводила приятную внешность на нет, оставляя стойкое желание поморщиться.

- Марьян - сильный темный маг. И весьма умелый, - признал декан. - Он амбициозный, целеустремленный, напористый. Не без недостатков, конечно, - декан обернулся на своего выпускника. - Но гримуар с ним пылиться не будет, это точно. В любом случае, Марьян знает, на что идет, и это его сознательный выбор и риск. Как и ваш, я полагаю.

- Да, вполне осознанный, - хотя какой может быть выбор между родителями и пусть и ценной, но все-таки книгой?

- Я сейчас кратко объясню вам суть ритуала, - декан придвинулся ближе. - На полу начертана схема… я понимаю, что целители работают с магией напрямую и взаимодействуют с живыми существами, поэтому вспомогательные руны им ни к чему. Но вы, как я понимаю, основы начертательной магии знаете? - я кивнула, решив не уточнять, что исключительно самые основы. - Когда ритуал начнется, вам необходимо будет активировать руны своей силой, дальше подхватит Марьян, он в этом хорош, не переживайте. Активируете ближайшую к себе руну и через нее вливаете силу в остальные. Когда у всех рун магический потенциал выровняется - можно начинать передачу.

С активацией рун я тоже была знакома, больше в теории, но начертательную магию в обязательном порядке на младших курсах проходят все. Вот только в те годы я не сильно старалась учиться, надеюсь, моих скудных знаний хватит, и этот Марьян сможет взять основную часть на себя.

- Далее. Гримуар устанавливаете в центр и больше не дотрагиваетесь. Чтобы его мог принять Марьян, артефакт сначала надо “отвязать” от вас. Руны визуализируют потоки, обрубать их придется вам самостоятельно. Запомните: вы отказываетесь от книги и делаете это без сомнений и колебаний. Чем сильнее будете сомневаться и мучиться выбором - тем сложнее и больнее будет.

- Очень больно будет? - сглотнула я.

- Будет больно, но вы не так долго владеете гримуаром, поэтому передача должна пройти относительно легко. Правда, врос он в вас за эти дни прилично, - декан нахмурился: судя по затуманенному и расфокусированному взгляду, местор перешел на магическое зрение. И увиденное ему не нравилось. - Будете обрубать нити - дергайте сильнее, не жалейте себя, - напоследок посоветовал маг. - Чем быстрее закончите, тем меньше будете мучиться.

Звучало, прямо скажем, не слишком ободряюще. Я и без того нервничала, а теперь и подавно не находила себе места. Что-то подсказывало, что это будет даже сложнее, чем я думала.

- Али, надеюсь, я могу не волноваться за подготовку ритуала? - подошел к нам местор Альдер.

- Обижаешь, брат, - сдвинул густые брови, светлые, как и волосы, декан темных. - Я чертил все руны лично.

- Вы родственники? - я переводила взгляд с одного на другого, ища какое-то сходство. Нет, миаситы имеют общие черты, но похожими завкафедрой и декан не выглядели.

- Нет, леди, - местор Шагран насмешливо посмотрел на меня. - Это распространенное обращение среди нашего народа. Миаситов осталось не так много, поэтому мы особенно ценим и дорожим друг другом.

- Но было бы неудивительно, если мы действительно приходимся друг другу какими-то родственникам, - поддержал его завкафедрой.

- Я переговорю со второй стороной - и начинаем, - декан ушел, мы с местором Альдером остались.

- Элиза, если что, я договорился с местором Шаграном о твоем переходе на его факультет, - завкафедрой выглядел до предела собранным, кажется, он волновался по поводу предстоящего действа не меньше моего.

- Вот так и знала, что вы попытаетесь от меня избавиться, - попробовала пошутить я. Судя по укору в глазах мужчины - шутка не удалась.

- Темной магии в вас в любом случае хватит для нормальной учебы. Правда, Али сказал, что с гримуаром вы бы были ему интереснее, но в любом случае от ученицы, призвавшей темную сущность, а потом сразившейся с ней, он не откажется.

Да, магии жизни во мне и без того - фениксовы слезы, а после ритуала, наверное, и этого не останется. Я как никогда остро ощутила, сколько потеряю в этот вечер.

- А вы уже все знаете про меня и про… все остальное?

- Знаю, - признался местор. - Я не собирался копаться в ваших тайнах, но некоторые моменты мне нужно было понять, особенно, когда вы начали так тесно сотрудничать с тайной стражей. И когда дело коснулось передачи гримуара, я не смог остаться в стороне. Все же вы моя студентка, и я о вас беспокоюсь.

Я его проблемная студентка из практически осужденной за предательство семьи. Даже странно, что местор Шагран согласился меня взять, наверное, завкафедрой просто не стал посвящать его в тонкости моей учебы в предыдущие годы.

- Леди Риар, - подозвал меня декан.

На полу была вычерчена сложная схема, настолько сложная, что я даже не сразу сообразила, куда мне встать. Сориентировалась только по тому, какое место занял племянник короля. Логично предположить, что я встаю напротив.

Плотные портьеры закрылись, немногочисленные свечи зажглись, присутствующие заняли свои места, зал погрузился в темноту и тишину.

Я чувствовала себя актрисой, а ритуал - странной постановкой. И осознать, что все это происходит по-настоящему, пока не получалось. Какой-то страшный и странный сон.

Темный маг, племянник короля, стоял в пяти шагах. Невысокий, тонкокостный, весь из себя аристократичный и надменный. Прилизанные светлые волосы, неброские, но дорогие сережки с сапфирами в ушах - под цвет глаз, точеные скулы, острый подбородок, нос немного вздернутый. Дорогая одежда со множеством украшений, перстни на пальцах, пусть и артефактные, но слишком кичливые, кричащие о состоянии своего хозяина. Наверное, в той, другой жизни, такой молодой человек произвел бы на меня благоприятное впечатление. Я бы назвала его утонченным. Возможно, в другой ситуации даже попыталась бы произвести на него впечатление. Сейчас же он казался неуместно разодетым, не на бал же пришел и не на дипломатический прием.

- Ты так и собираешься на меня пялиться или все-таки начнешь? - прошипел маг.

Но в тишине зала его слова усилились и наверняка были услышаны всеми.

Я сжала зубы и выдохнула. Из всех людей именно этому мне отдавать гримуар не хотелось. Ну почему не нашелся кто-то менее зазнавшийся?

Напитать ближайшую руну магией, дальше все пойдет само. Я без труда влила силу в рисунок, удовлетворенно заметив небольшое свечение - руна активировалась. А дальше почему-то ничего само не шло. Вливать магию в руну просто не получалось, она уходила в буквальном смысле в воздух. Свечи задрожали.

Я беспомощно подняла глаза на Марьяна - все остальные маги стояли за освещенным свечами кругом, и я не видела, у кого еще можно попросить помощи и поддержки.

- Ушедшие, ты такая бестолочь или издеваешься? - уже в голос высказался темный.

- Я на целителя учусь, - обиделась я. Можно подумать, я темные ритуалы каждый день провожу.

- И что? Это же азы! - продолжал возмущаться нахал. - Построй вектор от одной руны к другой. Я бы посоветовал сразу соединить векторами все фигуры и пустить по ним магию, но, боюсь, ты не сдюжишь и только испортишь схему, - усмехнулся племянник короля. - А я не собираюсь торчать здесь до ночи, пока готовят новую. Поэтому давай по одной по часовой стрелке.

Я решила игнорировать выпады темного мага. Мало ли что он обо мне думает, посмотрим, как сам справится с гримуаром. У меня имелась проблема посерьезнее: векторы. Сначала бабушка показывала и рассказывала, как их строить, потом на первом курсе на занятиях начерталовкой тоже что-то показывали. Но после уроков бабушки прошло много лет, а начерталовка… эх, поздно жалеть, что не училась все эти годы.

Надо отдать должно Марьяну, векторы мне помог построить именно он. И, что примечательно, молча. Просто подхватил мои и подправил, а потом следил, чтобы я правильно распределяла силу. К последней руне я уже справилась сама без помощи. Все прошло почти неплохо, если бы раздраженное “Ну наконец-то!” не испортило окончательно мое и без того нерадостное настроение.

Так, теперь поставить гримуар в центральную руну. Удивительно, но слова декана стоило воспринимать серьезно: книга стояла твердо и уверенно, не думая падать или заваливаться. Кажется, она даже немного приподнялась над полом. По напитанному магией воздуху побежала рябь, свечи задрожали. И чтобы увидеть нити силы, на магическое зрение переходить не пришлось: нити были четко заметны. Они светились и тянулись, переплетаясь и расходясь от книги ко мне. Значит, надо дернуть? Натянуть на одном конце со стороны книги и магическим рывком оторвать от себя.

Все вместе я не выдерну, их слишком много, ушедшие, и это за два дня? А что бы было через несколько лет?

Я подцепила первую и потянула. Перед глазами поплыло, в ушах предупреждающе зазвенело. На счет три, скомандовала сама себе я. Один, два, три…

Огонь от свечей взметнулся почти на метр, руны полыхнули, защитный контур проявился. Я же только спустя несколько долгих секунд смогла сделать вдох - настолько больно было. На глаза навернулись слезы. Нитей я насчитала еще шесть.

- Дергай по две, - Марьян, сложив руки на груди, наблюдал за моими страданиями.

Я стерла слезы, постаравшись при этом не шмыгнуть носом. Две… сам бы попробовал дернуть хоть одну.

После еще двух вытянутых нитей я с трудом устояла на ногах, но, боясь упасть, все-таки присела на корточки, оперевшись пальцами о пол. Перед глазами плясала желто-оранжевая рябь огней. И непонятно, это так свечи разгорелись или у меня галлюцинации от болевого шока.

- Попробуй сразу выдрать все оставшиеся, - снова влез маг с ценным советом.

Три нити одновременно - нет, такое я не переживу.

- Вставай, сидя ритуал не проводят, - продолжал подгонять Марьян.

- Не торопи меня! - рявкнула я.

Маг цыкнул и отвернулся.

Я поднялась, чувствуя, что меня ощутимо пошатывает. Три нити. Выдержу, ничего.

Гримуар тем временем начал шевелиться. Теперь было четко видно, что он висит в воздухе на уровне колен, обложка приоткрывается и страницы шевелятся, будто пытаются мне что-то сказать, остановить…

Так, отставить крамольные мысли, он не настолько живой, чтобы разговаривать, а то так можно дойти и до того, что ему тоже больно. А что, если и правда больно? Я одернула сама себя: больно здесь пока что только мне. И как сказал местор Шагран, чем скорее я закончу - тем легче мне будет. Так что надо поторопиться, не для племянника короля, он будет ждать столько, сколько нужно, а для себя.

Оставшиеся нити никак не желали подцепляться, я безрезультатно перепробовала все, но они лишь ускользали. Пришлось тратить силы на переход на магическое зрение, собственные глаза начали подводить. В магическом видении это были не просто нити, скорее - цепи. Неоднородная структура, связанная между собой. Я набрала побольше воздуха, теперь на выдохе.

Садиться нельзя, ног я почти не чувствую, они одеревенели, их будто свело, и стоило попытаться ими пошевелить, как все тело простреливала боль. Последние две. Может, действительно попробовать дернуть их разом?

Гримуар хлопал обложкой, он взлетел уже высоко, на уровень моих глаз. Страницы шелестели, и в этом шелесте слышался испуг.

После двух разом оборванных нитей я все-таки не устояла, покачнулась и осела на пол, подтянула колени и прижала их руками к груди. Теперь можно и посидеть, моя роль в постановке исполнена. Жаль, что уйти нельзя - в груди поселилась пустота, совершенно не хотелось видеть, что произойдет дальше. Нити, связывающие нас с гримуаром, безвольно обвисли и постепенно таяли. С ними таяла и моя сила... странно, я думала, что именно это будет самым болезненным. Сейчас я ощущала все примерно так, будто беспрерывно создаю мощные заклинания: резерв пустеет, наваливается усталость. Только бы на пол не завалиться.

Тем временем Марьян развел руки, от его пальцев потянулись новые нити, сразу десять - племянник короля не мелочился. Они обвили гримуар и потянули его к себе. Книга без труда далась магу в руки, на лице парня отчетливо читалось торжество. Как же - я мучилась не менее часа - свечи почти догорели, превратившись в небольшие огарки, а он за пару минут завладел гримуаром. Я отвернулась, чувствуя, как к горлу подступает обида за подобную несправедливость. Чем он заслужил право обладать?

И тут вокруг меня послышались возгласы стоявших свидетелей. Я недоуменно вернула взгляд к темному. Он стоял, но это явно ненадолго: кровь из носа буквально хлестала, глаза закатились, по лицу пробегала судорога. Нити лопались одна за другой, и каждый разрыв ударял мощнейшей отдачей по магу. Пять нитей - и Марьян со стоном рухнул вниз, гримуар выпал из его рук, но нити все еще связывали их, натягиваясь сильнее. Еще один разрыв - маг выгнулся дугой, из его рта вышло какое-то сдавленное бульканье, а дальше он закашлялся кровью.

Я, забыв обо всем, следила за неравной борьбой: племянник короля, враз растерявший всю спесь, проигрывал неравный бой с артефактом. Четыре нити, хлопок, пламя от почти сгоревших свечей слилось в единую вспышку, полыхнуло и опало, оставив отпрыска Высокого рода без поддержки заговоренных свечей и магического огня. Едва тлеющие фитильки слабо освещали место ритуала. В их тусклом свете лицо парня заострилось, казалось, что кожа натянулась до предела и вот-вот лопнет. Судорожное дыхание с хрипами и стонами. Я со своего места видела, как отчаянно билась жилка на белой шее: кажется, еще чуть-чуть, и удар убьет темного даже раньше, чем гримуар окончательно вытянет из него силы.

О том, что я закусила губу, я поняла только по привкусу крови во рту, так увлеклась удивительной сценой. И я еще думала, что это мне передача гримуара далась нелегко. А ведь он действительно не выдержит. Третья нить лопнула, отдача зацепила и меня, обожгла внутренности огнем. Каких-то две нити - и ритуал завершится ничем. И что дальше? Вряд ли решатся проводить его повторно, да и будет ли с кем? Темный маг не факт, что переживет сегодняшний вечер, а если и переживет, то что с ним станет потом?

Впрочем, какая разница? Гримуар вернется ко мне: однозначно, больше никто не рискнет связываться со строптивой книгой. И мне не придется его отдавать - проблема будет решена. А всякие выскочки его в любом случае недостойны.

Вторая нить дрожала, звенела, будто настоящая струна. Ну же, еще чуть-чуть…

И тут я ужаснулась собственным мыслям: я ведь никому не желаю зла! Жить и знать, что человек погиб на моих глазах, чтобы я смогла и дальше владеть столь опасной вещью? Однажды из-за него, из-за его внезапной и ненужной помощи погибли мои бабушка с дедушкой, теперь я сижу и буквально жду смерти другого человека. Какая разница, достоин он или нет. А что дальше? Кто будет следующий?

И мои ли это мысли вообще...

Я встала на колени и потянулась вперед. Руны пульсировали, впитывая в себя силу Марьяна и… мою? Кажется, нарушив ход ритуала, я потеряю еще больше магии… Плевать, я должна это сделать.

Я положила руку на гримуар, почувствовав его кипящее негодование.

- Тише…

Сказала я это вслух или попросила в мыслях - не поняла сама. Но артефакт отозвался на мою просьбу.

- Так нельзя, мы не убийцы, - я гладила обложку, ощущавшуюся как никогда мягкой. - Дай ему шанс, отделаться от хозяина ты всегда успеешь. А я… - я взглянула на гримуар. - Я тебя не хочу, ты слишком сложный и слишком опасный.

И когда-нибудь ты сможешь слишком глубоко врасти в меня. И тогда кто знает, смогу ли я остановиться в похожей ситуации? Сумею ли сдержать себя? Вряд ли. Я и сейчас с трудом нашла на это силы, так велик соблазн пожертвовать чьей-то жизнью, лишь бы добиться желаемого. Я так не хочу. Так далеко шагнуть я не готова. Наверное, из меня бы и хорошего темного мага с таким подходом не вышло…

- Ты мне не нужен, - уверенно повторила я. - Или будешь с ним, или верну тебя в тот склеп, ты в нем отлично пролежал десять с лишним лет, вот и еще полежишь.

В ответ в мою руку словно вошла тысяча игл, мягкость в момент превратилась в колючки. Ладонь тут же загорелась огнем.

- Я предупредила.

Руку я убрала, гримуар же… успокоился? Принял неизбежное? Но нити больше не рвались, не натягивались, не пили жизнь из Марьяна. И сам Марьян задышал ровно, правда, прошло не менее десяти минут, пока его взгляд не стал осознанным.

- Гримуар? - сипло произнес он единственное, на что хватило сил.

- Твой. Пользуйся.

Руны погасли, свечи окончательно догорели.

Я поднялась и вышла из схемы. Спотыкаясь, поплелась вперед: дальше, дальше отсюда.

Далеко, правда, не ушла. Шагов через десять меня подхватили на руки и понесли.

- Куда вы меня несете? - больше для приличия спросила я у местора Альдера, в коридоре света было достаточно, чтобы разглядеть. Да и вариантов немного. И куда бы не отнесли - мне сейчас все равно.

- В лазарет.

- А может, в общежитие?

- Нет.

- Ну ладно, - я расслабилась, решив, что лазарет не самое плохое место.

Там есть кровать и можно просто полежать, а все остальное - после.

На улице к бушующему ветру присоединился дождь, он хлестал ледяными струями в лицо, поэтому завкафедрой сильнее прижал меня к себе и бегом добрался до лазарета возле целительского корпуса.

В помещении оказалось так хорошо после непогоды, что я готова была здесь остаться навсегда, лишь бы на улицу не выходить.

- Сейчас надо раздеться и лечь, - скомандовал мужчина.

- А можно просто лечь?

- Нельзя. Я позову дежурную девушку, - в лазарете практиковались целители.

Девушка пришла, когда я пыталась стащить с себя сапоги. Принесла рубашку... да что ж такое-то? Опять я в лечебнице и в рубашке?

- Я помогу, - кажется, студентка была на курс младше. Она ловко сняла с меня все до белья, буквально нахлобучила рубашку и пошла отчитываться преподавателю.

- Целительский сон на двенадцать часов, а дальше посмотрим, - решил местор Альдер. - Без моего разрешения леди Риар из лазарета не выпускать.

- Я могла бы и в комнате поспать, - попробовала возразить я.

Но целительский сон не оставил простора для маневра, обрушившись резко и сразу.

37. Лазарет

Первым, кого я увидела, открыв глаза, предсказуемо был местор Альдер. Он стоял, задумчиво глядя на наручные часы, и, уловив мое пробуждение, облегченно вздохнул.

- Я уже начал волноваться, - признался преподаватель, - думал, что давно не работал с пациентами-людьми и растерял все навыки.

- Я проспала двенадцать часов? - хотелось потянуться и размяться, но делать это при месторе было как-то неудобно.

- Почти тринадцать. Как самочувствие? - завкафедрой сел на трехногую круглую табуретку и принялся изучать мой пульс, тут же скакнувший от его прикосновения.

- Нормально, - я высвободила руку.

- Это, кстати, ваше, - завкафедрой чуть отодвинул в сторону ширму, отделяющую кровать с трех сторон от остального лазарета - с четвертой в изголовье располагалось окно - и я увидела невообразимых размеров букет. Да какое там, букетище!

- От кого он? - не местор же принес?

- Визитки нет, но доставили из дворцовой оранжереи. Наши просили не выбрасывать, как завянет, хотят попробовать некоторые черенки посадить в зоосаде.

Букет был прекрасный и волшебный, в нежно-розовых тонах. От него шло легкое свечение, мерцали пылинки-звездочки и порхали вокруг живые зачарованные бабочки. Сколько же магии вложено в такую красоту?

- Цветы изначально растят магические, в них добавляют разные свойства, вроде свечения или особой притягательности для бабочек, - видимо, последнее я сказала вслух и получила от преподавателя ответ.

- Тот маг, племянник короля… Марьян, - вспомнила имя я. - Значит, он в порядке?

- В относительном. Покидал он академию почти сам, с поддержкой, но на своих двоих. Потрепало его, конечно, знатно, но молодой и здоровый организм быстро восстановится, привязка к гримуару окрепнет. Уж не знаю, как он с ним дальше справится, но это уже нас не касается, - как-то жестко закончил преподаватель. Наверное, Марьян не понравился местору Альдеру. Впрочем, с такой манерой держаться, не удивительно.

И как бы я ни относилась к этому нахалу, шикарный букет подкупал, захотелось встать и рассмотреть его получше хотя бы в исследовательских целях. Иллюзия это или реальное свечение?

- А мне можно вставать? - я оглянулась на местора.

- Попробуйте, - пожал плечами мужчина.

Местор тактично отвернулся, пока я накидывала халат и попробовала подняться. Обратно рухнула почти сразу. Это даже не слабость, это что-то сильнее, ноги не держали совершенно.

- Лучше лежите, - местор взял букет и донес его ко мне сам. Сладкий аромат заполнил все пространство, защекотал нос. Желудок заурчал, как бы намекая, что я не бабочка, питаться пыльцой не смогу.

- Вас сейчас покормят, после осмотрит целитель, не я, не бойтесь, - заметив мою реакцию, поспешил уточнить завкафедрой. Как-то я действительно не готова к осмотру местором Альдером. - Сегодня-завтра полежите здесь, все силы организма брошены на восстановление магии и перераспределения магического резерва, так что слабость и головокружение - это нормально.

- Местор, скажите, а когда мы узнаем… что у меня осталось?

- Послезавтра утром мы проведем тест Дола в присутствии комиссии и заново внесем результаты в ваше личное дело. Тогда же будет принято решение касательно вашего дальнейшего обучения на факультете.

- Вы все-таки надеетесь от меня избавиться, - грустно улыбнулась я.

- Я надеюсь, что с вами все будет хорошо, и такой непростой ритуал прошел для вас без особых последствий, - поправил завкафедрой. - А пока отдыхайте.

Дальше преподаватель задерживаться не стал. Не успел местор Альдер уйти, как мне прикатили обед из столовой, а после зашел штатный целитель в сопровождении двух дежурных студенток. И следующие полчаса я чувствовала себя учебным пособием, на примере которого показывали, что случается при магическом выгорании (от этих слов у меня волосы дыбом встали, но местор поспешил успокоить, что выразился образно).

- Случаи передачи магии невероятно редкие, практически уникальные, - разглагольствовал целитель. - Так что мы имеем дело с определенным феноменом изменения магического потенциала у взрослого состоявшегося мага.

Дальше шли термины и совершенно нудные объяснения, под которые я и заснула.

- Просыпайся, хватит дрыхнуть! - разбудила меня рыжая. - Смотрю, ты во что только не ввяжешься, лишь бы на занятия не ходить! - вот уж точно бесстыжая! Я такое пережила, а она... - Но не переживай, - не дала вставить мне и слова подруга, - и можешь не благодарить.

На прикроватную тумбочку легли три наших учебника по кормлению млекопитающих, кормлению не-млекопитающих и паразитологии.

- Я закладками обозначила, докуда тебе нужно прочесть, - судя по торчащим бумажкам, мне предстояло прочесть три увесистых тома практически целиком.

- Элис, спасибо, конечно, но я не собираюсь столько лежать в лазарете, - я отодвинулась подальше от учебников и от подруги.

- Да кто тебя знает, ты же вечно во что-то встреваешь.

- Нет, чтобы моим самочувствием поинтересоваться, - насупилась я. А она сразу об учебе…

- Я уже у твоего целителя поинтересовалась, а до этого у местора Альдера. Так что знаю, что ты в порядке, читать учебники сможешь.

- Я вообще-то встаю с трудом! - и ни разу не в порядке!

- Лежа читай, - парировала рыжая, - особо и напрягаться не надо.

- Меня, может, скоро с нашего на темный факультет переведут, - пожаловалась я.

- Правда? - округлила глаза соседка и присела рядом на кровать. - А что же ты сразу не сказала? Я бы принесла тебе что-нибудь из их программы.

- Да ну тебя!

Я повернулась к бесстыжей спиной и натянула одеяло до ушей. У меня тут жизнь рушится. Окончательно. А она о какой-то ерунде.

- Ладно тебе, не расстраивайся, - погладила меня соседка. - Я слышала про твой возможный перевод, но жизнь-то на этом не заканчивается. Наоборот, все только начинается. Я тебе поэтому и учебники подобрала, которые и в будущем пригодиться могут.

- Чем же, например? - я оглянулась и подозрительно посмотрела на три книги.

- Ну как, паразитология вообще на все случаи жизни. Паразиты, они, знаешь ли, не только у животных бывают. Гельминты, например, очень распространены у людей. И из этого пособия ты узнаешь и как их диагностировать, и как их лечить, в случае чего. А уж сколько разных паразитов водится на кладбищах, ты себе и представить не можешь! - вдохновленно закончила Элис.

Меня аж передернуло. Но о паразитах на кладбищах действительно стоит почитать, а то мало ли, я тут как раз недавно была на одном.

- Хорошо, с паразитологией понятно, но кормление каким боком к темной магии относится?

- Как это каким боком? А зомби ты чем кормить собираешься? И каким именно способом? Ты хоть знаешь, сколько существует способов введения еды в организм?

И знать не хочу.

- А почему млекопитающих и не-млекопитающих?

- Так зомби тоже бывают разные, - пожала худыми плечами Элис. - Поэтому по млекопитающим я только про хищников том принесла, травой зомби все равно не прокормишь.

И не поспоришь.

Следом за соседкой завалились, иначе этот приход не назовешь, однокурсники. Девушки тут же принялись восхищаться букетом, парни же сокрушались, что я так легко отдала гримуар.

- Я бы такую вещь ни на что не променял! - заметил мелкий проныра Янг.

Новости по академии разошлись, да что там, прокатились настоящим цунами. Поговаривали, будто я передала гримуар самому наследному принцу (хотя, казалось бы, то, что он стихийник, а не темный маг - общеизвестный факт), и этот принц был мною так очарован, что буквально усыпал лазарет цветами и бабочками, превратив его в оранжерею. К вечеру, устав от постоянных визитеров, желающих подтвердить или опровергнуть правдивость слухов, я решила, что завтра же утром сбегу - прописанный покой мне даже не снился - спать не давали до поздней ночи.

А следующим утром пришел Саймон.

Некромант зашел с перевязанной широкой лентой коробкой конфет ручной работы, так скептически взглянул на букет, что, кажется, свечение несколько померкло, а бабочки притихли на цветах, а потом на меня, но уже добрее.

- Доброе утро, - страж снова устроился на подоконнике. - Как самочувствие?

- Доброе, - я несколько удивилась такому скорому приходу рыжего. - Самочувствие в порядке, но чувствую себя немного странно. Мне сказали, это нормально и при изменении магического потенциала вполне ожидаемо. А ты как? Что-то с плечом? Сильно болит?

Удивительно, но рука некроманта лежала в лангетке, что там целиком, я не разглядела, но из-под манжеты рубашки выглядывал бинт. Неужели все оказалось серьезно? И в Центральном Целительском сразу не заметили?

- Не то чтобы прям болит…

- Привет! - Элис заглянула за ширму, убедилась, что можно, и села на подоконник рядом с Саймоном. И, вроде, ничего такого, но если приглядеться... - Твоя рука лучше? Начала проходить?

- Это еще долго будет проходить, - со скорбным видом сообщил страж. Но глаза у него были при этом хитрющие и веселые.

- А я? Почему ты не интересуешься моим самочувствием? - вообще, в лазарет попала именно я, а не один рыжий некромант.

- Да с тобой все и так ясно, - отмахнулась подруга. - Паразитологию прочла?

- Пока нет, я изучаю на практике. Вот конкретно сейчас одна рыжая паразитка сидит на моем подоконнике.

Броситься на меня Элис не дал Саймон, справившись с девушкой одной рукой. То есть как справившись, прижав ее к себе и больше не отпустив.

- Тебе, как особо пострадавшей, - страж протянул коробку конфет. Ну все, теперь рыжая меня точно убьет.

- Спасибо, - но отказываться и отказывать себе в удовольствии посмотреть на недовольное лицо Элис я не смогла. - Я поделюсь, - все же мне с ней если не одной комнате жить, то в одной академии учиться.

- Да нет уж, не надо, - надулась соседка.

Зато Саймон буквально светился изнутри, веснушки и те стали ярче и веселее, а то вечно угрюмый ходил. Да и Элис, чего там говорить, выглядела лучше обычного: и причесалась как следует, и даже накрасилась, не слишком умело, конечно, стрелки кривоваты получились. Нужно будет преподать ей пару уроков экспресс-макияжа.

- Элис, подожди меня у входа в лазарет, мне нужно переговорить с Элизой, - попросил некромант. - Это по работе.

- Поправляйся давай, - все-таки пожелала на прощание подруга. - А то как-то скучно без тебя жить: никто общагу не заливает, на парах никаких приключений и вообще тихо как-то. Непривычно.

- Так вот, с рукой все в порядке, - сказал Саймон, когда Элис удалилась. - Но ты же сама заявила, что со мной случилось что-то непоправимое, теперь приходится соответствовать образу раненого бойца.

- Вижу, образ неплохо работает, - одобрила я. - А Элис ничего не заподозрила? Все-таки она неплохой целитель…

- Я сослался на темную сущность и ее потустороннее воздействие. А еще на повышенную секретность.

Удобно быть тайным стражем, однако!

- Но у нас все позади? Мне зачли поимку темной сущности и передачу гримуара?

- Зачли. Суд будет на следующей неделе, там огласят окончательное решение, но тайная стража уже направила судье все материалы дела. И, насколько я понял, корона посодействует, все же ты близкого родственника короля спасла, - последнее было сказано без особой радости.

- Ты знаком с Марьяном?

- Знаком, он учился на курс старше. Тот еще засранец, пусть и маг сильный. На мое счастье, в армию пошел, хотя бы на работе с ним не пересекаемся. Но все же ты правильно сделала, что вмешалась. Если бы Марьян серьезно пострадал, неизвестно, как бы это тебе аукнулось. Никакой гримуар не стоит таких проблем. К тому же, хоть Мар и гад, но  приличный, и твоего поступка он не забудет.

На этом страж еще раз бросил взгляд на букет. Цветы эти ему не нравились уже тем, кто их подарил.

- Но увлекаться им не советую, - закончил некромант.

- Уж поверь, не увлекусь, он не в моем вкусе, - я поморщилась, вспомнив племянника короля.

- А кто в твоем? - неожиданно заинтересовался страж.

- А ты почему интересуешься? - подозрительно спросила я.

- Я просто, - Саймон улыбнулся, - у меня уже несколько человек про тебя спросило.

- Не отвечай, мне бы со всем текущим разобраться, - на учебу бы время найти, не до отношений.

- Дело твое, - страж ловко спрыгнул с подоконника, поправил поудобнее лангетку, размял пальцы. - Но если что-нибудь понадобится, тебе есть, к кому обратиться, запомни.

- Иди уже, мне племянник короля должен, я теперь точно не пропаду, - отмахнулась я.

Саймон ушел, а конфеты остались и несколько скрасили мой день. Поскольку из-за вчерашнего сумасшедшего дня с огромным количеством визитеров лазарет закрыл свои двери для не-больных, студиозы шли на разные ухищрения, чтобы посмотреть на “ту самую невесту племянника императора, подарившую ему на помолвку гримуар”. От этих слухов мне хотелось одновременно смеяться и плакать, настолько нелепыми они были. Но люди почему-то верили и прикидывались больными, лишь бы пробраться внутрь. Когда внутрь пускать окончательно перестали и начали проводить предварительную диагностику на входе, народ вспомнил, что они вообще-то маги и умеют разное. Например, левитировать к моему окну.

Надо ли говорить, как я испугалась, когда парочка боевых магов зависла напротив моего окна на третьем этаже, уперевшись лбами в стекло.

Окно пришлось зашторить, но находчивые личности телекинезом поднимали шторы.

Не лазарет, а дурдом какой-то.

Пришлось переселяться в центр, подальше от окон. Местор Альдер под угрозой отчисления не разрешал покидать лечебное крыло. Оставалось терпеть и утешаться конфетами. Зато день прошел быстро и достаточно весело. А еще грела мысль, что скоро я увижу родителей на свободе, и значит, все мои мучения прошли не зря.

Ближе к вечеру заглянул завкафедрой, убедился, что я в порядке и практически восстановилась, магические и физические показатели пришли в норму, и сразу ушел.

Потом еще раз забежала Элис проверить, как я осваиваю учебники, а заодно принесла новую одежду на завтра и мою косметичку. Умничка рыжая! Мне ведь предстоит идти на замер магического потенциала, и неизвестно, успею ли я зайти в комнату, чтобы переодеться. А к такому торжественному моменту следует подготовиться соответствующе. Все-таки удобно иметь подругу.

Паразитологию я к тому времени почти дочитала, заодно узнала про паразитов на кладбище - вот уж мерзость, нарочно не придумаешь. Туманные слизни и кладбищенские черви, мозговые моллюски и хвостоногие рачки - это лишь малый список фауны, обитающей среди могил. А сколько всего интересного живет в несвежих трупах... Нет, в некроманты я после таких открытий точно не пойду.

Пока рыжая рассказывала мне последние новости, старательно обходя тему Саймона, она успела умять оставшиеся полкоробки шоколадных конфет. И только съев последнюю, опомнилась, вспомнив про свою аллергию на шоколад.

- А мы завтра с Саймоном договорились прогуляться по городу, - схватилась за покрасневшие щеки подруга.

- Ты же в лазарете, обратись к местным, - посоветовала я, отметив, что завтра они снова встречаются. И мне не то чтобы завидно, я, конечно, рада за Элис, но все-таки…

Подруга убежала убирать последствия шоколадного обжорства и готовиться к занятиям, а я так и осталась с паразитологией. Каждому свое.

На следующее утро меня подняли рано и принялись осматривать сразу несколько целителей и целая стайка студентов. Студенты стояли в сторонке молча и только и успевали записывать умные мысли месторов и двух местресс, устроивших консилиум. Темой было перераспределение магического потенциала, завершился ли он в полной мере, или цифры на шкале теста Дола еще могут подвинуться. А также насколько это повлияло на мое физиологическое и психологическое состояние.

Я слушала молча, предпочитая не вмешиваться в умные разговоры о высоких материях. Главное, чтобы меня сегодня выпустили из лазарета, иначе пребывание здесь точно отразится на моем психическом состоянии, если еще не отразилось.

- Добрый день, - местор Альдер зашел в смотровой кабинет, где я сидела на кушетке в рубашке и халате и ела булочку. - А почему вы еще не одеты?

- Не отпускают, - кивнула я на собравшихся магов..

Целители разом повернулись к завкафедрой, чувствуя в нем угрозу возможным научным и магическим открытиям, на пороге которых они стоят, а возможно, этот порог уже одной ногой переступают.

- Разве студентка Риар не восстановилась после ритуала? - требовательно спросил преподаватель.

- Случай слишком необычный, мы не можем быть абсолютно уверены, - начала местресс, которая что-то у нас преподавала на младших курсах.

- Магические каналы заполнены, магический фон стабильный, в чем именно вы не уверены? - местор сложил руки на груди и недовольно смотрел на коллег. Те отвечали ему взаимностью.

- Здесь трудно утверждать наверняка, - вмешался другой целитель. Высокий, крупный, с мощным телосложением и здоровенными руками. Мясник какой-то, а не целитель.

- Она будет раз в день отмечаться в лазарете для снятия показателей. Но не думаю, что они как-то изменятся. А пока леди Риар придется быстро одеваться, нас ждут в ректорате на тест Дола.

Не знаю, согласились ли остальные целители с местором Альдером, я же быстро вскочила и юркнула преподавателю за спину, а там и до двери рукой подать. За десять минут удалось каким-то образом собраться и привести себя в порядок. Я удовлетворенно осмотрела свое отражение в мутноватом зеркале местной душевой. Неплохо. И стрелки ровные. Вот что значит - набитая рука.

Сам местор, ожидавший меня у выхода из лазарета, тоже приоделся. Он всегда хорошо выглядел, но сегодня особенно. Черные брюки, синяя шелковая рубашка и синий же, на несколько тонов темнее, галстук. Волосы собраны в хвост, а пара прядей покороче убрана за ухо.

- Вы отлично выглядите, - одобрил преподаватель. - Волнуетесь?

- Немного, - я украдкой вытерла вспотевшие ладони. На самом деле, волновалась я еще как.

Моя жизнь, похоже, снова круто изменится, и в какую сторону повернет на этот раз - я скоро узнаю.

38. Тест

За почти четыре года учебы я ни разу не заходила к ректору, а тут второй визит за три дня. Тенденция, прямо скажем, настораживающая. Просторное темное помещение, отделанное лакированными деревянными панелями. По стенам висели портреты как видных магов, так и предыдущих хозяев кабинета. Сам местор Гирвар сидел за массивным столом с ножками в виде грифоньих лап, а за овальным столом для совещаний устроились местресс Илис и местор Акшер - глава приемной комиссии. Последний вертел в руках небольшую треугольную пластину из цельного камня - тот самый тест Дола, который традиционно проходят все соискатели, чтобы получить допуск к вступительным экзаменам.

- Доброе утро, леди Риар, - сходу улыбнулась мне женщина. - Как ваше самочувствие?

- Добрый день, месторы и местресс. Благодарю, все хорошо, - и ведь знаю, что местресс исключительно из необходимости копалась в моих мозгах и не может проделывать такой трюк в любое время и незаметно для меня. А все равно неприятно. Осадочек остался.

- Здравствуйте, леди, - кивнул местор Акшер. Сухощавый и немолодой... очень немолодой, я бы сказала. Еще моих родителей в академию принимал. Но стариком местор не выглядел.

Ухоженный, в ладно сидящем сером костюме, с волосами, на которые седина легла поверх благородной платины. Местор Акшер был из Высших лордов, даже странно, что он не занимает какой-нибудь более ответственный и почетный пост в академии, а то и в королевском дворце.

- Итак, рад видеть вас в добром здравии, леди Риар, - ректор, даром, что пухленький, легко поднялся из-за своего стола и подошел к нам. - Ну что, вы готовы к историческому событию? Я лично проверил архивы: случаев, чтобы у студентов во время обучения менялся магический потенциал, ранее не фиксировали, - и довольно потер руки.

Да, им легко говорить… Уникальный случай, который обязательно попадет в архивы...

- Не расстраивайтесь, у вас высокий магический потенциал, полностью он не исчезнет, оставшегося должно хватить для учебы с лихвой, - понял мои чувства ректор.

- Вот только у леди минимальный порог для обучения целительству, - листая мое личное дело, заметил местор Акшер. - Странно, что, при прочих развитых способностях, она выбрала именно этот факультет.

- Ничего, местор Шагран уже подтвердил, что готов взять леди Риар к себе, - попробовал подбодрить меня местор Гирвар. - А пока давайте проведем замеры.

Я оглянулась на местора Альдера, все это время стоявшего рядом со мной, он легонько кивнул. Пришлось подходить к главе приемной комиссии.

- Присаживайтесь, леди, вам уже знакома данная процедура. Все предельно просто, а главное - абсолютно безболезненно, - подмигнул мужчина. - Ваши показатели при поступлении: темная магия - двенадцать, стихийная - восемь, магия жизни - три, - на последнем глава приемной комиссии выразительно на меня посмотрел, как бы спрашивая, чем я вообще занималась все эти четыре года.

Равносторонний треугольник лег передо мной. В центре выдавлен круг, от которого к вершинам тянутся лучи - шкалы с делениями. Я сглотнула и легонько накрыла подрагивающей ладонью артефакт.

Магия под рукой заклубилась, теперь рука дрожала не от волнения, а от потоков силы, которые собирались и концентрировались без какого-либо участия с моей стороны. Артефакт сам активировал магию проверяемого.

Треугольник чуть засветился, наполнившись силой, камни на вершинах - черный, зеленый и красный - засияли ярче. Черный столбик скакнул сразу на пять делений и уверенно рос дальше. Стихийная магия красной чертой ползла медленно, но верно, преодолевая одно деление за другим.

Магия жизни молчала. Вообще.

Такого быть не может, хотя бы единица должна набраться! Не бывает магов, которые совсем не обладают чем-то из трех, пусть минимум, но он всегда есть! И если у меня, вопреки всем открытым законам, целительство окажется на нуле, можно смело идти сдаваться на опыты. Впрочем, и с единицей я вряд ли смогу сделать хоть что-то, получается, и те немногие знания, что отложились в моей голове за четыре года учебы, применить не сумею.

Я оторвала взгляд от артефакта и нашла глазами местора Альдера. Он, как и все присутствующие, напряженно всматривался в треугольник в ожидании результатов, и хмурился при этом все сильнее. Но вот на его лице промелькнуло не то удивление, не то облегчение, и я снова вернулась к тесту.

Линия магии жизни слегка окрасилась цветом. Мучительно медленно, будто нехотя, изумрудная зелень доползла до заветной единицы. Ну что ж, хотя бы магом-феноменом с одной нулевой позицией я не стану. Но на этом шкала не замерла и едва-едва, но все же заполняла линию дальше. Тем временем, темная уверенно отгрызла девять пунктов из пятнадцати и, кажется, на этом остановилась, а стихийная удовлетворилась шестью.

Осталась только магия жизни, которая, будто в насмешку, хоть и  неспешно, но двигалась. Так же медленно, в унисон ей, тянулось время. По ощущениям прошло не менее получаса, а на деле - всего лишь несколько минут, когда магия жизни все же достигла заветных трех делений и на этом окончательно замерла.

Артефакт погас, обозначая конец измерений.

- Интересно… - протянул ректор. - Что думаешь, Дамьен?

- Поскольку подобные случаи единичны, то и удивляться особо нечему, - пожал плечами местор Акшер. - Возможно, гримуар вытянул там, где было больше, потому что половником черпать всегда легче, чем чайной ложкой. А может, - глава приемной комиссии задумчиво посмотрел на меня, - леди Риар не желала расставаться с потенциалом целительской магии, и гримуар к ней прислушался. В любом случае, теперь ее перевод на темный факультет не обязателен, если, конечно, леди сама того не желает.

- Я хочу остаться! - почти выкрикнула я. - Если можно…

- Можно, отчего же нельзя? - по-отечески улыбнулся ректор. - Но подумайте: девятка - тоже весьма неплохой показатель, и темная магия для вас по-прежнему перспективнее. А если еще учесть способности медиума и ваше знакомство с тайной стражей, думаю, у вас есть все шансы неплохо устроиться в будущем.

- И все же я бы хотела остаться на целительском, - на местора Альдера я смотреть боялась, ожидая увидеть разочарование от невозможности спихнуть меня другу.

- Желаете закончить начатое обучение? - понял местор Гирвар. - Ну что ж, вы взрослая девушка и вправе принимать решения. Что скажет куратор?

Я, закусив губу, посмотрела на завкафедрой. Что, если он сейчас вспомнит о моей успеваемости и скажет категорическое “нет”?

- Я не возражаю. Если у леди Риар есть желание продолжать учиться на целителя магических животных, то она вполне может остаться.

И все же местор Альдер самый лучший!

- Так тому и быть, - кивнул ректор, а я облегченно выдохнула и часто заморгала, пытаясь сдержать навернувшиеся слезы. - Надо прислушиваться к знакам судьбы, а это вполне может быть одна из подсказок ушедших.

- Вот только Али расстроится, - усмехнулся местор Акшер. - Он тот еще пустынный паук - не любит упускать никого интересного из своих цепких лап и сетей.

- Ничего, думаю, два миасита как-нибудь договорятся, - ректора желания темного декана волновали мало. - Меньше документов оформлять, - ах вот оно что.

- В таком случае, можно считать дело закрытым, - Дамьен Акшер внес новые данные в мою метрику, полюбовался на получившуюся таблицу, заклинанием высушил чернила и захлопнул личное дело Элизы Риар, перевязав его для верности тесьмой.

- Леди Риар, - местресс Илис, которая все это время наблюдала за происходящим молча, подошла и наклонилась ко мне. - И все-таки, если у вас будут возникать какие-то сложности с кем бы то ни было, знайте, что академия всегда поддерживает своих студентов и стоит на страже их интересов.

Я не сразу поняла, к чему именно она ведет.

- Думаю, проблем не должно возникнуть, племянник короля ведь не пострадал, - про присланный букет я упоминать не стала.

- Марьяну предстоит разобраться с гримуаром, ему еще долго будет не до чего, - отмахнулась от моего предположения местресс. - А вот другой темный маг, в чье поле зрения вы нечаянно попали, не любит, когда что-то идет не так, как бы ему хотелось. Южане… народ сложный.

Женщина отошла, но что-то в ее словах заставило меня напрячься. Проблем от местора Шаграна я ожидала меньше всего, да и какие могут быть проблемы? И сможет ли местор Альдер их решить? И захочет ли?

- Идемте? - завкафедрой успел переговорить с коллегами и ждал меня у двери.

- Всего хорошего! - последовала его примеру я.

Впрочем, на меня уже никто особого внимания не обращал, обсуждая другие вопросы, и все только рассеянно попрощались в ответ.

Какое-то время мы с преподавателем шли молча. Но на полдороги к целительскому факультету тишина начала тяготить, да и у меня имелось, что сказать.

- Местор, спасибо вам, - тронула я за рукав преподавателя.

- За что? - удивился завкафедрой.

- За то, что позволили остаться. У вас же не возникнет из-за этого проблем?

- Да какие проблемы, - отмахнулся преподаватель. - Шагран в любом случае не может силой заставить вас идти к нему в ученицы.

- Местор Акшер сказал, что миаситы не любят упускать своего, - а еще местресс Илис с ее предупреждением.

- Может, именно поэтому я и оставил вас у себя? - местор Альдер так пристально посмотрел на меня, что дыхание на секунду перехватило, а щеки, несмотря на прохладный утренний ветер, вспыхнули. - Не переживайте, - ободряюще улыбнулся преподаватель, возвращаясь в свой обычный образ наставника, - главное - начинайте усердно учиться, на экзаменах вам поблажки больше никто делать не будет.

- Я буду очень-очень стараться! - искренне заверила завкафедрой я, судя по усмешке в ответ, мне не особо поверили.

Но я правда постараюсь.

- Можете начинать, - местор взглянул на наручные часы - новомодная меховская альтернатива карманным. - До кормления осталось пятнадцать минут, как раз хватит, чтобы зайти в общежитие за учебником, а потом быстрым шагом на пары.

- Ничего себе быстрым шагом! - прикинула расстояние до кампуса я. - Да здесь нужно кросс бежать, чтобы везде успеть!

- Тогда идите так, грифелем, бумагой и учебником с вами кто-нибудь поделится, - предложил преподаватель.

- Нет, лучше немного опоздаю, но приду со своим, - решила я. - У меня все-таки уважительная причина: изменение магического потенциала, знаете ли, не каждый день происходит.

- Вот уж точно, - улыбнулся завкафедрой. - Не каждый.

- Местор, постойте, - поскольку преподаватель шел в учебный корпус, а я сворачивала в целительскую общагу, - возвращаю.

Два адамантовых браслета-цепочки легли на смуглую ладонь, на фоне которой мои пальцы показались особенно бледными и тонкими. Ограничители мне больше не понадобятся, это большой магический потенциал сложно сдерживать, а уж с текущим я как-нибудь сама справлюсь.

- Не хотите оставить на память? - мужчина крутанул цепочки, намотав их на указательный палец.

- Нет, благодарю, - поежилась я. Как вспомню эти ужасные ощущения, так дурно становится. Все-таки минимум один положительный момент в передаче гримуара имелся.

- Как хотите, - цепочки змейками юркнули в карман куртки местора. - А теперь советую поспешить. Местор Фонти не любит, когда опаздывают. Да и по учебному плану у вас стоит весьма интересная практическая работа, - подмигнул завкафедрой.

Знаю я эти интересные работы… Но преподаватель прав, поспешить стоило. Теперь у меня есть четкая цель - хорошо сдать экзамены и показать местору, что он не зря разрешил мне остаться.

39. Кормление

В нашей с Элис комнате все было по-прежнему. Только, кажется, горы книг возле кровати соседки еще подросли. Теперь они походили не то на баррикады, не то на какую-то другую оборонительную линию, через которую и перешагнуть было сложно. Рыжая хотя бы проход себе оставила или она левитирует над учебниками? Эх, я-то думала, влюбленность благотворно повлияет на эту зубрилку: глядишь, и с меня требовать меньше станет. Какое там.

Подхватив все необходимое, я поспешила на занятие, но все равно предсказуемо опоздала. Местор Фонти, преподающий кормление, подобно почти всем своим коллегам считал свой предмет если не самым важным, то точно одним из основных на факультете.  Он недовольно покачал головой, но хотя бы пустил.

- Итак, поскольку мы рассмотрели большой объем материала по кормлению плотоядных, предлагаю закрепить теоретические знания практикой, - провозгласил местор. - Прошу надеть фартуки и проследовать в зал для отработок. Задания я сейчас каждому раздам. Учтите: все сделанное будет опробовано на реальных животных. Если кто-то отравится или как-то пострадает - это будет целиком и полностью ваша ответственность. Если животное откажется от пищи, практическое задание также не засчитается.

Я взяла из общей кучи фартук и перчатки с косынкой, нашла Элис и тихо спросила, что именно нас сейчас ждет.

- Увидишь, - коварно ответила подруга.

В следующем зале стояли плиты, механические ступы, мельницы и какие-то другие механизмы, о назначении которых я могла только догадываться.

- Элис, - я покосилась на рыжую, но та ехидно улыбнулась в ответ.

- Вот, леди Риар, специально для вас, - местор Фонти протянул листок, на котором…

- Грифон? - на всякий случай уточнила я.

- А вы кого ожидали? Вы не так часто появлялись на моих занятиях. Уверен, это исключительно из-за того, что вы и так все знаете, - преподаватель, будучи человеком невысоким, задрал нос повыше и прошествовал к другим студентам.

Я же читала задание, по которому следовало составить дневной рацион грифона. Далее шли характеристики грифона: пол, возраст, вес, а еще анамнез, в котором значились серьезные травмы после нелегальной транспортировки для таких же нелегальных гонок. Для гонок животное готовили по усиленной программе, пичкали разными алхимическими добавками для набора мышечной массы и увеличения силы, выносливости и летных качеств. Теперь спасенному бедолаге лечили посаженное сердце, почки, испорченный желудок. И питание подразумевалось соответствующее.

- Элис, - шепнула я подруге, - я в лазарете только паразитологию прочесть успела.

- Надо было тебе подольше там полежать, - усмехнулась рыжая. - Давай, что там у тебя? Ого! Грифон! - девушка восхищенно цокнула языком. - Я тебе сейчас меню напишу, но учти, готовить будешь сама.

- В смысле: готовить? Нам придется самим делать животным еду? - да я же только кофе варить умею…

- А ты думала, для чего здесь плиты и все остальное стоит? Не бойся, это уж точно не сложнее алхимии и гарантированно не взорвется, - утешила Элис.

Про “не взорвется” я бы утверждать не стала.

И когда рыжая тайком от преподавателя вернула мне исписанный лист, у меня глаза на лоб полезли.

Завтрак: термически обработанные (отварные) овощи с мясным фаршем (куриная грудка, нежирная говядина, крольчатина).

На обед комбикорм: молоко, рыбная мука, бобовая мука, ячмень молотый, отруби пшеничные, кукуруза молотая, шрот подсолнечный, травяная мука, животные жиры, соль поваренная. И все это с указанием процентов от общей доли. Да она издевается?

- Элис, а одними овощами с мясом мы не обойдемся? - тоскливо спросила я. Чувствую, комбикорм мне намешивать до следующего пришествия ушедших.

- Нет, что ты! - возмутилась подруга. - Смотри, грифон молодой, всего два года. А они растут до четырех. Поэтому ему необходимо высокоэнергетическое сбалансированное питание. А комбикорм - часть их рациона, они же где-то на четверть птицы. К тому же учитывай его проблемы со здоровьем.

- А почему на ужин вареные яйца с кашей? Они больше для завтрака подходят.

- Потому что грифону с таким анамнезом  ужин следует сделать легким, а завтрак как раз насыщенным, - терпеливо объяснила Элис. - Надеюсь, на паразитологии ты проявишь себя лучше.

- Нда…

Я задумчиво посмотрела на плиту, на стоящие холодильные лари, на столы посреди большого зала, на которых люди уже вовсю резали, мешали, месили, мололи… Это будет нелегко. Не кормление, а кулинария какая-то.

Мясо нашлось в холодильных ларях только в кусках, до состояния фарша его для начала следовало довести, то есть прокрутить в стоящих неподалеку мясорубках. Поскольку на крольчатину академия поскупилась, то я нашла говядину и пошла делать из нее фарш. В фарш едва не попала парочка моих пальцев, уж не знаю, насколько они диетические, но лично я с ними расставаться не планировала. Спасибо добрым сокурсникам, которые дали пестик и показали, как правильно пользоваться мясорубкой.

В итоге за занятие я дважды порезалась и один раз обожглась. Овощи следовало слегка проварить, но поскольку я не знала значение слова “бланшировать”,  то переварила все почти до консистенции каши. Фарш среди овощей как-то затерялся.

- Это же грифон, - возмущалась я, пока кашеварила. - Уверена, он съел бы все и сырым!

- Курс паразитологии тебя ничему не научил, - вздыхала рыжая по соседству, ловко управляясь со своим котлом. Ей досталась гидра, и, надо отдать должное подруге, для гидры готовить оказалось еще сложнее. Там был совершенно экзотический рецепт, с таким я бы не справилась. - К тому же сырым мясом хищников лучше вообще не кормить. Это пробуждает в них охотничьи инстинкты и жажду крови. Не говоря уже о том, что это часть восстановительной терапии.

Каша у меня в первый раз слегка подгорела. То есть не совсем слегка. Я буквально на минутку отвлеклась, а огонь не убавила. Потом по залу поплыл запах гари, и включились вытяжки…

- Риар! Каша убегает!

- Куда? - не поняла я.

Каша лезла из кастрюли, падая на пол. На стенках образовалась черная корочка.

Пришлось все выливать, отдраивать кастрюлю, потом плиту и варить все заново, бдительно стоя на страже непокорной и пронырливой пшенной крупы, которую даже крышка не остановила.

Ну хотя бы с яйцами все прошло относительно успешно и спокойно. Правда, я по незнанию начала их чистить, но Элис вовремя заметила.

- Ты что творишь? - подруга отобрала у меня яйцо (одно я уже облупить успела). - Это же грифон, к тому же растущий! Ему кальций позарез нужен! Им прямо так, в скорлупе дают!

В итоге поднос у меня вышел огромный и неподъемный, но тут местор сжалился и попросил парней помочь девушкам.

Овощей с мясом была огромная лохань и такая же посудина каши, в которую я покидала нечищенные яйца и наложила на все стазис. До вечера продержится.

Ну если грифон еще окажется недоволен и станет воротить клюв!

Жаль, что мне не трехглавый цербер попался. Мы с ним уже неплохо подружились, и ел он абсолютно все. Главное, три миски сразу подготовить, чтобы головы не передрались.

Звери ждали нас в зоосаде в своих вольерах. Грифон щелкал клювом и что-то басовито клекотал, ожидая кормежку. Но, к моему огромному удивлению, на еду зверь не накинулся, а начал тщательно ее обнюхивать.

- Ты что, не голодный? - возмутилась я.

Лично я с утра без нормального завтра (только булочка с чаем), и, пока готовила, сама исходила слюной и все-таки утащила одно из десяти яиц, полагающихся грифону на ужин. То самое, которое нечаянно облупила. И все равно есть хотелось, хоть комбикорм жуй, благо его я намесила с излишком. Успокаивало лишь то, что скоро обед. А вот грифон набрасываться на угощение не спешил.

- Думаю, не привык он к разваренным овощам, - прокомментировал поведение подопечного смотретитель.

- Балуете вы их, - буркнула я и подошла к ограждению, а потом, подумав, зашла в вольер.

Грифон сразу ощетинился, холка вздыбилась, перья на груди и шее встали торчком.

- Не будешь есть, я сама все съем, - предупредила я и послала мыслеобразы, как я жую мясо из его миски, заедая овощами.

Крылатый заворчал, заухал и недовольно замахал хвостом. Все-таки эмпатия - отличная штука.

- Не веришь? - усмехнулась я и сделала шаг к миске.

Тут уж неважно, нравилось ли грифону угощение, голодный ли он был, но защищать миску от сторонних посягательств - это святое.

Поэтому грифон совсем не по-птичьи рыкнул и принялся уничтожать приготовленную для него лохань.

- Так-то лучше, - одобрила я. - И чтобы все съел, - шепнула я, видя приближающегося к нам преподавателя.

- Что тут у вас? - заглянул в вольер местор Фонти. - Сам ест? - подозрительно уточнил он. Будто я могла в грифона насильно еду запихивать.

- Да, - подтвердил пожилой уже знакомый мне смотритель. - Студентка чутка промахнулась с густотой, но это исключительно по неопытности.

- Так, а с остальными блюдами в стазисе что? - местор придирчиво разглядывал мой комбикорм, затем снял стазис, достал черпак и помешал. Мешалось явно с трудом.

- Густовато, конечно, - подтвердил смотритель, - так мы водички добавим, будет в самый раз. На чистом молоке оно, конечно, сытнее, но пронесет, боюсь… И наделано здесь на трех грифонов, если не на четырех… Ну да ничего, мы дадим по норме, а остальное в брикетах запечем, чтоб не попортилось. Чай, не пропадет. Зато каша удалась в самый раз, сам бы съел, - смотритель с наслаждением понюхал пшенку. - Думаю, задание студентке можно зачесть.

Грифон поднял голову и щелкнул рядом с моей рукой клювом, чтобы не стояла слишком близко к его вкусностям.

- Быстро доедай, - зашипела я. - Не подставляй меня. Ощипаю.

Животное так красноречиво посмотрело на меня, что стало понятно: в угрозу не поверили. Из нас двоих грифон был опаснее даже на вид, а уж на деле один точный удар лапой - и никакой щит не спасет.

- Так, - протянул местор Фонти, заметив, что миска опустошилась где-то наполовину. - Засчитать, конечно, можно, но с кулинарными способностями у леди Риар все-таки не особо хорошо.

- Так на то она и леди, - попробовал вступиться за меня смотритель, но помогло не особо.

- До конца недели готовите для грифона завтраки. И комбикорм. Да и кашу тоже, - вынес решение преподаватель.

- Местор, а когда я буду все это делать? - на все про все у меня ушло часов пять - все утренние занятия кормлением.

- Вставайте пораньше или с вечера оставляйте в стазисе, - пожал плечами бездушный человек.

- Я только что из лазарета! - попыталась я воззвать если не к совести, так к жалости преподавателя.

- Так я же вас не на полигон отправляю, - поднял густые брови местор. - Придете в зоосад, здесь, в здании смотрителей, имеется кухня. Приготовили - и можете быть свободны.

Старый сморчок! Но спорить было бесполезно, а то еще чего-нибудь до кучи накинет.

- Все из-за тебя, - я посмотрела на грифона - виновника моих новых проблем. - Не мог доесть что ли?

Грифон обиженно заклекотал, дескать, и так половину осилил, чего еще тебе от меня надо?

- Леди, у вас неплохо получилось, - приободрил меня смотритель. Он спокойно улыбался и гладил пернато-хвостатого. - Просто Гвен у нас немного избалованный, привык к определенной еде и настороженно относится ко всему новому. Плюс животные не всегда охотно принимают пищу из незнакомых рук.

- Так он мог вообще отказаться? - поразилась я. И что бы в таком случае сказал местор Фонти?

- Мог, но вы, как зооцелитель, должны ладить с животными, общий язык находить. Гляжу, у вас это очень неплохо получается.

Пожилой смотритель стоял в старой куртке и штанах, одежда вся в латках, на ногах поношенные и погрызанные сапоги.

- Неужели академия так плохо вас снабжает? - глядя на поджарого пожилого мужчину с седой двухдневной щетиной, я захотела его самого накормить.

- Нет, леди, что вы, - скрипуче засмеялся смотритель. - Финансирование у нас дай ушедшие каждому.

- А почему форму новую не выдадут?

- Ах, так вы об этом, - от усмешки по сухому обветренному лицу разбегались морщинки, как рябь по воде. - Так если б я после каждой дырки штаны с курткой менял, никаких денег не хватило бы. Все бы только на форму и уходило. Да и животные привыкают к запахам. Я свою форму даже в прачечную не ношу, а то любят там у нас всякими благовониями посыпать. От моли, говорят. Так ко мне потом не то что моль, никакое зверье не подходит, - мужчина еще раз погладил привередливого грифона.

Да, я свою одежду тоже с некоторых пор в прачечную не сдаю, а стираю руками в выданном тазике. Без благовоний. Мылом.

- Вечером приду к вам готовить, - предупредила я.

- Приходите. Заодно цербера проведаете, а то из студентов с ним никто больше не играет. А я уже не могу, годы не те, - развел руками смотритель.

- Обязательно, - заверила его я.

А пока надо поспешить на обед. Лично я готова съесть все, что дадут. Без разбора.

40. Букет

За обедом все наши обсуждали предыдущее занятие и рассматривали тарелки с точки зрения правильного питания студентов. Заучка Вея даже прочитала лекцию, что животных содержат всяко лучше, кормят досыта, исключительно правильно подбирая рацион, и вольеры у них на свежем воздухе.

- Вот и переезжай в зоосад в какой-нибудь вольер, - предложил Янг, уплетая жареную картошку. - Лично мне и в общажной комнате неплохо. И кормят вполне себе.

- Это ты называешь “вполне себе”? - отличница скривилась.

- Когда у тебя пятеро старших братьев, то за счастье, что вообще поел, - поделился Янг.

- Это ты поэтому такой мелкий? Недоедал? - подшутил над ним Алекс, парни засмеялись. Сердобольные девушки посмотрели на них с осуждением.

- Дин, может, с тобой поделиться? - спросила одна самая жалостливая девушка. - Ты, если не наелся, говори, не стесняйся.

- Да ладно вам, - принялся юлить Янг. Надо запомнить, что зовут его Дин. - Мне неудобно как-то. Но от жареной картошки я никогда не откажусь…

И ему тут же наложили целую гору картошки.

Я ни с кем делиться не собиралась, сама скоро голодать начну. Из-за постоянных магических и физических нагрузок организм требовал больше еды, чем я могла ему обеспечить небольшими бесплатными порциями общей столовой.

Зато я с интересом наблюдала за происходящим за столом. В платном кафетерии, где я раньше питалась, все было тихо и чинно. Накрахмаленные белоснежные скатерти, салфетницы в ряд, несколько блюд, вилки-ложки разложены в нужном порядке. За столом ведется светская беседа о моде, театре, книгах.

А здесь?

Сдвинутые столы с дешевой клеенкой. Едят все как могут и умеют из того, что дали, и тем, чем дали. Ножей на всех традиционно не хватало, уж не знаю, боялись ли, что мы поубиваем друг друга, или просто нашли, где можно сэкономить? Правило “отрезал сам - дай отрезать другому” соблюдалось неукоснительно. Помню, в самом начале я как-то попробовала оставить себе нож на весь обед, так думала, милые сокурснички им же и зарежут.

Про салфетки и говорить не следовало, хорошо, если в стакане, предназначенном специально для них, торчала хотя бы парочка. Платочек всегда выручал меня в подобных ситуациях.

А уж такие мелочи, как разные вилки для мяса и рыбы, и подавно никого не волновали. Вилка была одна, спасибо и на этом. Но, надо отдать должное местной кухне, рыба от мяса по вкусу отличалась мало, даже по виду не всегда с первого взгляда поймешь. Поэтому и смысла в специальных вилках не имелось.

Волей-неволей задумаешься, что зверей кормят лучше. Все самое хорошее им, а нам потом, что осталось. Впрочем, мне грех жаловаться, кормят - и ладно.

И, глядя на все окружающее, я ловила себя на двух мыслях. Первая - я дичаю на глазах, не соблюдая никакие правила поведения и этикет. И вторая - мне это нравится.

Гомон и разговоры за столом на действительно интересные темы, шутки и дружеские подначки отлично переключали и отвлекали от собственных проблем.

Скоро суд. Как все пройдет? Гладко ли? Выполнят ли стражи данное обещание?

- Элиза, ты так расстроилась из-за отработок кормления? - Элис уже доела и уткнулась в учебник, но все-таки поглядывала время от времени на меня.

- Да ладно, мне не привыкать к отработкам, - улыбнулась я в ответ. Зачем портить подруге настроение? - К тому же, умение готовить в жизни не помешает.

Особенно, в той жизни, которая меня с большой вероятностью ждет.

После обеда Элис привычно упорхнула на свои дополнительные занятия по хирургии, а вечером ее ждало свидание с Саймоном. И пусть рыжая, краснея в тон волос, и заявила, что они “просто прогуляются и вообще ничего такого”, но я понимала, что “погуляют” они основательно. Может, и хорошо, что местор Фонти подкинул мне отработку в зоосаде, это не так грустно, как просидеть целый вечер одной в комнате.

Правда, в комнате меня ждала стопка книг, заботливо оставленная соседкой, с перечнем тем, которые я пропустила за четыре с половиной дня отсутствия. Рядом с учебниками лежали конспекты с наклеенным стикером “Переписать!!!”.

Поэтому скучать особо не пришлось. На ужине вилка из натруженных пальцев вываливалась, а перед глазами так и стояли сложные алхимические формулы или очередные премудрости зооцелительства.

В зоосад я пришла, полная решимости разделаться со всем побыстрее: переписать я успела только один конспект из четырех - Элис не одобрит. И, зная ее драконовские методы обучения и приемы самообороны, мне становилось не по себе...

Но сначала старый смотритель, которого звали Джаред Рил, предложил покормить ужином грифона. Я не то чтобы очень хотела, но согласилась. Пернатый, правда, меня порадовал, все съел и яйцами в скорлупе закусил.

- Вот видите, - умилился Джаред Рил, - каша пришлась Гвену по вкусу.

Хоть что-то!

К смотрителю мне обращаться было сложно. Оказывается, Джаред был магом, но нигде не обучался. Поэтому от приставки “местор” он наотрез отказался. Раньше он служил простым егерем где-то в горных районах на севере и, как мог, использовал свой дар в работе. А потом кто-то из магов академии поехал то ли исследовать что-то, то ли просто отдыхать в те забытые ушедшими места, и познакомился с егерем, виртуозно обращающимся с животными.

Джаред, хоть и решился на переезд, с тяжелым сердцем покидал родные края.

- Ну хоть на старости лет мир посмотрю, - усмехнулся смотритель, угостивший меня ароматным чаем на травах.

И от “господина Джареда” старик тоже наотрез отказался, замахав на меня двумя руками.

- Что вы, леди, какой я господин?

И пусть смотритель никакого образования не имел, зато обладал природным чутьем, не хуже звериного, и огромным жизненным опытом. И готовил всяко лучше меня, правда, я его помощь в отработке решила не принимать, исключительно советы, как лучше сделать и на что обратить внимание. Мне еще это несчастное кормление на экзаменах сдавать.

Правда, на готовку ушло больше времени, чем я рассчитывала. Так что к церберу я забежала буквально на пятнадцать минут и сходу была облизана тремя головами. Немного покидала палочку и с сожалением пошла в общежитие, чтобы не нарушить комендантский час и не поймать очередную отработку. Но завтра обязательно выделю трехголовому больше времени!

Но, разумеется, все не могло пройти совсем спокойно и гладко. Стоило мне зайти в общежитие и подняться на свой третий этаж, как я почувствовала неладное. Да и попробуй не почувствуй, когда возле двери в твою комнату толпится человек двадцать.

- Пропустите, пожалуйста, - громко сказала я, привлекая внимание собравшихся.

Народ начал расступаться, и я увидела так заинтересовавший всех объект.

Рядом с комнатой стоял подаренный племянником короля букет. Вернее, то, что от него осталось.

Цветы были поломаны, лепестки оборваны, корзина с губкой, в которой они стояли, перевернута. Рядом валялись раздавленные бабочки, которым кто-то особо жестокий еще и крылья оторвал.

И пусть подарок не был для меня ценным, я совсем не уверена, что Марьян лично выбирал его специально для меня. Более того, я не уверена и в том, что он вообще в курсе “своего” подарка. Это вполне мог сделать какой-нибудь управляющий из дворца или помощник королевского племянника. Но зачем так обходиться с прекрасным? Еще и бабочек убивать…

- Как это произошло? - спросила у комендантши я.

- Это мы хотели у вас узнать, леди Риар, что же произошло с вашим букетом? - чего и следовало ожидать от грымзы.

- Меня не было в общежитии несколько часов, - начала заводиться я. - Когда я уходила, букета у двери не было, вероятно, его доставили в мое отсутствие. И с учетом важности персоны, его подарившей, я бы хотела знать, кто покусился на цветы.

Пусть одна версия у меня имелась. Точнее, я знала только нескольких людей, способных безжалостно уничтожить такую красоту. А я-то думала, что от меня отстали, ага, как же.

- Мы уже послали вестника в лазарет, может, его таким уже доставили, - грымза чувствовала, что, если я начну скандалить и требовать наказать виновных, то и она, как ответственная за порядок, не останется в стороне.

К тому же мало кто знал, в каких именно я отношениях с племянником короля. Вдруг мы и правда достаточно близки, и я нажалуюсь во дворец? Да, такой наглости я не ожидала. Основную часть вещей я забрала сразу, но букет слишком большой и тяжелый, да и тащить его из лазарета в деканат было как-то глупо, вот и договорились заранее, что мне его при возможности принесут в комнату добрые целители. Принесли. И оставили под дверью, бестолочи!

Дежурный целитель лазарета вместе с парнем с “человеческой” кафедры пришли через несколько минут.

- Ничего себе! - дежурным сегодня был достаточно молодой целитель, наверное, сам не так давно выпустился и остался работать и преподавать. - А мы думали, это какой-то розыгрыш…

Двое вновь пришедших с сожалением смотрели на то, что осталось от прекрасной композиции.

- Значит, из лазарета букет принесли в нормальном состоянии? - уточнила я, пусть и не сомневалась в ответе.

- Конечно! - парень-студент чуть не задохнулся от возмущения. - Я его очень осторожно нес! А он, на минуточку, ужасно тяжелый!

- Зак точно принес букет в целости и сохранности, - вступился за парня преподаватель. - Это уже здесь кто-то его испортил.

- А зачем цветы в коридоре оставлять? - сурово спросила у Зака я, мы с ним, кажется, на первых курсах до разделения на специальности вместе учились. - Можно было коменданту сдать, - и кивнула на грымзу.

- Я этот букет с трудом досюда дотащил, - принялся оправдываться студент, - уже вечер поздний, думал, вы у себя. А как представил, что его еще куда-то нести, - парень жалобно посмотрел на меня.

Да, внушительной мускулатурой он похвастаться не мог, как и способностями к телекинезу, видимо. Целители - это все же не боевики, которых сутками по полигонам гоняют.

Я сложила руки на груди и обернулась к комендантше.

- Что я могу сказать, леди Риар, - развела руками женщина, - надо лучше следить за своими вещами.

- Лучше следить?! Я, вообще-то, на отработке была! - и как не возмущаться подобной наглости?

- А учились бы нормально, и отработки бы не потребовалось, - не сдавалась комендантша.

- А если бы кто-то лучше исполнял свои обязанности, то и букет бы не испортили, - вконец разозлилась я. Еще и вину на меня спихнуть пытается.

- Ты меня тут не учи, как свою работу делать, - шагнула ко мне грымза. И почему ее до сих пор держат?

- Ну что вы, правда, - влез между нами молодой целитель из лазарета. - Это все-таки не повод ругаться.

Не повод?! Я повернулась к целителю, желая высказать ему все, что я думаю о том, как нехорошо портить чужие вещи, и что это вполне себе повод для разборок. Но заметила, как толпа зрителей успела разрастись, и люди буквально предвкушали хорошую заварушку.

Нет уж, до публичных скандалов я не опущусь.

- Спасибо всем за помощь и участие, - процедила я. - Думаю, здесь мне все равно никто не поможет, так что завтра утром напишу жалобу на имя ректора, чтобы нашли виновных.

Не уверена, что ректору есть дело до моего букета, но и оставить все просто так я не могу. Да и вообще, речь идет практически о королевском подарке.

- Думаю, это правильно, - поддержал целитель, который не вызывал у меня ничего, кроме глухого раздражения. - Не стоит пороть горячку, а утром со свежей и холодной головой все решите.

- Только мусор убрать не забудьте. Леди. - Грымза была в своем репертуаре.

- С чего бы? Не я же мусорила!

- А букет чей? Или дежурных попросите, - допросишься наших дежурных, держи карман шире.

В общем, мало того, что букет испортили и настроение в придачу, так еще и убирать заставили.

Элис вернулась, когда я уже почти закончила. Отставила в сторону те стебли, которые еще могли как-то восстановиться и дать корни, остальное же сложила в корзину, чтобы отнести в мусорку.

В руках у рыжей был небольшой, но милый букетик тюльпанов.

- Что с букетом? - удивилась подруга.

- Да вот…

И я рассказала, как целители принесли мне букет и, поскольку в комнате никого не было, оставили его под дверью.

- И вот что с ним стало, - вздохнула я.

Не так жалко сам букет, ушедшие бы с ним, как сама ситуация неприятна.

- Нда… думаешь, это снова те дуры?

- Почти уверена.

Кто еще мог поднять руку на ни в чем не повинные цветы и бабочек - я не представляла.

Вот только время уже достаточно позднее, все сидели по своим комнатам и никто ничего не видел. А значит, как докажешь?

- Есть же любители гадить исподтишка, - подруга взяла отобранные мною стебли и поставила в банку вместе со своими тюльпанами. - Небось, отводом глаз воспользовались, паразитки.

- Угу, - я приподняла корзину - тяжелая! - Как теперь это все выкидывать?

- Выкидывать?! - рыжая решительно шагнула ко мне и выхватила корзину. - Да ты хоть представляешь, сколько такая корзина стоит? И вообще корзина - полезнейшая в хозяйстве вещь, к тому же такая вместительная. Да в ней что хочешь держать можно! А две трети отобранных тобой на выброс растений - это алхимические ингредиенты.

- Но мы же не алхимики, - возразила я, не понимая, к чему нам ингредиенты, большинство из которых мы использовать по назначению не сможем.

- Мы - нет, но это, если ты забыла, академия магии, и здесь всяких специалистов хватает, - Элис бережно втащила корзину в комнату и пристроила ее на своей половине, еще и покрывалом с кровати заботливо укрыла. - Возможно, не все из этого теперь годится на зелья, но часть точно можно выгодно продать.

Да уж, сразу видно, кто из нас не пропадет ни при каких обстоятельствах.

Утром мы с Элис встали пораньше и разделились. Подруга пошла к знакомым алхимикам продавать им зелень. Я понесла выжившие растения в зоосад, объяснив служащим, ухаживающим за цветами, что это все, что осталось от букета.

- Да как же так? - женщина в переднике с огромным количеством карманов, из которых торчали ножи, секаторы, мотки веревки и куча всякой всячины, всплеснула руками. - Кто додумался такую красоту испортить? У нас все выходили на цветы смотреть, там такие экземпляры были, мы уже места для них присмотрели…

Да, десяток несчастных веточек, оставшихся от былой роскоши, служили плохим утешением.

- Обязательно напишите жалобу! - на прощание попросила работница. - Пусть этих гадов найдут и отчислят!

- Да если бы это так легко было, - вздохнула я. - Найти и отчислить...

- Ничего, тех, кто шилок занес, нашли, и этих найдут! - мне тетушка нравилась все больше и больше.

- Так там тайная стража помогла, - напомнила я.

- Вот пусть снова привлекут!

Представляю, как Саймон обрадуется, если я попрошу его найти виновника. Интересно, а он вообще мог бы? Да нет, надо выкинуть это из головы. Еще из-за такой ерунды некроманта беспокоить.

Побеспокою-ка я лучше ректора, это все-таки его работа.

В ректорат меня пустили без проблем, секретарь, немолодая, но приятная женщина выдала мне листок бумаги и грифель, а еще сразу же доложила обо мне главе академии. И меня даже согласились лично принять, а не просто оставить ему письменное заявление на рассмотрение.

- Леди Риар, доброе утро, как ваше самочувствие? - вполне любезно начал разговор местор Гирвар. В кабинете его приятно пахло кофе и мой голодный желудок тут же отозвался на запахи. - Угощайтесь, - улыбнулся маг и придвинул ко мне вазочку с печеньем.

- Благодарю, - я взяла одну штуку и убрала в сумку. Сегодня я точно прогуляюсь по зоосаду. Церберу это на один зуб, но, может, феникса встречу? - Со мной все хорошо, но есть один неприятный момент, - и протянула исписанный листок местору.

Пока ректор читал, я успела стащить и съесть еще три печенья. И еще два незаметно убрать в сумку, помня, что Элис очень любит сладкое.

- Печально, печально… - протянул местор Гирвар, откладывая мое заявление. Вид он имел не самый воодушевленный. Искать и наказывать виновных ректор явно не желал.  - Видите ли, леди Риар, - ректор ослабил галстук и тяжело вздохнул. - Ситуация более чем неприятная. Во-первых, такое поведение неприемлемо для студентов нашей академии, во-вторых, подарок члена королевской семьи…

Ректор снова посмотрел на меня, на опустевшую вазочку с печеньем.

- Желаете еще чего-нибудь? У меня конфеты есть.

Чувствую, кто-то хочет откупиться от меня конфетами…

- Нет, спасибо, не хочу аппетит перед завтраком перебивать, - вежливо отказалась я.

- Да ладно вам, берите, - местор Гирвар вытащил из ящика небольшую коробочку шоколада, и, подумав, я все-таки решила не отказываться. Элис бы мое расточительство точно не одобрила. Вон как она вчера корзину отбивала. - Так вот, по идее, мы обязаны доложить не просто страже, а лично королевским дознавателям. Все-таки это показательное неуважение к королевской семье. Но, - ректор выдержал паузу. - Подумайте, нужно ли вам это сейчас? Я знаю про обвинения, выдвинутые против ваших родителей. Суд уже на носу, и вы все сделали правильно. Поймали темную сущность, рискуя собой. Передали гримуар племяннику короля, к тому же, помогли мальчику принять артефакт. Сейчас вам надо тихонько дождаться суда и по возможности не обращать внимание на провокации, цель которых - подставить вас.

- Подставить? - не поверила я. - Хотите сказать, меня еще могут и обвинить?

- Думаю, вполне, - погладив гладко выбритый подбородок, произнес местор Гирвар. - Как я понимаю, виновника никто не видел, обратное доказать будет сложно.

- Что значит: обратное? - мои глаза полезли на лоб от услышанного.

- Смотрите: родителей арестовали, имущество конфисковали, гримуар - и тот заставили отдать. Почему бы не выместить зло на безответном букете? - задал вопрос ректор так, будто…

- Вы серьезно? - не поверила я.

- Я - нет. Но вот дознаватели - люди не самые приятные, уж поверьте. Доводилось как-то… общаться. Сначала уничтожили, а для отвода глаз подали заявление. И они вполне способны выдвинуть подобное предположение, а за ним и до обвинения недалеко. А так ли вы, леди, лояльны к короне, как хотите показать?

- Но я была на отработке! Смотритель Рил сможет подтвердить! - схватилась за соломинку я.

- Смотритель - не дипломированный маг, вы вполне могли как-то на него повлиять. И к тому же, скажите, вы сразу после отработки пошли к себе? - задал новый вопрос ректор.

- Нет… я к церберу зашла, но буквально на пятнадцать минут!

- А больше и не надо. К тому же цербер, как вы понимаете, точно ваши слова не подтвердит ни одной своей пастью. Леди Риар, - местор еще раз взял мое заявление, посмотрел на бумагу, затем на меня. - Я вас ни в чем не обвиняю, более того, я верю, что вы этого не делали. Но подумайте, стоит ли сейчас поднимать шум? Да, неприятно, согласен. Но такого рода неприятностей, поверьте, за жизнь у каждого мага наберется с горкой. Так и зачем из мелкой неприятности раздувать серьезную проблему, из-за которой могут пойти прахом все ваши предыдущие старания?

- Незачем, - согласилась я. На душе было мерзко и гадко. А если это не мелкая пакость сокурсниц, а реальная попытка мне серьезно навредить?

- Вот и я так думаю, - снова улыбнулся как ни в чем не бывало ректор. - Уничтожаем? - он кивнул на бумагу.

- Да, - а что еще оставалось?

Лист вспыхнул на пухлой ладони и тут же превратился в пепел, который ректор стряхнул в корзину для мусора и вытер руки носовым платком.

- И постарайтесь особо не распространяться о цветах. Так поболтают и забудут, но подливать масла в огонь… сами понимаете.

Я понимала, поэтому поблагодарила ректора, подхватила свою сумку, раздутую от сладостей, и пошла в столовую. Ладно, будем считать, поела вкусного печенья и получила конфеты. Поход к ректору прошел не зря. Да и за ценный совет я была весьма благодарна местору Гирвару, с такой точки зрения я бы на проблему точно не посмотрела.

41. Паразитология

Подругу я встретила в столовой, сходу рассказав ей, как прошел мой визит в ректорат.

- Дела… - протянула Элис. - Ладно, может, этот старикашка и прав, не стоит делать из пикси грифона. К тому же, у меня все прошло не в пример лучше. Держи, - на стол легло семьдесят марок.

- Ничего себе! - восхитилась я. - Это ты столько выручила за какие-то листья? - может, к ушедшим эту учебу, пойду выращивать волшебную зелень на продажу?

- Какие-то, - фыркнула Элис. - Там были очень ценные экземпляры. Представляю, сколько они стоили в нормальном виде.

- Да, - а сама подумала, что стоило этот букет сразу продать. - Это твое, - я разделила монеты на два равных столбика и придвинула один рыжей.

- С чего это? - подруга решительно отодвинула свою долю. - Букет же тебе подарили.

- Да я бы все выкинула, если бы ты не сказала, - и подвинула столбик обратно. - Так что держи, купишь себе новое платье.

Мои Элис не подойдут, ростом рыжая была пусть и ненамного, но выше, а телосложение и типаж - так и вовсе другие.

- Набор для хирургии куплю, - решила подруга с вмиг загоревшимися глазами. Я только головой покачала, это не лечится.

- Слушай, а как вы выяснили, откуда шилки в зоосаде появились? - спросила я у Элис по пути в аудиторию.

- Да это Саймон, у него какие-то свои методы, - начала смущаться подруга. Обо всем, что касалось тайного стража, она говорила неохотно. - Но, может, ему и про букет все-таки сказать? Вдруг сможет помочь?

- Ладно уж, - махнула я рукой. Честно говоря, тратить время, нервы и силы еще и на это не хотелось. У меня есть проблемы и посерьезнее. - К тому же ректор прав: скоро суд, и до него надо вести себя разумно.

А пока мы спешили на мой “любимый” предмет, который за два дня в лазарете я освоила лучше, чем что-либо. Паразитология и инвазионные болезни. Были эти самые болезни многочисленны и разнообразны, просто поражали воображение. После завтрака вообще самое то. Я думаю, преподавать этот замечательный предмет нужно всем, чтобы вопросов из серии: “зачем мыть руки перед едой” не возникало.

Местор Норан, преподаватель паразитологии, встречал студентов с такой ехидной улыбочкой, что сразу становилось не по себе. Мы с Элис переглянулись, заметив, что остальные тоже подозрительно смотрят на местора и напряженно ерзают на местах.

- Ну, все в сборе? - больше для вида поинтересовался преподаватель, довольно потирая руки.

Был он из тех, про кого говорили: “мужчина в самом расцвете лет”. Наметившееся пузо и лысина вкупе с торчащими ушами, которые и скрыть-то нечем, делали серьезного специалиста больше похожим на актера с уличных подмосток. Да и костюмы он всегда носил так, что, вроде, все сшито нормально, а сидит сикось-накось. Но чувство юмора (черное, разумеется) местора невозможно было не отметить, как и выдумку, с которой он подходил к своим занятиям. Его уроки, даром, что не отличались приятностью, проходили всегда бойко и интересно.

Вот и сейчас местор явно приготовил для своих студентов нечто особенное.

Преподаватель обошел длинную кафедру и принялся доставать банки, до боли напоминающие закрутки, которые бабушка готовила.

Вот только в бабушкиных закрутках ничего не шевелилось…

- Вот, - сделал приглашающий жест рукой маг. - Подходим, не стесняемся, берем каждый по штуке, можно по две, мне не жалко. Здесь на всех хватит.

Народ осторожно потянулся вперед за знаниями, то есть банками, конечно.

Я, преодолевая отвращение и постоянно сглатывая, взяла банку с какими-то белыми насекомыми, похожими на опарышей, только крупнее. А так такие же толстые и продолговатые, только у этих имелись ножки…

- Элис, я не смогу, - простонала я, борясь с приступами тошноты.

- Дыши глубже, - посоветовала подруга, закаленная хирургией. - Ты пока только банку в руках держишь, а не саму шилку.

Я, переборов себя, внимательнее разглядела паразитов. Так вот из-за кого был весь этот сыр-бор.

- Итак, как многие уже правильно поняли, сегодня мы в самых что ни на есть боевых условиях изучаем шилок. Нас тут одни особо одаренные надолго обеспечили этим практическим материалом, так что изучим шилок мы вдоль и поперек.

На наших столах лежали зажимы, скальпели, иглы… Мы что, еще и резать их будем?!

К слову, позеленела не одна я, многие сидели бледные, дышали глубоко и через рот.

- Нашлись у нас учащиеся, которые решили немного подзаработать и разводили пухошерстных овцекоз, - пустился в объяснения местор, когда раздача шилок закончилась. - Специальный пушной гибрид, как вы понимаете. Их шерсть высоко ценится последние годы, как и шкуры, - преподаватель недовольно расхаживал взад-вперед, заложив руки за спину. - А у них начес такой, что не только шилка, трехглавый цербер завестись может, если не ухаживать нормально, конечно. Но уходом наши юные таланты себя особо не утруждали. Длина шерсти у овцекоз - до полуметра. И подшерсток ого-го, - изобразил руками подшерсток местор. - А держали они их стадом в пятьдесят голов в одном укромном уголке зоосада.

- Пятьдесят голов, и смотрители не заметили? - усомнился кто-то из аудитории.

- Так они темных магов-иллюзионистов привлекли, так сказать, взяли их в долю. А темные и рады стараться, создали такую иллюзию, которая не только зрение обманывала, но и слух с обонянием. Там же блеяние стояло на весь зоосад и запах соответствующий, - местор сам поморщился. - Следили за овцекозами, стало быть, из рук вон плохо и пропустили заразу. А она через птиц разнеслась по всему зоосаду.

- И как в итоге нашли? - заинтересовался Янг.

- Один наш выпускник, гордость академии, - ныне лейтенант тайной стражи, вызвался помочь справиться с напастью. Очень, скажу вам, выдающийся молодой человек, - продолжение “не то что вы, бестолочи” так и просилось, но местор если и подумал, вслух говорить не стал. - Он эту иллюзию в два счета раскусил, нашел стадо, а в нем целая колония паразитов, еле извели.

- А что с овцекозочками стало? - взволнованно спросила девушка, Милли, кажется.

- Остригли, вылечили, но некоторых пришлось забить - шилки страшны еще и тем, что продукты их жизнедеятельности весьма токсичны и быстро поражают нервную систему. Это приводит к нарушению всех функций в организме. Вот так-то, - поднял указательный палец мужчина, подтверждая весомость своих слов.

Мы по-новому посмотрели на копошащихся насекомых. Вроде как к людям они цепляются редко, но, учитывая, что их тут вряд ли кормят, думаю, паразиты будут рады всем. Я на всякий случай мысленно повторила заклинание дезинфекции.

- А теперь, господа студенты, мы приступаем к самому интересному, - радостно заулыбался преподаватель. - Доставайте по одной штуке, крепите к разделочной доске и готовьте скальпели. Зажимами доставайте, остолопы! - прикрикнул он на парней, голыми руками полезшими в свои банки. - Вас-то не жалко, но вдруг потом опять животных каких заразите? Так что все соблюдаем правила безопасности. И перчатки не забудьте.

Я, надев перчатки и стиснув зубы, достала одну, шевелящуюся, склизкую и перебирающую тоненькими лапками. Ушедшие, помогите пройти это испытание!

Элис невозмутимо препарировала шилку, в чем я ей ужасно завидовала. Вот уж точно прирожденный хирург. Я же дрожащими руками кромсала насекомое, которое мне даже стало как-то жаль. Ни одно живое существо, пусть и такое мерзкое и вредное, не заслуживало подобной мучительной смерти.

- Что ты с ней возишься? - кинула взгляд на мой стол подруга. - Смелее, увереннее. Взяла, раз-раз - и готово.

Я только зубы стиснула. Раз-раз…

После “разделки” мы брали шприцы, увеличительные стекла, реагенты. Элис сделала все одна из первых, она примерно представляла, что будет на занятии, и сразу взяла все необходимое, а не бегала двадцать раз искать нужное.

Я ожидаемо оказалась в числе отстающих, но с заданиями все же худо-бедно справлялась. Поэтому очень удивилась, когда рыжая, доделавшая весь список исследований, встала и направилась к стойке с реагентами, возле которой копошилось еще несколько одногруппников.

- Ты чего? - спросила я, когда Элис вернулась и невозмутимо начала переделывать один из первых тестов со своей подопытной шилкой.

- Да хочу кое-что проверить, - неопределенно повела плечами подруга.

Что именно она проверяла, я поняла минуты через две, когда из другого конца аудитории раздался душераздирающий визг.

Моя заклятая “подруга” Мартина с криком принялась расстегивать ряд мелких жемчужных пуговичек на длинной манжете. Остальные девушки как-то не спешили ей на помощь, напротив, сделали несколько шагов назад.

- Что случилось, леди Кнауф, - скорее заинтересованно, чем взволнованно поинтересовался преподаватель.

- Там… она… у меня... - дальше снова крик.

В итоге пуговички Мартина рванула, жемчужины разлетелись, рукав блузки пошел по шву.

Местор Норан не торопясь сошел с кафедры и подошел к студентке, развернув ее руку, чтобы лучше что-то на ней разглядеть.

- Поздравляю, леди, вы заработали внеочередной тест по правилам техники безопасности. Сдадите сегодня на кафедре. Или не сдадите, - задумчиво проговорил местор.

- Но я, - принялась оправдываться Мартина, - я все соблюдала.

- С такими рукавами удобно за игральным столом, но никак не на практике по моему предмету. Идемте, - и потянул дрожащую девушку за собой обратно к доске.

- Итак, сейчас мы рассмотрим с вами случай заражения шилкой человека на реальном примере, - народ взбудораженно загалдел. - Для начала обезболим и обеззаразим, - преподаватель сделал несколько коротких пассов быстрой активации заклинаний, явно заготовленных у него на такой случай заранее. - Далее, если шилка забралась неглубоко, а пока она не глубоко, то проще всего сделать небольшой разрез, - легкий росчерк скальпеля, который местор также предварительно магически простерилизовал прямо в руке. - А потом пинцетом осторожно выкручиваем против часовой…

Мартина завыла, ощущая манипуляции даже через обезболивание. А местор, будто нарочно, медленно вытягивал насекомое, которое, помимо всего прочего, наверняка успело впрыснуть яд, чтобы жертва стала сонной и неповоротливой. Один из признаков заражения шилкой - вялость и сонливость зверя. Только через несколько минут шилка была полностью извлечена.

- А теперь, перед тем, как леди Кнауф отправится в лазарет на осмотр и для наложения швов, дружно скажем ей спасибо за возможность наглядно показать опасность шилок и их извлечение из пораженного. Это было весьма любезно с ее стороны, - аудитория дружно засмеялась.

Мартина зло прошла к своему месту и принялась собирать вещи.

- И леди, не забудьте заглянуть ко мне после прохождения теста. Подберем вам достойную отработку в зависимости от ваших результатов и знаний техники безопасности, - окончательно добил Мартину преподаватель.

Я покосилась на Элис: та совершенно спокойно собирала инструменты для стерилизации и складывала по коробочкам лишние реагенты. Говорить рыжей, конечно, я ничего не стала, хотя и не сомневалась, чьих это рук дело. Мартина тоже была у стойки с веществами, когда к ней подходила Элис. Одно движение - и голодная шилка уже на одежде, а там паразит быстро разберется, как пробраться внутрь.

Нет, Мартину мне жаль не было, понятно, что шилку бы на ней сразу нашли, да и ничего такого не случилось. Закрепленный магией шов и следов не оставит, а повторение техники безопасности, как и отработка, ей не лишние. Главное, чтобы на Элис никто не подумал.

Оставшееся занятие я нервно поглядывала на часы. И только когда практическое закончилось и мы все свободно вышли в коридор, я схватила рыжую за руку и оттащила к окну.

- Ты зачем это сделала?

- Что именно? - похлопала светло-рыжими ресницами подругами.

- Ты поняла!

- Решила преподать маленький урок, - коварно усмехнулась Элис. - Будет знать, с кем связываться. А то совсем обнаглели от безнаказанности, - сверкнула зелеными глазами подруга.

- И все-таки ты рисковала, - укорила я соседку.

- Да не особо. И знаешь, я в любом случае абсолютно не жалею, не раскаиваюсь и ничего такого прочего не чувствую. Некоторым это только на пользу идет, поверь.

Я верила, но все же… Дело не в Мартине, плевать мне на нее,  а вот если рыжей это потом как-то аукнется?

- Пойдем лучше обедать, - предложила подруга. - Или паразитология отбила у тебя аппетит?

- Вот еще! Ничего мне аппетит не отобьет, - я подхватила сумку с подоконника.

И правда, чего это я? Неужели разговор с ректором так подействовал?

А у Элис к тому же парень из тайной стражи, разберемся как-нибудь.

Зато народ в столовой в кои-то веки обсуждал не меня, а Мартину, любимицу шилок.

42. Суд

На следующий день Мартина ходила злая и дерганная. По слухам, преподаватель паразитологии подобрал ей очень мерзкое задание для отработки. И я была склонна верить: в находчивости и фантазии местора Норана сомневаться не приходилось.

Моя отработка тоже продвигалась. Я уже весьма споро готовила для грифона. Во всяком случае, зверь привык к моей стряпне и ел ее без опасений. А излишки я относила церберу, вот уж кто никогда ни от чего не отказывался.

Я задумчиво чесала одну из голов за ухом - цербер наигрался и набегался за палочкой так, что вспомнил о своем почтенном возрасте и лег возле меня, положив одну из голов мне на колени. Остальные две, пока третья дремала и отдыхала, требовали почесывания и ласки. Кстати, именно наблюдая за спящим трехглавым псом, я поняла, почему они так ценятся как охранники. Одна из голов всегда бодрствует, очень редко трехглавый цербер засыпает “целиком”. Вторая голова догрызала захваченную мною с местной кухни кость, периодически поглядывая на две другие: не покусится ли кто на его добычу? Пока претендентов не находилось.

Но неожиданно две бодрствующие напряглись и синхронно посмотрели на тропинку. Кость отошла на второй план, цербер рыкнул двумя глотками, третья голова тут же открыла глаза и превентивно оскалилась.

Видя реакцию пса, я не то, чтобы испугалась, но насторожилась. Зоосад академии был под стать самой академии - то есть огромен и необъятен. Разделенный на разные климатические зоны, сад занимал где-то пятую часть всей территории и в нем легко можно было заблудиться. Мы с цербером находились на отшибе, время вечернее, студенты и работники в большинстве своем разошлись, так что в случае чего помощи ждать неоткуда. Трехглавый цербер, конечно, силен, но подготовленный маг с ним справится.

Ветки на тропинке заколыхались, и на поляну вышли два знакомых рыжих человека.

- Это свои, - потрепала я пса по холке и поднялась навстречу.

- Так и думали, что ты здесь, - улыбнулась Элис.

- Привет, - коротко поздоровался Саймон. Страж больше смотрел на цербера, чем на меня. Пес же оскалился и предупреждающе зарычал на некроманта. Чувствуется, что симпатией они друг к другу не прониклись.

- Привет, - я на всякий случай пристегнула толстую цепь к конструкции, соединяющей три ошейника. Цербер и Саймон были мне одинаково дороги.

- Элиза, я пришел сказать, что слушание по делу твоих родителей назначено на послезавтра. Оно, с учетом всех обстоятельств, пройдет отдельно от остальных, - я сглотнула, внутренне похолодев. Уже послезавтра решится судьба моей семьи.

- Спасибо, - выдавила я. - А я могу присутствовать на суде?

- Вообще, заседание планируется в закрытом режиме, но, думаю, мы сможем тебя провести. Главное, чтобы ты сидела тихо, - предупредил страж.

- Конечно! Я обещаю! - я прижала руки к груди и часто заморгала, пыталась сдержать слезы.

- Не переживай, - обняла меня за плечи подруга, - все будет хорошо, вот увидишь. Правда, Саймон?

- Думаю, да, - не так категорично ответил страж.

Рыжая цыкнула и снова повернулась ко мне.

- Уверена, что после всего, что ты сделала, твоим родителям вынесут максимально мягкий приговор.

- Надеюсь, - я сильно-сильно зажмурила глаза, до разноцветных кругов.

- Тогда послезавтра утром я за тобой заеду. Занятия тебе придется пропустить, - предупредил страж.

- Ой, поверь, для Элизы это не проблема, - улыбнулась рыжая, я только обиженно засопела в ее сторону. - А теперь пойдем, у тебя наверняка домашка не сделана.

Вот что за зануда! И как ее Саймон только терпит?

Впрочем, некромант и слова не сказал, спокойно попрощался с нами и поцеловал в щеку вмиг покрасневшую и ужасно смутившуюся рыжую.

- А на словах ты такая смелая, - улыбнулась я, когда страж ушел, припомнив браваду о поцелуях.

- С ним как-то все по-другому, - надулась Элис. - А еще он совершенно не похож на моих братьев, и я иногда совершенно не понимаю, как себя с ним вести.

- Просто будь собой, - посоветовала я.

- Буду, - пообещала подруга, - начнем с  зооцелительства, по нему самое объемное задание.

Я застонала.

На самом деле, если бы не Элис с учебой, я бы, наверное, места себе не находила. А так мое место отлично нашлось за столом среди учебников и конспектов. Рыжая мне совсем не давала время на передышку. Стоило закончить что-то одно, как подруга подкидывала следующее.

- Это нам не задавали! - возмутилась я, когда передо мной легла схема активации целительских артефактов при магическом сканировании организма.

- А ты знаешь, как они работают? - ехидно поинтересовалась рыжая.

- В общих чертах, - уклончиво ответила я.

- Вот и давай конкретизируй. Начни с перечерчивания, заодно просмотри нужную главу в прикладной артефакторике. Она на втором курсе проходится, но, как дополнительный вопрос, вполне может быть и у нас.

Рыжая вернулась к своей теории хирургии, но тут же повернулась.

- Ах да, - снова обернулась подруга, - у нас на следующей неделе выездное занятие в королевский зоопарк. Правда, в рамках прошлогоднего курса по разведению и содержанию магических животных, но мы в тот раз на примере своего зоосада рассматривали предмет, а тут такая возможность расширить кругозор. Я тебя уже записала.

- Спасибо, ты такая заботливая, - пропела я. Элис то ли улыбнулась, то ли оскалилась в ответ.

Надеюсь, что к тому времени моя отработка по кормлению закончится, а новую я поймать не успею. А ведь до экзаменов осталось чуть больше месяца. Кошмар! Как я буду все учить и сдавать?

Но это был второй вопрос. Первый и главный сейчас - родители. Если с ними все будет в порядке, то и я смогу спокойно учиться, больше не отвлекаясь ни на что.

Следующий день я провела, как на иголках. На занятиях не получалось сосредоточиться, я все время ошибалась, а подготовка к зооцелительству огненных видов выветрилась у меня из головы. Точнее, я банально не могла сконцентрироваться на вопросах из небольшой контрольной работы, внезапно устроенной нам завкафедрой.

- Леди, где вы витаете? - я вздрогнула, только теперь заметив стоящего возле меня местора Альдера. Он хмуро разглядывал мой пустой листок, который я даже не подписала.

- Простите, - вернулась в реальность я, судорожно вникая в задание.

Ответила я едва ли на половину, остальное банально не успела. И это при том, что сдаваться я пошла самой последней.

Преподаватель недовольно взял мой лист.

- Элиза, мне же не стоит напоминать о важности для вас учебы? - Саид Альдер, как обычно, задержал меня после занятия, решив, что его наставления важнее обеда. Правда, у меня и так кусок в горло не лез, я и завтракала-то через силу, отчего в голове легонько звенело.

- Угу, - кивнула я.

- Вам необходимо собраться и приложить все усилия, чтобы пройти экзамены хотя бы с минимальными баллами.

- Угу.

- Берите пример со своей соседки: Элис Дьяр не обладает выдающимися способностями, но берет именно старанием и усидчивостью.

Очередной кивок, от которого звон в ушах усилился.

- Элиза, вы меня слушаете?

- Да, местор, - я сфокусировала взгляд на преподавателе.

- Как вы себя чувствуете? - чувствовала я себя так себе, этакое состояние средней паршивости. - Вы продолжаете отслеживать и  контролировать свои физические и магические параметры после ритуала? Показываетесь целителям?

- Да, - почти не соврала я.

В лазарет я заглянула ровно один раз, и то из-за забытых там в спешке сборов вещей.

Мужчина шагнул ко мне, я же от неожиданности отступила назад.

- Постойте, пожалуйста, на месте, - попросил завкафедрой и легонько коснулся моих висков.

Чужая магия тут же защекотала нервы и сбила дыхание. Или это не магия? Я усиленно ставила ментальные щиты, чтобы ненароком не выдать своего смятения. В глаза местору я тоже боялась смотреть, зная, что это усиливает эмпатический контакт. Поэтому взгляд мой блуждал где-то на уровне подбородка куратора, на котором уже успела чуть пробиться черная щетина. А слева на шее у местора был треугольник из родинок. В вороте рубашки без галстука виднелась ямочка, от которой расходились ключицы.

Ох, надеюсь, ментальный щит у меня удался.

- Лучше? - я, пока не понимая, подняла голову, наткнувшись на темные, почти черные глаза, пристально следящие за мной. И, чувствую, щит мне не очень помог…

А еще я поймала себя на том, что звона в ушах больше нет и общее самочувствие намного бодрее.

- Да, местор, спасибо, - завкафедрой кивнул и отступил, оставив после себя чувство облегчения и сожаления одновременно. - Я хотела сказать, что завтра меня не будет на занятиях, - решила предупредить куратора сразу. - Мне очень надо, правда. Это касается родителей…

Больше я ничего говорить не стала, да и местор, скорее всего, сам обо всем догадался.

- Хорошо, но учтите, что пропущенный материал нужно будет изучить самостоятельно.

- Конечно! - уверена, Элис об этом позаботится и проконтролирует.

- И вашу сегодняшнюю работу я зачту авансом, - предупредил местор. - Надеюсь, в следующий раз вы подготовитесь лучше.

- Спасибо большое! - не объяснять же, что я готовилась, просто сосредоточиться не получилось.

- Тогда вы свободны, - наконец, завершил для меня занятие преподаватель. - И еще, Элиза, - остановил меня местор у самой двери. - Удачи вам завтра.

В ответ я искренне улыбнулась и кивнула. Удача мне пригодится.

Вечером я заснула только благодаря сонным каплям, заранее приготовленным для меня подругой. Рыжая буквально силой уложила меня спать, иначе я бы еще долго нарезала круги по комнате, накручивая себя до предела.

Утром же у меня все валилось из рук, апогеем стал едва не опрокинутый поднос. Спасибо какому-то парню с боевого, хорошо владеющему телекинезом и обладающему отменной реакцией. Иначе бы пришлось мне убирать растекшуюся кашу и разбитую посуду. Еще и отработку вполне могли бы влепить.

- Элиза, посиди за столом тихонько до прихода Саймона, - попросила рыжая. - И лучше ничего не трогай.

Я как раз неуклюже опустила подрагивающими руками кружку на стол, и та, конечно же, не устояла и опрокинулась. Кипяток потек в разные стороны, соседи, шипя проклятья, повскакивали. Мне же осталось промокать чай платком, так как салфеток, по обыкновению, не было.

Поэтому Саймону Элис сдавала меня с явным облегчением, предупредив напоследок стража о необходимости получше приглядывать за мной и горячее, колющее, режущее и просто мало-мальски опасное в руки не давать.

Некромант, который и сам успел меня неплохо изучить, согласно кивнул.

- Элиза, не беспокойся, - в экипаже Саймон сел напротив меня. - Формулировки обвинения максимально мягкие. До смертного приговора и купирования дара точно не дойдет.

Это, конечно, обнадеживало. Но мои родители еще молоды: по меркам жизни магов, которые легко перешагивали порог возраста в сто-сто двадцать лет, им еще жить и жить. И хотелось бы, чтобы жили они не просто долго, но и счастливо.

Здание суда величественно смотрелось даже на фоне старинных особняков, окружающих его со всех сторон. На входе посетителей встречала внушительная лестница и колонны. В центре площади перед судом бил фонтан, увенчанный статуей наездницы на грифоне с мечом в руке - символ правосудия и неминуемой кары.

- Заходим через черный ход, чтобы не привлекать лишнего внимания, - предупредил страж и потянул меня к неприметной двери с торца.

Там некроманта знали и без вопросов впустили нас обоих.

- Иди уверенно, по сторонам не смотри, - Саймон крепко держал меня за руку, и я сжала его руку в ответ.

Ладони ужасно потели, дыхание сбивалось, как после забега, перед глазами плыло. А еще я боялась споткнуться и растянуться на полу, поэтому сосредоточено смотрела вперед. Красная ковровая дорожка гасила звук шагов, а лестница, по которой мы поднимались, казалась крутой и бесконечной.

Очнулась я только перед массивной дубовой дверью.

- Ваш допуск, - потребовали стражи на входе. Саймон предъявил бумагу, которую долго и скрупулезно изучали. Я затаила дыхание, молясь всем ушедшим, чтобы нас пустили дальше.

- Проходите, - от облегчения сердце ухнуло вниз, колени ослабли, я сильнее вцепилась в некроманта и, с трудом переставляя ноги, прошла в главный зал суда.

Сели мы на самый последний ряд, для верности некромант накинул на нас обоих маскировку стражей, смазывающую лица. Собственно, ничего сверхъестественного, как оказалось, - обычный артефакт, прикалывался булавкой к воротнику и активировался легким движением.

- Здесь все будут при исполнении, - пояснил рыжий, - твое открытое лицо слишком бросается в глаза и еще привлечет ненужное внимание.

Но мою руку Саймон отпускать не спешил, за что я была ему искренне признательна. Без поддержки я бы точно не пережила это утро.

Стрелки часов, будто издеваясь, ползли медленно и неторопливо. Равнодушному механизму спешить некуда, он важно отсчитывал какие-то растянувшиеся втрое минуты. Полчаса до начала слушаний превратились для меня в настоящую пытку. Воздуха не хватало, а в висках вел свой собственный отсчет пульс.

Поэтому, когда боковая дверь отворилась и сопровождение из трех тайных стражей ввело моих родителей, я чуть не вскочила со стула.

- Спокойно, - шепнул некромант, дернувший меня назад. - Сидим тихо.

Родители заняли места на скамье обвиняемых. Сегодня они были одеты не в тюремную, а в обычную одежду. Правда, за время заключения оба заметно похудели и осунулись. Старые вещи стали им велики почти на размер и сидели слишком свободно. Но Мария и Александр Риар все равно выглядели достойно. Вот только глаза у них были потухшие, и обреченность прямо читалась на лицах. Они пришли сюда без надежды на спасение и были готовы к приговору.

Судья вышел в традиционной белой полумаске. Раньше маски были полными, а личность самого судьи - тайной. Сейчас же все знали, кого назначили на процесс, но маска осталась частью традиции, как и белый плащ с капюшоном. Зал, к слову, тоже белый, только скамьи в десять рядов сделаны из темного дерева. Над креслом судьи, напоминающим трон, висел гобелен, повторяющий статую - разящая врагов дева на грифоне.

По преданию, женщина была одной из ушедших, богиня справедливости, чей меч разил лишь виновных. Но и о великодушии богиня тоже не забывала. И я очень, очень на нее рассчитывала.

Тайные стражи в черном, заполнившие зал и следящие за процессом, напоминали слетевшееся воронье. Размытые лица не нуждались в дополнительных масках. Арнаудские волкодавы скалились на предплечьях.

Несколько человек зашли без маскировки и, судя по отличающейся форме, это был кто-то из Высших лордов, стоящих во главе ищеек.

- Слушание дела Александра и Марии Риар, обвиняемых в пособничестве предателю и государственному изменнику, готовившему заговор против короля, объявляется открытым, - не лучшее из возможных начал.

Я вцепилась в кресло, не осознав, что одной рукой чересчур крепко сжимаю руку Саймона. Рыжий молча терпел.

Дальше шло выступление свидетелей, среди которых мелькали знакомые лица, обвинителей, спокойно излагающих  уже известные всем факты, и защитников, показывающих мои родителей скорее жертвами, чем преступниками. Термины, большую часть которых я не понимала, споры, обсуждения, доводы “за” и “против”. Бесстрастный судья, молча наблюдающий за защитой и обвинением, кажется, едва ли не спал, изредка уточняя какие-то моменты, на мой взгляд, совсем не относящиеся к делу.

В какой-то момент мне показалось, что все кончено, несмотря на все старания защиты. Несмотря на все мои старания. Вина родителей была столь очевидна, что даже ребенок признал бы их виновными.

Саймон буквально с усилием разжал мои пальцы и, пообещав скоро вернуться, отошел. Вернулся уже со стаканом воды.

- Выпей, на тебе лица нет, - шепнул страж, передавая стакан. - Держись, осталось совсем немного.

Я держалась. Смотрела на стражей, на собравшихся свидетелей, на судью, подпирающего кулаком щеку. Никому из них по-настоящему не было дела до жизни двух бесконечно дорогих для меня людей.

Неожиданно я почувствовала чужой взгляд и повернулась. Светловолосый мужчина лет тридцати пяти, явно из Высоких лордов, пристально и задумчиво смотрел на меня. И даже не отвернулся, поняв, что я заметила. Плевать. Я здесь только ради родителей. Мнение и странный интерес кого-то еще меня не волнуют. Мое внимание снова переключилось на процесс.

- Суд объявляет перерыв и удаляется на совещание, - объявил судья.

Вслед за ним ушли еще трое, в числе которых был и разглядывавший меня человек.

- Я сейчас вернусь, никуда не уходи, - попросил Саймон и тоже вышел.

Я осталось одна, следя со своей галерки за мамой и папой. Они тихонько переговаривались и улыбались друг другу. Наверное, виделись они это время тоже нечасто и теперь просто рады снова побыть вместе. В груди щемило от одного их вида. А еще от страха, что приговор вполне может быть совсем не тем, на который я рассчитывала.

- Здесь четыре Высоких лорда из руководства тайной стражи и не только! - пораженно рассказал вернувшийся Саймон. - Они все сейчас на совещании с судьей. А ведь это предварительное слушание, на нем рассматривают только дело твоих родителей, остальных будут судить завтра.

- Даже не знаю, хорошо это или плохо, - я уже ни в чем не была уверена. Ожидание изматывало и рвало душу.

- Все будет хорошо, - некромант ободряюще сжал мою руку. - Вот увидишь. Они не смогут не зачесть твои старания, один гримуар чего стоит.

Вот только поможет ли это родителям? Или корона решит, что я вполне удовлетворилась букетом?

Дверь в совещательную комнату отворилась, и четверка вернулась в зал на свои места.

Судья обвел всех присутствующих взглядом, кажется, видя всех и не видя никого одновременно. Эмпат. И очень сильный. Такой, наверняка, почувствует любую ложь, никаких дополнительных артефактов не надо.

И человек в белом низким голосом обратился к залу.

- На сегодняшний день собрана большая доказательная база, подтверждающая непосредственное участие обвиняемых в создании и видоизменении драконьей чумы, что является тяжелейшим преступлением не только против короля, но и всего государства и даже мира, - начал речь судья. - Однако, учитывая все смягчающие обстоятельства, а также искреннее раскаяние и готовность искупить свою вину, суд рассмотрел дело супругов Риар отдельно и принял решение.

В зале царила тишина. Магический полог отрезал все, доносившееся извне, и препятствовал любой прослушке снаружи. Кажется, биение моего сердца было самым громким звуком во всем здании.

- Приговор суда, - судья достал из внутреннего кармана плаща свернутый в трубку лист, сломал печать и развернул: “Лишение семьи Риар титула и вычеркивание из книги высокого сословия, - это было ожидаемо, приставка “леди” - минимальная потеря в моей жизни. - Конфискация имущества в пользу короны, - что было сделано еще давно, закрепление этого положения - чистая формальность. - Десятилетняя ссылка на южные границы королевства с принесением клятвы верности и служения, клятвы о непричинении вреда, ограничения передвижения до истечения срока, клятвы о неразглашении любой информации, касающейся данного дела. Запрещается конфиденциальная переписка и любая научная деятельность, если это не прямой приказ короны. На место ссылки Александр и Мария Риар отправляются завтра вместе с пограничным отрядом, приступающим к службе на южном рубеже Авардона. Решение суда окончательное и не подлежит пересмотру или обжалованию.

На этом судья встал и неторопливо покинул зал через свою дверь.

Я все еще не верила в услышанное. Не могла до конца осознать, что родителей оставили в живых и все позади.

- Элиза, - я подняла на Саймона глаза, только сейчас осознав, что плачу. - Все хорошо?

- Это правда? Их не казнят?

Я смотрела на ошеломленных родителей, недоуменно переглядывающихся и пораженных таким мягким приговором. Так хотелось кинуться к ним через все лавки или просто крикнуть, что я здесь, с ними.

- Нет, - тихо ответил некромант. - Жизнь на южном рубеже не сахар. Постоянные стычки с местными одичалыми племенами. Мародеры, надеющиеся еще что-то найти на территории погибшей Миасской империи. Плюс к этому магические аномалии, тяжелый жаркий климат. Но они целители, и будут полезны в том месте.

Я всхлипнула и вытерла рукавом слезы, испачканный чаем платок остался в академии. Мама с папой - сильные люди, они выживут. Обязательно выживут и вернутся через десять лет.

Тем временем все присутствующие потянулись на выход, стражи, приведшие родителей, подошли к ним и сделали жест подниматься и следовать за ними. Родители, видимо, находясь в шоковом состоянии, без вопросов пошли за ними обратно через боковую дверь.

- Саймон, я должна с ними встретиться, - взмолилась я. - Завтра они уедут, и даже если я перехвачу их где-то в городе, нормально поговорить нам не дадут. Неужели ничего нельзя сделать?

Саймон колебался недолго.

- Идем, - страж взял меня за руку и быстро повел к двери, через которую выводили осужденных.

По его жесту дверь открыли, за ней вдаль тянулся длинный коридор со множеством проходов и ответвлений.

- Ты здесь ориентируешься? - на ходу отстегивая артефакт, спросила я. Это не суд, а лабиринт какой-то.

- Немного, - не сбавляя шага, ответил некромант. - Так специально сделано, чтобы сбежать было сложнее.

Перед одной из дверей стояла усиленная охрана из тайных. Все в форме и с маскировкой.

- Пропустите, - весьма жестко и требовательно приказал Саймон.

- Простите, лейтенант, не положено, - отозвался один из стражей.

- Под мою ответственность, - не сдавался рыжий.

- Ответственность, может, будет и ваша, а головы потом снимут наши, - отказал волкодав. - К тому же руководство лично курирует дело.

И показал большим пальцем в коридор.

Стоило Саймону повернуться, как он мгновенно подобрался. Стоящие на посту стражники вытянулись в струну. Все спешно проверяли мундиры, один из мужчин застегнул верхнюю пуговицу рубашки.

По коридору к нам шел высокий мужчина с серебристыми волосами. Тот самый, что разглядывал меня в зале суда, а потом удалился на совещание с судьей. Да и не знай я раньше, все равно поняла бы, что перед нами Высокий лорд. Характерный ореол силы и власти, уверенные движения и лицо, в котором чувствовалась порода: квадратный подбородок, четкие скулы, прямой нос и яркие синие глаза.

Наверное, нам стоило бы вжаться в стену и стать как можно более незаметными, но Саймон внезапно шагнул в сторону, становясь прямо на пути у незнакомца.

- Лорд Дагье, - некромант склонил голову и прижал руку к груди, мужчина ответил лишь кивком. - Простите мою дерзость, но у меня есть просьба. Разрешите моей подопечной, Элизе Риар, увидеться с родителями. Они приговорены к ссылке и завтра покинут столицу. Элиза всячески помогала тайной страже и приложила много усилий в поимке темной сущности и в поиске гримуара. По моему мнению, она заслужила прощальное свидание с родными.

- Гримуара? Так это все-таки та самая девушка, удружившая Марьяну с чуть не угробившей его книгой? - в синих глазах Высокого лорда мелькнул интерес.

- Да, лорд, - кивнул страж.

- А вы смелая девушка, Элиза, - лорд улыбнулся. И его улыбка сразу рассеяла разлитое в воздухе напряжение. Во всяком случае, я украдкой выдохнула.

- Благодарю, - я легонько поклонилась.

- Вы можете зайти, только ненадолго. И, - мужчина чуть наклонился ко мне, - это был отличный урок для самоуверенного мальчишки.

Лорд заговорщицки подмигнул и пошел дальше. Стоявшие же у стены стражи переглянулись и расслабились.

- Саймон… а кто это был? - я до сих находилась под впечатлением. Это было и страшно, и захватывающе одновременно.

- Ксавьер Дагье, - Саймон, похоже, сам не полностью отошел от разговора. - Он до недавнего времени возглавлял тайную стражу и был членом верховного совета.

- А почему был? - не верилось, что такого человека могли сместить с должности просто так.

- Там какая-то странная история. Поговаривают, что он едва ли не драконьей чумой болел и чудом выжил. А потому и не мог исполнять свои обязанности, - некромант тоже смотрел бывшему советнику короля вслед. - Сейчас тайную стражу снова возглавляет его отец, Морис Дагье, но он уже немолод, пусть и силен. Так что, думаю, возвращение младшего Дагье - вопрос времени.

- Как все сложно...

Драконья чума, которую разрабатывали мои родители. А этот человек от нее едва не умер. И все равно, судя по приговору, не стал настаивать на худшей участи для них.

- Туда, - Саймон глазами показал наверх, - лучше и не лезть, и не пытаться разобраться. Пойдем уже к твоим родителям, пока  разрешили.

- А ты был уверен, что лорд разрешит встречу? Ты так смело шагнул к нему, - я вспоминала эпизод и все больше восхищалась мужеством рыжего. Смогла бы я на его месте встать на пути у Высокого лорда, чтобы попросить даже не для себя, а для одной, как он выразился? Подопечной?

- Не был, конечно, - страж немного нервно улыбнулся. - Но, вроде, о Дагье всегда неплохо отзывались. Вот я и рискнул. Никто другой нам, скорее всего, такого разрешения бы не дал.

Саймон подошел к своим, и волкодавы на этот раз молча расступились. Замок щелкнул, и дверь приоткрылась.

- Прости, Элиза, но я должен зайти с тобой, - предупредил некромант.

- Конечно! - я прекрасно понимала, как сейчас подставляется Саймон. Понимала и очень ценила. Интересно, смогу ли я когда-нибудь отблагодарить его за такую помощь?

И, сглотнув и легко откашлявшись, потянула ручку двери на себя.

43. Зоопарк

В небольшом помещении без окон тоже дежурил страж, но его я заметила не сразу. Сначала я увидела сидящих на узкой лавке и держащихся за руки родителей и теперь уже сдерживаться не стала.

- Мама! Папа! - родители тут же вскочили мне навстречу.

Я просто захлебывалась рыданиями, не обращая внимание на посторонних. Все напряжение, все страхи последних месяцев уходили и отпускали.

- Элиза, ушедшие, ты так похудела, - мама держала меня за плечи и жадно вглядывалась в мое лицо. - Как ты там?

- Нормально, - я шмыгнула носом. - Учусь, - это прозвучало даже весело.

- Это ты сделала, да? - спросил папа. - Но как?

- Долгая история, - мне не хотелось врать или утаивать слишком многое. - Но если коротко о главном, я вернула наш фамильный гримуар и передала его на благо государства и короны, - хотелось бы верить, что на благо, а там пусть сами разбираются.

- Ты смогла отдать гримуар? - ужаснулась мама. - Но ведь при этом можно умереть!

- На самом деле, тому, кто его принимал, пришлось намного хуже, - я преувеличенно жизнерадостно смотрела на родителей. - Ладно, давайте о чем-нибудь другом? - попросила я. - Вы же будете мне писать?

- Да, только письма будут прочитываться, как наши, так и нам, - предупредил папа.

- Ничего, я новый заговор не замышляю, - отмахнулась я, чем вызвала покашливание Саймона. - Ой, точно! Знакомьтесь!

Я взяла рыжего за руку и притащила к родителям.

- Саймон Бертран, тайный страж, в том числе его усилиям вам вынесли такой приговор. И сюда я прошла тоже исключительно благодаря ему.

Отец сразу протянул некроманту руку, которую страж с готовностью пожал.

- Спасибо, - мама смахнула слезы.

Саймон кивнул и обернулся на звук приоткрывшейся двери. Наше время заканчивалось так быстро. А сказать хотелось так много…

- Элиза, знай, - папа посмотрел мне в глаза. - Мы ни о чем не жалеем. И не стали бы жалеть, независимо от приговора. Твоя жизнь стоила всего этого.

И я понимала эти слова. Теперь понимала.

- Доченька, береги себя, ладно? - мама обняла меня и прижала к себе, не в силах отпустить.

- Главное, вы себя берегите, - попросила я. - Это вы едете на южные рубежи, а не я.

И очень хочется верить, что они вернутся из ссылки целыми и невредимыми. Десять лет для мага - это немного.

- Я буду вас очень ждать, - сказала сквозь слезы я. - А еще обязательно приеду после окончания академии!

- Лучше не надо, - тут же попытался отговорить папа, но я, конечно, сделаю все в итоге по-своему.

Время.

Я снаружи смотрела, как медленно закрывается дверь, разделяя нас с родителями. Не навсегда. Какие-то десять лет, и мы снова встретимся.

Здание суда мы покидали через тот же выход с торца. После мягкого приглушенного света полуденное солнце слепило и резало глаза, поэтому я не сразу заметила ожидающую нас у фонтана Элис. А вот Саймон сразу увидел и усмехнулся, думаю, у стражей есть какие-то штучки, позволяющие видеть всегда, при любых переходах и в любых условиях.

Подруга кормила птиц бутербродами, и самые наглые клювы явно присматривались не к хлебу, а к колбасе.

- Элиза! - рыжая вскочила, забыв про бутерброд.

Этим тут же воспользовались нахлебники, растаскивая остатки угощения, кто куда. Один мухолов, сам по размеру не намного больше крупной мухи или шмеля, подхватил здоровый кусман и тяжелым бреющим полетом поспешил в укромное место, пока не отняли.

- Как все прошло? Как родители? - Элис взволнованно вглядывалась в мое лицо, пытаясь угадать приговор.

- Все хорошо! - и, не сдержавшись, я обняла подругу. - Спасибо! Спасибо вам обоим!

Два рыжих друга, которых я нашла благодаря своему несчастью, и их неоценимая поддержка.

- Фух! - Элис облегченно выдохнула и заулыбалась. - Я не усидела на лекциях, все думала, как ты там. Стащила с обеда для вас бутерброды, но ожидание затянулась, а тут они…

Рыжая махнула рукой в сторону птиц, которые хотя бы ради приличия могли бы если не отлететь от широкого жеста, так отбежать. Но, похоже, сытая жизнь в благополучном районе притупила инстинкт самосохранения.

- Значит, ты скормила наши бутерброды этим дармоедам? - шутливо обиделся Саймон.

- Оно как-то само, - принялась оправдываться подруга, чем едва не повергла меня в шок. Элис, и объясняется! - Я вас ждала, а они ходили такие голодные…

- Теперь голодные мы, - решил дальше развить драму страж.

- А давайте я вас накормлю! - пришла мне в голову отличная идея. - Тут должны быть кафешки, где можно перекусить. Я угощаю!

К тому же, деньги за цветы мне надолго оставлять не хотелось. Возникало ощущение, что гримуар я не отдала, а продала.

- Да ладно тебе, - нахмурилась Элис, отличная знавшая о моем текущем материальном положении.

- Давайте лучше я вас куда-нибудь отведу, - и Саймон тоже догадывался.

- Нет уж, - я подхватила рыжих под руки и потащила к краю площади, где красовалась красивая вывеска в сдержанных тонах “Лунная чаша”.

Внутри все оказалось также обставлено со вкусом, без пошлых аляповатых скатертей и салфеток. На каждом столе стояли веточки гортензий с круглыми цветными шапками. Чуть сладковатый запах выпечки напомнил, что я и позавтракать толком утром не смогла.

И все было уютно и хорошо, кроме цен. Взяв в руки меню, я сразу же погрустнела. Своим друзьям я могла предложить здесь по чашечке кофе, и то, не самого дорогого.

- И все-таки заплачу я, - решил Саймон. - Делайте заказ.

- Хорошо, тогда кофе возьмем, - признала поражение я.

- И шоколад, - добавила Элис, которая, несмотря на аллергию, не могла отказаться от вкусностей.

- Ну что, какие у вас теперь планы? - спросил некромант в ожидании обеда, а для меня и завтрака.

- Как какие? - удивилась рыжая. - Экзамены на носу! Месяц остался. Мне надо наверстать хирургию, которую я начала из-за вас часто прогуливать. А Элизе, - подруга выразительно посмотрела на меня, - надо наверстать вообще все.

- Мы продолжим тренировки? - поинтересовался у меня страж.

- Конечно, - подтвердила я. - Лишним не будет.

Вот освою темное искусство и вспомню всех своих обидчиков. Кстати об обидчиках...

- Саймон, у нас тут был небольшой, но неприятный инцидент…

И рассказала про испорченный букет. Страж сразу напрягся.

- Даже не знаю, что сказать, - явно подбирая слова, начал некромант. - То есть я понимаю, почему ректор не стал предавать дело огласке. Он человек новый, его в академию направили порядок налаживать, и именно это ему и нужно демонстрировать. С другой стороны, ректор мог принять заявление и хотя бы внутреннюю проверку провести, а потом спустить дело на тормозах без лишнего шума. А так получается, что именно ты утаила порчу королевского подарка…

Страж задумчиво крутил чайную ложку между пальцев. Столовый прибор перекатывался от мизинца к большому и обратно.

- И что предлагаешь делать? - посмотрев  на Элис, спросила я. Не идти же к ректору, требуя принять заявление. Да и поздновато как-то.

- А куда вы потом остатки букета дели? - поинтересовался рыжий.

- Корзину под вещи оставили, а выжившие растения продали алхимикам, - отчиталась предприимчивая соседка.

- Это хорошо, - одобрил страж. - Если что, можно сказать, что тебя нужда заставила распродать букет и съесть бабочек. Что, как я понимаю, недалеко от истины.

- Ты серьезно или издеваешься? - прищурившись, уточнила я.

- Вариант “шучу” ты не рассматриваешь? - улыбнулся рыжий.

- Странные у тебя шутки. И не смешные, - насупилась я.

- В любом случае, что сделано, то сделано. Вряд ли Марьян вспомнит о своем букете в ближайшее время и решит удостовериться, что с ним все в порядке. Да и не факт, что он сам его выбирал, наверняка, поручил кому-то. Поэтому не переживай.

- Но племянник короля, все-таки, - вздохнула я. Проблем с “большими людьми” мне совсем не хотелось.

- Двоюродный, - отмахнулся страж. - А гонор, как у кронпринца. Мне кажется, ему и гримуар-то отдали в надежде, что он с ним не справится и самоустранится. А ты влезла со своей помощью, - Саймон снова улыбнулся. - Так что не бери в голову.

Легко ему говорить.

Впрочем, вкусный обед с десертом, а еще осознание, что родители в относительной безопасности, вытеснили все остальные тревоги.

После обеда настала пора расходиться. Саймона еще ждали на службе, Элис уже разрабатывала мою программу подготовки к экзаменам. На меня же вдруг свалилась такая усталость, что вообще ничего не хотелось. Но надо было добить отработку кормления и подготовиться к завтрашним занятиям. То есть о подготовке я могла бы чисто случайно “забыть”, но рыжая не позволила.

- Ничего, - приободрила подруга. - Вот сдашь экзамены - и отдохнешь.

Я только вздохнула. Планировать что-либо на месяц вперед мне было страшно.

А через два дня мы большой плохо организованной толпой подходили к королевскому дворцу, в огромном саду которого скрывался королевский зоопарк. Элис едва ли не прыгала от предвкушения, хотя ехали мы в зоопарк с целью изучения его устройства и организации содержания в нем животных. Так что увеселительной прогулки ждать не приходилось. Предмет такой у нас в прошлом году был, зоогигиена и магическое животноводство, важность которого лично мне оценить не удалось. Проектирование ферм и животноводческих хозяйств как-то не входило в сферу моих интересов. Но остальные буквально светились от счастья. Оказывается, обычно студентов именно на фермы и возят, а тут сразу в королевский зоопарк!

- Это потому, что там руководство поменялось, - рассказывала нам преподаватель по животноводству, милая женщина, пухленькая, симпатичная и исключительно приятная. С уложенными светлыми локонами, в светлом платье, местресс Кьяри напоминала воздушное пирожное с кремом, которыми она себя, наверняка, регулярно баловала. - Раньше одни закостенелые старики сидели, которые студентов и молодых специалистов только как чернорабочих использовали. А теперь там молодой и прогрессивный управляющий. А еще очень привлекательный, - подмигнула местресс. - Уверена, девушки оценят.

Судя по блеску в глазах, преподавательница и сама оценила и ехала не столько из-за животных, сколько из-за управляющего.

- Так, - местресс Кьяри деловито пересчитала всех пришедших, сверив с заявленным списком. - Почти все, - решила списать потерявшихся на допустимые потери женщина. - Заходим! И никуда не разбредаемся, идем четко по маршруту.

Даже странно, что нас не разбили на пары и не заставили держаться за ручки. Впрочем, когда к нашей компании из пятнадцати человек при входе присоединились двое охранников - вопросы отпали. Разбрестись по территории нам просто не дадут.

Но даже той небольшой части, которую мы увидели, хватило, чтобы впечатлиться великолепным парком и дворцовым ансамблем из белого мрамора.

Кусты вдоль дорожки в зоопарк были подстрижены в форме магических животных, так что ошибиться с направлением при всем желании невозможно.

И когда из-за одного из кустов вышел уже знакомый темный маг, я чуть не сбилась с шага, зацепив носом ботильона мелкую каменную крошку. В совпадения я не верила, но все же попыталась сделать вид, что не узнала или мы вообще не знакомы. Но пройти мимо, к сожалению, не удалось.

- Пойдем прогуляемся, - без лишних слов или хотя бы приветствия “предложил” Марьян.

- Очень рада вас видеть в уме и здравии, но, боюсь, не смогу уйти с занятия, - объявила я, чтобы было слышно.

- Ой, Элиза, конечно, можешь прогуляться и присоединиться к нам попозже! - местресс Кьяри имела  нехорошую привычку сразу обращаться к студентам по имени и на “ты” и, видимо, питала слабость ко всем привлекательным молодым людям.

Но надо отдать Марьяну должное: королевский племянник, двоюродный, как мы недавно выяснили, проявил элементарную вежливость и предложил руку. Ужасно хотелось проигнорировать, но я решила не нарываться сходу, а сначала понять, чем обязана такой чести.

Честь была очень сомнительной. Марьян с таким напором потащил меня в какие-то заросли, что, будь на его месте кто-то другой, я непременно заподозрила бы его в грязных намерениях. Впрочем, и в чистых намерениях темного мага я очень сомневалась.

В итоге мы зашли не просто в заросли, а в зеленый лабиринт, в котором королевский родственник явно неплохо ориентировался и целеустремленно вел меня в самый центр.

- Пришли, - объявил Марьян, бесцеремонно высвобождая свою руку. - Здесь нас никто не услышит.

И вот на этом я с круглыми глазами сама отшатнулась от парня.

- Да не собираюсь я с тобой ничего делать, - закатил глаза маг.

- Совсем ничего? - уточнила я.

- Ничего такого, - едко ответил Марьян. - Или ты всерьез надеешься меня заинтересовать? - двоюродный племянник глумливо улыбнулся.

- Ой, было б кого заинтересовывать, - скривилась я. - Еще немного, и вам стоит начать опасаться некромантов.

Марьян и впрямь выглядел неважно. То есть, если не приглядываться, то он по прежнему был смазливо-симпатичный молодой человек. Но, если присмотреться как следует, становится заметно, что от былого лоска остался только шикарный синий костюм с золотой отстрочкой. Черты лица парня заострились, цвет кожи приобрел сероватый оттенок, светлые волосы потеряли объем и потускнели, будто выцвели, а глаза с расширенными зрачками лихорадочно блестели. Не удивлюсь, если пульс, давление и температура тоже далеки от нормы. Во всяком случае, судорожное дыхание и испарина наводили на такие мысли.

Да, нелегко ему дается обладание гримуаром.

- Так зачем вы меня сюда притащили? - вряд ли этот наглец соскучился и хотел меня увидеть.

- У меня не получается, - буквально переступая через себя, признался парень. - Проклятая книга должна помогать хозяину, уменьшать расход магии, подсказывать… а она тянет из меня силы... и мысли, постоянные, навязчивые… не мои.

Марьян с силой сжал виски и хотел прислониться к живой изгороди. Но то ли ветки оказались не лучшей опорой, то ли стоять даже с помощью ему было тяжело - парень сел прямо на землю. Даже жаль стало бедолагу.

- Хочешь вернуть гримуар? - осторожно спросила я.

- Вот еще! - Марьян резко вскинулся и зло посмотрел на меня, будто я прямо сейчас хочу отнять книгу. - Я хочу, наконец, с ним справиться!

- Зачем он тебе так нужен? - неужели гримуар так важен, что любой риск умереть или сойти с ума меркнет?

- Не твое дело, - огрызнулся парень.

- Ах, ну если не мое…

Я шагнула к одному из проходов лабиринта.

- Стой! Да стой же! - парень сделал над собой усилие, чтобы подняться и догнать, а еще резко схватить за руку и развернуть к себе.

- Полегче, - я выдернула руку. - Я тебе и так помогла и большего делать не обязана.

Саймон был прав: королевский племянник не столь важная особа, иначе бы во дворце ему уже давно помогли без меня. Наверняка, здесь достаточно опытных специалистов. Но или парень был слишком горд, чтобы признаться и другим в том, что не справляется, или помогать ему особо никто не стремился.

- А что бы ты хотела за свою помощь? - зашел с другой стороны Марьян. - Тебе ведь понравился тот букет?

- С букетом у нас вышло плохо, - не стала я углубляться в историю бесславной кончины подарка. - Смотря, какая помощь тебе нужна.

- Мне нужна твоя кровь.

- Чего?!

Я во все глаза вытаращилась на парня. Он вообще в себе? Дать кровь темному магу! Да проще сразу принять ударную дозу яда - и удобнее, и безболезненнее.

- Я дам клятву, что не использую ее тебе во вред, - Марьян, уверена, и сам понимал, как звучит его просьба.

- Нет. Это уже слишком. В какую сторону выход? - от нашего местоположения расходились сразу пять проходов.

- Я заплачу, - не сдавался темный.

- Жизнь дороже, - сам захотел гримуар, пусть сам и разбирается.

- Подожди, - Марьян снова попытался меня схватить, но я дернулась в сторону, и парень поднял руки, показывая, что больше не будет. - Может, тебе нужно что-то еще? Ты только скажи. Я должен подчинить гримуар.

- Подчиняй, - разрешила я. - Здесь мне тебе уже нечем помочь. Гримуар не хочет в чужие руки, пока жива прежняя хозяйка. А что с ним делать - я сама не знаю.

Сказала и только потом подумала. Укромный уголок, тишина, и труп есть, где прикопать.

- Не бойся, - вздохнул Марьян. - Мне кажется, если я тебя убью, он мне этого не простит.

- Это единственное, что тебя останавливает? - я как-то уже совсем забыла, с кем разговариваю, и фривольное обращение на “ты” выходило само собой.

- Конечно же нет, - не слишком убедительно ответил королевский племянник.

- Послушай, но ты же можешь просто не использовать книгу. Убрать ее подальше, не прикасаться - и все само восстановится.

- Не могу, - парень отвел глаза. - Тогда все сочтут меня слабаком и ничтожеством. Моя семья в сложной ситуации, положение родителей сейчас очень шаткое, младшая сестра насильно отправлена в школу при храме ушедших. И если я не смогу проявить себя и доказать, что достоин…

Марьян вздохнул и продолжать не стал.

Как же у всех все сложно.

- Кровь не дам, - сразу предупредила я. - Но могу поделиться с тобой магией. Напрямую и без ритуалов, - я слишком плохо разбираюсь в начертательной магии, чтобы проконтролировать, что там вычертит темный. А доверять Марьяну у меня оснований не было.

- Напрямую? - на бледном лице мелькнуло удивление. Маги не очень склонны делиться своей силой.

- Да, как при целительском восстановлении, - не зря я все-таки почти четыре года отучилась, кое-что знала. - После этого попробуй сразу наладить контакт с гримуаром, с моей силой это пойдет легче. А как только вы с ним достаточно срастетесь, - я вспомнила связующие нити, - артефакту придется тебя принять как хозяина.

- А это может сработать, - одобрил идею Марьян. А то сразу кровь ему подавай.

- Только это не бесплатно, учти, - судя по костюму, в средствах племянник короля стеснен не был, несмотря на всю историю его семьи.

- И сколько же стоит частичка тебя? - усмехнулся маг.

- Частичка меня - бесценна, - гордо произнесла я. - Но, если ты действительно что-то можешь, то за моей семьей числится дом, он вроде как в залоге у Миасского банка. Я хочу его вернуть.

Буду я в нем жить или не буду - другой вопрос. Но глупо разбрасываться недвижимостью в центре столицы. В крайнем случае, дом всегда можно сдать или продать.

- С домом не обещаю, надо сначала документы изучить. Но если это возможно - сделаю, - приятно удивил меня Марьян. Ведь он мог сразу пообещать золотые горы, а потом не справиться. - Клянусь, - добавил темный и высвободил магию. Два быстрых движения придали форму заклинанию.

Между нами в закрепление сказанных слов вспыхнула магическая клятва. Ну что ж, сама предложила.

Я осторожно протянула руки, маг с готовностью переплел наши пальцы. Тактильный контакт при передачи магии необходим, и зрительный тоже заметно облегчает дело.

Не знаю, как чувствовал себя Марьян, судя по появившемуся здоровому румянцу - значительно лучше. А вот у меня быстро начала кружиться голова. Я покачнулась, отмечая, что ноги буквально подкашиваются. Заметив это, парень легко пересек разделяющее нас пространство и без всякого стеснения обнял. Впрочем, мне тоже стало как-то не до стеснения, и на Марьяне я буквально повисла, обхватив его за шею.

- Постоим еще немного, - сказал парень, крепко обнимая меня за талию.

И тут позади кто-то ахнул. Я быстро развернулась в кольце рук и хотела шагнуть в сторону, но голова сразу закружилась, и Марьян прижал меня обратно к себе.

Позади нас стояло трое моих одногруппниц.

- Что вы здесь делаете? - властным тоном, от которого мороз шел по коже, спросил племянник короля.

- А у нас занятие чуть отложили, - принялись оправдываться девушки. - И разрешили здесь пока погулять. Простите, не хотели вам помешать, - троица пятилась спиной, опасаясь гнева члена королевской семьи, - уже уходим.

И тихонько смылись в одном из зеленых проходов.

- И что теперь обо мне подумают? - с укоризной спросила я.

- Пусть думают, что хотят, - отмахнулся парень. Ему-то, понятно, было все равно. - Видишь, ты даже на занятие не опоздала.

- Это очень хорошо, - высвободилась из затянувшихся объятий я.

- Сама-то дойдешь? - с сомнением оглядел меня парень.

- Если ты выведешь из лабиринта и покажешь, куда идти, то да, - появляться с ним в открытую перед всеми было уже слишком.

Выходили мы также под руку, виною всему была накатывающая на меня слабость. Наверное, организм еще не до конца восстановился от уменьшения магического потенциала. Поэтому, наверное, не стоило так щедро делиться силой. Зато Марьян выглядел значительно лучше и свежее и бодро шагал в нужном направлении.

Остановились мы только у небольшой кованой калитки.

- Это один из входов в зоопарк, пройдешь никем не замеченная и присоединишься к своим, - можно подумать, те девчонки станут молчать об увиденном. Не удивлюсь, если все уже в курсе.

- Благодарю, - я потянулась к калитке, но Марьян сам открыл передо мной дверь.

- Всего хорошего, - удивительно дружелюбно попрощался темный. - И держи, а то теперь ты совсем бледная.

И вложил мне в руку большую шоколадную конфету.

- Это еще что? - нет, любящий сладкое парень выглядит, безусловно, мило. Но как-то странно.

- У меня сестренка - сладкоежка. Я все время ей что-нибудь тайком приносил, родители не разрешали, девушкам ведь за фигурой следить надо, - удивительно тепло произнес Марьян. - Так что таскаю по привычке с собой конфеты.

- И давно она при храме? - быть жрицей почетно, конечно, но идти туда стоило исключительно по зову сердца.

- Четыре месяца уже, - а посвящение проводится через шесть. Значит, у него два месяца, чтобы вытащить сестру. Или потом можно будет навсегда о ней забыть.

И попрощался Марьян вежливо. То ли он вполне способен держать свой характер в узде, то ли улучшение самочувствия так повлияло. В любом случае, я облегченно вздохнула, когда, наконец, избавилась от спутника и осталась одна.

Тропа была заросшей и еле заметной. Трава выросла почти в мой рост, а кусты и того выше. Несколько раз в кустах что-то копошилось, из чего я сделала вывод, что дело не в запущенности зоосада. Скорее, это воссозданная для кого-то естественная среда обитания. Надеюсь, этот кто-то не слишком агрессивный, и Марьян со своей любезностью не подсунул меня какому-нибудь хищнику на обед.

Но скоро местность стала более ухоженной, деревья росли гуще и явно были посажены человеческой рукой в строгом порядке.

- Я не собираюсь никому ничего показывать! - послышался со стороны возмущенный женский голос. - Води экскурсии сам, если такой умный!

- Ну, Линда! - а это мужской и явно подлизывающийся. - Ну, пожалуйста, чего тебе стоит потратить часок и провести для студентов небольшую лекцию под открытым небом?

- Мне мешает то, что ты даже заранее не удосужился предупредить про занятия и студентов! - женщина, судя по голосу, закипала, но пока держалась. - Я ехала сюда виверну лечить, а ты подсунул мне людей!

- А ты бы приехала, если бы я тебя сразу предупредил?

- Конечно же, нет! - последовал возмущенный ответ.

- Поэтому и не сказал. Ну, сестренка, ну выручи меня последний раз, - не сдавался мужчина. Молодой мужчина, судя по голосу.

- А почему ты сам-то не можешь? Ты же здесь отлично освоился, вон какую бурную деятельность по ремонту и обновлению зоосада развел.

- Потому что я не зооцелитель, и во всех тонкостях, в отличие от тебя, не разбираюсь. Студенты могут начать задавать вопросы, и что я им скажу?

- Что ты администратор, а не зооцелитель, и вообще, у тебя есть помощники?

- Нет, я так не могу сказать, это неправильно. И помощников не надо приплетать, они тоже не должны догадываться, что я не во всем здесь разбираюсь.

- Поэтому ты приплетаешь меня?

- Всего лишь прошу о маленькой услуге, - снова заюлил мужчина. - Чего ты боишься? У тебя ведь имеется ценный опыт наставничества.

- Очень ценный, - подтвердила женщина. - Обошедшийся мне в двадцать тысяч марок.

Я уже почти прокралась кустами мимо спорящей парочки, не желая привлекать к себе внимание, как заинтригованно замерла на месте. Что же это за дорогостоящий опыт такой?

- Вот видишь, не пропадать же ему. Ну, Линда!

- Первый и последний раз, - строго сказала женщина. - И то больше из уважения к студентам, которые сюда пришли, чем из любви к тебе.

- Спасибо, сестренка! Ты у меня самая лучшая!

- А ты у меня нет, - отбрила брата “сестренка”.

Эти двое ушли, я же осторожно огляделась и продолжила свой путь, надеясь больше никого не встретить. Стыдно признаваться, но меня мучила зависть. Так здорово иметь брата или сестру. Что бы там ни было, а родной человек всегда придет на помощь и не оставит одного в беде. Везет же некоторым.

Наши стояли в стороне от небольшого, но красивого и свежеотремонтированного административного домика. Стоило мне появиться, как все разом замолчали, даже Элис. Мои кости вмиг зачесались, оповещая о новом витке перемывания. Только одни слухи и сплетни немного поутихли…

- Успешно сходили погулять? - поинтересовалась подошедшая ко мне Элис. Я к одногруппникам приближаться не решалась.

- Думаю, ты уже слышала, насколько успешно.

- Мне кажется, девушки немного преувеличили. Во всяком случае, твое платье завязано и застегнуто так же, как было.

Ох, чувствую, преувеличили девушки совсем не немного…

- Всем добрый день и простите за опоздание, - раздался уже знакомый мне голос.

Из-за административного здания, только с другой стороны, вышла парочка, чей разговор я невольно подслушала. Судя по всему, это и был тот самый прогрессивный и привлекательный управляющий. Во всяком случае, с внешностью ему действительно повезло. Высокий, даже очень высокий, но при этом не долговязый, а хорошо сложенный молодой человек со светлыми волосами. Видимо, еще один Высший лорд. Но, несмотря на дружный вздох прекрасной половины нашей группы во главе с преподавательницей, меня куда больше удивила его спутница.

Не знаю, действительно ли она являлась ему сестрой или это просто обращение такое, но женщина была темноволосой, темно-каштанового оттенка. И волосы у нее были просто неприлично короткими. Никто из Высоких родов не позволил бы себе такую стрижку. А еще на ней были брюки, пусть и не в обтяжку, но все же подчеркивающие худые длинные ноги. И да, она тоже достаточно высокая. Вообще, определенное сходство между ними прослеживалось и на лицо незнакомку тоже можно назвать привлекательной, вот только короткая стрижка несколько выбивала из колеи. Может, она незаконнорожденная? Отсюда и цвет волос.

- Меня зовут Ян Вируа, я управляющий этого замечательного зоопарка, - слегка театрально поклонился мужчина. - А это моя сестра, местресс Линда Даг… Ринолет, - спешно под взглядом сестры поправился управляющий. - И она любезно согласилась провести для вас обзорное занятие об устройстве нашего зоопарка.

Местресс Ринолет кисло и без особого энтузиазма улыбнулась. Но, судя по разным фамилиям, моя теория о незаконнорожденности подтвердилось. Правда, это вполне могла быть фамилия мужа, судя по крупному родовому перстню на правой руке, местресс была несвободна. Но поскольку фамилия Ринолет не была мне знакома и среди высших родов не числилась, значит, имел место еще и мезальянс. И тем больше я поняла, как повезло этой местресс, что брат не стыдится ее, как позора семьи, а продолжает общаться и даже не стесняется так открыто представлять другим людям.

- Идемте, салаг… эм, студенты, - местресс, видимо, хотела побыстрее закончить с лекцией и отделаться от нас.

- Справа расположена имитация лесного массива, здесь зона умеренного климата, в которой мы находимся, но в соответствии со сторонами света, севером и югом, леса переходят в вечно холодные, хвойные, смешанные или тропические джунгли. Степные зоны расположены отсюда на запад, на восток - горы, - местресс махнула рукой в сторону гор, которых мы почему-то не замечали раньше. - Горы, разумеется, искусственно созданы и видны только с территории зоопарка. За его пределами их скрывает иллюзия. Оформители посчитали, что в дворцовый парк они не вписываются.

- А горы привозили по камням и собирали здесь? - сразу же заинтересовались студенты.

- Нет, это выращенные горы, стихийные маги поработали, - видя повышенный интерес к горам, местресс пошла в их сторону.

- Там существует несколько зон для разных типов животных. Пещерные, предгорья и непосредственно горы, - по пути объясняла женщина. - Это сделано не только для создания оптимальных условий жизни зверей, но и для их разведения. Вам уже должно быть известно, что большинство магических животных плохо размножается в неволе. Это можно преодолеть, если максимально приблизить их жизнь к естественной среде обитания. Пока мы идем по лесной зоне, обратите внимание на виверну справа. Ее обычно можно встретить на болотах и у водоемов, поэтому для нее тоже видоизменили местную почву и провели в трубах воду, чтобы болото не пересыхало.

Виверны - младшие родичи драконов, поэтому все тут же прилипли к прозрачному магическому барьеру, отделяющему опасных животных от посетителей. Трое парней начали что-то оживленно обсуждать и активно жестикулировать. Виверна понаблюдала за ними с минуту и резко кинулась вперед, проверяя барьер на прочность. Барьер выдержал, но парни все равно отскочили на несколько шагов, Янг даже вскрикнул от неожиданности.

- Ах да, забыла предупредить. Конкретно эта виверна терпеть не может мужчин, - судя по сдерживаемой улыбке, местресс просто отводила душу на студентах. - Но вы в любом случае не должны расслабляться среди животных и всегда быть готовыми к неожиданностям.

К горе, оказавшейся не такой уж и высокой, мы подошли минут через десять, задержавшись рядом с василисками. Большие змееподобные существа, толщиной как верхняя часть обычного десятилитрового ведра, вселяли ужас даже сейчас, когда их исключили из числа смертельно опасных. Раньше василиски могли убить или надолго погрузить любое существо в стазис. Теперь же их популяция заметно сократилась и деградировала. Только самые сильные из них могли “окаменить” человека, и то лишь на несколько минут, или ненадолго дезориентировать. Впрочем, провести несколько минут в стазисе желающих не нашлось, так что василисков мы прошли максимально быстро.

- Будем заходить внутрь? - нетерпеливо спросила местресс.

Гору окружала клетка, накрытая сверху магическим куполом-барьером. Видимо, в "горах” содержался кто-то летающий.

- А там нет никого опасного? - народ уже откровенно побаивался нашего экскурсовода.

- Да кто там может быть опасный? - отмахнулась женщина. - Или думаете, вам сюда настоящего дракона привезут?

В итоге в клетку мы все-таки зашли.

- Только дверь захлопните, чтобы никто не убежал, - попросила местресс Ринолет.

Замок щелкнул, но пока никого страшного в предгорьях не наблюдалась. Я вообще пыталась вспомнить, кто же живет в горах из магических животных, представляющих угрозу и способных более-менее переносить неволю? Выходило, что никто. Всех мелких без труда одомашнивали, а крупные одомашниванию не поддавались.

Но королевский зоопарк мы явно недооценили. Когда только раздалось хлопанье крыльев, все дружно задрали головы, а, увидев, кто слетает с вершины, дружно и слаженно кинулись на выход. Но дверь-то захлопнута. Видимо, “чтобы никто не убежал” относилось, прежде всего, к нам, а не к живности.

Замерцали магические щиты, я тоже не стала рисковать, растянув щит сразу над собой и над Элис. Хоть в чем-то я была лучше подруги.

- Не бойтесь, рухх не опасен, - местресс и не подумала закрыться щитом.

- Как это не опасен? - возмутилась наша отличница Вея. - Да они одни из самых опасных существ!

- Конкретно этот - нет. Он ручной и почти безобидный.

- Руххи не приручаются! - продолжала упорствовать Вея.

И, словно назло ей, рухх опустился на землю рядом с местресс и приветственно заурчал, позволив ей себя погладить.

- С ума сойти! - шепнула Элис. - Руххи ведь и правда не приручаются!

Огромная птица с двумя парами крыльев, на которых даже при дневном свете были видны искорки грозовых разрядов, по росту только немного уступала женщине.

- А можно погладить? - спросил кто-то из девчонок.

-  Не стоит, - остановила ее жестом местресс. - Я его больным птенцом получила и долго выхаживала. Сейчас он еще подросток, к тому же эта птица потеряла большую часть своей силы, но рисковать не нужно. У него и без магии достаточно сильные клюв и когти. Да и удар крылом у руххов практикуется. И для тех, кто любит читать умные книжки, - местресс насмешливо посмотрела на Вею, - запомните: любое животное можно приручить. Особенно, если вы - эмпат.

- А дракона?

- И дракона.

- Но уже давно…

- И сейчас можно, - уверенно заявила женщина. И на этот раз спорить с ней никто не решился.

Остальную часть зоопарка мы прошли без приключений. Местресс Ринолет знала местных животных и легко могла рассказать и о них, и об особенностях их содержания.

Через час мы вернулись к административному зданию, с которого и начинали осмотр зоопарка.

- Местресс Ринолет, а вы берете учеников? - спросил кто-то из наших.

- Нет! - без раздумий и категорично ответила зооцелитель.

- Она их только покупает, - ее брат вышел из здания и подошел к нашей группе, тут же схлопотав от сестры затрещину. - Надеюсь, вам у нас понравилось, - Ян Вируа, в отличие от хмурой сестры, был само обаяние и улыбчивость. - Ждем всех желающим летом на практику.

Судя по влюбленным глазам девушек, недостатка в практикантах в королевском зоопарке не будет.

Восторженные и возбужденные, все высыпались из зоопарка и пошли на выход из дворца. У самых ворот мне навстречу шагнул неприметный человек с приметным букетом из волшебных цветов. Я спиной чувствовала обращенные на себя взгляды. Что за дурацкие манеры у этого темного мага! Не мог все сделать без лишнего шума и помпезности?

Вместе с букетом мне незаметно перекочевал увесистый кошель, марок на пятьсот по ощущениям и весу. А еще небольшая записка пряталась в самих цветах.

“Постараюсь решить вопрос с домом в ближайшие недели”, - гласила единственная фраза в ней.

- Ого! Так вы уже  жить вместе собираетесь! - удивилась Вея, заглядывая через мое плечо.

- А тебя не учили, что нельзя читать чужие письма? - возмутилась я в ответ.

- Да ладно, Элиза, мы очень за тебя рады, - и сказано так, что понятно, как мне все завидуют.

Ой, да плевать.

- Знаешь, этот букет сам по себе марок на сто пятьдесят потянет, - прикинула Элис, когда мы вернулись в комнату и я спокойно рассказала подруге о произошедшем.

- Тогда завтра сходишь и продашь его своим знакомым алхимикам, - решила я. Букет, конечно, красив, но деньги мне были нужнее.

- У моих знакомых алхимиков скоро средства закончатся твои букеты скупать, - заулыбалась рыжая.

- Надеюсь, этот последний.

Иметь с Марьяном что-то общее мне не хотелось. Ну вот не нравился он мне, и все тут.

Зато на ближайшие месяцы шоколадом, вкусностями и много чем еще мы с Элис были обеспечены.

44. Экзамены

Оставшийся месяц до экзаменов пролетел со скоростью гоночного грифона. Я только и делала, что под суровым и неустанным надзором Элис готовилась к новым занятиям и повторяла (читай - изучала) ранее пройденный материал. Параллельно успевала забегать к трехглавому церберу, которого, кажется, даже смотрители определили под мое шефство. Пес встречал меня на тропинке, насколько позволяла длинная толстая цепь, вилял мощным хвостом, способным при должном размахе сломать человеку парочку ребер, и радостно лаял тремя головами.

Частенько я прогуливалась по зоосаду в компании Джареда Рила. Старый смотритель охотно делился своими знаниями. И пусть они не были академическими, а основывались исключительно на жизненном опыте и интуиции, но от этого становились только более ценными.

Джаред вообще оказался удивительным человеком, с виду замкнутый и нелюдимый, он сам искренне радовался возможности пообщаться с кем-то. Пусть мужчина и неплохо прижился в академии, но большинство дипломированных магов смотрели на самоучку свысока, считая себя намного более сведущими. Я же не уставала поражаться, насколько глубоко смотритель изучил не только животных, с которыми справлялся ловчее большинства месторов, но еще и травничество, зельеварение. Да он в том же кормлении разбирался куда лучше местора Фонти, даром, что специальную литературу не читал, а просто много наблюдал за животными.

Так что благодаря смотрителю я набиралась реальных знаний и опыта не только в зооцелительстве и в работе с животными, но и в алхимии и зельеварении, в кормлении и даже в обычных бытовых мелочах. Старик виртуозно умел выбирать мясо и овощи на рынке, лично я и не подозревала, сколько тонкостей есть в покупке продуктов. И готовил смотритель тоже не в пример вкуснее поваров студенческой столовой, поэтому в те вечера, когда Элис выкраивала время на свидания с Саймоном, я ужинала с Джаредом.

С Саймоном я тоже продолжала видеться. Страж, как и обещал, организовал наши занятия и даже выбил для это небольшой полигон, на котором превращался из нормального парня в сущего деспота и тирана. Никаких послаблений и скидок, некромант учил меня в настоящих боевых условиях. Как-то раз даже зомби притащил, чем поверг меня в полнейший ужас. Все-таки призраки - это одно, а то, что даже на вид остается почти человеком - совсем другое. Элис потом долго отпаивала меня в комнате успокоительным чаем.

Уже перед самыми экзаменами пришла короткая весточка от родителей. Буквально пара строк, в которых маминым почерком, мелкими, словно бисеринки, буквами, было написано, что они нормально добрались и уже устроились. “У нас все хорошо”, - говорилось в конце послания.

Я знаю, что их лишили права на конфиденциальность, хорошо, что вообще разрешили переписку. За десять лет без возможности узнать, что с ними, живы ли они там, я бы сошла с ума. В эти несколько месяцев я четко поняла, насколько мне дороги родители и как тяжело остаться совсем одной. И это маленькое послание зачитала до дыр и бережно хранила в столе. На южном рубеже достаточно наблюдателей, которые проверяют письма, подпись одного из них украшала оборот бумаги. Но все это ерунда. По сравнению с тем, что могло бы быть - сущий пустяк. Да и скрывать нам всем больше нечего.

Марьян еще дважды присылал букеты с посланием, что работа над переоформлением дома идет. Поэтому я спокойно ждала и с чистой совестью перепродавала цветы алхимикам на ингредиенты.

А когда началась экзаменационная неделя, стало уже не до чего. Я даже спала урывками, тратя ценнейшие часы на подготовку. Ушедшие, да я никогда столько не училась! Мне буквально снились колбы и пробирки, в которых полным ходом шли алхимические реакции, а вокруг ползали разномастные паразиты. Просыпалась я в холодном поту и садилась за книги, лишь бы не видеть продолжение сего кошмара, в котором, кажется, мне надо было еще что-то готовить…

Как ни странно, но кормление я сдала легче всего. Возилась, конечно, долго, сказывалось отсутствие навыков готовки. Нашинковать за минуту овощи и разделать курицу за две мне пока не удавалось. Поэтому, когда я, наконец, самой последней справилась с бульоном для гипотетической мантикоры, восстанавливающейся после полостной операции, местор Фонти устроил мне допрос с пристрастием по всему пройденному материалу. Но Элис не зря гоняла меня по теории, а с практикой уже помогал смотритель Рил, показывая и рассказывая, чего, кому и сколько давать, как правильно заготавливать и хранить.

- Ладно, - с явной неохотой преподаватель взял экзаменационный лист и мою зачетную книжку и вписал пусть и нижний, но проходной балл.

Я была уверена, что ответила лучше, но спорить не стала. Диплом с отличием мне все равно не светит, а в остальном, сдала - и ладно.

К тому же местору Фонти я отчего-то не слишком нравилась. Возможно, от того, что раньше не уделяла должного внимания его наиважнейшим занятиям и в прошлом семестре почти не посещала кормление травоядных. Злопамятный человек попался.

Зато с алхимией я отлично справилась, правда, задание мне попалось одно из самых легких - перевести три вещества на выбор через все состояния: жидкое, твердое и газообразное. А еще местор Торел, памятуя о моих прежних неудачах, сначала посоветовал, какие вещества стоит использовать, чтобы гарантированно не разнести лабораторию, а потом стоял и контролировал процесс.

- Неплохо, - одобрил местор. - Я бы даже сказал, весьма хорошо для вас, леди Риар.

Леди я уже не была, о чем знала вся академия, но в преддверии экзаменов данная новость прошла почти незамеченной, все были поглощены другими, более важными вещами. Подчищали хвосты и спешно дорабатывали накопившиеся отработки. Большинство преподавателей обращались так ко мне по привычке. А, быть может, разлетевшаяся новость о моих “отношениях” с Марьяном накладывала свой отпечаток. Пока что новых изменений в моей жизни не происходило, все более-менее устаканилось и шло своим чередом.

Паразитология тоже сюрпризов не подкинула. Достались мне как раз изученные за время лежания в лазарете кладбищенские черви, которые, впрочем, были совсем не прочь побаловать себя свежатинкой. А я как раз на полигоне приведенного Саймоном зомби проверяла на их наличие. Академический учебный материал оказался чист, пусть и несвеж, зато диагностику я повторила отлично, что и продемонстрировала на экзамене. Местор Норан в который раз проявил выдумку и тоже притащил зомбака в аудиторию, только уже другого, не того, с которым мы с некромантом занимались и отрабатывали как упокоение, так и поднятие.

- Знакомьтесь, это Бася, - представил зомби обескураженным студентам преподаватель. - Сегодня он ассистирует мне на экзамене. Да, Бася? - обратился местор к зомби, от одного вида которого пробирала жуть.

При жизни Бася явно был головорезом, этакий здоровый накачанный амбал. А смерть только добавила ему колорита.

- Так что никаких шпаргалок, Бася проконтролирует, - местор обвел нас взглядом, наслаждаясь произведенным эффектом.

Народ заерзал, поскольку шпаргалки были у всех. Кто-то прятал их в одежде, кто-то в пышной шевелюре с особым “экзаменационным” начесом и размахом. Некоторые же, судя по рукавам почти до кончиков пальцев, писали быстросохнущими чернилами прямо на себе. Я тоже хотела попробовать этот способ, но Элис отговорила.

- Потом до конца лета будешь отмывать, - предупредила опытная подруга.

Быстросохнущие чернила были изобретением мехов. А мехи, как известно, делали все на совесть.

Так что исписанные бумажки прятались у меня везде. О том, как их при необходимости извлекать, я старалась не задумываться. В конце концов, я и не планировала ими пользоваться, пока пишешь - отлично запоминается, да и само наличие шпаргалок грело душу и давало некоторую уверенность. Сейчас же под неживым взглядом Баси сделалось неуютно. На что были способны боевые зомби, а этот - явно не обычный мертвяк, мне известно не понаслышке, спасибо Саймону.

- Местор, а откуда он у нас? - робко поинтересовался кто-то из одногруппников.

- На темном факультете одолжил, - сообщил довольный преподаватель. - Вот что бывает с не сдавшими экзамены студентами.

За этим шел злорадный смех местора. Мы начали переглядываться, шутки шутками, а зомби на экзамене самый что ни есть настоящий.

За шпаргалками никто лезть не рискнул. Зато мне было удобно и наглядно демонстрировать ответ на свой вопрос. Бася покорно стоял, пока я магически сканировала его на наличие паразитов, а потом так же безропотно терпел заклинание уничтожения. Уничтожать, правда, было нечего, академия и темный факультет следили за учебным материалом, но получилось все равно эффектно.

- Замечательно, Элиза, - одобрил местор Норан. - И кстати, я слышал, что именно вы обнаружили шилок в зоосаде?

- Мы вместе с Элис Дьяр, - не стала я забирать всю славу себе, хотя рыжая уже и так сдала предмет на отлично.

- И все же похвально, что вы не просто имеете теоретическую базу, но и успешно ее применяете.

И это был мой первый честно полученный высший балл на экзаменах.

Из аудитории я буквально выпорхнула. Кажется, паразитология станет моим любимым предметом!

К концу экзаменационной недели все студенты были выжаты и по виду сами напоминали не самых свежих зомби с бледными лицами и темными в черноту синяками под глазами. Вытянутые вперед руки с книгами и конспектами и шаркающая походка (а как еще, если смотришь в конспект, а не под ноги) только усиливали сходство. Да и осмысленности взглядам не спавших пару суток людей явно не доставало.

Я лежала без сил на кровати. Остался один-единственный экзамен по профильному зооцелительству. Именно он являлся наиболее сложным и важным, но я надеялась, что местор Альдер не станет устраивать мне блиц-опрос по всему пройденному за все годы. Все-таки завкафедрой был в курсе моей ситуации, да и отношения у нас установились вполне нормальные. В рамках преподаватель-студентка, разумеется. На этом месте оставалось только вздыхать и стараться не забывать про ментальные щиты в присутствии местора. Сам куратор сразу после суда спросил у меня об итогах дела и от души поздравил с его успешным окончанием.

- Теперь, надеюсь, вас ничего не будет отвлекать от учебы, - заметил местор Альдер.

Его предмет я выучила настолько, насколько это вообще было возможно с учетом трех с половиной потраченных впустую курсов. Но мне искренне хотелось таким образом показать, что местор во мне не ошибся. Да и просто не выглядеть перед ним на экзамене дурой. Да уж, раньше я как-то не придавала значения тому, что именно обо мне подумают преподаватели, получала свои минимальные баллы и спокойно жила с этим. Теперь же хотелось проявить себя с лучшей стороны и, что примечательно, не только перед местором Альдером. Паразитология доказала, что я могу хорошо учиться, и это окрыляло. Или я банально заразилась от заучки-соседки. Интересно, тяга к знаниям передается воздушно-капельным?

Утром я, собрав всю свою волю в кулак, встала пораньше. Нужно было хоть немного привести себя в порядок, являться растрепанной, ненакрашенной, светя синяками под глазами и пугая всех невыщипанными бровями, я не могла. Не на зооцелительство уж точно.

Элис только хмыкнула, когда проснулась и обнаружила меня с пинцетом у небольшого зеркала. Подруга наверняка замечала мои особенные старания по предмету местора Альдера, но ничего не говорила.

В столовой все сидели, обложившись записями. Пусть на целительстве больше делался акцент на практику, теории тоже хватало. Я же, решив, что перед смертью не надышишься, предпочла нормально позавтракать. У меня столько всего произошло за последние два с половиной месяца, что я заслужила толику удачи на последнем экзамене. К тому же подготовилась я, даже по оценкам Элис, неплохо.

Экзамен проходил в целительском кабинете с участием реальных животных, которых надлежало вылечить. Их собирали специально для экзамена с самыми разными болячками. У кого-то были достаточно острые ситуации, с ними работали те из студентов, кто претендовал на высший балл.

У Элис, например, с собой имелся хирургический набор, купленный на вырученные от продажи букета деньги. Она должна была одним махом сдать общее целительство и хирургию, удалив опухоль у ларнакского змеехвоста. Чешуйчатое животное походило на змею не только длинным хвостом, но и опасным ядом, очень ценящимся в алхимии. Именно для этого их и разводили в неволе. Змеехвосты были редкими и дорогими, поймать хотя бы одного в дикой природе стоило огромного труда, а то и больших жертв, если зверь начинал активно обороняться. Именно на ядовитых железах и образовалась доброкачественная опухоль, так что рыжей предстояло проделать серьезную и опасную работу.

Я же на высокие оценки не претендовала, мне бы минимально проходной балл. Так что я готова подлечить легкий перелом или заживить глубокий порез. Могла еще со всякими лишаями побороться и очень надеялась, что местор сможет подобрать “любимой” студентке задание по силам.

На экзамене собралось несколько преподавателей, в числе которых сам местор Альдер, целители узких специальностей: офтальмологии, хирургии, магического животноводства. Эта замечательная женщина мне еще во время поездки в зоосад понравилась, приветливая и добродушная, так что если завкафедрой не сможет принять у меня экзамен, пойду “сдаваться” ей.

Студенты расселись на стулья вдоль стены, преподаватели заняли свои места впереди у смотрового стола и оборудования, местор Альдер сверился с часами - восемь утра - и уже приготовился объявить начало экзамена, как дверь отворилась.

- Добрый день, - Али Шагран учтиво кивнул коллегам и мазнул взглядом по студентам, на долю секунды задержавшись на мне.

- Добрый день, - настороженно поздоровался завкафедрой, я тоже внутренне напряглась. - Чем обязаны вашему визиту, местор Шагран?

- Я сегодня побуду у вас членом экзаменационной комиссии, - приветливо и с улыбкой сообщил декан факультета темной магии.

- Ты? - местор Альдер даже сбился с положенного обращения. - И на каком основании?

- Вот на таком, - декан протянул бумагу, и завкафедрой нахмурился, бегая глазами по строчкам.

- Ну что ж, - местор нехотя вернул темному магу документ, - поприветствуем местора Шаграна, участвующего сегодня в нашем экзамене.

Учащиеся что-то нестройно пробурчали. Глава темных пугал даже ничего не подозревающих студентов. Мы же с Элис переглянулись: в том, ради чего, а вернее, ради кого здесь декан темных, сомневаться не приходилось. Я судорожно сглотнула.

Народ начал расходиться по разным углам и боковым комнатам, где сдавали экзамены. Элис почти сразу позвали в операционную. Местор Али Шагран спокойно и даже скучающе наблюдал за заикающимися под его тяжелым взглядом студентами, сдающими теоретическую часть. Я поежилась, представив себя на их месте. Как-то все пошло не так, как я себе представляла.

Постепенно толпа экзаменующихся рассасывалась, счастливчики с нескрываемым облегчением выходили из кабинета. Подруга через полтора часа вышла из операционной и кивнула мне на прощание, жестом показав, что будет ждать за дверью.

Я же сидела на стуле, не зная, радоваться тому, что позавтракала, или наоборот. Моя очередь все не наступала, стрелка часов перешла за полдень, а после и доползла до обеденного времени. В аудитории осталось буквально несколько человек. Кажется, завкафедрой тянул до последнего, в надежде, что декану темных надоест ждать. Но Али Шагран явно не из тех, кто легко сдается.

- Элиза Риар, - я подняла голову, услышав собственное имя.

На нетвердых ногах я зашла в один из смотровых кабинетов и подошла к столу, не забыв поздороваться со своим завкафедрой и темным деканом.

В билете попалось устройство кровеносной системы, которое я знала и смогла почти без запинки рассказать и показать на схеме.

Местор Шагран по-прежнему молчал и не участвовал в вопросах. Он и не особо оживился при виде меня. Кажется, ему было все равно и он действительно пришел просто посидеть на экзамене. Я закончила ответ и покосилась на декана. Он равнодушно пожал плечами, показывая, что уточняющих вопросов у него нет. Я посмотрела на куратора, он кивнул, сообщив, что ответ засчитан. Пока все шло просто, слишком просто.

- Ваше практическое задание, - местор Альдер сделал жест рукой и через дополнительную дверь привели крупную химеру.

Вроде, обычное животное, а на деле нечто собаковидное, высотой мне до середины бедрамне до бедра, было покрыто разноцветными перьями. Даже милую, чуть приплюснутую мордашку покрывали мелкие перышки. Химера ощутимо припадала на заднюю лапу.

С химерами мы работали мало, это было отдельное факультативное направление. Но здесь, кажется, стандартная ситуация, повреждена лапа.

Животное встало, стараясь не нагружать поврежденную конечность. На вид все нормально, значит или сильный ушиб, или несложный перелом, ничего другого местор мне бы не дал. Справлюсь.

Досчитав до трех, я магически потянулась к животному, применив по максимуму эмпатию, чтобы пациент не сопротивлялся.

- Закрытый перелом бедренной кости, - диагностировала я, чем заслужила улыбку местора.

- Правильно, как будете лечить? - местор Альдер стоял рядом, готовый в случае чего подстраховать.

- Подождите, местор, - встрял темный декан. - Мне кажется, для столь выдающейся студентки это слишком простое задание. Давайте его усложним? - декан сидел, развалившись на стуле, сложив руки на груди и закинув ногу на ногу.

- Каким образом? - холодно спросил завкафедрой.

- А, например, таким, - и темный маг щелкнул пальцами. Между длинными пальцами сверкнула магия и направленным потоком устремилась к пернатому чуду.

А за щелчком раздался хруст ломающейся кости. Я с ужасом перевела взгляд на химеру.

Стоявшее животное взвыло и рухнуло, как подкошенное. Только что почти целая кость была переломана, кажется, в нескольких местах. И самое страшное - в районе крупной артерии тоже. Кровь хлестала фонтаном, быстро заливая все вокруг.

- Како… - местор Альдер резко оборвал себя на полуслове. - Ты что творишь?

- Ничего, сейчас студентка Риар все исправит, - декан и бровью не повел. - Если не будет стоять столбом. И побыстрее, пока пациент не истек кровью.

Я же… меня трясло от вида торчащей кости и обилия крови. Какой там помочь, в обморок бы не упасть.

- Элиза, - прикрикнул на меня завкафедрой. - Возьмите себя в руки. Быстро!

- Да, расскажите нам, что надо делать в такой ситуации? - темный маг не обращал внимание на непрекращающийся вой химеры. Он смотрел прямо на меня. Ему плевать было на страдающее животное.

- Я… надо срастить ткани, остановить кровь… - мысли путались, надо что-то делать, если бы не Али Шагран, если бы ситуация не была такой страшной, я бы, может, и смогла успокоиться и начать нормально мыслить.

- Вот прям сразу ткани? - деланно удивился темный. - А как же обезболить?

- Да, да, сейчас, - я судорожно создавала заклинание, надеясь заодно погрузить хмеру в сон.

- Не магией, - жестко прикрикнул и буквально сорвал готовое заклинание декан. - Медикаментами. Поберегите силы, Риар, они вам еще пригодятся. Мало ли, что еще может случиться с химерой.

Проклятый маг! Ненавижу!

Я метнулась к стеллажу с препаратами, молясь всем ушедшим, лишь бы нашлось нужное. В глазах рябило, я шарила на полках, никак не находя искомое.

- Второй стеллаж справа, - не выдержав, подсказал куратор.

Я схватила первое попавшееся обезболивающее и шприц, чтобы тут же замереть, как вкопанная. Дозировка!

На столе лежала карта химеры: пол, возраст, вес, хронические заболевания, непереносимость препаратов (хотя бы моей настойки аклохомника в списке не числилось). В голове царил такой сумбур, что я даже простейшие вычисления в пределах десяти считала на бумажке, боясь ошибиться.

- Да, было бы кровотечение чуть сильнее, химеру бы уже несли кремировать, - заключил темный маг, когда я, наконец, набрала нужное количество настойки в шприц.

Стараясь не отвлекаться на едкие замечания и комментарии темного мага, сыпавшиеся как из рога изобилия, я подбежала к животному и уже потянулась руками, как обезумевший от боли зверь кинулся на меня.

Я исключительно рефлекторно ударила по химере чистым потоком магии, на создание заклинания времени уже не осталось. Животное отбросило к стене, вроде, не сильно, но ощутимо. Добрее оно от это, само собой, не стало.

- Саид, у вас тут вообще изучают технику безопасности? - зацокал декан. - Смотрите, еще и пациента угробите.

- Помолчи, - процедил декан, чем вызвал у темного только очередную усмешку. - Элиза, обездвижьте его.

Я уже и сама догадалась.

Химера по моему заклинанию застыла, блестя обезумевшими от страха и боли глазами. Меня просто разрывало изнутри от жалости к животному.

Еще бы точно знать, что я не ошиблась в расчетах дозировки…

Но стоило мне добраться, наконец, до лапы, как осознание произошедшего  накрыло с головой.

Мало того, что кровопотеря была очень обильная, так и сама травма - перелом в трех местах со смещением. В  одном месте кость будто кувалдой раздробило. И все это только для того, чтобы отомстить мне за мнимое унижение и показать, как я была не права? Я обернулась на довольного мага, с улыбкой наблюдающего за моими действиями. Как хорошо, что не пошла к такому уроду в ученицы.

Кровь останавливалась плохо, настолько, что приходить на помощь пришлось местору Альдеру, иначе бы все точно закончилось плачевно. Не знаю, мои ли это неумелые действия или особенно видоизмененного организма химеры, но половину задания я уже провалила с треском. А ведь самое сложное еще впереди.

- Я не смогу собрать кость, - шепнула я местору. - Здесь нужен хирург.

Элис бы справилась. Но не я.

- Попытайтесь, - так же тихо ответил завкафедрой.

Я попробовала. Но картинка, построенная после сканирования, показывала, что повреждения  слишком обширные, да и без магии видно, что лапа лежит вывернутая под совершенно немыслимым углом.

Кости чуть сдвинулись, и животное слегка дернулось. А ведь оно под обездвиживанием и обезболиванием, и все равно все чувствует.

- Не могу, - я села и обхватила колени руками, в глазах стояли слезы.

Если я магически неправильно сращу кость, то химера потом вообще может остаться без лапы. А еще, как я помню из где-то прочитанного, на химер следует осторожно воздействовать магией. И если я неосторожно превышу допустимое воздействие, то могу полностью изменить магический баланс в организме. И тогда уже одной лапой не обойдется, так и убить можно.

- И это студентка четвертого курса, - покачал головой темный декан. - Мне было бы стыдно за таких учеников. Думаю, сама судьба отвела леди Риар от моего факультета.

- Али! - прикрикнул на коллегу завкафедрой, заодно помогая мне подняться с пола и занимая место возле химеры. - Мы еще обсудим твое вмешательство, - зло пообещал местор.

- Я был в своем праве, твое задание подходило для второго, если не первого, курса. Ты бы еще царапину предложил антисептиком помазать, - пренебрежительно откликнулся декан.

Местор Альдер резко выдохнул, кажется, его самого потрясывало то ли от злости, то ли от других эмоций, и провел рукой над химерой. Животное дернулось, а потом начало растворяться в воздухе. Я пораженно наблюдала, как исчезает фантом, обычное творение темной магии. Скорее всего, официально именно ради наблюдения над ним декан сюда и пришел.

И ведь настолько реалистично… теперь я верю, что будущие месторы темной магии смогли скрыть целое стадо овцекоз. Все ощущения, звуки, движения были, как настоящие, я бы никогда не догадалась, что  передо мной фантом. Ну и логично, что нормальный хозяин не доверит свою дорогущую химеру студентам-недоучкам.

Наблюдавший за мной Али Шагран удовлетворенно хмыкнул.

- А вот мои ребята точно заслужили свои высшие баллы. Иногда я сам был готов поверить, что перед нами настоящее животное.

Грустно признавать, но Шагран прав. Живую химеру я бы попросту угробила. Да и вряд ли декан настолько сумасшедший, чтобы так открыто издеваться при свидетелях над кем-то. Разве что над одной конкретной студенткой.

Когда химера полностью исчезла, меня попросили покинуть кабинет.

- Ну как? - Элис встревоженно всматривалась в мое лицо.

Я покачала головой, слов не было, настроения тоже.

Где-то через час экзамен покинули последние одногруппники, все они с жалостью смотрели в мою сторону. Я же стояла особняком от остальных, только Элис молча держала меня за руку, ничего не спрашивая. Понятно, что все прошло плохо.

Еще минут через пятнадцать вышли преподаватели во главе с завкафедрой.

- Экзамен окончен, поздравляю всех, - объявил местор Альдер. - Баллы за целительство сейчас будут озвучены работниками кафедры, а к концу дня на стенде кафедры вывесят итоговые баллы за все экзамены и список новых стипендиатов, - народ довольно загудел. - Желаю всем хороших каникул, - закончил речь преподаватель.

Все сразу потянулись к аспирантке, гордо шествующей с ведомостями, и я почти шагнула к остальным, как услышала негромкое: “Элиза, задержитесь”.

Я подошла к завкафедрой, уже примерно зная, что от него услышу. Местор сам выглядел подавленным и почему-то виноватым.

- Элиза, экзамен по зооцелительству, как по профильному предмету, вам не засчитан. И… мне очень жаль.

Неподалеку стоял местор Шагран, ожидающий, пока столпотворение в коридоре чуть рассосется. Наш разговор он отлично слышал. Декан был совершенно спокоен, разве что легкая тень торжества на лице, и больше никаких эмоций. Чистый расчет. Он просто истинный темный маг, одинаково легко ломающий кости животному и судьбу человеку. И этим все сказано.

45. Итоги

Я сидела в приемной возле двери в ректорат и судорожно комкала в руках платок. Нет, слез и истерики, вопреки ожиданиям многих, у меня не случилось. Но платок кто-то на всякий случай сунул, и он пригодился.

Там, за дверью, решалась моя судьба, и я понятия не имела, что буду делать, если меня отчислят.

Собственно, у ректора собрались декан темных, наш декан, наш завкафедрой, проректор по внеучебной части, местресс Илис и несколько преподавателей.

- Кхем, - кашлянула, привлекая мое внимание, помощница ректора, немолодая женщина в строгом костюме. - Выпейте, это обычный чай с легким успокаивающим действием.

Я бездумно взяла горячую кружку, над которой клубился пар и витал чайный аромат с легкой горчинкой.

- Спасибо, - пить мне не хотелось. Вообще ничего не хотелось.

Я уже больше часа сидела в приемной, и даже волнение понемногу улеглось и отпустило. Накатили такая усталось и аппатия. После напряженной экзаменационной недели, за которую я в общей сложности спала часов пятнадцать, сил почти не осталось. Интересно, если я лягу на выставленные в ряд стулья и посплю - это будет очень неприлично?

Наверное, да. Поэтому оставалось понемногу отпивать горячий чай, надеясь, что успокоительный эффект не содержит в себе еще и сонного, иначе и ложиться не придется, усну прямо на стуле.

И все же мысль "что делать дальше" не давала окончательно провалиться в сон. Денег у меня немного, идти некуда, вопрос с домом Марьян пока решить не успел. Да и в столице магу без образования не прожить, слишком много дипломированных местеров и местресс. Возможно, стоило тогда перейти на темный факультет, но от воспоминания об Али Шагране передергивало.

По факту он ничего не нарушил и ничего предосудительного не сделал. Его ученики в качестве экзаменационной работы по иллюзиям создали несколько животных, в том числе и доставшуюся мне пернатую химеру. И темный декан всего-то пришел убедиться, что иллюзии оказались неотличимы от настоящих животных не только внешне, но и заложенными повадками, реакциями, звуковыми и тактильными ощущениями. Он не издевался над животным, а всего-то проверял иллюзию. А то, что при этом чувствовала я, никого, в общем-то, не волнует. Нормальный целитель должен не теряться и не паниковать в таких ситуациях, а действовать четко и быстро.

Я же, выходит, нарушила все, что только можно: технику безопасности, очередность мероприятий первой помощи, долго возилась с обезболивающим и в итоге даже не приступила непосредственно к лечению.

Для четвертого курса это было непростительно.

И я все прекрасно понимала.

Но местор Альдер был зол. Ушедшие, да я никогда не видела его настолько вышедшим из себя! Когда они разговаривали с местором Шаграном, мне казалось, еще немного, и завкафедрой набросится на коллегу, при том, что темный маг стоял убийственно спокоен. Ситуацию спас наш декан, пришедший на шум. Именно он поставил решать вопрос на учебном совете в присутствии незаинтересованных лиц.

Мне куратор ничего не обещал, просто попросил подождать в приемной. Я ждала уже второй час. Из кабинета не доносилось ни звука: то ли на нем изначально стоит защита от прослушивания, то ли для данного совещания поставили полог тишины, но я понятия не имела, о чем все совещаются и как идет обсуждение.

- Может, вам печенье? Или конфеты? - взволнованно спросила помощница ректора.

Собственно, больше пары маленьких глотков я так и не сделала, снова нырнула в свои невеселые размышления. И со стороны, наверное, выглядела странно: остекленевший взгляд в одну точку, застывшая поза с кружкой в руках.

- Нет, спасибо, - выдавила улыбку я. Печенье с конфетами мне сейчас не помогут.

Вот только чай все же стоило допить или отставить в сторону, на соседний стул хотя бы. Потому что буквально через минуту дверь отворилась, и преподавательский состав, участвовавший в обсуждении моего дальнейшего обучения в академии, начал выходить из кабинета ректора.

Подскочив, я едва не расплескала на себя кружку, помогла местресс Илис, вдобавок к своим ментальным способностям неплохо владеющая телекинезом. Она собрала всю выплеснувшуюся из чашки жидкость обратно, ободряюще улыбнулась мне и вышла из приемной. За ней и остальные участники, обсуждающие уже что-то, не касающееся меня.

Темный декан шел рядом с нашим деканом, пожилым и, по слухам, добрым целителем. Как и ректор, местор Дорван был поставлен на свою должность недавно и за несколько месяцев еще не успел возненавидеть всех студентов. Да и глядя на немолодого мужчину с мягкой улыбкой и тонкими морщинками вокруг глаз, я невольно вспоминала дедушку, который, пусть и являлся магом темным, но все равно был не способен на мелкие подлости и низкую месть.

Завкафедрой вышел последним, о чем-то переговариваясь с ректором. Местор Гирвар встретил меня, как старую знакомую.

- О! Элиза, здравствуйте, - значит, знает, что титула меня лишили. - А что же вы даже чай не допили?

- Я ей конфеты с печеньем предлагала, а наша студентка отказалась, - шутливо пожаловалась на меня помощница.

- Очень зря, вы такая бледная, что шоколад вам точно не помешает, - покачал головой местор Гирвар.

- Я сейчас отведу Элизу на обед, заодно все с ней и обсудим, - прервал ректорские любезности местор Альдер.

Есть мне по-прежнему не хотелось, хотелось узнать уже, что со мной будет.

- До свидания, - только и успела сказать я, уходя вслед за преподавателем.

- Кружку поставьте, - шепнул мне завкафедрой.

- Ой, - я заозиралась, не на стол же помощнице почти полную кружку ставить?

- Вылейте вон в ту пальму, - у стены в напольном горшке росло нечто, отдаленно напоминающее пальму, но с колючими листьями и капельками сока, недобро поблескивающими на кончиках игл.

- Только осторожно и близко не подходите, она реагирует на живых, - предупредил ректор, а я замерла с кружкой в руке. - Эксперимент наших травников. Понаскрещивали, понимаешь…

Пока я решала, с какой стороны лучше подойти к этому чуду магической мысли, местор Альдер уверенно взял у меня из рук кружку и выплеснул содержимое в горшок.

Пара веток тут же метнулась к нему, и местор поспешил отступить, выронив кружку в просторный горшок. Мгновенно среагировавшие корни высунулись, обвили посуду и утянули за собой вглубь.

- Наверное, мы его давно не подкармливали, - сказал ректор на наши с местором пораженные взгляды. - Чай хоть обычный был? - обратился хозяин кабинета к помощнице.

- С успокоительным эффектом, - женщина, видимо, тоже побаивалась слишком наглую и всеядную растительность.

- И хорошо, ему полезно, спокойнее будет, - удовлетворенно кивнул местор Гирвар и вернулся к себе в кабинет.

Мы же поспешили удалиться, оставляя помощницу один на один с подкормленной пальмой.

- Местор, скажите сразу, я остаюсь в академии или нет? - спросила я в коридоре. Ждать вердикта до кафетерия сил и нервов у меня не было.

- Остаетесь, - улыбнулся завкафедрой. - Не мог же я позволить Шаграну обидеть свою студентку?

- Спасибо, - выдохнула я. От облегчения даже голова немного закружилась. Или это от голода?

- Но, конечно, все не так просто, - сразу предупредил меня завкафедрой.

Я кивнула. Трудности мне с недавних пор были не страшны.

В кафетерии оказалось достаточно многолюдно. Оказывается, подходило время ужина, и голодные преподаватели, а также студенты, которые могли позволить себе расценки кафетерия, собирались за круглыми столиками. К тому же в честь окончания экзаменов многие решили гульнуть перед отъездом на каникулы домой и довольно шумными компаниями сидели в зале. Кто победнее (или просто решивший, что родная академия уже достаточно набила оскомину за учебный год) шли в близлежащие заведения. Но со свободными столиками все равно оказалась беда.

Мы с трудом нашли один в самом конце зала. Местор оставил меня держать стол, а сам ушел за едой. Ждать, пока разносчики всех обслужат, можно было до ночи.

- О! Элиза! Отмечаешь свой вылет из академии? - старые знакомые, как назло, тоже искали столик и забрели в наш угол. - Неужто богатый любовник подкинул тебе немного денег? Или ты всерьез думаешь войти в королевскую семью?

И пятерка девушек гаденько засмеялась.

Я же слишком устала, чтобы отвечать или хоть как-то реагировать на этот бред.

- Что, нечего ответить? - Мартина мило улыбалась. - Тогда будь добра, освободи нам столик, тебе он все равно не нужен.

- Кто вам такое сказал? - завкафедрой появился неожиданно даже для меня, сидящей лицом к залу, что уж говорить про остальных. - Хочу напомнить, леди Кнауф, что учебный год еще не окончен, а ваше количество штрафных баллов на этот раз побило все рекорды и близко к порогу отчисления. Вам бы столько по учебным предметам набирать.

Намек Мартина поняла.

- Простите, местор, мы просто обменивались парой слов с Элизой, - пошла на попятную девушка. Собственно, небольшими шажками она не забывала удаляться от стола.

- Тогда более вас не задерживаю, поскольку это и мой столик тоже. И с Элизой нам тоже нужно поговорить, и без свидетелей.

В последних словах был недвусмысленный намек, но девушки сначала слегка замешкались и, прежде чем уйти, бросили на меня выразительные и недобрые взгляды. Да, местор Альдер нравился многим, и на ужинах с ним ранее студентки замечены не были. А ведь мы здесь не первый раз. Правда, торжества и радости мне это не прибавило. Лично я при всем желании не могла обвинить завкафедрой в каких-то нарушениях преподавательской этики. Зато у этих “милых” леди появился еще один повод меня ненавидеть.

- Обещали скоро принести заказ, - отчитался куратор, присаживаясь за стол.

- Спасибо, - сдавленно поблагодарила я. На самом деле, меня интересовала совсем не еда.

- Элиза, не буду испытывать ваше терпение, - понял мое состояние завкафедрой. - Итоги совещания следующие. С учетом всех ваших обстоятельств, решено дать вам еще один шанс в конце каникул. Ваш экзамен будет приниматься комиссией, местора Шаграна в ней не будет, - уточнил куратор. - Только преподаватели нашего факультета, декан и местресс Илис как представитель ректората и независимый эксперт. - Значит, никого, кто хотел бы меня завалить. Шанс есть. - Но экзамен будет сложный, соответствующий программе четвертого курса. Вам придется как следует постараться и использовать способности на максимум.

Все мои три единицы… Я не удержалась от вздоха.

- У меня есть следующее предложение, - преподаватель сцепил пальцы в замок. - У нас при академии есть целительский кабинет для магических животных. На пятом курсе у вас там будут обязательные дежурства. А летом все ассистенты местора Пильна разъезжаются, и ему необходим помощник. Я порекомендую вас. Ничего сложного и серьезного местор вам поручать не будет, по большей части вам придется убираться, мыть, раскладывать инструменты и следить за их стерилизацией. Ну и какие-нибудь несложные манипуляции. Зато у вас будет возможность понаблюдать за настоящей работой зооцелителя. Там даже оплата какая-то полагается, небольшая, правда, но все лучше, чем ничего. Леон Пильн - опытный целитель и отличный наставник, он поможет освоиться с  практикой, а я…

- Вы правда меня туда порекомендуете? - я и боялась, и радовалась одновременно. А вдруг не справлюсь, что тогда?

- Правда, - кивнул местор. - Вы же все равно останетесь на лето в общежитии, ведь так?

- Да, конечно, - больше мне идти все равно некуда.

- В таком случае, днем будете работать в приемном отделении, а по вечерам - заниматься со мной, - заключил преподаватель, чем поверг меня в глубочайший шок.

- Вы серьезно?! - наверное, мое восклицание было неожиданностью и для местора, удивленно посмотревшего на меня, и для подошедшего с нашим ужином официанта, едва не выронившего поднос.

К счастью, завкафедрой краем глаза уловил движение и успел перехватить опасно накренившийся поднос, чем спас нашу еду.

- Да, - самолично переставляя тарелки на стол, кивнул мужчина. - Практика практикой, а без полноценной учебы вам никуда.

- Но разве у вас не намечен отпуск на это время? - обычно преподаватели разъезжались на лето, если не по домам, так просто отдохнуть.

- В это лето, видимо, нет, - усмехнулся местор Альдер.

Я немного растерялась. Как-то странно принимать такую помощь от ничем не обязанного мне человека.

- Элиза, как ваш куратор, я несу ответственность за вас и за все случившееся, - местор налил мне морс в высокий бокал. - Али Шагран… сложный человек. Хотя, наверное, такое можно сказать про каждого миасита, - мужчина криво и невесело улыбнулся. - Он прожил долгую и насыщенную жизнь, ему не хватает чего-то нового и интересного. Девушка, отдавшая гримуар, перенесшая изменение магических потенциалов, была ему весьма интересна, о чем Али сразу меня предупредил. - Завкафедрой задумчиво посмотрел на свою тарелку, кажется, он тоже был не очень голодный. - Но, как я уже сказал, миаситы - сложные люди. Мне стоило вас отпустить, настоять на переводе, в конечном счете, так было бы лучше для вас во всех отношениях. Да и я сам, помнится, настаивал на этом пару месяцев назад, - местор снова улыбнулся, вспоминая начало наших отношений. - Но в последний момент я сам не захотел вас отдавать. Мне вы тоже интересны, были и остаетесь, - я пораженно посмотрела на преподавателя, это признание? Или мне почудилось? Чем я могу его заинтересовать, ученица с тремя единицами по целительству. - За эти месяцы вы и ваше отношение к жизни и учебе разительно изменились. Так что я наплевал на желание Али, прекрасно понимая, что он затаит злобу и на вас, и на меня, и решил оставить вас на кафедре.

- Спасибо, - я чувствовала, как мои эмоции пробиваются через ментальные щиты, но запихнуть их глубже или усилить щиты не удавалось. - Местор, вы… вы самый лучший!

- Да ну, бросьте, - отмахнулся преподаватель, но я видела, что ему приятно. - Давайте лучше ужинать, слишком много претендентов на столы, чтобы сидеть здесь слишком долго.

Дальше мы ужинали молча и, попрощавшись на улице, разошлись по своим корпусам. Элис уже вся извелась в ожидании и прямо с порога набросилась на меня с расспросами.

- Фух, - выдохнула подруга, выслушав мой рассказ. - Я, конечно, понимала, что местор Альдер тебя отстоит, но все равно боялась, - рыжая буквально растеклась от облегчения на кровати.

- А я, честно говоря, сомневалась, - зачем ему такая проблемная ученица, да и ректор, не сомневаюсь, был бы рад от меня избавиться.

- Ничего ты не понимаешь! - принялась объяснять Элис. - После твоей поездки во дворец абсолютно все считают тебя невестой племянника короля. А кто в здравом уме рискнет связываться и бросать вызов королевской семье? Собственно, если бы я не знала правды, то тоже бы поверила слухам.

- Каким слухам? - перед экзаменами мне было как-то не до праздных обсуждений, и к постоянно окружающим меня пересудам я не прислушивалась.

- Началось все с гримуара и букета, потом ваша горячая встреча во дворце, новый букет, опять же, и регулярно передаваемые тебе от него послания.

- А откуда все знают, что это именно от него? - подозрительно покосилась я на подругу.

- Уж точно не от меня! - оскорбилась рыжая. - К тому же их с такой помпой доставляет королевский курьер прямиком в нашу общагу и лично тебе в руки, как особо конфиденциальные, что трудно не догадаться!

Ну да, две записки от Марьяна сопровождались букетами, все теми же, волшебными, поэтому каждый приход посыльного не мог остаться незамеченным.

- Ладно, уверена, ты справишься. И будешь мне писать на каникулах! - рыжая так грозно посмотрела на меня, что я резво закивала: буду-буду, попробуй тут не напиши.

- Как я два месяца без тебя? - к Элис я уже настолько привыкла, что и не представляла, как продержусь без ее поддержки столько времени.

- Ничего, Саймон останется, он за тобой присмотрит. Да и на местора Альдера можно положиться, раз уж он добился для тебя пересдачи, то точно не позволит наделать глупостей.

- Я и сама их не наделаю, - ткнула я рыжую локтем.

- Ой, не рассказывай мне, я тебя уже знаю, как облупленную, - вернула мне тычок подруга. - И еще! Раз уж ты остаешься, я напишу тебе план дополнительных занятий и по другим дисциплинам. То, что  ты пробралась через остальные экзамены, не значит, что в голове стало теснее. Так что в письмах будешь отчитываться, что успела пройти. Приеду, устрою свой экзамен!

Я хотела огреть ее подушкой, но побоялась, вдруг Элис, когда начнет меня душить, не рассчитает силу? Ей, конечно, известны реанимационные мероприятия, но все же не стоит рисковать. Поэтому просто застонала, видя горящие глаза и нездоровый энтузиазм рыжей.

И два месяца без нее мне, и правда, будет сложно. Все-таки к рыжей-бесстыжей я очень привязалась. Так что у меня имелся дополнительный стимул сдать экзамены: жить с этой несносной девчонкой было действительно здорово.

46. Каникулы

На следующий день мне только и оставалось, как наблюдать за отъезжающими однокурсниками и собирающейся домой Элис. Подруга придирчиво перебирала книги, которые планировала взять с собой. Точнее, утащить она наверняка бы хотела всю свою библиотеку, но “хотеть” и “мочь” - немного разные вещи. Вещей, кроме книг, у рыжей было немного, и она то и дело доставала из объемной сумки что-то еще, лишь бы впихнуть хотя бы одну небольшую брошюру.

Где-то в полдень на пороге нашей комнаты возник Саймон. Уж на что вывести из себя этого некроманта было непросто, но на бледном с веснушками лице безо всякой эмпатии читалось негодование.

- Ты еще успеваешь на портальную станцию? - страж окинул взглядом царящую в комнате разруху, скрыть которую можно было разве что иллюзией от темных магов, и тяжело вздохнул, поняв, что до окончания сборов еще ой как далеко.

Лучшим ученикам, в число которых входила и рыжая, порталы оплачивала академия. И для многих это был отличный стимул для учебы. Кто-то будет добираться до дома половину каникул, а вторую - ехать обратно.

- Вроде… - Элис неуверенно посмотрела в окно и начала спешно перевязывать отобранные книги. - Ты же поможешь мне все довезти?

- Да, экипаж уже ждет. Два часа, - и Саймон, судя по всему, тоже.

И все-таки у него невероятное терпение, честное слово. Другой бы Элис не подошел.

- А как ты у себя от станции домой будешь добираться? - некромант с явным усилием поднял перевязанную стопку книг в одну руку и сумку с остальными вещами - в другую.

- У меня четыре брата, - отмахнулась рыжая. - Кто-нибудь да встретит.

Из рассказов о своей семье, в которой подруге выпала роль “пятого младшего брата”, верилось в заботу со стороны старших с трудом.

- И вообще, мир не без добрых людей, - заключила рыжая, поднимая небольшую, но все равно увесистую связку книг и примериваясь ко второй.

- Давай помогу, - я подняла приготовленную связку и охнула. Весила та прилично. Люди, которые захотят помочь бедной девушке, должны быть очень добрые.

- Зачем ты вообще столько везешь? - выходя из комнаты, спросил страж. - Все равно же за два месяца не прочтешь.

Я только усмехнулась, решив не разубеждать друга и не ломать его представления о возлюбленной раньше времени. Вот начнут жить вместе, тогда сам и узнает, что это все Элис способна прочесть меньше, чем за месяц.

- Да начинаю вывозить потихонечку, - рыжая удобнее перехватила свою стопку. - Следующий год последний, и придется так и так куда-то перевозить книги.

- Подожди, - я чуть не споткнулась и едва не выронила свою ношу. Соседка шикнула, явно испугавшись не за меня, а за свои бумажные сокровища. - Так все книги, которые у нас в комнате стоят… везде - это твои?! Не библиотечные?

- Нет, все мои, - гордо подтвердила Элис. - Я после каждой стипендии в первую очередь шла в книжный магазин. Он как раз специализируется на магической литературе, и букинистических изданий, которых больше не выпускают, там тоже хватает.

- Нда… Саймон, готовь книжный шкаф, - посоветовала стражу я.

Некромант только в очередной раз обреченно вздохнул и поменял свои ноши в руках.

- Так, - Элис обняла меня за плечи, пока рыжий укладывал ее вещи, состоящие на девяносто процентов из книг, в экипаж. - Главное - занимайся, - напутствовала подруга. Ты должна сдать экзамен и утереть нос этому мерзкому типу. - О том, кто именно является “мерзким”, уточнять не стоило. - И постарайся ни во что не влезть! Два месяца продержись, ладно?

- Уж как-нибудь, - пообещала я. Можно, конечно, что-нибудь съязвить напоследок, но рыжая всерьез обо мне переживала и оставляла меня явно с тяжелым сердцем.

- Не беспокойся, я за ней присмотрю, - Саймон нетерпеливо держал дверь экипажа, ожидая, когда его девушка соизволит сесть. - К тому же наши с Элизой занятия никто не отменял. Как раз все полигоны и учебные пособия освободились...

Из уст некроманта это звучало страшно и многообещающе.

- Езжайте уже скорее, - не выдержала я и подтолкнула Элис ко входу.

Та нехотя, постоянно оглядываясь на меня, залезла внутрь. Саймон запрыгнул следом и захлопнул дверцу.

- Два месяца, Элиза! - крикнула в окошко рыжая. Я обнадеживающе помахала ей рукой вслед.

Следующим пунктом шел обед в работающей последний день перед летними каникулами столовой. Этот факт удручал меня едва ли не сильнее, чем отъезд Элис. Как я буду сама готовить и чем питаться на протяжении двух месяцев - вопрос открытый. Нет, конечно, существует небольшая кухня на этаже в общежитии и все необходимое для готовки в ней есть, включая холодильный шкаф, оставлять продукты в котором рыжая крайне не советовала - самым магическим образом исчезают вместе с посудой в неизвестном направлении. “Телепорт в одну сторону”, - как шутила подруга. Но мои способности в кулинарии пока исчерпывались проходным баллом по кормлению. Конечно, можно наведываться к Джареду Рилу, но не по три раза в день же!

Столовая заметно опустела, и если раньше здесь в обеденное время яблоку негде было упасть, то теперь свободного места - хоть отбавляй. Наш обычный стол тоже был полупустой. И все это навевало грусть и тоску. Мне даже в случае успешной сдачи экзаменов идти было некуда...

- Привет! - народ радостно помахал руками.

Я постаралась прогнать невеселые мысли и села за стол к остальным возбужденно болтающим однокурсникам.

Новость о моем экзамене по зооцелительству разлетелась по факультету со скоростью лесного пожара, причем верхового. Да, теперь я знала виды лесных пожаров, а также их особенности. А еще принципы спасения животных и их последующего лечения. Эх, лучше бы мне ожог какой-нибудь достался…

Вечером, после моего возвращения с ужина, в нашу комнату началось паломничество однокурсников, желающих из первых уст выяснить, чем дело кончилось. Рассказывать пришлось раз пять, а далее люди сами разнесли весть о моем “помиловании”, как водится, щедро добавив при этом отсебятины.

За сегодняшнее утро количество домыслов успело еще увеличиться, тут работала исключительно геометрическая прогрессия, поэтому у меня успели поинтересоваться, а правда ли племянник короля лично примчался в академию заступаться за свою невесту? Ну как же две такие байки в одну и не объединить? Поскольку я уже порядком устала отнекиваться от наших с Марьяном несуществующих отношений, то проще было кивнуть и спокойно доесть обед.

Вообще, многие не хотели покидать стены родной академии, но перспектива готовить самостоятельно пугала не меня одну. Мне даже поведали теорию о том, что студенческая столовая вполне могла продолжить работу и летом, но администрация специально ее закрывала, чтобы меньше народа оставалось. За студентами, не обремененными учебой, а значит, не знающими, куда применить энергию, нужен глаз да глаз. Проще создать такие условия, при которых остаться никому не захочется.

- Ты бы, наверное, с женихом куда-нибудь уехала, если бы тебя темный декан не завалил, да? - с долей не то злорадства, не то зависти спросила одна из девушек.

- Обязательно, - мстительно подтвердила я. - У нас были просто грандиозные планы.

Например, вернуть мой дом.

Как приятно говорить правду эмпатам.

С обеда я ушла быстро, так как меня ждали дела поважнее - знакомство с летним наставником.

К Леону Пильну допускали только пятикурсников. Я много слышала про этого сурового, но очень профессионального зооцелителя. Он не терпел глупости и не переносил неумех. И как мы с ним будем работать, лично я пока плохо представляла, но отступать не планировала.

Местор Альдер стоял там же и разговаривал с высоким мужчиной с аккуратно подстриженной бородкой, в белом халате и очках. Наметившаяся седина легкими штрихами дополняла мужественный образ.

- А вот и Элиза Риар, - представил меня завкафедрой, за спиной которого мне очень захотелось спрятаться.

- Здравствуйте, - я попробовала улыбнуться, но под строгим и внимательным взглядом не получилось. Глубокие морщины над переносицей выдавали привычку хмуриться. Собственно, именно так, сведя брови, новый наставник меня и разглядывал.

- Добрый день, - местор Пильн явно не испытывал восторга от нового знакомства. - Поскольку все мои ассистенты закончили академию и разъехались, местор Альдер порекомендовал вас, - я второй раз попробовала улыбнуться, надеюсь, местор не решит, что у меня нервный тик. - Обычно я беру лучших из лучших, но на этот раз, видимо, придется сделать исключение.

- Не переживайте, Элиза быстро учится, - встал на мою защиту завкафедрой.

- Быстро и качественно не всегда идут рука об руку, - заметил мужчина. - Ну да ладно. Завтра я жду вас к восьми утра и прошу не опаздывать.

Местор Пильн кивнул коллеге и протянул ему руку на прощание, давая понять, что разговор закончен.

- Ух, - я передернулась, выйдя из приемной. - Это будет нелегко.

- Вы справитесь, - подбодрил завкафедрой. - Леон Пильн - профессионал своего дела, он всегда беспристрастен и пусть на вид строг, но наставник из него действительно выдающийся.

- А вы откуда знаете? Вы же у нас недавно, - чуть больше полугода, как завкафедрой принял свой пост. И уже столько всего успело произойти.

- Это я как преподаватель здесь недавно, а как учащийся провел три года с местором Пильном, - со странной интонацией произнес завкафедрой.

- Три?! - не поверила я. - Но он же берет только пятикурсников!

- Для меня сделал исключение, - улыбнулся местор. - И, признаться, я сам до сих пор его немного побаиваюсь.

- А может, мне не стоит с ним работать? - если уж сам местор Альдер...

- Стоит, еще как стоит, - заверил завкафедрой. - Поверьте, это будет незабываемый опыт.

- Не сомневаюсь…

- Да ладно вам, не унывайте. К тому же, начиная с сегодняшнего дня, в семь вечера я жду вас в библиотечном зале на наши занятия.

- Уже? В первый же день? - не ожидала я от местора такой прыти.

- Да, у нас очень сложная задача - как следует подготовить вас за два месяца к экзамену. Начнем с азов, - предупредил завкафедрой.

Стало в два раза страшнее.

Но после ужина я с бумагой и грифелем честно явилась в библиотеку, где меня уже ждал местор.

И пусть студентов осталось совсем немного, все разом начали на нас коситься. Не спасали даже книги, стоявшие на столах, за которыми я пыталась скрыться от излишне любопытных глаз.

- Местор, - я спиной чувствовала взгляды всех девушек, разом записавших меня в соперницы. - А мы не могли бы заниматься в вашем кабинете? - предложила идею я.

- Нет, если мы с вами будем каждый день запираться в моем кабинете по вечерам, слухи пойдут вернее и интереснее, - правильно понял мою реакцию преподаватель. - К тому же в библиотеке гарантированно найдутся нужные пособия, не придется бегать и отвлекаться.

Ничего не попишешь, пришлось игнорировать взгляды и вникать в анатомию, вспоминая названия косточек и частей тела.

- Их все надо выучить, - предупредил местор, - самые основные, общие для большинства видов птиц, позвоночных и прочих существ.

А мне еще Элис такое задание оставила. На десять листов мелким почерком. И его не отработать едва ли не страшнее всего. И Саймон наверняка захочет поучаствовать в моем обучении не меньше остальных...

Пока что я усердно конспектировала основы, попутно вспоминая разные виды ткани, состав крови и прочие базовые вещи. Местор не соврал, мы начали с азов.

- А у вас нет животного? Вы никого не держите? - внезапно спросил преподаватель.

- Эм… - для перестроения с анатомии на вопрос потребовалось несколько секунд. - Нет. А зачем? - мне как-то и в голову не приходило никого заводить. Уж точно не сейчас. Трехглавый цербер из зоосада, с которым я регулярно вожусь - мой предел.

- Вам нужен кто-то, за кем вы сможете наблюдать, изучать и заботиться. Тогда сможете лучше их понять.

- Правда? - не скажу, что мне резко захотелось кого-то заводить. Я больше привыкла, когда обо мне заботятся, но, если нужно для дела...

- У меня, например, феникс живет, - еще больше удивил меня завкафедрой. Впрочем, вспоминая, как интересно он рассказывал о них на лекциях...

- А где он у вас живет? Здесь? В академии? - засыпала я мужчину вопросами.

- Да, здесь, со мной, - усмехнулся местор. - Где же ему еще жить?

- А где именно? - в его кабинете я бывала регулярно и точно бы увидела птицу. Они все-таки немаленькие. Хотя среди фениксов много подвидов, и по размеру они серьезно различаются.

- В комнате общежития.

- Что-то я не заметила, - сказала и губу прикусила. Почему-то язык у меня всегда вперед мыслей идет.

Но местор Альдер только засмеялся.

- Я его на ночь покрывалом накрываю, а то он светится в темноте, спать мешает. Кстати, вы с ним неплохо знакомы, именно по нему как-то раз задание сдавали. А потом еще подкармливали несколько раз.

- Ого! Так это тот самый, помесь вильгельмина с фазейской? - снова восхитилась я. - А откуда вы про подкармливание знаете?

- Порой он делится мыслеобразами не только с понравившимися студентами, но и с хозяином - лукаво подмигнул преподаватель. Так он знал, что мы с его фениксом тогда схитрили!

И все-таки хотелось увидеть его еще раз и как следует разглядеть. Заодно посмотреть, как местор содержит такую крупную особь в небольшой комнате. В ту ночь мне было не до разглядывания комнаты. Интересно, уместно будет попросить показать? Но попросить я не решилась. Зато решилась на другой вопрос.

- А почему вы меня не выдали за шантаж? Не приняли никаких ответных мер? - не знаю, зачем вообще спросила. И почему мне так важно услышать ответ. А еще вспомнилось, что тогда я считала свою идею весьма удачной. Какой же идиоткой была...

- Честно говоря, сначала я так и планировал. Когда очнулся в кровати, то вообще ничего не понял. Потом увидел записку и изображение. Хорошо, что вы ее там оставили и дали мне время остыть и подумать. Принеси вы такое с утра, легко бы не отделались.

- И до чего вы додумались, когда остыли?

- Додумался как следует осмотреться вокруг и рассмотреть изображение, - усмехнулся местор, я же окончательно смутилась, представив, как и что он там рассматривал. - Во-первых, понял, что у нас с вами ничего не было, вряд ли в случае внезапного порыва страсти я бы аккуратно снял и повесил на спинку стула рубашку и галстук.

- А вы так подумали?.. - ушедшие, зачем я вообще начала этот разговор?

- Я же не знал, что именно произошло. Сознание отключилось, когда я сидел за столом, а очнулся полуголый в постели. Собственно, брюки тоже говорили в вашу пользу. Да и само изображение. Там только на первый взгляд все выглядело неприлично, а на деле у вас был такой испуганный и отчаянный вид, - наставник улыбнулся. - И до этого я ни разу не замечал, чтобы вы вели себя легкомысленно с однокурсниками. Так что пришел к выводу, что для вас остаться в академии и получить диплом именно целителя действительно важно, что у вас есть цель, и решил дать вам шанс. Посмотреть, как вы станете учиться и сдадите экзамены.

- Да, мне было очень важно. И цель имелась: закончить академию и выйти замуж…

Как все было понятно и просто в моей жизни…

- Ну что ж, это тоже неплохая цель, - пожал плечами местор.

- Теперь не за кого, - призналась я. - Кто захочет связываться с бедной дочерью изменников?

- Тот, кому нужна вы, а не ваши деньги и связи? - предположил куратор.

Я вздохнула и придвинула ближе учебник. Не хочу забивать голову несбыточной ерундой. Теперь я должна рассчитывать только на себя.

- Элиза, - прервал затянувшуюся паузу местор, во время которой я усиленно делала вид, будто полностью поглощена анатомией и особенностями системы пищеварения у разных видов. - А могу я тоже полюбопытствовать, вокруг вас ходят столько разных слухов…

Преподаватель замолчал, видимо, подбирая слова.

- С Марьяном у нас ничего нет. Ничего такого романтического, в смысле, - уточнила я. Потому что совсем отрицать наличие каких-либо взаимоотношений между нами невозможно.

- Хорошо, - улыбнулся местор. Я же подозрительно прищурилась. - От таких, как Марьян, лучше держаться подальше. Его семья в незавидном положении, и он сам, подозреваю, нуждается в вашей помощи. Но как только все вернется на круги своя…

- Местор Альдер, я же сказала, что ничего нет, - с нажимом повторила я. Именно с завкафедрой обсуждать Марьяна было совсем противно.

- Я на всякий случай, как ваш наставник и куратор.

Именно это и расстраивало больше всего. Так что надо возвращаться к анатомии.

47. Работа

Новый день начался для меня рано, следовало не только приготовиться к первому рабочему дню, так еще и найти, что перед ним (а если повезет, то и во время) поесть.

Вчера со всей суетой я как-то не подумала запастись продуктами. Ведь чтобы что-то приготовить, надо сначало купить то, из чего, собственно, готовить. Зато мне в безраздельное пользование остались все наши с Элис шоколадные заначки, которые вместе с чаем и стали мои завтраком. Но дальше так дело не пойдет, сегодня во что бы то ни стало надо выбраться в магазин, а лучше на рынок, и вспомнить все, что мне рассказывал смотритель Рил про выбор продуктов.

Перед приемным отделением зооцелителя я застыла, набираясь смелости, несколько раз глубоко вдохнула и потянула на себя дверь.

- Доброе утро, Элиза, - местор Пильн сидел за рабочим столом и пил свежесваренный кофе. - Вы все-таки пришли.

Прозвучало несколько удивленно, видимо, местор сомневался в серьезности моих намерений. И, прямо скажем, не сильно бы расстроился, если бы я все-таки не явилась.

- Доброе утро, местор, - как можно бодрее поздоровалась я, стараясь смотреть на мужчину, а  не на умопомрачительно пахнущий кофе в его руке, и особо не принюхиваться. - Конечно, я рада возможности работать с вами.

- Надеюсь, это будет взаимно, - целитель не обременял себя особой любезностью. Впрочем, как я поняла, он всегда такой, а не только со мной. - Хотите кофе? - неожиданно предложил новый наставник.

- Да, - с готовностью ответила я, уже представляя сладкий с густой молочной пенкой напиток.

- Сварите, - просто ответил местор. - За той дверью, - кивок на дверь слева от меня, - небольшая хозяйственная комната. Там все необходимое, включая кружки, возьмете любую понравившуюся.

- Спасибо, - было глупо рассчитывать, что местор Пильн собственноручно пойдет варить мне кофе.

Зато я смогла приготовить себе именно тот кофе, который хотела, а заодно ознакомиться с подсобкой, если так можно назвать идеально убранное помещение со стеллажами по одной стене, кухонным уголком - по двум другим, и вместительным шкафом для всякой всячины.

Кофе я собиралась вынести в приемную: сомневаюсь, что местор одобрит, если я начну рассиживаться за столом. Но он пришел сам мыть за собой кружку и увидел, как я направляюсь обратно.

- Допейте спокойно и я все вам покажу, - мужчина присел на второй стул возле небольшого круглого стола и спокойно ждал, пока я маленькими глотками пила обжигающий напиток.

Сам местор сидел в расстегнутом халате, под которым был по фигуре скроенный костюм из брюк и жилетки. Белизна рубашки соперничала с белизной халата. Я так и не поняла, кто же из них идеальнее. И туфли блестели, отражаясь в начищенном кафеле. Местор явно гармонировал со всем своим окружением. Очков на Леоне Пильне сегодня не было. Наверное, пока  не понадобились.

- Вы закончили? - я помыла за собой посуду и кивнула, приготовившись запоминать. - Смотрите, - наставник подвел меня к шкафу, - здесь лежат тряпки, простынки и ветошь. Как вы можете заметить, я люблю чистоту, и вам предстоит ее поддерживать.

Глаза у меня поползли на лоб.

- А как же… - начала я.

- Зооцелительство от вас никуда не убежит, - прервал местор. - Но допуск к практике предстоит заслужить.

- Мытьем полов? - кажется, я уже не считала, что мне крупно повезло с подработкой. Напротив, начинало казаться, что мне не повезло по-крупному влететь. Угораздило.

- А почему нет? Нельзя чураться грязной работы. Поверьте, за жизнь я насмотрелся всякого, да и целительство состоит не только из приятных моментов с милыми пушистиками.

- Но я же не на отработке, - попробовала как-то воззвать к совести целителя.

- Нет, вы на работе, за которую платят деньги. И будете делать то, что вам скажут. Я посмотрел ваш табель, да и о вас самой я тоже наслышан, поэтому пока другой работы доверить не могу.

Честно говоря, хотелось сказать “спасибо за вкусный кофе”, развернуться и уйти. Но я верила в местора. Не в этого, в местора Альдера. Он знал своего бывшего наставника и нынешнего коллегу лучше, чем я. И надеюсь, понимал, что делал, когда меня сюда устраивал.

- Чему вы за время со мной научитесь - зависит исключительно от вас, - продолжил целитель. - В перерывах между мытьем полов, уборкой, стерилизацией и прочими подобными делами вы можете стоять рядом со мной и наблюдать.

- Спасибо, - проглотив все возмущения, поблагодарила я. А то уже опасалась, что местор ограничится исключительно полами.

- Пожалуйста, - на полном серьезе кивнул мужчина. - И наденьте халат. За его чистоту вы также отвечаете.

Дальше мы вышли из подсобки, я на ходу надевала первый попавшийся халат из нескольких висевших. Он оказался чуть велик, но в целом терпимо. Из кабинета местора вела еще одна дверь, за ней располагалась прекрасно оснащенная приемная. Уточнять, что и там все сверкало, наверное, не стоит.

И разложено все было с такой педантичностью, что мне стало не по себе. А вдруг поставлю простерилизованные инструменты на пару ладоней в сторону?

- Запоминайте, что и как стоит, - велел наставник, подтверждая мои худшие опасения. - Я люблю абсолютную точность. Во многих ситуациях дорога каждая секунда, и искать необходимые материалы, инструменты и лекарства нельзя. Они должны лежать точно на своих местах и быть всегда под рукой.

Я обводила взглядом комнату с двумя столами - смотровым и операционным, несколькими стеллажами и стоящими вдоль стен тумбами, понимая, что проще зарисовать, чем запомнить.

- Также в ваши обязанности входит пополнение лекарственных препаратов со склада и первичный учет подконтрольных веществ, - “обрадовал” местор.

Из прошлогоднего курса об организации животноводства, в рамках которого мы недавно ездили в королевский зоопарк, я смутно помнила, что сильнодействующие и наркотические вещества и изготовляемые из них лекарства попадают под учет Целительской палаты. Но хоть убей, не помнила, как и что ведется. Ладно, вечером поищу среди конспектов и книг Элис, у нее наверняка должно быть что-то нужное. Или у местора Альдера спрошу, раз уж мы с ним занимаемся.

Колокольчик у двери известил о первых посетителях.

- Надеюсь, проблем с вашими обязанностями у вас не возникнет, - резюмировал мужчина. - Уборная, если что, в конце коридора, -  тоном истинного целителя, которого не смутить никогда и ничем, закончил руководитель.

Жаль, мне до такого еще расти и расти, но лицо я, кажется, удержала.

На обед я вышла не с мыслью поесть, хотя голод давал о себе знать, а с желанием посидеть. Ноги гудели нещадно, а впереди еще несколько часов работы. Местор Пильн активно гонял меня с поручениями “принеси это”, “подай то”. Радовало лишь то, что целитель с пониманием относился к моим промахам, давая мне подсказки, что где лежит, не повышал голос, был предельно сдержан и максимально терпелив. Правда, к концу у меня появилось предположение, что местор просто не возлагает на меня особых надежд, решив, что взять с меня особо нечего и требовать много от попавшей к нему волею случая бестолочи глупо.

И это расстраивало куда сильнее мытья полов после каждого посетителя и дезинфекции за ними всего-всего-всего. Кажется, ядреное чистящее средство проедало даже перчатки.

- Элиза Риар? - вырвал меня из мыслей подошедший маг-охранник академии.

- Да, это я, - хотя первым желанием было не признаваться и сказать, что ошиблись. Дела с охраной мне иметь не хотелось. Вроде, и не нарушала ничего… кажется.

- Вас ожидают на проходной, - известил маг.

- Кто? - Саймон знает о моей работе, он бы не приехал посреди дня. Да и тайный страж без проблем заходил на территорию. А больше я никого не ждала.

- Марьян Бельнар, - еще сильнее удивил меня страж. Этому-то что от меня надо, если он приехал лично?

Но не спрашивать же у охранника. Сейчас спрошу у самого Марьяна.

Увидев королевского племянника за воротами, я искренне обрадовалась, что в академгородке студентов осталось немного. Но и те, что были, удивленно косились на разряженного молодого человека с букетом цветов. В белом костюме Марьян выглядел отлично, да и с последней нашей встречи он заметно повеселел и не напоминал восставшего покойника.

- Добрый день, - Марьян протянул мне цветы и галантно поцеловал руку. Позер. - Как твои дела?

- Замечательно, - я пока не понимала, к чему это представление. - А твои? Что-то случилось?

- Нет, ничего не случилось, - но, вопреки словам, Марьян так хитро улыбался, что я ему не поверила. - Садись, прокатимся куда-нибудь.

Дверца экипажа приглашающе открылась.

- У меня только час, - предупредила я. Местор Пильн ненавидел непунктуальность, о чем посчитал нужным напомнить мне перед уходом.

- Нам хватит, - отмахнулся парень.

На мягких сиденьях я, наконец, позволила себе расслабиться.

- А что ты делаешь сейчас в академии? - поинтересовался Марьян, видя, что первой разговор я заводить не собираюсь.

- Работаю с Леоном Пильном в приемном отделении, - без особой радости ответила я. Натруженные ноги почему-то заболели еще сильнее.

- Быть не может! - не поверил парень. - Он же берет лучших из лучших!

- Вот так получилось, - скупо прокомментировала ситуацию я. Разумеется, Марьян знал и о моих способностях, и о моих достижениях и успехах в учебе. Не удивлюсь, если и о провале на экзамене в курсе.

- Тебе просто несказанно повезло, - продолжал восхищаться парень.

- Не то слово.

За первую половину дня серьезных пациентов у целителя не было. Так, всякая ерунда. Единственный действительно интересный случай пришел, точнее - был принесен перед обеденным перерывом. Химера. Стоило местору увидеть пациента, как он тяжело вздохнул и сразу велел готовить операционный стол и инструменты.

- С химерами всегда сложно, - пояснил он, осматривая животное. - Их делают темные маги: или проклятийники, или некроманты. И те, и другие физиологию знают поскольку-постольку, умертвию пищеварительная система не нужна, а то, что живые существа без нормально функционирующих органов погибнут - никого не волнует.

У данной особи все оказалось еще сложнее. В глаза сразу бросалось непропорциональное строение тела: крупное туловище и длинные тонкие ноги. В природе бы такое существо не выжило: ни убегать от хищника, ни догонять добычу оно не способно. А вот хозяину-дельцу нравилось, что по его лавке разгуливает длинноногий шарик с длинной шеей, крупной ушастой головой и коротким, совершенно не уравновешивающим голову с шеей хвостом.

В итоге химера Барри вывихнула сразу две конечности, споткнувшись о завезенный товар. И если вправить вывих человеку обычно не составляло труда, то животному зачастую приходилось делать операцию. Особенно, когда суставы для костей тоже не продуманы.

- Я давно уже говорю, что это безобразие надо запретить: одно издевательство над магическими существами, - вслух возмущался целитель. - Но химеры приносят стабильный доход слишком многим, спрос на них высок. А главное, при должном уме и подходе можно создать по-настоящему отличное животное, которое будет отвечать конкретным потребностям хозяина. Вот только дельных специалистов в этой области наперечет.

Местор Пильн ловко и быстро оперировал, параллельно подправляя за создателем маленькие огрехи, как то искривленная перегородка в носу, из-за чего химере трудно дышалось, узкие протоки слезных каналов, из-за чего глаза у Барри постоянно гноились и слезились. Такие мелочи сложно учесть, если о них не знать.

Я же стояла и подавала необходимые инструменты, понимая, что то, что играючи делает наставник, для меня пока недостижимые высоты.

- Марьян, - вернулась к насущному я. - А можно попросить тебя не присылать цветы? Про нас уже столько слухов ходит, что еще парочка букетов, и, как честный человек, ты просто обязан будешь на мне жениться.

- В который раз убеждаюсь, что честным людям живется нелегко, - деланно расстроился Марьян. - Не беспокойся, наш конфетно-букетный период закончился, - подмигнул племянник короля.

Экипаж, тем временем, уверенно ехал к центру, к той его части, в которой находился мой дом.

- У тебя получилось? - я прилипла к окну, боясь, что мы возьмем и свернем в другую сторону.

- Получилось, - самодовольно ответил парень, развалившись на сидении и закинув ногу на ногу. - Не скажу, чтобы совсем честным путем, через подставных лиц, но дом я тебе вернул, как и обещал.

Я не могла до конца в это поверить, и только когда мы подъехали к самому дому, в ярком солнечном свете уже не кажущемуся таким мрачным и заброшенным, убедилась, что дом снова мой. А еще, конечно, благодаря протянутым Марьяном документам и металлической пластине - ключу, точной копии того, который передал мне поверенный.

- Ну что, открывай, - предложил парень, когда мы зашли в сад и подошли к двери.

- Честно говоря, я не умею этим пользоваться, - пластина лежала в руке, не давая никаких подсказок, что именно с ней нужно делать.

- Ну ты даешь! - поразился племянник короля, забрал ключ и в два счета открыл магический замок. - Смотри, нужно влить магию в ключ, чтобы он стал активен, перейди на магическое зрение, видишь? Чуть светится. И вот, - все так же в магическом зрении Марьян указал на переплетение защитных нитей на двери. - Прикладываешь, нити исчезают.

- На самом деле несложно, если ты маг, - согласилась я. А Саймон мне в прошлый раз не показал. Впрочем, мы с ним тогда и друзьями-то не были.

- И не маг тоже сможет. Сейчас мехи столько штучек придумали, что разным ворам раздолье. И очки для видения магических потоков, и отмычки универсальные - чего только нет.

Да-да, знаем, проходили, то есть вскрывали.

Внутри с моего прошлого визита ничего не изменилось, только странный сумрак, разогнанный Саймоном, снова появился, пусть и не такой плотный. Я поежилась. Находиться в доме было некомфортно.

- Надо Саймона попросить снова очистить дом от темной магии, - вслух произнесла я, скорее, для собственной уверенности.

Шаги гулко разносились эхом по пустому дому. Половицы скрипели, будто возмущались несвоевременному визиту непрошенных гостей. Паутина по углам выглядела зловеще.

- Я, вообще-то, тоже темный маг, - будто невзначай заметил Марьян, которого явно задело, что я про него и не подумала. - Правда, по проклятьям. Но стандартную очистку в доме проведу.

- Просто так проведешь? - подозрительно как-то, откуда такая доброта?

- За пять капель крови. Шучу! - поднял руки Марьян. - Просто так.

- А у тебя все хорошо? - запоздало поинтересовалась я.

- У меня все отлично. Сестру отпустили из храма, решив, что жрица из нее все равно бы получилась так себе, - радостно, будто факт профнепригодности сестры - это повод для гордости, сообщил темный маг. - Я ее быстрее в Ларданию отправил, в их магическую академию. Язык она знает, потенциал у нее хороший. И пять лет гарантированно будет в безопасности.

- Тогда понятно, - улыбнулась я. - Рада за тебя и твою сестру.

- А я-то как рад, - Марьян улыбнулся. Вообще улыбка у него была хорошая, добрая и открытая. А еще красивая, но это сейчас совсем не к месту.

- А с гримуаром вы подружились? - видно, что да, но хотелось бы в этом убедиться.

- Скажем так, мы до сих притираемся, но стали уже намного ближе. Так что если надумаешь поделиться кровью… - маг выразительно поднял бровь.

- Не надумаю, но дом можешь очистить, если тебе это не сложно, - последнее я добавила нарочно, после такого племянник короля наверняка проведет все необходимые мероприятия, показывая, что такая ерунда его затруднить не может.

И точно. Марьян только хмыкнул, развел руки и прикрыл глаза.

Действовал он чуть иначе, чем Саймон - рыжий некромант разгонял тьму, а Марьян ее будто собирал в ладонях. А после легким хлопком развеял все эманации темной магии.

- Спасибо тебе большое, - искренне поблагодарила я. - И за дом, и за это, - я хлопнула в ладоши, как только что маг.

- Не за что, - самодовольно ответил темный. - Но учти, я уничтожил только тьму, и она со временем снова наползет. Нужно уничтожить источник, - и Марьян нашарил глазами дверь в подвал. - Здесь погибли люди, насильственная смерть, плюс какая-то темная магия из запрещенных разделов. Так что серьезный ритуал очищения не помешает. Думаю, Бертран справится, это по его некромантской части, - пренебрежительно заметил парень. Да, эти двое, видимо, никогда не ладили.

- А теперь быстрее поехали обратно, - встрепенулась я. Не хватало еще опоздать к местору Пильну!

В академию мы гнали во весь опор, но все равно едва уложились в отведенное время. Занести новые документы и цветы к себе я уже не успевала, про обед и речи не шло. Я наскоро попрощалась с Марьяном, выслушала от него шутку по поводу нашего расставания и предложение на полном серьезе обращаться к нему при необходимости. Еще раз поблагодарила и почти как на тренировочном полигоне добежала до приемного отделения. Там под удивленным взглядом целителя юркнула в подсобку, убрала документы в шкаф и поставила цветы в пустовавшую банку. Часы показывали ровно два. Отлично.

- Эх, молодость, - вздохнул наставник, будто вспоминая свои лихие годы юности. Но закончил совсем иначе. - Нет, чтобы учиться нормально и не тратить почем зря драгоценное время.

Судя по тому, что местор был неженат, тратить зря свое время он и в более зрелом возрасте не собирался.

Ну да ладно. Главное - первый рабочий день прошел без особых происшествий. И дом снова мой! Вот вернется Элис, мы это обязательно отметим!

48. Быт

К вечеру я совершенно вымоталась и в придачу оголодала. На ногах едва стояла, но честно раскладывала инструменты по полочкам. Что где лежит, я все-таки записала и повесила список на каждый стеллаж и тумбу. Целитель насмешливо смотрел на украсившие приемный кабинет листочки, видимо, не понимая, как можно не запомнить содержимое каких-то трех стеллажей и нескольких тумбочек?

- Местор, можно я пол завтра утром перед началом рабочего дня помою? - а то еще чуть-чуть - и растянусь прямо здесь, на немытом.

- Хорошо, - поколебавшись, согласился наставник. - Жду вас завтра пораньше. Не опаздывайте.

Опоздаешь тут, как же.

Схватив букет и документы, я поспешила на выход, пока местор Пильн не передумал. На выходе меня поджидал Саймон.

- Ты раньше, чем я думал, - рыжий посмотрел на наручные часы. - Тогда не будем терять времени, идем на полигон.

- Нет уж, - я всучила стражу тяжелый букет. - Сначала я поем, а потом все остальное. К тому же надо узнать, будем ли мы сегодня заниматься с местором Альдером.

- Не будете, мы договорились и поделили дни. Сегодня ты со мной.

Некромант брезгливо взял в руки букет и поморщился, будто он не благоухал, а вонял, как выгребная яма.

- И Саймон, у меня есть к тебе просьба, - я не стала откладывать дело в долгий ящик. - Марьян помог мне с домом, он снова полностью мой безо всяких обременений, - я продемонстрировала красивую папку с королевскими вензелями. - Но из-за ритуала, - я осеклась, сглотнула и продолжила. - В общем, там постоянно собирается тьма. Надо как следует очистить дом, сможешь с этим помочь?

- Помочь - нет, - заявил страж, я же почти обиделась, тоже мне друг, называется. - А вот научить, как это делается - могу. Заодно потренируемся.

- Скажи, а ты тоже на отлично учился? - на всякий случай уточнила я.

- Конечно, в тайную стражу берут только лучших, - подтвердил мои опасения некромант.

- Понятно… - с учебой меня обложили со всех сторон. - Но сначала поедим!

- Сначала давай букет и документы отнесем, не хочу с твоим веником ходить, - страж даже руку вытянул, чтобы держать его подальше от себя. - Но, должен признать, какая-то польза от Марьяна есть.

- Да, он мне очень помог, - подтвердила я. Нет, понятно, что племянник короля не подарок, но и не такой уж плохой, как показалось вначале.

- А ты ему, и не только с гримуаром, - рыжий, прищурившись, посмотрел на меня, словно решая, говорить или нет. - Ты в курсе, что расстроила его помолвку?

- Я?! Каким образом? - и чуть не споткнулась на ровном месте от такого заявления.

- Ну как, очаровала бедного парня, он тебя букетами завалил, - страж потряс букетом, с которого посыпались лепестки и вылетели растревоженные насекомые, державшиеся до последнего. - Так что подобранная родителями невеста не выдержала такого соперничества и слухов о настоящей любви, которая рушит все преграды, и разорвала помолвку.

- Ах он гад! - я-то думала, Марьян из-за освобождения сестры так радовался, а, оказывается, вот из-за чего! Только попадись он мне! - А почему ты мне не сказал, что у него невеста есть? - за неимением Марьяна я набросилась на Саймона, тут же закрывшегося букетом, как щитом.

- Так ты говорила, что у вас нет никаких отношений, - пожал плечами страж, но букет на всякий случай не убрал, так и оставил между нами. - Я же не знал, что у вас все так серьезно.

От удара увесистой папкой рыжий играючи ушел, я же решила его не догонять, зачем тратить силы зря? Их и так осталось немного. Но теперь некромант держал между нами не только букет, но и дистанцию. Так что до общежития мы дошли спокойно, а там я поставила в небольшое ведерко цветы (завтра отнесу в зоосад, раз все алхимики разъехались!) и убрала в стол документы, вытащив пластину-ключ. А еще, как главную драгоценность, повесила рабочий халат, чтобы, не приведи ушедшие, не испачкался и не помялся.

- Давай не будем терять время, а возьмем в ближайшей забегаловке еду с собой? - предложил Саймон.

- Чтобы выманить на запах всех крыс и тараканов? - усомнилась в предложении друга я.

- Некого выманивать, - отмахнулся рыжий. - В домах, отмеченных темной силой, ничто живое не заведется. А от проклятых домов так вообще все разбегается на большом радиусе, в зависимости от силы проклятья.

- Ух ты! - а я уже боялась, что придется всю живность в доме травить. - Так это же удобно: завелись дома крысы, кинул на него проклятье - и все разбежались. Такой метод борьбы с паразитами и грызунами часто используют?

- Не очень, - страж усмехнулся, а потом и вовсе засмеялся. - Крысы-то убегут, зато проклятье может притянуть таких жильцов, что из дома потом смело можно делать склеп.

- А в моем доме ничего такого не водилось? - забеспокоилась я.

- Нет, в прошлый раз я никого не почувствовал. Магическую защиту твои родители сделали хорошую, через нее никто и ничто не просочится, - обнадежил меня некромант.

Так что мы взяли в уличном лотке горшочек с тушеным мясом и овощами и в нанятом Саймоном экипаже доехали до дома.

Охранные чары я снимала лично, отказавшись от помощи стража.

- Делаешь успехи, - похвалил друг, не подозревая, что это мне тоже Марьян помог.

Магические светильники давно разрядились. Заряжать все Саймон не стал, только в коридоре и на кухне, где мы устроились на ужин, решив поберечь силы для предстоящего ритуала.

После долгих поисков мы нашли вилки и ложки, потемневшие до черноты, перекусили и спустились в подвал, где я замерла на последней ступеньке, стараясь реже вдыхать затхлый воздух с отчетливым запахом плесени.

- Заметила, насколько быстро здесь все разрушилось? - некромант подошел к стене и поднял одинокую доску, прогнившую насквозь и рассыпающуюся в труху при малейшем прикосновении.

- А лестница? - ступеньки, пусть и скрипели, были достаточно надежные хотя бы на вид.

- Ступени закреплены в стене и не касаются пола, иначе бы тоже сгнили. Твоим родителям стоило сразу же как следует отчистить здесь все от эманаций тьмы. А теперь на этом полу очень удобно жертвы приносить - никакого алтаря не надо. Вытягивает силы только так.

Я решила, что поверю на слово и пока на лестнице постою.

Саймон еще раз обошел небольшой подвал по периметру, попинал какие-то не поддающиеся опознанию обломки, покачал головой и подошел ко мне. Я со ступеньки так сойти и не решилась. Действительно, лучше крысы, чем вот это все.

- А теперь переходим на магическое зрение, - скомандовал страж. - Вытягиваем руку и собираем всю темную силу с пола в одной точке.

В итоге мы провозились два часа. Уверена, в одиночку Саймон управился бы быстрее. Но поскольку он постоянно отвлекался на объяснения и заставлял самостоятельно сначала собирать темную силу, потом нейтрализовывать ее, а затем вычерчивать руны на полу и напитывать их силой, дело шло медленно.

- Неплохо, - одобрил некромант, когда пол, наконец, стал самым обычным, утратив свои магические свойства. - С распределением векторов силы еще стоит поработать, но результат есть - и это главное.

Я только кивнула и помассировала виски. Такое ощущение, будто я вымыла дом целиком со всеми окнами. И перекрасила заодно.

Зато гнетущее чувство, наваливающееся сразу при входе, исчезло. Воздух стал свежее, дышалось легче. Даже магические светильники, кажется, разгорелись ярче.

- Давай передохнем - и возвращаемся, - решил страж, опускаясь на один из стульев на кухне и вытягивая ноги.

Но стул предупреждающе заскрипел, как бы намекая, что за время простоя он отвык от седоков. Саймон не стал испытывать мебель на прочность и ушел гулять по дому.

- Знаешь, а у тебя здесь неплохо, - заключил вернувшийся минут через десять некромант. - Я зарядил светильники на мансарде, но для бытовых артефактов придется вызвать профессионалов, - светильники были самыми простыми артефактами и не нуждались в тонкой настройке. А вот те же пылесборники легко ломались, если к ним лезли с кривыми руками доморощенные артефакторы. Про греющие элементы и говорить нечего - там что-то напутаешь, еще и загореться может.

И пусть общий курс артефакторики проходили все, а Саймон, в отличие от меня, еще и учился хорошо, но умение оценивать собственные силы и возможности - едва ли не основное, что отличает хорошего мага от просто мага. Потому что никто из нас, к сожалению, не всесилен.

- Еще крышу надо подлатать, - рыжий, видимо, обстоятельно подошел к осмотру моего старого-нового имущества. - Оконные рамы рассохлись, полы, если не придираться, более-менее. Скрипят, конечно, но перебирать паркет слишком долго. Мебель надо всю проверить, что сможем - починим, что не сможем - выкинем. Работы у нас много, - закончил мысль некромант.

- У нас? - не поверила я.

- Конечно, одна ты тут не справишься, - Саймон говорил, будто его помощь - это нечто само собой разумеющееся. - К тому же Элис просила за тобой присмотреть.

- Ну, если присмотреть, - я улыбнулась. Страж был, по своему обыкновению, невозмутим.

- Но уборка на тебе, - предупредил рыжий. - Я еще по дежурствам в академии тряпку держать не люблю.

- Не беспокойся, - обнадежила я друга. - Думаю, за это лето я стану настоящим специалистом в области мытья полов и дезинфекции.

Спасибо местору Пильну за отличные практические и жизненные навыки.

Обратно мы с Саймоном часть дороги прошли пешком, чтобы заскочить на рынок и купить мне продуктов. Едва успели до закрытия.

- Начни с простого: с яичницы, гречки, макарон, - посоветовал рыжий.

Набрав самого необходимого, мы вернулись в академию, и я замерла в нерешительности.

Нести продукты в общий холодильный ларь на этаже было страшно. Оттуда они исчезнут быстрее, чем я успею хоть что-нибудь приготовить.

У таких неприкаянных, как я, живущих в академии круглый год, холодильный ларь стоял в комнате. Но я пока им разжиться не успела. Стоили холодильные лари весьма прилично, мне пока не по карману.

Услышав о моих сомнениях, Саймон предложил проклясть еду, о чем крупно написать на листе: взявшему гарантированы непередаваемые ощущения: несварение, понос, рвота и импотенция для особо наглых.

- Ты же специалист по некромантии, - напомнила я. - И сможешь повесить такое проклятье?

- Ты же в теории можешь вылечить человека, - беспечно ответил страж, потом подумал и исправился. - То есть могла бы, если бы хорошо училась. Я основы проклятийной магии знаю. Правда, за результат не ручаюсь.

- Тогда лучше не надо, - решила я. - Может, за день они у меня не испортятся?

- Макароны не испортятся, да и яйца вполне простоят недельку, они свежие. А вот сыр и колбаса долго не проживут, - не согласился страж. - А знаешь, у меня есть идея получше.

И пошел прямиком в нашу общагу. Комендантша недовольно скривилась, увидев рыжего. “То к одной таскался, теперь к другой”, - пробурчала под нос грымза, но так, чтобы мы услышали.

Мы услышали, но внимания привычно не обратили.

- Жди здесь, - скомандовал страж, оставив меня и продукты в комнате. - Кстати, - Саймон обернулся от двери. - Вы же не все букетные деньги на сладости и всякую ерунду извели? Марок тридцать свободных у тебя найдется?

- Найдется, - подтвердила я. И запоздало спросила: - А на что?

- Увидишь, - подмигнул рыжий и ушел.

Пока некромант где-то ходил, я успела просмотреть книги и конспекты Элис, найти среди них то, что мне нужно по организации контроля Целительской палаты и ведении учета веществ, выписать на листочек схему и даже повторить пройденную с местором Альдером анатомию.

И, наконец, в коридоре послышалась какая-то возня, а потом в дверь забарабанили так, что показалось, еще чуть-чуть - и вынесут вместе с косяком.

Я быстро открыла и поразилась открывшемуся зрелищу. Четверо парней держали здоровый, допотопный, еще, наверное, времен моей бабушки холодильный ларь. Новые модели, усовершенствованные мехами, не такие громоздкие и тяжелые.

- Парни, заносите, - скомандовал Саймон, с натугой держащий ларь за одну из четырех сторон.

- Куда ставить-то? - прохрипел один, самый тощий, дрожащими руками держащий бандуру.

- Давай пока к этой стене, - некроманту тоже приходилось нелегко, но подготовка сказывалась. Остальные же стояли красные и взмокшие. - Полегче только!

На пол холодильный ларь поставили, почти не грохнув.

- Ух ты ж… - потер спину один из “грузчиков”. - Надо было за доставку больше брать.

- Ничего, физические упражнения полезны, а вам вообще необходимы, - заметил страж, обходя наш новый, если так можно назвать это старье, предмет мебели.

- Скажи еще, мы вам должны остались, - привалившись к стене, усмехнулся тот самый тощий парень.

- Да уж ладно, заплатим, как и обещали. Тридцать пять марок, - сообщил мне Саймон. - Тридцать - ларь, пять - доставка.

- Или наоборот, - хохотнул один из парней.

Я отсчитала монеты и отдала Саймону, он же торжественно вручил парням и выпроводил всех вон.

- Саймон, зачем ты эту рухлядь мне купил? - набросилась я на рыжего, дождавшись, пока дверь за “грузчиками” закроется.

- Какая же это рухлядь? - удивился страж. - Все рабочее, я проверил. Да, заряд маленький, лед в нем не приготовишь, но колбаса вполне полежит.

- А где ты его откопал? - не унималась я. - Сбегал в лавку старьевщика?

Собственно, с виду это был обычный деревянный сундук весьма внушительных размеров с давно облупившейся краской. Я бы на таком и спать смогла, если ноги немного поджать.

- Ох, Элиза, не хлебнула ты еще как следует общажной жизни, - покачал головой страж, сел на ларь, вытянув на полкомнаты ноги, и пригладил взъерошенные волосы. - Пятикурсники, когда съезжают, распродают честно и не очень нажитое за пять лет учебы имущество, которое не возьмешь с собой. Матрасы, шкафы, стулья, тазы, - рыжий кивнул на мой эмалированный тазик, добытый завкафедрой. - Кто-то и подушки с одеялами. Различный учебные инструменты. Книги, - Саймон без особой надежды посмотрел на коллекцию Элис, которая сейчас огромной горой стояла на кровати моей соседки и по совместительству его девушки. - Иногда настоящие распродажи устраиваются, а то и аукционы за особо ценные вещи. А уж холодильный ларь с собой точно никто не потащит.

- И ты обежал все общаги и нашел? - неудивительно, что друг так долго отсутствовал.

- Нет, я знал, где искать, - гордо заявил страж. - Это из некромантской общаги ларь, он, кстати, еще мне принадлежал. Я ведь тоже в академии постоянно жил, поэтому сразу его прикупил после первого курса, - рыжий любовно погладил крышку из темного дерева. - И подсчитал, что тот студент, которому я его потом продал, как раз выпускается. На наше счастье, он еще не уехал и продать кому-то другому ларь не успел.

- Наверное, желающих не нашлось, - съязвила я и подошла поближе, чтобы лучше разглядеть приобретение.

- Ты что, там такая очередь стояла, как раз аукцион провести хотели. Но я на правах выпускника и самого сильного всех разогнал, - похвастался Саймон. Не удивлюсь, если он и тайной стражей кого припугнул.

- Я знаю, почему он так популярен у некромантов, - поняла я, когда закончила изучение холодильного ларя. - Вы же любите всякую нежить, а это, видимо, зомби от артефакторики.

- Да ну что ты, он настоящий мудрый лич! - не согласился Саймон, гордо похлопав по сундуку. - Он тебе еще послужит, а может, и твоим детям и внукам. Ты потом с ним расставаться не захочешь, вот увидишь, домой заберешь.

- Мы для этого очищали подвал, чтобы заменить эманации тьмы замогильным воем? - о том, как спать с таким громко работающим устройством под ухом, я спрашивать не стала. С такой ударной работой и учебой я засну даже под барабанный бой.

- Это не замогильный вой, это артефакты чуть резонируют друг с другом. Но мы же в академии, найдем спеца, он их чуть подкалибрует. И вообще, я его через пол-академии тащил с одного конца студенческого городка в другой, а ты еще и придираешься, - возмутился друг.

- Ладно-ладно, ты молодец, - похвалила рыжего я. - Слезай с крышки, будем продукты закладывать.

- Подожди, - вздрогнул бесстрашный некромант. - У тебя есть тряпка, антисептическое средство и духи?

Если первые два пункта я могла понять, то зачем духи?

- И окно надо открыть, - Саймон торопливо распахнул створки, и ко мне начали закрадываться смутные подозрения.

- А что именно некроманты в ларе хранили? - я на всякий случай отошла подальше. А то вдруг то, что там хранилось, почувствовав, что страж слез с крышки, возьмет и выберется.

- По идее, только продукты, - не слишком уверенно ответил рыжий. - Но если что-то по учебе лежало, то оно должно быть в формалине. А у него запах немного специфический.

Я новыми глазами посмотрела на сундук.

- Знаешь что, Саймон... - начала я.

- Все будет хорошо, - отважно заявил страж и открыл крышку.

Я отшатнулась от ларя, сразу почувствовав незабываемый аромат не формалина, если бы, а протухших продуктов.

- Вы бы его хоть разгрузили, - посетовала я, представив, что все это теперь придется выкидывать нам. И если бы ларь тоже можно было легко выкинуть, я бы это сделала, несмотря на уплаченные деньги.

- Что-то не подумали, - согласился рыжий. - Но ничего, тут работы на полчаса.

В итоге провозились мы до ночи, и Саймон едва успел покинуть общагу до комендантского часа, подарив загулявшимся встречным студентам очередной повод для слухов о моем новом романе. Пора начинать чувствовать себя роковой женщиной.

Холодильный ларь я почти ненавидела, особенно, когда отмывала и обеззараживала. Такими темпами, тряпка и моющие средства станут моими спутниками на все каникулы, ведь дом тоже надо в порядок приводить. И ларь я действительно с собой заберу, я с ним столько намучилась, что просто не смогу оставить.

Лето, что ни говори, начинается весело.

49. Выходной

Утром я с опаской открывала холодильный ларь. Звуки он издавал такие, будто сам переваривал попавшие в его чрево продукты. Но нет, все оказалось на месте и даже не испорченное. Работал ларь вполне нормально, надеюсь, и дальше продолжит в том же духе.

А потом я с грустью поняла, что мы с Саймоном забыли кое-что важное: посуда. В общажной кухне, конечно, имелись кастрюли и сковородки, но в них не то что готовить, их в руки брать страшно. Поэтому, перебившись бутербродами с чаем, я сбегала в оранжерею и презентовала букет растроганным травникам. Мне же за это досталась банка с жимолостью, как раз успевшей поспеть к началу лета.

И все бы ничего, если бы не ожидавшие меня орудия труда: ведро и тряпка со шваброй призывно стояли в кладовке. Я со вздохом надела халат, набрала воды и пошла мыть мол, на мой, весьма требовательный, взгляд, и так достаточно чистый.

Леон Пильн, по обыкновению безупречный, гладко выбритый и идеально причесанный, принял мою работу, проверил наличие всех необходимых вещей, их нужное количество и расположение он знал безо всяких шпаргалок, одобрительно кивнул и отправил составлять отчет по веществам.

Пришлось просмотреть журнал за последний месяц, выписать все использованные вещества и их количество, проверить остатки и свести баланс. Баланс упорно не сводился, количества не совпадали. Я то и дело лазила в журнал, пытаясь понять, где могла ошибиться.

Промучилась я с отчетом до обеда, так и не сведя его до конца. Местор Пильн, подойдя и посмотрев в мои сто раз зачеркнутые-перечеркнутые записи, только покачал головой, велел сделать перерыв на обед и со свежей головой возвращаться к заданию.

- Местор, а можно я лучше полы помою? - взмолилась я, представив, что и после обеда придется ковыряться с цифрами и таблицами.

- Вот уж не ожидал, что вам так нравится мытье полов, - заулыбался наставник. - Но закончить придется. У вас ошибки в подсчетах, будьте внимательнее.

- Так может вы скажете, где у меня ошибки, и закончим на этом? - с надеждой спросила я.

- Нет, - целитель оказался на редкость безжалостным человеком. - Я хочу, чтобы вы как следует освоили работу с отчетами и ведение первичного учета. Как доделаете это, возьметесь за ревизию лекарств и артефактов. Что нужно дозаказать со склада, и какие артефакты нужно подзарядить. Только, конечно, не забудьте переписать все начисто.

Выходила я из приемного отделения в совершенно расстроенных чувствах. Честно, не понимаю, на что рассчитывал местор Альдер, отправляя меня работать к этому перфекционисту. Чему я там должна научиться? Заработать денег можно и работая разносчицей в кафе, и после мытья полов это уже не казалось таким страшным. А с отчетом я и подавно ни в жизнь не разберусь. Уже перед глазами цифры хороводы водят. Я раз десять все пересчитала, а все равно не нашла ошибки.

Ноги, гудевшие еще со вчера, сами принесли меня в зоосад к церберу. Начинаю понимать тех, кто любит животных и не любит людей: как здорово, когда тебя обожают и облизывают без оглядки на твои способности.

- Элиза? - Джаред Рил вышел из-за кустов с ведром еды для трехглавого пса. - Вы так соскучились по нашему малышу, что решили навестить его посреди дня? - о том, что мне некуда ехать, смотритель знал, поэтому других вопросов не задавал.

- Отдыхаю. У меня обеденный перерыв, - я почесала “малышу” одну голову за ухом, и две другие тут же потянулись ко мне, оттесняя собрата по телу.

- А где работаете? - смотреть взял миски и принялся накладывать в них мясное рагу, а я невольно вспомнила о том, что перерыв у меня для того, чтобы поесть, а не чтобы рассиживаться просто так.

- С Леоном Пильном, - проглотив голодную слюну, ответила я.

- О! Вам просто несказанно повезло! - поразился Джаред.

- Да не особо, - слушать очередные восторги о том, как мне “повезло” работать с таким замечательным целителем, мне не хотелось.

- Так, - смотреть поставил три миски в ряд, и цербер тут же переключил свое внимание на еду. - Сейчас идем ко мне в берлогу, перекусим, а заодно все расскажете.

В другой раз я бы, может, и отказалась, но зверь так аппетитно ел в три глотки, что даже желудок громко и возмущенно заурчал, дескать: “Хозяйка, имей совесть!”

После обеда жизнь заиграла новыми красками, и если не думать об оставленном недоделанном отчете, было почти хорошо. Кислые щи приятно грели изнутри, а ароматный чай, как и всегда на травах, дразнил сладковатым ароматом. К тому же я выговорилась смотрителю, рассказав о том, как именно проходит моя работа с прославленным целителем и чем мне приходится у него заниматься.

- Да, - протянул Джаред, поглаживая свою щеку, густо заросшую седой щетиной. - Леон Пильн всегда казался мне самовлюбленным гордецом, - я закивала, поддерживая смотрителя. Еще какой самовлюбленный! У него даже зеркало в “подсобке” висит, чтобы прическу поправлять. - Я и не ожидал, что он действительно такой великолепный наставник.

- Великолепный?! - я едва чаем не подавилась. - Я же сказала, что он заставляет меня мыть полы и делать отчеты!

- Не обижайтесь, Элиза, но это так, - старик по-доброму улыбнулся. На него вообще невозможно было обижаться, к тому же на сытый желудок. - Разве любовь к чистоте и порядку, равно как и умение их наводить и поддерживать, бывают лишними?

- Ну ладно порядок, - от возмущения я и не заметила, что вазочка с печеньем мгновенно опустела моими стараниями. - Но зачем поручать мне отчеты, зная, что я не умею их делать?

- Чтобы вы научились? - Джаред достал еще пачку печенья и поставил передо мной, но я решила не наглеть и не объедать старика. - Элиза, вам остался всего год учебы, вы не задумывались, куда пойдете потом работать?

- Не знаю, - я пожала плечами и отвернулась.

Не то, чтобы я совсем не задумывалась. Просто у меня пока столько других проблем, что вопрос с трудоустройством даже не стоит на повестке дня. Мне бы этот последний год доучиться, пока еще не факт, что я смогу намного успешнее сдать экзамен.

- А вы подумайте, - серьезно попросил смотритель. - И подумайте вот о чем: целитель из вас выйдет так себе, серединка на половинку. Но есть и другие области, где ваши знания могут пригодиться. Кто-то занимается насущными вопросами в лечебницах, делая те же отчеты. Кто-то их проверяет, - смотритель подмигнул.

- Боюсь, это не для меня. В этих отчетах сами ушедшие не разберутся! - в сердцах сказала я, схватив и съев еще одно печенье.

- Так конечно, если не стараться и не вникать, - пожурил меня старик. - Например, вы смотрите, что одни вещества идут в граммах, а другие - в ампулах? Жидкости отмеряются в миллилитрах.

Конечно же, я не смотрела. Я просто взвешивала все подряд, а штуки проставляла только для пузырьков, баночек и другой тары. Где, наверняка, встречались и миллилитры...

- Спасибо, Джаред, вы мне очень помогли! - окрыленная пришедшей в голову мыслью, я в один большой глоток допила чай и убежала в комнату. Там лежали конспекты Элис, которая не могла похвастаться отменным почерком, зато радовала меня полнотой материала.

Конспект я захватила с собой, не было времени переписывать все на листки, и к местору Пильну я вернулась опять раскрасневшаяся и запыхавшаяся. Наставник удивленно изогнул бровь, но комментировать никак не стал. Я сразу села за отчет, посмотрев, какие вещества у меня не сходились. И точно! Расфасованный химинский горошек считался зернами. Зерна эти были величиной с перепелиное яйцо, поэтому оказались достойны поштучного учета, пусть и продавались в баночках с широкой крышкой по четыре штуки в каждой. А я-то думала, почему у нас двадцать штук числится, хотя на деле пять банок? Та же самая история и с другими никак не поддающимися учету позициями.

- Местор, я закончила! - на этом хотелось кричать и прыгать, да я так не радовалась, когда экзамены сдавала!

- Хм… правильно, - похоже, целитель не ожидал, что я все-таки справлюсь. Я и сама не ожидала, оттого и радовалась, как ребенок в день рождения. - Ну что ж, теперь начинайте инвентаризацию остальных лекарств и артефактов. И срок годности проверьте. Только полы помойте и инструменты простерилизуйте, а то с утра накопилось.

Я посмотрела на кучу инструментов и на три стеллажа с лекарствами в приемной, а ведь еще два стояли в подсобке, и чуть не застонала. Да, рано я радовалась, лучше бы целый день над отчетом тихонько просидела. А теперь придется начинать все заново. И потом еще полы мыть.

Вечером меня ждал в библиотеке местор Альдер. Я без особого желания заниматься подсела к нему.

- Добрый вечер, местор.

- Добрый, - преподаватель заметил мое настроение. - Как у вас дела? Как проходит работа?

- Замечательно проходит, - поморщилась я. - То полы мою, то отчеты по лекарствам делаю.

- Отчеты по лекарствам? - искренне изумился завкафедрой. - Вас Пильн уже и к этому допустил?

- Допустил?! Местор, вы издеваетесь? Да это же форменная пытка, а не работа! Я так два месяца не выдержу, - в отчаянии я схватилась за голову. И правда, не выдержу, плюну на все и уйду.

- Нет, просто очень удивился, - завкафедрой с таким интересом всматривался в меня, будто впервые видел. - Лично я весь первый год только полы мыл и инструменты стерилизовал, - где-то на этом моменте грифель выпал у меня из руки и покатился по столу. Мужчина ловко его поймал и положил к бумаге.

- Но у вас же пятнадцать магединиц, - ошеломленно выдала я. - Как он мог заставить вас с таким потенциалом мыть полы?

- Очень просто: дал швабру - и вперед. После каждого пациента. И стерилизация по десять раз за день, - преподаватель с улыбкой посмотрел на меня.

- И вы согласились? Я не понимаю, почему Леона Пильна считают лучшим наставником с такими методами?

- Потому и считают, - усмехнулся местор Альдер. - Элиза, посмотрите на ситуацию под другим углом. В те годы я был крайне амбициозен, считал, что меня несправедливо наказывают, ограничивая мой талант адамантовыми браслетами, и мнил себя лучшим. Если бы не местор Пильн, не знаю, как бы сложилась моя судьба, и что вообще бы из меня вышло.

- Но ведь глупо вместо нормального обучения заставлять мыть полы, - да у меня в голове не укладывалось: ладно я, но местор Альдер, тогда еще просто Саид Альдер, в роли уборщика…

- Да, он мне так и сказал, когда я решил высказать ему свое мнение о его методах, что раз я свою собственную силу контролировать не могу, то ни на что больше не способен.

- И вы мыли полы целый год? - а я один день, и уже недовольна…

- Так выбора у меня не было. Тогдашний декан считал, что только Пильн сможет сделать из меня настоящего целителя, и от моих жалоб отмахивался. Честно скажу, это стало испытанием почище браслетов, - местор непроизвольно потер запястья.

- А через год вас допустили к целительству? Местор Пильн счел, что вы достаточно преуспели в мытье полов? - поддела преподавателя я.

- Счел. И поручил бумажную работу, которой вы сегодня занимались. Поэтому следующий год я вел всю отчетность, а в перерывах мыл полы и стерилизовал инструменты, - поделился воспоминаниями местор.

- А третий год? - я уже боялась того, что услышу. Завкафедрой говорил, что он три года провел под началом Леона Пильна.

- На третий меня допустили к целительству, - успокоил местор. - Не скажу, чтобы там все было просто и гладко, но я это заслужил честным трудом.

- Какой кошмар, значит, я до целительства и не дойду, - у меня трех лет на это нет. И оно и к лучшему.

- Именно поэтому мы с вами и занимаемся, - наставник открыл учебник анатомии на вчерашней закладке. - Но, думаю, местор Пильн даст вам шанс, с девушками он не так строг, - подмигнул завкафедрой. И, судя по результатам, двигаетесь вы куда быстрее, чем я в свое время.

Если местор Пильн не так строг с девушками, то я просто подумать боюсь, каково приходится парням.

За такими мыслями я варила гречку в купленной в ближайшей посудной лавке кастрюльке, одной рукой помешивая ложкой крупу, а во второй держа учебник. За гречку я не переживала - научилась ее варить на занятиях по кормлению. И знала, что с тушенкой она вполне съедобная.

На следующий день история с инвентаризацией продолжилась. Местор Пильн объявил, что это мое задание на всю неделю и в конце он ждет столь же успешного результата, как и от отчета по подконтрольным веществам и препаратам. Тупое переписывание и подсчитывание лекарств и отдельных ингредиентов навевало тоску и уныние. Мойка полов их не то, чтобы развеивала, но хотя бы как-то разнообразила мою деятельность. Все целительство и обучение с наставником заключалось в том, чтобы стоять неподалеку, когда местор Пильн занимался с пациентами, и не мешаться под ногами. Если же у меня возникали какие-то проблемы при проведении инвентаризации, местор предлагал решать их самостоятельно и не беспокоить его по пустякам.

К концу недели я почувствовала, что превращаюсь в зомби, который занимается монотонной работой, а затем идет зубрить азы и основы целительства с завкафедрой. И пусть местор Альдер, в отличие от некоторых, был прекрасным наставником, мои мозги начинали плавится и грозили потечь через все физиологические отверстия.

Поэтому, когда наступил долгожданный выходной, инвентаризацию я худо-бедно сдала (как к экзамену готовилась, не меньше, каждую цифру нужно было обосновать и защитить), то встал резонный вопрос: чем заняться.

Логично было потратить свободный день на приведение дома в порядок. Но от одной мысли о швабре и тряпке становилось дурно. Нет уж. Не сегодня.

Позаниматься? К заданиям Элис я так и не приступила, тут и без нее хватало. Но от умных книг и учебников тошнило не меньше, чем от уборки.

Саймон сегодня, как назло, был на дежурстве, хотя он точно потащил бы меня заниматься некромантией. Наверное, вокруг меня не люди, а какие-то монстры, помешанные на работе или учебе. В итоге просто сходить погулять не с кем.

Стук в дверь вывел меня из задумчивости. Визиты в любое время суток в непривилегированной части общаги не редкость, а уж когда жить летом остаются всего несколько человек - и подавно. К тому же столовая не работает. Вот и приходили товарищи по несчастью за хлебом-солью-спичками и просто за едой.

Так что я не торопилась открывать дверь, ожидая увидеть там очередного страждущего с голодными глазами.

За дверью внезапно обнаружился местор Альдер, одетый в светлые льняные брюки и рубашку с коротким рукавом, и с книгой в руке. Волосы завкафедрой собрал в хвост, и несколько не вошедших прядей покороче вилось у смуглого лица.

- Добрый день, Элиза, вы же не заняты? - спросил преподаватель и поудобнее перехватил книгу подмышкой.

- Нет! В смысле да! Занята! Очень занята! - учиться в единственный выходной мне категорически не хотелось. Даже с отлично выглядящим местором.

- Правда? - расстроился мужчина. - А чем?

- Я… убираюсь! - нашлась с ответом. Собственно, тут и подтверждать ничего не надо. В комнате у нас царил настоящий кавардак. Половина Элис была завалена еще с момента ее сборов и отъезда. Моя же выглядела поприличнее, но уборка все равно не повредила бы.

- А вы не могли бы немного отложить уборку? - продолжил местор. - У меня тут возникла отличная идея…

- Нет! Не надо никаких идей! - еще сильнее испугалась я. Знаю я их идеи!

- Почему? - преподаватель выглядел озадаченным и немного огорченным. - У вас же сегодня выходной.

- Вот именно, и я хочу отдохнуть и от работы, и от учебы! Местор, ну хоть вы будьте человеком! Проявите сострадание! - я соединила ладони у груди, делая совсем жалобный вид.

- Подождите, так я и не собирался вас заставлять что-то делать, - окончательно растерялся от моей реакции завкафедрой.

- А что вы тогда хотели предложить? - руки я убирать не спешила, но внутренне немного расслабилась. Хуже работы и учебы все равно ничего быть не может.

- Погулять, - окончательно добил меня преподаватель. Такого я от него точно не ожидала.

- Просто погулять? - что-то это не похоже на обычное поведение местора Альдера. Может, рано расслабляться? Вдруг это такой коварный трюк из педагогических загашников?

- Не совсем просто, - уклончиво ответил местор.

- А зачем тогда? - все еще не сдавала позиции я.

- Вы сами все увидите, если согласитесь, конечно, - хитро улыбнулся завкафедрой.

- А книга зачем? - в целом, я уже решилась, но надо было проверить и убедиться.

- В кабинет занесу, - засмеялся местор. Учебный корпус целителей как раз, как самый безопасный, находился по пути к выходу с территории академии.

- Ладно. Только мне надо собраться, переодеться, - а еще накраситься! Я же ненакрашенная вышла к местору, кошмар какой!

- Не надо, вы и так отлично выглядите, - заверил местор, который явно не хотел ждать меня полчаса. Эх, нет, чтобы заранее предупредить.

- Хорошо, - скрепя сердце, согласилась я, решив не усугублять произведенное впечатление от такого недружественного приема. - Дайте только туфли надену.

Не в домашних же тапочках на улицу идти.

- Можете пока пройти, - вспомнила о вежливости я. - Вот, садитесь на него, - холодильный ларь оказался удобной и универсальной вещью.

- Вот это да! - неожиданно обрадовался местор, заметив стоящий у стены обшарпанный деревянный сундук - именно так можно подумать, если не знать, что именно он из себя представляет. - Да это же еще мой холодильный ларь!

- Правда, что ли? - ну надо же, какое совпадение!

- Конечно! - местор присел возле старого друга на корточки. - Видите, вот здесь у него бок темный, это мы с соседом по комнате экспериментировали.

Темный бок меня как раз удивлял. Магический ларь, что ни говори, был устойчивым к разного рода неприятностям артефактом, и что нужно сделать, чтобы он потемнел - я не представляла.

- И как же так получилось, что он потемнел? - вот и отличная возможность узнать.

- Подожгли немного, - нехотя признался  местор.

- Зачем? - я чуть туфлю не выронила от удивления. Кому бы в голову пришло жечь холодильный ларь?

- Да так, - местор смутился, но пояснил: - В основе их создания лежит магия воды. Мы и хотели посмотреть, сможет ли магия огня причинить ему вред. Нашли стихийника, который тоже заинтересовался этим вопросом, вот и остался небольшой след.

- А кто в итоге победил: огонь или вода? - а то теперь мне тоже интересно.

- Трудно сказать, - мужчина заправил непослушную прядь за ухо. - Загореться артефакт не загорелся, только подкоптился немного. Но мы для чистоты эксперимента уравняли шансы мага и ларя, выставив последнему максимальную мощность за сутки до поджога. И он наморозил несколько килограмм льда, а когда мы начали его жечь - разморозился и протек на этаж ниже. Собственно, на этом эксперимент и завершили, так как у нижних соседей в том месте стол стоял и все книги и конспекты на нем залило. Они прибежали к нам с претензиями, мы их послали, и пусть магию применять нельзя, но кулаки-то у всех есть…

- И что в итоге? - я с замиранием сердца слушала историю хулиганств местора. А сейчас-то и не скажешь, такой приличный человек с виду…

- Месяц отработки всем, - завершил рассказ преподаватель. - И ларь после этого слабее морозил. Но он держался до последнего, так что, думаю, победа за ним.

- Да уж, Саймон может им гордиться. Он был следующим владельцем, - пояснила я на вопросительный взгляд завкафедрой.

- Надо же! Я помню, что продал его какому-то тощему рыжему парню, но и подумать не мог, что это Саймон Бертран, - поразился местор. - Как люди меняются.

- Это точно…

Я, скрыв улыбку, влезла в туфли на небольшом каблуке, бросила тоскливый взгляд на зеркало, которое отражало мое ненакрашенное лицо, взяла сумочку и встала. А потом не выдержала и все-таки потратила еще пару минут на расческу и заколки.

- Я готова, - посмотрим, какой сюрприз приготовил мне завкафедрой.

50. Прогулка

Книгу местор, как и обещал, занес в свой кабинет, а после повел меня на выход из академии. Погода стояла отличная, солнечная и в меру теплая. В городе на каждом свободном пятачке, будто грибы после дождя, выросли столики со стульями под быстро собранными навесами. Оттуда доносились веселые, пусть и простенькие, мелодии и вкусные запахи еды. Я редко гуляла просто так по оживленным улицам, выходным ярмаркам, летним кафешкам и по обычным лоткам. Родителям было некогда со мной ходить, одной как-то неинтересно, да и неприлично, друзья из прежней жизни такое развлечение не поддержали бы. А мои друзья из жизни теперешней с головой поглощены учебой или работой. С Элис мы толком никуда не выбирались, пусть они с Саймоном частенько приглашали прогуляться с ними. Но я прекрасно понимала, что третий лишним им не нужен. Саймон сейчас работает и может выкраивать только пару вечеров в неделю, чтобы позаниматься со мной. Да и гулять с парнем подруги как-то… не так.

И в итоге, кто бы мог подумать, мы гуляем по Диграйну с завкафедрой. Лично я находилась в некотором замешательстве, а местор Альдер, напротив, вовсю наслаждался прогулкой, рассказывал истории из своего студенчества, правда, выбирая темы так, чтобы не уронить свою преподавательскую репутацию. Почти все рассказы так или иначе крутились вокруг местора Пильна, который три года мотал будущей звезде целительства нервы, заставляя делать совсем не то, что юному Саиду Альдеру хотелось.

Например, местору приходилось не только полы мыть, но и двор возле приемного подметать, а зимой снег чистить.

- Как-то раз Пильн заставил меня полоть клумбы, а я взял, и назло ему выдрал цветы, а сорняки оставил, - доверительно поделился местор.

- Сильно ругал? - и все же улыбку я сдержать не могла, представив картину. Выходит Леон Пильн полюбоваться цветочками, а там…

- На самам деле у Пильна нечеловеческое терпение, - покачал головой местор. - Он спокойно посмотрел на клумбу и сказал, что я теперь все лето должен ухаживать за этими растениями. Поливать, удобрять, полоть.

- За сорняками? - не поверила я.

- Да, за сорняками. Видели бы вы, какие они у меня к концу лета вымахали, - гордо похвастался преподаватель. - Там не по всем понятно было, трава это или уже дерево.

- Местор был доволен? - ехидно спросила я, даже завидуя таким взаимоотношениям. Видимо, они оба не скучали.

- Еще как. У всех розы, пионы. А у него чертополох под окнами. Лопухи, которыми с головой укрыться можно. Потом ещё пришлось их собирать и сушить для аптеки и гербарий по ним составлять с полной характеристикой и описанием целебных качеств. Остальные шутили, что клумба под стать характеру целителя.

- Не думаю, что местор Пильн обращал внимание на досужие разговоры, - заметила я и проводила взглядом очередную кафешку, принюхиваясь к божественному аромату жареного на углях мяса.

- Мы на обратном пути обязательно куда-нибудь заглянем, - пообещал завкафедрой, видя мой интерес. - А пока хотите, куплю вам мороженое или сахарную вату?

- Местор! - делано возмутилась я. - Вы же со студенткой гуляете, а не с ребенком! Вы бы мне еще леденец на палочке предложили.

- Простите, Элиза, - местор Альдер сам понял, что сглупил, и смутился. - Я обычно если гуляю по городу, то с племянниками. Вот и сейчас привычка сработала.

- А расскажите лучше что-нибудь о себе, только вне учебы и целительства, - попросила я. - И знаете, от мороженого я не откажусь, - решила несколько приободрить преподавателя.

- Какое будете? - местор подвел меня к ближайшему мороженщику.

- Ванильное в стаканчике, - сказала и поняла, что последний раз ела мороженое на улице, еще когда дедушка с бабушкой были живы и дедушка мог ходить…

- Что-то не так? Невкусно? - забеспокоился завкафедрой, видя, как я странно рассматриваю стаканчик.

- Нет, - я улыбнулась, но как-то невесело. Пришлось пояснить. - Просто вспомнила кое-что. Так получилось в моей жизни, что я многое забыла. И это были очень важные воспоминания, которые заменило мое воображение. А теперь они иногда возвращаются, и сложно сказать, на самом ли деле все так и происходило или это моя очередная выдумка.

- Эмоции. Сверяйтесь с ними, - посоветовал преподаватель.

- Каким образом?

- Когда вы что-то придумываете, то и эмоции получаются слегка наигранными. Неестественными, если так можно сказать. Как правило, они или сильнее, или слабее, в зависимости от того, что мы хотим. Ведь наши мысли и воображение подчиняются нам. Мы хотим быть в каком-то эпизоде храбрее - и притупляем испуг. Хотим, чтобы праздник стал для нас еще ярче - и накручиваем градус веселья и радости. Это как постановка с не очень хорошими актерами. Вроде, стараются, а все равно чувствуется фальшь.

Я прислушалась к себе, откусила мороженое, уже не такое холодное, как казалось в детстве, когда зубы моментально сводило, стоило лишь попробовать вгрызться в сливочную мякоть. Да и не было это лакомство уже таким особенным и долгожданным, которое не позволялось есть каждый день, а только по особым случаям. Но это лишь добавляло вкуса, заставляло смаковать и наслаждаться каждым моментом, а потом слизывать скатывающиеся капли и быстрее доедать, пока окончательно не растаяло. И такое сложно придумать, если точно не знать, как было.

- Честно говоря, я и не знаю, что могу рассказать о себе вне учебы. Тогда получится, что начну рассказывать о работе, - усмехнулся мой спутник, который к этому моменту успел съесть свой стаканчик.

- Вам она нравилась? Ваша работа? - я не привыкла говорить за едой, как и есть на ходу. Приходилось крутить головой, чтобы ни в кого не врезаться и не дать врезаться в себя, а заодно не повредить мороженое.

- Вполне. Занимался исследованиями, вел спокойную и закрытую для посторонних жизнь, мог позволить себе в любой момент сорваться и поехать собирать материал в дремучие леса, - в голосе местора прорезалась ностальгия. - Никаких неприятностей, непредсказуемых и взбалмошных студентов, планерок, отчетов, которые я еще после работы с Пильном возненавидел. Золотое время, - мечтательно улыбнулся преподаватель.

- А зачем тогда согласились, если вам такое не по душе? - стало как-то обидно. Понятно, что студенты не подарок, но уж слишком явно местор отдавал предпочтение своей исследовательской работе.

- Я сначала категорически отказался. Совершенно не видел себя преподавателем. Сейчас признаю, что боялся работать с людьми, а еще встретить Леона Пильна и оказаться недостаточно профессиональным в сравнении с ним.

- Да вы намного лучше! - заверила преподавателя я. - Тут и сравнивать нечего!

- Спасибо, Элиза, рад, что вы так цените мои способности наставника, - с хитрым прищуром поблагодарил завкафедрой, наверное, вспоминая все наши трения, и неловко теперь стало мне. - А согласился за меня в итоге мой отец.

- Каким образом? Разве родители могут принимать решения за взрослых детей? Или это какие-то малоизвестные традиции Миасской империи? - я слышала, что там у женщин прав несколько меньше, и то, находится достаточно тех, кто идет против семьи своим собственным путем.

- Да нет, конечно, - рассмеялся преподаватель. - Дело в том, что мои родители давно мне говорили, что пора остепениться и осесть в одном месте. Начать проводить больше времени с людьми, а не с животными. Поэтому когда мне пришло повторное письмо с просьбой подумать, отец взял и написал: “Согласен, готов приступить к работе”.

- Вы серьезно?! - я даже не знала, радоваться такому стечению обстоятельств или ужасаться поступку родителя. Ужасаться, как ни старалась, не получалось, иначе местор не попал бы к нам. К тому же за меня всю жизнь все решали. Правда, теперь я бы возмутилась подобному самоуправству.

- Абсолютно, - местор сейчас и сам смеялся над историей, хотя догадываюсь, каково ему было от такого “подарочка”. - Только представьте, возвращаюсь из дальней поездки, я последние месяцы изучал болотных виверн, а меня ждет оформленный рабочий контракт, приглашение и длинное письмо с благодарностями, что откликнулся на предложение. И писать: “Нет, подождите, все не так!”, уже как-то глупо. А ведь изучение виверн было в самом разгаре.

- И вы приехали к нам преподавать, - я вспомнила местора в начале семестра, с его постным, бесстрастным лицом, а еще с прохладным отношением к студентам.

- Да, ничего не оставалось, - развел руками мужчина. - Отцу, конечно, высказал все, что думаю о таком поступке. В академии сразу предупредил, что я здесь до конца учебного года, так что пусть продолжают искать человека на постоянную работу. Мда… - вздохнул местор. - Помню, сколько наделал вначале ошибок. Например, сейчас мне стыдно перед вами, Элиза, - удивил меня признанием преподаватель.

- Передо мной? Но из-за чего? - не поняла я.

- Из-за того, что, как и мой отец, пытался все решить за вас. Увидел ваши магические параметры, ваши оценки и рассудил, что вам не место на факультете целительства. Это я сейчас понимаю, что был неправ, - кажется, сегодня у нас настоящий день откровений. И я поймала себя на мысли, что мы стоим, а толпа горожан обтекает нас своим людским потоком. - Вы спросили, нравилась ли мне моя работа? Да. Но у меня не было выбора. Слишком высокий потенциал по целительству и слишком низкие - по всем остальным. У вас же есть возможность выбора, но оказывается, что лучший не всегда равно оптимальный. Жизнь немного сложнее математики.

Я не нашлась с ответом. А потом уцепилась за другую мысль.

- Местор! Вы же сказали, что пришли к нам на полгода! - а это значит, что завкафедрой вот-вот покинет свой пост!

- Не беспокойтесь, я уже продлил контракт, и отцу написал, что втянулся. На деле студенты оказались интереснее виверн, правда, дрессировке поддаются хуже и обучаемость у них ниже. Зато наблюдать весело, - не только я люблю поддевать людей.

Но я облегченно улыбнулась. Это хорошо, что местор остается.

- Между прочим, мы уже пришли, - мой спутник кивнул на неприметную дверцу в цокольном этаже старого здания с выцветшей и сильно облупившейся краской на фасаде.

- А что это? - место выглядело подозрительно, а еще внутри ощущался магический фон, только какой-то неоднородный.

- Увидите, - не спешил раскрывать карты местор. - Не хочу портить сюрприз, уверен, внутри вам понравится.

Ну раз так, то я смело зашагала по ступенькам вниз, а за тяжелой деревянной дверью оказалось настоящее животное царство…

- Вот это да! - я, как маленькая, крутила головой, восторженно разглядывая витрины магазина с животными. Самыми разными: от небольших насекомых, оставляющих за собой светящийся шлейф, до небольшого котенка мантикоры, свернувшегося в клетке на подстилке, забавно подергивающего кожистыми крылышками во сне.

Звуки, запахи, крики, рычание, тявканье - я не успевала рассмотреть одного и тут же наклонялась к другому. Одни зарывались в опилки и боялись, никакие эмпатические щиты не выдерживали такого шквала, другие, напротив, тянулись к новым знакомым, стремясь обнюхать, потрогать, облизать, а то и цапнуть.

- Это просто… невероятно! - я просунула руку между прутьями клетки тануки, и маленький проныра тут же схватил меня цепкими мохнатыми ладошками, обнюхал, убедился, что никого угощения для него нет и, фыркнув, потерял ко мне всякий интерес.

- Я же говорил, что вам стоит кого-нибудь завести, - напомнил местор. - Так что можете присмотреть себе питомца, только в пределах разумного, - предупредил преподаватель, заметив, что я тут же посмотрела в сторону сладко посапывающей мантикоры.

- Даже не знаю, - я оглядывалась, и глаза разбегались от многообразия. Как в относительно небольшой магазинчик умудрились впихнуть столько животных, даже еще и магический растений в горшках? - Мне бы кого-нибудь маленького, пушистого и неприхотливого. Желательно, чтобы он, в случае чего, мог сам себя прокормить, - пошутила я.

- Есть такой! - оживился местор Альдер. - И я его как раз где-то тут видел…

Местор прошелся вдоль клеток и встрепенулся, обнаружив искомое.

- Элиза, смотрите, - подозвал меня завкафедрой, запросто открывая клетку и доставая из нее какой-то меховой комок.

Я с интересом наклонилась над чем-то черным и пушистым, даже руку протянула, чтобы погладить. Но тут из комка появились четыре пары волосатых лапок и мордочка… с двумя парами глаз и жвалами.

Завизжав, я отскочила от местора с пауком в руке и налетела на другого человека, легко поймавшего меня в полете на пол и вернувшего в вертикальное положение.

- Саид, Саид, как тебе не стыдно, - покачал головой пришедший мне на помощь мужчина. Пониже местора и ощутимо старше, но такой же смуглый, темноволосый и темноглазый. Да и певучий выговор с растянутыми гласными выдавал в человеке миасита. - Никогда-то ты с девушками обращаться не умел. Такой эмпат сильный, а только с живностью ладить и можешь. Ты в порядке, красавица?

- Да, спасибо. Просто испугалась немного, - судя по рабочей одежде и фартуку, к нам вышел кто-то из сотрудников магазина.

- Но длинношерстный аранеус идеально подходил под описание, - не согласился с обвинениями местор. - Пушистый, маленький и совершенно неприхотливый. И прокормить себя сможет.

- А еще затянет свое жилое пространство паутиной, - продолжил список незнакомец. - И любит откладывать еду про запас, так что подпортившиеся грызуны и небольшие птицы могут еще хозяина прокормить.

Я в ужасе посмотрела на завкафедрой, но тот так искренне рассмеялся, что волей неволей и я присоединилась к нему, нарисовав в голове картинку с общажной комнатой в паутине. Да уж, представляю, вот Элис обрадуется, когда приедет.

- Элиза, знакомься, это мой старинный друг и владелец этого чудесного магазина - Наиль Викхан. Это Элиза Риар, моя студентка, если что, - выразительно представил меня местор.

- А я-то уж обрадовался! Хотел поздравления твоему отцу писать, что сын не только вырос, но и дорос, - добродушно улыбнулся Наиль. - Тогда выбирай любого, кто приглянется, Элиза. Для таких красавиц я всегда скидку сделаю. И не такой уж я и старинный, - лукаво подмигнул миасит.

- Благодарю, - немного смутилась я.

- На самом деле, у меня есть предложение получше, - преподаватель убрал паука в клетку. - Правда, вместо пушистости будет чешуйчатость, но хуже она от этого не становится.

Местор подвел меня к отделу с аквариумами, в которых плавали маленькие светящиеся рыбешки. Наиль с интересом проследовал за нами.

- Нет, смотрите сюда, - местор показал на аквариум в самом низу, из воды в нем возвышался небольшой островок суши. Я послушно опустилась на корточки и честно, но абсолютно тщетно искала в нем обитателей.

- Он пустой, - не поняла я. Местор с Наилем с улыбками переглянулись.

- Присмотритесь, Элиза.

- И лучше магическим зрением, - посоветовал хозяин. Местор только недовольно цыкнул на своего знакомого. - А зачем девушку мучаешь? - не остался в долгу тот. - Ты ж ее в магазин, а не на экзамен привел!

В магическом зрении аквариум выглядел иначе. Во-первых, светилась сама вода, во-вторых, обитатель в клетке был.

- Водная саламандра, - пораженно выдохнула я.

Они действительно обладали интеллектом, как и их огненные собратья. Были неприхотливы, а еще водяные саламандры совершенно безопасны, тогда как огненное существо держать в общежитии никто не позволит.

- Как вы его видите? - я оглянулась на хозяина, довольно улыбающегося разбирающейся клиентке.

Водяные саламандры растворяются в воде, как и огненные - в огне. Живут возле водоемов и при малейшей опасности ныряют в глубину. А Наиль Викхан не был магом, вряд ли торговец стал бы использовать экранирующие артефакты, чтобы скрыть дар. Как он вообще справляется с животными?

- Я сильный эмпат, как и многие из моего народа, - хозяин кивнул на местора Альдера. - А в остальном, мехи создали кучу вещей, чтобы упросить жизнь простым людям, вроде меня, - Наиль склонил кучерявую голову.

- Ну так что? - с нетерпением спросил завкафедрой. - Хотите такую саламандру?

- Конечно! А сколько она стоит? - спохватилась я. Редкое и интересное животное, наверняка, было недешевым.

- Вам отдам за сто пятьдесят марок, исключительно из-за прекрасных голубых глаз, - обрадовался хозяин. - И двадцать за аквариум со всем его содержимым! Вам несказанно повезло, у меня водных саламандр полгода не было, а эту только вчера завезли.

Я с сожалением оглянулась. От водной саламандры я бы не отказалась, к тому же она вылезла на свою небольшую сушу и начала на глазах проявляться, окрашиваясь в красивый зеленый цвет с голубоватым отливом. Но пока что я могла позволить себе один аквариум без саламандры. Раньше я бы и не задумалась над такими деньгами, а теперь, зная им цену, понимала, что это серьезная сумма. За все лето работы с Леоном Пильном я получу сто марок. А это жуткие отчеты и постоянные уборки.

- Отлично, берем, - просто ответил преподаватель. И на мой растерянный взгляд невозмутимо добавил: - Я оплачу.

- Местор, не стоит, - принялась отнекиваться я. - К тому же, я не знаю, когда смогу вернуть вам деньги…

- Элиза, не позорьте меня перед друзьями, - нахмурился завкафедрой. - Это подарок.

- Соглашайся, красавица, чего тут думать! - всплеснул руками торговец, видя мое замешательство. - Других подарков от этого человека все равно не дождешься. Он последние годы провел в лесах и совершенно одичал! Саид, доставай аквариум и послушай старого друга: в следующий раз начинай с цветов!

- Да ладно вам, - решила я встать на защиту преподавателя. - Местор Альдер может разные подарки делать, - и посмотрела на мужчину, уже державшего аквариум в руке, не все же ему надо мной сегодня подшучивать. - Например, до этого он подарил мне таз и полотенце!

- О, ушедшие боги! Саид, ты бы еще такой прелестнице ведро подарил! - схватился за сердце хозяин магазина. - Подожди, милая, у меня для тебя еще кое-что есть!

И пусть мужчина уже не был молодым и с годами поднабрал пару десятков лишних килограммов, но он ловко пробрался через узкие проходы между клетками в другой конец магазина и вернулся оттуда с большим нераспустившимся цветком в руке. Алый, как кровь, с глянцевыми лепестками, и крупный, как пион, с плотной головкой на толстом стебле.

- Держи, - протянул Наиль. - Пустынному маку далеко до твоей красоты, но пусть он радует и услаждает твой взор.

Я оглянулась на местора, тот недовольно кивнул. Так что с удовольствием приняла цветок, сквозь нераскрывшийся бутон уже пробивался сладкий аромат.

- Спасибо! - от души поблагодарила я.

Местор Альдер за это время уже успел слить большую часть воды из аквариума, оставив совсем на донышке, чтобы растения не погибли, и как раз ловил верткую саламандру. Общими усилиями мы отловили и засунули животное в банку, накрыв ее сверху марлей и замотав бечевкой, чтобы не выбралась.

После завкафедрой же расплатился с хозяином, ровно выслушал его восторги и пожелания всего наилучшего, пожал ему руку и повел меня на выход.

- Местор, спасибо вам! - я разглядывала сидящую в банке саламандру, переливающуюся на свету от голубого до темно-синего. Перевязанный много раз аквариум нес местор Альдер.

- Ерунда, - отмахнулся преподаватель, он и сам то и дело поглядывал на моего питомца. - Саламандра, конечно, не заменит вашу соседку, но, надеюсь, скрасит ваши будни.

- Мою соседку ничего не заменит, - вспомнила рыжую я. Очень мне ее не хватало.

- Ничего, лето быстро промелькнет, оглянуться не успеете.

- Это верно…

Особенно, когда днем работаешь, а вечером учишься.

- Зайдем? Лично я проголодался, - местор указал на одну из кафешек.

- С удовольствием, - за это время я тоже успела нагулять аппетит. - Кстати, мы с вами дважды ужинали, но еще ни разу не обедали.

- Вот и исправим это недоразумение, - подмигнул преподаватель.

Аквариум поставили на стол и оба разглядывали саламандру, ползущую по стенкам банки..

- А чем ее кормить? - я изучала меню, прикидывая, что можно бросить своей подопечной.

- Они травоядные. На суше едят траву и листья, в воде - водоросли. Так что ей главное чистоту поддерживать, они привередливы и придирчивы к качеству воды, живут только в свежей, не цветущей. А в остальном растущих водорослей ей вполне достаточно.

Я бы тоже хотела красиво заказать салат, но желудок требовал большего. Так что шашлык на шпажке с овощами съела с удовольствием и запила морсом, разлитым по бокалам на манер вина.

Близился вечер, и становилось совсем людно, площадь заполнил гуляющий народ, в кафешке стало шумно. Кажется, даже саламандра занервничала.

- Возвращаемся? - местор допивал холодный сок с мякотью и колотым льдом, У кого-то холодильный ларь работал не в пример лучше моего.

- Да, давайте, - я тоже беспокоилась за саламандру, но, по правде, не хотелось заканчивать такой замечательный день.

Не успели мы отойти от кафе, как кто-то особенно торопливый ощутимо толкнул меня в бок. Спасибо реакции местора, иначе я бы точно не устояла, еще и банку могла разбить, ищи потом нашу ящерицу. Небольшой, пусть и устойчивый каблук не был столь надежной опорой, как рука преподавателя, в которую я вцепилась. И отпускать больше не собиралась, второй рукой прижав тару с саламандрой к груди.

- Вы устали? - поинтересовался завкафедрой, которому приходилось куда сложнее лавировать в толпе, спасая аквариум от столкновения с зазевавшимися прохожими. - Может, поймаем экипаж?

- Немного, - чтобы не убирать руку, ответила я. - Но давайте лучше пешком, когда еще так погуляем? - и в экипаже повода держать местора под руку у меня не будет.

- Можно в следующие выходные, - предложил местор. - Только если будете хорошо заниматься и стараться у местора Пильна!

- Я очень постараюсь! - пообещала я, едва не подпрыгнув от радости.

У академии пришлось отпустить местора, идти по территории вот так показалось совсем неприлично. К тому же толпы в академии не наблюдалось. А возле комнаты стало совсем грустно.

- Спасибо большое за замечательный день и за саламандру! - искренне поблагодарила я наставника.

- Да не за что, мне тоже было интересно куда-то выбраться, а то я кроме академии и не вижу ничего, - местор Альдер передал мне аквариум, который я на всякий случай взяла двумя руками.

- Вы, если что, всегда можете ко мне зайти, - предложила я и сама смутилась от собственных слов. - Саламандру проведать или вот холодильный ларь, - я кивнула на подвывающий сундук, который согласно булькнул.

- Холодильный ларь я обязательно как-нибудь навещу. У нас с ним много общих воспоминаний, - с улыбкой пообещал местор. - А пока занимайтесь, завтра в библиотеке повторим все пройденное и пойдем дальше.

- Хорошо. Тогда до завтра!

- Всего доброго, Элиза, - попрощался местор.

Я же закрыла дверь и привалилась к ней с другой стороны.

Ну и день!

Саламандру я устроила на столе, у меня, в отличие от Элис, там место имелось. Натаскала ей новой воды и выпустила в родной дом. А банка пригодилась для пустынного мака, которому тоже нашлось местечко в уголке. Убедилась, что моя новая соседка хорошо себя чувствует, и открыла конспекты своих занятий с завкафедрой.

Работа. Учеба. Экзамены в конце лета. Почему-то теперь меня уже ничего из этого не пугало. Местор Альдер три года полы мыл - и ничего. А мне надо каких-то два месяца продержаться.

Саламандра самостоятельно выбралась по стенке из аквариума и перебралась на стол. Сначала я наблюдала за ней, чтобы не забралась, куда не следует, потом поняла, что живность изучает свои новые владения. Нагулявшись, саламандра ловко забралась по руке на мое плечо и удобно устроилась, свесив длинный хвост. Я легонько погладила маленькую глазастую голову, оказавшуюся пусть чешуйчатой, но все равно шелковистой и совсем не мокрой.

И заниматься вместе было намного интереснее.

51. Операция

Среди моих однообразных дней с работой у местора Пильна и учебой с местором Альдером выделялись занятия с Саймоном. Не могу сказать, что они были яркими пятнами, скорее - темным. Рыжий некромант не претендовал на звание настоящего наставника, поэтому и не особо заморачивался с нашей программой. Он обучал меня всему подряд: работе с неживой материей, основам создания нежити, поддержания в ней жизни, плетению проклятий.

Практиковались мы на мышах и крысах, любезно предоставленных факультетом целительства. Я, конечно, грызунов не боялась, но живые грызуны - это одно, а зомбокрыс - совсем-совсем другое. Сначала животное надлежало умертвить, Саймон свои руки марать не хотел, так что сомнительная честь убийства мышек и крысок доставалась мне. Действовали мы максимально гуманно, но все равно жалко. Затем правильно подготовить, чтобы трупик не разлагался. Качественный зомби, по словам некроманта, мог существовать долгие годы, а то и десятилетия, если за ним хорошо следить и поддерживать. Потом мыша надлежало воскресить, а по-некромантски - поднять и взять под контроль.

С одним существом это было несложно, а вот одновременно контролировать двух и более - уже проблема. Саймон легко управлялся с десятком, и, по его собственному заверению, мог взять под контроль и больше, просто в нашем распоряжении всего имелось пять крыс и пять мышей, смотревших на меня пустым стеклянным взглядом.

- Саймон, пусть они отвернутся в другую сторону, - под прицелом двадцати маленьких глазок я чувствовала себя некомфортно.

Мыши и крысы синхронно развернулись ко мне хвостами. Стало не так, чтобы лучше.

- Вот будет тебе кто досаждать, натравишь на него такого - и все проблемы решены, - посоветовал страж.

- Жалко будет. Мышей, - хотя на факультете целительства им не сильно лучше. Я бы сказала, отмучились, бедолаги.

- Так можно насекомых. Представляешь, заползает сколопендра и прямиком на подушку…

- Фу! Да ну тебя! - я аж передернулась, представив себе картину. - Лично я бы убила за такие шутки.

- Скучные вы, целители, - вздохнул рыжий. - Мы в общаге кого только друг другу не запускали. У нас даже игра была: нужно было поймать засланного зомби, снять с него связующую нить и найти по ней создателя. А потом подослать кого-нибудь к нему. Знаешь, как забавно отправлять комара-диверсанта? И всю ночь какая-нибудь комната в общаге не спит и хлопает в ладоши.

- Кто на что горазд, - покачала я головой. - Кто холодильные лари поджигает, кто комаров-зомби запускает…

Сразу вспомнился тот паук, которого предлагал купить местор. Представляю, сколько бы шороха он навел. Ух, я бы его кому-то запустила! А потом снова получила бы отработку, потому что заметать следы и подчищать за собой магический хвост не умею и, судя по сложности этого процесса, в ближайшие месяцы не научусь.

С домом дело шло медленно. Хотелось бы поскорее привести его в порядок, но времени не было совсем. Так что, пока мыла полы у Пильна, я с сожалением думала, что следующий выходной придется потратить на капитальную уборку. Думала я про уборку усиленно, в красках представляя, как буду сметать паутину и протирать пыль, чтобы лучше абстрагироваться от лужи крови на полу.

Нам буквально полчаса назад принесли попавшего под повозку щенка крупной породы. Местор Пильн мог отказаться от него сразу - даже мне хватило одного взгляда, чтобы понять, что бедняга не жилец. Но целитель честно попытался, больше для того, чтобы облегчить последние минуты собаки и утешить не уберегших питомца хозяев. Я стояла неподалеку, чтобы при необходимости быстро выполнить любое поручение, и восхищалась мужеством наставника. Все же хирургия для людей с крепкими нервами и не менее крепкими желудками, особенно в таких страшных ситуациях.

И теперь нужно привести приемную в порядок, чтобы встретить следующего, ожидающего в коридоре пациента. Этот же остался у нас в стазисе для последующей кремации. В такие моменты, которых, к счастью, встречалось крайне мало, я иначе смотрела на ту же некромантию. Там ты своему “клиенту” уже ничем не навредишь и не станешь испытывать перед ним вину.

После неудачных приемов, как прошедший, местор Пильн становился особенно дотошен. Внимательно следил, чтобы я все идеально отмыла, и сам брался за стерилизацию, скорее для того, чтобы отвлечься и переключиться. Целитель тоже переживал, за столько лет работы не утратив душевные качества. В такие минуты наставник виделся мне почти человеком. Во многие другие он казался требовательным монстром, придирающимся по поводу и без. Но каждый раз я напоминала себе, что местор Альдер терпел его три года, и становилось легче.

- Местор, я закончила, - к полу было не придраться, пусть Пильн и старался, рассматривая его под разными углами.

- Хорошо, Элиза, тогда приглашайте следующих посетителей, - кажется, отличной работой местор тоже был недоволен. Зато я внутренне ликовала над маленькой победой.

- Здравствуйте, местор Пильн, - зашла пожилая пара, неся в руках котенка мантикоры, от силы месяца от роду, а уже большого и тяжелого. - Возможно, вы сможете помочь нашей Дине…

Дина перекочевала на смотровой стол и неуклюже села. Вот только неуклюжесть была не детская, а болезненная - задние лапки у мантикоры оказались недоразвитые, вдвое короче и без ступней.

- У нас десять лет жила ее мама, красавица была, вы не представляете, и такая умница, - начала пожилая женщина чуть срывающимся голосом. - Решили свести ее с самцом, и вот, что вышло. Джули умерла родами, два котенка не выжили, этот последний, оставшийся нам от нашей девочки…

Крылатый котенок, конечно, милый и забавный, но жить с такими ногами, особенно, когда он подрастет и станет неподъемным, ему будет сложно.

- К сожалению, я не один из ушедших, - покачал головой целитель. - И исправить такое уже никому не под силу.

- Местор Пильн, мы хорошо заплатим, - не сдавалась женщина. Ее муж стоял молча и нежно гладил котенка.

- Дело не в деньгах, новые ноги ему не сможет дать ни один целитель, - местор тоже с сожалением взглянул на мантикору. Он еще прошлую неудачу переживал и теперь снова оказался не в состоянии помочь животному.

- Местор, - подала голос я, озаренная внезапной идеей, - а можно вас на минуточку?

Леон Пильн удивленно поднял бровь, но отошел со мной к окну.

- Я тут подумала, а если ампутировать ему лапки и пришить лапы щенка? У него же грудная клетка была повреждена, а лапы целы.

Местору понадобилось секунд десять, чтобы справиться с эмоциями.

- Элиза, то, что вы предлагаете, лежит за гранью целительства, - раздраженно ответил Пильн. - Пришить - полдела, но они должны прижиться, а это, к вашему сведению, разные виды! К тому же предыдущий пациент полчаса как мертв.

- Он в стазисе, поэтому тело не начало разлагаться, - возразила я. - Я могу вернуть тканям подвижность и чувствительность, восстановить повреждения через некромантию. А для срастания и приживаемости мы используем проклятья, ими же подгоним пропорции тел. Среди проклятий есть не только плохие, но и хорошие, что-то вроде молочных бактерий, которые в закваске используются…

- Я знаю теорию проклятий, - перебил меня местор. - Вы одновременно должны будете проводить целительские и некромантские манипуляции, а потом использовать проклятийный раздел темной магии. Думаете, справитесь?

В любой другой ситуации я бы сказала “нет”, но для хозяев мантикоры это был единственный шанс. Они тоже понимали, что обрекать котенка на жалкое существование негуманно, но и расстаться с ним не могли. И, кажется, своих детей у них не было, вот они и нянчились с Диной, как с ребенком.

- Я готова попробовать, - собралась с духом я. - Если вы поможете!

Местор колебался еще минуту.

- Ну давайте попробуем.

Суть дела Пильн изложил хозяевам быстро и четко, обрисовав все риски и последствия. Рассказывал целитель в красках, будто нарочно стращая пожилых людей. Что там говорить, даже я начала сомневаться, не зря ли вылезла со своим предложением. Закралась малодушная мысль, вдруг хозяева откажутся, и мне не придется ничего делать?

- Поскольку метод экспериментальный, деньги за операцию мы не возьмем, но и за последствия не отвечаем, - предупредил местор. - И учтите, послеоперационный период будет сложный, а восстановление - тяжелым.

- Мы согласны, - переглянувшись, решились хозяева.

Я сглотнула, понимая, что назад дороги нет.

Операционный стол был готов, инструменты тоже. Нам придется заменить все четыре лапы, а не только две задние, чтобы восстановить пропорции. Я все губы искусала, пока местор готовил пациента. Саймон многому меня научил в работе с неживой тканью, завкафедрой гонял с анатомией. У местора Пильна я тоже уже чего только не насмотрелась. И сейчас мне предстояло прирастить четыре чужие лапы, оживить ткани, восстановить кровообращение, при этом убрав видовые различия, соединив два организма. У меня не то что руки тряслись, меня всю трясло, когда я сращивала золотистую мантикору с первой пришитой местором серой лапкой. Делали по одной, чтобы лучше справляться с кровотечением, сосуды подгоняли на месте, сужая более широкие у мантикоры и расширяя собачьи. Кровь необходимо постоянно медикаментозно разжижать первые пару недель, пока части тела не адаптируются друг к другу. Но это уже следующий этап.

Пильн то и дело обращал мое внимание на основные моменты, сам выполняя хирургическую часть операции. Особенно сложно дело обстояло с мышцами, хрящами, сухожилиями, суставами - всем, что обеспечивает подвижность конечностям. Тут уже без местора я бы не определила, куда лучше направить рост тканей.

Когда дошло до наложения проклятий, я вконец разнервничалась. Волнение, оказывается, выматывает похлеще любых манипуляций и занятий на полигоне.

- Соберитесь, Элиза, - строго и без капли жалости приказал местор. - Нам важно все сделать быстро, иначе лапы не приживутся и мы только зря угробим животное.

Я сильно-сильно зажмурилась, отгоняя посторонние мысли и сомнения, вырисовывая в голове векторы распределения темной магии. Лучше всего совместить силу с естественными процессами организма, подвести все под один ритм, например, ток крови и биение сердца. Два удара - ичужеродные секунду назад части схватываются, воспринимаясь организмом, как свои родные, два удара - передышка. Следующие два удара - другая лапа, и очередное воссоединение. И так четыре цикла. Проклятие слияния сверху на каждую.

Местор кольнул подушечку лапки - кровь пошла, но ранка мгновенно затянулась. Кровоснабжение работало, как и регенерация.

Через десять минут, когда мантикора вышла из наркоза, мы смогли проверить чувствительность лапок хотя бы на уровне рефлексов, об остальном пока говорить трудно и преждевременно.

Следующие полчаса местор передавал полусонного от наркоза котенка хозяевам и записывал все рекомендации, которых набралась целая страница. Местор Пильн объяснял все профессионально и четко. Операция по приживлению новых лап прошла успешно. Возможно, они будут слабоваты для крупной мантикоры, но животное адаптируется. К тому же организм сам подстроится, сделав тело чуть меньше, а лапы чуть мощнее, чем они были бы у собаки. Подведет под один знаменатель и немного все уравняет.

Теперь хозяевам необходимо первые десять дней приходить с питомцем на осмотр, показывать, как происходит срастание, обновлять поддерживающие заклинания после серьезной операции и подпитывать проклятье, чтобы оно не тянуло силы у не восстановившегося котенка. Потом явка каждые пять дней весь следующий месяц и контрольная - через полгода, посмотреть, как растет и развивается пациент, чтобы при необходимости немного скорректировать его пропорции.

Хозяева едва не плакали от счастья, что у питомца появился шанс. Оно были готовы к нам весь следующий год каждый день ходить, если потребуется. Местор Пильн только и успевал отмахиваться от благодарностей и возвращать пожилых людей в нужное русло. От них требовалось тщательно выполнять все целительские предписания.

Я же сидела в подсобке совершенно без сил, уронив голову на руки. Это было трудно и страшно, меня до сих потрясывало, мандраж не отпускал.

- Ну что, Элиза, поздравляю, вы справились, - зашел довольный местор. Я только едва кивнула. - Будете кофе?

- Да, сейчас сделаю, - я слабо пошевелилась, ища в себе скрытые резервы или пресловутое второе дыхание. Не находила.

- Сидите уже, я сварю, - ошарашил меня наставник и взял в руки турку. Я изумленно проводила его взглядом.

- Вы меня удивили, - продолжил от плиты целитель, - признаюсь, не ожидал от вас такой решительности.

- Боюсь, это был исключительный случай, - не спешила принимать похвалу я, хотя получить ее было очень приятно.

- Не бойтесь, - местор медленно помешивал кофе. - Знаете, нам авантюризм присущ ничуть не меньше, чем боевикам или некромантам. Возможно, даже больше. Они чаще всего рискуют только своей жизнью, а мы берем в руки чужую. И для таких поступков требуется недюжинная смелость.

Запах кофе наполнил подсобку, возвращая меня в реальность, которая распадалась на глазах. Леон Пильн не скупится на похвалы. Это точно не сон?

- Держите, осторожно, горячее, - предупредил местор.

Правда, о кое-чем другом предупредить забыл.

Я сделала глоток и подняла округлившиеся глаза на наставника.

- Это не просто кофе, - осторожно заметила я.

- Там пара ложек коньяка, - с улыбкой пояснил местор. - Вам сейчас не помешает.

- Спасибо, - я осторожно отпила горячий напиток, оказавшийся крепче обычного.

- Пожалуйста, - улыбнулся целитель. - И лучше скажите мне вот что. Вы же занимаетесь сегодня с Саидом Альдером, так? - я кивнула. - Тогда вечером пойдем на ваши занятия вместе. Думаю, мне есть о чем побеседовать с вашим куратором и основным наставником.

52. Выбор

Мы сидели в библиотеке втроем, больше в огромном зале никого не было. Время от времени заходили смотрители со стопками книг в руках, продолжающие наводить порядок после учебного года. На нас они внимания не обращали, стремясь разобраться со своими делами.

Я сидела молча и чувствовала себя рядом с двумя месторами странно. Еще удивительнее было слышать рассказ про сегодняшнюю операцию, во время которой я, пусть и при помощи Леона Пильна, создала химеру…

- Мне кажется, глупо растрачивать такой потенциал в темной магии, - закончил речь Пильн. - Но если Элиза не хочет уходить в некромантию или проклятья, она вполне может совместить знания и способности в целительстве с темным искусством.

- Но создатели химер традиционно темные маги, - завкафедрой смотрел на меня, задумчиво подперев рукой подбородок.

- В этом и проблема, - согласился Пильн. - Они, конечно, для своих зомби тоже проходят анатомию и курс целительства и хирургии. Но примерно так же, как у нас на факультете в общих чертах изучается темная магия. Местор Альдер, - такое обращение к бывшему ученику звучало несколько насмешливо. - Вы же сами не раз видели химер. На большинство из них без слез не взглянешь. Они преподносятся как совершенные и неповторимые животные, а на деле жалкие несбалансированные существа со множеством отклонений.

- Я понимаю, к чему вы ведете, - довольным и счастливым местор не выглядел. Скорее наоборот. Мои успехи его не радовали, понять бы почему. - Но для создателя химер первоочередными навыками все равно будут разделы темной магии. А из целительства нужны знания анатомии, основы лечения. И хирургия, конечно.

Теперь понятно…

- Да, Элизе придется начать заниматься индивидуально на темном факультете. Ее друг не сможет ее полноценно подготовить, тогда как у темных есть целое направление - мастера химер, наравне с мастерами иллюзий. Да и вы, будем честны, отличный исследователь и специалист в общей практике. Но не хирург, - Пильн выразительно посмотрел на местора Альдера.

- С обучением на темном факультете возникнут проблемы, - поморщился завкафедрой. Да, похоже, и он сам с некоторых пор имеет некоторые сложности со своим соотечественником и деканом темных по совместительству.

- Я в курсе ситуации. Но отправлять Элизу переводом учиться к темным не имеет смысла. По сути, года на освоение темного искусства ей будет достаточно. Сколько уйдет на целительство - покажет время, но упор следует сделать на анатомию и хирургию, а не на лечение и алхимию. Создание химер во многом - это постоянная практика и набивание руки.

- И что вы предлагаете? Без перевода темные тем более откажутся заниматься с Элизой, - не оставлял скепсиса местор Альдер. - К тому же не каждый хирург согласится ее обучать, понимая, что в дальнейшем переданные знания будут использоваться не по прямому назначению.

Я перевела взгляд на Леона Пильна, который выглядел совершенно спокойным и даже довольным. Он перекинул ногу на ногу и сложил руки на груди, кажется, уже все для себя решив.

- Хирургии могу обучать я, в этом у меня имеется достаточный опыт. И с темными договорюсь, уверен, они не откажут мне в небольшой услуге.

Лично у меня голова шла кругом от этого разговора, а завкафедрой напрягся еще сильнее.

- Небольшой услуге для вашей ученицы, так? - поднял бровь куратор.

- Именно, - подтвердил Пильн. - Мне интересно было бы поработать с подобным магом и вырастить из него настоящего специалиста в такой спорной области. А еще это отличная возможность утереть нос Шаграну: целительница может создавать химер лучше его учеников, - злорадно улыбнулся местор, видимо, тоже недолюбливавший темного декана.

- Я не собираюсь ни с кем сводить счеты, тем более через учеников, - холодно отрезал завкафедрой.

- Как знаете, - пожал плечами целитель. - Обычно люди с сильным темным потенциалом не идут на наш факультет, но именно мы могли бы сделать из них настоящих специалистов, - заметил местор. - Соответственно, я жду полного контроля над обучением Элизы, индивидуальной программы и на целительском факультете тоже. И себя как основного наставника, конечно. Если вы, местор Альдер, готовы отпустить свою ученицу, - поддел бывшего ученика Пильн.

- Никто не станет никого удерживать силой. Это обучение, а рабство в Авардоне отменили еще до драконьей чумы, - напомнил местор Альдер. - Выбор за Элизой.

Мужчины посмотрели на меня, видимо, наконец, вспомнив о моем присутствии. До этого диалог велся, будто здесь никого, кроме них, нет.

- Не торопитесь, Элиза, подумайте, - поднял руку Леон Пильн. - Я жду ваш ответ завтра утром.

И, пожав руку местору Альдеру и улыбнувшись на прощание мне, Пильн покинул библиотеку, оставив нас с завкафедрой в одиночестве.

Молчание повисло какое-то неловкое. Получается, что местор Альдер столько для меня сделал, а теперь я должна его бросить и уйти к другому. “Миаситы не любят упускать своего”, - прозвучали в голове как-то раз сказанные слова...

- Итак, Элиза, что думаете по поводу предложения Леона Пильна? - буднично спросил куратор. Но ответа он ждал внимательно и несколько напряженно.

- Простите, местор, - я потупилась, не решаясь посмотреть преподавателю в глаза. - Но не думаю, что разумно отказываться от такого предложения. К тому же мне самой интересно попробовать.

И лично я бы не отказалась утереть нос Али Шаграну! Но этого местору лучше не озвучивать.

- Это очень правильное решение. И никто лучше Пильна вас подготовить не сможет. Он не подарок, конечно, но профессионал своего дела и великолепный наставник, - по лицу местора скользнуло сразу несколько эмоций.

Трудно сказать, было ли среди них облегчение или разочарование. Эмпатические щиты мужчина, кажется, усилил до предела. Я быстро прекратила попытки пробраться, чтобы не раскрыть свой нездоровый интерес.

- Вы не обижаетесь? - признаться, мне бы очень хотелось, чтобы завкафедрой как-то отреагировал на мой уход.

- Да ну, бросьте, - отмахнулся местор. - К тому же вы не перестаете быть моей ученицей. Просто теперь будете подчиняться другому человеку, который и станет определять ваши направления в учебе.

Вот этот момент меня настораживал. С другой стороны, что я теряю? С моими оценками и способностями это наилучший вариант и реальный шанс, за который надо хвататься.

- Интересно, мытье полов он с меня снимет? - вот было бы здорово!

- На это я бы на вашем месте не надеялся, - засмеялся завкафедрой. - Зная Пильна, полы вам драить все обучение. Без этого никак.

- Первоочередной навык для целителя, - улыбнулась я. - А с вами мы заниматься продолжим? - терять наши вечерние занятия мне бы не хотелось.

- Разумеется. Леон Пильн не станет объяснять вам азы, а самостоятельно нагнать программу вам будет сложно. Да и экзамен в конце лета никто не отменял, - после этого местор будто невзначай придвинул ко мне учебник, напоминая, что мы в библиотеке не просто так собираемся.

И это успокоило и приободрило лучше всяких слов, так что я спешно полезла за конспектом и грифелем.

А еще теперь я точно уверена, из-за чего так не хотела переводиться на темный факультет. Вернее, из-за кого.

- Ну и денек, - сказала я вылезшей из воды саламандре, когда вернулась в комнату. - Ты не представляешь, что сегодня было.

Ящерица как-то сразу признала меня хозяйкой. Пока я работала и занималась, она ждала в аквариуме, но стоило мне вернуться - тут же вылезала встречать. Нужно только руку ей подставить, и та быстренько карабкалась на плечо. А еще кормить не только одними водорослями, но и обычной земной зеленью, лучше цветами. Выяснила я это быстро, буквально на следующий день нашего соседства, когда вернулась с занятий и увидела обгрызанный пустынный мак. Судя по всему, его лепестки саламандре очень понравились. Как и банка, в которой показалось интереснее, чем в надоевшем аквариуме. Так я и не увидела полностью распустившийся цветок.

- Держи, надеюсь, пионы тоже вкусные, - я положила перед ящеркой сорванный с клумбы белый цветок.

Завкафедрой не преминул возмутиться такому хулиганству. Пришлось напомнить ему, что саламандру нужно кормить, и ест она не абы что, привередничает. Обычную траву вон что-то не очень оценила.

- Вы просто ее балуете, - недовольно прокомментировал местор. - В дикой природе они едят все.

- Моя достойна лучшего, - уверенно заявила я, неся в комнату пион. Ничего, от академии не убудет, а саламандра порадуется.

Поев, маленькая проныра устроилась у меня на плече, лениво помахивая хвостом. Я же честно штудировала учебники, прикидывая, сколько всего мне предстоит учить в будущем.

Утром Леон Пильн ждал меня в кабинете, попивая свой неизменный черный кофе.

- Итак, Элиза, что вы решили? - с улыбкой спросил целитель.

И могу поклясться, что он ни секунды не сомневался, что я приму его предложение.

- Я хочу быть вашей ученицей и обучаться на мастера химер, - глядя в глаза, я ответила наставнику. С этого момента моему основному и главному наставнику.

- Отлично, - кивнул Пильн, - я подготовил для вас программу обучения, - на стол легли исписанные листы. - В том числе и того, что требуется изучить вместе с Саидом Альдером. А вот это, - другая стопка, чуть поменьше. - Для вашего друга-некроманта, - вот Саймон-то обрадуется, что за него кто-то написал учебную программу. - Мне нужно, чтобы к началу учебного года у вас имелись базовые знания, и на темном факультете не начинали подготовку с нуля.

Прости, Элис, похоже, твои задания я не сделаю. Тут бы все остальное успеть.

- Пейте кофе, печенье в верхнем ящике, и выходим, - с удивлением я заметила в наставнике нетерпение и азарт.

- А как же пол перед приемом помыть? - неужели завкафедрой ошибся, и эту повинность с меня сняли?

- Мытье полов будет позже, - убил во мне надежду Пильн. - А сейчас мы идем в морг. Тренироваться.

- Пожалуй, кофе с печеньем я тоже потом попью, - сглотнула я. Никогда не любила морги.

Занятия с Пильном, настоящие занятия - а все предыдущее оказалось легкой разминкой - были форменной пыткой. Если до этого местор не воспринимал меня всерьез, то теперь взялся конкретно. Я до потери сознания отрабатывала все упражнения, и пока в ушах не начало звенеть от надвигающегося магического истощения, Пильн от меня не отстал. Из морга мы вернулись только в конце дня. И да, мытье полов никто не отменял, как и прием местором пациентов, после которых надо убирать и стерилизовать.

Вечером меня ждал Саймон. Получив перечень того, что мне с его помощью предстоит изучить, рыжий присвистнул.

- Прости, Элиза, ты ведь знаешь, что я хорошо к тебе отношусь. А вот наставник тебя, похоже, ненавидит, - некромант, не переставая удивляться, перебирал листы. - Да тут есть моменты, которым мне самому сначала придется научиться, чтобы научить им тебя, - и это при том, что Саймона было сложно чем-либо удивить.

- Пильн сказал, что это “базовые знания”, - вздохнула я.

Страж так выразительно на меня посмотрел, что комментарии о его мнении на этот счет были излишни.

- Скажи, что ты опять натворила? За что Леон Пильн так на тебя взъелся?

- Теперь он мой основной наставник, - обрадовала друга я. - И будет готовить из меня создателя химер.

- Вот это новость… - Саймон еще раз пробежался взглядом по бумагам. - Да, логика во всем этом есть. Целитель не сможет соединять два вида без некромантии и проклятий. Ну что ж, будущий мастер химер, пойдем за новой порцией мышей и крыс. Заодно расскажешь, как ты докатилась до такой жизни.

Я кисло улыбнулась и начала рассказ.

И вот время понеслось со скоростью дракона в полете. Весь день я проводила с местором Пильном, который не знал ни пощады, ни жалости. Я подтягивала хирургию, с которой раньше не дружила совсем и никогда не думала, что придется подружиться. Теперь я часами отрабатывала все надрезы, изучала, как и что сшивается. Плюс все сопутствующие перевязки, заживления, поддерживающие заклинания, наркоз (сейчас бы я не растерялась, попадись мне животное с открытым переломом) и многое-многое другое. Вечерами меня гонял местор Альдер, понимавший, сколько всего мне нужно догнать по целительству, и Саймон, решивший, что, как друг, он обязан мне помочь в достижении цели.

Порой я ненавидела их всех. Местора Альдера за то, что он нравился мне все больше. Но преподаватель упорно держал дистанцию, изредка забываясь, но сразу же беря себя в руки. Местор был традиционно требователен, пусть иногда я ловила его пристальные взгляды и отголоски эмоций, но так и не могла понять, кажется мне или все-таки нет. Ничего лишнего завкафедрой себе, к моему огромному разочарованию, не позволял. Саймона за то, что не проявлял ни капли сострадания, видя, как мне тяжело и плохо. Леона Пильна вообще за все. Но больше всего себя, за то, что бестолочь, немощь и бездарность. Просто приходила, падала на кровать и лежала, тупо пялясь в потолок. В такие минуты хотелось послать все и сказать, что я не могу, у меня не получается, я не справлюсь. И пусть головой я понимала, что мои эмоции абсолютно иррациональны и вызваны больше накопившейся усталостью и нервами, но поделать ничего не могла. Оживляла меня только саламандра, выбиравшаяся из аквариума и заползающая ко мне на грудь.

- Привет, Цветочек, - имя придумалось и прижилось как-то само. Потому что каждый вечер у нас начинался с красивого и вкусного угощения. Эту традицию я не нарушала, даже если возвращалась смертельно уставшая. Саламандру, в отличие от остальных, я нежно любила.

По-прежнему ненавидя всех, я садилась за книги и конспекты. Поскорей бы началась учеба, на парах будет намного легче.

Во всей этой истории по-настоящему радовало только одно: моя первая и пока последняя созданная химера.

Спустя каких-то две недели после операции Дина пришла к нам сама, на своих новых лапах. И это было невероятно!

Лапы прижились, ускоренная регенерация магических существ сыграла нам на руку. Собственно, именно поэтому за основу всегда бралось магическое животное, которое потом и преобразовывалось мастером. И теперь я знала, как, например, изменить шерсть на перья. Сначала животное должно облысеть - тут, конечно, только проклятье. Потом “подсаживались” перья и опять же с помощью проклятья разрастались по телу. В теории это звучало отлично. До практики я пока не дошла, но уже предчувствовала уйму проблем. Шерсть и перья по-разному влияют на терморегуляцию, следовательно, нормальная температура тела животного поменяется, или надо думать, каким образом поддерживать ее у оперившегося на должном уровне.

К моему удивлению, пособия по созданию химер, которыми снабдил меня местор Пильн, не давали ответы на эти вопросы, они даже не затрагивались. Как видоизмененное животное будет жить дальше? Темные маги просто создавали химер и отпускали их в жизнь. А там уж приспособятся они сами, или хозяева найдут им хорошего целителя, способного подобрать питание и убрать недоделки. И теперь я поняла, почему Леон Пильн так мечтал о квалифицированных специалистах в данной области, понимающих, что, как и для чего они делают. И почему он так загорелся вырастить его из меня. Ведь местор Пильн и был тем целителем, который исправлял недоработки создателей химер. А теперь и я вместе с ним.

Поскольку местор имел право выбирать, кого брать на лечение, а кого нет, то попросил записывать к нему преимущественно химер. Теперь в день к нам приносили по несколько измененных особей. Моей задачей было найти все слабые места и предложить варианты их исправления. Дальше мы старались исправить все, что накрутили в бедном животном темные маги. То есть исправлял пока, по большей части, Пильн. Я же стояла рядом и наблюдала за быстрыми и ловкими руками целителя. Но чем дальше, тем чаще местор привлекал меня к работе.

- Смотрите, Дина станет вашим экзаменационным проектом, - сказал наставник, когда спустя месяц мы убедились, что наш эксперимент удался. - Я поговорил с ректором и попросил предупредить комиссию, что вы не готовитесь на целителя и лечение в таком объеме вам не нужно.

- А если начнут настаивать, что тогда? - я волновалась, конечно, но лето все равно подходило к концу, а мои занятия слабо соответствовали программе обучения целителя. Изменить уже ничего нельзя, как и выучить.

- Тогда я скажу всем умникам, чтобы не лезли не в свое дело, - просто и честно  ответил Пильн.

- Местор, вот скажите, почему вы не работаете со студентами как преподаватель? И почему не возглавляете целительский факультет? Местор Альдер говорил, что вам предлагали, - влияние моего наставника было сложно переоценить. Мой учебный план на темном факультете был уже не просто составлен, а даже утвержден. Лично деканом факультета Али Шаграном, к слову.

- Потому что терпеть не могу студентов, - поморщился Пильн. - Был бы деканом - разогнал бы большую часть.

- Понятно, - повезло студентам, что Леон Пильн не декан.

Сегодня вечером у нас по плану стояло занятие с Саймоном, но рыжего почему-то нигде не было. Может, по работе вызвали?

Я вернулась в общежитие, привычно вставила ключ в замок и не смогла провернуть - дверь оказалась открыта.

А дальше все произошло так стремительно, что я бы при всем желании не смогла изменить неизбежное.

Створка отворилась, и на меня буквально налетел рыжий вихрь. Да какой там вихрь - настоящий ураган!

- Элиза! Привет! - бесстыжая сидела на мне сверху, загорелая, отдохнувшая, с сильнее обычного усыпанным веснушками довольным лицом.

- Элис! - больше я радовалась только родителям на последней встрече. - А почему ты не предупредила, что вернешься раньше?

- Так ты же мне не писала и задания, я так понимаю, не делала, - попеняла подруга.

- Мне было немного не до этого, - хотя найти время черкануть несколько строк могла бы, просто как-то не подумала…

- Ладно, на первый раз прощаю. К тому же мне писал Саймон и держал в курсе твоей истории, - некромант выглянул из-за двери и помахал рукой. - Кстати, с саламандрой мы познакомились, просто прелесть! Как ты ее назвала?

- Цветочек, - сказала и сама поняла, как глупо звучит.

- Нда… с фантазией у тебя негусто, - признала рыжая нахалка. Никогда не промолчит! - Твой Цветочек очень любит яблоки и груши. Так что мы с ней уже подружились.

- Я тоже люблю груши с яблоками. Давай ты и со мной подружишься?

Элис привезла огромное количество урожая и могла подружиться с половиной общаги. С нашим этажом так точно. Мама не могла отпустить единственную дочурку голодать в академии. Так что Саймону пришлось опять тащить на себе на этот раз не книги, а фрукты и овощи. Хорошо иметь сильного парня.

- Ну что, значит, ты у нас будешь мастером химер, - хрустя яблоком, подвела итог моему короткому рассказу подруга. - Да еще со своим домом, - на этом подруга перевела взгляд на свои стопки книг, кажется, прикидывая открывшиеся перспективы.

- Да, только сначала надо экзамен сдать, купировав хвост по целительству, а потом еще и аттестацию пройти, - прожевав, ответила я. - Яблоки очень вкусные, передай маме спасибо. И дома хотя бы убраться нормально. Я только паутину успела смести.

- Передам, - заверила Элис. - Обязательно передам. А уборка вообще не проблема, - отмахнулась соседка. - Значит, экзамены и аттестация… Сай, у вас же с Элизой сегодня занятие? Так вот, я вас больше не отвлекаю, пока вещи распакую. А вечером мы с Элизой прогоним анатомию и хирургию, в теории, конечно. Будем тебя ждать с Цветочком с огромным нетерпением.

Я застонала и стянула еще одно яблоко. Я и забыла, каково это, жить в одной комнате с заучкой-отличницей. Страж уже ждал у двери с самым решительным видом.

- Элис, - уходя, обернулась к подруге я. - Как же я по тебе скучала!

Рыжая отсалютовала мне яблоком и беззастенчиво взяла мои конспекты, изучать, что мы прошли за лето. Цветочек бегала вокруг, клянча еще чего-нибудь вкусного.

Кажется, все возвращается в привычное русло.

53. Проект

- На сегодня все, - скомандовал Пильн, когда моя рука со скальпелем в третий раз дрогнула над трупом. - Был бы пациент живым и настоящим, вы бы уже отправили его к праотцам.

- Я могу еще попробовать, - неуверенно предложила я, хотя честно испытала облегчение, что занятие заканчивается, практически едва начавшись.

- Не стоит, - наставник снял с себя фартук и резким движением повесил его на крючок. - Терпение мое не бесконечно, а свободных мест в морге еще много. Соблазн слишком велик.

Других слов не потребовалось. Я быстро заклинанием простерилизовала инструменты, разложила их по карманам специального чехла и принялась убирать “рабочее место”. Леон Пильн не терпел и малейшего намека на беспорядок.

На самом деле обычно у меня получается лучше. Конечно, хирургом я за месяц с небольшим не стала, но руку немного набила и простейшие манипуляции делать могла. Вот только завтра экзамен, и с самого утра все идет не так. В комнате закончилось тем, что я опрокинула заготовленную для аквариума воду, едва не намочив при этом книги подруги. Думаю, пострадай наша “библиотека”, Элис бы меня в моем же аквариуме и утопила. Луже искренне обрадовалась только Цветочек, тут же метнувшаяся к новому водоему. И чтобы вымыть пол, пришлось сначала выманивать водную саламандру на яблоко. Так что мне еще повезло, и рыжая всего лишь выставила меня из нашей общей комнаты, сказав, что мне не мешает позаниматься и отвлечься. Дескать, ей хирургия всегда помогает переключиться.

Мне не помогало ничего. Так что даже Леон Пильн, никогда не делающий скидки ни на какие обстоятельства, решил, что толку от наших сегодняшних занятий все равно нет.

Студенты вернулись, и на территории академии снова стало многолюдно. Забавно было наблюдать за первокурсниками, они только заселились и познакомились, и пока ходили большими группами, восторгаясь всем увиденным. Одна такая группа сейчас стояла у проходной, обсуждая, кто желает принять участие в ежегодном соревновании по вскрытию магического периметра после комендантского часа. Я только улыбнулась. Самые отчаянные пытались вплоть до третьего курса, на четвертом дураков, то есть желающих, уже не нашлось.

Возле целительского учебного корпуса внезапно нарисовались знакомые лица из тех, кого я совершенно не хотела видеть. Старые и недобрые подруги меня тоже заметили, дружно, как по команде, повернув головы.

Я решила не связываться и не беспокоить дурно пахнущие субстанции, к тому мне же было все равно, куда идти, так что свернула на широкую дорогу, ведущую в библиотеку. Она, как основной источник знаний, возвышалась почти в центре и являлась сердцем академии.

Сейчас там оказалась толпа людей, бросившихся получать учебники поновее и отбирать дополнительную литературу. Так что в библиотеке я, опять же, не задержалась.

Джаред Рил тоже был занят, в последнее время мы виделись с ним крайне редко. И на цербера у меня времени вечно не хватало.

- Привет, - поздоровалась я с тремя головами, радостно залаявшими при виде меня. - Давайте палочку покидаю.

От палочки цербер никогда не отказывался. А недавно я поняла, что если бросить две или три палки, то головы захотят бежать в разные стороны и запутаются в общих лапах. И в итоге я могла перехватить все игрушки, пока цербер разбирался, кто там у него главный.

Жаль, что уставал старичок быстро. Хватало его забегов на десять, а дальше он, тяжело дыша, возвращался и ложился отдыхать у моих ног. Мощный хвост разметал на земле опавшие листья. Конец лета чувствовался даже в зоосаде с искусственным климатом.

Я как-то и не заметила, как прошло время, прогулялась по разным вольерам и вернулась к отдохнувшему огненному псу.

Цербер поднял головы и навострил три пары ушей. А потом зарычал и бросился вперед, натянув цепь до предела.

- Так и знал, что найду вас здесь, - из-за кустов вышел завкафедрой. - Вы опоздали на занятие.

- Быть не может! - я вскочила, спешно отряхивая платье и поправляя прическу. Хотя после игр с цербером поправлять было особо и нечего - против огненного пса никакая прическа не устоит и не выстоит.

- Еще как может. Причем мне сказали, что видели вас в библиотеке пару часов назад, а потом вы куда-то ушли, - да, за лето все библиотекари выучили меня в лицо и всегда здоровались при встрече.

Местор Альдер подошел к нам, погладил признавшего его пса по каждой голове и вопросительно посмотрел на меня.

- Простите, местор, - вздохнула я, оставив жалкие попытки привести себя в порядок. - День у меня сегодня такой… Даже Пильн не стал со мной заниматься…

- Не совсем понимаю, вы сожалеете, что не занимались с наставником? Или предлагаете и мне последовать его примеру и отпустить вас на сегодня?

- Нет-нет! Я готова заниматься! - может, хотя бы с местором отвлекусь немного от тягостных мыслей.

- Волнуетесь? - понял куратор.

- Да. Не знаю, как все пройдет. Не представляю, что повторять. И как завтра отреагируют на мой проект - тоже боюсь.

Саид Альдер слишком хорошо меня знал, чтобы притворяться или отрицать очевидное. И я ужасно, до дрожи и паники, боялась не сдать. Потому что теперь теряла не просто место в академии: у меня, в конце концов, дом есть, без крыши над головой не останусь. Я теряла только-только обретенное призвание. Чем больше я вникала в создание химер, тем сильнее убеждалась, что просто должна этим заняться. Хотя бы для того, чтобы помогать больным животным, вроде Дины, другого шанса у которых нет: целители таким не помогут. Им или всю жизнь маяться вместе с хозяевами, или идти на “отбраковку”.

- Раз уж Леон Пильн от вас сегодня отказался, то мне и пытаться не стоит, - пошутил завкафедрой. Я же надулась. Всегда стараюсь на занятиях, один раз не пошло - и сразу начались подколки. - К тому же у меня есть предложение получше.

- И какое? - из-за напряженного графика моей учебы выбраться мы с местором больше никуда не смогли. К тому же пару недель назад у него началась активная подготовка к новому учебному году, и время он на меня выкраивал с трудом.

- Пойдемте познакомлю вас поближе с фениксом. Я же обещал, - улыбнулся преподаватель.

- А он где-то здесь? - прилетал ведь пару раз во время учебного года.

- Нет, я его редко выпускаю. Он такой гулена, его потом по всей академии искать приходится. Так что обычно в комнате сидит.

- В клетке? - ужаснулась я, представив себе бедного запертого феникса.

- За кого вы меня принимаете? Конечно, свободно летает по комнате. Собственно, готов это продемонстрировать, - завкафедрой насмешливо посмотрел на меня, ожидая ответ.

А разве я могла отказаться от встречи с фениксом?

- А ничего, что мы к вам идем? - уже по пути в преподавательское общежитие спросила у куратора.

- Вас это смущает? - удивился преподаватель.

- Меня - нет, - к тому же не первый раз иду, чего уж там.

Местор усмехнулся, но комментировать не стал. Он, как и всегда, выглядел просто отлично. Отросшие за лето волосы перехватывал сначала в небольшой простой пучок на затылке, а из него уже выходил короткий чуть вьющийся хвост. И у лица больше никаких прядей не осталось. Меня же поваляли на земле и от души облизали. Не сомневаюсь, что запах псины, к которому я принюхалась, окружающие чувствовали без проблем. Закон подлости какой-то: в важные моменты мне никак не удается выглядеть прилично.

В общежитии мы поднялись на второй этаж, и завкафедрой открыл дверь ключом. Стоило замку сработать, как внутри что-то зашумело, а уж открытая дверь послужила фениксу явным сигналом броситься навстречу хозяину. Местор среагировал мгновенно, убрав меня за спину, и здоровая птица с радостным курлыканьем врезалась в него.

- Все-все, малыш, я тоже рад тебя видеть, - мужчина взял бьющего крыльями феникса в охапку и занес в комнату. - Поздоровайся с Элизой.

"Малыша" пересадили мне на плечо, и я охнула под его весом.

- На руке его тяжело держать даже мне, к тому же ему самому неудобно и неустойчиво, и приходится выпускать когти. Да, Ноби? - завкафедрой почесал птицу за ухом, и довольный феникс издал низкие гортанные звуки.

- Присаживайтесь, - преподаватель указал на небольшую софу. - Будете чай или кофе?

- Чай, - боюсь, спать сегодня буду плохо и без вечернего кофе. А когда пьешь или ешь говорить совсем не обязательно. И руки чем-то, кроме феникса, занять хотелось.

Феникса я пересадила на колени. Он напоминал большого кота, только пернатого. Но внимания ему явно не хватало, так что он с удовольствием гладился и чесался, сам подставляя голову или бока.

Местор не соврал, большая клетка стояла у окна. Скорее всего, на момент моего проникновения феникса уже накрыли покрывалом в тон шторам. А усыпляющий газ действует на животных ничуть не хуже, чем на людей.

- Прошу, - на небольшой журнальный столик лег поднос с чашками и нехитрым угощением. Феникс сразу заинтересовался. - Да не тебя, - легонько щелкнул по наглому клюву местор.

И сел рядом на софу, поскольку единственный стул стоял возле стола, а кресел в комнате не было. И, вроде, не так уж близко мы сидели, но сама ситуация и атмосфера. И комната, и нахлынувшие воспоминания. И рука преподавателя, лежащая на спинке софы недалеко от моего плеча…

Я схватила кружку, чтобы хоть немного отвлечься. В отличие от некоторых, я возводить нерушимые эмпатические стены не умею.

- Спасибо, - я перевела взгляд на обстановку, зацепившись глазами за стол.

- Переставил, - насмешливо подтвердил местор, заметив мой интерес. И пояснил: - Чтобы дверь была лучше видна.

- Извините, - я погладила феникса, перебравшегося на колени хозяину. - Я тогда себя так ужасно повела… Просто как представила, что будет, если вы меня отчислите, и это показалось единственным выходом…

- Ладно, Элиза, я же уже говорил, что сам во многом повел себя неправильно. Так что считайте, что мы в расчете, - завкафедрой тоже почесывал своего питомца. Наши пальцы соприкоснулись, и я поспешно отдернула руку.

Ушедшие, откуда такая нервозность? Мы же просто пьем чай, у местора, судя по его спокойствию и хладнокровию, нет никаких посторонних мыслей. Да даже если бы и были…

- А как у вас появился этот феникс? - я ухватилась за нейтральную тему для разговора.

- Мы с ним в одной из поездок встретились пару лет назад, - мужчина провел смуглой ладонью от макушки до кончика хвоста птицы, Ноби блаженно зажмурился. - Он же смесок, а это, считайте, что дворняжка. Хозяева таких не любят: сил и ухода маленький феникс требует много, нужно заложить множество навыков, развивать магию, обучить основным заклинаниям. Плюс фениксы крайне редко дают потомство, и породистый птенец стоит очень дорого. По цене фениксы почти как пегасы или грифоны. А тут родилось трое беспородных птенцов. И если двое были практически копией родителей: один крупный, почти образцовый вильгельмин, а другой, как фазейская мама: маленький и яркий. А этот что-то среднее и непонятное. Заводчик решил, что сил и времени такой птенец не стоит, дорого его не продашь, вложенные в него средства он не окупит. А я как раз пришел осмотреть и привить птенцов и узнал, что оставлять третьего заводчик не планирует. И предложил забрать его в счет оплаты за свои услуги.

- Понятно, почему он к вам так привязан, - я тоже осторожно погладила Ноби. - Вы, получается, его совсем птенцом взяли? - если бы феникс мог,  он бы урчал от удовольствия. А еще, к моей радости, забавно переваливаясь, вернулся на колени ко мне.

- Да, он еще не оперившийся был, весь в новорожденном пухе. Помню, как потом линял, - тепло улыбнулся местор, чтобы удобнее чесать питомца, придвинувшись ближе ко мне. И пусть пространство между нами еще оставалось, это было уже на грани. - Так что маяться с ним пришлось мне, но я не жалею. Ноби вырос очень сообразительным и неприхотливым. При том, у  меня никогда не хватало на него времени, и занимались мы поскольку-постольку.

- Зато на меня вы потратили уйму времени и сил, со мною вы, наверняка, намаялись больше, - пошутила я.

- Ну вы-то точно стоили всех времени и сил, - серьезно ответил местор, глядя мне в глаза.

И наши пальцы снова соприкоснулись, слишком надолго, чтобы принять жест за случайный. Или… Ушедшие! Я так больше не могу!

- Простите, местор, - я вскочила, спугнув феникса, - мне пора. Надо пораньше вернуться, чтобы успеть немного подготовиться к завтрашнему экзамену, - что я несу? Какая подготовка, если тот, с кем мы должны готовиться, сидит здесь рядом? - И Элис просила не задерживаться, - приплела подругу я. - Так что спасибо за чай. Ноби, я пошла, - потрепала по голове ничего не понимающего феникса я.

Завкафедрой, судя по удивленному взгляду, понимал не сильно больше.

- Давайте я я вас провожу, - предложил местор.

- Нет, я дойду! Чего тут идти-то? - я улыбнулась, а сама с ужасом представила, если эта пытка затянется еще минут на десять до студенческого общежития.

За дверь я буквально выскочила, накидывая на плечо сумку, и едва сдерживалась, чтобы не побежать вниз по лестнице.

До общежития я дошла вдвое быстрее, за пять минут, и влетела в комнату, перепугав Цветочек и Элис.

- Что случилось? За тобой кто-то гонится? - встревоженно спросила подруга.

- Нет, - простонала я, падая на кровать и утыкаясь лицом в подушку.

- Тогда в чем дело? - рыжая опустилась рядом, саламандра пробежала по моей спине и остановилась на подушке, тоже недоумевая, что случилось с хозяйкой.

- Элис, я такая дура! - мне хотелось побиться головой, но подушка была мягкая, а до стены тянуться неудобно. - Как ты со мной общаешься?

- Временами это сложно, - признала Элис и легко увернулась от тычка. - Вот прямо как сейчас. А вообще привыкла уже к тебе. Расскажешь, что произошло? Тебя ведь не отчислили? - всерьез заволновалась рыжая. - Местор Пильн от тебя отказался?

- Откажется он, как же, - буркнула я. - Не буду ничего говорить, ладно? - позориться еще и перед подругой не хотелось.

- Ну, раз не отчислили, тогда держи, - мне на голову опустилось что-то тяжелое и твердое.

- Это что? - я приподнялась и самостоятельно прочла надпись на учебнике: - Классификация видов и их основные особенности.

Я вопросительно взглянула на Элис.

- Сиди и повторяй, - строго велела она. - Нечего отлынивать, а то энергии у тебя, смотрю, через край. Я слишком плохо с людьми схожусь, чтобы к новой соседке привыкать. Лучше такая бестолочь, зато уже знакомая и родная. Чтобы к ночи все основные классификации от зубов отскакивали!

Саламандра спряталась за меня, мне же прятаться было не за кого. И пусть информация усваивалась плохо, но помогала немного переключиться.

Классификация осталась позади, как и давно минувшая полночь. Элис спала, саламандра растворилась в аквариуме, чуть светящемся в магическом зрении, а я все думала: случилось бы что-нибудь, если бы я не убежала?

Утром меня трясло. Не помогало ничего, я даже спросила у Элис, нет ли у нее ничего успокоительного, но подруга сказала, что у них у всех побочный эффект: сонливость, заторможенность, а я сейчас и без того неадекватная.

- Не бойся, я буду тебя ждать, - пообещала рыжая, идя вместе со мной к аудитории, в которой должен проходить экзамен. - У тебя все получится, - продолжала подбадривать Элис. - Ты все выучила, и вообще, с тобой сам Леон Пильн.

Собственно, наставник уже ждал в аудитории. Сидел, откинувшись в кресле и закинув ногу на ногу. А еще был по обыкновению невозмутим, гладко выбрит и с иголочки одет. На мое появление он почти не отреагировал.

Рядом с ним сидела прямая как палка и такая же худая местресс Илис. Сегодня на ней был официальный брючный костюм, скорее подошедший бы мужчине, а гладко зачесанные волосы довершали очень строгий образ. Местресс приветливо улыбнулась мне и кивнула.

Пара преподавателей с нашей кафедры сидели рядом с парочкой темных магов. Местор Альдер предупреждал, что на экзамене собираются присутствовать создатели химер. И, судя по цепким и откровенно неприязненным взглядам, они были настроены серьезно. Конкуренты со стороны целителей им совсем ни к чему.

Последними следом за мной зашли завкафедрой и наш декан, вечно занятой, но, вроде, понимающий и достаточно нелояльный к нелегкой студенческой жизни человек. Именно его стараниями мне и разрешили эту пересдачу.

- Все в сборе? Тогда начнем, - скомандовал местор Дорван, даже не дождавшись ответа на вопрос. Времени он терять не собирался. - Элиза Риар, сегодня наш и без того необычный экзамен проходит в нетипичном формате по просьбе вашего многоуважаемого наставника, - и, судя по тем взглядам, которыми они обменялись с Пильном, уважением в их отношениях и не пахло, - мы рассмотрим вашу проектную работу и возможность совмещать учебу на двух факультетах.

Химеру привели ее хозяева, передали мне поводок и тихонечко сели на задние ряды. Я же судорожно вспоминала заготовленную речь, но быстро поняла, что в голове гуляет ветер и придется импровизировать. Начала с описания проблемы, подтолкнувшей нас на операцию.

За прошедшее время Дина успела вырасти едва ли не вдвое. Лапы, пусть и отличались по цвету, выглядели абсолютно естественно. Швов почти не заметно, окрас шерсти плавно переходил из золотистого в серый, тоже ассимилируя с основным телом. За полтора месяца сами лапы стали вдвое мощнее и заметно вытянулись, чтобы соответствовать размерам животного. И пусть они все равно маловаты и коротковаты для мантикоры, в глаза это не бросается. Самое главное - подвижность полностью сохранена, и конечности приспособились под вес и размер новой хозяйки.

Все это я рассказывала сначала сбивчиво, затем, заметив интерес комиссии, увлеклась. Сама Дина активно мне ассистировала, подавая лапу и выполняя другие простенькие команды, доказывающие, что с физической точки зрения ограничений у нее нет.

- А в магическом зрении лапы выделяются, - придирчиво заметил один из темных. - Циркуляции магии в них почти нет.

- В качестве донора мы взяли немагическое животное, - согласилась я. - Конечно, это играет роль.

- Магический потенциал мантикоры снижен, причем значительно, - перебил меня второй.

- Месторы, прошу задавать вопросы по очереди, - скривился Пильн, которому и темные не особо нравились.

- Да, циркуляция магии нарушена, - согласилась я, не видя смысла отрицать очевидное. - И магический потенциал мантикоры снизился. Мантикоры не владеют заклинаниями, полет им доступен больше в виде левитации или совсем небольших перелетов для преодоления препятствий. Скорее всего, с этим возникнут трудности. Но больше всего изменение циркуляции магии скажется на продолжительности жизни и уровне регенерации повреждений. И физической силы.

- В таком случае нельзя сказать, что вы создали оптимальное животное. Мантикоры чаще всего используюся в качестве охранных животных. Какой смысл в ухудшении изначальных качеств?- темный крутил в руке грифель и смотрел на меня и мою “работу” с нескрываемым чувством собственного превосходства.

А ведь сами создают далеко не оптимальных существ!

- Отвечая на ваш вопрос, я бы хотела заметить, что мы не ставили целью улучшить животное, а хотели лишь дать ему возможность нормально жить и двигаться. Так что это больше целительское воздействие, а не создание полноценной охранной химеры или химеры-компаньона, - позволить уесть себя темным магам я не собиралась. - Также мы не подбирали материал для пересадки, а использовали, что было. Но проблема решилась бы довольно просто, если бы у нас имелась возможность подготовить лапы заранее. Создать временные магические каналы, наполнить их магией и подвязать к накопителям. Затем каналы естественным путем сольются с магией мантикоры, таким образом, циркуляция не нарушится. К сожалению, в тот момент у нас не было времени на подобные манипуляции. К тому же это наш первый пациент, в дальнейшем мы планируем совершенствовать методику, в том числе, используя уже имеющийся в данной области опыт мастеров химер.

И все-таки я не зря готовилась и придумывала речь. Леон Пильн к ней долго придирался, отказываясь помогать писать, но нещадно критикуя мои варианты, разнося их в пух и прах один за другим. Теперь много разных фраз и пригодились.

- Каким образом вы планируете совмещать целительство и темную магию? - последовал новый вопрос.

- Я хочу работать с изначально несовершенным особями, которых обычно отбраковывают. Такими, как Дина, - я погладила сидящую возле меня химеру. Девочка нервничала в присутствии стольких незнакомых людей, да еще и магов, но держалась молодцом. Эмпатически я ее подбадривала, что поддерживало больше меня саму - был в аудитории кто-то, кто боялся сильнее меня. - Есть очень малочисленные популяции магических животных, рождение потомства у которых - настоящее событие. Разбрасываться детенышами, имеющими какие-то отклонения, нерационально. Не все можно вылечить, но что-то можно было бы исправить или заменить, используя проклятья или некромантию.

Фух… Я почесала Дину и перевела дух.

- Так, все понятно, - декан взглянул на мои персональные учебные планы по целительству и темному искусству. - Я правильно понимаю, что это все уже подписано и одобрено? - обратился к темным и к завкафедрой местор.

- Абсолютно, - подтвердил куратор.

- Тогда пожелаем Элизе Риар удачи в ее начинании. И посмотрим, что из него получится, - декан встал, показывая, что экзамен окончен.

И все? Я же столько готовилась!

- Местор Альдер, прошу согласовать расписание студентки с факультетом темных искусств и с ее наставником.

- Хорошо, местор, я в ближайшее время представлю вам его на утверждение, - с готовностью согласился завкафедрой.

- В таком случае, считаем экзамен зачтенным. К тому же если сам местор Пильн взялся за обучение, - ах, вот в чем дело. А я как раз спрашивала, почему он не преподает. Видимо, не одна я интересовалась данным вопросом, кое-кто тоже желал бы видеть его в числе преподавателей.

Комиссия с разной степенью удовлетворенности произошедшим поставила свои подписи в ведомости и потянулась на выход.

- Жду вас завтра, как обычно, - сказал мне прощание наставник и ушел. От него большего ждать и не следовало.

- Элиза, поздравляю вас, - а вот местресс Илис была куда радостнее, а главное - абсолютно искренна. - Уверена, у вас все получится, я с нетерпением буду ждать ваших новых работ, - женщина посмотрела на мантикору, но гладить благоразумно не стала.

- Поздравляю, - местор Альдер дождался, пока остальные выйдут. И мы снова вдвоем. - Не зря вы так много занимались, - прозвучало, как намек на мое вчерашнее бегство.

- Местор, я даже не знаю, как вас благодарить…

- Не благодарите, - улыбнулся завкафедрой. - Вы проделали отличную работу и заслуженно продолжаете обучение.

- Спасибо, - слово “заслуженно” выделялось и звучало особенно приятно.

- И кстати, вижу, вас уже ждут, - куратор кивнул на приоткрытую дверь, в щелку которой подглядывало несколько пар глаз.

Оказывается, половина нашей группы успела собраться у аудитории и ждала, когда я выйду.

- Ну как? Сдала? - послышалось со всех сторон, стоило мне перешагнуть за порог.

- Да! - я повисла у Элис на шее, подруга едва не придушила меня в ответ. Остальные тоже подбежали с поздравлениями.

- Ну ты даешь. Риар! - восхитился Янг. - Тебя все с племянником короля сводили, а ты самого Пильна подцепила!

- Эй, это не одно и то же! - возмутилась я.

- Да, это намного круче!

Народ радостно засмеялся. Мы два месяца не виделись, у всех имелось, что рассказать.

Так что от аудитории мы как-то плавно перетекли в ближайший к академии трактир. Пожалуй, это были мои самые веселые студенческие посиделки за все время учебы. А еще отличное завершение лета и всей нервотрепки с экзаменами. В итоге засиделись до позднего вечера.

Обратно мы дружно забегали, подгоняя друг друга, а некоторых таща за руку - целители не боевики, физической подготовкой не отличаются. Периметр уже мерцал, до комендантского часа оставались считанные минуты.

- Фух! Говорил же, что нормально успеем, - выдохнул Янг, из-за болтовни которого мы и забыли про время.

- Нормально? - Алекс, который галантно пропускал девушек вперед, едва не остался за воротами и не попал на первую в новом учебном году отработку.

- У меня все было под контролем, - заверил парень, чем вызвал только чуть нервные смешки остальных, еще не отдышавшихся после забега.

До общежития добрались без проблем, но тоже бегом, чтобы успеть до закрытия дверей.

- Всем спокойной ночи!

- До завтра!

Шумная компания расходилась, и мы с Элис, помахав остальным рукой, зашли в комнату.

- Это что? - рыжая замерла в дверях. Я попыталась посмотреть через ее плечо, но темнота мешала. Свет же показал печальную картину.

В комнате царил погром.

- Это ж какая сволочь…

Элис схватилась за голову, ее книги были разбросаны и местами порвались, вещи вытащены из шкафов и перевернуты. Да, на уборку мы теперь потратим кучу времени.

- Дверь же была заперта, - я прошла вслед за подругой, с замиранием сердца рассматривая разбросанные вещи. - Цветочек!

К счастью, саламандра была жива и невредима, а вот аквариум безвозвратно разбит. Банку я в этом бардаке тоже сходу не нашла, поэтому, за неимением чего-то другого, набрала воду прямо в подаренный завкафедрой таз.

Я проверила все наши укромные места и, вопреки моим опасениям, деньги лежали нетронутые. Мои оставшиеся немногочисленные украшения - тоже. Рыжая беззастенчиво сыпала не самыми приличными выражениями, осматривая причиненный вещам ущерб и я ее понимала. Было ужасно неприятно. И главное - из-за чего?

- Не понимаю, - подруга худо-бедно навела порядок хотя бы для того, чтобы лечь спать. - Ничего не взяли, только комнату вверх дном перевернули. И как это понимать? Завтра же обо всем расскажем Саймону! Прямо с утра! И жалобу напишем! Я этого так не оставлю!

Я тоже “прибралась”, если можно так сказать о разобранной и пригодной для сна кровати. На большее меня все равно не хватило. После стольких потраченных нервов, веселой гулянки и предыдущей ночи, за которую мне не удалось толком выспаться, глаза закрывались и сил на эмоции не осталось. Элис возмущалась еще долго, я же поудобнее устроилась под одеялом, решив отложить все на завтра. Только какая-то мысль крутилась на краю сознания, как рыбка, никак не дающаяся в руки и не позволяющая окончательно провалиться в сон. Что-то важное и почему-то тревожное.

Нет, все на утро! Я решительно зажмурилась, отгоняя все постороннее. Хватит на сегодня волнений.

Вот только утром все пошло совсем не так, как планировала Элис. Мы еще встать с постелей не успели, как раздался требовательный стук в дверь.

За дверью обнаружилась не соседи по этажу и даже не комендантша. Судя по форме - маг из охраны академии. Я мгновенно проснулась от его сурового вида.

- Элиза Риар, вас вызывают к ректору. Срочно.

54. Обвинение

Я одевалась в спешке, маг-страж ждал за дверью. Насколько я помню устав, при серьезных нарушениях он мог и не миндальничать, а настоять на присутствии в комнате. Значит, все не настолько плохо. Во всяком случае, я пыталась себя в этом убедить, но нехорошее предчувствие расползалось внутри, превращаясь из трещины в пропасть.

- Я сейчас постараюсь связаться с Саймоном, - Элис тоже натянула на себя форму и перехватила волосы лентой. - Мы попробуем во всем разобраться. Уверена, все происходящее - какое-то недоразумение.

Что бы рыжая ни говорила, она сама нервничала, зная про мой талант влипать в неприятности. Я перебирала все в голове, но никак не могла сообразить, что же такого произошло. Гуляли мы вчера всей группой, ну почти всей, кроме ее привилегированной части. А вернувшись, обнаружили в комнате погром…

Ладно, чего гадать. Сейчас все узнаю.

В компании молчаливого стража мы дошли до административного корпуса и прошли в ректорат. Пожалуй, меня уже можно вносить в список постоянных посетителей. А хищное дерево заметно выросло с моего последнего визита. Видимо, неплохо его тут подкармливают. Надеюсь, не проштрафившимися студентами.

В кабинете главы академии собрались все: местор Дорван - наш декан, и это сразу не к добру, местор Альдер, Леон Пильн, местресс Илис и, конечно, ректор, местор Гирвар. И это несмотря на ранний час.

Стоило войти, как взгляды присутствующих скрестились на мне с совершенно разными выражениями, анализировать которые времени не было. Неужели что-то не так с моим вчерашним экзаменом? Темных не удовлетворила моя работа?

- Доброе утро, Элиза, - устало поздоровался местор Гирвар. Видимо, преподавательский состав сидит здесь уже давно. - Присаживайтесь.

Свободных стульев в кабинете стояло достаточно, но я выбрала ближайший к завкафедрой, привыкнув получать от него поддержку. И собравшиеся месторы вновь  как-то странно посмотрели на меня. Я же с надеждой взглянула на куратора, но он и не подумал как-то меня подбодрить или хотя бы улыбнуться. Да что же происходит?

- Элиза, - со вздохом начал ректор. - Хочу начать с хорошего и поздравить вас с успешной сдачей экзамена. Мне рассказали, что вы вчера отлично справились.

- Благодарю, - не спешила радоваться я. Точно с моим экзаменом что-то не так!

- Но сегодня у нас возникла очень непростая ситуация… - местор Гирвар побарабанил по столу пальцами. - Наша академия славится не только уровнем подготовки, но и своими традициями, на нарушение которых мы не можем закрывать глаза. Особенно, если дело касается такого деликатного вопроса. И свободные нравы у нас никогда не приветствовались. Ладно, когда речь идет только о студентах…

- Местор Гирвар, вы о чем? - какие, к ушедшим, свободные нравы? Да я образец добродетели! Уж в том вопросе, к которому клонит ректор - так точно!

- Элиза, не стоит отпираться, нам все известно, - покачал головой глава академии, чем поразил меня еще сильнее. - К тому же местор Альдер все подтвердил.

Я перевела взгляд на куратора. Что он там мог подтвердить?!

- Элиза, вас никто ни в чем не обвиняет, - вмешалась местресс Илис, не добавляя, впрочем, ясности ситуации. - Мы все знаем, как нелегко вам дались последние полгода, вы молодая и неопытная девушка, поэтому ваше поведение понятно.

- Объясните, пожалуйста, что происходит, и в чем меня обвиняют или не обвиняют? - не выдержала я.

- Вас не обвиняют, - снова взял слово ректор. - Но все же оставить ситуацию без внимания мы не можем.

- Какую? - по-прежнему не понимала я.

- Элиза, нам все известно, - и местор Гирвар медленно, словно нехотя, открыл верхний ящик стола и достал…

- Ушедшие… - выдохнула я и закрыла лицо. Ну как, как я могла про это забыть?!

Сфера, будь она проклята, все это время лежала у меня среди одежды. И почему я не разбила ее давным-давно?

- Послушайте, это не то, что вы подумали, - начала я, судорожно соображая, как выпутываться с наименьшими потерями. Плевать на репутацию, сейчас бы в академии остаться.

- Элиза, не стоит оправдываться, как уже сказала местресс Илис, вас никто ни в чем не обвиняет, - ректор поспешил убрать сферу в стол. - К тому же местор Альдер подтвердил, что все случившееся произошло… хм… по его вине и инициативе.

- Чего?! - я пораженно уставилась на завкафедрой. Что он им без меня наговорил?!

- К сожалению, нам будет жаль расстаться с успевшим хорошо себя зарекомендовать специалистом, но дальнейшее его пребывание в академии невозможно. Если пойдут слухи о соблазнении преподавателем студентки, это может пагубно отразиться на репутации всей академии.

- То есть, вы увольняете местора Альдера из-за этого? - не поверила я.

- Вот и я говорю, - скривился до этого молча скучающий Леон Пильн. - Саид не старик, а Элиза красивая девушка. Они много времени проводили вместе. Да и вообще, это нормальные потребности здорового организма и естественные инстинкты, заложенные в человека природой.

- Местор Пильн, ваше мнение мы уже слышали. К сожалению, оно противоречит уставу академии и преподавательской этике, - видимо, ректор уже не первый раз это выслушивает и не первый раз отвечает. - Есть рамки, выходить за которые мы не можем. Иначе это сводит на нет все наставничество.

-  А может, следует посмотреть на наставничество шире? - не смолчал Пильн.

- Леон! Хватит устраивать балаган, - повысил голос местор Гирвар.

- Я думаю, мы уже все обсудили, - завкафедрой был убийственно спокоен, будто это не его собираются увольнять. - И вообще, не вижу необходимости обсуждать все с Элизой Риар. Я приму любое решение руководства академии.

Вот как, значит, сначала он меня “соблазнил”, а теперь не видит необходимости?

- Подождите, все было не так, - я набрала в грудь побольше воздуха. - Местор Альдер меня не соблазнял.

К сожалению.

- Элиза! - о, а вот и эмоции на смуглом лице проявились.

- На самом деле, это я пришла…

- Местор Гирвар, вы все от меня услышали, - не дал мне закончить речь завкафедрой, - зачем вам мучить девушку и заставлять ее говорить о таком? - местор резко встал и загородил меня от честного собрания.

- А я бы послушал, - не остался в стороне Пильн.

- На самом деле, я тоже считаю, что у Элизы есть право высказаться, - поддержала меня местресс. Я с благодарностью посмотрела на женщину: хоть кто-то считает меня здесь человеком, а не несмышленой студенткой, соблазненной коварным преподавателем. Хотя преподаватель, конечно, коварен, ничего не скажешь.

- Элиза, просто подтвердите мои слова, - наклонившись, шепнул местор Альдер.

Я посмотрела ему в глаза и покачала головой. Конечно, я хочу остаться учиться в академии, но не такой же ценой.

- Элиза, вы можете высказаться, вас за этим и пригласили, - подтвердил ректор. - Но не обязаны. Если добавить вам по сути нечего, то покрывать легкомысленное поведение вашего куратора не стоит.

- Мой куратор не легкомысленный! - теперь уже встала я. Естественно, мне было чего добавить. - И его вины в произошедшем нет!

- Элиза…

- И если вы заметили, то сферу активировала я, местор вообще спал, - глубоким наведенным сном...

- Прекратите…

- Нет, я благодарна местору Альдеру за все, что он для меня сделал, за его поддержку и понимание, - не обращала я внимание на попытки меня остановить. - И... у нас все серьезно! Так что если уволите местора, я тоже уйду!

Боги, что я несу? Надо как-то выкручиваться или сказать уже правду.

- Начинается, - закатил глаза Пильн. - Давайте только без драмы. И уходом никого пугать не стоит, а то мы можем и не испугаться.

- Леон, если ничего нового вы сказать не можете, то мы вас не задерживаем, - начал терять терпение ректор.

- Нет, теперь я точно не уйду, тут началось самое интересное, - коварно усмехнулся наставник. - Саид, Элиза говорит, у вас все серьезно. А это несколько меняет дело, не так ли?

- Если серьезно, то объявляйте о своих серьезных отношениях официально и не морочьте никому голову, - местор Гирвар уже и сам был не рад, что затеял это разбирательство. - Элизу Риар на днях видели выходящей из вашей комнаты, местор Альдер, и время было уже далеко не учебное. Поэтому стоит объявить о ваших отношениях во избежание кривотолков. Правда, тогда вы не сможете жить в общежитии, уставом академии запрещены такого рода отношения. Это все-таки серьезное учебное заведение.

- Мне тоже кажется это наилучшим решением, - вмешался наш декан, местор Дорван. - Местор Альдер, я знаю вас не первый год, вы порядочный и серьезный человек, просто возьмите ответственность за произошедшее. И уходить не надо, наш факультет очень в вас нуждается. И Элизу будет жаль терять, мы так и не узнаем, чем закончится ее обучение и сможем ли мы конкурировать с темными.

Да уж, знали бы они все, насколько местор Альдер взял на себя ответственность. И сейчас он, выходит, должен был еще глубже увязнуть в той яме, в которую я его загнала.

К такому повороту я сама была не готова.

- Вообще-то мы хотели дождаться моего выпуска, - осторожно подбирая слова, начала идти на попятную я.

Но местор Альдер не дал мне закончить, так выразительно посмотрев, что все слова застряли в горле. Может, лучше все-таки в шантаже признаться?

- Хорошо, мы так и поступим, - не стал спорить завкафедрой. - Сегодня же начнем поиск нового жилья.

- Ну вот, а то сразу уволить, уйти, - потер руки Пильн. - Совсем другое дело.

- Я тоже считаю, что молодым людям нужно давать шанс, - согласился наш декан.

- К тому же  таким перспективным молодым людям, которые уже сейчас показывают хорошие результаты, - согласилась местресс Илис.

- Ладно, - местор Гирвар, кажется, тоже успокоился. Ему здесь лишние скандалы не нужны. - И сферу забирайте. Только сделайте так, чтобы она больше не терялась, - ректор, стараясь лишний раз не смотреть на меховское устройство, передал его местору Альдеру.

Мне так хотелось спросить, как она вообще у них оказалась. Но под взглядом куратора я не решилась, предпочтя отложить этот вопрос, как не самый насущный.

- Спасибо, месторы, - завкафедрой кивнул присутствующим, - местресс, - местресс Илис улыбнулась в ответ. - Если это все, мы с Элизой пойдем.

И чтобы я не наделала других глупостей и не успела больше ничего сказать, абсолютно легально и практически с благословения нашего руководства, крепко взял меня за руку и вывел из кабинета. Правда, на улице тут же отпустил.

Мы шли рядом молча. Я готова была сквозь землю провалиться, просто не представляла, что теперь говорить и как себя вести с местором. Банальное “простите, извините, я так больше не буду” прозвучало бы откровенно жалко и глупо.

- Ладно, Элиза, думаю, уже ничего не поделаешь, - вздохнул и невесело улыбнулся куратор.

Я убито кивнула. Ну надо же было так подставить человека, который столько для тебя сделал…

- Я сниму вам квартиру, - продолжил мысль завкафедрой.

- Не надо, у меня дом есть, - выдавила я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал и не срывался. Сама заварила кашу, теперь еще расплакаться не хватало.

- Еще лучше, надеюсь, для Ноби у вас место найдется? - спросил преподаватель.

- Да, дом большой, - только неубранный и не обжитый, но это меньшая из проблем.

- Отлично, - завкафедрой был неестественно бодр и дружелюбен, что заставляло меня чувствовать себя еще хуже. - Я перевезу часть своих вещей, и, если для меня тоже место найдется, буду иногда приезжать. Если вы против - сниму для себя квартиру, чтобы не жить все время в академии. Легенду теперь придется поддерживать вплоть до вашего выпуска.

- Найдется, конечно, и я не против, - еще бы я против была.

- Не беспокойтесь, ничего лишнего я себе позволять не буду, - улыбнулся местор. Я же как-то не радовалась от подобных обещаний. - И здесь мы продолжим вести себя, как преподаватель и студентка, это нормально. Обращайтесь ко мне, как и прежде, хотя в неофициальной обстановке в кафетерии можно и просто по имени. Завтракаем, обедаем и ужинаем мы, естественно, вместе.

- Да, конечно, - почему-то от одной мысли, что можно будет назвать местора Саид, дух захватывало. Но моя эйфория длилась недолго. - А что потом?

- Потом? Бросите меня, - так обыденно ответил завкафедрой, будто это вообще единственно возможный вариант развития отношения, то есть их окончания.

На языке вертелось: “А если я не захочу вас бросать?”

Но это слишком эгоистично. Попытаться привязать к себе человека…

Вот только местор не бросил меня даже в такой ситуации. Но предложить ему поменяться ролями я не могла. Если я закончу учебу и уйду, то ему здесь еще работать. Пусть уж лучше разрыв наших “отношений” идет с моей стороны, чтобы его не в чем было обвинить.

- Элиза, я хотел у вас спросить не это. Как вообще сфера попала к ректору? - как хорошо, что хотя бы один из нас мыслит в нужном направлении, а не занимается самокопанием и самобичеванием.

- Кто-то вчера залез к нам в комнату, мы поздно вернулись после трактира, где отмечали встречу и мой экзамен, - призналась я. - Совсем немного отмечали, просто устали за день! - а то завкафедрой подумает, что я еще и выпиваю без меры! - И я сразу не догадалась посмотреть. Забыла про сферу, из головы вылетело...

- Ладно, теперь уже ничего не поделаешь. Но, думаю, стоит найти того, кто к вам залез, и убедиться, что больше ничего не пропало, - местор был настроен серьезно. Еще бы, ведь это коснулось, прежде всего, его.

- Да, Элис хотела связаться с Саймоном.

- Саймона Бертрана уже пора назначать официальным представителем тайной стражи в академии, - пошутил завкафедрой. - Пусть он посмотрит и обязательно расскажет о своих выводах ректору. Я пока пойду кое-какие вещи соберу, чтобы в ваш дом показательно перевезти. Вы тоже собирайтесь. Местор Гирвар, конечно, человек неплохой, но испытывать его терпение не стоит.

- Хорошо.

Соглашаться и не мешать - лучшее, что я сейчас могу сделать. Потому что все остальное я уже сделала, вернее - наворотила.

55. Переезд

Комнату Элис уже, как смогла, прибрала. Таз стоял на подоконнике, но Цветочек была слишком любопытна, чтобы сидеть за непрозрачными стенками. Так что она гуляла рядом и с интересом наблюдала за пыхтением рыжей, раскладывающей книги в одном ей понятном порядке.

- Наконец! - всплеснула руками подруга. - Я уже вся извелась! Из-за чего тебя вызывали?

Я села на краешек кровати и отвернулась. Как о таком рассказать, просто не представляла.

- Ты меня пугаешь, - подсела ко мне Элис. - Все плохо? Тебя исключают?

- Да, то есть не совсем… Не исключают меня. Не знаю, как сказать...

- Как есть, - велела рыжая. - Выкладывай, чего еще ты успела натворить?

Саламандра тоже прибежала и устроилась у меня на плече, чтобы лучше слышать, наверное.

Так что, набравшись храбрости, я выдала подруге то, что не решилась озвучить в ректорате. Как, собственно, начались наши отношения с метором Альдером, и во что они сегодня вылились.

- Так что я пойму, если ты не захочешь со мною больше общаться, - закончила рассказ я. - К тому же все равно скоро съезжаю, и тебе не придется меня постоянно видеть.

- Глупостей не говори, - пихнула меня локтем рыжая. - Но учти, поклонниц у завкафедрой много, и пока он был как бы общий и ничейный, это всех устраивало. А теперь готовься к подножкам и мелким и не очень пакостям.

- Крупнее, чем эта, все равно не получится, - я обвела взглядом комнату.

- Это да, Саймон сменит нам замок на усиленный и защищенный от взломов. Сказал, что вскрывали меховской универсальной отмычкой, против которой выстоит только меховский же замок. Магией не пользовались, нашли несколько капель воска, видимо, свечкой себе подсвечивали, и были в перчатках, - вздохнула рыжая, которой очень хотелось поквитаться за свои испорченные книги и настроение.

- И значит, никаких зацепок? - я тоже расстроилась. Подать заявление о проникновении в комнату можно, но толку, если даже тайный страж ничего не нашел?

- Нет. Саймон сказал, что мы бестолочи. Надо было сразу его звать и ничего не трогать, даже в комнату не входить, тогда бы он мог поймать какие-то отголоски магии. А так мы же сами все и усложнили, - и это злило подругу еще сильнее.

Вчера был комендантский час, сложный и нервный день, активный и шумный вечер. Но это не отменяет того, что мы бестолочи, некромант прав.

Наш тайный страж вернулся через полчаса, выслушал мой рассказ, усмехнулся на том моменте, когда я проникала к местору Альдеру в комнату. А уж когда я дошла до постели и сохранения изображения в проект-сфере, совершенно неприлично ржал.

- А сфера у тебя? - отсмеявшись, поинтересовался друг.

- Нет, ее местору отдали. Вторая, которая копия, тоже у него. Надеюсь, он ее давно уничтожил, - я в очередной раз смутилась.

- Очень сомневаюсь, - ухмыльнулся некромант. - И жаль, что у тебя не осталось еще одной копии. Я бы на это посмотрел.

И снова рассмеялся, уворачиваясь от тычков Элис.

- Представляю лицо вашего завкафедрой, когда он все это увидел, - продолжал веселиться страж. И резко оживился: - А теперь представьте лицо ректора, когда это обнаружил он!

Тут уже и мы с Элис рассмеялись. Да, местора Гирвара и удар мог хватить.

- Ничего, - решил успокоить меня друг, - теперь у тебя будет уйма возможностей наделать таких сфер.

Жутко захотелось запустить в Саймона подушкой, но Элис меня опередила.

- Нужно сначала переехать, - мне сейчас предстояло другое: жить одной в доме, к которому и подходить было жутковато.

- Тебе же вещи надо помочь собрать, да? - встрепенулась подруга. - А мои книги возьмешь, чтобы я за них больше не волновалась?

Саймон закатил глаза, догадываясь, кто это все опять потащит.

- Возьму, конечно, я бы и тебя взяла, но это будет слишком подозрительно выглядеть. Так, смотри, и тебя в любовницы местора запишут.

- А я бы переехала, так надоело уже в общаге жить. Здорово, что у тебя теперь целый дом в распоряжении!

- Угу.

- Элиза, мы там все почистили, - страж лучше разбирался в людях, их эмоциях и страхах. - Тебе не за что волноваться.

- Голову мне не почистили, - вздохнула я и начала собираться. - К тому же теперь я буду волноваться за Элис, она же тут одна останется.

- Ой, за меня не беспокойся, - заверила рыжая, которая вполне умела за себя постоять. - Интересно только, как узнали про сферу, если о ней не была в курсе даже я, - последнее подруга выделила особенно, видимо, все-таки обидевшись, что я так долго от нее все скрывала.

- Думаю, это совпадение, - высказал версию страж. - Скорее всего, в комнату зашли просто, чтобы навредить. Или искали любую компрометирующую вещь. А сфера им очень удачно под руку попалась. Кстати, Элиза, дай мне свои супер-отмычки и ключи от комнаты заодно, раз они тебе больше не нужны, - попросил Саймон. - На сегодня мы с поисками местных домушников закончим, а завтра я к вам еще загляну. Есть одна идея...

К обеду все было готово. То есть я морально готова не была, но делать нечего. Местор только несколько удивился, увидев количество книг, которые успела упаковать Элис. У него самого набралась одна небольшая коробка вещей и большой феникс - главное имущество. Моя саламандра тоже ехала у меня на плече, так как в тазу ее вести неудобно и полдня она вполне может прожить без воды.

- Нда… - протянул завкафедрой. - Не ожидал, что у вас столько бара… добра наберется. Хорошо, что холодильный ларь не взяли.

- А у тебя дома ларь рабочий? - тут же спросила подруга.

- Проверим, если что - починим, - местор тоже понимал, на ком лежит ответственность за погрузку вещей. И, наверное, представлял, сколько весит его бывший ларь.

Новость о наших отношениях с завкафедрой уже облетела всю академию. Народ высовывался из окон, чтобы посмотреть, правда ли мы вместе съезжаем. А у кого окна выходили на другую сторону, внезапно решили погулять непременно возле выхода с территории академии. Там настоящая толпа собралась.

- И что все будут обсуждать после твоего выпуска? - заметил страж, перекидывая мои вещи и книги Элис в багажное отделение экипажа.

- До него еще дожить надо, - мне вот было вообще не до смеха.

Саймона ждали на службе, а Элис я уговорила поехать с нами под видом помощи в уборке (которая действительно не помешает). Вцепилась в подругу мертвой хваткой и не собиралась отпускать. Оставаться один на один с местором Альдером мне было не то чтобы страшно, скорее - совестно и ужасно неловко.

- Ничего себе! - поразилась Элис, когда мы приехали. - Да у тебя настоящий старинный особняк!

- Главное здесь - старинный, - подтвердила я.

Дом нуждался в уходе и ремонте, как и сад, и местами покосившийся забор.

- Тут просто крепкая мужская рука нужна, - выразительно начала подруга.

Я сделала страшные глаза, рыжая невинно пожала плечами.

- Да, начнем, наверное, с забора, - согласился местор. - Все-таки в доме, прежде всего, должно быть безопасно, чтобы никто не залез.

Подруга торжествующе посмотрела на меня.

- А я тебе с уборкой помогу, - продолжила ободренная первым успехом девушка.

- Конечно, я на тебя очень рассчитываю, - заверила Элис я, решив как следует отыграться.

В итоге Элис помогла найти мне емкость для Цветочка, пристроила свои книги, благо, наша библиотека была по большей части перевезена, и быстренько сбежала под предлогом подготовки к завтрашнему первому учебному дню. И мы все равно остались с завкафедрой вдвоем.

- Элиза, я сложил вещи в гостевой комнате, - предупредил местор. А я сделала себе зарубку, что убраться там надо получше. - И еще оставляю вам деньги.

- Да что вы! Какие деньги? - принялась отмахиваться я, которая и так кругом была должна.

- Считайте, на аренде сэкономил. И Ноби кормить теперь вам придется. И добираться отсюда до академии далеко, пешком не находишься. Так что давайте не будем спорить из-за мелочей,  - устало попросил мужчина, успевший натаскаться вещей и повозиться с забором.

Я хотела поспорить, но вспомнила о своих проколах, так что покладисто кивнула. Деньгами местора можно и не пользоваться, поэтому пусть оставляет, если ему так будет спокойнее.

- Сейчас расскажу, чем кормить Ноби, - кое-кто серьезно отнесся к переезду.

- Местор, я, конечно, не самая прилежная ученица, но уж как-нибудь с кормлением феникса разберусь, - надулась я.

- Главное - сладкого не давайте, даже если будет очень просить, - велел преподаватель.

- Не беспокойтесь, не дам, - прислушивающийся к разговору феникс сразу сник.

Завкафедрой удовлетворенно кивнул и пошел дальше разбираться с забором, я же планировала закончить распаковку вещей в своей бывшей детской, из которой я успела вырасти, но поменять на другую комнату не смогла. Потом неплохо бы заняться ужином. Еще и родителям не мешало бы написать о том, как у меня все замечательно и великолепно. В общих чертах, конечно, и не вдаваясь в подробности творящегося в моей жизни великолепия. Они же там тоже волнуются, как и я за них…

В итоге к ужину выяснилось множество интересных вещей. Во-первых, холодильный ларь работал, но, как и большинство артефактов в доме, был почти разряжен. Во-вторых, Ноби в новом большом доме очень понравилось, как и водяной саламандре, которая не долго задержалась в той чаше, которую мы для нее нашли. А в-третьих, местор умел не только заборы чинить, но готовил намного лучше меня. И из тех продуктов, что мы купили в ближайшей лавке, получился вполне сносный ужин. Из которого фениксу, к его огромному сожалению, ничего не перепало.

За ужином беседа не клеилась. Вся легкость в общении, которая была у нас раньше, испарилась, сменившись напряженностью. И когда феникс, поняв, что ему ничего не перепадет, обиженно улетел, отчужденность и закрытость друг от друга стала ощущаться еще острее. Теперь и отвлекаться было не на кого, гоняя от тарелок. Мужчина тоже чувствовал неловкость, поэтому почти сразу после еды поднялся к себе в гостевую комнату.

Жить под одной крышей будет еще тяжелее, чем я думала.

А еще из-под этой крыши действительно не очень удобно и не быстро добираться до академии. Это не из общежития выйти и в соседний корпус зайти, вставать пришлось на час раньше! А с учетом всех событий, старого дома, живущего своей жизнью, разыгравшихся нервов и воображения, вызвавших бессонницу, ранний подъем оказался настоящим испытанием. Правда в отсутствии горячей воды я мигом взбодрилась, а местор Альдер еще и побриться успел.

- Доброе утро, Элиза, - поздоровался он. И выглядело это… странно. - Предлагаю поймать экипаж и позавтракать в академии.

Это предложение я поддержала двумя руками, так как времени на готовку не осталось, а желания снова мыть посуду в холодной воде - тем более не имелось.

За полчаса в экипаже я все издергалась, не зная, куда смотреть, чтобы не встречаться с преподавателем взглядами. Так меня городские пейзажи еще никогда не интересовали.

А впереди было самое сложное: совместный приезд в академию.

В кафетерий мы шли под ошарашенные взгляды тех, кто вчера умудрился не узнать последние слухи или в них не поверить. А уж в самом кафетерии народ таращился, не стесняясь. Неподалеку от нас стояли в очереди мои “лучшие” подруги, откровенно гревшие уши, и я решилась.

- Саид, я займу столик, пока заказ готовится? Ужасно не выспалась, - дотронувшись до плеча преподавателя, попросила я.

Специально придумала фразу так, чтобы не вставлять “вы” или “ты”. Обращение на “вы” испортило бы произведенный эффект, а на “ты” у меня язык не поворачивался. Завкафедрой отреагировал сразу, он же сам разрешил в неформальной обстановке обращаться к нему по имени, но и для него это звучало слегка непривычно из уст студентки. Но, кажется, местор вполне догадался о моих причинах, заметив девушек в очереди.

- Да, конечно, - улыбнулся он. - Предлагаю вон тот свободный столик у окна.

А это значит на виду у всех…

- Хорошо, - от сплетен все равно никуда не деться, сколько не прячься. Да и смысл прятаться, когда это, похоже, новость номер один в академии.

Интересно, как именно она звучит: я бросила племянника короля ради заведующего кафедрой? Или мы с Марьяном расстались, а местор меня утешил? А может, версий несколько? Надо будет порасспрашивать однокурсниц. Чувствую, о моих мнимых любовных похождениях во время учебы уже можно написать неплохой роман.

Первой по сегодняшнему расписанию шла приветственная речь от завкафедрой, пока первокурсников в наши стройные и славные ряды принимал декан. Народ расселся в самой большой аудитории, местор Альдер начал рассказывать организационные моменты, я назло всем села вместе с Элис на передние ряды. И где-то в середине к нам зашел Саймон. Во всяком случае, по походке и движениям, вроде, он: в форме тайной стражи со всеми нашивками, в маскировке, небрежно вертя в руках мой набор универсальных отмычек.

Легко запрыгнув на подиум, некромант что-то шепнул завкафедрой, тот нахмурился и кивнул. Потом Саймон, как ни в чем не  бывало, спустился и пошел обратно к двери.

- Я в ректорат, вы придете, местор? - выходя, спросил страж.

- Конечно, сразу после вводной лекции, - заверил его преподаватель.

Саймон вышел. Все начали переглядываться и перешептываться.

- Пожалуйста, тише, - призвал студентов к порядку местор и продолжил.

- Ты что-то поняла? - спросила я у подруги.

- Нет, - рыжая тоже призадумалась.

Окончания лекции все ждали с нетерпением, даже местор, завершивший ее раньше обычного. Конечно, стоило занятию закончиться, на меня набросились жаждущие подробностей (причем желательно пикантных) одногруппники.

- И все-таки зря ты королевского племянника бросила, - не одобрил мой выбор Янг. - Он перспективнее будет.

- С нашим местором никто не сравнится, - не согласились девушки.

- Уже не с вашим, а с Элизиным, - поправил Янг.

Парни засмеялись, девушки приуныли.

- Даже интересно, как ты три с половиной года так спокойно жила? - продолжил рассуждать Янг.

- Отлично жила, просто замечательно. Но скучно, - все засмеялись, и я в том числе. Хотя бы одногруппники меня не осуждали. Если подумать, сейчас я живу не хуже. Просто по-другому. И назад в ту, пусть и безбедную и беспроблемную жизнь, я бы уже вернуться не смогла.

- Ты и сейчас неплохо устроилась, - это уже девушки, которым, понятно, было завидно. Но и уважение одногруппниц я заслужить сумела: как же, такого мужчину очаровала...

- Да ладно, было бы к кому ревновать. Завкафедрой - это вам не ректор и даже не декан.

- Ой, ну нашего ректора я бы не позарилась.

- Почему? Отличный дяденька! - поддел девчонок Янг. - И, вроде, абсолютно свободный. Пока.

В этот раз засмеялись только парни, девушки закатывали глаза и качали головами. Отчего-то ректор их не прельщал.

Мы с Элис переглянулись. С этими все было, как обычно. И это здорово.

А вот с обедом получилось интересно.

После пар, когда мы с Элис уже планировали расходиться, я - в кафетерий, она - в столовую, нас перехватил Саймон.

- Пойдем отпразднуем кое-что, - предложил страж, обняв нас обеих за плечи и с заговорщической улыбкой повел в кафетерий.

- Меня там местор все равно ждет, - согласилась я, от греха и новых слухов выворачиваясь из-под некромантской руки.

- Нет, он в ректорате, - удивил нас своей осведомленностью страж. - Готовит для кое-кого документы на отчисление.

Я чуть не споткнулась.

- Да не для тебя, - подхватил меня рыжий.

- А для кого? - мы с Элис впились взглядами в таинственно улыбающегося стража.

- Сейчас все расскажу.

Оказывается, сразу после лекции завкафедрой пошел не в ректорат, а в студенческое общежитие на этаж с платными комнатами-апартаментами. А еще раньше туда бегом убежало несколько девушек. А до них там расположились с засадой Саймон и два мага из стражей академии. Для обыска, особенно у столь непростых особ, нужен веский повод, которого, к сожалению, не нашлось. А вот зайти с проверкой в присутствии комендантши - можно. И стоило девушкам скрыться в одной из комнат, как через полминуты к ним зашли стражи и потребовали замереть. В руках одной из них, по описанию - Мартины, и нашлась универсальная меховская отмычка. Не моя, конечно, а их.

- Сразу видно, Элиза, что ты неопытный взломщик, - щелкнул меня по лбу рыжий. - И не знаешь одного из главных свойств меховских отмычек: они принимают форму нужного для замка ключа и сохраняют ее до следующего взлома. Соответственно, с твоей отмычки можно дубликат ключа к комнате Саида Альдера делать. А та, что оказалась у милых девушек, один в один походила на ваш ключ. Представляете, какое совпадение?

- То есть они увидели у тебя в руках отмычку…

- И испугались, что это я у них ее нашел, - подтвердил Саймон. - И на всякий случай бросились проверять, на месте ли лежит их орудие преступления.

- Так если обыскивать комнаты просто так нельзя? - удивилась Элис.

- Просто так - нет. Но когда перед тобой настоящий тайный страж при исполнении, а ты знаешь, что в твоей комнате лежит такая же, и тебя ищут, разве об этом вспомнишь? - самодовольно выпятил грудь парень.

- Молодец-молодец, - похвалила я друга. - И что теперь? Неужели их всех, наконец, отчислят?

- Не всех, только одну, - несколько разочаровал нас Саймон. - Доказать участие других не удалось, отмычку нашли в комнате Мартины Кнауф, и отпечатки на ней только ее. Но поскольку именно эта Мартина и была зачинщицей, то не думаю, что остальные продолжат вам докучать. К тому же после показательного отчисления этой Кнауф.

- А осудить ее никак? За порчу вещей, например? - не унималась Элис.

- Можно, но никто не захочет лишней шумихи, да и ссориться с ее влиятельными родителями глупо. Если бы дело не коснулось лично Саида Альдера, еще не факт, что его бы вообще не замяли, как с теми цветами, - Саймон, как и всегда, видел и понимал больше нас.

- Так давайте же выпьем за победу над врагами и начало совместной жизни Элизы и Саида Альдера! - Саймон поднял кружку со свежевыжатым соком, спиртного в академии студентам не наливали даже в кафетерии.

Народ вокруг начал оборачиваться, а мне в очередной раз захотелось прибить некроманта. Даже жаль, что мне тайный страж не по зубам.

Леон Пильн, конечно, тоже не сдержал подколок на наших индивидуальных занятиях, начинавшихся после обеда. Наставник был откровенно разочарован, когда я, не выдержав, высказала, что между нами на самом деле ничего нет и не было, а все произошедшее - всего лишь глупое недоразумение.

- Не переживайте, Элиза, я поговорю с Саидом, - серьезно заверил меня Пильн. - Как бывший наставник, мужчина и целитель.

- О чем поговорите? - насторожилась я.

- О его мужских проблемах, разумеется. Чем иначе можно объяснить отсутствие того самого, лично я не понимаю.

И самое обидное, что в наставника, в отличие от Саймона, не полагалось ничего кидать.

Так что пришлось терпеть подколки целителя до самого ужина, на который я бежала, как от драконьей чумы.

Местор Альдер нашелся в своем кабинете.

- Местор, мы поужинаем сегодня? - с надеждой спросила я. - Иначе, кажется, Пильн, не оставит меня в покое и в кафетерии…

-  Он любит подначки, - согласился завкафедрой, захлопывая журнал. - Если хотите, я с ним поговорю.

- Ой, нет! Не стоит, ладно? Все в порядке, - заверила местора я, но, кажется, эффект произвела обратный, убедив одного наставника поговорить с другим.

В кафетерии преподаватель вел себя безукоризненно, помог сесть, подвинул стул, спросил, как прошел первый день. Вежливо и без каких-либо намеков на отношения за рамками своей работы и моей учебы. Наверное, со стороны мы казались мило беседующей парой.

- Элиза, у меня сегодня много работы, так что я останусь в академии. Комната сохраняется за мной, так что я не стану злоупотреблять вашим гостеприимством, - и, вроде, так изначально и планировалось, но у меня внутри поселилось такое чувство, будто мне муж изменяет, придумывая поводы не возвращаться на ночь домой. - Вы ведь не против?

- Я? Нет, конечно, что вы. Как вам будет удобно, - мне всего-то спать одной в пустом заброшенном доме, где случилась очень темная и очень нехорошая история.

- Я договорился с артефакторами-стихийниками, чтобы вам починили и подзарядили основные артефакты: холодильный ларь, нагревательный элемент, проверили охранную сеть, - и когда только успел?

- Спасибо большое, это очень любезно с вашей стороны.

- Пустяки, - отмахнулся местор. - К тому же я там, вроде как, тоже теперь живу.

Вроде как…

- И Ноби, вы же собираетесь его навещать? - и меня, хотя бы иногда.

- Конечно, время от времени я буду приезжать, постараюсь не слишком часто, чтобы не надоедать.

Я кивнула, вспоминая, как он же сам учил меня ставить щиты на эмпатическое восприятие. Кажется, получается у меня неплохо, а в будущем, с такими регулярными тренировками, я стану настоящим спецом в эмпатических щитах. В обычной жизни они, оказывается, нужны не меньше, чем в бою…

- Саймон сказал, что Мартину отчислили, - вспомнила я, когда пауза в разговоре затянулась.

- Да, ее поймали с поличным, - подтвердил местор. - Так что теперь вас никто не должен беспокоить. А если еще с кем-то возникнут сложности - сразу рассказывайте мне.

У меня есть сложности кое с кем, но, боюсь, рассказать о них вряд ли удастся.

- Обязательно.

На этом наш ужин, наконец, закончился.

56. День рождения

Осень в этом году выдалась просто отвратительной. Теплых дней было по пальцам пересчитать, зато постоянный дождь, от мелкой мороси до ливней, наводил тоску, уныние и насморк. А к середине осени еще и так похолодало, что на мой двадцать первый день рождения пошел снег. Правда, от опостылевшего дождя он отличался мало: такой же мокрый и противный.

Активированный на полную мощность тепловой артефакт замерзнуть не давал, но работал без перерыва, постоянно требуя подзарядки. Дом плохо держал тепло, а устаревшая модель артефакта экономичным расходом не отличалась. Я в таких вопросах разбиралась мало, зато Элис авторитетно заявила, что надо утеплять и проклеивать окна на зиму. Окон только в моей бывшей детской, а ныне обычной спальне, было два, оба высоченные и необъятные, выше меня. А еще имелась кухня, коридоры и ванная, в которой постоянно сквозило, и ледяной кафельный пол чувствовался даже через коврик с начесом. Я с грустью прикидывала, сколько времени займет каждое окно. Но иначе зимой, боюсь, никакой артефакт не спасет.

- Да ладно тебе, взбодрись, - обняла меня подруга. - Поможем мы тебе окна поклеить. Ты ж, наверно, и не знаешь, как и чем это делается?

- Клеем? - логично предположила я.

Оба рыжих переглянулись и усмехнулись. Эти двое понимали друг друга без слов и, признаться, я им немного завидовала.

- А Саид во сколько приедет? - наворачивая салатики, поинтересовался Саймон.

- Не знаю, - я посмотрела на часы: Элис пора бы возвращаться, чтобы успеть до комендантского часа в академии. - Он почти не ночует здесь…

- А ты его не приглашала? - поразилась рыжая.

- Мы в последнее время редко видимся, - даже пообедать и поужинать не всегда удается.

У местора имелись свои дела. На меня же насел Пильн, заявив, что раз он принял вызов судьбы вылепить за год специалиста из такой бестолочи, то придется нам обоим постараться.

А в те редкие дни, которые мы проводили вместе, занимались опять же учебой и подготовкой, обходя стороной все скользкие темы и острые углы. Так длилось уже два месяца, и я понятия не имела, что с этим делать. Да и стоит ли?

Правда, на день рождения я честно собиралась позвать местора. Но сначала все никак не удавалось его поймать, а потом, когда удалось, мы сидели в кафетерии и искали темы для разговора, чтобы не молчать за столом. И я подумала, что не стану его приглашать, лучше с одногруппниками посижу в академии, а потом с друзьями дома отмечу.

Преподавателя явно тяготила вся ситуация, про меня и говорить нечего. Местор служил живым напоминанием моей глупости и совершенных ошибок. Мне ему и в глаза-то смотреть нелегко. А приглашение на день рождения обяжет его не только приехать, но и подарок купить, а он для меня и без того много сделал. Даже если не брать в расчет всю помощь раньше, то новые артефакты, мелкий ремонт, какие-то бытовые мелочи, которые мы так и не нашли в доме, покупал завкафедрой. И чем дальше, тем больше я чувствовала себя обязанной.

Я так больше и не решилась назвать его по имени, даже когда мы были одни. Отгораживалась нейтральным и формальным “местор”. И преподаватель также продолжал обращаться ко мне на “вы”.  Кажется, дистанция между нами становилась все больше.

Мне все чаще вспоминалось наше знакомство, когда посреди года назначили нового завкафедрой, и он начал вести занятия. Все девушки восторженно приняли руководителя. У меня в ту пору еще был жених, нормальный, а не формальный, как сейчас, так что я старалась не восторгаться и не увлекаться посторонними мужчинами. Но была приятно удивлена, когда впервые пришла в кабинет куратора по его приглашению. Сидящий за столом собранный местор Саид Альдер в строгом костюме, не позволяющий себе ни расстегнутой верхней пуговицы на рубашке, ни ослабленного узла галстука. Только непослушные вьющиеся волосы чуть смягчали образ, не желая собираться в короткий хвостик и постоянно из него выбиваясь. На столе - папка с моим личным делом и табель с оценками.

- Леди Риар, - его голос звучал твердо и холодно. - Скажите, почему вы выбрали именно наш факультет?

Сейчас все будто повторялось. Пусть и обращался местор ко мне по имени, но выглядел всегда отстраненно. А вопросы: “Как дела? Как проходят индивидуальные занятия с наставником?” - не более, чем дань вежливости.

Пожалуй, встреча с ним только бы испортила мой день рождения, хотя, как ни старались друзья, он все равно проходил невесело.

- Ладно, мне пора, - вздохнула рыжая. - В такую погоду экипаж поймать трудно, лучше заранее выйти.

- Не кисни, - приобнял меня Саймон, - думаю, Саид обязательно приедет.

Страж, в отличие от меня, вполне освоился с нашим завкафедрой, общаясь с ним спокойно и по-дружески. Я натянуто улыбнулась в ответ, не собираясь объяснять, что сама не особо желаю его видеть. Только расстроюсь сильнее.

Рыжая пара уехала, оставив меня в одиночестве. В относительном, конечно. Саламандра все время крутилась где-то поблизости, а стоило начать мыть посуду, как водяная ящерица радостно юркнула в мойку, играя со струей.

- Ну-ка брысь, - попробовала выгнать Цветочек я. Не тут-то было.

Мои жалкие попытки выловить негодницу саламандра воспринимала как часть игры. Да и попробуй поймай водную саламандру в воде…

Пришлось мыть посуду так, стараясь не поставить на зелено-голубой хвост тарелку. Но домыть все мне оказалось не суждено: кран начал плеваться, и горячая вода закончилась. Под ледяной пальцы тут же онемели, и тарелка едва не выпала из рук. Я поспешно перекрыла воду, чем вызвала неудовольствие Цветочка.  Ей было решительно все равно, при какой температуре купаться.

- Нет уж, - я подула на озябшие пальцы. - Лучше мы воду в кастрюле нагреем, все равно придется: раз горячая не идет здесь, значит, и в душе она накрылась.

Греющий артефакт ужасно барахлил, то и дело отказываясь работать. Местор предложил купить новый, но стоил он слишком дорого, и я отказалась. К тому же с артефакторами из академии, регулярно приезжающими отремонтировать мне очередную поломку, мы неплохо подружились. Они мне уже скидку делали, как постоянному клиенту. А некоторые и бесплатно соглашались помочь просто за красивые глаза и чашку чая со сладостями. Но так наглеть я не собиралась, да и опасалась, что парни со старших курсов артефакторики примут наши посиделки за что-то большее.

И только поставив воду в кастрюле, я вспомнила, что мы не съели пирог! Мне его сегодня в академии подарил смотритель зоосада Джаред Рил. А еще рассказал, что кто-то решил пошутить над моим любимым цербером и теперь отдыхает в лазарете. Шутник, конечно, не цербер. Пирог был с лесными ягодами и пах просто изумительно. Такому пропадать никак нельзя. Пришлось ставить еще и чайник.

- Ноби, у меня для тебя кое-что есть, - я позвала сидящего на шкафу феникса. - Ты только хозяину не рассказывай.

Как только кусочек поменьше, зато с красивыми ягодами переместился на тарелку, Ноби слетел без повторного приглашения. На стол я ему садиться запрещала, так что феникс устроился на спинке специально для него придвинутого вплотную стула.

Цветочку тоже перепало несколько ягод, которые она уважала не меньше, чем фрукты.

Ну вот, второй виток моего дня рождения с горячим чаем и пирогом. Ноби жмурился от наслаждения, решив сначала выковырять все ягоды из начинки, а саламандра, видимо боясь, что у нее отнимут угощение, наоборот, поедала его с рекордной скоростью. Я не торопилась есть свой кусок, меня-то уж точно никто больше не ограничивает. Хотя раньше родители мне такого не позволяли, и не потому что растолстею, а потому что много сладкого - вредно. Как целители, они разбирались в питании. И все же год назад мой день рождения проходил совсем иначе…

Письмо от мамы и папы с поздравлениями пришло два дня назад. Сообщение с южной границей было налажено так себе, особенно по осенним расхлябанным дорогам. Официальная почта ходила редко, поэтому письма и небольшие посылки местные жители чаще всего передавали за небольшую плату с везущими товары дельцами. Исписанный с двух сторон лист с поздравлениями и с пометкой тайной стражи пропитался ароматом пряностей. Вез его торговец-миасит между тюков с шафраном, во всяком случае, это были основные нотки на пожелтевшей бумаге. От денег делец отказался, заявив, что мои родители достаточно помогли ему и его людям, и он все десять лет будет возить мне письма бесплатно.

- Невероятные целители, - напоследок сказал миасит. - Таких и в столице днем с огнем не сыщешь. Мне сказочно повезло встретить их на юге. Иначе бы я уже давно отправился вслед за ушедшими.

Я в очередной раз перечитала и понюхала письмо, удивляясь, как соответствует содержанию послания легкий сладко-горький аромат.

Горячий чай немного отогрел руки, до сих озябшие после ледяной воды, но я все равно постоянно ежилась и куталась в теплую шаль, еще бабушкину. Как хорошо, что в доме все эти годы жила тьма, которая не давала завестись никому другому. Иначе бы моль вещи не пощадила. Но даже в шерстяной шали было просто ужасно холодно, и по ногам сквозило.

Наверное, я бы могла сказать, что это мой самый ужасный день рождения. Но теперь я  помнила, что был один, еще хуже, который я провела в лечебнице. Правда, убедить себя в том, что все хорошо, не получалось. Меня не грел чай и не радовал пирог. Напротив, все это только сильнее говорило о моем одиночестве. Что будет, когда учеба закончится? У Элис своя дорога, она давно для себя решила, чем хочет заниматься. Саймон, понятно, останется с ней. А кто будет со мной, кроме Цветочка? Феникса и того придется вернуть хозяину.

Я совершенно неприлично поставила локти на стол и уткнулась лицом в ладони. Рано думать, что будет потом, мне бы этот учебный год как-то пережить…

Почему-то каждый раз, когда казалось, что самое сложное уже позади, на меня сваливалось что-то новое. А сейчас, вроде, и проблем-то никаких нет. Родители в безопасности и занимаются любимым делом, с учебой наладилось, перспективы в будущем имеются, Пильн не забывает мне об этом напоминать и давать новые задания. Казалось бы, ну чего еще нужно? И как бы выкинуть всю дурь из головы, чтобы прекратить уже страдать и мечтать о несбыточном?

- Элиза? Вы плачете?

Я резко выдохнула и вытерла глаза. Я же его не приглашала, вот зачем, спрашивается, приходить? Окончательно испортить мое и без того ужасное настроение?

Но возмутиться сразу не получилось. Местор Альдер стоял совершенно растерянный с огромным букетом цветов, очень похожих на те, что росли в оранжерее академии. Наверное, поздно вечером ничего другого уже не нашлось, и завтра смотрители недосчитаются одной клумбы. Сам местор был только что с улицы, с мокрыми и оттого еще сильнее завивающимися волосами, на серой ткани пальто таял снег.

- Я не думала, что вы придете, - и не одна я. Феникс, заметивший хозяина, принялся спешно доклевывать пирог. Но на него преподаватель внимания не обращал.

- Разве я мог пропустить ваш день рождения? - искренне удивился завкафедрой.

- Почему нет? Вы же не поздравляете всех своих студентов, правда? Могли бы и не ехать в такую погоду, - я посильнее закуталась в шаль.

- Не мог. Вы же для меня не обычная студентка, - напомнил местор.

- Это точно, обычных студентов вы так не избегаете, - Ноби расправился с пирогом и предпочел вернуться обратно к себе на шкаф, подальше от нас.

- А разве я вас избегаю? - нахмурился мужчина.

- А разве нет? Я даже не помню, когда видела вас в последний раз вне занятий.

- Вас явно тяготит мое общество, так зачем мучить вас своим присутствием? - местор тоже был не железный. Он тут в снег пополам с дождем мчался ко мне, а я вот не смогла оценить. Но и молчать я устала.

- Так зачем сегодня приехали? Решили, что давно не мучили меня своим присутствием? Или, думаете, в академии могут заподозрить неладное? - удивительно, но даже холод отступил, пылающий внутри гнев его вытеснил, вместе со сдержанностью и разумом.

- Я могу уехать, - завкафедрой положил букет на стол, разумно воздержавшись от слов поздравлений.

- Уезжайте, - сгоряча разрешила я, с трудом оставаясь на повышенных тонах и не переходя на крик. - И лучше насовсем. Мы ведь все равно должны расстаться, так зачем ждать выпуска? Никто никого не уволит и не выгонит, не такой у нас ректор. А слухи уж как-нибудь переживем, не впервой.

Меня снова трясло, только теперь не от холода.

- Значит, вы меня бросаете? - местор сложил руки на груди, взгляд стал острый и холодный, как тогда, в его кабинете при нашем первом разговоре.

- Я вас?! - я чуть не задохнулась от возмущения. - Имейте совесть, местор! Разве можно бросать того, кого у тебя никогда и не было? Я просто устала ждать и на что-то надеяться!

И даже осознание того, что мне никто ничего не обещал и вообще именно я всю эту кашу и заварила, не спасало и не останавливало. Надо было взять себя в руки, но вместо этого я поступила иначе: разом сбросила все эмпатические щиты. Мои эмоции буквально затопили кухню, зато я, наконец, почувствовала облегчение. Это как после целого дня мучений прийти домой и снять узкую и не по размеру обувь.

Вслед за эмоциями снова потекли слезы. Насколько нелегко мне, оказывается, давалась сдержанность. Зато голова немного прояснилась, и я успела ужаснуться сказанному и сделанному, ожидая соответствующей реакции. Но местор Альдер вместо того, чтобы уйти и разозленно хлопнуть дверью, подошел вплотную и коснулся холодными пальцами щеки, стирая катящиеся капли. Я попыталась отвернуться, по крупицам возвращая самообладание и контроль, но этого мне не позволили.

И губы у него тоже были холодные, но поцелуй получился горячий и опьяняюще-сладкий. И хотя ни капли алкоголя я за сегодня не выпила, голова все равно закружилась.

- С днем рождения, Элиза, - местор… нет - Саид улыбнулся. - И не надо меня бросать. Я ведь дал когда-то одной нерадивой студентке второй шанс и думаю, что вполне могу рассчитывать на то же с ее стороны.

Мужчина был так близко и совершенно открыт. Впервые за все наше общение Саид Альдер не использовал щиты, и я буквально купалась в его эмоциях, не понимая, как разграничить их со своими: такие же чувства и такие же страхи…

Я даже не знаю, сколько мы так стояли: минуту, десять, двадцать? Время текло совершенно по-особому, не поддаваясь никаким законам физики.

- Я твоего феникса сладким пирогом накормила, - почему-то ответила я совершенно невпопад, наверное, надеясь, что сейчас меня за этого ругать не станут.

- Я видел.

- Это был не первый раз.

- Догадываюсь.

- И вообще я не подарок.

- И это я заметил, - усмехнулся Саид. В темно-карих глазах бегали искры.

- И ты тоже! - можно подумать, мне с ним было легко!

- Не спорю, - объятия стали крепче.

Спорить со мной сейчас вообще небезопасно. Я два месяца занималась с темными магами и порой пугала сама себя новыми способностями и умениями.

- Надеюсь, третий шанс никому не потребуется? - в шутку спросила я, забираясь пальцами в мокрые и густые темные пряди.

- Мне хватит одного.

Мне тоже. Одного ужасного преподавателя, нет, замечательного, конечно, но все равно невыносимого.

И день рождения, определенно, удался. Как и подарок, утром блестевший на моем пальце.

Эпилог

Домой я вернулась поздно, на улице давно стемнело, а мороз к ночи окреп. Снег под ногами весело скрипел и искрился в свете редких фонарей.

- Наконец! - Саид встретил меня у порога, наверное, отслеживал мое приближение. Вытряхнул из пальто и крепко обнял. - Ты опять засиделась? Я же просил не возвращаться так поздно или предупреждать, чтобы я тебя встречал.

- Да ладно тебе, - я поцеловала щеку, успевшую за день покрыться щетиной, а потом не удержалась и потянулась к губам. Приветствие немного затянулось.

- Ай! - Ноби терпеть не мог, когда его долго игнорировали. - И тебе привет, - я погладила феникса. - А остальные где?

- Спят, - Саид картинно показал мне время на карманных часах. - Они честно ждали хозяйку.

Наш зоопарк успел немного разрастись, пополнившись одной химерой. Как хорошо иметь большой и вместительный дом.

- Рассказывай, почему так поздно? - на кухне меня ждали заботливо помещенные в стазис кастрюли, и я с благодарностью посмотрела на лучшего в мире мужчину.

- Нам утром, то есть как утром, ночью еще, подкинули грифона, детеныша совсем, считай - новорожденного. У него одно крыло все искореженное, а второго вообще нет. Мы его целый день всей лабораторией выхаживали. У него, кроме крыла, куча всего нашлась, вплоть до кишечных инфекций.

- А кто хозяева? Не подписались?

- Нет, конечно. И клейма нет. Вроде, принимаем всех и всегда, могли бы и нормально принести и отдать, - в такие моменты я даже не старалась сдержать возмущение. - Зачем было мучить малыша? Он к открытию лаборатории, когда мы его нашли, даже пищать не мог - замерз и голос сорвал, представляешь?

- Представляю, - улыбнулся Саид.

Это была не первая история. Люди боялись ответственности, думая, что мы их в чем-то обвиним или заставим оплачивать свои услуги. Подбрасывали нам как магических животных, так и самых обычных, которых мы тоже выхаживали. Почти за год работы мы сделали несколько открытий в магии на грани целительства и темного искусства. Собственно, маги у нас числились разные: очень многие из темных понимали, что их создания не столь хороши, как хотелось бы, и присоединились к исследованиям. Так что теперь химеры создавались не только на основе магических существ, но и из обычной кошки мы могли сделать необычную.

И такая необычная сейчас терлась об мою ногу. Санни, одно из первых моих творений, попала к нам обгоревшая после пожара, в котором не спаслись ее хозяева. Не зря кошкам приписывают девять жизней, каким-то чудом животное выжило, вот только сильно обгорело. И на ожогах шерсть не росла, да еще кожа восстанавливалась плохо, воспалялась и гноилась. Жизни Санни таяли одна за другой.

Теперь кошатину покрывала милая, но плотная и крепкая, как броня, чешуя василиска. Для пересадки мы позаимствовали у донора несколько квадратных сантиметров и разрастили ее на все тело. Чешуя обычной змеи не подошла бы - слишком слабая регенерация, а значит - низкая приживаемость. Зато у любого магического животного с этим дело обстояло куда лучше. Так что теперь, когда Санни сворачивалась клубком на диване, посторонний человек никогда бы не догадался, что это кошка, а не рептилия.

- Что планируете делать теперь с грифоном? Или из грифона? - Саид, пусть и не лез в мою работу, всегда ею интересовался. А еще частенько давал дельные советы, когда мы находились в тупике.

- Хотим попробовать поработать через проклятья с размерами. Полная ампутация грифону навредит, без крыльев они совсем не те, психика ломается на раз, - привычка говорить за едой меня не украшала, но плотно укоренилась из-за вечной нехватки времени. - Хотим попробовать приживить голубиные крылья, а потом усилить их рост. Не смотри на меня так, пока это теория, но мы над ней работаем.

- Я верю, что у вас все получится, - Саид взял мою руку и поцеловал. - В находчивости и  изобретательности своей жены я не сомневаюсь.

И если до этого было просто тепло - дом мы давно отремонтировали и привели в порядок все артефакты - то теперь резко стало жарко.

Мы поженились сразу после моего выпуска. Я еще диплом не успела получить, а уже стояла в свадебном платье. И когда Саид заявил, что родни у него много и придется звать всех, я решила не мелочиться и пригласила почти всю группу. За время учебы я невероятно с ними сдружилась, да и все так ждали нашей свадьбы, что грех было не позвать. А еще на мою сторону встал Леон Пильн, заявив, что свою подопечную он все равно просто так не отпустит, пока не научит всему необходимому. Диплом - это условность. Ректор и другие сотрудники академии решили сохранить нейтралитет.

После выпуска мы с парочкой одногруппников и несколькими темными принялись активно развивать основанную чуть раньше лабораторию химер. Возглавлял лабораторию лично Леон Пильн, как видный специалист и активный деятель в развитии магической науки. Собственно, именно благодаря его имени и авторитету мы и получили государственный грант и приличное финансирование. Так что к едким замечаниям наставника я почти привыкла и воспринимала их как должное. Вряд ли Пильн в ближайшем обозримом будущем начнет воспринимать нас как коллег, а не как криворуких бестолочей.

Но поскольку местор Пильн влез в это по самые уши, то ему все-таки всучили группу третьекурсников на новом смежном направлении целительства и темной магии - создании химер. Не без нашего с Саидом участия, к слову. Возможность немного насолить наставнику и подкинуть ему проблем в виде так “любимых” им студентов мы упустить не смогли. Забавно было наблюдать за их практикой под чутким руководством совершенно не чуткого целителя.

Долго, но безуспешно я звала к нам в лабораторию Элис. Подруга не пошла в хирургию, пусть и время от времени у нас она все-таки оперировала в особо тяжелых случаях. Но основной ее работой стала тайная стража. Получилось все, как водится, случайно. Саймон расследовал убийства и заметил, что совершают их каждый раз с помощью магического животного, а Элис напросилась ему помочь в качестве эксперта. Собственно, именно она в итоге определила, что это не просто мантикора, с этим и свои специалисты справились, но и установила ее возраст, размер, особенности. А главное - подцепила магический след животного. Хозяина нашли, как и зверя, которого он натравливал на людей. Жуткая история, но рыжей неожиданно понравилось. Вот так: пять лет учиться и видеть себя хирургом, а в итоге пойти в стражи.

С Саймоном они в разных отделах: есть целое управление, расследующее преступления с магическими животными, но работают в одном здании. Жаль, что видимся мы с ними теперь нечасто, но зато каждый раз у этой парочки накапливается с десяток баек об убийствах и убийцах, а еще одичавших грифонах, невесть как оказавшихся в городе гарпиях и прочих ужасах. Страшные люди, в общем.

К моим родителям мы ездили с Саидом вместе уже после свадьбы. Получить разрешение на поездку оказалось невероятно сложно. И тут нам снова помог местор Пильн, воспользовавшись своими многочисленными связями. Я жутко волновалась перед встречей, но все прошло нормально. Пусть поначалу мама с папой, особенно папа, настороженно отнеслись к моему завкафедрой, на десять лет старше их дочери и ставшему ее мужем. Но общий язык они нашли. А я к тому же была невероятно рада видеть родителей не просто здоровыми и невредимыми, но и счастливыми. Долгие годы они жили под давлением и в постоянном страхе разоблачения. Теперь же даже южная жара их не смущала. Они загорели и привыкли к местному климату, и если бы еще я жила чуть ближе, было бы совсем хорошо.

- То есть ты теперь на неделю снова выпадешь из жизни? - муж загрустил, Ноби, подслушивающий наш разговор, тоже.

- Я постараюсь так поздно не возвращаться, - горячо заверила их обоих.

- Новый год скоро. А еще год, как работает ваша лаборатория, и два - как я занял свою должность. Видишь, сколько праздников, - напомнил Саид и попросил: - Так что не слишком увлекайся.

- Знаешь, я тебе даже подарок приготовила! - я отложила вилку. - Сегодня как раз доставили.

В сумке лежала надежно упакованная сфера, почти как та, с которой и начались наши интересные отношения. Только пока пустая и усовершенствованная рукастыми мехами: в ней сохранялось сразу несколько изображений, и они потом могли меняться и чередоваться по желанию владельца.

- И какой? - сразу оживился Саид.

- Увидишь, дорогой, - я коварно улыбнулась, уже представляя, что можно туда поместить. - Уверена, тебе понравится.

И мне, не сомневаюсь, тоже.

Конец!

Content

Журавлева Юлия Викторовна Кафедра зооцелительства

1. В одной постели

2. Письмо

3. Встреча

4. Учеба

5. Лекции

6. Дом

7. Практика

8. Феникс

9. Ужин

10. Жених

11. Соседка

12. Прическа

13. Задание

14. Поверенный

15. Воспоминания

16. Признание

17. Дежурство

18. Браслеты

19. Отработка

20. Сделка

21. Призванный

22. Расчет

23. Клятва

24. Разговор

25. Библиотека

26. Печенье

27. Медиум

28. Цербер

29. Призрак

30. Паразиты

31. Стена

32. Склеп

33. Темная сущность

34. Гримуар

35. Ректорат

36. Ритуал

37. Лазарет

38. Тест

39. Кормление

40. Букет

41. Паразитология

42. Суд

43. Зоопарк

44. Экзамены

45. Итоги

46. Каникулы

47. Работа

48. Быт

49. Выходной

50. Прогулка

51. Операция

53. Проект

54. Обвинение

55. Переезд

56. День рождения

Эпилог