Каптаноглу Марджори

Грейвенвуд (ЛП)

Марджори Каптаноглу

Грейвенвуд

(Чародей Феллстоун — 2)

Перевод: Kuromiya Ren

1

Кальдер

Многое изменилось в замке Феллстоун с прошлого визита Кальдера полгода назад. Пропали свины, чьи холодные звериные глаза и острые бивни пугали многих еще у ворот. Теперь вход охранял юноша, форма которому была великовата, и пояс туго удерживал ее на нескладном теле.

В этот раз Кальдер просто вез телегу с товарами, а не прятался в ней. Юноша отвлекся на девушку у ворот и даже не спросил имя Кальдера, не заглянул в его мешки, а пропустил взмахом руки.

Он направил телегу к замку, мрачная аура Проклятого леса нервировала его лошадь. Она вскидывала голову и недовольно фыркала. Он надеялся, что внезапный скрежет или рык не заставят ее резко побежать.

Честно говоря, Кальдер ненавидел эту часть дороги так же, как лошадь. Он подавлял дрожь, поглядывая на ветви леса. Они висели над головой как когти, готовые схватить его и забрать в Проклятый лес, может, прямо на колени жуткой паучихи. Он напомнил себе, что она не могла быть жива, но с магией уверенности в этом не было.

Он протирал лоб, когда добрался до земель замка, где еще больше скучающих стражей пропустили его к входу для доставки. Кальдер назначил слугу разгрузить телегу, а потом прошел в коридор с гостевыми покоями. Постучав в несколько дверей и отпрянув из-за ответивших голосов, он быстро нашел незанятую.

Внутри он замер, чтобы зажечь лампу, и понес ее с собой к гобелену на дальней стене. Он отодвинул ткань, за ней оказалась небольшая дверь, не проблема для его низкого роста. Оттуда он попал на темную площадку, за которой тянулись ступени, стонущие и скрипящие, пока он осторожно спускался по ним. Внизу ему пришлось пройти в темный туннель, где воняло гнилью. Он ненавидел туннели. По ним приходилось идти, куда бы они ни вели, даже если прямо на тарелку жуткого зверя.

Но он прошел без проблем, оказался в огромной пещере, где, похоже, хранили оружие и припасы, пока она не стала домом для скользомышей. В прошлый раз он пробегал тут тараканом. Прячась в сумке, он не видел мучения Тессы и Эша. Даже если бы он мог видеть, он бы не вспомнил. К счастью, он не помнил свою жизнь как таракана.

Но он был тут, уже не таракан, лишь с лампой, озаряющей путь во тьме. Чудо, что он еще не испачкал сапоги в горах экскрементов под замком Феллстоун. Но скользомыши хотя бы снова были летучими мышами или змеями, а не всем сразу. Он, наверное, мог с этим справиться, хотя силуэты летучих мышей сверху и шипение кобр у стен не утешали. Он гадал, стала ли огромная королева скользомышей, описанная Тессой в жутких мелочах, огромной змеей или летучей мышью, или и тем, и другим. Его ладони вспотели от мысли. Он мог лишь надеяться, что Эш ослепил чудище так, что оно погибло.

Кальдер ускорил шаги, надеясь, что двигался к дальнему концу пещеры. Шмяк. Его правая ступня опустилась в шестидюймовый ком помета скользомышей. Он рано обрадовался.

Он шаркнул ногой об землю и поспешил дальше. Он надеялся больше не приходить в эту проклятую крепость, или, если и делать это, то через главные врата, как приглашенный гость Тессы Скай, теперь леди Тессы из замка Феллстоун.

Через несколько недель после смерти отца Тесса попросила у Кальдера помочь ей переместить мать в замок. К сожалению, Фэлин посмотрела на герб Феллстоун на карете и побежала в другую сторону, хлопая руками, тщетно надеясь, что взлетит, как на крыльях. Фэлин все еще думала, что она — воробей, из-за задержавшегося эффекта Всадника ветра.

Следующим утром Тесса покинула дом умершего отца, кузнеца, вырастившего ее, которого она считала своим настоящим отцом, и отправилась в замок. Она заявила, что там была куча дел, и она не могла бы справиться с ними, постоянно ходя в замок и из него.

Первые три-четыре месяца она посещала мать пару раз в неделю. Но визиты становились все реже, пока, пару недель назад, она не перестала приходить вовсе.

Здоровье Фэлин ухудшилось без ее дочери, и Кальдер писал угрозы Тессе, чтобы она вернулась, но не получал ответы. Три раза он приходил к вратам замка, но его прогоняли. Но Кальдер знал в сердце, что девочка, о которой он заботился, как о дочери, не бросила бы ее мать. Какая-то злая сила, задержавшаяся в замке, добралась до нее. Больше ничто не могло объяснить ее поведение.

Замок издал вчера официальный указ. Леди Тесса была помолвлена с лордом Туртом из Туртвилля, или откуда-то еще. Хуже того, до свадьбы было три дня, а теперь уже два. Но Кальдер все еще не получил письма от Тессы. Она не пригласила свою мать.

Что-то шло не так, и, хоть он злился от мысли об еще одном походе в замок, он тут же начал продумывать, как это сделать. Он постарался набросать карту подземной пещеры из того, что помнил из описаний Тессы и Эша. Он жалел, что не посетил замок, когда Тесса только поселилась тут, он мог бы пройтись по подземелью и нижним этажам сам и запомнить размеры. Теперь было поздно.

Он сверился с неточной картой и пошел дальше. Когда он поднял голову, он заметил мерцание в свете лампы. Он подошел осторожно и обнаружил большой жуткий кинжал на земле. Скорее всего, оружие свина, которым Эш атаковал королеву скользомышей. Его присутствие указывало, что проход в замок был близко. Кальдер поднял кинжал и бросил в свою сумку. Он не тратил вещи зря.

Оттуда он заметил проход в узкий коридор. Он надеялся, что это был нужный путь, затхлый воздух начинал действовать на его внутренности. Он убедился в правильности выбора, когда добрался до развилки с железной лестницей слева. Он сжал перила, сумка висела на плече, а лампа свисала с руки. Он взбирался по лестнице так тихо, как только мог. Он замер на площадке, чтобы перевести дыхание, и уловил звуки в комнате.

Говорила девушка:

— А теперь оставьте меня.

Тесса. Он был в этом уверен.

— Как пожелаете, миледи, — сказал хрипло мужчина. Его шаги удалились, закрылась дверь.

«Отлично», — подумал Кальдер. Он выждал миг на случай, если в комнате были другие. Но больше никто не говорил, и он уже не мог терпеть. Он оставил сумку на площадке, отодвинул дверь и вышел из-за гобелена.

Тесса не заметила его. Она стояла у камина, сжимая флягу с чем-то, похожим на цветной песок, сыпала его на свою ладонь. Когда ладонь наполнилась, она бросила частички в пламя.

Огонь вспыхнул с шумом, и темное облако появилось в комнате. Кальдер подумал, что странно, что дым не ушел в дымоход, как обычно происходило. Страннее было то, что облако закружилось, приняло облик, и вскоре он осознал, что дым стал матерью Тессы.

Тесса опустила голову, Фэлин протянула руки и погладила волосы дочери.

— Милая моя, — сказала она. — Ты прекрасна сегодня.

Кальдер ощутил, как его грудь сдавило. Фэлин. Она была такой, какой он помнил ее в день, когда она попрощалась, задолго до того, как она стала воробьем. Он желал, чтобы эта картинка была настоящей, чтобы она повернулась и поприветствовала его той же улыбкой, которая очаровала его сердце много лет назад. Но его разум отказывался верить. Это не могла быть она. Он оставил ее в доме кузнеца, сжавшуюся в ее гнезде, все еще верящую, что она — птица. Тут действовала магия, но не такая, которая исцелила бы ее и принесла в облаке дыма в замок. Женщина перед ними была не Фэлин, а то, какой ее хотела видеть Тесса.

Наверное, Тесса научилась такой магии тут, хотя он не был уверен. Она не смогла открыть «Книгу заклинаний мага», оставила ее в старой спальне. Кальдер не должен был знать, существовала ли книга, ведь она сделала вид, что сожгла ее в камине. Как он и ожидал, огонь не повредил том. Он нашел книгу несколько недель спустя, решив, что его страх за нее перевесил его уважение к ее личной жизни. Потому ему пришлось порыться в ее вещах, надеясь, что он найдет что-нибудь, может, письмо, которое объяснит ее долгое отсутствие в замке. Но он нашел книгу, все еще закрытую, без способа ее открыть.

Ложная Фэлин продолжила голосом, полным радости:

— Я так рада, что ты скоро выйдешь замуж.

— Спасибо, мама, — Тесса произносила слова невнятно, словно еще не проснулась.

— Лорд Турт — хороший джентльмен, с ним ты будешь счастлива.

Спину Кальдера покалывало от тревоги. Почему ложная Фэлин говорила о лорде Турте? Если Тессе нужно было убедиться, что она совершала правильный выбор, то она точно совершала не правильный выбор. Он не знал, управляла ли она словами, звучащими изо рта ее матери, или их подсказывала зловещая сила, которая хотела повлиять на нее.

Он не мог уже оставаться в стороне и шагнул вперед, позвал Тессу.

Она и Фэлин повернулись к нему в унисон, словно связанные невидимой нитью. Лицо Тессы было пустым, она его будто не узнавала. А от вида Фэлин волоски на его шее встали дыбом, ведь она превратилась в злую карикатуру — взгляд стал тяжелым, губы исказил оскал. Он еще не видел ее с таким выражением лица. А потом она стала терять облик, снова превратилась в черный дым.

Он не успел обрадоваться, а облако собралось в облик мужчины. Колени Кальдера задрожали, когда он узнал мужчину, которого надеялся больше не увидеть, даже в кошмарах. Когда дым растаял, чародей лорд Феллстоун парил в паре дюймов над полом во всей опасной красе. Он выглядел чудесно для мертвеца.

— Кто у нас тут? — сказал он. — Похож на таракана.

Кальдеру не нравилось думать о том эпизоде его жизни, когда он бегал по замку на шести лапках. И хоть это было лишь изображение злодея, это напугало его почти так же сильно, как живой чародей.

— Тесса, идем, — Кальдер протянул руку. — Нам нужно идти. Скорее.

Она не двигалась, смотрела пустыми глазами, словно не было ничего странного в мертвом чародее, появившемся перед ними. Кальдер шагнул вперед, попытался сжать ее руку.

Но Феллстоун встал между ними.

— Не трогай мою дочь.

Кальдер пошатнулся, но не отступил.

— Идем, Тесса. Сейчас.

Она моргнула пару раз, и он пытался понять, пыталась ли настоящая она пробиться к власти в теле. Если да, было слишком поздно.

Феллстоун впился руками в горло Кальдера. Тот хватал ртом воздух, задыхаясь, поражаясь, что ладони из дыма были плотными. Пытаясь вырваться из хватки Феллстоуна, он с отчаянной мольбой взглянул на Тессу здоровым глазом.

Она растерялась, но не стала ему помогать.

«Где моя сумка, когда она так нужна?» — подумал он. Как идиот, он оставил ее на площадке. Он озирался одним глазом, искал в комнате то, чем мог напасть, но очевидного оружия рядом не лежало.

А потом он заметил единственный шанс. Он отклонился, вытягивая руку. Феллстоун потянул его обратно, и Кальдеру пришлось повторить маневр. Кончики пальцев коснулись предмета, но он не мог схватить. Он тянулся изо всех сил, пока ладонь не сжала ручку графина Тессы. Он направил его во врага, собираясь разбить стекло об голову.

Это не успело произойти, вода вылетела из графина и промочила чародея. Его облик зашипел, и он потерял форму, снова стал облаком дыма. Кальдер освободился, но не ждал того, что будет дальше. Он схватил Тессу за руку и потянул ее к себе.

— Нет! — она выдернула руку, побежала в дальнюю часть комнаты, сжалась в углу.

Он пошел бы за ней, но дым расширялся, заполняя комнату, становясь чем-то темнее и опаснее человека.

Огромная скользомышь. Кальдер не видел ни одну раньше, но ошибиться не мог. Он знал из описания Тессы, что существо могло стрелять ядом, и он не собирался выяснять, был ли яд настоящим, как ладони Феллстоуна на его шее. Чудище подняло крылья летучей мыши и вскинуло голову. Кальдер бросился к двери в скрытый коридор. Он схватил сумку и поспешил вниз по лестнице, рухнул на дне. Оттуда он побежал без оглядки.

Он ощущал себя отчасти трусом за то, что не защитил Тессу, но утешал себя мыслью, что волшебное существо не вредило ей ни в одном из своих обликов. Если бы он остался, его бы точно убили, и тогда кто остался бы, чтобы ее спасти?

Кальдер прошел по пещере, не остановился, пока не добрался до кухни, где стали спрашивать, где он был. Он сочинил вялое оправдание, что заблудился на пути из туалета, но этого всем хватило. Он уехал на лошади и телеги, не привлекая внимание, ведь мало кому было дело до того, кто прибывал в замок и покидал его. Но, хоть он хотел поскорее покинуть место, как бы он ни подгонял лошадь, она двигалась как черепаха. Время ползло, они долго ехали по Проклятому лесу, вернулись через врата в город.

Ему стало легче дышать там, хотя он не мог отдыхать, не найдя способ спасти Тессу. Он жалел, что бросил ее, но теперь хотя бы догадывался, с чем имел дело. Одно было ясно. Ему нужна была помощь.

2

Эш

Эш увлажнил точильный камень, провел клинком по грубому краю, начиная с кончика. Он впервые точил меч, и он работал медленно, чтобы избежать ошибок, например, чтобы не разрезать свою ладонь.

Гроза свинов. Ему нравилось название, которое он выбрал для меча. Оно подходило, потому что он убил только двух существ с головами кабанов и телами мужчин. Он убил второго кинжалом свина, а не мечом, но не видел смысла переживать из-за деталей. Все же хорошее название могло сделать его оружие легендой.

Он не жалел, что убил Шрамоликого, который забрал жизнь его брата. Но он жалел, что пощадил Рэтчер. Приказав убить Лэнса, она доказала, что была чудищем хуже свинов. Он не понимал, что заставило его пощадить ее. Из-за его глупости сбежала ученица чародея. То, что Рэтчер вернется мучить их, было ожидаемым, как тьма в конце каждого дня.

Он спрятал меч поглубже в сумку. Хоть леди Тесса — так ее звали все в эти дни — уже разрешила людям использовать и владеть оружием, вид меча мог напугать окружающих. Он решил, что лучше было не привлекать к себе внимания.

Вместе с мечом и одеждой он подумывал сложить два особых подарка от матери. Первым был том эпической поэзии от Дайим Хару. Другой — железная миниатюра рыцаря на коне с копьем в руке, близнец Эша, который хотел вырасти и стать рыцарем.

Он смотрел на них пару мгновений, а потом убрал в выдвижной ящик. Не время для сентиментальности. Какое бы приключение ни ждало его, он не должен был идти на дно с вещами из прошлой жизни. Из-за схожего чувства он обрезал волосы пару недель назад. Хвостик был стилем Лэнса, не его.

— К тебе мужчина, — донесся голос отца из двери за ним.

Эш повернулся и отодвинул мешок. От вида мешка глаза отца стали печальными, но он ничего не сказал. Он и мать Эша уже просили его не отправляться в путь, но сдались, видя его решимость и не желая расставаться в ссоре. Но он все еще видел по опущенным плечам отца, понимал по тихому голосу мамы, что они не надеялись больше его увидеть.

— Кто там? — сказал Эш.

— Низкий мужчина с повязкой на глазу. Краллер?

— Кальдер, — Эш прошел мимо отца к двери и вышел наружу. Почему Кальдер был тут? Он не рассказывал ему о своих планах, но, может, бывший товарищ уловил слухи от мистера Тинли, гончара, в чьей телеге он собирался ехать завтра. Кальдер точно хотел отговорить его от путешествия.

Сумка лежала у его ног, Кальдер стоял на смежном кладбище у надгробия семьи Додсворт. Он смотрел на надпись там. Эш спустился с крыльца к нему.

Он решил сразу все прояснить с Кальдером.

— Я ценю, что ты пришел, но я уже принял решение.

Кальдер растерялся.

— Какое решение?

Теперь уже растерялся Эш.

— Я уеду завтра. Думал, ты поэтому пришел.

— Куда ты поедешь?

— Блэкгров, — Эш понизил голос. — Слышал, они собирают войско для защиты от лорда Слейерта. Хотел пойти туда как мечник.

— Блэкгров? — повторил Кальдер. — Я был там. Поверь, там нет организованного сопротивления. Там ничего не организовано. Лорд-чародей Квешир не такой злой, как Феллстоун, но только потому, что он — идиот.

— Мне нужно где-то начать.

Кальдер не сводил взгляда с юноши.

— Тессе нужна наша помощь.

Эш нахмурился.

— Она не говорила со мной месяцами. И она выходит за какого-то лорда.

— Лорд Турт. Мы не можем допустить свадьбу.

— Она сделала выбор.

— Нет, — Кальдер огляделся, словно боялся, что их подслушивали. — Я видел ее в замке. Она выглядела так, словно была в трансе. Какая-то ужасная магия овладела ею. Я не знаю, кто за ней стоит, может, этот лорд Турт.

Эш замер. Это могло быть правдой? Он хотел в это верить, но ее жизнь была не его делом. Она была так далеко над ним с ее родом и замком, с богатствами земли. Кем он был для нее? Мелкий копатель могил и ученик писаря. Она не будет рада его вмешательству.

Кальдер, наверное, ощущая, что теряет Эша, продолжил:

— Она перестала навещать маму.

— Она не с ней?

— Фэлин все еще считает себя птицей и отказывается пересекать врата замка Феллстоун. Мы с ней живем в доме кузнеца. Но Тессы там не было уже много недель.

— Уверен, она занята подготовкой к свадьбе.

— Она даже не прислала матери приглашение.

«Еще доказательство, что сердце Тессы стало камнем», — подумал он.

— Я ничего не могу сделать, — Эш повернулся к дому. — Я уезжаю с мистером Тинли завтра на рассвете.

— Прошу, помоги. Если мы ничего не сделаем, то кто?

— Вполне возможно, что она не хочет нашей помощи, как и другой помощи, — Эш расправил плечи и пошел прочь

3

Кальдер

Тесса без сомнений была заколдована, и если Кальдер не найдет способ снять чары, ее жизнь будет разрушена. И не только ее. Она управляла жизнями жителей Сорренвуда, и если ее поступками будет управлять нечто злобное, это плохо скажется на всех. Он подозревал, что за магией, управляющей ею, стоял лорд Слейерт.

Эш отказался помочь ему. Юнца стоило поколотить. Стукнуть по голове, чтобы вбить в него разум. Без участия юноши он пытался придумать план, с которым справился бы сам. Он высыпал содержимое сумки, но там не было полезного зелья, порошка или чего-то еще. Но, пока он смотрел на кучу, в голову пришла отличная идея. Он мог обратиться к местной свахе. Если женщина помогала людям полюбить друг друга, у нее были способы и совершить обратное.

Кальдер почти весь день искал женщину. Но, когда он объяснил, что ему требовалось, она издала странный скрежет. Оказалось, что она смеялась.

— Зелье, чтобы девушка разлюбила? — ее тон был насмешливым. — Пусть выйдет замуж, и это скоро произойдет само по себе.

Странно. До этого он представлял сваху романтичной.

Он вернулся домой и обнаружил мать Тессы, спящую в гнезде. Она не покидала больше дом, и он не предлагал ей. Когда Тесса была дома, ее мама была активнее, и он следил за ней, когда она выходила за ветками и перьями. Как-то он увидел ее на четвереньках, она пыталась поймать червя ртом.

Было печально видеть разочарование на ее лице, когда она пыталась присоединиться к другим воробьям, и они улетали. Хоть он пытался напомнить ей, что она была человеком, она не говорила, а ее понимание было на уровне умной собаки.

Кальдер делал ей кашу из зерна и орехов. Она не использовала приборы, но он, хоть с трудом, смог научить ее есть руками, а не опускать рот в миску. Он готовил себе из ветчины и бобов. Он приучил себя не есть птиц при Фэлин. Ни курицу, ни утку, ни фазана. Он не знал, обеспокоит ли ее это, но от мысли о поедании птиц его мутило, ведь Фэлин сама сильно напоминала птицу.

Кальдер принес их миски на стол.

— Ужин, — сказал он.

Она отвела взгляд.

— Фэлин? — Кальдер присел рядом с ее гнездом на корточки и похлопал по ее руке. — Я сделал твое любимое.

Она не реагировала.

— Погоди, — он принес ее миску со стола. — Мм, хорошо, — он поднес ложку к ее рту.

Она сжала губы.

Он съел кашу с ложки сам.

— О, как вкусно, — Кальдер снова наполнил ложку. — Лучше попробуй, пока я все не съел.

В этот раз, когда он протянул к ней ложку, она отбила ее, и содержимое рассыпалось. Она злобно свистнула и уткнулась лицом в груду перьев.

Но Кальдер не сдавался. Он дождался, пока она поднимет голову, предложил еще ложку. В этот раз она проглотила кашу, позволила ему кормить ее, пока не съела половину миски. А потом она сжалась в гнезде и закрыла лицо рукой.

Кальдер вздохнул и вернулся к столу. Ему было больно видеть ее такой. Но он поужинал, зная, что ему нужны были силы для того, что ждало его впереди. Впрочем, съел он не все.

Он помыл тарелки и убрал их, прошел в старую комнату Тессы и вытащил «Книгу заклинаний мага» из-под половицы, где она спрятала книгу. Он сел на кровать и снова попытался открыть книгу. Толстый кожаный ремешок опоясывал ее, но в нем не было скважины. Когда он нашел книгу, он тянул за ремешок, пока мышцы не сдались, но без толку. Он пытался разрезать ремешок, но не осталось ни следа, словно книга была из стали. Он не знал, почему попробовал снова. Было глупо представлять, что что-то изменилось с прошлой попытки.

Раз магия запечатала книгу, видимо, только магия могла открыть ее. Но указания, как открыть книгу, скорее всего, были написаны в книге, которую не открыть без них.

Но, даже если бы он знал заклинание, вряд ли попробовал бы. А если было контрзаклинание, как на шкафу в замке? Он не хотел снова стать тараканом.

«Фэлин может решить съесть меня», — хотя он не помнил то время, от мысли, что он был тараканом, все еще было страшно. И, если это случится сейчас, никто не увидит, никто не спасет его.

Почему книга была тут, а не в замке? Бывшая комната чар Феллстоуна казалась хорошим вариантом места, где Тесса могла смочь открыть том. Но, может, она увидела намек на злую силу, которая овладеет ею, и решила оставить книгу в доме для сохранности.

Он подумывал использовать инструменты кузнеца, поддеть ремешок и переплет. Но, если Тесса не смогла открыть ее, разве был шанс у него? Или, может, ему стоило попробовать грубую силу? Ударить молотом, переехать лошадью с телегой. Если где и можно было найти спасение для заколдованной Тессы, то, скорее всего, в этой книге. Может, это был единственный шанс спасти ее.

Ему нужно было взять книгу в дом Эша, чтобы тот смотрел, пока Кальдер пытался бы открыть ее. Тогда, если бы он стал тараканом — или змеей, или крысой — Эш смог бы взять его и уберечь, пока не нашли бы способ вернуть ему свой облик. Он не был рад такому варианту, но других не было, а он не собирался допускать свадьбу Тессы, при которой она была бы пленницей в своем замке.

Он встал, в дверь постучали.

— Откройте! — сказал гулкий голос. — Рыцари замка Феллстоун!

Кальдер застыл. Он подумал о Тессе, но понял, что она не могла быть с ними, иначе они объявили бы ее. Кто-то еще послал солдат. Или сама Тесса, но не в своем уме. Он посмотрел на книгу. Они хотели это.

Он не мог отдать ее им. Он вскочил, побежал к половице, где книга была спрятана раньше. Но он замер, понимая, что тайник был очевидным. Он сам нашел его за минуты.

Послышался грохот, мужчины ломали дверь. Кальдер не мог медлить, спрятал книгу в первом месте, пришедшем в голову, надеясь, что эти рыцари были плохими ищейками. Ему нужно было защитить Фэлин. Он поспешил в главную комнату и увидел двух рыцарей с мечами и толстого мужчину средних лет с медальоном на шее.

Фэлин сидела со стеклянным взглядом. У нее уже не было сил биться с чужаками.

— Уберите оружие! — Кальдер закрыл собой Фэлин. — Это мама леди Тессы!

Младший рыцарь сам напоминал птицу крючковатым носом, узкими губами и бровями, торчащими как крылья. Он уставился на Фэлин, наверное, поразился, что безумная женщина в большом гнезде может быть чьей-то матерью.

Старший рыцарь был с выражением «Я все видел и знаю, что лучше не говорить». Его лиловый нос картошкой намекал на ночи с бутылкой, чем он прогонял кошмары.

Оба рыцаря посмотрели на круглого мужчину, опустили оружие по его кивку.

— Я — сэр Бриар, — мужчина высоко поднял двойной подбородок, его веки были тяжелыми. Он шагнул к Кальдеру. — Советник леди Феллстоун.

Кальдер не видел и не слышал о нем раньше. Он вел себя не как тот, кого Тесса в здравом разуме могла нанять. Кальдер с опаской поглядывал на него, ведь тот мог оказаться волшебником.

— Мы пришли за вещами леди. Они нужны ей в замке, — сказал сэр Бриар.

— Если вы прибыли по ее приказу, зачем выбивать дверь? — сказал Кальдер.

— Никто не ответил на стук.

— Вы не дали даже пересечь комнату. Уходите, и когда вернетесь с леди, она сможет выбрать то, что ей нужно.

Советник усмехнулся, глядя на Кальдера, вытащил свиток пергамента из-под камзола. Он развернул его и указал на подпись Тессы с торжествующим видом.

— Обыщите ее комнату, — приказал он рыцарям.

Кальдер ругал себя за то, что подумал, что они не принесли бы подпись, двое мужчин прошли в старую спальню Тессы. Грохот и стук доносились оттуда, они обыскивали место. Десять минут спустя они пришли с пустыми руками.

— В другой спальне! — крикнул сэр Бриар.

Рыцари ушли в старую комнату кузнеца, где теперь спал Кальдер. Он скрывал эмоции на лице, хотя он сжимался внутри от перспективы уборки после того, как они выбросят все из выдвижных ящиков и оторвут половицы.

— Вы ищете что-то конкретное? — сказал Кальдер. — Может, я бы мог помочь.

— Это не твое дело, кузнец, — сказал сэр Бриар.

Это удивляло. Мужчина звал себя советником Тессы, но не знал, что ее отец-кузнец умер полгода назад. Это доказывало, что она не знала, что происходило, и не управляла этим.

Кальдер опустился рядом с Фэлин на колени, коснулся ее плеча. Рыцари повернулись к гостиной и стали переворачивать комнату. Стулья перевернули, банки с мукой высыпали на пол без причины, ведь там не уместилась бы большая книга.

Он вздохнул, когда они взяли его любимую сумку, перевернули ее и вытряхнули содержимое, половина укатилась по полу под мебель. Ему придется во второй раз за день собирать вещи в сумку.

Наконец, когда рыцарям было уже нечего уничтожать, тот, что был с лиловым носом, сообщил сэру, что поиск был безуспешным, пока младший делал вид, что его там не было.

Лицо сэра Бриара стало красным, он повернулся к Кальдеру.

— Где это?

— Что? — сухо сказал Кальдер.

— Вы знаете, что.

— Как, если вы не говорите?

Сэр Бриар окинул комнату взглядом, и его лицо вдруг отразило, что он все понял.

Страх сдавил живот Кальдера.

Советник прошел мимо него и оторвал старый гобелен от стены, открывая тайник за ним. Он рассмеялся, будто маньяк.

— Попался.

Но, когда он попытался повернуть ручку, он обнаружил, что было заперто.

Из уважения к Доналу Скаю, доброму отцу Тессы, который укрыл и защитил Фэлин, когда она убежала из замка много лет назад, Кальдер хранил все вещи мужчины так, как было, когда он был живым. Сотни, а то и тысячи ключей еще висели на доске у кухни.

— Найдите его! — закричал сэр Бриар своим людям.

Следующий час, пока Кальдер читал по кругу абзац из своей книги, два рыцаря возились с ключами и замком.

Ни один не подошел.

Советник у стола пил пиво из бутылки, которую Кальдер приберегал себе на этот вечер.

— Несите топор! — крикнул он.

Рыцари пошли искать в округе топор. Когда они вернулись четверть часа спустя, Кальдер встал и вытащил ключ из гнезда Фэлин.

— Попробуйте этот, — он поднял ключ.

Сэр Бриар забрал ключ из его руки и сунул его в замок. Дверь открылась.

Меч лежал внутри, но не красивый стальной, какой Фэлин забрала из замка. Этот был из дерева. Сэр Бриар с отвращением схватил его, прошел к каменному столу и ударил им об край.

Он ушел, больше ничего не сказав, а рыцари последовали за ним, как провинившиеся школьники. Кальдер смотрел, как они уезжали на лошадях. Немного позже он обошел дом и вытащил книгу мага из-под окна Тессы, откуда он ее выбросил.

Его удивил деревянный меч. Разве у Эша не было такого? Его не удивляло, что Тесса сберегла его.

Не было времени. Пока дом обыскивали, он придумал план. Он ощущал себя лучше, зная, что сделает, хотя слабо верил в успех.

4

Тесса

Я была самой счастливой девушкой в Вилдерине. Не из-за того, что унаследовала богатства — хотя это было чудесно и неожиданно — а потому что меня ждала свадьба с хорошим джентльменом, сильным, красивым и влюбленным в меня. Три дня назад он признался в своих чувствах и попросил моей руки. Я была не из тех, кто изображает сомнения, чтобы усилить чувства поклонника, тут же согласилась и отдала приказ, чтобы свадьба прошла через три дня.

И этот день наступил.

Луч света, падающий в брешь между шторами, разбудил меня рано. Я встала, не ощущая обычную сонливость, и позвонила в колокольчик, чтобы Мэри, одна из моих горничных, помогла мне одеться. Раньше я оделась бы сама, но теперь я была леди Тессой и оставляла эти занятия тем, кто был ниже моего статуса.

Я широко раздвинула шторы, чтобы посмотреть на самый красивый день в моей жизни. Небо было синим, облака белейшими, а трава чудесно зеленой, лучше не могло бы быть, даже если бы я приказала раскрасить их самого одаренного художника в Сорренвуде.

Кто-то постучал в дверь.

— Можно войти, миледи? — спросила Мэри из-за двери.

— Конечно, потому я и звонила, — было сложно вести себя терпеливо с ограниченными слугами.

Мэри вошла, как обычно, как можно тише. Она шагала на носочках, закрыла дверь так нежно, будто мы прятались от группы разбойников. Я говорила с ней об этом раньше, но она не смогла изменить привычку.

— Я буду в фиолетовом платье, — сказала я ей.

— Когда будете надевать свадебное платье, миледи?

— О, после банкета утром. Не хочу испортить его едой.

Я могла только думать о своем счастье, пока Мэри наряжала меня в платье, укладывала мои волосы и застегивала украшения. Когда все было закончено, пора было идти в столовую.

Я прибыла раньше моего Реджинальда, лорда Турта, и села во главе стола. Передо мной лежали все вкусные угощения, какие только можно было представить; суфле и омлеты, свежий хлеб и лимонные пирожные, бекон и сосиски, сыр и свежие яблоки и много другого. Мои гости уже сидели, когда я пришла, но я была не в настроении просто болтать. Мы сидели в тишине, пока через десять минут не прибыл лорд Турт.

Я не могла оторвать взгляда от его черных волос, голубых глаз, полных губ и величавой позы. Он прошел в зал вместе с черной пантерой, Мардак, которая была на поводке. Выглядело так, словно Мардак вела лорда, а не наоборот. Они приблизились к месту лорда Турта, и Мардак зарычала так, что все рядом вздрогнули. Стулья и тарелки быстро подвинулись, для лорда и его питомца освободили место, и пантера устроилась на полу рядом с ногами хозяина.

Я смотрела на свою истинную любовь, а он поднял вилку и посмотрел на серебро. Реджинальд хорошо различал ценные и красивые предметы. Он часто замирал, чтобы осмотреть вазу, картину или мое украшение. И если предмет был маленьким, он рассеянно убирал его в свой карман. Отвлеченный красотой и мастерством, он забывал потом вернуть предмет на место.

Я не знала, почему его посадили так далеко от меня. Мы должны были сидеть по разные края стола? Это был мой замок. Я должна была сидеть, где мне нравилось, и могла указывать на места остальных. Я встала со стула, и два пажа подбежали ко мне.

— Что вам принести, ваша светлость? — сказал Джейми.

— Стул рядом с лордом Туртом, — я прошла мимо него.

Пажи ошеломленно переглянулись.

— Но миледи, по традициям…

— Тут традиции придумываю я.

Увидев мою решимость, пажи схватили мой стул, который был мягче других, и поспешили мимо меня, чтобы опустить его на место раньше, чем я доберусь до лорда Турта. Чтобы усадить меня слева, чтобы я не сидела рядом с его пантерой справа от него, еще два лакея подвинули графину Брэкен, освобождая место для меня.

— Как вы смеете! — сказала она, когда они подняли стул с ней и придвинули к жениху ее внучки, Малкольму. Он и несколько других гостей отодвинулись чуть дальше.

— Я изменяю места за столом, — я мрачно посмотрела на графиню, и она хмуро глядела на меня, но молчала. Она жила в замке, не платила ни монеты за еду или жилье. Она была достаточно мудрой, чтобы не рисковать потерей такого места.

Слуги наполнили наши тарелки угощениями, мне и лорду Турту раньше остальных. Реджинальд протянул сосиску пантере. Она подняла могучую голову, открыла пасть, показывая опасные зубы. Она жадно жевала мясо. Любовь лорда к его питомцу говорила о его доброте и щедрости. Хотя меня удивило, когда через мгновения он забрал последнюю булочку с изюмом с тарелки Эдмунда. Но это было даже на пользу мальчику. Эдмунд потолстел, ему стоило есть меньше.

Я склонилась ближе к лорду. Его запах пьянил, хотя могла влиять тарелка с беконом неподалеку. Я затаила дыхание, он посмотрел на меня. Он потянулся мимо меня за вареньем из черной смородины, его изящная ладонь задела мою голую руку, и я поежилась. Я смотрела, как он смазывал вареньем булочку и подносил ее к своему рту. Мы были не одни, и я подавила мысли о тех ладонях на мне, о тех губах на моих.

Пантера зарычала. Я отвела взгляд, увидела, что зверь обвил ноги лорда Турта и смотрел на меня, прикрыв глаза. Пантера подвинула лапу, выпустила когти, словно показывала мне свое оружие. Я напомнила себе, что питомец и должен был защищать хозяина.

— Еда вам нравится? — спросила я у мужчины, который скоро станет моим мужем.

Он хмыкнул в ответ, подцепил вилкой кусочек сыра, доев булочку.

Я склонилась ближе и прошептала ему на ухо:

— Я жду ночь, — может, это было слишком смело, но я не сдержалась.

— И я, — сказал он с полным ртом.

Мои щеки стали теплее.

— Я не ел хорошего жареного ягненка уже две недели, — добавил он.

Я поняла, что он решил, что я имела в виду пир после церемонии бракосочетания. Он думал, что я была слишком скромной, чтобы говорить о делах в спальне. Он был прав, конечно, было неуместно тут говорить о таком.

Он замер на миг, чтобы перевести дыхание между укусами. Я опустила ладонь на стол, надеясь, что он посмотрит на нее или даже поймает и прижмется губами. Я прижалась к нему ближе, чтобы он ощутил запах жасмина, который моя горничная нанесла мне на шею утром.

Он понюхал. Я думала, что он поцелует меня в шею, даже при всех людях. Но его воспитание не позволяло. Он повернулся и кивнул слуге добавить колбасок на его тарелку.

Чудо, что он оставался худым, хотя съедал половину своего веса за каждым приемом пищи. Это показывало, что он был идеальным человеком. Мышцы его плеч, рук и груди точно нуждались в постоянном питании.

Меня восхищало все в нем. Я едва могла дождаться момента, когда нас назовут мужем и женой, несмотря на зверя у его ног, глядящего на мою шею, язык свисал из пасти в голодном предвкушении.

5

Эш

Эш собирался уехать рано утром, но, как оказалось, мистер Тинли не загрузил телегу прошлой ночью, как обещал. Он дождался, пока Эш не проснулся на рассвете, и заставил его заворачивать товары. Процесс был долгим, нужно было убедиться, что тарелки, миски, графины и вазы мистера Тинли не треснут в пути.

Когда они закончили, гончар настоял съесть блюда, приготовленные женой, перед отбытием. И только днем Эш и мистер Тинли сели бок о бок на краю телеги. Эшу было неудобно сидеть с сумкой между ног, гончар запретил ему оставлять свои вещи рядом с его товарами.

Городская площадь была наполнена местными, собравшимися смотреть, как свадебная процессия Тессы прибудет в часовню. Этого Эш хотел избежать. К сожалению, они застряли посреди толпы из-за расположения магазина мистера Тинли.

Лошадь медленно продвигалась к улице Прэтт, и после часа описания гончаром сложностей его работы, они почти добрались до нее. Но, когда они собирались повернуть, группа солдат пробила проход для себя и установила баррикаду перед ними.

— Так нельзя! — сказал Эш.

— Тихо, — гончар нервно огляделся, проверяя, что солдаты не слышали. При правлении лорда Феллстоуна критика в сторону стражи привела бы к подземелью.

Но все должно было измениться.

Вскоре стало понятно, почему проезд перекрыли. Свадебная процессия прибыла, стало слышно фанфары, а потом яркие краски отряда стражи. А потом появилась королевская карета, а за ней — танцующие девушки, которые бросали цветы в пялящихся жителей.

Эш смотрел, а карета Феллстоуна остановилась у входа в часовню. Один из стражей открыл дверцу и отпрянул, когда выпрыгнул большой черный кот, а потом нервный слуга, сжимающий его поводок. Эш не знал, что это было за существо, пантера или черная львица. Несколько зрителей завизжали, и те, кто был ближе всего, попятились.

Лорд Турт вышел следом. Эш ни разу не видел такого шута. Он был лет на двадцать старше Тессы, его волосы редели. Пуговицы его черного камзола натянулись. Он шагал, как наглый павлин, не стал помогать невесте выйти из кареты, даже не проверил, шла ли она.

Тесса вышла с помощью слуги, и Эш перестал дышать. Она напоминала лебедицу, тонкую и изящную, в белом платье, обвивающее ее от талии и выше, а внизу похожее на пышные перья. Вуаль была сдвинута с ее красивого лица, сияющего счастьем, пока она смотрела на спину мужчины, за которого собиралась выйти.

То, что она смотрела только на этого лорда, ударило Эша ножом в живот. Но, когда она шагнула вперед и обвила ладонью руку возлюбленного, на лице мужчины сверкнуло раздражение. Эш понял с шоком, что тому не было до нее дела.

Кошка пробивала путь, рыча на всех на своем пути. Тесса и Турт шагали к дверям часовни. За ними собралась группа, так называемых, аристократов. Эш узнал двух братьев из замка, которые дразнили его, когда его притащили к шесту, где лорд Феллстоун хотел превратить его в уголек. Они были с гадкой девушкой, которая смеялась над работой его отца.

«Теперь это твои друзья, Тесса?».

Эш понял теперь, каким глупым и слепым был. Тесса, которую он знал, не стала бы дружить с такими людьми. Она была не такой, как они. Он отказывался верить, что она могла так измениться. Кальдер был прав, только чары, меняющие разум, могли заставить ее терпеть таких, как лорд Турт и его гадкие друзья. Она была леди замка. Она парой слов могла прогнать их всех. Тесса, которую он знал, не стала бы мешкать.

Эш встал в телеге и осмотрелся. Он жалел, что Кальдер не был выше.

— Сядь, а то выпадешь, — сказал мистер Тинли, хотя телега не двигалась.

Эш игнорировал его, выглядывал. Он вскоре заметил Кальдера у часовни, это ему и требовалось. Он схватил сумку и спрыгнул на дорогу улицы.

— Куда ты? — сказал гончар.

— Передумал. Я не еду, — Эш побежал в толпу зевак, не дав мистеру Тинли возразить. Он протолкался к ближайшему переулку, где замер, чтобы пристегнуть меч и спрятать вещи, чтобы забрать их позже. Оттуда он пошел вперед, пока не добрался почти до бока Кальдера. Бедняга оказался рядом с танцующими девушками, болтающими вокруг него высокими голосами.

Кальдер просиял при виде него. Он выбрался из толпы и похлопал Эша благодарно по спине.

— Видел когда-нибудь таких страшил, как лорд Турт?

Эш покачал головой.

— Я должен был тебя послушать. Какой план?

— Нужно как-то войти, — сказал Кальдер.

Это не звучало как план.

Невеста, жених и приглашенные гости были уже в часовне. Стражи стояли у двойных дверей, пока мужчина важного вида проверял приглашения и впускал в часовню. Эш посмотрел на оставшихся.

— Есть идея, — Эш повел Кальдера в конец очереди, где двое братьев из замка толкали друг друга. Он встал за старшим и направил Грозу на его спину. — Ты и твой брат идете с нами. Тихо.

Раздражающая девушка услышала.

— Так нельзя с моим суженым.

Эш ткнул юношу мечом, пока говорил с девушкой:

— Уходи. Ничего не рассказывай. И я его не убью.

Юноша кивнул.

— Так и сделай.

Девушка отвернулась, осталась в очереди.

— Эдмунд, — сказал он своему брату. — Нужно отойти с этими, кхм, мужчинами.

— Зачем это? — сказал Эдмунд.

Кальдер дал ему повод, прижав кинжал к его боку.

Они завели братьев за здание и приказали им снимать верхнюю одежду. Кальдер сорвал рубаху Эдмунда для кляпов и веревок. Эш надел камзол и штаны Малкольма, а Кальдер — Эдмунда. И они забрали приглашения братьев.

Эш и Кальдер поспешили к часовне, два стража уже закрыли собой двери. Кальдер показал украденные приглашения.

— Поздно, — сказал страж, который стоял так, словно проглотил палку. — Уже началось.

— Не шутите, — сказал Кальдер. — Вы только что закрыли двери. Я — ее дядя из Фейрлейс. Вы не хотите познать ее гнев, если не впустите нас.

Страж, чьи седые волосы ниспадали на плечи жирными прядями, с вопросом посмотрел на товарища.

— А это мой сын, ее кузен, — добавил Кальдер.

Эшу показалось, что он перегнул, ведь они не были похожи. Кожа Кальдера была смуглее, и он был низким. Но это сработало. Седовласый страж начал открывать дверь.

— Погодите, — сказал строгий, глядя на меч Эша. — Никакого оружия.

— Это не оружие, — издал смешок Кальдер. — Это для церемонии.

— Никакого оружия, — повторил страж.

— Тогда оставь это тут, — сказал Кальдер Эшу.

— И сумку, — добавил седой, наверное, желая показать, что и он мог отдавать приказы.

— Сумку? Невозможно. Тут подарок для невесты, — Кальдер открыл ее, и стало видно букет красивых цветов. — Видите?

— Сумку берите, меч — нельзя, — напряженный страж строго посмотрел на них, чтобы пресечь возражения.

Эш расстегнул ремешок и оставил меч у двери.

— Я вернусь за ним после церемонии, — сказал он.

Дверь была открыта так, чтобы они могли проскользнуть по одному. Кальдер прошел к последнему ряду и сел, прижался к толстой женщине рядом с ним, чтобы хватило места и Эшу. Она посмотрела на него свысока, Кальдер подмигнул ей. Это освободило им больше веса, она направила свой вес в другую сторону, чуть не сбив мужчину с другой стороны на пол.

Скамейки были полными. Все смотрели на Тессу и жениха, они стояли у алтаря и смотрели на священника. У мужчины было длинное лицо, длинный нос, длинные белые волосы и длинная борода. Даже пальцы, сжимающие священную книгу, казались длинными. Он говорил о любви и смерти, но Тесса не слушала. Она влюбленно смотрела на жениха, а он разглядывал свои ногти. Дикая кошка лежала у его ног.

— Что теперь? — прошептал Эш.

Кальдер порылся в сумке. Цветы как-то пропали из нее. Он вытащил флакон прозрачной жидкости, закупоренный пробкой.

— Подойди туда и брызни ей в лицо.

— Это снимет чары?

— Если повезет.

Эш взял флакон, посмотрел на Кальдера хмуро и пошел по ряду. Люди стали шептаться и указывать на него, подняв гул.

— Это камзол Малкольма! — прошипела раздражающая девушка со своего места. — Что ты с ним сделал?

Эш не слушал ее, добежал до алтаря.

— Тесса, — сказал он за ее спиной.

Она будто не слышала его, хотя гадкий жених взглянул на него.

Эш откупорил флакон.

— Тесса!

Она развернулась, и он вылил жидкость на ее лицо.

— Очнись!

Кальдер не говорил ему, что сказать, но этот приказ показался Эшу хорошим.

Тесса вытерла глаза и щеки рукавом. Лорд Турт выглядел скучающе.

— Беги, Тесса! — Эш не знал, сработало ли зелье. Зелья же нужно было глотать? Он не знал, попала ли жидкость в ее рот.

Краем глаза Эш заметил движение, солдаты стали окружать его. Он потянулся к руке Тессы, но не успел коснуться, у дверей раздался взрыв. Огонь вспыхнул, поднялся дым.

— ПОЖАР! — закричал Кальдер. Гости вскочили и толкались, пытаясь добраться до двери. Лорд Турт тут же побежал. Солдаты поспешили разбираться с огнем, пытались восстановить порядок.

Эш схватил Тессу.

— Идем со мной, — он попытался увести ее, но она отдернула руку.

— Оставь меня! — она дико озиралась в поисках жениха. Его не было видно. Эш подозревал, что лорд Турт уже был снаружи.

Зелье не помогло, но он не собирался сдаваться. Он снова потянулся к ней, но низкое рычание напомнило ему о диком звере у их ног. Существо бросилось между ним и Тессой, позволяя ей отойти на поиски трусливого лорда. Путь Эша преградила кошка.

Он отпрянул, с трудом избежав взмаха длинных сверкающих когтей.

— Лови! — крикнул Кальдер.

Эш поднял голову, кинжал летел к нему. Ловить? Он пригнулся, нож пронесся мимо его головы и вонзился в деревянный алтарь.

Зверь был готов броситься на Эша, и он побежал вперед, схватил за рукоять ножа и потянул.

Кинжал не поддался.

Кошка прыгнула. Эш бросился в сторону и прокатился вправо, сбрасывая зверя с себя. Он прыгнул к алтарю, сжал кинжал и дернул изо всех сил, отлетел назад, когда нож вырвался.

Пантера прыгнула снова. Эш поднял короткий, но острый клинок и направил на тело кошки, но пантера легко повернулась в прыжке и приземлилась на первую скамью. Она не стала тратить на него время, прыгала со скамьи на скамью, рыча, пока не ускользнула за дверь следом за хозяином.

Эш огляделся и заметил Тессу. Ей мешали сбежать мужчина и женщина, чей общий вес перекрыл проход между рядами. Он поспешил к ней.

— Послушай меня, — сказал он. — Ты сама не своя. Они заколдовали…

— Уходи! — она толкнула его.

— Не в этот раз, — он схватил ее за талию и забросил на плечо.

— Пусти! — закричала она.

Толстая пара смогла выйти из здания, оставив Эшу проход к двери. Он направился туда, Тесса металась и била его кулаками.

— Позже поблагодаришь, — сказал он. Но, пока он спешил вынести ее наружу, она подняла голову, и он случайно задел ею косяк двери. Тесса обмякла в его руках. — Тесса! — он опустил ее на траву у часовни и попытался разбудить, нежно встряхнув.

Кальдер появился рядом и хмуро посмотрел на невесту, потерявшую сознание.

— Ой-ой, — он тревожно огляделся. — Неси ее. Мы не можем тут оставаться.

Эш стал поднимать ее, солдаты окружили их, включая двоих, которые впустили их в часовню.

— Уберите от нее руки! — лорд Турт поспешил к ним. Дикий зверь шагал рядом с ним с нахальным видом. Хотя Эш понял, что не видел кошек с другим выражением на мордах.

Он опустил Тессу и поднял кинжал Кальдера. К сожалению, стражи были с мечами, и их было слишком много для него, даже если бы он был с мечом.

Кальдер покачал головой. Хоть они старались, план, похоже, провалился.

— Не трогайте их! — сказала Тесса.

Эш развернулся. Она сидела, и, что удивительно, влюбленный вид пропал с ее лица.

— Не смейте трогать моих друзей, — она хмуро смотрела на лорда, которым до этого восхищалась.

Кальдер протянул к ней руку.

— Миледи.

Она с отвращением посмотрела на своего жениха.

— Свадьба отменяется. Можете все возвращаться в замок. Не вы, лорд Турт. Вы и ваша пантера изгнаны из Сорренвуда.

— Но, любимая, — сказал он. — Ты сама не своя. Ты ударилась головой.

— Наоборот. Я — это я.

Лорд Турт шагнул к ней.

— Назад! — сказала она.

Солдаты направили мечи на лорда. Он и его пантера попятились.

— Ты об этом пожалеешь, — рявкнул он. — Я вернусь.

Капитан стражи обратился к Тессе:

— Позвольте сопроводить вас в замок, леди Феллстоун.

— Я пойду с друзьями к своей матери. Можете послать за мной карету на закате.

— Прошу, позвольте мне и еще двоим сопроводить вас.

— Не нужно. Сопроводите лорда Турта и его пантеру из Сорренвуда, а потом вернитесь в замок, — сказала она. — Такие мои указания.

Эша поражала уверенность в ее голосе. Он верил, что она стала собой, хотя она уже была не ребенком, а женщиной.

— Идем с нами, — бодро сказал Кальдер. — Нужно многое тебе рассказать.

Тесса обвила рукой руку Кальдера. Она пошла в белом платье — изорванном и в пятнах — пышная юбка мешала им немного.

6

Тесса

Все смотрели, как мы уходили от часовни. Я выглядела глупо в потрепанном свадебном платье. Кальдер был странным на вид спутником в хорошее время, но сейчас выделялся особенно в лиловом бархатном камзоле, подходящем Эдмунду. Если подумать, Эш тоже был наряжен странно в синий сатиновый камзол с рукавами, не достающими до запястий, и штаны были всего до середины голени.

— Что на вас такое? — спросила я.

Кальдер рассмеялся.

— Это самый важный вопрос?

— Мы оставили вещи тут, — Эш повел нас за угол здания.

Но там были только обрывки ткани на земле.

— Кто-то их освободил, — сказал Эш.

— Мило, что они украли нашу одежду, — сказал Кальдер.

— Но их нельзя винить, — я стала догадываться, что произошло. — Почему вы не забрали вещи с собой.

— Не подумали, — сказал Эш.

— Мы спешили спасти кое-кого, — Кальдер посмотрел на меня. — Ты знаешь, что с тобой случилось?

— Нет. Мысли прояснились, но голова ужасно болит, — я провела пальцами по ноющей шишке размером с каштан.

Эш опустил взгляд и пробормотал извинение.

— После прибытия лорда Турта я могла думать лишь о любви к нему, и какой он идеальный, — я взглянула на Эша, но он все еще избегал моего взгляда. — Когда я очнулась вне часовни, я увидела его четко впервые с нашей встречи. И я поняла, что он гадкий, но я не могла до этого мыслить здраво.

— Есть идеи, кто тебя очаровал?

Я обдумала вопрос.

— Лорд Турт прислал мне подарок пару недель назад. Цветной песок в банке. В его письме говорилось бросить его в огонь, и я увижу красивые картинки. В последний раз я ощущала себя нормально перед тем, как сделала это.

— Ах, — сказал Кальдер. — Тогда это объясняет.

— Что объясняет?

Он рассказал, как пытался спасти меня в замке. Я не помнила этого, и это уже пугало. Как появление лорда Феллстоуна и королевы скользомышей могло не запомниться мне? Магия точно была сильной.

— Я была такой дурой, — я опустила голову.

— Не дурой, — сказал Кальдер. — Может, немного беспечной.

— Ты предупреждал меня, что всюду враги.

— Я предупреждал о Слейерте.

— Думаешь, он за этим стоит?

— Возможно, — сказал Кальдер.

— Это Рэтчер, — сказал Эш. — Я в этом уверен.

Его мнение меня не удивило. Он не зря презирал ее. И после того, как я себя вела, я не винила бы его, если бы он стал презирать меня. Стыд заполнил меня, я вспомнила, как вела себя в часовне, не сводила взгляда с лорда Турта, взглянула на Эша так, словно он был никем, напала на него, когда он попытался меня спасти. Что он думал обо мне?

— Я благодарна, что вы — мои друзья, — мои слова были растерянными, но это было началом.

— Я чуть не убил тебя, — сказал Эш.

— Ты вернул мне разум.

— Нет. Я облил тебя зельем Кальдера. Это привело тебя в чувство.

Я заметила улыбку Кальдера.

— Я не говорил, что это было зелье. Я просто сказал брызнуть ей в лицо.

— Что это было? — сказал Эш.

— Вода.

Эш застыл на месте.

— Ты дал мне воду?

— Нам нужно было что-то сделать.

— Но я думал…

— Ясно, — перебила я, чтобы они не спорили. — Ты спас меня, ударив головой.

Лицо Эша вспыхнуло от осознания, что он случайно поступил правильно.

Эш забрал свою сумку из переулка, и Кальдер повел нас дальше. Я поняла, что мы шли не к моему дому.

— Куда мы? Мне нужно увидеть маму, — мне было не по себе от мысли, сколько времени прошло с последнего визита. Я надеялась, что время принесло изменения, но боялась, что стало только хуже.

— Ее там нет, — сказал Кальдер. — Она не может о себе позаботиться, и я оставил ее с мистером Оливером.

Сапожник был для папы дороже всех, кроме меня, хотя только я знала об их чувствах. Я хотела навещать его. Это тоже пострадало от злого влияния замка. А это, признаюсь, произошло, потому что я позволила новому положению в мире вскружить мне голову.

— Маме не стало лучше? — сказала я.

Кальдер взял меня за руки.

— Она еще не вспомнила, что она — человек. Она лежит в гнезде днем и ночью, делает вид, что больна, но лекарь не нашел причин, кроме того, что она считает себя воробьем. Она почти не ест. Я не знаю, сколько она протянет.

Слезы выступили на глазах. Это все сделала я. Я бросила ее, оставила ее без причины жить.

Я отодвинулась от Кальдера и зашагала быстрее.

— Я нужна ей. Ей станет лучше, когда мы будем вместе. Я уверена.

Кальдер и Эш догнали меня.

— Возможно, — сказал Кальдер. — Но пока мы не найдем лекарство, она продолжит верить, что она — птица. Это не жизнь.

— Это лучше смерти, — но я не была уверена, что это так.

— Нам нужно изменить ее.

Я затаила дыхание.

— Ты про магию? — Кальдер сам отговаривал меня от этого.

— Да. Хоть это может быть опасно. Я понял, что иначе никак.

— Я ничему не научилась в замке. И та проклятая книга, — я хотела сказать, что не смогла ее открыть, но вспомнила, что сделала при Кальдере вид, что сожгла ее.

— Ах, да, книга, — Кальдер улыбнулся мне.

— Ты нашел ее? — выпалила я.

— С легкостью.

— Прости, что соврала.

— Больше так не делай, — сказал он. — Не ври маме, мне или Эшу. Ври, если нужно, другим.

— Хорошо. Но я все еще не могу открыть книгу.

— Потому нам нужно в Блэкгров, — сказал Кальдер.

— Блэкгров? — сказал Эш. — Туда я и направлялся.

— Да. И нам нужна твоя помощь, — Кальдер стукнул его по спине.

7

Эш

Тесса надеялась, что ее присутствие придаст ее матери желание жить, но Эш не был уверен. Бедная женщина, такая хрупкая, что она на самом деле напоминала птицу, какой себя считала, едва заметила прибытие Тессы в дом мистера Оливера.

Он и Кальдер стали искать другое платье для Тессы, а еще ее сумочку с ключами и несколько других предметов для их путешествия. Эш уже сменил мелкие камзол и штаны, которые укрыл, чтобы пробраться на свадьбу, на запасную одежду из своей сумки. Кальдер хотел сделать это в доме кузнеца.

— Только быстрее, — сказал Кальдер, когда они приблизились. — У меня плохое предчувствие из-за ситуации в замке.

Эш кивнул. Он не помнил, чтобы у него были хорошие чувства о замке Феллстоун.

Пока Кальдер переодевался, Эш собрал вещи для Тессы. Это было непросто, ведь у него не было сестер, и он не знал толком, что девушки носили под платьем, если вообще носили. Он собрал вещи из выдвижного ящика, не глядя, надеясь, что это подойдет, добавил плащ с капюшоном, два платья, пару прочных ботинок из шкафа.

Он вернулся в гостиную, Кальдер прятал в свою сумку книгу магии. Они огляделись в последний раз в поисках того, что могло пригодиться, когда топот копыт зазвучал снаружи.

Эш потянулся к мечу, вспомнил, что оставил его у сапожника.

Кальдер посмотрел из-за шторы на улицу.

— Солдаты. Это плохо, — он повернулся к задней части дома. — Идем!

Кальдер первым вышел в сад. Эш вдруг остановился у порога. Он бросил сумку с вещами Тессы в руки Кальдера, захлопнул дверь перед его лицом и запер на засов.

Кальдер прошел к окну, махал Эшу идти за ним. Но Эш принял решение. Он отмахнулся от друга и поспешил к передней части коттеджа.

Он мог дать Кальдеру время уйти с книгой магии. Все остальные их вещи можно было заменить, кроме этого. Книга могла спасти мать Тессы.

Он встал у стола, дверь распахнулась, и ворвался рыцарь в доспехах, а с ним еще двое.

— Стоять! — прогремел голос рыцаря. — Кто ты?

По кивку от старшего двое солдат прижали руки Эша.

Эш легко смог изобразить, что он просто бедный напуганный юноша.

— Прошу, не бейте. Я ничего плохого не делал.

Солдаты встряхнули его. Рыцарь повторил вопрос, только громче.

— Эш Кемп. Я… сын могильщика.

— Что ты тут делаешь?

Он быстро сообразил:

— Я, кхм, пришел измерить тело для похорон.

— Чье тело? — рыцарь вспомнил, что они должны были делать. Он рявкнул своим солдатам. — Обыщите место!

Они отпустили Эша и поспешили в другие комнаты. Эш потер плечо.

— Тело леди Феллстоун. То есть, первой леди Феллстоун, жены лорда-чародея. Не леди Тессы, — он старался растянуть объяснение. — Мне сказали, что она умерла, и приказали измерить ее для гроба.

Мужчины вернулись к их командиру.

— Тут никого, — доложили они.

Рыцарь повернулся к Эшу.

— Кто тебе приказал?

— Леди Феллстоун. Имена путают, да? Не та, которая умерла, конечно. Не жена лорда Феллстоуна. Дочь. Нынешняя леди Феллстоун. Леди Тесса Феллстоун, — он ожидал в любой миг, что рыцарь потеряет терпение и прикажет своим людям ударить его по голове.

Рыцарь приблизился к нему и понизил голос, угрожая.

— Где. Леди. Тесса Феллстоун?

Эш пожал плечами.

— Она мне не докладывает, верно? Она нашла меня на кладбище, а потом рассказала о своей матери и ушла. Когда я прибыл, на стук никто не ответил, но дверь была открыта, и я вошел, думая, что тело уже лежит, и я могу его изменить. Но тела тут нет. Никаких тел. Живых людей тоже. Как видите.

Рыцарь кивнул своим людям.

— Вы останетесь тут на случай, если она вернется, — он повернулся к двери.

— Леди Тесса в опасности? Вы пришли защитить ее? — Эш пошел за рыцарем.

Рыцарь замер.

— Нет никакой леди Тессы. У меня есть разрешение на арест Тессы Скай. Она ложно объявила себя дочерью лорда-чародея Феллстоуна. Ее отцом был Донал Скай, кузнец, который жил тут.

Эш попытался отыскать голос.

— Кто издал указ?

— Истинная дочь лорда-чародея Феллстоуна. Леди Рэтчер.

8

Кальдер

Он не знал, что задумал Эш, когда захлопнул дверь перед его лицом, но спорить через окно он не смог бы, и Кальдер сделал то, что и хотел от него юноша. Убежал.

План Эша работал, Кальдер сбежал незаметно. Они могли бы оба уйти, но Эш остался, повысив шансы для одного из них. Он понимал логику юноши, но ему не нравилось видеть, как Эш рисковал жизнью.

Он был благодарен, что действия юноши спасли книгу, хотя он не хотел говорить Тессе, что не знал, был Эш арестован или убит. Он стал шагать медленнее у дома сапожника. Когда он добрался до задней двери, он глубоко вдохнул и постучал.

Мистер Оливер ответил, сжимая незажженную трубку.

— Да, заходи, — он пропустил Кальдера внутрь.

Сапожник добавил соломенный матрац для Фэлин в углу однокомнатной квартиры за его магазином. Она не возражала, а стала строить новое гнездо, показывало, какой она стала.

Тесса сидела рядом с ней на краю кровати, гладила волосы мамы. Когда она увидела Кальдера, она прошла к нему у стола, мистер Оливер стал заваривать чай.

Кальдер вытащил книгу из сумки, надеясь, что оттянет вопросы об Эше. Она забрала том, попыталась снова безуспешно открыть и опустила книгу.

— Где Эш? — сказала она.

— Он остался в доме. Пришли солдаты. Он заставил меня уйти, закрыв перед носом дверь. Уверен, он хотел, чтобы я принес книгу тебе.

— Солдаты? Мое сопровождение? Я сказала им прийти на закате. Хотя они часто спешат.

— Кареты не было, только мечники на лошадях. Они не выглядели дружелюбно.

— Но это мои солдаты. Их не нужно бояться.

— Не впервые солдаты из твоего замка пытались забрать книгу чародея без твоего разрешения, — сказал он. — Я не осмелился довериться им.

Она встала.

— Нужно найти Эша. Я пойду и разберусь.

— Прошу, не спеши, — сказал Кальдер. — И ты не можешь идти так, — он посмотрел на свадебное платье, в котором она все еще была. Переодевание могло ее задержать. Он протянул сумку с ее вещами. — Это твое.

Она раздраженно посмотрела на него, но все же взяла сумку и прошла в ванную мистера Оливера, чтобы переодеться.

Сжимая губами трубку, сапожник опустил три чашки чая. Он взял вторую трубку.

— Табак?

— Нет, спасибо, — хотя у Кальдера было много плохих привычек, эта в список не входила.

Сапожник сел и зажег свою трубку, выпустил пару колец дыма. Кальдер не был против тяжелого аромата вишни, хотя подавил кашель, когда дым ударил его по лицу.

— Сложная работа, — мистер Оливер кивнул в сторону ванной.

— Тесса? — спросил Кальдер.

Сапожник рассмеялся.

— Я про побег из замка. И Сорренвуда.

— Точно. Особенно, когда планируется измена.

Через миг Тесса вышла, выглядя как раньше, в серо-голубом сарафане поверх белого платья, с подходящим поясом. Кальдеру это нравилось больше ее дорогих нарядов в замке.

Эш почти в тот же миг постучал в дверь, и его быстро впустил мистер Оливер. Хоть он выглядел растерянно после произошедшего в доме кузнеца, Эш все еще смог с восхищением посмотреть в сторону Тессы. Кальдер заметил это.

Сапожник подвинул к нему третью чашку чая.

— Садись, мальчик мой. Освежись.

Но Эш стоял, глядя на Тессу.

— Рэтчер захватила власть. Она издала распоряжение о твоем аресте.

Ее щеки покраснели.

— Что? Это глупости. Я — леди Феллстоун.

— Она заявляет, что это не так. Что твой отец — Донал Скай. И это делает ее наследницей Феллстоуна.

— Ложь. Феллстоун был моим отцом. И мать Рэтчер не была его женой, — Тесса схватила плащ и накинула на плечи. — Мне нужно остановить это.

— Постой, — сказал Кальдер. — Ты не можешь туда идти. Она уже управляет стражей.

— Как?

— Не сомневаюсь, она уже месяцами действовала скрытно. Может, она стояла за лордом Туртом и волшебным песком. Она хотела просто управлять тобой, но мы привели тебя в чувство. Мы заставили ее действовать.

— Мне нужно что-то делать. Иначе будет выглядеть так, словно ее ложь — правда.

— Они все равно ей поверят, — сказал Эш, — если она их околдует. Я согласен с Кальдером. Если пойдешь в замок, тебя арестуют. Или хуже, — он сам побывал в подземелье, так что Эш боялся, что Тесса окажется там.

Она ударила ладонью по столу.

— Я не боюсь той женщины. Как она смеет…

— Она смеет, потому что у нее власть. Она — чародейка, а ты — нет. Пока что, — Кальдер кивнул на книгу. — Нужно идти по плану. Попросить о помощи лорда Квешира. Открыть книгу. Ты научишься колдовать. Вернешься, чтобы спасти Фэлин и вернуть свой замок. Может, Квешир и в этом поможет.

Тесса взглянула на Эша. Он кивнул. Как и мистер Оливер.

— Похоже, я в меньшинстве, — она плюхнулась на стул. — Если мы хотим идти по плану, нельзя терять время, — она подняла кружку. — Но сначала выпьем чаю.

9

Тесса

— Лошади? — сказала я.

Кальдер привел нас в амбар на краю города, где конюх познакомил нас с двумя резвыми лошадями и похлопал по крупу черную.

— Это Мистрал, — он кивнул на другую, рыжеватую. — Это Пламя. Заботьтесь о них. Мистрал нежный. Пламя может разозлиться, но только если плохо с ней обходиться.

Он оставил нас готовиться к путешествию.

— Я думала, мы поедем в карете, — сказала я.

— Слишком опасно, — сказал Кальдер. — Они могут послать за тобой отряд.

— Через границу?

Он пожал плечами.

— Нельзя рисковать. Лучше избегать главной дороги. Мы можем поехать по тропе. Я по ней впервые и попал в Сорренвуд.

— Избегая закон? — ухмыльнулся Эш. Он становился разговорчивее с нашего прошлого приключения.

— Думаю, на лошадях мы будем быстрее, — иначе можно было пойти и на своих двоих.

— Это точно, — сказал Кальдер.

— Нужна помощь с платой за них? — спросил Эш у Кальдера, который жил на грани бедности. Эш тоже не был богачом, но он был слишком гордым, чтобы тратить чужие деньги.

— Тесса посылала щедро деньги матери, — Кальдер посмотрел мне в глаза. — Я их использовал.

— Не страшно. Я ужасно богатая, хоть сейчас это не так, ведь все в замке. Кроме этого кольца, — я подняла обручальное кольцо, золотое с бриллиантами вокруг большого сапфира. — Мы можем заложить его, если нужно, но оно может оказаться фальшивым, каким был и он.

Эш обрадовался.

— Понадеемся, что это не потребуется, — сказал Кальдер. — Пока лучше спрячь его. Мы можем столкнуться с ворами.

Я сняла кольцо с пальца и убрала в сумочку, а потом повернулась к Эшу.

— Ты умеешь кататься верхом?

Он кивнул.

— У Лэнса была подруга, Роксанна, дочь всадника. Она нас научила. Мой брат всегда говорил, что нам нужно было уметь кататься верхом, чтобы стать рыцарями.

— Я сам плохо могу кататься верхом, — сказал Кальдер, — но справлюсь. Ты уже каталась, Тесса?

— Конечно, — хоть я недавно обещала не врать, я позволила лжи слететь с губ. Я ни разу не была на лошади. Я знала, что стоило сказать правду, но не хотела казаться слабым звеном в нашей команде. Я сменила тему и спросила, почему лошадей только две.

— Я думал, Эш не умел кататься, — сказал Кальдер. — Но можно поделиться. Так будет проще.

— Раз тебе нужна помощь, мы можем поехать вместе, — сказал Эш Кальдеру.

Я ожидала, что он предложит поехать со мной. Ладно. Разве это было сложно?

Я подошла к Мистралу, который был нежнее. Я сжала поводья, сунула левую ступню в стремя и попыталась перекинуть правую ногу через спину лошади, как видела у мужчин. Я знала, что женщины обычно сидели боком в седле, но эта поза казалась мне опасной, и я решила, что лучше ехать как мужчина.

Но Мистрал не стоял на месте. Каждый раз, когда я пыталась перекинуть через него правую ногу, он отходил от меня. После пары попыток я попросила Эша придержать его, добавив:

— Я еще не видела такого беспокойного зверя.

Мне показалось, что на его лице мелькнула улыбка.

Он придерживал коня, но теперь мне мешала юбка. И я не понимала, как высоко нужно закинуть ногу. Это было сложнее, чем выглядело, но я хотела достичь успеха. На третьей попытке я рухнула животом на седло.

— Просто давно не делала этого, — сказала я.

— Помочь? — Эш уже не мог скрывать веселье.

— Я могу сама.

Но еще две попытки показали, что я не могла.

— Просто нужно немного подтолкнуть, — сказала я.

Кальдер придерживал Мистрала, Эш схватил меня за талию и поднял, чтобы я смогла перекинуть правую ногу на другую сторону седла. Он отпустил меня, и я забрала у Кальдера поводья и тревожно сжала их. Конь заржал, нервно переминаясь в стороны, словно не был рад мне на нем. Я не могла винить бедного коня, ему приходилось изо дня в день носить людей на спине.

— Все хорошо, мальчик, — я отпустила поводья, склонилась и погладила его шею.

От этого я потеряла равновесие и поехала в сторону. Чтобы не упасть, я сжала ноги, впилась пятками в бока коня. Я думала, что так он замрет, но вместо этого он поскакал. Я, визжа, сжала его гриву, подпрыгивая на нем. Я сжала ногами коня, Мистрал несся по полю. Мои ладони стали потными, едва держались за поводья. Конь несся к лесу.

— Стой! — закричала я. Они не понимали приказы? — Стоять! — поводья провисли, я хотела сжать их, но не могла отпустить гриву. — Помогите! — закричала я.

Эш догнал меня на Пламени.

— Не сжимай бока! Это его ускоряет!

Но если я перестану сжимать, я упаду. Мистрал повернул к тропе, слишком узкой для двух лошадей. Эш крикнул:

— Тпру, — и отстал. Низкая ветка появилась из ниоткуда, и я пригнулась вовремя. Конь хотел меня убить.

Тропа изгибалась, заставляя его замедлиться. Я использовала шанс и сжала поводья, отклонилась.

— Тпру! — закричала я, подражая Эшу.

Волшебное слово. Мистрал остановился после пары шагов, чуть не сбросил меня вперед. Я снова стала дышать.

Эш слез с лошади и подбежал ко мне. Он снял меня с седла, крепко обвив меня руками. Мое тело дрожало в его объятиях.

— Ты в порядке? — его голос был встревоженным.

— Да, — соврала я.

Он отпустил меня и отошел, ведя себя так, словно переступил границу между нами.

— Прости, — сказал он.

Я не ответила, злясь из-за извинения. Он всегда ставил меня на пьедестал.

Он сделал тон спокойнее.

— Может, поедешь на Пламени со мной? Думаю, Кальдер слишком тяжелый. Не говори, что я это ему сказал.

— Ладно, — сказала я. — Если ты этого хочешь, — добавила я, чтобы задеть его.

10

Эш

Три товарища почти не говорили, пока ехали в горы на лошадях. Эш был на Пламени с Тессой, думал о своем поведении, стыдясь. Она врала о том, что умерла кататься верхом, но он не обвинил ее в этом, а подыграл для своего веселья. Он слишком поздно понял опасность. Мистрал мог убить ее, и это была бы его вина, ведь он не воспринял ситуацию всерьез.

Тесса теперь безопасно сидела за ним, сжимала край седла, как он и сказал. Он хотел бы, чтобы она обвила его пояс, но это было бы опасно для нее, особенно, если бы ему пришлось наклониться. Но у них вряд ли возникли бы проблемы с лошадьми, пока они ехали легкой рысью.

Кальдер ехал следом на Мистрале со своей сумкой и их мешком припасов. Благодаря свету луны и уверенной поступи их лошадей, они могли ехать дальше и после заката. Он хотел, чтобы по бокам было не так много деревьев. Высокие сосны с большими ветвями бросали на них тень.

Кто-то, может, работники из замка, ухаживали за тропой. Деревья подрезали, чтобы ветки не били по лицу. Эш был рад этому, ведь они пока что ехали безопасно, но ему не нравилось, что тут кто-то часто ездил. Его руки были напряженными, готовыми выхватить меч.

Поднялся ветер, гремел кустами, ветки деревьев стонали. Звуки и движения теней заставили его вспомнить их путь по Проклятому лесу. Он подавил дрожь, вспоминая ведьму и ее армию пауков.

Они добрались до тропы, уходящей от главной дороги.

— Она должна вести к поляне, — сказал Кальдер. — Мы можем там переночевать.

Эш согласился. Он уже заметил, что стал засыпать. После сна он снова будет настороже. Его отец говорил, что путь между Сорренвудом и Блэкгровом уже не был безопасным, и говорили о кражах. Им стоило уйти с основной дороги, но если их и ждала встреча со злодеями, лучше бы это произошло при свете, чтобы у них был шанс дать отпор.

Они спешились и отвели лошадей к поляне рядом со следами костров. Эшу не нравилось, что тут часто ночевали, но он знал, что другое место было сложно отыскать среди густого леса.

— Лучше не разводить костер, — сказал Кальдер.

Никто не спорил. Эш привязал лошадей, дал им воды и еды, пока Тесса вытаскивала одеяла из сумок, разложила их на ровном участке полянки. Кальдер разделил их еду: полоски копченой свинины, морковь, булочки и яблоки. У них была вода, но Кальдер предпочитал крепкий напиток из своей фляги.

Тесса сидела, скрестив ноги, медленно жевала еду, выглядя мрачно.

— Мы должны добраться до горного перехода к вечеру завтра. А потом путь ровный, — Кальдер пытался приободрить ее.

— Да, — она пыталась звучать легко, как он. — Все зависит от лошадей, да? Нам нужно просто держаться.

Они ели, не пытаясь говорить. Все устали от долгого пути верхом, и они не знали, что их ждало в Блэкгрове. Эш был встревожен, прислушивался к звукам леса, следил за силуэты в тенях.

Он взял у Кальдера нож, чтобы разрезать яблоко, дал кусочек Тессе. Она благодарно приняла его, и он продолжил давать ей кусочки. Когда яблоко кончилось, он понял, что делал. Подражая матери, он давал еду для утешения. В ранние годы после смерти Лэнса он возмущался из-за ее слабых попыток успокоить его. Потом он понял, как сильно ее простые поступки передавали то, что она не могла облечь в слова.

Кальдер начал собирать остатки их ужина.

— Нужно ложиться спать. Нам нужно завтра встать и поехать на рассвете.

Тесса разложила три одеяла рядом, но Кальдер занял правое и отодвинул его дальше.

— Поверьте, с моим храпом рядом лучше не лежать, — он опустил сумку рядом с собой, лег и укутался в одеяло.

Но из-за того, что он отодвинулся, Эшу стало неловко, два одеяла остались близко друг к другу, как у молодоженов. Но Тесса вела себя так, словно ситуация была нормальной, устроилась на одеяле, не поправив его.

Эш опустил лампу и сел рядом с ней, с другой стороны положил меч. Он потушил свет, вытянувшись на одеяле. Через минуты Кальдер доказал, что он не преувеличивал насчет храпа.

— Почему тебе нужно в Блэкгров, Эш? — прошептала Тесса.

— Я, кхм… я хочу стать рыцарем. Я слышал, что лорд Квешир набирал людей. Чтобы защищаться от Слейерта.

Воздух тяжело висел между ними. Она думала, наверное, почему он не присоединился к ее солдатам. Он надеялся, что она не спросит. Он был бы не против поклясться ей в верности, но не гадкому лорду Турту.

— Ты все еще собираешься вступить там в армию? — сказала она.

Он еще не думал так далеко.

— Сначала я хочу помочь тебе. С тем, как исцелить твою маму. А потом вернуть твой замок.

— А потом?

Он чуть не рассмеялся. Она думала, что Рэтчер легко победить? Может, на это уйдут годы.

— Тебе не нужно отвечать, — сказала она. — Кто знает, что будет, когда мы поговорим с Квеширом. Но я благодарна тебе за дружбу. Я не знаю, что я делала бы без тебя и Кальдера.

«Ты вышла бы за дурака», — с горечью подумал он. Но она не могла ничего поделать. Она не знала, что делала.

— Ты лучше меня, — сказала она. — Когда мой отец попросил меня сбежать с ним в Блэкгров, я отказалась. Если бы я согласилась, он был бы еще жив.

Эш повернулся на бок, чтобы посмотреть на нее. Сияние света луны озаряло нежные черты ее лица, и он с трудом сдерживал желание коснуться ее. Он мягко сказал:

— Феллстоун тоже был бы еще живым.

«И мы не были бы вместе», — подумал он.

— Знаю, — сказала она. — И моя мама все еще была бы воробьем в клетке. Лучше не сожалеть о прошлом.

Он хотел бы обнять ее. Но так он воспользовался бы ситуацией. Хоть она унаследовала состояние, она была одна в мире, без родителей или других родных. Ему стоило вести себя с ней как брату, хотя бы пока что, пока она нуждалась в его помощи. После этого он посмотрел бы, что случится.

Она улыбнулась ему, закрыла глаза и прошептала:

— Спокойной ночи, Эш.

Ее дыхание углубилось, и вскоре Эш тоже уснул. Но чуть позже одна из лошадей разбудила его. Пламя фыркала, нервно перебирая ногами, словно ее что-то напугало.

Он сел и взглянул на товарищей. Они не проснулись. Эш вытащил Грозу свинов, меч сиял в свете луны. Он встал, не шумя, и прошел к Пламени. Он погладил ее бок и смог успокоить.

Он слушал, ожидая уловить топот копыт на тропе или голоса других путников. Шорох доносился из зарослей, но это могло быть какое-то ночное животное. Это могло встревожить Пламя. Лошадей было легко напугать.

Эш осторожно осмотрелся, не обнаружил на поляне угрозы. Ветер утих, зловещая тишина опустилась на них.

Он убрал меч в ножны и лег рядом с Тессой. Он невольно глядел на ее лицо, губы были чуть приоткрыты, ресницы лежали на щеках.

Он заметил Всадника ветра. Маленький серебряный воробей висел на цепочке на ее шее. Наверное, он был до этого спрятан под корсетом, но теперь вывалился, и все могли его увидеть.

Его удивило, что свисток остался у нее. Он думал, что Всадник ветра не работал после смерти Феллстоуна. Может, она носила его как украшение.

Но, похоже, она прятала Всадника ветра от них. Может, его силы не изменились? Она знала, что они переживали бы. Потому что, если она продолжит использовать амулет, сможет застрять в убеждении, что она — птица. Как ее мать.

11

Тесса

Мы проснулись в тумане. Прохладная влага проникала под одежду, заполняла меня тревогой насчет дня впереди.

Я села и заметила, что Всадник ветра висел перед платьем, убрала его на место. Я тревожно огляделась, боясь, что Эш или Кальдер его видели. К счастью, они не смотрели на меня, а готовились к отбытию.

Конечно, не им было решать, хранила я Всадника ветра или нет, но я предпочитала избегать споров из-за этого. Я не знала, работал ли он. Когда я вернулась в замок после смерти лорда Феллстоуна, я нашла его в комнате магии. Я удивилась, что он не испарился после его смерти, ведь его чары перестали действовать. Если амулет был создан другим чародеем, это объясняло, почему мама еще считала себя птицей. Но как она смогла обрести облик человека? Я надеялась, что у лорда Квешира был ответ. А пока я не собиралась использовать Всадника ветра, даже если он работал, если только он не будет последним способом спастись. Одного воробья в семье хватало.

Кальдер посмотрел в мою сторону, пока я сворачивала одеяло.

— Поешь что-нибудь, — он кивнул на камень, где лежала еда.

Я взяла финик и быстро съела. Они уже поели. Яблоко было порезано на кусочки, явно постарался Эш. Я съела пару кусочков, поделилась яблоком с Пламенем.

— Умница, — сказала я, гладя ее шею.

Эш, поправлявший ее седло, улыбнулся мне.

— Она тебе нравится? — сказал он.

— Она хорошо себя вела, — сказала я. — Не то, что некоторые, — я хмуро посмотрела на Мистрала, хотя стала теплее и к нему.

— Пора в путь, — Кальдер этим утром нервничал. От одного его вида мне было не по себе.

Мы собрали последние вещи и забрались на лошадей. Я подавила стон, затекшее тело опустилось на спину Пламени. Но шансы спасти маму стоили любых неудобств.

Влажная погода не прекращалась, пока мы ехали к горному переходу, отделяющему Сорренвуд от Блэкгров. Лес редел, сменился каменистым склоном, где редко стояли деревья.

К сожалению, туман сменился тучами, а не солнцем. Капли падали на нас, пока путь становился все опаснее. Тропа огибала гору, и места едва хватало одной лошади. Каменная стена была с одной стороны, обрыв — с другой. Нам только дождя и не хватало.

— Тебе лучше обнять меня за пояс, — сказал Эш.

Меня не нужно было уговаривать. Я сжала его пояс, отвернула лицо от обрыва, куда могла улететь лошадь, оступившись. Долина была в тысяче футов внизу.

— Эй! — Кальдер позвал за нами. — Эш, постой. Там.

Эш остановил Пламя, и мы посмотрели в единственную доступную сторону. За оврагом главная дорога тянулась по соседней горе. Солдаты закрывали большую часть, но один участок было видно.

— Солдаты, — сказал Эш.

Они были на лошадях, двигались быстро ровными рядами. Я не могла понять, сколько их было, но не меньше двадцати.

— Думаете, они ищут нас? — сказала я.

— Тебя, наверное, — сказал Кальдер.

Мы были открыты. Мы смотрели на солдат, один или двое точно взглянули на нас. Но они ехали дальше, словно ничего не видели, и вскоре все скрылись из виду за поворотом.

— Думаю, они нас видели, — сказал Эш.

— Не знаю, — сказал Кальдер. — Но нам все равно нужно ускориться. Я надеялся, что искать Тессу будут только в городе. Но мы видели это. За нами могут быть другие.

Эш направил Пламя вперед, но мы не могли ускориться на этом опасном участке. И дождь стал сильнее, появились лужи и скользкая грязь. Мои руки затекли, я сжимала бока Эша.

— Тебе не больно из-за меня? — сказала я.

— Держись как можно крепче, — он оглянулся, пытаясь подбодрить, но я нервничала, что он не смотрел вперед, хотя шла лошадь.

Я смогла дышать проще, когда дорога снова расширилась. Мы были мокрыми, и дождь не собирался утихать.

— Может, позволим лошадям немного отдохнуть? — сказала я. Пламя выглядела утомленно, но я хотела просто выжать воду из одежды.

— Хорошая идея, и можно их покормить, — сказал Эш.

Пока они ели сено и пили из лужи, мы стояли под каменным навесом, ели сыр и сухари. Я смотрела на овраг, искала признаки солдат. Но я заметила большую черную птицу, летящую мимо нас, и мне стало не по себе.

— Это ворона?

Эш и Кальдер проследили за моим взглядом.

— Похоже, — Эш помрачнел.

Птица покружила над нами и полетела прочь.

— Я знаю, о чем ты думаешь, — сказал Кальдер. — Но ворон много.

Он был прав, но я не могла прогнать страх, что Рэтчер стала вороной с помощью своего Всадника ветра.

— Лучше ехать, — сказала я.

Кальдер кивнул.

— Если поедем дальше, минуем переход до заката.

Но я не жалела, что мы остановились. Хоть это было несколько минут, это могло помочь лошадям сохранить силы, чтобы двигаться дольше, если нужно. Тело болело, дрожало от дождя, но обратной дороги не было.

«Ради мамы, — говорила я себе. — Ради мамы».

Эш смог заставить Пламя двигаться быстрее на широкой тропе. Мистрал следовал за ней. Хоть дождь хлестал по лицам, я стала надеяться. Ворона была просто вороной. И солдаты не видели нас. Мы вот-вот минуем переход, направимся к Блэкгров. Кальдер уже убедил нас, что спуск был плавным, и лошади смогут миновать его рысью.

Дождь ослабел, когда мы добрались до входа в пещеру. Эш взглянул на Кальдера.

— Тут? — сказал он.

— Да, там туннель, — крикнул Кальдер.

Мы приблизились, и я задумалась, сколько лет работники вырезали туннель такой ширины и высоты из камня горы.

Чем ближе мы были, тем больше Пламя замедлялась. Она фыркала, переминалась.

— Все хорошо, — Эш гладил ее шею. Но Пламя не хотела идти в туннель.

— Идем, — Эш сжал ее бока, подгоняя вперед.

Она встала на дыбы, и я съехала, еще держась за Эша. Он сжал поводья, едва удержал нас на спине лошади. Пламя опустилась на передние ноги и попятилась.

— Спокойно, девочка. — Эш слез с нее и помог мне спуститься.

— Я попробую на Мистрале, — сказал Кальдер. Его конь прошел мимо нас, но застыл у входа в пещеру. Мистрал реагировал как Пламя. Он повернулся, не слушался приказов Кальдера идти вперед.

Кальдер спешился и подвел Мистрала к нам.

— Присмотри за лошадьми, — сказал он Эшу. — Я проверю туннель.

Эш вытащил меч.

— Давай я.

Кальдер не спорил, потому что Эш мог бы лучше справиться с противником.

— Жди со мной, Тесса, — сказал Кальдер.

Но, когда он повернулся за поводьями Пламени, я поспешила за Эшем. Я не собиралась слушать приказов, я не делала этого и до того, как узнала, что была Феллстоун.

Странное произошло у входа в туннель. Оттуда доносилось осязаемое ощущение, которое явно уловили лошади. Воздух стал холоднее, я даже видела пар от своего дыхания. Обычно холодный воздух бодрил, но тут холод удушал. Руки и ноги онемели, словно я попала в пруд ледяной воды.

Эш повернулся ко мне.

— Ощущаешь это?

Я кивнула.

— Подожди, хорошо? — он осторожно шагнул в туннель.

Я снова не стала слушаться и пошла за ним во тьму, гадая, как там могло быть так темно. В конце туннеля и где-нибудь внутри него света не было.

— Далеко идти? — сказала я.

Эш не успел ответить, мы увидели их. Призраков. Мои ноги ослабели, я вспомнила призраков, которые окружили меня у замка Феллстоун. Один чуть не убил меня, когда ледяные пальцы сжали бьющееся сердце в моей груди.

Они полетели к нам, лица были в следах смерти, их одежда была лохмотьями, конечности были искривлены. Сотни мертвецов пришли к нам.

Ужас сжал меня, ноги не слушались. Я не смогу уйти. Надежда покинула меня с теплом дыхания.

Но Эш еще управлял собой. Он сжал мою руку и притянул меня к себе. Когда я споткнулась, он помог мне выпрямиться. Мы побежали из туннеля и не останавливались, пока не добрались до Кальдера.

— Призраки, — мои губы дрожали, я оглянулась, проверяя, не гнались ли они за нами.

— Они не покинут пещеру, — сказал Эш. — Обойти можно?

Мы подняли головы, но склон был отвесным, и даже если бы мы могли забраться, на это ушло бы много времени.

— Нам нужно вернуться, — сказала я.

Кальдер выдохнул, мы собрались и стали придумывать способ идти вперед, а не назад.

Но в тишине появился новый звук. За нами на тропе ржали лошади, кричали люди, стучали копыта.

Мое сердце сжалось.

— Мы в ловушке.

Эш поднял меч.

— Нет, — сказала я. — Их слишком много.

— Нужно укрыться, — сказал Кальдер.

Мы собрались у груди камней, которую могли оставить века назад, когда туннель построили. Я подняла камень, готовясь бросить в того, кто подойдет.

Кальдер порылся в сумке, вытащил опасный и знакомый кинжал.

Эш тоже это заметил.

— Где ты это взял?

— В пещере скользомышей, — сказал Кальдер. — Кто-то оставил его там, — он слабо улыбнулся.

Хоть нас окутала тьма, я различила силуэты нескольких мечников впереди остальных.

— Стоять! — крикнул один из них. — Остановитесь! Именем леди Рэтчер из замка Феллстоун!

Нам не нужно было других доказательств, что они были верны не мне. Мы попятились к входу в туннель, потрепанное трио, которое точно их не пугало.

— Что это? — сказал Кальдер.

Я посмотрела на него и поняла, что его удивило. Его кинжал стал сиять оранжевым светом.

— Не знаю, — Эш смотрел на приближающихся солдат.

Кальдер встревожился. Он отодвинул кинжал от входа в пещеру. Сияние пропало. Кальдер придвинул кинжал к пещере, и свет вернулся. Он становился ярче с каждым шагом Кальдера к туннелю.

Солдаты продолжали приближаться.

— Идемте, — сказал Кальдер. — Не отставайте! — он повернулся к пещере.

— Лошади, — сказал Эш.

— Придется оставить их, — сказал Кальдер. — Скорее.

Не зная, что ожидать, но надеясь, что он знал, что делал, я сжала руку Кальдера, с другой стороны от меня был Эш. Мы прошли в туннель.

12

Эш

— За ними! — крикнул солдат возле туннеля.

Три товарища побежали с Кальдером в центре, призраки окружили их. Он держал кинжал над головой, его сияние окружало их. Эш еще не ощущал такой холод, даже зимой. Его зубы стучали.

Хоть призраки держались на расстоянии руки от них, казалось, что кинжал защищал Тессу, Кальдера и Эша от ледяных прикосновений мертвых.

— Не отставайте! — напомнил им Кальдер.

Тяжелые шаги и шепот мужчин звучали сзади. Эш оглянулся, едва мог различить силуэты мечников во тьме.

— Быстрее! — сказал Эш.

В тот же миг Кальдер споткнулся и упал на лицо, кинжал вылетел из его руки.

— Проклятье! — завопил он.

Круг призраков стал плотнее.

Эш бросился за кинжалом, схватил его и высоко поднял. Он повернулся и увидел призрака над Тессой, Кальдер пытался отогнать его сумкой.

— Назад! — закричал Эш, взмахивая клинком, кинжал пошел сквозь призрака. Мертвое существо отпрянуло от кинжала.

Тесса и Кальдер прижались ближе к Эшу, который сжимал кинжал, делая выпады в их стороны, когда они подбирались близко.

Солдаты за ними плохо справлялись. Один издал душераздирающий вопль, Эш сочувствовал им, хоть они и были врагами. Другой закричал мужчине отступать.

Эш пошел вперед, Тесса сжимала его руку. Кальдер держался близко. Несколько призраков попытались дотянуться до них, может, потому что они повернулись к солдатам, которые были без защиты. Кинжал, принадлежащий Шрамоликому, продолжал сиять. Свин, который бился на одной стороне с призраками, точно ценил это волшебное оружие, которое не давало мертвецам напасть на него. Повезло, что Кальдер забрал его из пещеры, отметил Эш.

Когда волна свежего воздуха ударила его по лицу, он понял, что они пойти вышли.

— Идемте, — сказал он, подбадривая остальных. — Выход близко.

Дюжина шагов, и они вышли на другой стороне. Они шли, пока не оказались на расстоянии от входа в пещеру, а потом замерли и оглядели себя. Они словно вышли из снежной бури, топали и потирали руки, пытаясь согреться. Прошло несколько минут, и зубы Эша перестали стучать.

— Как ты проходил тут раньше? — спросил он у Кальдера.

— Там не было призраков. Думаю, Рэтчер послала их сюда этой ночью. Чтобы преградить путь, пока ее солдаты догоняют нас.

— Это сработало против нее, да? — сказала Тесса. — Мы бы не сбежали от ее людей без призраков.

— Точно, — сказал Кальдер. — Но мы потеряли припасы и коней. Призраки пропадут на рассвете, а то и раньше, а наши преследователи на конях. Нужно добраться до Блэкгрова как можно быстрее, и попросить о помощи лорда Квешира.

Все согласились. Тесса пошла первой быстрыми шагами, за ней Кальдер, а потом Эш. Возможность споткнуться в темноте стала самой большой опасностью, но Кальдер был прав насчет дороги. Склон был плавным, и тропа не проходила близко к краю.

Еще не настало утро, когда они добрались до ровной земли. Эш услышал журчание воды, остановил ребят. Они нашли горный ручей вблизи тропы.

Кальдер отцепил флягу с водой с ремешка на груди и протянул ее. Они выпили все, и Кальдер наполнил ее из ручья. А потом поделился орехами из своей сумки.

— Сколько еще? — сказал Эш.

— Если продолжим в таком темпе, доберемся до края города вскоре после рассвета, — сказал Кальдер.

Они шли тем же строем по голому полю. Эша беспокоило то, что с наступлением утра их смогут видеть на мили вокруг. Он не понимал, почему возле горных лесов ничего не росло. Может, из-за магии? Может, лорд Квешир очистил эту часть земли, чтобы армия врагов не могла укрыться. Такое было по силам чародею.

Они шли в тишине. Эш был подавлен, ведь их чуть не поймали или убили, и он понимал, что и остальные такое ощущали. И его сердце болело, ведь пришлось оставить лошадей. Он быстро привязался к ним. Он надеялся, что они не пострадали.

Рассвет наступил с алой линией на горизонте. Небо светлело, они стали видеть вдали шпили замка Квешира, дома лорда-чародея. Когда Тесса оглянулась на Эша, в ее улыбке сияли надежда и энергия. Они побежали.

Но они не добрались далеко, новый звук пронесся над поляной. Топот лошадей. Эш потянулся к рукояти, повернулся, ожидая увидеть сзади солдат Рэтчер.

— Смотрите! — крикнула Тесса.

Эш повернулся и увидел всадников, едущих к ним со стороны замка. Лучники и мечники в черном и с черными шарфами на лицах. Они кричали, подгоняя лошадей.

— Оставайтесь вместе! — крикнул Кальдер.

Они не надеялись всех одолеть, но встали в круг спинами друг к другу. Эш поднял меч, Кальдер — кинжал свина, а Тесса коснулась Всадника ветра. Вряд ли хоть кто-то из них мог их защитить.

Всадники неслись к ним. Когда они приблизились, они окружили трио, их лошади поднимали пыль в их лица.

Один всадник с красной повязкой на руке был, похоже, лидером. Он подал остальным сигнал остановиться, направил свою лошадь к Эшу. Второй всадник, с голубой повязкой, был рядом с первым, крикнул:

— Опустите оружие!

Кальдер опустил нож, Эш медлил, не доверяя им.

— Сделай это, — тихо сказала Тесса. — Их слишком много.

Он послушался ее, хотя был не против сразиться с всадниками.

— Кто вы? — крикнул всадник.

— Путники из Сорренвуда, — сказал Кальдер. — Мы не хотим вреда.

— Тогда почему вы едете не по главной дороге? Вы пробираетесь к нашему городу по редко используемой тропе. Пешком, без припасов. Словно бежите от властей, как воры. Объяснитесь!

Тесса шагнула вперед.

— Я — леди Тесса Феллстоун из Сорренвуда. Это мои верные советники: Кальдер Осрик из Фейрлейс и Эш Кемп, сын могильщика. Я пришла выразить уважение лорду Квеширу. И попросить об убежище.

Эш не знал, стоило ли ей быть честной с ними. Они могли убить ее на месте, и никто не узнал бы об этом. Он жалел, что она упомянула о работе его отца. Наверное, она сделала это из-за его короткой и незначительной фамилии, но он предпочел бы: «Эш Кемп, хозяин Грозы свинов».

Из-под черных масок донесся смех.

— Ты? — сказал всадник. — Леди Феллстоун? Докажи.

Они, конечно, не верили ей. Она была в пыли с головы до пят, волосы спутались. Ее одежда словно промокла и высохла на ней, юбка была в грязи и дырах ниже колен. Эш и Кальдер выглядели не лучше. Даже если бы они были чистыми, их одежда вызвала бы смех у аристократов.

Тесса замешкалась, думая. А потом склонилась над сумкой Кальдера, взглянула на него.

— Можно? — сказала она. Он кивнул, и она открыла сумку и вытащила «Книгу заклинаний». Она подняла ее над головой. — Это принадлежало моему отцу, лорду-чародею Феллстоуну. Теперь она моя.

Они переглядывались, тот, кто казался лидером, опустил шарф с лица. Это оказалась девушка потрясающей красоты, с сияющими глазами и полными губами. Эш невольно глазел на нее.

— Леди Тесса, — сказала она. — Приветствую. Я — леди Сейдж Квешир, сестра лорда-чародея Квешира. Мы — Всадники Блэкгрова.

Эш и Кальдер удивленно переглянулись, но Тесса делала вид, что ожидала такое.

— Благодарю, леди Сейдж, — сказала она.

— Вы поедете к замку с нами как наши гости, — сказала леди Сейдж.

Это было заявление не просьба. Эшу казалось, что они были пленниками.

Леди посмотрела на своих Всадников.

— Лошади для леди Тессы и ее спутников!

Трех лошадей подвели к ним. Тесса приняла помощь Эша, чтобы забраться на свою лошадь, как королева приняла бы помощь конюха. Он не винил ее. Он знал, что ей важно было впечатлить их как правителя равного статуса с лордом Квеширом.

«Только бы лошадь была покладистой», — подумал он. Было бы плохо, если бы Тесса упала с лошади.

Всадники окружили их, и они отправились к замку.

13

Тесса

Раздражающая женщина. Кем она себя возомнила, угрожала незнакомцам, не дав им войти в город и отдохнуть? И мне не нравилось, как она смотрела на Эша, словно он был вкусным куском мяса.

Но что я могла? Стать воробьем и выклевать ей глаза? Побить по лицу крыльями? Жаль, я не умела биться. Мне нужно было научиться такой магии. Пусть всадники в масках тогда попытаются запугать меня. Я со всеми разобралась бы.

Меня удивило, что банда в масках была стражей границы. Они выглядели как бандиты, а не солдаты. Но я была рада, что мужчины — и женщины — защищали город. Я надеялась, что они не пустят солдат из замка Феллстоун в Блэкгров.

К счастью, я успела привыкнуть к лошади в первой части пути. Иначе я опозорилась бы, когда к нам привели лошадей. Я могла лишь представить, как смеялась бы армия, когда конь поскакал бы, а я с криком держалась бы за нее.

Но эта лошадь была доброй, и я просто сидела на ней, она несла меня сама.

Мы не уехали далеко, почти сразу добрались до земель замка. Мы миновали врата, и почти все Всадники разъехались, оставив только Сейдж, мужчину, который говорил за нее, и шестерых других с нами.

В отличие от замка Феллстоун, расстояние между внешними и внутренними вратами было коротким. Тут не было Проклятого леса или другого леса. Земля была почти без растений, кроме двух рядов черных тополей вдоль дороги. Все их листья облетели.

— Как они сделали так, что у каждой пары одинаковые ветки? — спросил Кальдер у Всадника рядом с ним.

— Вы знаете, что лорд Квешир — чародей? — сказал Всадник.

— Он использует на них магию? А как, когда они цветут весной?

— Цветут?

Кальдер отклонился и посмотрел на меня.

— Ему стоило бы тратить время на вещи лучше этого.

— Подождите, пока не попадете в замок, — буркнул Всадник.

Снаружи строение впечатлило меня изящными линиями, шестью высокими шпилями и гладкой белой поверхностью. Но нас повели не к красивым колоннам впереди, а к входу для слуг кухни сбоку. Я не винила леди Сейдж. В нашем нынешнем состоянии мы не могли проходить во входную дверь.

Леди Сейдж приблизилась ко мне, когда мы спешились.

— Мой человек, Гренджер, проведет вас к купальням. Я скажу слугам отыскать новую одежду. Боюсь, мой брат не примет вас в таком состоянии.

— Мы не хотели бы и сами являться к нему в таком виде, — сказала я.

— Сюда, миледи, — сказал Гренджер. Он опустил шарф, и было видно точеные черты лица, а не только нефритовые глаза. В его взгляде была доля насмешки, и от этого мне стало не по себе. Эш, наверное, тоже это ощутил, и я заметила, оглянувшись, что он мрачно смотрел на мужчину.

Мы прошли за Гренджером в замок, который потрясал видом. Стены и потолки были выкрашены в белый, полы были из полированных досок. Мебель и украшения были только двух цветов, красного и черного. Я еще не видела ничего такого аккуратного и симметричного.

Всадник провел нас к купальне мужчин, но Эш не хотел уходить. Я видела, что он не хотел оставлять меня одну с Гренджером. Но я показала ему взглядом, что справлюсь сама. Кальдер сжал его руку и утащил его в комнату.

Я пошла по коридору с Гренджером. Он открыл для меня другую дверь.

— До нас дошел слух, что вы собирались замуж, — сказал он.

— Таким был план, — сказала я. — К счастью, я вовремя узнала, что тот человек был не таким, каким казался.

— Из-за этого вы поспешили покинуть замок Феллстоун?

— Отчасти.

— В следующий раз лучше выбирайте кого-нибудь из Блэкгров, миледи, — сказал он. — Мы тут не притворяемся.

Он снова вызвал по мне тревогу взглядом, и я скользнула в комнату и быстро закрыла дверь. Может, Эш не зря беспокоился.

Я оказалась одна в женской купальне, несколько деревянных кадок стояли с одной стороны, место для раздевания было с другой. У стены были ведра воды, несколько грелось над углями.

Через миг пришла седовласая служанка.

— Меня зовут Зела, миледи. Надеюсь, ваше утро выдалось хорошим. Начнем купание? — она говорила четко, и, если сравнивал бы кто-то со стороны, ее приняли бы за леди, а меня — за служанку.

— Да, спасибо, — сказала я.

Зела повернулась к стене и сказала:

— Время купания.

Я вскрикнула, когда ведра с водой полетели по комнате без ее помощи и вылились в кадку.

Зела улыбнулась.

— Есть преимущества в работе у чародея, — она помогла мне раздеться и забраться в кадку, где вскоре горячая и холодная вода смешались до нужной температуры. Вода успокаивала после всего, что мы пережили в пути. — Я вскоре вернусь, чтобы вас одеть, миледи, — сказала она и покинула комнату.

Она не собиралась мыть меня: Я выросла без такой заботы, так что могла справиться сама. Но, к сожалению, нужно было выбраться из теплой кадки, чтобы взять мыло и тряпку.

Мне стоило знать лучше после увиденной магии. Я подумала, что встану, но тут большая губка и кусок мыла полетели ко мне и плюхнулись в воду. Они поднялись в воздух, и мыло стало тереться об губку, а та принялась мыть меня.

— Слишком сильно! — завопила я. Губка стала двигаться мягче.

Чародеи, видимо, использовали разную магию. Лорд Квешир использовал свои способности полезнее, чем Феллстоун, создававший монстров. Я отклонилась и расслаблялась тем, как меня мыла и массировала заколдованная губка, которая слушалась указаний лучше многих людей, которых я знала, включая меня.

Когда я ощутила, что всю грязь с меня смыли, я встала. Последнее ведро вылило воду на мою голову и тело, ткань смыла при этом мыло. Я выбралась из кадки, и большое мягкое полотенце укутало меня, вытирая.

Вскоре служанка вернулась с изящным платьем для меня. Я предпочитала свое платье, но оно порвалось и было в грязи, не подходило для встречи с лордом. В правильном платье я могла убедить его, что была равной ему.

Зела расчесала и заплела мои волосы, отправила меня в приемную, где Кальдер и Эш уже ели мясо, сыр, хлеб и фрукты.

— Только посмотрите на себя, — сказала я. Я еще не видела их такими нарядными. Эш был в черном, как Всадники, туника и чулки отлично сидели на нем. Кальдер был в любимом коричневом цвете, и ему даже дали новую кожаную повязку на глаз того же цвета, ведь его старая обтрепалась.

Эшу было не по себе от восхищения его внешним видом.

Я взяла тарелку и наполнила ее едой, ощущая голод.

— В вашей комнате были зачарованные предметы? — сказала я.

— Я пытался сам схватить губку, — сказал Эш, — но она не далась.

Мы быстро поели, наверное, потому что были голодными после пути. И я хотела скорее увидеть лорда Квешира и договориться с ним о помощи.

Гренджер вернулся, когда мы доели, и повел нас во двор снаружи, где собралась огромная толпа.

— Раз в две недели люди собираются и слушают его речь, — сказал Гренджер.

Лорд Квешир стоял на платформе перед жителями, он был в золотой короне с рубинами, черной пушистой мантии с белым воротником. У него не было волос на лице, затылке, не было даже бровей.

— …никто не правит лучше лорда Квешира, — говорил он.

Я посмотрела на Гренджера и произнесла:

— Он…?

Гренджер кивнул.

— Наш лорд так о себе говорит.

— Наши враги с запада верят, что они сильнее нас, — продолжал лорд. — Но нет ни одной армии лучше нашей. Они говорят, что сокрушат нас. Уверяю вас, будет наоборот.

Все, от маленьких детей до хрупких стариков, одобрительно закричали. Хоть Квешир хвалился так, что папа упрекнул бы меня, может, он что-то делал правильно, раз подданные восхищались им.

— Блэкгров — самый богатый город-государство в Вилдерине. Наш народ — самый умный и трудолюбивый. И лорд Квешир — самый сильный и милосердный чародей в истории нашего мира!

Зрители захлопали так сильно, словно они состязались, кто был громче. Кальдер шепнул мне на ухо:

— Как думаешь, как самодовольный нахал мог получить такую любовь?

Мы вскоре узнали ответ. Закончив в той же манере через пару минут, лорд Квешир покинул платформу. Его подданные стали уходить, и, когда они проходили врата, каждому давали горсть монет. Лорд платил им за верность. Он желал восхищения, а подданные могли дать ему это за цену. Судя по их виду, они отчаянно нуждались в тех монетах. Они были в обносках, которые пора было поменять, и на ладонях были мозоли от тяжелого труда.

— Идемте, он вас увидит, — сказал Гренджер.

Он повел нас в замок и по нескольким коридорам, где зачарованные метлы и щетки убирали грязь от наших ног. Лорд явно был одержим чистотой. Я напомнила себе, что могли быть привычки куда хуже.

Мы прошли за Гренджером в огромный зал со стражами у каждого высокого входа. В центре комнаты был красный ковер, никаких стульев, кроме эбонитового трона, где уже сидел лорд Квешир. Кальдер и Эш поклонились, но я не знала, стоило ли мне так делать, ведь я была правителем в Сорренвуде, значит, равной ему. Но он был старше и опытнее меня, и я едва могла считаться чародейкой. Поэтому я вежливо сделала быстрый реверанс.

— Милорд, — сказал Гренджер, — леди Тесса Феллстоун просит аудиенции, — он не стал представлять Кальдера и Эша, стоящих за мной.

Я заметила движение сбоку, ткань натирала металл доспехов. В этом замке постоянно проходила уборка, и не было ограничений по времени и месту.

— Да-да, конечно, она хочет встречи с великим лордом-чародеем Квеширом, — он неодобрительно посмотрел на нашу группу. — Как же неудачно, что твой слуга потерял глаз.

Слуга? Я оглянулась на Кальдера, он подмигнул мне.

— Да, так сложнее, милорд, — сказала я.

— Наверное. Но я говорил о его симметрии. О ее отсутствии. На него тяжело смотреть. Пусть отвернется.

— Но… — начала я.

— Все хорошо, — прошептал Кальдер. Он повернулся лицом к двери.

— Теперь говори, дитя. Что ты хотела?

Мне не нравилось, что он звал меня ребенком, но возмущения нам не помогли бы.

— Милорд, мне нужно узнать, как исцелить мою маму, иначе она умрет.

— Что у нее за болезнь? Расскажи четко.

— Она стала воробьем, слишком долго используя Всадника ветра. Когда лорд Феллстоун умер, она снова стала человеком, но только внешне. Она все еще считает себя птицей. Как такое возможно?

— Хочешь сказать, что она какое-то время была настоящим воробьем?

— Да, милорд.

— Когда Всадники ветра используют те, у кого нет магии, человек начинает верить, что он — птица, которую представляет амулет. Но Всадники ветра не превращают в птиц.

— Не понимаю, — сказала я. — Она была воробьем. Я сама видела.

— Внимательнее, прошу. Я не говорил, что она им не могла стать. Я сказал, что амулет не мог ее изменить, — сказал он. — Знаешь, кто мог превратить ее в воробья?

— Наверное…

— Дитя, это был риторический вопрос. Ответ — лорд Феллстоун или любой чародей его уровня. Наверное, он это сделал, потому она изменила облик после его смерти.

— Он говорил, что это сделал амулет, и что он не может исправить эффект.

— Может, ты не так его услышала. Или он соврал. Лорд Феллстоун был известен хитростью. Хотя он мог думать, что помогал ей, превратив ее в то, чем она себя уже считала.

Он сжал свой голый подбородок, задумавшись.

— Но с нужным орудием любой чародей может исправить эффект Всадника ветра.

«Феллстоун врал мне», — я не знала, почему это меня удивляло. Он делал хуже, но это задело сердце, еще одно предательство. Превратив маму в воробья, он мог наказать ее за побег от него с их дочерью.

— Милорд, — сказала я, — вы дали мне надежду, — я повернулась и похлопала Кальдера по спине. Он вытащил книгу заклинаний из сумки и отдал мне. — Это принадлежало моему отцу. Если покажете, как ее открыть, я смогу найти там чары, которые исцелят мою маму?

Лорд Квешир притих, опустил голову. Я не знала, размышлял он или уснул.

Краем глаза я заметила, что ткань взлетела к потолку над нами. Я проследила за тряпкой, и вид меня поразил. Мечи, кинжалы, стрелы и другое оружие висели под куполом, как летучие мыши в пещере. Зачем он держал их далеко от рук солдат? Пока я смотрела, тряпка стала натирать меч.

— Всадники ветра были созданы в древние времена, а не живыми чародеями, — сказал лорд. — Потому с ними сложно, даже для лорда-чародея Квешира. Ребенок, как ты, не справится. Но ты пришла в правильное место. Я знаю, как убрать такое состояние у твоей матери.

Я воодушевилась.

— Да, милорд?

Он хитро посмотрел на меня.

— Тебе нужно принести мне Грейвенвуд.

Кальдер шумно вдохнул за мной. Но я о таком не слышала.

— Милорд, я не знаю, что такое Грейвенвуд, или где это искать.

— Дитя, научись терпению, или тебе не стать чародейкой. Я собирался сказать. Грейвенвуд хранят в Фейрлейс. У вас есть связи оттуда, так мне говорили.

— Моя мама из Фейрлейс. Но если это сильный волшебный артефакт, вряд ли кто-нибудь захочет его мне отдать.

— Тебе нужно самой его добыть. Лорд Квешир не сделает за тебя все. И, если слухи — правда, ты — неплохая воровка. Было не так и просто украсть Жуткую кость лорда Феллстоуна.

— Милорд, я хочу помочь. Может, станет проще, если вы покажете, как открыть книгу. Я готова старательно учиться, чтобы стать чародейкой, — я решила, что нужно было применить лесть. — Потому я пришла сюда, в поисках помощи у самого лучшего чародея на нашей земле. Вы известны своими умениями, своей справедливостью. Я надеюсь перенять у вас пример управления королевством. Но я подведу свой народ, если не овладею тем, что дано нашим лидерам. Я должна быть чародейкой. И учиться у лучшего.

— Принеси мне Грейвенвуд, и я научу тебя тайнам книги, — сказал он.

— Это невозможное задание, милорд. Прошу, дайте мне задание по силам.

— Тихо! — он посмотрел на стража у двери. — Схватите одноглазого!

— Что? — я повернулась к Кальдеру.

Стражи поспешили схватить его с обеих сторон.

— Нет! — закричала я.

Эш вытащил меч. Но он не успел его использовать, пять зачарованных орудий опустились с потолка и окружили его. Нож был у горла. Он не мог пошевелиться.

Стражи подняли Кальдера над полом и понесли за дверь.

— Я против такого обращения с моими советниками! — сказала я. — Милорд, отпустите их!

— Не требуй, дитя. Ты получишь одноглазого, когда дашь мне Грейвенвуд, — сказал он.

— Я же сказала, это невозможное задание.

— Лорд Квешир устал от твоих возражений. Стражи, выведите их из зала.

— Но, милорд!

— Еще слово, и я арестую и высокого юношу, — он отмахнулся и посмотрел на свою мантию. Красная метелка стряхнула пыль — настоящую или вымышленную — с меха.

Я посмотрела на Эша, тот покачал головой, чтобы я не спорила. Я не хотела рисковать его жизнью.

Зачарованное оружие улетело на потолок, оставшиеся стражи вывели нас из зала. Я заметила по пути леди Сейдж у двери. Была ли она там во время аудиенции? Что она думала о поведении своего брата?

14

Эш

Эш удивился при виде леди Сейдж за ними в тронном зале лорда Квешира. Она пошла за ними, догнала их в коридоре.

— Я знаю рыбака в Хардраконе, который доставит вас в Фейрлейс за недорогую плату. Капитан Хейл. Скажите ему, что я вас прислала.

— Мы не можем сделать что-то другое? — сказала Тесса. — Это задание не выполнить, что тогда будет с нашим другом?

— Мой брат всегда действует по-своему, — сказала леди Сейдж. — Он не передумает.

— Вы не можете на него повлиять? — сказала Тесса.

— Мне жаль, он не слушается моих советов.

— И вы ничего не можете сделать? — Эш понизил голос, чтобы его не слышали стражи, идущие за ними. «Вы не можете помочь ему сбежать?» — намекал он.

Леди Сейдж, похоже, уловила значение. Она выпрямилась, глядя на Тессу, словно Эш ничего не сказал.

— Желаю вам удачи в пути, — она развернулась и пошла обратно.

Стражи отвели Эша и Тессу к краю земель замка, подсказали направление в Хардракон и приказали солдатам у ворот не впускать их обратно.

У Эша и Тессы было лишь несколько монет в его кармане и ее сумочка, так что они решили идти сами, а не нанимать карету. Тесса все еще могла продать кольцо, но они согласились приберечь его, пока не понадобятся деньги.

Они прошли много хороших домов с густыми садами и высокими деревьями недалеко от замка. Но, пока они шли к порту, они все чаще видели бедность. Вода с отходами текла по канавам из замка и богатых домов, так что Хардракон можно было найти просто по запаху.

Возле порта они увидели хижины из досок, выброшенных на берег, и других материалов, за которые не нужно было платить. Дети в лохмотьях просили милостыню у прохожих, взрослые люди лежали на краю дороги, голодные и больные. Здоровые тут явно были ворами и бандитами. Эш не убирал ладонь с рукояти Грозы свинов.

— Какие шансы получить этот Грейвенвуд? — сказал Эш.

— Не знаю, — сказала Тесса. — Я не слышала об этом раньше. Я не знаю, как выглядит эта штука, и кто ее владелец.

— А твои отношения? Они могут повлиять?

— Они достаточно значимые, раз Феллстоун захотел жениться на моей матери, — сказала я. — Но вряд ли там были чародеи. Стоило спросить у Кальдера, пока был шанс.

— Мне вообще кажется, что зря мы сюда пошли.

— Квешир сказал, что маму нельзя исцелить без этого Грейвенвуда. Вряд ли у меня есть другие варианты. Но ты не подписывался на это. Я пойму, если ты не пойдешь со мной.

Он скрыл раздражение от осознания, что она думала, что он мог бросить ее, когда она больше всего в нем нуждалась.

— Я не против идти. Просто можно ли доверять слову Квешира? Даже если мы добудем эту штуку и принесем, отпустит ли он Кальдера? Покажет ли тебе, как колдовать? А если нет, мы просто потеряем много времени.

— Я знаю, что ему нельзя доверять, — сказала она. — Что что еще нам делать?

— Не знаю. Попытаться вызволить Кальдера? Поискать другого чародея и спросить о книге?

— Пробиться в тюрьму было сложно в замке Феллстоуна, но тогда у Кальдера был порошок невидимости.

Он заметил, что она не добавила, что стала воробьем. Она скрывала амулет.

— Если повезет, семья мамы примет меня. Надеюсь, они слышали о Грейвенвуд и помогут мне добыть это. Может, я смогу как-то одолжить эту штуку. Но узнать можно только там.

— Ладно, — сказал он. — Чем скорее мы отправимся, тем лучше, — особенно, раз плана по спасению Кальдера, помощи матери Тессы или восстановлению королевства Тессы толком и не было. Им нужно было многое сделать за короткий срок.

Эш приблизился к пристани и заметил, что Тесса привлекала взгляды седеющих мужчин, выгружающих и загружающих товары. Она была достаточно милой, чтобы привлекать внимание в любое время, но богатое платье, которое ей дали в замке Квешира, выделяло ее среди других в этом районе.

— Думаю, наши наряды не подходят для этого места, — сказала она.

— Мы ничего не можем поделать, — сказал Эш. — Игнорируй их.

Они остановили бородатого мужчину, который направлялся к лодке.

— Где мы можем найти капитана Хейла? — сказала Тесса.

Мужчина рявкнул:

— Его корабль «Прощение», — он кивнул направо. — Там.

Они поспешили по пристани. Вскоре они добрались до рыбацкого судна среднего размера, готового отплывать.

— Капитан Хейл! — позвала Тесса крупного мужчину за штурвалом.

Один из матросов поднял голову, но капитан не слышал.

— Скажи своему капитану, что нам нужно с ним поговорить, — сказал Эш матросу, рукава которого были закатаны так, что было видно клешни краба, нарисованные на его предплечьях.

— Скажи сам, — сказал он.

Тесса и Эш переглянулись.

— Капитан Хейл! — крикнул Эш.

Капитан увидел их и нахмурился. Но он присмотрелся к платью Тессы и решил, что девушка была богатой.

— Погоди, Нибли, — крикнул он товарищу.

Капитан Хейл приблизился к ним. Его щеки были как сморщенные яблоки, красные и в следах сыпи.

— Чем могу помочь, молодые люди? — сказал он. Он показался Эшу неискренним.

— Леди Квешир послала к вам. Нам нужно в Фейрлейс, — сказала Тесса. — Вы можете нас доставить? Мы заплатим.

Может, ей стоило подождать с упоминанием леди Квешир, или хотя бы попросить о бесплатном проезде. Но Тесса жила в богатстве достаточно долго, чтобы забыть, как жить без денег.

Капитан прищурился.

— Леди Квешир? Добрая, посылает нам работу. Проверим ловушки в другой раз. Мы служим дому Квешир. Заходите на борт. Придется посидеть в стороне, чтобы не мешать моим ребятам. Скелтон, помоги юной леди.

Матрос с клешнями оттолкнул Эша, чтобы схватить Тессу и втащить ее на борт. Эш прыгнул за ней, готовый ответить Скелтону на грубость, но его остановил взгляд Тессы.

Они устроились на палубе, два матроса оттолкнули корабль от пристани и веслами направили его из гавани. Они подняли паруса, сильный ветер понес их дальше.

Скелтон забрал почти все их монеты, Тесса отклонилась на стуле и закрыла глаза. Она точно устала от прошлой ночи. Эш не спешил доверять людям, и он хотел проследить за капитаном и экипажем. И ему было интересно, как они управляли судном. Сорренвуд не выходил к воде, и он ни разу еще не был на корабле.

Матрос по имени Нибли прошел мимо. Эш спросил, как далеко до Фейрлейс.

Мужчина раскрыл рот. Другой заметил это, подошел и ткнул его локтем.

— Он мало говорит. Мы будем в Фейрлейс до заката, — он взглянул на Тессу, которая все еще спала. — Твоя жена?

— Нет, — сказал Эш. — То есть, да, — он надеялся, что Тесса была не против, но для нее было бы безопаснее, если бы люди верили, что они в браке. Ему не нравилось, как матрос на нее смотрел.

— Не определился? — насмешливо сказал Скелтон.

— Мы недавно поженились.

— Была бы она моей женой, я бы не забыл.

Матросы стали заниматься своей работой.

Эш опустил меч у ног, закрыл глаза и задремал. Когда он проснулся, судя по солнцу, было за полдень. К его удивлению, шпили замка Квешир возвышались над ближайшим берегом. Казалось, они сделали круг и направлялись к другому порту за замком, ниже его стен.

Эш разбудил Тессу, она открыла глаза, и он кивнул на замок.

— Думаю, что-то не так, — прошептал он.

Она растерялась, а потом во взгляде появилось понимание.

Эш взглянул на капитана. Скелтон стоял рядом, но Нибли не было видно. Капитан что-то сказал матросу, тот повернулся в их сторону и кивнул на них.

Эшу стало не по себе, и он вытащил меч.

— Назад, — он поднял оружие.

Скелтон опасно улыбнулся.

— Думаю, это тебе лучше опустить, — сказал он. — Оглянись.

Эш посмотрел за плечо, Нибли был за Тессой, одна рука обвила ее талию, другая прижимала нож к ее горлу.

— Брось, или она умрет, — сказал Скелтон.

Эш опустил меч.

— Толкни сюда.

— Отпусти ее! — Эш толкнул ногой меч к Скелтону, тот подхватил Грозу свинов.

Нибли опустил кинжал, но не отпустил Тессу, и клинок был направлен на ее бок.

— Что вы делаете? — сказала Тесса. — Мы — друзья леди Сейдж.

— Как и все мы, — сказал Скелтон. — Капитан сказал, вас нужно под палубу.

— Если не хотите плыть в Фейрлейс, просто высадите нас тут, — сказала Тесса.

Капитан отвернулся от штурвала.

— Запри их, — сказал он.

— Вы слышали кэпа, — Скелтон подтолкнул их мечом Эша. — Шевелитесь!

— Я могу заплатить больше, — крикнула Тесса капитану.

Эш не знал, стоило ли что-нибудь предлагать этим бандитам. Но было поздно.

— Я — внучка Элдредов из Фейрлейс. Они богатые.

«О, нет, — подумал Эш. — Они потребуют за нее выкуп».

— Я осторожный, — закричал капитан Хейл. — Я служу дому Квешир, — и добавил для своих людей. — Уведите их!

Капитан повернулся к штурвалу, Скелтон схватил грубо Эша и толкнул его под палубу. Эш чуть не рухнул с лестницы, но успел схватиться за перила. Он повернулся и смог поймать Тессу, когда они столкнули ее.

Скелтон прошел следом с мечом.

— Туда.

Они прошли по влажному затхлому трюму, где воняло старой рыбой и водорослями. Эша мутило, наверное, это звалось морской болезнью. Но его желудок был пустым. Были у голода и плюсы.

Скелтон заставил их пройти в тесную каюту в конце. Похоже, там спал обычно капитан. Скелтон запер дверь за ними.

Эшу пришлось сесть на узкой кровати, чтобы не удариться головой об потолок. Тесса встала рядом с ним.

— Наверное, это лорд Квешир, — сказала она. — Он решил всех нас арестовать.

— Не знаю, чего он этим добьется, — сказал Эш. — Мы собирались поискать для него Грейвенвуд. Может, это что-то еще. Может, капитан понял, что твоя семья была богата, и решил похитить тебя ради выкупа.

— Не стоило говорить ему, кто я, — она плюхнулась рядом с Эшем. — Мы не можем оставаться тут. Нет времени.

— Знаю, — он склонился к открытому окошку, чтобы вдохнуть свежий воздух, и в голову пришла идея. — Тесса, а если ты используешь Всадника ветра?

Она посмотрела на окошко.

— Я о том, — продолжил Эш, — можешь ли ты стать как твоя мама? Квешир говорил, что чародеи не страдают от такого.

— Да. Я его слышала. Но чародейка ли я? Я не уверена.

— Может, тогда не стоит рисковать.

— Не знаю. Я не использовала его полгода. Может, не страшно попробовать. Я вела себя как птица?

Он покачал головой, чтобы обрадовать ее, но не был уверен. Она всегда напоминала ему птицу, но в хорошем смысле.

Она взбодрилась.

— Я быстро. Вылечу и… опущусь возле твоего меча, пока они не будут смотреть. А потом изменю облик и убью их всех им.

Эш смотрел на нее, но, как бы ни старался, не мог представить, как она одолевает трех мужчин мечом.

— Ладно, — она поняла его мысли. — Это не сработает. Я — не боец. Я просто схвачу твой меч, принесу сюда и выпущу тебя.

— Вряд ли они бросят его без присмотра. И они заметят тебя.

— Я могу хотя бы попробовать.

— У тебя только один шанс. Если они поймают тебя, они нас свяжут. Тебе нужно бросить меня. Тебе нужно лететь в Фейрлейс.

— Я не могу бросить тебя с ними, — сказала она.

— Все хорошо. Уверен, они хотят тебя.

— А если они ранят тебя? — ее глаза наполнились слезами.

— Подумай. Если бы они хотели меня убить, уже это сделали бы. Они могли бы пронзить меня мечом и бросить за борт. Для них было бы проще, если бы в плену была только ты. Нет, они для чего-то оставили меня в живых.

Она все еще не была убеждена.

— Тебе нужно идти. Ради матери. Ради Кальдера. Если ты будешь в плену, ты никому из нас не сможешь помочь. Лучше одному из нас сбежать, чем никому. Я бы на твоем месте использовал шанс, чтобы потом вернуться и всех спасти.

Она издала смешок.

— Не уверена, что я в это верю.

Эш вытащил оставшиеся монеты и вложил в ее ладони.

— Это мне не понадобится.

— Может, понадобится.

— Они заберут их у меня, как только им выпадет шанс.

Она замешкалась, а потом кивнула и убрала монеты в сумочку.

— Тебе нужно спешить, — сказал Эш. — Каждая секунда уносит нас дальше от Фейрлейс. Туда долго лететь маленькому воробью. Ты справишься?

— Да, потому что должна, — сказала она. Они встали вместе, Эш склонил голову. — Я вернусь за тобой, — сказала она. — С Грейвенвуд. Я вернусь за вами обоими. Я сделаю это или умру, пытаясь.

Он прижал пальцы к ее губам.

— Не говори о смерти.

Он обрадовался решительному сиянию в ее глазах. Годы назад он узнал в ней что-то, смелый дух, который никогда не сдавался. Нежное чувство росло в нем, и вдруг его руки обвили ее, прижали к нему. Он хотел поцеловать ее, но знал, что если начнет, не захочет остановиться. Ей нужно было уйти сейчас, или шанс будет потерян. Он отпустил ее из объятий и шепнул:

— Иди. Счастливого пути.

Ее щеки были румяными, но она просто кивнула и вытащила амулет. Он был тронут тем, что она не попросила его отвернуться, как раньше. Он смотрел, как она подула во Всадника ветра три раза. Ее силуэт растаял вихрем красок, появился воробей. Она прыгнула к окошку, оглянулась еще раз и улетела.

Он вздохнул. Он хотел бы быть с ней, когда она вернется в место, откуда была ее мама, даже если они должны были считать его недостойным.

15

Кальдер

Он уже бывал в заточении, но подземелье Квешира было унылым. Высокие окна по бокам строения впускали немного света. В его тесной камере половину пола занимал твердый грязный матрац. Они хотя бы не сковали его железом, цепи висели со стены. Но наличие этих оков не радовало его.

Это место издевалось над его нюхом. Если бы у отчаяния был запах, эта смесь пота, навоза и гниющей плоти была бы им. Его ушам было не лучше. Рыдания, стоны и крики других пленников окружали его безнадежностью.

За прутьями камеры он видел пленника напротив него. Он выглядел так, словно почти всю жизнь провел в этом подземелье. Его белые волосы и борода доставали ниже плеч, острые кости тела торчали под тонкой тканью серой туники. Его ступни были босыми, с длинными желтыми обломанными ногтями.

Они заставили Кальдера переодеться в такую одежду, и он лишился пары трюков, которые припасал в карманах. Без своих инструментов он почти ничего не мог поделать. Низкий, без глаза, не очень-то сильный, он не мог бы сойти за солдата. Но он был умным. Тут он не сомневался. Никто не отрицал, что он знал, как выбраться из заточения.

Скука могла убить его раньше всего. Кальдер был не из тех, кто мог сидеть без дела. Пока он не спал, он или что-нибудь делал, или с кем-нибудь говорил. Если он был один и не говорил с собой, он читал. Он никогда не сидел просто в комнате, ничего не делая.

Он надеялся, что Тесса и Эш уже двигались в Фейрлейс, хотя боялся, как их там примут. Ее дядя Мейс был злодеем, ранил его в глаз. Мать Фэлин, бабушка Тессы, всегда была холодной хитрой женщиной. Только отец был неплохим, хоть и глуповатым.

Но, может, ее члены семьи изменились. Ради Тессы, он надеялся на это. Он не хотел настраивать ее против ее дяди, так что не рассказал, как ослеп на один глаз. Он теперь жалел, что так сделал. Ее нужно было предупредить, чтобы она знала, что ее ждало. Конечно, он рассказал бы ей, если бы знал заранее, что она отправится туда без него. Но он думал, что будет с ней. Когда стражи Квешира схватили его, он не успел поделиться информацией с ней и Эшем.

Юноша хотя бы был с ней, и он был магом с мечом. Кальдер мысленно рассмеялся, вспомнив, как сомневался в его способностях, когда Тесса познакомила их. Эш вскоре проявил свои силы.

Юноша порой вел себя глупо, но только из-за избытка храбрости и благородства. Его нельзя было винить за такие качества. Кальдер же был хитрецом. Он мог соврать, обмануть, биться грязно, когда не было другого выхода.

Делать было нечего, и он расхаживал по тесной камере до ужина. Вода, сухарь и похлебка странного происхождения, цвет которой был таким же невыразительным, как кожа и волосы стража, который это принес. Кальдер подозревал, что он сам редко покидал подземелье.

Кальдер съел все, несмотря на гадкий вкус, ведь не мог думать с пустым желудком. К сожалению, еды не хватило, чтобы он насытился, и желудок продолжил недовольно урчать.

Солнце село, и в здании зажгли лампы. В его камере не воцарилась тьма. Он был рад этому. Он все еще мог различить все вокруг, и это утешало, хоть в подземелье и было неприятно.

Он заметил, что пленник напротив него придвинулся ближе к прутьям камеры. Мужчина согнулся на полу, смотрел на Кальдера в брешь между прутьями.

— Привет, — прошептал Кальдер. — Меня зовут Кальдер Осрик. Кто ты?

Пленник смотрел и молчал.

— Как тебя зовут? — сказал Кальдер.

Мужчина потянул себя за бороду и почесал щеку.

— За что тебя арестовали? — сказал Кальдер. — Давно ты тут?

Другой пленник прислонился к прутьям и отвел взгляд.

— Я не виню тебя за молчание, друг, — сказал Кальдер. — Говорить нет смысла. Дай знать, если передумаешь. Меня хвалят порой за интересные беседы. И я тут не так давно. Если хочешь узнать новости о замке, сообщи.

Кальдер повернулся к матрацу, такому неровному, что он был бы рад спать просто на гладком куске камня. Он ерзал пару минут, пока не нашел положение, в котором было менее больно. Он закрыл глаза и пытался спать, но незнакомые звуки замка будили его. Двое стражей или пленников болтали, слова были быстрыми. Он старался не слушать их, а потом понял, что они говорили не на его языке. Слова были чужими, он такие еще не слышал.

Он стал переживать за Тессу и Эша. Он снова жалел, что не смог поговорить с ними перед их отбытием. Он знал кое-что о Грейвенвуд, что скрывала много веков правящая семья в Фейрлейс, с тех пор, как их предок-чародей создал ее или получил, он не знал точно. Табличка с вырезанным текстом имела две силы. Одна, как и говорил Квешир, могла убрать эффекты чар волшебника или инструмента волшебника, как Всадник ветра.

Но вторая сила делала табличку такой ценной для лордов Фейрлейс, среди которых не было чародеев в основателя города-государства. Вторая сила наделяла человека без магии способностью украсть силы чародея. Эта угроза давала Фейрлейс защиту.

Без Грейвенвуд Фейрлейс останется без защиты. Кальдер подозревал, что лорд Квешир мог желать завоевать их, получив табличку. Иначе зачем ему разбивать их защиту?

Мысль путала его. Квешир неплохо тут устроился, им восхищались за деньги. Вряд ли он покидал замок. Он был из тех, кто не хотел править другим городом, потому что это было бременем. Он не хотел бы затевать вооруженный конфликт, ведь это угрожало бы его напыщенному образу жизни.

Может, его обращение с Тессой — то, как он звал ее «дитя» — скрывало сильный страх перед ее потенциалом чародея. Она и Мейс — теперь правитель в Фейрлейс из-за брака — были в родстве. Квешир мог думать, что они затевали что-нибудь против него вместе. Он не собирался помогать ей овладевать магией. Даже если она принесет ему Грейвенвуд, он не сдержит слово. Кальдер был уверен, что Квешир не расскажет, как открыть книгу. Он проклинал себя за то, что не понял это раньше, но он не знал, каким был Квешир. Лорд как-то смог создать себе хорошую репутацию, которой не заслуживал.

Кальдер заметил движение краем глаза. Кот. Он сел и пригляделся. Бедное существо было маленьким, потрепанным и серым. Порванное ухо и шрам на месте одного глаза отмечали, что бился кот плохо.

— Иди сюда, котик.

Кот смотрел на него настороженным глазом, замерев у стены.

— Родной дух, как погляжу. Иди сюда, я тебя не обижу. Если мы объединимся, у нас на двоих будет два глаза.

Он взял миску от ужина и заглянул внутрь.

— Прости. Если бы я знал, что ты придешь, я оставил бы тебе немного. Но посмотри, может, что-нибудь найдется.

Он подвинул миску к коту. От этого его шерсть встала дыбом, кот бросился в угол. Но через миг подобрался к миске и стал лизать стенки внутри.

Кальдер смог рассмотреть зверя, и оказалось, что это была кошка.

— Как нам тебя назвать? — он задумался. — Думаю, ты должна быть Леди. Те из нас, кого осуждают из-за их размера и скромного положения в жизни, нуждаются в капле уважения.

Леди подняла голову над миской, но, когда он попытался погладить ее, она убежала меж прутьев его камеры. Эта кошка не доверяла людям, может, не без причины. Он надеялся, что получит ее доверие, хотя не собирался оставаться в темнице надолго.

Кальдер лег и стал думать о проблемах. Ему нужно было найти способ уговорить Квешира показать ему, как открыть книгу. Для этого нужно было получить аудиенцию с лордом.

Он знал, как этого добиться. От этого он успокоился и смог уснуть.

16

Тесса

Я летела по небу, ощущая радость. Полет приносил потрясающее ощущение свободы, я почти забыла о нем за месяцы. На важные мгновения я забыла о проблемах, радовалась, летая с потоками воздуха.

Воспоминание о руках Эша вокруг меня смешалось с другими ощущениями. Меня радовало, что он перестал ставить меня выше и вспомнил, что я была девушкой. Если бы я могла сейчас улыбаться, улыбка была бы на лице от уха до уха.

«Капитан не навредит ему», — говорила я себе. Эш точно был прав, что они уже выбросили бы его за борт, чем оставили бы ему шанс побороть их. Кто-то — Квешир или предатель в замке — хотел, чтобы мы оба были живы. Стражи подслушали слова Сейдж и доложили предателю. Кто-то на лошади мог добраться до капитана Хейла и передать ему указания до нашего прибытия.

Эша продержат в заложниках, пока я не вернусь. Но они не навредят ему. Мне нужно было верить в это, ведь это придавало решимости не позволять ничему останавливать меня.

К счастью, ветер нес меня в нужную сторону. Я знала, что Фейрлейс был на юге от Блэкгрова, но больше ничего. Если Фейрлейс был на юго-востоке или юго-западе, я могла не увидеть его и пролететь мимо. Солнце уже опускалось, и я все еще могла определить, где был юг. Но когда стемнеет, и если ветер поменяется, я перестану понимать, куда лететь.

Это было не единственной проблемой. Воробьи жили среди деревьев, где отдохнуть можно было на любой ветке. Я не знала, сколько смогу лететь, не останавливаясь. И я была открыта над морем, не могла спрятаться от хищников.

Но вряд ли мои естественные враги — соколы, орлы и совы — летали бы тут. Птицы у моря охотились на рыбу, насколько я знала. Они вряд ли смогли бы поймать воробья в небе. Но я могла ошибаться. Что я знала о них? Я не видела океан до этого дня.

Голод впивался в меня. Я начала путь с пустым желудком. Червяк стал звучать аппетитно, и это означало, что я уже долго пробыла в этом облике. Я не знала, была ли защищена от эффекта амулета. Мне нужно было ограничить его использование, чтобы не стать как мама.

Чем больше я уставала, тем больше мои мысли давили на меня. Мне не нравилось, что я бросила друзей. Что будет с Кальдером в подземелье Квешира? А Эш… что его ждало? Ему нужно быть осторожным, но он был не таким. Он всегда бежал к опасности, думал об этом потом.

Я посмотрела на огромный океан. Это место было страшным для птицы, приземлиться было негде. Не для морской птицы, они могли плавать. Я вряд ли сумела бы такое. Маленькая волна могла меня утопить.

Ветер утих, и мне пришлось махать крыльями сильнее, чтобы двигаться вперед. Я летела ниже, искала место, где могла отдохнуть, даже если это был плавающий обломок доски.

Я уже думала опуститься на воду. Утки и другие птицы могли плавать, почему не я? Но я боялась, что мокрые перья не позволят мне снова взлететь. Тогда я погибну.

Я думала уже, что не могла больше лететь, когда увидела корабль на юге от меня, куда больше корабля капитана Хейла. Он мог плыть в Фейрлейс. Я ощутила надежду, отыскала силы сильнее хлопать крыльями. Вскоре я поравнялась с кораблем и опустилась на его мачту.

Экипаж занимался своими делами, не замечая меня. Только час спустя один из матросов забрался на мачту, чтобы поправить парус. Он заметил меня и улыбнулся.

— Пташка, откуда ты? Наверное, прилетела к нам в порту.

Я спела для него, ведь мне нравилось его доброе лицо. Он завершил работу и вернулся на палубу, не тревожа меня.

К этому времени стало видно огромный город. Фейрлейс. Земля моих предков. От одной мысли я ощутила волнение и зачирикала. Я впервые в жизни увижу семью матери.

Я отдохнула достаточно. Я покинула корабль и долетела до земли, где на прибрежных холмах устроились глиняные белые домики. Сады вокруг них стали голыми из-за близящейся зимы, но точно были красивыми летом. Я летела высоко над городом, смотрела на аккуратные дома, сияющие кареты, богатых жителей. Тут не было бедняков и разбитых хижин, как в Сорренвуде или Блэкгрове.

Дом моей мамы. Я хотела бы вырасти в этом хорошем городе. Наверное, мама была потрясена, попав в Сорренвуд.

Я долетела до конца улицы и опустилась за пристройку дома. Я поскребла когтями три раза и изменила облик. Я долго не использовала Всадник ветра, и меня снова потрясла магия, которая сохранила все, что на мне было, превращая меня из птицы в человека.

Я проверила, не торчали ли из меня перья, и обрадовалась, не обнаружив ни одно. Я заметила жука на ограде рядом со мной, но, хоть была голодна, подавила желание съесть его.

Но мне нужно было поесть, а потом что-нибудь делать. Я поспешила в сторону магазинов и кафе, которые видела, пока летела. Я следовала по запаху хлеба и добралась до маленькой закусочной. Я купила две булочки с маслом и персиковым джемом, а еще чашку чая.

— Не подскажете, где поместье Элдред? — спросила я у девушки, которая ждала после меня.

— Поместье? — она растерялась. — Вы про замок?

— Они живут в замке? — теперь удивилась я.

— Конечно! Мейс Элдред — лорд Фейрлейс. Он стал таким, женившись на леди Оделии Кэтвик.

— Я не знала. Его родители живут с ним?

— А почему нет? — сказала девушка. — Уверена, спален там много.

В голову пришла еще одна мысль.

— Мейс Элдред — лорд-чародей?

Девушка огляделась, словно боялась, что их слышали другие, и понизила голос:

— Это слово тут лучше не произноси.

— Чародей? — прошептала Тесса.

— Им тут не рады. У нас был только один, и то было века назад.

— Ясно. Тогда я не буду его говорить. Ты можешь подсказать, как пройти к замку?

Она рассмеялась.

— Зачем тебе туда?

— Хочу посмотреть. Он точно огромный.

— Это точно, — она рассказала мне о самом коротком пути туда пешком.

Я хотела прибыть в замок дотемна, быстро все съела. Горизонт был розовым, когда я отправилась в путь. Я подумывала поехать на карете, чтобы добраться быстрее и впечатлить видом, но решила, что стражей у ворот это не удивит, и мне стоило экономить монеты. Главная дорога не была людной, порой проезжали кареты или люди на лошадях. Другие, кто шел на своих ногах, не задерживались. Даже дети спешили за родителями. У всех были дела, и они не могли медлить.

Путь в замок требовал подъема по склону холма, но дорога хотя бы была красиво украшена кустами роз, где еще были цветы. Это место отличалось от Феллстоуна и Проклятого леса. Это точно был хороший знак.

Дворец, окруженный большим зеленым лугом, выглядел приятно. В центре четырехэтажного здания была башня с куполом. Красный плющ покрывал стены песочного цвета.

Когда я добралась до ворот из кованого железа, страж подошел ко мне.

— Что привело вас сюда, юная леди? — сказал он.

— Я пришла к матери лорда, леди Элдред, — ответила я.

— Если вы хотели выразить уважение, можете оставить цветы, — сказал страж.

— Я хочу с ней поговорить.

— Она не принимает посетителей. Если она захочет поговорить, она вызовет.

Я замешкалась. Я не хотела раскрывать свою сущность стражу. Обо мне должна была услышать бабушка.

— Я пришла с посланием от ее дочери из Сорренвуда, — сказала я.

Страж посмотрел на меня с подозрением.

— Иди отсюда.

— Что? Я…

Он махнул мне уходить.

— Иди, или я тебя арестую.

— Но почему?

— Ее дочь умерла много лет назад.

— Но она…

Он вытащил меч. Я не спорила и поспешила вниз по холму, пока он не арестовал меня. Я шла, пока не наткнулась на парк со скамьей. Я села, чтобы перевести дыхание и придумать план, пока дети играли неподалеку. Не было времени. Я не могла искать друзей Элдредов, посылать письма или ждать у ограды, пока меня не увидит кто-нибудь из семьи. Я не думала, что врата могли оставить без стража так, чтобы я могла их взломать. Мне нужно было как-то получить Грейвенвуд, и мне нужно было сделать это сейчас. Если я помедлю, это приведет к смерти того, кто мне дорог.

Конечно, был простой способ. Стать воробьем и залететь в открытое окно. Но это не поможет матери, если я не смогу изменить облик обратно. Жаль, я не знала об этом эффекте больше.

Я сидела пару минут, а потом решила рискнуть. Может, это был последний раз, когда это было необходимо. Как только я представлюсь бабушке, она примет меня, и мне уже не нужно будет пробираться в поместье в облике птицы.

Дети ушли, и вокруг никого не было. Я подула в амулет и изменила облик. Когда я поднялась в небо, я поняла, что полет становился для меня все ближе с каждым разом. Может, однажды я решу не становиться человеком. Может, это произошло и с мамой.

Я пролетела над стражем, почти смеясь над тем, как обхитрила его. Я пролетела над травой в поисках открытого окна. Воздух был холодным. Все окна могли быть закрытыми, и тогда придется ждать, пока кто-нибудь откроет дверь. Но вскоре я нашла приоткрытое окно на третьем этаже сзади. Я опустилась на край, заглянула и увидела длинный коридор с множеством дверей по бокам. Я пробралась в брешь, взлетела в уголок потолка и ждала.

Наверное, я задремала, потому что наступила ночь, когда голоса заставили меня открыть глаза. Разговор был приглушенным, слова разобрать не удавалось. Я посмотрела на двух человек, медленно идущих по коридору — пожилая женщина в богатом наряде обвивала рукой руку изящного мужчины моложе ее, шагающего с ней рядом. Они добрались до комнаты в конце, мужчина поцеловал ее в щеку, открыл и закрыл для нее дверь.

Наверное, это была моя бабушка. Я дождалась, пока мужчина — видимо, Мейс, мой дядя — ушел в другой коридор, а потом опустилась на пол и стала человеком. Я думала постучать, но тогда пришлось бы объясняться из-за двери, так что я просто повернула ручку и вошла.

Бабушка сидела за трюмо, увидела мое отражение в зеркале. На ее лице проступило смятение, а я поспешила к ней.

— Простите за вмешательство, леди Элдред, — я не знала, была ли это она, но решила, что она исправит, если я ошиблась.

— Кто ты? — ее тон был ледяным, спина — напряженной. Она выглядела так, словно ничего не боялась.

Я решила, что придется все равно рассказать ей, иначе она позовет на помощь.

— Я — Тесса Феллстоун, единственный ребенок вашей дочери, Фэлин.

Ее лицо застыло. Она повернулась на стуле и приказала мне сесть напротив нее. Она мгновение просто смотрела на меня, на мое лицо, волосы и даже ладони.

— У тебя есть доказательства? — сказала она.

Я подумала и покачала головой.

— При себе ничего, Меня пытались похитить в Блэкгрове, и я сбежала только с вещами на мне, — но потом я вспомнила кое о чем и полезла в сумочку, вытащила из нее кольцо с сапфиром. — Мужчина, который хотел на мне жениться, дал мне это, — это могло доказать, что у меня было высокое положение в мире.

Бабушка забрала его и присмотрелась к камню.

— Хм, — она отдала кольцо. — Может, это хорошая подделка. Но ты похожа на мою дочь.

— Это правда, — сказала я. — Прошу, поверьте.

— Говорят, Тесса Феллстоун убила своего отца, — она смотрела с осуждением.

— Он был злым. Но я не хотела, чтобы он умер. Я хотела спасти папу. И Эша. Мне пришлось отправить Жуткую кость лорда Феллстоуна в огонь, — это было не совсем точно, но близко. — Это привело к его смерти. Но он сам виноват, ведь пытался сжечь невинного юношу.

— Разве ребенок может судить отца и лорда?

Я опустила голову от ее упрека.

— Я не хотела этого. Но мои действия освободили маму.

— Фэлин? — она сжала мою руку. — Не ври мне. Моя дочь жива?

— Да, но едва. Магия заставила ее верить, что она — птица.

— Тогда она уже сама не своя.

— Ей нужна наша помощь, — я решила не упоминать пока Грейвенвуд. Бабушка не была теплой и любящей, как я представляла. Я не успела намекнуть на свои планы и решила лучше ее понять.

— Наша помощь? Звучит так, словно ее может спасти только чародей? Ты — чародей?

Воздух застыл между нами.

— Не знаю.

— Почему ты прибыла сюда?

Я хотела рассказать ей о Грейвенвуд до этого, так что не приготовила ложь.

— Я пришла… — я изобразила кашель посреди предложения, чтобы дать себе время. Когда я закончила, я поняла, что сказать. — Я пришла спросить, можно ли доставить маму сюда? Может, в семье она вспомнит, кто она. И станет собой.

Бабушка смотрела на меня в тишине, а потом встала.

— У меня есть еще вопросы, но нужно идти на ужин к лорду Элдреду, чтобы и он услышал ответы, — она потянула за веревку, вызывая слугу. — Моя служанка тебя подготовит.

— Подготовит?

— Ты не можешь предстать перед лордом в облике нищей. Мы отмоем тебя и найдем подходящее платье.

Я чуть не рассмеялась, ведь мой наряд считался подходящим для лорда Квешира. Но я не спорила, хотелось только, чтобы все происходило быстрее. Но встреча с дядей была необходимым шагом. Он мог быть ключом к получению Грейвенвуд.

Я могла лишь надеяться, что он был не таким, как моя бабушка.

17

Эш

Эш смотрел из окошка, пока корабль замедлялся, причаливая к замку Квешира. Он был готов, когда мгновения спустя Скелтон открыл дверь каюты.

Эш оттолкнулся от кровати и сбил ногами матроса. Он прыгнул на Скелтона и выбил Угрозу свинов из его рук. Эш схватил мужчину за воротник и толкнул в каюту, запер дверь.

Его меч придал ему уверенность. Он знал, что нужно было действовать быстро, солдаты могли уже собираться, чтобы принять его. Он поднялся по ступенькам, готовый одолеть Нибли и капитана Хейла. Но, когда он вырвался на палубу, капитан стоял, целясь в него мушкетом.

— Опусти меч, мальчик, — сказал капитан Хейл, — пока я не взорвал твою голову.

Эш замер, думая напасть на капитана, но металлическая трубка ударила по его голове сзади. Он рухнул на палубу.

Наверное, на пару минут он потерял сознание, потому что, когда он открыл глаза, Нибли держал его меч над ним, а Скелтона выпустили из каюты. Его голова болела, словно ладонь великана сжала ее с силой. Он пытался взять себя в руки.

— Где она? — сказал капитан.

— Кто? — сказал Эш.

Скелтон шагнул вперед и ударил его ногой в бок.

— Где девочка? — сказал капитан Хейл.

— Не знаю, — сказал Эш.

Матрос склонился над ним и сжал его горло.

— Говори капитану, что ты с ней сделал, — прошипел он.

Эш прохрипел:

— Не знаю. Я уснул, а когда проснулся, ее не было.

— Я знал, что она была ведьмой, — сказал капитан. — Ты ответишь перед домом Квешир.

По кивку капитана Хейла Скелтон потащил Эша по палубе, почти бросил его за борт.

Семь Всадников ждали на пристани, лица были в масках.

— Ведьма пропала, — сказал капитан. — Я не знаю о магии, так что не могу сказать, как. Но тут мальчишка. Он ваш. Уверен, вы выбьете из него ответ.

Один из Всадников кивнул другим. Трое прошли на палубу и стали обыскивать корабль.

— Вы не найдете ее тут, — сказал капитан Хейл. — Негде спрятаться. Но можете посмотреть. Как хотите.

Они ушли под палубу и вернулись пару минут спустя, качая головами. Двое схватили Эша и забрали с корабля.

Лидер забрал его мешочек с монетами, где почти не осталось денег, и бросил к ногам капитану. Капитан Хейл поднял и посчитал деньги.

— Тут и половины нет, — сказал он.

— Он не стоит половины, — сказал Всадник.

Голос мужчины подтвердил подозрения Эша — это был Гренджер, который ходил с ними в замке. Эш сразу его невзлюбил, и теперь он понял, что инстинкты его не обманули.

Капитан яростно посмотрел на Эша, словно по его вине плата была небольшой.

— У них мой меч, — сказал Эш Гренджеру.

Поздно. Скелтон убрал его за спину.

— Бесполезный, — сказал капитан. — Я его переплавлю.

— Отдай мне, — сказал Гренджер.

С красными от гнева щеками капитан кивнул Скелтону. Тот шагнул вперед и с неохотой отдал меч Гренджеру.

Всадник связал запястья Эша. Они повели его туда, где ждали их лошади, усадили за одним из Всадников. Ему пришлось сжать край седла связанными ладонями, пока они ехали.

К удивлению Эша, они поехали не к замку, а по дороге вокруг него. Вскоре они поехали по долине возле города-государства. Но они не направились к горам между Блэкгровом и Сорренвудом, а повернули на север.

Они пересекли холм и попали в поселение в долине. Там были пыльные палатки, в центре была самая большая. Люди в черном были вокруг палаток, тренировались с мечами, луками и топорами. Похоже, это был тренировочный лагерь.

Они проехали к центральной палатке, там Эша сняли с коня. Гренджер подошел, опустил маску.

— Зачем вы делаете это? — сказал Эш.

— Внутрь, — Гренджер поднял ткань и толкнул Эша в палатку перед ними. Другие Всадники остались на страже снаружи.

Внутри было роскошнее, чем Эш ожидал. Богатые ковры, изящные украшения и отполированный деревянный стол. Во главе сидела леди Сейдж, говорила с тремя Всадниками. При виде Эша она отпустила их.

В этом не было смысла. Лорд Квешир послал Тессу и Эша на задание в Фейрлейс. Почему леди вернула их?

— Ведите его сюда, — она кивнула на стул напротив нее. Гренджер толкнул его вперед и усадил.

— Где она? — сказала леди Сейдж.

— Она как-то сбежала с корабля, и никто не увидел, миледи, — сказал Гренджер.

Леди Сейдж посмотрела на Эша, а потом на Гренджера.

— Оставь нас. У тебя есть приказы.

Он замешкался, его не радовал такой поворот. А потом резко развернулся и ушел.

— Думаю, она нашла другой способ отправиться в Фейрлейс, — сказала она. — Я надеялась остановить ее.

— Почему? — сказал Эш.

— Ты уже видел город. Что думаешь о нем?

— Кхм, он неплохой.

— Не ври мне. Мне не нужна лесть, в отличие от брата.

— Есть богатая часть, — сказал он, — но в других частях люди страдают. Особенно в Хардраконе.

— Верно, — она встала и шагнула к нему. — Мой брат — не справедливый правитель. Он не переживает, что люди голодают. Жители Блэкгрова заслуживают лучшего.

— При чем тут Тесса, то есть, леди Феллстоун?

— Я не могу позволить ей помочь моему брату, да? Он хочет Грейвенвуд, чтобы никто не использовал это против него. Ты знал, что табличка может забрать силу чародея? Если он получит ее, он может напасть на Фейрлейс и подавить город под свое ужасное правление.

— Если та штука такая сильная, леди Тесса не сможет ее получить, — сказал Эш. — Ее точно хорошо защищают.

— Я уже ошиблась, недооценив ее. Хоть она говорила, что она — не чародейка, я в это не верю. Или ты объяснишь, как она пропала с корабля?

Нет, он не хотел говорить леди Сейдж о Всаднике ветра или других силах Тессы, включая навыки с замками. Он не доверял леди. Эш не знал, сколько Тесса могла достичь как чародейка, но не было никого упрямее нее, и так она могла получить Грейвенвуд.

— Справедливо, — сказал Эш. — Можно мне идти? Я не пойму, зачем я вам тут.

Она рассмеялась.

— Уверена, ты понимаешь. Я не дам тебе помогать леди Тессе, что ты и сделаешь, если я тебя отпущу.

Она прошла к входу в палатку и позвала стражу.

— Уведите пленника.

18

Кальдер

Шум завтрака разбудил Кальдера утром. Он думал, что было утро — свет проникал сюда плохо и днем, и ночью. Завтрак состоял из воды, каши и плесневелого хлеба. Но каша насытила его лучше, чем похлебка на ужин, но его желудок все еще казался пустым. Несмотря на голод, он оставил ложку на дне миски на случай, если кошка вернется.

Он не успел взяться за хлеб, два стража, которых он еще не видел, подошли к камере. У высокого были волосы цвета помидора и веснушки на коже. У другого не было зубов, и он был с большим животом. Кальдер удивился, как он смог потолстеть без зубов.

— Вставай, — сказал рыжий.

Надежда наполнила его. Квешир решил отпустить его? Он ведь ничего плохого не делал. Может, в Блэкгрове все же была справедливость. Кальдер схватил кусок хлеба, который еще не съел, спрятал за спиной и встал.

Беззубый открыл дверь, другой схватил Кальдера за руку и потащил вперед. Они миновали камеру напротив его, Кальдер свободной рукой бросил хлеб между прутьев.

— Тебе пригодится, — сказал он тощему мужчине, глядящему на них.

За это рыжий стукнул Кальдера по голове, но стражи не стали забирать хлеб. Он знал, что мог пожалеть, что отдал его, если они вернут его в камеру, но он не мог думать, что еда пропадет, не попав к голодному человеку, если Квешир отпустит его.

Кальдер решил, что лучше было не спрашивать, куда его вели, чтобы не ударили за вопросы. Он скоро все равно узнает.

Они отвели его вверх по лестнице, по коридору к задней части замка. По пути его отряхнули кисточки, мокрая тряпка вытерла его лицо и руки. Он оценил их старания придать ему неплохой вид.

Когда они добрались до двери, стражи вытолкнули его наружу. Он отвык от света солнца и на время ослеп. Когда он смог открыть глаза, он увидел лорда Квешира на троне во дворе. На другой стороне рядом с полем для игры в шары дюжина зрителей стояла на приподнятой платформе под навесом.

Кальдер мысленно улыбнулся. Он прошлой ночью упоминал стражу, который принес ему еду, что он стал чемпионом по игре в шары в Сорренвуде в прошлом году. Это было выдумкой, конечно, но было бы сложно и долго для лорда проверять это. Кальдер умел играть, и он много вечеров играл с детьми слуг в Фейрлейс, когда Элдреды и их богатые друзья отправлялись отдыхать.

Кальдер пару месяцев назад услышал, что Квешир обожал эту игру. Соврав стражу прошлой ночью, Кальдер рассчитывал на тщеславие лорда. Мужчина, который любил показывать, что он был лучшим во всем, точно сразился бы с чемпионом.

Поляна была чудесной. Кальдер еще не видел такую хорошую площадку для игры. Наверное, зачарованные ножницы и грабли постоянно ухаживали за ней.

Кальдер услышал, как его объявили:

— Сэр Кальдер Осрик, действующий чемпион Сорренвуда, — он подавил смех. Лорд сделал его рыцарем, чтобы он звучал величаво. Победа над сильным противником впечатляла сильнее всего. — Лорд-чародей Квешир, правящий чемпион Блэкгрова, — прокричал глашатай. Последовали аплодисменты. Наверное, те, кто не хлопал, лишились бы ладоней к ужину.

Обычно бросали монету, чтобы решить, кто размешал дорожку и блок. Тут это делал лорд, нравилось противнику или нет. Квешир разложил дорожку, выкатил блок на поле. Зрители захлопали. Кальдер старался не злиться.

Лорд первым бросил шар. Его стиль был неплохим, отметил Кальдер, думая, что стоило назвать свою лучшую игру, чтобы победить. Если он проиграет, его бросят в подземелье навсегда, а Квешир станет чемпионом Блэкгрова и Сорренвуда.

Когда наступил его черед, Кальдер взял шар и взвесил. Шар был создан, чтобы катиться дугой, и он должен был бросить его правильно. Если он не угадает, шар укатится за пределы дорожки, и тогда ему не засчитают очки.

Один человек смеялся над тем, как он медлил, к нему присоединились другие. Наконец, он сделал бросок, и тот был хорошим. Он отбил шар Квешира от блока, его шар оказался довольно близко. Лучший бросок.

Все громко насмехались. Это было грубо. Но он не дал себе переживать из-за этого. Когда он был любимцем толпы? Раньше это не мешало ему побеждать.

Лорд Квешир бросил шар, и дуга была красивой, шар остановился в дюймах от блока. Кальдер не мог сбить его, не сбив блок. Он просто попытается бросить шар ближе к блоку.

Он бросил. Дуга была идеальной, он правильно просчитал изгиб. Шар катился к блоку, мог даже сдвинуть шар Квешира.

А потом произошло странное. Его шар вдруг поменял направление, Кальдер такого еще не видел. Это не могло быть из-за неровной поверхности, ведь поляна была идеально ровной.

Его шар остановился в футе от блока.

Зрители бушевали, прыгали, хлопали и вопили. Лорд поднял руки, торжествуя.

Он жульничал. Кальдер был уверен. Чародей любил зачаровывать предметы, они работали во всем замке. Он мог магией двигать шары, как хотел.

Когда аплодисменты утихли, Квешир зло посмотрел на Кальдера, не обещая ничего хорошего. Взгляд винил его в том, что лорду пришлось жульничать. Лорд хотел победить честно. Но лорд-чародей Квешир никак не мог проиграть.

19

Тесса

Когда солдат прибыл, чтобы отвести меня в спальню, и остался у двери сторожить меня, я ощутила себя как в замке Феллстоун, когда отец был еще жив. Атмосфера давила.

Вскоре после этого служанка по имени Карин принесла мне голубое шелковое платье и подходящие туфельки. Может, это принадлежало маме, ведь одежда и обувь хорошо сидели, как было с ее вещами и в замке Феллстоун.

Когда я была готова, страж повел меня к столовой, где уже начался ужин. Я прошла, нервничая, но стараясь не показывать этого. Я была леди, равной со всеми тут. И мы были родственниками, это уже было что-то.

Несколько человек были за столом, включая бабушку. Но мой взгляд был прикован к лорду Элдреду, моему дяде, во главе. У него были волосы длиной до плеч цвета пшеницы и теплые карие глаза. Его одежда была простой, но изящной и из лучших материалов. Он был в черных кожаных перчатках, хоть и за ужином. При виде меня он широко улыбнулся.

— Она тут, — сказала бабушка, хотя это не требовалось.

— Племянница, — сказал лорд Элдред. — Подойти, садись рядом со мной, — его голос был нежным, он встал и раскрыл объятия для меня. Я была удивлена после холодного приема бабушки. Я неуверенно пошла к нему, но, как только оказалась близко, он поймал меня и крепко обнял, поцеловал в обе щеки. Он отошел, сжимая мои руки, и посмотрел на мое лицо. Его глаза были влажными от эмоций. — Ты очень похожа на свою маму. Я скучал по ней.

Его слова тронули меня. Я поняла, как сильно хотела связи с семьей. Папа был мертв, мама сошла с ума. Но этот мужчина обликом и поведением напоминал маму до того, как она стала птицей. Я с трудом сдерживала слезы.

Я не сказала ничего о состоянии мамы. Бабушка объяснила ситуацию, и я не хотела поднимать ее при незнакомцах. Я прошла к стулу справа от дяди, который пустовал.

— Позволь всех представить, — продолжил лорд Элдред. — Слева от меня леди Оделия Кэтвик, моя жена, — он сказал жене. — Дочь моей сестры, леди Тесса Феллстоун.

Она была маленькой женщиной, сидела, склонив голову над супом. Она была когда-то красивой, но теперь ее пустые глаза, бескровная кожа и темными волосами придавали ей вид, будто из нее выкачали жизнь.

— Очаровательна, уверена, — пробормотала она без эмоций, взглянув на меня.

— Я рада познакомиться с вами, — сказала я, гадая, что с ней случилось. Может, она всегда была такой. Некоторые рождались без очарования. Я бы задумалась, почему дядя женился на ней, но причина была очевидна. Их семьи были выдающимися в Фейрлейс, и такие семьи всегда хотели союзы. Мою маму заставили выйти за лорда Феллстоуна. Почему они не сделали бы так с дядей? Они могли настоять на союзе с правящей семьей Фейрлейс, хоть невеста и не привлекала.

— Твой дедушка, сэр Элдред, сидит справа от твоей бабушки, — дядя повысил голос. — Отец! Тут дочь Фэлин, Тесса.

Мужчина ел, не отреагировал на слова сына. Бабушка ткнула его в ребра, чтобы привлечь внимание.

— Здравствуй, дедушка, — сказала я.

Он посмотрел на меня, замер с ложкой в воздухе и глядел.

— Доедай суп, Фэлин, — сказал он и продолжил есть свой.

Дядя покрутил пальцем, намекая, что дедушка был не в себе. Жаль, я не прибыла раньше, до того, как возраст лишил его разума. Теперь он не узнает меня. Но я была тронута, что он принял меня за маму. Я надеялась, что мое присутствие утешит его.

— С другой стороны от тебя сэр Бистон, — сказал дядя Мейс. — Советник дома Кэтвик.

Мне пришлось подавить дрожь, когда я повернулась посмотреть на мужчину справа. Он был средних лет, с длинной тонкой каштановой бородой. Он был с черным шелковым капюшоном, прилегающим к его голове. Завязки свисали по бокам от его шеи. Я заметила, что его ногти были длинными и острыми. Он посмотрел на меня глубоко посаженными глазами, впиваясь взглядом, а потом кивнул.

— Миледи, — его голос был мягким и тихим, было сложно его расслышать.

Я кивнула ему, ощущая от него смутно недоброжелательность, и повернулась к дяде, который смотрел на меня. Он сжал мою ладонь.

— Бабушка поведала нам твои новости, — сказал он. — Я все еще не могу поверить. Моя сестра жива.

— Это так, — сказала я. — Хотя она очень больна.

— Мы пошлем за ней утром, — сказал он. — Я не могу дождаться нашей встречи.

— Вы очень добры, милорд. Мы можем сделать ее путешествие удобным?

— Прошу, зови меня дядей. Я отправлю за ней и лекаря. Вряд ли стоит путешествовать по морю, но мы привезем ее в карете.

Его план был неплохим. Если они привезут ее в замок, и если я смогу найти Грейвенвуд и понять, как это использовать, я смогу исцелить ее, а потом вернуться к Блэкгров за друзьями.

Я сжала его ладонь и отпустила.

— Я очень благодарна, дядя.

— Время вашего визита удивляет меня, — сказал мягко сэр Бистон.

— Я не понимаю, — сказала я.

— Смятение растет, — продолжил сэр Бистон, — из факта, что мы получили новость о вашей свадьбе.

— О, да, — я уже забыла, что чуть не стала женой лорда Турта. — Я чуть не совершила ужасную ошибку. Он был не таким, как я думала, и когда я узнала, я отменила свадьбу.

— Мы рады, что ты не попала в плохой брак, — сказала бабушка. — Ты правильно прибыла к нам. Нам нужно найти тебе подходящего лорда.

— Спасибо, бабушка, но я не спешу замуж.

— Ты оставила замок без присмотра, — сказал дядя. — Уверена, что это хорошая идея?

— Может, нет, — вопросы давили на меня, и у меня не было удовлетворительных ответов. Было плохой идеей оставить замок, но у меня не было выбора. — Сейчас нет ничего важнее спасения моей мамы, — сказала я.

— Конечно. И ты можешь оставаться тут, сколько хочешь, — сказал дядя Мейс. — Расскажи о замке Феллстоуна. Он так хорошо укреплен, как они говорят?

Мне не нравилось говорить о таком при странном сэре Бистоне, но я не могла не ответить:

— Да. Это огромный каменный замок с внутренним и внешним дворами и высокой башней. Вокруг него проклятый лес. Может, после смерти лорда Феллстоуна он уже и не проклят, но никто не проверял.

— Думаю, там стало лучше без чародея, — сказал сэр Бистон.

— Прости сэра Бистона, — сказал дядя. — Мы не любим чародеев в Фейрлейс. Ты знаешь нашу историю?

Леди Оделия подняла на него мрачный взгляд.

— Нет, — я с тревогой ожидала ее от дяди.

— Наш первый правитель, чародей Малет Кэтвик, поработил народ Фейрлейс. К счастью, его дети не унаследовали магию. Не всегда ребенок чародея тоже чародей. Но после больше сотни лет Малет стал ослабевать. Такое случается даже с самыми умелыми чародеями. Его потомки не были чародеями, и он хотел оставить то, что защитит их, если чародей использует силы против них. Для этого он оставил потомкам табличку, названную Грейвенвуд, которая может снимать чары. Любой с магией рядом с ней должен держать чары при себе, — сказал дядя.

Он улыбнулся мне, и я не знала, шутил он или скрыто предупреждал. Я подумывала спросить, где хранилась Грейвенвуд, но сдержалась, ведь это раскрыло бы мои намерения.

— Благодаря Грейвенвуд, мы мирно живем после смерти лорда-чародея Малета Кэтвика, — добавил дядя Мейс.

Его жена опустила взгляд на тарелку, хотя едва притронулась к еде. Через миг она подняла голову и пристально посмотрела на меня.

— Ты — чародейка, как твой отец? — сказала она.

Я нахмурилась, не желая отвечать. Но все за столом застыли. Этот вопрос был в головах у всех. Мне отчасти хотелось сказать: «Да, лучше не злите меня», но это вряд ли был бы мудро, ведь я не знала, была ли это правда.

— Не как мой отец, — сказала я. — Хотя, может, немного магии у меня есть. Я не знаю. Я не проверяла. И не хочу.

«Только для спасения мамы», — подумала я.

— Пора остановить правление чародеев, — сказал дядя Мейс. — Они правили почти всем Вилдерином слишком долго.

Леди Оделия снова притихла.

По сигналу бабушки двое слуг подошли и помогли дедушке встать из-за стола.

— Он рано уходит спать, — объяснила она.

— Фэлин, поцелуй папу на ночь, — сказал дедушка, обращаясь ко мне, словно я была маленькой.

Лорд Элдред смотрел на меня, может, думал, что я сделаю. Я прошла к дедушке и поцеловала его в щеку.

— Спокойной ночи, отец, — я постаралась изображать его дочь.

— Сладких снов, милое дитя, — ответил он, и его увели.

Я вернулась на место, сердце переполняли эмоции.

Дальше важных разговоров не было. Я хотела узнать больше о том, где хранили Грейвенвуд, но бабушка приказала стражу отвести меня в комнату после ужина и оставаться у моей двери на ночь. Почему-то она не хотела давать мне свободно ходить по замку. Было сложно винить ее за недоверие, ведь новости о моей краже в замке Феллстоун могли добраться до них.

События дня утомили меня, и я хотела поспать, но перед тем, как забралась в кровать, прошла к окну. Снаружи было движение, и я заметила мужчину рядом с лошадью, говорящего с кем-то у стен замка. Через миг он забрался на коня и уехал.

Человек из замка остался в тени. Но я видела, что у мужчины на лошади была черная туника и шарф Всадников леди Сейдж.

Почему он был в Фейрлейс? Что за дела они творили под покровом ночи?

20

Эш

Люди леди Сейдж отвели Эша в маленькую палатку и связали его запястья и лодыжки. Его ладони были за спиной, и когда ему принесли жидкую кашу, стражу пришлось вливать еду ему в рот, половина пролилась на его тунику.

Эшу нужно было как-то сбежать. Тессе нужна была его помощь, и Кальдер все еще был в подземелье. Споры леди Сейдж с ее братом не были никак с ним связаны.

Он пару часов боролся с путами, пытаясь ослабить веревку на запястьях. Пока прогресса не было.

Ему не оставили ничего, что могло стать орудием. У Эша было только одеяло под ним. Стены, потолок и пол палатки были из ткани, которую подпирали палки. Он думал сбить палку и проверить, был ли ее конец заточен, и ею порвать веревку, но передумал. Слишком много людей в лагере могли заметить, как палатка обвалилась.

Солнце уже село. Он засыпал, но не хотел ложиться, боясь, что не сможет подняться. Он опустил голову на колени и задремал. Ему было неудобно с руками за спиной, и он не мог отдохнуть.

Он открыл глаза от звука двух мужчин, говорящих неподалеку. Лампа бросила их тени на стену палатки. Они явно выпили до этого, их слова были невнятными, и один споткнулся, а потом лег. Вскоре они задули огонь, и через десять минут их храп зазвучал за стенами палатки.

Если Эш хотел сбежать, то шанс был только под покровом тьмы. Ему нужно было сейчас шевелиться. Он начал подвигаться к выходу из палатки, двигая связанными ногами и попой, подвигая ладони по земле за ним. Работа была сложной, требовалось терпение, но он добрался до входа и смог выглянуть.

Свет луны озарил прошедшего неподалеку часового. Эш быстро убрал голову, выждал пару мгновений и попробовал снова. Выглядело чисто, когда он посмотрел во второй раз. Он медленно выбрался из палатки теми же движениями и повернулся к соседней.

Когда он добрался до ее входа, он замер и прислушался, убедился, что оба мужчины храпели. Они должны были крепко спать, чтобы его план увенчался успехом.

Он пробрался в их палатку и замер, посмотрел на силуэты двух мужчин на одеялах. Их оружие лежало кучей в стороне от них. Эш продолжил двигаться к ним, не спеша, и стараясь не шуметь.

Он подвинул кинжал к краю груды и отвернулся от него. Осторожно, чтобы другое оружие не загремело, он сжал кинжал связанными ладонями за спиной, прижал клинок к веревке. Он двигал нож, будто пилил, медленно разрезая нити. Его ладони стали липкими, и он понял, что порезался в процессе. Но он продолжал, хоть резал свою кожу, пока веревка не порвалась.

Мужчины еще храпели. Эш убрал веревку с запястий, проверил порезы, которые, к счастью, не были глубокими. Он кинжалом разрезал веревку на лодыжках.

Он хотел выползти из палатки, когда он понял, что ему нужно было взять что-то длиннее кинжала для защиты. Он вернулся к оружию, поднял осторожно сверху меч. Но, когда он повернулся с ним, его нога случайно задела лампу, которую оставили на полу палатки. Она звякнула об кинжал. Эш затаил дыхание.

Один мужчина перестал храпеть. Эш размышлял, стоило ли убить их, чтобы было тихо. Он быстро передумал. Его шансы на побег были небольшими. Если его поймают, они узнают, что он убил их людей, и решат отомстить.

Сжимая меч правой рукой, Эш схватил нож левой и выбежал из палатки.

— Остановите его! — закричал один из мужчин. — Пленник сбежал!

Лагерь охватил шум, все проснулись. Эш огляделся, заметил лошадей, привязанных к деревьям, и побежал к ним.

Двое часовых появились из ниоткуда и преградили путь. Эш стал биться с ними, кинжал в одной руке, меч в другой. Он учился этому полгода, мог использовать теперь не ведущую руку почти так же хорошо, как другая. Он делал выпад мечом, отбивал атаки ножом.

Эш быстро выбил меч у первого часового, остановил второго, вонзил меч в руку мужчины. Он убежал бы, но еще четыре солдата уже собрались, окружили его.

Атака придала Эшу сил, позволила ему действовать бездумно. Пробудила инстинкт в нем, который придавал движениями силы и ловкости. Он ощущал себя куклой, и высшие силы тянули за нити, управляя его руками, ногами и торсом. Он кружился с грацией танца, бился то с одним, то с другим мечником. Вскоре он понял, что его окружали уже семеро.

Металл звенел, он отбивался от их мечей. Он пытался отступить, но не мог оторваться. Солдат вокруг него было все больше, и он понял, что сбежать уже не сможет. Он мог ранить больше солдат, но зачем? Он не покинет лагерь живым.

Эш дождался момента, чтобы опустить оружие, объявляя, что сдается.

Но один из солдат взмахнул мечом для удара.

— Стоять! — крикнула леди Сейдж. — Опустите оружие!

Солдат замер, чуть не разрезав Эша. Мужчины пропустили леди.

— Я не думала, что от тебя будет столько проблем, — сказала она Эшу. И добавила своим людям. — Возьмите его оружие. Ведите его в мою палатку.

21

Кальдер

Кальдер понял, что было плохим знаком, что лорд Квешир сказал стражам отойти, чтобы поговорить с ними. Когда они повели его в подземелье, они прошли мимо его камеры.

Они привели его в комнату, похожую на пещеру, с орудиями пыток на стенах. Маленькая клетка в центре выглядела как место для собаки, живущей у ужасного хозяина.

Лорд Квешир точно был ужасным. Сердце Кальдера сжалось, когда Беззубый открыл дверцу клетки.

— Полезай, — сказал он.

— Вряд ли я там умещусь, — сказал Кальдер. — Я вернусь в ту камеру. Я не жаловался, там было неплохо.

Рыжий прислонился к столу, крутил прибор, которым могли выдирать зубы.

— Конечно, не полезай, — сказал он. — Тут есть чем поиграть.

Кальдер понял намек как угрозу и заполз в клетку. Но он не перестал говорить:

— Не понимаю, зачем мне сюда. Лорд Квешир победил. Он должен радоваться! Я думал, он поделится со мной тортом победителя.

— Лорд не любит так побеждать, — сказал Беззубый.

— Как? — сказал Кальдер.

— Не важно.

— Я буду рад сыграть с ним еще раз, и он сможет победить, как ему нравится.

— Нужно было думать об этом раньше, — сказал Рыжий. — Он приказал посадить тебя в клетку. Что бы ты ни говорил.

— Думаю, он будет не рад, если вы…

Рыжий направил нож между прутьев, и Кальдер прижался к другой стенке.

— Хватит болтать, — сказал он.

Клетка была такой маленькой, что Кальдер мог сидеть, только согнув колени и обвив их руками.

— Если я буду тут какое-то время, можете принести еще завтрак? Я не успел доесть первый.

— Он думает, что мы — слуги, а он — лорд, — сказал Беззубый.

Рыжий рассмеялся.

— Тут никто не ест и не пьет. Такое правило, — он вышел за Беззубым из комнаты.

Кальдер опустил голову на колени, ощущая себя ужасно, как когда констебль Сорренвуда заковал его в колодки. Почему с ним все время случалось такое? Он хотел просто помочь друзьям. Утешало хоть то, что у него были друзья. Покинув Фейрлейс, он почти все время был один.

Но Тесса и Эш не могли ему помочь. Наверное, они были уже в Фейрлейс. Он надеялся, что все проходило хорошо, но сомневался. Он не успел предупредить их насчет Мейса. Одно было ясно, мужчина не отдаст по своей воле Грейвенвуд. Тессе придется украсть табличку, но, если ее поймают, Мейс может сделать с ней что угодно, хоть она и была его племянницей.

Им нужна была его помощь. Сначала ему нужно было понять, как открыть книгу, а потом сбежать из подземелья и добраться до Фейрлейс.

Он тяжело выдохнул и закрыл глаз. Если Квешир хотел убить его, были способы быстрее. Скорее всего, лорд хотел преподать ему урок за то, что он чуть не победил в игре в шары против сильного чародея. Кальдер надеялся, что, если одолеет его, Квешир решит сыграть с ним еще раз. Тогда он проиграл бы во втором матче, порадовал чародея, и тот поделился бы тайной, как открыть книгу. Но Квешир устроил свою победу и не нуждался в новых матчах с Кальдером.

В такие времена он хотел амулет, чтобы превратится в воробья. Или даже мышь. Но нет, его фокусы остались в сумке где-то в замке.

Он старался уснуть, ведь что еще он мог делать в клетке? Сон к нему не приходил, было сложно не думать о затекших ногах, боли в шее.

Наконец, он смог задремать, но ненадолго. Когда он открыл глаз, он заметил пушистый силуэт на полу. Леди. Она подобралась к клетке и остановилась неподалеку, глядя на него.

— Рад видеть тебя, подруга. Ты пришла за мной, или ты просто гуляешь и в этой комнате?

Он склонил голову, словно слушал ее ответ.

— Ты пришла, потому что любишь меня? Тогда ты первая.

Она стала чистить лапы.

— А если я скажу, что не люблю тебя, что ты почувствуешь? Ты можешь спросить, дело ли в отсутствии грации или красоты у тебя. Или можешь подумать, что твоя природа делает тебя темой насмешек у других людей.

Леди тихо мяукнула.

— Ты хорошо слушаешь, и я признаюсь. Знаешь, почему я так стараюсь спасти Фэлин? Потому что часть меня не хочет, чтобы ее исцелили. Да, в моем разуме злой уголок занимает мало места. Но я не даю тому уголку победить. Потому я не сдамся, пока есть шанс спасти ее. Превращает ли моя тайна твою любовь в ненависть ко мне, Леди? Если да, я не виню тебя. Но я попытаюсь оправдаться. Видишь ли, если Фэлин будет исцелена, я узнаю, сможет ли она ответить на мою любовь. В прошлом она не отвечала, и у меня нет повода ожидать изменения в ее чувствах. Но, пока она птица, она продолжит ставить меня выше других людей. Я нужен ей для выживания. Никто, кроме ее дочери, не верен ей так, как я. Как только она станет собой, сомнения пропадут, и я буду знать наверняка, что ей не быть моей. Это заставит меня принять правду, с которой я боролся всю жизнь: любовь не для таких, как ты и я. Я отказываюсь поддаваться этому страху. Потому нам нужно найти способ сбежать отсюда, но сначала нужно заставить нахального лорда раскрыть тайны книги.

Он протянул к ней затекшие пальцы, но кошка отпрянула.

— Если бы я был твоего размера, я мог бы приходить и уходить, когда хочу. Есть амулет, который позволяет тебе стать маленьким существом, когда тебе хочется.

Он тяжко вздохнул.

— Может быть и другой выход.

22

Эш

Эш удивился, когда леди Квешир приказала отвести его в ее палатку. Он ждал, что она объявит, что его путь на виселицу или казнь, или как еще убивали в Блэкгрове. Только бы не гореть на шесте.

Она позволила ему сесть, снова отпустила солдат, хотя сказала им оставаться у палатки. Она посмотрела на Эша, передавая намек: «Другого шанса не будет, даже не думай».

— Где ты научился так сражаться? — сказала она сразу же.

Его удивил вопрос.

— Мы с братом Лэнсом тренировались вместе все время. Я все еще тренируюсь с друзьями каждый день.

— Есть еще с твоими навыками? Где Лэнс?

— Убит, — сказал Эш. — Убит по приказу ученицы лорда Феллстоуна.

— Ах, — сказала она. — Чудо, что ты служишь его дочери, еще одной чародейке.

Служит? Это напомнило, что никто не видел в нем равного Тессы.

— Чародеи не все одинаковые, — сказала она.

— Мне пригодился бы человек с твоими навыками, — она постучала ногтями по столу. — Я бы хотела, чтобы ты присоединился к нам.

Он не ожидал от нее такого.

— Я не могу. Я дал слово, что пойду с Тессой — леди Феллстоун — в Фейрлейс.

— Она ушла по приказу дурака. Они не дадут ей Грейвенвуд, и она не сможет украсть табличку. Но я знаю, как открыть книгу заклинаний.

Эш встрепенулся.

— Да, я жила с братом достаточно долго, чтобы заметить его тайны. И я поделюсь с тобой тайной. Но сначала ты должен выполнить мой приказ.

— Скажи, чего вы хотите, — он склонился, радуясь, что мог получить информацию, в которой нуждалась Тесса.

— Чтобы ты провел миссию под моим командованием.

— Как скоро? — ему не пригодится узнать тайну книги через полгода.

— Через дни. А потом я скажу тебе заклинание, и ты сможешь уйти. Клянешься слушаться моих приказов до конца миссии?

Он думал спросить, какой была миссия. Но, если бы она хотела рассказать ему, уже это сделала бы. Его вопрос мог разозлить ее, или она просто соврет. У него не было выбора, только принять это. Иначе она заточит его снова, и он не сможет сбежать, или прикажет его убить.

— Даю слово, миледи.

Она вывела Эша наружу, замерла, чтобы поговорить с ее людьми.

— Наш друг может свободно ходить по лагерю, — сказала она. — Но не уходить. Скажите остальным.

Стражи ушли, кроме двоих, оставшихся по бокам от входа.

Она опустила ладонь на плечо Эша.

— Надеюсь, я могу верить твоему слову, — сказала она. — Иначе тебя ждет наказание.

Прикосновение удивило его. Она смотрела, почти заигрывая. Он заметил, что она и на Гренджера до этого так смотрела. Она знала, как влияла красотой на мужчин. Не на него. Но ему нужно было оставаться настороже рядом с такой женщиной, которая хорошо умела управлять людьми.

Их перебил топот лошади. Всадник примчался к палатке и остановился перед леди Сейдж. Он спрыгнул с коня, передал поводья стражу. Хоть его лицо было прикрыто ниже носа, Эш узнал глаза Гренджера.

Леди Сейдж обрадовалась от его появления.

— Вернись в палатку, — сказала она Эшу и отвернулась от него.

Она поманила Гренджера за собой.

Стражи, занятые лошадью, не заметили, что Эш задержался у палатки. Он слушал, как леди Сейдж тревожно сказала:

— Какие у тебя новости?

Гренджер ответил:

— Я получил послание: «Она тут и ничего не подозревает. Я позабочусь о ней. Все по плану».

Страж заметил Эша и толкнул его. Больше он ничего не услышал.

23

Тесса

После завтрака бабушка забрала меня с собой в комнату рисования и усадила напротив нее. Мы ждали, пока слуга раскладывал короткие нарды на столе между нами.

Я смотрела на леди Оделию, которая не общалась толком с бабушкой, прошла в угол и стала читать книгу.

— Ты играешь в короткие нарды, — сказала бабушка. Это было утверждение, не вопрос.

— Нет, — сказала я, хотя играла с папой много раз. — Бабушка, а у вас нет картин моей матери в детстве? Я бы хотела увидеть, как она выглядела.

— У меня нет, — сказала она.

Мое сердце сжалось.

— Даже миниатюры?

— Я не из тех сентиментальных матерей, которые постоянно думают о прошлом. Твой дедушка хотел сделать портрет, когда она подрастет, но она уехала в замок Феллстоун и не вернулась.

— Это было печально для вас.

— Когда дочь вырастает и выходит замуж, она уже не твой ребенок, — сказала бабушка. — Когда Фэлин уехала к лорду Феллстоуну, я не ждала, что снова ее увижу. Так было, когда я вышла за сэра Элдреда. Тогда я в последний раз видела родителей.

«Как холодно», — подумала я. Она точно не была сентиментальной матерью.

— Но я буду рада Фэлин, когда она вернется сюда, — сказала бабушка. Она взяла игральные кости и встряхнула их. — Если у тебя есть ум, ты быстро научишься.

Мы начали играть, пока я пыталась придумать, как уйти. К счастью, вскоре послышались шаги.

— Доброе утро, дамы, — сказал дядя за нами.

— Доброе утро, дядя, — я заметила, что он все еще был в перчатках, как за ужином. Эта привычка была странной, ведь он был не на балу. Но в замке было прохладно, может, он просто грел руки.

Он склонился и поцеловал бабушку в лоб. Ее глаза загорелись, щеки вспыхнули. Я словно видела что-то личное между ними. Это меня удивило. Она была не сентиментальной для моей мамы, но с Мейсом было иначе. Было видно, что она была в восторге от него.

Дядя улыбнулся мне.

— Могу я тебе кое-что показать?

— Да, конечно, — я встала, наверное, слишком быстро. — Простите, бабушка. Я буду рада научиться в следующий раз.

Она нахмурилась и махнула одной из служанок занять мое место.

Дядя опустил нежно ладонь на мое плечо, повел меня по коридору и в большую комнату с красивой мебелью и деревянными панелями, придающими уют.

— Это принадлежало твоей маме, — он указал на книжный шкаф у одной из стен, полный книг. — Она обожала читать. Я не так это люблю, — он печально улыбнулся.

Я взяла одну из книг и открыла на первой страницу. Мама оставила там подпись. Я провела по ней пальцами.

— Они твои, если хочешь, — сказал он.

— Вы так добры, лорд… то есть, дядя, — сказала я.

— Прошу, присаживайся, — он указал на кожаный диван. — До меня дошел слух, — начал он, — что один из твоих советников — Кальдер Осрик. Это так?

Я кивнула.

— Я знаю его. Он был сыном нашей поварихи, когда мы росли. Лучше прогони его.

Мои плечи напряглись.

— Вряд ли он виноват, что у него невысокое происхождение.

Он улыбнулся.

— Ты меня не поняла. Повод не в этом. Просто он участвовал в плане похищения моей сестры, когда ей было шестнадцать.

— Похищения? Не верю, что он сделал бы так.

— Он помогал гадкому парню, который надеялся жениться на Фэлин ради ее богатства и положения. Кальдер был на страже в ночь, когда тот мужчина собирался увести ее. Когда я прибежал остановить их, Кальдер попытался помешать мне одним из своих трюков. Я пронзил мечом его глаз. Не так я хотел его порезать, но его дым ослепил меня.

— Ты это сделал? Но, уверена, мама попросила Кальдера помочь ей. Он не стал бы ей вредить. Я в этом уверена.

— Да? Сложно поверить в это, — он задумался на миг, а потом расслабился. — Но если ты уверена, может, я не так его оценил. Я был пылким юношей, яростно защищал сестру.

— Прошу, думай о нем лучше. Кальдер добрый, верный и много раз помогал мне и маме.

Дядя встал.

— То, что ты ручаешься за него, важно для меня. Мне стало лучше после разговора с тобой. Я хотел бы поговорить дольше, но нужно отправить карету за твоей мамой.

Я снова выразила благодарность и сообщила, где ее можно было найти в доме мистера Оливера в Сорренвуде.

— Я отправлю женщину, которая заботилась о ней в ее детстве, а еще лекаря и двух стражей, — сказал он.

— Идеально, — сказала я. — Она будет слишком слаба, чтобы возражать, но ее утешит присутствие того, кого она знает.

— Может, тебе стоит написать мистеру Оливеру, — он подвел меня к столу, где были пергамент и перо.

Я написала записку, думая, что стоило поехать самой. Но я знала, что это задержит ее исцеление. Мне нужно было остаться, узнать больше о Грейвенвуд и, если возможно, быть готовой использовать ее, когда мама вернется.

Я отдала пергамент, сжала ладонь дяди в перчатке и поцеловала ее.

— Спасибо за это.

Он быстро отдернул руку. Показалось, что в его глазах было раздражение, хотя это могло привидеться. Он продолжил говорить с обычным теплом:

— После того, как я отправлю карету, у меня есть дела в замке. Можешь осмотреться. Не стесняйся, — он поцеловал меня в щеку и ушел.

24

Кальдер

После долгих часов в клетке Кальдер боялся, что сходил с ума. Голова будто горела. Он, казалось, помнил, как семья крыс нюхала его — но это могло быть частью бреда — и он не знал, мог ли подцепить чуму. Его мышцы просили выпрямиться. Горло пересохло, желудок был пустым. Он не мог еще дольше терпеть пытку.

Его верная Леди навестила его еще два раза, стала ему близкой подругой. Она не могла ответить на его безумные монологи, но с ней он ощущал себя не так одиноко.

Он не видел никого с тех пор, как стражи заперли его в клетке. Пару раз он звал их, насколько мог с пересохшим горлом. Никто не пришел.

Ему снилась вода. В короткие промежутки, когда сон приходил к нему, он видел широкие реки и озера, и как он погружался в них. Или большую кружку эля, который стекал по его щекам, пока он глотал драгоценную жидкость. Но сны не утоляли жажду.

Когда стражи пришли, он не мог понять, сколько тут пробыл. Часы или неделю. Он вяло смотрел, как Леди убежала от звука их шагов.

— Скажите лорду Квеширу, что мне нужно признаться в кое-чем важном, — прошептал Кальдер стражам, рот был как пустыня.

Два стража переглянулись.

— Лучше бы это было что-то хорошее, — сказал Рыжий. — Иначе тебя порвут.

Их угроза не пугала его. Он хотел, чтобы его растянули.

Беззубый отпер клетку и ждал, пока Кальдер выползет. Но он не мог пошевелиться. Его тело затекло в согнутой позе.

— Он думает, что мы все за него сделаем, — Беззубый вытащил его. Страж попытался поднять его на ноги, но его ноги были как желе, и он рухнул на пол. Суставы покалывало, словно они пробуждались после долгого сна.

— Похоже, придется нести подлеца, — сказал Беззубый. Он схватил Кальдера за руки, другой схватил его за лодыжки, и они понесли его как большую куклу. Это было унизительно.

Они заставили его ждать, пока сообщали лорду Квеширу, что пленнику нужно было признаться. Вскоре лорд сообщил, что увидит его.

Они подняли его по лестнице в замок, где его опустили на пол в приемной лорда Квешира. Лорд еще не пришел.

— Нужно встать, когда войдет лорд Квешир, — сказал Беззубый.

Кальдер попытался, но не смог.

— Было бы неплохо опираться на что-то.

Рыжий закатил глаза и вышел. Через пару минут он вернулся с палкой. Кальдер с ее помощью поднялся, хотя он не был уверен, сколько сможет так стоять.

Лорд Квешир вошел и занял место на троне.

— Ах, это снова одноглазый. Лорд Квешир готов выслушать твое признание. Но быстро.

Кальдер попытался начать, но горло пересохло так, что слова не появлялись.

— Принесите ему воды, идиоты, — сказал лорд.

Рыжий выругался под нос и ушел. Кальдер смотрел на пол, пока страж не вернулся с кружкой воды. Он осушил ее мгновенно.

— Продолжай, — сказал лорд Квешир.

— Да, милорд, — Кальдер пригнулся, когда зачарованная тряпка полетела к нему. Но она нашла его рот и вытерла его. — Когда я был в замке Феллстоун, — продолжил Кальдер, — я подслушал, что дочь Феллстоуна затеяла свергнуть вас.

— Я знал это! Она только делала вид, что не знает, как открыть книгу.

— Нет, не та леди Феллстоун, — сказал Кальдер. — Леди Рэтчер. Она хочет править и в Блэкгрове, и в Сорренвуде. Она — обученная чародейка, так что она — точно угроза.

— Какой ее план? Как она хочет напасть на меня?

— Она сказала, что использует Всадника ветра, чтобы тайно пролететь в ваш замок в облике вороны.

— Пусть попробует, ее будет ждать неприятный прием. Но, если ворона пролетит, не попавшись страже — что невозможно — что тогда?

— Она хочет использовать заклинание из «Книги заклинаний мага».

— Какое?

— К сожалению, я помню только номер страницы. Она говорила подчиненному открыть страницу двадцать девять.

— Хм. Не помню, что на той странице, — лорд Квешир повернулся и крикнул кому-то, кого не было видно. — Принеси «Книгу заклинаний»!

Вскоре пожилой слуга принес книгу, укутанную в бархатное одеяло. Он бережно опустил книгу на колени лорда.

— Можешь нас оставить, — сказал он слуге. — И вы, — сказал он стражам. — Ждите пленника снаружи.

Зал опустел, остались Квешир и Кальдер.

«Он теперь ее откроет, — подумал Кальдер. — Я услышу слова», — он старался скрыть интерес.

— Закрой уши, — приказал лорд.

Кальдер прижал ладони к ушам, но так, чтобы все еще слышать.

Лорд начал потирать книгу ладонями.

— Открой, это… — последовали приглушенные фразы.

Кальдер прислушивался, но не мог различить остальные слова. Книга открылась. Кальдер упустил шанс узнать заклинание.

— Страница двадцать девять, двадцать девять, двадцать девять, — он перестал листать страницы и пригляделся. Через мгновения он рассмеялся. Он смеялся так сильно, что слезы покатились по щекам.

— Что такое, милорд?

— Гениально, — он едва дышал. — Так она хочет меня одолеть? — платок вытирал его мокрые щеки. — Это заклинание заставляет потерять все волосы.

Квешир уже был без волос на теле, и Кальдер мысленно согласился, что чары не помогли бы против него. Не повезло. Он надеялся, что это не отправит его обратно в клетку.

— Стража! — крикнул лорд Квешир.

Беззубый и Рыжий тут же появились.

— Можете вернуть его в камеру и кормить. Ты повеселил лорда Квешира, одноглазый. Я дам тебе это. Может, я сделаю тебя своим новым шутом.

Кальдер с помощью палки пошел меж двух стражей. Не на такой исход он надеялся, но он хотя бы возвращался не в клетку.

Когда они добрались до коридора, Кальдер спросил у них, что стало с прошлым шутом.

Беззубый и Рыжий переглянулись.

— Платок, который вытирал слезы лорда? Уверен, это был он, — сказал Беззубый.

25

Тесса

Дядя ушел, и я осталась в библиотеке, смотрела книги матери. Прошло много минут, и я ощутила присутствие за мной в комнате. Я оглянулась и увидела неподалеку сэра Бистона, он был в черном, шелковый капюшон все еще скрывал голову.

— Сэр, вы меня удивили, — сказала я.

— Простите. Я увидел вас из коридора и вошел, — он подошел ближе и понизил голос, дрожь пробежала по моей спине. — Я заметил ваше любопытство насчет Грейвенвуд прошлой ночью. Решил показать вам ее рисунок.

Рисунок был началом поисков информации об артефакте.

— Я бы хотела его увидеть.

К моему удивлению, сэр Бистон зажег лампу и повел меня дальше в библиотеку, которая была больше, чем я думала. Я прошла за ним к резной деревянной двери в конце комнаты. Он взял ключ, открыл дверь и указал мне входить первой.

Холодок охватил меня, я прошла в тесное пространство без окон. Сэр Бистон прошел следом, дверь за ним закрылась, оставляя нас во тьме, кроме сияния его лампы.

Он поднял лампу, чтобы озарить одну картину на стене. Там был изображен кошмар. Мужчина с белой бородой был прикован к столу, деревянную табличку прижимал к нему мужчина моложе. Казалось, их волосы и одежду трепала буря. Но самым странным был зеленый свет, исходящий из лежащего мужчины, впитывающийся в тело другого. У юноши были огромные глаза, полные торжества, а старик выглядел подавленно. Его ждала смерть.

— Это Малет Кэтвик, — сэр Бистон указал на юношу. — Этот рисунок показывает, как он стал чародеем.

— Я не понимаю.

— Грейвенвуд, — он указал на табличку на рисунке, — с двумя сторонами. С одной стороны указания позволяют снять чары, как и говорил ваш дядя прошлой ночью.

— А другая сторона? — спросила я, когда он притих.

— Она позволяет тому, кто не чародей, украсть силы чародея. Это происходит на рисунке. Так первый Кэтвик стал чародеем.

Я обняла себя, потирая руки.

— Что случилось со стариком?

Сэр Бистон пожал плечами.

— Скорее всего, он умер, потеряв силы. Или просто пропал.

— Почему дети лорда Кэтвика не использовали табличку так же? — сказала я.

— Они увидели, как их отец перешел на сторону зла, и не захотели повторять это. Грейвенвуд больше не использовали.

Я смотрела на картину, и казалось, что Кэтвик вытягивал жизненную силу из плененного чародея. Меня беспокоили чувства, которые вызывала картина. Я оторвала от нее взгляд.

Сэр Бистон поманил меня из комнаты и запер дверь. Он покинул библиотеку без слов. Я пыталась понять, почему он показал мне картину, было ли это предупреждением. Он мог работать на леди Оделию, может, остался после дней, когда ее отец правил землей. Она была Кэтвик, могла быть против использования семейной реликвии. Предупреждение могло быть от нее.

Я покинула библиотеку вскоре после сэра Бистона, пытаясь отогнать тревогу.

Страж с короткими волосами и добрым лицом стоял у двери. Я пошла по коридору, и он устремился за мной.

Я замерла, чтобы поговорить с ним:

— Дядя сказал, что я могу свободно осмотреть замок.

— И я так думал, миледи, — сказал он.

Но, когда я продолжила идти, зашагал и он.

— Вы преследуете меня, — сказала я. — Зачем?

— Для вашей защиты, миледи.

— По чьему приказу?

— Леди Элдред.

— И от чего вы меня защищаете? — сказала я. Замок уже был сильно защищен, и я не видела повода для личного стража.

— От любых угроз вашей безопасности, миледи, — сказал он.

— Уверяю вас, я буду в порядке.

— Не сомневаюсь, — сказал он, — но я должен следовать приказам, миледи.

Я вздохнула. От него не избавиться. Но, может, я могла его использовать.

— Хорошо, — сказала я. — Если вы не оставите меня, расскажите о замке. Покажите мне его. Как вас зовут?

— Хью, миледи. Я буду рад помочь вам.

Он повел меня по роскошным комнатам, а я думала только о поиске Грейвенвуд. Или хотя бы подсказок, где она могла быть. Несмотря на скрытое предупреждение сэра Бистона, я хотела использовать ее. Он сам сказал, что одна сторона могла снять заклинание, и мне нужна была только та сторона.

Я искала скрытые двери или хранилища. Места, где могло храниться что-нибудь ценное. Но я не осмелилась спросить у Хью про Грейвенвуд прямо. Он мог доложить о вопросе бабушке, а то и леди Оделии. Она уже могла подозревать, что я была тут из-за этого.

Хью привел меня в портретную галерею и попросил осмотреться.

— На той стене Элдреды, — он указал.

Там было несколько картин моих предков, включая бабушку, когда она была моего возраста. Даже тогда ее взгляд был холодным, хотя лицо было красивым.

Дядя Мейс позировал для портретов в разных возрастах, через каждые несколько лет, от младенца до нынешних дней. Меня удивляло отношение бабушки. Так много картин сына, но ни одной картины дочери, потому что это было бы «слишком сентиментально». Разница в отношении к ним была очевидной.

Хью ощутил мое недовольство из-за отсутствия картин матери и сказал:

— Ваша мать была еще в Фейрлейс, когда я стал юным стражем в поместье Элдред. Она всегда была добра ко мне. Я не отсюда. Когда мой папа умер, мама хотела, чтобы я был дома на похоронах, но капитан не пускал. Но ваша мама услышала и сказала капитану, чтобы он отпустил меня. Он не был рад, но послушался.

— Спасибо, — сказала я. — Приятно слышать истории о маме, — хотя слова Хью заставили меня понять, что бабушка рассказала мне еще не все, что помнила о ней.

Я прошла по комнате и заметила портрет красивой девушки.

— Кто это? — сказала я.

Хью проследил за моим взглядом.

— Леди Оделия, миледи.

Я не могла поверить в это. Она выглядела не так, как теперь. Я хотела спросить, что ее изменило, но было бы грубо заявлять, что она потеряла красоту.

Хью снова прочел мои мысли.

— Она какое-то время сильно болела после этой картины. Хвала богам, что ее у нас не забрали.

— Да, хвала богам, — сказала я.

Мы вышли в коридор, и я встревожилась, ведь прошла половина дня, а Грейвенвуд я так и не нашла. Придется рискнуть, или я ее и не найду.

— Хью, — сказала я. — Дядя рассказывал о ценной реликвии Кэтвиков. Я думала, она будет на виду в замке, может, в стеклянной витрине. Ты можешь показать ее? Думаю, она называлась Грейвенстоун.

Он замер и посмотрел на меня.

— Грейвенвуд. Я могу показать, миледи.

Я старалась не показывать радость. Я не ожидала, что вопрос приведет к результату. А теперь он вел меня к табличке.

Мы миновали много ступеней. На середине лестницы он замер, проверяя, нужно ли мне отдохнуть, но я попросила идти дальше. Мы добрались до комнаты в башне с окнами во все стороны. Комната была пустой, кроме стульев у стены. Я растерянно огляделась.

Хью поманил меня к окну.

— Там.

Я выглянула и увидела вдали, за стенами замка, часовню.

— Часовня?

— Здание рядом с ней.

Простая серая пристройка, меньше часовни, стояла на кладбище среди могил.

— Там? — указала я.

Он кивнул.

— Гробница Кэтвиков. Грейвенвуд хранится там.

Я смотрела на здание. Оно не выглядело защищенно, не подходило для самого ценного артефакта. Но мне придется осмотреть место ближе и проверить замок. Этой ночью нужно будет сбежать от стража.

Я поглядывала на окна, пока спускалась с Хью, увидела дедушку в саду. Он был один, кроме пары садовников неподалеку, подстригающих кусты и садящих новые растения. Я сказала Хью, что хотела бы присоединиться к нему, и он вывел меня наружу, остался у дверей, а я села рядом с дедушкой.

— Здравствуй, дед… отец, — быстро исправилась я.

— Где ты была, милая? — он был взволнован. — Я тебя ждал.

— Ты хотел мне что-нибудь сказать?

— Я хотел бы пудинг с патокой на ужин, — сказал он. — Ты знаешь, как я его люблю.

— Я скажу поварихе.

— Проследи, чтобы она сделала его с взбитыми сливками, как я люблю.

— Да, отец, — я похлопала его по ладони. Я заметила при этом, что на правом среднем пальце было большое кольцо. Там был профиль девушки в профиль. — Это Фэлин? — сказала я, забыв, что изображала ее.

Он растерянно посмотрел на кольцо.

— Да, моя дочь, Фэлин, — он коснулся кольца левой ладонью, поднял верхушку. — Фэлин, — повторил он.

В кольце была прядь золотых волос.

— Фэлин? — сказала я. — Это ее волосы? — я хотела коснуться их, пока они не пропали, или пока их не унес ветер.

Он растерянно взглянул на меня, может, потому что мои волосы были темнее, чем у мамы. Он закрыл кольцо.

Переполненная эмоциями, я поцеловала дедушку в щеку.

— Дорогой отец, — он хотя бы заботился о маме и не забыл ее.

Я оставила его, попросила на кухне пудинг с патокой и взбитыми сливками. Повариха мрачно посмотрела на меня, но приказала начать его. Я попросила у помощника поварихи приготовить мне простое блюдо из остатков. Все были встревожены из-за моего появления. Видимо, лорды и леди редко тут бывали. Но они послушались, дали мне готовую еду, и я села за стол и поела. Было странно думать, что мое место когда-то было с этими людьми на кухне, а потом судьба решила сделать меня выше них.

Я вернулась в свою комнату, решив подремать, пока не наступило время для использования Всадника ветра и полета из окна, чтобы не встретиться с Хью или другим стражем у двери. Теперь я знала, где искать Грейвенвуд, и ощущала волнение из-за шанса использовать его на маме. Я хотела забрать табличку из гробницы и спрятать в своей комнате до прибытия мамы. А потом исцелить ее.

Но, когда я легла на кровать, в дверь постучали. Я тихо выругалась. Тому, кто стучал, лучше бы не мешать моим планам.

26

Эш

После того, как Эш договорился с леди Сейдж, его переместили в палатку больше и удобнее. Его удивило и обрадовало наличие там деревянной кадки с горячей водой. Он был покрыт потом и грязью от боя прошлой ночью и хотел помыться.

Красивая девушка в тонком белом платье вошла, когда он начал раздеваться.

— Прости, — Эш прижал тунику к голой груди. — Они ошиблись? Это твоя палатка?

Она захихикала.

— Нет, сэр. Я помогу вам помыться.

— Я в порядке. Я умею мыться.

— Но разве не будет приятнее, если я потру вам спинку? — она нашла на столике неподалеку кусок мыла и губку.

— Не стоит, — хотя он и Тесса не клялись друг другу, он думал бы, что изменяет ей, если бы позволил другой девушке видеть его голым.

Но девушка расстроилась.

— Прошу, не прогоняйте меня. У меня будут проблемы.

Он не хотел устраивать для нее проблемы. Особенно, в этом военном лагере, где наказанием за невыполнение приказов могла быть и смерть.

— Развернись, — сказал он.

Она просияла и отвернулась от него.

Он разделся, оставив только хлопковое нижнее белье. Он забрался в кадку и сообщил девушке, что теперь она могла ему помочь.

— Как тебя зовут? — сказал Эш.

— Вирна, — она потерла губкой его спину и руки. Он не давал ей опускать руки под воду.

— Откуда ты? — сказал он.

— Хардракон. Можно помыть ваши волосы?

— Эм, хорошо, — она отклонила его голову, налила теплую воду на его лоб. Когда его волосы промокли, она нежно втерла туда мыло.

Он говорил, чтобы отвлечься от приятного ощущения.

— Что думаешь о леди Сейдж?

Он посмотрел на вход палатки.

— Наша леди мудрая и щедрая.

— Точно, — конечно, она не стала бы открыто говорить о своем мнении.

Она понизила голос.

— Правда, что вы из Сорренвуда?

— Да.

— И что лорда-чародея Феллстоуна убила его дочь?

— Да, это случилось.

— Она правит теперь в Сорренвуде? Что вы думаете о ней?

— Сейчас она не правит. Другая дочь Феллстоуна прогнала ее. Временно.

Вирна кружкой смыла мыло с его волос. Она принесла со стола большое полотенце и подняла его. Она отвернула голову, вспомнив, что Эшу не нравилось, когда она смотрела.

Он поднялся из кадки, и она укутала его полотенцем, протирая при этом.

— На кровати чистая одежда, — сказала она.

— Я справлюсь дальше, спасибо, — сказал Эш. Он не хотел, чтобы она его одевала.

— Мне лечь с вами? — сказала она.

Эш ощутил, как его лицо покраснело.

— На кровать? — слова вырвались раньше, чем он подумал. Он точно звучал глупо. — Прошу, просто идите, — сказал он.

Она опустила голову и повернулась уходить.

— Постой, — он оглядел палатку в поисках чего-нибудь ценного. — Возьми это, — он взял золотой подсвечник с резьбой. Но он рассмотрел подсвечник и понял, что тот был сделан из меди. Но он отдал подсвечник ей.

— Зачем? — сказала она.

— Уходи отсюда. Продай его, чтобы не пришлось, — он посмотрел на кровать.

Она опустила подсвечник на стол и понизила голос:

— Спасибо, — сказала она. — Но меня обвинят в краже, — она ушла, пока он ничего не сказал.

Он хотел помочь ей, но ощущал себя как глупый школьник. В восемнадцать лет он должен был напоминать мужчину. Он быстро оделся на случай, если она вернется, а потом лег на кровать, чтобы спать, пока мог. Он не мог отдохнуть ночью.

Но он не успел уснуть, двое мужчин принесли нечто, похожее на пир. Свинина, буханка хлеба, вареные овощи, фруктовый пирог. Они разложили все на столе и повернулись уходить.

— Ко мне кто-то придет? — еды было много для одного человека.

— Все для тебя, — один из мужчин мрачно посмотрел на него, явно не радуясь, что к Эшу так относились.

Они ушли, Эш сел перед едой. Он начал медленно, наслаждался каждым кусочком. Он не помнил, чтобы когда-нибудь так пировал. Он ел, даже когда желудок наполнился, будто медведь, готовящийся к зимней спячке. Он не останавливался, пока все не закончилось, а потом отклонился на стуле и сделал отрыжку.

Только теперь он задумался, что это было. Роскошь, еда. Если они так продолжат, он быстро растолстеет и обленится. Тогда от него не будет толку в армии леди Сейдж, если только она не хотела подать его лорду Квеширу на пир.

Но было поздно переживать из-за этого сегодня. Он вернулся к кровати и почти сразу уснул. Когда голос разбудил его, просто не меньше нескольких часов, и он ощущал себя отдохнувшим.

— Быстро, — сказал Гренджер. — Вставай.

Эш тут же сел, думая, что план леди Сейдж начался.

Гренджер вернул Эшу Грозу свинов и дал шарф, чтобы скрыть лицо.

Эш был так рад, что чуть не поцеловал меч.

— Спасибо, — наверное, он ошибся насчет Гренджера.

Всадник вручил Эшу немного монет и провел к входу в палатку.

— Не понимаю, — сказал Эш. — Что от меня хочет леди Сейдж?

— Не глупи. Я помогаю тебе сбежать.

— Но я дал ей слово, — он знал, что другие мужчины относились к такому проще, но не он.

— Думаешь, она сдержит свое?

— Ей нельзя доверять?

— На нее влияет другой, кому нельзя доверять, — сказал Гренджер.

— Кто?

— Ты тратишь время, — сказал Гренджер. — Твоя помощь нужна леди Тессе. Если не спасешь ее в ближайшее время, она станет бессильной. А, может, ее и убьют.

Эш сжал руку Гренджера.

— Кто хочет убить ее?

Два стража убрали ткань с входа в палатку, еще троих было видно за ними.

— Эш Кемп, — сказал один из них.

Эш шагнул вперед.

— Леди Сейдж вызвала тебя.

Он не знал, совершал ли правильный выбор, но было уже поздно. Он пошел с людьми леди. Гренджер не мешал, потому что шанс для побега Эша, видимо, был утрачен.

27

Тесса

Постучав, ее дядя сказал из-за двери:

— Тесса? Я могу войти?

Его визит был неожиданным, но приятным. Я быстро встала, пригладила волосы и платье и впустила его.

— Прости, что побеспокоил, — сказал он. — Мне нужна твоя помощь. Можешь пойти со мной?

— Конечно, — я вышла за ним, заметила, что Хью или другого стража не было поблизости. Я надеялась, что это означало, что за мной уже не следили.

Дядя выглядел тревожно. Я хотела обсудить, что требовало моей помощи, но он шагал так, что я не успевала заговорить.

Мы поднялись на четвертый этаж замка. Хью сказал, что тут были комнаты слуг, но комнаты были закрытыми, а коридор был пустым. Мой дядя отпер дверь в дальнем конце и впустил меня в чердак, озаренный свечой на трюмо. Тело лежало на кровати.

— Мой друг Джулиан умирает, — сказал дядя с горем в голосе.

Дядя Мейс подвел меня к кровати. Джулиан лежал на спине, закрыв глаза, одеяло было натянуто до его подбородка. Он хрипло дышал. Он выглядел молодо, хотя то, что мучило его, лишило его лицо цвета.

— Он болел много недель. Этим вечером лекарь сказал, что не мог больше ничего сделать для него, и ушел. Он сказал, что Джулиан не протянет и дня.

— Мне жаль, — сказала я. — У него доброе лицо. Как я могу помочь? Посидеть с ним?

— Я надеялся на другую помощь. Ты говорила, что не знала, есть ли у тебя магия. Ради меня, любящего твою маму, я умоляю попробовать спасти Джулиана.

Я сжалась от его слов. Хоть мужчина еще был жив, я вспомнила, как использовала Жуткую кость, чтобы вернуть отца из мертвых. Для него это сложилось плохо.

Я покачала головой.

— Нет, это неправильно. Нельзя лезть в дела жизни и смерти.

— Но он еще жив, — дядя рухнул на стул у кровати и опустил голову. — Подумай, если бы это была твоя мама. Если бы магия могла ее исцелить, ты же использовала бы ее?

Он был прав, конечно. Я собиралась использовать магию для нее, но я планировала украсть предмет для этого. Где была черта? Если я была чародеем, я не могла остановиться на половине пути. Все или ничего.

Но я скорее всего не смогла бы повлиять. Жуткая кость оживила отца, а не я. Может, у меня и были силы, но пока мне требовался инструмент — Грейвенвуд или книга заклинаний — чтобы что-нибудь получилось.

— Я хочу помочь, но не знаю, что делать, — стоило это сказать, и я ощутила пугающее осознание. Я хотела колдовать. Мысль о волшебстве, о власти над жизнью и смертью вызвала тепло во мне. Пришлось сцепить ладони, чтобы не теребить юбку от волнения при дяде. Магия все еще соблазняла меня.

Дядя встал и коснулся моего плеча.

— Я понял, когда увидел тебя, что ты — ответ на мои молитвы. Я могу рассказать тебе, как колдовать.

Мне стало интересно, а он взял флакон голубой жидкости со стола в углу и передал мне.

— Брызни на его лоб, произнося слова: «Встань, чтобы снова жить».

— Откуда ты узнал это? — спросила я.

— Я нарушил бы слово, рассказав тебе. Поверь, источник узнал о зелье и заклинании от живого чародея.

Я посмотрела на Джулиана, желая помочь ему. Я подняла флакон над его лбом, пара капель упала туда.

— Встань, чтобы снова жить, — сказала я.

Его облик не изменился. Его глаза оставались закрытыми, дыхание было неровным.

— Попробуй снова, — сказал дядя Мейс.

Жар наполнил меня. Пот выступил на лбу, руках и ладонях. Я хотела, чтобы он жил. Перед глазами вспыхнуло лицо мамы, словно она лежала на кровати. Я знала, что не остановилась бы, только бы вернуть ее. Джулиан мог быть проверкой моих сил. Если я не спасу его, не смогу помочь и маме. И все планы будут напрасными.

Я капнула зелье на лоб Джулиана и прошептала слова. Но в этот раз я опустила флакон и сжала его голову. Я повторяла заклинание, прижимая к нему ладони. Я закрыла глаза и затерялась в словах, голос становился все напряженнее с каждым разом. Когда во рту появился вкус крови, я подумала, что прикусила язык. Ощущение росло, напоминало, как я колдовала раньше. Гнев. Ярость. Я ощущала это, когда папа умер, когда я разбила стекло в замке Феллстоуна, не касаясь его, когда билась с Феллстоуном за власть над Жуткой костью. Огонь бушевал во мне, посылая жар в стороны, к кончикам пальцев и макушке.

Я думала, что уже не могла стоять, и жар вырвался из меня, как молния из тучи. Все кончилось через миг, я осталась холодной и уставшей. Перед глазами потемнело, и я увидела Джулиана как в кошмаре. Его ладони были прикованы к стене, тунику с него сняли, кожа была в крови. Хлыст ударил по его спине. Он старался не кричать, но вопль сорвался с моих губ.

Сон закончился, мои глаза открылись одновременно с Джулианом. Он смотрел на меня, а потом глаза закатились.

— Что такое? — я встряхнула его. — Проснись! Дыши! — но ничего не было. Слезы наполнили мои глаза, я повернулась к дяде.

Дядя Мейс склонился над ним.

— Боюсь, он мертв, — дядя закрыл его глаза и накрыл одеялом его лицо.

Мертв. Я убила его. Меня мутило.

— Прости. Я старалась спасти его.

— Ты сделала, что могла. Не вини себя.

— У меня было видение. Джулиана пытали. Били хлыстами. Я видела это.

— Он был в плену у твоего отца, — сказал он. — Но смог сбежать.

Противный лорд Феллстоун. Я ненавидела, когда его звали моим отцом.

— Вряд ли его можно было спасти, — сказал дядя.

Настоящий чародей смог бы. Но у меня не было сил спасти маму. Я обвила себя руками, чтобы не дрожать.

Дядя остался, когда я покинула чердак. Мне нужен был свежий воздух, и стражи за мной пока не следили. Я поспешила по лестнице, прошла в сад. Что я сделала? Я несла смерть и разрушения, куда ни шла.

Я не хотела оставаться в замке. Не понимая, что делаю, я пошла к вратам. Я решила, что лучше всего было пойти в гробницу, украсть Грейвенвуд и улететь из Блэкгрова. Меня отвлекало слишком много дел.

Но я замерла. Я могла дойти до гробницы, но стражам могли приказать не выпускать меня. Было бы мудро не проверять это, не сообщать всему замку, что я хотела уйти. Я спряталась за деревом и превратилась в воробья с помощью Всадника ветра. Я перелетела стену и направилась к часовне.

Вскоре я уже летела над гробницей Кэтвиков. Здание было прочным, без отверстий, куда могла пролезть птица. Придется взломать замок. Я опустилась на ручку двери и посмотрела на скважину. Замок казался простым.

Я полетела к ветке дерева. Солнце было низко на небе, но еще не село. Пока я смотрела, маленькая группа горюющих вышла из часовни, а за ними слуги вынесли гроб. Они пошли к вырытой могиле недалеко от гробницы Кэтвиков. Женщина громко плакала.

Я подумала по произошедшем ранее. На меня давило то, что я не смогла спасти друга дяди. Я была бы рада исцелить его, спасти после пыток, которые он получил в подземелье отца. Мне нужно было многому учиться. Если я получу Грейвенвуд, что тогда? Мне нужны были указания, но лорду Квеширу доверять нельзя было.

И было неправильно красть табличку. Хотя Кэтвики не проявили ко мне любви, они теперь были частью моей семьи. Дядя Мейс, как новый лорд, нуждался в Грейвенвуд для защиты города. В отличие от бабушки, он принял меня тепло, и так я ему отплачивала?

Я не могла так, но хотела исцелить маму и спасти друзей. Я не могла обокрасть семью мамы и передать артефакт чародею, который мог оказаться опасным врагом Фейрлейс. Если бы Эш и Кальдер знали о ситуации, они согласились бы.

Я тратила тут время. Если я ничего не украду, и если я не была уверена в способности исцелить маму, когда она прибудет, нужно было скорее вернуться в Блэкгров и спасти друзей. Идея попросить дядю маленькой армией напасть на замок Квешира, давно стала пеплом. Он не смог бы объяснить это народу Фейрлейс. И леди Оделия точно была бы против.

Но было бы нечестно уйти, не сообщив дяде, который был со мной так добр. И даже если он не мог дать мне мечников для штурма крепости Квешира, он мог дать совет, как освободить Эша и Кальдера. Может, он даже знал тайный проход в замок.

Я полетела к землям замка. Став человеком, я прошла внутрь, собираясь отыскать дядю Мейса и обсудить это с ним. Но, пока я шла к дяде, я услышала рыдания женщины. Любопытство пересилило, и я подошла к открытой двери и заглянула.

Женщина — леди Оделия — заметила мое движение и подняла голову. На ее лице проступило презрение при виде меня, и мой желудок сжался, а колени задрожали. Ее советник, сэр Бистон, стоял рядом с ней, но выглядел сдержанно.

Я хотела уйти, но она окликнула меня:

— Тесса! Иди сюда. Я хочу с тобой поговорить.

Я не хотела с ней говорить, но и не была готова открыто отказать. Я взяла себя в руки и вошла в комнату.

Она встала и подошла ко мне. Ее взгляд был мрачным, она поджимала губы. Она подняла ладонь и ударила меня по щеке.

— Ты убила его, — ее голос был низким.

Лицо жгло от удара. От потрясения я не могла ответить. Она явно говорила о Джулиане, хотя я не знала, как его смерть так на нее повлияла. Ее обвинение жалило, потому что она могла быть права. Он мог быть жив, если бы я не применила чары, которые не понимала.

— Ты убила моего кузена своей магией, — сказала она.

— Но я… хотела только спасти его, — я сдерживала слезы.

— Ты принесла сюда гадкую магию, использовала ее против моей семьи, как не делал ни один чародей веками. Как ты смеешь?

Я думала, что она снова ударит меня, но сэр Бистон нежно взял ее за руку.

— Я не знала. Я не хотела ему вредить. Я думала, что исцелю его, — но внутри я знала, что она могла быть права, и его смерть была результатом моего неведения.

— Оставь меня. Я не хочу больше тебя видеть, — она повернулась к сэру Бистону, он поддерживал ее под руку. — Если я тебя увижу, убью сама.

Я убежала. Но я не пошла к дяде Мейсу, ведь была расстроена. Я отправилась в свою комнату и заперла за собой дверь. Как мне получить помощь дяди, если Оделия прогнала меня? Что я наделала? Я рухнула на стул и заплакала.

28

Кальдер

Стражи повели Кальдера по замку, и он заметил полуденное солнце в окнах. Было приятно знать время дня. Понимание времени — осознание, что новый день наступит с рассветом — было из того, что отличало человека от зверя. Мысль напомнила ему о его человечности, что было легко забыть в клетке.

Горькое разочарование наполняло его. Он мог узнать, как открыть книгу, и он не справился. Может, он заслуживал быть в подземелье. Но он был лучше клетки. Он мысленно благодарил, что его выпустили оттуда.

Они принесли ему еду вскоре после того, как вернули в камеру. Вода, хлеб, похлебка. Похлебка отличалась от прошлого ужина, но он не знал, было дело в другом виде мяча, или просто та же похлебка постарела на день. Он все равно съел это. Еда почти не наполнила желудок, но он все равно оставил немного для Леди.

Кошка пришла, когда он лег на матрац. Он смотрел, как она доела его ужин, радуясь, что хоть кому-то из них это нравилось.

— Я надеюсь, у тебя не будет потом несварения, — сказал он.

Она не переживала и лизала миску.

— Когда закончишь, попробуй принести ключ от камеры. Будь добра.

Она села и стала умываться.

— Ладно. Ты мудро избегаешь проблем. Вряд ли ты знаешь выход отсюда, да? Иначе ты не возвращалась бы в это мрачное место, хотя тут и дают еду и разговоры.

Она плюхнулась на пол и продолжила вылизывать себя.

— Я заметила, что ты уходила. Смогла побывать в королевских покоях? Подслушала немного? Конечно, мы все это делаем, и в этом нет стыда. Скажи, как он открывает книгу заклинаний. Я знаю, что начинается с «Откройся».

Он посмотрел на Леди, моргая.

— Посмотри на меня. Уже безумный, как мой дядя по отцу, — сказал он.

— Откройся, чтобы я помог царству зла на земле, — сказал слабым голосом мужчина.

— Что? — Кальдер повернулся, думая, что страж вернулся. Но он видел только бедного пленника в камере напротив. — Ты что-нибудь слышала? — сказал Кальдер.

Пленник снова заговорил:

— Откройся, чтобы я помог царству зла на земле.

Кальдер вскочил на ноги, хоть они болели. Движение напугало Леди, и она убежала из его камеры.

— Это те слова? — сказал Кальдер. — Или ты их сочинил?

— Откройся, чтобы я помог царству зла на земле, — повторил он.

— Откуда ты знаешь?

Пленник пару раз глубоко вдохнул. Ему было тяжело говорить.

— Я был его личным слугой, пока не впал в немилость, — сказал он.

— Спасибо, — Кальдер не знал, говорил ли он правду, но верил ему. Фраза подходила проклятой книге. Ему не нравился даже ее вид.

Кальдер ощущал новую надежду. Ему нужно было найти выход из подземелья. У него была половина для того, чтобы спасти Фэлин, если Грейвенвуд тоже была для этого нужна. Он не был в этом уверен.

Ему нужно было найти способ сбежать.

29

Эш

Эш хотел, чтобы Гренджер ответил на его вопросы до того, как люди леди Сейдж увели его. Кто хотел навредить ей? Каким был их план? Откуда о нем знал Гренджер? И почему он хотел перечить леди Сейдж? Вопросы остались без ответа, пока он не выполнит миссию.

Пятеро солдат в масках привели его к леди Сейдж, которая стояла рядом со своей лошадью. На ее руке была красная повязка, только это отличало ее. Она отвела Эша в сторону для разговора.

— Мы едем к замку. Там ты будешь со мной все время, будешь защищать меня. Не задавай вопросы. Ты должен слушаться всех моих приказов. Иначе умрешь.

— Я дал слово, миледи. Я не собираюсь его нарушать, — он скрыл раздражение, как мог. Настоящие лидеры не угрожали. Но ему было приятно, что из всех верных солдат она выбрала в телохранители его. Даже Гренджеру такое не предложили. Но, может, она подозревала его в неверности.

— Хорошо, — она повернулась к одному из своих людей. — Приведи ему коня.

Эшу выделили лошадь, на которой он ехал до этого.

— Умница, — он погладил ее шею. Он запрыгнул в седло. Чем раньше работа будет выполнена, тем скорее он отправится в Фейрлейс.

Леди Сейдж поехала первой, Эш следовал за ней. Он не знал, когда именно должен был защищать ее, но не было ничего плохого в том, чтобы сразу начать это делать. Пять оставшихся солдат ехали за ними.

Ночь была идеальной для проникновения в замок. Безоблачное небо озарял полумесяц. Достаточно света, чтобы видеть путь, но не так, чтобы их видел враг.

Но в голове были вопросы. Что это была за атака? Их было всего семеро. У лорда Квешира было куда больше стражи. Как только кто-нибудь поднимет тревогу, лорд использует магию против них. Леди Сейдж могла ответить ему магией? Эш подозревал, что было бы лучше, если бы с ним поделились планом. Но шанса узнать не было, ведь леди сама приказала не задавать вопросы.

Эш взбодрился от галопа по долине, так что смог быть настороже. Так они вскоре добрались до стен замка. Леди Сейдж подала им сигнал замедлиться у ворот. Они проехали за ней к трем стражам у входа, хотя Эша удивило, что она не попросила их подождать не на виду.

Она опустила шарф, показывая лицо.

— Пропустите нас, — сказала она.

Один из стражей стал открывать врата, но второй шагнул вперед, подняв меч.

— Миледи, что за люди с вами?

Леди не успела ответить, третий страж шагнул за спину второго и вонзил в него меч, мгновенно убивая.

Леди Сейдж без слов проехала во врата с Эшем и другими Всадниками. Похоже, некоторые солдаты Квешира были верны сестре чародея. Это объясняло, почему она не устроила массовую атаку.

Они проехали к боковому входу, куда до этого ввели Эша, Тессу и Кальдера. Один из мужчин привязал их лошадей, двое стражей изнутри встретили их у двери и впустили.

— Замок захвачен, — сказал один леди Сейдж тихим голосом. Она кивнула и махнула Эшу и остальным следовать за ней по коридору.

— Готово? — сказал Эш. — Что…

— Тихо! — прошипела она.

«Значит, это не конец», — подумал он. Им нужно было сделать что-то еще, и он догадывался, что. Он жалел, что пообещал помочь ей. Было что-то неприятное во всей операции. Сестра против брата. Кровь против крови, это было неестественно. Он не мог теперь уйти, но надеялся, что ему не прикажут убить Квешира в его кровати.

Она повела их по лестнице в задней части замка. Они вышли в красивый коридор, украшенный богаче, чем то, что он видел раньше, но тоже с симметрией. Леди Сейдж прошла к двум золотым колоннам перед двойными дверями, на которых был вырезан замысловатый узор.

Тела четверых убитых стражей лежали у дверей. Квешир стал бы жаловаться, что их кровь и конечности испачкали блеск его дверей.

Леди Сейдж сняла большой ключ со стены у двери. Она шепнула Эшу:

— Мы войдем вместе. Помни мои слова. Защищай меня любой ценой.

Он кивнул, нервничая.

Она отдала ключ одному из своих людей, и он отпер дверь и открыл ее. Леди Сейдж ворвалась с Эшем.

— Дверь, закройся! — раздался в комнате голос лорда Квешира. Дверь так и сделала. Захлопнулась, не впустив других солдат. — В атаку! — закричал Квешир.

Они попали в огромную роскошную спальню, подходящую королю. Одна свеча горела у кровати лорда. Квешир прятался под одеялом, сжимая край дрожащими пальцами у лица. Он смотрел на нарушителей, взгляд бегал. Чародей был трусом, хоть и насмехался над другими.

Но у Эша не было времени думать об этом, ведь началась атака. Металл звенел сверху, Эш поднял голову и увидел там оружие, как в тронном зале. Ножи, мечи и топоры покинули места и направились к Эшу и леди Сейдж.

Первый меч полетел к леди, бегущей к брату с кинжалом в ладони. Эш молниеносно отбил меч. В тот же миг щит опустился на лицо Квешира.

Оружие окружило Эша и Сейдж. Они стояли спина к спине. Эш стал отбивать оружие Грозой свинов и щитом. Сейдж могла мало помочь с ножом. Он отбивал оружие, но оно взлетало и атаковало снова.

Он еще никогда не двигался так быстро, но этого было мало. Кинжал проскользнул и порезал ногу Сейдж. Она схватила его и бросила в Квешира. Кинжал загремел об щит и снова полетел в атаку.

Эш не знал, как долго продержится. Он защищал Сейдж, а она двигалась к кровати. Если они доберутся до лорда, что тогда? Он хотел знать заранее, ждала ли она, что он убьет ее брата. Лорд был плохим, но Эш не хотел его убивать. Не так, пробравшись в спальню мужчины ночью.

— Убери его щит! — крикнула она.

В тот же миг топор полетел к его ногам, и Эш прыгнул, спасая колени. Он в два прыжка оказался у кровати. Он ударил своим щитом по щиту лорда, отбивая его.

Леди Сейдж пробралась к кровати за Эшем и прижала нож к горлу Квешира.

— Отзови оружие, или ты умрешь, — сказала она.

Его глаза выпучились, но он мешкал. Она прижала нож плотнее, проступила кровь.

— Отзови!

— Отменить защиту замка! — сказал лорд Квешир.

Оружие упало, кроме кинжала, который вонзился в пол в дюйме от ноги Эша. Тот склонился, чтобы забрать оружие.

Дверь открылась, и солдаты леди ворвались в комнату вместе с несколькими стражами замка. По приказу леди Сейдж они заткнули Квешира кляпом, чтобы он перестал отдавать приказы, а потом связали его и завязали глаза.

Мужчины встали полукругом перед леди и опустились на колени.

— Слава леди Квешир из Блэкгров, — сказали они.

Она подняла кулак в жесте победы, они радовались. А потом кивнула на Эша.

— В подземелье его.

Эш не успел отреагировать, двое мужчин схватили его, третий забрал и его руки меч.

30

Тесса

Я оставалась на стуле, не могла спать, не могла думать, что делать дальше. Я ненавидела Оделию за ее обращение со мной, но не могла винить ее за такие чувства. Я была наглой и беспечной. Голос папы звучал в ушах, предупреждал об опасности магии, и как она соблазняет слушаться ее. Он был прав.

Утром я уйду, это я уже решила. Магия могла не быть ответом, но верность друзьям и семье была важнее всего. Мама прибудет со дня на день, но я не могла ей помочь. Я могла лишь надеяться, что в семье она вспомнит о прошлом. Я верила, что дядя обеспечит ей лучшую заботу до моего возвращения.

Я бросила Эша и Кальдера из-за приказа дурака. Пора было вернуться и отыскать способ спасти их. Я встречусь с дядей перед отбытием, и если он предложит помощь, так будет лучше. Но я собиралась в любом случае вернуться в Блэкгров.

Я прошла к кровати и услышала шорох по полу. Я поднесла свечу к двери и заметила кусочек пергамента, который просунули под нее. Я подняла записку и узнала печать дяди. Я открыла дверь и выглянула в коридор, надеясь заметить дядю Мейса. Но тот, кто доставил записку, уже пропал.

Слова на пергаменте были такими: «Если ты еще не спишь, приходи ко мне в сад. У меня важная информация. Дядя Мейс».

Странно, что он просто не пришел в мою комнату. Но, может, он уже был в саду и послал стража с запиской. Или он хотел показать мне то, что было снаружи.

Что это могло быть? Сердце билось быстрее, я схватила плащ. А потом замерла. А если для этой информации нужно было пойти куда-нибудь и что-нибудь сделать? На всякий случай я взяла сумочку, прицепила к поясу. Все, что я взяла с собой в Фейрлейс, было там: кольцо, которое я еще не продала, несколько монет, коллекция ключей и отмычек.

Я тихо вышла из комнаты, поспешила по лестнице на первый этаж. Удивительно, стражи по пути я не встретила. Может, ночью они следили только за входами в замок.

Но я не встретила никого и в саду, миновав стеклянные двери. Полумесяц озарял путь, я прошла к скамье возле кустов роз. Дяди там не было. Я огляделась, не видя его или кого-то еще. Может, я была не в том саду. Земли замка были разделены на части. Может, стоило пойти на поиски, но я передумала. Лучше было дождаться, пока он найдет меня, чтобы мы не бродили, не пересекаясь друг с другом.

Минуты спустя, пока я стояла спиной к замку, я услышала хруст листьев за собой. Я ожидала дядю, стала оборачиваться, но не успела увидеть, кто это был. Что-то тяжелое ударило меня по затылку, и я уже ничего не помнила.

* * *

Я проснулась во тьме, запах влажной шерсти бил по носу. Что-то скрывало мою голову. Я подавила панику. Я дышала. Под капюшоном было душно, но воздух был.

Боль. Словно молот снова и снова бил по моей голове. Там было липко, наверное, рана кровоточила. Сильно? Но я хотя бы была жива.

Я помнила, как на меня напали в саду. Но теперь я была на борту. Лежала, сжавшись, на неровной поверхности. Волны качали судно. Я услышала ритмичный скрип и плеск весел. Холодные капли попадали на мои голые ладони.

Я заставила себя не шевелиться, надеясь, что узнаю о ситуации, не раскрывая, что я очнулась. Если похититель поймет, он ударит меня или свяжет.

Куда меня везли? Может, это сделал лорд Квешир. Или тот, кто приказал капитану Хейлу не доставлять нас в Фейрлейс. Может, мы были на пути в Блэкгров.

Тело дрожало от холода. Холодная вода пропитала мою одежду со дна лодки. Это не тревожило напавшего, может, он и хотел утопить меня. Или убить сначала, а потом выбросить в море, чтобы меня не нашли.

Я стиснула зубы, чтобы они не стучали. Если меня хотели убить, то за этим стояла леди Оделия. Она хотела бы, чтобы мое тело спрятали. Так мой дядя не узнал бы, что со мной случилось, и ее не обвинили бы в убийстве.

Мужчина закашлялся. Его голос был низким, дыхание — хриплым, пока он двигал весла. Я представила крупного и сильного мужчину, который легко донес меня до лодки, лишив меня сознания. Я не надеялась одолеть его.

Я подумывала стать воробьем. Но для этого мне нужно было дотянуться до шеи, сжать Всадника ветра и поднять капюшон так, чтобы дунуть три раза. Нога похитителя уже несколько раз задела мое тело, пока он греб. Значит, я была перед ним. Он увидел бы любое мое движение. Даже если бы я стала птицей, после превращения всегда был миг смятения. Он успел бы ударить меня веслом.

Лучше было выждать. Может, он не хотел навредить мне, просто плыл, чтобы передать меня кому-то. И голова болела. Я была слабой. Уставшей. Было проще ничего не делать.

Я лежала, теряя сознание и приходя в себя. Разум в лихорадке думал, что конец был бы приятен. Но потом я сожалела. Папа умер, мама будет только птицей, и я никогда не увижу Эша.

Я не знала, как долго мужчина двигал веслами. Но плеск утих, весла вытащили из воды. Лодка покачнулась, когда мужчина встал. Его огромные ладони скользнули под меня, подняли меня и выбросили в ледяное море.

31

Эш

Эш хмуро смотрел на леди Сейдж, ее солдаты схватили его.

— Что вы делаете? Вы дали слово.

— Уведите его, — она отвернулась, отмахнувшись.

Он кричал, пока его тащили из комнаты:

— И чем вы лучше своего брата?

Эш перестал бороться в коридоре, но один из солдат все равно ткнул его в спину его же мечом. Они миновали окровавленные тела еще нескольких стражей Квешира, пока добрались до толстой деревянной двери, ведущей на тусклую каменную лестницу.

У него был лишь один шанс. Они начали спуск, Эш сделал вид, что споткнулся. Его правая рука вырвалась из хватки солдата. Он быстро выхватил нож, который забрал с пола у Квешира и спрятал в сапоге на случай предательства леди Сейдж. Он ударил ножом по ноге солдата за ним и отскочил в сторону. Мужчина взвыл и оступился, сбил солдата перед собой, падая. Солдат с другой стороны не успел отреагировать, Эш вонзил кинжал в его живот и столкнул его с лестницы к остальным.

Тот мужчина застыл, но оставшийся целым выбрался из груды, и Эш прыгнул на него и провел ножом по его боку. В то же время солдат, чья нога была ранена, попытался отползти. Эш схватил его за воротник, и он стал молить о пощаде. Эш потащил его к камерам.

— Кальдер! — позвал Эш. Было сложно различить пленников в тусклом свете.

— Сюда! — ответил Кальдер.

Эш потащил раненого солдата к камере Кальдера.

— Если пошевелишься или зашумишь, я тебя убью, — сказал он.

Кальдер сжал руку Эша сквозь прутья.

— Мальчик мой!

— Я отыщу ключи, — сказал Эш.

— Как ты сюда попал? — сказал Кальдер.

— Леди Сейдж устроила переворот. Они свергли Квешира и празднуют. Нам нужно спешить, — он побежал по коридору и вернулся через миг с кольцом ключей и сумкой Кальдера. Отперев камеру Кальдера, он толкнул туда солдата, повторил угрозу убить его за шум. Мужчина не пытался перечить.

Кальдер схватил свою сумку.

— Отпусти их всех, начиная с него, — Кальдер указал на мужчину напротив него, тот пленник проснулся и смотрел на них.

Эш не знал, было ли у них время, но поступок был правильным. Он побежал по проходу, отпирая двери по пути.

— Скорее, — торопил он пленников. — Другого шанса может не быть.

Некоторые не могли встать, но другие вскочили на ноги и побежали.

Когда он вернулся к Кальдеру, он удивился, увидев кошку у сумки, стоящей на полу.

— Идем, — сказал Кальдер кошке. — Сейчас или никогда.

Кошка двигалась под ладонью Кальдера, позволяя ему гладить ее, но когда он попробовал подхватить ее, она выскользнула между его пальцев и убежала.

Кальдер вздохнул.

— Это показывает, что мы не всегда знаем, что для нас лучше.

— Ты хотел забрать ее? — сказал Эш. — Вряд ли мы сможем заботиться о кошке.

— Точно. Мы едва справляемся сами, — он повернулся к старику в камере напротив его. — Удачи, друг, — сказал он. — Следуй за нами, но если мы сможем выбраться наружу, дальше ты будешь справляться сам, — они пожали руки.

— У меня есть семья, — сказал мужчина. — Если еще хоть кто-то жив.

У лестницы они обошли двух окровавленных солдат. Эш надеялся, что не убил их. То, что он не хотел никого убивать, делало его странным солдатом. Он решил стать бойцом, потому что это хорошо получалось, и он был идеалистом. Он всегда верил, что в любом сражении были правильная и неправильная стороны. Хотя, чем больше опыта он получал, тем больше в этом сомневался.

Эш вышел из подземелья и повел пленников по коридору к задней части замка. Они почти добрались до двери, когда Эш повернул за угол и столкнулся с одним из стражей Квешира.

— Стоять! — мужчина поднял копье.

— Я из Всадников, — сказал Эш. Его черная одежда указывала на это. — Следую приказам леди Сейдж. Пропусти нас.

Страж посмотрел на них, но, может, из-за размера из группы он понял, что было бы сложно остановить их, и опустил оружие, отошел в сторону. Он всегда мог сделать вид, что не видел их.

Снаружи Эш отыскал свою лошадь. Они забрали и двух других коней, пока остальные пленники остались на ногах. Они не знали, как ехать верхом, скорее всего, или не верили, что справятся в ослабевшем состоянии.

Группа продолжила путь к вратам. Когда они были близко, Эш сказал другим пленникам спрятаться с лошадьми, а он прошел к двум стражам у ворот.

— Мы справились, — сказал им Эш. — Тиран побежден. Леди Сейдж приказывает вам праздновать в замке.

Стражи переглянулись.

— Кто ты? — спросил высокий.

— Один из ее Всадников, ясное дело.

— Мы принимаем приказы только от капитана.

— Все закончилось. Замок пал. Все…

За ними раздался звук, как выстрел.

— Кто там? — крикнул страж и побежал проверить.

Эш использовал момент, чтобы ударить оставшегося солдата по животу. Он ударил мужчину по голове и вырубил его.

Кальдер через миг выбежал из тьмы.

— Мы связали другого, — сказал он.

Бывшие пленники побежали во все стороны, а Эш и Кальдер согнулись на его лошади и устремились во тьму ночи.

Они мчались галопом, Эш услышал, как один из стражей зовет на помощь, поднимая тревогу. Он мог лишь надеяться, что они двигались в правильную сторону. Кальдер сжимал седло, стараясь не упасть.

32

Тесса

Я была в воде, шерстяной капюшон прилип к лицу. Я погружалась все глубже в ледяную воду. Меня словно пронзала тысяча шпилек. Но ощущение привело меня в чувство. Я хотела жить.

После недолгой борьбы я сорвала капюшон. Мой плащ тянул ко дну, глубже, так что я сбросила его следом. Я била ногами, пытаясь всплыть, пока вытаскивала руки из запутавшихся рукавов. Вокруг меня была тьма. Я уже не знала, где была поверхность. Я перестала барахтаться, тело парило, неспешно устремляясь к вершине. Ладони тянуло туда, и через секунды они ощутили воздух. Я вдохнула.

Впереди был тусклый силуэт лодки. Похититель был больше, чем я представляла, с большой растрепанной головой и руками толщиной со стволы деревьев. Он изо всех сил греб, все быстрее удалялся от меня. Я развернулась, искала, за что можно было ухватиться, но только океан окружал меня.

В ослабевшем состоянии я не могла плыть. Я не знала, сколько крови вытекло из головы. Холодная вода хотя бы должна была остановить кровотечение.

Только одно могло меня спасти. Я подняла Всадника ветра к дрожащим губам и подула три раза.

Я через секунды стала раненой птицей над водой. Море было относительно спокойным, иначе я утонула бы. Я расправила крылья, встряхнула ими и поднялась в небо.

Я могла лететь, но не было сил подняться высоко. Я не могла добраться до земли. Но, если повезет, я долечу до лодки.

Я молилась богам, чтобы он не увидел меня. Даже если он не узнает во мне девушку, которую он попытался утопить, он мог быть из тех, кому нравилось мучить зверей. Он все-таки был убийцей.

Я пролетела над его головой, шум от весел заглушил хлопанье моих крыльев. Я отыскала хоть немного ветра и опустилась на лодку за ним, на кольцо, где привязывали канат, когда лодка была у пристани.

Мои коготки сжимали то кольцо, казалось, часами, пока я подавляла желание закрыть глаза, поспать или умереть. Я держалась за жизнь силой воли, пока не заметила Фейрлейс вдали. Наверное, было уже за полночь. Многие дома были темными, лишь в нескольких сияли свечи в окнах. Но близость города наполнила меня надеждой.

Вскоре я заметила пристань. Я собралась с силами, взлетела с кольца и добралась до деревянного причала, опустилась в паре футов от места, где мужчина собирался причалить. Когда его лодка остановилась, он встал, как гора, привязал лодку и ушел. Он точно гордился своим жутким поступком.

У меня не было сил лететь или идти. Я стукнула когтями три раза, приняла свой облик. Растянувшись на пристани без сил, я могла лишь надеяться, что добрая душа найдет меня и поможет. Я помнила только красную полоску на горизонте, сообщающую о рассвете.

33

Эш

Наступило утро, когда Эш и Кальдер покинули порт Хардракона на рыбацком судне и отправились в Фейрлейс. Они отдали лошадь в плату за путь. Эш надеялся, что люди леди Сейдж не придут за конем потом. Он не хотел, чтобы рыбак думал, что они его обманули. Но мужчина мог легко узнать лошадь из замка, и он не переживал. Как и другие тут, он, наверное, часто имел дело с украденными вещами.

Путь по спокойному морю занял около двух часов. Эш проспал все это время, что не удивляло, ведь он плохо отдыхал ночью. Кальдер разбудил его, когда стало видно берег. Они приблизились, и он смог думать о воссоединении с Тессой. Она будет ему рада? Они прощались так, словно больше не увидятся, но он возвращался пару дней спустя.

Но он спешил к ней, хотя не знал, верил ли словам Гренджера, что она была в опасности. Он и леди Сейдж врали, когда им было нужно, насколько он понял. Гренджер почему-то хотел, чтобы Эш ушел, и убедить его можно было легко, настояв, что Тессе нужна его помощь.

Если повезет, для нее все прошло гладко. Он надеялся, что семья ее матери приняла ее хорошо, с любовью, которой она заслуживала. Даже если она была теперь далеко от него. Несмотря на бедность, ему повезло быть любимым, даже избалованным лаской родителей. Их поддержка была с ним всегда. И до того, как он потерял Лэнса в тринадцать, он разделял сильную связь с братом.

Кальдер говорил ему, что дядя Тессы был лордом Фейрлейс. Он вздохнул, думая об этом. Что такое еще одно препятствие в невозможных отношениях? Она уже не нуждалась в его помощи. Кто лучше, чем ее дядя, позволит ей использовать Грейвенвуд? И Кальдер взял книгу заклинаний, знал слова, чтобы открыть ее. Они отправятся в Сорренвуд, она исцелит маму. Оставалась проблема с Рэтчер и замком Феллстоун, но, может, Элдреды одолжат армию, и, когда Рэтчер будет побеждена, они найдут пару для Тессы.

Что тогда будет делать он? Продолжит копать могилы? Продолжит учиться у писаря? После этого приключения жизнь станет ужасно скучной.

Эш задумчиво сошел с корабля с Кальдером. Он едва заметил суету на пристани в двадцати ярдах от них.

— На помощь! — крикнул мужчина, размахивая шляпой в их сторону.

Эш и Кальдер переглянулись.

— Мы не должны лезть, — сказал Кальдер. — Нельзя привлекать внимание.

Эш кивнул, думая, что у них не было времени отвлекаться. Когда они выбрались на пристань, они повернулись в другую сторону.

— На помощь! — позвал мужчина снова. — Бедной девочке нужен лекарь!

Эш и Кальдер замерли.

— Девочке? — сказал Эш. — Может, это она?

— Нет, — Кальдер покачал головой. — Что она бы тут делала? Она должна быть в замке.

Они продолжили идти, но Эш не мог успокоиться. Если они могли помочь девочке, они не должны были мешкать.

Он коснулся руки Кальдера.

— Знаю, — сказал Кальдер. Они повернулись и поспешили к мужчине. Кровь Эша похолодела при виде Тессы на пристани.

Он рухнул рядом с ней, коснулся ее лица. Оно было ледяным и ужасно бледным. Ее голова была повернута, и он заметил шишку на затылке, хуже, чем когда он случайно ударил ее об дверной косяк. Судя по примятым волосам, рана кровоточила до этого. Не зная, была ли она жива, он поднес ладонь к ее носу и рту. Он прошептал благодарности, ощутив ее слабое дыхание.

— Я нашел ее такой, — сказал мужчина. — Бедняжка, — он опирался на костыль. Может, его страдания вызывали в нем сострадание к другим. Он укрыл Тессу своим плащом.

— Она — моя племянница, — сказал Кальдер. — Мы найдем для нее помощь. Скорее, Эш.

Он тоже ощущал тревогу. Тот, кто сделал это, мог быть близко. Им нужно было поскорее скрыться из виду.

Он вернул мужчине плащ, поблагодарив его, и укутал Тессу своим. Он поднял ее и прижал к себе, Кальдер обменял что-то из сумки на лошадь с телегой. Эш уложил Тессу в телегу, забрался следом и опустил ее голову себе на колени. Кальдер сел рядом с кучером.

Кальдер дал мужчине указания. Эш не знал, куда они ехали, но надеялся, что это была удобная гостиница, хотя не знал, как они заплатят за нее. Он спал на рыбацком корабле, так что они с Кальдером не смогли обсудить планы.

По пути они видели мало людей, наверное, потому что было рано. Дорога вела их из города к фермам и пастбищам. Фермеры выходили из домов и сараев, начинали работу, доили коров.

Кальдер указал на дом, окруженный пастбищем овец.

— Там.

Эш понес Тессу к двери, держал ее, пока Кальдер тихо стучал.

Послышался женский голос:

— Кто там?

— Кальдер Осрик. Сын поварихи, — сказал он.

Женщина с визгом открыла дверь.

— Мальчик мой! — она обвила его пухлыми руками.

Она была лишь на пару дюймов выше «мальчика», но значительно шире. Эш заметил пухлые ладони, круглые щеки, улыбающиеся глаза и белые волосы под чепчиком.

— Тетя Джемма, — Кальдер похлопал ее по спине. — Ты не изменилась.

— О, врунишка! Но я тебя прощаю. Твоя ложь лучшая! Заходи, — только тогда она заметила Эша с Тессой на руках за ним. — Небеса, что с крохой?

Она отодвинулась, Эш внес Тессу в дом.

— На кровать, — она поспешила впереди Эша, открыла дверь в комнатку с узкой кроватью в центре. — Опускай ее.

Она отодвинула одеяла, накрыла ими Тессу, когда Эш опустил ее на кровать, повернув ее голову на бок. Он не хотел, чтобы она ощущала боль на месте шишки.

Тетя Джемма прижала запястье ко лбу Тессы.

— Лихорадка, — она поспешила из комнаты.

Эш тоже проверил ее лоб.

— А до этого она была ледяной, — он отошел с дороги, тетя вернулась с прохладной мокрой тканью и опустила на лоб Тессы.

— Бедняжка, — она заметила рану Тессы. — Как это случилось?

— Мы не знаем, — сказал Кальдер.

Тетя посмотрела на лицо Тессы. Она смотрела миг, а потом ее глаза вдруг расширились.

— Кальдер, кто этот ребенок?

— Думаю, ты догадываешься, — сказал он.

— Дочь Фэлин. До меня доходили слухи. Я не знала, верить ли им. О, она так похожа на маму. Скажи ее имя.

— Тесса Скай, — сказал Эш. Для него эта ее фамилия всегда будет настоящей.

— Нужно послать за лекарем, — сказала тетя.

Кальдер поймал ее за руку.

— Боюсь, мы не можем, — сказал он. — Мы не знаем, как это случилось. Может, кто-то у власти пытался навредить ей. Нам нужно спрятать ее.

Тетя нахмурилась.

— Скорее всего, кто-то из ее семьи, — тихо сказала она. — Я помогу ей сама.

— Я знал, что мы можем рассчитывать на тебя, — сказал Кальдер. — А пока лучше дать ей поспать в теплой мягкой кровати. Наверное, она простыла снаружи. Если повезет, лихорадка скоро пройдет.

Тетя ощупала платье Тессы под плащом Эша.

— Ее одежда влажная. Выходите, мужчины. Я переодену ее в сухое.

Они прошли в главную комнату, Кальдер и Эш сели у окна. Он был рад, что они нашли безопасное место для Тессы, но переживал из-за ее лихорадки.

Тетя вскоре присоединилась к ним и посмотрела на Эша.

— И кто этот красавец? Твой сын? — спросила она у Кальдера. — Почему ты так долго не прибывал? Где ты был? Расскажи мне все.

— Мой сын? — Кальдер рассмеялся. — Он был бы не таким красивым и умелым. Это Эш Кемп, наш с Тессой настоящий друг.

— Вы голодны? Конечно. Идемте, у меня есть персики, печенье, жареный картофель и ягненок, остались с прошлой ночи. О, хотела бы я, чтобы было больше.

— Уверен, ты успеешь откормить нас так, что мы встать не сможем.

Она не стала отвечать на это, повела их к столу. Тетя вытащила всю еду из буфета и поставила перед ними. Как только они устроились, она вернулась к Тессе, чтобы промыть ее рану.

— Тетя Джемма — не моя тетя, — сказал Кальдер Эшу. — Она была домоправительницей у Элдредов, а моя мама — поварихой. Она мне такая же мама, как моя.

— Она очень добрая, — сказал Эш.

— О, какой милый юноша, — крикнула она из другой комнаты. — Можешь оставаться, сколько хочешь.

Она вернулась, Кальдер уговорил ее сесть и выпить с ними эля.

— Есть новости об Элдредах? — сказал он.

— Юный Мейс женился на леди Оделии и стал нашим новым лордом.

Кальдер нахмурился.

— Я слышал. Боги, помогите.

— Да, он красив лицом и голосом, но под этим кроется тиран. Людей забирали из кроватей по ночам в замок и пытали.

— Тесса знает это о нем? — сказал Эш.

— Может, теперь и знает, но вряд ли была в курсе, когда прибыла сюда, — сказал Кальдер. — Это я виноват. Я не хотел плохо говорить о ее семье.

Он повернулся к тете Джемме.

— О визите Тессы говорили? Лорд принял дочь Феллстоуна впервые, это важная новость. Я думал, все уже об этом говорят.

— Ни слова. Но из замка доходит мало новостей. Я видела леди Оделию на весеннем празднике, и она выглядела ужасно.

— Как выглядел бы любой замужем за Мейсом, — сказал Кальдер.

— Думаю, нужно дождаться, пока Тесса проснется и объяснит, — сказал Эш.

— Мы не знаем, как долго это будет, — Кальдер повернулся к тете Джемме. — Я вернусь в Сорренвуд за Фэлин. Она тоже больна, но у Тессы ключ к ее выздоровлению. Привести ее получится быстрее, чем ждать, пока Тесса выздоровеет.

Тетя Джемма потрясенно уставилась на него.

— Фэлин? Она жива?

— О, я должен был понять, что ты не знала. Прости, тетя. Я не хотел удивлять. Она жива, но нуждается в исцелении.

— Тогда везите ее сюда как можно скорее! Я выделю комнату для нее и всех, кому еще нужно. Я буду рада увидеть милую девочку снова!

34

Тесса

Я смотрела на папу, склонившегося надо мной. Он поцеловал меня в лоб, поправил одеяло под моим подбородком.

— Пташка, — сказал он. — Ты долго болела.

Я растерялась.

— Папа, я думала, ты… — я не смогла сказать «мертв».

Мама вошла в комнату, подошла к папе и потерла его плечо.

— Как наш воробушек? — сказала она.

Она выглядела так, как я ее помнила. Ее глаза сияли, лицо было оживленным, улыбка озаряла его.

— Давайте соберем сегодня клубнику, — сказала она.

И вдруг мы оказались снаружи, цветы окружали нас, птицы пели на деревьях. Я сидела на качелях на заднем дворе, папа толкал меня, а мама собирала букет.

Папа толкал меня все сильнее, пока я не взлетела так высоко, что думала, что ударюсь об ветку и перевернусь.

— Хватит, папа! — закричала я. А потом полетела кубарем вниз, и все почернело.

Казалось, я днями видела разные сны. Но часть меня стала замечать происходящее вокруг меня. Тихие голоса. Эш, иногда Кальдер, хотя какое-то время я его не слышала. И женский незнакомый голос. Я хотела поговорить с ними, но разум был туманным, и я не могла заставить себя проснуться.

Комната была темной, когда я открыла глаза. Хотя было сложно все увидеть, я хотела сесть и оглядеться. Но я все еще ощущала слабость, затылок гудел. Я лежала и смотрела на стены, пока глаза не стали привыкать к темноте.

Я заметила движение у двери. Мужчина вошел, но я не поняла, как. Дверь точно была закрыта, и он не открывал ее. Он словно прошел сквозь нее.

Когда он приблизился к кровати, я увидела, что его лицо и тело были искажены. Его одежда была лохмотьями, глазницы были пустыми. Он был призраком. Я открыла рот, чтобы закричать, но не нашла голос. Только тогда я узнала его. Это был Джулиан, кузен леди Оделии, которого я не смогла спасти магией.

Он замер у кровати и смотрел на меня так, словно чего-то ждал.

— Уходи! — попыталась закричать я, но прозвучало едва слышным шепотом. — Оставь меня!

К моему удивлению, он послушался. Он повернулся и ушел. Он прошел сквозь деревянную дверь, выглядя прозрачно.

Это казалось слишком реальным для кошмара. Но вскоре я крепко уснула, ведь больше ничего не вспомнила, пока чья-то ладонь не коснулась моего лба, разбудив меня.

Эш склонялся надо мной. Он отодвинул ладонь и улыбнулся, хотя в глазах была тревога.

— Температура спала, — сказал он. — Как ты себя чувствуешь?

Впервые за неизвестно сколько дней я ощущала себя хорошо. Вряд ли у меня была лихорадка, хотя кожа была липкой, словно я много потела. Голова все еще болела, но было не так плохо, и через пару дней точно станет лучше.

— Все хорошо, — сказала я.

— Голодна?

Пришлось подумать об этом, но я поняла, что отчасти мне было не по себе из-за пустого желудка. Я кивнула.

— Давай вставать.

Он помог мне сесть на кровати. Комната была милой и яркой. Чистые белые шторы обрамляли окно с видом на залитый солнцем луг.

— Где мы? — сказала я.

— Дом тети Джеммы, — Эш улыбнулся от моего растерянного вида. — Она сказала звать ее так. Кальдер привел нас сюда. Она работала на Элдредов в одно время с его мамой.

Он потянулся за миской бульона на столике рядом со мной. Он начал кормить меня с ложки.

— Я могу сама, — сказала я, хотя забота Эша была приятной.

Было проще пить бульон из миски, и я отложила ложку и так и сделала. Я ощутила вкус мяты вместе с мясом, от этого было еще вкуснее.

— Как вы меня нашли? — сказала я.

— Мы прибыли в Фейрлейс, когда тебя кто-то обнаружил на пристани.

Я допила бульон, вспоминая произошедшее.

— Он ударил меня по голове, и я потеряла сознание. Когда я очнулась, я была в лодке с капюшоном на голове. Он бросил меня в воду. Я думала, что умру.

— Кто это был? Кто хотел тебя убить?

Я опустила миску.

— Жена моего дяди. Она за этим стояла. Она обвинила меня в убийстве ее кузена. Может, это была моя вина, не знаю. Но я хотела только помочь, — глаза наполнились слезами. — Не думаю, что я могу быть настоящей чародейкой. Я не могу спасти маму.

Эш сидел рядом со мной на кровати, обвил меня руками и потер мою спину. Я в этом и нуждалась.

Он сказал:

— Мы найдем другой способ, — он встал с кровати и прошел к шкафу. Он вытащил книгу заклинаний из верхнего ящика и протянул мне.

— Кальдер принес ее. Где он?

— Я расскажу вскоре, — сказал он. — Но сначала, думаю, ты захочешь знать, как ее открыть.

Я встрепенулась.

— Ты знаешь?

— Произнеси слова: «Откройся, чтобы я помог царству зла на земле».

— Ужасные слова, — я посмотрела на книгу, опустила на нее ладони. — Откройся, чтобы я помогла царству зла на земле, — сказала я, не ожидая, что из этого что-нибудь получится.

Но потом замок щелкнул. Я открыла книгу и впервые смогла посмотреть на ее страницы.

35

Эш

Эш весь день помогал тете с делами. Тесса закрылась в комнате, читала книгу магии. Он понимал, почему ей нужно было делать это, но переживал, как это повлияет на нее. Она только очнулась, ей нужно было отдыхать. Но он знал по прошлому опыту, что спорить с ней не было толка.

Когда ужин был готов, он постучал в ее дверь.

— Это я, — сказал он.

— Заходи, Эш.

Она была в платье, которое дала ей тетя, и он был рад видеть, что она выглядела почти как раньше. Она сидела на кровати с книгой на коленях, но закрыла ее при виде него.

— Как дела? — спросил он.

— Плохо, — сказала она. — Тут куча заклинаний, и часто для них нужны зелья. Заклинания для соединения двух животных, как любил делать Феллстоун. Заклинания для зачарованных предметов, что нравится Квеширу. Заклинания для разных ужасов с другими людьми ради своей выгоды. Но я не нашла ничего, что позволило бы убрать заклинание, наложенное другим чародеем или артефактом, как Всадник ветра. Или хоть что-то для исцеления человека.

— Может, тебе нужна другая книга, — сказал Эш.

— Может. Но где ее взять? Нет, думаю, все, как говорил Квешир. Только Грейвенвуд может убрать чары, — она встала. — Пахнет свежим хлебом.

— Ты голодна?

— Ужасно.

Они вышли на кухню, тетя накрывала на стол. Она просияла при виде Тессы.

— Ты выглядишь намного лучше, милая.

— Вашими стараниями. И Эша.

— Твой юноша сделал больше меня, — тетя подмигнула ему, и он постарался не краснеть от того, как она назвала его парнем Тессы. — Садитесь! — продолжила тетя. — Жаль, у меня нет стола больше…

— Тихо! — сказала Тесса. — Ваш дом с веселой атмосферой лучше любого замка.

— О, ты прямо как твоя мама, — она схватила плащ с крючка. — Мне нужно выйти. Если я приду и найду оставшуюся еду, у вас будут проблемы.

— Прошу, поешьте с нами, — сказала Тесса.

— В другой раз, милая, — она поспешила за заднюю дверь.

— Мы словно выгнали ее из своего дома, — сказала Тесса.

Эш пожал плечами. Его мама поступила бы так же. Она не хотела бы мешать юной любви.

Они сидели и ели. Он рассказал Тессе обо всем произошедшем в Блэкгрове, и как леди Сейдж скоро станет новым правителем там, если только чародей не сможет ее одолеть.

— Где Кальдер? Я его сегодня не слышала, — сказала она.

— Он уехал три дня назад за твоей мамой. Думал, он привезет ее быстрее, чем ты выздоровеешь.

— Но… мой дядя послал людей за ней. Она, наверное, уже в замке.

— Тогда Кальдер опоздал.

— Мне жаль, что он поехал зря. Но моя мама должна быть в безопасности. Леди Оделия не должна ей навредить.

— А лорд Элдред?

— О чем ты? — Тесса растерялась. — Он — ее брат.

— Ты ему доверяешь?

— Конечно. Он был со мной очень добр, — она звучала возмущенно.

Эш не хотел оскорблять ее родственников, но Кальдер и тетя описали ему мужчину.

— Он известен своей жестокостью, Тесса. Говорят, ему нравится пытать людей.

— Кто это сказал? Кальдер? Я понимаю, почему он против. Но мой дядя описал, что случилось. Он напал на Кальдера, потому что верил, что тот вовлечен в план по похищению моей мамы.

— Не думаю, что это связано с тем, что было в прошлом. Тетя говорила то же самое про лорда Элдреда. Вряд ли ему можно доверять.

Тесса выглядела так, словно ее мир перевернулся. Она встала и отошла на пару шагов от Эша, посмотрела в сторону окна.

Он ждал, дал ей время принять новость. Она посмотрела на него снова, вытерла глаз ладонью.

— Надеюсь, мои родственники не все окажутся злодеями. Но, признаюсь, дядя мог меня обмануть. Или он мог быть несправедливо обвинен, — сказала она. — Я не знаю, что правда. Но хватит сомнений. Я не могу полагаться на него. Думаю, нам нужно взять все в свои руки, закончить то, что мы начали.

Эш ждал, что она назовет это, хотя знал, что она скажет.

— Этой ночью мы должны украсть Грейвенвуд.

36

Кальдер

Кальдер поехал на карете, хоть до Сорренвуда было три дня пути. Было бы быстрее поплыть на лодке до Блэкгрова, а потом поехать на карете, но он не хотел снова попасть в плен.

Двое других мужчин с ним ехали по делам, говорили только между собой. Карета останавливалась в удобных гостиницах по ночам. В этих местах не было посетителей, кроме тех, кто ездил меж двух городов. Каждый раз Кальдер ел и быстро уходил, чтобы не общаться с другими гостями. Он крепко спал до отбытия утром.

На третий день Кальдер поджал губы, они приближались к границе Сорренвуда. Боясь, что солдаты искали человека с повязкой на глазу, он убрал ее до этого. Он был в толстых очках, которые подобрал в одном из путешествий. Очки были с цветным стеклом для кого-то, чувствительного к свету. Они скрывали его шрам, пока не приглядывались. И он был в шляпе с широкими полями, скрывал краем тот глаз.

Карета остановилась у ворот города. Два солдата вскоре подошли к карете и посмотрели на Кальдера и еще двух пассажиров. Солдат со стороны Кальдера открыл дверцу и попросил его дать документы, которые определяли его как мужа тёти, Джозефа Винтерботтома. Солдат смотрел на документы, посмотрел на Кальдера, повторил это пару раз. А потом сунул документ Кальдеру, который уже нервничал к тому времени. Двух других путников так не осматривали. Может, они часто проезжали тут, и стражи их знали.

Они продолжили путь без проблем, прибыли к вечеру на центральную площадь Сорренвуда. Кости Кальдера болели от долгого пути, и было приятно выбраться из кареты и размяться. Он быстро пошел к магазину сапожника.

Он готовился к худшему. Вход в магазин был закрыт в воскресенье, и Кальдер направился к задней двери. Сердце трепетало, он постучал в дверь.

Никто не ответил.

Он постучал громче. Но было тихо. Лед пробежал по его спине. Он дернул ручку, но дверь была заперта. Сапожник ушел, а Фэлин? Вряд ли мужчина увел бы ее куда-то, ее могли узнать.

Кальдер обошел здание и заглянул в окно. Он видел матрац Фэлин, но там было пусто. Ее не было в комнате.

Он отвернулся и опустился на колени. Он проклинал себя за то, что оставил ее. Он должен был находиться тут, когда она умерла. Он должен был держать ее за руку и утешать.

Он не знал, сколько стоял так, пока не уловил звук у двери. Он прошел туда и увидел мистера Оливера под руку с Фэлин, он помогал ей стоять.

Сердце Кальдера запело от радости. Она выглядела не хуже, чем когда он оставил ее. Когда она увидела его, она свистнула, узнав его. Он не думал, что от этого звука он будет так рад.

— Где вы были? — сказал Кальдер, но тут же пожалел, что это прозвучало как обвинение. Он не хотел обвинять мужчину.

— У миссис Гирфорд. Она искупала Фэлин. Хорошая женщина. Не будет говорить.

Кальдер хотел поцеловать мужчину.

— Спасибо, спасибо, — Фэлин пахла свежее, чем когда он ушел. Ее одежду тоже поменяли. — Можно я останусь на ночь? Я посплю на полу. Мне нужно забрать ее с собой утром. Мы поедем в карете.

Мистер Оливер кивнул и повел Кальдера в дом. Они смогли уговорить Фэлин немного поесть, немного выпить воды, и она легла спать. Сапожник сходил к миссис Гирфорд за вуалью и парой перчаток для Фэлин в поездку.

Было еще рано спать, когда мистер Оливер вернулся, и мужчины поиграли в нарды на кухне, сапожник курил трубку, Кальдер пил эль. Они закончили первый матч и собирались начать второй, когда Кальдер услышал лошадей у задней двери мистера Оливера.

Кальдер вскочил из-за стола, проклиная себя за то, что у него еще не было плана действий.

— Бери Фэлин и уходи в другую дверь, — шепнул он мистеру Оливеру.

Сапожник поспешил к ней, легко поднял ее. Она не возражала, когда он повел ее в магазин.

Кальдер развернулся, пытаясь вспомнить, где оставил свою сумку. Кто-то с силой постучал в заднюю дверь, Кальдер заметил свою сумку и бросился к ней. Стук стал ударами, кто-то пытался пробиться. Кальдер открыл сумку, рылся в содержимом, пока искал то, что их защитит.

Дверь открылась с грохотом. Два солдата вошли с мечами. Еще больше было за ними.

Кальдер схватил баночку с порошком, бросил ее в стену у двери. Он закрыл глаз, стекло разбилось, порошок вспыхнул светом.

— Не вижу! — закричал один из них.

Когда Кальдер открыл глаз, солдаты были ослеплены и спотыкались. Эффект не продлится долго. Он схватил сумку и побежал в магазин.

Но он опоздал. Больше солдат ворвалось с другой стороны. Мистер Оливер лежал в крови на полу, и Фэлин уводил один из мужчин.

Другой мужчина вышел из ниоткуда и направил меч на Кальдера. Он поднял сумку, как щит, за секунду до удара. Меч пронзил сумку, сила удара оттолкнула Кальдера. Его голова ударилась об каменную стену, мир стал тьмой.

37

Эш

Эш и Тесса выждали до полуночи и пошли к гробнице. Они покинули дом тети, Эш заметил движение за сараем, но оказалось, что это была овца.

Тетя предупредила их, что комендантский час начинался за час до полуночи, и солдаты будут патрулировать улицы.

— Таким стал город, — жаловалась она. — Любой, кто против, пропадает, и о них больше не слышат.

Они были в черных плащах, не зажгли лампу, чтобы их не увидели. Они дважды заметили солдат, пригнулись за деревом один раз, а во второй раз за амбаром. Но они смогли добраться до часовни без проблем. В окнах было темно, позднюю службу не поддерживали. Они прошли мимо здания к кладбищу, а оттуда — к гробнице Кэтвиков.

Эш уловил звук и подумал, что тень мелькнула за высоким надгробием. Он махнул Тессе не шуметь, вытащил Грозу свинов и подобрался к камню. Но за ним ничего не было. Он осмотрелся, никого не нашел и решил, что ему просто показалось.

Когда он вернулся к Тессе, она дернула дверь.

— Заперто, конечно, — она опустилась на колени и открыла свою сумочку.

Эш зажег их лампу огнивом и поднял над скважиной, которая выглядела старомодно, на панели вокруг нее был вырезан узор.

— Замок врезной, — сказала Тесса, глядя на него. Она вытащила связку ключей, которые выглядели как плоские палочки с одним или двумя штырями на концах. — Один из них подойдет.

Ее первый вариант не сработал, но второй после пары движений открыл замок со щелчком. Она посмотрела Эша и улыбнулась.

— Даже просто, — сказал он.

— Да. Может, тут и нет Грейвенвуд. Ее могли украсть годы назад, а никто и не заметил.

— Надеюсь, там нет ловушки, — он сжимал меч, хотя их вряд лм кто-нибудь ждал внутри.

Тесса открыла дверь, и они посмотрели на тени в гробнице. Эш поднял лампу, и они прошли вперед. Они попали в широкий коридор, где было много отверстий для гробов по бокам, ожидая Кэтвиков. Некоторые отверстия были закрыты мрамором. Металлические надписи называли тех, кто был там.

— Фу, — Тесса сморщила нос. Воняло плесенью и гнилой плотью.

— Интересно, когда умер последний Кэтвик, — Эш закрыл за ними дверь.

— Что ты делаешь? — сказала она. — Я почти не могу дышать.

— Я не хочу, чтобы патрули видели, что дверь открыта.

— Ладно, но быстрее.

Они пошли вперед, глядя в стороны.

— Что мы ищем? — сказал Эш.

— Не знаю. Табличку: «Воры, Грейвенвуд тут»? Они не пытались ее охранять.

— Надеюсь, не придется разбивать гранит.

В дальнем конце гробницы они нашли каменный гроб в форме мужчины больше, чем нужно было, размером в короне и наряде короля. Там было вырезано, что это был Малет Кэтвик, первый в своем роде.

— Был ли он таким большим? — сказал Эш.

— Вряд ли. Там точно много свободного места. Он мог быть маленьким, но пытаться придать себе грозный вид, — она посмотрела на стену за гробом. — Что это?

Они шагнули вперед вместе, и Эш поднял лампу над металлической дверцей размера шкафчика. Скважина напоминала такую же, как на двери гробницы.

Тесса прочла слова на дверце:

— «Остерегайтесь, только прямые потомки Малета Кэтвика могут забрать то, что внутри».

Они переглянулись.

— Вот, — ее глаза вспыхнули от восторга, она открыла сумочку.

— Нам нужно переживать? — сказал он. — Или у тебя могли быть Кэтвики в роду Элдредов?

— Не знаю. Это возможно. Вполне. Две выдающиеся семьи живут в одном городе веками, да? Мы могли пересекаться браками.

— Точно, — сказал он. — Ты, наверное, права. Но, если нет, могут быть чары? — он думал о том, как Кальдера превратили в таракана. Это уже было плохо, но если бы чары превратили его в паука, он не смог бы жить так. Он бросился бы под колеса телеги как можно скорее, чтобы покончить с этим.

Тесса замешкалась.

— Малет был чародеем, так что это возможно. Но попробовать можно, да? Понадеемся, что худшим будет, если мы просто не сможем ее забрать, — она вытащила отмычку, которую использовала до этого, и она снова подошла. Замок щелкнул.

— Это было просто, — но он не успокоился, а встревожился.

— Да, — голос Тессы показывал, что она разделяла его опасения. Они замерли и огляделись на случай, если что-то изменилось поблизости, но все выглядело так же, как раньше.

— Похоже, Грейвенвуд давно украли, — сказал Эш. — Вряд ли она тут.

— Надеюсь, это не так, — ее ладонь была на ручке, но она не спешила поворачивать ее. — Вперед, — она повернула ручку и открыла металлическую дверцу.

Эш затаил дыхание. Он решил, что там будет пусто. Или вылетит скользомышь.

Но это не оказалось правдой. Он поднял лампу над отверстием, и они заглянули вместе.

— Там что-то есть! — сказала Тесса.

Там была деревянная табличка размером с доску для стирки, которую использовала его мама. Предмет стоял боком, но Эш заметил письмена на нем.

Тесса в восторге потянулась к ней, но, когда ее пальцы коснулись таблички, вспыхнула искра, и ее отбросило на несколько футов на пол.

Эш подбежал к ней.

— Ты в порядке?

Она потирала спину.

— Думаю, да. Странно. Меня словно оттолкнул сильный мужчина, и…

Лампа Эша потухла, и прозвучал звук, будто закрылся засов, от входа в гробницу. Они погрузились в кромешную тьму.

— О, нет, — сказала Тесса.

Эш нашел ее ладонь и поднял ее.

— Идем. Проверим дверь, — он сжимал ее ладонь.

Они обошли Малета Кэтвика. Они касались руками стен гробницы и смогли добраться до двери.

— У меня плохое предчувствие, — сказала Тесса. — Ты можешь зажечь лампу?

Эш вытащил огниво и сталь из кармана, попытался высечь искру. Ничего не вышло. Он пытался несколько минут, но результата не было.

— Не думаю, что это сработает, — сказала Тесса. — У меня был ключ в кармане. Я попробую.

Эш услышал, как она вставила отмычку и повернула в скважине.

— Поворачивается, — она загремела ручкой. — Нет! Это не тот засов. Значит, там другие. Ты можешь нащупать еще скважины? Я не заметила другие до этого.

Эш встал на носочки, чтобы дотянуться до вершины двери, и провел ладонью до низа, не ощущая отверстия.

— Там ничего нет, — сказал он.

Она тяжко вздохнула.

— Я не могу взломать замок без замочной скважины.

Они повернулись и прислонились к двери, плечи соприкасались. Эш размышлял, пытался понять, что им делать.

— Что это за звук? — сказала Тесса.

Он прислушался. Началось тихое шипение. Он был уверен, что этого не было раньше.

— Воздух высасывают из дыры. Или дыр.

— Высасывают? Или запускают? — ее голос был сдавленным.

Судя по всему, что случилось, он не сомневался, куда двигался воздух. Если ничего не изменить, они с Тессой задохнутся в этой гробнице.

38

Кальдер

Кальдер проснулся с головной болью и в смятении. Он лежал в кресле в месте, которое никогда не видел.

— Низкий мужчина проснулся, ма, — сказал мальчик.

Кальдер поднял голову, кривясь от боли. Два высоких мальчика, один тринадцати лет, другой на пару лет старше, стояли и смотрели на него.

— Дайте мне уксус, сказала, — отозвалась седовласая женщина, склоняясь над мистером Оливером, лежащим на диване.

Старший мальчик ушел на кухню.

— Фэлин, — сказал Кальдер, хотя было сложно говорить.

— Ее нет, — сказала женщина. — Наверное, забрали солдаты.

— Оливер… жив? — сказал Кальдер.

— Едва держится. Послала другого своего мальчика за лекарем.

Кальдер молился богам. Только бы Оливер жил. Он помогал им не раз, еще и не за деньги, а просто из доброты.

— Вы их видели? Они были из замка Феллстоун?

— Не знаю, — сказала женщина. — И чистую ткань, — сказала она мальчику, который принес уксус.

— Я видел их из окна, — сказал младший мальчик. — По ним не было ясно, откуда они. На них не было герба. Они будто не хотели, чтобы их узнали.

Старший мальчик вернулся и отдал ткань матери.

— Они не отсюда, — сказал он.

— Откуда ты знаешь? — сказал брат.

— Я видел метку на лошади. Я такой еще не видел. По форме как серп.

— Ты знаешь буквы? — сказал Кальдер.

— Должен, — сказала мама. — Но он их не писал ни разу.

Серп напоминал «C». Кэтвик. Кальдер был уверен, что людей послал Мейс. Он встал, но голова закружилась, и он рухнул в кресло.

— Лучше не вставать, пока лекарь вас не осмотрит, — сказала женщина.

Но Кальдер не мог ждать. Он снова встал, уже медленнее, и смог остаться на ногах. А потом он прошел к сапожнику.

Меч пронзил его в ребра. Кожа была белой, он потерял много крови.

— Вы — миссис Гирфорд? — сказал он.

— Верно.

— Я могу доверить вам и вашим сыновьям заботу о мистере Оливере, пока он жив?

Она была возмущена.

— Мы не позволим ему умереть. Можете быть уверены в этом.

Он поискал в карманах монеты. Он опустил их на стол.

— Мне не нужны деньги, — сказала она.

— Это заплатить за лекаря. Пожалуйста.

Она размышляла миг, а потом кивнула.

— Мне нужно идти, — сказал Кальдер. — Я должен найти Фэлин.

— Желаю удачи, — сказала миссис Гирфорд. — Бедная женщина сошла с ума.

Он выразил благодарность и ушел. Когда холодный воздух ударил его по лицу за дверью, он понял, что не знал, как отправиться в Фейрлейс этой ночью.

39

Тесса

— Помогите нам! — кричала я. — Откройте дверь! — я била по дереву руками. — На помощь!

Я кричала, хотя знала, что это было тщетно. В гробнице не было окон, она была из камня, а дверь — из самого плотного дерева. Даже если близко кто-нибудь был, они вряд ли услышат нас.

— Думаешь, дверь можно открыть снаружи? — сказал Эш.

Я знала, что ее никто не мог открыть снаружи или изнутри, если в ней не было скважин. Но я не хотела принимать правду.

— Может, пушкой, — я опустила руки. — Но тогда мы умрем, — я перестала кричать. Это только тратило наш воздух.

Шипение продолжалось, и мы уже были уверены, что воздух высасывали. Может, мне показалось, но я уже ощущала, как приходилось делать вдохи чаще, чтобы наполнить легкие.

— Конечно, замки были легкими, — сказала я. — Любой глупец, пришедший за Грейвенвуд, умрёт от удушья. Наверное, все, кто тут живет, знают о чарах и не пробуют.

— Мы не можем винить себя. Это лучше, чем ничего не делать. Если это может исцелить твою маму, это стоило попытки, — сказал Эш.

Я его не видела. Я не была еще ни разу в таком темном месте, если не считать мешок, куда Рэтчер поместила меня, когда я была вороной. Дверь плотно прилегала к раме, и я подозревала, что светлее с восходом солнца тут не станет.

— Дверь открывалась внутрь, да? — сказал Эш.

— Боюсь, что да.

— Тогда нет смысла бросаться на нее.

— Точно.

Его меч покинул ножны.

— Может, я смогу просунуть его между дверью и рамой.

Я пару минут слышала шум. А потом он сказал:

— Не выйдет. Слишком узко.

— А что насчет дыр, куда выходит воздух? Мы можем их заткнуть?

— Где ты? — он убрал меч в ножны, судя по звуку.

Я протянула руки и задела его левой ладонью.

Он сжал мою ладонь.

— Нам нужно оставаться вместе. Давай пройдем вдоль стены и прислушаемся.

Мы медленно прошли вправо, замерли и прислушались. Я прижалась ухом в одно из мест, готовых для следующего Кэтвика.

— Не отсюда, — сказала я. — Звук будто сверху.

— И я так думаю.

Мы продолжили, но добрались до конца с одной стороны, и я сказала:

— Громче не стало.

— Ага.

Но мы пошли в другую сторону и не услышали ничего другого.

— Ты можешь дотянуться до потолка? — сказала я. Я знала, что потолок был чуть выше Эша, но не была уверена, как далеко он мог достать руками.

— Погоди, — он отпустил мою руку, но я коснулась его бока, чтобы ощущать, что он делал. Он, используя открытые отверстия, поднялся к потолку. Через миг он опустился.

— Я ощупал край между стеной и потолком. Дырок там нет.

Я вздохнула.

— Это магия. Мы не сможем остановить ее или заткнуть. Воздух может вылетать прямо через камень.

Мы прислонились к стене, прижав руки друг к другу.

— Я — ужасный человек, — сказала я.

— Нет.

— Да. Я думаю о том, что рада, что я тут не одна. Я была бы одна, если бы ворвалась сюда раньше тебя. Я собиралась. А потом передумала. Если бы я была лучше, я бы всем сердцем желала, чтобы ты был в другом месте.

— Не говори так. Может, это скоро прекратится.

— У меня кружится голова. Разве не это происходит, когда мало воздуха?

Он сжал мою ладонь.

— Не теряй надежду. Мы найдем выход.

Его прикосновение успокоило меня. Было бы так ужасно умереть в руках любимого? Вот. Я любила Эша, хотя не говорила ему этого. Я поклялась сделать это сегодня, умирая.

— Может, ты могла бы как-то разбить чары, — сказал он.

— Если бы. Но я слабая чародейка, если вообще есть силы. Я не знаю, с чего начать, — но слова Эша заставили меня думать. — Помнишь, что было написано на двери? «Только прямые и истинные потомки Малета Кэтвика могут забрать то, что лежит там». Если бы тут была леди Оделия, она смогла бы снять чары.

— Она — единственная Кэтвик?

— Да, то есть… — я задумалась. Был ее кузен Джулиан. Я думала, что он был из Кэтвиков. — Другой мертв, — прошептала я, чтобы тратить меньше дыхания. Даже так легкие горели. — Он мне снился. Он был призраком, — я вспомнила, как реально ощущался его визит в мою спальню.

— Почему он тебе снился? — Эш звучал почти ревниво.

— Наверное, из-за чувства вины. Дядя настоял, чтобы я попробовала его исцелить. Я использовала заклинание, которое он мне дал. Но Джулиан умер.

— Но это лучше, чем стать призраком, — он боялся этой судьбы. Такое стало с его братом.

Слова Эша звенели в голове. Лучше, чем стать призраком. Я сжала его ладонь, в голову пришла дикая мысль.

— А если он стал призраком?

— Кузен? Джулиан?

— А если заклинание сделало его призраком? Может, дядя ошибся. Он — не чародей. Или, может, он хотел, чтобы я превратила Джулиана в призрака. Не знаю, почему, — я поймала себя на том, что ерзаю, словно тело пыталось найти место лучше, чтобы вдохнуть. — Призраки Феллстоуна, — сказала я. — Они его слушались, верно?

— Да, — сказал Эш.

— А если я сделала Джулиана призраком? А если это был не сон, и он приходил ко мне в тот день?

— Почему тогда он не вернулся?

Я подумала и поняла.

— Потому что я сказала ему уйти, — я сжала руку Эша. — Понимаешь? Он послушался.

Мой голос было сложно услышать. Звучало так, словно я болела и несколько дней могла только хрипло шептать. Мне нужно было действовать, пока я не потеряла голос. — Джулиан, — сказала я. — Призрак Джулиан. Приди ко мне. Быстрее, — я закрыла глаза и представила его. — Приди ко мне сейчас же, — сказала я.

Я открыла глаза, его там не было. Я не ожидала, что это сработает, но все равно ощутила недовольство.

— Что он может, если придет? Он не может открыть двери. Его ладони пройдут сквозь поверхность, — голос Эша тоже стал тише, скоро и он перестанет говорить.

Он обвил меня руками и опустил голову к моему уху.

— Ты старалась.

Я крепко сжала его, пот стекал по мне, все внутри пылало. Я так много хотела сказать, но уже не могла выдавить слова. Я хотела, чтобы все не так закончилось. Я сожалела из-за своих слов раньше. Я хотела больше всего на свете, чтобы он был в безопасности в Сорренвуде.

Но больше всего я хотела сказать ему, как сильно любила его, до нашей смерти. Я подняла голову к его уху, но звука не было.

Он прижался губами к моей макушке. Я думала, что он хотел прижать меня ближе, но боялась, что он выжимал последний воздух.

Его тело напряглось, его ладонь коснулась моего лица и нежно повернула мою голову. Призрак стоял перед нами. Он все-таки пришел, выглядел так же, как во сне. Его окружал синеватый свет, иначе я бы его не увидела.

Я размышляла. Что делать с призраком? Я не могла спросить у Эша, голоса пропали. Было сложно сосредоточиться. Почему я вызвала призрака? Он не мог открыть нам дверь. Он прошел сквозь нее.

«Помоги, — думала я. — Помоги, помоги, помоги», — Джулиану нужно было привести помощь. Но кого? И как он расскажет им, где мы? Он не мог говорить. Даже если бы мог, времени не осталось. Не было времени.

«Джулиан Кэтвик. Какая ирония. О, Грейвенвуд, смотри, кто тут. О, Малет Кэтвик, он один из твоих. Почему бы тебе не отдать ему Грейвенвуд? Возьми ее, Джулиан. Грейвенвуд твоя», — забавно. Бесполезный призрак стоял и ждал указаний, которые я не могла ему дать.

«Возьми ее, Джулиан, — пыталась сказать я. — Возьми Грейвенвуд», — произнесла я губами.

Призрак пошел к нам, он ощущался как зимний воздух. Теперь я горела внутри, замерзала снаружи. А потом, к моему ужасу, Джулиан вошел в Эша. Крик подступил к моему горлу, но воздуха не было.

Эш сиял голубым. Его тело дрожало, зубы стучали. Я помнила, как призрак тянулся к моему сердцу… такой холодный.

Эш… нет, Джулиан… прошел к концу гробницы. Он потянулся к Грейвенвуд, взял ее, вытащил из тайника. Грейвенвуд позволила ему, он был Кэтвиком. Наполовину Кэтвиком. Он был Эшем, он был Джулианом.

Засовы щелкнули, дверь открылась, и воздух ворвался в гробницу. Я склонилась, меня стошнило. Когда я подняла голову, Эш был на земле, Грейвенвуд — рядом с ним. Он не мог вытерпеть холод, он умирал.

Я пыталась говорить:

«Джулиан, покинь Эша. Оставь его. Уйди и не возвращайся. Я отпускаю тебя», — но я не слышала, чтобы это удалось произнести.

Голубое сияние покинуло Эша. Джулиан улетел в потолок, и мы уже не могли его видеть.

Эш содрогался. Я опустилась на колени и коснулась его ледяной кожи. Я сорвала плащ и укрыла его им.

«Эш, проснись. Эш, Эш, не умирай. Останься со мной».

Я схватила его под руки и потащила к двери.

Снаружи раздался голос.

— Молодец, племянница, — сказал дядя Мейс.

Я повернулась, он был на пороге, обрамленный солдатами. Ближайшие держали лампы, чтобы озарить гробницу. Моросило.

Дядя прошел мимо меня и поднял Грейвенвуд с пола, где Эш — нет, Джулиан — оставил ее. Ничего не случилось. Чар больше не было. Джулиан вытащил ее из защищенного места.

— Теперь это мое, — сказал дядя Мейс. Он оглянулся на нас, потом на солдат. — Уведите их.

40

Кальдер

Кальдер не смог найти транспорт в ночь, когда Фэлин похитили, и уехал на карете рано утром. Он поменял кареты дважды, чтобы ехать и ночью, и на второй день он попал в Фейрлейс.

Во время долгого пути он пытался успокоить мысли. Если бы Мейс хотел убить его сестру — а Кальдер не удивился бы — он бы сказал своим людям сделать это в доме мистера Оливера. Нет, они зачем-то забрали ее.

Фэлин не была нужна брату. Правила наследования были ясными, и Фэлин не получила замок Феллстоун, не правила Сорренвудом или хотя бы долей богатства Феллстоуна. Мейс ничего не мог у нее украсть.

А вот Тесса была нужна дяде. Потому что у нее было право на замок Феллстоун и богатство отца. И, может, потому что она могла колдовать.

Ему пришлось решить, что Фэлин забрали, чтобы использовать против Тессы. Мейс стал бы угрожать, что будет держать ее в плену или даже ранит, чтобы заставить Тессу делать то, что он хотел. Дело было срочным. Кальдеру нужно было добраться до Тессы, пока она не наделала глупостей. Согласие на условия Мейса не спасет Фэлин. Их надежда была в борьбе с ним.

Мейс уже был не просто избалованным сыном выдающейся семьи. Он был правителем Фейрлейс, мужем Оделии Кэтвик, командиром армии Фейрлейс. Если Тесса не вернет замок Феллстоун и все, что прилагалось к нему, у них не было шанса биться с Мейсом.

Об этом он думал, пока карета тряслась на неровных дорогах. Может, их ждала другая дорога. Если повезет, Тесса сможет открыть заклинанием книгу магии. Может, она уже овладела чарами, с которыми сможет ворваться в замок Кэтвик, одолеть Мейса и забрать Фэлин. Тогда у Тессы было преимущество. Ее дядя не был чародеем. В Фейрлейс не было чародеев.

Он чуть не рассмеялся. Он ненавидел магию, но надеялся на чародейку.

Когда он добрался до двери тети, полуденное солнце грело его удивительно сильно для этого времени года. Он был готов взбодриться при виде веселой тети, невинного Эша и выздоровевшей Тессы.

Но, когда тетя открыла дверь, он увидел морщины тревоги на ее лице. Она, видимо, заметила это на его лице, быстро впустила его и приказала сесть, пока она заварила ему чай.

— Я не нашел Фэлин, — печально сказал он.

— Знаю, — ответила тетя, к его удивлению. — Тесса сказала, ее дядя послал за ней слуг.

— Слуг с оружием. Солдат, иначе говоря. Думаю, это он ей не сказал.

— Ты говоришь так, словно встретил их.

— Да, и голова встретила их хуже всего, — сказал Кальдер.

— Они уехали на дни раньше тебя. Что же их задержало?

Кальдер нахмурился.

— Кто знает, что за ложь он ей рассказал. Уверен, он не хотел забирать Фэлин, пока это не стало подходить его планам, — он посмотрел в сторону спальни. — Где Тесса? И Эш?

Тетя поспешила опустить горячий чай перед Кальдером.

— Они ушли две ночи назад и не вернулись. Тесса оставила письмо для тебя в ее комнате, — она убежала и вернулась через миг с пергаментом, подписанным его именем. Записка была запечатана.

Кальдер думал, что тетя должна была открыть его, но знал, что она никогда так не сделала бы. Она всю жизнь работала слугой, так что верила, что никто не имел права ломать печать на письме, адресованном другому.

Он открыл письмо и стал читать:

«Дорогой Кальдер, — написала Тесса. — Я смогла открыть книгу, но там нет заклинаний, которые могут исцелить мою маму. Мы верим, что исцелить ее может Грейвенвуд, как намекал лорд Квешир. Этой ночью мы с Эшем украдем ее — или, скорее, одолжим, ведь мы хотим вернуть ее, когда используем. Табличка хранится в гробнице Кэтвиков, на кладбище ниже замка Кэтвик. Я не знаю, что с нами случится. Грейвенвуд еще не воровали, насколько я знаю, и это может быть непосильным заданием.

Если ты это читаешь, мы не справились, нас убили или арестовали. Жена моего брата, леди Оделия, уже пыталась меня убить, она может попробовать снова. Но, если мой дядя там, она может настоять на нашем аресте. Надеюсь, так и будет.

Если мы арестованы, прошу, поговори с лордом Элдредом. Знаю, у вас с ним неприятная история, он рассказал об этом. Он резко осуждал тебя, винил в помощи в похищении моей матери — и из-за этого ты ослеп. Но я рассказала ему о твоей доброте и верности маме, и как я доверяю тебе больше всех своих знакомых (кроме Эша, ему я доверяю так же сильно). Дядя Мейс смягчился от этого, признал, что мог ошибаться насчет тебя, ведь он был в юности пылким.

Думаю, моя тетя — все еще наш враг, но дядя может быть союзником. Прошу, действуй соответственно. Если повезет, мы скоро будем вместе и будем знать, как помочь моей бедной маме.

С любовью, Тесса».

Он поднял голову, тетя смотрела на него с тревогой.

— Мне нужно идти, — сказал он.

— Хотя бы допей чай.

Но он тут же ушел, выбрал идти, а не ехать в карете. Он не хотел, чтобы его видели.

По пути он думал о письме Тессы. Его беспокоило ее впечатление, что дядя был хорошим, и ему можно было доверять. Он знал по годам жизни в этом мире, что это не менялось. Каким был в детстве, таким будешь взрослым. Мейсу с раннего возраста нравились пытки. Кальдер часто становился его жертвой. Но Мейс научился скрывать эту натуру от родителей и тех, кого он хотел обмануть. Он мог выглядеть очаровательно для других. Но он таким не был.

Мейс обманул Тессу. Бедняжка, кто мог винить ее за желание увидеть в нем любящего дядю? Ее папа был мертв, ее мама стала птицей. Ее бабушка была холоднее всех, кого Кальдер знал. Она любила только сына.

Мейс не просто так обманул Тессу, он не тратил бы время без причины. Кальдер думал, пытаясь понять, какой была причина. У Тессы было то, чего не было у него, и скорее всего он хотел силы чародея. И тогда он вспомнил, что люди говорили о Грейвенвуд. В отличие от других артефактов, этим мог управлять только кто-то без магии. На одной стороне были указания, как снять чары. Это им требовалось для спасения Фэлин. На другой — иные чары. Ими не чародей мог украсть силы мага и стать чародеем.

Эта сила, эта угроза оберегала Фейрлейс веками, хотя у них не было чародеев после первого. Чародеи не трогали их, чтобы не лишиться сил.

Кальдер быстрым шагом добрался до часовни через час и поспешил к гробнице за ней. Никого рядом не было. Он прошел к двери и повернул ручку, но здание было заперто. Он постучал в дверь кулаками на случай, если они были заперты внутри.

— Там кто-то есть? — крикнул он. Кальдер прислушался, но было тихо.

Он смотрел на землю, влажную от недавнего дождя. Множество копыт оставили следы, и они выглядели свежими. Это могло быть хорошим знаком, что их арестовали и унесли в замок.

Если он хотел их спасти, нужно было спешить.

41

Эш

Эш открыл глаза, увидел камеру. Он был прикован к стене, стоял, запястья были над головой. Когда он был без сознания, его вес давил на запястья, и металл порезал их. Но его плечи, шея и спина болели больше всего, ведь не онемели, как руки и ладони.

И он замерз, хотя не так, как когда призрак вошел в его тело. Его тело словно порвали и наполнили льдом. Он не знал, как выжил, но как-то смог, хотя оказался тут. Где-то в подземелье замка Кэтвик, видимо.

Его лишили одежды, ступни и торс были голыми. Конечно, ему было холодно. Они надели на него рваные штаны в красно-коричневых пятнах, похожих на высохшую кровь. Не его, но пленников, которые были до него.

Где была Тесса? Он не помнил, что случилось после призрака. Он не знал, была ли она жива и арестована, как он, или ее принял гостеприимно лорд, который заявлял, что он был любящим дядей, чему Эш не верил.

— Тесса! — крикнул он. — Тесса! Тесса!

Он получил в ответ только насмешку, разнесшуюся эхом по подземелью.

— Тесса! — проскулил мужчина. Страж или другой пленник. — О, Тесса, где ты? Иди сюда, я хочу тебя поцеловать, — мужчина стал чмокать губами.

Она или была без сознания, или не тут. Он надеялся на последнее. Он повернул голову, насколько мог с оковами, пытаясь разглядеть место. Видеть было нечего, но запах ударил его по лицу, напоминая лавку мясника — запах крови и свежих кусков мяса.

Крик боли донесся из камеры напротив него. Дверца была открыта, лампа озаряла происходящее внутри. Кто-то, похожий на лекаря, склонился на мужчиной, лежащим на полу, видимо, пленником. Он кричал, пока лекарь наносил мазь на красные следы на спине. Страж смотрел у двери.

— Что с ним случилось? — громко сказал Эш.

Лекарь замер и поднял голову.

— Лорд выпорол его хлыстом, как он заслуживал, — сказал он.

— Не переживай, — сказал страж. — Твоя очередь скоро наступит.

Эш не знал, услышал ли правильно. Лорд Элдред был с хлыстом? У него не было того, кто пытал и наказывал? Кальдер был прав на его счет. Эш надеялся, что Тесса уже поняла, какой он на самом деле. Но ее дядя мог все еще убеждать ее, что ее друзья ошибались насчет него, и что он был самым добрым правителем в Вилдерине.

Его уже подготовили к хлысту. Его спина была головой, ладони были скованы над ним. Он не мог помешать пыткам.

Он дернул за оковы. Они держали крепко, он только навредил плечу. Движение было глупым, рожденным из возмущения. Даже если был шанс вырваться из оков, страж стоял напротив него.

Он учился взламывать замки у Тессы. Он даже вшил в пояс отмычку. Но те штаны были не на нем. Даже если бы они были, он не смог бы дотянуться, пока руки были скованы.

Он был голоден, хотел пить, дрожал от холода. Руки онемели, запястья были в крови. Теперь Тессы с ним не было, и надежда покидала его быстрее, чем кровь из открытой раны.

42

Тесса

Мой сон был как видения, которые появлялись, когда Рэтчер была близко. Я стала ею, скованной в темной пещере, сердце колотилось. Я представляла нож, которым монстр, может, лорд Слейерт, стал бы резать меня. Я проснулась раньше, чем это произошло, но реальность оказалась не лучше кошмара.

Я была привязана к столу, ремешки давили на руки, ноги и талию. Первой реакцией было попытаться вырваться, но я была так крепко прикована, что не могла подвинуться и на дюйм.

Паника охватила меня. Кто сделал это? Зачем? Последним я помнила Эша рядом с собой в гробнице, и он выглядел так, словно мог не выжить. И дядя приказывал своим людям увести нас.

Я пыталась успокоиться, стала обращать внимание на ощущения. Сильный запах, словно от протухшей рыбы, ударил по носу. Там был звук движения: кто-то был в комнате со мной. Я пыталась повернуть голову в ту сторону. Окна были закрыты шторами, в комнате было темно, только свеча горела на столе, и огонь трещал в камине.

Я увидела его. Дядю Мейса. Он помешивал содержимое котла над огнем. Запах исходил оттуда.

— Что ты делаешь? — сказала я.

Он поднял голову и улыбнулся мне.

— Ах, ты очнулась.

— Почему я так связана? Что ты сделал с моим другом?

— Мальчик? Он в подземелье, ждет моего внимания.

Несмотря на угрозу в его голосе, я обрадовалась. Эш был жив, это давало надежду.

— У тебя нет повода держать нас тут. Отпусти.

— Боюсь, я не могу согласиться с этим, — сказал он. — Хотя я благодарен тебе за все, что ты сделала.

— О чем ты? Я ничего для тебя не делала.

— Такая скромная. Одна из твоих хороших черт, племянница, — он посмотрел на другой стол, где что-то лежало. Грейвенвуд. — Ты поняла, как вытащить ее из гробницы.

— Не для тебя, — сказала я. — И леди Оделия могла в любой миг забрать ее.

— Да, но она отказалась. Даже под пытками. И даже когда я пытал ее кузена Джулиана, она не согласилась мне помочь. У женщины твоя решимость, но нет твоего очарования.

До этого я надеялась, что я была права, а все ошибались насчет моего дяди. Осознание давило на грудь. Демоны были по обе стороны в моей семье. Отец. Дядя. Какие еще бесы были скрыты в семейном шкафу?

— Ты хотел, чтобы я спасла Джулиана, чтобы мучить его дольше, — сказала я.

Он взял со стола нечто, похожее на водоросли, бросил в котел и продолжил помешивать.

— Пойми, Тесса. Я хотел, чтобы ты превратила его в призрака, а не вернула к жизни. И ты сделала это. Молодец. Это доказало, что ты — чародейка.

— Почему не сделать это самостоятельно?

Он перестал помешивать и поднял ладони в перчатках.

— Ты не задавалась вопросом, почему я всегда ношу это?

Он не дожидался ответа, снял перчатки. От вида его ладоней меня чуть не стошнило. Они были черные и обгоревшие, словно их держали в огне, пока они не стали углями.

— Это случилось, когда я, не будучи чародеем, попытался применить силы чародея. Теперь понимаешь, почему мне нужно было, чтобы ты сделала его призраком?

— Я бы не помогла тебе использовать его. Я не приказывала бы ему слушаться тебя.

Он продолжил помешивать зелье в котле.

— Конечно, нет. Я знаю тебя лучше, чем ты меня. Я не хотел раскрывать тебе план. Я собирался заставить тебя приказать ему принести Грейвенвуд, не раскрывая, что я хотел ее. Но, к счастью, ты сама хотела ее. И я оставил у гробницы дозорного. Солдат сообщил, как только туда прибыли ты и мальчик. Я выждал, чтобы понять, как все развернется.

Теперь я видела, как он меня использовал. Я глупо поверила его поведению.

— Где моя мама?

— О, да, дорогая сестра. Она изменилась с того раза, как я ее видел. Я не собирался забирать ее. Я только сказал, чтобы ты поверила, что у тебя добрый дядя, — он вдохнул запах из котла и скривился. — Но после твоего побега я послал за ней людей. Я думал, что ты ушла за ней. Им приказали привести ее с тобой или без тебя. С ней тут ты пришла бы сама. И ты тут.

— Тебе лучше не трогать ее, — но я поняла, как глупо было угрожать ему, пока я лежала на столе.

Дядя рассмеялся от моей бравады.

— Она удобно устроилась. Мне не нужно ей вредить. Ты у меня. Зачем ты убежала, кстати? Я думал, мы неплохо ладили.

Похоже, он не знал, что меня пытались убить. Наверное, я угадала, что это сделала леди Оделия. Они заслуживали друг друга. Но я не собиралась раскрывать ему правду. Пусть думает, что я сбежала, что хотела биться с ним.

— Ты узнаешь, — сказала я, чтобы он понервничал.

— Ты не сможешь использовать Грейвенвуд, — продолжила я. — Ты просто обожжешь руки полностью. Это не сработает.

— Тут ты ошибаешься, племянница. Грейвенвуд создана, чтобы ее использовал не чародей.

Я знала это, конечно. Я знала, какими были его намерения. Но не собиралась упрощать это для него.

— Теперь она твоя, и ты можешь делать с ней, что хочешь. Зачем я тут? Отпусти меня с другом и мамой, и мы покинем Фейрлейс и не будем тебя беспокоить. Я тебе помогла. Так отблагодари.

— Ты меня потрясаешь, — сказал он. — Может, поэтому тебя стоит оставить тут. Ты ведь знаешь, чего я хочу.

Мои слова не останавливали его. Я ощутила боль в горле и животе от мысли, что потеряю силы. Это было странно. Я едва использовала магию, но без нее я стала бы пустой. Как живой призрак.

Я билась в путах, но они не отпускали.

— Ты не можешь сделать это. Это неправильно. Уверена, что-то пойдет не так, — сказала я, звуча увереннее, чем я себя ощущала. — Думаю, Грейвенвуд убьет тебя.

— Я буду скучать по твоему чувству юмора. Еще одно, и мы начнем.

Он поднял нож со стола и шагнул ко мне.

43

Кальдер

Кальдер ощущал себя ужасно, вонзая булавку в палец тети. Но ему нужна была капля ее крови, и этот способ причинял не так много боли.

Он уже несколько лет носил с собой мазь и надеялся, что она еще работала. Может, уже и не работала, и тогда он не знал, что сделает. Кроме крови, он не знал остальные ингредиенты, чтобы заменить их.

Он открыл баночку, стряхнул туда каплю крови и смешал с густым кремом с помощью ножа. Чтобы не оскорблять глаза тети, он забрал мазь с собой в другую комнату и закрыл дверь. Ему нужно было снять одежду.

После этого он натерся мазью, включая голову. Когда он закончил, он быстро нарядился в одежду, одолженную тетей. Он не хотел видеть, как его тело изменится. Это было бы оскорбительно по отношению к тете.

Прошла пара минут, и он стал ощущать эффект. Кожа будто натянулась, могла вот-вот лопнуть. Чесалось так сильно, что ему пришлось сесть на руки, чтобы не поддаться желанию. Он сжался в агонии.

Прошло больше времени, и ощущение прекратилось. Решив, что процесс завершился, он сел и поднес зеркальце к лицу. Хоть он знал, что ожидать, вид его встревожил. В отражении было лицо тети Джеммы. Он напоминал ее так хорошо, что даже ее дети поверили бы.

Кальдер отложил зеркальце, надел белый чепчик тети и завязал под подбородком. Он не мог тратить время, ведь не знал, сколько будет действовать мазь. Ему нужно было, чтобы она покрывала все тело, и запасов не осталось. Сейчас или никогда.

Он прошел в гостиную, переживая, что тетя упадет в обморок от его вида, хоть он и предупредил насчет того, что ожидать. Но она подбежала к нему, осмотрела, словно он был статуей, которую она вырезала. Она поправила его рукав, убрала выбившиеся волосы под чепчик, пригладила брови. А потом проверила его сзади.

— Ой, зачем я посмотрела? Так себя никто не хотел бы видеть, — она вернулась к нему спереди. — Улыбайся, — она посмотрела на его зубы. — Больше не улыбайся. Неплохо получилось, но мы не идентичны.

— Потому что ты привыкла смотреть на себя в зеркало, — сказал Кальдер.

— О, нет, твой голос не изменился!

— Это мазь для внешности, а не звука.

— Тогда притворись, что сорвал голос, — она проверила его рост. — Ты ниже меня. Я дам туфли с толстой подошвой.

— Никто не заметит пару дюймов, — он накинул ее плащ и взял корзинку со стола. — Пожелай мне удачи.

— Ты справишься, — сказала она. — Ты же теперь — я.

Он вышел к лошади и телеге, ждущим его. Он не мог тратить время на ходьбу. Сначала он растерялся, когда кучер протянул руку, чтобы помочь ему забраться, а потом понял, что выглядел как женщина. Он принял помощь, напоминая себе, что нужно было не только выглядеть как женщина, но и вести себя так.

Тетя дружила со слугами из замка, многие попали туда со службы в доме Элдредов, когда Мейс женился. И когда они прибыли к вратам замка, страж узнал тетю и пропустил их. Кальдер сказал кучеру оставить его у входа на кухню, где обычно и проходила тетя.

Внутри его окружили старшие слуги, которые хорошо знали тетю, и младшие, которые были в восторге от нее. Все хотели знать, как она поживала, был ли повод у ее визита. Он кашлял в платок и шептал всем, что нужно быть осторожнее из-за того, чем он заболел. Это разогнало людей.

Он быстро нашел путь к подземелью, благодаря подсказкам тети. Страж остановил его внизу лестницы и потребовал назвать причину пребывания там. Кальдер сказал, что у него был подарок для стража по имени Отерн.

— Отерн сегодня не работает, — сказал мужчина.

— Жаль. Что мне с этим делать? — Кальдер поднял ткань с корзинки, стало видно красивые яблочные слойки и лимонные пирожные. Тетя постаралась, создавая их.

Страж взял слойку.

— Благодарю, мэм, — сказал он.

Кальдер угостил и других стражей, которых привлекли ароматы. При этом он шел вперед, искал взглядом Эша в камере. Через миг он поймал взгляд юноши. Ему было больно видеть, как его сковали. Старые ненависть и презрение к Мейсу ожили в его сердце.

Эш удивился тете, но быстро скрыл это, понимая, что что-то происходило. Кальдер взглядом попросил его молчать.

У Кальдера оставалась только одна слойка, когда он подошел к последнему стражу.

— Яблоки? — сказал мужчина. Кальдер кивнул, и тот отвернул голову с отвращением.

Кто не любил яблоки? Кальдер быстро схватил последнее лимонное пирожное у предыдущего стража и поменял на слойку. Тот пожал плечами и принялся за слойку. Страж, не любящий яблоки, принял пирожное.

Кальдер болтал бредовые истории хриплым шепотом, будто обсуждал сплетни из деревни. Капитан стражи уже хотел выгнать его, но вдруг рухнул на пол, потеряв сознание. Другие не успели поднять тревогу, тоже упали от яда, которым Кальдер сбрызнул выпечку тети. Но раздражающий страж, который отказался от яблок, успел лишь раз откусить пирожное. Кальдеру пришлось ударить стража по голове скалкой. Это и капля яда в теле заставили его потерять сознание.

Кальдер отыскал ключи и поспешил к камере Эша.

— Тетя, ты — чудо, — сказал Эш.

— Точно, — сказал Кальдер нормальным голосом. Ему понравилось удивление на лице Эша.

— Кальдер? — прошептал Эш.

— Некогда объяснять, — он быстро расстегнул оковы Эша. Юноша благодарно опустил руки и потер пострадавшие запястья.

— Где она? — сказал Кальдер.

— Не знаю.

— Нужно обыскать замок.

Эш пошел за своим мечом в груде вещей пленников, а Кальдер проверил стражей на полу, пока не нашел того, который напоминал размерами Эша. Он быстро раздел мужчину.

Эш вернулся к нему, оделся как можно быстрее. Он застегнул камзол так, чтобы не было видно, что под ним не было туники.

Другие пленники ворчали, чтобы тетя их выпустила.

— Я бы с радостью, — сказал Кальдер. — Но это привлечет внимание. Терпите. Мы вас еще спасем.

Его слова некоторых успокоили, но другие стали громче. Он и Эш побежали из подземелья, закрыли дверь, чтобы подавить шум. Замок был придуман так, чтобы крики тех, кого пытали внизу, не мешали жителям замка.

Эш посмотрел на Кальдера.

— Невозможно поверить, что ты — не тетя.

— Я использовал мазь, меняющую облик, — прошептал Кальдер.

— Почти так же хорошо, как порошок невидимости.

— Скорее, — сказал Кальдер. — Нужно найти ее, пока нас не заметили и не выгнали.

44

Тесса

Я скривилась, когда дядя порезал вену на предплечье и собрал кровь во флакон. Он хотя бы не убил меня ножом. Пока что.

Я не знала, была ли помощь близко. Эш был в подземелье. Он мог сбежать? Кальдер уже мог вернуться, но он вряд ли вызволит Эша, если не мог снова стать невидимым.

Взгляд скользил по комнате, я увидела дверь в дальней стене. Она была огромной, с большим железным засовом, запершим ее. Даже если друзья доберутся до этой комнаты, они не смогут выбить дверь.

Бабушка мне не поможет, это точно. Она восторгалась сыном, не любила больше никого. Ей было плевать на мою маму. Даже если мама могла понять мою ситуацию, она не сможет убедить бабушку вмешаться ради нее.

Леди Оделия и ее тень, сэр Бистон, скорее всего, пытались меня убить, и они были бы только рады, что дядя Мейс решил поддержать их.

Но, если бы она разобралась, она не хотела бы, чтобы ее муж получал мои силы. Дядя признался, что пытал ее. Что он мог сделать с силами чародея?

Может, она пыталась меня убить, потому что верила, что мы с дядей Мейсом были заодно? Я использовала магию на Джулиане, и могло показаться, что мы с дядей работали вместе.

И она знала, что ее мужу нельзя было доверять. Она могла догадаться, что он хотел использовать Грейвенвуд против меня. Может, она решила убить меня, чтобы было проще бороться с дядей Мейсом. Тогда в этом она была права.

Если кто и мог помешать этому, то это она. Я не знала, были ли в замке солдаты, еще верные ей. Это ведь был замок Кэтвик, хотя дядя явно собирался поменять его название. Элдреды были правителями тут не так долго. Но дядя Мейс не стал бы беспечно оставлять солдат, не верных ему.

Я могла только отвлечь дядю, замедлить его. Мне нужно было дать Оделии время понять, что происходило, и собрать силы, чтобы остановить это.

— Видимо, Грейвенвуд можно использовать лишь раз, — сказала я.

Дядя отвернулся от котла, добавляя туда мою кровь, и посмотрел на меня.

— Если становишься чародеем, ее уже не использовать.

— Если становишься чародеем, она уже и не нужна, — сказал он.

— Может, нет. Но из-за этого ограничения стоит убедиться, что используешь ее на правильном человеке. Другого шанса не будет.

Дядя Мейс зачерпнул зелье из котла в чашку.

— Мне и не нужен другой шанс. У меня есть ты.

— Моя магия слаба и неразвита. Кроме создания призрака и потухших свечей один раз, я ничего впечатляющего не достигала.

Он подул на зелье, пытаясь остудить его.

— Магия или есть, или ее нет, — сказал он.

— Разве способности не различаются? Например, у моего тела есть мышцы, как у всех людей, но у меня нет силы великана.

Он все дул на жидкость, но выглядел так, словно задумался от моих слов.

— Придется рискнуть с тобой.

— Ты не слышал, что произошло в Блэкгрове? Леди Сейдж одолела брата, лорда Квешира, и взяла его в плен. Там умелый чародей, — я должна была стыдиться, что выдавала товарища-чародея, но он был виноват сам, арестовав Кальдера и отправив меня и Эша в опасное путешествие.

Глаза дяди стали хитрыми.

— Я знаю об этом. Леди Сейдж хочет брата себе.

— Ты говорил с ней?

Снова хитрый взгляд.

— Я хорошо ее знаю. Она надеется разделить Грейвенвуд со мной.

Меня поразило его признание. Но он мог очаровывать, когда хотел. Может, она влюбилась в него. Что об этом подумал бы ее верный заместитель, Гренджер? Может, потому он пытался помочь Эшу сбежать. Гренджер хотел, чтобы Мейсу помешали.

— Тогда леди Сейдж тоже станет чародейкой? — сказала я.

Он рассмеялся.

— Конечно, нет. Она милая, но я не дам ей бороться за власть в этом регионе.

— Тогда забери у нее лорда Квешира, получи силы от него. Ане от меня.

Он поднял чашку и осушил содержимое одним глотком. Он закашлялся, а потом сказал:

— Нет, племянница. Я верю, что твоих сил мне хватит. И когда я получу их, я смогу убить лорда Квешира. Его сестра может быть моим регентом в Блэкгрове, если поклянется мне. Она неплоха.

Он опустил деревянную подставку над моим телом, уложил сверху Грейвенвуд.

— Я не уверен, что ты выживешь. Это не уточняется. Надеюсь, ты понимаешь.

Я сморгнула слезы.

— Не делай этого, дядя. Прошу. Ты пожалеешь, я знаю. В тебе есть доброта, даже если другие ее не видят. Я — твоя племянница. Мы — семья.

— Твой разговор надоел, — он взял платок, скомкал его и запихал мне в рот.

Я пыталась вытолкнуть его языком, но без толку. И что еще я могла сказать? Он не стал бы меня слушать. Никто не поможет. Мне нужно было смириться. Только я могла себя спасти. И я пыталась понять, как сделать это.

Дядя Мейс опустил ладони на Грейвенвуд. Его взгляд стал стеклянным, он читал слова с таблички:

— Сущность магии, приди ко мне, чтобы я стал чародеем.

Я думала о магии, которую успела применить. Обычно я просто представляла действие. Я сосредоточилась на дяде Мейсе, пыталась мысленно оттолкнуть его. Я зажмурилась, представляя, как он отлетает в стену, теряет сознание. Но ничего не произошло. Он повторял слова, пока пот не полился с его лица на Грейвенвуд.

Я уже ослабевала. Я устала, словно бежала весь день. Хотелось закрыть глаза и уснуть.

И тогда я увидела это. Зеленоватое сияние над моим телом. Оно впитывалось в дядю Мейса.

Все было кончено. Он победил, а меня ждала смерть.

45

Кальдер

Кальдеру и Эшу пришлось замедлиться, чтобы не привлекать внимание в замке. Они были странной парой — женщина-служанка и страж ходили по коридорам верхних этажей.

На втором этаже они миновали комнату рисования с открытой дверью и звуками разговора. Кальдер затаил дыхание, и их не заметили, как ему показалось, но женщина вдруг окликнула его. Это была леди Элдред, и он надеялся, что никогда в жизни ее больше не услышит.

— Это Джемма? — сказала она.

Он и Эш переглянулись. Кальдер хотел побежать, но тогда леди послала бы стражу за ними. Им нужно было избежать этого.

— Да, миледи, — прохрипел Кальдер.

— Иди сюда, — ее тон был резким, как всегда.

Кальдер посмотрел на Эша и кивнул. Они вошли в комнату, где сидела леди Элдред с мужем. Она выглядела как всегда, только старше, а мужчина стал хрупким, напоминал скелет. Строгие черты его лица с возрастом стали мягче.

— Что вы тут делаете? — сказала леди Элдред. — Кто с тобой?

— Прошу прощения, миледи, — сказал Кальдер.

— Что с твоим голосом? — спросила она.

— Горло простудила, — прошипел Кальдер. — Это мой сын, он работает в замке. Он предложил показать мне место. Я всегда слышала, какой замок большой. Мы не хотели навредить.

— Кто дал разрешение? — сказала она.

— Это была моя дочь, Фэлин? — сказал сэр Элдред. — Она недавно вернулась.

Кальдер не успел ответить, ощутил зуд на ладони. Эш ткнул его локтем, Кальдер опустил взгляд и понял, что его ладонь менялась. Становилась больше и волосатее, чем у тети. Он быстро спрятал ее за спину.

— Мама хотела увидеть вашу дочь, — Эш использовал старость сэра Элдреда. — Она много раз рассказывала, как добра к ней была леди Фэлин, когда она служила вашей семье. Мы надеялись поблагодарить ее.

— Хмф, — леди Элдред хмуро смотрела на «тетю», может, злясь, что никто не приходил в замок поблагодарить ее за доброту. — Не знаю, как вы узнали, что она была тут, но она не в состоянии принимать гостей. Мой муж порой путается.

— Мейс забрал ее в свою игровую комнату наверху, — сказал сэр Элдред.

— Он путает ее со своей дочерью. Вам придется уйти. Тут не на что смотреть. Юноша, уведи ее из замка и вернись на пост. Джемма, не стоило приходить сюда простывшей. Я не знаю, чем ты думала.

У Кальдера уже чесалась щека, и он прижал к ней ладонь.

— Да, миледи. Хорошего дня, миледи.

Эш тихо отозвался согласием, и они поспешили из комнаты. Они отошли подальше и вернулись к лестнице.

— Он имел в виду Тессу, — сказал Эш.

Кальдер кивнул.

— Нам нельзя ни с кем сталкиваться, — сказал Эш. — Ты меняешься.

Они побежали по лестнице, попали в коридор. Почти все двери были закрыты, это были спальни, и в замке было не так и много гостей. Они шли, пока не миновали половину коридора. Узкая лестница оттуда вела в центральную башню.

— Наверное, тут, — сказал Эш.

Кальдер уже весь зудел. Он хотел упасть на ковер и кататься по нему. А Эш перепрыгивал по две ступеньки за шаг.

Он потирал руки и спину об угол стены, пока поднимался за Эшем. Юноша сказал:

— Я тут, чтобы подменить.

«Неплохо», — подумал Кальдер. Хотя ему вряд ли поверили бы.

Кальдер добрался до первой площадки через пару секунд. Четыре стража стояли у тяжелой двери. Видимо, туда ее забрали.

Стражи смотрели на него так, что он понял, что уже выглядел как раньше по большей части. Двое ухмыльнулись при виде мужчины в наряде женщины и с чепчиком на голове.

— Вам нужно пропустить нас, — сказал Эш. — Лорд Элдред приказал привести эту женщину, — он оглянулся на Кальдера, — точнее, мужчину к нему немедленно.

Старший из солдат сказал:

— Нам сказали ни за что не беспокоить, даже если на замок нападут.

Это подтвердило, что лорд Элдред был в комнате, и Эш напал. Кальдер восхищался им в действии, Эш быстро разобрался с двумя младшими. Кальдер схватил у одного из них меч, но другой побежал по лестнице, пока Эш бился еще с двумя.

Кальдер понял, что лучше было не мешать Эшу. Он не знал, как мальчик делал это, но он быстро ранил двоих, которые защищались от него, и выбил оружие из их рук.

— Идите! — закричал Кальдер. — Или он вас убьет!

Эш бросился с мечом, почти попал по старшему, устремившемся к лестнице. Эш пнул его, чтобы тот побежал, чуть не скатившись с лестницы. Оставшиеся двое поспешили за ним, решили рискнуть яростью лорда Элдреда, а не умереть от меча.

— Первый уже поднял тревогу, — объяснил Кальдер то, что позволил солдатам сбежать. Он не хотел убивать людей, и у них с Эшем не было на это времени. Они надеялись выжить, но это можно было достичь, только взяв лорда Элдреда в заложники.

Эш пытался открыть дверь, но она не поддавалась, когда он бросался на нее.

Кальдер прижал ухо к щели.

— Мужчина говорит. Думаю, это лорд Элдред.

— Тессу слышно?

Он покачал головой.

— Но она должна быть там.

Эш заколотил в дверь.

— Впусти, или твои люди умрут!

Кальдер чуть не рассмеялся.

— Ты мог убить сотни, а ему было бы все равно.

— Как нам войти?

Кальдер сам задавался этим вопросом. К сожалению, он не знал.

46

Тесса

Я лежала на столе, дядя колдовал надо мной, и я могла думать лишь о том, как я злилась. До этого момента я подавляла эмоции, пыталась убедить дядю не вредить мне. Но это не сработало, и теперь мне осталась только раскаленная ярость.

Мой дядя меня предал. Я пришла к нему с открытым сердцем, а он так ответил. Я предложила ему любовь благодарной племянницы, а он растоптал это. Я бы отдала за него жизнь, как и за других любящих членов семьи. Но, кроме мамы и папы, который и отцом мне не был, у меня не было отношений, стоящих смерти.

Мой родной отец был таким же. Феллстоуна интересовали только его интересы, и как их развить. Как дядя Мейс, он притворился, что я ему понравилась, при этом собираясь усилить себя моей кровью. Он пытался сжечь парня, которого я любила.

Но больше всего злило то, что, если дядя преуспеет, маму не исцелить. Эша запытают до смерти в замке ужасов дяди Мейса. Кальдер мог умереть от разбитого сердца. Все, кто был мне дорог, пострадают из-за этого злодея, который оказался мне родственником.

Был еще один фактор, хотя и эгоистичный. Я почти не пользовалась магией, но ощущала, что она была важна для меня. Если я выживу, воля жить пропадет. Кража магии была непростительным поступком.

Я хотела кричать, выпустить вопль, как пар из кипящего котла. И зеленый пар поднимался надо мной, перетекал в тело дяди. Мне нужно было что-то сделать, остановить это, пока Грейвенвуд не лишила меня магии.

Когда я использовала магию до этого? В бою с Феллстоуном за Жуткую кость. Разбила бокал, потушила свечи. Гнев был основой. Но, как бы я ни пыталась ударить магией по дяде, ничего не происходило.

Дверь загремела. Эш закричал с другой стороны. Эш. Он был тут, собирался меня спасти. Не все было потеряно.

Но как он войдет? Металлический засов был шириной с дверь, высотой с ее треть. Ему нужна армия с тараном, чтобы пробиться.

Я посмотрела на дядю, тот усмехался, повторяя слова. Голова гудела, ярость росла. Я представила тело папы на столе. Убитого людьми Феллстоуна. Хладнокровно. Я в гневе хотела смерти Феллстоуну и его рыцарям. Но они не умерли, это было невозможно. Если я не знала заклинание, я могла влиять магией только на предметы.

Предметы. Я посмотрела на дверь, становясь горячее внутри. Лицо пылало.

«Открой дверь, — думала я. — Открой, открой, открой, — повторяла я в голове. — Пусть дверь откроется».

Засов скрипнул, медленно сдвинулся, и дверь распахнулась.

47

Кальдер

Эш и Кальдер думали уже похитить леди Элдред в заложники, но дверь открылась.

И солдаты, которые тихо подобрались по лестнице, вырвались на площадку за ними. Эш повернулся, отбивал их мечи своим.

— Спаси ее, Кальдер!

Он не мешкал. Он ворвался в просторную комнату, заметил Тессу на столе, без сознания или мертвую. Зеленый туман поднимался из нее. Мейс будто вдыхал его. Он сжимал над ней древнего вида табличку, видимо, это и была Грейвенвуд. Он точно воровал ее магию.

Кальдер поднял меч и напал на мужчину, которого ненавидел всю жизнь. Но он не успел добраться до Мейса, солдат ворвался за ним. Он знал, что нужно было защититься, иначе он не проживет так, чтобы помочь хоть кому-то.

Он повернулся и задрожал в тени титана с огромным мечом в одной руке и щитом в другой. Биться с ним было самоубийством, но разве был выбор? Кальдер с дрожью поднял меч, не зная, что с ним делать. Мужчина выбил меч из его руки на пол. Кальдер молился, когда враг взмахнул оружием снова.

В тот же миг кончик другого меча появился из живота великана. Кальдер отскочил, а мужчина рухнул, как срубленное дерево. Эш стоял за ним. Он тут же выдернул меч и повернулся к другим.

Кальдер не ждал, а побежал к Тессе. Мейс не смотрел на него, продолжал колдовать над ней. Кальдер изо всех сил сбил Грейвенвуд в сторону. Свет заискрился, табличка вылетела из-под рук Мейса и врезалась в стену.

Мейс повернулся к Кальдеру и ударил ладонью по лицу. Кальдер улетел к камину. Он рухнул на пол и сжался, оглушенный, не мог помешать врагу детства забрать табличку и опустить ее над Тессой. Мейс продолжил колдовать.

Кальдер смотрел, пытаясь встать, и молния ударила Мейса. Так выглядело. Он отлетел от незримой силы, и его кожа почернела, словно на нем горел огонь. Его обгоревшее тело рухнуло на пол и не шевелилось.

Кальдер перевел взгляд на Тессу. Он вытащил кляп из ее рта и стал расстегивать ремешки.

— Тесса, проснись!

Она открыла глаза. Ее лицо было бледным и уставшим, но она казалась здоровой. Она словно опомнилась и тревожно огляделась в поисках дяди. Она увидела его состояние, и ее глаза расширились от шока.

— Что случилось?

— Я не знаю точно, — Кальдер посмотрел на умершего Мейса. Кальдера удивляло, что от мысли, что он мог быть в ответе за эту смерть, он не был рад. Он ощущал облегчение. Да. И оно было сильным.

Он оглянулся на юношу. Бой остановился. Два солдата держали Эша между собой. Худая женщина с величавой позой стояла у двери рядом с высоким мужчиной в капюшоне. Она прошла к лорду Элдреду и посмотрела на него без сочувствия или отвращения. Кальдеру показалось, что ее взгляд был радостным.

Она подошла к Кальдеру и Тессе.

— Вы знаете, что с ним произошло, миледи? — сказала Тесса.

— Думаю, да. Я видела, как твой друг оттолкнул Грейвенвуд, — она с интересом взглянула на Кальдера, и он вспомнил, что выглядел глупо в наряде тети. — Вспышка света, видимо, передала ему магию. Он стал чародеем, но не заметил этого в смятении драки. Он подумал, что это был не конец. И когда он попытался использовать Грейвенвуд во второй раз, он использовал ее как чародей, — она посмотрела на его неподвижное тело. — Вот, что бывает с чародеем, который пытается использовать Грейвенвуд, — она посмотрела на Тессу. — Магия вернется к тебе, раз такое случилось. Ты в тот миг была уже не чародейкой.

— В общем, все хорошо, — сказал Кальдер. — Думаю, тут мы закончили. Нам нужно в путь.

— Я благодарна за помощь в избавлении города от беса, — сказала она. Она кивнула одному солдату, чтобы он поднял Грейвенвуд. Табличка не пострадала, хотя Мейс сгорел. — Но это принадлежит мне и останется у меня.

— Миледи, — сказал Кальдер. — Я слышал, что другая сторона может снять чары мага или другого артефакта. Мы можем одолжить ее, чтобы спасти пострадавшую? Леди Фэлин, которую, думаю, вы знаете ребенком.

— Я сочувствую ей, но не могу этого позволить. Я поклялась защищать Грейвенвуд. Каждый Кэтвик клянется защищать ее и не использовать, если только чародей не вторгнется в город. Мы отгоняли чародеев все эти годы. Я не могу позволить артефакту покинуть нашу защиту даже на миг.

Тесса все это время хмуро глядела на нее.

— Я — чародейка, но я не желала Фейрлейс зла. Почему вы пытались меня убить?

Она не смотрела на Тессу, а сказала всей группе:

— Узнав истинную природу мужчины, за которого я по глупости вышла замуж, я сделала все, чтобы убедиться, что он не станет чародеем. Если бы он преуспел, он распространил бы злобу по земле.

— Я могла бы простить вас, если бы вы позволили артефактом спасти мою маму, — сказала Тесса.

— Я не прошу твоего прощения, — сказала она. — Мои солдаты выведут тебя и твоих друзей из замка. Твоя мама тут, и мы доставим ее невредимой, куда скажете. Но не пытайтесь вернуться, не то будут последствия.

Она посмотрела на Кальдера, он склонил голову. Ему не нравились ее методы, но он уважал ее. Он знал, что такой монстр, как Мейс Элдред, мог любого толкнуть на отчаянные поступки.

Они не смогут получить Грейвенвуд.

48

Эш

С того дня, как Тесса, Кальдер и Эш покинули Сорренвуд, пали два гадких лорда, но трио не добыло инструмент для спасения мамы Тессы. Эш видел, как это тяготило Тессу.

Они оставались в доме тети с их возвращения из замка, но не могли задерживаться. Фэлин была в отдельной комнате, а они втроем спали на полу в гостиной. Они уже не могли использовать доброту тети.

Фэлин перестала есть и пить. Она вряд ли проживет много дней. Наверное, они останутся у тети, пока она не умрет, а потом… Эш не знал, куда они отправятся потом.

Они почти не говорили за едой. Так ощущалось ожидание смерти. Эш не знал настоящую Фэлин, но ее печальный конец давил на него.

Он не знал, почему Тесса перестала пытаться. Мог еще быть способ спасти ее мать. Но она уже не была уверенна в своих силах. Может, она думала, что не вернула их.

Той ночью после ужина он решил приободрить ее.

— Может, тебе стоит снова поискать в книге. Может, ее можно исцелить без Грейвенвуд.

— Я уже проверила все страницы, — сказала она. — Там ничего полезного.

Но, наверное, чтобы порадовать Эша, она взяла книгу и села с ней.

— Откройся, чтобы я помогла царству зла на земле, — утомленно сказала она. Книга открылась.

Тетя смотрела на нее с порога.

— Почему ты говоришь такое? Ты же не хочешь нести зло.

— Знаю, но только так ее можно открыть.

— Почему с этими чародеями всегда только зло? Почему не может быть добро? — проворчала она и ушла на кухню.

Тесса замерла с растерянным видом, а потом ее лицо просияло.

— Тетя, ты — гений!

— Кто-то вовремя это понял, — отозвалась тетя с кухни.

Тесса закрыла книгу и заперла ремешком.

— Откройся, чтобы я помогла царству добра на земле, — сказала она.

Ремешок открылся, и она с восторгом стала листать страницы.

— Не верится. Тут другие чары.

Эш и Кальдер подошли к ней, пока она листала страницы. Ближе к концу она остановилась.

— Вот. «Как восстановить человека, пострадавшего от Всадника ветра», — от ее улыбки у Эша замерло сердце. — Нужно заняться этим сейчас же, — она вскочила. — Нужно собрать ингредиенты для зелья. Они перечислены тут, — она указала на книгу.

Они два часа добывали ингредиенты. Два были на кухне тети, один взяли у соседа, три нашли в лесу неподалеку. Они заварили все с прядью волос Фэлин.

Сложнее всего было заставить Фэлин выпить гадко пахнущее зелье. Тесса решила, что лучше пойти к ней одной. Но Эш смотрел из трещины в двери.

Она помогла матери сесть, поднесла чашку к ее губам.

— Это нужно выпить, мама. Это тебя исцелит.

Фэлин смотрела на нее пустыми глазами.

Тесса поцеловала ее в щеку.

— Я люблю тебя. Сделай это для меня, мама. Для своей дочери, которая не хочет оставаться без любящей ее семьи.

Фэлин чуть отклонила голову, и Тесса поднесла чашку к ее рту.

— Сделай глоток, прошу. Проглоти, — Тесса налила немного жидкости в ее рот.

Фэлин отплевывалась. Вкус, наверное, был гадким.

— Еще раз, мама, — сказала она. — Думаю, ты не проглотила.

Фэлин согласилась на еще один глоток, и в этот раз она его сделала. Она сделала еще два глотка, сжала губы и отвернула голову.

Тесса помогла ей лечь и поцеловала ее лоб. Она села рядом с ней и прижала ладони к ее голове по бокам.

— Пусть птица улетает, а женщина вернется, — произнесла она.

Эш смотрел, а она закрыла глаза и повторяла слова снова и снова. Казалось, ее чувства и разум влияли на процесс. Он задумался, было ли необходимо наследовать магию от родителя, или дело было в своей вере. Ему не нравилось думать, что магия была доступна только элите, родившейся с этими способностями. Если магия существовала, было бы лучше, если бы ей могли владеть все с решимостью и добрым сердцем. Ему так казалось.

Тесса продолжала, пока тяжелое дыхание матери не сообщило, что она уснула. Она укрыла Фэлин одеялом и вышла из комнаты.

— Идем наружу, — сказал Эш. Не было ничего хуже, по его мнению, чем сидеть и ждать, что произойдет.

Тесса кивнула и вышла за ним. Было темно, вокруг никого не было. Они отошли к скамье, сели и смотрели на звезды.

— Хорошая ночь, — Эш тут же захотел ударить себя за то, что не придумал слова интереснее.

Но Тесса отреагировала так, словно он сказал что-то умное:

— Красивая, — согласилась она.

Несколько минут было тихо, хотя Эш хотел говорить с ней.

Но Тесса заговорила первой:

— Я хочу отблагодарить тебя, — начала она. — От всего сердца. Сработает это или нет, ты оказался самым верным другом в моей жизни. Я никогда не смогу отблагодарить тебя в полной мере.

— Я не сожалею, — сказал он. — Мы старались. Мы помогли двум городам одолеть тиранов. Но я не знаю насчет леди Сейдж. Может, Блэкгров получил нового тирана. Она предала меня, но, может, для своего народа будет лучше. Посмотрим.

Тесса улыбнулась, и это придало ему смелости взять ее за руку.

— Ты не одна, — сказал он. — Даже если твоя мама не исцелится, ты не будешь одна. Пока я дышу.

Она смотрела на него так, что все сомнения пропали. Они любили друг друга, хоть один был бедным, а другая богатой, хоть один бился мечом, а другая магией. Не важно, что было в прошлом, или что ждало в будущем. Важно было то, что их руки обвили друг друга, а губы соединились в поцелуе.

Они вернулись в дом намного позже, Кальдер уже храпел. Тесса проверила маму, но та спала. Они устроились под одеяла. Эш заснул раньше нее, но проснулся на рассвете и увидел ее, спящую рядом с ним.

Он сел, а из спальни донесся тонкий голосок. Звучало так, словно звали Тессу.

Она открыла глаза.

— Мама! — она поспешила в спальню, Эш — следом, чтобы проверить, говорила ли Фэлин.

Мама Тессы лежала в кровати, все еще слабая. Но Эш впервые видел жизнь в ее глазах.

— Милая моя, — прошептала она и протянула руку к дочери.

Тесса сжала ее ладонь и прижала к щеке.

— Мама, ты вернулась. Ты вернулась ко мне.

Фэлин улыбнулась и обняла дочь.

49

Тесса

Через неделю моя мама почти полностью стала собой. Она была такой, как я помнила: теплой, любящей, забавной и немного отвлеченной от реального мира. Много лет в качестве птицы сказались на ней. Она была бледной, опасно худой. Но это улучшится со временем на солнце и с едой.

Эта неделя была самой счастливой в моей жизни. Мы радовались, что избежали опасности живыми. Тетя готовила угощения, и мы по вечерам рассказывали маме и тете о своих приключениях, хотя я была осторожной, чтобы не сильно тревожить маму.

Кальдер был заботлив с мамой, но держался отдаленно. Он заговорил о месте в городе и желании завести кота. Мама с теплом и благодарностью общалась со старым другом. Но я боялась, что в этом была проблема. Я надеялась, что он будет терпелив с ней. А когда она привыкнет снова быть человеком, может, она поймет и ответит на его чувства.

В конце недели мы с Эшем долго гуляли после ужина и говорили о будущем.

— Фейрлейс — красивый город, — сказал он.

— Точно.

— Как думаешь, ты смогла бы тут жить?

— Не знаю.

— То есть, не вернуться в Сорренвуд.

Я знала, что он имел в виду. Он предлагал забыть о праве на замок Феллстоун, забыть о возвращении туда, забыть о борьбе с Рэтчер. Облегчение наполнило меня от мысли, что можно было сдаться. Мы могли жить простой жизнью тут. Мы не обязаны были все время сражаться.

— Мы можем купить свой дом, — сказала я. — Ты сможешь работать писарем, а я буду мастером по замкам. Но нужно скорее начинать. У Кальдера вот-вот кончатся деньги, которые я дала ему.

— А кольцо, которое ты хотела продать? — сказал Эш.

— Пропало. Наверное, забрал мужчина, который пытался меня убить, пока я была без сознания.

Эш помрачнел.

— Если ты его увидишь, скажи мне, чтобы я убил его.

— Скажу, — я дала ему ответ, который он хотел, но я вряд ли указала бы ему на того человека. Эш мог пострадать от рук того бандита. — Ничего, если мама будет жить с нами? — я сменила тему, не желая думать о том, как близко я была к смерти.

Он обвил рукой мои плечи.

— Конечно. И Кальдер, если захочет.

— Мы будем, конечно, избегать замка.

— Я надеюсь, что больше туда не войду.

Мы замерли и прислонились к дереву. Мои щеки вспыхнули от его взгляда. Когда он задел губами мои губы, мое сердце забилось быстрее. Его нужные поцелуи наполняли меня радостью и грустью. Последнее было из-за того, что я не могла отогнать опасения, что, хоть мы и любили друг друга, нам было не суждено мирно жить вместе.

От шороха крыльев я отодвинулась и подняла голову. Ястреб опустился на ветку над нами. Я вспомнила о ястребах, которые появлялись в важные моменты моей жизни раньше. Сначала один гнал меня к замку Феллстоун. Второй появился в ночь, когда я сделала вид, что сожгла книгу магии. Я не рассказывала об этом Эшу. Звучало бы так, что я боюсь соколов. Порой птица была просто птицей.

Мы вернулись в дом тети, и я лежала во тьме и не могла уснуть. Я думала обо всем, что узнала о магии, покинув замок Феллстоун. Теперь я знала, что мне не нужно было злиться, чтобы использовать ее. Когда я колдовала на маме, мое сердце было переполнено любовью. Эта эмоция была сильной, сделала магию возможной, но при этом она не была негативной.

Зная это, я ощущала ответственность за использование сил на благо тех, кто не мог защититься. Я не могла отдыхать, пока Рэтчер правила Сорренвудом, если у меня были шансы остановить ее. Хоть я хотела жить тихо, моя натура не позволяла сделать это.

Может, когда-нибудь мы с Эшем сможем жить так, как хотели, но не сейчас. Завтра я скажу ему. Я надеялась, что он поймет. Он всегда поддерживал меня до этого. Если он любил меня, он дождется. Я верила в это.

Но я не смогла с ним поговорить. Когда я проснулась на рассвете, Эш пропал.

КОНЕЦ

Content

Каптаноглу Марджори Грейвенвуд (ЛП)