Нэнси Холдер

Чудо-женщина. Официальная новеллизация

Где-то в космосе вращается голубая планета.

И на планете той живёт настоящий герой.

Она – легенда, которую одни любят,

а другие боятся.

И её святой долг – защищать мир.

«По справедливости, самыми сильными натурами должны считаться люди, изведавшие все ужасы и сладости жизни, но не отступившие перед её опасностями».

Фукидид (460–395 до н. э.)

«Когда-то я хотела спасти этот мир. Этот прекрасный мир. В то время я очень мало о нём знала. Прекрасная, удивительная земля, которую стоит оберегать. Но присмотревшись, вы увидите, какая великая тьма таится внутри. А человечество?

Человечество – это совсем другая история.

Как быть, если принять правду гораздо тяжелее, чем ожидаешь?

Много лет тому назад я с трудом усвоила этот урок. И после него мне уже не стать прежней.

Диана, принцесса Темискиры.

Книга 1

Амазонка

«Хочешь мира – готовься к войне».

Вегеций (4-й век)

Глава 1

Париж, Франция

Наши дни

Утро в Париже выдалось прохладным. Лёгкий ветерок с Сены приносил с собой ароматы варёного кофе и свежей выпечки. Непрерывное гудение и рёв транспорта обещали насыщенный день. Звонко цокая высокими каблуками, Диана Принс поспешно свернула к пирамиде Лувра. Её тёмные волосы, собранные в элегантный хвост, изящно ниспадали на роскошное алое пальто. Слева от Дианы располагалось дорогого вида кафе «Марли», а справа – стеклянно-металлическая пирамида Бэя Юймина, украшающая двор знаменитого музея, который, ко всему прочему, являлся пристанищем одного из величайших шедевров – Мона Лизы. Двор патрулировали вооружённые солдаты – мужчины в чёрных беретах, бронежилетах и военной форме, их штурмовые винтовки резко контрастировали с иконой современного искусства и богатым убранством дворца шестнадцатого века.

Хотя присутствие военных – относительно недавнее нововведение, созданное с антитеррористической целью, патрулировать эту площадь приходилось и раньше: во времена Второй мировой войны «Город Огней» оказался под пятой нацистских захватчиков, а несметные сокровища одного из величайших музеев были разграблены и вывезены в Германию.

Человечеству ещё очень многому придется научиться, ведь по какой-то неведомой причине даже очевидная мысль о ценности человеческой жизни оказалась сложной для людского понимания.

Диана никак не могла увидеть бронированный грузовик с надписью «Уэйн Этерпрайзис», подъехавший к входу в музей. Сотрудники в униформе аккуратно выгрузили маленький кейс с логотипом готэмского международного конгломерата, владельцем которого являлся мужчина, как и Диана, ведущий двойную жизнь.

Ещё в дверях продемонстрировав охраннику бейдж, Диана расположила сумочку и портфель на ленте досмотра. У главного входа было пусто – до открытия музея оставались добрых два часа. Как это часто с ней случалось: охранник, снимая вещи с ленты, пытался флиртовать. Диана знала, что он принимал её за коренную француженку, и это был самый прекрасный комплимент, какой только мог сделать парижанин. Он без сомнения удивился, если бы узнал, на скольких языках она могла свободно общаться. Как всегда она улыбнулась, вежливо кивнула и поспешно удалилась.

Служба уборки закончила работу ещё прошлым вечером, не оставив в музее ни единого пятнышка. Диана проделала привычный путь по сверкающему мраморному полу пустующих залов, их масштабы не могли не восхищать. Дворцы эпохи Ренессанса были задуманы таким образом, чтобы отражать могущество их обитателей, а захватчикам внушать благоговейный страх. Поскольку эпоха монархов давно подошла к своему завершению, великий музей теперь демонстрировал мощь и духовность французского народа.

Чтобы добраться до кабинета, Диане пришлось пройти через крыло Ришелье и зал древностей Ближнего Востока. По обеим сторонам, спрятанные под стеклянную витрину и освещённые прожекторами, ассирийские барельефы демонстрировали фрагменты истории трехтысячелетней цивилизации. Они отражали не только великое культурное наследие, но и выигранные битвы; захват пленных; массовые депортации захваченных народов и падения империй-соперников.

На матовом стекле кабинета Дианы красовались золотые буквы: «Диана Принс, куратор отдела древностей». Всю площадь помещения занимали стол и стеклянные витрины с древнегреческими артефактами, каталогизацией которых она и занималась. Полки пестрели разнообразным оружием: топоры, стрелы, луки и несколько ксифосов[1]. Традиционно этими мечами пользовались в тех случаях, когда ломалось копьё. Помимо ксифосов на полках красовались: клинки, рогатки для камней и свинцовых шариков, доспехи, обтянутые кожей, деревянные щиты и металлические шлемы – халкидские пехотинские и беотийские кавалеристские. Так случилось, что каждый экземпляр коллекции был схож с теми видами оружия, какими она владела или видела воочию в арсенале Темискиры. Дары богов, как называла их мать.

Как только Диана положила сумочку, в дверь постучали, и на пороге появился курьер с чемоданчиком. Заметив логотип, она на секунду опешила – мужчина прибыл не из музея или галереи, а из «Уэйн Этерпрайзис». От самого Брюса Уэйна[2]. Их пути недавно пересеклись: вместе они остановили конец света. В буквальном смысле слова.

Расписавшись за доставку, Диана подождала, пока курьер покинет кабинет, и только тогда открыла кейс.

Перед ней предстала хорошо сохранившаяся тонированная фотография пяти человек, позировавших на руинах грязной деревенской площади. В ту же секунду Диана вновь очутилась среди хаоса, что оставила после себя немецкая артиллерия. Она стояла с мечом и щитом, окутанная запахом горелой древесины и пороха. Мгновения триумфа застыли во времени – того триумфа, что разделяли четверо суровых, вооружённых мужчин и одна женщина – Диана. Хотя на фото этого было не заметно, цвет глаз мужчины справа был ярко голубым, так схожим по цвету с омывающими Темискиру водами. Стремительно и неотвратимо на Диану нахлынули нежность, гордость и тоска. В те дни, позируя для фотографа, пятеро воинов замерли на месте, и несмотря на суровое выражение лиц, всех их переполняло счастье. Победа восторжествовала в самом центре хаоса, и Диана помнила тот сладкий миг, тех дорогих сердцу, но павших воинов.

Она смирилась с самой горькой потерей – со смертью Стива Тревора.

Вернувшись в реальность, Диана развернула прилагающуюся записку. Хотя та была не подписана, почерк Брюса Уэйна она узнала сразу.

«Я нашёл оригинал.

Может, однажды ты расскажешь свою историю».

Окутанная воспоминаниями, Диана вновь вгляделась в перепачканные лица давно погибших героев, и собственное лицо, совершенно не изменившееся с течением долгих лет. Спустя целый век. Фото – это всего лишь мгновение во времени, содержащее зерно истины: ведь именно тогда и оттуда появилась Чудо-женщина.

Глава 2

Остров Темискира

Во времена Богов

– Диана! – закричала Мнемосина, высунув из кустов голову. – Вернись!

Вот и попалась…

Диана, юная принцесса Темискиры, прибавляя скорости, бросилась прочь с места преступления. Неужели Мнемосине не известно, что в столь прекрасный день лучше заняться более полезными делами, чем сидеть взаперти, изучая Пелопонесскую войну? Да и вообще, кому интересны люди? За всю свою жизнь – восемь лет по счёту смертных – она не встречала ни одного и сомневалась, что когда-либо встретит.

Одетая в бледно-золотое платье, амазонские декоративные доспехи из тёмной кожи и наручные щитки из серебра и золота, Диана уносила ноги. И пока она летела по белокаменной дорожке, море перед ней так и искрилось, зазывая окунуться в свои воды. Лёгкий ветерок; каменные стены, увитые лозами; террасы с виноградниками и оливками; узкие, но крепкие пешеходные мостки, что пересекали водопады и каньоны – всё располагало к тому, чтобы она оседлала любимого пони и прогулялась по необъятному раю.

Она пробежала оживлённую площадь, где амазонки покупали и продавали множество товаров: ароматный сыр, оливковое масло, вкусный хлеб, вяленую рыбу и дичь, браслеты, керамику и оружие. О, амазонки обожали оружие! Среди шума от хлопающих на ветру знамён и кудахтанья куриц отовсюду доносились радостные приветствия: «Доброе утро, Диана!», «Привет, принцесса!».

Она бежала, весело пыхтя, осознавая, что её побег – обычная игра. Мнемозине придётся смириться и оставить попытки преследования до следующего дня – ей не поймать мятежную ученицу.

И Мнемозина была далеко не первая наставница Дианы.

Быстро пробежав сквозь пыльный рынок, она очутилась на уступе, откуда открывался великолепный вид на тренировочное поле амазонок. Место представляло собой утопавшую в зелени поляну, с трёх сторон прикрытую обнажёнными валунами и уступами. С четвёртой стороны находился утёс с видом на просторы синего моря. И всё это поле пестрело женщинами-воительницами, гибкими и мощными. В центре, наблюдая за организованным хаосом, выхаживала Антиопа – великий предводитель амазонок и тётя Дианы. С царственной осанкой Антиопа носила тиару и доспехи, а убранными в косу длинными белокурыми волосами напоминала мать Дианы, царицу амазонок. Единственное отличие этих женщин заключалось в том, что мать никогда не принимала участие в битвах.

Одновременно на поле разыгрывалась дюжина поединков, некоторые из которых велись один на один, другие – по несколько на одного. Крепкие мышцы, сухожилия и кости позволяли воительницам искусно владеть древним оружием. Пока мечи лязгали, а длинные шесты ударялись друг об друга, Диана восторженно следила за каждым движением. Две всадницы с копьями и щитами мчались на лошадях по усыпанному камнями лугу. На них были металлические нагрудники, кожаные наплечники и декоративная кожаная бахрома на талии, которую греки называли птеругами. Женщины высоко взмывали, переворачивались в воздухе, после чего бесстрашно приземлялись на землю. Амазонки-всадницы, держась лишь ногами за седло, хватали с земли мечи и копья. Наконец и амфоре пришёл конец, когда яростным ударом одна из женщин разбила сосуд, выпустив наружу потоки грязи.

Могучая Артемида, стоя на деревянной платформе, сражалась со всеми, кто желал вступить с ней в бой. Мускулы темнокожей амазонки так и играли, пока она парировала и отражала удары мечом.

Она просто божественна!

Все воители на поле были женщинами в самом расцвете сил. Они дрались, боролись, вкладывая в удары всю свою мощь, но при том не проливали даже капли крови – амазонки так давно тренировались, что научились сражаться, не травмируя друг друга. Но если дело касалось настоящего боя, они всегда оставались безжалостными и непреклонными. Гордыми, благородными и сильными.

Этому стоило научиться. Научиться воевать среди амазонок и научиться выживать на поле боя. Как только Диана сможет драться, она превратится во взрослую женщину и амазонку, которая наконец-то перестанет просиживать штаны в классных комнатах. Спартанцы ведь победили греков в Пелопоннесской войне. Бац. И готово.

– Осторожно! – Диана тихо крикнула амазонке, когда её соперница, высоко подняв меч, спрыгнула с лошади.

Но великая воительница легко отразила удар сверху. Нападающая амазонка, двигаясь с грацией гепарда, установила дистанцию между собой и добычей.

Диана следила за каждым движением и шагом, размахивая кулаками, выдувая воздух из розовых щёк, всё ещё по-детски пухлых. О, как же она хотела оказаться среди этого вихря, чтобы сражаться, кричать и стать чемпионкой!

На противоположной стороне поляны пара всадниц катила за собой мишень, которая вот-вот должна была попасть под обстрел. Лучницы выпустили тёмные стрелы, и те исчезли в ясном небе, чтобы в идеальной дуге устремиться навстречу соломенной цели. Как только мишень изменила направление, за стрелами последовал дождь из дротиков. За ними следить оказалось легче: стоило только попасть, и мишень, переворачиваясь, падала оземь и поднимала столб пыли.

Затем Диана обратила внимание на воительниц в доспехах, занятых ведением ближнего боя. Тётя Антиопа зорко наблюдала за свирепой Меналиппой, которая ловко отражала стратегическую атаку противницы. Мышцы генерала казались стальными. Руки её покрывала кожаная броня; сапоги доходили до самых бёдер. Украшенная солнечными лучами тиара в виде перевернутого треугольника непрестанно поблёскивала на солнце.

В двадцати футах от Антиопы, Артемида, одна из самых опытных амазонок, сражалась с Элианой. Их мечи сталкивались в воздухе, а искры ярко летели по сторонам. Сапогами вздымая с земли траву, женщины кружили вокруг друг друга, пытаясь отыскать слабое место. Как только Артемида нашла уязвимое место противницы, всё закончилось быстро и решительно. Моргни Диана, она бы точно пропустила. Сначала ложный выпад, который заставил противницу шагнуть вперёд, а после выпада – переворот, с помощью которого Артемида оказалась позади Элианы и её щита.

Застыв всего на долю секунды, Элиана не могла выставить меч или щит, поскольку для подобного манёвра ей пришлось бы повернуться. Когда правая нога Элианы поднялась от земли, Артемида уже выпрямилась в полный рост, подняла колено и ударила ступнёй прямо в спину. И хотя Элиана и так потеряла равновесие, Артемида не стала сдерживаться и сильным ударом отправила женщину в полёт. Та, приземлившись на землю лицом и руками, ещё далеко катилась по траве. В процессе Элиана потеряла меч и часть своего достоинства.

Антиопа перевела взгляд на Диану. Возможно, она и попыталась неодобрительно сузить глаза, но Диана всё равно заметила улыбку, которая как бы намекала: «Почему ты не с Мнемозиной»? Диана в ответ бросила на генерала ответный взор: «Я готова. Дай мне попробовать!»

– Диана! Я тебя вижу! – раздался голос наставницы.

О-оу. Диана, подавив смешок, вновь бросилась бежать. И хотя наставница догоняла, гонка обещала захватывающее приключение. Наслаждаясь ощущением погони, девочка устремилась на холм, довольная, точно бабуин. Мнемосина заметила её, и тогда Диана слишком быстро свернула к обрыву, за которым следовал уступ. Она уверенно устремилась вперёд, представляя себя парящей амазонкой… Вот только путь вниз оказался чуть дальше, чем она ожидала…

Моя худшая идея. Вероятно, последняя!

А затем кто-то схватил её за руку и лёгким рывком остановил падение.

Сидя верхом на лошади, прекрасная, величественная Ипполита держала Диану над пропастью, как будто та ничего не весила. Этими же сильными пальцами мать по утрам заплетала девочке волосы! На руке царицы блестела рукавица – символ подлинной власти. Её длинные, распущенные волосы удерживала тиара, а на мускулистых руках красовались кожаные щитки. Хотя каждый дюйм её тела знаменовал воинственное начало, на данный момент она превратилась в мать, которая поймала дочь за прогулом уроков.

Как будто ни в чём не провинившаяся, Диана мило улыбнулась.

– Здравствуй, мама. Как твои дела?

Царица Ипполита кивнула, не в силах скрыть улыбку.

– Вернёмся в школу, пока очередная наставница от тебя не сбежала.

Она не злится. Она впечатлена!

Тогда Диана решила, что пришло время поднажать:

– Но, мама… тебе не кажется, что мне пора начать тренироваться?

Мать подтянула её поближе, усадила спереди и обняла. Диана была уверена, что мама согласится. Когда-нибудь уж точно.

На обратном пути им встретилась Антиопа, и Диана решила, что та обязательно её поддержит. В конце концов, тётя прекрасно видела, как безупречно племянница подражала амазонкам.

Ну, почти безупречно.

Поймав взгляд генерала, Диана засияла от радости и тут же выпалила:

– Антиопа сказала, что я готова!

– Сказала? – повторила Ипполита, пристально вглядываясь в военного лидера.

Склонив голову, Антиопа приблизилась к царице и, подняв глаза, попыталась защитить девочку:

– Я могу показать ей пару приёмов…

Да! Да! – ликовала Диана. – Да, да, да!

Молчание царицы казалось оглушительным. Лошадь дёрнулась в сторону, и Ипполита туже натянула поводья. Диана решила, что молчание не являлось возражением. Может быть, царица всё-таки задумалась над словами сестры?

– Хотя бы для ее собственной защиты, – продолжала Антиопа.

Правильный ход мыслей, абсолютно верный!

– От кого?

От обезьян в лесу, – сходу подумала Диана, хотя на самом деле ни в лесу, ни в других местах никогда приматов не встречала. – Ладно, тогда от павлинов. Злых павлинов. Павлинов у нас много.

– А если на нас кто-нибудь нападёт? – убедительно спросила Антиопа.

Спартанцы!

– Разве не для этого величайшая воительница возглавляет нашу армию, генерал? – спросила царица тем же тоном, какой обычно использовала, чтобы отчитать Диану за грязные руки и ноги. Или, когда пыталась доказать, что овощи так же полезны для растущего тела, как и медовые пирожные.

– Я молюсь, чтобы ей никогда не пришлось сражаться, но ты и сама знаешь, что скорпион рождён, чтобы жалить, а волк, чтобы охотиться…

– Она ведь ещё ребёнок. Единственный ребёнок на острове. Не отнимай у неё детство. – Слова царицы прозвучали нежно, но решительно.

И хотя Диана чуть не застонала от огорчения, но как и любая хорошая амазонка без боя она не сдастся.

– Но мама! – запротестовала она.

– Никаких тренировок, – заявила Ипполита, положив конец дискуссии.

Царица без лишних усилий развернула Диану и цокнула лошади, чтобы та перешла на шаг. Когда лошадь повиновалась – а кто не повинуется Ипполите, царице амазонок? – Диана обернулась и бросила взгляд на Антиопу. Резкий, уверенный кивок генерала казался не просто прощанием, но скрытым уговором. Диана в ответ вскинула брови. Значил ли жест, что тётя поможет тренироваться?

Затем мать и дочь перешли к старым войнам и спискам дат, которые не имели никакого отношения к настоящему. Быть может, надежда всё-таки есть?

* * *

Ночь. Тихий шум волн. Светлячки и падающие звезды. Совиное уханье.

Зажглись огоньки ночника. Мать расчёсывала чёрные кудри дочери, пока Диана ёрзала и маялась, то и дело возвращаясь воспоминаниями к уверенному кивку Антиопы. Тренировки, сражения, победы! Она станет настоящей амазонкой, а не обожаемым (и единственным) ребёнком. Антиопа поможет ей и сделает это достаточно скоро.

Диана никак не могла усидеть на месте. Грядущей ночью она точно не уснёт – будет ворочаться, крутиться в кровати. Ложе её представляло собой подобие резного щита или раковины и было встроено в стену. В комнате блестел полированный камень, отражая свечи и пламя очага. Большую часть ночей ей нравилось проводить в прекрасной постели, принимать материнскую заботу и погружаться в сладкие грёзы о предстоящих битвах и приключениях. Однако сегодня всё изменилось.

– Обещаю, я буду осторожна! – умоляла Диана.

Царица гладила волосы Дианы, пропуская локоны дочери между пальцами.

– Тебе пора спать, – нежно промолвила Ипполита.

Но ведь должен оставаться хоть какой-нибудь способ убедить мать в своей правоте.

– Я могу без меча тренироваться.

– Умение сражаться не делает тебя героем.

Мама совсем не понимала её. Вернее, не понимала до конца. Героем быть, кончено, прекрасно, но куда приятнее вступить в ближний бой с Артемидой.

– Только со щитом. Там нет ничего острого.

Диана легла на подушку.

– Диана, – начала она, не сводя с дочери нежного, и вместе с тем серьёзного взгляда. – У меня на целом свете нет никого дороже тебя. Я так сильно хотела тебя, что сама вылепила из глины и просила Зевса вдохнуть в тебя жизнь.

Диана, фыркнув, натянула одеяло до самого подбородка.

– Ты мне это уже рассказывала.

История, кстати, весьма интересная.

– Вот поэтому сегодня я расскажу тебе другую историю. О нашем народе и о том времени, когда я сражалась.

Диана в одночасье переменилась в лице. О доблести её матери ходили легенды. Ипполита была самой свирепой амазонкой на целом острове – даже более страшной, чем сама Антиопа. Диана уселась поудобнее, а мать тем временем подошла к столу, взяла нечто похожее на большую кожаную папку с металлическим тиснением и вернулась к кровати. Папку украшал изысканный и замысловатый рисунок, который напоминал тиару Антиопы. Диана внимательно наблюдала, как мать готовилась перелистнуть первые страницы.

Ипполита – царица Амазонок и мать единственного ребёнка на Темискире – не была уверена, правильно ли поступала. Чтобы успешно править и охранять свой народ, царица должна излучать решительность. Бремя власти, каким бы тяжелым оно ни казалось, легло лишь на её плечи. Давным-давно Ипполита спасла народ от рабства, поэтому амазонки по-прежнему видели в ней единственного лидера. Так пожелал Зевс. Но они с Зевсом желали не только этого…

Ипполита нахмурилась неуместному интересу. Мечтая о славе, любой молодой воин не подозревает о том, что настоящая война наносит ущерб жизни и духу. Пришло время рассказать дочери о тяготах войны.

– Может быть, ты наконец поймёшь, почему всё-таки не стоит уповать на войну.

Царица открыла книгу, и взору Дианы предстал стилизованный триптих на мерцающем фоне. В верхней части первой страницы прекрасные боги и богини смотрели с небес Олимпа, окутанного облаками и туманом. Боги, дарители музыки, искусства, гармонии и любви.

– Давным-давно, – начала Ипполита, – у истоков времён, когда история мира только зарождалась, Землёй правили боги, и Зевс был самым могущественным из них.

Зевс правил миром. Он даровал жизнь всему живому на планете.

Диана ждала интересной части.

– Зевс создал существ, которыми должен был править, – продолжала царица. – Существ, рождённых по образу и подобию своему – честных и добрых, сильных и страстных. Зевс нарёк своё творение «человек».

На фоне густых лесов, полей и пастбищ, мужчины, женщины и дети обрели форму. Они несли корзины с едой и улыбались друг другу. Некоторые отдыхали на земле, наслаждаясь дарами богов.

– И человечество было прекрасным, – продолжила Ипполита.

Диана казалась очарованной. Женщины выглядели точно, как амазонки. Мужчины, в свою очередь, чем-то напоминали женщин, но между ними имелись заметные различия. Диана хотела бы однажды встретить мужчину, но на острове их не было, как и других детей. Только Диана. Как и все амазонки, те люди казались счастливыми, сильными и уверенными.

– Но один из богов, сын Зевса, проникся завистью к людям и решил опорочить творение отца.

Выше, на Олимпе, среди тёмно-серых облаков вырисовывалась чёрная фигура в шлеме с рогами, злобно глядящая на человечество.

– Имя его Арес, бог войны. Арес отравил сердца людей подозрениями, местью и яростью. Он посеял между ними вражду.

При виде толпы, собравшейся в целые армии, глаза Дианы расширились. Полчища людей набросились друг на друга, и вскоре перед очами маленькой амазонки предстало огромное поле битвы, усеянное умирающими или мёртвыми людьми. Подобные зрелища не пригодны для детских глаз, но Диана – не просто ребёнок. Она дочь самой Ипполиты. И хотя царица сожалела о посягательстве на блаженную невинность дочери, однажды с детством всё равно придётся прощаться… Пусть и не сейчас…

Пожалуйста, не сейчас.

– И Землю охватила война.

* * *

Арес стал нашим врагом. Вот почему мы постоянно тренируемся – чтобы иметь возможность одержать над ним победу. Если он когда-нибудь вернётся, мы снова его победим, – рассказывала Диана, крадучись следуя на цыпочках в пещеру, где её ожидала Антиопа. Спустя неделю Ипполита так ничего и не заподозрила о тренировках дочери, и, хотя Диана ощущала прилив вины, горечь лжи быстро сменилась радостью предстоящих сражений. Что говорила тётя Антиопа? Скорпион должен жалить, волк – охотиться… А маленькая девочка – взрослеть.

На этот раз Антиопа принесла мечи. Показав Диане приёмы, тётя внимательно наблюдала, как девочка подражала её движениям. Антиопа кивала, переходила к следующему приёму, после чего приступала к парированию и сражению в замедленном действии.

Я всех спасу! – грезила Диана.

Маленькая принцесса, большие мечты.

* * *

Каждую ночь Диана тренировалась с Антиопой. Каждый вечер Ипполита продолжала рассказ об Аресе:

– И тогда боги создали нас, Амазонок, чтобы мы наполнили людские сердца любовью и восстановили мир на Земле.

Греческие воины, мужчины и женщины, глядели в изумлении, когда Ипполита, Антиопа, Элиана, Артемида, Филиппус и остальные появлялись из моря взрослыми амазонками. Греков поразило величие Ипполиты и её прекрасных, сильных, любящих подданных, несущих гармонию вместо войны.

– И на некоторое время воцарился мир.

* * *

– Но длилось это недолго, – продолжала Антиопа на следующей тренировке.

Из-за усталости Дианы, они сделали перерыв и разожгли костёр. Диана пристально смотрела на пламя, пока Антиопа рассказывала, как человеческая армия Ареса восстала против амазонок. Он знал, что именно амазонки стояли между ним и его планами на бесконечную войну, и поэтому был полон решимости их уничтожить.

Конечно, Арес не мог не заметить храбрую Ипполиту, которая сражалась с целой армией мужчин. И хотя она воевала прекрасно, под предводительством Ареса человеческие воины одолели амазонок и заковали их в цепи.

Слушая рассказ, Диана представляла, как почитатели бога войны тащили её мать и остальных амазонок из горящего города. Но даже в тот страшный момент Ипполита шла впереди с высоко поднятой головой.

– Твоя мать, царица Амазонок, подняла мятеж, который вызволил наш народ из рабства, – продолжала Антиопа, описывая, как Ипполита, размахивая мечом, бросается на врага, точно дикий гепард.

Диана никогда не видела мать в бою, и сердце от одной только мысли начинало радостно петь.

– Когда Зевс привёл войско богов, чтобы защитить нас, Арес убил их одного за другим. И остался только Зевс.

Спустя минуту Диана поняла смысл слов: Арес убил всех богов, но, в конце концов, не победил амазонок.

Амазонки – единственная сила на Земле, которая может противостоять ему. И если кто-то попытается снова напасть на людей, мы защитим их, как и раньше.

Диану захлестнула настоящая гордость.

* * *

Снова и снова Диана просила мать продолжить историю, и пока Ипполита рассказывала, Диана внимательно слушала.

– Зевс собрал последние силы, чтобы остановить Ареса…

Диана вообразила двух богов, сражающихся в эпицентре мощнейшей бури, и в битве той Зевс поразил Ареса ударом молнии.

– …и нанёс такой сильный удар, что богу войны пришлось отступить. Но Зевс знал, что Арес вернётся, чтобы завершить своё чёрное дело – бесконечную войну, в которой человечество уничтожит само себя, а заодно и амазонок.

Ареса поглотила тьма, и Диана тотчас бросила взгляд на тени в комнате. Она представила мужество, какое требуется амазонкам, чтобы пойти против бога и победить его.

Я хочу стать такой амазонкой.

Но Диана – не была одной из них. Пока что.

* * *

Зевс создал убежище для амазонок – рай на Земле, где каменные башни поднимались в облака, а долины простирались до лазурного моря. Могучие водопады, выбрасывая воду, омывали брызгами усеянные цветами сухопутные мостки. Прозрачные реки струились по зелёным полям и скалам, где выстраивались дома из золотого камня и белого мрамора. Углубления в земле превратились в арены и амфитеатр, и на аренах тех проводились поэтические чтения или же театральные представления. Над головами возвышались сосны, на вершинах которых гнездились крошечные птицы. Пляжи омывали ласковые волны, а вьющиеся лозы и пернатые папоротники смягчали устрашающий вид зала заседаний и военных гарнизонов. Диана смотрела на свой дом новыми глазами – глазами воительницы и защитницы, лелеющей родину и обещающей сохранить каждую драгоценную травинку и песчинку.

Как будто желая укрепить свою клятву, уже на следующей тренировке она нанесла несколько сверхмощных ударов мечом – к удивлению и удовлетворению тёти.

– Чтобы уничтожить Ареса до того, как он вечной войной покончит с человечеством и амазонками, Зевс дал нам оружие, способное убить бога, – продолжала Антиопа.

Вечная война.

Диане было трудно представить нескончаемую войну, как, в общем-то, и любую другую.

Ночью Ипполита попыталась успокоить встревоженный ум дочери:

– Перед смертью Зевс сотворил этот остров, чтобы защитить нас от внешнего мира и от Ареса. С тех пор воцарился покой.

Благодаря нам…

И с этими мыслями Диана погрузилась в сон.

* * *

Однажды утром, позавтракав мясом, инжиром, оливками и ячменным хлебом, смоченным в меду, мать и дочь оседлали лошадей, чтобы отправиться осматривать владения. День обещал быть тёплым; на небе не виднелось ни облачка. Царица часто ездила по холмам и долинам Темискиры, чтобы народ её видел и помнил – Ипполита всегда находится рядом и готова их защищать.

Вместе они глядели на море, и Диана пыталась представить, как амазонки рождались из волн. Её мать никогда не была маленькой девочкой, и ей никогда не приходилось учиться, поскольку все её знания были заведомо даны. Истории об Аресе и войнах наполнили душу бесконечными вопросами. Диана пыталась понять борьбу, которую никогда не знала, и врага, которого никогда не видела. Теперь, спустя все эти годы, очевидная одержимость Мнемозины греками и спартанцами обрела смысл.

– Мы благодарны богам за этот райский остров, – сказала Ипполита, сложив руки в дань памяти об Олимпе, не обращая внимания на хаос и панику, зародившиеся в пытливом уме дочери.

– И за «Убийцу богов»? – спросила Диана, не в силах сдержаться.

Они благодарили богов за «Убийцу богов». Антиопа сама ей рассказывала.

На мгновение Ипполита отстранилась, приоткрыв от удивления рот, после чего осторожно переспросила:

– «Убийцу богов»?

– Да. Оружие, которое способно убить даже бога. Можно посмотреть, мама?

Странное выражение вспыхнуло на лице матери. Она пристально изучила Диану, а затем уголки её губ опустились. Неужели она загрустила? Или признала поражение?

Мать и дочь вместе отправились на вершину Темискиры. В высокой башне располагалась высеченная из скалы оружейная комната. Единственное окно, похожее на Божье Око, выходило, как на сушу, так и на окружающее море. С необузданным рвением Диана вцепилась в поводья.

Позади них, скрипя кожаными доспехами, ехали стражницы царицы. Они остановили лошадей во дворе у подножия башни и спустились на мощёную дорогу.

Чугунные оружейные ворота с острыми наконечниками оказались заперты, и Диана немедля просунула лицо между решётками. Внутри стояла темнота; пахло сыростью и морем. Отперев врата, стражница зажгла вдоль стен ряд факелов. Диана последовала за матерью по тёмному туннелю, глядя на светящийся прямоугольник, который по мере приближения становился всё ярче и ярче.

Из туннеля они попали в открытый двор.

– Боги оставили нам много даров. Придёт время, ты увидишь их все. Они хранятся в большой башне, – сказала Ипполита.

В центре двора, защищенный металлическими спиралями, сиял изумительной красоты меч. В солнечных лучах ярко мерцали украшенная драконами рукоять и лезвие с гравировкой в виде рун. Диана протянула руку и почтительно коснулась оружия. В этот момент ей почудилось, будто рука самого Зевса легла в её ладонь.

– «Убийца богов», – с благоговением воскликнула девочка. – Какой прекрасный!

Ипполита внимательно следила за дочерью.

– Кто будет им сражаться? – спросила Диана.

– Я молюсь, чтобы никому не пришлось. Но только самым бесстрашным такое под силу. Тебе не придётся сражаться, Диана.

С этими словами царица потянулась, взяла Диану за запястье и убрала её руку от меча. Лицо дочери вспыхнуло смущением.

– Здесь ты в безопасности. Тебе не о чем беспокоиться.

Но это всё, чем Диана хотела заниматься. Она знала это и чувствовала, когда наблюдала за другими амазонками. Просто представляя себя в их роли, она чувствовала, как сердце её начинает биться быстрее. А с этим оружием…

Когда-нибудь вы увидите, на что я способна.

Но один лишь взгляд матери убедил Диану в том, что день её ещё не настал.

Глава 3

После семи лет тайных тренировок Диана добилась значительных успехов. Она выросла, набралась сил и научилась предвидеть дальнейшие шаги Антиопы, хотя и не всегда могла обратить знания в свою пользу. Неудачи её разочаровывали, а периодическое отсутствие быстроты и ловкости повергало в уныние.

Показательный пример: Антиопа и Диана находились в самом разгаре тренировки; лязгали мечи, во все стороны брызгали искры. Антиопа нападала, и у Дианы никак не получалось пойти в наступление. Ей оставалось лишь отступать, укрываясь от ударов и отражая нападение собственным мечом.

– Ты не веришь в себя, Диана! – гаркнула Антиопа, шаг за шагом отгоняя Диану.

– Нет, я верю! – вызывающе отрезала девочка, отражая удар за ударом.

– Нет, не веришь, – возразила Антиопа.

– Нет, я верю! – настаивала Диана.

Антиопа поднажала и удвоила количество ударов, отчего Диана, спотыкаясь, отступила назад. Ноги её заплелись, и она тяжело рухнула на спину.

– Ты гораздо сильнее, чем думаешь! – взревела Антиопа. – В тебе больше силы, чем кажется! Но если ты не будешь усердно…

– Диана! – раздался голос.

С колотящимся от страха сердцем Диана вскочила на ноги и увидела Ипполиту вместе со свитой стражниц.

Вот мы и попались.

Диана думала, что секрет никогда не раскроется, ведь они с Антиопой оставались начеку.

В ярости царица спрыгнула с седла.

– Ты ранена?

– Нет, мама, всё хорошо, я просто…

– Тренировалась, – закончил за неё Ипполита.

Царица повернулась к Антиопе:

– Такое ощущение, что я больше здесь не царица. Меня ослушалась и предала собственная сестра…

– Нет, мама, – перебила Диана. – Это я попросила её…

– Доставьте её во дворец. – Царица кивнула стражницам, после чего перевела взгляд на Диану: – Уходи.

Диана повиновалась, вспомнив тот день, когда Ипполита усадила её в седло и повезла прямиком в класс. Она не забыла, как проезжая мимо тёти, они пристально посмотрели друг другу в глаза. Тогда Антиопа успокоила её одним только взглядом, однако теперь оптимизма у неё поубавилось.

* * *

– Ты не оставила мне выбора, Ипполита, – начала генерал, когда её племянницу увели из поля зрения. – Ты будешь виновата, если она не научится сражаться.

– А с чего ты взяла, что ей придётся воевать? – возразила царица. – Возможно, он уже никогда не вернётся. Возможно, он умер от ран.

Глаза Антиопы вспыхнули яростью.

– Арес жив! Ты чувствуешь это так же ясно, как и я. Он вернётся, и это всего лишь вопрос времени.

– Чем она сильнее… – начала Ипполита, и тогда Антиопа увидела подлинный страх в глазах сестры.

Антиопа смягчилась, более не переживая за своё наказание. Царица вовсе не сердилась, но всем сердцем испугалась за дочь.

– Ипполита, я люблю её так же, как и ты. Но это единственный способ по-настоящему защитить её.

Царица отвела взгляд.

Антиопа прекрасно знала сестру: слова её зацепили, и она усомнилась в правильности решения. Диана являлась членом королевской семьи, а на Темискире, где обитали яростные воительницы, оставаться единственной неумехой было унизительно. И на худой конец – очень опасно. Антиопа уже приготовилась высказаться.

Ипполита молчала, но вскоре решительно повернулась в Антиопе:

– Тогда тренируй её жёстче, чем всех остальных амазонок.

– Ипполита… – Антиопа хотела успокоить сестру, зная, как тяжело ей далось решение.

– В пять раз строже! В десять раз жёстче! Пока она не превзойдёт даже тебя.

Антиопа кивнула и хотела ответить, но Ипполита продолжала:

– Но обещай, что она никогда не узнает, кто она и как появилась на свет.

Антиопа опустила голову, дав тем самым беззвучную клятву. Вновь они стали единодушны. Обе сестры любили Диану, и обе хотели для неё только лучшего. Они знали, что ей нельзя узнать правду.

И они обе молились, чтобы у принцессы не появилось причин отправиться на поиски истины.

* * *

Прошли годы.

Тренировочные площадки перекликались звуками боя. Амазонки сражались в полную силу, наслаждаясь свирепой мощью. На одном конце поля молодая женщина с тёмными, заплетёнными в косу волосами, разогналась, прыгнула, сделала в воздухе переворот и приземлилась на ноги с натянутым луком. Она выпустила стрелу, и та со свистом полетела высоко над головами амазонок, после чего исчезла в голубом небе. Совсем скоро стрела появилась и вонзилась точно в соломенную мишень.

Диана, принцесса Темискиры, взглянула на склон холма, где её мать вместе со стражницами наблюдала за сражением.

Диана обнажила меч перед целым строем амазонок. И хотя кожа её блестела от пота и усталости, она немедля бросилась в наступление, размахивая сверкающим на солнце мечом. Она безжалостно отражала тяжёлые удары, пока противницы не падали без сил. Очередная соперница пошла в наступление. Диана и амазонка стояли нос к носу и крепко держали мечи, как вдруг в поле зрения появилась Артемида. Она рысью скакала через поле с боевым топором в руках, спеша на подмогу сопернице. Перспектива сражения с двумя амазонками будоражила дух. Противница поняла, что помощь уже на подходе, отчего тут же расслабилась. Но именно этого и ждала Диана. Она резко повернулась к амазонке спиной, и застав её врасплох, нанесла удар рукоятью меча в шлем. Звон от удара разнёсся по полю, и колени врага подкосились. Как только оглушённая амазонка упала ничком, Диана приготовилась к атаке Артемиды.

Оскалив зубы, самая опытная воительница замахнулась топором, и Диана отразила натиск мечом. И хотя от силы удара по ногам прошла дрожь, колени её не подвели. С лёгкостью Диана отразила и следующий удар, который, казалось, потерял прежнюю силу. Стоя на месте, Артемида явно теряла преимущество.

Увернувшись от очередной атаки, Диана нанесла мощный удар в локоть, заставив Артемиду вздрогнуть и отпрянуть. При виде улыбки Дианы глаза женщины расширились – если Артемида хотела сохранить статус сильнейшего воина, ей придётся вступить в ближний бой.

Вновь всё вокруг замедлилось. Даже не глядя, она чувствовала напряжение соперницы. Расположение рук и оружия уменьшило количество возможных стратегий до минимума, а когда Артемида вынудила Диану возобновить атаку, вариантов почти не осталось.

Резкий удар металла о металл, а затем выпад, чтобы поставить подножку – Диана знала, что делала. Не попав по ногам, Диана высоко подпрыгнула, перекатилась со щита Артемиды и приземлилась на ступни, лицом к врагу. В ту же секунду амазонка нанесла удар по голове, но несмотря на головокружение, бой продолжился.

Остальные наблюдали в почтительном молчании.

Артемида сделала ложный выпад, чтобы понять инстинктивную реакцию Дианы. Однако реакции не последовало – Диана раскусила уловку.

Опустив оружие, они принялись кружить друг вокруг друга, точно хищные львицы, побуждая соперницу начать сражение. Так или иначе, бою быть.

И Диана оказалась готова.

Вместо прямой атаки Артемида выбрала более быстрый подход: она прыгнула, развернулась на 360 градусов, одновременно размахивая топором. Отразив атаку, Диана приготовилась к натиску, после которого топор Артемиды наконец-то упал на землю. Диана направила на неё меч, и Артемида покорно опустила голову.

Но на этом испытания не закончились.

С обнажённым мечом в руках к ней приблизилась Антиопа. Времени на размышления более не оставалось.

Битва была превосходной.

Искры так и летели от лезвий, пока Диана мощно отражала удары Антиопы. Принцессе Темискиры оставалось лишь поражаться силе нападения учителя. Впервые за все годы, кружа в хищном танце, Антиопа демонстрировала своё могущество. Одна ошибка или промах мог означать серьёзную травму, ведь даже тупое лезвие запросто расколет череп или сломает руку.

– Жёстче, Диана! – прорычала Антиопа, бросаясь в атаку. – Ты гораздо сильнее! Ещё раз!

И тогда Диана ответила; она воззвала к глубокому колодцу своей души, именно там стучало сердце воина – самое ядро её сущности. Ход сражения замедлился, и меч, казалось, ничего больше не весил.

Она двигалась со скоростью и силой, которые потрясли Антиопу. Ослепленная яростью Диана бросилась в атаку и с такой силой ударила по рукояти меча, что оружие вылетело из руки Антиопы. Стоя над генералом и учителем, она указала на неё кончиком меча, и тогда Антиопа подняла руки, чтобы сдаться. Опустив оружие, с сияющими от счастья глазами, Диана повернулась к матери, ожидая одобрения.

Но совершенно неожиданно получила сокрушительный удар в висок, отбросивший её далеко в сторону.

Как только она поднялась, покачиваясь от сильной боли и стараясь держать равновесие, Антиопа снова напала.

– Всегда оставайся начеку! – ругала она. – Думаешь, битва всегда бывает честной? Битва никогда не бывает честной!

Антиопа шла на Диану, нанося удар за ударом, и, наконец, выбила меч из рук племянницы. Диана отпрянула, упала на колени и резко скрестила руки на груди, чтобы защититься щитками от натиска.

Вввввуууууууууууууххххххх!

Щитки зашипели, а в душе вместе с тем что-то отворилось. Поле вспыхнуло в потоке энергии; воздух зарябил, засиял. Столь мощный удар сбил Антиопу с ног и заставил Диану отступить назад. На секунду происходящее напомнило картину, на которую смотришь через золотые линзы, однако в скором времени мир их вернулся к привычному виду.

* * *

На вершине скалы мир Ипполиты изменился навсегда. С широко открытыми глазами и горечью в сердце она тихо промолвила:

– Что ты натворила?

* * *

Стоя на поле, Диана смотрела на щитки – туда, откуда высвободилась немыслимая сила. Что произошло? Толпа вокруг застыла; никто не разговаривал. Диана хотела сказать о невероятных ощущениях, но как только открыла рот, раздался крик, первым нарушивший тишину.

– Что ты наделала? – кричала Ипполита.

Взглянув на Антиопу, Диана заметила, что из пореза на лбу струилась кровь. В ту же секунду на помощь ей подоспела амазонка. Лицо генерала выражало изумление… и поражение.

Диана немедля принялась отступать.

– Подожди, Диана. Подожди! – крикнула Антиопа, пытаясь успокоить племянницу.

– Прости меня, – промолвила Диана.

Сердце её охватило волнение. Что только что произошло? Диана сделала шаг навстречу тёте, но Антиопа подняла руку, точно хотела прервать грядущий диалог.

Диана оглянулась. Все глаза были обращены в её сторону, а на лице матери читалась неподдельная тревога.

И страх?

Нет, мама. Это и есть сила. Сила амазонки. Это что-то невероятное… Что-то, данное нам свыше.

Диана отступила, затем бросилась бежать на вершину холма. Она бежала к обрыву, откуда открывался вид на море. Пока ветры ласкали её кожу, она непрестанно глядела на открытые ладони. Какой секрет ей открылся? Какая дверь? Закрыв глаза, она подняла лицо к небу, чувствуя новую силу. Как будто она завершила обряд посвящения, отличный от того, что разыгрывался на тренировочном поле. Раскрыв ладони, они изучала их. Откуда взялась эта сила?

Затем она услышала ещё один странный звук – гулкий шум, который становился всё громче и громче. Присмотревшись, она заметила, что небо зарябило, замерцало, а затем, точно из воздуха, появилось нечто огромное, с парой крыльев, как у гигантской птицы. Рыжевато-коричневой птицы. Летала она беспорядочно, бросаясь то вверх, то вниз, то из стороны в сторону. И от самого хвоста клубился дым.

Как только нечто повернулся к воде, она разглядела внутри что-то похожее на человеческую фигуру. Вот только человек не успел выбраться, поскольку громадный предмет рухнул в воду, подняв за собой шлейф белой пены.

Не колеблясь ни секунды, Диана спрыгнула со скалы и пролетела вниз сотни футов, после чего плавно погрузилась в волны. Она стремительно плыла сквозь океанские глубины, пока предмет и пассажир быстро погружались ко дну.

* * *

Я пропал, – думал лётчик, безуспешно пытаясь отстегнуться. – Что ж, по крайней мере, перед смертью мне удалось нанести достаточный урон.

Когда он понял, что освободиться не удастся, то снова опустился в кабину и схватился за штурвал. Море со стороны пулемета накренилось, а скорость возросла. Немецкий фюзеляж был изготовлен из листового металла, более прочного, чем покрытие британских истребителей, но ни один из самолетов не способен выдержать столь резкий удар.

В самую последнюю секунду лётчик потянул штурвал, и когда нос из последних сил поднялся, очевидные перегрузки приковали мужчину к сиденью. Фюзеляж завибрировал, а заклепки из листового металла начали вылетать еще до контакта с водой. Звук напоминал стрельбу из малокалиберного оружия.

При столкновении с водой лётчик ударился о переднюю панель и на долю секунды потерял сознание. Очнулся он от холодной воды, безудержно наполнявшей кабину. Посмотрев по сторонам, он понял, что самолет тонул вместе с ним. Мужчина снова принялся дёргать ремень, но тот по-прежнему не открывался. Позади раздался пронзительный скрип. За ним последовал и второй. Оглянувшись, лётчик увидел возле хвоста глубокую трещину в металле. Хвост – это единственное, что удерживало самолет на плаву… и он оторвался. С двигателем в качестве якоря, нос, а затем и крылья разрушенного самолета проскользнули под поверхность воды. Мужчина успел глубоко вдохнуть, после чего ушёл под воду вместе с самолётом. Свет над ним мерк с каждой секундой.

Но я не закончил! Я должен добраться до Лондона!

Щурясь сквозь дымку океана, лишённый кислорода лётчик разочарованно поднял глаза к поверхности. Он боролся, пытался сдержать дыхание, однако тьма и холод неумолимо подступали. Но стоило ему закрыть глаза, как тело его окутал внезапный прилив тепла. Приоткрыв веки, лётчик увидел женщину, которая смотрела на него практически нос к носу.

Ангел явился, чтобы забрать меня домой.

* * *

Схватившись за край обломка, Диана подтянулась ближе и высвободила несчастного из водяной ловушки. Она не знала, жив он или мертв – глаза были закрыты, а из носа и рта воздух не шёл. Обняв лётчика, Диана оттолкнулась и потянула обмякшее тело прямиком на поверхность, пока обломки странного предмета продолжали опускаться ко дну. Следом за человеком тянулся мешок.

Когда они выплыли на поверхность, одно стало ясно: Диана спасла не амазонку, а человека в тяжёлом костюме с меховым воротником и длинных перчатках. Диана перевернулась на спину и потащила непослушное тело к берегу.

Глава 4

Взять лётчика любой ценой!

Таков был приказ командующего. Четыре деревянных катера направлялись из Швабии, пока линкор отслеживал самолёт, держащий путь… Где он? Куда растворился?

Сидя на носу катера, немецкий солдат всмотрелся вперёд, однако узрел лишь повсеместный туман и воды морские. Гудение самолёта оставалось единственным маяком. Мужчина оглянулся на товарищей, которые, опустив головы, сгорбились с поднятыми фонарями.

Затем тон гудений изменился, и тарахтения ослабли. Солдат услышал тихий гул, интенсивность которого постепенно нарастала. И тогда раздался грохот – самолёт ударился о воду. Разбился! Возможно, в двухстах футах впереди, но, может быть, и ближе – туман вытворял странные шутки со звуком.

Солдаты в лодке воспряли духом, и рулевой тотчас завёл мотор, сохраняя курс. Они преследовали единственную цель – добраться до самолёта прежде, чем тот затонет. Другие катера, что шли позади, тоже ускорились, не выпуская друг друга из виду.

Вглядываясь в воду и стараясь разглядеть признаки крушения, солдат протянул руку, но та странным образом исчезла в сверкающем дыме. Он резко отдернул ладонь, однако секунды хватило, чтобы разглядеть прекрасный остров с высокими деревьями, скалами и широким пляжем. Затем туман сгустился, и остров исчез.

Солдат покачал головой. Как такое возможно? На сотни миль вперёд простиралось открытое море. Быть может, игра воображения? Иллюзия? Он оглянулся на рулевого, который, очевидно, ничего не заметил. Собравшись с духом, солдат повторил попытку. Туман вновь исчез, а на его месте появился остров, залитый тёплым солнечным светом. Дальше, справа от него, примерно в четверти мили между лодкой и островом, он увидел в воде две головы. Кто-то плыл под водой… Кто-то пытался вытащить лётчика на пляж.

В полном изумлении он отпрянул назад и очутился под покровом влажного, холодного тумана. Солдат повернулся и махнул рулевому, указывая на непроходимую стену тумана.

– Лётчик! Он там! Я его вижу!

Рулевой глянул с сомнением, но медленно повернул судно в указанном направлении. Гул боевого крейсера, что шёл позади, становился всё громче.

* * *

На борту крейсера капитан поднял полевой бинокль, дивясь острову, что не отмечен ни на одной карте. На безлюдном пляже один человек тащил из воды другого, и тот, кого вытаскивали, был одет в костюм лётчика. Спасателем оказалась молодая женщина в весьма откровенном костюме. Как странно…

…Но приказ есть приказ…

Не опуская бинокль, капитан махнул лейтенанту, чтобы тот ускорил ход. Пора атаковать плацдарм…

…Плацдарм, который то появлялся, то исчезал.

Глава 5

Диана плыла к берегу, таща за собой обмякшее тело. Она не понимала, жив человек или мёртв. Благодаря нахлёстывающей волне, они выплыли к рифу, где барьер из камней и кораллов позволил быстрее достичь мелководья.

Диана, крепче ухватившись за тело, вытащила его на песок. Она поняла, что спасала не только человека в тяжёлом костюме, но и перекинутую через плечо сумку. Выпустив пострадавшего из рук, принцесса Темискиры рассмотрела его лицо: угловатые черты, крепкий подбородок, щетина на щеках. От его вида у неё перехватило дыхание. Прямо перед ней, прямо на этом спрятанном от глаз пляже лежал настоящий мужчина!

Диана смотрела с неподдельным изумлением – то был первый мужчина, которого ей довелось увидеть. Он напоминал лучших из воинов с триптиха матери. Воплощение человеческого великолепия.

Но был ли он мёртв? Невзирая на сомкнутые глаза и приоткрытые губы, Диана надеялась, что вовремя вытащила лётчика из моря. Со всей осторожностью она потянулась, чтобы коснуться щеки.

И тогда мужчина наконец-то открыл глаза, щурясь от солнца. Диана убрала руки, и воин удивлённо и испуганно взглянул на её лицо.

– Вау, – произнёс он.

Глаза его были голубыми. Ярко-голубыми.

Диана рассмеялась. Какое же удовольствие открыть знания о… чём-то большем, чем можно представить.

– Ты… мужчина.

– Да… – Он взял паузу, и когда продолжил, голос его стал ниже, глубже. – А что, не похож? Где мы?

– На Темискире. Кто ты такой?

– Я сражаюсь за хороших, а они – за плохих, – разъяснил мужчина.

К берегу мчались четыре маленьких лодки, полные мужчин.

– Это немцы.

– Немцы?

– Нужно убираться отсюда. – Сняв грязную куртку, он остался в серой униформе.

– Диана! – раздался голос Ипполиты.

Вместе со стражницами, направив луки на спасённого мужчину, царица приблизились к краю холма. Диана не сомневалась, им не составит труда открыть огонь.

– Отойди от неё! Сейчас же! – потребовала Ипполита. – Приготовить луки! – велела она стражницам.

Глаза мужчины расширились.

– А нормальное оружие есть?

Диана не сводила с него глаз – она не поняла, о чём он говорил. Маленькие лодки добрались до мелководья, и люди на борту приготовились к высадке.

– Стреляй! – скомандовала Ипполита.

Очередная волна конных стражниц появилась позади царицы. Выхватив луки и натянув горящие стрелы, они целились повыше, чтобы попасть в незваный корабль.

Пылающие стрелы просвистели с вершины утёса, высоко пролетая над головой Дианы, после чего вонзились в чужеземные судна. Мужчины в серой форме спотыкались, падали навзничь. Грохот людского оружия потряс Диану. Крошечные объекты, точно злобные пчёлы, проносились мимо неё и спасённого мужчины, поднимая за собой клубы песка и с искрами рикошетя от скал.

– Бежим! – Схватив Диану, незнакомец утащил её за ближайшее укрытие, каким оказался обнажённый валун.

Хотя они оба оказались за линией огня, люди в серой униформе успели ступить на берег и разбежаться по пляжу.

К сёстрам на краю обрыва присоединились ещё больше амазонок, и строй тех воительниц возглавила Орана. Пока Диана наблюдала за разворачивающейся битвой, амазонки прыгали вниз на веревках, со смертельной точностью выпуская огненные стрелы в захватчиков, которых мужчина назвал немцами. Орана бросилась в бой.

Краем глаза Диана заметила движение: немецкий солдат, который целился в них из оружия, выстрелил. С громким хлопком из наконечника вырвалась вспышка, а затем и снаряд, резво устремившийся в голову Дианы. В одно мгновение Диану накрыло необычное чувство – время вокруг словно замедлилось. Она стояла на месте, будто зачарованная, наблюдая за медленным передвижением крошечного объекта.

Но вдруг, совсем неожиданно, спасённый мужчина повалил её на песок, и снаряд просвистел мимо.

Оглянувшись, Диана заметила вторую «пчелу», стремительно несущуюся в сторону амазонки. Принцесса выкрикнула имя, но Орана, целиком и полностью сосредоточенная на сражении, не услышала предупреждений.

Снаряд ворвался в грудь амазонки, сильно ударив женщину о стену утёса. Орана вздрогнула и повисла на верёвке, выпустив из рук лук и стрелы.

– Нет! – закричала Диана.

Но Орана не очнулась. Она так висела на скале без единого намёка на жизнь. Но как? Она ведь бессмертна! Она не могла умереть!

Значит, нас можно убить.

Диана не могла в это поверить. Просто не могла…

– Спрячься! – предупредил мужчина.

Но Диана поняла, что пришло время защищать свой народ.

Лёжа на песке или сидя на коленях, немцы с оглушительным шумом обстреливали скалу. Хотя щиты были подняты, снаряды каким-то образом пробивали броню и тела. Амазонки падали из сёдел и со скалы и приземлялись прямо на пляж. К подобной битве Диана не готовилась. Что это за бой? Безличный. Бесчеловечный. Беспорядочный.

Немец, который убил Орану, направил оружие к утёсу, но в ствол неожиданно угодила стрела. Видимо, он успел нажать на курок, или за него это сделала стрела, поскольку оружие немца всё-таки выстрелило. С пронзительным треском оно разлетелось на части, раскидав раскалённый металл во всех направлениях и в самого стрелка. Шлем его слетел с головы, и он повалился наземь, схватившись за лицо.

В этот момент амазонки-всадницы пронеслись через каменную арку к пляжу.

Мои сёстры!

Величественные и неистовые они заполонили пространство пляжа и во главе с Антиопой прорвались сквозь поднимающиеся облака пыли. Вместе с Меналиппой и Артемидой генерал отразила щитом поток пуль и двинулась на ближайших немцев, пока те перезаряжали оружие. Ударами меча она пробивалась сквозь их ряды, оставляя за собой целую груду тел. Амазонки взмывали в воздух, стреляли из луков, переворачивались и приземлялись обратно в песок. Они бросались с сёдел, обрушивая на захватчиков стрелы и копья.

Голубоглазый мужчина подтолкнул Диану и указал на крадущегося в укрытие солдата:

– Оставайся там!

В его руке Диана заметила нож – длинный, узкий, острый клинок, явно предназначенный для убийства людей. Перепрыгнув через камень, он бросился на немца, а спустя секунду появился с оружием. Повернувшись к морю, мужчина принялся палить в нескончаемый поток немцев, наступающих с береговой линии.

Совсем скоро огромный корабль, что привёл немцев к берегам Темискиры, нашёл на коралловые рифы, и от тонущего линкора заструился чёрный дым. В округе стоял такой смрад, будто открылись врата ада.

Не в силах сдержаться, Диана схватила лук и стрелу, натянула тетиву и застрелила одного из немцев. Подняв меч павшей амазонки, она бросилась в бой. Диана помнила уроки Антиопы и всё то, что тётя говорила о нечестном бое. И впервые Диана поняла смысл её слов.

Принцесса ловко отразила удар, после чего сама пошла в наступление. Немец повалился лицом в песок и закричал на родном языке. Оставшиеся поблизости немцы в одночасье устремились в сторону амазонки, но атаки их были несогласованными, а мягкий песок сильно снижал скорость движений. Диана легко отражала нападения, и, когда один из них отступил, она мощно ударила его в подбородок рукоятью меча, повалив тем самым на землю.

Выжившие немцы кипели от злости. Один из них попытался выстрелить, но не успел – в один момент Диана оказалась рядом. С невиданной силой она ударила немца ногой, отчего голова его откинулась, оружие выпало из рук, а сам он рухнул.

Когда Диана вошла во вкус, сквозь шум послышался голос Антиопы:

– В атаку!

Они сражались как настоящее племя, используя умения, изучая соперника. Оружие немцев приходилось перезаряжать, что делало их уязвимыми для быстрых воительниц. Не успев перезарядиться, мужчины хватались за штыки, чтобы отражать удары мечей и копий.

Группа амазонок пошла в наступление, постепенно оттесняя захватчиков к морю. Хотя ожидающие в лодках немцы не могли стрелять, они понимали, что короткое лезвие на конце ружей не соответствовало тридцати дюймам закалённой стали. Антиопа и её отряд быстро добились успеха, и вскоре неподвижные тела заполонили пляж. Однако наступление замедлилось, когда оставшиеся в лодках люди поспешили присоединиться к сражению. У некоторых из них имелось небольшое оружие, и оно превосходно работало в ближнем бою. Настолько хорошо, что Антиопа не могла победить.

Наконец на пляже появилась Ипполита. Вместе со стражницами царица пробила путь сквозь ряды немцев и, отделившись от своей группы, поспешила на помощь Антиопе.

Антиопа тем временем выдернула стрелы из колчана и разом воткнула в песок. Присев и натянув лук, она выпускала стрелу за стрелой, истончая ряды немцев. Ипполита присоединилась к сестре. Они сражались бок о бок, и когда количество противников уменьшилось – буквально усыпав песок – они начали триумфально продвигаться вперёд.

– Щит! – закричала Антиопа Меналиппе.

Много раз Диана видела этот манёвр на тренировочной площадке. Как только Меналиппа обеими руками подняла щит, генерал высоко подпрыгнула, используя его как трамплин. В воздухе Антиопа выпустила три стрелы, одновременно попав в трёх солдат.

Один из оставшихся немцев схватил пистолет, чтобы выстрелить, но спасённый Дианой мужчина оказался быстрее: метким выстрелом он попал чуть ниже каски. Голова воина откинулась в сторону, колени подкосились, и пистолет выскользнул из рук.

Диана осознала, что незнакомец спас Антиопе жизнь. Немец, пользуясь секундной передышкой, прицелился в Диану.

– Диана! – крикнул голубоглазый мужчина, бросив взгляд на новую цель.

Однако на этот раз быстрее оказался немец.

Антиопа намеренно выскочила вперёд и попала под пулю, предназначенную для племянницы.

– Нет! – закричала Диана.

Только не тётя! Только не тренер! Не доверенное лицо! Не сестра по оружию!

Мощное тело генерала согнулось, а затем упало на бок в песок. Пока немец отчаянно пытался перезарядить оружие, спасённый Дианой мужчина выстрелил. От удара солдат упал на спину, безжизненно раскинув руки и ноги.

– Антиопа! – закричала Диана, бросившись в её сторону.

Шум битвы, разбросанные тела – всё в одночасье исчезло. Осталась лишь павшая в бою наставница и подруга. Тётя.

– Нет! Пожалуйста, нет! – Она протянула руку, чтобы обнять голову генерала.

Антиопа изо всех сил пыталась говорить. Кровь из-под доспехов медленно стекала на сухой песок. На бледных губах застыла кровь; глаза заблестели, точно стеклянные.

– Диана… время пришло… ты… ты должна…

– Что?

Диана сопротивлялась слезам. Столько крови… Столько мучений… Она видела это в глазах Антиопы, хотя амазонки всегда боролись с проявлением слабости и боли.

– Что, Антиопа?

Генерал прошептала:

– «Убийца богов»… Диана… Иди.

Диана наклонилась близко, желая лишь одного, чтобы тётя одержала победу в борьбе за жизнь.

– Куда? Антиопа!

Однако Антиопа более не отвечала.

– Нет!

Царица бросилась к Диане, упав на колени рядом с безжизненным телом.

– Сестра! – закричала она в отчаянии.

Но Антиопа не слышала. Диана недоверчиво отпрянула. Реальность потери оказалась слишком тяжёлым бременем.

Неожиданно Ипполита вскочила на ноги, держа в руке меч, и повернулась к спасённому человеку в серой форме.

– Ты! – прорычала она, оголяя меч.

Диана подпрыгнула с песка и быстро встала между ними.

– Нет, мама, нет! Он сражался на моей стороне!

– Зачем сражаться против своих? – с презрением спросила Меналиппа.

– Они мои враги, – заявил мужчина.

Даже не пытаясь защищаться, он бросил ружьё на песок.

– Тогда почему ты одет как они? – отрезала Меналиппа.

– Отвечай сейчас же! – потребовала Артемида.

Мужчина взглянул на свою форму.

– Я не могу вам сказать.

– Назови своё имя! – гаркнула Меналиппа.

– Не могу сказать.

– Давайте убьём его и покончим с этим! – предложила Венелия.

Филиппус, несмотря на потерю друга, произнесла спокойным голосом.

– Если убьём его, то не узнаем, кто они и зачем пришли.

Филиппус всегда умела выбрать стратегию. И в жаркий момент победы, что досталась столь высокой ценой, амазонки прислушались.

Смертный приговор отменён или же просто отсрочен?

Время покажет, но только если мужчина выдаст секреты.

Глава 6

Битва закончилась, и выжившие амазонки собрались в тронном зале – пещерном гроте, который днём освещался лишь солнечными лучами, а ночью – лунным светом. К помосту, где Ипполита собрала подданных, вела золотая лестница. Сама царица стояла наверху; ступенькой ниже ожидала Диана. Невзирая на тяжёлые ранения, никто из воительниц не сидел на скамьях. На руках принцессы виднелся порез; сердце её болело, а голова беспрестанно кружилась. Ни одна история о злобе и коварстве Ареса не подготовила её к этому дню.

Как и была должна, мать Дианы, царица, отбросив печали, сосредоточилась на предотвращении дальнейшей трагедии. Она позвала пленника, и Диана заметила, что матери потребовалась каждая унция сдержанности, чтобы не убить его прямо на месте. Ипполита заставила мужчину опуститься на колени на полированный пол тронного зала, и Диана тотчас обратила внимание на кровавые раны. Стражницы, находясь в состоянии боевой готовности, набросили лассо Гестии, и конец петли приняла Меналиппа.

Диана, подняв подбородок, наблюдала, как он боролся: глаза зажмурились, лицо застыло в гримасе ужаса. Он не хотел говорить, но от сияющей верёвки не скрыть истину.

– Меня зовут капитан Стив Тревор, – сообщил он сквозь стиснутые зубы. – Лётчик… Американский экспедиционный корпус. Личный номер 814192. Это всё, что я имею право…

Капитан Стив Тревор.

«Капитан» – это титул; амазонки тоже его использовали. Итак, они выяснили, что мужчина был воином, но по взглядам царицы, членов правительственного кабинета и высокопоставленных воительниц было ясно, что никто не понял значение слова «лётчик» или «американский экспедиционный корпус». Да и номер казался загадкой. Диана изучала лица стражниц Ипполиты, воительниц Антиопы и сенаторов. Все они после битвы демонстрировали явное напряжение. Судьба человека пока не разрешилась.

Стив Тревор продолжил:

– Я… агент британской разведки. – Он взглянул на светящуюся верёвку. – Чёрт, что это за штука?

– Лассо Гестии. Заставляет говорить правду. – Диана властно оглядела мужчину.

– Сопротивление бесполезно и бессмысленно, – добавила Меналиппа.

– Зачем ты пришёл? – потребовала ответа Ипполита.

– Не знаю, кто вы, но вы в большой опасности.

Меналиппа сжала лассо, отчего Стив вздрогнул.

– Зачем ты пришёл? – повторила царица.

– Я… шпион. Я шпион. Шпион. Я шпион!

Заключённый в золотую верёвку и неспособный сопротивляться он вылил на волю поток истины:

– Я работал под прикрытием британской разведки, когда мне сообщили, что главнокомандующий немецкой армии, генерал Людендорф, посетит засекреченный объект в Османской империи…

Диана посмотрела на мать, ожидая объяснений, но царица сама не понимала, о чём шла речь.

– Я выдал себя за их лётчика…

* * *

Даже не представляю, как замолчать, – думал Стив, описывая массивный ангароподобный комплекс в Турции, охраняемый немецкими солдатами.

– Наша разведка докладывала, что у немцев не осталось ни людей, ни денег, ни боеприпасов…

* * *

Реальность оказалась далекой от ожиданий. Обнаруженное здание представляло собой огромный и очень сложный завод по производству боеприпасов. Место кишело конвейерными лентами, печами для ковки гильз, фрезерным оборудованием и прессами для загрузки боеголовок. Жара, масло, пыль, стружка… Бурлящий расплавленный металл, едкий запах шеллака, стеклянная крыша, пропускающая естественный свет… За станками трудились молчаливые пожилые мужчины, напуганные женщины и дети. Они еле держались на ногах, что говорило о голодании и постоянном недосыпе. Рабы, захваченные у местного населения либо импортированные из других городов Турции, массово производили оружие войны.

Повсеместно витал страх… и запах смерти.

– Но, к сожалению, разведчики ошиблись. Турки производили для немцев бомбы. И не только бомбы…

На территории фабрики находилась научная лаборатория, внутри которой располагалась страшная испытательная камера. Через окно Стив увидел, как генерал Людендорф приблизился к небольшой фигуре, одетой с головы до ног в защитный костюм – тёмно-зелёные одежды и резиновые перчатки до самых локтей. Когда фигура сняла маску и очки, Стив увидел, кто это был. Золотая жила Людендорфа.

Она что-то набросала в зелёный блокнот, а затем, источая уверенность, с уважением и удовольствием поприветствовала генерала. Людендорф выглядел весьма оживлённо и явно стремился увидеть новейшее творение. Генерал был настоящим разжигателем войны, который жил ради битв. Война являлась делом всей его жизни, и он уповал на неё, а та в свою очередь стала его хлебом. Сражения заменили ему всё – драгоценности, золото и близких людей. Он хранил любовь и верность лишь мировому господству и победам, одержанным под его личным командованием.

– Новое оружие, – продолжил Стив, – секретное оружие, изобретённое главной психопаткой Людендорфа, доктором Изабель Мару.

Как только учёная повернула голову, живот Стива сжался от ужаса. Бежевые металлические пластины покрывали нижнюю половину носа, две трети её рта с правой стороны и три четверти подбородка, скрывая раны, полученные в предыдущих экспериментах. И хотя Стива проинформировали о протезе, подобного зрелища не ожидал даже он.

– Ребята в окопах прозвали её «Доктор Яд». И не безосновательно, – рассказал он амазонкам, не зная, поняли они или нет.

Стив задумался.

Где вообще мужчины? Неужели немцы высадились здесь и истребили всех до одного? Почему у этих женщин нет настоящего оружия?»

Женщина, которая держала лассо, резко дёрнула. В одночасье тело Стива пронзила горячая боль, и он продолжил историю.

Через окно он наблюдал, как доктор Мару проводила генерала в лабораторию, сама же встала перед закрытой камерой со смотровым окошком из закалённого стекла, обрамлённым черной, воздухонепроницаемой прокладкой. Внизу под окошком располагались циферблаты и рычаги.

Внутри испытательной камеры сидел заключённый. Его перепуганное лицо было покрыто чем-то наподобие британского противогаза. Резина закрывала щёки, подбородок и лоб, а так же располагала круглым фильтром, двумя стеклянными линзами и ремешком, удерживающим на голове всю эту конструкцию. Его запястья и лодыжки были прикованы цепями. В верхней части противогаза имелось металлическое кольцо, от которого к самому потолку тянулась цепь. Зная историю Мару в области химического оружия, было нетрудно догадаться, чего ожидать бедной душе. Приглушённым тоном Мару принялась объяснять суть эксперимента и химические формулы, но Стив стоял слишком далеко, чтобы расслышать детали. Почти касаясь головами, Мару и Людендорф разглядывали блокнот.

Пока Стив боролся с желанием подслушать, одно стало ясно: генерал не покинул бы родину без уважительной причины. Зная историю доктора Мару, совершенно очевидно, что речь шла о чём-то важном и ужасном. Заключенный в камере стал невинной пешкой, которую Стив не мог защитить.

Мару закрыла блокнот и положила его на стол, после чего отвернулась к генералу. В ту же секунду Стив решил, что должен постараться протянуть руку через полуоткрытую дверь и забрать записи Мару. Однако для столь точного манёвра ему предстояло рассчитать время – слишком рано, и она поймет, что блокнот украден; слишком поздно…

Стив медленно приблизился.

Улыбаясь половиной лица, Мару открыла клапан, и герметичная камера начала заполняться светящимся газом. Глаза заключенного расширились; через маску и стеклянное окно слышались приглушённые крики о помощи.

Людендорф внимательно наблюдал за происходящим, иногда поворачивая голову, чтобы переговорить с учёной. Как только газ заполнил камеру, Стив заметил, что маска на подопытном начала распадаться. В стеклянных линзах появились тонкие трещины, а ремешки начали истончаться и обесцвечиваться. Металлические части медленно разъедались газом. Сквозь дым было сложно разглядеть происходящее.

И Стив подкрался ближе.

Приблизив лицо к стеклу, доктор пристально наблюдала за мужчиной. Глаза её настойчиво ожидали результата.

Но процесс так и не пришёл к завершению.

Заключённый, казалось, расслабился – противогаз защищал его от газа.

Доктор Мару отвернулась от стекла. Выражение лица, видимое из-под металлических пластин, сменилось от радости и триумфа на сомнение и гнев.

Людендорф раздражённо фыркнул, откинул манжету офицерского пальто и проверил часы. Посыл его не вызывал сомнений: «Ты тратишь моё время».

Но вместо того, чтобы извиняться или объяснять, разъяренная доктор Мару протянула руку и нажала рычаг возле клапана. В потолке что-то загремело, и цепь, соединённая с верхней частью противогаза, дёрнулась вверх. Не успел заключённый опомниться, как маски на лице уже не оказалось.

Стив услышал крики…

– Из того, что я увидел, – продолжил Стив, по сию пору обёрнутый лассо, – я понял, что если доктору Мару удастся завершить работу, погибнут миллионы людей. Война не закончится никогда. Я должен был что-то сделать… чёрт возьми.

– Мне нужно время, – просила Мару генерала.

– К сожалению, доктор, времени у нас нет.

Зелёный блокнот. Стиву был нужен блокнот – в нём излагалось всё, что требовалось знать британцам и их союзникам.

И тогда настало время действовать: собравшись с силами, Стив схватил блокнот, развернулся и быстро зашагал прочь, стараясь сохранять спокойствие.

– Моя работа, – продолжала Мару, – она должна…

Учёная заметила пропажу.

– Держите его!

За спиной Стива раздались сердитые крики и топот тяжёлых ботинок. Он выбежал из здания фабрики и помчался через двор, направляясь к турецкой взлётно-посадочной полосе, где, громко жужжа пропеллерами, томился один из «Фоккеров». Лётчик как раз собирался подняться на борт.

Позади гремели выстрелы, и пули со свистом разлетались во все стороны. Нырнув под крыло, Стив схватил лётчика и столкнул с дороги.

Когда появились немцы, Стив уже забрался в одноместную кабину самолёта. Подняв рычаг и выжав педали, он резко повернул влево. Пули рикошетили от самолёта, пробивали дыры в кожухе из листового металла. На гогглы времени уже не оставалось.

И снова в опасной близости просвистели пули.

Моноплан взревел на встречном ветру. Стив поднял рычаг, и самолёт стремительно взмыл в небеса.

Снизу загремели выстрелы, эти пули пробили боковую часть фюзеляжа. Однако Стив сумел выполнить желаемый манёвр: сделав петлю, он вновь опустился к аэродрому. Путь до Уайтхолла предстоял долгий, и последнее, что ему было нужно – воздушное преследование эскадрильи истребителей. Нырнув в сторону, он потянулся к рычагу и выстрелил из пулемёта в ряд припаркованных самолётов. Множество пуль, что градом осыпали землю и самолёты, подняли поток пыли, а взрывы вынудили немецких солдат бежать в укрытие.

Отпустив курок, Стив потянул рычаг и сделал вторую восьмерку. Когда здание попало в поле зрение, он увидел две фигуры, бегущие за припаркованной командирской машиной. Ошибки быть не могло. Одна из фигур принадлежала генералу Людендорфу, другая – доктору Мару. Пользуясь возможностью одним махом покончить с немецкой оружейной программой, Стив решил обстрелять машину. Но, должно быть, водитель уже ждал, поскольку машина тотчас тронулась с места и стремительно унеслась за ворота. Стена кирпичного комплекса мешала выстрелам, поэтому Стиву пришлось прерваться – он не хотел тратить драгоценные пули.

Облетев фабрику, он наблюдал за эвакуацией рабочей силы. Рабы и хозяева бросились во все стороны, стараясь убраться как можно дальше от страшного места.

Спустившись к основному зданию фабрики, Стив выстрелил в стеклянную крышу, после чего, сделав крутой поворот, выровнялся. Держа рычаг между колен, он вытащил 15-фунтовую ручную бомбу, прикреплённую к внутренней части кабины. Стив наклонил моноплан, чтобы набрать высоту и избежать резкого взрыва, зная, что немецкие бомбы такого размера способны пропахать кратер в пятнадцать футов. Взглянув на бомбу, он свесил её за кабину и сбросил на разрушенную крышу. В одно мгновение он резко накренился влево и стремительно набрал высоту.

Внизу вспыхнул огромный огненный шар, и Стив ощутил взрывную волну, что сбила «Фоккер» с курса. Мимо летели обломки, врезаясь в корпус самолёта и вызывая сильнейшую тряску. Он повернул на запад и решил лететь настолько далеко, насколько позволит топливо.

Стив Тревор напрягся, пытаясь побороть силу лассо, но вновь потерпел неудачу.

– Я возвращался в Лондон, когда немцы меня подбили, – сообщил он, уставившись на сумку у ног Ипполиты.

Диана открыла её, полезла внутрь и вытащила блокнот в зелёной обложке.

– Если я успею доставить записи в британскую разведку… – Стив тяжело сглотнул – лассо заставляло раскрывать не только факты, но и свои чувства. – Это спасёт миллионы людей от смерти… И остановит войну…

– Войну? Какую войну? – изумилась Диана.

– Войну, которая положит конец всем войнам. Войну, которая идёт уже четыре года. Двадцать семь стран, двадцать пять миллионов погибших – военных и гражданских… – Он снова сглотнул. Лассо заставляло раскрывать глубокие, мучительные истины. – Невинных детей и женщин забивают как скот! Их дома, города и деревни грабят и жгут! Новое оружие намного страшнее, чем вы можете представить. Я не видел ничего подобного. Весь мир… погибнет.

Его голос был хриплым, и он с трудом выговаривал слова. Каждым кусочком души он желал остановить ту страшную войну. Он должен был убедить амазонок, что у него имелся долг перед всем миром. Они обязаны освободить его.

Стоявшая за женщиной по имени Диана – той, которая спасла ему жизнь, – царица демонстрировала такое отчаяние, что Стив поверил, что она наконец-то сдалась.

Да, да, ты должна меня отпустить, – молча просил он.

Но царица молча склонила голову, оставив Стива в полной растерянности.

* * *

Должно быть, это промыслы Ареса, – думала Диана, чувствуя прилив страха.

Она видела боль в глазах Стива. Боль, которая откликалась в их, амазонок, сердцах. Он был воином, как и они. Он пытался остановить бога, как это сделала мать. Этот мужчина больше напоминал амазонок, нежели человека.

Ипполита позвала Диану сопроводить её и круг встревоженных подданных во двор. Диана последовала за ними.

– Может быть, отпустим его? – предложила Филиппус.

Взгляд Ипполиты ожесточился.

– И он приведёт к нам на остров других людей?

– Мама! – Диана хотела вмешаться, но мать её проигнорировала.

– Мы не можем оставить его, царица, – возразила Филиппус.

– Мама! – обратилась Диана более решительно. – Судя по рассказу, это всё затеял Арес.

Все остановились и посмотрели на Диану.

– О чём ты говоришь, дитя? – спросила Аканта.

– Простите, сенатор, но этот человек назвал войну бесконечной. Миллионы погибших по всему свету. Ничего подобного раньше не было. Только Арес мог сотворить такое. Мы не можем его отпустить. Мы должны идти с ним.

В толпе начался ропот. Конечно, она ведь не единственная, кто об этом подумал.

– Наша армия будет защищать Темискиру. Мы не ввяжемся в их войну, – отрезала мать.

– Это не их война, – возразила Диана и повторила урок истории, которому мать учила её из вечера в вечер, показывая триптих и расчесывая волосы.

– Это же легенда, Диана! – отпиралась Ипполита. – Ты многого не знаешь. Люди не противятся злу и легко встают на его сторону. – Она говорила так, как будто разговор окончен. Но Диана не сдавалась.

– Да, но ведь источник зла – Арес! – напомнила ей Диана. – Это он заставляет немцев воевать! А наше предназначение – остановить бога войны! Мы же амазонки! Это наш долг! – Она обратилась к остальным за согласием, но все глаза были прикованы к Ипполите.

– Но ты не амазонка, как все мы, Диана!

Слова пронзили её до глубины души – не только потому, что были несправедливы, но и потому, что мать использовала их как оправдание. Это ведь единственная причина, по которой Зевс создал амазонок?

Или не единственная?

– Ты никуда не пойдёшь. Я тебе запрещаю, – наказала Ипполита.

Она вела себя так, будто тема закрыта.

Нет. Это только начало.

Глава 7

Диана сидела на низком столе в лазарете, в то время как Эпиона, умелая целительница, собиралась зашивать на руке рану. Но как только амазонка продела нитку в иглу, она вдруг остановилась.

– Странно, – сказала она. – Ты быстро исцелилась.

Диана посмотрела на плечо. Эпиона оказалась права: рана зажила сама по себе. Очень странно. Хотя, может быть, она была не такой уж глубокой? В любом случае на повестке дня стояли более насущные вопросы.

– Так ты спасла ему жизнь? – спросила Эпиона.

Диана переключила внимание.

– Кто тебе рассказал?

– Он сам.

Значит, царица отправила его к целительнице? Хороший знак. Диана покинула лазарет с мыслью, что тоже должна его проведать…

* * *

Водопады струились с потолка пещеры, где Стив Тревор принимал одну из четырёх купелей, полной светящейся голубой воды. Он двигал ногой по воде, отчего её цвет тут же менялся, приводя мужчину в полный восторг. Но как только совершенно раздетый Стив вылез из воды, на пороге появилась Диана.

* * *

Отлично. Теперь я смогу разглядеть его более внимательно.

На раненом плече виднелась повязка, но остальные части тела были покрыты порезами и ушибами, а также старыми шрамами от прежних сражений. Сколько же там было шрамов! А что касается остального…

– Насколько ты типичен для представителя своего пола? – спросила Диана, подходя к купелям.

Стив поднял бровь.

– Пожалуй, больше среднего, – заявил он.

Взгляд Дианы опустился ниже талии.

– Что это? – озадаченно спросила она.

Стив, краснея, последовал за её взглядом, но вдруг осознал, что она спрашивала о предмете, лежащем на краю бассейна поверх одежды.

– Это часы, – с явным облегчением ответил мужчина и схватил часы, прикрывая достоинство.

– Часы? – переспросила Диана.

– Да, наручные часы. Время показывают. Отец прошёл с ними огонь и воду, а теперь они мои и всё ещё тикают!

Диана, взяв из его рук необычный предмет, прислушалась к ритму.

– Зачем они?

– Показывать время. Когда просыпаться, работать, есть, спать.

Диана усмехнулась.

– Эта побрякушка указывает тебе, что делать?

Стив взял у неё часы и прикрылся.

– Можно тебя спросить?

Она пожала плечами, слегка удивляясь его скромности.

– Где мы находимся?

– На Темискире.

Ничего страшного, если она расскажет. Тем более, она уже и так говорила.

Стив нахмурился.

– Это я уже слышал. Я хочу понять, где мы. Что это за место? Кто вы такие? Почему у вас вода какая-то странная? Почему вы свободно говорите на моём языке? Почему не знаете, что такое часы?

– Мы говорим на многих языках.

Неужели ему ничего не известно об амазонках?

– Мы были созданы для того, чтобы вернуть людям взаимопонимание.

Стив склонил голову, глядя на неё.

– Ясно, – без единой эмоции ответил он. – До сих пор не было возможности поблагодарить тебя за то, что вытащила меня из воды.

– Спасибо за то, что сделал на пляже.

Великий момент – один воин признал храбрость другого. Это… и кое-что ещё.

– Освободишь меня?

По его тону она поняла серьёзность ситуации…

И пожала плечами.

– Я пыталась, но… Не всё в моих силах. Я даже просила отпустить меня с тобой.

Стив удивлённо посмотрел на амазонку, и Диана сходу добавила:

– Или кого-то из амазонок. Всех амазонок.

– Всех амазонок?

Тогда она поняла, что Стив никогда о них не слышал. Но как это возможно?

– Наш священный долг – защищать мир, и я хочу пойти с тобой. Но мать мне не позволит. – Диана старалась скрыть разочарование.

– Её легко понять. Я такого насмотрелся на этой войне, что никому бы не пожелал.

– Тогда зачем ты хочешь вернуться?

Стив начал одеваться.

– «Хочешь» – не подходящее слово. Я должен хоть что-то сделать. – Он взял паузу, после чего добавил: – Мой отец сказал мне однажды: «Когда в мире что-то идёт не так, ты можешь либо ничего не делать, либо сделать хоть что-нибудь». Первое я уже пробовал.

Диану тронули его слова.

* * *

И она перешла к действию.

Я почту Антиопу и выполню свой долг.

Решение было трудным, но оно было принято.

В свете луны, точно страж амазонок, над зданиями деревни возвышалась арсенальная башня. С близлежащего холма Диана осмотрела крепость на предмет наличия стражниц. Внешняя гладкая поверхность необъятного строения заканчивалась единственным уступом, а внизу простиралась бездонная пропасть. Целью Дианы стало окно.

Пока, довольно пережёвывая траву, неподалёку бродила корова, Диана прошла мимо и остановилась на достаточном расстоянии от пропасти, чтобы иметь место для разбега. Собравшись с силами, она бросилась вперёд и за пять шагов разогналась до нужной скорости… но остановилась.

Невзирая на сомнения, принцесса Темискиры вернулась к стартовой точке. Сделав пару быстрых вдохов, она секунду помедлила, а затем со всех ног устремилась вперёд. На этот раз Диана прыгнула.

Волосы развевались на прохладном ветру, пока лунная сторона здания стремительно приближалась. Наконец она коснулась уступа на каменной стене…

…правда, только одной рукой. Диана отчаянно раскачивалась, болтаясь над бездной, но, собравшись с силами, ухватилась-таки за край двумя руками.

Вот только под тяжестью тела, уступ обвалился.

И она стремительно полетела вниз. Других выступов перед ней не виднелось – не было шансов за что-то зацепиться. Тем не менее, не теряя надежды, она вытянула руку…

…и пробила каменную стену. Кулак сломал кирпичную кладку; осколки повалилась вниз. Изумлённая Диана висела над пропастью, держась за созданный поручень. Она качнулась взад-вперёд, а затем вонзила вторую руку в скалу, точно в медовый пирог. Ещё один поручень!

Всунув пальцы, Диана пробила очередное отверстие. Затем ещё одно. Методично работая руками, она поднималась по башне и, наконец, добралась до окна.

Диана забралась на узкий край, откуда ловко и тихо спрыгнула в арсенальную. Как только глаза привыкли к тусклому свету, сокровища оружейной показались во всей красе. Первым делом Диана схватила тяжёлый и изысканный щит – такой способен отразить снаряды людей. Пули.

И тогда она приблизилась к «Убийце богов», который стоял на острие в самом центре зала, окутанный мистическим сиянием. Там, затаив дыхание, Диана остановилась. Сердце в груди безудержно колотилось.

«Убийца богов». Единственное оружие, способное уничтожить Ареса.

Возьму его в руки – получу шанс убить бога войны.

Её судьба находилась в пределах досягаемости руки. Она стояла перед выбором – повернуть назад или воспользоваться манящей возможностью. Диана понимала важность момента и места: оружейная превратилась в святую землю, которая предложила ей исполнить священный долг.

Сама Антиопа с последним дыханием велела взять меч. Наставница, учитель, спаситель. Диана с благоговением глядела на оружие. Пусть будет так.

Да будет так.

Она потянула руку в богато украшенную оружейную колыбель и схватила «Убийцу богов». Как только рукоять оказалась в ладони, Диана испытала то необычное чувство, которое впервые ощутила ещё в детстве, когда мать показала ей меч.

Кто будет им сражаться?

Я.

Она подняла «Убийцу богов», и лунный свет, проникающий через высокое окно, отразил от лезвия яркие, головокружительные вспышки. Меч казался невесомым, будто был создан именно для неё.

Я поступаю верно.

Кожа от волнения покрылась мурашками.

Я отправляюсь на поиски, чтобы спасти мир.

Слева от неё сияли доспехи. Доспехи воина. И вместе с ними лежало лассо Гестии, которое через Стива Тревора открыло ей новый мир.

Диана покинула арсенальную. Держась подальше от стражниц, вместе со всеми сокровищами она спускалась по склону холма. Диана переоделась, подготовилась и оседлала лошадей, готовясь вступить в историю.

Как было предназначено судьбой.

* * *

Одетая в тяжёлый шерстяной плащ, Диана вошла в комнату Стива и обнаружила его изучающим карту. Мужчина поднял глаза, не выпуская из рук компас.

– Славный наряд.

– Спасибо. Я помогу тебе выбраться с острова, а ты отведёшь меня к Аресу.

Стив пристально посмотрел на неё, будто не веря ушам. Должно быть, он почувствовал её решимость, поскольку тут же ответил:

– Идёт.

Стив поднялся на ноги и убрал вещи в сумку – в том числе и зелёный блокнот. Он выглядел сосредоточенно, но при этом весьма спокойно. Диана знала, что, уводя его от смерти, могла накликать свою собственную.

Принцесса вывела его из лазарета и привела к деревьям, где уже ждали два боевых коня. Стив с такой уверенностью и грацией оседлал лошадь, что на лице Дианы невольно появилась улыбка. Очевидно, он был таким же хорошим всадником, как и лётчиком или шпионом. Универсальный компаньон.

Бесшумно они ехали по тёмному густому лесу. Диана двигалась по протоптанной дорожке между высокими деревьями, то и дело убеждая лошадь шагать быстрее. Невзирая на отсутствие дневного света, животные были послушны. Стив не отставал.

Вскоре они выбрались из леса и подошли к маленькой гавани, где на неспокойной воде танцевал лунный свет. Диана махнула рукой, и они оба направились вперёд по песчаному берегу. Совсем скоро Диана остановилась у парусника, такого непохожего на немецкий корабль. Внешне судно напоминало лодки, которые немцы использовали для высадки на пляж, но с парусами и замысловатой резьбой.

– Я поплыву на этом?

– Мы.

– Мы поплывём на этом?

– Не умеешь ходить под парусом? – спросила Диана, спеша к судну.

– Конечно, умею, – заверил Стив. – С чего бы мне не уметь? – Неожиданно он замешкался, и глаза его расширились.

– Что?

Стив указал на долину позади, и Диана тотчас услышала стук лошадиных копыт. С поднятыми факелами в их сторону двигались Ипполита и стражницы. С такого расстояния Диана не могла разглядеть выражения лица матери. И хотя она всегда уважала царицу, принцесса намеревалась стоять до последнего. Тем временем Стив внимательно наблюдал. Неужели он разрабатывает план побега? У него есть пистолет? Способен ли он застрелить амазонок ради освобождения? Подобный сценарий Диана не предвидела и очень пожалела, что не обыскала мужчину.

Подойдя ближе, Ипполита подняла руку, и стражницы остановились. Царица спрыгнула с лошади и одна приблизилась к дочери.

Диана вздохнула. Она посмотрела в глаза матери и призналась:

– Я ухожу, мама. Не могу стоять в стороне, пока гибнут невинные люди. Раз никто не намерен защитить мир от Ареса, это сделаю я. Я должна.

– Я знаю, – согласилась Ипполита.

На лице матери не было ярости. Одна только грусть. Глубокая печаль.

– И понимаю, что мне тебя не остановить, – добавила царица. – Ты очень много ещё не понимаешь, Диана.

– Я понимаю достаточно. Я готова сражаться за тех, кто не в силах защитить себя сам. Как ты когда-то.

Она надеялась, что мать признает правоту дочери, однако, глядя на своего ребёнка, царица оставалась печальной.

– Если решишь уйти, то не сможешь вернуться. – Её голос охрип.

Горло Дианы сжалось от желания плакать. Никогда – это вечность для амазонки.

– Кем я буду, если останусь? – спросила она, разглядывая лицо матери.

Ипполита смотрела с глубокой любовью, а затем потянулась к лошади и вытащила из седельной сумки что-то блестящее. У Дианы перехватило дыхание. То был обод Антиопы с перевернутым треугольником и солнечными лучами.

– Её носила величайшая воительница всех времён. Постарайся стать достойной, – хриплым от переполняющих эмоций голосом велела царица.

– Я стану, – обещала Диана.

Это было прощание. Всё, что она когда-либо знала… любимая мать, Антиопа, Орана. Созвездия, ориентиры. Нежный ветер, лунный свет… Расставания… Как это сложно. Но верно…

Ипполита глубоко вздохнула, посмотрела на дочь и впервые увидела её. Помимо нежности в её глазах появилось уважение. Гордость. Диана получила благословение царицы. И любовь своей матери.

– Будь осторожна в мире людей, Диана. Они тебя не заслуживают.

Диана вспомнила те вечера, когда, плетя дочери косы, Ипполита рассказывала истории амазонок. Она познала настоящую любовь, которую дарил народ её матери и ей самой… В муках расставания Диана стремилась спрятать сокровища детства поглубже в своё сердце.

– Ты была моей самой большой любовью. Ты принесла мне столько счастья. – Глаза матери наполнились слезами, и она взяла лицо Дианы в ладони. – Но сегодня ты принесла великую скорбь.

Это лицо… она не увидит никогда. Руки… не ощутит их тепло….

Бросив на мать последний взгляд, Диана развернулась и ушла прочь от единственного дома и единственной семьи. Навстречу Стиву, кораблю и её будущему. С тяжёлым сердцем она отбросила шварты и вместе со Стивом подняла паруса. Судно, гонимое ветром, устремилось вперёд. Диана оглянулась и долго смотрела на крошечные точки-факелы, которые становились всё меньше и меньше. Туман окутал Темискиру, её родину и барьер, защищающий остров от людских глаз.

И теперь от её глаз тоже.

* * *

Меналиппа приблизилась к царице, которая неподвижно стояла, не сводя глаз с крошечной точки в море. Если бы судно качалось на волнах лет сто, Ипполита камнем осталась бы на пляже. Невозможно было передать словами чудовищность её печали, необъятность страха и глубину гордости за свою дочь.

– Почему ты ей не сказала? – спросила Меналиппа.

Ипполита обдумала вопрос.

– Чем больше она знает, тем скорее он её найдёт.

Книга 2

Воительница

– Только мертвецу довелось

узреть конец войны.

Платон

Глава 8

Темискира исчезла. Значит, такова судьба. Спустя несколько минут, Диана отложила мысли о доме и, покачиваясь на волнах со Стивом Тревором, сосредоточилась на новой задаче.

– Далеко отсюда до войны?

Стив задумался.

– До войны? Смотря где. Западный фронт во Франции растянулся на четыреста миль – от Альп до Атлантики.

Диана задумалась.

– Где идут самые ожесточённые бои? Доставь меня туда, и я уверена, что найду Ареса.

Воцарилось молчание, но вскоре Стив заговорил:

– Арес? Это же бог войны?

Диана кивнула.

– Бог войны – зона нашей ответственности. Только амазонка может его одолеть. Вот этим мечом.

Диана вытащила «Убийцу богов» из-под плаща и благоговейно провела рукой по лезвию. Древние руны засияли в свете звёзд.

– Справлюсь с ним, и война закончится.

Стив перевёл взгляд с массивного меча на девушку.

– Послушай, я восхищён твоей решимостью, но эта война – сплошной бардак и неразбериха, и мы с тобой не спасём положение. Но мы можем добраться до людей, которые смогут помочь.

– Я и есть та, кто поможет, – возразила она. – И как только я найду и уничтожу Ареса, немцы освободятся от его власти, люди снова будут хорошими, а мир станет лучше.

Ещё одно молчание.

– Отлично.

Она не заметила сарказма в его голосе и приняла слова за чистую монету – по крайней мере, на время. Пока судно летело на всех парусах по просторам неизвестного моря, Диана наблюдала, как Стив Тревор развернул узлы и расстелил одеяло.

– Что ты делаешь?

– Я подумал, возможно, ты захочешь вздремнуть?

Заботливый, предусмотрительный жест. Но спать в тесноте в его присутствии? Диана этого не учла.

– Ну а ты? Ты не хочешь? Или мужчины не спят по ночам?

Он продолжил стелить белье, затем повернулся к ней.

– Да, мы спим. Просто мы не спим с… – Стив замолчал, отведя взгляд.

– Ты не спишь с женщинами?

Разумный вывод. Чувствуя смущение, Диана легла на импровизированную кровать и принялась поправлять плащ.

– Я хотел сказать, что я сплю… Я сплю с женщинами, да, – взволнованно продолжил Стив. – Да. – Он поднял глаза к звёздам. – Но вне законного брака… такие отношения нельзя кому-либо навязывать…

– Брак? – переспросила Диана незнакомое слово. С данным понятием она никогда не сталкивалась.

– У вас такого нет… – Стив взял недолгую паузу. – Люди идут в церковь и клянутся любить друг друга, пока смерть их не разлучит.

Он облокотился на мешок, который прислонил к борту недалеко от Дианы, демонстративно не глядя в её сторону.

– И любят? Прямо до самой смерти? – отвернувшись, продолжила Диана.

– Не так часто, – признал он.

– Тогда зачем клянутся?

Подняв голову, он, казалось, сосредоточил внимание на одной звезде.

– Я понятия не имею.

Диана подняла бровь. Их разговор казался более сложным, чем даже подъём на оружейную башню.

– Значит, ты не можешь спать со мной, пока мы не поженимся?

Её предстояло много узнать о человеческом мире.

– Я буду спать с тобой. – Стив поднял глаза в небо. – Я буду спать с тобой, если хочешь.

Она указала на свободное место подле себя.

– Места здесь много… Но решать тебе…

– …Если не возражаешь…

– …хочешь ты или нет, – продолжала она свою мысль.

– …я буду спать с тобой. Я так решил.

Их возня растворилась в неловком молчании, когда Стив растянулся рядом с Дианой. Она почувствовала тепло его тела, и вся ситуация тотчас задела её за живое – она плыла на рыбацкой лодке посреди океана вместе с мужчиной! Пока лодка раскачивалась на волнах, Диана сосредоточилась на звёздах – это казалось проще, чем устанавливать со Стивом зрительный контакт. Играя с кончиком плаща, Диана не знала, о чём говорить дальше. Видимо, как и он.

Спустя некоторое время Стив Тревор взял инициативу в свои руки.

– Там, откуда я родом, я не являюсь средним представителем… – Ещё одна пауза. – Знаешь, будучи шпионом, нужно проявить изрядную решительность. – Он слегка поднял кулаки.

Диана слушала с удовольствием.

– Ты вообще никогда не встречала мужчин? – Звучало так, будто он так и не верил. – Кем был твой отец?

– У меня нет отца. Моя мать вылепила меня из глины, а Зевс вдохнул в меня жизнь.

– Теперь всё ясно.

Стив явно сомневался в её рассказе, впрочем, как и Диана в его. Она потянулась, случайно коснувшись его, и Стив подскочил на месте.

– Извини…

Стив кивнул, и они оба продолжили изучать созвездия.

– Там, откуда я родом, детей делают по-другому.

– Ты говоришь о репродуктивной биологии? – спокойно спросила Диана.

– Да.

– Я знаю. Я всё об этом знаю.

– Я имел в виду совсем другое…

Снова они затарахтели, выплёскивая потоки слов.

– Я поняла. Плотские наслаждения.

Стив заёрзал.

– Тебе известно об этом?

– Конечно, – ответила Диана. – Я прочитала все двенадцать томов «Трактатов Клио о телесном удовольствии».

Стив улыбнулся.

– Все двенадцать? А с собой не взяла парочку?

Диана вскинула бровь.

– Тебе бы не понравилось.

– Ну, не знаю. Почему нет?

– Там говорится, что мужчины пригодны только для размножения, но для плотских наслаждений они… не обязательны…

– Нет. Нет…

Стив замолчал.

Снова воцарилась тишина, и Диана осознала, что между ними возникло смущение.

– Доброй ночи, – пожелала Диана и отвернулась, чтобы обрести покой.

– Спокойной ночи, – любезно ответил Стив.

Лодка продолжила свой путь в темноту.

Немецкий аэродром

Бельгия

Генерал Людендорф прошёл через заставленный самолётами аэродром к ангару, где находился новый завод доктора Мару. За ним следовали капитан и кучка солдат в форме. Надежды генерала на предстоящий визит были высоки. Доктор Мару, самая способная учёная и самое секретное оружие отечества, не должна его разочаровать. Нынешняя война ожесточила и укрепила смелые души, подняв их до высот, о которых никто не мечтал. И эти люди обязаны признать, что он, Людендорф, заслуживал уважения. Он настаивал на этой войне, этом благородном деле, которое распахнуло двери научным достижениям, настолько удивительным, что граничили с мифом. О! Эта славная война! Восстаньте же, воины! – писал на заре человечества Тиртей, великий спартанский поэт, восхваляя доблесть и мужество в бою.

Только под натиском опасности люди способны прогрессировать; только риск закалит их крепкие спины. Чем напряженнее борьба, тем больше рост – слабые отсеются, трусливые падут, а лучшие – восстанут.

Людендорф разгромит поле боя, а доктор Мару, благодаря смертельным ядам, обеспечит выживание лишь самым лучшим из воинов – элите человечества, высвобожденной из ямы ничтожных людей.

Это и стало задачей Мару – разработать оружие, соответствующее амбициям генерала.

Новый завод представлял собой холодный, грязный ангар, заполонённый машинами и людьми, которые при виде генерала судорожно принялись за работу. Наравне с удовольствием Людендорф ощутил раздражение – было бы куда приятнее, если бы они хорошо работали и до его появления. Тем не менее, ему нравилось, что люди его боялись.

– Когда мы сможем начать? – спросил он капитана.

С чувством осторожной гордости капитан ответил:

– Через два дня, сэр.

– Сегодня к вечеру, капитан.

Мужчина побледнел.

– Генерал, солдаты вторые сутки без еды. Без сна.

Людендорф глянул на собеседника.

– Вы думаете, я уже поел и поспал, капитан? Как видите, я не ищу оправданий. Ваши люди раскисли, разбаловались! Вы все забыли, что враг может появиться в любой момент! Откуда угодно! Пора им об этом напомнить, согласны?

Людендорф вытащил «Люгер» и, не сказав ни слова, выстрелил капитану в голову. Все головы повернулись в их сторону, когда безжизненное тело мужчины с глухим стуком ударилось оземь. Словно электрический удар свидетелей пронзил жуткий страх.

Довольный собой, Людендорф вошёл в грязный, большой и людный ангар. Едкие химические вещества опалили его ноздри, отчего кровь в жилах горячо забурлила.

Пройдя мимо бочек с химическими веществами и оборудованием, генерал направился в новую лабораторию доктора Мару, где учёная, склонившись над столом, быстро писала в новом блокноте. Рабочий стол был усеян бумагами, и доктор выглядела весьма расстроенной. Плохой знак.

– Генерал, – почти испуганно сказала она.

– Доктор, как успехи?

Выражение её лица не сулило хороших новостей. Скрыв разочарование, Людендорф ждал ответа.

– Незначительные, – неохотно призналась она. – Всё кончено, генерал. Германия сдаётся. Фон Гинденбург советует кайзеру заключить перемирие. Нам не хватило времени.

Фон Гинденбург. Пустое сотрясение воздуха.

Внешне спокойный, но внутренне разгневанный, Людендорф пожал плечами.

– Как только кайзер увидит новейшее оружие, он забудет о перемирии.

Тёмные глаза Мару вспыхнули от беспокойства.

– Но без моих записей…

– Мы отыщем их.

Он ласково смотрел на её лицо и пластины телесного цвета, скрывающие раны. Такая гениальная и одновременно хрупкая женщина, к которой нужно прислушиваться, чтобы получить желаемое. Результаты стоили того, чтобы ободрять и уговаривать. Когда дело дошло до создания революционного оружия, она проявила себя, как настоящий гений. За всю свою долгую жизнь Людендорф не встречал ей равных.

– Я верю в вас. Я знаю, что у вас всё получится.

Мару покраснела под его взглядом, но он настаивал на своём:

– Большие победы требуют жертв. И вы многим пожертвовали.

В результате взрыва в лаборатории лицо учёной было сильно изранено, и даже мужчины, которые повидали и худшие ранения, отворачивались при виде её лица.

Генерал Людендорф наклонился ближе и прошептал на ухо:

– Я верю в вас.

Доктор Мару отстранилась. Взгляд её изменился – стал ярче, увереннее. Генерал всегда вдохновлял её на победы, и нынешняя перемена вновь его успокоила. Полем битвы доктора Мару стала наука, и она была истинным воином.

– Ради этого вы здесь, – добавил он. Ещё один толчок, чтобы доктор сосредоточилась на успехе.

– Прошлой ночью мне удалось создать нечто стоящее. Особый вид газа. – Она отвернулась, а затем протянула ему голубую капсулу. – Чтобы восстановить ваши силы.

Капсулы стали потрясающим достижением. В нетерпеливом ожидании Людендорф разломал её и вдохнул резкий пар. Жгучая боль пронзила его тело. Он зашатался и тотчас потянулся к краю стола за поддержкой. Вены на лице и шее пульсировали; сердце забилось с неистовой скоростью. Его зубы обнажились в диком оскале, и тело захлестнула необузданная сила. Выносливость, жизненная энергия – силы, которые он знал и любил. Встрепенувшись, генерал достал пистолет и с хрустом согнул его голой рукой на глазах у доктора, будто тот был сделан не из стали, а из бумаги.

Раз доктор Мару способна на подобное, значит, она создаст что угодно.

С улыбкой на лице Людендорф кивнул учёной, которая по сию пору стояла рядом, восторженно наблюдая. И вдруг к ней пришло озарение. Она посмотрела на смятые бумаги, схватила одну из них, развернула и удивлённо изучила.

– Я поняла! – ликующе воскликнула доктор Мару. – И если это то, о чём я думаю, результат будет ужасающим!

* * *

Диане снился сон, как в детстве она убегала от Мнемозины, и та, не переставая, уговаривала её вернуться.

Диана проснулась на борту амазонского судна. Небо над Темзой нависло серое, мрачное, заслонённое дымом повсеместных труб. Лондон оказался одним из гигантских промышленных комплексов, состоящим из военных заводов и разнообразных мастерских.

Диана села, глядя на необычные и шумные суда, извергающие в тоскливое пасмурное небо чёрный смрад. Окружающая вода источала прогорклый запах гнилого мусора.

По обе стороны маячили высокие каменные здания, башни и трубы, выпускающие настолько зловонный дым, что в горле запершило, а глаза тотчас заслезились. Над грязной рекой, несущей грязь в открытое море, возвышались мосты, по которым цокали лошади, дребезжали повозки и вышагивали прохожие.

– Доброе утро, – поздоровался Стив. – Нам повезло! Мы поймали буксир и выиграли время!

Поймали? Значит, их отбуксировали?

– Добро пожаловать в старый, добрый Лондон.

Бросив взгляд на удручающую панораму города, Диана ощутила мимолётную, но болезненную тоску по красотам Темискиры. Однако совсем скоро душу её наполнила решимость. Если война сделала это с городом, то после смерти Ареса он вновь станет пригодным для жизни.

– Он отвратителен, – прямо заявила Диана.

Позабавленный такой откровенностью, Стив с благоговением посмотрел на здание парламента и собор Святого Павла. Диана никогда не поймёт то чувство облегчения, что порождал в нём столь мрачный горизонт, поскольку сама она жила в нетронутом Эдеме. Однако для Стива Лондон являлся домом – если, конечно, военный шпион и вовсе имел дом. В этом случае, Лондон – всего лишь домашняя база. Диана понимала его. Она тоже не могла вернуться на Темискиру и, должно быть, переживала в тот момент шестьсот видов культурного шока. Хотя она по собственной воле отправилась в человеческий мир, легче от того не становилось.

– Да, на любителя, – невозмутимо заметил Стив.

* * *

Высадившись на берег, они оставили судно Дианы на попечении изумлённого лоцмана, и для начала направились по лондонским улицам к площади Пикадилли. Диана недоверчиво смотрела на окружающий бедлам. На захламлённом тротуаре худенькие мальчишки продавали газеты, а женщины в широких шляпах, украшенных перьями и лентами, пытались перекричать друг друга на фоне уличного шума. Смешиваясь с бесцветной дымкой, все вокруг куда-то спешили, и спешка была не только результатом войны, но и достижением современности. То был не простой деревенский пейзаж из историй матери, но то, что люди сами сотворили с землёй своей. Вот она, многовековая цивилизация, которую не удалось узреть амазонкам. Диана стала единственной из её народа, кто стал свидетелем подобного мира.

На пешеходных дорожках толпились люди в тяжёлых одеждах. Конные повозки смешивались с моторизованным транспортом, а информационные вывески призывали покупать военные облигации. На каждом углу газетные заголовки кричали о войне и борьбе за право голоса для женщин.

Этот мир создал Арес.

Однако без чудес здесь тоже не обошлось: запах свежего хлеба; голубиные танцы; уличные артисты, демонстрирующие ловкое освобождение из цепей и замков. Несмотря на тяжёлую жизнь, люди останавливались, наблюдали и улыбались друг другу.

Безлошадный кэб прогудел за спиной, и Стив вовремя утащил Диану с дороги. Она обернулась и, улыбаясь, наблюдала за удалением кэба. Тем временем толпа мужчин в форме, собравшихся вокруг грузовика, оживлённо заёрзала, а некоторые из них весело закричали ей вслед.

– Джентльмены, осторожнее, – упрекнул Стив. – Большое спасибо!

Пока Стив разбирался с солдатами, Диана убежала вперёд.

– Диана!

Она помедлила, ожидая Стива и наблюдая за мужчиной и женщиной.

– Почему они держатся за руки?

– Ну, потому что они… вместе.

Диана тотчас схватила Стива за руку, но тот осторожно высвободился, не желая её обижать.

– Нет, мы с тобой не вместе… я имею в виду, не так. – Он жестом указал вперёд. – Нам сюда.

Диана посмотрела на Стива, понимая, что с вопросами пора заканчивать. У неё была миссия, и пришло время заняться делом.

– На войну?

– Ну, вообще-то война в той стороне, – сказал он, указывая в противоположном направлении.

Её брови поднялись.

– Тогда куда мы идём?

Стив погладил свою сумку.

– Нужно передать блокнот руководству.

Она прищурилась.

– Нет-нет-нет-нет-нет! Так не пойдёт! Я тебя освободила, и ты отведёшь меня к Аресу. Мы договаривались, Стив Тревор! Дал слово – держи. Обещания нельзя нарушать. – Диана пристально посмотрела ему в глаза и схватила за воротник пиджака.

– Ладно. – Он понял, что Диана, как и он, была на взводе. – Ладно… сначала мы пойдём и доставим блокнот, а потом сразу купим тебе билет… на войну.

Не имея другого выбора, Диана отправилась с ним.

* * *

Стив и Диана ловко смешались с уличным движением.

Но прямо по пятам за ними следовал мужчина с усами, закутанный в длинное пальто. Он следил за Стивом Тревором, американцем, который работал на британцев.

Американцем, укравшим тайны Отечества.

Мужчине было поручено выяснить, какой информацией владел Тревор. Он не знал, кем являлась темноволосая, странно одетая женщина, но то было неважно; она, как и шпион, всего лишь расходный материал, который ради своей выгоды можно и ликвидировать.

Пока он шёл за ними, медсестра толкнула его коляской. На улицах Лондона он был не один.

О, нет. Далеко не один.

* * *

Стив заметил взгляды прохожих, обращённые в сторону Дианы. Её шерстяной плащ иногда раскрывался, обнажая амазонские доспехи и наколенники.

– Диана, тебе нельзя расхаживать в таком виде. – Стив схватил края плаща, мужественно сопротивляясь возможности взглянуть на стройное, гибкое тело.

– Что ты делаешь?

– Пойдём, купим тебе одежду.

– Зачем?

– Потому что на тебе ничего нет.

Она посмотрела на доспехи, затем на женщин на улице.

– Как тогда ваши женщины одеваются на поле боя?

С чего бы начать?

– Ну, женщины не совсем…

Неожиданно Диана обратила внимание на молодую мать с ребёнком на руках.

– Дитя! – воскликнула она, бросаясь в их сторону, однако Стив быстро схватил её за руку.

– Не надо, Диана, – почти умолял он. – Его, кстати, не из глины вылепили… – заметил Стив, уводя амазонку по многолюдному тротуару. – Диана, пожалуйста!

* * *

Примерно в тридцати шагах ненавязчиво следовал невысокий, круглолицый и непримечательный мужчина в шляпе-дерби, костюме и шерстяном пальто. На вид он казался британцем. Он мог быть и клерком из галантереи, и бухгалтером, и продавцом. Совершенно обычный мужчина с аккуратно подстриженной бледно-рыжей бородой, но если присмотреться внимательней, то в его маленьких, широко расставленных глазах проскальзывал ненавидящий блеск. Стараясь не отставать, он спешил за Стивом, ощущая в кармане пальто внушительный вес заряженного револьвера.

* * *

«Селфриджес», великолепный универмаг, где можно было купить дорогие товары, работал уже почти десять лет. Разница между магазином и рынком Темискиры была колоссальная, и Стив, несмотря на спешку, оценил желание Дианы поглазеть по сторонам. Здесь продавалось всё: от ламп Тиффани до оперных биноклей.

Как и планировалось, Этта Кенди ждала их в отделе женской одежды. На рыжих волосах сидела серая шляпка, украшенная розочками. На ней был пиджак в клетку с завышенной талией, длинная прямая юбка и сапоги. По мнению Стива, для Дианы это стало бы идеальным ансамблем.

Увидев Стива и Диану, Этта заметно обрадовалась.

– Какое счастье! – воскликнула она. – Вы живы!

Диана посмотрела на Стива.

– Я уже считала вас погибшим! – Она повернулась к Диане: – Несколько недель ни слуху ни духу! На него совсем не похоже! – Этта протянула руку Диане. – Позвольте представиться. Этта Кенди, секретарь Стивена Тревора.

– Что значит «секретарь»?

Этта пожала плечами.

– Ну, я за всё отвечаю. Я хожу, куда он велит, делаю, что он говорит.

Диана вскинула бровь.

– В моих краях это называется рабством.

Этта изумилась.

– Она мне нравится, – выдохнула она. – Определённо!

– Дамы, после вас, – пригласил Стив.

Секретарь оглядела одежду Дианы.

– Да, работы у нас много. Вертимся, как белки в колесе.

Диану сразил головокружительный хор сладких ароматов. Вокруг сияли глянцевые стойки, витрины, люстры, полированные мраморные полы и колонны. Высокие потолки придавали месту дворцовый вид, но, в отличие от королевской резиденции Дианы, здесь было полным-полно вещей. Одежда. Ювелирные изделия. Постельное белье. Аксессуары. Продукты питания.

Внимание Дианы привлекла одна из вещей. Она остановилась перед манекеном женщины, одетой в облегающий тканевый корсет.

– Неужели эту ерунду в вашем мире считают доспехами? – спросила она Этту.

– Ну, как сказать… – ответила Этта. – Это мода, чтобы утягивать животы.

– Зачем их утягивать?

Этта вздохнула.

– Только женщина без живота может задать подобный вопрос. – Она показала ей серый и довольно мешковатый наряд. – Консервативно, но при этом… живенько.

Диана вопросительно посмотрела на Стива.

– Примерь хотя бы, – попросил Стив.

– Ладно…

Но когда Диана принялась снимать плащ, Этта, широко раскрыв глаза, бросилась к ней, чтобы остановить.

Уводя Диану в примерочную, Этта кинула на Стива вопросительный взгляд.

Где вы нашли эту женщину?

Примерив наряд, Диана подошла к высокому зеркалу. Одежда была вычурной, а многочисленные слои ткани придавали ей вид пухлого облака. Это выглядело как минимум смешно.

– Как в этом сражаться? – Диана попробовала боковой удар, после чего сняла шляпу и понюхала её.

– Сражаться? Мы, вообще-то, пользуемся моральными принципами, – ответила Этта. – Так, рано или поздно, мы завоюем право голосовать. Хотя я считаю, что можно и кулаками помахать, если понадобится. – С блеском в глазах она встала в боевую стойку.

Диана вернулась за занавеску, чтобы примерить второй из предложенных нарядов Этты. Белая блузка с шарфом, как у мужчин, и тёмная юбка казались довольно узкими.

– Прелестно, – восхитилась Этта.

Диана испробовала наряд серией ударов, но поднять ногу так, чтобы не порвать юбку по швам, никак не получалось. Нет, не пойдёт.

Третий вариант – копия того, что носила Этта. Диана нетерпеливо подёргала кружевной воротник.

– Колючий. Он меня душит.

– Как я вас понимаю, – пробормотала Этта.

Диана вернулась в раздевалку и принялась за очередной ансамбль. Она была почти готова, когда через бархатную занавеску услышала голос Стива. Он подошёл к Этте.

– Где она?

– Как раз примеряет наряд номер двести двадцать шесть.

Диана вышла из примерочной с убранными в модный пучок волосами. На ней был серый костюм с поясом, чёрные сапоги и чёрная фетровая шляпа. На любой другой женщине наряд выглядел бы стильно, симпатично, но ничем не примечательно. Но на Диане…

* * *

Что ж. Стив и себе прикупил одежду. На нём была широкополая тёмно-серая шляпа, прекрасно подходящая к новому твидовому костюму, белой рубашке с жёстким воротником, галстуку и жилету. Сверху он надел длинное пальто. Диана не понимала, зачем люди носили на себе такое количество «тряпок».

Диана неловко пошевелилась, скованная одеждой.

Стив пристально оглядел наряд и неожиданно повернулся к Этте:

– Мисс Кенди, ваша задача была сделать её менее привлекательной.

Стив осмотрелся, затем подошёл к ближайшей стойке, поднял очки с простыми стеклянными линзами и осторожно надел их на нос Диане. С довольным видом он отступил на шаг назад.

– Очки? – усмехнулась Этта. – Вы думаете, что в очках она не сама красивая женщина на свете?

Диана взглянула в зеркало и с глубоким вздохом разгладила наряд. Как только она поправила очки, уголки её рта приподнялись в улыбке. Что ж, надо – значит, надо.

С убранными волосами, в очках и новой одежде она подняла меч и щит, и трио спустилось по лестнице к вращающейся двери. Врезавшись в двери, Диана отступила, и Стив тотчас потянулся к ней, чтобы помочь.

– Я хочу попробовать сама. – Она прицелилась и на этот раз успешно вышла на улицу, где Стив и Этта в одночасье бросились отнимать меч.

– Давайте я подожду вас в конторе… – Этта потянулась за мечом, – И заодно заберу вот это… Для сохранности.

Хотя Диана выказала недовольство, она прекрасно понимала, что на неё смотрели люди. Никто из прохожих не был вооружён мечом и щитом.

– Диана, пожалуйста, опусти меч, – попросил Стив.

– Он не подходит к наряду, – заметила Этта.

– Абсолютно, – добавил Стив.

Что ж, ладно. Придётся отказаться от меча. Но лассо Гестии я не отдам.

– Поклянись мне, что защитишь его даже ценой собственной жизни? – серьёзно спросила Диана.

Этта кивнула, но Диана усомнилась в ответе.

– Отдай меч, – настаивал Стив.

И Диана повиновалась.

– И щит, – напомнила Этта.

Этта неуклюже забрала свою ношу – амазонский меч, щит и сумку с одеждой. Один только плащ весил столько, сколько лодочный якорь.

– Спасибо, Этта. До скорой встречи, – попрощался Стив.

* * *

Что за чертовщина?

Этта наблюдала, как Диана, защитница секретарш, шагала по улице с капитаном Тревором. Такая очаровательная… и такая эксцентричная.

Затем её взгляд остановился на бородатом мужчине, который, казалось, следил за парой. Этта нахмурилась.

И продолжила наблюдать.

* * *

Диана и Стив продолжили путь по Оксфорд-стрит. Через несколько кварталов Стив тревожно оглянулся.

– Что такое? – спросила Диана.

– Надеюсь, ничего, – ответил он и подтолкнул её в переулок.

– Стив, почему мы прячемся? – удивлённо спросила Диана.

– Ш-ш-ш. Идём.

Стив свернул за угол, и в ту же секунду навстречу вышел мужчина, направив пистолет в голову Стива.

– Капитан Тревор, – произнёс он с сильным немецким акцентом, – я думаю, у вас есть что-то, что является собственностью генерала Людендорфа.

Теперь Диана знала, чего ожидать от оружия. Осознавая опасность, в которой они оказались, амазонка ждала момента, чтобы атаковать первой. Мужчина, угрожающе махнув пистолетом, затолкал их двоих подальше в переулок, где поджидали ещё двое верзил.

Пятеро противников. Трое вооружены.

– А, чудненько. Значит, здесь слёт злодеев? – начал Стив.

– Верните блокнот доктора Мару, – отрезал мужчина.

Стив встал перед Дианой и похлопал карманы пальто.

– Куда же я его сунул? – Тревор приблизился к шпиону, чей палец по сию пору держал спусковой крючок. А затем нанёс удар головой.

Диана тотчас бросилась вперёд, но Стив поднял руку, стараясь её оградить.

– Назад! – закричал он.

Мужчина выстрелил, и Диана неосознанно подняла правую руку, будто тело её само знало, что делать. С громким треском и искрой пуля отрикошетила от браслетов, и Стив обнаружил в ладони кусочек пули.

Немецкие шпионы и Стив изумлённо глянули на женщину.

– Или вперёд?

Стрелок осмотрел пистолет, после чего нажал на курок. Почти одновременно выстрелил и второй, закрывавший своим телом вход в переулок. Рефлексы Дианы ускорились; казалось, пули замедлились. Подняв браслеты, Диана ловко отбивала свистящие пули. Очки её свалились с глаз и с треском разбились об асфальт.

Стив, оттолкнув в сторону оружие усача, ударил второго мужчину прямо в горло. Тот, выронив пистолет, схватился за шею. Задыхаясь, он отступал до тех пор, пока не ударился спиной о кирпичную стену переулка, и Стив не разбил ему голову.

Бородатый предпринял попытку выстрелить в Стива, но Диана вовремя схватилась за ствол, отчего выстрел пришёлся в воздух. Тогда немец потянулся к левому рукаву, но Диана, не теряя времени, нанесла удар браслетом ему в голову. Шляпа мгновенно слетела на землю, и мужчина, закатив глаза, повалился на мокрый тротуар.

Оставшийся (и близстоящий) стрелок тоже нажал на курок. Но расстояние для Дианы не имело значения – пуля медленно ползла к ней, пока она не отбросила её браслетом в сторону.

– Какие ещё фокусы знаешь? – удивленно спросил Стив.

Диана победоносно улыбнулась. Её не покидало ощущение, что впереди ещё много сюрпризов.

Три последних шпиона собрались с духом и одновременно набросились на Диану и Стива. Но ни одна из их целей не сдвинулась с места. Диана врезала кулаком в лицо первого атакующего, отчего тот разом растянулся на мостовой. Стив взял на себя второго, сбив его с ног ударом в подбородок.

Третий щёлкнул оружием – пули закончились.

Щёлк, щёлк, щёлк.

– Не повезло, – ухмыльнулся Стив и ударил немца.

Последний из них – мужчина с бородой – бросился прочь, но неожиданно из-за угла появилась Этта.

– Куда собрался?

Вытащив из кармана лассо Гестии, Диана схватила беглеца за ногу, и тот повалился на землю. Пока лассо ярко светилось, Диана опустилась на колени. Глаза мужчины горели безумием, но Диана сострадательно положила руку ему на грудь. По её мнению, несчастный стал марионеткой бога войны, и все мысли и действия ему не принадлежали.

– Прости, но ты под властью зла. Позволь помочь освободиться. Где мне искать Ареса?

Но, прежде чем сила лассо взяла над ним полный контроль, шпион засунул что-то между зубами и прикусил. Диана ощутила горький миндальный запах. Тело немца забилось в судорогах, после чего безжизненно замерло.

– Он мёртв? – спросила она, глядя на Стива и Этту.

– Цианид, – ответил Стив.

Как только на губах покойного появилась пена, Диана молча пообещала ему, что Арес заплатит за его смерть. Она подняла глаза на грязное лондонское небо.

За это и многое другое.

Глава 9

После нападения, Стив стал быстрым и настороженным, но Диане не составляло труда за ним поспевать. По всему городу гремели горны; народ казался обеспокоенным, суетливым. Наконец они добрались до Военного министерства – огромного здания, где расхаживали мужчины, занятые всеми аспектами войны: от тактических решений до снабжения трёх огромных армий Великобритании, состоящих из четырёх миллионов человек.

Они вошли в громоздкое здание с мраморными полами, лестницами и куполами, залитыми солнечным светом. Залы те имели мало общего с военным советом Темискиры. Единственное заседание, проведённое в последнее время, было то, в котором Диана выступала за спасение жизни Стива.

Стив открыл одну из тяжёлых двойных дверей, и перед ними предстала маленькая, душная комната, с рядами сидений по обе стороны от главного прохода, огороженными тяжёлыми деревянными перилами. На стенах висели портреты мужчин в огромных шляпах. Все присутствующие оказались исключительно мужского пола, и некоторые из них были одеты в коричневую военную форму, напоминающую немецкую форму Стива, но при этом украшенную рядами лент. Другие носили сшитые на заказ костюмы-тройки. Объектом всеобщего гнева являлся добродушный мужчина старше Стива, но не такой пожилой, как некоторые из присутствующих.

– Стой здесь, – велел Стив Диане.

Амазонка кивнула, но как только Стив направился к центральному проходу, она последовала за ним, гладя рукой перила и улыбаясь ошеломленным мужчинам.

– Господа, – обратился маленький человек. – Немцы – чрезвычайно гордая нация, которая никогда не сдастся. Единственный способ положить конец этой войне и восстановить мир во всём мире – заключить перемирие.

Большинство собравшихся мужчин неодобрительно взревели. Диана приняла к сведению, что мир у людей – непопулярный предмет разговора. Ещё одно свидетельство вмешательства Ареса.

Стив, казалось, кого-то искал. Неожиданно он наклонился над перилами:

– Полковник!

Шесть человек в почти одинаковой форме одновремено повернули головы.

– Прошу прощения, – извинился Стив. – Полковник!

Другой военный наконец-то обратил внимание на Стива. Волосы у него были седыми, а на груди блестели медали. Заметив Стива Тревора, он выразил явное изумление. Стив тем временем кивнул в сторону выхода, указывая на необходимость потолковать наедине.

Маленький человек продолжил, обращаясь к собравшимся:

– Нашей единственной целью должно быть восстановление мира путём переговоров! Любой ценой!

Слова его вызвали очередной рёв неодобрения. Но затем, когда Стив и Диана прошли дальше в зал, крики на мгновение стихли. Она сразу поняла, что все вокруг были ошарашены тем, что женщина посмела зайти в их священные владения. Диана решила не обижаться – это не её мир. Стиву нужно скорее найти человека, которому передать блокнот, и тогда он доставит её на фронт.

Наконец Стив схватил Диану за руку и повёл из зала заседаний.

– Извините, извините… – бормотал он на ходу.

Дискуссия возобновилась, и через открытую дверь Диана услышала, как мужчина настаивал:

– Господа, прошу вас, пожалуйста, если вы просто выслушаете меня…

– Почему они не дают ему говорить? – спросила Диана, открывая дверь, чтобы подглядеть. – Он предлагает мир!

Седовласый мужчина проследовал за ними в коридор.

– Тревор? Как, чёрт возьми, можно было притащить на заседание женщину?

Несмотря на возмущение, Диана сохранила спокойствие, предпочитая быстрее перейти к делу.

– Простите, полковник Дарнелл, но у меня срочные разведданные. Нам нужно сделать расшифровку и немедленно поговорить с командующим…

Перебив Стива, мужчина продолжил:

– Нельзя вот так врываться сюда и требовать встречи с командующим! На расшифровку нужно время…

– Сэр, при всём моём уважении, если то, что я видел…

Неожиданно из дверей зала вышел маленький пожилой человек, который так усердно боролся за мир.

– Капитан Тревор! Ходили слухи, что вы погибли в одной из миссий, но вы здесь! И привели друга.

Он приятно улыбнулся Диане, и та улыбнулась в ответ. Амазонка предпочла его компанию, разговору с вызывающим воином, который не давал своему же шпиону вставить хоть слово.

Стив склонил голову.

– Приношу свои глубочайшие извинения, что ваше выступление было прервано, сэр…

– Ерунда. Благодаря этой молодой даме в зале наконец-то стало тихо, и я смог произнести несколько слов. – Он скромно поклонился Диане. – Сэр Патрик Морган к вашим услугам.

Диана склонила голову в ответ.

– Диана, – представилась она. – Принц…

– Принс, – перебил Стив. – Диана Принс. Мы… она и я… мы работаем вместе. Она помогла мне доставить сюда этот блокнот. Он был в лаборатории доктора Мару…

Стив залез в карман пальто и вытащил блокнот, который передал сэру Патрику. Мужчина с нетерпением принялся его листать.

– Информация, которая в нём содержится, изменит ход войны, сэр, – добавил Стив.

Сэр Патрик поднял изумлённые глаза на Стива.

– Надо же! Доктор Яд! Боже мой! – Он повернулся к полковнику Дарнеллу. – Пора собрать заседание.

Дарнелл помедлил, затем кивнул в знак согласия.

Стив заметно расслабился, и Диана молча поблагодарила сэра Патрика за заступничество. Скоро всё закончится.

* * *

В своей лаборатории доктор Изабель Мару подняла зелёную металлическую канистру и отнесла в маленькую стеклянную камеру, где содержались новейшие британские противогазы. Химическое оружие в войне не использовалось, и англичане тратили время и деньги, чтобы защититься от смертоносных газов, а не разрабатывать собственные. Но, как бы они не старались, если текущие вычисления будут верными, их уже ничего не спасёт.

Она присоединила трубку от верхней части канистры к боковой части камеры, а затем повернула колёсико на клапане.

Царственный, как король, генерал Людендорф наблюдал вместе с доктором Мару за шипящим в сосуде газом. Вирулентный туман быстро наполнил пространство и окутал противогаз.

Пусть всё сработает.

Нетерпеливо сжав кулаки, Мару задержала дыхание. Три дня она не видела ни сна, ни покоя. Она знала, что Отечество и генерал рассчитывали на усовершенствование коварного и едкого оружия, от которого не будет защиты. Оружие, которое смогло бы переломить ход войны и поставить врагов Германии на колени. Оружие под её именем, убившее миллионы людей! Сотни раз доктор Мару проводила расчёты и проверяла на бумаге химическую формулу. Но результаты бумажных тестов только вводили в заблуждение – в реальной жизни всё могло оказаться иначе. Но благодаря вере Людендорфа, учёная в успехе не сомневалась.

Пока они наблюдали за экспериментом, маска начала распадаться. Стеклянные линзы лопнули; резина разрыхлилась; металл покорёжился. По сравнению с предыдущей формулой газа последовательность событий не изменилась, и на долю секунды Мару усомнилась в успехе. Сколько ещё неудач вытерпит Людендорф и его руководство?

Нет, всё получится. Всё обязательно получится.

И тогда, в отличие от предыдущего эксперимента, газ продолжил разъедать маску. Стеклянные линзы потрескались; ремни оторвались от пряжек; резина превратилась в чёрную пыль, а хромированный металл – в пузырчатое зелёное желе. Доктор Мару едва сдерживала ликование. Это успех!

И я его заслужила!

Доктор «Яд» вообразила сброшенный с самолёта газ или захороненный под землю с взрывчаткой. От такого оружия спасения нет. Оно неудержимо, гениально! Едкий газ продолжал своё дело, и на стеклянных стенках камеры появились тонкие трещины.

Мару тотчас потянулась к электрическому выключателю, и как только щёлкнула, единственная искра вызывала яркую вспышку.

Воодушевлённая, она обратилась к генералу за одобрением, и тот засиял с огромной гордостью. Она сделала это! Она поможет ему выиграть войну! И от этой мысли Мару рассмеялась.

Его улыбка и одобрение стоили всех бессонных ночей.

Я создам лучшее оружие. Я никогда не перестану совершенствоваться! Ни одна армия на Земле нас не остановит. Мир будет наш!

* * *

По поводу критических сведений, добытых Стивом у немцев, полковник Филипп Дарнелл, сэр Патрик Морган, генерал Дуглас Хейг и остальная часть британского военного кабинета собрались вместе со Стивом и Дианой в небольшом конференц-зале в военном министерстве. Стены были увешаны картами, фотографиями Людендорфа и доктора Мару с ещё здоровым лицом, и фотографиями страниц блокнота. В центре располагалась карта местности.

Диана стояла возле двери, слушая, как мужчины обсуждали значение газа, но через несколько минут решила подойти к фотографиям. Она разглядывала газовые бомбы, самолёт, подобный тому, из которого спасла Стива, и большой ангар. Время от времени мужчины поглядывали на Диану, в эти моменты Стив отвечал: «С ней всё в порядке. Она со мной. Я за неё ручаюсь». Она тотчас вспомнила, как на Темискире боролась за его свободу. Теперь их позиция поменялась местами, хотя у этих людей и не было лассо Гестии, чтобы вытащить из неё правду.

Через некоторое время тишину нарушил вернувшийся Дарнелл.

– Дешифровка не удалась, – с сожалением сообщил мужчина. – Записи сделаны на смеси двух языков. Но пока что не удалось выяснить, что это за языки.

Диана глядела на фотографии Людендорфа – на напряжённое лицо, ястребиные глаза, но вдруг обратила внимание на заметки Мару.

О! Почему же никто не упомянул об этом раньше?

– Османский и шумерский, – объявила она.

Мужчины повернулись, глядя на женщину с неподдельным удивлением.

– Наверняка, кто-то из присутствующих знает их, – смущённо продолжила Диана.

Вместо благодарности генерал Хейг заметно обиделся.

– Кто эта женщина? – спросил он.

Дарнелл тоже вопросительно посмотрел на Стива. Амазонки бы на их месте были рады любой информации…

– Она моя… мой секретарь, сэр, – объяснил Стив.

Теперь выяснив, что влечёт за собой этот пост, Диана не слишком обрадовалась. Но, как и прежде, целесообразнее было смолчать.

– И, конечно, владеет османским и шумерским? – усомнился генерал Хейг.

– Да, она очень хороший секретарь, – заверил Стив.

Комната наполнился смехом.

– Уведите её, – велел генерал.

Стив как раз собирался заговорить, но полковник Дарнелл его опередил:

– Сэр, если она может это прочесть, нам стоит её выслушать.

Генерал Хейг, казалось, обдумал предложение, затем кивнул в знак согласия.

– Да, дерзайте.

Стив неловко взглянул на Диану, будто извиняясь за узость взглядов присутствующих.

Диана снова опустила глаза на страницы блокнота. Тема оказалась более загадочной, чем фактический перевод.

– Это формула… для новой разновидности газа…

Мужчины в комнате зашевелились, уделив всё внимание женщине.

– На основе водорода, а не серы.

По комнате прокатилось волнение. Война, которая положит конец всем войнам, привела к современным ужасам, включая использование ядовитого газа. Газы со временем «улучшились», стали смертоносными и разрушительными.

– Тогда противогазы станут бесполезны, – понял полковник Дарнелл.

Диана продолжила:

– Здесь написано, что они планируют применить этот газ на… Фронте…?

Сердце амазонки замерло. Фронт и являлся их пунктом назначения. Конечно, всё это стало очередным доказательством влияния Ареса.

– Когда? – с тревогой вмешался Стив.

Диана просмотрела страницы.

– Не сказано.

– Сэр, – обратился Стив, – вот неоспоримые доказательства. Вы должны выяснить, где производят этот газ, и сравнять то место с землёй.

– Последний раз Людендорфа видели в Бельгии, – вспомнил Дарнелл. – Мы не можем отправлять войска в оккупированную немцами Бельгию, пока ведём переговоры об их капитуляции, – пренебрежительно сказал генерал Хейг.

Стив изумился. Он впервые услышал о возможной капитуляции Германии, и ему даже не снилось подобное, учитывая, как военный совет пренебрёг попытками сэра Патрика обсудить перемирие. Какое-то время Стив задумчиво молчал.

Но затем он понял, что даже если мир заключится, оружие массового уничтожения всё равно останется. Немцы продолжат его создание до тех пор, пока не решат вновь завоевать мир. К тому же, где гарантии, что немцы сдадутся? Для человечества важно, чтобы данная угроза в виде оружия более не существовала.

– Сэр, – продолжил Стив, – я видел, как действует этот газ. Если его использовать, погибнут все по обе стороны фронта.

– Такова солдатская доля, капитан. – Его голос прозвучал холодно, а лицо при том осталось равнодушным.

Диана от его слов пребывала в ужасе. Сэр Патрик, заметив её тревогу, посмотрел на неё извиняющимся взглядом, словно убеждая понять суровые реалии войны.

– Отправьте меня, – настаивал Стив. – Обеспечьте минимальную поддержку. По крайней мере, дайте шанс помешать планам Людендорфа.

– Вы с ума сошли, Тревор? – огрызнулся Хейг. – Внедрять агента слишком поздно!

– Но генерал…

Стив не успел выдвинуть аргументы, поскольку вмешался сэр Патрик:

– Сейчас, как никогда прежде, перемирие имеет первостепенное значение. Мы должны добиться соглашения, подписать его. Это наилучший способ остановить войну.

Нет, это не так! Арес не допустит этого!

– Ничего не предпринимайте, капитан Тревор, – заявил генерал. – Это приказ.

Диана посмотрела на Стива. Она ждала, что тот бросит вызов генералу, как она бросила вызов матери. По её мнению, это единственный способ спасти человечество.

– Да, сэр, – согласился Стив. – Я понимаю, сэр.

Глаза Дианы расширились; щёки горячо заполыхали. Она оглядела комнату довольных мужчин, которые сидели далеко от битвы и планировали отправление других на гибель. Тогда её взгляд остановился на Стиве, который мирился с этим чудовищным преступлением.

– А я нет! – возразила Диана.

– Диана, это всё сложно, – начал Стив.

Вздёрнув подбородок, амазонка посмотрела на Тревора, точно на незнакомца. Он не был героем. Он оказался слабаком.

– Нет, это не сложно! Это немыслимо! – возразила она.

– Извините, – раздражённо отозвался генерал. – Кто, вы сказали, эта женщина?

– Она со мной, – ответил Стив. – С нами…

– Я не с вами! – Диана направила гнев на генерала Хейга и остальных. – Вы сознательно приносите в жертву стольких людей, как будто их жизни стоят меньше вашей! Как будто они не стоят ничего! Там, откуда я родом, генералы не прячутся в своих кабинетах, как трусливые крысы! Они сражаются рядом с солдатами! Они погибают с ними на поле битвы!

– Диана, хватит! – рявкнул Стив, после чего повернулся к генералу: – Мои извинения, сэр.

Диана сжала кулаки.

– Вам должно быть стыдно. Всем вам!

Дрожа от гнева, она возмущённо выбежала из комнаты и бросилась вниз по мраморной лестнице. Её тошнило от бесхребетности Стива. Раз так, она сама отыщет Ареса.

Она найдёт его в этом огромном, запутанном мире и…

– Диана, подожди! – закричал Стив.

Диана гневно обернулась.

– И это ваши правители? Как он мог такое сказать? – Она указала на Стива. – А ты! Твоим долгом было просто передать блокнот! Почему ты не стоял на своём? Ты просто сдался!

– Их невозможно переубедить! Послушай меня…

– Это Арес! Он не допустит перемирия или капитуляции! Миллионы людей, о которых ты говорил, умрут! Мой народ…

– Да поедем мы туда! – перебил Стив.

Амазонка остановилась.

– Так ты им соврал?

– Диана, я шпион! Я всё время вру!

Она прищурилась.

– Откуда мне знать, что ты не врёшь прямо сейчас?

Стив схватил лассо Дианы, обернул конец вокруг запястья и посмотрел ей в глаза. Лассо засветилось.

– Я возьму тебя на фронт, – обещал он. – Мы там погибнем наверняка.

Стив, казалось, сам удивился последней части.

Диана покачала головой, но не смогла сдержать улыбку. Всё ещё держась за лассо, Стив добавил:

– Это худшая моя идея… – Он отпустил верёвку. – Нам нужны помощники.

Глава 10

В тот вечер Диана оказалась в одном из самых убогих мест Лондона – Ист-Энде. Стив увёл амазонку с Коммершиал роуд и продолжил путь по узким, плохо освещённым улочкам с обветшалыми кирпичными домами и убогими квартирками. Всё это место напоминало сплошной лабиринт из старых, связанных между собой домов. Во влажном вечернем воздухе витал прогорклый запах грязной воды и уборных. По тротуарам шатались мужчины и женщины, и некоторые из них просили деньги, протягивая навстречу прохожим замаранные руки. Впервые в своей жизни Диана увидела нищих.

Стив уверенно прошёл мимо, и совсем скоро они очутились перед тусклыми окнами заведения с болтающейся над дверью вывеской: «Руки Палача». Стив объяснял, что встреча с коллегами пройдёт в таверне, где продаются напитки и закуски. Глядя на название, Диана никак не могла представить причину, по которой кто-либо мог пожелать переступить порог сего заведения.

Но Стив открыл дверь и провёл её внутрь.

Пахло здесь, точно в конюшне, а среди посетителей находились представители всех возможных профессий: моряки, портовые рабочие, бывшие военные. Исполосованные шрамами. Грязные. Свирепые. Пьяные. Некоторые их них пели громко и неразборчиво; другие – спорили.

– Это и есть помощники? – недоверчиво спросила Диана.

– Да, – любезно ответил Стив.

– Им можно доверять?

– Относительно.

– Относительно чего?

Они тотчас направились к группе офицеров, которые выглядели весьма неуместно в столь ветхом пабе. Один из них – экзотичный, лихой, темнокожий мужчина с большими глазами и густыми тёмными волосами – приковал к себе всеобщее внимание.

– И даже в Африке, господа, мы не видели такой роскоши…

Как раз в тот момент, когда подошли Стив и Диана, офицеры засмеялись и кивнули в знак согласия.

– Теперь, на нынешних богатствах, – продолжал оратор, – мы можем делать деньги из воздуха! Мы с моим дядей, принцем, оставили бы всё это, но мы хотим предоставить возможность нескольким хорошим солдатам…

– Какой принц? – перебил Стив, схватив мужчину за руку. – Так, султан Мадрас Ангора Кашмир, можно вас на пару слов?

Мужчина поморщился, но улыбнулся собеседникам, как будто просил прощение за грубость товарища.

– Ну ты мерзавец! – гаркнул он Стиву, как только они оказались вне зоны слышимости. – Я весь вечер вешал олухам лапшу на уши… – Неожиданно он обратил внимание на Диану, которая следовала за ними. – О, силы небесные! – восхитился он, глядя на амазонку. – Это подлинное произведение искусства!

– Самир, это Диана. Диана, это Самир.

Мужчина широко улыбнулся Диане.

– Диана, зови меня Сэмми.

– Сэмми. – Диана удивлённо усмехнулась.

Сначала Этта Кенди, а теперь этот мужчина? Что ж, у Стива Тревора колоритная компания.

Внезапно их внимание привлекли крики и ругань – на другой стороне таверны спорили двое мужчин, чуть не закипая от гнева.

Стив подозвал Диану.

– Сэмми – человек под прикрытием. Опытный разведчик, который может заговорить зубы любому, и знает не меньше языков, чем ты.

Диана, решив проверить данное утверждение, заговорила по-испански:

– Он не производит подобного впечатления.

– А вы меня впечатлили, – ответил по-испански Сэмми. – Ваши глаза так же нежны, как и улыбка…

Один-один. Диана перешла на китайский:

– А ваши глаза смотрят так, будто вы чего-то хотите.

– Китайский я тоже знаю, хитрая девчонка, – ответил он по-китайски.

Тогда Диана заговорила на древнегреческом:

– А можешь ли ты цитировать Сократа?

Сэмми глянул на женщину с явным непониманием, и тогда Диана пожала плечами. Три очка в пользу амазонки. Весьма грациозно Сэмми опустил голову, объявив соперницу победительницей.

– О, закончили? – вмешался Стив, оглянувшись на шумную толпу. – Где Чарли?

Сэмми указал на верзилу в углу паба, который избивал молодого и щупленького человека.

Диана довольно улыбнулась.

– А этот Чарли неплохо дерётся.

– Это не Чарли, – заявил Стив.

Громила нанёс настолько сильный удар, что хрупкий паренёк громко застонал. Вздрогнув, Стив кивнул на лежащего на спине человека.

– Вот это Чарли.

Драчуны ругались на английском, но Диана не понимала их диалект. В мгновение ока Стив и Сэмми направились к громиле, и тот, завидев подмогу, стремительно удалился.

На удивление бодро Чарли вскочил на ноги и плюхнулся за стол. К нему присоединились Диана, Стив и Сэмми, и в считанные секунды в его руках уже появились полные стаканы виски.

– Всё нормально, Чарли? – спросил Стив.

Чарли с обожанием глянул на друга и залпом выпил оба стакана.

– Стив! Да возложит Бог цветы на твою голову! Рад тебя видеть!

– Так почему ты подрался? – полюбопытствовала Диана.

– Спутал его стакан со своим. – Чарли улыбнулся и пожал плечами. – Бывает.

С хмурым видом Диана посмотрела на Стива – выбор помощников её явно обеспокоил. Лингвист и драчун?

– Этот мужчина – не воин, – заявила Диана.

– Чарли – искусный снайпер. Он стреляет в людей, – ответил Стив.

– С большого расстояния, – добавил Сэмми.

Протянув руку, Чарли схватил напиток у сидящего позади мужчины.

– И они никогда не ожидают! – весело подметил он.

Однако за вежливой улыбкой Диана заметила тревогу или даже настороженность, и ей совершенно не нравилась его тактика внезапной атаки.

– Откуда ты знаешь, кого убил, если не видел его лица? – спросила Диана.

– Не знаю. Но поверь, так даже лучше.

– Моя тётя предупреждала о таких людях, как ты, – заявила Диана, вспомнив слова Антиопы о нечестных боях.

Чарли перевёл взгляд на собеседницу.

– Я не впервой это слышу, милая.

– У тебя нет чести.

Вновь амазонка заметила мрачное выражение.

– Мне за честь не доплачивают.

– Что за работа, босс? – вмешался Сэмми.

Диана смолчала, предвкушая, чем закончится встреча.

– У нас два дня. Нужны боеприпасы и проезд в Бельгию…

– А какой гонорар? – поинтересовался Чарли.

– Дельце не из дешёвых! – поддразнил Сэмми.

Стив посмотрел на товарищей.

– Да, но время поджимает… Здесь главное результат и благородная цель. Ну, вы сами понимаете… Свобода. Дружба…

– Отлично, денег у тебя нет, – догадался Сэмми.

– Нет, – признался Стив.

Сэмми уставился на Диану и заговорил по-французски:

– Всё, чего я хочу сейчас – фотоснимок твоего прелестного лица.

Диана улыбнулась в ответ.

– Тебе не понадобится фотоснимок – я поеду с тобой!

Улыбка Сэмми мгновенно исчезла.

– Что? – спросил он Стива.

– Да, мы возьмёт её на фронт.

– Возьмём с собой? – переспросил Сэмми.

Чарли посмотрел на Диану.

– Не обижайся, chérie[3], но я не хочу умереть, вытаскивая девчонку из канавы. Понимаешь, о чём я?

Диана смолчала. Если Чарли останется жив, когда она бросит вызов Аресу, он ещё узнает, на что способна амазонка.

Дверь в таверну открылась, и на пороге появился громила. На этот раз он держал пистолет. Мужчина собрался выстрелить, но Диана хладнокровно схватила его за руку, обезоружила и отбросила в стену через всё заведение. Тот врезался в пустые стулья и столы, а его «приятели» стремглав унесли ноги.

Изумлённый Сэмми наклонился, чтобы помочь Чарли подняться.

– Я одновременно и напуган, и возбуждён, – сказал он Диане.

– А бывает иначе? – Чарли отпрянул, потирая голову, и кивнул женщине.

Забрав у Дианы пистолет, Стив убрал его в сумку. Теперь его помощники смотрели на амазонку с уважением.

Дверь таверны снова открылась, и внутрь ворвалась взволнованная Этта.

– Вот вы где! – воскликнула женщина с натужной улыбкой.

За ней проследовал знакомый мужчина.

– Сэр Патрик! – удивилась Диана.

– Как раз это я и хотела сказать! – продолжила Этта.

Стив, Сэмми и Чарли настороженно поднялись. Стив, казалось, огорчился, что Этта рассказала сэру Патрику о встрече с Чарли и Сэмми. Этта виновато пожала плечами и успокаивающе махнула рукой.

– Присядьте, джентльмены, – велел сэр Патрик. – Прошу, садитесь, пожалуйста. – Он пододвинул стул. – Предполагаю, вы здесь планируете нечто, что приведёт вас под трибунал или же к смерти.

– А вы здесь, чтобы нас остановить, – предположил Стив.

Пожилой мужчина покачал головой.

– Нет. Вовсе нет. Будь я моложе и здоровее, я бы поступил также. Вы совершаете благородный поступок, и поэтому я пришёл вам помочь. Неофициально, конечно же.

Диана улыбнулась. Казалось, в этом мире нашлись хорошие люди.

– Каков ваш план? – спросил сэр Патрик.

– Найти объект, где изготавливается оружие, и уничтожить его. А заодно Людендорфа и Мару, – заявил Стив.

Сэр Патрик торжественно кивнул:

– Тогда, чтобы избежать всяческих подозрений, очаровательная мисс Кенди сможет координировать всё из моего кабинета.

– Координировать? – переспросила Этта с широко раскрытыми глазами.

– Этого хватит на несколько дней. – Сэр Патрик протянул Стиву толстый конверт.

– Спасибо, сэр.

– Всегда пожалуйста. Будьте осторожны. И удачи всем вам.

Удача нам понадобится.

И тогда Стив обратил внимание на довольное лицо Дианы.

Похоже, с задачей мы справимся.

Глава 11

Диана и Стив, пройдя под богато украшенной входной аркой вокзала Паддингтон, попали в хаотично перемещающийся сумасшедший дом. Она никогда не видела подобного столпотворения, да ещё и в замкнутом пространстве. Все казались счастливыми, даже ликующими, что показалось Диане весьма странным, учитывая, что время было военное. Маршем вышагивали мужчины в тюрбанах; другие проезжали на велосипедах, кричали и смеялись. Большинство людей присматривали за багажом, а некоторые – за детьми. Маленькая девочка сбежала от матери или няни, и женщина в одночасье бросила багаж, чтобы догнать непоседу. Повсюду шагали солдаты в зелёной форме, предположительно направляющиеся в то же место, куда и она – на фронт.

Стив взял Диану за руку, и они подошли к зарешёченным воротам, где мужчина в форме проверил их билеты и позволил пройти дальше. В воздухе летала пыль, а платформа было усыпана песком и грязью. Никогда раньше Диана не видела поездов, их размер и конструкция мгновенно очаровали амазонку. Стив рассказал, что в Америке поезда называли «железными конями», но на этих лошадях ездили внутри, а не верхом.

Платформа находилась на одном уровне с пассажирами – женщинами, одетыми как целительницы и фабричные работницы. Большую часть толпы составляли солдаты, но были также пожилые мужчины и женщины, которые, как поняла Диана, являлись их отцами и матерями. Они прощались с сыновьями, смело уходящими на войну. Девушки тем временем бросались в объятия парней и одаривали страстными поцелуями. Маленьких собачонок тоже подхватывали на руки, тискали и обнимали на прощание.

От вида стольких сладких прощаний Диана не могла не улыбнуться.

Амазонка обратила внимание на мужчину и девочку, с нескрываемым удовольствием облизывающих необычные конусообразные предметы. Продавец тем временем зазывал прохожих попробовать свой товар под названием «мороженое».

Стив удивлённо глянул на Диану.

– Ты голодная?

Диана с энтузиазмом кивнула, и продавец сходу вручил им два треугольника, увенчанных небольшим шариком.

– Спасибо, – поблагодарила она.

Диана не знала, как приступить к угощению, пока не увидела, что Стив лизнул белый шарик. Она изящно коснулась его языком, отчего глаза её восторженно заблестели. Холодное. Сливочное. Сладкое. Вкусное.

– Как тебе? – полюбопытствовал Стив.

– Просто великолепно!

Перед открытой дверью вагона располагалась небольшая деревянная ступенька, и Стив без промедлений взял Диану за локоть, чтобы помочь ей подняться. Безусловно, помощь ей была не нужна, но касание его руки было приятно.

Диана оглянулась, и внимание её привлекла небольшая переносная сцена, где, точно загипнотизированные, стояли родители и дети. Мужчина и женщина управляли марионетками, которые визжали и яростно били друг друга палками. Пока взрослые и дети хохотали над проявлением агрессии, Диана с любопытством наблюдала, вспоминая себя маленькой амазонкой, следящей за тренировками воительниц. Диана не желала воевать ради насилия, но только для того, чтобы защитить каждого человека на этой железнодорожной станции. Если возникнет такая необходимость… А она, наверняка, возникнет.

* * *

Путешествие на поезде оказалось волнительным. Пейзаж быстро мелькал за окном, мимо проносились живые изгороди и заборы, овцы, козы, деревни. Когда поезд остановился в доках Дувра, Диана, Стив, Чарли и Сэмми спустились на платформу и смешались с сотнями высадившихся солдат. Направляясь к пароходу, который должен был доставить их на фронт, восторженные новобранцы пели «Путь далёкий до Типперери»[4].

Команда Стива путешествовала инкогнито, поэтому им пришлось искать другой способ переправы.

Пересекая мост, Стив бросил взгляд на часы.

– Нам нужно поторопиться. Вождь не станет ждать.

– Вождь? – переспросила Диана.

– Да, контрабандист, – объяснил Стив. – Весьма уважаемый.

Взглянув на разношёрстную команду Стива, в душе Дианы зашевелилась тревога. Чарли был одет в килт, гольфы, старый синий свитер, потёртую армейскую куртку и кепку на бок. На Сэмми было пальто с флисовым воротником и соломенная шляпа. Они не были похожи на тех воинов, с которыми она выросла.

– Врун, убийца, а теперь ещё и контрабандист? Прелестно. – Диана покачала головой.

– Осторожнее! Могу и обидеться, – отозвался Стив.

– А я не про тебя.

– В самом деле? Я всё время кем-то притворялся, стрелял в людей на твоём пляже и тайно переправил блокнот в Лондон. Врун, убийца, контрабандист. – Он взял паузу. – Не передумала?

Диана согласилась и последовала за Стивом другой дорогой – ещё грязнее, ещё уже. Она вела от станции к другому ряду доков, где пассажиры как раз высаживались с белого корабля с огромным красным крестом. Диана узнала целительские одежды – почти такие же были на женщинах в поезде, за исключением того, что нынешние оказались запятнаны кровью. Да и сами они выглядели измученными и несчастными, помогая раненым молодым солдатам спускаться по трапу. Некоторых молодых людей выносили на носилках; лица других были в повязках; у кого-то и вовсе отсутствовали конечности.

– Какой ужас… – пробормотала Диана, чувствуя боль за павших воинов.

– Поэтому мы здесь, – уверенно заявил Стив.

Он положил руку на плечо амазонке, пока та наблюдала за всепоглощающим отчаянием и пустотой.

Это нужно прекратить. Вот почему я должна остановить войну.

Диана крепко сжала руку Стива, вместе они отвернулись от корабля и направились к следующему доку.

Они спустились к шестидесятифутовому судну с деревянной рулевой рубкой, расположенной высоко над палубой. На корабле развевался сине-жёлто-красный флаг, и он не был похож на тот, что Диана видела в Лондоне. Те же цвета красовались на трубе судна, выпускающей чёрные выхлопы.

– Румынский буксир, – объяснил Стив, поднимаясь на борт. – Любимая нация шпионов и контрабандистов. Мы не привлечём внимание, когда пристанем к другой стороне канала.

Почти сразу единственный член экипажа отдал шварты, и судно отплыло от причала. Капитан – бородатый мужчина в кепке – не поприветствовал и не удосужился представиться. Казалось, его интересовало лишь скорее отбытие из гавани. Как только нос корабля повернулся к встречному ветру, пронзительный холод обрушился на судно и его пассажиров. Мрачное небо сулило дождь. Но каким бы странным ни был корабль, какими бы странными ни казались новые спутники, и какие несчастья ни поджидали их в будущем, Диана нашла утешение в знакомом движении и запахе моря.

* * *

На следующее утро, не дожидаясь Стива, Диана сама разбудила его, Сэмми, и Чарли. Из крошечного камбуза появился мужчина и вручил пассажирам горячие кружки с чаем, после чего все они поднялись на палубу, чтобы поприветствовать солнце и насладиться спартанским завтраком. Погода успокоилась, но небо до сих пор оставалось серым и грозным.

После того, как буксир пришвартовался, Стив заплатил капитану из денег, что дал ему сэр Патрик. Пока команда шла через доки, Диана плелась в хвосте, наблюдая за пришвартованным военным кораблём и выгружаемыми боевыми лошадьми. Некоторые из животных носили противогазы. Какое чудное и тревожное зрелище! От одного только вида сжималось сердце. На Темискире Диану учили почитать землю и животных, которых Зевс отдал под защиту амазонок.

– Газ убьёт всё живое, – сказала она.

Стив кивнул.

– Зачем его применять, если пострадают невинные?

– В этой войне все средства хороши.

Чарли достал изодранную карту, изучил её, после чего заговорил:

– Нам предстоит долгий путь. Хорошо, что денёк выдался славным.

Однако голубое небо стало противовесом тех ужасов, что встречались им на пути: покрытые грязью военные; бегущие гражданские; худые, изнурённые матери, несущие испуганных детей. Нет, это не тот мир, который должны видеть дети. В воздухе витали отчаяние, страх. Тогда Диана обратила внимание не несчастную лошадь, которую били за то, что застряла в грязном пруду. Били жестоко, настойчиво. Бедное существо вставало на дыбы, но с места не сдвигалось. Другие лошади, такие же пугливые, подвергались аналогичному обращению.

– Зачем солдаты бьют лошадей?

– Потому что торопятся, – ответил Чарли.

– Но так нельзя! Я помогу им. – Диана собралась идти, но Чарли покачал головой.

– На это нет времени. Пошли, женщина.

Их группа прошла мимо лежащего в грязи и кричащего в муках искалеченного солдата.

– Тот мужчина, он ранен!

– Ты ничем не поможешь, – сказал Сэмми. – Нам пора идти.

Диану охватил настоящий ужас – каждый порыв остановиться и помочь наталкивался на неотложность поиска Ареса. Когда он умрет, этот ад прекратит своё существование. Однако она была амазонкой и поклялась защищать человечество, а эти люди отчаянно нуждались в ней. Безучастно проходя мимо, она чувствовала настоящие угрызения совести. Великая Война и так унесла жизни миллионов, но голодная пасть оказалась ненасытной.

* * *

Изнурительный путь привел их в дубовый лес. Когда солнце окончательно спряталось за горизонтом, они натолкнулись на костёр, что горел на пересечении двух грунтовых дорог. За огнём следил мужчина в широкополой шляпе, куртке из оленьей кожи и ожерелье из костей и бусин.

– Вы опоздали, – отрезал мужчина, поднявшись на ноги. В руках он держал винтовку, украшенную латунными шипами. Схватив из кучи полено, он бросил его в костёр.

– Ковбои атакуют! Руки вверх, Вождь! – воскликнул Стив.

Мужчина обнял Тревора и кивнул Чарли и Сэмми в знак приветствия.

– Рад тебя видеть, – сказал Сэмми.

– И я! – добавил Чарли.

Вождь повернулся к Диане.

– А это кто? Niitangio, Napi.

– А я Диана, – ответила она по-английски.

Ответ на родном языке удивил и порадовал Вождя.

– Где ты её нашёл?

– Она нашла меня, – поправил Стив.

– Выловила из моря, – добавила Диана.

– Длинная история… – Стив махнул рукой.

Чувствуя необходимость в осмотрительности, Диана подчинилась.

Рядом с костром стояла палатка, и в свете огня Диана заметила кучу обёрнутых клеёнкой ящиков и несколько прислонённых к ним пистолетов. Один из ящиков оказался открыт и был аккуратно заполнен высокими коричневыми бутылками.

– Что это? – поинтересовалась Диана.

Стив глянул на содержимое.

– Английский чай для немцев. – Он показал ей пачку. – Немецкое пиво для англичан. Романы Эдгара Берроуза для тех и других.

– И оружие, – добавил Чарли.

Стрелок приблизился к ящикам и взял пистолет с небольшой металлической трубкой, которую Стив в личных беседах называл «оптическим прицелом». Она узнала его по его описанию: британская модель винтовки Ли-Энфилда P14. Чарли вскинул оружие на плечо, поглядел в прицел, а затем поцеловал его как отец, воссоединившийся с давно потерянным ребёнком.

Пока Диана наблюдала, остальные члены группы разобрали оружие. Сэмми схватил винтовку Ли-Энфилда Mark VII.303. Американец, Стив, взял американское ружьё – Винчестер 12-го калибра. Благодаря Тревору, Диана теперь знала всё о вместимости магазина и дальности выстрела.

Стив, Чарли и Сэмми достали из ящика по бутылке пива и встали полукругом с человеком, известным, как «Вождь».

– Выпьем за то, чтобы получить желаемое! – сказал Чарли.

– И необходимое! – добавил Стив.

– Лишь бы не то, что заслуживаем, – отозвался Сэмми.

– Будем! – хором воскликнули товарищи, звеня бутылками.

Менее чем через десять минут Чарли захрапел, свернувшись калачиком у огня. Спустя некоторое время Стив и Сэмми присоединились к товарищу. Вождь тем временем открыл несколько банок с едой и разогрел на огне.

Где-то вдали стоял грохот. Небо было пасмурным, беззвёздным, но не грозовым.

– Странный гром, – заметила Диана.

– Немцы стреляют, – объяснил Вождь. – Пушки у них большие. – Он указал в сторону звуков. – Тут фронт недалеко. Обстрел.

Фронт. Значит, они близки. Сердце Дианы забилось. Скоро она сразится с Аресом и победит его «Убийцей богов». И тогда несчастья закончатся.

Вождь протянул ей ложку и банку с фасолью. Диана попробовала, но тут же отставила банку в сторону – на вкус как мел в отвратительно сладком соусе.

– За кого ты сражаешься? – спросила амазонка Вождя, который пересчитывал толстую пачку бумажных денег.

– Я не сражаюсь. – Вождь спрятал деньги в карман.

– Ты здесь ради выгоды?

– Не лучшее место для выгоды.

– Тогда зачем тебе чужая война?

– Мне уже не важно. Последняя война отняла у моего народа всё. У нас ничего не осталось. Здесь хотя бы свобода.

– Кто отнял?

Вождь озадаченно посмотрел на Диану, будто не понимал, серьёзно она говорила или шутила. Однако амазонка действительно не знала, и он, казалось, понял.

– Его народ. – Вождь указал на спящего Стива.

Прежде чем Диана успела ответить, Чарли зашевелился во сне. Сначала он роптал, потом хныкал, но затем его конечности дёрнулись, будто ему приснился кошмар. Пока Диана наблюдала с растущим беспокойством, Чарли внезапно закричал, широко раскрыв глаза и рот. Крик эхом разнёсся по лесу и разбудил Стива и Сэмми.

Диана сочувственно потянулась к Чарли.

– Успокойся, не бойся! Что с тобой?

Но тот от неё отмахнулся.

– Отойди от меня, женщина! Чего раскудахталась?

Чарли поднялся и взял себе пиво. Заметив, как дрожала его рука, Диана села обратно.

– Он видит призраков, – объяснил Вождь.

И Диана понимала причину – он сражался без чести.

– Ты замёрзнешь. Вот, возьми. – Стив протянул ей пальто.

– Нет, я не… – Диана принялась объяснять, что амазонки не чувствуют холода.

Но вдруг она поняла, что Стив так выражал доброту, как и ранее, помогая ей подняться в вагон. Чувство любви согревало её гораздо больше, чем пальто…

– Не беспокойся о Чарли, – тихо сказал Стив. – Он не со зла.

Это война. Это ужасная война.

Глава 12

Разгневанный Людендорф отсалютовал двум часовым, охраняющим укреплённый бункер в оккупированной немцами Бельгии. Поездка была долгой, и он уже слишком задерживался. Конечно, ввиду своей должности, тревожиться генералу не стоило, однако хмурый вид никак не сходил с его лица.

Открыв дверь, Людендорф попал в бункер с низким потолком, и члены Военного совета тотчас оживились.

– Вас не было на заседании Совета, генерал, – заметил генерал фельдмаршал фон Гинденбург.

Со скрытой яростью Людендорф уставился на него.

– Я вижу, вы начали обсуждать условия перемирия без меня.

– От имени кайзера, – многозначительно подметил фон Гинденбург.

– И по вашей инициативе. – Людендорф обратился к остальной части совета. – Мы с лёгкостью выиграем войну, если только поверим.

Чтобы отрезать все возражения, фон Гинденбург поднялся на ноги:

– Мы не готовы. У нас на исходе продовольствие, лекарства, боеприпасы. Каждый час нашего промедления уносит тысячи жизней немецких солдат.

– Одна атака, и мы победим, – уверял Людендорф. – В данный момент мой химик…

Генерал-фельдмаршал взмахнул рукой.

– Мы сыты по горло вами и вашей ведьмой, Людендорф! Хватит! – Фон Гинденбург взял себя в руки и продолжил умеренным тоном: – Через двадцать четыре часа эта война закончится. Всё кончено.

Людендорф посмотрел фон Гинденбургу в глаза, а затем перевёл взор на остальных генералов.

Я дал вам шанс. Но вы, трусы, сами решили свои судьбы.

– Всё кончено для вас. Кончено для всех вас.

С этими словами Людендорф развернулся и вышел из бункера, а затем махнул доктору Мару. Женщина немедля открыла дверь и забросила в комнату канистру с газом. Металлический цилиндр покатился по деревянному полу и остановился под столом у ног фон Гинденбурга. И тогда генерал Людендорф бросил противогаз. Генерал и его соратница пристально следили за глазами генерал-фельдмаршала, пока члены Военного совета не сводили взглядов с маски на полу. Внезапно Людендорф захлопнул дверь и прислонился спиной, чтобы заблокировать выход.

С глухим стуком канистра взорвалась, и ядовитый газ взметнулся в маленькое пространство комнаты. В одночасье из бункера донеслись звуки кашля и борьбы.

– Но противогаз не поможет! – напомнила доктор Мару.

– Да, но они не в курсе! – ответил Людендорф, и вместе они весело рассмеялись.

Вместо того чтобы выбираться из комнаты, люди теряли драгоценные секунды, сражаясь за бессмысленную маску. Вот так ирония.

Но как только мужчины за дверью осознали ошибку и попытались броситься к двери… с места сдвинуться уже не получалось. Крики становились слабее, и вскоре всё вокруг смолкло, за исключением неистового шипения канистры.

Доктор Мару наблюдала через окошко, потрясённая эффектом своего изобретения. Прекрасная биология, химические реакции – всё являлось настоящим чудом. Это стало первым полевым испытанием, и результат превзошёл все ожидания. Она засмеялась от восторга.

Тогда Людендорф пошарил рукой в кармане пальто и вытащил оттуда маленькую стеклянную капсулу с совершенно иным газом – ещё одним изобретением гениальной учёной. Разломав пальцами капсулу, генерал глубоко вдохнул содержимое. Эффект не заставил себя ждать: мгновенно на него нахлынул прилив энергии и сил; вены стали набухать и пульсировать, и на секунду глаза его выпучились, как будто выпадали из глазниц. Людендорф жаждал ощущений, а эта смесь стала даже более мощной, чем предыдущая. Доктор Мару великолепно исполняла свой долг.

Как жаль, что раньше у меня не было подобного эликсира.

Людендорф схватил Мару за руку и утащил прочь, хотя учёная и не желала уходить без 100-процентной уверенности в убийстве.

– Скорее! Нужно показать оружие кайзеру! – торопил генерал.

* * *

Солнце только взошло над верхушками деревьев, но Диана и команда уже шли по узкой грунтовой дороге. Вождь шагал впереди, следя за тропой.

– Лучше тебе идти позади, – сказал он Диане.

– Почему это? – вызывающе спросила амазонка.

Вождь остановился и жестом попросил Чарли передать бутылку пива (Чарли и Сэмми пили пиво на завтрак). Чарли покачал головой, прижимая бутылку к груди, однако Сэмми передал свой завтрак без единого возражения. Вождь, схватив бутылку, высоко её подбросил, и та приземлилась в ста футах с громким взрывом и клубами дыма.

Все пригнулись, когда над их головой полетели куски горячего металла и срезали с деревьев небольшие ветки.

– Вот почему, – отозвался Стив. Он объяснил, что немцы заложили мины, чтобы не попасть в окружение англичан и их союзников.

Встав позади, Диана кивнула Вождю, и тот возобновил шаг.

– Он не боится смерти?

– Вождь говорит, что у него было видение, – ответил Сэмми. – Он не умрёт в этой войне, а уедет в Россию и будет пить водку с царём.

Диана посмотрела на Стива, качая головой.

– И вы ещё думаете, что я сумасшедшая?

Стив улыбнулся.

* * *

Ад войны.

Коричневато-жёлтые облака, ржавое орудие, кучи разбитых кирпичей.

Сердцебиение Дианы растворилось в грохоте выстрелов и пушечных взрывах. Грязное поле, через которое они двигались, имело мало укрытий, и пули низко свистели над головами. Диана плелась следом за Стивом, не сводя глаз с подошвы его сапог.

Среди окружающей грязи Диана поняла, что в них конкретно никто не палил. Обе стороны прицельно расстреливали друг друга через пустынный клочок земли не менее четверти мили. Высушенные стволы деревьев намекали на то, что когда-то это место являлось частью леса. Изредка из вырытых в земле окопов раздавались крики раненых солдат.

– Что это? – спросила Диана.

– Ты же хотела, чтобы я взял тебя на войну. Это линия фронта, – мрачно ответил Стив.

Они спустились по лестнице в совершенно другой мир. Дно окопа кишело грязными с ног до головы британскими солдатами. Некоторые из них были настолько чумазыми, что глазные яблоки выглядели неестественно белыми, а рты и языки красными, точно малина. Шквалы пуль врезались в мешки с песком, а снаряды проносились над головой, разрываясь в поле и окатывая солдат грязью. Из-за повторяющихся взрывов слышать и думать казалось невозможным. Тогда Диана обратила внимание на красную табличку:

ЗДЕСЬ СТОЯТЬ ЗАПРЕЩЕНО! НЕ СТАВЬ ТОВАРИЩЕЙ ПОД УДАР!

– Где немцы? – спросила Диана.

Чарли ткнул большим пальцем на противоположную сторону пустынной земли.

– В паре сотен ярдов отсюда. В окопе.

Вождь махнул, чтобы группа следовала за ним. Диана и остальные зашагали через бесконечный узкий проход, где истощённые солдаты сидели на ящиках или же прислонялись к мешкам с песком. Раненые лежали на носилках, а немногие счастливчики были укрыты промокшими одеялами.

Завидев приближение Вождя, один из солдат явно воодушевился.

– Вождь! – воскликнул он, после чего заголосил через весь окоп: – Эй! Вождь вернулся!

Несколько офицеров тотчас бросились ему навстречу.

– Вождь! Как я рад, что ты вернулся! Как раз вовремя!

Вождь полез в глубокие карманы пальто и принялся щедро раздавать солдатам сигареты, спички и конфеты. Черты его лица смягчались, когда он сочувственно отдавал солдатам всё, что имел. Некоторые из них принимали дары со слезами на глазах, отчего сердце Дианы наполнилось состраданием.

– Отлично. Давайте двигаться, – позвал Стив.

И тут Диана услышала женский плач.

Молодая мать с дочкой на руках бросилась вперёд, умоляя Вождя по-французски. Стив явно не понимал, о чём шла речь, но Диане перевод не требовался…

– Немцы забрали всё – дома, еду! А тех, кто не смог бежать, они взяли в рабство! – выпалила обезумевшая мать.

– Где это случилось? – спросила Диана.

Женщина указала за пределы окопа.

Диана повернулась к Стиву:

– Мы должны помочь этим людям.

Стив глянул на чужую землю и покачал головой.

– Нам нужно продолжать операцию.

– До следующего безопасного перехода день пути, – поддержал Вождь.

– Тогда чего мы ждем? – спросил Чарли, отвинчивая крышку фляги.

– Мы не можем уйти и не помочь им! Эти люди погибнут! – возразила Диана. – Им нечего есть, а тех, кто в деревне, превратили в рабов! Женщин. Детей.

Стив повернулся к Диане.

– Это ничейная земля, Диана. Это означает, что никому нельзя туда заходить. Этот батальон находился здесь больше года, и они не смогли продвинуться ни на шаг, потому что с другой стороны на каждом квадратном дюйме сидит группа немцев с пулемётами. Нельзя просто взять и выйти туда. Это невозможно.

– И что? Мы ничего не сделаем?

– Нет. Мы уже делаем, – напомнил он ей. – Но мы не можем спасти всех на этой войне. Мы пришли сюда не за этим. – Его взгляд стал серьёзным.

Диана знала, чего ему стоило ожесточить сердце и продолжать свою миссию. Однако сердце амазонки никогда не окаменеет. Она создана для того, чтобы приносить гармонию миру, а не отвергать её.

Тогда Диана отвернулась от Стива, готовясь к предстоящей битве. Распустив длинные волосы, она надела на голову обод Антиопы. Под плащом на спине прятался меч, а лассо Гестии свисало с правой стороны талии.

– Нет. Я пришла сюда за этим.

Пройдя мимо изумлённых мужчин, Диана поднялась по лестнице. Наверху она сбросила плащ, обнажив доспехи из арсенальной комнаты на Темискире – малиновый нагрудник из того же металла, что и тиара; золотой пояс; короткую синюю греческую юбку; металлические щитки и гетры выше колен. Стив, Вождь, Чарли, Сэмми и солдаты глядели на женщину с удивлением и трепетом.

Чувствуя прилив сил, Диана приготовилась к действиям.

– Диана! – воскликнул Стив.

Но амазонка уже вышла на поле битвы и принялась оглядываться по сторонам. Доспехи её блестели на фоне бесцветной, ничейной земли. Принцесса Темискиры, великая защитница человечества, рвалась в бой, чтобы спасти жителей города и вернуть справедливость.

В состоянии полной готовности к бою она шла по отделяющей окопы земле – тихой, безжизненной равнине из грязи и воронок. Место было пустынно, за исключением колючей проволоки, прикреплённой к деревянным крестам. Очевидно, сооружения являлись ловушкой. Каждый шаг глубоко погружал обувь Дианы в вязкую грязь.

Со стороны немецкого окопа взорвалась резкая вспышка – первый солдат выстрелил. Диана следила за пулей, и когда та оказалась достаточно близко, амазонка отбросила её в сторону под крутым углом. Тогда за первым выстрелом последовал и второй. Но и его Диана ловко отразила браслетом.

– Как, чёрт возьми, она это сделала? – Из окопа за спиной она услышала восклицание Чарли.

Диана продолжала шагать через поле битвы, отражая всё больше и больше выстрелов. Вспышки из противоположного окопа не стихали ни на секунду и распространялись ярдов на тридцать в ширину. Немцы решили, что цель их легка, думали, что у них появился шанс убить врага. Но оказались неправы.

С каждым ударом Диана всё лучше справлялась с направленной силой. Она шла, рикошетя пули в мешки с песком. Темп её увеличился, и вскоре быстрая ходьба перешла в пробежку, а далее – в стремительный бег. На фоне грохочущих выстрелов Диана услышала крик Стива.

– Она берёт огонь на себя! Вперёд!

Пока Стив повёл остальных наверх, немцы были полны решимости уничтожить Диану. Однако Диана стремительно мчалась вперёд, грохоча отлетающими от браслетов пулями. Ничто не могло остановить её или замедлить. Амазонка бежала всё быстрее и быстрее прямо навстречу свинцовой буре.

Охваченные паникой немецкие солдаты подняли из окопа миномёт. И пока их товарищи осыпали женщину пулями, миномётчики обрушили взрывные боеголовки на бегущую фигуру.

Для всех, кто находился на поле битвы, миномётные снаряды выли высоким сопрано, однако для Дианы они стонали зловещим баритоном. Амазонка ловко отбивала их щитом, отправляя прямиком в грязь.

Она находилась в двухстах футах от немецкого окопа, когда солдаты открыли огонь из тяжёлого пулемёта. Диана отразила шквал пуль щитом и, склонив голову, принялась двигаться дальше.

За первым пулемётом последовал и второй. Диана продолжала продвигаться вперёд, но сила пуль замедлила шаг. Амазонка опустилась на колено и оглянулась, не выпуская из рук щит.

Стив и его команда бежали через поле, сокращая расстояние. Совсем скоро Стив спрыгнул в укрытие, и они с Дианой обменялись взглядами. Теперь они превратились в товарищей по оружию, защитников народа. В его груди, как и в её, билось сердце воина.

Схватив ружьё, Стив стрелял снова и снова, отбрасывая немцев от окопа. Диана слышала звон шлемов и звуки пробитой плоти и костей. Выстрелы Стива Тревора позволили ей отдышаться, но пулемёты по-прежнему осыпали щит свинцом, поэтому Диана пыталась быстрее обнаружить слабое место врага.

Чарли схватился за снайперскую винтовку, а Вождь тем временем передал Сэмми ручную гранату. Выбрав цель, Сэмми снял предохранитель и бросил гранату к пулемёту. Бросок был дальний, но идеально точный. Граната Миллса приземлилась рядом с пулемётом MG 08 справа от Дианы и ярко взорвалась, окутав солдат клубами серого дыма. От взрыва оружие немцев опрокинулось, а сами они разлетелись во всех направлениях. Воодушевлённые союзники поднялись из окопов и бросились через поле навстречу немцам.

Второй пулемёт продолжал непрерывный огонь по щиту амазонки, но тот оказался достаточно крепким. Поднявшись с колена, Диана устремилась вперёд, принимая на себя удар. В пятидесяти футах от врага она подпрыгнула высоко в воздух и перелетела через мешки с песком. Стрелок продолжал безрезультатный обстрел, но Диана заметила изумлённые и перепуганные лица солдат. И то было только начало. Приземлившись у пулемёта, амазонка щитом разбила его надвое.

– Стив, за мной! – воскликнула она.

По обе стороны союзники палили в окоп противника, и грохот стрельбы по сию пору оставался односторонним. Немцы отчаянно отступали по узкому проходу, бросая раненых товарищей, а иногда и собственное оружие.

Диана повернулась к деревне, находившейся на противоположной стороне вражеской линии, и, оставив британских солдат, устремилась сквозь косой холодный дождь и чёрную грязь прямо к Вельду. Стив, Вождь, Сэмми и Чарли помчались за ней.

Как только Диана добралась до пустой деревушки, перед ней предстали разрушенные здания с выбитыми окнами и заколоченными ставнями. Мощёные улицы были усеяны грязью и руинами: кусками каменной кладки, сорванной с фасадов; осколками стекла; обрывками дерева; гильзами.

Стоило ей шагнуть вперёд, как тут же из окон второго этажа с противоположной стороны улицы посыпался град пуль. Они пробивали дыры в кирпичных стенах и с искрами рикошетили от булыжников.

С мечом и щитом в руках Диана устремилась в сторону пальбы. Казалось, каждая вражеская пуля делала её сильнее, быстрее, проворнее. Сила неумолимо росла, как будто не было у неё пределов.

На этот раз Диана не удосужилась отбрасывать пули – она просто уворачивалась от них. Двигаясь с огромной скоростью, она опережала взрывную волну, проходила через пули и огонь, не получая ничего, кроме царапин.

Чтобы набрать скорость, Диана бросилась бежать, после подпрыгнула на десять футов в воздух, оттолкнулась от здания и влетела прямо в окно второго этажа, откуда раздавалась большая часть выстрелов. Амазонка приземлилась на корточки в комнате с деревянным полом, где засела группа вооружённых немецких солдат. Но прежде, чем те хоть что-то сообразили и подняли винтовки, она пнула тяжёлый стол, пригвоздив тем самым двух немцев к стене.

Не в силах поверить глазам, испуганные солдаты принялись стрелять. Диана увернулась от пуль, и, сами того не желая, немцы попадали в товарищей.

Один из врагов схватил винтовку и нанёс женщине удар в спину, вот только оружие разбилось вдребезги, а Диана, не раздумывая, отправила немца в окно. Амазонка двигалась с такой скоростью, что от подошв летели искры. Скользнув по полу, она опустилась на колени и стукнула солдата щитом. Мечом, кулаками и ногами она наносила удар за ударом. Выбив землю из-под ног солдата, Диана щитом отбросила его в окно, точно какой-то мяч.

Диана превратилась в вихрь, силу природы, которую невозможно обуздать. Оставшиеся в живых солдаты отступили и стремглав бросились к двери.

Услышав, как люди бежали, Диана выскочила из комнаты в узкий коридор. Немцы, которые по-прежнему кричали друг на друга, неожиданно смолкли.

Без сомнения, они готовились к следующему нападению.

Со всех ног Диана кинулась в дверь, выбила её щитом и в вихре осколков и щепок влетела в комнату. В один момент целая свора немцев набросилась на неё с ружьями.

Почему-то они никак не признавали тот факт, что преимущество оставалось за женщиной. Все они были слишком медленными, слишком слабыми. Диана, размахивая щитом влево и вправо, наносила удары в шлемы, отчего солдаты кубарем катились по полу. Они пытались поднять винтовки, но кулаками и ногами амазонка лишила их чувств. И когда она закончила, в комнате осталось лишь два человека.

На полном ходу Диана атаковала, и сила удара оказалась такой, что вместе они пролетели комнату насквозь и выпали через стекло большого окна. Диана приземлилась на кровлю внизу и помчалась прямо по крышам к центру деревушки.

Она неслась и одновременно высматривала Стива и остальных, но вместо них обнаружила бронированный танк с пушкой, который с рёвом двигался в её сторону на металлических гусеницах. Спрыгнув с высокой крыши, точно со ступеньки, Диана опустила голову и направилась к огромной машине.

И тогда танк выстрелил. Диана отразила огонь щитом, а затем схватила его, будто тот ничего не весил. Тридцать шесть тонн долетели до конца площади, после чего рассыпались на части. Теперь солдаты оказались без прикрытия.

Воспользовавшись возможностью продвинуться дальше, Стив и команда наконец-то прибыли. Они обстреляли немцев, но те, вместо того чтобы сражаться, бросились убегать к ближайшему выходу с площади. Несколько захваченных врасплох немцев попали под пули и замертво повалились наземь. Стив махнул команде, и все они последовали за врагом, стреляя прямо на ходу.

* * *

Стив отправил остальных освобождать заключённых, а сам тем временем присоединился к Диане, которую со всех сторон обстреливали немцы. Она отражала пули браслетами, уворачиваясь, крутясь, лавируя.

Пока кучка немцев стреляла в Диану из-за смятого танка, Стив достал пару гранат и бросил одну из них под боевую машину. Как только раздался взрыв, солдаты оказались в ловушке между корпусом танка и стеной здания.

Ошеломлённые взрывом воины прекратили пальбу. Те немцы, что стреляли из-за фонтана, приподнялись для лучшего обзора, но Стив в ту же секунду запустил туда вторую гранату. Прогремевший взрыв раскидал каменные осколки, которые буквально скосили оставшихся солдат.

Диана улыбнулась Стиву, и вместе они продолжили путь.

Всё больше немцев появлялись на площади, и один из них принялся подниматься к деревенской колокольне. Стив выстрелил в него, но промахнулся. В одну секунду Диана ворвалась в немецкое подкрепление, сбивая их с ног и разбрасывая как тряпичных кукол по стенам зданий и тротуарам.

Оглянувшись, Стив заметил, что немец нацелил на него винтовку. Палец уже обвился вокруг спускового крючка. Однако выстрелить он не успел – Диана вовремя подоспела на помощь. Выхватив пистолет, она размашисто врезала ему по голове, оставив в шлеме глубокую вмятину и воткнув его ноги в землю, точно колышек от палатки. Диана вытащила лассо, накинула на ногу мужчине и повалила с ног, после чего воспользовалась телом в качестве кувалды, чтобы сокрушить его товарищей.

Они сражались плечо к плечу, двигаясь согласованно, поддерживая друг друга. Диана усмиряла немцев с помощью лассо, пока Стив обеспечивал огневое прикрытие. На пряже Темискиры и в окопах нейтральной полосы они усвоили урок – нужно перенимать стратегию и тактику друг друга.

Свирепые залпы обрушились на площадь вместе с прибывшим врагом, и Диана вновь отразила пули браслетами. Стреляя, Стив заметил, что остальная часть команды подоспела на площадь. Неожиданно Диана прыгнула за спину Стива и отразила пулю, что со свистом летела ему в голову.

– Колокольня, – указал Стив, завидев снайпера на вершине башни. – Чарли? – Он кивнул товарищу, чтобы тот выстрелил.

Чарли снял предохранитель и прислонился к стене здания, вглядываясь в оптический прицел. Руки его дрожали; он не мог дышать. Пот струился по вискам. Прошло ещё несколько секунд. И ещё… Стив почувствовал на себе взгляд Сэмми. Чарли навёл прицел на силуэт немца…

Но не мог нажать на курок. Он так и застыл на месте, охваченный собственными страхами.

Оружие солдата вновь разразилось громом, и снаряд ударил по тротуару прямо перед ним. Пули полетели в Сэмми и Вождя.

И все трое замерли на местах.

– Давай, Чарли, сними его! – велел Сэмми.

– Не могу. Объектив треснул.

Когда Сэмми попытался взглянуть, Чарли закрыл прицел рукой. Конечно, это не объектив треснул… Это он сломался.

* * *

Стив вышел из укрытия, но тут же отпрянул, когда снайперская пуля просвистела над головой. С той позиции, где они стояли, возможности ответить не представлялось.

Подняв взгляд на башню, Диана измерила расстояние.

– Слишком высоко, – разочарованно сказала она.

Стив заметил крышку люка от танка и тотчас вспомнил героический прыжок Антиопы.

– За мной! – скомандовал он команде. – Прикройте меня. Когда я дам команду, поднимайте люк!

– Диана! Щит! – закричал Стив.

Четверо мужчин в одночасье подняли люк.

С разбегу Диана оттолкнулась от наклонной поверхности, с помощью мужчин взмыла в воздух и ударила прямиком в колокольню. Казалось, строение зависло на секунду, а затем обрушилась вниз в грудах кирпича, металла и стекла.

Над ней поднялся рёв. Горожане повыбирались из укрытий и собрались вместе, чтобы поддержать героическую победу и обретённую свободу. Глядя сверху на толпу, Диана заметила благоговение в глаза Стива Тревора.

Спасибо, Антиопа. Сегодняшнюю победу я посвящаю тебе.

* * *

Ликующие горожане окружили освободителей. Они пожимали Диане руку, благодарили мужчин за спасенные жизни. Один из жителей деревни, фотограф, на ломаном английском убедил освободителей Вельда сфотографироваться.

– Стойте неподвижно, – предупредил он.

Диана, Стив, Чарли, Сэмми и Вождь стояли на руинах с краю площади.

Стив посмотрел на Диану, но прежде, чем прозвучал звук вспышки, повернул голову к камере. Выражение его лица говорило о чём-то большем, чем просто восхищение.

– Благодарю вас, – сказал мужчина.

Покончив с фотографией, Диана и Сэмми отправились оценить нанесённый сражением ущерб. Амазонка оглянулась на Чарли. Голова его поникла и дрожала. Он долго возился с крышкой фляги, пока не отбросил её в сторону.

– Столько болтает о стрельбе, – сказала Диана, – но выстрелить не может.

– Не все становятся теми, кем мечтали. Я вот хотел стать актёром, а не солдатом. Цветом кожи не вышел. У каждого из нас свои битвы, Диана.

Думая над словами Сэмми, Диана заметила Вождя. Он стоял с небольшой группой бельгийцев, среди которых находилась молодая мать и дочь. Все они выглядели оборванными, лишёнными сна и голодными… но в их глазах наконец появилась надежда. Широко улыбаясь, Вождь раздавал хлеб с сыром. Вновь «контрабандист» оказался благодетелем, что тронуло Диану до глубины души. Почему-то она вспомнила первое впечатление о Сэмми и Чарли. Теперь её мнение резко изменилось.

Вокруг раздавался восторженный гул – жители деревни готовились к вечеринке. Площадь быстро привели в порядок, а на месте руин появились столы и праздничные огни.

Глава 13

Пока жители Вельда готовились к празднованию, Стив воспользовался гостиничным телефоном, чтобы доложить обстановку Этте Кенди.

– Вельд, – сообщил он месторасположение. – Крошечная деревушка. Вероятно, её даже на карте нет…

Подняв голову, Стив посмотрел на Диану и протянул трубку, чтобы она тоже могла слышать. Диана улыбнулась. Конечно же, на Темискире нет телефонов.

– Нашла! – объявила Этта с другой стороны.

– А ты нашла, где фабрика Людендорфа? – спросил её Стив.

– Пока нет, – ответила Этта, – но мы вычислили его, и она от вас в нескольких километрах – в немецком штабе.

– Немецком штабе? – переспросит Стив.

– Разведка доложила, что Людендорф устраивает званый вечер – эдакий салют перед тем, как немцы подпишут перемирие. Сам кайзер будет там. Как и доктор Мару.

Стив начал мысленно набрасывать сценарий.

– Такой вечер – идеальное прикрытие…

Неожиданно в трубке заговорил сэр Патрик:

– Капитан Тревор, ни при каких обстоятельствах даже близко не появляйтесь на этом мероприятии! Мы не можем рисковать перемирием!

Диана опустила трубку и заговорила со Стивом:

– Тебя не должно волновать перемирие! Арес всё равно его не допустит!

Стив жестом указал амазонке, чтобы та прекратила разговоры об Аресе.

И тут Диана вздрогнула. Почему же до неё раньше не доходило? Кровь амазонки горячо разливалась по жилам; сердце громко стучало в груди, требуя битвы. Добыча находилась в пределах досягаемости, и мысленно Диана увидела, как их история оживала в прекрасной книге матери. Финальная битва и долгожданная победа. Диана с мечом, и побеждённый враг у её ног.

Она всем сердцем желала, чтобы мать могла стать свидетелем её триумфа. Диана доказала бы, что сделала правильный выбор – что они обе его сделали.

Её эмоции, должно быть, были написаны на лице, потому что Стив вдруг спросил:

– Что?

– Конечно! Теперь всё сходится! Арес создал оружие, страшнее которого нет!

– Арес? Ты имеешь в виду Людендорфа?

Она посмотрела Стиву в глаза.

– Нет. Я имею в виду Ареса. Людендорф – это Арес!

Это откровение ошеломило Стива.

– Стив? – напомнил о себе сэр Патрик.

Тревор вновь обратился к телефону.

– Сэр, это последний шанс найти, где производят газ, и выяснять, как Людендорф планирует его применить.

– Я запрещаю! Слышите меня? Я запрещаю!

Диана внимательно следила за Стивом, но на этот раз она не сомневалась – он поступит верно. Однажды он уже притворился, чтобы угодить сэру Патрику, и этот раз – не станет исключением.

Конечно же, Стив сделал паузу – он тщательно взвешивал решение. А затем он сказал:

– Извините, сэр, связь плохая…

– Стив? Ты здесь? – настаивал сэр Патрик.

Стив повесил трубку. От радости Диана захотела обнять его, но вместо этого заставила себя глубоко вдохнуть. Пора готовиться к битве.

Пора добиваться мира.

* * *

В Лондоне Этта повесила трубку.

– Он прислушается к моим словам? – спросил её мнение сэр Патрик.

Этта пожала плечами.

– Думаю, нет, если честно.

* * *

Тем вечером сельские жители собрались на городской площади Вельда за столами, ломящимися от тарелок с колбасами, сыром и хлебом. Еда осталась им от немцев, либо являлась собственными скудными припасами. Хотя по меркам Темискиры трапеза ожидала быть скромной, для голодающих людей праздник оказался настоящим банкетом. Их измождённые, но спокойные лица освещались декоративными свечами, и несмотря на усталость, все они улыбались и стучали ногами в ритм музыке. Радость освобождения так и светилась в усталых глазах.

Внутри здания с табличкой «Café Bar Buvette»[5] за большим деревянным музыкальным инструментом сидел мужчина. С восторгом Диана поняла, что перед ней – пианино. Как только мужчина коснулся клавиш, воздух наполнился музыкой. Диана улыбнулась. Как же странно было владеть столькими языками, которые она никогда не слышала, и вдруг встретив носителей, сопоставлять знакомые фразы с реальной жизнью. Сколько деталей и нюансов она заметила! Всё оказалось не так, как дома. Здесь всё было жёстче, мрачнее, однако смягчалось добротой и теплом даже в разгар страшной войны.

Но когда в памяти возникло лицо матери, сердце Дианы охватила глубокая печаль.

Ты моя самая большая любовь. И самая тяжёлая скорбь.

Если бы ты видела меня, мама, я бы стала самой большой твоей гордостью. То, что мы сделали сегодня, стало возможным только благодаря тебе. Тебе и Антиопе, которая сделала из меня великого воина. Человечеству нужна помощь амазонок. Этот мир в большой опасности. Он охвачен ужасом, страхом, но эти люди… они улыбались и танцевали. На время они позабыли об опасностях и продолжили жить.

Пока Диана разглядывала толпу, пара детей принялась бегать друг за другом, визжа от восторга. Как и в Лондоне, дети очаровали её – никогда ей не доводилось видеть ребёнка и уж тем более играть.

Ты ничего не знаешь о мире людей.

Хотя Ипполита была права, она всё же позволила дочери оставить свой дом и отправиться в неизвестность. Возможно, как и Диана, она услышала шёпот ветра и волн, убеждающий в том, что это – судьба.

Стив присоединился к Диане. И всё-таки оставались другие битвы, которые ещё предстояло выиграть. Пока Арес жив, эта война… эта бесконечная война будет омывать человечество, как тёмные, грязные лондонские воды, лишь иногда выбрасывая на берег сокровища. Такие сокровища, как сегодняшний вечер.

На горизонте появился Сэмми с двумя большими кружками напитка, аромат которого напоминал летние пожелтевшие склоны Темискиры.

У себя на острове амазонки столетиями совершенствовали навыки рисования и гончарного дела. Изделия их являлись произведением искусства, впрочем, как и доспехи, мечи и щиты. В Лондоне все изделия (от одежды до кружек и жилищ) были неравновесны. Кто-то шатался по грязным улицам в лохмотьях, пока другие расхаживали в душных нарядах, которые Диана мерила у Этты. Да, на Темискире одни амазонки были выше других статусом, но сестра никогда не принижала другую сестру.

С весёлой улыбкой темнокожий мужчина в красной феске протянул кружки.

– Сэмми, давай не сейчас, – просил Стив. – Мне ещё нужно найти немецкую форму.

– Уже сделано! – заявил Сэмми.

Диана удивилась, но лицо Стива выразило явное облегчение.

– Мы всё равно до завтра ничего не сделаем, – продолжил Сэмми. – Ты сам сказал, Стив.

Стив поднёс к губам кружку. Диана тоже отпила, но яркий взрыв вкусов явно застал её врасплох. В этой медовухе мёдом и не пахло.

– Чувствуешь оттенки вкусов? – спросил Стив.

Ещё как.

Диана мысленно пролистала день. Безнадёжность, смерть, разрушения, сражение, жизнь и надежда.

Я освобожу этот мир.

– Ты справилась, – прошептал Стив, указывая на праздник, улыбки, свободу.

– Мы справились, – поправила Диана.

В ушах зазвучала песня и музыка фортепиано.

– Вы танцуете на «Райском острове»? – спросил Стив.

Диана задумалась.

– Танцуем. Но эти люди просто покачиваются.

– Ладно, раз ты планируешь биться с богом войны, я так и быть научу тебя танцевать. Без оружия.

Сняв кобуру и пистолет, Стив положил их на стол.

– Мадам, позволите? – Он протянул руку, и Диана приняла предложение.

– Что ж, если я иду на вечеринку, мне нужно научиться.

– Ты никуда не пойдёшь, – отрезал Стив.

– Конечно пойду. Почему нет? – Диана склонила голову.

– Ну, во-первых, ты не умеешь танцевать.

– Я бы сказала, это они не умеют. – Диана указала на толпу.

– Так. Дай мне руку. А я обниму тебя за талию, и мы будем… как ты это назвала? Качаться?

Диана ощутила тепло. Как только Стив обнял её за талию, по затылку амазонки пробежали мурашки. В тот день, когда Диана склонилась над ним на пляже, она была заинтригована, но при том ничего не боялась. Она и теперь не струсила, но эмоции почему-то переплелись с неосознанными ощущениями. Палитра прежней, домашней жизни не содержала цветов, плясавших в глазах Стива Тревора.

Между нами что-то изменилось… Я это чувствую.

Пока они танцевали, вокруг сверкали огни и царила всеобщая радость. Сражение, пусть и бок о бок, было совершенно иным танцем.

– Ты слишком близко.

– Так в этом вся соль.

Затем музыка изменилась, и мужской голос затянул сладостную мелодию. Лиричные напевы и нежные мотивы звучали от Чарли. Чарли! Неуравновешенному убийце…

Эти люди… со всеми горестями и нитями добра…

Арес не сумел полностью заполучить над ними контроль, а некоторые и вовсе избежали влияния. Неужели мужчина, который обнимал её, один из них?

Сэмми и Вождь присоединились к горожанам, которые толпились вокруг Чарли, улыбаясь, смеясь и воздавая хвалу небесам за жизнь и хорошую компанию. Ноты вновь поднялись, как будто стараясь задеть струны души. Рука Стива по-прежнему обвивала Диану, и вместе они танцевали.

– Чарли не пел уже много лет, – заметил Стив.

Неожиданно с неба посыпалось нечто белое, похожее на лепестки, постепенно усеивая волосы Стива. Диана протянула ладонь, поймала несколько, понюхала. Нет, это не лепестки. Лепестки не превращаются в капли воды…

– Это снег. Снег пошёл! Потрогай!

Слово Диане было знакомо, но воочию она никогда его не видела. От радости амазонка звонко засмеялась.

– Это волшебство!

– Да, верно, – согласился Стив, задрав голову.

Они продолжали танцевать. Снег продолжал падать. Дети, песни, надежды…

– Так люди проводят время, когда нет войны? – прошептала Диана.

– Да. Так, и ещё по-всякому, – сказал на ухо Стив.

– Например?

Он взял паузу.

– Ну, я не знаю. Завтракают…

– Что ещё?

– Читают газеты. Ходят на работу. – Стив снова смолк. – Женятся, заводят детей, живут вместе до старости…

– На что это похоже? – Окружённая теплом Стива, Диана наблюдала за падающим снегом, который таял на плече его пальто.

– Понятия не имею.

Стив притянул её ближе, и Диана заглянула ему в глаза. Грудь амазонки сжалась, и тогда она поняла, что между ними существовал иной танец.

* * *

Под мягким снегопадом они отправились обратно в таверну, где поднялись по изношенной, скрипучей лестнице. Стив открыл дверь, и Диана прошла в комнату. В очаге ярко полыхал огонь. Стив потянулся к дверной ручке, чтобы уйти, но вдруг остановился.

Диана не сводила с него выжидающего взгляда. Она приглашала его.

Закрыв дверь, Стив повернулся к Диане. Огонь озарял её лицо, волосы, глаза. Как же она прекрасна… Протянув руку, амазонка погладила пальцами мокрые волосы Стива, и внезапно притянула к себе, одарив совершенным, нежным поцелуем. Принцесса амазонок. Воительница. Чемпион. Всё это потеряло смысл. Теперь жизнь обрела иное значение, которое заключалось в любви и доброте. Они не станут ждать окончания страшной войны. Они воспользуются моментом здесь и сейчас.

Они заключили негласный договор.

Глава 14

Наступил новый день. Иней посеребрил сосны, а небо залилось алым заревом. Воронки, оставленные в душах людей горем и тоской, заполнились новым счастьем.

Своенравный Чарли в шотландской кепке, обходительный Сэмми в феске и терпеливый, невозмутимый Вождь в одежде коренных американцев слонялись без дела возле рощи. Диана тоже приблизилась и в знак приветствия улыбнулась. Стив был одет в немецкую форму, и та была ему очень к лицу. От его великолепия в жилах амазонки бурлила кровь. Диана заметила пяток лошадей, по одной кобыле на каждого всадника. Выглядели скакуны прекрасно, пусть и не казались такими крепкими, как на Темискире.

– Жители отдали их нам, – сообщил Сэмми.

– Щедрый подарок, – отозвался Вождь.

– Они называют нас героями! – гордо заявил Сэмми.

Диана понимала, что воины Стива пришли на фронт не за славой, а за гонораром или, быть может, за приключениями, однако на поле боя все они проявили истинный героизм.

– Они правы, – согласилась Диана.

Сила её убеждения превратила желаемое в действительность. Все они удивились словам, и даже Чарли в ответ улыбнулся, пусть его улыбка и выглядела натужной.

– Слушайте, друзья, – неуверенно начал Стив, – я сказал, что работа на два дня, и я слово держу…

– Ты без нас пропадёшь! – усмехнулся Вождь.

– Конечно, – согласился Сэмми. – Диана о себе позаботится, а вот на твой счёт я не уверен.

Стив насупился от добрых насмешек.

– Деньги кончились.

– Нам хорошо заплатили. – Сэмми похлопал лошадь.

Вождь одобрительно кивнул, однако Чарли терзался сомнениями. Он выглядел неуверенным, подобно молодым парням в грязных окопах ничейной земли. И мучило его не отсутствие мужества, а отсутствие веры в себя. Эта война слишком разнилась с древнегреческими войнами, которые изучала Диана – с честными войнами, имеющими чёткий кодекс поведения. Так было вплоть до Пелопоннесской войны, когда под покровительством Ареса спартанцы перешли границы дозволенного. Пелопоннесская война походила на нынешнюю враждой ужасающим оружием, постоянной сменой союзников, жестокостью по отношению к гражданам и полным уничтожением земли. Эта война не принесла доблести воинам, но наделила мир беспрестанными кошмарами.

– Без меня вы обойдётесь, ведь правда? – спросил Чарли.

Диана одарила его доброй улыбкой, желая, чтобы дух солдата воспрянул.

– Нет, Чарли, кто же нам будет петь?

– О, боже! Только не это! – проворчал Сэмми.

* * *

Чарли настолько воодушевился, что с песней на устах покинул благодарную деревню вместе с товарищами. Он пел громко, усердно, точно гордая вакханка[6]. Их группа двигалась вперёд под испепеляющим солнцем, чтобы положить конец войне и насилию.

И пока Диана осторожно подгоняла свою лошадь, она не переставала восторгаться удивительной добротой, которую продолжала открывать в закалённых боями мужчинах.

* * *

Стоило Диане попасть в поле зрения Стива, как он тотчас потерял нить разговора. Амазонка чуть отстала, разглядывая по дороге могучие дубы, и у Стива Тревора от этого зрелища перехватило дыхание. Война должна закончиться; они просто обязаны её пережить. Всем сердцем Стив мечтал показать Диане тот добрый, хороший мир, за который боролся – мир, который сам почти забыл.

– Думаешь, я вчера родился? – воскликнул Чарли.

Опешив, Стив вернулся к разговору. Чарли как раз отреагировал на историю о «Фоккере» и его появлении из-за защитного барьера вокруг Темискиры. Он рассказывал, как Диана пришла ему на помощь, и почему оставила свой дом.

– Звучит безумно, – согласился Стив, – но всё это правда.

– Погоди-погоди, – нетерпеливо вмешался Сэмми, – целый остров женщин, таких как она? И ни одного мужика? – От своих же слов он чуть не пустил слюну. – Как туда попасть?

Стив в ответ улыбнулся.

– И она уверена, что Людендорф – это Арес? Бог войны? – Сэмми вскинул бровь.

– И лишь убив его можно прекратить войну? – добавил Чарли.

Сэмми обернулся, чтобы взглянуть на Диану, после чего пожал плечами.

– Ты видел, как она бежала навстречу пулям? Как разнесла колокольню? Может, всё это правда.

Вождь задумчиво кивнул.

– Стив, ты же не веришь в эту чепуху? – Чарли покачал головой.

Конечно, он видел, как Диана боролась, кружила, точно торнадо. Она выполняла такие трюки, которые по человеческим меркам просто невозможны. Слова правды сами лились из его уст, когда грудь обвивало лассо Гестии. Да, он побывал в стране амазонок, и в том сомнений не было. Однако он также видел, как ядовитый газ растворял кожу и металл. В его мире имелись машины и самолёты, электричество и вакцина от бешенства и оспы. Для таких людей, как Диана, это – волшебство, но то волшебство – не божья заслуга, а результат упорного человеческого труда. Возможно, в водах Темискиры находилось нечто, что придавало женщинам дополнительные силы. Например, лассо Гестии вполне можно было сделать из волокна с сывороткой правды…

Да…

Нет. Это смешно. Диана обладала гораздо большей силой, и силу ту нельзя назвать «дополнительной». Однако теперь, глядя на недоверие друзей, уверенность постепенно исчезала. Они толковали о древнегреческом боге войны. По мнению Стива, Людендорф являлся настоящим воплощением дьявола. Он и безжалостная доктор Мару, которая уничтожила собственную красоту ради чёрных помыслов. Но разве можно назвать Людендорфа богом?

Стив глядел на Диану, которая постепенно нагоняла друзей. Он в неё верил. В любом случае, интересы их совпадали: Людендорфа и Мару нужно остановить. Безусловно, смерь негодяев не покончила бы с войной, но мир стал бы чуточку лучше, а перемирие – чуть ближе. Для Стива этого достаточно. А для Дианы?

Я бы сделал всё возможное, лишь бы она получила желаемое…

Лошадь Стива фыркнула, когда Диана приблизилась.

И группа продолжила путь, продвигаясь всё глубже в лес.

* * *

Миновало несколько часов однообразного лошадиного цоканья. Шли они мимо огромных дубов средь пения жаворонков, и ни единое дуновение ветерка не потревожило их путь. Люди Стива молчали – даже Чарли – и Тревор знал, что они мысленно готовились к предстоящему шагу.

Вскоре они достигли места, где должен был состояться приём.

Сквозь древние стволы Стив разглядывал стены замка, смутно напоминающего крепостную штаб-квартиру немецкого верховного командования в Берлине. Берлин будто застыл во льду, и люди его от страха не смели показываться на улицах. Зловещее предзнаменование, не сулящее ничего хорошего человечеству, в случае победы Германии. Стив смешался с немцами, проник в наивысшие круги и украл военные тайны. Его немецкий был превосходен, поэтому попасть внутрь проблем не составило. Другим шпионам не так повезло…

Стив остановился и через бинокль внимательно рассмотрел внушительное здание. Мимо охранников двигался караван лимузинов. Мужчины в форме и гражданские лица в парадной одежде приехали отпраздновать перемирие. Вмешаются ли Людендорф и Мару в торжество? Продолжая разведку, Стив наметил дюжину возможных сценариев, но во всех случаях ему предстояло оставаться сосредоточенным и спокойным. Когда Стив упал в воды Темискиры, он думал лишь о незаконченном деле – о блокноте доктора Мару, который любой ценной нужно было доставить в Лондон. Однако теперь, с появлением в его жизни Дианы, всё обретало другой смысл. Судьба, которую он хотел разделить вместе с ней.

Хватит.

Здесь будет находиться оперативная база; здесь они встретятся, если разделятся. Ещё бы знать, как выполнить поставленную задачу…

Мужчины низко присели, разглядывая здание сквозь ветви деревья. Диана тем временем стояла на виду.

– Диана. Диана! Спрячься!

Незамедлительно амазонка бросилась в тень.

– Ну и как же нам туда проникнуть? – спросил Стив товарищей.

– Через ворота, – ответил Вождь.

Чарли усмехнулся.

– Через ворота. Это, наверное, древняя племенная мудрость? Ну и дела! Вот так идея, Вождь! Спасибо, иначе бы не догадались!

Без лишних слов Вождь исчез в тёмном лесу, чтобы лучше оценить обстановку. Чарли и Стив подняли бинокли, и тогда Стив увидел, что заинтересовало шотландца: у ворот стояли несколько стражников, но только один охранял вход.

– Я только двоих вижу. Можно попробовать пройти.

Стив нахмурился.

– Да, и они будут рады мне, когда я пешочком выйду из кустов.

– Я могу пройти, – заявила Диана после долгой паузы.

– Даже не думай. Слишком опасно. – Стив заметно напрягся.

– Слишком опасно? – повторила она, будто он шутил.

– Да. Слишком опасно, – решительно ответил Стив. – Ты слишком заметная.

Вот эта причина более справедлива. Диана без труда могла снести целый замок.

– Я пойду сам и выясню, где они производят газ, а ещё лучше – где хранят.

– Тогда я пойду с тобой, – объявила Диана.

Ну что за упрямица!

Стив указал на амазонские доспехи, тиару на голове, браслеты и сапоги.

– Нет. Ты в такой одежде привлечёшь внимание.

– Она в любой одежде его привлечёт, – заметил Сэмми, но Чарли единственный засмеялся над шуткой.

Стив должен был убедиться, что Диана поняла его. Что не станет предпринимать поспешных шагов.

– Мы не можем тебя пустить. Я всё разведаю, затем вернусь…

Диана вспыхнула от гнева:

– Но пока он жив…

– Нельзя вот так прийти в немецкий штаб и кого-то убить! Поверь мне, Диана. – Он практически умолял, хоть к такому и не привык.

Её аргументация казалась самоубийственной: убьёшь Ареса – Людендорфа – и все вокруг бросятся друг к другу в объятия. Скорее всего, случится иное: расстрел всей команды. Пуля – верная смерть даже для амазонок, и Стив стал свидетелем этого на Темискире.

Как только Диана собралась возразить, в их сторону направился открытый лимузин Роллс-Ройс. Это был блестящий чёрный красавец, и хотя Вождь прекрасно выглядел на водительском сиденье, в своём наряде (куполообразная шляпа, колье из бисера, кожаный жилет с бахромой) точно не походил на шофёра. Вождь затормозил и уставился на Стива.

– Где он его достал? – удивлённо спросил Стив.

– Там их полно, – ответил Вождь.

Сэмми заёрзал.

– Можно мне порулить? Пожалуйста! Дайте мне порулить! Я буду твоим шофёром!

Стив улыбнулся – начало положено. Вождь выбрался из лимузина, и Сэмми занял его место. Темнокожий воин оказался идеальным вариантом и даже правдоподобным. С его лицом и владением языками он мог легко сойти за турка или арабо-немецкого союзника.

Стив взглянул на Диану, мысленно призывая её быть послушной и не натворить глупостей, а затем проскользнул на заднее сиденье. Сэмми выжал педаль, и машина направилась к замку. Поездка прошла гладко. Стив, вновь обратив внимание на поток невинных людей, думая о том, что они здесь ради них.

Доехав до дороги, Сэмми свернул на окружённую деревьями длинную тропу и встал в очередь за лимузинами. Охранник у ворот не спешил проверять документы.

Адреналин так и бурлил в жилах Стива.

* * *

Чарли стоял рядом с Вождём, молча наблюдая, как Сэмми присоединился к веренице роскошных автомобилей. В военное время моторизованные транспортные средства были недоступны для людей низкого социального статуса, и хороший подержанный велосипед был просто за счастье.

Чарли был благодарен Диане за то, что она поддержала его и уговорила остаться. Алкоголь и ночные кошмары пока не прекращались, но уже прошлой ночью он спал лучше, чем последние несколько лет. Было здорово вновь оказаться с ребятами, работать в команде ради достойного дела. Ведь нет ничего более достойного, чем свобода.

– Нужно изучить местность на случай поспешного отступления, – сказал Чарли.

Вождь кивнул.

– Что думаешь, Диана?

Ответа не последовало, и оба они повернулись.

– О-о-о, – пробормотал Чарли, чувствуя прилив страха.

Это уж слишком для командной работы.

Чёртовой амазонки нигде не было видно.

* * *

Занавес поднимается…

Стив с тревогой жевал трубку, которую, несмотря на весь хаос последних дней, до сих пор носил среди вещей.

Не впервой он использовал трубку для маскировки. Сидя на заднем сиденье, он смотрел на завёрнутый в полотенце затылок Сэмми. Обходиться имеющимися ресурсами – неотъемлемая задача шпионской игры, и мечта Сэмми стать актёром пригодилась уже не раз. Стив тоже выполнял, казалось бы, элементарную, но отнюдь не лёгкую задачу – ему следовало сидеть и быть начеку, изображая безразличие. Поэтому он отлично понимал стремление Дианы что-то делать.

Пока они медленно приближались к воротам, Стив осмотрелся. Старые деревья, что возвышались над дорогой, напомнили ему о Вашингтоне. Замок выглядел так, будто стоял там с древних времён, а остроконечными крышами и высокими башнями напоминал сказочные крепости. Поднимающиеся по парадной лестнице женщины вполне могли сойти за моделей из парижских журналов мод. Немецкая элита жаждала мира, как и крестьяне из Вельда, хотя и явно по иным причинам. Бедные хотели выжить; богатые – получить прибыль.

Лимузин продвинулся ещё на один дюйм. Потом ещё, и вскоре они оказались в пределах досягаемости контрольно-пропускного пункта. Стив старательно боролся с навязчивым желанием барабанить пальцами по колену.

И вдруг Сэмми прочистил горло и с тревогой пробормотал:

– Стив, тут по пригласительным…

Конечно же, когда впередиидущая машина подъехала к воротам, со стороны водителя протянулась рука в перчатке и продемонстрировала клочок бумаги. Охранник принял приглашение и долго разглядывал, проверяя водяной знак. Вскоре он вернул бумагу водителю.

Шпионский мозг Стива начал обдумывать решение.

Если найти лист бумаги, набросать на нём текст и намочить… может, они не станут внимательно разглядывать?

Однако для данной манипуляции не хватало нескольких вещей: бумаги, воды, ручки и времени. Может, покинуть очередь? Нет. Здесь негде развернуться, да и выглядело бы это крайне подозрительно.

Ладно, пришло время переходить к шумихе.

– Не бойся. Импровизируй, и всё получится, – заверил Стива Сэмми.

Выбора не оставалось, кроме как подъехать к воротам. Один из охранников тотчас протянул руку. Сэмми сжал её обеими руками и крепко пожал.

– Здравствуй, дорогой! Да будут благословенны дни твои и ночи…

– Где твои мозги? – прорычал Стив. – Покажи пригласительный, идиот!

Сэмми поклонился и поцеловал рук немцу. Удивлённый охранник тотчас попытался вырвать руку.

– Я виноват! Я так виноват! Я приношу тысячу извинений, мой господин. Я совершил ужасную, просто непростительную ошибку. Я потерял пригласительный.

Глянув на часы, Стив заорал на идеальном немецком:

– Что? Мы проехали весь этот путь по грязи и под дождём, чтобы ты потерял пригласительный?!

– Я вонючий клоп! – завопил Сэмми. – Нет, даже не клоп! Я помёт клопа!

Шумиха удалась на славу. Сбитые с толку охранники решили не устраивать сцен, поскольку стало очевидно, что эти двое – хозяин и слуга.

– Благослови нас боже! – с улыбкой на устах заверещал Сэмми.

Стив улыбнулся в ответ, но стоило им продолжить путь, радость померкла – Тревор заметил отряд немецких солдат, расставляющих стулья возле замка, будто для предстоящего парада.

Что это?

От волнения затылок покрылся мурашками.

Сэмми и Стив доехали до входа, и Сэмми продолжил игру в шофёра, выпрыгнув из лимузина, чтобы открыть Стиву дверь. Затем он кивнул и низко поклонился.

Стив вскинул бровь, на что Сэмми ухмыльнулся, сложил ладони и снова поклонился. Затем он принялся кланяться и благословлять бесконечную чреду прибывающих немцев, которые отворачивались от него с явным отвращением. Глядя на неудачную игру принца Кашемира, Стив сверкнул улыбкой, нацепил «маску» и отправился на вечеринку.

* * *

Прячась за деревьями, Диана искала решение.

Как же попасть внутрь?

И тогда, совсем неожиданно, ей на глаза попалась гостья в ярком синем платье, стремительно шагающая к входу в замок. Диана как будто растворилась среди деревьев, и когда женщина подобралась ближе, амазонка вышла из укрытия и преградила ей путь. От неожиданности та застыла, но вскоре глаза её расширились, а брови приподнялись – она обратила внимание на длинный плащ, наголенники и сапоги.

– Кем ты нарядилась? – надменно спросила она.

Не обращая внимания на вопрос, Диана подошла ближе, бросив на женщину оценивающий взгляд.

По росту подходит.

Одним глазом она следила за целью, другим – за свидетелями. Когда женщина попыталась пройти, Диана преградила дорогу.

– Что ты делаешь? – прорычала гостья.

Негодование было прервано быстрым и сильным ударом в горло. Женщина, громко выдохнув, закатила глаза.

Диана положила её на спину и быстро раздела, ловко расстегнув молнию и пуговицы. Непонятные женские наряды более не смущали. Диана вдруг вспомнила визит в Селфриджес и доброту Этты Кенди. Если в один прекрасный день по миру пойдут сказания о приключениях амазонки в мире людей, они должны включить Этту, которая была по-своему храброй.

Тёмно-синее длинное платье идеально скрывало доспехи. Увидев, что женщины высоко заплетали волосы, Диана вытащила из волос шпильки с драгоценностями и принялась создавать изысканный пучок. В детстве она часами играла с волосами матери, заплетая и расплетая их, пока Ипполита пела колыбельные или пересказывала старую историю о том, как она вылепила Диану из глины и умоляла Зевса вдохнуть в неё жизнь. Ей понадобилось немного времени, чтобы добиться идеальной прически. Длинное платье спрятало сапоги, а браслеты прекрасно поместились в складках ткани.

Забрав приглашение, Диана закутала женщину в плащ. «Убийцу богов» она просунула за спину, справедливо полагая, что декоративная рукоять сойдёт за часть наряда.

Она потренировалась вытаскивать меч, чтобы нанести неожиданный, смертельный удар. Её кровь кипела в жилах. «Убийца богов» ожил в руке. Она рождена, чтобы владеть им.

Поместив меч между лопатками, Диана обошла переднюю часть замка. С высоко поднятым подбородком она поднялась по каменной лестнице и с замершим сердцем вручила приглашение. Как только Диана зашла, все головы повернулись в её сторону – яркое синее платье выделалось на фоне других. Хотя Диана улыбнулась глазами, демонстрируя спокойствие и лёгкость, в груди билось сердце воина. Каждый скользящий шаг являлся плавным, точным движением львицы, что охотилась на добычу.

* * *

Пусть глазеют.

Доктор Мару наблюдала за красивыми женщинами, которые кружили вокруг спутников-мужчин, словно избалованные персидские кошки. Жизненная цель учёной не состояла в том, чтобы ослеплять чем-то поверхностным и мимолётным, вроде физической красоты. Ей предстояло завоевать сердца с помощью научных исследований, и сегодня её работа станет наградой за все страдания. Она лишилась красоты в лабораторном эксперименте, и под шрамами сохранилась память о жгучей боли. Её стремление преуспеть в мужской сфере деятельности подарило смысл жить дальше, смысл добиваться успехов. Пусть эти пустышки сверкают в драгоценностях и шелках, купленных мужчинами. Она же получит медали и похвалы Верховного командования.

Сегодня вечером они с генералом Людендорфом докажут кайзеру, что вопреки желаниям фон Гинденбурга он не должен договариваться о перемирии. Мир – не для немцев, и сегодня её оружие изменит ход истории. За своё достижение она заплатит любую цену.

Глава 15

Доктор Мару наблюдала за гостями, многие из которых сгорали от волнения перед предстоящей встречей с кайзером. Однако, стоило им обратить взоры на любимицу Людендорфа, трепет их в одночасье сменялся ужасом. Ей же хотелось вернуться в лабораторию, дважды всё проверить и убедиться в полной готовности – чтобы тела отравленных газом людей испустили дух.

Несколько человек полюбопытствовали о времени приезда фон Гинденбурга – праздник в честь перемирия не мог состояться без его персоны.

Поскольку Людендорф мудро избавился от генерала и его коллег-слабаков, доктор Мару заблаговременно подготовила ответ: каждый раз она пожимала плечами, сообщая, что нет причины для беспокойства. Она уверяла гостей, что фон Гинденбург опаздывал и скоро должен прибыть. Очень скоро.

Однако ответ этот не мог вечно сдерживать панику. Даже кайзер начал беспокойно переминаться с ноги на ногу и оглядываться на толпу в поисках знакомого лица. Всё больше и больше гостей поглядывали на часы и начинали роптать.

В следующий раз, явившись вместе с Людендорфом, доктор Мару сказала:

– Они начинают спрашивать, где фон Гинденбург и остальные.

– Скоро это не будет иметь значения, – ответил генерал, глядя мимо учёной.

Верно, но мероприятие затянулось, и доктор Мару начала терять самообладание. Всё должно было пройти без нареканий. Одно дело – устроить эксперимент в лаборатории, но совершенно другое – провести настоящее испытание своего детища. И если что-то пойдёт не так…

Нет причин для беспокойства. Я всё протестировала, и траектория точно откалибрована. Дальше дело за газом.

От люстр и свечей струилось сияние. Сколько же блеска и шика было вокруг: мужчины в униформе и парадной одежде танцевали с дамами, одетыми по последнему писку моды. Они болтали, смеялись, пробовали бельгийские деликатесы, включая шоколад. Но у доктора Мару не было времени, чтобы хотя бы уложить волосы и найти более приличное платье.

В попытке успокоиться доктор подошла к камину и принялась глядеть на пламя.

* * *

Сейчас или никогда.

Схватив с подноса официанта два бокала шампанского, Стив приблизился к женщине, которую всегда считал безумной. А как ещё объяснить, почему она так радовалась боли, которую нанесла своим жертвам?

– Извините, – обратился Стив к доктору Мару, которая казалась отрешенно следящей за танцующими языками пламенем.

Стив поднял бокалы, начав тем самым игру.

– Я не пью. – Учёная нахмурила лоб. – Мы знакомы?

Стив шёл на риск – если Мару узнает его, то проблем не миновать. Перед глазами вспыхнул образ Дианы. Нет, она не стала бы довольствоваться шпионажем, а перешла прямо к действию – напала на Людендорфа, не думая о последствиях. Стив сделал правильно… Но что, если доктор Мару узнает в нём того шпиона, который украл блокнот из лаборатории?

– Нет, но я наблюдал за вами, – добродушно ответил Стив, разглядывая чудовищную женщину. Он сосредоточился на глазах и не смотрел на жуткие пластины телесного цвета. – Вернее, за вашей карьерой. Вы ведь доктор Изабель Мару, самый талантливый химик немецкой армии. Я ваш поклонник.

Ненадолго он посмотрел на Людендорфа, и она поймала его взгляд.

– Надеюсь, я не слишком навязчив. Знаю, что вы и генерал Людендорф весьма близки.

Спина женщины заметно напряглась, а непокрытая пластинами сторона рта превратилась в тонкую линию.

– Мы давно работаем вместе.

Это был сигнал, что пора включать обаяние, поэтому Стив кокетливо улыбнулся.

– Но в содружестве с человеком вроде меня вы бы достигли большего…

Слова его не принесли результата. На обнажённой щеке не появилось румянца, а глаза ничем не выразили интереса.

– И кто вы? – настороженно спросила Мару.

Стив понял, что стандартные правила соблазнения здесь неуместны. Учёная знала, что не обладала ни красотой, ни очарованием. Комплименты стоило направить в другое русло…

– Тот, кто способен оценить ваш гениальный ум по заслугам, – ответил он.

Доктор Мару уставилась на пламя. Вот оно. Лёгкая улыбка сверкнула на подвижной половине рта. Конечно! Нужно сосредоточиться на интеллекте!

– Люблю огонь, а вы? – шутливо спросил Стив. – Он словно живое воплощение энтропии. Совершенное орудие уничтожения, которое напоминает нам, что в конце всё обращается в пепел. Есть в этом что-то утешительное.

Судя по её реакции, речь произвела должный эффект. Она повернулась и вновь посмотрела в его глаза. Стив старательно изображал доброту и сексуальность, хотя ему и казалось, что перед ним стояла кобра, а не женщина. Зная, на что способна Мару, было трудно не вздрагивать при её малейшем движении.

– Я читаю это в ваших глазах, – добавил Стив.

Что говорили британцы? Отдал пенс, придётся отдать и фунт…

Доктор Мару купилась. Чтобы по достоинству оценить её ум, мужчина сам должен быть умным. Вероятно, теперь он сможет разговорить её?

– Может, покажите, над чем вы работаете? Слышал, это нечто выдающееся.

Она уже почти заговорила! Наконец-то!

Но вдруг… краем глаза…

О. Мой. Бог.

Стив перестал дышать. Время точно остановилось. На лестнице, в тёмно-синем платье и с высоко поднятой головой стояла Диана. Собранные в пучок чёрные волосы обнажали статную шею.

Нет, нет…

Амазонка повернула голову, и в глазах её Стив увидел тот хищный взгляд, который никому не известен…

Никому, кроме него.

Стив заметил и доспехи, и рукоять «Убийцы богов», находчиво вставленного между лопатками. Диана намеревалась убить Людендорфа здесь и сейчас, но если она рискнёт, ничто не помешает немцам воспользоваться новым оружием. Её действия станут своеобразной командой для начала испытания газа.

Мару уже собиралась рассказать всё необходимое, и, заполучив детали, они смогли бы запустить собственную секретную операцию. Нельзя действовать открыто, как намеревалась Диана.

– Я благодарю за ваш интерес к моим трудам, – продолжила Мару, – но я предана генералу Людендорфу. Кроме того, вы уже сосредоточились на чём-то ещё. – Она резко рассмеялась, и Стив понял, что учёная упрекнула его за внимание к Диане.

Диана посмотрела прямо на Людендорфа, и взгляды их встретились. Стив заметил, как пристально она изучала его; видел вспышку максимально сконцентрированных эмоций. Неужели она до сих пор уверена, что Людендорф – Арес? Может, она сдержится и не поставит миссию под угрозу?

Что она собралась делать?

* * *

Диана направлялась к своей судьбе. Каждый шаг эхом отзывался в голове. Она слышала собственное сердцебиение и, как ни странно, тиканье часов Стива. Что если она ошиблась, и Людендорф – не Арес? Издали генерал слишком напоминал человека. Она напрягла всю своё чутьё и взглянула на него глазами воина. Разве она не должна что-то уловить? Скажем, глубину его силы? Как ощутить присутствие бога? Бога, который убил всех богов?

Ничего не чувствую.

А он? Знал ли он, кто она? Знал ли, что она – заклятый враг, амазонка, которая пришла, чтобы принести мир человечеству?

Сердце в груди неистово билось. Теперь всё зависело только от неё. Хитрость всегда являлась её сильной стороной, а способность побеждать – даром. Диана уже чувствовала, как «Убийца богов» прыгнет ей в руку, и она нанесёт меткий удар. И тогда страданиям мира наступит конец. Злое проклятье навеки разрушится.

Если, конечно, Диана не ошиблась.

Диана уже приготовилась напасть, как вдруг Людендорф обнял её и принялся качаться.

Танцевать.

С ней!

Голодный взгляд… Высокомерие… Диана изучала Людендорфа в поисках доказательств. Запертая в его объятиях, она больше не могла добраться до меча. Такого поворота Диана не ожидала. На долю секунды она задумалась. Слышал ли он её сердцебиение? Пока лезвие «Убийцы богов» прижималось к позвоночнику, Диана молча благодарила Стива за то, что научил её танцевать. Теперь она могла принимать участие в этом маскараде. Она сосредоточилась на Людендорфе, пока гости вечеринки кружили мимо сверкающих канделябров, драгоценных камней, масляных картин и великолепных статуй. Генерал выглядел величественно и среди всего великолепия явно находился в своей тарелке.

– Вам нравится здесь? – спросил Людендорф.

Глаза Дианы слегка сузились.

– Я, признаться, никак не пойму, что мы празднуем.

– Победу Германии, конечно, – ответил он с явным удовольствием.

– Победу? – повторила она. – Но ведь вот-вот заключат мир?

Людендорф улыбнулся.

– Мир – короткое перемирие в бесконечной войне.

Известная цитата, от которой сердце перевернулось в груди – Диана поняла, о чём шла речь, и чьи слова он цитировал.

– Слова Фукидида[7], – заметила она, вспоминая литературные труды греческого генерала, который писал о долгой и ужасной войне между спартанцами и греками.

Мнемозина, последняя наставница Дианы, заставляла запоминать длинные отрывки из его работ. Она утверждала, что Фукидид был одним из фаворитов Ипполиты – и тем самым она имела в виду и работу и самого генерала.

– О, вы читали древних греков, – восхитился он. – Они знали, что война – это бог. Бог, требующий человеческих жертв.

Её пульс участился. Разве кто-нибудь кроме Ареса мог сказать подобное? Диана старалась сохранять самообладание. Танцевать. Выжидать подходящий момент.

– А взамен война даёт человеку цель, смысл, – продолжил Людендорф. – Шанс превзойти жалкую, смертную личность и стать благородным, храбрым, лучшим.

Генерал поднял подбородок, и глаза его заблестели. Он верил в то, что говорил.

Теперь сомнений не оставалось. Это Арес. Диану охватило странное ощущение. Она поняла, что рождена для этого – взять меч и покончить с ним. И ни человеку, ни богу она не позволит встать на своём пути.

Диана осознала, что Людендорф ждал ответ. Её нервные окончания искрились; кровь безудержно кипела.

– Лишь один из множества богов верил в это, и он ошибся, – ответила Диана.

Амазонка отчаянно хотела схватиться за меч, но генерал по-прежнему держал руку на талии. Как только он отпустит её, сбежать ему уже не удастся.

– Вы ничего не знаете о богах, – сказал Людендорф, глубоко вздохнув.

В тот момент рога статуи оказались прямо над ним, будто выросли из головы Людендорфа. Он напоминал того Ареса на триптихе матери, злобно глядящего на человеческую расу.

Это он. Я в руках у Ареса. Я в нескольких дюймах от его сердца, и у меня есть «Убийца богов». Время пришло.

Но в ту же секунду к ним приблизился солдат и упрямо встал рядом, лишив возможности нанести удар.

– Генерал? – обратился мужчина.

Людендорф оглянулся и посмотрел на часы. Отпустив Диану, он отступил на шаг, чтобы посовещаться.

– Наслаждайтесь фейерверком! – повернувшись к Диане, сказала Людендорф.

Пора.

Крики богов и амазонок эхом отозвались в сердце, когда Диана потянулась за спину, чтобы выхватить меч.

Но прежде чем она успела коснуться рукояти, между ней и генералом встал Стив. Он отвёл её в сторону, взял за руку, повернул к себе и начал танцевать, как до этого танцевал Людендорф.

– Что ты делаешь? Прочь с дороги! – потребовала Диана.

Их танец скорее походил на борьбу.

– Диана, посмотри на меня. Если ты убьешь Людендорфа до того, как мы найдём газ, мы уже ничего не сможем остановить.

Неужели он так и не понял?

– Это не имеет значения! – воскликнула она, подчёркивая каждый слог. – Я остановлю Ареса!

– А вдруг ты ошиблась? Что, если Ареса не существует?

Диана пристально посмотрела на Стива.

– Ты мне не веришь.

После всего, что он видел, после всего, что она сделала, он ей не верил? Он лгал и водил её за нос?

Но зачем? Чтобы сбежать с острова и вернуться в этот залитый кровью мир?

Неважно. Он послужил ей посланником, призвав к судьбе. Арес существовал, и он находился здесь.

Но всё же, сердце разрывалось от боли, потому что в этом странном мире Диана осталась одна. Миссия её отличалась от миссии Стива.

Стив Тревор заглянул ей в глаза.

– Я не дам тебе это сделать.

– Что мне делать – не тебе решать, – отрезала Диана.

Стив крепко схватил её, будто оспаривая сей факт, но амазонка оттолкнула его кончиками пальцев, приложив к тому малейшее усилие. Не обращая внимания на Стива, Диана оглянулась на Людендорфа.

Но того уже нигде не было видно.

Он ушёл!

Диана бросилась бежать.

Осознав, что происходит, Стив последовал за ней, и вместе они вырвались наружу через открытую дверь.

Вот он!

Стив догнал Диану на каменном мосту. Людендорф тем временем исчез в башне, что возвышалась справа от них. Диана и Стив последовали за ним, но вдруг, к всеобщему удивлению, раздался свист. Они подняли глаза на вершину башни, откуда вырвался снаряд, похожий на падающую звезду. Огненные стрелы? Нет. Ни одна стрела не оставит след пламени на своём пути.

– Газ, – прохрипел Стив.

Они стояли плечом к плечу, наблюдая за ракетой. Рассчитав траекторию полёта, к своему ужасу Диана поняла, куда она упадёт.

– Деревня!

Вельд… Люди, которых они спасли…

Они бросились через мост мимо зевак, которые пришли поглазеть на шоу. Несколько удивлённых гостей обратились в их сторону, решив, что немецкий офицер, перебрав шампанского, преследует красивую женщину.

Среди деревьев Стив потерял Диану. Она бросилась вперёд, вскочила на лошадь и галопом устремилась прочь.

Пока Диана летела к деревне, смертоносная ракета развернулась…

И исчезла за горизонтом…

Глава 16

Свистящий звук заставил Сэмми бросить болтовню с шофёрами и поднять глаза к небу. Тотчас из его уст на пяти языках посыпались проклятия. Он знал этот звук так же хорошо, как голос своей матери. Ракета. И, судя по тому, кто её выпустил, Сэмми было прекрасно известно, что находилось внутри. Он бросился искать Стива, но того и след простыл. Конечно, Сэмми переживал за их лидера, но больше беспокоился за тех, кому предназначалась ракета.

План «Б» всегда состоял в том, чтобы встретиться на первоначальном месте сбора, в данном случае – в лесу. Сэмми знал, что пора уходить.

Запрыгнув в лимузин, он даже не привлёк внимание – все глаза были прикованы к небу, они неотступно следили за проносящейся дьявольской ракетой. Пока Сэмми держал путь к точке сбора, он то и дело проверял зеркало заднего вида в надежде увидеть Стива. Однако всё тщетно.

Охрана на посту вопросов не задала, и Сэмми спокойно направился в лес.

Заметив Чарли и Вождя, он выпрыгнул из лимузина, а подойдя к товарищам, уставился на серую выхлопную дорожку в ночном небе. Но где же Диана?

Чарли следил за суматохой в замке через свой прицел.

– Чего они радуются? – спросил Сэмми.

Удивлённый Чарли резко опустил винтовку. И когда Сэмми обернулся, чтобы проследить за его взглядом, челюсть так и отвисла: он увидел фигуру, что мчалась на коне с огромной скоростью, но… в противоположном от них направлении. Это была Амазонка.

– Диана! – закричал Сэмми.

А за ней появился и Стив. Они оба летели с такой скоростью, что ни лошадь, ни всадник не могли дышать. Чтобы остановиться, ему пришлось сильно натянуть поводья.

– Чем стреляли? – спросил Вождь.

– Газ. Это всё Людендорф, – ответил Стив, подтвердив опасения Вождя.

Газ – первое предположение и Сэмми. Немецкий генерал использовал самое ужасное, беспощадное оружие из когда-либо созданных, и Сэмми догадался, что это была последняя попытка сорвать капитуляцию Германии.

Чарли осматривал через прицел территорию.

– Я его видел. Он был на башне.

– Вы должны последить за ним, – велел Стив и отправил лошадь галопом вслед за Дианой.

– Как ты нас найдёшь? – крикнул вслед Сэмми.

– Я знаю как, – заверил Вождь.

* * *

Глупое платье!

Оно сковывало движения, и Диане было трудно усидеть верхом, потому пришлось сорвать его и выбросить вон. Ткань плыла по тропинке, точно след голубого дыма, пока Диана, наклонившись к шее лошади, говорила ей на ухо:

– Быстрее! Быстрее!

С обезумевшими глазами лошадь подняла голову, отвела назад уши и стремительно набрала скорость. Деревья растворились; удары копыт отзывались в ногах и спине. Она мчалась на полном ходу и не сбавляла темп – на волоске держались жизни людские.

Совсем скоро Диана услышала близкий взрыв – настолько близкий, что земля вздрогнула. Лошадь замедлила бег, но Диана тотчас сжала колени, принуждая кобылу мчаться дальше. Амазонка не собиралась сдаваться, пока не сделает для Вельда всё возможное.

Через несколько секунд, как только Диана вышла из леса, перед ней предстало окутанное ядовитым туманом поле. Даже с близкого расстояния деревню было не видно – всё оказалось застлано ярко-оранжевым ядовитым газом.

Диана натянула поводья – верная лошадь ни в чём неповинна, чтобы причинять ей вред. Спрыгнув вниз, амазонка в одиночку побежала вперёд в едкий оранжевый дым.

Прямиком в долину смерти.

Едва заметная в облаках газа впереди вырисовывалась площадь.

Милое маленькое кафе с навесами.

Нет больше кафе. Разлетелось на куски.

Столы, что стояли вокруг фонтана…

Нет их больше.

Гостиница…

Пропала.

Но жертвы никуда не исчезли – они лежали там, где упали, словно погрузившись в сон. Люди, с которыми она танцевала, делились хлебом. Женщина, которая умоляла спасти их. Жители, которые пожимали ей руки. Фотограф. Все были мертвы.

– Нет. Нет, нет, нет! – прошептала Диана, проводя руками по волосам, прижимая руки к вискам, покачиваясь в тумане.

Вокруг царила неестественная тишина. Это место в один момент превратилось в могилу.

Я подвела их. Я знала, что Людендорф – это Арес, и ничего не сделала.

Пока яд клубился на площади в поисках новой жертвы, Диана бродила в оцепенении, неспособная понять души людей, способных на подобную жестокость. Как можно сознательно уничтожить деревню? Да ещё издалека, из безопасного замка, попивая шампанское и танцуя вальсы. Как можно без чести убить невинных людей? На такое способен только Арес, убийца богов и человечества.

Диана заметила маленьких детей, которые когда-то гонялись друг за другом по площади. Они лишились родителей и мира. Они лишились жизни и превратились в жертв, которыми он гордился. И ради чего?

Ради чего?

Тот момент стал переломным. То был последний призыв к действию. Теперь ничто и никто не остановит её. Это судьба.

Арес, я иду за тобой.

Больше ты не увидишь ни один мирской закат.

* * *

Вельд.

Спрыгнув с лошади, Стив бросился бежать к ярко-оранжевому облаку, которое повлекло за собой множество смертей. Он знал, что Диана уже на месте, поэтому шагнул в неизвестность, даже несмотря на безудержный кашель.

В середине тёмного облака появилась фигура, и пока силуэт приближался, сердце Стива неистово колотилось.

Пусть это она. Пусть с ней всё будет в порядке.

Живая и здоровая Диана вышла из дыма.

– Диана! Диана! – закричал Стив и бросился в её сторону.

Тогда Диана подняла руку и указала на него пальцем.

– Они погибли! Они все погибли! – Её голос дрожал от едва сдерживаемой ярости; глаза вспыхнули гневом. – Я могла их спасти! Я бы спасла их, если бы ты не помешал!

Стив протянул руки, но амазонка не приближалась.

– Ты не дал мне убить Ареса!

Стив вновь потянулся к ней.

– Нет.

– Не подходи ко мне! – закричала Диана. – Теперь я всё понимаю. Арес поработил не только немцев, но и тебя! Всех вас!

Он знал, что ей плохо. Видел, как ей больно. За спиной Дианы облако газа начало подниматься и рассеиваться, обнажая причинённый ущерб. Они опоздали, и Стив знал, что так будет. Конечно, он рассказывал ей о войне, о масштабах и немыслимой дикости. Но подготовить к такому не представлялось возможным. Как жаль, что нельзя покончить с конфликтами одним лишь ударом меча.

Диана не сводила со Стива глаз.

– Я найду Ареса и убью его!

Что здесь сказать? Как спорить? Ответить он не успел, поскольку отвлёкся на струящийся в небо дымок. То был не шлейф от ракеты, а индейский дымовой сигнал, посланный Вождём, чтобы сообщить Стиву о том, что команда взяла след Людендорфа.

– Диана! – крикнул Стив. – Дым! Это Вождь! Они преследуют Людендорфа! Следуй за дымом!

Не успел он продолжить, как Диана уже запрыгнула на лошадь и ускакала прочь.

– Диана!

Он хотел сказать, что нужно держаться вместе…

Стив собирался оседлать лошадь, но вдруг заметил на обочине мотоцикл. В одночасье он бросился к нему, поднял на колёса и расположил правую ногу на педали.

Давай, заводись!

Двигатель взревел с первой попытки.

Кто-то услышал его мольбу.

* * *

Я сравняю его с землёй!

Расслабив поводья, Диана летела через тёмный лес. Она держалась за гриву, обнимая лошадь руками и ногами – они превратились в единое целое. Доблестное животное уклонялось от стволов, огибало ветки и перепрыгивало через овраги с рвением и навыками боевого коня. Они вырвались на шоссе, и железные копыта заискрились.

Если команда Стива видела Людендорфа, значит, был ещё шанс уничтожить его. Да, теперь ей не застать Ареса врасплох, но так или иначе она его одолеет. Лицом к лицу они сразятся насмерть. Этот вечер станет последним и положит конец его правлению над человечеством. Вельд станет последним из его деяний.

Выглядывая из-за лошадиной головы, Диана заметила на пути контрольно-пропускной пункт, откуда тотчас выскочили два солдата. Один из них поднял руку в запрещающем жесте, но амазонка не сбавила темп. И тогда, обменявшись встревоженными взглядами, охранники вскинули на плечи винтовки.

Однако выстрелить не успели.

На ходу она разбросала немцев по сторонам, будто те были не людьми, а кеглями, а затем устремилась через барьер. Третий часовой тотчас отступил – он был слишком изумлён, чтобы поднять оружие.

Шпорами Диана подтолкнула лошадь, свернула и вырвалась из зоны видимости.

* * *

Изо всех сил Стив давил педаль газа, чтобы не терять Диану из поля зрения, но как бы ни старался, не мог её догнать. Вскоре он начал сомневаться, что двигался в правильном направлении. Может, она давно свернула с пути? Но куда? Стив слегка притормозил, надеясь отыскать её след, однако быстро отверг бессмысленную идею. Он старательно слушал звон копыт, но единственным звуком оставался лишь ветер, колышущий верхушки деревьев.

Стив завёл двигатель и тронулся дальше. Когда на дороге встретился пункт охраны, он не стал останавливаться, уверенный, что немецкая форма его защитит. Проезжая мимо немцев, Тревор заметил раненых и ошеломленных солдат. Один из них держался за руку, будто та была сломана. Теперь сомнений не оставалось – без Дианы здесь не обошлось. С чувством облегчения Стив набрал скорость. А вскоре свернул в лес и с рёвом понёсся мимо деревьев.

* * *

Задрав голову, Диана смотрела на звёзды. Тропа постепенно скрывалась за завесой тьмы, поэтому амазонка беспрестанно пришпоривала лошадь, ускоряя и так стремительный галоп.

Вскоре Диана учуяла запах древесного дыма, а затем увидела поднимающуюся струйку. Наконец-то! Подстегнув лошадь, она направилась к серой колонне и рыжему пламени. Чарли, Вождь и Сэмми стояли у разведённого костра.

Заметив Диану, Вождь поднял руку и указал на вершину холма. Чарли и Сэмми тем временем выжидательно глядели на женщину, и по выражению их лиц амазонка поняла, что ей нужно остановиться и посовещаться. Но времени на болтовню уже не оставалось.

Когда мужчины поняли, что Диана не собиралась останавливаться, все как один, нахмурившись, отошли в сторону.

Путь открылся, и Диана, подстегнув лошадь, устремилась вперёд.

* * *

При виде лошади и всадницы сердце Стива подпрыгнуло. Однако напрасно – те поспешно исчезли за поворотом. Стив жал педаль газа, стремясь сократить расстояние. Скользнув за поворот, устеленный влажными листьями и сосновыми иголками, он опустил ногу, чтобы сохранить мотоцикл в вертикальном положении. И тогда Стив заметил её.

Диана!

Продолжая набирать скорость, Стив понял, что Диана не остановилась возле команды, а свернула и направилась прямиком в гору. В ту же секунду он потерял её из виду. Склонившись над рулем, чтобы уменьшить сопротивление ветра, со скоростью семьдесят миль в час Стив пронёсся мимо Чарли, Сэмми и Вождя, осыпав их палками и грязью. На секунду замедлив ход, Тревор свернул и направился на гору вслед за Дианой.

И тогда команда бросилась за ними.

Глава 17

С вершины горы Диана смотрела на группу зданий, соседствующих с длинной ровной площадкой, где выстроились самолёты. Это был немецкий аэродром, окружённый двумя высокими заборами из колючей проволоки, на территории которого удерживались рабы. Именно такое сооружение Стив описал во время допроса на Темискире. Услышав глухой, жужжащий звук, Диана присмотрелась. У двух летательных аппаратов двигатели работали на холостом ходу. Место кишело немецкими солдатами, и все они расхаживали взад и вперёд, работали у самолетов, входили и выходили из зданий, передвигая тяжёлые тележки с деревянными ящиками.

Ей пришло в голову, что Аресу не нужен немецкий самолёт, чтобы сбежать – бог способен летать сам по себе, без механической или другой помощи. Но если Арес хотел остаться в человеческой маскировке, он мог легко сесть в самолёт и доставить аппарат туда, куда необходимо, чтобы оторваться от преследователей. Эта идея вызвала очередную волну паники. Нельзя ей упустить Ареса.

Диана рассмотрела поле, самолёты, группу приземистых зданий и одно высокое сооружение, которое нависало над всеми остальными. Она заметила солдат, собравшихся в кучки по двое и трое. Людендорфа среди них не оказалось, однако без них он всё равно не уйдёт. С такого расстояния Диана не могла разглядеть детали. Чтобы найти Ареса, ей придётся приблизиться.

Подстегнув лошадь, амазонка устремились вниз по склону, стараясь держаться как можно ближе к деревьям. Тёмная лошадь, тёмная всадница, тёмный лес. Если повезёт, немцы увидят её только тогда, когда станет уже слишком поздно.

Спускаясь, Диана не сводила глаз со строения, где на деревянной башне с металлической лестницей заметила чьё-то движение. На верхнем этаже располагалась платформа, ограждённый балкон и охранник.

Диана ощутила прилив тревоги – Людендорф находился на башне!

У основания склона она повернула лошадь к колючей проволоке. По другую сторону группа немецких солдат, увидев движение, тут же отреагировала поднятым оружием.

Диана подобралась настолько близко к башне, настолько это представлялось возможным, и должна была действовать быстро, пока немцы не забили тревогу. Без промедлений она, оттолкнувшись от лошади, приземлилась по ту сторону забора и, размахивая «Убийцей богов», бросилась вперёд сквозь проволочные спирали, точно через колючие сорняки.

Группа немцев пошла в наступление, и на церемонии времени не оставалось. Диана нырнула под винтовку, схватила солдата за бёдра и отбросила его в сторону. Затем, прежде чем оставшиеся немцы подняли крик, она низвергла каждого по очереди.

В считанные секунды с ними было покончено.

За ними, на другой стороне аэродрома, возвышалась башня из деревянных и металлических балок. На крышу сооружения вела лестница.

Диана увидела прямой путь к цели. Добравшись до башни, амазонка прикрепила щит к спине и схватила лассо Гестии. Вращая над головой светящуюся петлю, Диана прицелилась, а затем закинула её наверх. Яркая петля аккуратно наделась на солдатский шлем и затянулась на горле. Мужчина наклонился вперёд, чтобы снять давление, но Диана изо всех сил дёрнула верёвку. Немец перевалился через перила и рухнул на землю. Пользуясь моментом, амазонка прыгнула на балкон, где тотчас осмотрелась. Лестница оказалась единственным путём наверх или вниз – не считая падения. Если Арес не избавился от человеческой формы и не показал миру своё истинное лицо, тогда он попал в ловушку.

Выйди Арес навстречу, ей пришлось бы попотеть, однако он этого не сделал. Его нигде не было видно.

Внутреннюю часть диспетчерской окружали стеклянные панели, а сидящий за столом молодой немецкий солдат не замечал постороннего присутствия. Зайдя в комнату, Диана сорвала с немца гарнитуру и сбросила его вниз с балкона.

И вот он – Людендорф. В одиночестве. Настоящий немецкий офицер.

Бог в маске.

Людендорф обернулся, с ног до головы оглядел гостью. Взгляд его задержался на мече, и рот немедленно скривился в ухмылке.

– О, какой сюрприз! – Генерал склонил голову, заметив доспехи. – Странно. – С полным безразличием Людендорф вытащил из кармана маленький пистолет и направил на женщину. – Но у меня сейчас дела поважнее.

И тогда он выстрелил. Хотя пуля летела быстрее звука, Диана отразила удар браслетом. Снаряд устремился обратно в ствол, и тот немедля взорвался в руке. Взвизгнув от боли, Людендорф выронил оружие и с яростной гримасой сжал кулаки.

Арес устроил отличное представление, но ему не провести амазонку. Он является богом и способен исцелится так же быстро, как и она исцелилась после недавнего зверства, что он учудил.

– Кто ты такая? – гневно спросил Людендорф.

– Скоро узнаешь. – Диана повернула меч в руке, готовясь к битве.

Она – амазонка, защитница. Она пришла, чтобы спасти мир.

Людендорф отвернулся, вытащил что-то из кармана и сгорбился. Диана уже приготовилась отразить новое оружие, но ничего так и не появилось. Раздался слышимый щелчок, будто что-то треснуло, а за щелчком последовал глубокий вдох. С пронзительным стоном тело генерала вздрогнуло. Диана учуяла странный запах, но источник определить так и не смогла. Самое близкое, что пришло в голову – выхлопы лондонского транспорта. И когда Людендорф повернулся, амазонка заметила его поразительную трансформацию: вены на лице, шее и руках страшно выпирали, напоминая верёвки, а лицо ярко светилось.

Бог по имени Арес оказался монстром: монстром, которого Диана пришла убить.

Не теряя времени, амазонка пошла в наступление. Она замахнулась мечом со всей своей силой, но противник успел оторвать от стены громоздкую металлическую печь и с лёгкостью бросить прямо в неё. Однако нападение не удалось – печь разлетелась на куски, повредив стены и пол.

Воспользовавшись моментом, Людендорф налетел на неё и толкнул прямо к окну, разбив вдребезги стекло. Затем он схватил стол и кинул прямо в женщину, тем самым прижав к стене. Диана, отшвырнув стол, бросилась на Людендорфа и ударила кулаком в лицо, но голова мужчины едва дёрнулась.

Кружась в тесном пространстве, они обменивались ударами, но каждый из них ловко отражал нападения. Внезапно Людендорф попал кулаком в подборок, и этот мощный удар отбросил амазонку назад.

Диана сделала ложный выпад вправо, и когда Людендорф замахнулся, она пригнулась и рукоятью меча врезала ему в голову. Генерал отшатнулся и повалился на пол. «Убийца богов» прекрасно справлялся.

Поднявшись на ноги, Людендорф быстро оглядел комнату, и в поле его зрения попала винтовка со штыком, висящая на стене. Сорвав оружие, он принялся размахивать им, точно мечом. «Убийцей богов» Диана отразила атаку, отбросила штык в сторону и резко ударила врага в живот.

Но Людендорф не сдавался: развернув винтовку, он принялся бить Диану снова и снова. Удары она выдержала легко, однако давление казалось настолько сильным, что колени её подкосились. Арес становился сильнее. Диана упала на пол, выронив меч, и прежде, чем опомнилась, Людендорф его подхватил.

– Ты действительно великолепна, но со мной тебе не справиться, – закричал он.

– Ещё посмотрим! – отрезала амазонка.

Вены на его лице выглядели так, будто вот-вот лопнут – он собрался с силами, чтобы нанести последний удар. Меч устремился в Диану, но она ловко поймала лезвие между ладоней. Холодный клинок наполнил её силой и отвагой. Амазонка поклялась освободить человечество от господства Ареса, а с этим драгоценным подарком она выполнит обещание.

На лице Людендорфа вспыхнуло удивление, когда женщина неожиданно прыгнула в его сторону. Изо всех сил она ударила его в живот, отчего генерал полетел назад и через окно вывалился на узкий мостик возле башни.

Поднявшись на ноги, Диана прыгнула за ним через пустую оконную раму. Она ударила мечом, но враг её увернулся. Он прижался спиной к перилам, и тогда амазонка атаковала, целясь прямо в сердце. Однако в последнюю секунду Людендорф отклонился, а «Убийца богов» звонко лязгнул о металл.

Вскочив на перила, он взобрался по лестнице на крышу.

Диана вырвалась через потолок прямо к небесам, а затем посмотрела вниз. Людендорф/Арес стоял на крыше. Она приземлилась рядом и повернулась к нему лицом. Лицом к злому богу, который принёс страдания жителям Вельда и миллионам других людей. Лицом к богу, который убил других богов.

Лицом к богу, которого способна уничтожить лишь амазонка.

Диана сняла с бедра лассо Гестии.

– Я – Диана из Темискиры. Дочь Ипполиты, царицы амазонок. И, клянусь честью, твоей злобной власти над миром пришёл конец, – заявила она.

В ту же секунду она набросила на Людендорфа лассо и подкинула его высоко в воздух. Они оба парили на ночном ветру, пока лассо ярко светилось в тумане. Ещё на Темискире она дала обещание и позже в Вельде подтвердила его. Диана всегда держала слово.

Амазонка первой приземлилась на крышу, а затем, резко дёрнув лассо, ударила врага спиной о поверхность. Смертный уже бы погиб.

Но Арес… Он просто смотрел на неё. Диана стояла над ним, держа над головой «Убийцу богов». Грудь её вздымалась. Неужели он струсил? Неужели он знал, что умрёт?

– Во имя всего доброго, что есть в этом мире, я исполню предназначение амазонок и навсегда избавлю мир от тебя!

Людендорф начал подниматься, но мощным ударом Диана вонзила меч ему в грудь. Он упал на крышу, и выпирающие вены в одночасье исчезли. Глаза по-прежнему оставались открытыми, но теперь стали незрячими. Диана исполнила предназначение. Она уничтожила Ареса, предателя богов, предателя человечества, врага всего доброго.

Амазонка смотрела на него сверху вниз.

Она убила его.

Арес, бог войны, пал от её руки.

Значит, так должно быть.

В следующую долю секунды над головой разразилась молния, окутав дымом диспетчерскую вышку.

Вокруг всё сверкало, шипело, стреляло.

Настоящий вихрь сине-белой энергии.

И тогда раздался вулканический взрыв, выпустивший в небо блестящее облако ослепительного света. Небо затряслось; браслеты на руках зашипели. Диана стояла в эпицентре вихря рядом с мёртвым телом Ареса. Что это было? Разряд его жизненных сил? Восстановление баланса вселенной? Ответа на вопрос она не знала. Неконтролируемая энергия продолжала бушевать вокруг неё, но затем, внезапно, облако рассеялось.

И вся конструкция, где она стояла, погрузилась во тьму. Изнурённая, но с огромным чувством облегчения, Диана подняла голову к небу. Всё кончено. Теперь человечество вернётся в мир, наполненный добротой и блаженством. На Земле воцарится рай, какой она знала на Темискире.

Так и должно быть.

Спокойствие.

Спокойствие…

Перед бурей

Стоя на крыше башни, Диана открыла глаза – она услышала раскаты грома. Над головой в чёрное небо вздымались облака, закрывая собой яркие звёзды. Близилась буря, которая, вероятно, принесёт ливень, омоет раненую землю и, вымывая яд, польёт семена и корни, вдохнув в них новую жизнь.

Внезапно из-под башни донёсся голос на немецком языке:

– Быстрее! Быстрее!

Диана посмотрела на аэродром, и от зрелища у неё перехватило дыхание.

Из зданий выбегали солдаты в масках. Все они толкали тележки, заполненные чем-то похожим на металлические ананасы. По фотографиям из командного пункта в Лондоне и описаниям Стива она поняла, что это – не что иное, как печально известные газовые бомбы доктора Мару. Одна из них совсем недавно разрушила город, но в тележках лежали сотни!

Самолёты продолжали жужжать, пока солдаты катили по железнодорожным путям бомбы, наполненные ядом доктора Мару. Они готовились к войне и намеревались повторить с другими деревнями то, что недавно сотворили с Вельдом. Вот только сейчас они должны остановиться.

Ну же. Время пришло.

Вот только они не останавливались. Они продолжали идти, будто ничего не случилось. Как будто Арес не умер. Диана вновь посмотрела на убитого бога, чтобы наверняка убедиться в его смерти.

Мёртв.

Диана застыла, пытаясь разобраться, что всё-таки случилось. Они должны были остановиться, но ничего не изменилось. Война продолжалась, хотя Арес был мёртв.

Солдаты в масках и капюшонах спешили точно насекомые или шестерёнки в машине смерти.

Как это возможно? Я ведь освободила их от тирании.

И всё же солдаты продолжали, торопясь выполнить приказ и убить собратьев.

* * *

– Диана! – позвал Стив, увидев её силуэт на крыше.

Невзирая на сильнейший взрыв, она была жива. Он понятия не имел, что случилось, но в тот момент ему было всё равно. Чувствуя неподдельное облегчение, он поднялся на балкон диспетчерской вышки.

С этой точки он видел аэродром и ангар, откуда поднимался дым. Лаборатория Мару? Он смотрел на немецких солдат в масках, пока те катили тележку за тележкой с газовыми бомбами. Боже праведный! Они готовились перевезти газ куда-то ещё – запасались для очередной атаки, невзирая на перемирие. Его ум, обученный шпионажу, пробежался по разным схемам в поисках ответа, и пока Стив думал, он никак не мог отвести глаз от принцессы амазонок.

Но глаза Дианы стали пустыми, и Стив узнал этот взгляд. Он видел его и раньше, много раз. В окопах и в командных пунктах, на лицах пехотинцев и генералов. Она просто не могла понять, что происходит вокруг – эти планы масштабных убийств.

Затем Стив заметил неподвижное тело, что лежало прямо возле её ног. Когда он пригляделся, то понял, что перед ним генерал Людендорф. По всей видимости, мёртвый. Значит, она сделала это – убила немца, которого считала плохим парнем и причиной всех преступлений против человечества. Диана выполнила миссию. Как же тогда объяснить полное разочарование на её лице?

– Я убила его, – заявила она. – Я убила его, но ничего не изменилось. Убив бога войны, ты прекращаешь войну!

Стив кивнул, радуясь тому, что она здесь перед ним.

– Это нам сейчас и нужно сделать, – поспешно сказал он. У них было мало времени, чтобы выполнить поставленную задачу – прекратить войну.

Диана спрыгнула с крыши и приземлилась рядом со Стивом. Она выглядела неуверенно, даже измождённо. Похоже, даже амазонка способна чувствовать усталость.

– Пора помешать газовой атаке, – продолжил Стив. – Идём.

Он повернулся, чтобы уйти, но стало ясно, что Диана идти не собиралась. Расстроенная, потерянная, она в оцепенении смотрела на происходящее, словно не верила своим глазам.

– Нет! Всё должно было прекратиться!

– Диана, – торопил Стив.

Они могли разобраться позже. После всего пережитого нельзя было медлить. Это была миссия, о которой они договорились – сделать всё возможное, чтобы остановить войну. Конечно, конец войнам никогда не настанет, но хотя бы не станет адского оружия, с помощью которого Германия сможет подчинить себе мир.

– Бой должен был прекратиться, – повторила она дрожащим голосом.

Его сердцебиение участилось. Боже… Нервы шипели, как живые провода. Каждую секунду, которую они тратили на пустые разговоры, стоила им шансов на победу. Они не могли проиграть эту битву.

– У нас нет времени.

Стив хотел закричать, но старался сохранять спокойствие. Не сейчас. Не тогда, когда они так близко у цели. Слишком близко…

Под ними немецкие войска продолжали катить из ангара повозки. Время шло, и у них появилась единственная надежда, которая так легко могла ускользнуть. Чарли, Сэмми и Вождь ждали команды. Стиву было необходимо добраться до них и сделать это сию секунду.

Глаза у Дианы широко распахнулись, лицо побледнело.

– Почему они продолжают?

– Я не знаю!

Это было честно. На этот вопрос ответа не было, и он давно перестал его задавать. У него не было такой роскоши. Как и у неё.

– Арес мёртв. Они могут прекратить сражаться. Зачем они воюют?

И тогда он понял, как ей тяжело. Как будто её вынуждали проглотить горькую пилюлю. Она бросила всё, рисковала жизнью снова и снова, и всё оказалось напрасно. Вся её личность заключалась в том, чтобы остановить войну, убив Ареса. И это не сработало. Он понимал это ужасное, сокрушительное чувство разочарования. Он помогал, шёл всегда навстречу, несмотря на ужасную тяжесть ситуации.

– Может, они сами этого хотят! Может, люди не всегда хорошие! С Аресом или без него! Может быть, просто они такие!

Стив пристально посмотрел на Диану, понимая, что в своём желании найти причину он почти кричал. Спасение человечества было их общей страстью – вот почему она пошла за Аресом. Их конечная цель оказалась единой.

– Диана, пожалуйста! Ты должна пойти со мной!

Она напряглась, затем покачала головой.

– Нет.

Стив изумился ответу – она говорила серьёзно. Он не мог позволить ей. Он нуждался в ней. Мир нуждался в ней!

– Диана, прошу!

– Нет, – повторила она. – После всего, что я увидела, я не верю. Этого не может быть.

Она посмотрела, словно сквозь Стива. Будто вообще его не видела. Она видела только трагедию Вельда. Искалеченных солдат на больничном корабле. Раненых мужчин в окопах ничейной земли. Сирот. Вдов. Она не могла представить существование подобных ужасов.

– Они убивали друг друга! Убивали тех, кого не знали в лицо! Детей. Детей! Нет, это всё он, я не верю! – выражение её глаз затуманилось; оно умоляло, чтобы было всё так.

– Диана… – Стив изо всех сил пытался найти слова, чтобы вытащить её. Чтобы вновь обрести партнёра. Чтобы сражаться бок о бок. Чтобы снова быть вместе.

Быть вместе.

– Моя мама была права. Она сказала: «Мир людей тебя не заслуживает». Она оказалась права. – Диана покачала головой. – Они не заслуживают того, чтобы их спасали.

– Неважно, заслуживают они или нет, – заявил Стив, затем добавил более мягко: – Может, и заслуживают, но дело не в этом. Дело в том, во что ты веришь!

Диана хотела возразить, но Стив продолжил:

– Думаешь, я тебя не понимаю после всего, что повидал? Думаешь, я не хотел бы свалить вину на одного злодея? Мы все виноваты! И нам нужна твоя помощь! Мне нужна твоя помощь, Диана…

Диана вспыхнула гневом:

– А я не виновата!

– А я, может, виноват!

Он торопился, нервничал. После всего, через что они прошли, нельзя вот так бросать начатое. Он нуждался в её помощи. Отчаянно нуждался.

– Прошу тебя, если ты веришь, что войне нужно положить конец, если ты хочешь остановить её, то помоги мне сделать это прямо сейчас. Потому что, если ты не поможешь, они убьют ещё тысячи людей.

Она должна была знать. Это была ужасная правда. Всё зависело только от неё.

Диана молчала.

– Пожалуйста, пойдём со мной. Я должен идти. Я должен идти.

В любую секунду их могли взять в плен или застрелить на месте. Команда наблюдала и ждала сигнала, задавалась вопросом, в чём причина задержки?

Пойдём, Диана. Прошу тебя, пойдём.

Её недоумение до сих пор читалось на лице. Она так и не поняла очевидной истины. Людендорф был просто человеком, который выбрал путь зла. Это не давало ему особой силы, кроме власти, предоставленной другими людьми. Всё, что он сделал, каждый акт жестокости, ему позволяли другие люди. Это означало, что он действовал не один. Но это также означало, что его могли остановить.

Люди.

Они.

Стиву всё было очевидно, потому что всю свою жизнь он прожил здесь, в этой холодной, жестокой реальности. В этом мире невозможно было обвинить злое божество в людских грехах.

Но в мире Дианы так было на протяжении тысячелетий. Мать рассказала Диане историю об Аресе, когда та была совсем маленькой девочкой. Эта идея накрепко засела в сердце и душе. Это дало ей смысл жизни и цель – простить человеческий род за то, что они воевали друг с другом, находясь под властью бога; освободить их от гнёта, сразив Ареса в бою.

Благодать, которую она подарила человечеству, оказалась неуместна.

Стив не хотел этого разговора, и он надеялся, что амазонку минует ужас прозрения, и вместе они остановят врага, который оказался прямо под носом. Стив прекрасно понимал, что Мару продолжит свои адские испытания, пока целые народы не поклонятся кайзеру. И он должен был что-то сделать. Если бы Стив мог избавить Диану от страшного откровения, он бы так и поступил… Но без неё ему не справится.

Качая головой, Диана смотрела на толпы солдат, которые шли на войну по собственной воле, а не под влиянием Ареса.

– Нет.

Она отказалась.

И тем самым сразила его.

И он ушёл.

Оставил её.

* * *

С пустыми руками Стив вернулся к Чарли, Сэмми и Вождю, которые ждали его за углом у взлетно-посадочной полосы. Трое мужчин глядели в разные стороны, готовясь к ответному огню. Стив не спрашивал, как им удалось пересечь территорию ангара и при этом остаться в живых.

Опустив оружие, Чарли и Вождь с надеждой посмотрели на друга.

– Где Диана? – Сэмми нахмурился.

– Мы теперь сами по себе, – коротко ответил Стив и повернулся к шотландцу: – Что там видно, Чарли?

– Похоже на газовые снаряды. Но я не вижу, куда они их тащат.

– Как нам туда пробраться? – спросил Вождь.

Необычно было услышать вопрос из его уст. Конечно же, через ворота. Команде Стива почти всегда удавалось внедриться, но сейчас на трубки и тюрбаны времени не оставалось. Поле кишело немецкими солдатами, и теперь ни одно торжество не имело к этому отношения. Теперь речь шла о войне.

Стив огляделся в поисках потенциальных щитов и возможного оружия, а затем дал сигнал своему отряду занять позиции и ждать.

Дождавшись промежутка в рядах противника, Стив махнул команде. Он знал даже не глядя, что Чарли, Сэмми и Вождь немедленно поднялись и бросились за ним. Он был благодарен до глубины души, что парни его не бросили. Они настоящие герои. Если бы только Диана…

Нет на это времени.

Пока они пробирались, Стив искал удобную позицию, откуда можно понаблюдать за обстановкой, оставаясь при этом незамеченными. Если хоть один солдат их бы заметил, тревоги не миновать. Однако кое-что шло им на пользу: все очень спешили, стараясь успеть в срок – это раз; солдаты носили противогазы, которые ограничивали поле их зрения – это два.

Достигнув цели, Стив глубоко вздохнул. Пришло время продумать стратегию и покончить с этим.

Внезапно Сэмми указал на нескольких немцев, лежащих без сознания. Стив догадался, что без Дианы здесь не обошлось.

– У меня есть идея, – отозвался Сэмми. – Пошли, ребята!

И все они побежали к павшим солдатам.

Книга 3

Чудо-женщина

Секрет счастья – свобода…

Секрет свободы – отвага.

Фукидид

Глава 18

Мир людей оказался адом. И этот ад они создали сами.

Диана смотрела вниз с диспетчерской вышки на организованный хаос, где солдаты копошились как насекомые, прислуживая чудовищной королеве. Ящик Пандоры открылся, но наружу вырвалось не несчастья, а люди. Люди оказались злом. Если бы Диана вновь увидела родину, она бы обязательно добавила эту главу к истории народа.

Кулаки её сжались. Разум помутнел. В течение долгого времени она ничего не чувствовала, но медленно и неумолимо внешний мир всё-таки проникал в её сознание. Холодный штормовой ветер и ещё более ледяные капли дождя. Приближение грома. А за ним – вонь от химикатов и безумный механический шум. На что она променяла рай?

Диана оказалась настолько глупа. Из героя она превратилась в обманутую, несчастную странницу. Она всегда была уверена в истине амазонок – что они созданы для того, чтобы принести мир, уничтожив Ареса, который удерживал человечество в плену. Это была их история. Единственная история, которую она знала. Мысли в голове беспорядочно метались.

Неужели я сошла с ума? Неужели я всё неправильно поняла, а история матери была всего лишь колыбельной, чтобы уложить беспокойную дочку спать? Но тогда зачем тренироваться? И прятаться? Наш дом и силы по какой-то причине скрывались от посторонних глаз.

Зачем защищаться от этих… гоблинов, если они всё равно способны найти путь к нашим берегам? И они ведь нашли и без каких-либо трудностей убили величайшую амазонку.

Стив оказался первым.

Стив Тревор. Первый мужчина, который прикоснулся к земле её дома. Первый мужчина, который прикоснулся к ней. Она должна была верить, что он хороший человек… Иначе о глупости её пойдут легенды.

Диана напомнила себе о Вельде. Он рисковал жизнью, чтобы спасти жителей деревни. Он умолял помочь ему спасти таких людей, как они. Но она отказала.

Во что же я действительно верю?

Услышав неожиданный шум внутри диспетчерской вышки, Диана повернулась. Через окна балкона она заметила повёрнутую спиной мужскую фигуру. На мгновение она подумала, что Стив вернулся попросить её помочь. И на этот раз она бы сказала…

…она бы сказала…

Это был не Стив. Для Стива Тревора этот мужчина казался слишком низкорослым. К тому же, на нём не было немецкой формы. Как будто чувствуя её присутствие, мужчина заметно напрягся, но оборачиваться не стал.

– Кто здесь? – спросила она.

Стоя спиной к амазонке, мужчина ответил по-английски:

– Я ждал, когда ты сама увидишь правду.

Его голос. Ни немец, ни американец. Британец. Диана узнала его. Но как это возможно? Почему он здесь и не скрывается?

– Сэр Патрик? – настороженно обратилась Диана.

Медленно повернувшись, сэр Патрик спокойно глядел на неё через стекло. Что-то здесь не так. Что-то случилось? Почему он так спокоен?

Диана уставилась на доброго джентльмена, который так усердно помогал Стиву, его людям и ей добраться до этой укреплённой немецкой крепости. Но разве он не должен быть в Англии с Эттой Кенди? Они разговаривали по телефону только вчера… Он запретил выполнять эту миссию, но при том совсем не удивился, увидев её здесь.

Диана пыталась понять, почему он не был под прикрытием. Почему улыбался, стоя в центре немецкого оружейного комплекса.

И вдруг она поняла. Все чувства резко обострились, как только правда тяжёлым грузом легла на её душу.

Людендорф не был Аресом. Им оказался сэр Патрик.

Этот хилый, пожилой человек был её заклятым врагом и врагом её народа. Двуличный разжигатель войны, который наслаждался смертью и разрушением.

Нет, такого не может быть. Она ошибалась, и он был обычным мужчиной. Человеком. В Военном совете он всех убеждал в необходимости перемирия. А пока они находились в Вельде, сэр Патрик запретил Диане, Стиву и команде вмешиваться до подписания перемирия.

А потом он отправил нас на фронт, потому что знал: мы всё равно не послушаем. Он знал, что мы сделаем всё от нас зависящее, чтобы найти и проникнуть на эту базу.

Он манипулировал каждым нашим шагом, потому что понимал, именно так поступят благородные люди. Мы бы рискнули всем, чтобы защитить мир. За исключением того, что я…

Упала духом. Но теперь у меня появился шанс. Он и есть Арес, и я обязана его уничтожить. И с этого листа начнётся история моей судьбы.

– Ты права, Диана. Они не заслуживают нашей помощи, – заявил он с улыбкой.

Ухмылка усилилась, когда сэр Патрик заметил неподдельное изумление амазонки – он повторил её же слова, вернее, слова её матери. Значит, он либо прятался в тени, подслушивая разговор со Стивом, либо обладал невероятными способностями. Ещё одно доказательство того, что он являлся богом, которого она искала. Теперь у Дианы появился шанс всё исправить. Если, конечно, она не ошиблась. Однажды она уже убила человека, пусть и негодяя.

Со сверкающими глазами сэр Патрик остановился, будто наслаждаясь моментом. Будто он ожидал этого целые тысячелетия. А затем вынес окончательный вердикт:

– Они заслуживают лишь истребления.

– Вы. Это ты Арес.

– Да, – подтвердил он, поднимая подбородок.

Он принял родство с Зевсом. Он был братом пантеона олимпийцев, которых убил.

– Но я совсем не такой, каким ты меня представляла. – Арес махнул рукой на аэродром, на самолёты, вооружённых солдат, снующих в противогазах. – Ты обвиняешь меня, но правда в том, что я ничего не сделал.

Лжец. Отец лжи и предательства!

Диана потянулась к «Убийце богов», но вдруг осознала, что оставила его на крыше вместе с Людендорфом. Как только она развернулась и направилась к крыше, улыбка Ареса последовала за ней, точно чёрное облако.

* * *

Чарли, Стив, Сэмми и Вождь затаились в дверном проёме одного из флигелей. С явным разочарованием они наблюдали за бесконечным парадом солдат в противогазах, которые тащили ящик за ящиком с газовыми бомбами из ангара. Ни лабораторию, ни доктора Мару им найти не удалось. Если не уничтожить её записи и не схватить её саму, она без сомнений возобновит производство смертельных газовых бомб в другой лаборатории.

Вскинув на плечо винтовку, Чарли посмотрел в прицел.

– Я не вижу, куда они тащат газ. – После тщательного осмотра местности он покачал головой.

Выскользнув из дверного проёма, Стив дал сигнал следовать за ним. Чарли, держа «Ли Энфилда» наготове, замкнул их строй. Стив довёл команду до самого ангара. Не в первый раз им приходилось сражаться в ближнем бою, но он по-прежнему предпочитал дальние цели. Как ни странно, хотя все солдаты носили скрывающие лица противогазы, Стив предпочёл сражаться без масок. Их призрачная внешность напоминала ему о ночи в Эдинбурге, когда, сидя у камина, он слушал рассказы о привидениях и вампирах.

Из-за ближайшего угла появилось ещё больше солдат, и команде пришлось срочно укрыться за деревянными ящиками, слушая громкий стук немецких сапог. Все они напоминали заводных и безликих солдатиков. Когда же всё это закончится?

С выгодной позиции Сэмми разглядел суету рядовых. Очевидно, в такой срочности была причина. Неужели они планировали спрятать бомбы до подписания перемирия, а затем использовать с целью мести и максимального ослабления союзников? Или, может, продать по высокой цене? В любом случае, ничего хорошего их не ждало.

Краем глаза Сэмми заметил движение.

О нет. Нет.

Губы его раздвинулись в беззвучном крике, и он поднял руку, указывая на аэродром.

И тогда всё стало ясно.

Судя по выражению лиц команды, все были ошеломлены так же, как он.

* * *

Чарли проследил за пальцем Сэмми, после чего проворчал многосложное проклятие на гэльском языке. Какого чёрта?

– Что это? – спросил Вождь.

– Будущее, – мрачно ответил Стив.

Точно Лохнесское чудовище по взлётно-посадочной полосе двигался огромный самолёт. Никогда в своей жизни он не видел столь гигантский летательный аппарат и даже не думал, что такого монстра возможно соорудить. Это был чёрный биплан длиной в семьдесят пять футов с четырьмя огромными двигателями и жужжащими пропеллерами. И немцы собирались на нём улететь…

Тузы в рукаве неожиданно закончились – чтобы справиться с подобной махиной, им самим понадобится сумасшедший учёный… а то и два.

Но тогда Стив заметил, что через открытую дверь фюзеляжа солдаты в масках и рабочие в комбинезонах поднимали оружие из ящиков и осторожно передавали членам экипажа внутри самолёта. Они наполняли это чудовище смертью, чтобы тот взмыл в небеса с оружием массового уничтожения на борту. Самолёт такого размера мог вместить сотню бомб. Может быть, даже больше. Неужели он взлетит? Аэродинамика громадного зверя оставалась за пределами его понимания, но Стив знал одно: перед ним стояла машина судного дня.

Чарли глянул в прицел: под наблюдением офицера, который, скорее всего, был командиром или пилотом, члены экипажа загружали бомбовый отсек. Экипаж состоял из шести или семи человек.

На поле налетел чёрный ветер. Стало так холодно, что Чарли съёжился. Навстречу вырвалось облако пыли, а двойные крылья чудовищного бомбардировщика задрожали. Небо над головой залилось оттенками чёрного и серого. Помешает ли этот неблагоприятный набор обстоятельств запланированному взлёту?

Солдат возле хвоста самолёта нетерпеливо жестикулировал штыком на винтовке, разъясняя что-то рабочим, которые беспрестанно загружали бомбы через маленькую дверь. Чарли понял, что оружие складывали в кормовой части салона, а значит, там были и двери. У бомбардировщика на борту находилось несчётное количество взрывчатки, и ни при каких обстоятельствах команда не могла позволить самолёту взлететь. Даже если сбросить на беззащитный город только часть страшно груза, число погибших составило бы сотни тысяч, если не миллионы. Бомбардировщик с четырьмя двигателями мог запросто пролететь пятьсот миль и поразить несколько городов по всей Европе и Великобритании.

Вождь переместился к товарищам. При виде огромного чёрного бомбардировщика напряжение команды только усилилось. Им предстояло не просто вывезти газовые бомбы из досягаемости союзников, но, во-первых, схватить доктора Мару и её формулу, а во-вторых, помешать самолёту взлететь.

Изначальный план контрабандиста был далёк от реальности. Но самое главное в жизни – это действия во время непредвиденных обстоятельств. Вождь был готов ко всему, невзирая на то, какую цену придётся заплатить. Нет, он пришёл на войну не ради прибыли.

Ещё немного друзья понаблюдали, но затем Стив жестом предложил отступить и направиться к задней части ангара.

Что бы ни случилось, я, Чарли, должен был собранным. Руки не имеют права на дрожь, а оружие – на промах.

Для Чарли было важно, что Стив верил в него. И теперь он был полон решимости сделать всё возможное, чтобы сохранить и укрепить доверие. Однако Чарли понимал, что успех миссии во многом зависел от Дианы. Одна её улыбка, и он забывал все тревоги. Настоящее волшебство.

Жаль, что её нет.

И с этими мыслями он ускользнул в тень за остальной частью команды.

Где бы она ни находилась, пусть она остаётся в безопасности.

Пока Сэмми шёл вместе с товарищами, он думал о Диане. Стив не вдавался в подробности о причинах её отсутствия, но Сэмми почему-то знал, что с ней всё в порядке. Она несокрушима. Сморщив глаза, он отправил ей безмолвное послание:

Где бы ты ни находилась, удачи тебе, chérie.

Удачи.

И тогда он увидел что-то, намекнувшее на их собственное везенье.

* * *

Этот и так тёмный мир стал ещё темнее. Под светящимися грозовыми облаками, резкими ветрами и первыми каплями дождя Диана спрыгнула на балкон диспетчерской вышки с «Убийцей богов» в руках. Теперь она покончит с Аресом. Она посмотрела через стекло на сэра Патрика. В нём не было ничего, что придавало бы ему сходства с Аресом, за исключением, пожалуй, высокомерного хвастовства.

– Я тебе не враг, Диана, – сказал он, и его уверенный голос пронёсся над воем ветров. – Я единственный, кто тебя понимает. И кто понимает их. – Он взял паузу, как будто следя за её реакцией. – Они всегда были и будут слабыми, жестокими, эгоистичными, способными на самые страшные поступки.

Впервые Диана ощутила тяжесть «Убийцы богов» и крепко схватила его обеими руками. Наконец Арес перед ней. Лицом к лицу. И она держала оружие, которое способно его уничтожить. Диана должна обрести храбрость. Должна быть той воительницей, какой учила её быть Антиопа. Права на ошибку у неё не имелось.

Но когда она вошла в комнату, сэр Патрик растворился в воздухе. В один момент он стоял там. А затем исчез.

С грохочущим в груди сердцем, амазонка настороженно огляделась.

– Я Диана из Темискиры, дочь Ипполиты, – заявила она, скорее напоминая самой себе, кем она являлась и почему пришла.

Его бестелесный голос эхом разлетелся по комнате.

– Я лишь хотел показать остальным богам, сколь ужасно творение моего отца. Но они не соглашались.

– И я пришла, чтобы исполнить её предназначение, – заявила Диана, игнорируя его слова.

И затем он появился, тот пожилой человек с аристократическим английским именем. Амазонка тотчас нацелила на него острие меча. Один точный выпад, и всё будет кончено. Диана вздохнула, готовясь к атаке. Она не уйдет отсюда, пока Арес не умрёт.

Арес поднял руку, и изящное лезвие меча распалось в облаке пыли до самой рукояти. Диана с изумлением уставилась на то, что держала в руке, и в полном неверии отпрянула назад. Он только что уничтожил единственное оружие, созданное, чтобы убить его.

– «Убийца богов», – выдохнула Диана.

– «Убийца богов»? Милое дитя, не меч зовётся «Убийцей богов». – Он сочувственно покачал головой, а затем двумя словами произвёл ещё больший шок: – А ты.

Пройдя мимо, Арес вышел за дверь на балкон. Диана отступила, и все её чувства закричали об опасности, приказывая выбираться отсюда.

– Только бог может убить другого бога.

– Я?

Диана не поняла, о чём он говорил, ведь она не являлась богиней…

Арес вскинул бровь.

– Зевс, зачав дитя с царицей амазонок, создал последнее оружие против меня.

Оружие…

Оружие против…

Где-то в отголосках памяти раздался голос её матери: «Я вылепила тебя из глины и умоляла Зевса…»

Нет, этого не может быть. Она не могла быть дочерью бога. Она не могла стать оружием. Или сестрой этого монстра…

– Ты лжёшь! – воскликнула Диана, потянувшись к лассо Гестии на бедре.

Глава 19

Сэмми, Чарли и Вождь быстро надели форму и маски лежащих без сознания солдат. Замаскированные с ног до головы, они прекрасно слились с толпой. Никто ни о чём не догадается, пока не станет слишком поздно – а если повезёт, то после завершения миссии. В любом случае, то, что случилось бы дальше, значения не имело. Самое главное – это настоящее.

Теперь, получив возможность свободного перемещения, они поспешно двигались по ангару в сторону огромного чёрного самолёта. Никто не останавливал их на пути и не возражал против приближения к гигантскому «зверю».

Стив указал двумя пальцами, и Сэмми быстро подошёл к грузовой двери и исчез в фюзеляже. Стив тем временем обошёл «бегемота» с носовой стороны, чтобы изучить поле – ему предстояло выяснять расположение других самолётов на случай экстренного взлёта. Он убедился, что его план представлялся возможным, но успех зависел от веса бомб и условий бокового ветра. Вернувшись на исходное положение, Стив увидел, как Вождь сорвался с того места, где стоял с Чарли, и бросился в зияющий ангар.

* * *

В самолёте Сэмми протиснулся мимо аккуратных рядов плотно утрамбованных газовых бомб и нашёл точку, откуда мог наблюдать за рабочими. Интересно, хоть кто-то из этих людей понимал, что произойдёт в случае крушения самолёта? Конец света. Перемещать такое количество газа – настоящее безумие. Они вообще рассматривали вероятность подобной опасности или им всё равно? Неужели они не понимали, что тысячи, если не сотни тысяч немецких солдат уже погибли, став пушечным мясом кайзера?

На борту появлялось всё больше бомб, пока Сэмми благодарил господа за противогаз. Хотя тот страшно вонял и был до ужаса душным, он великолепно скрывал отвращение и нервозность. Сэмми побывал на многих заданиях со Стивом и командой, но его красноречие всегда оставалось лучшим оружием. Необходимость молчания сбивала весь настрой.

Сэмми продолжал наблюдать, изучая внутренности самолета, рисуя мысленную схему, которую сможет передать остальным – провода, рычаги, места экипажа…

И в какой-то момент его сердце сжалось от ужаса. К одной группе бомб был подключен механический таймер… Значит, они собирались сбросить взрывчатку в воздухе.

Прямо на цель.

На город.

Где мирно проживали невинные люди.

Боже праведный.

* * *

Одетый в немецкую форму, Вождь прошёл через ангар к прикрепленной на стене карте Европы. Лондон был отмечен большим крестом.

Их цель.

Кровь в жилах застыла. Вот куда направлялся бомбардировщик. Они собирались сбросить бомбы на густонаселённый остров, с которого не было выхода ни для военнослужащих, ни для мирных жителей. Младенцы, матери, старики. Сам английский король. Они выбрали цель, чтобы уничтожить более семи миллионов человек. Если они с товарищами не остановят самолёт, война в действительности положит конец всем войнам.

Нельзя сбрасывать бомбы. Нельзя.

У команды появилась новая цель.

И права на ошибку у них не было.

* * *

Действуя уверенно, Стив взобрался на нижнее крыло бомбардировщика и открыл панель на внешней стороне фюзеляжа, чтобы найти кабели, которые можно перерезать.

Панель предоставила доступ к довольно глубокому корпусу, однако кабелей или топливопровода внутри не оказалось. Тревор изучал планы всех известных немецких военных самолётов, но этот гигантский бомбардировщик стал настоящей загадкой.

Неожиданно за спиной раздался приглушенный голос, и, высвободив голову, Стив увидел перед собой солдата с «Люгером». Стив не слышал сказанных слов, но прежде, чем что-то ответить, немец поднял пистолет и прицелился в грудь.

В ту же секунду позади немца появился Чарли и врезал солдату по голове стальной снайперской винтовкой. Раздался звон, и тотчас «Люгер» и вражеское тело повалились на землю. Стив кивнул в знак благодарности.

Подняв тело, они понесли его в ангар, делая вид, что помогают раненому товарищу. Но как только они приблизились к двери, их чуть не сбил с ног пронзительный порыв ветра.

Под высоким дверным проёмом ангара Стив бросил взгляд через плечо немца и увидел, как доктор Мару и отряд солдат целенаправленно идут по аэродрому к бомбардировщику. Но Сэмми всё ещё внутри! Не теряя времени, Стив и Чарли поспешно кинули солдата.

Стив выбрался из ангара и взмахнул рукой, чтобы привлечь внимание Вождя, затем дал сигнал отступать. Вождь подчинился, и через несколько секунд они с Сэмми быстрым шагом огибали переднюю часть самолёта. Как только команда отошла от бомбардировщика, Мару и её солдаты прибыли к грузовой двери.

Все товарищи оказались в сборе, и Стив знаком приказал им спрятаться. Теперь им оставалось лишь наблюдать и ждать.

* * *

Я? Дочь Зевса? Должно быть, он лжёт.

Диана взмахнула над головой лассо Гестии, после чего набросила петлю через голову сэра Патрика, который даже не пытался возражать. И когда верёвка обвила его тело, то засветилась ярче, чем когда-либо. Свет был почти ослепительным.

– Я заставляю тебя сказать мне правду! – крикнула Диана, крепко затянув петлю.

Золотая энергия лассо струилась назад и вперёд, пока Арес смотрел ей в глаза.

– Я не лгу. Я не бог войны, Диана. Я бог правды. Человечество украло этот мир у нас и разрушает его день за днём. А я единственный, кто видит правду.

Он коснулся руками лассо, и энергия тут же пронзила его и ворвалась в Диану. Голос Ареса наполнил её уши, и реальность перед глазами померкла.

– Я оказался не в силах остановить их. Все эти годы я один противостоял им. Нашёптывал мысли, формулы, вдохновлявшие их на создание оружия.

Внезапно Диана увидела доктора Мару в лаборатории и её усыпанный бумагами стол. Арес/сэр Патрик проскользнул мимо учёной и что-то шепнул ей на ухо. Мару неожиданно переменилась в лице, она схватила одну из бумаг, развернула и улыбнулась.

– Я поняла! Я поняла! – радовалась Мару.

Арес снова заговорил с Дианой.

– Но я не вынуждал применять его. Они сами развязывают войну. Я лишь дирижировал перемирием, которое они не способны сохранить, в надежде, что человечество уничтожит себя само.

Цель его состояла в том, чтобы добиться конца света, как и говорил Стив амазонкам на Темискире. Когда она собралась на поиски монстра…

…и нашла судьбу.

Ветер кружил вокруг диспетчерской вышки, врывался в открытое окно, заставляя всю конструкцию дрожать. Диана быстро встала, держа один конец искрящегося лассо в руке, а другой – на груди Ареса. Но в ту же секунду Арес схватил лассо, и в мгновение ока они перенеслись на ничейную землю. Вот оно, доказательство способности человечества восстать друг против друга. Весь апокалипсис и безумие – всё вызвано человечеством, неспособным остановить взаимоуничтожение и разрушение прекрасного мира.

Когда Диана и Арес появились на Фронте, она увидела перед собой молодого бога войны в древних боевых доспехах и в окружении молний и грома – сил, которые она никогда не видела. Он сражался с царём всех богов. Но вдруг, в считанные секунды, Арес оказался сражён и появился тогда в облике смертного и постаревшего человека, который сидел нагой в пещере, дрожа от холода и одиночества.

– Но моих усилий было недостаточно… Без тебя. Ты знаешь, сначала я собирался тебя уничтожить. Но потом понял, что стоит позволить тебе разглядеть то, что не сумели разглядеть остальные боги. – Он взял паузу. – Ты присоединишься ко мне, и наших сил хватит, чтобы наконец прервать эту боль, страдания, разрушения, приносимые людьми.

Мгновенно они перенеслись в красивый пышный лес, нетронутый войной. Однако нигде вокруг людей не было. Диана ощутила аромат земли и неба, почувствовала на лице тёплый солнечный свет. Здесь было так же прекрасно, как на Темискире. Но тогда Арес вновь вернул их к ужасам ничейной земли – серой, суровой и разрушительной.

Затем они очутились на аэродроме. Арес играючи провёл пальцем по лассо, и золотая энергия сверкнула в пальце, потекла по руке, плечу и шее. Он питался ей. Он светился, трансформировался…

– Всё благодаря тебе, – с улыбкой сказал он. Золотой свет озарил его зубы. – Все эти годы я пытался восстановить силу, очистить Землю от человеческой напасти, но вдруг осознал, что больше всего нуждался в оружие, которое создал отец, чтобы уничтожить меня… И не только потому, что оно могло вернуть моё божественное начало.

Пульс Дианы стучал в висках. Она не понимала, но отчаянно стремилась понять. Царь богов и её мать… Ипполита родила её, как смертная женщина? Такое разве возможно? Если так, то амазонки на Темискире знали об этом. Почему ей, Диане, не сказали? Как её мать могла отправить свою дочь в мир людей, ничего при этом не объяснив?

Я дочь бога?

Диана пыталась поверить, пыталась понять. Зевс также был отцом Ареса. Неужели она сестра этого монстра?

Этого не может быть. Я родилась в обществе миролюбивых воительниц. Моя сущность отличается от беспощадной и злой сущности Ареса.

Дрожа от этой мысли, Диана крепко держалась за лассо. А затем из руки Ареса вспыхнул огонь. Он разглядывал его, пуская по волшебной, искрящейся верёвке.

Он пытается сбить меня с толку. Он – бог лжи.

– Мы могли бы обратить этот мир в рай, которым он когда-то был. – Арес улыбнулся. – Навсегда.

Вновь они оказались в прекрасном лесу, спасённом от людей и их злодеяний. Без них мир выглядел бы так. Без них…

– Я не стану принимать в этом участие, – вызывающе заявила Диана.

Арес печально покачал головой.

– Моя дорогая сестра… – Он вернул их в диспетчерскую. – Я не хочу с тобой сражаться. – Лицо его внезапно ожесточилось. – Я вынужден…

Он схватил лассо обеими руками, и огромный взрыв энергии вырвался из верёвки. Она вспыхнула, как огненный шар, окутав пламенем диспетчерскую вышку. В следующие доли секунды здание взорвалось, раскидав по сторонам зигзагообразные опоры. Без них высокие ноги башни прогнулись и обвалились. Куски башни летели вниз в сокрушительном порыве, громко разбиваясь о землю. И Диана упала вместе с горой мусора, приземлившись в дымящуюся кучу.

* * *

Аэродром сотрясся от оглушительного взрыва, и Стив, как и все остальные, упали на землю, отброшенные взрывной волной.

Они взорвали ядовитые бомбы.

Тогда почему они всё ещё живы?

Немецкие солдаты рассеялись в панике. Военный комплекс подвергся нападению, но от кого и откуда? Самолёта над головой было не слышно, а значит, это не сброшенная союзниками бомба. Грохот пушек тоже не раздавался. Вероятно, взрыв – это просто авария.

Авария на месте, где хранится самое смертоносное оружие на планете. Такое положение вещей страшнее любого артиллерийского снаряда или сброшенной бомбы. И хотя немцы плотнее натянули противогазы, Стив знал, что от смерти маска не спасёт – судя по Вельду, разрушение было почти мгновенным.

А что, если взрыв прогремел в лаборатории Мару? Стив представил ядовитый газ, вздымающийся над головами жителей Бельгии. Интересно, спасли бы их противогазы? Быть может, они специально разработаны для защиты рядовых? Стив не имел ни малейшего понятия.

Когда тряска прекратилась, он подал сигнал команде, и все они подняли глаза. Их сторона аэродрома оказалась чистой. Миссии ничего не угрожало.

И тогда по приказу Стива товарищи бросились в темноту.

* * *

Ударная волна настигла доктора Мару под открытым небом возле нового бомбардировщика дальнего действия «Цеппелин Штаакен». Хвост тяжёлого самолета поднялся в воздух, а нос опустился, но шасси от земли не оторвались. Доктор Мару кубарем покатилась по земле, но успела схватиться за край нижнего крыла. Она стояла столбом, и колени её дрожали, когда лётный экипаж в оцепенении вылетел из кабины.

Её лаборатория не взорвалась, в этом доктор Мару была уверена. Их, вероятно, атаковали с воздуха, под прикрытием раскатов грома, чтобы скрыть шум двигателя.

Времени на проверки не оставалось. Нужно было взлететь без задержек и вывезти из разрухи ценный груз.

Она махнула экипажу, чтобы те незамедлительно вернулись в кабину.

– Готовьте самолёт к взлёту!

* * *

Ошеломлённая Диана приподнялась на тлеющей куче металла. Щёки и кончики пальцев покалывало от недавнего всплеска тепла. Боеприпасы, транспортные средства и обломки заполнили аэродром от одного конца до другого.

Ареса нигде не было. На мгновение она подумала, что тот испарился от взрыва. Но затем подняла глаза. Высоко над головой она увидела существо, которое когда-то представилось ей сэром Патриком, и оно медленно опускалось на землю.

Он умеет летать, потому что он – бог.

– О, милая, – протянул он, когда Диана бросилась в его сторону. Силой ума он поднимал обломки башни и бросал прямо перед ней. – Как много тебе предстоит понять.

Уворачиваясь от обломков, Диана запустила лассо в Ареса, но бог войны поднял руки и отбросил его назад. Сделав петлю, амазонка в одночасье схватила огромный кусок металла и с силой кинула во врага. Но не успел снаряд коснуться Ареса, как поднялся в воздух и врезался в топливный бак, который, вспыхнув оранжевым, сходу взорвался в знойном всплеске тепла.

Битва началась. И в дополнение к этому, буря уже достигла апогея. Разъярённый ветер пронёсся над аэродромом, подталкивая Диану и развевая её волосы как чёрный вымпел. В безумных колебаниях лассо натянулось, а затем ослабло. Диана пробиралась сквозь шторм, приближаясь к Аресу, пока тот парил в воздухе с поднятыми как у дирижёра руками. По его воле с аэродрома поднялись огромные куски асфальта и устремились в амазонку, точно ракеты. Она увернулась от одного куска, а затем пробила другой, раскидав во все стороны осколки. И тогда в воздух взметнулся массивный кусок земли.

Диана подпрыгнула вверх до максимальной высоты, чтобы набрать полную силу, а затем ринулась вниз, целясь в Ареса.

* * *

Пробираясь сквозь столпотворение, Стив и его команда боролись с ветром и взрывной волной, что время от времени проносилась под ногами. Всё это зрелище напоминало конец света – огонь, буря, гром. И тот конец был Стиву знаком – он сражался в битве при Пашендейле, где погибли шестьсот пятьдесят тысяч военнослужащих.

Они спрятались за ангаром, сняли противогазы и подняли глаза. И тогда рот Стива изумленно распахнулся – над полем, словно воздушный шар, плыл человек.

Это ещё кто? Он на верёвках подвешен? Такого быть не может… Верёвку не к чему закрепить – над ним лишь чёрное небо.

Как бы он это не делал, но мужчина разрушил законы вселенной. Аэродром разрывался под действием невидимых сил; огромные куски асфальта вздымались с земли, но Диана уворачиваясь, разбивала их кулаками. Она оказалась в ужасной опасности, но не сдавалась.

В одно мгновенье огромный участок земли – даже больше футбольного поля – поднялся в воздух, как по волшебству.

Диана бросилась на противника, но тот, казалось, выпустил из рук огромную силу. Энергия ударила Диане в спину и отбросила под парящую земную плиту. Летающий мужчина, перемещаясь волшебным образом, с силой кинул плиту на землю, но в последнюю секунду Диана вырвалась и нанесла сэру Патрику удар. Стив оставался безмолвен и едва мог поверить глазам.

– О, боже праведный! Что нам теперь делать? – изумился Чарли.

– Тут уже ничего не поделаешь, если это тот, о ком я думаю, – ответил Стив.

Стив Тревор был ошеломлен почти до безмолвия. Она действительно сражалась с Аресом, богом войны?

Пока команда не сводила глаз с Дианы, грузовик, что буксировал огромный чёрный бомбардировщик, начал движение вперёд. Стив заставил себя отвлечься от битвы и сосредоточился на самолёте, забитом отравляющим газом. Бога им не остановить, но нужно было сделать всё возможное, чтобы хорошие парни победили.

– Мы должны задержать этот самолет! – объявил Стив.

И судя по выражениям лиц, остальные разделяли его идею.

– Включи радиопередатчик! – крикнул Чарли. – Сообщим координаты, и его собьют!

Стив покачал головой.

– В случае крушения погибнут все в радиусе пятидесяти квадратных миль!

Сэмми поморщился.

– Но если он останется, то рванёт прямо здесь!

Он прав. Мы не можем позволить бомбардировщику пролететь над Англией, но мы также не можем оставить его на земле. Нужно что-то решать.

И тогда он понял, что делать.

– Они боятся огня, Вождь? – спросил Стив.

Чарли был снайпером. Сэмми мог заболтать любого. А Вождь был техником и делал взрывчатки.

– Да, она сказала, в них водород, – ответил Вождь, имея в виду Диану. – Он огнеопасен.

Теперь Стив знал, что делать, и был уверен, что план сработает. И если сработает… Стив почувствовал прилив страха.

Спасение человечества – вот, что главное. План должен сработать.

– Так, парни, расчистите мне путь к самолёту.

Спустя секундную паузу все неожиданно поняли, что он собрался сделать.

– Нет! Стой! Стив! – хором заголосила команда.

Но их вопли так и остались без ответа. Стив сосредоточился на миссии.

* * *

Как долго это будет продолжаться?

Десять лет титаны и олимпийцы сражались без передышки, однако для богов время не имело значения. Тысячи лет пролетали, словно во сне. Но теперь рефлексы воина подвергались серьёзным испытаниям. Одно неверное движение, и Диану поджидала смерть.

Осознавая, что у неё кончались снаряды, Диана кинулась в сторону, схватила громадный деревянный ящик и швырнула его во врага. Арес поднял руку, и ящик как будто ударился о невидимую стену, после чего вдребезги разбился. Перед ними предстало содержимое – маленькие тёмные предметы, названные бомбами. Их было много… слишком много. Нельзя, чтобы от этого оружия пострадали смертные люди.

Бомбы зависли в воздухе, а затем Арес выстрелил ими прямиком в амазонку. Не теряя времени, Диана схватила ручную гранату с земли и тотчас бросила в ответ. Та взорвалась, и все остальные бомбы отозвались громким раскатом, отправив Диану и Ареса в разные концы аэродрома.

* * *

Стив увидел, как Диана ударилась спиной и прокатилась кубарем ещё футов сто, потому, бросив команду, он устремился в её сторону. Ошеломлённая Диана лежала на спине, однако серьёзных травм Стив не заметил.

Закрыв глаза, он сердечно поблагодарил высшие силы. Но стоило ему вернуться к реальности, как Стив увидел тягач, буксировавший бомбардировщик в направлении чистого участка взлётно-посадочной полосы. Немецкие солдаты окружили «зверя», а команда Стива пытались оказать сопротивление. Невзирая на то, что немцы численно превосходили их, его храбрая команда оставалась в игре.

Стив помог Диане подняться.

* * *

Жив. Он всё ещё жив. С ним всё хорошо.

Стив держал Диану в руках, говорил с ней. От силы взрыва в ушах стоял звон. И хотя его губы двигались, она не могла разобрать слов. Но он был здесь, живой и невредимый.

– Что? – Её голос прозвучал странно, как будто за тысячи миль отсюда.

Стив продолжал говорить. Очень серьёзно. Он говорил что-то важное. Возможно, что Арес мёртв…

Это что? Слёзы?

* * *

– Стив! Пора! – закричал Чарли.

Раздался грохот, и мощные двигатели взревели.

Стив оторвал взгляд от Дианы и посмотрел на Чарли, который отчаянно жестикулируя, показывал на жужжащий самолёт с четырьмя пропеллерами. В то время как группа солдат открыла огонь по команде Стива, другая группа отцепила тягач, и бомбардировщик сам покатился вперёд.

Пора уходить…

Пора.

* * *

– …Если бы у нас было время, – сказал Стив Диане.

Её лицо не выражало эмоций.

Он хотел сказать тысячу слов: поблагодарить за возвращение в бой; спросить, сражалась ли она с Аресом; сказать, что верил в неё.

* * *

Диана не слышала слов Стива:

– Если… было… время.

Она понимала – что-то происходит. Миссия продолжалась. Было важно услышать его, но она не могла.

– Нет. Что ты говоришь? – умоляла Диана.

– … всё хорошо… спасти людей… ты можешь спасти мир…

Когда Стив оглянулся, Диана проследила за его взглядом: чёрный демонический самолёт выворачивал на взлётно-посадочную полосу. Вытащив из кармана часы, Стив вложил их ей в руку. Диана поглядела на него сверху вниз, но он внезапно повернулся и бросился бежать к медленно движущемуся самолёту.

И вдруг, посреди огненных обломков, появился силуэт.

Арес.

Пока он поднимался из пламени, обломки слиплись и звенели вокруг его тела. Он был при полной броне – от шлема до наголенников – и казался сильнее, крупнее, моложе, чем раньше. Он пришёл за ней. И тогда Диана помчалась навстречу.

Как только она покончит с богом войны, у них со Стивом будет целая жизнь.

Слух восстановился, и амазонка услышала тиканье часов.

Глава 20

Стив поспешил к команде, и все четверо одновременно переглянулись. Они многое пережили вместе – миссии, сражения, перестрелки, рукопашные. Но теперь…

Время пришло.

Не говоря ни слова, они спрятались за ящиками, чтобы открыть перекрёстный огонь. Стив бежал к самолёту, пока вражеские силы наступали, беспрестанно стреляя.

«Лучше уж в нас, чем в Стива», – подумал Чарли, выстреливая.

Пули тотчас обрушились на трио, пока Чарли зорко глядел по сторонам.

Вновь он вернулся в игру.

* * *

Подбежав к взлетающему самолёту, Стив схватился за лестницу на нижнем крыле и поднялся к двери. Немецкий солдат бросил на Стива изумлённый взгляд, но Тревор тотчас схватил мужчину за ворот и выкинул на взлётную полосу.

* * *

Диана бросилась со всех ног, и Арес устремился навстречу. Две непреодолимые силы, которые вот-вот столкнутся. Прямо из огня появился Арес, держа в кулаках два меча.

Началась настоящая битва. Полубог против бога. Они накинулись друг на друга над всем тем хаосом, что кипел средь воющего ветра.

Скоро наступит конец. Скоро кто-то умрёт.

* * *

Самолёт стремительно двигался к точке взлёта, пока вибрация двигателей и шасси сотрясала всё вокруг. Стив зашагал по тесному проходу с низкими потолками к кабине, где сидели пилоты. Заметив врага, второй пилот поднялся и вытащил из кобуры пистолет.

Первый пилот встревоженно покачал головой, указывая на газовые бомбы.

– Выстрелишь, и мы все взлетим на воздух!

Кивнув, мужчина убрал пистолет, но тут же сорвал со стены топор и бросился на Стива. Стив, увернувшись от удара, врезал сопернику кулаком, отправив его тем самым к полкам с бомбами. Не теряя времени, Тревор выхватил топор и нанёс сокрушительный удар. Следующим в нападение кинулся первый пилот. Подняв тяжёлый гаечный ключ, он замахнулся, однако Тревор успел увернуться. Пилот попытался вонзить ключ в шею врага, но Стив заблокировал удар. На мгновение стиснув от напряжения зубы, они вцепились друг в друга. Стив ощутил изо рта мужчины запах алкоголя.

Неожиданно самолёт попал в выбоину на взлётно-посадочной полосе, отчего бомбы на стойках громко зазвенели. Пользуясь моментом, Стив развернул пилота и ударил лицом прямо в стальную деку. Гаечный ключ выпал из руки мужчины, и тот замер.

Отбросив в сторону ключ, Стив выкинул трёх немцев за борт и поспешил обратно в кабину. Сев в кресло пилота, Тревор нашёл рычаг и толкнул его вперёд. Он не был уверен в том, какая скорость требовалась для взлёта (в особенности для взлёта с тяжёлым грузом). Стив дышал глубоко, наблюдая, как на фоне рычащего самолёта размывался бельгийский пейзаж.

Когда в поле зрения показался конец взлётно-посадочной полосы, Стив потянул рычаг, и колёса чёрного самолёта медленно оторвались от земли. Всё выше и выше поднимался он в небо, направляясь к лесистым холмам.

* * *

Осознав, что пришло время покидать аэродром, доктор Мару лихорадочно сгребла все блокноты и бумаги и бросила их в огонь. В этом адском хаосе Людендорф куда-то пропал. В последний раз она видела его на балконе диспетчерской, но если он находился там во время обвала, то, скорее всего, уже мёртв. Капсулы, придающие силы, не могли защитить от взрыва.

Ангар снова сотрясся; кипящие колбы и другая стеклянная посуда падали с полок, разбиваясь вдребезги и выливая содержимое на бетонный пол.

Кто нападает?

И как?

Ответов у неё не нашлось.

Огонь ярко полыхал, охватив записи доктора Мару, но учёная помнила, что у Отечества до сих пор имелись в распоряжении самолёты с бомбами.

Пламя поднималось всё выше.

* * *

В то время как Сэмми и Чарли открыли ответный огонь, Вождь раскладывал динамит по всему ангару. Никогда больше Германия не создаст здесь бомбу. Вождь на мгновение подумал о битве за Аламо, улыбнулся и продолжил засевать пол взрывчаткой, которая сумеет разметать это место до самых небес. Он опрокинул чан химикатов, чтобы те не взорвались от давления.

Покончив с динамитом, Вождь установил предохранители и бросился бежать обратно к Сэмми и Чарли. Все трое тут же пригнулись и закрыли уши руками.

В огромном огненном шаре лаборатория разлетелась на куски. Ударная волна обрушилась на них, а затем на брусья и балки, и пока куски ангара падали вниз, пули продолжали нескончаемый свист. Десятки немецких солдат окружили троицу. Чарли поднял винтовку и выстрелил в ответ. Несколько солдат пали, но их оказалось слишком много…

Стреляя от бедра, они знали, что придётся беречь патроны… И они берегли. Их загнали в угол, и выхода больше не было.

Глава 21

Набирая скорость, Стив опустил рычаг, и самолёт круто устремился ввысь. Протянув руку, он постучал ногтем по датчикам топливного бака. Бак полный. Интересно, как далеко от цивилизации он сможет добраться? Полететь что ли к Атлантическому океану? Или тяжёлый груз так быстро исчерпает топливо, что самолёт рухнет прямо на берег Франции? Нельзя было ошибиться – на кону слишком много человеческих жизней.

Ветер с такой силой ударял в корпус, что крылья дрожали и прогибались, однако самолёт продолжал набирать высоту.

И тогда в голове вспыхнула идея: что, если подняться и достичь максимального потока ветра? Тогда выпущенный газ развеялся бы на сотни, может быть, на тысячи миль, разбавился бы и стал безвредным. Стив попытался выглянуть в окно, но увидеть что-либо возможности не представлялось. Как там Диана?

Самолёт набирал высоту.

* * *

Ветер порывами набрасывался на Диану, а Диана в свою очередь набрасывалась на Ареса, нанося удар за ударом по голове и груди. Пока он медленно отступал, позади с раскатистым грохотом взорвалась лаборатория Мару. Арес упорно сопротивлялся и вскоре пошёл в наступление, вынудив отступить амазонку. Собрав волю в кулак, Диана ответила на удар, и оба они в вихре разлетелись по сторонам. Следующий шаг был за Аресом: бог войны бросил обломок в Диану, однако она успела поймать стремительно летящую глыбу с помощью лассо.

И тогда Арес схватил противницу за горло. Сияя в своих доспехах и паря в воздухе, Арес выбивал из амазонки жизненные силы.

– И это всё, на что ты способна? – насмехался он.

Схватив цепью запястья Дианы, Арес с силой бросил её в немецкий танк, после чего поднял машину в воздух, словно детскую игрушку, оторвал одну из гусениц и кинул в соперницу. Гусеница туго обернулась вокруг её тела и тяжело повалила на землю.

Арес приблизился, возвышаясь над ней.

– Дитя, ты напрасно думаешь, что можешь победить.

Со связанными запястьями Диана боролась с тяжестью металла, удивлённая, что почти не может пошевелиться.

* * *

Щёлк.

Патронов больше не осталось.

Чарли прислонил оружие к ящику и вытащил нож. Вскоре у Сэмми и Вождя тоже закончились пули.

Когда их стрельба прекратилась и больше не возобновлялась, немцы начали приближаться.

Команда оказалась в ловушке.

* * *

Всё ещё сражаясь с весом металла, Диана услышала рёв самолёта и подняла глаза в небо. Страх тотчас охватил её сердце – шквалистый ветер ударял корпус судна, на борт которого совсем недавно поднялся Стив. Диана знала, что он никогда не летал на подобном самолёте. Должно быть, он планировал улететь куда-нибудь подальше, посадить судно, а затем передать английскому…

…Но тогда зачем он так стремительно набирает высоту? Он взмывает ввысь, точно стрела, выпущенная из колчана амазонки. Что он задумал?

Но вдруг она поняла его план…

* * *

В кабине самолёта Стив сфокусировался на стрелке высотомера: почти 17000 футов над землёй. В работе двигателей начались перебои; из-за потери мощности судно дрожало. Давление на грудь становилось невыносимым, дыхание – тяжёлым и быстрым. Голова начала кружиться. Стив улыбнулся. Потом засмеялся. Ему казалось, он начал сходить с ума.

Нечем дышать.

Время пришло.

Онемевшими пальцами Стив вытащил из кобуры пистолет и направил дуло в сторону бомб. Он усмехнулся – он не боялся. Однако чувство грусти никак не покидало его душу – он так хотел показать Диане прекрасные уголки этого мира. Поделиться с ней его красотами. Почитать газеты и вместе позавтракать… Но, увы, этому случиться было не суждено.

Не суждено…

Тем не менее Стив не мог перестать улыбаться, когда думал о ней и о том, что он делал. Он помнил, что его действия принесут мир этой планете.

Всё вокруг становилось серым, пока голова всё больше погружалась в какой-то морок. И тогда Стив закрыл глаза и нажал на курок…

* * *

Высоко над Дианой появилась яркая вспышка света. Настолько яркая, что проникла сквозь грозовые тучи. Раскат грома перебивал все звуки бури. И вскоре огненный шар поглотило чёрное небо.

А затем наступила тишина.

Диана знала.

Самолёт… Стив…

Из её лёгких раздался вопль скорби и ярости такой силы, что звёзды над головой задрожали.

Полубогиня вспыхнула гневом и одним резким толчком освободилась от гусениц танка. Удивлённый проявлением силы Арес отступил.

Из глаз амазонки струились слёзы. Буря разразилась в полную мощь, как будто только и ждала настоящей ярости. Диана стояла в эпицентре шторма, пока Арес, триумфально улыбаясь, поднял искрящиеся руки. По его приказу десятки ударов молнии поразили аэродром. Всё вокруг взрывалось: здания, деревья, самолёты.

Диана обернулась, и в ту же секунду Арес исчез. Впереди она увидела немецких солдат, приближающихся к её друзьям – команде Стива – и тут же превратилась в Фурию, бесчувственную машину смерти. Не осталось больше ни убеждений о чести, ни сочувствия. Она бросилась бежать мимо солдат, быстрее, чем те успевали среагировать. Кулаками и ногами она наносила удар за ударом, ломая их, как сухие ветки, и разбрасывая по сторонам. Под горячую руку попадались все – не только те, кто пытался убить, но и те, кто пытался бежать. Не ждать им пощады. Никто не сбежит от принцессы амазонок. Схватив последнего солдата за ногу, она швырнула его в здание. Лёгкие её вздымались… и вдруг она испустила пронзительный крик.

Раскатистый голос Ареса окутал Диану со всех сторон:

– Посмотри, что ты натворила!

Она всё оборачивалась в поисках Ареса, пока над головой чёрные облака разрывались раскатами грома. Среди полыхающего пламени вновь прозвучал голос бога войны:

– Посмотри на себя. Ты пришла сюда с такой решимостью и надеждой…

Задыхаясь, как зверь, Диана старалась не слушать. Но тогда она увидела в облаках его силуэт. Она вспомнила о всех ужасах, с которыми столкнулась в мире людей – о замаранных грязью детях с пустыми глазами; о матерях с протянутыми за коркой хлеба руками; о старых дедах, вынужденных собирать бомбы, которые уничтожат их же деревни. Смерть и разрушение. Антитеза всего, что она знала на своем острове.

– Взгляни на их мир! Люди натворили всё это! Не я! Слабые, такие же, как твой капитан Тревор! Сбежал и оставил тебя одну… И ради чего? Ничтожество. Он заслужил свою смерть!

В гневе Диана набросилась на него и изо всех своих сил принялась бить кулаками. Тяжелее, ещё сильнее… А затем подняла над головой танк. Арес повернулся к взлётно-посадочной полосе и военному грузовику, который мчался от комплекса. Поворотом руки он сменил направление ветра, чтобы поднять машину над землёй и отправить прямиком в Диану. Когда она увернулась, грузовик рухнул на землю и кубарем покатился дальше, на ходу разваливаясь на куски. Из-под обломков к ногам Дианы вывалилась доктор Мару.

– Взгляни на неё и скажи, что я ошибаюсь, – насмехался Арес.

Доктор Мару. Безжалостный убийца. Монстр, который смеялся, когда люди задыхались в её камере пыток. Женщина, сбросившая на Вельд бомбу.

Диана, с ненавистью глядя на учёную, всем сердцем желала ей смерти.

Я убью её. Это самое малое, что я могу сделать для этого мира.

Съёжившись, доктор Мару вскинула руки, и ветер сорвал с лица металлическую маску, открыв тем самым жалкий вид.

– Она – типичный представитель их рода, – заявил Арес. – И она не достойна твоего милосердия. Уничтожь её, Диана!

Диана стояла окружённая разрухой, которую они сотворили. Боевые барабаны загремели в душе амазонки. Стив умер, и кровь его на руках этой женщины.

– Давай же! Она заслужила! – настаивал бог войны.

Диана держала танк над головой, и гнев её почти вышел из-под контроля.

Но затем в голове возник образ Стива. Тот последний момент, когда её оглушил поток одновременных взрывов. И теперь Диана услышала, что он говорил. Впервые услышала…

– Прости, что не верил. Но я так давно перестал верить во что-либо… Пока не встретил тебя… С первого дня, когда я увидел тебя, ты стала всем, во что я хотел верить. Ты сможешь сделать это, Диана. Я знаю, ты сможешь. – Он замолчал, и глаза его заблестели. – Но я должен идти.

– Что? – воскликнула она.

– Пора! – закричал Чарли.

Стив посмотрел на команду, затем снова на неё.

– Если бы у нас было время.

– Нет, – отчаянно возразила Диана. – Что ты говоришь?

– Всё хорошо. Я пришёл сюда за этим. Я спасу этих людей, но ты… ты спасёшь мир.

Стив вложил ей в ладонь часы. Глянув на подарок, она подняла голову, но Стив уже бежал прочь.

Его лицо снова вспыхнуло в памяти – тот последний, полный сожаления, взгляд. Сердце Стива Тревора разбилось. Диана взяла себя в руки, стараясь сдержать подступившие слёзы, и вдруг услышала его голос:

– Я люблю тебя.

Диана вернулась в настоящее – вновь стала амазонкой, а не сестрой сумасшедшего убийцы.

Я – посланница мира. Я не палач.

Внезапно она осознала, что сама попала под чары Ареса. Оказалась поймана в плен. Его яд наполнил разум, сердце и душу. Она не создана для мести – она создана для того, чтобы нести гармонию человечеству, показать им истинную любовь. Диана посмотрела на тяжело дышащую, дрожащую, доктора Мару.

Испуганная и одинокая доктор Яд.

И в тот момент она поняла, что Стив пытался донести: да, человечество обладало способностью к разрушениям и жестокости, но в них жила добрая сила, которую можно взращивать и которая способна увеличиваться. Невзирая на недостатки, они способны любить – быть самоотверженными, добрыми, храбрыми.

Быть как Стив Тревор.

Разве амазонки хотели наказывать человечество за недостатки?

– Нет, – тихо сказала Диана.

Как только амазонка открыла глаза, они испустили золотой свет. В одночасье она изменилась – познала, что такое любовь. Сила пронзила её, как никогда прежде. Мощное чувство, намного крепче, чем ненависть или сострадание. Крепче всего остального.

– Ты ошибаешься на их счёт, – заявила Диана и опустила танк.

Доктор Мару тотчас вскочила на ноги и убежала прочь.

Арес взорвался злобной яростью, наполнив небо пеплом и бурей. Он поднял руку и бросил в неё шквал мечей, но она отразила их, скрестив браслеты.

– Нет! – завопил Арес.

– Они созданы по образу и подобию Зевса, – цитировала она историю, которую мать рассказывала ей много раз. – Они были честными и добрыми, сильными и страстными.

Диана спокойно направлялась к богу войны, превращая шторм в тихий дождь, как будто само её присутствие отрицало его силу.

– Ложь! – закричал Арес.

С бешеной злобой он собрал страшные грозовые тучи и впустил в них ярость, силу и величие небес. Но все они вновь безобидно развеялись.

– Боги велели нам, амазонкам, воздействовать на сердца людей любовью и восстановить мир во всем мире.

– Любовью? – усмехнулся Арес. – Любовью, которую дал им мой отец? Любовью, которую он никогда не давал мне!

Его сверкающий рогатый силуэт кружил вокруг, точно призрак, но Диана, отражая все удары, продолжала свой путь.

– Я спас их однажды, хотя они этого не заслуживали. Они не заслуживают и твоей защиты!

Слова Стива Тревора эхом отразились в голосе Дианы:

– Это совсем не важно. Важно то, во что ты веришь.

А я верю в любовь.

Арес искрился молниями; пламя стекало по рукам, собираясь в ладонях. Вновь сверкнул его истинный облик, но в одно мгновенье исчез.

– Тогда я тебя уничтожу! – заорал он.

Диана подпрыгнула в воздухе, когда Арес выпустил мощнейшую вспышку. Заряды, словно пули, осыпали её тело, как солдаты, как горе, как ненависть. Они били её снова и снова в отместку за горе бога, собственный Создатель которого презирал его.

Поглотив тепло и силу, Диана шагнула ближе, затем взмахнула руками и в воздухе скрестила браслеты.

– Прощай, братец.

Последний удар молнии поразил их, и они засветились синим заревом. Диана сморщилась от жгучей боли, но не сдавалась – она держалась до тех пор, пока полная сила, более мощная, чем все бомбы планеты, не вернулась в Ареса. Его крик сходствовал с криком десяти тысяч человек. А затем он взорвался в ярком свете, который сотряс мир и оставил в Земле огромный кратер.

Бога войны больше не было.

* * *

Рассвет.

Дождь смыл почерневший дым, и радужные цвета омыли мир. Солдаты пробуждались, будто от кошмара – возвращалась лучшая сторона человечества. Люди снимали противогазы, словно актёры греческой трагедии. Среди них Диана не увидела доктора Мару.

Чарли, Сэмми и Вождь стояли вместе, всё ещё живые. Немцы отпрянули от команды, а затем все они принялись жать друг другу руки, помогать бывшему врагу, позабыв о войне.

Пока последние хлопья пепла кружили вокруг дочери Зевса и Ипполиты, Диана подняла лицо к заходящему солнцу. И в окружающем безмолвии услышала ещё большую тишь…

Карманные часы Стива перестали тикать.

Эпилог

Что прекрасней всего

на обугленной солнцем земле?

«Кавалерии всадники!» —

скажут ревниво одни.

Возразят им другие, ответив тотчас: «Корабли!»

Ничего нет прекрасней любимого —

кажется мне.[8]

Сапфо

Чудо. Настоящее чудо.

По всему миру звенели церковные колокола; народ ликовал и танцевал. Великая война закончилась.

На Трафальгарской площади в Лондоне стоял шум и гам. Конфетти и заголовки газет придавали празднику особую радость. На ветру гордо развевались флаги, пока горны и духовые оркестры приветствовали увенчанных цветами солдат, которые хватали симпатичных медсестёр и осыпали поцелуями. Гремели барабаны, но теперь уже не военные – теперь звучали напевы и ритмы мира.

Диана и Этта Кенди шли по переполненной площади. Диана была в роли Дианы Принс – волосы в пучке, очки на носу. Этта по случаю события оделась нарядно. Вместе они наслаждались праздником.

Вскоре к ним присоединились Чарли, Сэмми и Вождь, и все они добрались до недавно возведённой мемориальной стены с фотографиями – снимками погибших воинов, которые отдали жизни в защиту Англии и её союзников. К спискам были прикреплены цветы, ленты и заметки.

И тогда Диана нашла его. Увидев фотографию, сердце сжалось от боли. На снимке молодой Стив в форме лётчика стоял возле самолёта. Счастливый, жаждущий жизни. Живой.

Слёзы навернулись на глаза, но Диана сумела улыбнуться, коснувшись пальцем фотографии. Стив любил ее, но ушёл. Однако любовь, которую он разжёг в её сердце, не исчезла – она выросла и охватила всё человечество. Этих ликующих людей, эту планету чудес.

Париж

Наши дни

Сила.

Милосердие.

Мудрость.

Чудо.

Когда-то я хотела спасти мир.

Сто лет спустя Диана стояла в своём кабинете в Лувре, разглядывая фотографию, которую изначально пыталась украсть у Лекса Лютора. Она выяснила, что тот знал о ней, собирал информацию и каким-то образом достал снимок. Диана же хотела заполучить изображение Чарли, Сэмми, Вождя и Стива из маленькой деревушки Вельд по гораздо более сентиментальной причине. Именно попытка достать фотографию из штаб-квартиры Лютора подсказала Брюсу Уэйну – Бэтмену – что Диана была не из этого мира. Во всяком случае, возможно.

Чтобы положить конец войне и подарить мир человечеству.

Взгляд её задержался на изображении Стива. Все присутствующие на фотографии люди уже были мертвы. Будучи смертными, они подчинялись законам времени. Жаль, что у них со Стивом его оказалось так мало.

Но теперь я знаю… Я коснулась тьмы, что живёт рядом со светом. Видела худшее и лучшее. Видела, на какие ужасные вещи способны люди во имя ненависти… и на что способны ради любви.

Теперь я знаю. Только любовь может спасти мир.

Диана вздохнула.

Вытащив из кармана часы Стива, она повертела их в руках. Они прекратили тикать в момент его смерти, навечно застыв во времени.

Диана положила часы рядом с фотографией, а затем напечатала электронное письмо Брюсу Уэйну:

Спасибо, что вернули мне его.

Так что я остаюсь. И буду биться за то, чтобы этот мир стал таким, каким может быть. И это моя главная цель.

Стоило ей нажать «отправить», как тут же раздался вой сирен. Через несколько мгновений, одетая в доспехи амазонки, Диана уже стояла на крыше здания, просматривая городской пейзаж Парижа. Вдалеке горизонт окрасился пламенем. Пожар. Люди в опасности.

Пора. Пора за работу.

И Чудо-женщина спрыгнула с крыши, чтобы приняться за дело.

Об авторе

Нэнси Холдер, автор бестселлеров по версии Нью-Йорк Таймс, написала множество романов по фильмам, в том числе: «Баффи – истребительница вампиров», «Ангел», «Гримм», «Красавица и Чудовище», «Охотники за привидениями» и «Багровый пик». Нэнси Холдер является четырёхкратным лауреатом премии Брэма Стокера и автором десятков романов, рассказов и очерков о писательстве и поп-культуре.

1

Ксифос – прямой обоюдоострый меч длиной около 60 см.

2

Бэтмен

3

chérie (с французского) – дорогая

4

Путь далёкий до Типперери (англ. It’s a Long Way to Tipperary) – маршевая песня британской армии.

5

С французского – кафе-бар-закусочная.

6

Вакханка – в античном мире – жрица Вакха, бога вина и веселья.

7

Фукидид – крупнейший древнегреческий историк, основатель исторической науки, автор «Истории Пелопоннесской войны».

8

Сапфо (фрагмент 16) Перевод Софьи Полянкиной

Content

Нэнси Холдер
Чудо-женщина. Официальная новеллизация

Книга 1 Амазонка

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Книга 2 Воительница

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Книга 3 Чудо-женщина

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Эпилог

Об авторе

1