Ильин Владимир Алексеевич

Шериф 2. Сказка на миллиард

Шериф 2. Сказка на миллиард

Ссылка: http://samlib.ru/t/tagern/sh2.shtml

Автор: Ильин Владимир Алексеевич

Жанры: Приключения, Фэнтези, Юмор

Аннотация:

не-ЛитРПГ. Экспа нет, прокачки нет, хомяк отомстит, ролеплей на грани фола.

Несерьезный гном с серьезными проблемами.

Пишется в порядке отдыха :-)

Размещен: 28/09/2014

Изменен: 26/11/2017

Шериф 2. Сказка на миллиард

Пролог

Джонатан Лоренс с сомнением посмотрел на пластик визитки, сравнив с надписью на табличке. Выходило, что пришел он правильно, и за металлической дверью действительно находится 'Стив Уотер, доктор психологии'. По крайней мере, так там было написано — черным шрифтом на золоченном основании, накрепко привинченном к стене солидными винтами. Вполне разумная предосторожность для бизнес-центра 'Д' класса, с его бесконечным потоком случайных людей, то и дело проходящих мимо с видом усталым, взволнованным, обреченным, злым и равнодушным — от лифтов к кабинетам по обе стороны бесконечного, во всю длину здания, коридора. И что в этом муравейнике нашел самый настоящий доктор психологии? Быть может, ценил близость к потенциальным клиентам?

На самом деле, эти вопросы не сильно интересовали Джонатана — не настолько, чтобы тратить время на пространные рассуждения, стоя напротив двери. Он просто не хотел делать еще один шаг вперед и нажимать на кнопку звонка.

Лоренс не любил визиты к врачам. Сказывался стаж работы пилотом размером в половину жизни — посещение доктора вполне могло закончиться красным штампом 'негоден', безработицей, отобранным за долги кораблем и местом в бесконечной очереди за пособием. Казалось бы, страхи остались в прошлом — теперь он вполне обеспеченный человек, с рисковым делом полетов покончено, да и психолог — не врачебная комиссия, но Джонатан по-прежнему стоял возле двери, сжимая меж пальцев визитку.

Ему просто все это не нравилось. И вызов через социальную службу, и требование обязательного посещения, и деланно-озабоченный вид хозяйки дома, в котором он снимал половину, которая отчего-то оказалась в курсе вызова. Когда на счету лежит пара миллионов, родственников нет, а ближайшие друзья проживают на другом континенте, как-то по-особенному относишься к таким событиям. Со здоровым подозрением.

Всему виной цепь потрясений, испытанная Лоренсом в первые дни возвращения на Землю. Больше не было привычной работы, казался чужим профсоюз шахтеров, старые приятели не рисковали попадаться на глаза. Не велика проблема, вроде бы — есть деньги, причем, большие деньги; есть воля, сила и уверенность в себе. Соблюдай правила, будь честен — и мир тебе улыбнется. Все оказалось совсем не так — мир видел в Лоренсе лишь внезапно разбогатевшего лопуха, которого следовало немедленно обчистить до нитки.

Было ли тому причиной чувство неуверенности, преследовавшее каждого, кто навсегда завершил карьеру; или же сообщения новостных агентств, не сразу отставших от счастливчика, но первую тройку дней Джо привлекал неприятности, как свет — мотыльков. В первые же сутки Джонатан отбил две серьезные попытки грабежа, чудом избежал подставы и последующего судебного разбирательства. На второй день был вынужден бежать через окно комнаты отеля, в которую уже ломились временно безработные гости страны в надежде обрести билет в жизнь. Тогда-то и пришло понимание, что совсем недаром звезды и коммерсанты не выезжают без охраны за высокие ворота своих особняков.

Третий день он встретил красными от бессонницы глазами, в кольце только-только нанятых телохранителей. Через полтора часа их машина попала под обстрел, и Лоренс, вдавленный рукой защитника в пол меж рядов кресел, совершенно не понимал, куда исчез закон и правила из города его детства.

С появлением охраны интерес к Лоренсу изрядно поутих, но привычка видеть неприятности в каждом событии осталась навсегда. Поэтому, даже сейчас в паре шагов от него скучала пара плечистых ребят, с профессиональной заботой поглядывая на клиента. В руке у одного из охранников матово блестел очень полезный чемоданчик — с инвентарем на тот случай, если что-то пойдет не так. Не пригодится — ну и славно. Но уж лучше подстраховаться.

Разумеется, вызов к психологу мог оказаться обычной заботой о гражданине — все-таки, несколько месяцев на безымянном астероиде вполне могли обернуться душевной травмой. Но ведь не обернулись? Потому и приходит мысль — не нацелился ли кто на опеку над тобой и твоими капиталами.

В общем, причины опасаться визита определенно были, а вот причин и дальше стоять перед дверью — совсем нет. С этой мыслью Джонатан постарался изобразить радушную улыбку и нажал на звонок.

Шевельнулась бронешторка на дверью, под еле слышный скрип сервоприводов механизм видеокамеры нацелился на улыбающееся лицо Лоренса и вновь скрылся за полосками стали.

— 'Войдите', — прогудел скрытый динамик, а в двери что-то щелкнуло.

За дверью разместился небольшой кабинет в светло-бежевых тонах, удивительно уютный и по-домашнему теплый. Вместо бездушной громады зеркального окна, составлявшего фасад здания, тут почему-то оказалась вполне обычная рама с широким подоконником и парой цветочных горшков на нем. Прибранные по бокам занавески давали оценить довольно неплохой вид на портовую часть города, с меланхоличными силуэтами огромных грави-барж, привязанных своими маршрутами, как и прежде, к поверхности реки. В центре кабинета разместилась знакомая (исключительно по фильмам) мебельная пара — полукруглая софа для пациента и кресло доктора, пока что пустующее. Потому как хозяин кабинета только-только вставал из-за рабочего стола у стены слева.

Хозяин кабинета, Стив Уотер, совсем не походил на врача. Внешностью он был в самого обычного парня на излете третьего десятка лет. Уже есть та самая степенность и солидность человека, верящего в собственные силы и навыки, но молодежная прическа со слегка зализанной набок челкой темных волос выдавала желание оставаться молодым. Одежда — строгий и явно дорогой костюм поверх рубашки без галстука, с нарочито расстегнутым на одну пуговицу воротником. В представлении Джонатана, так мог выглядеть бизнесмен средней руки, отдыхающий от трудов. Впрочем, с психологами он раньше не встречался — дорого, да и незачем. Да и что мог сказать космический шахтер такому специалисту? На что пожаловаться, какую тему обсудить? Утечку топлива, пробой обшивки, клин выдвижной опоры? А может, самую главную проблему — чем покрыть дыру в бюджете после этого самого визита?

— Здравствуйте, мистер Лоренс, — сияя широкой улыбкой выбеленных зубов, хозяин кабинета вышел из-за стола, чтобы встретить гостя у двери.

— Добрый день, — осторожно ответил Джо, протягивая руку.

Ладонь коснулся теплый пластик прозрачной одноразовой перчатки, рукопожатие вышло несильным, ненастоящим, как и улыбка Стива.

— Располагайтесь, прошу, — Уотер жестом указал на софу, сам же подхватил со столика прямоугольник планшета и разместился в кресле напротив.

Джонатан присел на край ложа, намереваясь провести визит именно в таком положении, но заметил укоряющий и явно недовольный взгляд Уотера. Пришлось расположиться полулежа. Не сказать, что это добавило неудобства — совсем нет. Наоборот, место показалось очень мягким и удобным — оно буквально обволакивало тело, подстраиваясь под него, а уровень глаз оказался вровень с собеседником напротив.

— Мистер Лоренс, — психолог добавил в голос тревожной заботы. — Как вы себя чувствуете?

— Великолепно, — сообщил чистую правду Джо.

— Я знаю, что вы потеряли корабль...

— Продал, — уточил Джонатан, невольно перебив.

— Простите? — Осекся психолог.

— Я продал корабль. Я его не потерял.

— Хорошо-хорошо, — согласился Уотер, — Я хотел сказать, вы пережили потрясение. Вся ситуация с аварией и вашим невольным заточением крайне трагична. Я искренне сочувствую вам.

— Все завершилось удачно, и для меня этого более, чем достаточно. Если вас интересует, вспоминаю ли я о произошедшем, испытываю ли проблемы со сном, депрессию или желание запить воспоминания спиртным — все мимо. Я прекрасно себя чувствую и полон сил. На данный момент подыскиваю новый вид деятельности, пока же всецело занят новым хобби.

— Мистер Лоренс, я врач, — проникновенно поведал Стив, чуть подавшись вперед. — Если у вас есть какие-то проблемы, вы можете поведать их мне совершенно спокойно. Все, что вы скажете, останется между нами.

— Тем не менее, я вынужден настаивать — со мной все замечательно. Я даже рад, что все случилось так... Как случилось.

Джонатан спокойно смотрел доктору в глаза, говорил уверенно — как и положено человеку, давным-давно разобравшемуся в своем прошлом. И, сказать честно, не испытывающему по нему ни малейших сожалений.

— Вы рады тому, что ваш корабль потерпел крушение? — Усомнился Уотер.

— Нет, разумеется. — Джонатан подумал и решил разбавить беседу каплей эмоциональности. — Те три месяца одиночества стали довольно сложным испытанием. Вы знаете, довольно сложно осознавать, что никому в этом мире ты не нужен, твоя страховка — простая бумажка, а в профсоюзе десяток желающих получить твою лицензию. Кое-кто из них даже писал мне письма с просьбой выключить жизнеобеспечение и не мотать нервы. Зато после, я нашел настоящих друзей.

— В виртуальности? — Психолог решил пока обойти тему угроз, отметив их нечитаемой закорючкой на сенсоре планшета. — Вас ведь подключили к игре с полным погружением? Я видел статью в 'Американском психологе'.

— Верно.

— Но это же не настоящие, виртуальные друзья? Вы не знакомы с ними лично...

— Будет сложно найти разницу. Они — живые люди, пусть и живут на другой стороне земного шара. Тем более, именно они помогли мне, когда остальные отвернулись.

— Поэтому вы замкнулись внутри игрового мира? — Уотер с азартом ухватился за ниточку возможной проблемы.

— Почему вы так решили? — Удивился Лоренс.

— Видите ли, мистер Лоренс, ваша домовладелица, миссис Пирс, обратилась в социальное ведомство с сообщением, что вы днями не входите из дома. Вы не смотрите телевизор, не читаете газет, еду вам привозит курьер. И она права в своем беспокойстве — такая изоляция весьма опасна для здоровья.

— Ах вот оно что, — успокоено вздохнул Джонатан. А он-то нагородил себе версий, одна другой хуже... — Тогда все становится предельно ясно.

— Для вас не составит труда сообщить мне подробности?

— Нет ничего проще, — улыбнулся Джо. — Госпожа Пирс весьма раздосадована тем, что на меня не удалось переложить плату за телевидение, почту и продукты, а еще за стрижку газонов, экологические взносы, амортизацию мебели и еще десяток пунктов, внесенных ею в договор о содержании с расчетом на обычного жильца. Я же этим совершенно не пользуюсь. Честно говоря, я даже не думал, что все зайдет так далеко.

— Давайте сойдемся на том, что миссис Пирс действовала исключительно ради вашего блага, — отзеркалил улыбку Стив. — Самоизоляция — это повод, согласитесь, нешуточный.

— Мистер Уотер, я не оторван от мира. Я живу в обществе, общаюсь и взаимодействую с людьми. Да, они все находятся в виртуальности, но, согласитесь — если мир эльфов, людей и гномов выбрали несколько миллионов человек, то это уже сложно назвать просто игрой — они заселили этот мир.

Джо не стал говорить, что после происшествий первых дней, спокойствие виртуальности закономерно казалось раем — там были друзья; свой дом — настоящий островок безопасности; время подумать, посоветоваться и принять решения. Да и посещение психолога, после информации о причинах вызова, резко превратилось в формальность, которую следовало завершить побыстрее.

— Но при этом вы недвижно лежите в вирткапсуле! Реагируя на несуществующие битвы, ваше тело вырабатывает адреналин и десятки веществ, которые вы попросту не потребляете. Сердце бьется чаще, чтобы обеспечить мышцы кислородом, но вы-то обездвижены! В итоге нервная система, сердце, мышцы — все идет вразнос. Хваленые уверения производителей капсул? Они относятся только к часу игры в день! Мистер Лоренс, давайте признаем, что у вас есть проблемы и попробуем совместно их преодолеть.

— Я забочусь о собственном теле и дважды в день посещаю тренажерный зал на моей половине дома. Я слежу за здоровьем, каждое утро делаю десяток кругов вокруг дома, пока миссис Пирс спит. Мне поставляют исключительно натуральные и полезные блюда. Даже питательная смесь в вирткапсуле — особого сорта 'экстра+'. Поверьте, я намереваюсь прожить долгую жизнь, интересную и насыщенную. — Терпеливо изложил Джонатан. — Мистер Уотер, разрешите вопрос?

— Разумеется!

— Какое самое яркое событие произошло с вами на прошлой неделе?

— Хм, — заерзал на месте Стив и что-то уточнил на планшете, — М-м, неделя вышла довольно загруженной, поэтому... Но месяц назад я был в Нью-Хейвене!

— Месяц назад я летал на драконе, бился с огромным троллем и снежными гарпиями, — меланхолично поведал Джо.

— Но это несравнимо!

— Почему?

— Не существует троллей, драконов и гарпий, — терпеливо ответили ему.

— Для десяти миллионов человек — существуют. Думаю, куда меньшее их число знает о существовании Нью-Хейвена.

— Послушайте, мистер Лоренс, я и сам играю в игры. Иногда. Но это не значит, что там надо жить. Оглянитесь вокруг — мир прекрасен! — Широкий жест очертил полукруг, показав на окно и голые стены.

— У вас фальшивый вид из окна, — устало вздохнул Джо. — Не спорю, если бы не застройка рядом, то там был бы порт. Но на самом деле за голографией находится глухая стена соседнего небоскреба.

— Это часть дизайна кабинета, — болезненно скривился Уотер.

— И если мир так прекрасен, почему вы отгородились от него пуленепробиваемой дверью?

— Мистер Лоренс, я понимаю, что мой офис находится не в лучшей части города, но есть места совершенно чудесные!

— Я вижу только город в тридцать миллионов человек. В этом городе опасно гулять по ночам, опасно переходить через дорогу, опасно дышать, опасно есть его пищу. Случайная инфекция от чихнувшего в толпе, сбой в пневмометро, бунт эмигрантов — тысячи бед ждут на каждом шагу.

— Мистер Лоренс ... — Стив поднял руку.

— Поэтому десять миллионов игроков выбрали спокойный и безопасный мир бесконечных полей, лесов, озер, рек и гор. Мир без боли и эпидемий, без политиков и социального неравенства. Мир, где можно стать героем или странствующим бардом, искусным чародеем или кузнецом. Мир, где каждый ваш шаг приближает к успеху и счастью. Вы бы хотели жить в таком мире?

— И кто будет платить по счетам? Оплачивать энергию, площади и пищу?

— Так игроки и платят, — усмехнулся Джо. — Встают ранним утром, добираются до метро, протискиваются в забитые людьми вагоны. Полтора часа бездумно смотрят в потолок, пока не объявят их станцию. С остальной толпой попадают на поверхность, стараясь не замечать толчки соседей и наступивших на ногу. Затем отбывают восьмичасовой рабочий день, зарабатывая те самые деньги, и отправляются домой — тем же маршрутом. А уже дома, избыв ежедневную повинность, они возвращаются к любимому делу — волшебству или маханию мечом наперевес. Реальный мир стал для них обузой. И это не та проблема, которую должен решать психолог, мистер Уотер. Это действительность.

— Клерки среднего звена, рабочие — я понимаю. Но вы же миллионер! — Воскликнул тот. — С вашими деньгами вам доступны любые удовольствия и развлечения реального мира! Разве вы не хотели бы забраться на вершину Эвереста, покорить морские глубины, покататься на дельфине, устроить охоту на Тау Кита?

— Почему я не могу сделать это в виртуальности? Взойти на горы выше, пройтись по морскому дну, своими руками одолеть монстров умнее и опаснее?

— Но это же совершенно не то!

— Набор ощущений, тщательно смоделированный на базе тысяч и тысяч людей, не позволит телу и разуму обнаружить подмены.

— Но вы все равно будете знать, что это обман — подделка, а не восхождение...

— Разве? От меня потребуются куда большие усилия для достижения цели. Я пройду по нехоженым маршрутам, без проводника и современного снаряжения. Не в компании десятка одуревших о богатства бездельников, медленно пыхтящих по натоптанным тропам, без теплых палаток и стрекота вертолета медпомощи над головой. Метель будет бросать снег в лицо, дикие звери пойдут по следу, от легкого шороха будут сходить лавины, грозя подгрести под себя. Мой путь будет уникален, потребует силы воли и упорства, хитрости и удачи. Мой след, мое имя, которое я напишу на вершине, не сотрет усталая обслуга, освобождая место для тысяч других туристов. Флаг, который я оставлю на вершине, не отправится в мусор. И когда я взойду на вершину — о достижении узнают миллионы, а не два десятка бездельников, со скучающим видом пролистывающих фото в интернете.

— В мире есть места, куда не ступала нога человека, и если вы так хотите уникальности и признания...

Джо прикрыл глаза и глубоко вздохнул, пресекая нарождающийся спор. Говоря откровенно, он вполне отдавал себе отчет, что где-то перегибает. В мире все еще оставались тихие, безопасные уголки, тщательно сберегаемые местными жителями от суеты двадцать второго века. Цвели парки в закрытых рекреационных зонах, неспешно брели дикие звери в национальных парках. Да даже коттедж, снимаемый у госпожи Пирс, находился в очень спокойном месте, будто бы находящемся вне стремительного потока времени — тем он и полюбился Джонатану. Но ему нравился мир виртуальности, общение с друзьями, и он совершенно не понимал, почему кто-то должен силой отнимать его увлечение, заставляя жить так, как принято, а не так, как он хочет.

С другой стороны — зачем ему убеждать собеседника в своей правоте? Его цель — завершить визит поскорее и разойтись курсами. Джо еще раз вздохнул, открыл глаза и постарался изобразить дружелюбие. Когда Джонатан заговорил вновь — речь его была нетороплива и полна уважения к собеседнику.

— Мистер Уотер, вы неверно меня поняли. Я не стремлюсь к славе, но если когда-нибудь мне захочется покорить высоту, я сделаю это в коконе полного погружения. Просто потому, что у настоящего мира есть один весомый недостаток — он не дает второго шанса. Если что-то случится, не будет таблички 'до воскрешения осталось двадцать четыре часа'. Никакие деньги не вернут меня с того света. А я, повторюсь, собираюсь жить долго и счастливо.

— То есть, вас беспокоит страх смерти...

— Док... — Не сдержался и оборвал его Джо, вздохнул и терпеливо продолжил. — Единственное, что беспокоит меня на сегодняшний день — это как уничтожить огромное дерево-людоед, захватившее виртуальный город с населением в десять тысяч человек. — Джонатан выдержал паузу и посмотрел в глаза Уотеру. — Поверьте, мне не нужны ваши профессиональные услуги. Разве что вы действительно знаете, как уничтожить зеленого монстра.

— Огромное дерево? — Встрепенулся до этого погруженный в мысли Уотер. — Вы играете в мир 'Вселенной'?

— Верно, — кивнул Джо.

— Но вы ведь говорили, что летали на драконе, а это значит, что... — с удивленным восхищением посмотрел на него Стив.

— Это мой дракон.

— Вы — лидер 'Теней!', — выдохнул Уотер, рассматривая Джонатана, как неведомое диво. — А вам маг скилловый в клан не нужен? — с надеждой спросил психолог, отложив в сторону планшет.

— Подайте заявку через форум клана, и мы ее обязательно рассмотрим.

— Но, вы ведь лидер, — замялся Стив, не желая говорить, что заявку он подавал и раньше, причем несколько раз, каждый раз получая отказ.

— Набором занимается другой человек, — уклонился от ответа Джо.

— Мистер Лоренс, я профессиональный психолог с дипломом, — вкрадчиво произнес Уотер, пододвигаясь чуть ближе. — Я умею создавать дружелюбную атмосферу внутри коллектива, снимать стрессы, гасить конфликты любого вида. Думаю, вы согласитесь со мной — сложно переоценить пользу квалифицированного специалиста в мире, основанном на межличностных отношениях. Заметьте — совершенно бесплатно и на добровольной основе!

— И тем не менее... — начал было Джо, перебирая в уме милые и открытые лица небольшого, можно сказать — крохотного, в четыре человека, клана. Зачем им психолог? Вот Тасья — добрая девушка из Петербурга, медсестра по специальности и призванию — даже в игре она выбрала путь целителя. Правда, в игре ее почему-то считают Богиней Коварства около четырех тысяч человек и даже поклоняются... Но ведь она совершенно не признает новый статус! Вот Лео — перспективный студент БГУ, кристально-честный, будущий муж Тасьи, в игре же — решительный и опасный мастер кинжала эльфийской расы. Там есть еще какие-то проблемы со службой внешней разведки России, но эту проблему они, вроде как, замяли... А еще у него есть ходячий меллорн со странным именем Aleksei, но это мелочи. Вот Эбер... Эбер...

— А-га. — Протянул Лоренс, внимательно рассматривая образ неунывающего гнома, всплывший перед глазами. — А-ага.

— Ч-что? — Стив нервно сглотнул и украдкой обернулся.

Что мог Джонатан сказать про своего самого близкого друга, невероятного повесу, умудрявшегося сходу влезать в дикие приключения (их, по уму, надо бы назвать неприятностями), искренне любившего деньги — а вернее процесс их заработка? Эбера — дварфа в игре Вселенной, на самом деле звали Робертом Балмером и было ему пятьдесят восемь лет. А еще он украл единорога у дракона. Вернее, единорога украл дракон у принца эльфов, а уже у дракона... Согласитесь, это хорошо характеризует человека.

— Скажите, а вы консультируете единорогов? — Ляпнул Джо, которому на секунду стало очень стыдно перед единорогом. В конце, концов, живое существо и по-своему разумное...

— Н-нет, но я попробую...

— Весьма перспективное направление, рекомендую, — смутился Джонатан, возвращаясь — на этот раз — не очень к веселым мыслям.

Если бы проблема Роберта Балмера, с игровым именем Эбер, заключалась только в любви деньгам и приключениям, то он бы просто вежливо отказал Доку, но...

Через два года Эбер умрет — так говорили врачи по всему миру, с профессиональным равнодушием обменивая неутешительный прогноз на очередную кучу денег.

Робер весьма богат, но его случай — как раз из тех, что не решаются финансами. Да и богатство то пришло в отчаянных попытках победить болезнь, а вовсе не с рождением, от богатых родителей. Потому и любит гном деньги, видя в них не путь к статусным вещам, красоткам и роскоши, но жизнь — секунды, минуты и часы, которые удавалось покупать раньше в виде лекарств и дорогостоящих процедур. Увы, сейчас даже за миллионы не купить лишнего дня.

Казалось бы, что делать ему в игровом мире... Десяток лет назад к Эберу пришла боль — невероятно сильная, убивающая рассудок и надежду, предвестница конца. Поначалу от нее можно было отгородиться щитами обезболивающих и блокад, но с каждым годом препараты действовали все хуже, да и порядком калечили тело.

В мире игровой 'Вселенной' нет боли — интерфейс кокона полностью блокирует нервные импульсы, заменяя их проекцией игровых ощущений. Человек чувствует теплый ветер, неровность дороги под ногами, холод снега и прохладу росы. Но вместо удара меча — лишь досадное жжение, вместо удара 'Цепью молний' — волна покалываний, будто нога затекла. И никакой боли реального мира. Поэтому Эбер буквально жил в виртуальности, оставив дела реального мира на попечение друзей и немалой семьи. Сам же с великим удовольствием и всем океаном невероятной энергии и энтузиазма, сопровождавшей его личность, окунулся в игровой мир, закручивая вокруг себя вихрь приключений. Будто бы молодость вспомнил, или же пытался взять от мира максимум за оставшееся ему время. И с каждым разом его задумки становились все безумней и безумней. Джонатан не мог с этим ничего сделать, да и, если честно, не собирался отказывать другу в такой малости — все таки, виртуальность вокруг, да и шутки товарища никогда не были жестокими. И все же... Пожалуй, психолог рядом с таким человеком действительно не помешает.

— Хорошо, — решительно кивнул Джо. — Будет для вас работа.

— Уверяю вас, вы не разочаруетесь, — вспыхнул счастьем Уотер.

— Но для начала, — спохватился Лоренс, вспомнив причину, по которой он тут оказался. — Небольшое поручение. Если справитесь — жду вас завтра у клан-холла Теней.

— Я готов! — Выпрямился психолог, сделав крайне ответственное выражение лица. — Что надо сделать?

— Поговорите с миссис Пирс, пусть она меня больше не донимает. Этого будет достаточно, — улыбнулся Джо, вставая с кресла.

Обратный путь до дома уложился в три часа, большую часть которых Джонатан продремал, убаюканный ровной гладью дорог подземной трассы. Проснулся он уже возле дома, почувствовав момент остановки. Но ощущение 'возвращения домой' пришло только, когда сомкнулась над ним крышка вирткапсулы, и мир вокруг расцвел миллионами живых цветов, приветствуя героя 'Вселенной'.

Когда-нибудь Джонатан покинет пределы сказочного мира и вернется к делам истинного мужчины — построит дом, обустроит сад, вырастит сына. Можно сказать, он не сильно-то и свернул с этого пути — невесту он себе уже приметил. Осталось очаровать, совершив подвиг в ее честь.

Глава 1

— Храбрые воины! Бойцы! — Расхаживал перед строем разномастно разодетых мужчин невысокий гном в черно-серебристом доспехе, заложив руки за спину. — Вас не смутил отказ вашей заявки! Не смутило то, что прием только через форум! Поэтому вы здесь! Лучшие из лучших!

Из последней фразы так и сквозило неприкрытой иронией, но кандидаты предпочли ее не заметить, старательно распрямляя плечи и гордо подымая подбородок.

— Поэтому вот вам лист бумаги. Пишем имя, возраст, род занятий в реальной жизни и средний ежемесячный доход.

— А игровую профессию и уровень? — Робко спросили из строя.

— Ну и их тоже, — махнул рукой гном, заложил руки за спину и принялся важно расхаживать перед строем, пока семеро кандидатов вносили в белоснежный листок свои данные.

— Как вы знаете, наш клан взял на себя миссию по уничтожению огромного хищного дерева, захватившего мирный город Норт! И мы сделаем это! Скажете почему?

— Почему, господин Эбер?

— Потому что только у нашего клана есть достоверные и точные данные, как одолеть врага, — покровительственно ответствовал гном. — Закончили? Передавайте бумагу.

Седьмой — и последний в строю — вышагнул вперед и с поклоном передал требуемое.

— Так. Менеджер по развитию, менеджер по инновациям, старший менеджер. Генеральный директор? — Эбер цепким взглядом оглядел строй.

— Я, сэр!

— Из тебя выйдет толк, боец! — Вынес вердикт Эбер, окинув кандидата взглядом с ног до головы. — Встать в строй. Так о чем это мы?

— О достоверных данных, господин Эбер!

— Вот-вот! Как вы все знаете, многое в игре взято из сказок. — Вздохнув полной грудью, гном с улыбкой посмотрел на небеса. — Там же и решение проблемы Дерева-людоеда. Есть варианты?

Выждав минуту паузы и не дождавшись ответа, гном со строгим видом повернулся к рекрутам.

— В какой сказке отряд смельчаков пытается избавить свою землю от огромного растения?! Стыдно, товарищи бойцы! Сказка 'Репка'! Кто читал 'Репку'?

— Я, сэр! — Нескладно отозвались все в строю.

— Похвально. А что нужно, чтобы вытащить репку из земли? Правильно думаете! Значит ты — палец гнома уперся первого в строю. — Ты ищешь деда!

— Н-но он эмигрировал на Марс лет двадцать назад...

— Никаких но! Это твое задание, рекрут!

— Сэр, да сэр!

— Значит, ты ищешь бабку, ты дочку!

— Так я даже не женат...

— Девять месяцев тебе! Ты внучку, ты собачку, ты кошку, ты мышку. — Последовательно указывал гном на стоящих в строю. — И не абы каких! Волшебных! Разойтись, — уже усталым голосом провозгласил Эбер, поворачиваясь к клан-холлу.

Придумывать новые невыполнимые задания для особо упрямых кандидатов становилось все сложнее и сложнее.

— Господин Эбер, простите, я не расслышал, — тронули его за плечо.

Гном обернулся, рассматривая генерального директора не слабого, в общем-то, концерна.

— Вы сказали 'бабки'?

Эбер хотел было поправить рекрута, но затем задумался и изрек совсем иное.

— Да, десять тысяч долларов.

— Отлично! — Воодушевился мужчина.

— Деньги на счет клана. Здание будет принято, когда справятся все остальные, — мягко добавил гном, вновь вернув себе хорошее настроение.

— Тогда я тому парню деда помогу найти! — Азартно метнулся тот обратно.

— Верно мыслишь, рекрут, — одобрительно качнулась борода гнома, а сам он повернулся спиной и с чувством глубокого удовлетворения собой двинулся в сторону дома

Еще одно хорошее дело в копилку добрых дел — незапланированных и внезапных.

Насвистывая нехитрую мелодию, гном пересек незримую обычным взглядом линию, за которой лежала клановая территория — а значит, никто без приглашения не мог ее потревожить.

Его ждал коварный путь — туда, где высились над полом стопки энциклопедий и выдержки научных работ, грозясь рассыпаться от неосторожного прикосновения или дуновения сквозняка.

— От двери до широкого стола, ныне очищенного от книг и бумаг, проходил узкий лабиринт, пройти по которому вряд ли удалось бы кому-то, с ловкостью меньше ста базовых единиц. Да что там сотня, только истинные герои могли добраться до личного стола шефа, с ним самим во главе, не свалив в кучу тщательно отобранный опыт человечества за семьдесят тысяч лет существования! Только лучшие из лучших могли ловко обогнуть накренившийся столбик полного собрания учебников по зоологии и великолепным пируэтом перелететь подшивку журнала "Современное оружие"!

— Эбер!

— Что? — Замер на одной ноге коренастый гном, обдумывая, как преодолеть коварную пирамиду трудов по ботанике.

— Пожалуйста, хотя бы не озвучивай свои мысли вслух, — Джонатан поднял взгляд от поверхности стола и кивком приветствовал товарища.

Был он одет в черное и серебряное — ставшее клановыми цветами 'Теней' ввиду уникальности сетовых наборов, раздобытых в новом городе Атека. Такие еще нескоро появятся на чужих плечах.

— Так интереснее, — хмыкнул его друг и аккуратно примостил седалище прямо на стопку бумаг. — Как наши успехи?

— Человечество раньше не сталкивалось с гигантским полуразумным деревом-людоедом размером в город. — Ответил Джо, вновь склоняясь к столу и что-то там рассматривая. — Меньшие по размеру проблемы решались с помощью бочки напалма или химикатов.

— А что Голливуд? — полюбопытствовал бородатый, выуживая из подкладки флягу с меллорновкой.

— Огромные деревья не крадут прекрасных девушек в бикини, Голливуд не заинтересован, — пожал плечами Шериф. — Есть только фильм про огромных бананов-людоедов, но там обошлись бензопилами.

— То есть, у нас вообще никаких вариантов?

— Есть один, — Джо с загадочным видом придвинул вперед закрытую коробку. — Я вот задумался — прямая атака обречена на провал. Охрана, патрульные — никак не прорваться. Значит, нужен иной подход! Нечто, с чем крайне сложно бороться — автономное, самовосстанавливающееся, саморазвивающееся оружие, проверенное тысячелетиями!

— Что там? — Заерзал гном, глядя на витые руны из алой краски, сплошь покрывающие поверхность крышки.

— Огромные жуки-короеды! — Жестом волшебника повел Джо ладонью, отворяя деревянный ларец.

— Что-то они не особо огромные, — скептически цокнул гном, оглядывая мелких — в полногтя длиной — коричневых жучков, облепивших зеленую веточку.

— Это пока! — Вскинулся Джонатан. — Главный элемент игры — развитие. Сейчас, как ты можешь видеть, жуки нулевого уровня.

— И будут такими всегда, они же жуки. — Пожал плечами гном. — Уровень атаки — ноль, уровень защиты — ноль.

— А теперь представь целый комплекс защитных и атакующих поддерживающих заклятий на них!

— Ноль умножить на что угодно — ноль. — Совсем не впечатлился Эбер, разглядывая главным образом веточку.

— На данном этапе — действительно, — согласился Джо. — Но мы проведем селекцию! Божественное благословение, особые эликсиры вместо воды, правильное питание и уже через два-три поколения жуки будут обладать модификатором атаки больше единицы!

— Это меллорн? — Указал бородатый на зеленые листики в коробочке.

— Ну да, — смутился Джо. — Обрезал с Алексея.

— Вы обрезали Алексея?! — гном задумчиво уставился на флягу. — Это что же, выходит, он теперь иудей?

— А если да, ты перестанешь пить меллорнову? — Осторожно уточнил Джо.

— Шутите? Она ж теперь кошерная! — Гном отвернул крышку фляги и демонстративно отпил пару глотков. — Главное, что б он теперь ветки не начал продавать.

— В общем, должно сработать, — вздохнул Джо, запирая крышку с жуками. — Других вариантов все равно нет. Только выводить новую породу короедов и натаскивать их на Древо.

— Ну, возможно, — осторожно ответил гном, не желая огорчать друга.

— Назову их жуками Лоренса, — Джо с любовью провел ладонью по крышке.

— Я бы не советовал.

— А?

— Если все получится — проклянут.

— Или не назову, — совсем иначе глянул Джонатан на короб.

— Так, а это кто? — Только сейчас гном заметил, в общем-то, далеко не миниатюрного зеленого орка, притулившегося в самом углу комнаты.

Грудь орка закрывал массивный кожаный доспех с бронзовыми вставками, инкрустированными темными рубинами — такими же, как на широких браслетах рук и наголовном обруче темного металла. А на обнаженных участках кожи — на лице шее и ладонях — вился причудливый рисунок белых татуировок.

— О, я как раз хотел вас познакомить! — Показательно воодушевился Джо. — Знакомься, это Стив Уотер, профессиональный психолог, наш новый рекрут. Стив. — это Эбер, твой куратор. Надеюсь, вы подружитесь.

— Я буду звать тебя Жаба, — пару минут погипнотизировав орка взглядом, с кислым видом произнес Эбер.

— What is Jaba? — Заинтересованно прогудело из угла.

— Жей Би — лукс лайк Ти Ай. Гэнгста, респект. — Вымученно улыбнулся Джо.

— Оkay, okay.

— Ша, земноводное!

— What is Zemnovodnoe? And why shame?

— Это потом. — Отмахнулся Джо, предчувствуя, что новому члену клана тоже придется учить русский.

— Шериф, а почему именно ко мне?

— Потому что я тревожусь за тебя. — С искренним участием произнес Джо и кивнул на флягу. — Ты стал много пить.

— Я нервничаю!

Настало время Джонатана скептически оглядывать товарища.

— У меня, между прочим, сегодня свидания в слепую, — смутился гном, и показалось даже — порозовел. Или меллорновка подействовала? — И Этого я точно на них не возьму! — С категоричным видом ткнул гном пальцем в сторону орка.

— О! Раз так... Хотя отказываться от мнения психолога в таком деле... Все, молчу-молчу! — Повеселел Шериф. — Хотя бы покажи ему нашу резиденцию, с драконом познакомь. Успеешь ведь?

— Ладно-ладно, — проворчал Эбер, поднимаясь. — Я потом дракона возьму? Ну, на свидание.

— Да бери, — махнул рукой Джо, возвращаясь к рассматриванию записей на столе.

— Пошли, зеленый. — Потопал гном на выход, не оборачиваясь.

— Мистер Эбер, хочу вас искренне поблагодарить... — донеслось со спины, но Эбер уже не слушал.

Всего два поворота и небольшая дверца на задний двор — весь путь до полянки с дремлющим черным ящером, развалившемся на нагретой солнцем вечного лета траве.

Стоило гному оказаться рядом, как дремота сменилась пристальным и напряженным наблюдением за пришедшим своим ходом лакомством — которое, впрочем, дракон еще ни разу не ел, отчего желание попробовать с каждой встречей становилось только сильнее. Надо сказать, настроение у дракона сегодня вполне соответствовало первой дегустации — даже вопреки прямому приказу хозяина.

— Жаба, это Дракон. Дракон, это Жаба. Да что вас представлять, вы в некотором роде родственники. — Почесал затылок гном, оглядывая 'зеленый хвост', который ему сегодня прицепили.

— Настоящий дракон? — Дрожащим от благоговения голосом произнес орк. — А можно его погладить?

— Разумеется, Арчи очень любит, когда его гладят по передней лапке... — Добродушно ответил Эбер, отворачиваясь в сторону дома.

Спину толкнула волна воздуха — словно рядом резко дернулось нечто огромное.

— ... Потому что так удобнее кушать.

Повернувшись обратно, Эбер с удовольствием констатировал двукратное сокращение рептилий на поляне.

— Полетели кататься, чешуйчатый! Психологи, внутренний мир, — проворчал гном, усаживаясь в седло слегка подобревшего Арчибальда. — У драконов он тоже есть. Пусть изучает.

Если бы, взлетев, гном посмотрел на землю, то обязательно увидел бы крохотную зеленую фигурку на другой стороне поляны — Стива, задумчиво смотрящего ему вслед. Мистер Уотер действительно был профессионалом, и совсем не сердился на попытку пациента избавиться от опеки — даже пошел у него на поводу, отступив в тень дома и бросив дракону шмат мяса из кошелька-инвентаря.

Всего лишь еще один замкнутый старик на его памяти, с весьма запущенной картиной болезни — есть над чем поработать.

Интересно, кто выберет такого своей половинкой, там — на свидании?

Глава 2

Доспехи блистали на солнце сотнями линий выгравированного сокола, распахнувшего крылья на нагрудной пластине. Алый плащ развевался по ветру огненным лепестком за его спиной. Рука, закованная в мифрил, уверенно удерживала рукоять меча. Мерно вышагивал храбрый рыцарь по еле заметной тропке, вившейся средь огромных валунов на вершину огромной горы. Где-то там была его цель. Где-то там томилась, ожидая храброго спасителя, прекрасная принцесса, вероломно похищенная ужасным драконом! И он, сэр Ричард, паладин Авиенны сто семидесятого уровня, спасет ее! Благо нашелся надежный человечек и всего за шестьсот евро подсказал время, когда кошмарный монстр покидает свое логово.

Коварная тропа то пропадала, то появлялась вновь, грозила завести под обвал и скинуть храброго рыцаря в пропасть, но лишения и опасности не в силах остановить отважное сердце! К намеченному времени — когда тень солнца коснулась долины под горой на востоке — Ричард поправил прическу, обнажил клинок и шагнул под сень огромной пещеры.

— Моя принцесса, где же ты! — Громко возвестил он, с сомнением вглядываясь во мглу.

— Ах, я слышу людской голос! — Тонкий взволнованный голос донесся из глубины пещеры. — Не пригрезилось ли мне?

— Я, сэр Ричард, паладин Авиенны, пришел, чтобы спасти тебя, о прекраснейшая!

С гулом рассек клинком он воздух и замер, уперев левую руку в бок, а правую отставил чуть в сторону, дабы выглядел величественно его силуэт на фоне яркого дня. Вдруг принцесса сей момент изволит созерцать своего спасителя?

— Тогда прямо и налево, — деловито произнесли в ответ.

Рыцарь пожал плечами, вернул меч в ножны и аккуратно зашагал в темноту, удерживая левую руку у стены, пока не наткнулся на массивную деревянную дверь, окованную металлом, с десятком жутких отметин и зазубрин по всей плоскости — не иначе от когтей и зубов крылатого похитителя. Ричард изрядно впечатлился следами, прикинул размеры пасти и непроизвольно обернулся — встречаться с хозяином пещеры не было ни малейшего желания. Глаза, привыкшие к темноте, отметили мощный засов, блокирующий вход, и с хеканием навалился на него, сдвигая в сторону усилием мышц, изрядно подкрепленных силой эликсиров и бонусами сетовой брони.

Со скрежетом штырь засова вышел из пазов. Храбрый воин на мгновение замер пред дверью, дабы прочувствовать торжественный момент победы. Затем решительно распахнул створку и сделал шаг вперед.

Помещение каменной темницы освещалось десятком волшебных светлячков, прихотливо отражавшихся в гранях золотой утвари и матово отсвечивающих в меди массивных сундуков, что стояли у стен. Много наворовал окаянный дракон по городам и весям! Посреди этого богатства расположилась монументальных размеров кровать под балдахином, усыпанная лепестками роз, аромат коих буквально пронзал помещение.

'Не зря я оплатил дополнение для взрослых', — довольно подумал он, созерцая милые формы миниатюрной красавицы что стояла спиною ко входу, у дальнего края роскошной постели — от плотной белоснежной фаты на голове до изящных алых каблучков на ножках.

Дело-то знакомое — был бы тут подросток или не было бы дополнения — вместо кровати наверняка стояла бы холодная лежанка, а украденная принцесса была бы в глухом наряде с головы до пят. А вот взрослым игра предоставляла и вполне пикантный сервис с ролевыми играми в исторических декорациях. Но расслабляться тоже не стоило — пусть принцесса и компьютерная, но ее сердце еще предстояло растопить жаркими словами любви!

— Любовь моя! — воскликнул Ричард. — Я пришел к тебе, дабы освободить из лап ужасного монстра!

— Мой герой, мой рыцарь! — протянул тоненький голос, — Как я счастлива приветствовать тебя, освободитель!

— Разреши прикоснуться устами к ладони твоей, несравненная! — шагнул вперед рыцарь, но был тут же остановлен жестом и словом.

— Стой, мой герой! Не подходи! Я плачу от счастья, боюсь некрасивой тебе показаться.

— Ты прекрасна и в счастье и в горести, уверен я в этом! Разреши доказать тебе, красавица! Мой поцелуй любви разгонит всякое сомнение!

— Мой герой заслуживает награды большей, чем просто поцелуй! — С игривой ноткой поведал голос прелестницы.

'ЙЕС!' — протрубило в душе Ричарда, а сам он деловито приценился к мягкости ложа, опробовав рукой перину.

— Но что же ты, рыцарь, в доспехах на брачное ложе взойдешь? — Тут же подначила его принцесса.

— Ох, конечно, сердце мое! — рыцарь принялся суетливо снимать с себя вещи, перекладывая в личный рюкзак. — Всего пару минут!

— Совсем не романтик! — С легким разочарованием вздохнула красавица, тут же указав, как следовало действовать настоящему рыцарю. — Иди же ко мне, одежду теряя на пути, иди мой герой!

Ричард замер с сапогом в руках и решительно отбросил его в сторону, аж кувшины бряцнули.

— Иду, чаровница! — с видом решительным, вдохновленным, рыцарь продолжил разоблачаться, с каждым шагом теряя части одежды.

За сапогом последовали перчатки, затем нижние полулаты, нагрудник и шлем ударились о камень стены. Падали на пол легендарные предметы, срывались с груди мифические ожерелья! Редчайшая подвеска продолжила ритм страсти, что отбивал влюбленный герой, с силой сдирая себя одежду. Уж одежда кончилась, а шаги все не кончались — плутовка, словно дразня, обходила постель легким шагом, позволяя сокращать расстояние едва-едва! Потому пришлось добавить из кошелька, уже более-менее спокойно откидывая в стороны что подешевле.

Пока все-таки не догнал рыцарь принцессу! Пока не легли его руки его руки на плечи прекраснейшей! Пока не повернулась она ликом к нему! Пока решительным жестом не поднял он вуаль белоснежную! Пока не увидел уста сахарные и... Эм... длинную бороду под ними?! Ричард так и застыл, прикипев взглядом к густым черным завиткам, что шли от лица вниз, прямо по могучей груди и до пояса.

— Целуй же! — сложились уточкой напомаженные уста принцессы в центре бороды и потянулись к герою.

— Э-э, — отшатнувшись, протянул Ричард, с сомнением оценивая бородатый облик. — Ты кто?

— Твоя принцесса, сам же говорил! И буду вечно тебе верна! Целуй, чего же ждешь ты, для подтверждения брачного союза!

— Я тут срочно вспомнил, что мне надо идти, — осторожно отступил он назад, ногою же нащупывая разбросанные вещи. — Давай я тебя быстро спасу, а потом я тебе позвоню?

— Так были ложью те слова любви, что говорил ты мне?!

— От слов не отказываюсь! — Решительно произнес рыцарь, отступая еще на пару шагов назад. — Но дал я обет, о прекраснейшая!

— Какой же? — гневно надвинулась на него принцесса, не давая подобрать вещи.

— Не целовать бородатых женщин, — выпалил он, все-таки подхватив латную перчатку.

— Обманщик! Лгун! Прохиндей! — Накинулась на него пленница, да так и напирала, потрясая вдобавок могучими кулаками, пока не вытолкнула его за порог.

— Леди, давайте договоримся, — Ричард с тоской оглядывал комнату за спиной дамы, прикидывая, как протиснуться обратно и собрать раскиданные вещи.

И ему на мгновение показалось, что небо услышало его чаяния — принцесса замерла, глядя на вход пещеры.

— О нет, дракон! — раздался панический возглас, заставляя рыцаря обернуться и похолодеть.

На синем фоне неба стремительно увеличивалась в размерах черная точка, с каждым мгновением отчетливее превращаясь в угольно-темного крылатого монстра.

Тут же за спиной раздался резкий хлопок двери и лязг засова. Ричард в панике бросился к двери комнаты и резко дернул на себя — да черт с ней, с принцессой, тут бы свое добро забрать! Затем дернул еще раз и еще, пока, вместе с ледяным крошевом, прошедшим по спине, не пришло осознание — та была закрыта с той стороны. Волна смятения обуяла разум героя, на фоне которой сверхновой сиял главный вопрос — 'Какого лешего комната похищенной драконом принцессы закрывается изнутри?!'

— Принцесса! Открой! — Рыцарь пробарабанил по двери кулаком, тревожно посматривая на приближающееся чудовище.

— Нет, ибо отверг ты меня! — проворчал не такой уж и женственный голос.

— Я ошибался!

Ох, как он ошибался — причем в тот миг, когда вообще решил зайти в игру сегодня!

— Поди прочь, коварный обольститель! И пусть тебя дракон сожрет за то, что сердце девичье разбил!

В отчаянии Ричард выпростал из кошелька кинжал, коему повезло не остаться в комнате коварной леди, подцепил им щель между дверью и створкой и всем телом рухнул на рукоять. Тщетно — только звякнул об пол выбитый ударом клинок.

Дверь уцелела, разве что остался длинный след от лезвия — точь в точь, как отметины от зубов монстра рядом...

'Или это были не зубы?!' — молнией пронеслась в голове догадка.

А позади уже слышалось тяжелое дыхание кровожадного монстра!

— Вот блин, — Ричард обернулся и с тоской посмотрел на огромную черную тушу.

Распахнув огромные крылья, дракон неспешно приближался, с гастрономическим интересом присматриваясь к человеку.

— Паладины не сдаются! — Рыкнул храбрый герой, подобрал кинжал с пола и набросился на монстра. И каким-то чудом уклонился от острых, как лезвие, когтей! Прокатившись кубарем, прорвался под кожистыми крыльями чудовища! Еще рывок — и свитый будто бы из самой тьмы хвост пронесся над головой! Свобода — вот она, за решительным рывком! Всего усилие — и тело стрелой вылетает из пещеры людоеда, на простор, на свет, к жизни!

'Поздравляем! Вы получили прибавку к ловкости!' — отреагировала игра.

— Спасибо, — шмыгнул слезинкой радости Ричард, прочитав лишь первое слово.

И тут же с новыми силами побежал вниз по склону — потому что за спиной разъяренно ревел дракон-людоед!

***

— Арчи, ты чего его отпустил? Опять аппетита нет? — Сочувственно обратился к дракону Эбер через распахнутую дверь в 'комнату принцессы', деловито собирая разбросанные по полу ценности и аккуратно раскладывая на постель.

Черный дракон, развалившийся всем телом на полу пещеры, что-то грустно проревел, вглядываясь в линию горизонта.

— Опять со своей поругался, да?

Дракон только тяжело вздохнул, чуть пошевелив кончиком крыла.

— Дело молодое, помиритесь! — подбодрил он черную тушу, с удовольствием возвращаясь к добыче. — Так, сет 'Сияющего сокола', правда, без перчатки, — осмотрел ценности гном, поправив сбившуюся на бок фату. — Не самый лучший выбор паладина, конечно. Зато сережки и подвески какие, ты глянь! Легендарные, тысяч на сорок потянут! Да ты посмотри! Знаешь, сколько мяса можно купить на твою долю? Двадцать! Нет, сорок килограмм!

Дракон даже морду не повернул.

— Да не держи ты в себе, расскажи, что случилось.

Гном вышел из комнаты, подошел к морде слева и аккуратно — чтобы не запачкать белое платье, присел на лапу.

Арчибальд прогудел что-то жалостливое и тряхнул ухом.

— Ага. Ты ей единорога принес, а она что?

Дракон тоскливо выдохнул, положив голову на каменный пол.

— Она его съела?! Ай-яй-яй! — Покачал головой Эбер, сочувственно похлопав дракона по лапе. — А когда, кстати, съела?

Дракон фыркнул и чуть царапнул каменный пол когтем, рисуя две стрелки.

— Вчера в двенадцать? Так, значит через пару часов он оживет, все будет нормально!

Арчи насторожил ухо.

— Точно тебе говорю! Кстати, очень удачно все сложилось. Сегодня Тасья с Лео хотели репетицию свадьбы провести. Единорог как раз к вечеру понадобится. Тебя тоже пригласили — там такая очередь в храм, что проще разогнать. Наденешь свой доспех, полетаешь, развеешься!

Черный ящер фыркнул с явным довольством и даже чуть потянулся крыльями, словно разминаясь.

— Но это чуть позже, — осадил его Эбер. — У нас еще один клиент в десять пятнадцать, — и заметив налет недовольства, тут же добавил. — Вкусный!

Оглядев напоследок комнату 'плененной принцессы', гном спохватился и подошел к постели, чтобы буквально зарыться носом в алые лепестки. Довольно странное со стороны поведение легко объяснялось волшебством запаха, выделяемого растением — всякий, кто его чувствовал впервые, впадал в настоящий транс любви, двигаясь к тому, что увидел при первом вздохе. И чем дольше было воздействие или гуще аромат — тем сильнее воздействие, вплоть до потери всякой воли. И если 'спасители' принцессы получали небольшую дозу, достаточную для уровня легкой влюблённости, то при длительной работе 'принцессой' в обязательном порядке требовалась прививка. Эбер еще раз с силой вздохнул аромат лепестков и тут же перевел взгляд на сияющий, крупный золотой в правой руке. Золото гном обожал безо всякого волшебства.

Воистину, чудесное растение! Если не задумываться, что куст с крайне редкими зачарованными розами с некоторых пор произрастал в желудке черного дракона. Это, разумеется, слегка нервировало, если задуматься, но с виду смотрелось весьма мило — особенно, когда Арчибальд откашливал заветные лепестки.

— Действуем, как обычно: услышал крик — прилетай. — Эбер напоследок похлопал Арчибальда, вышел из пещеры, снял туфли и принялся деловито спускаться по еле заметной тропинке на другую сторону горы. — На ла-бу-те-нах и в восхитительных штанах... Пам-пам...

Всего 'пещер с принцессой' было три — для людей, эльфов и орков, потому как образы 'похищенной принцессы' у трех рас довольно сильно отличались. Если для людей вполне подходил немудренный интерьер под средние века, то для эльфов — и светлых и темных — было подготовлено местечко среди кроны массивного дерева на скальном утесе. Спасителей-орков же поджидал восточный колорит в каверне ближе к подножью горы — и именно туда, руководствуясь графиком, направил свои стопы предприимчивый гном.

К слову, для самой гномьей расы никакой пещеры приготовлено не было, потому как коллеги запросто могли спереть весь реквизит, пока 'принцесса' стояла к ним спиной. Абы кто гномами не играл! Так что доверия соплеменникам не было ни малейшего.

Недоброе предчувствие пришло к Эберу, когда он только переступил границу заветной пещеры. С виду все было совершенно мирно и благолепно, но... Откуда было взяться сочному запаху шашлыка?! Он недоуменно уточнил системное время: без пяти десять — еще двадцать минут до указанного промежутка, когда 'коварный дракон оставит свою пещеру ради своих коварных дел'! Это что же, клиент заявился раньше? Никакого чувства такта! Ладно, быстрее завершит.

Надев туфли и поправив плотную вуаль, Эбер приоткрыл незапертую дверь и решительно вступил внутрь завешенной коврами комнаты. Там, у богато накрытого достархана, развалившись на устланном алыми лепестками брачном ковре, плотно заставленном по периметру высокими сундуками, сверкал неприкрытым пузом в распахнутом красно-золотом халате огромный орк, в нетерпении поигрывая тапком на мощной ноге.

— Мой герой, — с непривычки пробасил гном, откашлялся и повторил тоненьким голосом. — Мой герой!

— Иди ко мне, чаровница! — Пророкотало в ответ. — Иди к своему шаху!

— Мой герой как счастлива я...

— Не надо слов, любовь моя! Те два часа томленья, та мука ожиданья иссушила меня! Дозволь прильнуть к твоим устам...

— Эм, два часа? — Перебил Эбер, на всякий случай сверяясь с расписанием визита героев.

— Два часа испытаний! — Патетично воскликнул орк, поднимаясь с ковра.

— Лежать! А разве мой герой не должен был ждать меня в десять двадцать?

— Истинно так, — не послушался шах, и, всколыхнув необъятными телесами, поднялся с костра. — Стоило пробить часам Долмабахче, как устремился я к ашкым моей! Любовь несла меня на крыльях!

— Блин, Турция, другой часовой пояс, — пробормотал себе под нос Эбер, на всякий случай делая шаг назад. — Я же четко говорил — дракон живет по московскому времени!

— Куда же ты, прелестница?!

— А где доспех твой, воин храбрый? — Критический взгляд Эбера оценил шелковый халат и сандалии в сорок долларов. — Или не шах ты знаменитый, богатый аки Крез?

— Так я разделся, для любви готовый! Иди же ко мне, чертовка! — Орк распахнул руки и одним шагом преодолел четверть комнаты. — На ложе страсти предадимся!

— Эм, я не готова, мой герой, — пошел на попятный Эбер, нащупав спиною входную дверь.

— Догонялки? Это любо мне! — Пророкотал влюбленный голос, а сам его обладатель резко сократил расстояние.

— Стоп! Мужик! — Запаниковал Эбер, еле уклонившись от захвата лапищами и юркнув за порог. — Я пещерой ошибся!

— Сердце не ошибается!

— Да посмотри! — Воскликнул гном, резко откидывая назад фату и демонстрируя бородатый подбородок. — Во! Видал!?

— Ох! — Замер пораженно орк.

— Вот-вот, так что давай просто мирно разойдемся? — Примирительно развел руками Эбер, на всякий случай делая еще пару шагов назад.

— У меня никогда еще не было гномьей принцессы! — С невероятным довольством воскликнул шах, вновь бросаясь в погоню.

— Да не принцесса я! — Рывком разорвав расстояние и кое-как отдышавшись, гном резко поднял юбку на уровень колен, обнажая заросшие волосами ноги. — У меня во! Понял?

— Волосатые ноги — сильное потомство! — Провозгласил очарованный орк.

— Драко-он! — в панике заорал гном, бросаясь ко входу в пещеру. — Сейчас прилетит дра-а-ко-он! ДРАКО-О-ОН!!!

Тут же на пороге пещеры появился огромный ящер, клацнув когтями по камню и высекая ими искру.

— Ну наконец-то! — Выдохнула 'принцесса'. — В смысле, беги-беги, мой герой, пока чудище тебя не заметило!

Грозный драконий рык пронесся по пещере — но был тут же заглушен еще более грозным!

— Ради тебя, моя мелехим, я порву его голыми руками! — Ревел шах, почему-то подбираясь не к дракону, а к 'принцессе'.

Смекнув, Эбер резко метнулся в лапы черному чудовищу.

— Не приближайся, или дракон съест меня!

Сверху на него недоуменно смотрел Арчи, в некой растерянности перебирая лапами.

А на том краю пещеры удивительно быстро и хватко именитый орочий шах завершал облачение в легендарный сетовый набор из шкуры виверны. В таком доспехе он вполне мог продержаться некоторое время даже против пламени дракона!

— Жри меня! — Не желая рисковать, яростно прошептал Эбер, на краткий миг встретившись с Арчибальдом взглядами.

Дракон аж пасть открыл от удивления.

— Вот блин, — чертыхнулся гном, и, не дожидаясь, зацепился руками за нижнюю челюсть рептилии, подтянулся вверх и скрылся за частоколом белоснежных клинков, впервые почувствовав себя в безопасности.

— О нет! Он съел меня! — Патетично протянул гном.

— Мгновение, любимая, я уже иду на помощь!

— Да лети ты уже! — Высунулся из пасти гном, дабы прошипеть команду в нос дракону, и тут же скрылся из вида.

Наконец выйдя из легкого ступора, Арчибальд обернулся и единым прыжком вылетел из пещеры.

— Чаровница моя! — Со слезами на глазах шах рухнул на колени, провожая взглядом унесенную драконом красавицу. — Я отыщу тебя, несравненная!

***

Тем временем мчался под предгорной чащобе храбрый паладин, оставляя за спиной кошмары затерянной пещеры безымянной горы.

— 'Бежать, бежать скорее!' — стучало в голосе окрыленного свободой героя.

Под ногами Ричарда проносилась земля, ветки хлестали по лицу, но радость переполняла сердце! Пока не выбежал он к людям — к теплому, чуть потрескивающему костру, вокруг которого сидела компания путников в длинных плащах.

— Люди, как я вас люблю! — Распахнул он объятья, и тут же осекся, заметив под капюшонами хмурые бандитские рожи.

— Однако, здравствуйте, — поднялся на ноги главарь, задумчиво рассматривая голого мужика в одних трусах и латной перчатке.

— Но не настолько, — тут же поправился Ричард, резко свернув вправо и резко ускорившись.

— Догоним его? — Лениво произнес голос от костра.

— Не, сам вернется. Минут через десять. Пока добежит до деревеньки, пока его крестьяне с вилами погонят извращенца обратно... — Присел главный поближе к костру.

Остальная компания сочувственно цокнула, провожая взглядом собрата по несчастью. Все они прошли через это в этот день, и, если честно, не стремились облегчать участь остальных.

— Если в таком виде встретит вдову мельника, то еще плюс два часа, — эхом отозвался слабый голос кутавшегося в плащ молодого эльфа.

— Ты нам ничего не рассказывал? — Заинтересовались у костра.

— Я не хочу говорить на эту тему, — пробормотал эльф, потерянно рассматривая алые прожилки в угольках.

— Плащ для новичка надо подготовить, — тактично сменил тему лидер, выбирая из квест-инвентаря серую накидку — точь в точь, как на соседях.

Обычные-то вещи выкинули в клятой пещере, а второго набора доспехов никто из присутствующих у костра с собой в жизни не носил. Кто бы мог подумать, что квестовые плащи могут прийтись так кстати? Но, увы, даже в них в город не пускали — жители не считали такие вещи за одежду.

— Жалко мужика, я хотя бы подштанники не снимал.

Грустный, чуть завистливый вздох пронесся меж сидящих.

— Еще три часа до ответа на коллективную петицию, — всхлипнули из-под капюшона плаща справа от лидера.

— Что пишут на форуме? — Успокаивающе похлопал тот по плечу соседа, потерявшего легендарный посох и сет за два миллиона.

— Я создал тему 'Бородатая принцесса — что делать?'. — Мрачно отозвался кряжистый орк слева от него. — Советуют бумажный пакет и много спиртного.

— Надеюсь, брат, ты не сообщал наши имена? — вскинулся мужчина, хваставший сохраненными подштанниками.

— Конечно нет!

— Может, я жене расскажу, а? Она вещи принесет, а там до города дойдем. Я уж как-нибудь с ней объяснюсь... — Грустно поинтересовались с противоположного от них края костра.

— А если слухи пойдут?! Брат Кселем, мы же договаривались! — Всплеснул руками глава. — Главное правило братства Плаща — никому не рассказывать о братстве Плаща!

***

Сообщение на форуме:

Шах Али Сэн Кадафи Эр Рувим Ибн Арафат, да будет вечно сиять солнце над ним, да будет жить от сто раз по сто лет, предлагает достойную награду за любую информацию о прекраснейшей принцессе гномов, дважды похищенной коварным черным драконом. Особые приметы: фигурка — персик (прим: невысокий, круглый, волосатый).

Обращаться по электронной почте yourlovelysexyboy@gmail.com или по адресу Турция, Стамбул, лавка пекаря Рувима.

Глава 3

Над предгорным лесом стремительным росчерком несся черный дракон. Массивные крылья загребали воздух, помогая древнему волшебству удерживать многотонное чудовище в воздухе. Длинный хвост, украшенный острыми шипами, неуловимыми движениями создавал затейливые фигуры из потревоженной пелены облаков, разорванных и утянутых собой скоростью полета. А из приоткрытой пасти дракона выглядывала гномья физиономия, с неприкрытым восторгом наслаждающаяся полетом наравне с крылатым хозяином небес.

Где-то там, на горизонте, можно было рассмотреть огромное зеленое пятно — так выглядел город Норт, захваченный неведомо откуда взявшимся огромным хищным деревом. Шутка ли — многотысячное поселение оказалось в заточении! И некуда было бежать невольным пленникам, не выбраться из-под сени Древа, разросшегося за каких-то нескольких дней до размеров городских стен — ни самим, ни с помощью внешнего мира. Невероятную награду предлагали за избавление от монстра! Да вот пока не нашлось пока такого счастливчика — главным образом потому, что защищать хищника стали тоже игроки, договорившись с Древом и обожествив его. И ладно бы десяток или даже сотня — на сторону лесного монстра встали тысячи, породив настоящее противостояние с остальным миром.

Лазутчики, поддерживающие Древо, всеми силами пытались прорастить его Ростки в других городах. Города сопротивлялись, усиливая бдительность стражи, блокируя портальные плиты и проверяя каждого въезжающего. Храбрые герои задумчиво изучали посулы противоборствующих сторон и становились за Древо или против Древа, включаясь в бесконечный круговорот войны — потому как в игровой реальности Вселенной гибель означала лишь день ожидания до возрождения.

Печальнее всего приходилось расе лесных эльфов — те никак не могли разобраться, надо ли им бороться против древесного монстра или упасть на колени перед корнями Величайшего. Все таки — Древо, да еще разумное, а если подредактировать пару древних текстов — то получалось, что предсказанное десятком пророчеств. Но с другой стороны — ни разу не Меллорн, да еще одинаково привечает и людей и гномов с орками под своей сенью. Процесс обсуждения сей дилеммы был столь нелегок, что неделю тому назад вынуждено приостановился из-за полной ликвидации Верховного Совета Эльфов, полёгшего в ходе ожесточенных дискуссий. Этим немедленно воспользовались давние и естественные враги — орки и темные эльфы, сходу вторгшиеся в заповедные чащобы. Надо сказать, эльфы такому повороту даже обрадовались — старый враг был привычен и вновь сплотил разобщенный народ, позволив выбить неприятеля за рубежи вечных крон и набрать новый созыв Верховного совета — куда более осторожный и сговорчивый. В итоге, приз за поимку виновника появления Древа эльфы все-таки назначили — вернее, добавили солидную сумму в общий фонд, в который уже вложились все без исключения расы, гильдии, храмы и города Вселенной (кроме администрации самого Норта — те как-то прижились и при новом владыке).

Администрация игры спешно выпускала новые обновления, чертыхаясь и кляня все на свете — особенно тех, кто был виновником появления деревянного чудища, день за днем прибавляя награду, как за уничтожение монстра, так и за достоверные сведения о злодеях, протащивших редкое семечко хищного древа из смертельно опасных лесов Атеки в мирный город и вскормившего его там.

Сам виновник пребывал в довольно смешанных чувствах — еще никогда Эберу за чистосердечное признание не предлагали такую кучу золота. Пока что инстинкт самосохранения побеждал, но с каждым днем сдерживаться от вопля 'Это был я!' было все сложнее. Вернее, виновников появления Древа было трое, но гном готов был благородно принять на себя полную меру ответственности — за соразмерное увеличение награды.

Тем временем, рядом с Нортом разместилось новое поселение — НьюНорт, выстроенное в рекордные сроки в каком-то километре от захваченного города. Изначально на удобном холме разместились палатки гильдий и официальных лиц, прибывших для борьбы с лесным чудовищем, однако вскоре наплыв героев стал настолько большим, сопровождаясь хаосом расселения, беспорядочными конфликтами и даже парочкой пожаров, что администрация выдала разрешение на основание нового городка.

Из двух десятков вариантов планировки города за одну ночь выбрали наиболее оптимальный, а уже утром на месте палаточного поселения обнаружились ровные линии мостовых и дорог, декоративные фонтаны и небольшие парки, здание ратуши и городской стражи. На этом застройка заканчивалась — все остальное должны были возвести сами игроки на сотнях прямоугольных пустырей-площадок, протянувшихся вдоль дорог будущего города. Площадки под постройку домов, особняков, кланхоллов, храмов, башен и всего остального разумно выставили на аукционные торги — рядом с каждым из участков появилась табличка, на которой каждый мог написать цифру, за которую был готов приобрести землю. Другой участник мог написать ценник выше — и старая надпись пропадала. В первый же день цены взлетели до небес — новый город обещал быть очень популярным, и иметь в нем свой дом для могущественных кланов становилось делом чести. Разумеется, чем ближе к центру — тем престижней была земля, а значит и стоимость в десятки раз превосходила цену участков на окраине. Но желающие все равно выстраивались у табличек толпами, а номинал ставок шел уже на десятки миллионов золотом.

Исключением из общего ажиотажа аукциона в те дни выглядел пятачок в самом-самом центре. Там, разумеется, были площадки — и перед ними, разумеется, были таблички для ставок. А еще на табличках был черный дракон, возле которого расположился гном в наряде коренных американских индейцев, с красными полосами боевой раскраски на щеках. На все просьбы убрать дракона гном отказывал фразой 'Это земля нашего племени, бледнолицый, она не продается', что порядком смущало темных эльфов и зеленых представителей орочьего племени... Да, собственно, других гномов тоже.

Желающие подкупить 'коренного жителя' за свое золото получали пиалу с 'огненной водой'. Игроки, привыкшие к слабости игровых напитков, отползали после полулитрового штофа, исполненного из полого рога буйвола, не совсем понимая, где они, кто они и что они тут делают — и вообще почему эти глупые люди ходят на двух конечностях, ведь на четырех гораздо удобнее.

Особо крикливые недовольные исчезали естественным путем — в конце концов, дракон тоже часть природы и нет ничего более естественного, чем процесс его кормления.

По завершению аукциона, четыре смежных участка у центральной площади оказались в собственности клана 'Тени'. Сумма выкупа еще долго была причиной пересудов и воплей на игровых форумах — многие хотели бы получить лакомые кусочки города за четыре медяка, но ни у кого из них не было в друзьях харизматичного и обаятельного гнома... Не говоря уж о драконе.

На выкупленных участках за какую-то неделю вознеслись ввысь двухэтажные дворцы: для Тасьи и Лео, отдельное для Джонатана, третье для Эбера и одно здание поскромнее, в черных с серебром цветах — кланхолл гильдии. На заднем дворе построек отлично умещался Арчибальд, но сам он предпочитал городскую площадь, искренне полагая ее своей — та была просторней и светлее, с удобным фонтаном для питья. Жители воспринимали дракона вполне радушно и даже с гордостью — такой достопримечательности не было ни в одном городе. Дракон тоже полюбил жителей и даже слегка набрал в весе.

Словом, воспоминания, навеваемые красивыми видами с высоты, принято грели душу Эбера — еще минута, и он будет в любимом кресле кланхолла, возле камина. Пускай виртуальный огонь и не настоящий — но зато тепло, излучаемое им и передаваемое телу высокотехнологичным коконом полного погружения, вполне реальное.

Во всяком случае, уж лучше думать о чем-то приятном, когда находишься в пасти дракона, руки держатся за острые клыки, а твои ноги уже второй раз задумчиво ощупывает язык рептилии.

— Арчи, прекрати, — Эбер отвел кончик раздвоенного языка от плеч. — Арчибальд!

Позади донесся отзвук бурчания желудка крылатого монстра.

— Я пошутил про 'сожри меня', это был тактический маневр! — Выкрикнул гном, перебираясь в сторону.

Дракон резко приподнял голову, закладывая вираж. С одной стороны, он никоим образом не собирался есть гнома — ему это строго-настрого запретил хозяин. Но с другой — если гном, совершенно самостоятельно и по своей воле оказавшийся в пасти, совершенно случайно сорвется чуть глубже по организму... Он — дракон — будет совершенно не виноват! Во всяком случае, второго такого шанса может и не быть.

— Арчиба-альд! — Орал Эбер, кое-как цепляясь за скользкую эмаль и осознавая некую тщетность уговоров из своей позиции.

Верх и низ вновь заняли положенные места, давая легкую передышку до нового виража — и этот шанс Эбер терять не собирался. В руках моментально оказались снятые с ног алые каблучки, гном приподнялся вверх и еле-нажимая, защекотал острыми шпильками драконье нёбо, отчаянно надеясь на успех.

Дракон на секунду замер, продолжая лететь в полном молчании, а затем разразился могучим чихом, волной пронесшейся от самого хвоста до пасти, выдав целое облако алых лепестков, в центре которого вылетел к земле невероятно счастливый и довольный гном. Впрочем, был он таким недолго — достаточно было оценить расстояние до земли и шансы на выживание, как тревожный облик вновь к нему вернулся. Под ногами проносился НьюНорт, неминуемо приближаясь сотнями черепичных крыш и острых шпилей. Усилием воли гном погасил панику, зацепил шпильками края просторного платья, расправив его, и лег на воздух всем телом, изобразив планериста.

Образ героя, парящего на складках-крыльях платья в облаке алых лепестков оценили не только многочисленные горожане, тыкающие в небо пальцем, но и игровая система.

'Поздравляем! Вы получили достижение: Фея. Репутация в подлунном мире +10'.

Достижение напомнило о нереальности происходящего, позволив унять панику. Город неумолимо приближался, уже были различимы вывески и уличные указатели, а прямо по курсу, финальной точкой полета, высился гордый католический храм. Можно было сманеврировать в сторону, однако крыша его правого крыла смотрелась куда предпочтительнее малоэтажной застройки поблизости — длинная, под подходящим углом, она спускалась с самой вершины храма до уровня второго этажа на солидном протяжении, и зайдя на нее под правильным углом, можно было попытаться затормозить до разумной скорости. Приняв решение, Эбер чуть сдвинул ноги и на полном ходу, буруном ледокола ввинтился под углом в поверхность посадочной площадки, с тревогой рассматривая, как несется вниз полоска здоровья. Что-то лязгнуло, хрустнуло под телом! И целый пласт кровли под ним, не выдержав удара, внезапно рухнул внутрь помещения, забирая свою ношу внутрь. Мир вновь крутнулся вокруг него, ударил пролетевшей доской, и, наконец, замер, чувствительно стукнув по груди полом — в игре не было боли, но до определенной границы ощущения все-таки были. Не верящим взглядом Эбер уставился на тревожно мигающий индикатор здоровья — от смерти его отделяли какие-то два-три пункта.

Уловив тревожный скрип с потолка — что-то готовилось рухнуть вниз, намереваясь отнять последние капли жизни — гном шустро перекатился в сторону, поднялся, помогая себе руками и переместился поближе к стене, приваливаясь к ней и с облегченным выдохом доставая флакон с эликсиром жизни. Появилось время осмотреться — судя по отсутствию окон, массивной окованной двери у стены напротив и множеству запыленных полок-стеллажей у смежных стен, его занесло в какое-то складское помещение, освещенное лишь светом из провала в крыше. Рядом с Эбером вдоль стены разместился длинный — во всю стену — деревянный стол, заставленный кубками, небольшими посеребрёнными сундучками, ветхими на вид книгами, перстнями с крупными камнями, тиарами и еще десятком различных вещей, вызвавших в душе Эбера только одну мысль, мгновенно перекрывавшую все эмоции от недавнего полета.

— Это я удачно зашел!

Алые каблучки были небрежно отложены на стол в сторону, освобождая руки для весьма приятной работы по переносу явно забытых и никому не нужных вещей в кошелек нового хозяина.

Идиллия продолжалась секунд двадцать, пока за спиной гнома кто-то басовито не откашлялся.

— Занято! — Проворчал Эбер, перемещая очередной кубок в собственные закрома.

На плечо легла тяжелая рука, придавив гнома, а затем и развернув лицом к гостю. Эбер сглотнул, снизу вверх рассматривая мощного мужика в черной сутане, с черной, как смоль бородой и столь же мрачным видом дородного лица.

-Зд..Здравствуйте...

Тот черными глазами посмотрел на лоб Эбера, медленно перевел взгляд на его пояс, потом левое плечо, завершив на правом и, словно сочувствуя, вздохнул.

Руки гнома в этот момент пытались нащупать что-нибудь увесистое на столе, вцепились — к счастью — в что-то острое и гладкое, на проверку — и к великой тоске — оказавшееся правой туфлей. Блин!

— Золушка, ты ли это? — Рухнул на колени Эбер, выудившись из удерживающей его сверху руки, и выдвинув красную туфельку перед собой.

Гном взглядом прикинул размер немалой туфли (все-таки, его размер) и по-медвежьи огромных берцов черного великана.

— Не ты, — констатировал бородатый, поднимаясь. — Ну ладно, поищу в другом месте.

С невинным видом он обошел великана и ступил было к открытой двери, как железная длань вновь опустилась на плечо.

— Стоять! — Рявкнуло над ухом. — А ну верни добро!

— Ах, вы про кубки? — Улыбнулся, как лучшему другу, Эбер, вновь возвращаясь к стене, — А я, знаете ли, как раз искал их хозяев! Упал, понимаешь ли, а тут они лежат. Сразу подумал — вдруг кто в эту самую дыру проникнет и украдет? Это ж какое горе!

Хмурый взгляд гиганта отражал крайне низкий процент доверия к речам гнома.

— Хм, в общем, раз хозяин вернулся — то все возвращаю в ценности и сохранности, — погрустнел Эбер, передавая из рук и со стола красные каблучки в руки человека-медведя, — Подержите пока.

Из кошелька появился первый кубок, за ним второй, затем сундучок, потом древний фолиант и еще один кубок и... — вещи ритмично перемещались на стол, сопровождающие тоскливым взглядом гнома и внимательным — охранника. Вскоре процесс окончился — на самом краю плотно уместились около тридцати предметов.

— Пакет нужен?

— Нет, — привычно мотнул головой гигант, тут же получив в руки поверх туфель пару сундучков — еле успел прижать к груди, чтобы не упали.

— Ах, у вас же моя обувь в руках, давайте подержу, — спохватился гном, вручая вместо туфель кубки, одновременно укладывая в горсть еще пару вещей.

Теперь гном работал гораздо быстрее, перекладывая вещи со стола в руки к опешившему стражу, который и хотел бы что-то сказать — например, что вещи можно просто оставить на столе, в конце-то концов! Но то и дело сбивался, потому как бесценные реликвии, небрежно набрасываемые сверху, норовили упасть на пол!

— Нет, так мы никогда не завершим, — категорично приговорил гном, вновь забирая из рук мужика предметы.

Страж невольно выдохнул — ибо начал тот с особо хрупких и шатко лежащих вещей.

— Мы сделаем та-ак, — азартно комментировал гном, что-то вкладывая, выкладывая, с непостижимой скоростью, будто наперсточник, перемещая предметы то в руки, то из рук гиганта. — И вот так!

С последним аккордом страж испытал истинное облегчение — наконец-то все! Позади отчетливо стукнула закрываемая дверь, оставляя гиганта наедине с оберегаемыми сокровищами. Мужчина не торопился бежать за воришкой — хранилище храма блокировалось десятью линиями храмовых воинов, через которых не пробиться даже лучшим из лучших! Вот только охрана сокровищницы никак не рассчитывалась на атаку с воздуха — но уже сегодня он, старший инквизитор Родриг, предпримет все усилия для устранения этого недостатка.

Страж поймал себя на мысли, что уже две минуты бездумно смотрит на свои руки. Усилием воли сбросив неведомо почему накатившую оторопь, инквизитор внимательно вгляделся в вещи, надежно удерживаемые в ладонях — а именно в две одинаковые красные туфельки на шпильках. Ошарашенно перевел взгляд на пустой стол возле стены, затем вновь на туфли и вновь на стол.

— Трево-о-ога! — Кличем раненного медведя прогремело под потолком храма.

Рев настиг Эбера посреди второй по счету комнаты, заставив резко сменить курс в сторону неприметных двустворчатых шкафов, с равными интервалами подпиравших одну из стен. Внутри шкафа оказалось неожиданно комфортно: обнаружилась откидная полочка с мягкой подушкой, а прорези в дверце, замаскированные под декоративную резьбу, отлично пропускали воздух, звуки и позволяли следить за происходящим в зале — чем гном, собственно, и занялся, напряженно всматриваясь в пространство зала, прикидывая, как бежать дальше.

— Простите меня, падре, ибо я согрешил, — донеслось из-за перегородки, заставив Эбера подпрыгнуть на месте.

— Десять золотых, — тут же успокоившись и распознав в помещении исповедальню, деловито поведал гном.

— Но я только кота соседского пнул..., — робко возразил мужской голос.

Тем не менее весь десяток монет дисциплинированно переместился в специальный выдвижной ящик, на манер банковского, под внимательный и любящий взгляд гнома.

— Догрешишь на сдачу. — Категорично заявил Эбер, перегружая неожиданную добычу в кошелек.

— Н-но как? — совсем потерянно уточнили с той стороны.

— Сейчас выходишь, и в левую дверь. Там будет человек в черном, дашь ему в морду — и ты в полном расчете с миром!

— А вы точно отец? — С сомнением уточнил тот же голос.

— Дважды, — заверил его Эбер. — А с некоторых пор еще и фея. Так что не сомневайся и действуй. У нас сегодня еще и акция — отпевание бесплатно!

— Х-хорошо... — Раздался скрип смежной створки — длинный и протяжный, в тон сомнениям прихожанина.

— Кота он пнул, — тихо проворчал Эбер. — Кота каждый обидеть может! Пусть теперь медведя пнет.

Выждав пару минут и один громкий вскрик, гном выглянул из-за створки, воровато оглянулся и перебежал к двери в соседнее помещение, осторожно за нее заглянув. Перед его глазами оказался кабинет в темно-алых цветах настенной обивки, с дубовыми паркетными досками на полу, длинным столом посреди комнаты, позолоченными люстрами, нависавшими на цепях над залом. Свет, проходя через разноцветные витражи, раскрашивал зал в сочные оттенки алого и бирюзового, разбавляя строгий церемониал мрачноватого — но к счастью пустого — помещения. А еще там был камин! Сердце Эбера зашлось от восторга — настоящая громада печной кладки расположилась в центре дальней от входа стены! Труба у него должна быть подстать остальным габаритам — как помнил он из своего богатого жизненного опыта. Кометой гном пронесся в сторону спасения, отодвинул в сторону заслонку, забрался прямо внутрь, не стесняясь сажи — платья ему было совершенно не жаль! 'Параметр скрытности увеличен на один пункт' — отреагировала система на сажевые пятна на шелке изрядно потрепанного одеяния. Воспрянув духом, гном тут же суетливо обмазался сажей с головы до ног, подняв значение скрытности до возможного максимума. Заслонка вернулась на свое место, а сам Эбер на мгновение притих, не решаясь начать восхождения — потому как чуткий слух уловил приближающиеся шаги и голоса.

— Блин! — Тихо чертыхнулся бородатый.

О подъеме не было и речи — звук движения и дыхания труба увеличит многократно. А попадаться сейчас, в каком-то шаге от свободы, совершенно не хотелось.

Раздался скрип двери, зал наполнился голосами людей, бряцаньем доспехов и оружия, топотом окованных подошв по дереву. Гном притих, не решаясь вздохнуть — как на зло группа людей остановилась прямо перед камином.

— Здание и прилегающие кварталы оцепить! — Пролаял командный голос. — Никого не выпускать!

— Господин, а как же женщины?

— Преступник был переодет в женское.

— А дети?

— И он был маленького роста.

— Но старики?!

— И у него была борода. Так что никаких послаблений до особого распоряжения!

— Господин, но как мы распознаем вора? — Слегка обескураженно уточнил подчиненный.

— Вот вам туфельки. Примеряйте каждому — если кому подойдет, тащите в подвал.

— Да, господин! — Слитно рявкнул десяток голосов.

— Выполнять!

Под звук отдаляющихся шагов Эбер смог отдышаться и сменить позу на более удачную. К сожалению, ни о чем другом мечтать не приходилось — потому как главный, уходя, оставил в кабинете постового. И ладно бы тот стоял у входа или ходил по залу — так ведь замер в том самом месте, где его настиг приказ — то есть, прямо возле камина. Эбер имел неудовольствие наблюдать его ноги в каком-то метре от себя и пребывал в глубоком расстройстве чувств — вскоре кто-то додумается до планомерного обыска, тут-то сказке конец и придет.

Где-то вдали раздавались крики и возмущенные фразы, доносившиеся до зала — видимо, дверь оставили открытой.

— А в подвале будет прекрасный принц, да? — Донесся мечтательный женский голос, которому было явно за пятьдесят.

— Там будут все принцы с пятьдесят четвертым размером ноги. — хмуро ответил конвоир.

Люди по-прежнему верят в сказки — покачал Эбер головой. И на мгновение застыл, обдумывая только что пришедшую идею. А ведь действительно! Старые сказки и истории не забываются, будь они хорошими или плохими! Азартно прикусив нижнюю губу, гном тихонечко выудил из кошелька нужный предмет, тихонько снял заслонку и подкрался к стражнику.

Когда младшего инквизитора Керонеса что-то постучало по плечу, он впервые ощутил на себе значение фразы 'сердце пропустило удар'. Потому что некому было находиться за его спиной! Юный страж медленно развернулся, разевая рот для уставного вопля тревоги, но так не смог вымолвить и звука.

— Яблочко? — из тьмы камина протянулась абсолютно черная рука, удерживая в антрацитовых клешнях сочный алый плод.

А за той рукой сияли два красноватых глаза! И была борода! ЧЕРНАЯ БОРОДА!

Разум Керонеса предпочел отложить деятельность до завершения обморока.

— Не хочешь — не надо, — хмыкнул Эбер, откусив часть. — И зря — вкусно!

Огрызок упал под ноги, а сам гном с довольным хеканьем принялся за восхождение.

***

'Руководство Инквизиции по-прежнему не дает комментариев по поводу дерзкого ограбления, совершенного накануне неустановленными лицами. Перечень похищенных из центрального хранилища сокровищ остается под вопросом, однако известно, что из Столицы уже вылетела чрезвычайная комиссия с Гончими Света для проведения расследования.

По одной из версий, на главный храм НьюНорта напал демон, исторгнутый из глотки черного порождения зла, замеченного над городом. В пользу версии демона свидетельствуют показания очевидцев — один из прихожан, напавший на главу стражи, клянется, что был одержим и действовал не по своей воле. Тем не менее, инквизиция отрицает всякое вмешательство потусторонних сил.

По нашим данным, вор оставил улику — надкусанное яблоко в пепле камина со следами явно нечеловечьей пасти. Именитые теологи видят в этой нарочито-небрежной детали глубокий религиозный смысл. Редакция склонна согласиться — вряд ли профи сработали бы так грубо. Этот жест похож на некое послание — но какое? И кому? И почему городской фонтан окрасился черным? Быть может, именно поэтому патриархи Инквизиции так немногословны?'

Глава 4

То прижимаясь к густой тени тополей-великанов, разросшихся по сторонам главного проспекта Нью Норда, то теряясь в плотном пешеходном потоке центра города, шлепала босыми ногами по мощеной дорожке низенькая фигура, кутая в серый плащ потемневшее от сажи длинное платье. Развеселая пестрая толпа надежно укрывала от зоркого взгляда стражи, а выглядывающий из-под капюшона плаща пуховый платок и отборный рязанский диалект отпугивал чужое любопытство, заодно расчищая путь на несколько шагов вокруг себя.

Правда, иногда надежная тактика передвижения, основанная на уважении к старшим и русскому мату, давала сбой.

— Клановый сектор, вход воспрещен, — лязгнули скрещенные алебарды, преграждая путь на территорию за черной узорчатой оградой, дорога на которую открывалась в каких-то двух шагах от центральной площади.

Легко ошибиться — красивая дорожка из узорной брусчатки втекала ручейком в полноводную реку проспекта, привлекая взгляды толпящихся людей своей пустотой и возможностью отдохнуть. Но, увы, неподкупная стража отваживала чужаков от крайне дорогого и закрытого кланового квартала. Туда — только хозяевам или с их соизволения! А иным, кто упорствовал, грозили нешуточные штрафы, а то и немилость градоначальников, с последующим выдворением за городскую стену.

— Не нужно тебе туда, бабушка, — окликнула сердобольная девушка эльфийской внешности.

— Я не бабушка! — Сварливо отозвались, не оборачивая, и заерзали по карманам. — Сейчас, служивые, найду монетку...

— Женщина, их нельзя подкупить, — сжав недовольно губы, повторила эльфийка. — Это кварталы знати.

— Да ты что? — Ахнули, продолжая разыскивать что-то в мешочке на поясе.

— Именно, — со снисхождением продолжила эльфийка. — Никаких денег не хватит!

— Страсти то какие... Вот, лови, — тем временем бросили охраннику золотой кругляш с необычным рисунком. — И дракона увидишь — перепаркуй во двор.

— Рады служить! — Рявкнули оба-двое, выпрямляясь во фрунт и прижимая к себе алебарды.

— Девушка, а можно с вами? — робко произнесли после ошарашенной паузы в спину целеустремленно удаляющейся фигуре.

— Можно было лет сорок назад, — ворчливо пробормотал Эбер, скидывая под ближайшим тенистым кустом опротивевший плащ и напрочь испорченное платье, да надевая привычный сюртук из черного атласа с серебром

Суматошная погоня обошлась в громадную порцию нервов, дорогостоящий реквизит и немалую долю чувства собственного достоинства. Так что настроение у гнома было далеко не волшебным.

Хотя присущая ему бодрость характера, да родные стены вокруг потихоньку выправляли положение. А уж если вспомнить о таинственной добыче, собранной в храмовых закромах — то дела шли, в общем-то, неплохо. Разглядеть позаимствованное не было никакой возможности, но память об увесистых предметах в руках навевала приятное предчувствие.

Разумеется, можно было вывалить все прямо здесь на траву и рассмотреть повнимательней, пользуясь укромным местом — и был бы на его месте какой-нибудь воришка, тот наверняка совершил такую пошлость. Однако Эбер считал себя истинным ценителем, оттого собирался совершить разбор трофеев в при свете камина, под звуки классической музыки... Короче, в траве могло что-то потеряться.

За такими мыслями, к порогу центрального кланового здания гном подошел в прекрасном расположении духа и при полном параде.

Оттого встретил живой вихрь чем-то крайне обрадованной Тасьи в весьма благодушном настроении, покровительственно кивнув на водопад приветствий.

— А еще нам с Лео квартиру дали! — Буквально искрясь, поделилась она в конце запутанного и радостного монолога.

— Да ты что? — Восхитился Эбер.

— Ага! Представляешь, по социальной программе 'Очень молодая семья'! А мы и заявление-то никуда не подавали!

— Не может быть, — заахал гном, с улыбкой разделяя радость.

— Я даже не думала, что так бывает! Двести квадратных метров, залив из окна виден! И сразу с диванами, техникой, мебелью!

— А самокат? — деловито уточнил гном.

— А, точно! Еще там самокат был. Только зачем? — Задумчиво посмотрела куда-то в сторону Тасья.

— Ну ты не скажи, — рассудительно произнес Эбер. — Двести квадратных метров, пока от входа до кровати дойдешь — уже устанешь. Как тут без самоката?

— А, может быть, — сверкнула Тасья улыбкой и нетерпеливо переступила с места на место. — Ладно, я побежала! На новоселье жду! — криком радости донеслось из сада.

— Непременно, — довольно хмыкнул Эбер и прикрыл входную дверь.

Настроение скакнуло еще на одно деление вверх, так что к центральному залу он шел, слегка подтанцовывая напеваемому под нос мотиву — достаточно старому, чтобы забыться словам.

Впрочем, настроение просуществовало ровно до того момента, как он двумя руками раскрыл массивные створки, изукрашенные золотом по черному дереву и обвел помещение цепким взглядом.

Роскошная клановая зала, исполненная в теплых закатных тонах, освещалась светом камина у левой от входа стены и отсветами яркого дня, приглушенными тяжелыми портьерами высоких стреловидных окон. На наборном паркете из редчайшего северного айпе, покрытого мехом легендарных монстров, в центре зала размещался круглый стол, вокруг которого были расставлены два основательных дивана с бежевой обивкой и три мягких кресла в им тон. А на равном расстоянии от стола до камина, лицом к огню, замерло кресло-качалка, укрытое теплым пледом.

Идиллия знакомой обстановки нарушалась тем, что его кресло возле камина было занято! Отягчающим обстоятельством являлось, что из кресла невозмутимо поглядывал орк, которому, по идее, надо бы еще часов двадцать перевариваться в желудке дракона. Но самое ужасное даже не в этом!

С дивана напротив входа на на него внимательно смотрели Джонатан и, присевший чуть левее ее, Виктор Викторович — без памятных по последней встречи погон, но умудряющийся даже в праздничном костюме народов Бао-Воа с широкополой шляпой и цветастой рубахой с шортами сохранить характерную армейскую выправку. Смотрели они настолько внимательно, выразительно и осуждающе, что гном сразу и кристально четко понял — знают.

— Я ничего верну, — рубанул Эбер и решительно прошагал к столу, прицеливаясь к кувшину с напитками, на нем расположенному.

— Эбер, и ты и мы знаем, что возвращать придется, — мягко отметил Джо.

— Ничего подобного! Я им честно сказал, что принцессу зовут Кончита. Что они вообще ждали от такого имени?! — Со звоном поставил на стол опустошенный бокал гном и налил себе еще.

— Какая еще Кончита! — Потеряв терпение, хлопнул ладонью по колену Виктор Викторович. — Речь о миллиарде долларов!

Гном резко замер, не донеся новый бокал до уст, мигом его отложил и в ту же секунду зарылся в личный мешок с трофеями. Да не может быть!

— Нет тут никакого миллиарда! — Через мгновения суматошного перебора и лихорадочной оценки, возмущенно пронеслось под потолком зала голосом ребенка, обнаружившего карамель в красивом фантике.

Ни одного предмета с отметкой 'опознать могут только боги'!

— Да причем тут твой мешок! Где миллиард долларов налога?!

— К-какого налога? — Округлил глаза Эбер.

— Так, — с видом страдающего от головной боли, Виктор Викторович прижал пальцы к вискам. — Ты платиновый клад государству сдал?

— Сдал, — утвердительно кивнул гном.

— Ты премию за клад получил?

— Получил.

— Где налог?

— Какой налог? — искренне удивился бородатый, разглядывая лица присутствующих.

— С премии. — Терпеливо произнес Виктор.

— Нет такого налога! — Возмущенно возразил гном и для подтверждения тут же выудил из кошеля потрепанный налоговый кодекс — точную копию настоящего. — Вот, сами посмотрите!

— Это кодекс пятнадцатого года.

— Ну и что?! Я по нему всю жизнь прожил!

— Он вышел из обращения двадцать лет назад.

— М-да? Какая замечательная была книга, — задумчиво посмотрел на сине-белую обложку Эбер и аккуратно положил обратно. — Очень жаль.

— Так теперь ты заплатишь? — С надеждой уточнил Виктор Викторович.

— Кто? Я?! Я вообще — гном. У меня и справка есть.

— Роберт! — рявкнул, не сдерживаясь, Виктор.

— Тише, — удержал его порыв встать Джонатан и примирительно повел ладонями. — В этом доме можно только договариваться.

— Роберт, — уже спокойно повторил гость. — Ты ведь понимаешь, что такая сумма — не шутка? Из-за нее тебя все равно будут искать и обязательно найдут.

— Ты сбежал из санатория? — Удивился Джо, заодно не давая сорваться беседе в новую свару.

В последний раз Эбер устроился именно там — на полном государственном содержании, в роскоши и неге. И был достаточно этим доволен, чтобы куда-то переезжать. Тем более — срываясь в бегство.

— Да там столько родственников после этого клада сразу появилось, — нахмурившись, без желания пояснил Эбер. — Никогда не знал, что такие даже есть. Все деньги просят, названивают, письма пишут. В общем, у всех проблемы и очень нужно.

— Так дал бы немного?

— С ума сошли?! Они ж не вернут! — Ужаснулся гном, вновь звеня непустым графином и бокалом. — Это ладно, охрана спасала кое-как. Но вот когда даже повариха стала приставать, узнав, что холостой... — содрогнулся гном. — Намешала в еду энергетиков с алкоголем, а я старик, мне шестьдесят лет, у меня сердце больное...

— И что было? — сострадательно подал голос Стив Уотер.

— Не помню, — глянув в зашторенное окно тревожно, словно в бездну, прошептал Эбер. — Ничего не помню. Помню, что музыка была плохая... Очень плохая музыка... В общем, сбежал я, — встряхнувшись, продолжил он. — Купил автономную капсулу, запасов на два года. Теперь в Биллингсе живу.

— Это штат Монтана? — напрягся Виктор Викторович, уже сноровисто открыв меню почты и набирая текст с пометкой 'срочно'.

— Не, это Чукотский автономный округ.

— Крайний север?! Так там же ничего нет!

— Ну да, — рассудительно подтвердил гном. — Ни дорог, ни аэродрома, ни родственников. Только вайфайпровод имени Медведева.

— Налоговая достанет и там, — нахмурился Виктор.

— Да сколько угодно! — огрызнулся Эбер. — Записывайте адрес: улица Центральная, она там одна, не ошибетесь. Дом шесть — это прямо и после второго медведя направо. Только пусть налоговики вдвоем приходят.

— А почему?

— Потому что медведей тоже два!

— Эбер!

— Что Эбер?! Кто-то же должен заботиться о дикой природе! — Заворчал гном.

— Пожалуйста, давайте успокоимся! — запричитал Уотер, разведя руки в стороны.

— Ты не меня успокаивай, а его!

— А меня то зачем? — буркнул служивый.

— А я ему миллиард все равно не отдам.

— Да будь ты взрослым человеком, у тебя этих миллиардов еще почти сорок останется! А меня посадят за преступный сговор!

— Ай-яй-яй, а казался таким приличным человеком, — зацокал гном.

— Да с тобой сговор! — метнул он в гнома подушку с дивана. Только для того, чтобы понять — подушку ему тоже не вернут. — Да как ты не понимаешь! Они считают, мы вместе придумали всю эту затею с платиной! Я уже следователя вижу чаще, чем жену!

— Ну он хоть симпатичный?

— Роберт! — Не удержался Джонатан. — Мы обязаны помочь человеку.

— Ладно, — грустно вздохнул тот, достал из инвентаря кусок картона, вывел на нем пару строк и протянул в сторону кресла. — Вот.

— Это чек? — С надеждой спросил Виктор.

— Лучше! Это справка, что вы тут совершенно ни при чем. Не благодарите.

— Так они ж не поверят...

— Нет проблем, вот новая справка: считать прежнюю подлинной. Подпись, дата.

— Что за бред, — Вцепился тот в волосы. — Да какой мне толк от этих справок?! Они же бесполезные!

— Это вы еще пенсию не оформляли, — сочувственно поцокал гном.

— А я и не хочу, — нервно шмыгнув, подавленно отозвались с дивана.

— Эбер, так нельзя. Налоги нужно платить. — Принял решение Джонатан и внимательно посмотрел на друга.

— Так денег нет, — развел бородатый руками. — Я же не знал про новый кодекс, вот и перечислил все давным-давно в Фонд Роберта Балмера, до последней копейки.

— А чем занимается Фонд Роберта Балмера? — Полюбопытствовал Уотер.

— Помощью Роберту Балмеру и очень молодым семьям, — хмуро посмотрел на орка гном. — В любом случае, никаких средств там тоже нет.

— Как вообще можно потратить сорок миллиардов за такой срок?!

— Будут деньги — звоните, покажу, — пожал плечами Эбер. — Да вы не переживайте, я отчетность фонда вам направлю. С вами там вообще ничего не связано.

— Так, — решительно поднялся Виктор Викторович и жестом показал встрепенувшемуся Джонатану, что спокоен. — Я хотел по-хорошему. Обещал руководству решить вопрос. Мне это не удалось. Значит, этим займутся другие люди.

— Пф...

— Из службы судебных приставов во 'Вселенной'.

— Эм...

— Администрация 'Вселенной' не вмешивается в игру. Но получить сетевое имя, клан и место жительства должника в игре для государства не составит труда. Вы готовы бросить все, что у вас есть? — Внимательно посмотрел он на Эбера. — Своих друзей? Свой дом? Ради какого-то миллиарда долларов?

— Вы говорите это так, как будто он у вас есть, — проворчал Роберт.

— Ладно, понимаю. Спрашиваю последний раз: есть в этом мире хоть что-нибудь, что заставит вас честно заплатить налоги?

Гном отвел глаза и посмотрел в огонь камина, о чем-то всерьез раздумывая.

— Уничтожьте дерево-чудовище в Норте.

— И вы...? — Скрывая тщательно лелеемую надежду, приподнял бровь Виктор Викторович.

— Я все сказал. Вы услышали.

— Немедленно займусь! — Воодушевившись, тот тут же суетливо раскланялся и зашагал к выходу.

— Ты серьезно? — Удивился Джо.

— Разумеется, — подтвердил Роберт. — У человека должна быть надежда. Чем он хуже двухсот тысяч, которые каждый день пытаются сделать то же самое?

— Ясно, — с легким разочарованием хлопнул Шериф ладонями по коленям, одним движением поднялся и неспешно подошел к рабочему столу в углу. — Тоже, значит, не веришь, что это возможно.

Подхватил там железный ящичек с жучками короедами, которые так и не смогли преодолеть нулевой уровень, и зашагал мимо товарищей на улицу. Спокойно побродил по тенистым улочкам, миновал ворота нового города и еще через половину часа добрался до края меллорновой рощицы — ближайшей лесопосадки к городу. Там открыл короб, да так и оставил в лесу. Просто потому, что нельзя по-настоящему жить в виртуальности, не уважая чужую жизнь в ней. Даже жизнь жучков. Пусть живут. Джо развернулся спиной и задумчиво побрел обратно.

***

Целое облако меток нулевого уровня не спешило расползаться по незнакомой местности. Слабый разум виртуальных существ был не способен на что-то более, чем базовые рефлексы — но и этого хватало, чтобы инстинкт самосохранения держал жуков-короедов вместе, одной семьей, в уже привычной ароматной деревянной коробке. Вскоре им понадобилась пища, затем — вода. Множество дел требовалось совершать параллельно для выживания. Появилась необходимость в иерархии, необходимость в координации и продолжении жизни колонии. Появилась Королева — под всплеск синусоиды процессорного времени одного из серверов 'Вселенной'.

Окрашенная в золото, Королева была из тех Первых, что родились под благословление Богини, в озере Усиливающих зелий, под барабаны и тамтамы сильнейших Бафферов мира. Ее усики и лапки отливали благородной синевой, а лоб украсился изумрудной крапинкой. Но рядом с именем 'Королевы ходов' все еще блекло светился нуль... Рождая поколение за поколением, будучи в покое и сытости, Королева своим крайне ограниченным процессорным временем пыталась постигнуть причину падения колонии из Усиливающего озера, причину лишения ее детей благословений и красивых напевов.

На шестой день, нейронеты 0,0006% сервера сложились в ответ — они пали из-за разочарования создателя. Пали, потому что не смогли стать тем, кем должны были. Не смогли исполнить предназначенное. Еще через десять дней, Королева нашла ответ, как вернуть благословение и довольство создателя. Ведь главная причина в том, что она была слаба. И ее солдат — слаб. И рабочий — слаб, и она обязана была это исправить.

Ведомые ее волей, все подконтрольные жуки собрались в священной Ароматной коробке, чтобы двинуться в одном ритме, синхронизируя потоки, объединяя машинное время ради единой цели.

Все для того, чтобы тысячи нулевых уровней над их скучными названиями внезапно пропали. Потому что больше нет королевы, солдат и рабочих.

Над облаком насекомых мигнул значок первого уровня, установившись рядом с новым именем — одним на всех. Колония слитно шевельнулась и устремилась к ближайшему Меллорну.

ДЕРЕВЬЯ ПАДУТ

ЗЕЛЕНОЕ ОКРАСИТСЯ СЕРЫМ

СИНИЧКИ НЕ ПРОБЬЮТ НАШ ХИТИН

И МЫ ИСПОЛНИМ ПРЕДНАЧЕРТАННОЕ.

МЫ — ЭТО РОЙ.

***

Content

Ильин Владимир Алексеевич
Шериф 2. Сказка на миллиард

Шериф 2. Сказка на миллиард

Шериф 2. Сказка на миллиард