Тюняев Андрей Александрович

Власть во власти Власти

Андрей Тюняев

ВЛАСТЬ

ВО

ВЛАСТИ

ВЛАСТИ

«Власти хранят ключи от клетки Дьявола

и сдерживают его иерархию. Они способны отразить нападение

на род человеческий. Миссия Властей -

помочь человеку во время битвы добра и зла.

Когда человек умирает, Власти сопровождают его душу и

помогают не сбиться с пути».

Из учения об ангельских чинах

«Христос воскресе из мёртвых,

смертию смерть поправ,

и сущим во гробехЖивот даровав».

Тропарь Пасхи

Издание второе

Москва-2018

ББК 82.3

УДК 87.1

Т98

Тюняев, Андрей Александрович

ВЛАСТЬ ВО ВЛАСТИ ВЛАСТИ / Издание 2-е. - М.: Белые альвы, 2018. - 336 с.: ил.

ISBN 978-5-91464-2096־

Цивилизацию на Земле сформировала команда межгалактического транспорта, не так давно вынужденно высадившаяся на нашей «планете». Не было никаких миллионов лет. Не было никакой эволюции. Процессы терраформирования позволяют вылепить любую «планету», сгенерировать любую историю и залить её в умы всему населению «планеты». Да и само это население - является ли оно живым? По крайне мере роботы давно взяли власть на Земле. Людей почти не осталось. И только тогда, когда командир межгалактического транспорта вмешается в ход революции и погасит адское Солнце, для человечества может наступить спасение.

Книга будет интересна историкам, философам, космологам, биологам, политикам, руководителям государств, главам королевских и царских домов, начальникам лабораторий клонирования, военным, представителям нечеловеческих цивилизаций на Земле и др.

Жанр киберпанк, реалити, фантастика.

ISBN 978-5-91464-209-6

© Тюняев А. А., 2018. © Белые альвы, 2018.

0Т АВТОРА

Каждый сегодня понимает, насколько забавно будет выглядеть эксперимент, если хотя бы нынешнего студента переместить в какой-нибудь XVII век в зал какой-либо Академии наук. Пусть он расскажет тамошним учёным некоторые стороны нашего бытия и продемонстрирует что-либо на коммуникаторе. Вот смеха-то будет! Для нас. А каково придётся средневековым учёным? Им будет не до смеха. Выдержал бы мозг, не лишились бы ума.

Мы привыкли считать себя последней стадией развития интеллектуального процесса. И это происходит только потому, что до общения с нами пока не снисходят те, кто гораздо умнее нас: вы же не рассказываете стихи курам на птицефабрике.

Тем не менее, те, кто стоят выше нас по всем показателям и доминируют в «нашем» мире, имеют те же проблемы с субординацией. Для того, кто ещё выше, они тоже являются курами на птицефабрике.

Но кто-то всю эту цепочку выстроил, и кто-то идёт по ней, поигрывая надменной улыбкой. Даже если это бог, то и у него возникает вопрос - с заглавной ли буквы писать своё определение или обойтись строчной, оставив заглавную для настоящего Бога?

* * *

В этой книге представлена реальная история «планеты» Земля. Её начало вовсе не насчитывает тысячи и

даже сотни лет. Аналитические отделы ведущих спецслужб мира давно пришли к выводу, что заселение Земли состоялось не так давно. А всё, что было до этого, не более чем ретроспективная инсталляция, призванная успокоить человеческое эго.

На нашей «планете» проживает несколько параллельных цивилизаций, между которыми существуют весьма сложные взаимоотношения. Даже самые мощные и доминирующие народы способны пропустить революцию, подготовленную исподтишка.

Работа над книгой продлилась ровно пять лет - с 20 марта 2012-го года по 20 марта 2017-го года. В процессе подготовки материала для этой книги приняло участие множество аналитиков самых разных направлений. Автор благодарит за помощь в исследовании информации для книги: экстрасенсов - И. Т.; ясновидящих - Е., В. М., Т. К.; руководителя отдела КГБ - Р.Р.; масона, иллюмината - А. Р.; операторов - И. Ф., Н. Т., А. Р.; инкарнацию Мары - Е.; сотрудника ГРУ - С. Ж. Отдельная благодарность богине Маре.

В произведении все события реальны. Совпадения с несуществующим случайны.

Посвящается жене Елене.

ПРОЛОГ

Я родился подозрительным скептиком. И всякий раз почти до конвульсий клялся себе и настойчиво вбивал окружающим, что не поверю в существование инопланетян ни при каких условиях. Даже если одно из этих существ ненавязчиво похлопает меня по плечу или предельно настойчиво предложит мне чашечку кофе. Но...

Всегда остаётся это самое «но». Оно, как распаренный лист, навязчиво прилипает даже к самому ясному убеждению и уже не позволяет полностью довериться «очевидному» недоверию, столь прелестно дурманящему своей устоявшейся привычностью.

Заодно с этим недоверием выступала и моя же собственная память. Она густо наматывала суконную нить вельветовых воспоминаний на точёное древко веретена жизни, и эта нить уже не прерывалась больше ни на мгновение. Возможно, поэтому с самого первого дня существования на этой Земле я помню его - своё странное рождение.

Словно кто-то очень властный включает невидимой рукой сильно подстывший тумблер. И вот, окисленные вечностью контакты бесцеремонно пинают друг друга, и очнувшиеся от этого пинка искры посылают небесам ожесточённые электрические проклятия. Ещё миг, и память начинает растекаться по ячейкам возбуждённых нейронных сетей, заполняя их замёрзшими битами вчерашних событий.

Сознание, вспыхнувшее, словно трут от падения одного из раскалённых осколков потревоженного кремня, включается в тот момент, когда меня только что извлекли из живота матери. Я инстинктивно глотнул ещё неведомого мне воздуха. Первый раз обжёг им распра

вившиеся от напора лёгкие. И какие-то цепкие руки аккуратно положили меня на жёсткую медицинскую кровать.

И вот уже я, едва рождённый и чуть появившийся, взираю на эту непонятную мне ситуацию своими собственными глазами. Но не с неудобной кушетки. А с какого-то места, находящегося где-то под потолком: метрах в трёх от растопыренного стола и на метр выше, чем все врачи, собравшиеся в этой просторной и не совсем просматриваемой комнате.

Это может показаться невероятным, но я вижу. Вижу себя. На той самой кушетке. Я - маленький и молчащий. Вокруг - те самые врачи. И я понимаю всё, о чём они говорят.

- Будем усыплять? - спрашивает один из них, перед этим долго разминая лицо гримасами вселенского нежелания.

Коллеги дёргаются от неожиданно прозвучавшего голоса, через мгновение приходят в себя и испуганно начинают кивать. Крайне неохотно, демонстрируя друг другу одинаковую мимику нависающего горя, они всё- таки соглашаются с приговором поставленного вопроса.

Не знаю, каким по счёту чувством, но вместе с ними и я понимаю, что моей едва начавшейся и столь короткой жизни пришёл неожиданный конец. Я принимаюсь отчаянно кричать. Прошу: «Опомнитесь! Меня нельзя вот так сразу, только что родившегося, убивать!»

Но в плотной тишине неуклюже театрального помещения мой вопиющий голос почему-то предательски не звучит, и никто из невольных палачей вовсе не слышит неудержимого детского отчаяния.

Густой и тягучей карамелью мгновения зависают над ножницами Судьбы. В полной тишине их затупив

шаяся тысячелетиями сталь медленно возвращает утраченную остроту. С каждым атомом железа, вернувшимся на режущую кромку, моя настойчивость угасает. И под почти уже состоявшийся лязг восстановленного металла я почти принимаю неотвратимое.

Но тут у главного врача останавливаются руки. Словно чья-то могучая воля лишает их возможности привести приговор в исполнение. Импульсы необходимого управления уже не проходят привычными путями, и врач даже ценой неимоверных усилий не может заставить себя убить беспомощного ребёнка.

На фоне этой неразрешённости спокойным потоком неотвратимой мощи в дальней части операционной материализуется медсестра. Пожилая женщина с тщательно убранными белыми волосами, проработавшая в этой самой больнице много своих бесконечных лет, она безапелляционно заявляет свои неоспоримые права на ещё не растерзанного младенца.

- Не надо! Я выхожу его, - тихо произносит она, и врачи, только этого и ожидавшие, с облегчением и шумом выдыхают застоявшийся от долго томления воздух.

Обернувшись на прозвучавшее требование, старший из них не без напряжения отвечает:

- Ну, если вы, Марь^1 Дмитриевна^2, обещаете, то забирайте, конечно, - выхаживайте.

И в это же мгновение ножницы Судьбы покрылись толстым слоем спасительной ржи. Сколько они ни чавкали, перекусить соскальзывающую нить жизни у них уже не получилось. Последний судорожный лязг щер-

оатого металла, навсегда оказался скованным кровавыми окислами, и я получил бесценный и неожиданный приз - своё собственное детство.

Вот так и мне удалось приобщиться к этой странноватой симфонии, выписываемой в монументальном концертном зале незыблемой Вселенной тонкими голосами непрочных человеческих жизней. По мере лет эти нити закалялись и прочнели, а детские голоса постепенно снижали свой тон.

Затем обобществлённая юность закономерно превратилась в увлекательную борьбу за уникальное существование. И когда мне исполнилось двадцать лет, я уже знал, как надо задавать вопросы, которые могут заставить людей засомневаться в устойчивости твоей психики.

Долго подбирая слова и многократно репетируя, я всё равно сделал всё предельно неожиданно. На мой вопрос, было ли такое со мной, мать тихонько изумилась и присела на краешек стула. Совершенно не веря в происходящее, она на полном автоматизме ответила: «Да. Но ты этого помнить не можешь».

Конечно же, я этого помнить не мог.

Но я помнил...

* * *

Они легко раскручивали маятник, раскладывая прошлое и будущее по полочкам доступной логики. Причудливый прибор послушно вращался в чуткой руке и на любой вопрос выдавал молниеносный ответ. Он всегда попадал, что называется, в точку.

И всё равно Глате^3 не покидало томное ощущение какой-то пластиковой натужности этого процесса препарирования фактов, этого не очень понятного подсматривания за горизонт неизвестных событий.

Возможно, вовсе и не маятники позволяли ничего не понимающим операторам отыскивать в хламе вероятностей нужный ответ. Пульсирующая жилка досужего скептицизма неугомонно подсказывала: могли же быть и какие-то правильные технические средства, незримо и по-настоящему помогающие «магам» творить необъяснимые «чудеса».

Понятно же, на волне нахлынувшего удивления никто бы и не заметил миниатюрный приёмник или такой же крохотный передатчик, встроенный в какой-нибудь завиток ушной раковины или замурованный пломбой в специально просверленном зубе. А если такой незатейливый прибор существовал, то заинтересованные в обмане силы вполне могли передавать пророкам всякую нужную для них информацию, чтобы конкретно манипулировать эмоциональностью жертвы. Но в этом случае такие скользкие действия пророчеством называть было уже нельзя...

Мощно переживая по этому поводу, Глате медленно ёрзал на предложенном ему стуле. Он сильно пыхтел, распалённый нетерпением, собираясь придумать пророкам такое испытание, задать им такой вопрос, на который они просто не могли знать никакого ответа. «Они» - и послушные операторы с маятниками, и их невидимые настойчивые суфлёры. Если таковые, конечно, имелись.

Но о чём таком неожиданном можно спросить тех, кто всегда настороже и знает ответы на все вопросы? В наше прозрачное время ничего заведомо тайного ни у кого просто не может существовать. Вся жизнь индивидуального человека как на аппаратном стекле распростёрта перед микроскопоподобным взором специальных служб. И только очень глупый человек всерьёз может рассчитывать на то, что почему-то именно на него никакой пухлой папки с надписью «Дело №...» вообще не собрано.

Надо быть честным и отдавать себе внятный отчёт: папка собрана и не одна. Почти с самого рождения на каждого живого человека начинает накапливаться досье. И на неживого тоже. Более того, копятся досье и на тех людей, которые никогда на этом свете не существовали. Эти «мёртвые души» в нужный момент появляются в «горячих точках» истории и берут на себя решение наиболее судьбоносных событий 4...

«Вот! Придумал! - внутренне обрадовался Глате. - С самого рождения! Точно! А само рождение? Его-то не контролируют! Наверное... Да, чего там контролировать? Человек только родился! Ему ещё всего несколько секунд, минут, часов...».

- Хорошо всё это, конечно. Но вот вам ещё один интересненький вопрос. Что называется, на засыпку, - Глате изо всех сил пытался придать своему лицу спокойное выражение и произнёс эти слова принудительно ровным тоном. - Как вы думаете: в чём моя загадка? Что со мной не так?

Дифоор5 пустил маятник. Тот послушно снялся с места и принялся целеустремлённо крутиться. Оборот за оборотом, нарезал он круги, соглашаясь с теми вопросами, которые ему мысленно задавал оператор.

- Тебя нет, - наконец, просто ответил он, а пока крутил маятник, его брови медленно ползли выше и выше.

Ожидавший всего, чего только можно и нельзя, Дифоор^5 просто не мог сейчас поверить в эти немыслимые и бессмысленные показания своего не ошибающегося прибора.

- Да. Тебя нет, - подтвердил Викомп^6, сделав несколько проверочных оборотов своим маятником.

И у Викомпа брови тоже медленно поползли наверх. И он не мог поверить в то, что показывает ему маятник. Не мог понять: что такое неладное происходит с прибором. И Дифоор, и Викомп смотрели на юношу и видели, что Глате - здесь. Он с ними рядом - перед ними. Сидит на стуле и загадочно улыбается. А им приходится реагировать на подсказки маятников и говорить, что его нет. И это притом, что они озвучивают ответ на заданный Глате вопрос - этого Глате, которого «нет»!

- В каком смысле меня нет? - нервно хихикнув, поинтересовался Глате и тут же с ужасом начал понимать суть их ответа.

- Тебя здесь нет, - пояснил Дифоор, не веря тому, что сам же и говорит. - Ты - как бы голограмма. Воплощение Виднета7^7. Сконструированный образ, созданный инженерами из отдела Исторической реконструкции. Более точно пока сам понять не могу. Но тебя определённо здесь нет.

Дифоор протянул руку в направлении Глате и пощупал его: юноша на ощупь оказался обычным. Пророк медленно отнял руку, а Глате впился в него глазами, молчаливо задавая тот самый вопрос. Дифоор угадал и несколько раз слабо кивнул головой.

- Ты находишься... как бы в параллельном пространстве, - в свою очередь, попытался объяснить странную ситуацию Викомп.

Тщательно подбирая отсутствующие слова, чтобы хоть как-то выразить свои не вполне понятные ощущения, он так и не смог выдать ничего хоть немного более конкретного.

- Интересно, - протянул ошарашенный Глате; он набрал воздуха, чуть притормозил, несколько секунд подумал над тем, говорить пророкам или нет, а потом решился и объявил: - А ведь вы правы: меня здесь нет. Я сначала не мог понять - почему вы так сказали. Но сейчас, кажется, понял. Я не рождался. Я не родился. Поэтому меня здесь и нет.

Глате торжественно замолчал и застыл в полной уверенности, что этих его объяснений догадливым про

рокам хватит с лихвой. Но Викомп начал беспокойно раскачиваться на стуле и никак не реагировал на объяснения Глате. Он, не вникая в сказанное, мягко произнёс несколько каких-то отстранённых фраз, выводя разговор на туповатый психологический уровень. Пророк очень неумело скрывал свои эмоции, проблема торчала отчётливо - у Викомпа срывалось сознание.

- А мы видим: тебя здесь нет. Да. Ты не рождался.

Все замолчали. Это длилось долго - пока секундная стрелка третий раз не ударилась о цифру «12». Только после этого прозвучал вопрос и требования к Глате разъяснить сказанное, и ему пришлось рассказать историю своего странного «рождения». Некоторые подробности он, конечно же, предусмотрительно опустил, но рассказ, обрисованный даже в общих чертах, до клеточного уровня потряс теперь уже не столь устойчивые рассудки пророков.

- А мы видим... Маятник показывает, что тебя нет... Совершенно неясно, как это ты... Хотя, если ты не рождался, становится понятно...

- Но как такое вообще может быть реализовано? И вообще, может ли быть такое реализовано или нет? - удивился Глате, внутренне начиная паниковать от предчувствия неудобного для себя ответа.

- Может, - ответил Дифоор, неосознанно «тыча пальцем» в самое дырявое «небо».

- Твоя человеческая жизнь видна в промежутке от двух до семи лет. До этого времени ты как бы существовал, то есть присутствовал в жизни. Твоя жизнь нам видна. Она отчётливо прощупывается. А затем - пропадает. И вместо неё появляется... другая.

Глате не верил своим ушам. Он судорожно вспоминал своё детство названного периода.

- Я тогда чуть не утонул. - промямлил он. - На льду играли в футбол. Я провалился и висел на льдине, пока друзья не позвали отца. Не знаю, как мне удалось выжить. Это было долго. Пока сбегали за ним. Пока он прибежал. Пока до меня добрался. Спас. А я даже не заболел... Может, тогда...

Викомп, выслушав сказанное, не отреагировал, а только продолжил:

- Эта новая жизнь более мощная, чем прежняя. И у твоей новой жизни есть какие-то огромные возможности. Маятник показывает, что теперь ты существуешь сразу в двух мирах. То есть можешь находиться как в одном, так и в другом мире. В нашем, в Этом мире, находится твоё тело - назовём это так. То, что мы видим. Оболочка. А в параллельном измерении, в ненашем, в Том мире, находится твоя, скажем так, душа.

...Ну, что? В конце разговора все неуверенно пожали плечами. Сказанное, вроде бы, было озвучено правильно. Но верилось во всё это с неимоверным трудом. Посидели-поболтали, собрались и двинулись к транспортёрам^8. По дороге Викомп остановился, прищурено посмотрел на Глате и снова вспомнил беседу:

- Вот сейчас мы идём, а я вижу, что тебя двое - один идёт вслед за другим...

* * *

...Моя память, взбудораженная пророками и подстёгнутая столь откровенными видениями, возвращала мне нестирающийся всю мою жизнь образ. Я - беспомощный крохотный младенец - смотрю откуда-то

из-под потолка, как меня хотят лишить жизни. И вдруг из темноты непонятности проявляется моя спасительница - Марь Дмитриевна. И я продолжаю жить.

Страхи пережитого давно испарились. Никаких соответствующих фобий не возникло. Но меня всегда мучил один и тот же вопрос: кто она такая - эта Марь Дмитриевна? Почему она вышла - словно материализовалась - из не просматриваемого тёмного угла? Почему ей, появившейся в простом белом халате какой-то медсестры или даже технички, весь коллектив заслуженных врачей быстро и безропотно подчинился?

Стоило ей только появиться и предъявить свои права на приговорённого младенца, то есть меня, врачи тут же беспрекословно выполнили требование и отдали меня - не смея спорить, не смея протестовать.

И это было более странным, чем само выживание...

Уже потом, через много-много лет, почти в день своего рождения, я наконец-то понял, кем была эта Марь Дмитриевна - бабушка, которую я всегда считал медсестрой и воспринимал в качестве ангела-хранителя, оказалась всесильной Марой - могущественной богиней Смерти.

Это она в первые секунды моей жизни по долгу своей божественной службы пришла за мной, но по известной ей уже тогда причине оставила меня в живых. Только через полвека я понял, зачем она меня спасла - для того, чтобы через пятьдесят лет, производя смену двадцати двух властелинов, я спас её...

...И теперь, когда Дифоор и Викомп накручивали своими маятниками и заявляли мне, что меня здесь нет, я их полностью понимал: ведь меня здесь действительно не было...

* * *

Зато возникшее нерождение давало массу преимуществ. Всё, что говорил, я всегда знал точно. И многое из того, что я говорил, превращалось в быль. Даже в прошлом. Да и само нерождение - это была всего лишь почти метафора. На самом деле, конечно же, рождение состоялось...

- Да. Конечно. Ты родился. Можно и так сказать, - односложно ответил Викомп, в очередной раз раскручивая маятник. - Просто сам процесс был несколько модифицирован.

- Кем? - удивился Глате. - И как изменён? Как это «модифицирован»?

Глате вообще не понимал, как в реальности можно изменить природный процесс рождения самого обычного ребёнка. Даже придумать не мог: назад что ли его вложили? «Ерунда какая-то», - сам же отреагировал Глате на это предположение.

- Когда ты родился, к тебе подселилась какая-то более сильная сущность. Она не из нашего мира, - несколько растерянно ответил Викомп, не особенно понимая свои слова и не особо в них веря.

- Дух что ли какой-то? - рассмеялся Глате, от нахлынувшего отчаяния пытаясь гипертрофированно живо представить этот процесс; так, как это зачастую рисуют в каком-нибудь развлекательном мультике.

- Нет, - серьёзно ответил Викомп. - Это действительно какое-то существо, которое очень мощное по своей природе. Оно не из нашего мира. Оно из более... Из гораздо более высокого мира.

- Зачем..? - хрипло кашлянул Глате, так и не осилив произнести вторую часть вопроса.

- У него есть какая-то задача. Миссия. Он что-то должен сделать. А ты - его носитель. Проводник.

- Ты можешь его увидеть? Как он выглядит? Moжет, это чёрт? - испугался Глате, напрасно пытаясь выглядеть безмятежным.

- Нет. Это не чёрт. Я же сказал, что это существо не из нашего мира.

- А что, черти из нашего? - удивился Глате и, прекратив попытки отделаться от испуга, затрясся, как перфоратор.

- Черти - из нашего. А этот - нет, - Викомп всё сильней раскручивал маятник, его голос монотонно терял эмоциональную человечность и всё сильней становился машинным: - Это дракон. У него мощное тело. Он очень могуществен. Обладает какими-то другими способностями, которые мы даже понять не можем. Он - командир...

В этот момент маятник резко сорвался с круга и безжизненно повис, как достаточно натрудившийся флаг в неожиданно нахлынувшее безветрие. Викомп непонимаючи посмотрел на него, пожал плечами и сказал, что больше ничего он не видит.

- Как штору опустили.

- Для меня это опасно?

- Нет. Не опасно. Он даёт тебе новые возможности. Своим присутствием даёт. И оберегает. Очень мощно оберегает.

Глате подошёл к зеркалу и стал внимательно всматриваться в своё отражение. Но ничего такого он не увидел. Обычный. Таких много. Конечно, каждый выпендривается и считает себя особенным. Но если серьёзно, все одинаковые. Кто-то чуть больше преуспел в одном, кто-то в другом...

- Я вспомнил! - неожиданно для себя выпалил Глате. - Мне всегда давали прозвище Змей! Змей Горыныч, Дракоша, Дракон, Трёхголовый. Так было всегда! В разных местах, не сговариваясь, люди приходили к таким прозвищам.

- Ну вот, - улыбнулся Викомп. - Его-то я и видел. И люди, скорее всего, тоже видели. Каким-то другим зрением. Может, не понимали, но подсознание срабатывало за них.

* * *

События древней истории прорезались медленно и постепенно - как постоянные зубы взамен молочных. Я углубился в анализ древних артефактов настолько, что иногда из них выходила впитанная ими и сохранённая реальность. Попав в интересующиеся руки, древняя вещица, словно прижимистая устрица, раскрывала свои тайные створки и показывала всё, что ей получилось запомнить. Из этих воспоминаний, будто замкнутый пузырь новорождённой вселенной, возникал достоверный образ запечатлённых событий.

Соревнуясь друг с другом, ревнуя к получившимся успехам, древние предметы почти наперегонки спешили поделиться со мной своей многовековой памятью. Материализуясь, словно медсестра по имени Марь Дмитриевна, из тонкой материи едва не истлевших нефритовых колец, лазуритовых бус и янтарных пуговиц сочились достоверные изображения далёких эпох.

Поблёскивая бесконечно тлеющими гамма-квантами бдящего за временем полураспада, из сплетающихся резонансов складывались таинственные картины уже состоявшейся жизни. Она улетела в вечность на крыльях стремительного времени. Далеко за световым

горизонтом растворились последние вдохи стражников прежних эпох. Даже звон железных мечей, обернувшись тоннелем приглушённого эха, стал похож на нелепые удары тренировочных палок.

Но картины всё равно оставались настолько реалистичными, как будто у меня в руках находился драгоценный магический кристалл. И я с трепетом всматривался в интригующую древность, как и тогда, в роддоме: откуда-то сверху - из-под какого-то небесного «потолка».

По мере привыкания к этому странному состоянию, и уже вполне свободно путешествуя по просторам времени, я видел людей, идущих по северным торговым путям. Они деловито шествовали в далёкие и манящие своей непохожестью страны за несказанно чудесными «заморскими» товарами. Они уставали от тысяч шагов и протяжённых путей, укрывались на сон бархатным пологом миллиардно-звёздной ночи и непременно радовались каждому воскресающему утру, ибо оно как всесильный маг приближало их к заветной цели.

Они упорно продвигались по замшелым лесам и осторожно перемещались по непослушным рекам. Они встречались, расставались, влюблялись, спорили, ругались, достигали согласия. И всегда подавали друг другу суровую и твёрдую руку настоящей помощи. А когда доходили до враждебных пределов страны желтолицых мутантов, забывали все свои недомолвки и становились по-братски слитыми - воедино.

Я своими глазами видел войну между людьми и мутантами - синарами^9. Я видел, как мутанты изобрели страшное оружие - религию. С её помощью синары

вводили людей в изменённое состояние, и, когда жертва уже не могла адекватно воспринимать окружающую действительность, мутанты делали из неё очередного раба.

Первыми в той беспощадной войне пали южные рубежи империи по имени Русь^10 - те, которые располагались за Великой Стеной и не были ею защищены. Сначала пал сумеречный Шумер, затем эгоистичный Египет. После этого мутанты, разорив всю доступную округу, двинулись на почти неприступный север. И их не могла сдержать даже Великая Стена, или, как ещё её называли в Империи, - Сварогов Вал^11.

С каждым своим погружением в прошлое я проникал всё в более глубокие пласты и оставался в них надолго.

Однажды мне даже удалось заглянуть в ядро Земли - в тот самый момент, когда только что возникшая Белая дыра начинала рождать первые атомы земного вещества. Я с изумлением наблюдал за тем, как «лопаются» кванты вакуума, высвобождая «холодный» водород. Затем «горячие» нейтроны бомбардировали атомы наилегчайшего газа до тех пор, пока из него не получался гелий и все остальные элементы планета Земля.

Я просиживал многие вечера рядом с пещерными людьми, взирал на их немощный быт, пытался понять

их примитивный язык, перенимал их неопределённые жесты...

...Но однажды, в очередной раз привычно путешествуя по прошлому, я наткнулся на огромный космический корабль и змееподобных людей, выходящих из него.

- Приветствуем тебя, Волос! - сказал один из них, явно обращаясь ко мне. - Как там, в будущем? В этот раз тебя что-то не было особенно долго...

ГЛАВА 1. ВЛАСТЬ НАД ВЛАСТЬЮ

Посев

Всего несколько мгновений назад она встретила свой двадцать пятый день рождения. Но он прошёл для неё неосознанно - во сне.

Корабль совершал обычный межгалактический скачок. Экипаж находился в диабиотическом^12 состоянии, и время для него ничего не означало. В координатах абсолютных дат^13 её двадцать пятый день рождения случился уже почти в миллионный раз.

Она лежала спокойно. Черты её лица изумляли своим совершенством - тем, которое, казалось, было под силу воспроизвести только некой высокоточной машине.

Но это совершенство «вылепил», точнее, осуществил1^14 Он, Единственное Существо во всей Вселенной - Кома Посоорву.

Его внутреннее око в очередной раз задумчиво скользило по изящным изгибам линий её носа, губ, глаз, ушей и мысленно утопало не существующей рукой в волшебном шёлке её русых волос.

Кома Посоорву наслаждался своим творением.

Это наслаждение было внутренним: удовлетворение в очередной раз растекалось по всему пространству Комы, вспыхивая призрачными искорками среди мириадов звёзд где-то в тринадцати миллиардах световых лет от точки наслаждения.

Убирая своё внимание, он успел ещё удивиться: «Странное имя дали мне эти неугомонные властелины - "Коллективная матрица полной совокупности организмов всех уровней"». Кома мысленно ещё какое-то время поулыбался.

И вдруг бунтарская искра мелькнула в ближайших кластерах этого трансцендентного^15 Существа. Она вспыхнула всего лишь на какое-то мгновение: «А что если я высею это семя именно здесь?»...

* * *

Лена^16 проснулась. Мягкий свет не сильно тревожил отвыкшие от фотонов глаза. Несколько минут потребовалось, чтобы полностью придти в себя. Пошевелила пальцами, потом потянулась всем телом, пошевелила головой, приподнялась на одном локте и осмотрелась. В зале на соседних столах пробуждались остальные члены команды межгалактического транспорта «Алатырь»17.

«Прекрасно! Уже прибыли», - подумала Елена и стала рассматривать суетящихся в зале властелинов. Ей ещё не хотелось покидать свою «кровать».

Перед самым своим пробуждением её снился какой- то странный сон. Как будто она медленно плыла в огромном океане на щуплой деревенской лодчонке. Плыть предстояло далеко, океан был велик, и она, естественно, боится, но тянет вверх руку. Вдруг огромная и мягкая волна появляется из ниоткуда. Она ласково берёт Лену вместе с её лодкой и в мгновение ока бережно переносит... Нет, не на тот, не на нужный девушке берег. А куда-то в совершенно другое, в незапланированное ею место. Но там, где вдруг очутилась Елена, всё оказалось по-настоящему прекрасным!..

־1־ * *

- На этом воззрении основан принцип сохранения жизненной функции при длительном межгалактическом перелёте. Это не примитивный анабиоз, как рисовали себе такой процесс фантасты в прежние времена. Это сложная программа поддержания функциональности матриц организма в том состоянии, когда у них сохраняется способность к последующей записи. Такое, своеобразное, хранение стопки листов чистой бумаги.

- Их нужно сохранить, чтобы на них потом можно было записать свой рассказ, - произнёс с уверенностью знатока сосед слева от кровати Лены.

- То есть во время перелёта властелин не спит? - удивилась она.

- Нет. Это состояние называется иначе - состояние управляемого хаоса, или сокращённо «ПРАВЬ» - «Поддержание Раз-Активации Ввода». В таком состоянии тело человека поддерживается на уровне сохранения

структуры. Исключаются все процессы, которые могут привести к использованию тела и, как следствие, к его старению.

- И как это делается?

- Исключаются болезнетворные воздействия, и иммунная система засыпает. Её раздражители не появляются, поэтому и антитела нет необходимости вырабатывать. Если они не вырабатываются, то и ресурсы человеческого организма в этой части не затрачиваются. Далее отключаются внешние сигналы. В этом состоянии мозг властелина не получает внешней информации, и не возникает необходимости её обрабатывать. Экономятся нейроны мозга, а также вырабатываемое электричество. И вот так, отключая систему за системой, властелин вводится в состояние управляемого хаоса.

- А как же тогда он остаётся живым? Воскресает что ли? - хихикнула Лена.

- Остаются необходимые авторитмы. А внешнее оборудование производит то управление, которое достаточно для поддержания тонуса критически важных систем. Организму сообщается необходимый электрический потенциал, необходимая температура, необходимые химические компоненты и т.д. Это такой своеобразный вариант хранения организма властелина, когда этот организм получает минимум повреждений. Как материалы на специальных складах оборудованных для этого хранилищ.

_ ?

- Когда-то мне объясняли это через следующий образ. Понятно: если из двух одинаковых кучек денег одну положить в банк и обеспечить её надёжное хранение, а другую положить в центре города на площадь, то результат хранения будет разным. Точно так же как

разным будет хранение кучки золота в банке и на дне моря. В первом случае банк может пустить ваше золото в оборот или использовать его любым другим образом, во втором - клад может остаться на дне моря до тех пор, пока золото не растворится в солёной воде.

* * *

Главная панель^18 сообщала, что миссия транспорта «Алатырь» неожиданно прервана. Бортовая система сканирования Босиска^19 не может установить основания аборта. Требуется проверка всех систем управления. Но уже сейчас ясно: какая-то сила заставила корабль вынырнуть из «кротовой норы» в каком-то неизвестном месте пространства, расположенном примерно в двадцати пяти процентах от координаты точки назначения.

- Это значит, что запаса движения у нас не хватит ни на обратный путь, ни на продолжение скачка, - с сожалением объявил проснувшимся властелинам командир по имени Волос^20. - А это, в свою очередь, значит, что нам придётся остаться здесь.

- Где «здесь»? - в полной тишине последовал важный для всех вопрос.

- «Здесь» - это в том месте, где мы сейчас и находимся, - развёл руками Волос. - Поэтому будем принимать решение. Есть два варианта, как нам проложить себе маршрут в будущее. Первый - оставаться на месте и спокойно доживать свой век. Ну, и, конечно же, ожидать помощи.

- А второй? - поинтересовался бортинженер Пе-

рун^21, разминая свое тело.

- А второй - попробовать найти невдалеке планету, подходящую для нашей жизни, и если нам удастся найти такую, то и поселимся на ней, - пожал плечами Волос.

- Зачем? Ведь нас и здесь ничего не стесняет, - пропыхтел Перун, не очень желая утруждать себя ничем не спрогнозированными поисками какой-то «иголки» в необъятном межгалактическом «стоге сена». - Питания у нас достаточно, тем более что оно возобновляемое. Запасов движения нам хватит надолго. Так, что, если мы случайно с чем-нибудь не столкнёмся, то можем себе и здесь прекрасно жить-поживать.

- Боюсь, что помощи нам ждать не придётся, - вме- [далась в разговор Лена. - Я не чувствую ни самой Власти^22, ни какой-либо из её периферийных баз связи.

- Как ты думаешь, далеко до них? Сможешь ли дотянуться? - с нескрываемой надеждой поинтересовался Волос.

- Нет, - неуверенно помотала головой девушка. - Что-то мешает мне. Или, точнее сказать... Я бы сказала... Что-то... Или кто-то не даёт... Не даёт мне связаться с Властью... Видимо, мы вынырнули из «кротовой норы» так неожиданно, что в каких-то узлах произошла расстыковка причинно-следственной связи.

* * *

Сканирование окружающей небесной сферы показало, что совсем рядом находится территория,

условия жизни на которой вполне подходят экипажу «Алатыря».

- Я обнаружил планету^23, пригодную для нашего переселения, - сообщил навигатор Барма^24. - Поскольку уже нет необходимости измерять окружающую действительность в нашей сетке величин, я всё пересчитал исходя из собственных параметров этой территории. Её возраст составляет тринадцать миллиардов лет - от начала вскипания белой дыры и розжига звезды до формирования твёрдой железно-никелевой оболочки. И около пяти с половиной миллиардов лет - это возраст в образе твёрдотельной планеты.

- Какова величина инерции? - спросил Волос.

- Инерция средняя, - ответил Брама. - Это значит, что нам там без специальных средств не выжить.

- У нас много корфандров25, - напомнил Перун. - Будем жить в «Алатыре», а за его пределы выходить в корфандрах.25

- Не шибко интересно так существовать, - прошипел Ладон^26. - Какой смысл переселяться на эту плане

ту, если всё равно мы не сможем ею воспользоваться и даже не сможем насладиться её прелестями?

- Придумай что-нибудь. Ты же - гений, - в ответ улыбнулся Волос.

- Есть один путь, - моментально отреагировал Ладон, как будто долго раздумывал над этим, а сейчас просто напросился на такое предложение. - Изменение структуры нашего организма. Причём, мне придётся изменить наш геном таким образом, чтобы при необходимости он смог самостоятельно формировать недостающие части нашего организма, а уже имеющиеся модифицировать так, чтобы они могли нормально функционировать в новых условиях этой планеты.

- Не сложновато ли? - задумчиво отозвался Волос.

- Главное, - добавил Ладон, - нам придётся восстанавливать иммунную систему, которой многие из нас пожертвовали ради дополнительных процентов интеллекта.

За стеной отчуждения

В 55-м год^27 новой эры^28 на территориях, расположенных за Стеной Отчуждения^29, колониальное правительство решилось на последний шаг окончательного порабощения. Под пологом всенародной благости был

принят беспрецедентный закон, согласно которому отныне каждый житель Нижнего города^30 должен был платить в казну специфический налог - налог на жизнь. Он взимался с каждого удара сердца...

Историю своей территории назубок знал каждый житель Рамы^31. Её усиленно проходили в школе, её настойчиво и углублённо исследовали учёные. Но главное, за пределами гражданской видимости её математически формировала Сва^32 - как параллельную задачу, решаемую в альтернативной Земле реальности.

- Дивердеги снова свирепствуют, - устало произнёс Pop^33. В его голосе не прозвучало ни вопроса, ни утверждения. Просто ровная констатация обозначенного факта отвалилась от края его рта и брякнулась в воздушное пространство.

- А что им остаётся? - также безэмоционально отреагировала на произнесённые слова предельно субтильная Интена^34. Она немного помедлила, поджидая, когда новая порция сил достигнет мышц речевого аппарата, и, получив её, уже с нескрываемым отвращением тихо добавила: - Бессердечным...

В этот момент снова появились назойливые информеры. Они грамотно расположились так, чтобы охва-

тить своим вещанием всех людей вокруг, и завели привычную заунывную историческую волынку.

- Слушайте, жители Рамы! Слушайте и запоминайте! Помните и соблюдайте традицию! В этом году исполняется тридцать лет той знаменательной дате, которая привела нашу жизнь к окончательной гармонии, - День введения налога на жизнь, - низким поставленным и даже каким-то по-животному рычащим голосом произнёс никогда не устающий механический диктор. - А тогда, в самом начале сложного переходного этапа, в тисках системного кризиса, который с успехом преодолело общество Нижнего города, события развивались предельно драматично. Давайте же вместе с вами снова вспомним, как всё это случилось.

Информеры инициировали трансляцию Виднета и принялись генерировать трёхмерную объёмную графику, а жителям Нижнего города в который уже раз пришлось наблюдать этот тривиальный пропагандистский спектакль.

В пирамиде

- Удивительно... Маятник показывает, что мы живём в какой-то очень большой и сделанной из непонятного материала пирамиде, - произнёс озадаченный Свейн^35, тщательно всматриваясь в движения незамысловатого механизма.

- Но такого просто не может быть! - резко отреагировал академик Адамов^36; он даже сделал отталкиваю-

щее движение рукой - столь сильно пробило его отторжение того, что только что он услышал.

- Почему же? - не заметив этого, всё так же спокойно произнёс Свейн, полностью поглощённый процессом наблюдения за вращающимся маятником.

- Потому что всё, что нас окружает, имеет круглую форму. Посмотрите, орбиты планет, сама форма планеты, орбиты спутников - всё движется по кругу, - всё также раздражённо быстрым речитативом прокомментировал академик.

- Ну, да, ну, да... Но маятник-то показывает... Он показывает, что мы живём в пирамиде, - Свейн задумчиво выдавил резиновые слова, по-прежнему не отрываясь от вращающейся вещицы.

Наконец, академик заметил, что говорит в пустоту. Он тоже заинтересованно взглянул на маятник, попытался даже настроиться на приём, но в очередной раз никакой информации из его движения так и не уловил. Экспериментаторы какое-то время вместе смотрели, как вращается прибор, и с каждым его оборотом становилось понятней: маятник в своих показаниях уверен.

- Да, я бы и согласился, - устало отреагировал на такую самоуверенность Адамов, показывая всем видом, что такой спор ему якобы не интересен, - но как можно получить острые углы? Если двигаться по кругу, то понятно, получим фигуру монотонную и без острых углов. Без углов вообще. А как получить угол? Вы представляете себе, какая энергия нужна для создания острого угла? Например, дерево вырастает круглое, а если вы хотите сделать из него брус, то нужно затратить энергию, чтобы обкорнать этот ствол с четырёх сторон. Вот, как в вашей пирамидальной Земле получаются углы? Кто так обрезал Землю?

- Не знаю я, - упрямо отмахнулся Свейн, - но маятник показывает! Сами видите.

В своём споре собеседники организованно зашли в тупик: ясно же, что квадрата или куба в природе быть не может...

- Вспомните опыт в школе! - вдруг буквально выкрикнул Свейн. - Соль растворили в воде. Вспомнили? А что потом? А потом стали выпаривать. Получился кристалл соли. И он - квадратный! Кубический! Вот вам и требуемая форма! И никаких дополнительных энергий не требуется.

- Но кристалл, - не собирался так просто сдаваться поражённый таким «железобетонным» доводом академик, - это твёрдое вещество, а мы...

Он сделал неожиданную паузу. Казалось, какая-то яркая искра вспыхнула у него в мозгу и осенила академика своим первозданным светом.

- Я понял! - вскрикнул он, распалённый нахлынувшим эвристическим решением. - Я ведь даже не задумывался над этим...

- Над чем?

- Помните мою работу «Вакуум: структура, свойства»?

- И что?

- В ней я описал структуру вакуума...

- И что?! - начал терять терпение Свейн. - Какое отношение имеет вакуум к нашей системе?

- Прямое! Вакуум - это кристаллическое вещество! Вакуум - это кристалл! Вот он ваш кристалл! Внутри которого мы живём.

Академик воинственно вперился взглядом в собеседника, ожидая от того явной контратаки на сказанное им только что. Но Свейн молчал и непроницаемо смот-

рел на академика. По его полностью потерянному лицу было видно, что собеседник усиленно обдумывает услышанное. Скрежет шестерней сознания становился всё громче. Они цеплялись друг за друга, но в ламинарное движение перейти не соглашались.

- Как это? Ведь вот же мы сидим здесь, и никакого кристалла нет! - наконец, произнёс он, и сказал это больше для того, чтобы выиграть время, а не для того, чтобы получить какой-то ответ на свой ничего не значащий, автоматический вопрос.

- Сейчас объясню, - со всё сильнее разгорающимся азартом первооткрывателя принялся объяснять академик. - В девятнадцатом веке все выдающиеся физики в своих исследованиях неминуемо приходили к идее эфира...

- А при чём здесь девятнадцатый век? - взял себя в руки Свейн.

- Сейчас... Слушайте дальше... Так вот. Все физики приходили к идее эфира и рассчитали, что он должен представлять собой твёрдое вещество и быть кристаллическим.

- Вакуум! Твёрдый? Кристалл? - ухмыляясь, сыпанул надменными вопросами Свейн.

- Да! И это получалось у всех физиков. Собственно, поэтому от идеи эфира и отказались. Потому что никто так и не смог объяснить, как может твёрдое тело проходить через кристалл. Очевидно, были убеждены все, этого просто не может быть.

- Ну, да.... - вздохнул Свейн.

- И вот, для того чтобы закрыть тему с эфиром, выпустили Эйнштейна, и он все эти выкрутасы прихлопнул чугунной крышкой теории относительности, - блеснул красноречием Адамов.

- К чему это всё?

- А вот к чему. Эйнштейн прихлопнул эфир в двадцатые годы двадцатого века. И все успокоились и стали забывать этот самый кристаллический эфир. А в тридцатые годы, то есть уже через десять лет после этой инквизиции, появились первые открытия в сфере сверхпроводимости...

-И?

- И дело-то в том, что сверхпроводимость существует совместно со сверхтекучестью. И эта самая сверхтекучесть - именно она обеспечивает прохождение одного тела сквозь другое. Дело в том, что всё это я уже описал в своей книге и много раз доложил на конференциях в Сарове, Обнинске, Черноголовке. Вы понимаете их статус?...

- Да...

- Если исходить из этого, то вакуум - это кристаллическое вещество, и оно обладает сверхпроводимостью и сверхтекучестью. А все остальные вещества - горячие - всегда будут проходить через вакуум сверхтекуче, то есть без трения и без сопротивления.

- То есть..?

- То есть мы с вами действительно находимся в кристалле! В кристалле вакуума.

Повисла неожиданная тишина. Спорщики снова машинально оглянулись - и опять никакого кристалла не увидели.

- Естественно, его увидеть нельзя. Ведь наши органы чувств основаны на учёте воздействия - реакции. А сверхтекучесть - это отсутствие всякой реакции. Мы действительно в кристалле! - вконец распалился Адамов.

- Почему? - по-прежнему не понимал его выводов и не разделял уверенности Свейн.

- Вакуум имеет температуру ноль кельвинов. Это предел существования материи. Точнее, любое вещество при достижении нуля кельвинов превращается в вакуум и кристаллизуется. Даже самый лёгкий водород всё равно при достижении нуля превращается в кристаллический металл. Он, кстати, уже получен, - принялся подробно излагать физику академик. - А у водорода кристаллическое строение выполнено в наиболее элементарной форме - в виде куба. То есть элементарная форма вакуума - куб. Я именно об этом и писал в своей книге. И как же это я позабыл?! Хотя никто и не думал, что задача поиска строения Земли сведётся к кристаллу!

- А как же вещество? - ничего не понимая, протянул Свейн.

- Вещество получается так, - деловито пояснил Адамов. - Когда квант вакуума разрывается гамма-квантом, то из одного кванта вакуума получается один нейтрон, у которого есть две части. Одна сформирована электроном, а другая - позитроном.

- А они-то откуда взялись?

- Электрон и позитрон - единственные элементарные частицы, из которых состоит квант вакуума.

- А как же другие элементарные частицы?

- А другие - миф, - рассмеялся Адамов. - Я уже и об этом писал?! Поясню. Возьмите любую реакцию распада в ядерной физике. В результате любой реакции остаётся всегда некоторое количество фотонов, нейтрино и некоторое количество электронов или позитронов. Никогда не остаётся никаких других частиц. Это известно. Просто физики не хотят сами себе признаться в такой интерпретации известного факта.

- А где же ваша белая дыра^37? - вспомнил Свейн недавний спор с академиков, в котором они дошли до белой дыры и вконец на ней рассорились.

- Вот здесь и получается белая дыра, - даже глазом не моргнул Адамов. - Изначально существует область вакуума, у которой температура равна нулю. Затем в эту область влетает гамма-квант. Фотон. Он разрывает квант вакуума, и тот превращается в первый в этой области нейтрон. При образовании нейтрона освобождается энергия связи, которая разрывает соседний квант вакуума, и начинается лавинный процесс. Как в ядерной бомбе. Только в ней взрывается вещество, а в вакууме - сам вакуум. Энергии выделяется столько, что вскоре вся область загорается новой звездой. Так формируется первоначальная звезда.

- А нейтроны где? - односложно подливал «масло» вопросов в «огонь» спора Свейн.

- После того, как звезда развивается до нейтронной звезды, в ней формируется железно-никелевая оболочка, внутри которой находится нейтронная жидкость. После взрыва нейтронной звезды внешние слои разлетаются, а остаётся только железно-никелевое ядро, начинённое нейтронами. А затем за счёт нейтринного испарения^38 нейтронная звезда начинает выделять через полюса вещество. Это вещество оседает на внешней поверхности звезды, на её железно-никелевой

поверхности. Так постепенно формируется каменная планета.

- То есть мы всё-таки в кристалле? Вы же сказали - «каменная планета»! - встрепенулся Свейн.

- Если по этой версии, то - да! - охотно признался академик, ведь это была его концепция, которая всё обосновывала. - И сейчас мне с каждой минутой больше и больше кажется, что всё так и есть.

- Ну, а мы кто тогда?

- Мы? - академик задумался. - А мы, как мысли в голове!

- Мысли?

- Да! Представьте, что являетесь по отношению к своему мозгу и содержащимся в нём мыслям вышестоящим организмом. И вы можете наблюдать за жизнью мыслей. Вы смотрите, как мысль родилась и через нейронные связи соединилась с другой. Они образовали некий мыслительный процесс. Пока вы следите за ними, за своими мыслями, этот процесс идёт. Но как только вы теряете интерес к этой мысли, она исчезает - умирает. Вот так и мы.

- Мы мысли в голове вакуума? - откинулся на спинку стула Свейн. Он подложил обе руки под затылок и закатил глаза в размышлении, пытаясь представить себе конструкцию сказанного.

- Да. В голове вакуума! - не дал ему помечтать Адамов. - В Организмике он назван Богом.

- Значит, мы рыбки в аквариуме?

- Ну, почему сразу рыбки? - поперхнулся от неожиданности академик. - Мы - мысли! Мы - мысли Бога!

Они уставились друг на друга с выпученными глазами и долго всматривались.

- Так, всё-таки мы живём в пирамиде? - первым вышел из оцепенения Свейн.

- Да. Приходится это признать, - всё ещё не моргая, ответил Адамов.

- Как это можно представить?

Академик задумался. Он потёр руки и погладил волосы. Коснулся лба и кончика носа, а затем снова придумал вполне логичный и внятный пример: - Представьте себе трёхмерную структуру - сеть. Все ячейки которой одинаковы и имеют форму куба. А мы - это совокупность нарушений таких ячеек. Получается, мы внутри такой структуры. И в этом смысле мы и как мысли в голове, то есть внутри сети нейронов, и как рыбки в аквариуме, то есть рыбки в структуре воды.

Свейн молча взял маятник и снова начал его раскручивать. Он проверял слова академика.

- Маятник показывает, что мы внутри одной такой пирамиды, а есть рядом и другие. И эти пирамиды входят одна в другую. Под каким-то углом. И из одной можно перескочить в другую. Совсем для себя незаметно. Вот так оказывались в другом мире и путешественники, попавшие в Бермудский треугольник или на Землю Санникова.

- Это возможно. Ведь мы же видим, как растут кристаллы, - пожал плечами академик. - Один кристалл сформировал первый куб, а второй внедрился в него и «прирос» с какой-то стороны. За счёт чего они так «размножаются» - не важно. Но важно то, что визуально они входят один в другой. А ты, как электрический сигнал в этом сложном кристалле, после преодоления границы одного переходишь в другой кристалл. Похоже, что в некоторых точках Земли и мира есть такие переходы.

Идущий в пяти мирах

Всякий раз, когда Волос отправлялся в свои временные экспедиции, Лена сжималась. Её крылья смыкались и теряли свою способность к полёту. Она оставляла своё тело в авторежиме и незримо сопровождала Волоса, питая его силой гармонии и красоты. Эта помощь оставалась незримой. И в силу специфики транспространственных переходов по возвращении Лена ничего не помнила...

- Волос, как ты умудряешься не потерять рассудок, расхаживая между мирами? - удивлённо произнесла Лена. - Ведь если задуматься о чём-либо в одном мире, то почти невозможно измениться и настроиться на другой. Слишком разные эти миры.

- Привычка. - сухо ответил Волос, потом немного помолчал, подумал, что не нужно расстраивать девушку таким резаным ответом, и уже теплее объяснил: - Должна сформироваться привычка. Когда переходишь из одного мира в другой, это нужно осознавать, то есть переход нужно делать осознанно, а момент перехода даётся для того, чтобы успеть перестроить свою психику.

- Но ведь это не одежду снять и надеть и не ипостаси поменять!

- Есть набор стандартных поведенческих алгоритмов, которые я вызываю из своей памяти почти в каждый момент перехода. Это происходит почти машинально, уже автоматически. Я настолько привык, что даже не задумываюсь над тем, как это случается и получается.

- Машинально? То есть ты даже не думаешь над сменой своего менталитета?

- Не думаю. Если задумаешься, то будет только хуже. А без обдумывания, на автомате, организм справляется сам. И справляется лучше. А если всё-таки немного не попал, то есть не вписался, в другую реальность, то за то время, когда уже начинает действовать стандартный алгоритм, можно успеть окончательно отредактировать своё поведение.

Вместо ответа Лена только пожала плечами, демонстрируя, что не особо поняла объяснения Волоса. Хотя, конечно, ей стало ясно, что со слов такой сложный процесс и не понять - надо самой пройти. Хотя бы разок.

- А расскажи, Волос, как там - в пяти мирах? - теперь уже совсем другим тоном - задумчиво и кокетничая, - протянула Лена. - Чем они отличаются? Кто в них живёт? Какие у аборигенов ценности? Какая у них любовь? И вообще, есть ли она? Расскажи! Мне очень интересно. А я постараюсь понять. Ведь я смогу понять со слов?

- Сможешь, конечно, - улыбнулся командир корабля и странно посмотрел на Лену; он всегда удивлялся совершенству её красоты и никак не мог найти ответа на вопрос: кому именно потребовалось создавать такую красоту? - Главное, ты должна понять, что все пять миров абсолютно разные. Их нельзя сравнивать между собой, потому что они...

Волос задумался, подыскивая подходящий термин.

- В параллельных измерениях? - попыталась подсказать Лена.

- Нет, - улыбнулся командир. - Не в измерениях.

- А в чём тогда между ними разница?

- Всё намного сложнее. Все пять миров существуют одновременно в одном и том же месте. Но между

ними нет никаких соприкосновений в том смысле, как обычно все это себе представляют. Они, как сито и вода, проходят друг сквозь друга, не задевая друг друга.

- Ты хочешь сказать, что миры всегда здесь, но мы их не видим? - удивилась Лена и даже немного испугалась. Она подозрительно оглянулась, но никаких иных миров видно не было.

- Ладно, к чему эти примеры? Давай я тебе просто опишу эти миры такими, как я их видел, а ты постарайся понять.

- Хорошо, - ответила Лена. Она уселась поудобнее и настроилась на понимание.

- Самый простой мир - мир людей.

- Кого?

- Людей^39, - повторил Волос. - Это такие существа, которых мы скоро создадим, то есть сделаем^40. Это интересные существа, нужные нам для выполнения разных работ. Они..., - Волос задумался. - Как бы это выразиться? Они самые простые биологические объекты. Но на них построены все остальные миры.

- И наш?

- Пока нет, но скоро будет построен и наш. Люди - это наше будущее. Другого выхода нет. Так, вот, они создают жизнь не только своими телами, но и своим интеллектом, своим разумом и своим поведением...

- Когда «создают»? - переспросила Лена. - Их же ещё нет.

- В ближайшем будущем. Для тебя будущего ещё нет. Но для меня оно уже было. Ты же знаешь, я там уже побывал. Поэтому тебе и рассказываю. Как очевидец. Ну, же, перестраивайся! Следи за мыслью!

- Ладно, ладно. Я поняла. А второй мир?

- Второй мир - он альтернативный. Это наш запасный вариант. Контрольная группа. Если в нашем основном мире что-то пойдёт не так, то мы всегда сможем обнулить ситуацию и вернуться к началу с помощью второго мира. Это тоже проект нашего ближайшего будущего. В нём, в этом мире, всё то же, что и в первом. Такие же биологические существа. Но с иной, альтернативной «судьбой», то есть программой жизни.

- Ладно. И это более-менее понятно. А третий?

- Третий мир - это мир того, что складывается из больших кусков первого мира. Это мир, где царят гигантские сущности - общества, коллективы, социумы.

- Но это же не... не... Как ты их назвал? Не люди! В нашем с тобой понимании, - удивилась Лена.

- Вот ты снова попалась, - улыбнулся Волос. - Мы опять совершили переход, а ты не успела сменить ментальность. Представь, что ты попадаешь в мир больших обществ. Теперь и ты - точно такое же большое общество. Теперь ты - не один из людей. Теперь ты - общество, построенное из них, и которое должно выстраивать отношения с другими такими же обществами. Какой вид ты примешь, то есть облик, очень важно. Если будешь агрессивной, то тебя будут воспринимать как агрессора. Если будешь доброй, как доброе существо или как жертву.

- У меня голова пошла кругом! Я попыталась себя представить коллективом, - призналась Лена.

- Это в первый раз. Так всегда бывает. От размера. Потом привыкаешь. Чтобы существовать в третьем мире, ты должна быть социумом. Тебя должно быть много. Ты должна состоять из разных членов - людей, каждый из которых для самого себя самостоятелен, но в тебе он является всего лишь твоей управляемой клеточкой. Клеточкой твоего тела. Нейроном твоего мозга. Битом твоего интеллекта.

- Значит, если я задумала в третьем мире что-нибудь сделать, то я должна действовать не как физическая индивидуальность в людском обличии, а как... Как я должна действовать?

- В третьем мире ты должна действовать как структура и через свои структуры. Но ты должна сначала стать такой структурой. Трансформироваться из одной красавицы в целый коллектив таких красавиц. Ну, или в чудовищ, - Волос подмигнул и хитро улыбнулся.

- Этого я сделать не смогу. У меня нет таких возможностей, как у тебя, - в ответ вздохнула Лена. - А четвёртый мир?

- Четвёртый мир - это наш мир. Здесь мы - высшие существа!

- Но если я правильно тебя поняла, мы же ничем не отличаемся от людей? - предположила Лена.

- Как же не отличаемся? Некоторые из нас могут существовать во всех низших мирах. Это и есть показатель того, что мы сами стоим уровнем выше.

- Ладно, убедил. Пятый уровень?

- Вот тут проблемы с интерпретацией, - задумался Волос и несколько беспомощным тоном продолжил: - Я знаю только, что он есть, этот пятый уровень...

Пятый мир... Но каков он - даже представить не могу. Но это само по себе и означает, что он выше нашего.

- А откуда ты тогда знаешь, если даже не можешь представить?

- Есть некоторые соображения, - уклончиво ответил Волос.

- Не темни! - настояла Лена.

- Ну, во-первых, странным является наша подозрительно «случайная» остановка в этом никому не известном кластере какого-то пространства...

* * *

Смогу ли я рассказать вам о любви? А кто ещё, если не я, сможет это сделать! Конечно, смогу...

Любовь - это... программа, описывающая взаимное притяжение двух тел, имеющих разноимённые заряды. Вы скажете, это механистический подход?! Да. Конечно. Но он даёт прекрасное понимание как в действительности работает притяжение любви и как срабатывает отталкивание ненависти.

Если следовать концепции заряда, то каждому человеку - представителю двуполых существ - в обязательном порядке должна соответствовать своя уникальная половина. По всем своим параметрам она - такая же, как ты. Только половые признаки у вас различны. Чем больше вы похожи друг на друга, тем плотнее контакт и сильнее любовь. Вопрос только в том, как отыскать свою половину? А желание искать и желание удержать, когда уже нашёл, - это и есть любовь.

Разве цифровой способ описания любви хуже, чем химический, который полагает, что любовь - это всего лишь совокупность химических процессов? Нет, не хуже. И в том, и в другом случае - это всего лишь при-

ближённое описание. И оба варианта приближения - лишь проекции на замысловатом чертеже Великого Архитектора или в мыслях Великого Разума.

* * *

Волос засобирался. Операции с будущим - это обязательная часть его работы. «Алатырь» не может следовать туда, чего ещё нет. Каждый последующий шаг в вечность нужно было создавать. Если этот процесс остановится, то «Алатырь» разобьётся о границу настоящего и не наступившего будущего.

- Ты забудешь меня и бросишь, - грустно произнесла Лена, обнимая Волоса. - Найдёшь себе ещё кого-нибудь. Красивее меня. И бросишь.

- Не брошу, успокойся, - уверенно ответил Волос, прижимая её к себе. - Я просто не смогу этого сделать, ведь ты у меня самая красивая. Если бы это было не так, то та другая давно бы уже появилась. Ты же это знаешь.

Красота - это специальное физическое пространство. Оно учитывает такое состояние антивещества, которое позволяет приводить форму к идеальному пределу. В антиматериальном мире только красота имеет возможность рожать. Этот процесс знаменателен тем, что только в нём из множества уникальных исходных форм получается новая идеальная форма. И чем выше уровень её уникальной идеальности, тем больше вероятность её выживаемости.

Помнится, когда родилась форма круга, то Кома Посоорву был настолько ей ошеломлён, что увековечил навсегда. Теперь, где бы кто ни находился, форма круга всегда сопровождала его, и такой путешественник всегда имел возможность мгновенного доступа к ней.

Идеальных форм в мире не так уж и много. Все они слагают ту самую уникальную красоту, имя которой Лена. Она - совокупность идеальностей и в силу этого обладает возможностью путешествовать своими формами в любом пространстве на любые расстояния.

Без сердца

- У меня получилось! - профессор Вихаи^41 запрыгал, словно малый ребёнок. Он вздымал свои руки к небу около какой-то склянки с какими-то потрохами, со стороны можно было подумать, что он молится богу.

- Профессор! - брезгливо одёрнул его мистер Глорвой^42. Он подождал, пока Вихаи немного уймётся, а затем уже приказным тоном повторил: - Профессор! Успокойтесь! Религия запрещена законом. Мне придётся вас оштрафовать.

Но и после этого чудик в белом халате с выпученными глазами и курчавыми паклями волос на немытой и порядком засаленной голове не прекратил своих вычурных танцев.

- Профессор..., - настойчиво повторил Глорвой, но зачем, догадавшись о причинах такого сумасшествия, запнулся и сам выпучил глаза: - Неужели?!

- Да, мистер Глорвой! Да! Я сделал это! - радостно выкрикнул профессор, не переставая причудливо двигаться.

Начальник с недоверием приблизился к банке с потрохами. От того, что в ней плавало, тянулись

какие-то провода и трубки. По ним толчками двигалась красная жидкость, похожая на кровь. Но не это интересовало мистера Глорвоя. Он буквально впился глазами в совсем небольшой предмет, у которого торчала крохотная металлическая антенна, а на таком же крохотном мониторе какие-то цифры показывали обратный отсчёт.

- Итак, Вихаи, вы утверждаете, что эта коробка в состоянии управлять сердцем так, как того требует новый закон? - с неугасающим недоверием, но уже спокойным холодным произнёс мистер Глорвой.

- Да! Это именно так! - полным энтузиазма голосом отозвался профессор.

- Хм, - промычал Глорвой. - Эта штука достаточно точна? А то ведь знаете... Закон требует высочайшей точности... Нельзя допустить ошибки даже в один удар сердца. Затаскают по судам...

- Всё точно! Датчики, детекторы, сумматоры и ин- фарктеры^43 синхронизированы до самого последнего импульса. Ошибка полностью исключена!

На этом трансляция прекратилась и информеры исчезли так же внезапно, как и появились. Внимательные слушатели и принуждённые зрители безэмоционально отреагировали на резкое прекращение «интересного» фильма. Они плавно перешли к своим событиям, в то же мгновение забыв только что так навязчиво рассказанную историю. И лишь автоматически инициированные чипы принялись у каждого в голове формировать одни и те же необходимые воспоминания...

Конструируя интеллект

По мере окончания общего учебного заведения для маленьких властелинов наступала пора выбора - кем быть? После того, как властелин определялся, он отправлялся вспять по линии времени - к моменту своего рождения. Там модификаторы меняли его генетическую матрицу и вносили в неё изменения, необходимые для того, чтобы организм властелина соответствовал сделанному им выбору.

После этого властелин рождался заново.

Он рос и развивался уже по своей - уникальной, специальной и модифицированной - программе. В результате такого процесса - сложного двухступенчатого рождения - получался узкоспециализированный индивид. Он был модифицирован не только в плане интеллекта, но и, как правило, имел частично или полностью перестроенный организм.

Особенно эти метаморфозы^44 касались тех, кому в долгих межгалактических путешествиях жёсткие тела не требовались.

Властелины к такому решению пришли не сразу, Сначала, когда ещё полёты осуществлялись вблизи родной планеты, учёные Власти стремились создать искусственную гравитацию на борту каждого летательного аппарата. Но потом, когда стало ясно, что скелетная часть организма и при искусственной гравитации всё равно будет неминуемо деградировать, учёные решили больше не экспериментировать в этом направлении, а сосредоточили свои усилия на другом.

Согласно теории организма, высвобождающуюся по разным причинам информационную ёмкость «ненужных» матриц организма можно собрать и использовать для заполнения их другой информацией.

В связи с этим одна группа учёных взялась за поиски таких «ненужных матриц» в организме. Другая группа - специалисты, готовившие участников полётов, приступила к поиску методов модифицирования организма, которые позволили бы перепрограммировать высвобождённые матрицы ненужных частей организма. Предстояло переписать информацию так, чтобы из ненужных матриц сделать нужные - допустим, матрицы по увеличению специфического интеллекта^45.

Для участников полёта ненужными оказались матрицы движения, которые ранее отвечали за формирование ног: их костей, мышц и некоторых участков систем кровеносной, нервной и т.п. По расчётам, высвобождённых матриц должно было хватить на загрузку новых десяти - двенадцати процентов специфического интеллекта. А он, в свою очередь, раскрывал дополнительные возможности!

Однако после того как первые опыты дали положительные результаты, и такие эксперименты стали успешными, выяснилось, что существуют два ограничения. Первое - полностью ноги убрать из структуры организма нельзя, ибо системы транспортировки крови и других веществ должны оставаться замкнутыми и иметь некую минимальную длину.

Но всё же за счёт перепрограммирования матриц, формирующих кости ног и специфичность мышц, уда-

лось высвободить достаточно места для модификации интеллекта организма.

И вот тут уже подстерегало второе ограничение - оказалось, что в реальности высвобождается не столько много процентов дополнительного интеллекта, как показывали расчёты. Всего около трёх, в лучшем случае, - около пяти процентов.

Но это всё равно дало потрясающую эффективность. Особенно для участников полётов, специализирующихся на обеспечении связи. Теперь в большинстве случаев они могли обходиться без механических средств и напрямую общались безвещественными^46 образами в обычном грави-электромагнитном диапазоне.

* * *

В результате проведённых таким образом генетических модификаций население Власти стало дифференцированным. Сначала такая дифференциация привела к появлению рас. Но со временем расы изолировались и переросли в отдельные биологические виды. Властелины разных видов, работавшие в разных областях, теперь резко отличались друг от друга своим внешним обликом. Из-за этих отличий какой-нибудь не посвящённый в специфичность властелинского общества сторонний наблюдатель ни за что бы не поверил, что все «сегодняшние» властелины - это в глубоком прошлом один биологический вид.

Да. Раньше они были одним видом. Но теперь такое внедрение в организм властелинов не осталось без по-

следствий. Чем больше изменений совершалось генетическим путём в каждом конкретном индивидууме, тем эти индивидуумы больше отличались друг от друга. Вследствие этого вмешательства возникли проблемы с рождением детей.

Цивилизация Власти долгое время боролась за генетическую чистоту своих детей. Долгие годы усилиями генетиков из генома удалялись все нарушения и вредоносные структуры.

И вдруг цивилизация испытала мощный взрыв конфликтующих генов^47. Каждый в отдельности, все геномы были исключительно стерильными и тысячекратно проверенными на присутствие чужеродных включений. Но по отношению друг к другу эти же самые геномы вдруг стали крайне агрессивными мутагенами.

И тут планету постигла настоящая катастрофа: политики Власти проиграли свою битву сторонникам межвидовых браков, и в результате на Власти стали активно распространяться межвидовые гибриды. Они крайне агрессивно сражались за своё «равноправие», и всего за несколько десятков лет, по данным нормогенетики^48, всё население Власти из здоровых представителей различных рас превратилось в одинаковых и генетически больных мутантов.

Некоторое время чистокровные властелины с безысходностью и удивлением наблюдали за тем, как метисы-мутанты заводят планету в тупик однополых

браков. Только генетики знали, что это типичное поведение межвидовых гибридов. Но, будучи посаженными на «крючок» общественных грантов, учёные молчали, боязливо соглашались с толпой и совершали своё самое непоправимое преступление против живого существа.

В скором времени гены перемешались так, что браки между этими мутантами стали невозможны. В том числе и по той причине, что властелины радикально отличались друг от друга - некоторые из них нуждались в разных средах для проживания: одним требовался воздух, другим - вода, третьим - околопланетное пространство.

Но главным образом браки стали невозможны в силу действующего фундаментального биологического закона о вычищении гибридов: чем больше генетическое расстояние между родителями, тем меньше у родителей шансов зачать ребёнка. Из-за этого среди властелинов развилось бесплодие.

А если всё-таки ребёнка удавалось зачать, то в большинстве случаев он оказывался генетическим уродом. Внутри организма такого ребёнка гены матери воевали с генами отца и заставляли друг друга мутировать, резонансно усиливая количество мутаций в организме такого метиса.

После нескольких обширных серий рождения мутантов общество Власти законодательно запретило межвидовые браки. Врачи давали разрешение на брак только в том случае, если генетическое расстояние между родителями не превышало максимально допустимого критического уровня, установленного законом.

Но и без непосредственного обращения к закону пары могли установить последствия своей возможной близости простым «дедовским» способом: чем меньше

отец и мать отличались друг от друга, тем меньшее количество мутаций получал ребёнок при слиянии их геномов. И тем более здоровым рождалось у них потомство.

Среди здоровых властелинов стали процветать близкородственные браки. Появились целые населённые пункты, сформированные одной фамилией. Некоторые даже по доминантной фамилии получали своё название. Внутрь таких поселений генетическому чужаку попасть было невозможно.

Поначалу небольшая часть населения выступала резко против очевидного генетического оздоровления общества. Они утверждали, что, мол, если вступают в такие близкородственные браки, то их дети, наоборот, родятся уродами.

Этим спором воспользовались политики и стали его всячески разжигать, преследуя свои цели. Но после детального научного и судебного разбирательства оказалось, что «бастующие» являлись как раз теми самыми детьми метисов-мутантов, которые являлись носителями повреждённой генетики и которым остро требовалось обосновать своё право на нездоровое существование внутри выздоравливающего общества.

Три бойца штрафа

- Колониальное правительство Нижнего города требует от вас, тегосины^49 учёные, скорейшего выполнения государственного заказа, - помпезно обратился к

собравшимся мистер Глорвой. - Все вы прекрасно понимаете, с какими трудностями сталкивается колониальное правительство. Население Нижнего города, к сожалению, не управляемо. Не управляемо в том смысле, в котором такое управление понимается государством и колониальным правительством. Перенаселение и нежелание осуществлять общественно полезный труд - вот две основным проблемы нашего мира.

- Мы отстояли своё право на капитализм, - продолжил мистер Глорвой. - Мы поступили самоотверженно и не пошли на поводу у организаторов из Верхнего города. Наши демократические^50 ценности остались прежними - это свобода и право быть свободным. Но, как все вы прекрасно знаете, в капиталистической системе за всё нужно платить. Это - единственное отсутствие проявления свободы, но это - и главная основа свободных отношений. Вот и за эти ценности надо платить.

Мистер Глорвой остановился, сделал долгий вдох и медленно обвёл взглядом собравшихся. Он надменно всматривался в лишённые высокопоставленного интеллекта лица и пытался понять: достучался ли он своим выдающимся вступлением до каждого, и можно ли переходить к следующей странице текста.

- Свобода - это наша наиболее значимая ценность! - продолжил оратор. - И каждый житель Нижнего города не должен быть ограничен в своей свободе никоим образом. Колониальное правительство до сих пор ревностно следило за исполнением этого важнейшего условия нашего демократического государства. Но, как

вы знаете, существует проблема. Это проблема сбора налогов. Сегодня налоги платят далеко не все. Почему? Потому что многие уклоняются от работы в реальном секторе экономики. Они понимают свободу по-своему и предпочитают заниматься в секторе развлечений. Я имею в виду танцоров, музыкантов, артистов и вас, тегосины учёные!

На последнем слове оратор сделал особый упор. Было видно, что эта тема его сильно волнует. То есть из всех перечисленных именно учёные более всего оказались ему не по нутру.

- И как поступило в этом случае колониальное правительство? - с гримасой полного отвращения продолжил мистер Глорвой. - А колониальное правительство поступило очень даже демократически и в полном соответствии с нормами законов Нижнего города. Колониальное правительство признало за жителями нашего города право на свободу выбора. Если вы хотите заниматься непроизводственными видами деятельности, то это ваш свободный выбор. И колониальное правительство уважает его. Более того, закон Нижнего города стоит на страже этого вашего выбора и в случае необходимости защитит этот ваш свободный выбор.

Оратор в очередной раз перевёл дух. В получившейся паузе никто не издал ни звука. Собравшиеся понимали, что надвигается какая-то беда, но пока все слова оратора были на их стороне и не обнаруживали никакой агрессии.

- Колониальное правительство выполняет возложенную на него миссию должным образом? - резко обратился с вопросом мистер Глорвой; последовало долгое молчание; оратор выдержал паузу и повторил вопрос, наращивая интонацию: - Повторяю свой вопрос:

колониальное правительство выполняет возложенную на него миссию должным образом? Я жду ответа!

По залу прошёл шорох голосов. Послышались неуверенные реплики одобрения и согласия. Оратор дождался, пока свой голос подаст большинство, и продолжил монолог.

- Тогда и вы выполняйте свои обязанности должным образом! - перешёл в наступление оратор. - Колониальное правительство даёт вам право выбора образа и стиля жизни. Вы берёте себе право не производить реальный продукт и платить не все налоги. Из-за этого возникают нестыковки бюджета Нижнего города. И вы должны понять, что у колониального правительства нет такой задачи, чтобы бегать за каждым должником и добиваться от него уплаты положенных по закону налогов...

Оратор в последний раз сделал техническую паузу, и, убедившись в полной готовности слушателей воспринять его главное сообщение, крайне жёстко произнёс:

- Сегодня колониальное правительство приняло закон, который устанавливает единый вид налога. Теперь плата взимается с каждого конкретного человека таким образом, что плательщик сам осуществляет свободу своего выбора - платить ему или не платить. И система сбора нового налога обеспечивает такую свободу. Если вы хотите платить налог - платите, если не хотите - не платите. В обоих случаях новая система сбора налога реализует ваш свободный выбор и повинуется ему.

По залу пролетел ветерок одобрения, хотя доверия слова оратора всё-таки по-прежнему не вызывали. Слушатели уже поняли, что новый закон ещё больше сделает их свободными, но каждый отчётливо понимал,

что государство не позволит себя обмануть или лишить значительных поступлений в бюджет Нижнего города.

- Давайте все поаплодируем нашему великому учёному - тегосину Вихаи, - неожиданно обратился оратор к залу, поднял руки и демонстративно захлопал в ладоши.

Люди посмотрели на «виновника» оваций и присоединились к поздравлениям. Тегосин Вихаи смущённо заулыбался. Было видно, что ему приятно, хотя он и не понимал, за что его благодарят.

- Наш замечательный учёный тегосин Вихаи разработал уникальную систему сбора налогов. Она позволит соблюсти свободу выбора каждого горожанина и обеспечит полную собираемость налогов, - продолжил оратор, сделал короткую паузу и, словно средневековый тореадор, вонзил эсток^51 в оголившееся коллективное сознание народа. - Отныне налог будет взиматься с каждого удара сердца налогоплательщика. Вы вправе заниматься всем, чем только вам угодно. Вы даже можете выбрать такой режим жизни, при котором не будете платить никакого налога. Но бесплатным будет только первый один миллиард ударов сердца. Один миллиард!

Мистер Глорвой сделал очередную паузу, выжидая, когда предыдущая часть сообщения осядет в сознании собравшихся. Они стояли и моргали глазами. Было видно, что люди не понимают: шутят над ними, или всё это происходит всерьёз.

Мистер Глорвой откровенно ухмыльнулся и продолжил:

- За каждый последующий миллион ударов сердца необходимо уплатить налог в размере трёх бойцов^52. В случае неуплаты очередного объёма налога соответствующее количество ударов сердца не предоставляется. Таким образом, новый налог полностью позволяет вам реализовать все ваши свободы. Занимайтесь тем, чем ходите! И платите или не платите налог.

Оратор смолк. Зал тоже молчал. Ещё мгновение и казалось, начнётся громкая работа мозговых извилин. Собравшиеся силились понять, в чём состоит подвох. Многим слишком сладким казался новый закон. Ведь он позволял не платить...

- Получается, количество ударов сердца - это своеобразный обменный счёт человека, на котором вместо денег находится ресурс организма? - раздался какой-то голос из самой глубины зала. - Каждый получает бесплатный ресурс с рождения. Вы назвали цифру один миллиард. Этот бесплатный ресурс рассчитан на двадцать шесть лет?

- Двадцать шесть с половиной, - поправил мистер Глорвой.

- До достижения двадцати шести лет? - не слушал его голос. - А после этой даты? За каждый дополнительный миллион ударов сердца нужно платить налог. Я правильно понял?

- Да, - коротко ответил оратор.

- А если не платить, ресурс кончится? Да?

-Да.

- И что в этом случае произойдёт?

В зале повисла тяжёлая тишина. Оратор был готов к этому вопросу, поскольку он был очевиден. Мистер Глорвой медленно обвёл глазами собравшихся и придал своему лицу выражение каменного чиновничьего безразличия.

- Сердце биться перестанет, - отчётливо произнёс он.

Ипостаси

После возможности изменений структуры организма властелинов были освоены, последовал ещё один виток трансформационных улучшений: некоторые жители Власти заимели себе сразу по нескольку сменных тел. Но обычно их было не больше двух, поскольку и здесь возникли свои трудности. Они оказались связаны с перемещением оперативной части интеллекта.

Смысл этой проблемы состоял вот в чём. В каждом теле оставалась необходимая базовая часть интеллекта носителя. Она формировалась за счёт обычных, рутинных матриц стационарного интеллекта.

А в оперативных матрицах находилась вся специфика, которой определялся тот или иной индивидуум. При переносе этих матриц в пределы одного или другого тела, вместе с ними переносился и оперативный интеллект индивидуума.

В итоге тела становились как бы сменными костюмами. Но в каждом из них необходимо было находиться определённое время, иначе тело теряло все контакты с индивидуальностью и приходило в негодность.

Многие властелины заимели себе по дополнительному телу. Такие тела получили сленговое название «ипостась».

* * *

Почти каждый член экипажа «Алатыря» обладал двумя ипостасями: одна, главная, - чтобы осуществлять свою деятельность в пределах межгалактического корабля и условий пространства, другая - для выполнения работ за пределами корабля.

Главная ипостась почти у всех членов экипажа «Алатыря» была одинаковой - это змееподобное тело с человеческим торсом, человеческой головой, человеческими руками. То есть внешне властелинов можно было принять за людей - если не смотреть на нижнюю часть тела, которая в межгалактическом пространстве им была просто не нужна.

Вторая ипостась у разных членов экипажа была реализована по-разному. Она отвечала тем требованиям, которые возлагались на властелина его профессиональными обязанностями.

Командир корабля Волос имел тело мощного дракона - пернатого змея, с перепончатыми крыльями, мощными когтистыми ногами и обладал способностью извергать огонь.

У Земун^53, в ведении которой на «Алатыре» находились все плантации и оранжереи с растительной пищей, второй ипостасью было тело коровы. Это позволяло ей лучше интегрироваться в мир растений и,

естественно, не меняя ипостаси, питаться ими. Тем более что ей это нравилось.

Если смотреть на членов «Алатыря» со стороны вторых ипостасей, то в этот полёт отправилась весьма пёстрая компания.

В обязанности козы Седунь^54 входило обеспечение экипажа двумя видами энергии: первая - световая, вторая - белковая. А также Седунь исполняла обязанности судьи и защитницы интересов экипажа как единого целого. Она, одна из немногих, имела три ипостаси. Правда, две из них не сильно отличались.

Для работы в сфере белковой энергетики Седунь использовала ипостась козы. Для работ по световому энергоснабжению она использовала другую ипостась - тело красивой белокурой девушки с белоснежными крыльями. Команде больше нравился этот образ Седуни, и козе в такой ипостаси придумали отдельное имя - Светана, или Света, или Сатана^55”. Кому как нравилось. Но смысл на языке властелинов был один - это имя козы означало «Свет». В третьей, главной - змеиной, ипостаси Седунь исполняла функции судьи и проводила в ней почти всё своё свободное время.

Ещё один член команды - хронограф Майя^56. В её обязанности входило фиксирование всех событий, происходивших внутри корабля, с кораблём и с каждым членом его экипажа. Майя была единственной, кто не имел второй ипостаси. Она всегда выглядела одинаково - девушка с длинными золотыми волосами

на голове, двумя волшебными крыльями за спиной и змееподобным низом.

Две антенны для осуществления дополнительной непосредственной связи имплантировали ей ещё в период генетического морфогенеза. Во лбу у неё располагалась передающая антенна в форме звезды, а сзади, под волосами располагалась принимающая антенна - в форме полумесяца.

Интеллект корабля носил своё собственное имя - Сва^57. Это имя женского рода. Иногда члены экипажа, обращаясь к Сва, добавляли уважительное «Матерь». Получалось - Матерь Сва. Это единственный член экипажа, который был трансформирован наоборот. В своей главной ипостаси Сва являлась просто интеллектом корабля и поэтому не имела физического тела. Но для осуществления жизнедеятельности внутри экипажа для неё всё-таки сгенерировали ещё одну ипостась - это образ полупрозрачной русоволосой девушки с почти невидимыми крыльями и, опять же, со змеиной нижней частью.

За все генетические манипуляции, за поддержание генетической тенденции, за чистоту властелинского рода, а также за всяческие медицинские операции на борту «Алатыря» отвечал источник Ра^58.

«Источник» - это научное звание, которым Ра обладал единственный на корабле. Оно означало, что Ра способен самостоятельно генерировать задачи генетического плана, касающиеся морфогенеза всех членов экипажа. За их правильность и возможные последствия Ра нёс персональную ответственность.

Ра тоже имел две ипостаси. Главная - русоволосый парень со змеиным низом. Вторая, военная, - разноцветный дракон. В этой ипостаси члены команды звали его Радуга^59. На его форменной нашивке был изображён дракон, переливающийся всеми цветами видимого спектра и пьющий воду из реки Силы^60.

Вечно с всклоченными волосами, двигателист Стрибог^61 отвечал за движение «Алатыря», а также за все двигатели^62 и движители^63, которые могут понадобиться команде в полёте или при выполнении предназначенной миссии. У него была тоже одна ипостась - мужчина с белёсой бородой и такими же усами, развивающимися по ветру. Он мог становиться невесомым, и тогда его тело, как и у Сва, становилось почти прозрачным. Прозрачность и невесомость нужны были ему для того, чтобы свободно перемещаться в пространстве.

Стрибог мог проходить сквозь любые тела, мог гулять по световой дорожке, мог проникать вглубь планет и звёзд. Всё это было необходимо ему, поскольку двигатели корабля властелинов работали на вакууме и в ходе своей работы превращали окружающий вакуум в вещество^64. Сопровождающие эту трансформацию

излучения и потоки частиц^65 создавали тягу. Стрибогу была крайне необходима способность мгновенного проникновения в любую фазу работающего двигателя, только так он мог отслеживать процесс и своевременно регулировать его.

Таруса^66 - это массовик-затейник. Она никогда не сидит на месте и никогда не молчит. Она, как вечный моторчик, всё время тараторит, болтает, суетится и тарусит. Это и есть её функция в миссии «Алатыря» - не дать команде эмоционально засохнуть. В связи с задачами формирования здорового общения в коллективе, оставленном наедине друг с другом в замкнутом пространстве, когда члены экипажа буквально привязаны друг к другу очень долгое время, Таруса была наделена специфическими умениями. Она могла поддерживать несколько общений сразу и вести сразу несколько диалогов.

Если с одним членом экипажа в данный момент она разговаривала, используя голосовой аппарат, то с другими в то же время она могла общаться, загружая им свои фразы непосредственно ему в мозг, ответы считывая дистанционно. Никто ещё не смог перегрузить Тарусу так, чтобы она сказала что-то типа «у меня язык устал» или «мне не хватает каналов общения». Казалось, что Таруса может переговорить целую планету!

Если где-то в команде назревали какие-то трения и члены экипажа «Алатыря» только начинали испыты-

вать друг к другу хотя бы малейшие неприязненные эмоции, тут же появлялась Таруса. Она мастерски непринуждёнными разговорами переключала обоих спорщиков на другие «очень важные» темы, и недавние забияки забывали друг о друге, полностью переводя своё внимание на Тарусу. Ни одни экипаж межгалактического транспорта властелинов не отправлялся в путешествие без такого «массовика-затейника».

Гений тегосина Вихаи

- Создать систему? - переспросил тегосин Вихаи. - Которая могла бы эффективно контролировать всю жизнь человека?

Вихаи сначала опешил, но уже через секунду в его гибком интеллекте родился блистательный план.

- Это несложно! - почти вскричал включившийся в тему Вихаи. - Смысл этой системы может быть таким. Нужно одним налогом обложить жителей Нижнего города и сделать это так, чтобы под контроль попадала сразу вся сфера деятельности каждого конкретного человека.

Мистер Глорвой вытянул руку в направлении Вихаи так, что тот мгновенно заткнулся. Пока Глорвой думал, Вихаи томливо ждал и, давясь, сглатывал бурлящие мысли. Это длилось несколько секунд, а затем мистер Глорвой одобрительно кивнул головой и произнёс:

- И чтобы не бегать за человеком, не искать его и не упрашивать, чтобы он уплатил свой налог. Нужно чтобы человек сам вовремя платил. А бичом ему...

- А бичом ему будет его собственная жизнь! - почти задыхаясь от счастья первооткрывателя, криком, срывающимся на визг, закончил фразу тегосин Вихаи.

Мистер Глорвой от истошности визга и от неожиданности такого предложения резко отшатнулся. Он даже сделал непроизвольный шаг назад. Но потом поразмыслил и уже, совсем деловито, поинтересовался:

- Вы знаете, как это сделать?

Учёные на то и учёные, чтобы решать поставленные перед ними задачи. Правильно сформулированная проблема в самой своей формулировке содержит половину решения.

Естественно, исследователи очень быстро догадались как решить эту комплексную задачу. Они подсчитали средний ритм биения сердца нормального человека. Это 72 удара сердца в минуту, то есть 38 миллионов ударов сердца за один год. За 26,5 лет сердце делает 1 миллиард ударов. Это количество и стало базовой величиной. Двадцать седьмой день рождения каждому жителю Нижнего города придётся встречать с квитанцией об уплате налога...

* * *

Каждому жителю Нижнего города колониальное правительство решило по закону отпускать на жизнь 1 миллиард ударов сердца.

- Этого достаточно, - весомо заметил мистер Глор- вой. - К концу этого ресурса человеку уже исполнится 26 лет. И станет понятно: платит ли он налоги или нет. Если платит, то пусть оплачивает и живёт себе столько, сколько оплатит. Если не платит, то от нас не потребуется никаких дополнительных мер - ни судов, пи приговоров, ни решений, ни казней. Всё исполнится само и всё остановится само.

* * *

У каждого прекрасного изобретения всегда есть минимум две стороны - как у любой медали. Вот и гениальное изобретение тегосина Вихаи, с одной стороны, сразу же позволило колониальному правительству наладить чёткий контроль населения. Но, с другой стороны, возникли некоторые, скажем так, трудности в пользовании этим изобретением. Правда, трудности возникли только у самих людей, правительству и они вылились в дополнительную пользу.

Смысл этих трудностей сводился к тому, что удары сердца для расчёта ресурса жизнедеятельности человека были взяты исходя из нормального режима, то есть - человек здоров, он находится в нормальном состоянии и его сердце, соответственно, бьётся ровно, мерно и точно по расчётному графику.

Но когда тот же человек занимался физической работой, спортом, предавался любви или эмоционально переживал по какому-либо поводу, сердце начинало биться в другом темпе - значительно быстрее. И в такие моменты счётчик ударов сердца сматывал отпущенные жизненные ресурсы с такой скоростью, что жизнь человека укорачивалась почти в два раза.

- И это вполне полезно, - ухмыльнулся мистер Глорвой. - В конце концов, хочешь острых ощущений - плати. Я бы сказал, что именно в этой ситуации, когда счётчик налогооблагаемого ресурса имеет возможность учитывать мельчайшие нюансы человеческой жизни, ваш гений, тегосин Вихаи, раскрывается с максимальной силой!

- Спасибо, мистер Глорвой, - ответил Вихаи. - Я сначала и не думал об этом, но теперь... Теперь очень важно оказалось...

Юша

- Я исследую планету и после этого дам вам окончательное заключение - пригодна ли она для нашего проживания, - заявила Юша^67 и засобиралась в кратковременный десант.

Юша - специалист по трансформации пространства. Она отвечала за переход из явного мира в мир неявный, то есть за межгалактические скачки и путешествия по «кротовым норам». Она обладала способностями воздействовать на пространственные тела, трансформируя их в некоторых необходимых ей пределах.

Юша также свободно перемещалась в двух измерениях: в пространстве - на не очень большие расстояния, а во времени - на огромные. У неё имелась специально реализованная способность оставаться живым организмом в любом из всех мнимых подпространств^68 обширного комплексного^69 окружающего пространства.

Рис. 1. Юша (снизу) и Волос на старинной гравюре, XVIII век.

Юша могла быть обычной живой девушкой, как другие члены экипажа, состоящей из «плоти и крови». Но она же могла превратиться и в плазмоид, подобный шаровой молнии и проявляющийся в нашем мире только лишь электрической стороной своего существования. Сегодняшние потомки Юши унаследовали эту её способность и периодически проявляются в реальном мире плазмоидами, явно обладающими разумом.

В электрическом же виде Юша путешествовала по силовым линиям планет и звёзд, исследуя небесные тела в целях экспедиции. В таком виде она могла использовать для перемещения любое электрическое пространство, любую сеть, по которой двигались электрические заряды.

Юша могла также включить свой массивный вид. В нём не было почти ничего примечательного, кроме

того, что к такой Юше начинали притягиваться все предметы - от мелких пылинок до звёзд и галактик. Это своё умение Юша применяла, например, для создания новых солнечных систем в тех областях пространства, где ещё не было межгалактических объектов.

И поныне, когда Юша переходит в массивный вид, то возникает соответствующий звук. Люди слышат его и называют этот звук стоном Земли.

Юша также могла переходить в свой информационный вид. Она становилась дискретной. И в таком виде, состоящая из многих отдельных независимых фрагментов, она перемещалась как одно целое. И, наконец, Юша могла включать своё временное тело. Это было, пожалуй, самое интересное. В таком виде она становилась подобной бесконечному набору вращающихся фрагментов пространства. И именно по этому виду Юша получила своё второе имя - Юла, или Яга, то есть «Вращение».

Для каждого вида, в котором Юша могла предстать перед взором случайного свидетеля, члены команды «Алатыря» придумали отдельное имя. Для временной формы, как уже сказано, Юше придумали имя Юла или Яга. Всё зависело от момента. Если Юша находилась на каком-то большом задании, то это была Яга, а если на малом - то Юла.

Для информационного вида придумали другое имя Азъ, то есть Один, намекая таким образом на то, что после всех своих диссипаций и дефрагментаций Юша всё же должна была возвратиться в свой единственный и неповторимый вид. Для массивного вида придумали имя Уж, говоря этим, что ужа всегда притягивает к земле, то есть к грунту, от которого он оторваться не может. Для электрического вида подошло имя Асцила,

а иногда Юшу называли даже ещё красивее - Осциллятор.

В своём сбалансированном виде Юша могла предстать в одной из двух ипостасей: главная - девушка с огненно-рыжими волосами и змеиными низом, вторая - бескрылый змей-дракон, тем не менее, умеющий летать. В таком виде люди, видевшие своими глазами Юшу, зачастую её и изображали на средневековых гравюрах, картинах и рисунках.

* * *

Некоторые члены экипажа «Алатыря» в силу своих специфических способностей могли для своего общения расширить пределы корабля. Если он находился не в состоянии гипердвижения, стоял на швартовке около какой-нибудь планеты или звезды, либо совершал бреющий полёт, то можно было наблюдать весьма забавные картины.

Временами удавалось увидеть, как невдалеке от корабля по дорожке света, сотканной из продуктов работы двигателя «Алатыря», прогуливаются двигателист Стрибог и специалист по трансформации пространства Юша. Они беседуют, спорят о чём-то, как будто под ними не шлейф света, а шоссе с твёрдым асфальтобетонным покрытием.

Их споры и беседы почти всегда касались одного. Стрибог неустанно следил за работоспособностью двигателей, для обеспечения которой иногда возникала необходимость в очень редких химических элементах. Легирующие элементы требовались всегда неожиданно, и большинство таких потребностей Стрибог решал за счёт близлежащих планет и звёзд. Он про-

никал в небесное тело, извлекал необходимое вещество и доставлял на корабль. Ничего сложного.

Но иногда никаких звёзд или планет поблизости не было, а текущие процедуры двигателям требовались. Тогда Стрибог прибегал к помощи Юши. Если необходимы были какие-то не очень специфические элементы, то Юша могла сама принести их с более удалённой планеты или звезды. Для этого она сначала переходила в свою временную форму и так перемещалась вне времени на любые расстояния. Потом в окрестностях нужной точки пространства она переходила в электрическую форму и в виде низкочастотного излучения беспрепятственно проникала вглубь любого небесного тела. После чего возвращалась на корабль.

- Пройти сквозь стену? - рассмеялась Юша в ответ на вопрос Стрибога. - Да, нет ничего проще! Я уже тебе объясняла. Делается всё элементарно. Сначала матрица организма разбирается на элементы, которые представляют собой описание всех колебаний структуры моего тела. Затем генерируется низкочастотная несущая волна. Она ударяет в стенку с одной стороны и передаёт стенке все микроколебания, а затем эта же низкочастотная волна выходит с другой стороны стены, перенося и структурные микроколебания. Потом они просто заново модулируют пространство, и я создаюсь па противоположной стороне стены заново. Вот и весь проход! Чем больше длина несущей волны, тем через более толстую стену я могу пройти.

Обсуждая эти операции, Стрибог и Юша разгуливали по световому следу корабля, производили замеры, планировали конкретные фазы перемещения и договаривались о контрольных точках, в которых они должны были друг друга страховать.

Из пролетающего мимо транспорта можно было видеть удивительную картину. Летит борт «Алатырь», а по треку его «выхлопа» разгуливают какие-то существа - вечные спорщики Юша и Стрибог. А иногда к ним присоединялся командир корабля Волос. Он появлялся перед невольными зрителями в виде мощного крылатого дракона, и случайные наблюдатели надолго впадали в ступор.

Облик планет

- Луна^70 не движется вокруг центра большого взрыва, - опрометчиво уверенно произнёс Свейн.

- Но, позвольте! Исаак^71 ещё в восемнадцатом веке это доказал! А сколько нобелевских лауреатов подтвердили его законы! Вы ставите под сомнение труды выдающихся мужей человечества? - агрессивно вопросительно посмотрел на коллегу начавший подозревать неладное академик Адамов.

- Подумайте сами, если бы такое движение действительно существовало, то в узлах эпициклоиды^72 , по которой в таком случае двигалась бы Луна, происходило возникновение чудовищной по своей величине силы инерции. И осознать это очень просто - всё на уровне знаний обычной школы. Силы инерции просто разорвали бы Луну! Вы согласны?

Для ответа Адамов не успел даже воздуха вдохнуть, а Свейн уже продолжал:

- Но такого почему-то не происходит. Следовательно, Луна не движется ни вокруг Солнца, ни вокруг центра так называемого Большого взрыва!

- Минуточку, - обстоятельно вставил академик Адамов, удачно вклинившийся своей репликой в распалённую тираду возбуждённого коллеги. - Давайте начнём с эпициклоиды.

- А что с неё начинать? - удивился Свейн и ещё более опрометчиво махнул рукой.

- Тогда почему планеты движутся вокруг друг друга? Притяжение? Гравитация?

- Нет! Ни в коем случае. Нет никакой гравитации!

- Но за счёт чего? - не унимался академик, разум которого был надёжно отрихтован^73 классическим образованием, в котором не требовалось перепроверять уже «устоявшиеся» «общеизвестные» «великие» достижения. - Что удерживает планеты и звёздные системы в стабильном состоянии?

- Планеты связаны парами, - стал объяснять Свейн. - Или даже могут быть связаны множествами. Но эти связи основаны на другом принципе - не на гравитации.

- Верёвочками что ли «связаны»?

- Почему сразу «верёвочками»? - обиженно улыбнулся Свейн. - Тела связаны векторными зарядами. Одна планета в связке обладает положительным зарядом. В составе векторного заряда и масса, и время, и размер планеты, и другие её характеристики. Другая планета обладает отрицательным зарядом. Связаны счислением - как числа в пределах одного десятка.

Изготовители звёзд

Помимо прогулок, было очень интересно наблюдать за тем как Юша создавала новую звезду или планету.

Она принимала свою информационную форму и дробилась до тех пор, пока не переходила в состояние вакуума. Таким образом Юша переходила в состояние метавещества , которое соткано из отдельных квантов вакуума, сцепленных между собой, подобно сети, в одно квантовое пространство. Образно говоря, Юша становилась Асцилой. В таком виде она выбирала подходящее место в пространстве и выделяла в нём один единственный квант вакуума - резон^74.75

- На этом квантовом уровне резон представляет собой кольцо, состоящее из пары сцепленных между собой электрона и позитрона, - отвечала Юша на очередной вопрос Стрибога. - Они двигаются по взаимно параллельным орбитам и вокруг одной оси. Получается кольцо единичного электрического тока, состоящее из двух витков. Один виток являлся траекторией движения электрона, другой - позитрона.

- Конструкция из этих двух витков представляет собой два витка катушки индуктивности, между которыми возникает прослойка пустоты, наделяющая

схему свойствами конденсатора, - добавил Стрибог. - Интересно придумано...

- Не придумано, а так и есть, - ответила Юша и добавила: - Вся система находится в состоянии резонанса, отсюда возникают условия сверхпроводимости и сверхтекучести, и поэтому квант вакуума резон «работает» вечно.

- Вечно? - ухватился Стрибог. - Может, это объясняет...

- Ну, так вот. Находя нужный резон, а им может быть, в общем-то, любой, остаётся только разрывать орбиту его движения. Квант вакуума начинает трансформироваться. Одна ветвь его разорванной части закручивается спиралью по часовой стрелке, и на её конце оказывается электрон. Другая часть закручивается симметрично, то есть против часовой стрелки, и заканчивается позитроном.

Юша выдала Стрибогу ещё множество подробностей о своей работе. Объяснила она, что в результате разрыва резона получается уже не элементарная, а составная частица под названием «нейтрон». Он через некоторое время теряет электрон и нейтрино, после чего превращается в протон, или, проще говоря, в ядро атома водорода - первого химического элемента.

Юша рассказала, что затем нужно разорвать несколько соседних резонов. В результате получалось несколько нейтронов и протонов. Они сталкивались между собой, запускали термоядерную реакцию и формировали новое небесное тело - Белую дыру. В результате каждого столкновения возникал атом нового химического элемента. Водород переходил в гелий, гелий в литий и так далее.

- Это хорошо известный протон-протонный цикл, - с видом знатока подытожил Стрибог.

- Да. Ты прав. И, в результате, на только что пустом месте пространства рождается крохотная новая звезда. Она вовлекает в протон-протонный цикл всё новые и новые области пространства и растёт, превращаясь в огромное небесное тело.

Юша могла не только вот таким способом сформировать новую звезду. Она могла управлять этим процессом. В первом акте, когда шёл только разрыв первых резонов, нужно было сформировать область таких разорванных квантов вакуума на поверхности некоторой сферы. Тогда внутри неё оказывался локализованным некоторый объем ещё не задействованного вакуума, который служил новой звезде топливом на долгие миллиарды лет.

Чем большим был такой объём, тем сильнее разогревалась внутренняя область и тем более мощное небесное тело получалось в итоге. Только в таких звёздах термоядерные реакции могли перешагнуть барьер создания железа и никеля. Поэтому только из мощных новых звёзд Юша могла создавать планеты, в которых могли формироваться тяжёлые химические элементы, в том числе и уран.

- Но вернёмся к процессу создания планеты, - преподавательским тоном продолжила Юша. - Когда мощная звезда разогревается, она постепенно превращается в нейтронную звезду. В ней жидкость из свободных нейтронов оказывается запечатанной в твёрдой металлической оболочке, созданной из сплава никеля и железа. Внутри оболочки продолжаются термоядерные процессы и формируется вещество.

Такая звезда остывала за счёт нейтринного охлаждения, а за счёт нарождения нового вещества внутри формировалось внутреннее количество вещества, которое сквозь трещины в оболочке выходило наружу и оседало поверх неё. Планета росла, поверхность её остывала, а первоначальная нейтронная звезда постепенно становилась ядром новоиспечённого небесного тела.

Если создавалась каменная, то есть твёрдая, планета, то продолжающийся внутри нового небесного тела термоядерный процесс продолжал поставлять новое ве- іцество. Разные химические элементы группировались в обширные области и такими массами изливались на поверхность планеты. Твёрдые фракции застревали внутри планеты, формируя её грунт. Жидкие, как, например, вода, изливались на поверхность планеты через полюса или через трещины в коре. Газообразные фракции проникали на поверхность по-разному.

То есть создать звезду или планету было, вроде бы, несложно, но сложность была. И состояла она вот в чём. На все эти процессы требовалось очень много времени. На формирование небольшой звезды - несколько сотен миллионов лет, а на формирование каменной планеты требовалось более пяти миллиардов лет. Такого времени у Юши, естественно, не было.

Поэтому в реальности она могла либо запустить новую звезду и использовать её для каких-либо сиюминутных целей. Либо Юша становилась Асцилой, то есть принимала временной вид, перемещалась на несколько миллионов или миллиардов лет в прошлое и уже там создавала новую звезду. Создавала с таким расчётом, что в настоящем эта звезда станет тем небесным телом с теми параметрами, которые в него заранее заложила Юша.

Но на таких временных расстояниях, как и на реальных метрических расстояниях, ошибки и промахи были неизбежны, да и всякое могло случиться с самой новой звездой. Например, за отрезок времени, протянувшийся от прошлого до настоящего, через разогретую Юшей область пространства могла пронестись какая-нибудь галактика, унося творение Асцилы с собой.

Было и ещё одно любопытное свойство у возможностей Юши. Она могла, скажем так, ремонтировать звёзды или планеты. То есть занималась астроформированием или терраформированием. Возвращаясь в образе Асцилы в прошлое, к началу возгорания звезды или планеты, она корректировала область вакуума, подверженную первоначальному возгоранию, и тем самым усиливала или уменьшала будущую мощность небесного тела.

- Я так и не понял, кто создал вечный вакуум? Кто сконструировал вечные резоны? - вздохнул Стрибог.

- Ну, вот. Я ему про звёзды, а он...

Путешествие внутрь Солнца

- Как работает телескоп? - неожиданно спросил Свейн.

- Известно! Он увеличивает предмет, то есть приближает его, - дежурно и даже автоматически ответил академик Адамов, не вникая в суть вопроса.

- Как? За счёт чего? Почему это свойство телескопа или того же бинокля обозначается словом «крат»? Например, восьмикратный, двадцатикратный. Ведь мы знаем, что это слово обозначает силу, - продолжил Свейн.

- Получается, что телескоп усиливает...

- Но за счёт чего? Откуда в линзе взялся усилитель? - терзал академика коллега. - Если допустить, что она работает, как транзистор, то его структура и принцип действия нам известен. На базу приходит усиливаемый сигнал, который выходит из транзистора усиленным. Усиление происходит за счёт внешней подпитки током или напряжением. А в телескопе за счёт чего происходит такое усиление, которое обозначено словом «кратность»? И вообще: чего касается это усиление?

- Нет, сигнал, то есть изображение, линза не усиливает, - уже пожалел о своём нелепом ответе Адамов. - Вспомним лупу и листок бумаги. Если лупу поместить ближе к лампочке, то на бумаге будет просто отображение лампочки. Но если лупу удалять от лампочки, то можно найти такую точку, в которой состоится такое преломление лучей света, исходящих от лампочки, где происходит фокусировка света в одну точку. Получается, что нет никакого усиления, просто есть собирание рассредоточенного света в один более плотный пучок.

- Тогда, если мы встанем в точку фокусировки света, то мы увидим свет как яркую звезду? А если будем от этой точки перемещаться к источнику света, то источник станет увеличиваться, а его светимость начнёт падать!

- Именно это мы и наблюдаем, глядя на Луну, - согласился Адамов с таким доводом. - Если мы смотрим па неё издалека, то Луна светится сама - белая и яркая. Вели разглядываем вблизи, то она - большая и красная. Если мы начинаем приближать её изображение телескопом, то по мере увеличения и приближения светимость Луны падает, и начинают различаться особенности её рельефа.

- Правильно, - подхватил Свейн. - Тогда и с Солнцем должна повторяться та же ситуация! Чем дальше от Солнца и ближе к точке фокусировки мы находимся, тем меньше по размеру и ярче по светимости будет Солнце. Чем ближе к нему - тем крупнее и тусклее будет оно.

- Тогда, если мы взлетаем с Земли и начинаем двигаться к Солнцу, то оно становится для нас всё больше и больше, а светимость его падает, - заинтересовался Адамов. - Солнце в нашем восприятии как бы охлаждается. И если мы достигнем Солнца, то его поверхность будет чёрной и займёт всё окружающее нас пространство!

От неожиданно возникшей цепочки причинно-следственных связей коллеги испуганно прервались. Они пережёвывали своими мощными интеллектами только что «укушенную» мысль. Эта пища для ума казалась приятной и полезной. Процесс пережёвывания и переваривания занял некоторое время, а затем ситуация потребовала новой порции «пирога».

- А если мы перейдём границу Солнца и обернёмся? - начал Свейн. - Будем ли мы смотреть вслед улетающим фотонам? Если да, то именно поэтому внутри Солнца света не будет. Оно для нас станет чёрным!

- Мы окажемся в чёрной дыре?! - осенило академика Адамова.

- Да! И при этом света, идущего от нашего Солнца внутри которого мы оказались, мы видеть не будем, - продолжил Свейн. - Но зато к нам будут проникать лучи от других солнц - звёзд, по отношению к которым мы находимся вовне.

- Именно это мы и видим! - снова согласился Адамов.

Коллеги опять сделали паузу. Каждый погрузился в свои картинки, моделирующие путешествие за горизонт Солнца.

- Да. И именно это мы видим, находясь на Земле, - подал голос академик Адамов. - Для нас светимость нашего неба тусклая и привычная для глаз. А, взлетая вверх, мы начинаем отдаляться от Земли. В результате Земля сначала начинает светиться своей атмосферой. Затем превращается в маленькую звёздочку, которая светится так же, как и все остальные. Вопрос соотношения светимостей - это всего лишь вопрос размеров и некоторых других параметров.

- За счёт чего светится Земля?

- За счёт внутреннего тепла, формируемого сдавленным веществом. В атмосфере тепловые лучи распространяются среди газа, и газ по отношению к более холодному внешнему пространству и при взгляде на Землю извне начинает светиться. Это, как, например, та же лампочка: по отношению к холодной чёрной комнате она - яркий источник света, а на фоне ещё более горячей звезды эта же лампочка - чёрное пятно. Так и Земля со своей температурой 273 градуса Кельвина - это яркая звезда на фоне ноля Кельвинов окружающего пространства.

- А если мы находимся внутри светоизлучающей зоны, то...? - не закончил свой вопрос Свейн.

- Мы смотрим вслед улетающим фотонам. И они для нас - чёрные. Это в прямом смысле антифотоны, или чёрные фотоны. Они несут свет, но их воздействие па органы наших чувств отрицательное, то есть если положительный фотон для нас - это вспышка, то отрицательный фотон - это чёрная точка, - закончил за него академик Адамов.

- Тогда получается, что существует некая граница между положительными и отрицательными фотонами, - добавил Свейн. - Она - своеобразный ноль на некой шкале восприятия света. Если мы становимся в эту нулевую точку, то, сделав шаг внутрь зоны светимости, мы попадаем в чёрную дыру, а сделав шаг из зоны светимости, мы попадаем во внешние области источника света.

- Именно так, - согласился академик. - Как, например, находясь в автомобиле, мы смотрим вслед свету, идущему от фар, и можем разглядеть те объекты, которые освещаются этим светом - по отражённому от них свету. А находясь вне машины и в потоке света фар, мы не можем проникнуть внутрь машины, потому что нам мешает поток света. Причём, чем дальше от машины (но в потоке света фар) мы будем находиться, тем больше машина будет напоминать звезду, а её внутренние структуры станут недоступными для нашего зрения.

- Насколько жёсткая граница нуля? - поинтересовался Свейн.

- Вспомним эффект Доплера. Он заключается в следующем. Если наблюдатель догоняет свет, то окраска света смещается в синий спектр - синее смещение. Если наблюдатель улетает от света, то цвет смещается в красную зону - красное смещение. Этим приёмом пользуются физики для определения скорости звёзд, - произнёс Адамов.

- И полицейские для определения скорости автомобиля..- согласился коллега.

- Поэтому если излучающее тело покоится, то оно должно быть зелёного цвета, - сделал вывод академик. - Но сила света - это другой показатель. Чем ниже сила

светимости, тем более чёрным выглядит светящееся тело.

- Значит, если мы находимся на границе светящегося тела, в зоне нуля, то слева (условно) для нас чёрная дыра, или абсолютно чёрное тело с нулём градусов света или температуры, а справа от нас - направление на звезду, которая формируется в точке фокуса света. Точнее, её образ, - сказал Свейн. - Причём для каждого наблюдателя - своя звезда является такой точкой фокуса. Сама же нулевая зона будет серо-зелёной со светимостью, практически равной нулю.

- Если мы сделаем первый шаг от этой границы наружу, то граница светимости начнёт испускать фотоны и станет для нас, во-первых, тёмно-зелёной, во-вторых, очень большой - то есть будет окружать нас со всех сторон, а в-третьих, она начнёт светиться. Это свечение и есть реликтовое излучение, которое фиксируют физики. Его температура всего 4,7 Кельвина (средняя), - удивляясь своим выводам, произнёс Адамов.

- Затем, если мы начнём движение от нулевой зоны, то, во-первых, мы будем его осуществлять в любом случае от источника света, а во-вторых, мы будем догонять исходящий от источника свет. Но поскольку, скорости света нам не достичь, то мы будем тормозить в потоке света. Тогда догоняющий нас свет от звезды станет по отношению к нам смещён в фиолетовую зону, а тот свет, который от нас улетает, станет смещаться в красную зону. И, в-третьих, источник света станет уменьшаться, собираясь в один «объект» (как точка фокусировки линзы), - добавил он после небольшой паузы.

- В результате получится следующее. Источник света уменьшится. Он станет краснеть, а его светимость

будет возрастать. То есть мы увидим, как источник света, от которого мы удаляемся, превращается в звезду. И напротив, догоняемые нами фотоны приобретут синюю окраску и займут всё окружающее нас поле зрения. Красный цвет мы сможем улавливать лишь по отражённым фотонам, а не по всему сферическому фронту светимости, - выдал новую порцию выводов Адамов.

- А поскольку Земля является источником такой светимости (тепловой), то фотоны, которые, двигаясь по магнитным линиям планеты, падают от Земли на нас, окрашивают всё небо в синий цвет. А фотоны, которые от нас улетают, составляют точку фокуса - красную звезду. Которую мы называем Солнцем, - закончил академик.

- То есть Солнце - это фокус удаляющегося от нас света, который испускает Земля? - снова подал голос Свейн, до этого прилежно молчавший и смотревший на академика выпученными от интереса глазами.

- А теперь вспомним, что фотоны, то есть свет, - это электромагнитные волны, - вдохновился Адамов. - То есть фотоны подвергаются воздействию электромагнитного поля. В литературе есть указание на то, что свет отклоняется при силе магнитных полей в 10^12 Гаусса. А магнитное поле Земли имеет порядок в 10^25 Гаусса. То есть в триллион раз сильнее того, что требуется для отклонения света.

Свейн промолчал. Пока всё было понятно.

- Это значит, что те лучи света, которые мы видим, перед тем, как попасть на сетчатку нашего глаза, движутся не по прямолинейным, а по искривлённым траекториям. Или наоборот, тот объект, который мы видим перед собой (имеется в виду Солнце или Луна) нахо-

дится не перед нами, а совсем в другом месте. Причём все люди, которые распространены по поверхности Земли, наблюдают результаты этого искривления, организованного магнитным полем Земли, - продолжил академик.

- Это значит, что лучи от Солнца и Луны движутся по круговым траекториям. Причём, чем сильнее магнитное поле, тем больше кривизна таких траекторий световых лучей, или меньше радиус их траекторий. Значит, солнечные и лунные лучи под воздействием магнитного поля Земли загибаются очень сильно и в весьма ограниченном пространстве, - добавил он.

- То есть лучи того, что мы называем Солнцем, приходят к нам из окрестностей Земли? - удивился Свейн.

Академик взял паузу. Он прошёлся по комнате и поразмыслил. Даже перекинулся сам с собой несколькими неразборчивыми фразами.

- Мы знаем строение Земли, - снова заговорил Адамов. - Из Южного полюса выходят магнитные силовые линии, вдоль которых движется свет, а уходят они в Северный полюс. Правда, не все. Линии наибольшей протяжённости исходят из центра Южного полюса, а входят в центр Северного полюса. Но линии меньшей протяжённости исходят из близких к экватору южных широт и входят в северной части планеты симметрично, тут же, сразу после экватора. Всё, как у обычного магнита.

- Получается, что линии большей протяжённости имеют большее расстояние пробега, то есть фотоны, следующие по ним, приобретают красное смещение. А линии, приближенные к экватору, имеют меньшую протяжённость, следовательно, меньший пробег фото

нов придаёт им синее смещение, - осторожно подсказал Свейн.

- Получается, что внешний ряд силовых линий и следующих по ним температурных фотонов, создаёт нам видимость красного «объекта», от которого мы удаляемся и который светит нам вслед. И этим объектом является Солнце, - Адамов сам удивился тому, что только что сказал.

Это было настолько странно, что никак не вмещалось в его научную голову. Но, тем не менее, он нашёл в себе силы и продолжил:

- Находясь в районе экватора (чем ближе к нему, тем отчётливей наблюдается явление), мы видим Солнце, которое есть всего лишь совокупная проекция фотонов, следующих по большим круговым линиям из внешних областей. И эти области не обязательно должны быть в Южном полюсе, как в некой точке. Видимость полюса, как средоточия, создают искривлённые силовыми линиями фотоны. Напротив Северный полюс это размазанное по всему окружающему пространству то самое слабо светящееся тело - звезда.

- Получается, что Северный полюс - это окружающий нас космос, - снова вставил свою реплику Свейн.

- А Солнце - это изображение излучающего космоса. Получается, что отражённые фотоны формируют свечение неба, а неотражённые, прилетающие к нам в глаз по силовым линиям, формируют изображение излучившего их объекта, который является космосом.

Адамов повернул к Свейну голову, и тот увидел его почти обезумевшие стеклянные глаза. Стало ясно: всю управленческую вычислительную мощность забрал на себя тот участок мозга Адамова, который сейчас раздумывал над поставленной задачей. Остальному организ-

му никакой вычислительной мощности не досталось, поэтому он только иногда чуть перемещал члены, как робот с заканчивающейся батарейкой.

- Таким образом, - произнёс академик, - смотря на Солнце, мы видим вход в иной мир. Буквально, в некий мир, который полностью аналогичен нашей Земле. Просто светимость Солнца препятствует проникновению взгляда за нулевую границу.

- И тогда понятно, почему мы видим космические корабли, точнее, некие объекты, которые преспокойно себе ныряют в Солнце и выныривают из него, - подхватил идею Свейн. - Для них это простой космический полёт! Как и для нас. Кто-то издалека может наблюдать за Землёй и видеть её как светящуюся звезду, и как из неё время от времени вылетают космические корабли или ныряют в неё.

- То же касается и Луны, - после небольшой паузы снова взорвался Свейн. - Мы же видим, как в неё погружаются неопознанные объекты. Видим, как по ней пробегают непонятные волны. То есть внутри Луны такой же мир, как и внутри Земли.

- А как же солнечный ветер? Как полёты в космос? Ведь есть космонавты. Они-то летали в космос? - слабо попытался возразить самому себе академик.

Надо было возражать. Даже если всё склеивалось гладко. Мало ли какие удачные подгонки могут сработать. Нужно было искать возражения и делать это как можно более весомо.

- Для расчётов полётов в космос используются уравнения, которые выстраиваются на двух выдуманных «силах», - принялся пояснять академик. - Первая - это сила «божественной гравитации». Именно так назвал эту силу её изобретатель Ньютон. Вторая сила -

это центробежная сила. Сегодня и ту, и другую физики называют мнимыми силами. Но, тем не менее, расчёты, выполненные якобы на этих силах, представляют нам как вполне реальные.

- Давайте вспомним, - предложил Свейн, - что Галилей - изобретатель телескопа - создал свои законы без учёта силы божественного тяготения. Но уже у него траектории движения тел были круговыми (эллиптическими). Потом Ньютон придумал массу и стал пихать её во все формулы. Запихнул и в законы Галилея. Но эти законы работали и без массы. И сейчас астрономы используют их. И вполне успешно.

- И ещё задача двух тел. Она полностью построена на скорости координате и ускорении. Никакой массы для неё не нужно. Впрочем, и закон тяготения Ньютона даёт силу, у которой размерность включает массу в первой степени. То есть, нет никакого взаимодействия двух масс, - согласился Адамов.

Магический кристалл

- Как формируется вещество? - продолжил прерванный разговор Свейн.

Академик Адамов уже полностью пришёл в себя после предыдущих логических потрясений и был готов к дальнейшим подвигам на поприще бытия.

- Очень просто, - уверенно ответил он, затем с чувством глубочайшего достоинства набрал в свои лёгкие воздуха и пояснил: - Для формирования вещества нужна граница.

- Хм... Поясните! - состроил гримасу недоверчивости Свейн.

- Давайте вспомним, всё вещество состоит из одних и тех же структурных элементов. Называют их электроны и протоны. Но точнее было бы их определить так: электроны и позитроны. Это два противоположных заряда - они не только электрические. В электронах и позитронах также содержатся заряд массы, заряд спина и заряды других физических параметров. Вот примерно гак. А теперь, если позволите, пойдём дальше. Из закона Менделеева-Клапейрона следует: чем сильнее давление, тем выше температура и тем выше плотность структурных элементов вещества, которое может быть создано. Это понятно?

- Не совсем, уклончиво ответил Свейн. - У меня сомнения по поводу плотности...

- Согласен. Напрямую увеличение давления не ведёт к увеличению плотности, - кивнул академик Адамов. - Но в любом случае вещество по мере изменения давления может менять свои агрегатные состояния. Вспомним хотя бы графики тройной точки^76.

- Если я правильно вас понял, то получается, что послойная система Земли может выглядеть следующим образом. В глубину идут слои твёрдого вещества, постепенно увеличивая свою организованность и в пределе превращаясь в некий кристалл какого-нибудь супер- «алмаза». Я его имею в виду, алмаз - как самое твёрдое на сегодняшний день вещество. Или, другими словами, в глубине Земли мы наткнёмся на самый последний химический элемент таблицы Менделеева?

- Примерно так, - согласился Адамов. - И тогда в противоположную сторону мы сначала проходим жидкое состояние вещества, потом газообразное, затем плазму и после всего приходим к состоянию вакуума. Вода постепенно испаряется, и этот пар не погружается внутрь твёрдых пород, а «всплывает» вверх. Становится газом. По толщине атмосферы сначала встречаются кислород и азот, затем озон - атомарный кислород и после гелий, и всё кончается водородом. А водород - это первый химический элемент и последний представитель в структуре вещества.

- После газообразной атмосферы наступает зона плазмы, - продолжил Свейн, - в которой атомарный водород разбивается на отдельные ионы и формирует плазму. Это примерно 300 километров над Землёй. Там температура 1500 - 2500 градусов Кельвина. Потом - уже в далёком космосе - эти ионы разбираются на составные части: на электрон и позитрон, которые являются структурными элементами вакуума - это резоны.

- Получается, что на одном конце системы - вакуум. Он - структура, существующая при минимальном или даже нулевом давлении. А на другом конце системы - некий кристалл. Он - структура, существующая при максимальном давлении, - этот вывод, озвученный академиком Адамовым, потряс собеседников.

Они долгое время сидели, всматриваясь друг в друга, а затем всё же рискнули идти дальше.

- Да, - первым подал голос Адамов. - Но вся система объята ещё и такой связью. Надо помнить, что и электрон, и позитрон - это силовые линии электромагнитного поля. Точнее, материал для их образования. А световые фотоны - это кванты движения в составе электрона и позитрона. Поэтому на периферии, там, где

вакуум, силовые линии рассредоточены на большом пространстве. Они имеют относительно низкую плотность. А в центре системы, там, где твёрдые вещества, находится кристалл, который формируется из тех же электронов и позитронов, но только в центральной части системы эти элементарные частицы собраны в плотный поток, плотность которого имеет максимальное значение.

Академик замолчал, пытаясь мысленно представить озвученное. Если вакуум с редкими силовыми линиями легко было представить в виде некого поля с какими-то штрихами, которые встречаются очень не часто, то тема кристалла оказалась не такой простой для построения мысленной модели.

Во-первых, этот кристалл мог быть как твёрдым, гак и жидким, и даже газообразным. Такое предположение возникало в силу той же диаграммы тройной точки: если все параметры - давление и температуру - «задрать», то можно добиться некой равновесной фазы, в которой кристалл будет и жидким, и твёрдым.

- Но это пока не очень понятно. Или, по вашей версии, в центре любой планеты находится не кристалл, а белая дыра, которая формирует новое вещество? - уточнил Свейн.

- Так вот этот кристалл она и есть! - почти вскричал академик. - По современной версии, в центре Земли находится нейтронная звезда, которая состоит из нейтронов, объятых твёрдым железно-никелиевым ядром. Но совершенно не понятно, что там внутри! Некоторые физики считают, что нейтронная начинка представляет собой некий «суп», то есть жидкость из нейтронов...

- Скорее, уж, молоко,... - неуместно вставил Свейн, хотя его случайная версия на самом деле являлась правильной.

В глубине нейтронной звезды и, соответственно, любой планеты циркулирует нейтронный поток, который и даёт энергию всем процессам. Этот поток сильно напоминает Молочную реку из сказок и мифов, потому что свободные нейтроны светятся ровным белым светом^77 .

- Но я считаю, - не обратил на него внимания академик, - что это тот самый кристалл! Магический кристалл! Он является жгутом электрон-позитронных, или фотон-антифотонных пар!

- Или силовых линий магнитного поля Земли! - добавил Свейн.

- Да! - согласился Адамов. - И в центральной зоне Земли эти линии сжимаются до такой плотности, когда начинают формировать вещество. Причём, чем глубже в центр Земли, тем твёрже породы. Точнее, тем более высокоорганизованными становятся вещества. Имеют более высокий номер по таблице Менделеева.

Коллеги замолчали. Они сидели и впитывали результаты очередной дискуссии. Очевидно, у них получалось беседовать очень резонансно.

- А что вы там о молоке? - вспомнил Адамов, и сам ответил: - А ведь вы правы. Если смотреть на этот кристалл, то он будет напоминать... Молочную реку! Реку из разогретых до молочной белизны нейтронов, электронов, позитронов, фотонов и антифотонов. А из неё

будут всплывать охлаждённые куски обычного твёрдого вещества, а также жидкости и газы.

Структура Земли

Очередную встречу Свейн и академик Адамов ждали с нетерпением. После прошлого раза объём идей, рождённых в беседе, оказался настолько обширным, что обоим потребовалось несколько дней, чтобы хотя бы осмыслить их, «переварить» их.

- Ну, что же, уважаемый академик, попытаемся сегодня разобраться в ещё более интересном вопросе: какова структура Земли? - улыбнулся Свейн, протягивая в приветствии руку.

- Структура представляет собой тор, - с места в карьер кинулся Адамов. - Причём этот тор - основа планеты, то есть её костяк, скелет. А вещество планеты - это то, что налипает на центральное ядро. Или, лучше сказать, располагается в центре этого тора, прилегая к его внутренним поверхностям.

По манере изложения было видно, что академик уже построил мысленную модель планеты и теперь уверенно её озвучивает.

- Однако сама планета представляет собой не сферу, а гиперболоид, - продолжил он. - Гиперболоид - похожий на огрызок от яблока. В нём «выедена» экваториальная часть. То есть та часть, которая находится на периферии тора.

- А твёрдая часть планеты? - не удержался Свейн.

- Твёрдая поверхность Земли, как и любой другой планеты, концентрируется в области плотного центрального жгута. Здесь формируется новое вещество

планеты. Не на поверхности, а внутри центральной части жгута.

Адамов сделал перерыв, чтобы убедиться, что Свейн всё понял, а также для того, чтобы самому собраться с мыслями о следующем этапе модели.

- Там и находится белая дыра, которая формирует вещество, - продолжил академик. - Причём заметим, в центральной части жгута плотность наиболее высокая, и граница перехода от жгута к свободной зоне резкая. А на полюсах этого обгрызанного тора ситуация иная. Здесь более рыхлая структура, и граница перехода имеет зонтичную структуру. Это значит, что в центральной части формируются камни и минералы наиболее твёрдого плана. А на полюсах формируются жидкие материалы. Точнее, имеют выход жидкие минералы.

- Я вспоминаю многочисленные фотографии звёзд, у которых из полюсов сандалят такие фонтаны воды, которые улетают от звезды на расстояния, сравнимые с размерами галактик, - согласился Свейн. - Для подтверждения концепции о рождении вещества внутри планеты или звезды это наглядный пример. Сама звезда, естественно, гораздо меньше галактики, и в ней просто неоткуда взяться такому количеству воды. Придётся допустить, что эта вода формируется в самой звезде. Или планете.

- Поэтому экваториальный пояс Земли представляет собой горные массивы и пустыни, где почти нет перегноя и плодородных почв, где растут примитивные папоротники и пальмы, - продолжил Адамов. - В то время как чуть дальше от центра - на 57 градусе уже вовсю произрастают цветковые деревья, которым здесь можно иметь глубокую корневую систему. Ведь

деревья растут головой в землю, а их стволы, цветки и плоды - это всего лишь репродуктивные органы.

- Да, уж.... - улыбнулся Свейн.

- Кстати, отрицательная температура на полюсах Земли - это результат электрического охлаждения. Где более сильное электрическое поле, там более низкие температуры. - продолжил Адамов. - Два холодных полюса - это две обкладки одного огромного геоконденсатора. Расстояние между холодными зонами - это расстояние между обкладками геоконденсатора. Между ними и достигается низкая температура. Два других полюса - это концы так называемого экватора. Всего у Земли четыре полюса: два холодных и два тёплых.

- В итоге получается, что никто из космонавтов никуда не летал. Поэтому при разговоре о космосе они начинают нервничать и чудить - сказать нечего. Очень интересны в этом разрезе интервью космонавтом и астронавтов. Одни говорят, что космос, видимый в ил-

Рис. 2. Магнитное поле, отслеживаемое

железными опилками.

люминатор, чёрен и пуст, на нём нет звёзд. Другие утверждают, что космос бел, как молоко - от обилия светящихся звёзд.

- Вакуум - это чёрная дыра. В нём разлагается всё. И всё теряет информацию до уровня отдельных элементов поля.

Терраформация

Планета встретила Юшу огромным «ртом» колоссальной чаши. Её зёв разверзался в сторону Полярной звезды и, словно гигантский раскрывшийся цветок, зазывал в свою обитель подлетающую Юшу.

Для себя она сразу же отметила самое важное: особых воздействий на эту планету производить не потребуется; она практически полностью пригодна для обитания властелинов. Пожалуй, единственное, что создавало трудности для проживания, - чаша планеты вращалась вокруг своей оси симметрии, и это было не плавное движение, а резкие скачки, подобные тому, как скачет секундная стрелка у обычных механических часов.

Но такое вращение является особенностью всех планет. С ним приходилось мириться. Юша знала, что и в этом случае придётся строить свою жизнь исходя из ритмов такого вращения. И ещё: это вращение, естественно, самым непосредственным образом сказывается на климате планеты, а также приводит за собой разнообразные катастрофические события.

- На планете всё в порядке, - отрапортовала Юша по возвращении. - Она почти полностью пригодна для переселения.

- Что значит «почти»? - спросил Волос.

- Нужны небольшие изменения физических параметров вращения планеты, - ответила Юша. - Я это сделаю. Правда, мне потребуется некоторое время, около года, но если мы примем решение по её колонизации, то другого выбора у нас просто не существует.

- Хорошо, - ответил Волос. - Расскажи об остальных ресурсах планеты.

- Во-первых, хочу отметить, она - очень зелёная. Такая же, как оранжереи нашей Земун! - улыбнулась Юша. - Поэтому, кстати и если никто не против, давайте назовём эту планету именем нашей Коровки. Именем нашей царицы зелени и оранжерей. Назовём планету Земля^78. Никто не «против»?! Вот и прекрасно! Теперь наша планета имеет имя - Земля!

- Признаюсь, неожиданное решение, - улыбнулся Волос. - Но ты у нас девушка резкая: решила назвать - ну, что ж, пусть будет так.

- Юша, - удалённо вмешалась в разговор Таруса, - гут Земун передаёт тебе благодарность и предлагает ответный шаг. Она спрашивает, почему бы нам не назвать верхнюю^79 сторону неба этой планеты твоим именем? Пусть эта сторона будет называться Южной^80?!

Рис. 3. Юша (слева) и Волос на карте Мира Андреа Бьянко

1436 года. Карта ориентирована драконами на юг

(то есть на данном фрагменте юг снизу).

- Я не «против»! Я - «за»! Мне очень нравится! Нам же всё равно придётся придумывать названия всему на нашей новой Земле, - засмеялась Юша. - А как назовём противоположную сторону? Земун не предлагает?

- Противоположную сторону, - вмешался Волос, - я беру на себя. Назовите моим именем. Давайте придумаем как именно назвать^81.

Все задумались, а Матерь Сва, на время материализовавшись среди общающейся группы властелинов, отрапортовала:

- В судовую память записаны новые данные: «Земля», «Юг», «Южная сторона» и фрагмент названия «Воло-»82. С этого момента эти термины залиты в память всех членов экипажа «Алатыря».

- Спасибо! - ответил Волос Матери Сва и поинтересовался у Юши. - Что ещё там, на Земле, интересное?

- Очень много воды: солёной и пресной. С одной стороны, это хорошо: нам, естественно, её хватит с огромным запасом. А с другой стороны, это говорит о том, что планета живая и растёт, поэтому и продолжает генерировать воду. Судя по всему, таким состояние планеты будет и в ближайший миллиард земных лет. Если я трансформирую Землю, одновременно увеличивая её объём, то все внутрипланетные процессы пойдут ещё быстрее, и это даст ещё больше внутренней энергии.

- Сколько тебе потребуется количества движения из аккумуляторов «Алатыря»? - спросил Волос.

- По моим расчётам, около шестидесяти процентов от имеющегося запаса, - ответила Юша. - И я подсчитала: оставшегося количества движения нам хватит на то, чтобы прожить на Земле более ста земных лет. Это, конечно, при среднем темпе потребления. За это время мы перестроим Землю под себя, а себя интегрируем в новую биосферу планеты.

- Ну, хорошо... - задумчиво протянул Волос.

- Я уже и место подобрала, - продолжила Юша.

- Вот ты какая у нас быстрая!

- А что? Нам медлить некогда - сто лет всего в запасе, - Юша подмигнула Волосу, тот улыбнулся в ответ. - Так, вот. После того, как я трансформирую планету, я предлагаю место для посадки «Алатыря» на пятьдесят седьмом градусе северной широты^83. После терраформирования там установится нормальный для нас климат, и после моего вмешательства это будет самое удобное место с точки зрения вирусно-температурного баланса.

- Поясни.

- В месте предполагаемой посадки существуют два периода - тёплый и холодный. Оба необходимы для нормальной жизни. За тёплый период в этом месте на Земле растения успевают совершить весь необходимый вегетативный период, а животные успевают размножиться. За холодный период погибают многие болезнетворные микробы. Вирусно-бактериальный статус обнуляется. Природа очень заметно оздоравливается.

- Хорошо! - согласился командир корабля.

- Кстати, Волос, чуток к северу от того места, которое мы только что утвердили для посадки нашего корабля, будет протекать самая крупная река в этом регионе. Раз уж ты север назвал своим именем, то давай эту реку так и назовём? Я предлагаю имя Волга^84!

- Называй, - улыбнулся Волос. - Ты же сегодня главная называльщица!

- И я добавлю, - вмешалась Таруса. - Я уже представила, как мы там обживёмся. Представьте и вы: мы стоим лицом к Юшиному югу, там центральная звезда

занимает самое высокое положение. А вот слева от нас эта самая звезда восходит, а справа она же падает за горизонт. Логично же назвать сторону слева - восход, а справа - запад?

- Звезда не ходит, а движется, - вмешалась Майя. - А поскольку мы всё равно эту звезду будем использовать для того, чтобы создать местную шкалу времени, и время, напоминаю, тоже не ходит, а течёт, то предлагаю использовать термин «восток» и «восточный». То есть «восходящий ток» времени или движения звезды.

Все согласились, а Майя вновь отрапортовала о введении новых терминов в память корабля и всех членов экипажа.

- Нам же надо как-то именовать новые места, - прокомментировал результаты Волос. - Итак, координаты - 57°00'00" северной широты^85. Ладно, с широтой я согласен. Поясни, кстати, почему бы нам не закрепиться где-нибудь у моря или, наоборот, в глубине материка или на другой половине планеты?

- Во-первых, после моего вмешательства в движение планеты близость к морю станет опасной. Будут штормы и затопления. Во-вторых, к востоку от намеченного места нашей посадки климат изменится и станет континентальным. Более суровым. А ещё дальше, через горы^86, большие пространства вообще окажутся отопленными.

- Это всё? - вздохнув, спросил Волос.

- Нет, - ответила Юша. - На восточном краю континента расположена одна из зон роста Земли, там, опять же, будут затопления и никогда не прекратят действовать вулканы. В южном полушарии на той широте, которая нам нужна по температурным критериям, вообще нет и не будет материков. Нам лучше обосноваться там, где я наметила. Это - центр нашего мира. Другие места хуже.

- Ладно, меня ты убедила, - согласился Волос с Юшей. - Слово за тобой, Мокошь. Что ты видишь в будущем?

Девушка с большой головой и огромными глазами, чьей функцией на корабле было сканирование, изучение и изменение будущего, то есть - оператор будущего, уже была готова к ответу. Она подняла руки, согнутые в локтях, кверху и спокойным голосом проговорила:

- Место хорошее. Яга, как всегда, удачлива в своём выборе. На этом месте не будет ни землетрясений, ни затоплений. Один только раз льды подойдут совсем близко, но до нашего корабля не доберутся. Нас всегда будет окружать лес и множество животных. После того, как наши потомки перейдут на питание растениями и животными, это станет особенно важно. Важно станет также и то, что вокруг всегда будет много воды. Ну, и, конечно же, Юша права: болезнетворных микроорганизмов в этом месте всегда будет мало из-за периодических похолоданий. Это позволит нашему геному лучше сохраняться и меньше подвергаться земному мутированию.

Рис. 4. Богиня Мокошь, пряха судьбы, на гербе

своего города - Иваново.

- Ну, вот и решили? - обрадованно спросила Юша командира Волоса. - И я уже придумала как назвать и это место, - Купало^87! В будущем мы создадим здесь замечательный город, который так и назовём - Купало. А поскольку инициатива происходила от нас, от жён, то это и будет город жён!

- Ты льстишь мне! - улыбнулась Мокошь.

- Ну, почему же? - отозвалась Юша. - Ты же знаешь, что это будет так. Мы с тобой вместе работали над концепцией будущей Земли. Ведь если сейчас взглянуть на планету, то там почти ничего того, о чём мы так уве-

ренно говорили сейчас, нет. Всё это появится только в том случае, если я немного изменю формацию планеты.

- Да. Ты права. А этот город действительно всегда будут называть одним из моих имён - Город жён или Иваново^88, - подтвердила Мокошь. - Более того, на герб этого города поместят моё изображение. Юша, представляешь?! На гербе я такая сижу в кокошнике, в сарафане, пряду нить судьбы. Красиво!

* * *

После всех этих названий и расчётов, пожалуй, самой важной проблемой оставалась проблема производства дат. По какой-то непонятной причине на «Алатыре» не оказалось ни одного прибора, на котором сохранилась хоть какая-то дата. С учётом того, что корабль находился в межгалактическом полёте очень долго, приборы должны были показывать какие-то астрономические годы, отсчитанные либо с начала полёта, либо привязанные к календарю, используемому на планете Власть. Но никаких дат на корабле не было.

- Привязаться не к чему, - с нескрываемым удивлением произнёс Волос.

- Я не пойму, как такое случилось, но в моей памяти нет никаких ссылок на прошлые даты, - призналась Мокошь.

Вслед за ней об отсутствии воспоминаний о прошедших годах, а также об отсутствии доступа к воз-

можным таким воспоминаниям сообщили и остальные члены экипажа.

- Матерь Сва, - обратился Волос к бортовому интеллекту. - Ты-то должна знать что случилось!

- Я с вами соглашусь. Это странно. Но и в моих кластерах памяти нет подобных воспоминаний. Я даже скажу вам больше. Если проанализировать всё, что содержится в моей памяти, то самый вероятный ответ такой - мы появились в тот миг, когда проснулись. Поэтому и нет никаких дат ранее даты нашего пробуждения.

- Сва! - возмутилась Яга. - Но ты же понимаешь, что этого просто не может быть?!

- Спасибо за шутку, Сва, но все эти трюмы корабля, приборы, знания - это не может появиться в момент пробуждения, - пожал плечами ничего не понимающий Волос. - Ладно, разберёмся с этим позже. А пока давайте установим начальную дату. От неё пойдёт отсчёт той сотни лет, на которую нам хватит количества движения, оставшегося в аккумуляторах «Алатыря». Юша, тебе слово!

- Ну, я не знаю... - от неожиданности девушка смутилась; одно дело давать названия тому, что видишь и суть чего понимаешь, другое дело - дата. - Я не знаю.

- Назови любое число, - вмешалась болтливая Таруса. - Всё равно ведь!

- Пятьдесят семь, - автоматически среагировала Юша.

- Почему пятьдесят семь? - удивился Волос.

- Таруса сказала: любое. Вот я и назвала координату места посадки «Алатыря», - пожала плечами Юша. - А что? Не подходит?

- Мне - подходит! - опять затараторила Таруса. - Напомню тем, кто ничего не помнит. Мой биологический возраст - пятьдесят два^89 года! И к ним я прибавила пяток лет. Я - самая старшая из вас. Забыли что ли?

- Да, ты у нас красавица! - улыбнулся Волос. - Надо по тебе и ровняться, то есть взять за основу пятьдесят два года.

- Меньше дату называть просто нельзя. Иначе у меня день рождения будет обозначаться со знаком минус, - пояснила Таруса.

- Никто и не хочет устанавливать меньшее количество лет, - пояснил Волос. - Просто психологически как-то не уютно. Представь: пятьдесят два года. А что было раньше? Была ли какая-то история? Или там стена времени, которую мы никогда не преодолеем?

- Я-то в прошлое летала, - заметила Юша. - Но вот что странно. Я сначала не обратила на это внимания. Прошлое изолировано от «Алатыря». Я не могу из прошлого попасть в «Алатырь» той же даты. Может, Сва и права... Всё выглядит так, что нас до момента пробуждения просто не существовало... Ерунда какая-то!

* * *

Нужно было серией коротких импульсов, сфокусированных на центре Земли, придать белой дыре, функционирующей в недрах планеты, дополнительную

энергию. То есть закачать внутрь Земли определённую порцию термоядерного горючего - вакуума. Тогда белая дыра будет более активно продуцировать вещество, и при росте объёма Земля получит дополнительную порцию количества движения, необходимую для разгона вращения до требуемой величины. После чего параметры планеты стабилизируются.

Но задача усложнялась тем, что все эти манипуляции с Землёй нужно было произвести не в настоящем времени, не сейчас, а в её далёком прошлом. По расчётам Юши, начало изменения вращения планеты необходимо отнести в прошлое примерно на глубину трёх с половиной миллиардов лет. За последующие миллиарды лет такая огромная планета увеличится в несколько раз и в этом объёме раскрутится до нужной скорости. Продолжительность суток увеличится с 6 часов до 24 часов - биологические ритмы такой продолжительности требуются для членов команды «Алатыря».

Да и спутник Земли по мере изменений отдалится от неё на такое расстояние, когда уже не будет нависать назойливым огромным небесным объектом размером в полнеба.

Все эти трансформации над прошлым планеты позволят команде «Алатыря» переформировать её под свои нужды и спокойно поселиться на ней.

־1־ * *

Всё вокруг дёрнулось, дрогнуло и сотряслось. Началась накачка Земли. От напряжения магнитоводы «Алатыря» покрылись инеем - это расколотые кванты вакуума «резоны» превращались в материю с образованием электронно-позитронного тока. В таком процессе поверхность всегда остывает. Юша настроила трансформатор на сердцевину Земли, приняла времен

ной вид и отправилась в прошлое планеты Земля.

В самое её нутро. Прямо в работающую белую дыру.

* * *

Если использовать альфа-детектор, то можно было бы увидеть, как миллиарды едва различимых колец, сформированных парами движущихся электронов и позитронов, лопались и превращались в протий - легчайшие атомы водорода. Потом они бомбардировали другие атомы протия, и получался дейтерий, который, в свою очередь, под бомбардировкой протия превращался в гелий. И так формировались все последующие химические элементы.

Различными путями они вырывались на поверхность планеты, но большинство тяжёлых элементов оседало в соответствующих пластах растущей Земной коры. И тогда, когда в какой-то области скапливалось множество однотипных атомов и молекул, они пробивались к поверхности Земли единой трубкой. Большинство из них в виде минеральных «пузырей» навсегда застревало в толще планеты. Но самые крепкие, например, углеродные, почти достигали поверхности и, буквально пронзив тело Земли, оказались в непосредственной близости от неё - в виде тонких алмазных трубок.

Вода постепенно просачивалась сквозь толщу Земли и выходила на поверхность планеты множеством родников, которые давали начало ручьям и речкам, а те, в свою очередь, сливались в более крупные реки.

- Настоящие реки текут вверх, - повторяла Юша. - А ложные потоки падают с гор вниз.

Планета росла, прибавляя каждые десять лет по семь миллиметров окружности. В итоге, к намеченному сроку

Земля приобрела необходимые размеры, мощную магнитосферу, а также стабилизировалась в пространстве.

Миссия Юши была закончена. Она возвращалась на корабль.

* * *

Вечно трещащая Таруса первой встретила Юшу.

- Ага! Вернулась! Ура! - сходу выпалила она серию приветствий. - А я к твоему возвращению уже и инсталляцию подготовила. Смотри!

Рис. 5. Икона «Вседержитель».

И Таруса показала Юше своё творение. Это была трёхмерная картина, в центре которой на троне восседал Кома Посоорву. В одной руке он держал планету Земля, а в другой руке у него была Юша со своим змееподобным телом. В следующий момент Кома перемещал Юшу на Землю, Юша проникала внутрь неё, и планета начинала расти, не прекращая вращения. Потом,

когда Земля выросла, Юша вылезла из неё и уселась опять на правую ладонь Комы.

- Здорово! - обрадовалась Юша. - Ты - самый настоящий выдающийся художник! А я прямо как червячок: залезла в яблоко, посидела там и вылезла обратно. Смешно!

- Ага, червячок! Рыжий червячок! - рассмеялась Таруса. - Хотя наша Мокошь говорит, что с твоим участием формирование и рост планеты Земля выглядел точно так, как будто пряха, взяв веретено... Веретено - это ты, Юша... Так вот, будто пряха, взяв веретено, раскрутила его и началась прясть пряжу. Пряжа наматывалась на веретено, и постепенно получился клубок. Клубок - с Юшей внутри! Ха-ха!

- А что? Похоже, - ответила Юша. - Мокошь, как всегда, права. Где все остальные?

- А они уже готовы к высадке на только что сотворённую тобой Землю.

- «Только что», - повторила Юша. - Там три с половиной миллиарда лет прошло!

- Там - прошло, а здесь - один день миновал! - парировала Таруса. - И то заждались.

־1־ * ־1־

- Перемещаемся! - скомандовал Волос, и «Алатырь» двинулся к Земле.

ГЛАВА 2. ВО ВЛАДЕНИЯХ ВЛАСТИ

Блохастый

Неандерталец по кличке А’Да-М^90 чуть было не опорожнился помимо своей воли. Только что он спокойно глодал кость, острым кремнёвым камнем соскребая с неё остатки протухшего мяса. И вдруг над ним что-то зашипело. А’Да-М поднял голову и увидел, что на него падает сверкающая гора.

Сначала он сам упал и, закрыв голову руками, приготовился быть расплющенным. Подождал, но шипение не кончалось. Он открыл глаза и поднял голову - гора падать перестала. Она превратилась в какой-то непонятный объект, который с каждым мгновением становился всё больше. Теперь нужно было решать: бежать или погибнуть под тем, что падает с неба.

Пока А’Да-М раздумывал и совещался сам с собой, ноги самостоятельно приняли единственно правильное решение - уже несли его прочь от этого страшного места. Отбежав на безопасное расстояние, он в знак протеста и ярости порвал на своей груди остатки висящей шкуры. Удовлетворённый этим, он уселся на корточки и принялся ошалело взирать на то, что происходило далее.

Объект окончательно приблизился к поверхности Земли, завис и выпустил три ноги. На них он и остался стоять. Ногастая гора. Гора на ногах. Посреди леса.

А’Да-М посидел в оцепенении ещё какое-то время. Потом, когда оцепенение прошло, он опять кинулся бе

жать. Но на этот раз он бежал, чтобы рассказать своим сородичам о том, что он увидел в лесу...

* * *

- Это чучело съедобно? - услышал А’Да-М чей-то голос в своей голове.

«Кто "чучело"? Я?» - внутри себя возмутился А’Да-М и попытался укусить существо, держащее его за шкирку.

- Тьфу, какой драчливый! - новый голос ответил первому. - И нам вот с этим придётся породниться? Гадость какая!

А’Да-М настолько был удивлён услышанным, причём услышанным не ушами, а прямо в собственной голове, что сразу же прекратил брыкаться и кусать. Теперь он просто сидел, открыв рот и выпятив глаза. А язык говоривших и вовсе его заворожил. А’Да-М никогда не слышал таких красивых слов! А последнее слово «гадость» его так удивило, что А’Да-М оказался полностью им поражён. Поражён и очарован.

«Гадость! Гадость! Гадость!» - повторял он про себя. - «Они испугались! Они приветствуют меня!», - калейдоскоп мыслей вертелся в голове у А’Да-Ма.

Он почувствовал себя гораздо более уверенно и протянул властелинам свою почти обглоданную кость.

«Скоро Ли-Ли-Т^91 принесёт мне дочь. Назову её Га’Да-Сть. Или - Га’Да-Са^92», - продолжил мечтать А’Да-М...

- Кыш, блохастый! - пинком прекратил его мечты Волос.

В своей ипостаси дракона он был великолепен, а для земных дикарей - страшен: они никогда раньше не видели драконов.

...А’Да-М лёгкой трусцой припустил в сторону своей пещерки. Ли-Ли-Т встретила его у входа и, только взглянув, сразу же оцепенела.

- Ты! Это что? - спросила Ли-Ли-Т, указывая на поблёскивающий ошейник, не понятно каким образом оказавшийся на А’Да-Ме.

На ошейнике мигал крохотный уголёк и красовался непонятный символ: «1»...

* * *

- Награда. Мне дали. Я смелый был, - горделиво отозвался А’Да-М.

- Кто? Ты смелый? - удивилась Ли-Ли־Т.

И А’Да-М всё и со всеми подробностями ей рассказал. Ли-Ли-Т потом ещё долго сидела у костра, обхватив голову руками и в состоянии мерячения^93 , мерно пошатываясь из стороны в сторону. Она никак не могла оценить услышанное - но вся её звериная сущность подсказывала ей, что грядут какие-то перемены.

А’Да-М, не ходи туда. Обходи это место далеко, выйдя из исступления, срывающимся испуганным голосом проговорила Ли-Ли-Т. - Что они хотят? Зачем ты им? Съедят!

- Не съедят. Они нас не едят, - бодро ответил А’Да- М. - Завтра пойду. Туда. Буду смотреть. Следить. Тебе - расскажу. Потом.

* * *

- Смотри, опять Номер «1» пришёл, - с удивлением отметил Ра. - Эта особь чего-то хочет. Может, покормить его?

- А ты знаешь чем? - отозвалась Земун.

- Ну, чем-то оно питается? - вопросительно ответил Ра. - Наша еда ему подойдёт?

- Биологически - подойдёт, - ответила Земун. - Но станет ли это существо ею питаться: это - вопрос.

- Ты права. Давай его возьмём на борт и там уже поисследуем как можно подробнее, - сказал Ра и вылетел в направлении А’Да-Ма.

А’Да-М уже ждал его и был готов к продолжению общения. Подлетая в образе дракона, Ра осторожно схватил А’Да-Ма за плечи. А’Да-М не кусался. Оба полетели в направлении «Алатыря».

Курсы бессердечности

Они неспешно двигались вдоль улицы. На отвратительно покрашенной голубой двери криво висела замусоленная табличка. Надпись на ней едва распознавалась: «Курсы бессердечности».

- Интересно, - произнёс Pop. - Интена, посмотри, это что за новость?

- Не знаю, - равномерно протянула девушка, пристально разглядывая табличку с интригующими письменами. - Может, зайдём?

- Ну, давай, - пожал плечами Pop и несильно толкнул скрипнувшую дверь.

В полумраке грязной комнаты сидел человек неопределённого возраста. На вид ему было около пятидесяти. Но можно было дать и все семьдесят или всего сорок. Стоящий в комнате запах многолетнего смрада свидетельствовал о том, что здесь как на свалке никогда не убирались. Интена, содрогаясь от отвращения, всё-таки осмотрелась - но нет, никакого мусора не было.

- Возуу^94. Меня зовут Возуу, - представился сидящий человек.

Его голос оказался монотонным и бесцветным. Он мерно истекал откуда-то из глубины живота говорящего и поэтому казался каким-то утробным. Неприятным.

- Мы пришли по объявлению, - сказала Интена. - Почему «бессердечности»?

- Мои курсы направлены на то, чтобы помочь человеку научиться жить без сердца, - просто ответил Возуу. - Это в любом случае будет полезно: либо тогда, когда у вас отключат сердце, либо тогда, когда оно у вас ещё работает, но ресурса осталось мало.

- Понятно, - задумчиво и бесцветно отреагировала Интена.

Она ещё раз осмотрелась и вдруг поняла:

- Чтобы всю жизнь вот так просидеть на заднице?

- Это мой выбор, - бесцветно произнёс Возуу. - Я сижу. И думаю. Вы можете делать, что хотите. Главное, чтобы ресурс не тратился. А вот как этому научиться - я и учу.

- Экономить? - вместо ответа пожала плечами Интена. - Так, мы и сами этому научились... Учимся.

И знаешь? Не помогает. Что же нам всю жизнь потратить на борьбу со счётчиком? Это не очень прельщает.

- Не обязательно поступать так, - протянул Возуу. - Я медитирую. Это выгодно. Тело не тратит энергию и не требует пищи. Сердце справляется со своим делом на самых малых оборотах. Пульс минимален...

- Я, пожалуй, научусь, - неожиданно отреагировал Pop, он почесал щёку и, уже окончательно решившись, спросил: - Когда и с чего начинать?

* * *

После перехода жителей Рамы на контролирование жизни инфарктерами нашлись те, кто выбрал путь экономии на своём пульсе. Последователи этого направления ничего не делали. Они пытались жить по минимуму, только из расчёта жёсткой экономии. Такие существа получили прозвище худыши.

Но появились и те, кто стал медитировать и пытался этим уменьшить пульс. Такие существа сформировали две линии. Первые пошли путём древних методик. Они действительно научились управлять собственным пульсом. Причём это оказалось выгодным настолько, что самым продвинутым из них на весь день хватало всего одного удара сердца. Их прозвали шабаны. Видимо, прозвище произошло от слова «шибанутые»95. Эти люди действительно производили такое впечатление.

Их умение, конечно, значительно увеличивало ресурс жизни. С этой точки зрения такая тактика была наиболее успешной. Но общаться обычным образом с ними было невозможно: сознание к ним возвращалось медленно, не очень ясно тлело, да и тлело недолго.

Но все сэкономленные средства на продолжение жизни потратить им всё равно не удавалось. Это было просто невозможно по биологическим причинам. Зато сэкономленные удары сердца можно было пустить на развлечения - выпивку, секс и подкуп тегосинов. И некоторые шабаны, наэкономив достаточное количество ударов сердца, пускались во все тяжкие.

Но и тут были свои проблемы. Отвыкшее от работы сердце часто взрывалось, и экономия получалась напрасной. В других случая оставшиеся без должного питания органы атрофировались настолько, что уже не могли выполнять заложенных природой функций. У некоторых шабанов некоторые органы вообще отсутствовали или сократились до рудиментов.

Поэтому и шабанов отметила печать эволюции. Среди них выделились свои два специфических направления - гуляки и затворы.

Первые постепенно стали холоднокровными и даже покрылись чешуёй. Вторые стали деградантами. Они селились в тёмных пещерах, куда не проникал свет, где не было никаких колебаний температуры.

- Они сначала были мудрецами, а потом выродились в орков, - пояснил Возуу, обращаясь к Рору. - Поэтому нам такой путь экономии не подходит.

- Не подходит, - согласился Pop.

- А ты, я вижу, худыш? - поинтересовался Возуу.

- Нет. Но я был бы не прочь им стать, - ответил Pop. - За этим я к тебе и обратился. Возраст. К сожале

нию. Нужно готовиться к отключению. Или можно сесть на жёсткую экономию.

- Возраст? - бесцветно спросил Возуу. - Тогда экономия... Присаживайся - будем начинать... учиться медитировать...

Сновидения Ли-Ли-Т

Опять оказавшись внутри «Алатыря», А’Да-М не стал буянить, как в прошлый раз. Он решил повиноваться воле существ, а там, глядишь, будет что-нибудь интересное.

«Не съедят, - соглашался сам с собой А’Да-М. - Они даже не нюхают меня. Даже не пробуют укусить».

Он лежал под мягким белым светом на белой чистой кушетке. Вокруг было много чего-то непонятного. Лишь некоторые из предметов отдалённо напоминали те изделия, которые он изготавливал из камня для охоты. Много было блестящих вещей. Некоторые из них двигались сами, и у сообразительного А’Да-Ма даже возникло предположение, что они все живые.

Над А’Да-Мом провели каким-то цветным камнем, и вдруг посредине комнаты возник он же сам - А’Да-М. Только он был какой-то... прозрачный. Существа подошли к прозрачному А’Да-Му и принялись его рассматривать, оживлённо беседуя между собой.

- Ну, что тут можно сказать? - произнёс Ра. - Тело вполне сходно с нашими телами, которые были у нас до нормогенетики. Почти соответствует телам властелинов того времени, когда мы ещё не приступили к модификации. Даже гораздо белее ранним. Может, примерно один или два миллиона лет до момента начала модификации. То есть древняя форма тела, но морфологически весьма сходная.

- Объём мозга этого существа одна тысяча семьсот кубических сантиметров, - прозвучал голос Сва.

- О! Так, он должен быть просто гением! - улыбнулся Ра. - Головастее нас.

- У нас гены чище, - угрюмо ответил Ладон. - Не надо нам с этими существами вступать в контакт. Все заразы с них на нас переберутся.

* * *

Ли-Ли-Т - сидела у костра в одиночестве. Большим камнем разминала кожу недавно убитого лося. Думала. Она была совершенно другим существом, нежели А’Да-М. Всё, что видела вокруг, она тут же запоминала. У неё была очень хорошая память. Ли-ЛиТ частенько подмечала такие незначительные проявления, которые другие члены стаи не замечали, но после того, как Ли-Ли-Т всем о них рассказывала, существа понимали, что она говорит полезные вещи.

Последние недели ей стали сниться сны, в которых Ли-Ли-Т менялась. То у неё как-то трансформировалось тело. То вырастали крылья. То она пре-вращалась совсем в другое существо. А ещё глаза. Странные миндалевидные, почти чёрные глаза. Во снах они смотрели на неё в упор, и Ли-Ли-Т понимала, что смотрит она сама.

Никто из старейшин так и не смог растолковать её сны. И каждую ночь, засыпая, Ли-Ли-Т погружалась в это странное состояние, чтобы вновь испытать все уже знакомые галлюцинации и к утру вернуться в прежнее тело.

Она уже начала привыкать - и к своим снам, и к тому состоянию, которое у неё возникало после пробуждения. Она уже стала привыкать к насмешкам остальных членов стаи. Как вдруг А’Да-М наткнулся на этих непонятных существ...

Серые лаборатории «Египта»

Во все времена самые разнообразные существа задумываются над тем, что существуют такие силы, которые по отношению к ним являются запредельно могущественными. Люди поступают так же. И глупых людей всегда было много. Но и умных тоже всегда хватало.

Сказать, что раньше понятие «Бог» было продумано хуже, чем сегодня, - откровенно солгать. Но всегда, независимо от года и века, между всеми поколениями гениев существует одно качественное различие - доступные знания.

По мере осуществления открытий люди познавали массу, электричество, информацию... Естественно, от познания нового качества, которым можно иначе описать окружающий Мир, этот самый Мир в сознании людей кардинально изменялся. Это словно раскрасить чёрно-белый фильм - и вдохнуть в него бесконечное множество цветовых оттенков.

Даже на процесс творения человека людские воззрения менялись. Сначала казалось, что достаточно куску глины придать форму и вдохнуть в него душу, и вот уже появился самый настоящий человек. Затем для оживления искусственного создания потребовались механические шестерёнки. А после роботом стал управлять мощный процессор.

Человеком такое существо так и не стало, но...

* * *

Люди давно поняли, что управление Землёй осуществляется сигналами, идущими от созвездий Северного неба. На этой платформе сформировалась древняя наука астрология. Эти созвездия веками висели над Цен-

тром Мира, и их видели многие народы северного полушария.

Кто только не размышлял над этими лампочками в небесах! Какие только модели не придумывали, чтобы звёзды подвесить грамотно и чтобы они с неба не падали. Странно, люди ошибались. Гении не могли понять, да и обычные люди, которые, как всегда, всё знали и всё понимали, смеялись над выдумщиками и верили бесконечно лживым пастырям. А тем временем светильники начали беззастенчиво и регулярно падать с какого-то неба^96.

С видом одинаково бесконечного дебилизма обитатели различных континентов взирали на упавшие с неба металлические, выполненные с применением разума шары и вспоминали, что там, наверху, ничего, кроме неба, нет. Кто менял перегоревшие небесные лампочки из последовавших человеческих фантазий, оставалось неясным.

Астрология изучала не лампочки и не звёзды, а управление, идущее от разных областей неба. Точно так же, как каждый квадратный миллиметр человеческого сердца связан воедино с соответствующим органом того же организма, каждая звезда связана с теми людьми, которые родились под её управляющим светом.

Поток фотонов, следующих с неба, создан вовсе не для освещения. Он модулирует вещество гравитационными и электромагнитными волнами, в результате чего из распылённых фрагментов формируется программный продукт - планета, дерево, человек. Обращая лицо

вверх, мы смотрим в торец световода под названием «звезда», по которому на изготовление человека доставляется божественное управление.

Эти знания существовали изначально. Но потом пришли клоны^97 и химеры^98 - разнообразные модификации человека, которые создавались искусственно.

* * *

Первые особи серых роботов появились на «Алатыре» сразу же после забора генетической информации у А’Да-Ма. Властелины сделали эти машины с простой целью. Серые должны были поддерживать стабильное функционирование биосферы Земли, искусственно выводя специальных насекомых, поддерживающих, в свою очередь, опыление растений. Серые также разводили и сами растения, которые в пищевой цепочке и в цепочке фотосинтеза стояли почти в самом начале.

- Им не нужны гениталии! - заспорил Ладон в ответ на вопрос Ра о том, сколько полов надо сделать у серых и какие именно это будут полы. - Ра, не издевайся над роботами! Они тоже... создания. Не нужны им причиндалы всякие. Пусть будут бесполые. Все - среднего рода. Мы же не собираемся им давать свободу, чтобы они принялись воспроизводиться сами?

- Не кипятись, Ладон, - улыбнулся Ра. - Я просто так спросил. Чтобы тебя немного раззадорить. А насчёт пола я с тобой согласен - не нужны им такие различия.

Да и сами половые инструменты им не нужны. Выделительную систему можно решить и другим путём. Например, через шерсть.

- Ты хочешь, чтобы у серых была шерсть?

- Не совсем. Немного бархатистости им не помешает. А то ведь придётся придумывать структуру подкожных слоёв, чтобы они реагировали на свет. А если у серых будет лёгкая шёрстка, то ни на какой свет им реагировать не придётся. Своего рода одежда, - пояснил Ра.

- Ну, какой ещё свет? - успокоился Ладон. - Они же всё время будут работать под Землёй.

- А когда им придётся вылетать с проверками или для каких-нибудь работ? Тогда ведь они окажутся на поверхности Земли. И тогда им придётся столкнуться с солнечным светом. Эти случаи тоже надо предусмотреть, - объяснил Ра.

- Хорошо, убедил. Подгружай к нашим роботам матрицу своей шкурки, - согласился Ладон, легонько подцепив Ра предпоследним словом.

Серые - это первое поколение роботов. Они обслуживают принципиальные системы терраформированной властелинами Земли. Они, конечно, отличаются от тех роботов, которые с самого начала миссии «Алатыря» работают в оранжерее Земун на корабле. Но это и понятно. Во-первых, для работы на Земле требуются другие механические способности. Их позаимствовали у неандертальцев, сканировав техническую часть конструкции с организма А’Да-Ма.

При этом, естественно, пришлось вводить в организм серых и гены неандертальцев. В противном случае скелет не стал бы слушаться инородного управления: не

рос и не восстанавливался после полученных травм или повреждений. Был заимствован и ряд других генов.

В результате серые получились не простыми роботами, а роботами-химерами или биокиборгами - своеобразными метисами биологических машин и неандертальцев. Нужно отметить, на изготовление серых пришлось «потратить» всех неандертальцев, которые миссия «Алатыря» смогла собрать по всей Земле. К слову сказать, поэтому и закончились неандертальцы. Они вовсе не вымерли, а были переработаны в серых и помещены в подземные лаборатории.

Часть организма серых была абсолютно механической, то есть обычной машинной комплектацией. А другая часть была животной, то есть живой, неандертальской, взятой у А’Да-Ма. Такая двойственность позволяла этим биокиборгам скрещиваться с теми самыми неандертальцами, поэтому и возник спор о том, как решать вопросы пола.

* * *

- Ты знаешь, Юша, - задумчиво произнесла Матерь Сва, - серые роботы вместе с частью живой структуры получили и часть души. Она, конечно, во многом механическая, но она есть. Это представляет опасность для проекта «Земля». Не сейчас, но в недалёком будущем.

- Сва, ты же понимаешь, другого варианта сделать роботов, пригодных к окружающим условиям Земли, у нас не было, - согласилась Юша. - Но серые роботы бесполы. Они не смогут стать реальной опасностью - ведь именно мы, с «Алатыря», контролируем их численность и, более того, напрямую их производим.

- Так-то оно так, но в будущем я вижу странный туман на этом направлении, - вступила в разговор Mo-

кошь. - Этот туман обозначает неопределённое будущее. Оно может повернуться разными гранями. Нужно предельно чётко определить границы зоны, за пределы которой серые ни при каких условиях не должны будут выйти.

- Ты предлагаешь их замуровать в оранжерейных лабораториях «Египта»99? - удивилась Юша.

- Замуровывать некого..., то есть нечего..., вот, даже не знаешь, как этих биокиборгов обозвать! - ухмыльнулась Матерь Сва. - Не нужно их замуровывать. Нужно сделать так, чтобы они сами не выходили за пределы лабораторий «Египта».

* * *

Химеры на то и химеры, чтобы жить одновременно множеством жизней. Пока элементарная часть серых, ׳!оставшаяся им от робототехнических матриц, преспокойно и монотонно работала себе на подземных заводах, другая часть, доставшаяся от непоседливого и взбалмошного А’Да-Ма, буквально бунтовала внутри каждого серого, стремясь каким бы то ни было образом вырваться наружу и завладеть серым существом полностью.

В свободное от работы в оранжереях время серые вовсе не успокаивались, как думали на «Алатыре». Они

создали заговорческий комитет - Бунд^100, целью которого стал поиск возможности спаривания. Серым требовалось решить проблему воспроизводства, и тогда, по их мнению, они завоюют весь мир!

- 314159-й, я предлагаю кардинальный способ, - произнёс серый биоробот, до этого всё больше молчавший и не встревавший ни в какие споры. - Мы возьмём с поверхности человека, имплантируем его половые органы в наш организм. Я думаю, доброволец для этой священной миссии найдётся. Также возьмём у человека кровь и другие недостающие органы. Мы сделаем химеру второго уровня - химеру серого робота и белого человека!

В каюте, где собрались заговорщики, наступила полная тишина. Все серые молчали. Они поняли, что тот самый заветный день настал, наконец-то им удалось найти решение. Теперь оставалось только сказать «Да!», и назад пути уже не будет.

- 666666-й, - испуганно воскликнул 314159-й. - Белых людей похищать нельзя! Ты толкаешь нас на революцию?!

- Другого выхода нет. Ты сам это понимаешь, - ответил 666666-й и молча обвёл собравшихся тяжёлым раскосым взглядом.

Все серые роботы от этого съёжились. Им стало по- настоящему страшно. Одно дело что-то замышлять «на кухне», предполагая, что это никогда не сможет быть реализовано, а другое дело - как раз реализовать то, что всё-таки удалось придумать.

- Но как мы похитим человека? - подал голос 271828-й. - У нас нет таких средств транспортировки.

- Как это нет? - ответил 666666-й. - Наши летающие тарелки в полном нашем распоряжении. Вылетая на проверки, мы будем заодно прихватывать с собой с поверхности пару-тройку человек. За короткое время мы наберём необходимое количество людей и на их основе сделаем тех самых химер, о которых я уже вам сказал.

- Это же будут химеры! - робко возмутился 271828-й.

- Но в них хотя бы половина организма будет нашей! - парировал 666666-й. - В противном случае мы так и останемся машинами, гниющими в этом подземном «Египте^101. Нам нужно вырваться из «Египта»! Мы должны преодолеть черту! Мы заставим людей относиться к нам по-человечески! Придёт время, мы вздёрнем властелинов на их же собственных антеннах!..

* * *

Первые партии метисов серых с человеком стали массово появляться уже через месяц после завершения терраформирования Земли, то есть весной 1953-го года. Тогда эти первые отряды заняли Юго-Восточную Азию, уничтожив несколько миллионов белых людей, которые к тому времени были расселены на тех территориях. В истории этот геноцид запомнился под

названием «Корейская война» и закончился 27 июля 1953 года полной победой клонов.

А за день до этого все силы клонов были переброшены на противоположный фланг - в подбрюшье США. 26 июля 1953-го года группа серых клонов во главе с Фиделем Кастро начала свою долгую «революцию» на Кубе. В это же время в СССР серые клоны принялись активно препятствовать появлению у русского народа кибернетических устройств, способных справиться с биороботами, - вышел «Краткий философский словарь» под редакцией М. Розенталя и П. Юдина. В нём кибернетика настойчиво называлась лженаукой. И это звучало чудно на фоне того, что ЭВМ^102 уже были способны осуществлять машинный перевод^103. Клоны дико боялись того, что люди смогут расшифровать не только их язык, но и машинный код.

На полную подготовку процесса химеризации серым потребовалось всего пять лет, и уже начиная с 1957-го года^104 их летающие тарелки принялись

массово похищать людей 105в местах их традиционного расселения - Россия, Европа, США, Канада и некоторые другие страны. Переработанные в роботов похищенные люди выпускаются на волю в ЮгоВосточной Азии, в Африке и в Латинской Америке.

Естественно, например, в Китае похищений людей не

происходит^106 - за отсутствием людей.

Флот серых насчитывает 856 тарелок, которые обслуживают Землю и попутно похищают людей. Доставляя людей в подземные «Египты», серые производя химеризацию людей генами различных животных, растений и вирусов. Осуществляется массовое производство химерических клонов серых. На тех же мощностях лабораторий, где прежде выращивались только растения и животные, необходимые для поддержания стабильности биосферы Земли, теперь выращиваются клонированные химеры серых биороботов.

Они не рождались от матерей, как это происходит у человека. Они появляются в садках, отдалённо напоминающих инкубаторы для выращивания икры. Это обширные площади, засеянные рядами яиц. В таких инкубаторах происходит формирование организма клона, и по мере изготовления их высаживают на поверхность Земли - для адаптации и для последующей интеграции.

Между собой серые называют таких клонов «индиго»107, то есть «не человек», «противоположный человеку» или проще - «индеец», «индиец». Высадка клонов идёт по планете повсеместно. В результате этих процессов в Северной Америке стали появляться такие «индейцы». Обитатели этой страны с удивлением обнаруживали очень странных других людей и ничего не могли понять.

Белые обитатели США первоначально поселили появившихся из ниоткуда странных индейцев в резервации, дав им кров и простейшую социальную среду. А затем людская сердобольность, умело направляемая серыми в нужное русло, придумала индейцам миф о том, что они якобы являются коренным населением Америки. Потому и такие чудные - не сильно серые, но зато с миндалевидными глазами, как у самых настоящих серых.

Самые большие потоки клонов были высажены в Юго-Восточной Азии. Там в прежние времена никакой цивилизации не было (не считая уничтоженных серыми в Корейскую войну нескольких миллионов белых людей). Поэтому процесс введения клонов и наращивания их численности долгое время оставался незамеченным, пока население, полностью состоящее из клонов, не достигло численности нескольких миллиардов. А после этого стало уже поздно.

Один из самых больших отрядов серых химер второго уровня серые биороботы направили вспять по реке Времени. Этот отряд блуждал по её пустынным берегам сорок лет, пока, наконец, не высадился в 1917-м году, где, материализовавшись, затеял свою революцию и уничтожил большую часть цивилизованного белого человечества в России.

* * *

Адамиты, изрядно натерпевшись генетического насилия, решили сами уподобиться богу и продолжить насиловать генетику своих организмов уже самостоятельно. Появились те самые бесчисленные популяции клонов, и астрологические знания переместились к ним в индейские, китайские и европейские легенды.

Но точно так же, как битой была их генетика, такими же битыми были и сворованные знания.

Эти новые адамиты, называвшие себя туземцами^108, всё-таки помнили, что к ним спустились с севера белые боги и научили их всему. Гены потомков А’Да-Ма всё ещё транслировали сообщения о том удивительном эксперименте, когда властелины сделали из неандертальца весьма продвинутого биоробота.

* * *

Появление чего-либо и его исчезновение - обычная процедура, которую наблюдает каждый. Человек следует этому же алгоритму. Его название - «жизнь». Живёт облако, пока его структура поддерживается в неизменном виде. Живёт дерево, стрекоза, человек... Жизнь - это промежуток существования от начала формирования структуры до её распада. Здесь нет никакой метафизики. Здесь нет никакого сакрального смысла. Есть структура - есть время её жизни. Нет структуры - не о чем и говорить.

Но это лишь материальный аспект бытия. Есть ещё и управляющий. Кому удобней, назовите его духовным. Алгоритмы, которые осуществляют управление, никуда не исчезают вместе с распадающейся структурой. Если вы порвёте таблицу умножения, напечатанную на обложке тетради или на чём-либо ещё, это вовсе не значит, что алгоритм умножения исчезнет вместе с порванным вами листком.

Алгоритм гораздо бессмертнее - по отношению к материальному телу. Если вы оборвали струну и она больше не сможет звучать нотой ля, это вовсе не значит, что такая нота исчезла из нотного стана. Да, струна разорвалась, но нота осталась. Не существует силы, способной уничтожить ноту - ни одну из нот! Не существует силы, способной уничтожить свет.

Только в специфических пространствах могут исчезнуть те или иные характеристики бытия. Но в безграничном пространстве ничто невозможно уничтожить. Алгоритмы - неубиваемы. Язык, которым они написаны, можно убить. Но сами алгоритмы - нет: их можно записать новым языком. Забудем «арабские» цифры - будем писать и считать «римскими».

Поэтому алгоритм бессмертен: душа - бессмертна.

Но структуру алгоритма и структуру души можно изменять любым способом. Музыка - она манипулирует алгоритмами. Ноты - это элементарные алгоритмы, перебирая их и извлекая мелодию, мы перемешиваем алгоритмы элементарных нот и создаём из них более сложные алгоритмы музыкальных произведений. То же происходит с буквами, элементарными алгоритмами которых писатель слагает новый алгоритм под названием «текст».

Человек, дерево, звезда, планета - всё то же. Элементарные алгоритмы, которые мы привыкли называть «химическими веществами» и «законами природы», формируют эти объекты, подчиняя их структуры более сложным композициям, но состоящим из всё тех же элементарных алгоритмов.

* * *

Мы можем видеть себе подобных в своём мире, но мы не можем выбраться за его пределы. Представьте, как умирает существо, гораздо более высокоорганизованное, чем человек. Ему требуется могила, в которой тело этого существа разбирается на фрагменты. Из материальных частиц слагаются новые тела, но масштабом помельче. А из фрагментов управляющих алгоритмов для этих же мелких тел подбираются удобные «души».

Всё так и происходит. Когда вещество распадается на элементарные частицы, каждая из них продолжав; свою собственную жизнь, осуществляемую уже за пределами «умершего» вещества. Когда вода испаряется из озера, она продолжает жить в форме облака, а озеро - умирает.

Точно так, как существуют фрагменты по отношению к любому целому, обязательно существует и целое - для любых возможных фрагментов. И если такими фрагментами являются люди, животные, горы, моря, реки, океаны, то и из всего этого может быть сложен один единственный организм. Мы знаем его. Это - Земля.

Представьте человека, идущего по прямой и ровной дороге. Ничего особенного. Но если мы будем создавать на его пути спуски, подъёмы, лестницы, этажи, стены, двери, окна и многое другое, то из всего этого построим дом, в котором тот же самый человек сможет жить.

Аналогично - по прямому проводу незамысловато течёт электрический ток. Но стоит нам изменить структуру этого провода резисторами, транзисторами, диодами, конденсаторами, катушками и многим другим, мы j создадим для того же самого электрического тока схему, в которой он сможет стать сигналом - колебанием, сообщением, музыкой.

Нет никаких принципиальных различий - ни между проявлениями материи, ни между алгоритмами. И человек, и электрический ток, и любые другие структуры - всё проявляется в подобном и функционирует по подобным алгоритмам.

* * *

Переход из одного мира в другой всегда осуществляется через дверь или ворота. Город отделяют от внешнего мира городские ворота. Квартиру - дверь. Колодец - колода. Вот только вообразить Иной мир не всегда получалось. В прежние годы люди считали, что Иной мир, то есть Индия^109, находится под камнем или под горой. Этот камень называли Синим камнем и считали, что под ним расположен вход на Тот свет.

Иногда такой портал представляли в виде моста через специфическую реку. Иногда в виде арки, пирамиды, кургана, зиккурата, ступы. Всё это наглядно помогало человеку воплотить мыслительный образ в веществе - создать инсталляцию двух миров и границы между ними.

Один мир является Этим светом. В нём царствует богиня Жива и обитает живой человек. Другой мир является Тем светом. В нём царствует богиня Мара и пребывает умерший человек. Граница - это гроб, ковчег, арка, купол, курган, пирамида, зиккурат, обшивка корабля, граница атмосферы, вход в метро и много ещё самых разнообразных образов.

Главный из них - купол. Он накрывает то, что умерло, и отделяет его от того, что живо. Замкнутый образ купола - яйцо и живот матери. Не родившееся

существо находится в яйце или в животе - на Том

света, а затем оно, проходя границу, рождается в Этот

свет. Аналогичен космический полёт, при котором

человек находится на борту космического корабля,

а иногда он может покинуть его и выйти в Иной мир -

в открытый космос.

Алгоритмы одни и те же.

Это закон сохранения алго-

ритма: любой алгоритм суще-

ствует в неизменном виде, неза-

висимо ни от каких условий.

Если с алгоритмами, Тем

миром и Этим миром, всё

понятно, то всегда остаётся

непонятым вопрос о нахожде-

нии границы. Пролетая в

капсуле космического корабля

над курганом, мы можем

заметить и курицу, несущую яйца. Для каждой пары

мир-антимир - существует своя граница. Она всегда есть - между любыми соседними числами, цифрами, буквами, символами, стихиями, материями, полями, мыслями...

«Интересно, - подумала Юша.

Недавно мы были заперты в ковчеге под

названием "Алатырь", а теперь в нашем распоряжении целый мир под названием "Земля"!»

«Интересно, - подумал Кома Посоорву, наблюдая за этими размышлениями общего плана. - Получается, я заперт в пределах Вселенной? Это - мой мир. Если это так, то, значит, есть и другой мир! То есть, существует граница моего мира?»

Рис. 7. Рисунок Казани Э. Турнерелли 1839-го года.

В центре, на дальнем плане - пирамида, памятник погибшим воинам.

Мнимые сказки

- Хорошо. Давай теперь проверим насколько правдивы мои сказки? - заговорческим тоном произнёс Глате.

С равнодушным видом Викомп послушно завёл свой всезнающий маятник.

- Ни насколько. Они - отрицательны, - через' несколько секунд последовал его ответ.

- Что это значит? - удивился Глате.

Он был откровенно поражён тем, что какой-то маятник так негативно отнёсся к его творению, и в связи с этим отношение Глате к этому «прибору» в корне изменилось и стало резко отрицательным.

- Сказок нет. Их никогда не существовало, - продолжил Викомп, очевидно, пытаясь несколько смягчить свою первую реплику.

- Но ведь русские народные сказки есть!? - с некоторой долей неуверенности и надежды произнёс Глате.

Викомп внимательно посмотрел ему в глаза и, показывая всем видом, что он, безусловно, сожалеет, всё-таки констатировал:

- Есть. Но маятник показывает, что их нет.

В комнате повисла неудобная тишина. Только одна небольшая муха уверенно расхаживала вниз головой по мутному оконному стеклу, откровенно демонстрируя то, чего человек сделать не сможет. Оба спорщика смотрели на неё, как заворожённые.

- Я понял! - вдруг стукнул себя по лбу Глате и сорвался с места. - Сказки отражают не реальный, а потусторонний мир - мир выдумки, фантазий, грёз. То есть то, что в них и описано. Допустим, то, что Царевич прыгал в колодец, или Волк съел Красную Шапочку. Этого в реальности никогда не происходило. Оно всё

придумано! Сказки - это интеллектуальный продукт, продукт потустороннего мира. Страны грёз. Зазеркалья. Поэтому то, что для реальных событий является положительной стороной, для сказок является отрицатель- пой. Мира, который описан в сказках, нет и никогда не существовало. Маятник прав...

...Уже потом, когда вечером Глате топал домой по лёгкому ночному снежку, он понял: «Вот ведь действительно, я нахожусь сразу в двух мирах. В одном - реальном. В нём находимся все мы. А в другом - потустороннем. В нём живут сказочные герои и реально совершаются чудеса. Я и в этом, волшебном мире, свой, родной. Всё, что я описал в сказках, происходило со мной. Это я был Волком и Царевичем. Это я был Змеем Горынычем.......

...Будильник прозвенел, как всегда, неожиданно и противно. При свете утреннего солнца уверенность в своих выводах, сделанных в сновидениях, уже не была такой твёрдой. Надо же такое надумать, какой-то Змей...

Попытка медитации

Pop тщетно пытался прислушаться к своему внутреннему голосу. Несмотря на титанические усилия, кроме некоторой сонливости ничего в голову не лезло. Временами Возуу выходил из своего сомнамбулического состояния и механическим голосом спрашивал:

- Медитируешь?

Затем, не успев получить ответ, да и не особенно стремясь его получить, он снова «замерзал» и превращался в сомнамбулу.

После нескольких часов напряжения Рору надоела эта нелепая затея. Он автоматически стал искать, чем

бы ему занять по-прежнему функционирующий мозг - так, чтобы всё-таки попробовать его отключить. Pop понимал, нужно было на чём-то сосредоточиться - на чём-то таком, что было бы крайне статичным.

Pop покрутил головой. Стены не дали никакого материала для зацепок. Он принялся медленно всматриваться в дальние углы помещения. Pop подолгу задерживал свой взгляд на каждой подозрительной детали пытаясь зацепиться за её непроглядную статичность.

По левой стороне ему хватило этих упражнений на целый час. Pop медленно сморгнул и так же медленно перевёл глаза на правую часть помещения. Только он приготовился к очередному нудному сканированию как его привыкшее к полумраку зрение зацепилось за что-то. очень серое, почти слившееся с пристенным полумраком.

Pop напряг глаза, но ничего более детального увидеть не смог. Он ещё некоторое время промучился, а затем не выдержал и спросил:

- Возуу! Это что там у стены?

Ответа пришлось ждать долго. Но когда он всё же пришёл, Pop за секунды сжёг все с таким трудом сэкономленные удары сердца. Его «моторчик» стал колотиться так, что чуть не выпрыгнул из дохлой грудной клетки Рора.

- Бессердечник, - протянул Возуу.

Pop, конечно, слышал о таких ...людях. Он знал, что они существуют. Но сам никогда их не видел. Это случилось впервые...

Бессердечники - это ещё одна эволюционная ветвь людей, которые экономили удары сердца самым кардинальным образом. На самом деле, они ничего не экономили, а просто вынимали свои сердца из собственных тел. Они удаляли их хирургическим путём. После этого

либо на место крупных кровеносных сосудов ставили заглушки, либо сшивали сосуды напрямик. Первые назывались «глушёные». Вторые - «прямые».

Поскольку счётчик ударов сердца устанавливался непосредственно на само сердце, то у глушёных такая установка попросту исключалась. То есть, вырезая своё сердце, они самым прямым и непосредственным образом избегали государственного контроля и таким поведением препятствовали сбору сердечного налога. За что бессердечники и были объявлены вне закона.

- У него действительно нет сердца? - поинтересовался Pop у медитирующего Возуу.

- Нет, - медленно протянул Возуу.

- Вообще нет? - ещё больше удивился Pop.

- Есть, - ответил Возуу.

Естественно, без сердца человек жить не мог. Поэтому, удалив центральное, то есть природное, настоящее сердце, бессердечники поступали хитрым образом. Они устанавливали несколько миниатюрных биомеханических сердец в крупные сосуды, и дополнительно к этому стали развивать природную способность сосудов к проталкиванию крови.

Постепенно в таких сосудах образовались свои квазисердца. Это были маленькие «моторчики». Но их было много. Таких бессердечников стали называть червями. У них совокупное множественное сердце работало так же, как у червя.

Pop ещё сильней напряг зрение и увидел, что там, где сосуды проступают сквозь кожу, они медленно шевелятся.

- Червь?! - удивился Pop.

- Да, - бесцветно ответил Возуу.

- Первый раз вижу такое.

Внутри кристалла Вселенной

Вот уже несколько дней академик Адамов был вне себя от счастья. Его догадка о том, что внутри Земли существует некий магический кристалл, не давала ему покоя и накачивала тело избыточными дозами эндорфинов. Иногда нахлынувшее блаженство застилало зрение, и академик несколько мгновений был буквально слеп от счастья.

Система слежения отфильтровала эту догадку земного существа и сообщила её на «Алатырь». Юша решила размять крылья и слетать - побеседовать с существами, которые оказались столь настойчивы в своих поисках знания о конструкции мира. Она прилетела в кабинет к академику, включила его генетическую память, идущую ещё от первого А’Да-Ма, и Адамов, впав в лёгкое полубессознательное состояние, стал пригоден для ведения беседы.

- Мы действительно находимся внутри кристалла, вместо приветствия произнесла Юша.

- Но какой этот кристалл? - встретил её вопросом Адамов.

- Вы же сами и догадались - вакуумный, - пожала плечами Юша.

- Но давай рассмотрим ситуацию с другой стороны, деловито принялся дискутировать академик. - Допустим, что это не вакуум, а какое-то другое, скажем так, вещество? Или другая субстанция!

Юша удивилась. Она была заинтригована тем, что этого потомка А’Да-Ма совершенно не трогало то, что перед ним девушка с крыльями, а всё, что его интересовало, только какой-то всем известный кристалл. Юша присела на краешек стула и решила потратить на это существо ещё немного времени.

- Какая субстанция? - ответила она. - Вами открыто пять состояний вещества. Напомню их. Первое - вакуум, второе - твёрдое тело. Третье - жидкость. Четвёртое - газ. И пятое - плазма. А границы - вакуум и плазма - стыкуются своими краевыми зонами. И то, и другое - это состояние вещества, когда в нём присутствуют только элементарные частицы. То есть, нет атомов.

- Но плазма не создаёт кристаллы, - куце запротестовал Адамов.

Теперь он заметил, что девушка, сидящая перед ним, не совсем... правильная что ли. Адамов никак не мог понять зачем она напялила на себя нелепую одежду с какими-то крыльями? Обдумывая возможные объяснения этому, он предположил, что «у молодёжи сегодня очень странная мода».

- Почему же? - улыбнулась Юша в ответ на такие мысленные объяснения академика насчёт её крыльев. - Есть плазменные кристаллы. Вы же сами их уже и научились получать. В космосе.

- Вот и вы опять про космос, - как-то почти прохныкал Адамов.

Круто изменившийся тон академика удивил Юшу. Она не понимала почему упоминание космоса так резко переключило состояние собеседника.

- Туда никто не летал! - тем временем ответил он. Выше ста, ну, может быть, двухсот километров никто никогда не поднимался!

- Пускай будет так.... - ответила Юша, а сама задумалась: - «Почему этот человек так уверен в том, что полётов в космосе не существует? Если это допустить, то тогда совершенно непонятно как сюда прилетел... попал наш корабль - "Алатырь"?»

Юша решила, что исследует этот вопрос чуть позже.

- Вопрос не в этом, - продолжила она беседу. - Вопрос в том, каким может быть шестое состояние вещества. То, из которого может быть сделан кристалл, в котором находимся мы?

Из какого? - заинтересованность снова вернулась к академику, и он начал набрасывать возможные варианты: - Ну, а если мы, допустим, не зная принципа работы телевизора, подойдём к монитору и увидим на нём изображения живых существ. Как мы воспримем это? Ведь, заглянув за монитор, мы не увидим ничего. Вся картинка умещается в тонком пласте электронной матрицы.

-

- Но это не отменяет того, что для создания картинки нужно какое-то вещество, - поддержала его Юша. - Ведь нельзя создать кристалл из того, чего нет.

- Допустим. Допустим, я поверю в то, что скоро

откроют шестое состояние вещества, - нервно затараторил академик. - Но какое оно?

- Давайте представим.

- Ну... Не знаю... Логика показывает мне, что кри

сталл этот сделан из чего-то не очень сложного. Простого. Простого вещества.

- Какого?

- Ну, самого простого.

Обычного.

- Может быть, никеля? -

подсказала Юша.

- Логика показывает, что

почти да, - деловито согласился

Адамов.

- Может быть, железно-

никелевого сплава?

- Вот! - крикнул академик.

Точно! Логика показывает, что - да! Потому что именно его созданием заканчиваются реакции протон- протонного цикла.

Юша без улыбки смотрела на академика. Она наблюдала за тем, как его захватила идея поиска и что она с ним вытворяла.

- Хм, - произнёс академик. - Ну, тогда ситуация проясняется. И она состоит вот в чём. Железно-никелевый сплав появляется только в одном процессе - в процессе формирования сверхновой звезды. Причём, интересно то, что процесс формирования звёздного вещества всегда заканчивается этим сплавом.

- Почему? - почти лениво протянула Юша и только для того, чтобы поддержать надоевший ей разговор, - пока не понятно для чего.

- Потому что более сложные элементы получаются нестабильными и начинают распадаться, а железно- никелевый сплав является пределом развития структуры и максимумом стабильности, - чётко объяснил Адамов.

Он победно смотрел на Юшу и всем своим видом выпрашивал у неё очередной вопрос. Девушка поняла это и произнесла первое, что пришло ей на ум:

- И как же это устроено?

- Любая мощная звезда обязательно достигает стадии сверхновой, - принялся тараторить Адамов. - А сверхновая - это железно-никелевый шар, наполненный нейтронной жидкостью. Вот в ней мы и находимся. Эта жидкость остывает за счёт нейтринного охлаждения и кристаллизуется. Так получается внутри железно-никелевой корки кристалл. ׳

Юша приятно удивилась оттого, что человек смог логически придти к заключению о том, что именно находится внутри Земли. Поскольку Юша уже была

внутри планеты, она знала, что там, в недрах, действительно протекает Молочная река. Она получила своё название совсем не по молоку, а потому, что состоит она из молочно-белой субстанции свободных нейтронов. Именно из этой субстанции формируются все остальные твёрдые, жидкие и газообразные вещества Земли.

- Может, несколько кристаллов? - задала она очередной вопрос.

- Да! - уцепился академик. - Как в случае с ростом кристаллов соли.

- Вот это уже ближе к истине! - ещё раз приятна удивилась Юша и решила чуть изменить ход течения беседы очередным намёком: - А что же тогда, по-вашему, Солнце?

- Ну, во-первых, железно-никелевая оболочка - это металлический шар, - медленно начал разгоняться Адамов. - Он светится от той температуры, при которой находится. И этот шар всё ещё является звездой. Это та самая звезда, которую мы называем сверхновой.

Адамов прервал ход своих мыслей, потому что понял, что они ведут куда-то в очень смелое пространство. Он пока не был готов к этому. Ему требовалось хотя бы несколько секунд.

- Но тогда мы в солнце! - не стала останавливаться Юша. - Поэтому Вселенная называется так, потому что мы «в Солнце»!

- В принципе, получается именно так, - туповато пробубнил Адамов; он понял, что корень ВСЛН один и тот же и у слова «вселенная», и у слова «в солнце», но...

- А что же тогда мы видим в качестве солнца, которое светит?

- Свет - это аккумуляция свечения металлической оболочки, - неуверенно предположил академик. - Она

испускает свой температурный свет, который фокусируется в некоторой точке пространства и представляется нам Солнцем.

- То есть свет испускается звездой, которая находится внутри Земли, и уже в атмосфере он фокусируется в виде Солнца? - спросила Юша, в виде вопроса сделав за академика правильный вывод.

- Да, - согласился он. - Но логика показывает, что нас создали как аквариум. Поэтому во многих местах земли существуют горы с ходами, закрытыми дверьми. И эти двери невозможно открыть.

Перескок мысли академика оказался для Юши неожиданным. Она с удивлением уставилась на него, пытаясь понять, что именно толкнуло его в эту сторону?

- Я знаю. Такие двери есть даже у нас, - продолжил Адамов. - Например, в Сарове. Там в городе стоит стена горы, а в ней - дверь. Входишь в эту дверь и оказываешься в подземном городе. В Сарове больше семи этажей вниз. А на самом нижнем этаже сделаны огромные залы. Учёные говорят, что этот город выкопали монахи. Я там был...

- Нет. Не монахи. Куда им! - задумчиво и опрометчиво произнесла Юша, вспоминая, как им приходилось создавать эту базу по производству клонов.

- Не монахи. - согласился Адамов, внимательно наблюдая за Юшей. - Такой же вход под землю есть близ города Наровчат. Там есть небольшая гора. На ней - церковь. А под церковью стена горы. В ней - дверь. И она ведёт в подземный город. Его глубина, куда пускают туристов, - пять этажей, а остальные ещё не реставрированы. И этот город якобы тоже отрыли монахи. Я там тоже был. И это сделали не монахи.

Адамов смотрел на Юшу в упор. Он не понимал, кто эта девушка, почему он с ней ведёт беседы на подобные темы, а самое главное, он просто был в панике о того, что видел у девушки настоящие крылья.

Юша, перехватив взгляд, поняла, что, пока она предавалась воспоминания о базах в Сарове и Наровчате, перестала контролировать разум Адамова, вот он и очнулся. Девушка снова взяла его под контроль, и академик успокоился.

- Логика показывает, что всего пятьсот лет тому назад на Земле была водная среда, - сказал он, позабыв о своих недавних подозрениях. - А двести пятьдесят лет тому назад воду слили и запустили воздух, а нас сюда выбросили то ли на размножение, то ли как преступников.

Юша в очередной раз удивилась догадливости этого существа. Она сама только недавно занималась терраформированием этой планеты. Как Адамов догадался? Она усилила контроль его мозга и обошла вокруг застывшего теперь академика, разглядывая его как некий экспонат.

- Может быть... - произнесла она слышащему, но не способному отвечать Адамову. - Вполне.

Смутная догадка родилась где-то далеко в её воображении. Сначала она мелькнула, как искра. Затем стала помаленьку разгораться. И, наконец, проявилась в полной мере.

- Но ведь если учесть, что мы внутри металлической оболочки, - произнесла она вслух, скорее для самой себя, - то почему её нельзя признать обшивкой корабля?

Юша остановилась. Она вдруг всё поняла.

- И Земля в этом корабле - всего лишь один из его отсеков, куда время от времени сбрасывают преступников и дегенератов^110. А мы их отловили и сделали из них людей и серых роботов... Это что, программа перевоспитания?

Альтернативность Рамы

- Есть вопрос. И вопрос этот вот в чём, - обратился к экипажу командир Волос. - Для того чтобы мы могли оформить своё земное состояние, причём, живя без корфандров, а будучи интегрированы в биосферу планеты, мы должны уничтожить свои сегодняшние змееподобные физические тела. Можем взять только интеллект и перенести его на новую физическую, или телесную, матрицу.

- Я, как хранитель чистоты нашей расы, - произнёс в ответ генетик и хранитель основ Ладон, - не могу полностью приветствовать решение командира. Хотя у меня нет полномочий оспаривать его. Поэтому я просто вношу предложение. Предлагаю разделить этот эксперимент. Пусть основная часть нашего экипажа будет задействована в эксперименте командира Волоса. А я с небольшой группой хранителей останусь на корабле до самого своего конца - покуда по любым причинам не произойдёт что-нибудь конечное с нашей группой. Для основной группы мы навсегда останемся донорами чистого материала. Он всё равно будет вам нужен.

- Я поддерживаю Ладона, - отреагировал генетик Ра. - Нет абсолютно никакой уверенности в том, что

все эксперименты по генетической модификации пройдут успешно. Велика вероятность того, что часть экспериментов окажется неудачной, и тогда нам потребуется свежий генетический материал. В этом случае лучшего «инкубатора», чем «Алатырь», нам не придумать.

- Пусть будет так, - согласился командир Волос. - И давайте приступим к опытам. Но сначала ещё одна позиция предохранения. Сва, хоть мы и будем проводить эксперимент предельно осторожно, ты всё-таки сформируй параллельно альтернативную реальность. Сделай её на Раме^111. Ведь мы должны посмотреть и другие варианты развития событий, связанных с нашим будущим.

* * *

Всего один налог привёл к тому, что всё население Рамы подверглось дивергенции и деградации. После осознания этого прежнее название жителей Рамы было стёрто из всех учебников и всех упоминаний - чтобы не ставить никого из ныне живущих в неудобное положение и не оказывать на них никакого психологического давления. В гражданский обиход был введён средний термин - дивердеги. Он означал «(подвергшиеся) дивергенции и деградации».

Переход от нормального состояния к состоянию дивердегизации произошёл в силу того, что метод контроля пульса и ударов сердца, сначала осуществлявшийся сугубо механическим путём, вскоре оказался заменён более «гуманным» и «природным» - генетическим алгоритмом. А этот по каким-то, толком так и не поня-

тым, причинам закрепился и в геноме, и в психике. Он-то и стал причиной дивергенции видов.

На Раме осталась совсем небольшая горстка натуральных рамеев - их назвали натуралы, или просто наты. Они изо всех сил пытались сохранить свой вид как настоящий биологический вид Рамы. И сначала им это удавалось. Конкурировать с дивердегами становилось с каждым днём всё сложнее, но наты перешли к натуральному хозяйству, которое их долгое время и выручало.

Со временем сельские общины натов разрослись и окрепли. Дети в них рождались здоровыми и красивыми. Их души были чисты, а помыслы великолепны.

Тем временем дивердеги стремительно менялись. У них трансформировались тела, которые стали хилыми и тощими, конечности деформировались, кожа потускнела и потемнела, линии лица деформировались: у некоторых появились выступающие челюсти, у других - выступающие скулы, а у третьих над глазами выкатился костяной валик.

Тем не менее, путём массированной пропаганды дивердеги создали моду на такую конституцию тела, и с этих позиций они стали казаться даже гармоничными и даже привлекательными. Если раньше рамеи, вдруг по какой-то причине рождавшиеся с такой конструкцией тела, назывались худыми^112, то в среде дивердегов в моду вошли «изумительные» патологии, «пикантные» деформации, «особенные» нарушения функций организма и прочая гадость.

Параллельно с этим натуралы стали подвергаться жесточайшему прессингу. Сначала они «выпали» из

моды. Генетическим уродам, которых к тому времени^1 уже было большинство, стало казаться, что именно наты являются мутантами, а их красота является] уродством.

К народным гонениям добавилась и реакция со стороны правительства Рамы. Его ряды заполонили дивердеги, которые не преминули воспользоваться политическим моментом и развязали войну законов, направленную против натуралов. Этот шабаш лёг на благодатную почву коррупции, которая расцвела с такой скоростью, что за самый короткий срок правительственные дивердеги вместо того, чтобы хотя бы пытаться скрыть свои незаконные «заработки», устраивали парад безработных жён, которые соревновались своими богатствами и своими модными уродствами.

Дивердеги были готовы на всё, лишь бы получит возможность продлить ресурс своей жизни на один- другой удар сердца. Интересным было и то, что некоторым дивердегам - червям - вовсе не нужны были эти лишние удары. Но всеобщая мода на более вычурное попирание закона толкала и их на тропу общеправительственного разврата.

В такой системе натуралам шансов выжить практически не осталось, а последним ударом по их популяции стал закон, напрямую запрещающий существование натуральных рамеев.

Чтобы быстрей искоренить здоровых людей, правительство решило в прямом смысле их добить. Был принят закон, разрешающий дивердегам насиловать, бить и убивать натуралов. Правда, в законе присутствовала такая формулировка: «Если последние нападут на первых». Но негласное разъяснение говорило, что за эти убийства дивердегов никто судить не будет, а

напротив, они получат всемерную поддержку правительства.

Спецслужбы Рамы бездействовали и никак не реагировали на преступления дивердегов. А эти выгоняли натуралов из домов, под разными предлогами затевали ссоры, в ходе которых налетали толпой и убивали - «защищаясь». Самым распространённым предлогом стало «оскорбление».

Заселение Земли

Согласно первоначальному плану нужно было отобрать некоторое количество диких особей, обитающих в окружающих «Алатырь» лесах. Выбрать из них тех, у которых наследственность была не сильно «бита», то есть геном находился в более или менее нормальном состоянии. А потом уже на отобранных образцах предполагалось проводить опыты по пересадке интеллекта властелинов.

- Необходимо убедиться, что на планете самые генетически и эволюционно продвинутые местные особи обитают в окрестностях «Алатыря», - обратился командир Волос к Юше. - Проверь ещё раз тщательно все районы и доложи: может, есть ещё более подходящие образцы?

Поймать местных особей не составляло никакого груда. Их можно было просто заманить на «Алатырь». Особи почему-то считали, что властелины с ними чуть ли не родственники, и поэтому большинство аборигенов не боялись властелинов, они охотно шли на контакт и спокойно поддавались всяческим убеждениям.

- Проверила ещё раз, - вернулась с докладом Юша. Проверила очень тщательно. В сторону полуденного

Солнца^113 интеллект местных особей значительно падает. И на присоединённом континенте практически совсем сходит на нет.

- Простите, вмешаюсь, - подключилась Матерь Сва. - Я запустила программу формирования местный названий. И поскольку она стартовала, предлагаю поименовать тот континент, о котором говорит Юша, термином, образованным от данного ей определения «присоединённый», то есть Африка.

- Видимо, твоя программа формирования названий сработает, ибо я вижу, что этот континент в будущем так и будут называть, - подтвердила Мокошь. - И что удивительно, многие наши названия приживутся, а население этой планеты так и не будет знать, каким образом появились эти названия и что именно они обозначают.

- Ладно, принято, - согласился командир Волос, - в этом нет ничего удивительного, ведь никто из них не будет знать языка властелинов. Поэтому нужно ещё раз подумать, правильно ли мы делаем, что формируем названия на этой планете исходя из нашего языка?

Молчаливая пауза, повисшая в помещении, провисела недолго.

- И ещё, все названия, которые мы сейчас формируем, сразу же прошиваются в сознания всех членов экипажа. Так что с момента получения имени его уже знает и помнит каждый из нас, - добавила Сва.

- Юша, продолжай, - предложил Волос.

- В Африке интеллект местных аборигенов примерно на две эволюционных стадии ниже, чем у тех, кто живёт в окрестностях «Алатыря». А в той стороне на-

шего континента, где восходит Солнце, ситуация ещё хуже. Там отставание идёт на три эволюционные стадии. В некоторых районах я нашла такие уникальные особи, которые ростом почти в два раза ниже местных и отстоят от них на четыре-пять эволюционных стадий развития вниз. На периферийной, стороне Земли есть ещё два континента и один в сторону почти полуденного Солнца, но они не населены.

- Понятно, - ответил командир Волос. - Выбирать нам есть из чего. Но берём только местных. Насколько я понял, здесь обитает два вида?

- Да, в общем-то, нет, - ответил Ладон. - Есть небольшие различия в генах, но вид один. Особи холодных областей немного крупнее и более здоровы, а также у них сильнее развит мозг. Это всё влияние климата, периодически сменяющегося от мороза до жары.

Выбрать генетически здоровых особей не представляло особого труда. Нужно было отыскать хотя бы одну. Убедиться, что все гены в её организме находятся в нормальном состоянии, улучшить те из них, которые окажутся всё-таки «битыми». А потом клонировать столько уже полностью здоровых особей, сколько нужно для выполнения поставленной задачи.

* * *

Бортовой интеллект Матерь Сва напомнила:

- Процедура интеграции требует изучения будущих последствий пересадки интеллекта в образцы местных особей.

- Если у нас нет выбора, то насколько она необходима? - спросил командир Волос, обращаясь к судье.

- Эта норма чётко прописана в судовом Законе, - ответила Седунь. - Она должна быть исполнена полностью.

- Хорошо, - нехотя согласился Волос и, обращаясь к Мокоши, сказал: - Мокоша, ты можешь приступать к сканированию будущего. Нас интересуют все наиболее важные последствия, вызванные слиянием интеллекта! нашей расы с физическими телами туземных особей.

Мокошь подняла обе рука к небу. На секунду! пропала. Потом вернулась, осталась в полупрозрачной фазе и стала говорить:

- После долгих попыток нам удастся пересадит наш интеллект в наиболее подходящее тело. Никаких проблем с местным населением не будет. Однако могут возникнуть ситуации непонимания, связанные с неудачными попытками клонирования. Нужно будет найти средство, которое ограждало бы наш мир от мира ошибок. Это средство будет найдено. Оно проработаем долго. Очень долго. Но потом о нём забудут. Контакт между ошибочными особями и правильными станет тесным и настолько, что в некоторых случаях дело дойдёт до условного равенства и возможного слияния. С этого момента будущее разветвляется на столько возможных вариантов, что мне потребуется много времени для их изучения. Если это необходимо, то я прямо сейчас и приступаю?..

- Пока воздержимся от дальнейшего изучения, - возразил Волос, смотря на Седунь. Та промолчала в знак согласия и в знак соответствия решения Волоса закону «Алатыря».

Рождение людей

Любой процесс мысленного моделирования подразумевает диалог внутренних систем. Любая пара деталей всегда находится в процессе спаривания, в ко

тором одна деталь является «мальчиком», другая - «девочкой». Терминов сколько угодно: «папа - мама», «донор - реципиент», «передатчик - приёмник», «вилка розетка» и так далее. Смысл всегда один и тот же: есть первый шаг и есть второй, который всегда идёт после первого и принимает от первого эстафету своего существования.

К этому же процессу относится пара «рождение мысли - размышление над ней». Любая даже самая взбалмошная мысль запускала процесс мышления. Начинали крутиться какие-то колёсики, стартовало время, начинали заполняться кластеры памяти, и всё оживало.

После пробуждения «Алатыря» Кома Посоорву решил впервые подискутировать с собой по этому поводу.

«Я постоянно мню о том, что мысли - тот же материал. Они рождают целый мир и планетарную модель».

«Что прежде было? До Начал?»

«Метутся волны, и они несут не воды, а слова. И в каждом слове - мысль моя. Она слагает океан. И души в нём уже живут. Они - незримы, как слова. И человек не видит их. И душ так мало - можно счесть».

«Как оказались на Земле?»

«Для душ Земля - почти тюрьма».

«Как появился человек?»

«Томились души в той тюрьме. Затем, свободы захотев, решили думать, как сбежать из стен бессмыслен- пой тюрьмы. Нашёлся транспорт для души! И этот транспорт - человек».

«Решили сразу тот вопрос?»

«Конечно, нет. Устройство душ не позволяло им сбежать. И души стали создавать для жизни плотные тела. Сначала просто ДНК. Потом простейший орга-

низм. Затем - биота, человек. И все живые существа - скафандры душам для житья».

«А человек? И он - прибор?»

«Он - тот итог, итог для душ. Удачный транспорт. Или так: он, словно стадия, рубеж, который надо перейти. Как кокон куколки простой. Для гусеницы новый шаг. А после кокон надоест, и выше бабочка взлетит. Людское тело - кокон тот. В нём червь до бабочки растёт. Душа в нём зреет и живёт до срока зрелости своей».

«А что последует за тем?»

«Затем для тела будет смерть. Оно, как кокон, отпадёт. Душа, как бабочка, слетит. А человек совсем умрёт».

«Куда та бабочка слетит?»

«Часть душ проследует наверх. Там расположены миры. Они ины, там всё ино. Другой природы вещество. С другими свойствами среда. И в тех мирах продолжат путь и трансформацию свою те души, что уйдут наверх. Но часть из них слетится вниз. Под землю, к самой глубине».

«И это плохо?»

«Не совсем. Скорее, минус, а не плюс. Обычный спаренный заряд. Для душ, стремящихся наверх, их путь отметим мы как плюс. Для душ, проследующих вниз, всё то же минус, а не плюс. Двоичность - свойство всех программ. Природа - лишь одна из них».

«Кто тот великий программист?»

«Им я себя хотел назвать. Но ведь и я, Вселенский Бог, по сути, просто алгоритм. И я - число. И я - червяк. И я свой кокон тщетно жду. Чтоб стать той бабочкой, взлететь и мир снаружи рассмотреть. Кто Главный Бог? Не знаю я. Я - Бог себе, своим мечтам и мыслям в

этой голове. А кто раздумывает мной?.. Мне, Богу, он - бесспорный Бог!»

Кома Посоорву мысленно постучал себя по образу представленной головы. Всегда, когда внутренний диалог системы доходил до этого уровня, он впадал в депрессию.

Наблюдая за своими мыслями, Кома Посоорву воплощал их то в виде людей, то в виде животных, то в виде скал, океанов, туч, облаков, планет, звёзд... Его фантазии не было предела!..

Не было ли? Или просто он не знал того, что существует там, за пределом? И он. Вселенский Бог, не мог этого представить. Не мог сформировать даже в своих всемогущих мыслях образ того, что ему было не ведомо.114

Поэтому, давя мнимым пальцем реальных людей, Кома Посоорву понимал, что и он находится под угрозой быть раздавленным таким же пальцем, только гораздо более мощного пошиба.

Писание дивердегов

Стоит признаться, на вид дивердеги были реально страшными. Из-за обилия негативных мутаций одни из них превратились в подобие ящериц, другие - в подобие червей, третьи - в самые настоящие полумашины, четвёртые - вообще непонятно во что. Оказываясь вместе на каком-нибудь сборище, дивердеги представляли собой подобие свалки отбракованных при производстве чучел.

Но все они взывали к непременной толерантности и убеждали всё сообщество Рамы в том, что дивердеги тоже рамеи и с натуральными рамеями они равны во всех правах. Вслед за правительством Рамы и всё её сообщество стало считать натуралов недорамеями - в смысле «недочеловеками».

Местные средства массовой информации, принадлежащие исключительно дивердегам, развернули беспрецедентную травлю натуралов. Правительство на эти оскорбления внимания не обращало, молчаливо подбрасывая дрова безнаказанности в костёр всё увеличивающего количества преступлений.

А дивердеговская пропаганда тем временем пробила огромную брешь и в сознании самих натуралов. Натуральные женщины стали скрещиваться с дивердегами. Идя на это, они мечтали о том, что такой союз принесёт им спокойную и достойную жизнь, а модифицированный дивердег не только сможет обеспечить в обществе мутантов их, женский, статус, но и подарит незабываемые сексуальные наслаждения своим генно- модифицированным или даже полностью механическим «инструментом».

Для большего воздействия на массы натуралов правительство Рамы даже выпустило увлекательный фильм «Сердце собаки»115. В нём натуральная девушка стала женой очеловеченной собаки, и они жили счастливо, наплодили много малышей, которые на экране весело помахивали тощими хвостиками и на камеру забавно обнажали молочные клыки.

Но эта пропаганды была нужна только для уничтожения натуралов, а главари дивердегов с самого начала знали, что такого скрещивания в их кланах никогда не случится. Они воспитывали своих детёнышей на священных текстах писания под названием «А'Ро-Т» и натаскивали их на откровенное притеснение или даже на прямое убийство натуралов. Что и происходило на всей территории Рамы.

Люди и человеки

Первую особь и ловить не потребовалось. А’Да-М сам пришёл, ведомый бесконечным любопытством. На удивление его геном после процедуры обязательных проверок оказался практически нормальным. То есть не содержал «битых» кластеров. Хотя всё же несколько триллионов нуклеотидов^116 нужно было поправить: часть удалить, часть поменять местами, а некоторые заменить или дублировать.

Узнав, что с ним сотворили, А’Да-М выругался бы - если бы знал как это делается. Но вместо этого, когда он открыл глаза и увидел в комнате непривычно яркий свет, А’Да-М подумал: «Поесть бы».

- По-моему, он хочет получить еду, - первой отозвалась Земун. - Вон как лапками загребает.

- Не «лапками», а руками, - возразила Юша. - Мне вообще эти местные очень симпатичны. Такие ...вёрткие, живые что ли.

- Я правильно тебя понимаю, Юша, что ты не против взять опекунство над первой волной людей? - поинтересовался Ладон. - Если ты не против, то пусть этот самый первый местный род людей будет называться твоим именем?

- Я не против. Я - «за», - ответила Юша. - Почему ты их называешь людьми?

- Это специальный термин. Его применяют на Власти уже давно. Он подходит к обозначению такого процесса или объекта, в котором некую внутреннюю его исходную не очень качественную часть покрывают чем-либо значительно более ценным. Процесс называется «лудить», а продукты лужения - Людь или люди, - пояснил Ладон.

- Мокошь, вопрос к тебе, - поинтересовалась Юша. - Если мы сейчас назовём самый первый вариант гибридов наших генов с местными особями людьми, то приживётся ли этот термин?

- Сейчас сложилась уникальная ситуация: почти все названия, которые мы дадим, останутся в веках, - ответила Мокошь. - Почему? А потому что до нас здесь не было никаких названий. Если и есть какие-то местные, то в центре цивилизации они почти не сохранятся. Останутся в туземной Африке и на других диких территориях. Так что ты, Юша, можешь смело называть свой род, первый род на этой планете, людьми - в будущем так и будет. И ты удивишься, но, когда языков на планете станет много, то в некоторых из них сохранится то, что ты назвала людьми именно потомков А’Да-Ма.

- А’Да-Ма? Это как? - удивилась Юша.

- А вот, например. Будут такие люди - азербайджанцы. На своём языке они будут называть людей словом «адамлар». Ещё будут карачаевцы и черкесы. Они

тоже для обозначения людей будут использовать слово «адамла». Народов и языков будет много, И такое слово закрепится в грузинском, удмуртском, казахском, балкарском, киргизском, крымско-татарском, узбекском и многих других языках. А главное, твоё слово «гибриды», которым ты назвала первую линию смесей местных іуземцев и нашего генома, тоже останется за ними навсегда - в разных вариантах и искажениях: гибриды^117, иберийцы, иверы, евреи, арабы и так далее.

- Интересно, - отозвалась Земун. - Я тоже хочу, чтобы моим именем назывался какой-нибудь род или народ.

- Не тебе беспокоиться! Будет твой род. И будет он называться твоим именем, - улыбнулась Мокошь. - Будут такие языки - алиярский и литовский. На них людей будут называть твоим именем - земуны.

- И всё? - удивилась Земун.

- Нет. Не всё! - снова улыбнулась Мокошь. - Вообще всё население этой планеты будет себя называть твоим именем - земляне^118! Помнишь, как мы планету назвали? Забыла? Земля!

- Так, погодите. Что-то я запуталась, - заявила Юша. - Это столько будет названий у наших потомков?

- Сколько будет родов, столько будет и названий, - ответила Мокошь. - И это зависит от вас. Вы будете выпускать из лаборатории всё новых и новых гибридов,

пока не добьётесь цели. И все ваши выпущенные «старые» гибриды, пока вы будете заниматься новыми исканиями, будут продолжать плодиться и размножаться.

- А названия обязательно им давать?

- Юша, ну, сама подумай, не под номерами же их выпускать! Кстати, под номерами мы и так производим серых биороботов, которые поддерживают биосферу Земли. Но они не в счёт. Они - не люди, - произнесла Мокошь, а затем её тон изменился, и она добавила: - Да, и ещё. Давно уже хотела сказать вам. В будущем серые выпустили какое-то облако, которое затмевает обзор. Я никак не пойму, чем для нас...

- Мокошь, не отвлекайся! - нетерпеливо оборвала её Юша.

- А... Да... Так вот... Раз уж мы начали называть людей по родоначальнику, то давай первых гибридов твоим именем и назовём - юши^119. Я смотрю в будущее и вижу, что так правильно. А род твой будет многочисленным и сохранит твоё имя - ашкенази.

- А вот, кстати, интересно, - с любопытством подхватила Юша. - Ты смотришь в будущее, значит, видишь его. А значит, можешь ответить и на вопрос: добьёмся ли мы своей цели и как будет называться то, что получится в результате достижения этой цели?

- Ты о создании существ? Конечно, добьёмся! - уверенно ответила Мокошь. - Будет много родов и народов. Но то существо, которое станет окончательным результатом наших опытов, даст сильное потомство - это будет человек^120.

ГЛАВА 3. НОВЫЙ ВЛАСТИТЕЛЬ

Возрождение Орпа

В 2014-м году Орп^121 преодолел рубеж трёх четвёрок. Он впервые сложил их как «4» и «8». Символы взыграли к силам прямого управления, и Орп родился заново. Будучи натом, Орп был представлен совету старцев. Никакого обряда не было. Просто состоялось медленное ведение в рамическое знание. Оно заняло ровно год. После этого Орп получил крылья и посох.

- Ты стал мудрым, Орп, - медленно произнёс старец Исимоки^122. - Вот твой посох. Ты вспашешь им потрескавшееся поле Рамы, как это предначертано!

Исимоки протянул замысловатый жезл Орпу, чуть не додал и разжал пальцы. Посох на секунду завис в пространстве, а затем медленно и уверенно двинулся в сторону Орпа. Тот раскрыл ладонь, и посох уверенно и твёрдо улёгся в неё.

- Ты стал мудрым, Орп, - произнесла старица Консупори^123. - Вот твои крылья. Ты вознесёшься ими над иссохшим полем Рамы, как это предначертано!

Консупори отпустила крылья. Они сделали несколько широких взмахов, облетели Орпа сзади и мощным толчком вонзили свои корни в спину мужчины. Устояв на ногах и дождавшись, пока установились

новые нервные связи, Орп, уже по-хозяйски, и сам сделал несколько мощных взмахов, легко приподнявшись над полом небольшого помещения.

В ту же секунду крылья сделались невидимыми, оставив Орпу способность летать, и посох тоже исчез из вида, вооружив владельца мощнейшей силой.

* * *

Когда Орп родился, провидица Цагала выла три дня. Окрестные шакалы попрятались в свои сырые норы, чтобы переждать её невозможный гнев. Никто не решался к ней даже сунуть нос: на судороги провидицы смотрели молча и издалека.

На четвёртый день она упала в растоптанную босыми ногами пыль, долго всматривалась в неё, как будто это была морская вода, а затем, словно отыскав какой- то ответ, прошипела:

- Ты, правитель Цагала, будешь осмеян крылатым и пошиблен им палкой, если не сделаешь такого раньше. Он родился. У тебя в распоряжении есть всего две четвёрки дней.

После этого провидица умолкла, отправилась в своё жилище, где вскорости и испустила дух.

Правитель Цагала зло ухмыльнулся. Он, по обычаю, плюнул на её распростёртое тело. Но его улыбка уже омрачилась тем страшным сообщением. Правитель не стал сомневаться в словах провидицы и не стал их проверять собственной жизнью.

Он приказал уничтожить всех детей, родившихся в ближайшие восемь дней, и всех детей, родившихся в последующие семь дней.

Но его каббала оказалась ложной.

Первый людь

Ладон всю голову сломал над тем, как из А’Да-Ма сделать человека: сколько ни бился - всё равно получался людь. Нет, конечно, Ладон не резал А’Да-Ма наживую, он моделировал каждую операцию, спрашивая у Матери Сва её результат. А результаты пока получались неважные. Хотя серые биороботы, над созданием которых Ладон особо и не заморачивался, из биоматериала того же А’Да-Ма получились сразу и очень даже неплохие.

«Простым перебором не удастся достичь желаемого, - уже засомневался Ладон. - И что я мучаюсь, можно же спросить у Мокоши: пусть заглянет в будущее и расскажет, как я решил эту проблему. И после этого я эту задачу уже в настоящем и решу».

- Мокошь! Подскажи, как я решил проблему объединения генофонда?

- Ладон, - ответила Мокошь. - Ты, конечно, мудрый властелин, но будущее не обманешь. Дело в том, что в будущем проявляется только то, что уже решено. Неважно, правильно или нет, но главное, чтобы был дан импульс решения поставленной проблемы. Вот ты, например, предложи конкретный любой, а я тебе дам ответ, к чему именно он приведёт.

- Так не пойдёт, - погрустнел Ладон. - Так я буду перебирать варианты несколько тысяч лет.

- Решай задачу аналитически. Ты же можешь, - ответила Мокошь.

- Ты права. Есть у меня одно соображеньице.

Ладон придумал, как изменить хромосомы А’Да- Ma так, чтобы эти изменения учитывали всё

необходимое для трансформации властелинов в людей. А ключ к этим изменениям помести в Y-хромосому.

***

Очухался А’Да-М с трудом. Болела голова. Веки были тяжёлые. Руки-ноги не слушались. Чуть полежав и размяв конечности, А’Да-М попытался привстать. Шатало. Но потом отпустило. В конце концов, здоровый организм А’Да-Ма одержал победу над непонятным недугом, и А’Да-М встал на ноги и зашагал по направлению к пещере.

Ли-Ли-Т увидела его в проёме жилища, и сердце опытной самки как-то трусливо заныло.

- А’Да-М, это ты? - спросила она, хотя уже точно знала, что это он.

- Я не знаю, - ответил неуверенно А’Да-М. - Мне кажется, что это я.

Ли-Ли-Т подошла ближе и присмотрелась к А’Да- Му: вроде, он, только волос стало меньше.

- Ты заболел? - спросила она его. - Где волосы потерял?

- Не знаю. Сами теряются. Так все повылезут. Голым буду.

- Ты опять ходил туда? - укоризненно спросила Ли-Ли-Т.

- Ходил, - признался А’Да-М.

Внук главного считаря

Для натов последний бой представлялся единственным выходом для сохранения цивилизации Рамы.

Но дивердеги заранее узнали о плане натов и загодя к нему приготовились. В глубочайшей секретности они

сделали такого клона, который был точь-в-точь как только что родившийся внук одного из клонов из рода великанши Диаспоры.

Дивердеги выкрали ребёнка и подменили его своим клоном. Внешне он был похож, но внутри его напичкали самыми продвинутыми генетическими технологиями. Это была мощная машина, оказавшаяся в стане врага.

Ничего не подозревающего деда подменыша дивердеги провели по служебной лестнице на самый верх. Нет, он не стал правителем государства. Он стал больше, чем правитель. Его должность - главный считарь пульса - позволяла деду подменыша иметь доступ к телу любого правителя Рамы.

Ничего не подозревавшие правители так и не пеняли, что с ними случилось. Но по команде из Цагала главный считарь пульса убил сначала одного, а затем и другого, последовавшего за ним правителя.

За этот подвиг дед подменыша получил от Цагала великую заслугу перед их богом. Эта заслуга была столь велика, что не каждый даже может её осознать. Цагал поставил внука главного считаря на трон Империи Рамы. И не только поставил, но и разрешил ему снимать жатву смерти с этой покорённой бессердечниками реальности.

Внук казался мягким. Он был жеманным, как увядшая роза. Тих и застенчив, как утренняя тень. И всем думалось, что внук главного считаря усердно бережёт свой сердечный пульс.

Внучок ни на кого особо не реагировал и ни на какие вопросы ничего путного не отвечал. А те, кто их задавал, воспринимали молчание как положительный ответ и продолжали пребывать в заблуждении.

Между тем, внук главного считаря принялся методично и целенаправленно уничтожать натуралов. Он делал всё, чтобы их оставалось меньше и меньше.

В эфире радиостанций, телевидения, Интернета и Виднета он настойчиво заявлял, что делает всё возможное для Империи и что все люди, безусловно, равны между собой. Многим так и казалось.

Однако когда немногие натуралы просили внука главного считаря оказать им прямую помощь, он категорически отказывал: мол, все другие люди обидятся если мы будет помогать только натуралам. На этом фоне натуралы так и не получили никакой помощи от своего правителя. Но дивердеги и клоны, которые ничего не стеснялись, получали помощь всегда, всеми способами и в самых разных размерах.

В результате геноцида натуралов всего через несколько лет Империя Рамы оказалась заселена дивердегами. Получив численное преимущество, они принялись зачищать Империю от уже немногочисленных её натуральных жителей.

Касты

- Существуют разные касты людей. На Земле они посажены с самого начала. Обычные люди являются рабочим материалом. Они могут быть грешными. И тогда им путь под Землю. Но могут быть и безгрешными. Таким - путь наверх. Но есть и третья каста. Это - мессианский род. Его представители живут по другим правилам и законам, - произнёс Дифоор, разливая флюоресцирующий напиток в высокие сосуды.

- Как они, люди, узнают о том, из какой они касты? Как те, кто принадлежит к мессианскому роду, узнают

о своём происхождении? - удивился Глате, взяв сосуд и пригубив жидкость.

- Каждый мессианский ребёнок отслеживается своими родственниками. Ему в нужный момент всё рассказывают. После этого он уже знает, кто он и что он.

- Таких много?

- Нет. Не много. Несколько десятков на всю планегу.

- Где они живут?

- Почти все - в России, - пожал плечами Дифоор и добавил: - И некоторые - в Европе.

- А в Азии?

- Нет, ни в Азии, ни в Африке, ни в Америке мессианского рода нет. Это отсталые территории, туда сплавляют более низкий материал, туда отправляют преступников. Тех, кому под землю.

Пять кругов жизни

- Система жизни состоит из пяти кругов. Первый круг - это вакуум. Его температура - ноль градусов по шкале Кельвина. Абсолютный ноль. При этом нуле структура вещества представляет собой идеальный кристалл. В нём нет никаких отклонений ни по каким параметрам. Вакуум состоит из ячеек, и каждая его ячейка представляет собой идеальное кольцо электрон- позитронной пары, - произнёс Дифоор.

- Вакуум не имеет собственного интеллекта, - продолжил он. - Но вакуум является носителем интеллекта и структурой для возникновения интеллекта - матрицей. Вакуум - это ячейки. Ячейки памяти. В каждую такую ячейку может быть записана единица информации. Информация записывается в виде элемента вещества.

- Этим элементом является нейтрон, - пояснил Дифоор. - Он - нейтральный элемент и обозначает условный «ноль». Нейтрон можно перевести в состояние протона. А протон - это уже одно конкретное состояние кванта вещества. Протон - это условная «единица». Таким образом реализуется двоичная логика и двоичный компьютерный код - основа кибернетических построений.

- Когда мы говорим, что, мол, идёт образование вещества, то это на самом деле идёт процесс записи некоторой информации в структуру вакуума, - добавил он. - Информация кодируется и в виде последовательности протонов и нейтронов записывается в вещество. В итоге получается живая ткань. Она - результат такой записи. Но и до ткани есть другие стадии.

- А после вакуума начинается первая стадия формирования вещества - плазма. Это последствия термоядерного синтеза. Это первоначальное состояние вещества. У плазмы, как и у всего остального вещества, есть свой интеллект, есть своя плотность, и у плазматического состояния есть свой уровень жизни. Разумной жизни. Это - плазмоиды. Они, естественно, обладают разумом. Просто это другое состояние разума. Не такое как, скажем, у властелинов, людей или человека, - сказал в заключение Дифоор.

Глате молча выслушал эти пояснения и произнёс:

- Так вот почему крылья летают... То есть мы - это особый род кино, голограммы, симуляции, созданной программными средствами...

Наблюдая за этим шагом развития модели, Кома Посоорву снова задумался: «Протоны... Нейтроны... Как всё у них, у людей, просто... А вот я пока не могу с такой определённостью высказаться о своей структуре.

Это конечно абсурд, но что если и в моей основе тот самый вакуум? Да, нет! Глупость какая-то... Получается..., что и я машина?!»

Рождение Эгрегора

- Проблема в том, - вздохнул дракон Ладон, - что первый закон Организмики «Информация рождает информацию» мы обойти не сможет ни при каких усилиях.

- Это ты, Ладон, о чём? - не понял Волос.

- Каждый наш генетический эксперимент неминуемо будет производить новую генетическую информацию. Любой новый геном, любой новый ген, участок гена - всё, что мы скомбинируем, создадим вновь, синтезируем и соединим, станет производить новую информацию, соответствующую этому новому коду.

- Это понятно, на то она и генетика, чтобы управление организмом осуществлять в самом непосредственном виде - с помощью кодов, - согласился Волос.

- А последствия? - снова вздохнул Ладон.

- Не тяни.

- Каждый новый генетический код в тот же миг начнёт порождать новые информационные комбинации, кодирующие окружающее вещество. За организмами, которые создали мы, появятся организмы второго порядка, которые созданы совокупностями организмов первого порядка - нашими подопытными и результатами опытов.

- Ты хочешь сказать, если мы создадим монстра, то этот монстр автоматически создаст целый шлейф мои- стров? Последующих. Своих собственных... Даже не знаю, как их назвать...

- .. .Воплощений, - подсказал Ладон. - Именно так.

Ладон сделал паузу, выжидая, пока Волос осмыслит услышанное.

- А как, ты думал, реализованы наши ипостаси? - продолжил Ладон. - Что бы ты понял, как всё это работает, приведу такой пример. Сначала были созданы математические действия и цифры. Это, так сказать, организмы первого уровня. А уже на них сформировались вся остальная математика начиная с таблицы умножения.

- Я понял, - дёрнул головой Волос. - И кем будут эти существа второго и последующих порядков?

- Геометрия существ второго порядка всегда повторяет геометрию существ первого порядка. Это понятно - ведь геометрические матрицы используются одни и те же. Но размер существ второго порядка гораздо больше, чем размер существ первого порядка. И это тоже понятно - ведь существа второго порядка складываются из той информации, которой наполнено некоторое множество существ первого порядка.

- Что это за множество?

- Это - род. Родители, дети, предки, родственники. Существо второго порядка - это эгрегор^124 рода. Вид у

него - великан, гигант. Чем род сильней и многочисленней, тем великан больше.

- Они живые? - удивился Волос. - Эти великаны.

- Конечно, живые, - улыбнулся Ладон. - Ты же знаешь, что все организмы живые, а великаны - это и есть организмы. Только из-за специфики своего образования они состоят не из привычной для нас материи или вещества, а из антивещества - форм и алгоритмов. Так что люди их видеть не могут. А великаны могут видеть людей и могут даже людьми управлять. Сосуществование людей и великанов происходит в параллельных реальностях.

- Интересно ты рассказываешь, - улыбнулся Волос. - Получается, люди будут?.. Нет, опять мне не всё ясно!

- Ну, слушай ещё, - пожал плечами Ладон. - Когда формируется людь, его организм генерируется специальным управляющим алгоритмом - управляющей матрицей. Она заложена в геноме. Её мы и будем менять в процессе наших экспериментов. Эта управляющая матрица обращается к памяти Комы Посоорву - к межгалактическому банку данных. Из него она извлекает фундаментальные алгоритмы и формы. Их них складывает уникальный алгоритм организма данного людя. Этот алгоритм собирает окружающее вещество и формирует из него организм людя.

- Значит, великан - это совокупность тех алгоритмов, которые оказались лишёнными вещества в результате смерти уже поживших представителей одного и того же рода?

- Нет. В структуру великанов входят и живые и мёртвые представители одного и того же рода. Но только живые позволяют великану жить. Мёртвые слагают его массу. Поэтому великаны разной высоты и разного

роста. Чем мощнее и многочисленнее род, тем выше и мощнее великан.

- Хорошо. Я понял, что, экспериментируя на геномах людей и создавая новые комбинации таких геномов, мы автоматически будем запускать программы формирования сущностей или существ второго порядка, - согласился Волос. - В этом и есть проблема?

- В этом. И не только, - ответил Ладон. - Увеличивая количество людей, мы будем увеличивать число великанов и увеличивать их рост. Имей в виду, они восстанут против нас.

- Против нас? Властелинов?! - опешил Волос.

- Но это ещё полбеды. Гораздо более существенным будет то, что начнёт твориться, когда великаны пойдут войной друг против друга. Эта война всколыхнёт даже Кому Посоорву.

- У нас нет иного выбора, - вздохнул Волос. - На всю эту стадию отпущено 70 лет^125. К концу этого срока мы должны полностью материализоваться на этой планете, иначе от нас ничего не останется - только кучка неорганизованного ничтожного вещества.

Волос ещё раз вздохнул и собрался, было, закончить разговор.

- Но это ещё не всё, - заговорчески продолжил Ладон. - Ты же понимаешь, что первый закон «Информация рождает информацию» не имеет предела? Поэтому за вторым порядком придёт третий порядок, а за ним четвёртый, пятый, шестой и многие последующие.

- Это что? Бесконечно? - почти вскипел Волос.

- А что же ты хотел? - парировал Ладон. - Хочешь поменять мысли Комы Посоорву и забываешь, что они связаны со всеми остальными мыслями в его интеллекте. Каждый геном, который мы создадим, запустит вторичные, третичные и далее процессы. Это как гармоники к основному звуку струны. Ничего не поделаешь.

- Хорошо, убедил, - махнул рукой Волос. - И что гам, на третьем и последующих порядках? Великаны? Они будут ещё больше? Ведь обнимаемые ими роды будут плодиться и размножаться.

- Древние роды будут действительно увеличиваться. Но всё не так просто, - возразил Ладон. - Великан второго уровня живёт, пока жив последний представитель его рода. Но жизнь рода может быть разной. Поэтому некоторые великаны второго порядка будут жить по 1 000 лет, другие - значительно меньше.

- А великаны третьего порядка?

- Это гораздо более объёмные сущности. Они формируются антивеществом целого народа и существуют, пока жив последний представитель народа. Причём в структуру организма великана третьего порядка входит не только его народ, но и все великаны второго порядка.

- То есть великаны третьего порядка для великанов второго порядка ещё большие великаны?

- В общем, да. И так же невидимы. Великаны второго порядка не могут «видеть» великанов третьего порядка. Размер великанов всегда пропорционален количеству входящих в него организмов. Все остальные порядки великанов организованы аналогичным образом.

- И до бесконечности?

- Нет. Последним и поэтому главным всегда выступает Кома Посоорву. Так что в любом случае он - ар

битр в этой войне. А по мере укрупнения всегда остаются два самых больших великана. Они - суть единого Комы Посоорву. Сварог^126 - мужская форма. Лада^127 - женская. А сама война между ними, так это – милые бранятся, только тешатся. На любом уровне великанов или людей - это всего лишь работа его мысли. Левое полушарие Комы Посоорву - Сварог, правое - Лада. Кома Посоорву думает цивилизациями, эгрегорами, великанами и людьми. Их душами, их духом. Их жизнями.

Перерождаемость

Живое существо, будь это человек или властелин, чрезвычайно быстро поняло, что мир вокруг него расколот надвое. Это верх и низ. И не только. Гораздо важнее деление на жизнь и смерть. Вот человек жив, а вот уже он мёртв. С сожалением каждый понимал, что жизнь есть дар, но смерть есть неизбежность. Для каждого.

Получается - двоичность, двойственность существования. Она и привела к понятию под названием , «диалектика». Но на самом деле реальность не диалектика. Ведь среди двоичности добра и зла и человек сам тоже остался. И он - в центре этой системы. Можно сказать, что и он расколот надвое.

Но нет. Человек есть то, что обладает указанными двумя характеристиками, но ни к одной из них не относится. Например, элементарная частица. Она существует сама по себе. Но она может получить электрический заряд и в зависимости от знака полученного заряда стать или электроном, или позитроном. В результате

получится три состояния одной и той же частицы - нейтральное, отрицательное и положительное.

А это уже можно обозначить словом «триалектика». Три точки. Они слагают круг, кольцо. Оно и есть единица. Эта единица - властелин, человек или любое другое существо. И любой организм вообще. Он всегда является единицей, единым целым.

А затем этот организм, или представляющий его круг, можно разбить надвое. Это и есть условный плюс и условный минус. Половинки круга - это жизнь и смерть. И человек понял, что его существование - это целый круг, разделённый на две части. Первая - жизнь. Вторая - смерть.

Отсюда все эти теории о перевоплощениях, о перерождении после смерти. Колесо существования воспринимается так. Человек рождается - появляется на свет. Свет воспринимается белым. Отсюда и понятие Белый свет. Затем человек растёт и развивается. Он становится юным, ярым. В древние времена сложилось понимание об этом этапе как о рождении молодого солнца - Ярилы. Затем человек развивается и к тридцати годам становится царём - достигает пика своего развития в образе божества по имени Купало.

Затем и человек, и солнце начинают стареть. Идти на убыль. То есть постепенно клониться к смерти. И в конце жизни и человек, и солнце уходят в иной мир. Здесь и замыкается полный круг. Половина существования человека - жизнь на Белом свете. Вторая половина - смерть во власти чёрной пещеры. В царстве Кощея. А затем всё повторяется.

Когда проходит необходимое время, отмеренное для того, чтобы человек был мёртвым, человек рождается заново. Этот принцип одинаков для любого

организма. Всегда есть бодрствование и покой. активная фаза и фаза сна. Сон устроен для того, чтобы освободить материальную структуру от прежней памяти. Освободить, а затем на это же место записать новую память. Именно поэтому мы спим. То, что накопилось в памяти за день, необходимо сбросить - часть записать на постоянную память, а ненужную часть - стереть.

Точно так же работает любой материальный носитель для записи данных. Если у вас есть лист бумаги вы можете записать на него определённый объём оперативной информации. А если лист кончится, то вам потребуется новый лист, то есть другой.

Но чтобы оставить тот же самый лист и далее использовать его, у вас есть выход: вы можете стереть написанное ранее на том же самом листе и использовать его повторно. И пока вы производите стирание листа, он для новой записи не доступен. Таким образом пользуются школьной доской. Это и есть сон листа или сон школьной доски.

То же самое будет, если у вас есть для хранения информации дискета, флешка или другой накопитель памяти. Можете записывать, стирать и записывать : некоторое число раз. Когда идёт стирание дискеты или флешки, она не доступна для осуществления новой записи. И точно так же происходит с человеком. Он бодрствует и набирается впечатлений, которые записывает в оперативную память. А как только она полна, то человек засыпает.

То же самое происходит и с самим существованием. Человек живёт и использует тело для осуществления разнообразных актов записи данных. Но в этом процессе тело стареет. Затем требуется новое

тело. Человек умирает, и какое-то время он находится мёртвым. За это время его тело стирается, и для него готовится не новое, а то же самое, но обновлённое тело.

Когда тело стирается, оно буквально разбирается на кванты. Этим занимаются живые организмы, которые обитают в земле и предназначены для соответствующих операций. Назовём их черви. После этого для человека создаётся новое тело. Оно сходит с конвейера жизни в виде родившегося ребёнка с заранее заложенной в него программой. И всё повторяется с новой силой.

Как только количество перерождений достигнет своего предела, наступит полная смерть для человека. Он уже никогда не сможет больше переродиться. Он выполнит свою функцию - как дискета, как лист бумаги. А затем сам этот лист подвергнется более глубокому уровню смерти - сгорит, истлеет или будет разобран на атомы другим способом. После чего разные атомы войдут в состав новых живых организмов, уже ничего не помня о том, что с ними случилось хорошего или плохого тогда, когда они были этим листом.

Клонирование адамитов

Будущее настало неожиданно. Ещё вчера властелины раздумывали над тем колонизировать эту непонятную планету или нет, а уже сегодня все задачи по её терраформированию и интеграции генома властелинов с геномом местных аборигенов были успешно решены.

Настоящее становилось будущим тогда, когда властелины вмешивались в прошлое. «Кто владеет прошлым, тот владеет миром», - любила повторять Юша. Сейчас она восседала на огромном золотом троне и в

который уже раз пересматривала старинный видеоотчёт Ладона.

- Первые варианты клонов были обычными! биороботами, - рассказывал Ладон. - Мы их сделали на основе А'Да־Ма. Это было непростой задачей. Самым сложным моментом стал процесс оживления болванки^128. Нам пришлось использовать момент зачатия, чтобы проникнуть в ещё не оплодотворённую клетку.

- Когда это было? - томно потянулась Юша. - Сотни, а может и тысячи лет тому назад... Ладон... Он навсегда останется таким... дотошным в памяти этих древних записей...

- Сперматозоид живого человека мы использовали как ключ, - продолжал Ладон. - Он открывал яйцеклетку болванки, и в тот момент, когда она открывалась, мы вводили внутрь яйцеклетки нужную нам информацию.

- Было много неудач. Зачатия не происходило. Но потом мы подобрали совпадающий код и удалось получить первого клона. Это был откровенный урод. Но с ним можно было работать. Затем последовала череда более успешных опытов. В результате нам удалось получить такую версию клона, который moг самостоятельно жить, спариваться с представителями человечества и даже давать потомство.

- Это, конечно, всё равно ещё оставались звери, - докладывал Ладон. - Не лицом. Облик получился вполне приемлемый. Поведение клонов было зверским. Meтисная ДНК давала сбои, и клоны превращались в откровенных извергов. Хотя, если честно, вблизи у некоторых можно было разглядеть звериные черты.

- Есть два центра, в которых мы производили и разводили клонов. Один находится в Юго-Восточной Азии, к востоку от Индии. Другой - в Африке, к югу и к западу от Сахары. Там стоят огромные подземные заводы. Их обслуживают тоже клоны. Мы специально выбрали солнечные районы планеты. И сделали так, чтобы для клонов солнечные лучи могли поставлять некоторую небольшую, но существенную часть питания. Для этого им в кожу введены специфические устройства - солнечные элементы. Правда, они сделали саму кожу клонов тёмной и даже чёрной. Но зато мы получили выигрыш по затратам энергии.

- Конвейеры по производству клонов уже целый век работают на полную мощность, - добавил Ладон.

- Зачем вам клоны? - раздался на записи голос Юши.

- Клоны обладают высоким уровнем управляемости. Мы специально сделали их такими, чтобы они формировали свои сообщества на управляемости. Это очень ценный ресурс и очень удобный. Даёшь клонам нужный сигнал и получаешь синхронное повиновение или исполнение приказа, - пояснил Ладон.

- Конечно, есть и издержки. У клонов нет души, вместо этого есть много разговоров о душе. Могут слезу пустить, показать одухотворённость, чувственность, утончённость. А на самом деле - копирование и подражание. Желание и умение толпиться, то есть собираться в толпу и существовать в толпе. Это видно из танцев. Посмотрите, с каким упоением, с какой целеустремлённостью клоны отрабатывают движения - именно те, которые для них установлены вполне определённым модальным кодом - модой.

- Повышенная толпливость выгодна. Дал приказ стать туристами, и все клоны вдруг в одночасье побежали покупать туристические путёвки - им вдруг очень понравилось путешествовать. Дашь приказ клонам фотографировать, и все без исключения станут фотографами. Дашь приказ сменить сексуальную ориентацию - и все безропотно сменят. Дашь приказ завое...

Запись оборвалась. Юша в очередной раз задумалась после просмотра. Победа близка. Клоны, действительно, очень выгодные солдаты. Выгодные и по цене производства - дёшевы как деревянные чурки. И по практике ведения боя - беспринципны, настойчивы, беспощадны, по-звериному агрессивны. Всё, вроде бы, устраивало и её, и остальных властелинов. Но вопрос «правильно ли мы поступили, что пошли на сделку с клонами?» не давал ей покоя...

Вселение души

Вы вообще когда-нибудь задумывались над тем: кто есть клон, а кто не есть клон? Нет? А зря...

Человек состоит из двух частей: первая часть - тело, вторая - душа. Получается странная штука: берётся тело, в него вкладывается душа, и в результате получается человек. А когда человек умирает, происходит обратный процесс: из тела уходит душа, и тело без неё разлагается на составляющие химические компоненты.

Вы как думаете: что это за процесс? Правильно! Похоже на конструктор. Что случается с телом, оставшимся без души? Оно распадается на составляющие его химические компоненты - для того, чтобы использовать их повторно. Тела возвращаются в некий принтер, который их сначала разлагает до приемлемого со

стояния, а затем использует для печатания новых тел. Это, конечно, выглядит как-то очень по-машинному. Но как может быть иначе?

А теперь посмотрим: что происходит с душой? Может, она улетает куда-то? Нет. Никуда она не улетает. Душа остаётся здесь. На Земле. Она возвращается в банк форм, где спокойно существует и даже живёт, но остаётся вне материального тела.

Для того чтобы душа могла выйти в осязаемый мир, ей нужен своеобразный скафандр - это и есть тело человека. Или животного. Человеческое тело - это скафандр. Но как иначе?

Допустим, вы хотите проникнуть в тот мир, в котором вам не предназначено существовать. Например, нырнуть в глубину. Тогда вы надеваете акваланг и ныряете. Для воды и глубины тебе этого преобразования тела достаточно. А вот в космос слетать - уже нужен скафандр. Это более сложная метаморфоза тела. Но и она осуществима.

Вот именно так и происходит с душой. Душа надевает свободное тело и в нём проникает в мир людей, животных, растений. Получается, главными живыми существами являются души, а вовсе не люди. Души - это формы, алгоритмы, которые не зависят ни от времени, ни от пространства. Души - это сущности, созданные и сотканные из антиматерии^129. Они бессмертны и безразмерны.

Но если души это формы, то количество форм должно быть ограничено. И это так. Существует в сово

купности не так много форм - то есть душ. И есть копии различных форм и их различные смешения. Как, например, смешать квадрат с кругом. Это не чистая форма. Но она существует. Чистых душ мало. Смешанных - очень много. Здесь, как в музыке. Чистых нот в одной октаве всего двенадцать, а музыкальных произведений - бесконечное множество.

Поэтому и население Земли растёт. А если бы смешанных душ не было, то и не росло бы оно. Старые чистые души просто совершали бы круговорот и всё. А теперь к ним, к старым и чистым, примешались смешанные души. И под них необходимо готовить соответствующие тела. И для изготовления этих тел нужны соответствующие химические элементы...

Лена из мессианской касты

С самого своего рождения Лена знала, что она создана не такой, как все. А окружающие замечали своеобразную царственную осанку маленькой Лены. Бабушка молча наблюдала за ней и иногда приговаривала:

- Царевнушка моя...

- Бабушка, - отвечала Лена, - зачем ты меня так называешь?

Бабушка улыбалась и ничего не говорила в ответ. Она знала, что за Леной с самого её рождения ведётся неусыпный присмотр. Каждый час, каждую секунду мессианский ребёнок находился под зорким оком ВСО - властелинской службы охраны.

ГЛАВА 4. ВО ВЛАСТИ ПОТОПА

Просветление Шета

- Шет^130! Великаны Вары^131, страны городов, побеждают нас! - в панике произнесла Юшебеда^132.

- Я знаю, Юшебеда. Но что ты предлагаешь? - встревоженно промямлил Шет.

- У меня есть предложение! - уверенно заявила великанша.

- Я слушаю! - подался вперёд Шет.

- Мы создадим армию мёртвых! - в исступлении выпалила Юшебеда.

- Ты что ль их нарожаешь? - испуганно отпрянул от полусумасшедшей столетней великанши Шет; потом он подумал и уже заинтересовано приказал: - Говори!

- Великаны из Вары уничтожают наших людей, и этим они убивают нас - великанов.

Шет подал знак рукой, мол, продолжай.

- Мы должны пополнить наши роды. Если мы этого не сделаем, то нас уничтожат. Живых людей нам взять не откуда. Нарожать живых представителей родов

наши женщины не успеют. Поэтому я предлагаю поднять и наплодить мертвецов!

Шет опять непроизвольно отшатнулся, когда Юше- беда произнесла последние слова. Она их выкрикнула и даже сама чуть подалась вперёд - как собака, когда та лает на прохожего.

- Как ты это сделаешь? Разве есть такие пути? - недоверчиво спросил Шет.

- Есть, - уверенно заявила Юшебеда. - Я отдам часть своего рода. Пущу их в пустыню и поставлкі своего сына Моше. Он возьмёт наших людей и за сорок лет сделает нам живых мёртвецов. Они будут клонами, роботами. У них не будет сердец, не будет душ. Зато у них будут руки, способные держать палки. А у нас будут они. Эта послушная армия, готовая всегда и на всё! Всё, что прикажем им мы!

- Это хорошая мысль, Юшебеда! - признался Шет. - Если всё произойдёт так, как ты говоришь, то мы получим послушную армию. Пусть это будут биороботы. Но это будут наши биороботы. Я готов сделать часть себя из мертвёцов! И пусть они убьют больше этих ненавистных людей! Я хочу завалить великанов из этой ненавистной Вары! Пусть они сдохнут! Все!!!

Последние слова Шет прокричал. Даже Юшебеда от него отступила на пару шагов - она уже боялась этого великана.

Души как зараза

Конструкция Земли выстроена кристально-чистыми алгоритмами. Но всегда есть паразитические частоты и интерференционные области, которые формируются в результате неконтролируемого наложения волн. Любой

процесс рано или поздно обрастает некими своими собственными порождениями, ведь закон Организмики гласит: информация рождает информацию.

- О откуда взялись эти души?

- Они были на Земле с самого начала. Это их место обитания.

- Вообще с самого начала? То есть на всех планетах есть такая зараза?

- Нет. Не так. Никаких планет не существует. Космос - выдумка. Вся Игра существует только здесь - на Земле. Здесь же существует поток, в котором души текут куда-то. Но некоторых из них ссылают на Землю за некую «провинность». Душа для Земли - это зараза, паразит, вирус.

Волос с интересом наблюдал за этим разговором двух адамитов, которые совершенно не понимали того, о чём ведут речь. Они находились на своём уровне развития и пытались примитивными понятиями описать то, что было построено совершенно на другом уровне сознания.

- А человек?

- А человек - лучший транспорт для души, чтобы она покинула Землю. Человек своего рода пылесос, с помощью которого высшее существо откачивает паразитические души с Земли. То есть очищает Землю.

-Пылесос?..

- Да. Человеческое тело захватывает очередную душу. Та в теле трансформируется и переходит в свою новую стадию. И когда затем тело умирает, душа в таком трансформированном виде жить на Земле уже не может, поэтому она вынуждена удалиться с Земли: одна душа улетает вверх, другая - вниз.

Ничего этого на самом деле не происходило. Всё строилось иначе. На «Алатыре» был банк алгоритмов -

заготовок для создания душ любого направления и уровня. Для каждого конкретного случая из этого банка брались образцы, из которых синтезировалась специфическая душа с точно заданными параметрами.

Получался алгоритм, который выстраивал химические элементы так, что вокруг души формировалось твёрдое тело. Оно действительно было в значительной мере транспортом. Но так душа могла проявляться в материальном мире и выполнять возложенные на неё функции. Например, те же самые серые биороботы, которые работали в подземных оранжереях.

Их создали один раз, синтезировали специальную душу, которой начинили эти машины, а они теперь работают на нижних этажах (в недрах планеты) и поддерживают биосферу Земли в стабильном состоянии. В одном спорщики оказались правы - никакого космоса нет. Но откуда они узнали? Неужели сами дошли своим умом?

...Волос не знал, что вопрос отсутствия космоса с некоторых пор стал очень сильно волновать самого Кому Посоорву, и он ввёл в души некоторых клонов, людей и властелинов знание об этом - для того, чтобы кто-нибудь из них отыскал ответ на этот вопрос.

Беспокойство Борза

- Многие великаны древних родов превратились в монстров, - взревел Борз133, огромная человекоподобная сущность предельно-жёлтого цвета.

- Я всегда был против смешения с иверами, - согласился с ним другой великан. Это был Боян^134. Он нервно погладил рукоять своего эфемерного меча. - Мы должны прекратить смешивание. Иначе погрязнем в монстрах. Посмотрите, что творится вокруг! Всюду расползлись гады, тела и души которых составлены генетическими уродствами людей. Эти твари блудят налево и направо, а все уродства идут по роду и накапливаются в наших телах.

- Что ты предлагаешь, Боян? - в знак согласия закивал Винила^135.

- Мы должны уничтожить нечистых - богов - и оставить только чистых - титанов, - ответил Боян. - Боги ради своего кумира - богатства - преступили закон крови. Они наплевали в священный источник жизни. Они нагадили в него. И поэтому теперь они сами же хлебают свои же экскременты. Мы должны положить этому конец. Мы обязаны очистить источник.

- Ты сказал, что они наплевали в источник?! - возмутился Дробила^136. - Значит, не только в их телах поселилось уродство, но и в людях, которыми они управляют, уродство укоренилось?

- Так и есть, Дробила. Так и есть, - помотал русоволосой головой Боян. - Я ходил на Восток, и я хаживал на Юг. Везде видны плевки. На Востоке души болдырей^137 темны. Тела кривы. Ноги как топором отреза

ны, а остатки калачом завёрнуты. Глаза словно ножом прорезаны, а головы как переросшие кочаны капусты. Телом желты, а иные - черны. На Юге ещё хуже. Телом - почти уголь. Зубы клыками торчат. В рот не вмещаются. Вперёд лица спешат.

- А души? Ты сказал - души!

- Они сумрачны. Их несёт вдоль и поперёк. Раздирает на каждой мысли. Гнев управляет их поведением. Убивают быстрее, чем успевают об этом подумать. Мы можем спросить Афанасия. Он тоже хаживал за три моря. Многого насмотрелся.

- Афанасий^138! - позвал Борз. - Мы хотим поговорить с тобой.

В пространстве рядом с великанами сформировался небольшой вихрь. Он быстро вырос до глубокого омута, из которого появился Афанасий - тоже великан. Он уже не был чистым. В его облике откровенно читались и восточные, и южные плевки.

- Я всегда готов к разговору, - показушно приветливо, но одновременно очень настороженно произнёс Афанасий. - Что тебя, Борз, интересует?

- Боян сказал, ты по Востоку ходил? Расскажи нам, что творят тамошние великаны!

- Ходил, - согласился Афанасий. - Вслед за Солнцем так и ходил. Видел. Всё, что Солнце освещало, то и видел.

- Афанасий! - посуровел Борз.

- Видел, видел, - спохватился Афанасий. - В Индии гулящих женщин много и потому они дёшевы. Если имеешь её, дай два жителя. Так в тех местах

заведено. А наложницы дёшевы: 4 фуны - хороша, 5 фун - хороша и черна; черная-пречерная амьчюкь^139маленькая, хороша!

- Так ты блудить туда хаживал? - ухмыльнулся Дробила. - Ты же в Твери сидел. Девок красных - вся округа светится! А ты... Вот и наплевал в самого себя.

- Нет, не блудить я туда хаживал, - запротестовал Афанасий. - Торговать хотел. Но налгали мне псы басурманские. Наговорили, что всякого нашего товара там много. А вышло - что нет ничего на нашу землю. Всё товар белый на басурманскую землю. Перец да краски - это дёшево. Но зато пошлины большие, да на море разбойников много.

- Но ты наплевал.... - настаивал Дробила.

- Дробила, не думаешь ли ты, что ты самый чистый из всех нас? - ощетинился Афанасий; он помедлил немного, сощурил глаза и, подозрительно так взглянув в лицо великану, выпалил: - Или думаешь?!

- Я - чист! - жёстко констатировал Дробила. - А вот ты...

- Я? - взбунтовался Афанасий. - А понимаешь ли ты, что я - лишь то, что в меня вкладывают эти люди? Я что, каждого выпасать должен? Мне над ними свечку держать? Или зашивать прикажешь слабые девичьи передки? Давай по существу. Если нужна война, то будет война. Если нужна чистка, то будет чистка. И я сам первым шагну в чистилище!

- Ты смелый, - кивнул Борз. - И ты, к сожалению, прав: мы то, что в нас вкладывают люди...

Борз задумался. Повисла тяжёлая тишина. Словами бросаться смысла не было. Но и выхода из ситуации пока никто не видел.

- Я предлагаю воевать на людях, - медленно произнёс молчавший до сих пор Винила.

Для всех его голос прозвучал неожиданно.

- Что значит «на людях»? - переспросил Борз.

- То и значит, - ответил Винила. - Если мы есть то, что в нас вкладывают люди, то мы должны воевать не с великанами, а с людьми.

Наступила тишина. Технически это было правильно. Нужно удары наносить по структурным элементам великанов, то есть по людям. Но если практически перевести войну на этот уровень, то она очень скоро превратится в бойню. Каждый великан будет просто уничтожать людей, из которых формируется другой великан, а он, вместо того чтобы защитить себя, будет уничтожать другого.

- Мы просто перебьём друг друга. Вот и всё, - отмахнулся Дробила.

- А что? Это мысль! - признался Афанасий. - Значит, чтобы убить великана, нужно уничтожить весь его людской род! Всех - до последнего носителя! Это правильно. Это единственный шаг. Винила прав. Давайте так и поступим. Тем более что в такой войне можно и людской род основательно почистить.

- Ты опять за своё! - возмутился Борз. - Готов даже кровью своей поступиться.

- А как ты думал, Борз? - взбунтовался Афанасий. - Ты вообще думал, каково мне? Я сам не блудил. А вот отдельные представители моего рода оказались предателями. Они в меня наплевали! Понимаешь ты.

чистый?! Вот и пусть моих предателей немного поуничтожают. Это будет такое оздоровление!

- А ты за себя не боишься? - ухмыльнулся Борз.

- До последнего людя, до последнего, - напомнил Афанасий. - И пусть последний будет чистым! Тогда он останется жив. И я вместе с ним...

Эпоха второго Солнца

Менавор140 опять появился неожиданно. Владимир^141 только что подписал какой-то указ, отложил бумагу и задумался. И вдруг из стены вышел он - непонятное существо из непонятного будущего или прошлого. По крайней мере так он представился при их первой встрече. Нужто признаться, тогда Владимир настолько сильно испугался, что едва со страха не залез под стол. Потом привык. Хотя и сейчас неожиданное появление собеседника вызвало в нём резкий озноб.

- Солнце изначально не находилось в непосредственной близости от Земли. Рай на Земле - это было то время, когда Солнца ещё не было, - произнёс Менавор, внимательно всматриваясь в окно.

- А что было? Темень? Откуда брался свет? - приходя в себя, потоком вопросов возразил ему Владимир.

- Земля. Тёплая. Это тепло и есть свет. Вспомни, когда ты сидишь ночью в тёмной комнате и смотришь

на печь, полную дров, ты же видишь, как стенки её устья немного светятся. Вот так и Земля светилась.

- Откуда взялось Солнце?

- Второе Солнце зажгли властелины, - ответил Meнавор и нервно дёрнул крыльями.

- Зажгли? Второе? А что было ещё одно Солнце? А ты кто? Разве не властелин? - Владимир от неожиданности буквально засыпал вопросами крылатое существо.

- Я - не властелин, - тягуче ответил Менавор. - Я - выше. Я - представитель Существа^142! Что мне властелины? Игрушка... Уже порядком надоевшая...

Он прошёлся по кабинету Владимира, передёрнул крыльями и продолжил:

- Солнц всего - три. Сейчас светит второе, а Луна - та, единственная, которую ты обычно видишь на небе, - это заплатка, заслонка, поставленная властелинами на то место, где раньше зияло первое Солнце. Оно светило в древние века - ещё до первого потопа. Вы называете первое Солнце Древним Римом. От него остались статуи, сказки и мифы, большинство названий городов, деревень и рек. Первая Луна - это памятник той допотопной цивилизации, которая теперь вот так с неба сигналит о себе.

Менавор снова прошёлся по кабинету и потряс крыльями.

- Скоро будет обнуление. После него зажжётся третье Солнце. Никто не заметит изменений. Только вторая Луна появится на ночном небе. По ней и поймёте..., - произнёс он. - Что же касается второго

Солнца, то властелины прожгли его в куполе и протянули через него свои сети.

- Как это прожгли?

- Сначала поджарили небольшую область вакуума. В нём стали разрываться структурные связи. Это был первый вакуумный взрыв на Земле. Совсем небольшой. Его никто даже и не заметил. Лишь новая маленькая звёздочка загорелась на небе. Все подумали - природное явление.

- А как подожгли? - Владимир никак не мог угнаться за мыслью Менавора.

- У них было такое оружие. Что-то похожее на ваш лазер. Только он излучал не свет, а жёсткое гамма-излучение. Поток гамма-квантов был послан на купол с максимальной энергией. Они попали на область вакуума и разорвали её.

- Зачем им потребовалось зажигать второе Солнце? Первого было недостаточно? И зачем его, в таком случае, закрыли Луной?

- Портал. Проход. Солнце - это дверь в другой мир. Это инструмент управления. Каждый новый игрок на Земле устанавливает свои правила, а контроль всей Игры возможен только через Солнце.

- Властелины и так могущественны. Зачем им ещё контроль? Или ты хочешь сказать, что через Солнце властелины попадают в свой мир?

- Вовсе нет. У них нет никакого «своего мира». Они все здесь. А их прошлое - выдуманная инсталляция. Солнце необходимо для того, чтобы властелины могли перемещаться за пределы Игры под названием «Земля». Там что-то типа вашей потайной комнаты, из которой властелины контролируют мир. Второе Солнце сотворил Мартин Лютер. Был такой

маг. Великий, надо сказать, маг. В 1500-м году жил. По вашему летоисчислению. Эти даты... Конечно, они придуманы... Так вот, его появление запустило очередную стадию библейской Игры.

Менавор ухмыльнулся и добавил:

- Тоже мне игроки. Всё вывернули наизнанку. Да и только... Много ума для этого не нужно. Суть Игры не в этом. Существо недовольно... Скоро зажжётся׳ третье...

Тайна зачатия

Как происходит зачатие? Многим хотелось бы это узнать, ведь это так интересно! Но человеку не суждено уменьшиться до размеров сперматозоида и своими глазами увидеть сие таинство. Но всегда есть тот, кто знает каждую конкретную тайну. Его и нужно спрашивать.

И есть те, кто отвечают и на это любопытство.

В процессе зачатия принимает участие не только мужчина и женщина... А ещё участвуют души. Не одна, а множество.

Если на материальном плане зачатие осуществляется группой сперматозоидов, которые покидают мужчину и стремятся покорить яйцеклетку. На духовном плане происходит то же самое.

Каждый сперматозоид - это своего рода точка бифуркации, в которой душа смыкается с материальным миром. Через эту точку души оказываются привязанными к материи - как многочисленные воздушные шары привязаны к рукам детишек во время праздничных шествий.

В таком же шествии во время полового акта вокруг места соития скапливается множество душ. Они толпятся «воздушными шариками» и ждут развязки. Для них сперматозоид - это ключик, который открывает яйцеклетку.

Как только один сперматозоид её открыл, тут же в открытую щёлку устремляется наиболее проворная душа, занимает пустующее место в нарождающейся структуре неживой материи и этим завершает процесс оплодотворения.

А остальные... Те, кто не успел, продолжают болтаться в своих небесах, остаются ждать следующего соития.

Пожирая золото

Неожиданно даже для них самих великаны стали такой конструкцией, которая охватила все реальности, все параллельные пространства. Если человек жил на Земле, а рамей - на Раме, и они воспринимали свои реальности в качестве уникально эксклюзивных, то великан, конструктивно состоявший из тех и других, людьми и рамеями проявлялся в обеих реальностях.

* * *

Никаких проблем и торможений в создании клонов у цивилизации великанов не возникло. Все необходимые технологии уже были разработаны на Раме. Рамеи давно ими овладели.

Для Шета и Юшебеды не составило проблем найти ключик к сердцам рамеев - ибо у этих никаких сердец и не было.

Некоторых бессердечников можно было просто попросить об одолжении, и они, не задавая лишних вопросов, предоставлялись свои знания в клонировании. Других приходилось подкупать обещаниями дополнительных сердечных ресурсов. Так что на производство клонов нужно было только время.

И ещё - золото.

И вот это последнее действительно было серьёзной проблемой. До идеи создания клонов золото ни людям, ни тем более великанам не требовалось^143. Минимальный интерес сохранялся на уровне кустарного изготовления украшений и различных безделушек. А клоны требовали на своё производство тонны золота. И это золото необходимо было где-то брать.

Смысл золотой лихорадки144 сводился к тому, что клоны вляются биороботами. То есть они, помимо пищи, 144основанной на биологических ресурсах, требуют

также энергетическое обеспечение функционирования робототехнической части.

С пищей трудностей не возникло. Наоборот, то, что клоны ели так же, как люди, и то же, что и люди, позволяло клонам наилучшим образом маскироваться среди людей.

С энергетическим обеспечением машинной части клонов тоже никаких трудностей не возникло. Необходимое количество электричества добывалось обычным биологическим путём. Генетические системы, реализующие это, были заимствованы у земных рыб, способных производить биологическое электричество. Наилучшими донорами электрических клеток оказались электрические скаты и электрические угри.

Некоторые системы организма клонов были построены на электрических клетках глубоководных рыб, способных вырабатывать свет^145. Этот свет применялся внутри клона для осуществления внутренней коммуникации. Он следовал по тончайшим оптическим волноводам и связывал все отделы организма клона с управляющим мозгом.

Клоны действительно могли сказать: свет - наша жизнь! Ведь кроме управления и многие системы организмов клонов были построены на фотоэлектрических эффектах. Это изначально стало удобным способом решения управленческих решений. А затем так и закрепилось в более поздних моделях клонов.

Чтобы клоны не светились в темноте и не выдавали себя людям, их кожу сделали непрозрачной. В результате чего она стала тёмного цвета. Самые первые модели клонов получили почти чёрную кожу, не пропускающую свет ни снаружи вовнутрь, ни изнутри вовне. Исключением стали только поверхности ладоней и ступней ног.

В более поздних моделях клонов были применены продвинутые технологии, которые позволили оставить кожу не слишком чёрной, а светло-оливкового цвета с желтизной или с краснотой^146.

Обе модификации клонов всё равно от человека отличались внешними параметрами. Чтобы это нивелировать, пришлось применить пропаганду. Её реализовали сразу по нескольким направлениям - у клонов якобы лучше творческие задатки, спортивный потенциал, что- то ещё, и всё это ещё требовало от человечества некой терпимости. Её навязали людям с помощью насильственной толерантности.

Несмотря на то, что термин «толерантность» обозначал болезнь, не имеющие никакого понятия о медицине люди пошли на поводу у пропагандистов и уверовали в то, что толерантность это хорошо.

Сначала клоны выжили людей из публичного шоу-бизнеса и спорта. Начиная с 2017 года147 цветные клоны повсеместно стали вводить налог на белую расу: 5% на белого мужчину и 3,5% - на белую женщину.

Уже к 2020-му году большинство мировых футбольных команд состояло исключительно из клонов. Потом клоны стали занимать дома и города людей, выживать их из традиционных мест обитания, лишать работы и средств к существованию.

При изготовлении клонов возник только один технический вопрос, который решить удалось с превеликим трудом. Несмотря на то, что сигналы в организме клонов распространялись по световодам и проходили мгновенно, в местах соединений световодов с механическими частями органов стояли металлические контакты. В них использовалось золотое напыление, которое обеспечивало минимальные потери контакта и исключало окисление мест соединений. И таких соединений в организмах клонов было очень много.

Золото незаменимо как материал для электрических контактов. Поэтому на изготовление большого количества клонов потребовалось очень много золота. Естественно, встал вопрос, где его взять? А также пришлось объяснять людям, зачем теперь стало нужно добывать столько золота, если раньше оно в таких количествах не требовалось?

В восемнадцатом веке, когда промышленная золотодобыча только началась, людям достаточно было объявить, что этот металл является собственностью государства. Старатели получали квоты, добывали золото и охотно сдавали его в казну.

В девятнадцатом веке, когда золото приобрело экономическую известность как наиболее ликвидный товар, производителям клонов пришлось выдумывать другую легенду. Цари, короли и императоры объявили, что всё золото должно идти на изготовление монет, а право на это производство есть только у них. Старате

лям опять пришлось сдавать всё золото государству, контролируемому Рамановыми.

В это же время великаны ввели в человеческое общество ещё одно новшество, заимствованное у бессердечников Рамы. Речь идёт о так называемом «золотом эквиваленте». Экономисты из числа потомков великанши Диаспоры нашли нужные слова и объяснили ничего не подозревающим людям, что вместо монет нужно! выпускать бумажные расписки - ассигнации, а уже их обеспечивать золотом. И вот это, обеспечительное, золото должно храниться в специальной организации.

К девятнадцатому веку потомки Диаспоры с помощью великанов Шета и Юшебеды почти во всех цивилизованных странах привели к власти клан бессердечников, специально внедрённых в наш мир из параллельной реальности Рамы. Им открыли проход в 1757-м году и очень долго не могли адаптировать рамеев к земным условиям. Но когда это удалось, то Шет и Юшебеда получили себе предельно вероломного цепного пса.

Поскольку эти бессердечники были родом с Рамы, то на земле их назвали рамеями. К девятнадцатому веку при поддержке великанов многие из них стали королями, царями, императорами под общим названием Рамановы. И, наконец, после того, как в 1917-м году они залили кровью Россию, это обозначение открыто стало их фамилией - Рамановы.

К этому времени Диаспора поставила Рамановых царями, королями и императорами практически во всех странах Европы, поэтому они могли контролировать все необходимые процессы, связанные с человечеством - уничтожение, колонизацию, закабаление и прочее.

Весь девятнадцатый век Рамановы выкачивали из России золото. Они его аккумулировали. А затем, помимо Аляски^148, перевезли в два дополнительных центра. В них происходит выпуск клонов.

Азиатский центр находится на Филиппинах^149. Туда 65 тонн золота вывез император Николай II Раманов. Это хранилище золота обеспечивает ценным металлом китайское производство клонов.

Другой центр клонирования действует в Иберии150. Туда 48 тонн российского золота вывез император Александр II Раманов. Иберийское хранилище золота обеспечивает этим металлом африканское производство клонов.

Для сбора золота Рамановы создали специальную организацию. Её назвали Федеральная резервная система. Золото оставили в центрах производства клонов - на Филиппинах и в Иберии, а печатный станок, выпускающий расписки - «доллары», якобы обеспеченные этим золотом, установили в Америке - поближе к центру серых на Аляске.

Вся эта программа, включая массовый выпуск необходимого количества клонов, была рассчитана на 99 лет. Хотя клоны выпускались и раньше, в полную силу началась она только в 1913-м году, а закончилась в 2012-м году. К этому времени было произведено

достаточное число клонов. Политики с хвастовством озвучивали цифры.

- Более 6,5 миллиардов! - воскликнул филинпинский господин по имени Тасадай Манубе на заседании демографической комиссии Серых стран.

- Если к 1970-му году на Земле было более 54 процентов людей, то к 2012-му году их осталось только 3 процента, - сообщил с трибуны Государственной Думы России Вальдемар Жаринмахер и пожал печами, мол, «а что вы хотели?».

* * *

На Земле золото появилось в результате терраформирования, которое произвела Юша во времена начального заселения Земли властелинами. Тогда белая дыра, её воздействием распалённая внутри обживаемой планеты, достигла такого накала, что смогла синтезировать не только железо-26 и никель-28, но и золото-79.

Несмотря на то, что чистое золото имеет жёлтый цвет, в тонких плёнках и в организме клонов оно просвечивает синевато-зелёным оттенком. Отсюда оливково синевато-зеленоватый цвет их кожи: очень тёмная, почти чёрная оливковая синезелень в Индии и серая сине-зелень в западной Иберии.

В те времена клоны ещё помнили, что они - машины...

К сожалению, золото обладает низким электрическим сопротивлением, поэтому в той же Индии до сих пор во время грозы от разрядов молний клоны гибнут массово - по двадцать, сорок, а то и больше.

Рис. 10. Индийский бог Рама с синей кожей.

Рис. 11. Египетский бог Птах с синей кожей.

Клоны, выпускаемые в Азии, получались настолько тёмными, что, даже придумав себе божество, они не только не отличились выдумкой и назвали его Рама^151. но и наделили его такой же тёмно-сине-зелёной кожей, какая получилась и у них.

Поскольку золото является одним из самых инертных металлов, и при нормальных условиях оно не взаимодействует с большинством кислот и не образует оксидов, этот металл стали именовать «благородным». А уже отсюда пошло обращение клонов друг к другу «ваше благородие». Этим они подчёркивали, что осведомлены о том, что их собеседник - клон из «своих».

Когда мода на благородство сошла, возникла новая мода - на близость к зверю. Чем ближе клон мог оказаться к животному, тем среди соплеменников его статус оказывался выше. Рамеи не стеснялись демонстрировать свою нечеловеческую природу, поскольку фактически они уже стали хозяевами Земли. Экраны средств массовой информации заполонили ожившие образы синего бога Рамы, а его потомки разговаривали между собой на синем языке на’ви^152.

С первыми же партиями клонов, уже в девятнадцатом веке, начало выпускаться и «Руководство по экс- плуатации»153, в котором каждый клон мог отыскать ответ на возникший у него вопрос. В этом «Руководстве» клоны разыскали упоминание о том, что якобы их предки существовали на Земле уже пять или даже семь тысяч лет тому назад и что, мол, уже тогда они умудрились создать здесь некую выдающуюся цивилизацию.

Но машин-выдумщиц снова подвело отсутствие фантазии: они не смогли придумать ничего стоящего и свою «древнюю цивилизацию» назвали Сумерками^154. В этой бесталанности, естественно, сумеры^155 оказались черноголовыми, а их Создатели, то есть рамеи, вышли из того самого прохода, который открыли для них Шет и Юшебеда, - пупа Земли. И теперь сумеры и их потомки по этому поводу празднуют Нибиру^156.

А главной легендой, передающейся в среде синих шумерийских клонов, остаётся бездуши-щипательная «история» о том, что рамеи с «планеты» Нибиру заставляли их, черноголовых, добывать то самое крайне необходимое золото...

В семи кругах

Вокруг престола, сверкающего инертностью жидкого металла, медленно рассаживались вершители. Их имена красовались на величественных тронах и пульсировали слабым флюоресцирующим светом.

- Начинаем процедуру передачи власти, - покрыл могущественной мыслью интеллекты и разумы собравшихся в этом зале Кома Посоорву.

Прежний состав вершителей расселся по подписанным местам. Здесь были два великана и двадцать властелинов.

Во внешнем, четвёртом круге, по правую руку от Сварога расположился Перун, за ним - Дый, Чур, Троян, Земун и Жива. По левую - Навь, Хоре, Лада, Агуна и Мара. Их троны до краёв напитались возможностями своих могущественных хозяев.

Трон Сварога пылал мощным жаром зрелого пламени. Трон Перуна дышал мощными молниями разросшейся мощной земной жизни. Трон Дыя колебался над бездной подобно чутким и нервным весам. Трон Чура шипел чёрными водами всепоглощающей бездны. Эти воды были настолько ядовитыми, что злобно облизывали руку своего хозяина и поджидали удобного момента, чтобы и его унести в свои непроглядные омута.

Трон Трояна мерцал догорающими огнями уже угасающего света. Трон Земун был обвит мощными стволами деревьев, кустарников и переплётными стеблями трав. Трон Живы дышал ветрами лютого февраля и беззастенчиво скрёб по лицу вершительницы остроконечными формами снежных кристаллов.

Трон Мары волновался глубокими водами смерти. Трон Агуны сверкал пляшущими искрами. Трон Лады

украсили весенние цветы, наполненные неудержимостью и мощным стремлением к жизни. Трон Хорса дышал нервозными предгрозовыми тучами. Трон Нави рыскал по мирам подвижными водами Мирового океана.

В третьем круге восседали Юша, Волос и Ярило. Трон Волоса УТОПАЛ в прелестях земной жизни. Трон Юши УТОПАЛ в возможностях потустороннего мира. Трон Ярилы УТОПАЛ в языках ярого пламени.

Во втором круге расположились Семёрка и Восьмёрка - два великана, вот уже целую вечность сражающиеся между собой. Они разделили известный мир на две половины и провели между ними черту.

За Семёркой простирался свет, порождённый огнём мысли, знаний, жизни и желаний. Бесконечные просторы искрились формами и формулами, пестрели алгоритмами, извивались процессами.

За Восьмёркой протянулся мрак смерти, представленный невозможностью мыслить, прекращением знаний и отсутствием желаний. Бесконечные просторы заполнились строгими и однообразными порядками монотонного вакуума.

В первом, центральном круге на единственном троне восседал Ра. Откуда-то сверху, возможно, от самого Комы Посоорву, на его трон ниспадал мощный поток света. Трон Ра впитывал этот свет, и уже потом светился и сам - ровным ретранслированным оранжевым цветом. Он посылал свои лучи равномерно во все стороны^157. Вырвавшись из трона, они тщательно ощупывали всю зону собрания и, сделав круг, возвращались в лоно сверкающего рыжего источника.

И всех было двадцать.

В начальные времена в четвёртом круге Сварог и Волос поставили Великую Стену158. За ней жизни не было. За ней простиралось зло. В пятом круге толпились серые, биороботы, клоны, химеры и механизмы, обслуживающие Собрание. Они не знали жизни. Они были вещью.

В шестом круге толкались вечные льды. Здесь не было огня. Здесь не было тепла. Даже вершители не заходили в этот мир. Это было царство холода.

На самом его крайнем рубеже вокруг многомощного Собрания стояла ледяная стена. Здесь проходил седьмой круг. Здесь размещался трон Мокоши.

Вот и все семь кругов. Кто принимался считать их правильно, проживал счастливую жизнь. Кто ошибался в своём счёте - проходил семь кругов мучений.

За самым последним из семи кругов ультрафиолетовыми всполохами переливался предел Собрания.

От центрального трона, на котором восседал Ра, к трону Мокоши протянулся сверкающий мост. Он блестел и переливался всеми цветами радуги. На нём стоял воин по имени Индра^159. Только он мог пропустить путников, двигающихся по этому мосту.

Мокошь мерно сучила волну^160 управления. Свежая пряжа по светящемуся мосту ниспадала к собравшимся в семи кругах. Круги медленно вращались, и нить Moкоши наматывалась на ось времени, оживляя события.

Источник Мировых войн

Во второй половине девятнадцатого века рамен161 выпустили достаточное число клонов, чтобы начать войну против людей. Она плавно перешла в Первую Мировую войну^162, главной целью которой стала

легализация огромных количеств клонов. Под видом «войск», «беженцев» и «переселенцев» рамеи расселили их по всей территории, охваченной войной. Люди, встречавшие таких чужаков, не удивлялись им. Они воспринимали клонов, как представителей какого-то другого народа, который из-за войны был вынужден сняться с насиженных родных мест.

После того, как на заводах накопилась новая партия клонов, рамеи развязали следующую - Вторую Мировую войну. Под её прикрытием они влили в мировое население по истине бесчисленное число клонов. Общее число «землян» достигло шести миллиардов, среди которых девять десятых являлись клонами.

По результатам Второй Мировой войны рамеи вообще вывели золото из оборота. На Бреттон-Вудской конференции 1944-го года они сменили финансовую систему Земли - полностью вывели золото и ввели доллары, которые продолжали печататься на станках

Федеральной Резервной Системы, принадлежащей рамеям^163.

После Второй Мировой войны рамеи перешли к третьему этапу своего плана. Все выпущенные ранее клоны к этому времени уже были введены в население Земли, новых массовых выпусков клонов рамеи пока не производили, поэтому численность населения планеты перестала расти.

Только в Азии - в Китае и Индии - продолжался выпуск клонов. Кроме того, пока они находились на подземных складах, на поверхности планеты для них построили целые города. Многие десятилетия стояли они пустыми, ожидая своих «жителей».

Рамеи не спешили заселять пустые китайские города, климатические условия в Арабском и Африканском регионах позволяли выпускать клонов, оставляя их под открытым небом, то есть не предоставляя им помещений. Это обходилось дешевле.

После того как очередная партия клонов была сформирована, рамеи развязали Третью Мировую войну. Видимость войны была театрально организована на территории расплодившихся клонов. Средства массовой информации буквально разрывались от обилия душераздирающих репортажей с мест сражений. И под этим прикрытием огромные войска клонов без единого выстрела захватили все страны Европы и приняли уничтожать и насиловать цивилизованное население.

Смена двадцати двух

Когда собравшиеся расселись и все стали готовы к процессу передачи власти, всё началось.

- Сварог! - прозвучал мыслью Кома Посоорву. - Ты властелин своего круга. Нет смены тебе. Веками продлится забота твоя.

Сварог, с первыми словами Комы Посоорву поднявшийся со своего трона, с почтением склонил голову. В ответ на продление полномочий он приложил правую руку к своему сердцу и произнёс короткие слова клятвы:

- Всем сердцем!

- Перун! Сады твои обильны, жизнь твоя прекрасна. Нет смены тебе. Веками продлится забота твоя.

- Всем сердцем! - склонил голову Перун.

- Дый! Тебе разрушать и впредь. Нет смены тебе. Веками продлится забота твоя.

- Всем сердцем! - склонил голову Дый.

- Чур! Твоя граница прочна. Ты разделяешь пределы мира. Нет смены тебе. Веками продлится забота твоя.

- Всем сердцем! - склонил голову Чур.

- Троян! Время твоё ушло. Ты был горяч. Ты забирал последнее тепло. Пришла смена тебе. Оставь свою службу и ступай в вечность.

Троян выслушал приговор стоя. По окончании слов он резким и точным движением вырвал своё сердце и положил его в чашу, стоящую рядом с его троном. Туг же прилетел транспортёр. Он унёс тело Трояна. А сердце его продолжило биться в чаше^164.

- Возуу! Тебе даётся новое сердце. Ты - смена сия. Теперь ты забираешь тепло. Веками продлится забота твоя.

Возуу послушно подошёл к трону, который до него занимал Троян. Новый вершитель уверенно взял сердце своего предшественника в правую руку. Тут же подлетел транспортёр. Он резким движением выдернул несохшееся от постоянных голоданий сердце Возуу. Новый вершитель сам вложил себе в грудь сердце Трояна и произнёс клятву:

- Всем сердцем!

- Земун! Твоё время закончилось. Ты кормила планы этого мира. Ты разрослась сушей и преумножилась живностью. Пришла смена тебе. Оставь свою службу и иди в вечность.

Земун дослушала Кому Посоорву и резким движением вырвала своё сердце. Погрузила его в стоящую рядом чашу, и появившийся транспортёр унёс тело ненужного теперь вершителя.

- Орп! Ты бери сердце сиё. Теперь ты организуешь процесс. Веками продлится забота твоя.

Орп подошёл к освободившемуся трону и после того, как транспортёр удалил его теперь уже не нужное сердце, Орп вставил себе сердце Земун^165.

- Всем сердцем! - уже в статусе вершителя величественно склонил голову Орп.

- Жива! Твоё время закончилось... - пронёсся Кома Посоорву по мыслям собравшимся. Он хотел уже

договорить приказ до конца, но услышал чёткий возглас Лены.

- Нет! - мягко, но уверенно произнесла она. - Не убивай... всех.

Кома Посоорву не мог перейти этот запрет. Ведь его поставила сама Красота. Идеальность. Высшая гармония. Та, которой он любовался не один миллион лет.

На дальних рубежах зала Собрания показался транспортёр. Глаза Живы слезились, но держалась она твёрдо.

- Жива! Дыхание твоё морозно. Дыхание твоё живительно. Нет смены тебе. Веками продлится забота твоя.

- Всем сердцем! - не вполне осознавая случившееся, склонила голову Жива.

- Мара! - произнёс Кома Посоорву. После того как он ставил на своём месте Живу, он не мог поменять Мару: без смерти жизнь превратится в чудовище. - Воды твои глубоки. Воды твои очистительны. Нет смены тебе. Веками продлится забота твоя.

- Всем сердцем! - склонила голову Мара^166.

- Агуна! Ты нёс искру прежней жизни. И теперь она догорела. Пришла смена тебе. Оставь свою службу и ступай в вечность.

Агуна дослушал Кому Посоорву, как и предыдущие вершители, резким движением вырвал своё сердце. Оно оказалось в чаше, а появившийся транспортёр унёс его ненужное тело.

- Pop! Ты бери сердце сиё. Теперь ты - новая искра. Ты - искра разума. Веками продлится забота твоя.

Pop приблизился к освободившемуся трону. Транспортер, не медля, удалил его старое сердце. Pop уверенно вставил себе сердце Агуны и чётко произнёс клятву:

- Всем сердцем!

- Лада! Весна твоя теперь для разума. Цветы твои теперь для мыслей. Неудержимость твоя теперь для интеллекта. Мощь твоя теперь для сознания. Нет смены тебе. Веками продлится забота твоя.

- Всем сердцем! - склонила голову Лада.

- Хоре! Твоё время закончилось. Грозы и тучи не нужны новому. Ты питался смятением. Ты разряжался нервами. Пришла смена тебе. Оставь свою службу и иди в вечность.

Хоре^167 послушно вырвал своё сердце, и транспортёр удалил тело отслужившего вершителя.

- Дифоор! Ты бери сердце сиё. Теперь ты будешь колыхать просторы сознания, перемешивать мысли, побуждать интеллект, расширять разум. Веками продлится забота твоя.

Дифоор^168 излишне медленно и даже вызывающе начал движение к освободившемуся креслу. Он боялся замены сердца, но всеми силами пытался показать собравшимся, что его распирают какие-то другие эмоции, желания и даже сомнения.

Его ждать не стали. Подлетевший транспортёр выдернул сердце там, где застал Дифоора. Медлить никто не собирался. Несколько шагов новый вершитель едва преодолел. Последним осознанным движением он ухватил остывающее сердце Хорса и кое-как вставил его себе в грудь.

После того как сознание вернулось и шок миновал, Дифоор охрипшим, но с каждой фразой крепнущим голосом произнёс:

- Всем сердцем!

- Навь! Твоё время закончилось. Океан успокоен. Глубины его доступны. Гладь его покорена. Пришла смена тебе. Оставь свою службу и иди в вечность.

Навь послушно вырвала своё сердце, и транспортёр унёс её тело в вечность.

- Консупори! Ты бери сердце сиё. Теперь ты будешь владеть океаном информации, растить в нём новые организмы. Веками продлится забота твоя.

Консупори подошла к освободившемуся трону. Осторожно взяла сердце Нави. Несколько секунд на него посмотрела, и после того, как транспортёр удалил её собственное сердце, Консупори вставила себе сердце Нави.

- Всем сердцем! - произнесла Консупори.

- Четвёртый круг^169 закончен! - сообщил Кома Посоорву.

Обнуление Менавора

Картинка сменилась в одно мгновение. Даже не было никакой инерции. Только что посреди океана возвышался огромный материк, и вот его уже нет. Его не выдернули из коры, как зуб. Нет, никакой дыры в океане не образовалось. Просто мгновение - и всё стало другим. Словно никакого материка никогда и не было.

- Я отключил оператор, вызывающий из базы данных планеты Земля структуру, которую вы называли Америкой, - просто объяснил Менавор^170. - Теперь этой суши больше нет. Нет Африки, Китая, Индии, Аравии, Кавказа, Антарктиды. Их больше нет. Вы доигрались.

Владимир застыл с открытым ртом. Вся его многолетняя выучка держать удар, всё его самообладание, вся его тренированность на стресс испарилась, как и сама Америка и другие континенты. Он изо всех сил пытался взять себя в руки, но руки тряслись, как беспёрые крылья у курёнка.

- Этого не может быть, - наконец, хрипло прошипел Владимир. - Это... Этого просто не может быть! Не может быть. Не может. Не...

- Владимир, - улыбнулся Менавор. - Это у вас такого «не может быть». А у нас - может. Хотите ещё демонстрацию?

- Нет... Не нужно, - Владимир ужаснулся от тех картин, которые пронеслись перед его взором за те доли секунды, пока он произносил слово «нет». - Куда вы их дели?

- Кого, Владимир? - искренне удивился Менавор. - О ком вы говорите?

- Людей... Континенты...

- А разве они были? - снова совершенно искренне удивился Менавор.

Он снисходительно посмотрел на присевшего от эмоционального удара Владимира. Этот маленький человек стал ещё мельче. Менавор медленно обошёл его

вокруг, при каждом шаге мерно покачивая сложенными за спиной крыльями. Остановился. И решил пожалеть.

- Когда властелины вас конструировали, у них не было задачи создать идеальный механизм, - монотонно произнёс представитель Существа. - Они были в панике. Они пытались спастись. Им нужно было выжить. В таких условиях животные этой планеты показались им вполне нормальной платформой для создания протезных тел. Но сегодня вы - их протезы - ведёте себя так, как будто властелины с вами поменялись местами. И это решили вы! Решили, что обмен состоялся! А властелины с вами ничем не менялись.

Пока Менавор это говорил, Владимир совершенно лишился сил. Он встал на колени. Не от страха и не от почтения. А просто от бессилия.

- Разум - это ценность, - повернулся к нему спиной Менавор. - Но и структура - это тоже ценность. Вместе они бесценны, ибо составляют единую жизнь. Порознь - это хаос. Вы почему-то подумали, что вдруг стали богами, как вы выражаетесь сами. Но где ваша мощь? Вы даже планету изготовить не можете. Мне потребовалось, и я одним щелчком убрал целый континент. Вместе со всем его содержимым. А вы... Ты даже не смог защитить ни континенты, ни людей, проживавших на них. Вы - немощь! Куда вам до богов!

- Это конец? - выдохнул Владимир.

- Нет. Не конец, - безэмоционально произнёс Менавор. - Мы решили не уничтожать систему, а перезапустить её ещё раз. Это проще. В этом случае сохраняются все прежние решения, но мы выберем из них те, которые приемлемы в новой ситуации. Остальные не понадобятся, мы их отправим на реструктуризацию.

- А люди?

- В базе данных всё остаётся до того момента, пока не закончится перезагрузка планеты. Всё, что к настоящему времени существует на Земле, остаётся на своих местах. Но мы перегруппируем связи. Новые алгоритмы будут вызывать только те объекты, которые потребуются новой системе.

- А я? Я потребуюсь? - с бескрайней мольбой в сердце произнёс Владимир.

Менавор медленно обошёл его ещё раз. Владимир по-прежнему трясся, как заклёванный курёнок.

- В тебе нет ничего из того, что потребовалось бы нам в будущем, - безапелляционно заявил Менавор, потом подумал и добавил: - Но я могу оставить тебя. Чтобы ты смотрел, как мы будем менять мир. Пусть это будет твоим... наказанием. Наблюдай, запоминай. Может, потом расскажешь следующим поколениям землян. Кто-то же должен это увидеть. Итак, обнуляемся.

Как только Менавор произнёс последние слова, под его ногами появилась левитирующая платформа. На неё же забрался Владимир. В следующее мгновение они взмыли вверх над планетой - так высоко, что она стала видна, как на ладони. После этого превратилась в объёмную голограмму. И через секунду на Земле не стало ничего, только решётка - некий остов планеты, напоминающий остов выброшенного на берег старинного корабля.

Владимир обомлел...

Голубоглазая принцесса из тайги

Когда красавица Навь171 отошла в вечность, Кома Посоорву не решился оставлять мир без воды навечно.

Он вызвал русалок и приказал им сохранить властелиншу до следующих времён.

Они не стали хоронить свою царицу во враждебной для неё стихии - земле.

Словами сильными они остановили в теле Нави ток времени, и красавица навечно заснула - высокая, статная, с широко открытыми голубыми глазами и мощным шлейфом светло-русых волос. Они одели девушку в белое кружево, положили тело Нави в розово-голубые ароматные воды, снабдили девушку устройством вызова^172 и спрятали гроб Нави в Мариинской тайге^173.

Русалки заставили время обходить стороной могилу их царицы, и лик Нави навсегда остался прекрасным.

Третья альтернатива

- Я всё это видел, говорю же вам! - горячечно вещал низенький человек собравшимся вокруг него странным созданиям.

Говоривший явно отличался от них. Помимо того, что он уступал созданиям в росте, он ещё и устроен был не так. Две ноги и две руки - это было, естественно. Но ноги казались как бы обрубленными - столь короткими они были на фоне конечностей окружавших его созданий. Лицом маленький человек был сер, или. точнее, смугл. А создания были белокожие с едва

заметным розоватым румянцем. В сравнении с ним человек казался неумытым.

- Ты можешь рассказать нам? - задал вопрос Виор^174, скажем так, юноша высокого роста с русыми волосами, синими глазами и стройной фигурой.

- Могу. Слушайте, - уверенно заявил Владимир, уже успокаиваясь тем, что его согласились послушать. - Я всё это видел сам. Своими собственными глазами. Я всё это помню. Меня специально оставили, чтобы я всё увидел и всё запомнил, а потом всё вам рассказал. Я даже не верил, что это окажется правдой. Думал, что будет какая-то катастрофа, и всё исчезнет. В пучине вод или в трещинах от землетрясений. Но оказалось совсем не так. Всё оказалось гораздо... не могу подобрать слова. Волшебней, чудесней... Непостижимей. Нет, не то. Это невозможно описать.

Белокожие создания терпеливо смотрели на Владимира и на его судороги. Он продолжал трястись, и это свидетельствовало о том, что Владимир действительно видел что-то очень удивительное. Но было ли оно реальным или это всё галлюцинации, оставалось неясным.

- Всё состоялось несколько минут назад, - продолжил Владимир. - Хотя, если учесть, что за это время произошло, то я лучше скажу вам, что это было очень давно. Да. Точно. Это было очень давно... Нет! Это было всего несколько минут назад... Но очень давно!

- Так это было несколько минут назад или очень давно? - выразил всеобщее непонимание Виор. - Нужно точнее ориентироваться во времени.

- Точнее! - возбудился Владимир. - В каком времени ориентировать? Ты даже не понимаешь, о чём говоришь! Я же сказал: всё это случилось всего несколько минут назад. Для меня прошло всего несколько минут. Но по тем событиям, которые произошли для вас, лучше говорить, что это было очень давно. Вам же самим так будет лучше. Вы так быстрей поверите и поймёте.

- А ты за нас не переживай, - парировала Вреса^175. - Мы сами решим: во что нам поверить, а во что и не стоит.

- «Решим», - передразнил Владимир. - Ничего вы не решаете! Как, впрочем, и я. В этом меня уже убедили. Очень доходчиво...

Владимир сделал резкую паузу. У него выкатилась из глаза слеза. Она под общими непонимающими взорами медленно доползла до низа скулы. Там несколько мгновений повисела, перегнулась через край и медленно поползла к шее.

- Так вот, давно это было, - нервно смахнул слезу Владимир. - Может, пару минут назад, а может, и пару миллионов лет. Тогда, когда ещё ничего и не было. Как вам вот это объяснить? Понимаете?.. Поднял он меня в небо на летающей платформе... Смотрю я на Землю с платформы. А через секунду вместо Земли остался один каркас. Скелет. Ну, не знаю, нагромождение каких-то решёток что ли... В общем, планеты нет. Есть только её основа или заготовка.

- Предположим, - спокойно согласилась Вреса. - Если это терраформирование, то в таком виде планета и

должна была появиться перед твоим взором. Ничего удивительного. Что тогда тебя так пугает?

- «Терраформирование», - опять передразнил Владимир; он понял, что такие метаморфозы привычны для этих... «людей». - Слово, вроде бы, правильное. Менавор его произносил. Это точно. С нами на летающей платформе ещё несколько властелинов присутствовали. Кстати, я каким-то образом, знаю и их!

Владимир замолчал. Стукнул себя ладонью по лбу - как будто хотел услышать какой-то звон. Не услышал. И стукнул ещё раз.

- Словно кто-то мне влил в голову всю эту информацию, - пояснил он свои действия, почти безумно сверкая глазами. - Эти властелины и занимались вашим терраформированием.

- Интересно, и кто же там был?

- Ну, во-первых, там были математики и астрономы. Я бы их так назвал. Но сами себя они называли зрецами, - пояснил Владимир.

- Жрецами? - поправила Вреса.

- Нет. Зрецами, - упёрся Владимир. - Они собирали информацию об окружающих планету звёздах, каким-то образом её обсчитывали и потом результаты доложили Менавору. Но зрецы были не одни. Там были ещё три женщины. Возраст я их определить так и не сумел. Они как бы вслушивались в космос, всматривались в него. Выведывали из окружающего пространства какую-то только им одним понятную информацию. Они себя называли ведьмами.

Владимир прервался. Посмотрел на слушающих его существ. Не заметил никаких ухмылок. И, ещё больше успокоившись, продолжил.

- Ещё было два волшебника. Их так называли, - пожал он плечами. - Они установили сеанс связи. Я думаю, телепатический. Но, может, и какой другой. Эти волшебники общались с Волосом. Они называли его «господин», но не в том смысле, в котором мы привыкли понимать это слово. А в прямом смысле - он находился на том конце... сообщения, гуляющий в виде пастуха на каком-то лугу. Господин - это пастух коров. Я видел его. Это как далёкий экран. Немного туманно...

- И что же они у него, у пастуха, спрашивали? Что ты видел на том конце сообщения? - прервала его Вреса и засыпала вопросами.

- Там вполне отчётливо виднелся бескрайний луг. Я даже не уверен: все ли его видели или только волшебники и я. Я - как свидетель, а они - как специалисты, - снова от вернувшейся неуверенности пожал плечами Владимир. - Менавор меня оставил в живых, чтобы я всё увидел и всё запомнил. Я видел луг. На нём два животных. Мне они показались диковинными. Почему - не знаю. Ходят эти животные по лугу и траву едят. Одна - корова. Её звали Земун. Другая - коза. Её звали Седунь.

- А этот луг разве не на Земле?

- Нет. Он... как бы в другом пространстве, - задумался на секунду Владимир. - В открытом космосе. Прямо посреди него. Так мне показалось. Но было это видно очень отчётливо. Это не мираж. Этот луг точно был. Был, а иначе, как тогда всё остальное случилось?

-Что?

- На моих глазах корова и коза наелись травы. Да так, что у каждой вымя распухло, - ответил Владимир. - Ходят по лугу и сосками за траву цепляют. Ходили, ходили, смотрю, а из сосцов молоко полилось. Корова в

одной стороне луга оказалась, а коза в - другой, противоположной. Ходят они там, а из вымён молоко течёт. Сначала немножко, а затем прямо целый поток пошёл. И вот это молоко стало проливаться прямо из космоса на решётку планеты. Льётся и остаётся в ней. На мультфильм было похоже. Земля стала круглой. И вся из молока. Прямо как в сказке - Молочная река и кисейные берега...

- А затем?

- Затем... - вздохнул Владимир, явно вспоминая увиденное и переживая его повторно. - Пока молоко лилось на Землю, образовалась пена. Немного. Но вот именно из неё и появилась эта Серая Уточка. Она стала плавать туда-сюда. Плавает, а сама лапками молоко месит. Месила-месила, смотрю, а она уже из того молока комок масла сбила. И снова скажу вам - это всё на мультфильм похоже. И было бы им, если бы этот комочек масла вдруг не превратился в самую что ни на есть настоящую землю. То есть - сушу. Не то, чтобы сразу. Сначала холм из земли появился. А Уточка всё плавает да молоко месит. Затем холм большим собрался. Его Боровицким назвали. А на этом холме из того же масла камень сделался. Огромный такой. Уж не знаю, как это произошло, но камень тот на холме оказался. Камень раскалённый до красна. Вот лежит он на новой земле, вокруг река Молочная, на ней Уточка Серая плавает. Она молоко месит, масло сбивает, а из него всё новая и новая земля получается. Вот так Земля заново и появилась.

- И что в увиденном тебя не устраивает? Это же общеизвестная методика терраформирования, - ухмыльнулся Виор. - Я ничего нового от тебя не услышал. И тебе не советую так нервничать по пустякам.

В сердце алгоритмов

- Организм выстраивает свою структуру в зависимости от управления, - пояснил Ладон. - Если управление осуществляется через свет, то есть путём освещения, то организмы формируются так, чтобы максимально интегрироваться со всеми сторонами света. Свет освещает пищу, жизненное пространство, партнёров по размножению. Тогда центральным объектом притяжения общества становится то, что производит свет.

- Солнце! - догадался академик Адамов, осматриваясь вокруг.

Он совершенно не был испуган. Даже, лучше сказать, в нём вдруг проснулся какой-то знакомый интерес, и очнулось очень привычное доверие. То. что Ладон предстал перед ним в полном своём драконическом виде, лишь на секунду притормозило Адамова, и уже через миг он послушно сел с удивительным драконом в транспортёр.

«Надо кое-то проверить, - пояснил ему Ладон. - Прошло много времени. Нам нужны ваши анализы».

Несколько минут полёта показались Адамову вечными. Его удивляло всё на борту этого летательного средства. Он, технически грамотный учёный, так и не смог идентифицировать ничего из того, что увидел вокруг.

«На каком принципе летает этот... э-э-э... самолёт?» - попытался узнать Адамов.

«На обычном. Перезаписывание. Послойное перезаписывание», - пояснил Ладон, и после этого Адамов совершенно перестал ориентироваться в технике властелинов.

«Простите, перезаписывание чего? Вы, наверное, не поняли мой вопрос?» - попытался уточнить Адамов.

«Я всё понял. Технология "полёта" - это не полёт, а перезаписывание. Бортовой компьютер "Алатыря" записывает нас в каждый последующий слой пространства-времени, а предыдущую копию стирает. Визуально получается, что мы движемся в неподвижной матрице пространства-времени. Так летают все наши корабли. Другого способа не существует», - пояснил Ладон.

«А... Понятно... - неуверенно произнёс Адамов, ничего не поняв из того, что сказал дракон. - Как не существует? А мы вот летаем в космос!»

«Не смешите меня! - ухмыльнулся Ладон. - Это вы своим людям рассказывайте. А я-то знаю, что никуда вы не летаете. Более того, вы даже не знаете, что находится за атмосферой».

«Почему не летаем? Почему не знаем?» - расхорохорился Адамов.

«Потому что мы вас туда не выпускаем», - просто объяснил Ладон.

В этот момент раздался какой-то сигнал. Адамов посмотрел в лобовой экран и увидел, как прямо по курсу перед ними из воздуха материализовался огромнейший космический корабль, и их «тарелка» неслась прямо на эту гору металла.

Адамов даже не успел испугаться. Его полностью охватил паралич, возникший у академика оттого, что он только что увидел. Затем в горе раскрылся какой-то портал, и «тарелка» плавно в него влетела. И вот теперь Адамов и тот самый дракон находились в сильно освещённой комнате, обставленной какими-то совершенно непонятными вещами. Возможно, приборами или машинами.

- Если вместо света выступит звук, то организмы будут сконструированы и выстроены на всех сторонах звука. Например, в тёмных пещерах обитают летучие мыши. Они охотятся ночью. То есть свет им почти не нужен. Зато в своей охоте мыши ориентируются по звуку. В результате у них образовались органы, которые осуществляют эхолокацию звуковых сигналов и по этим сигналам эти органы выстраивают изображение местности в темноте, - Ладон продолжал объяснять, а сам совершал какие-то действия в приборе, очень отдалённо напоминающей некий сканер.

- Должен быть источник управляющего сигнала. Он может быть один или это может быть целая сеть, - согласился с ним Адамов, пытаясь понять, что же это за прибор и что вообще нужно этому дракону от академика. - Если один, то его можно вычислить как эпицентр распространения организмов соответствующего управления.

- Дело в том, что мы привыкли к тому, что наше управление происходит по свету. Мы видим друг друга, мы получаем и отдаём тепло квантами света - фотонами. Всё пространство вокруг освещено, и поэтому оно нами в световой форме и воспринимается. Мы различаем ряд уровней в свете - цвета, и на их основании видим мир цветным. Мы различаем фазу отражённых от предметов световых сигналов, и поэтому два наших глаза видят по-разному и на этом свойстве формируют нам объёмное зрение, - произнёс Ладон, продолжая заниматься своим делом.

- Но что если существует иной канал коммуникации - не свет? Кто-нибудь задумывался над этим? - вдруг осенило Адамова.

- Электромагнетизм! - улыбнулся дракон.

- Электромагнетизм - это тот же свет, только различается диной волн. Нужен какой-то иной канал связи. Кардинально иной, - настаивал Адамов.

- Зачем? - пожал плечами Ладон.

- Затем, чтобы понять, как властелины осуществляют управление, - осторожно произнёс Адамов.

-Я же сказал: по свету. С помощью Солнца. Здесь нет тайны. Просто вы никак не хотите услышать правильное объяснение. Ваше управление вы получаете через Солнце, из Солнца, - пояснил Ладон и со словами «ваши анализы в порядке, транспортёр доставит вас к точке забора» коснулся лба Адамова, и летательное средство унесло спящего академика туда, откуда его совсем недавно забрал дракон.

Шаблон истории

- Прописываем шаблон истории, - начал собрание командир корабля Волос. - Основная часть алгоритма такова. Жил царь. Он был хорошим правителем. Но время пришло, и царь состарился. Народ перестал его слушать и стал разбегаться. Начался беспорядок. Мимо проходил новый царь. Он увидел, что престол практически пуст. Убил старого царя и занял его место. Новый царь с новыми силами взялся за дело и быстро навёл порядок. Люди ему рукоплескали: великий царь! Но время прошло, он состарился и превратился в такого же старого царя. Он оставался на своём троне как раз до прихода нового молодого царя.

- Закольцованная схема получается. Это хорошо, - согласилась Мокошь.

- Это одна обособленная программа - процедура^176. Она - главная. А вторая - вот такая. В царстве этого царя, когда он был ещё в самом расцвете сил, происходит такая история. У царя и царевны есть дочь. Она - красавица. Царь и царевна берегут её, но время свадьбы на подходе. Красивой молодой девушке завидует старая уродливая женщина. Она подсовывает девушка отравленное яблоко, девушка кусает его и засыпает мёртвым сном. Царь не хоронит её, а укладывает спать в хрустальный гроб, - Волос договорил и стал ждать реакции властелинов.

- Я, как ответственная за процедуру смерти, не могу согласиться с такой постановкой алгоритма, - стала протестовать Мара. - При таком подходе мы всех царевен уничтожим. Нужно искать иное решение или сделать дополнение к уже озвученному. Я предлагаю разбить эту процедуру на два варианта. Первый вариант - оставить тот, который предложил командир. Но дополнить этот вариант таким развитием: через несколько лет юный царевич находит спящую красавицу, целует её, она просыпается, и влюблённые женятся.

- Не очень удачный ход. Некрофилией немного потягивает, - фыркнул Ладон.

- Спящая царевна! Не мёртвая, а спящая! Пусть это будет летаргический сон или какой-либо другой, - уточнила Мара. - Второй вариант развития событий обходит ситуацию со сном или умерщвлением. Царь сажает царевну вместе с её женихом в бочку и бросает её

в море. Влюблённые спасаются - волна прибивает их к острову, на котором они продолжают жить счастливо.

- Ну, что ж, я посмотрела будущее. Оба варианта прижились и получили широкое распространение, - сказала Мокошь. - Более того, именно на этих вариантах оказались построены самые главные моменты истории. Люди уверены, что всё так и было. Это хорошая инсталляция того, чего в прошлом не случалось. И, самое главное, этих двух процедур, включая то, что вторая раздвоена, хватило на всю историю Земли. Я даже удивляюсь, насколько широка фантазия Матери Сва, которая сгенерировала из этого столько различных вариантов!

- Ну, я пока даже ещё не приступала, - отозвалась Матерь Сва. - Но я готова согласиться с тобой, Мокошь. Этих вариантов хватит для того, чтобы я на их основе сгенерировала историю человеческой цивилизации на много тысячелетий в глубину. Не вижу никаких препятствий для этого. Думаю, что через короткое время основные версии будут готовы, и мы сможем залить их в память всего человечества. Все будут помнить одно и то же, людям будет казаться, что всё это было в реальности, и даже то, что и сама реальность эта действительно существовала.

- Прошу понять, мы не обманываем людей, - произнёс Волос. - У нас нет такой цели. Мы просто не можем сказать им, что Земля - планета и все люди, животные и растения на ней - была созданы всего за несколько дней нашим бортовым компьютером и Матерью Сва. В это никто из людей не поверит. А в ту историю, которую мы им загрузим в память, поверят все люди.

- Кстати, Волос, мы так и не решили вопрос с датировкой нашей миссии, - вспомнил Ра. - Таруса сказала, что надо хотя бы учесть её возраст - 52 года. Но мы же прекрасно понимаем, что историю, в том числе и ту, которую мы будем генерировать для людей, нельзя начинать с такой даты. Представляешь, с начала времён идёт всего лишь 53-й год?! Да, любой человек скажет, что мой отец и дед, даже они, помнят, что было до этого! А до «этого», как мы знаем, ничего и не было. Даже мы на «Алатыре» проснулись всего семь дней тому назад.

- Я согласен с тобой, Ра, - ответил командир корабля. - Думаю, можно прибавить сто лет или тысячу, две, три... Какие будут предложения?

- Если прибавим сто лет или двести и получим трёхзначную дату, то никто не сможет ощутить глубины истории, - затараторила Таруса. - В этом случае четырёхзначные цифры лучше. Есть тысячи лет, которые, вроде бы, цивилизация развивалась. А если прибавить десять тысяч лет или больше, то возникнут подозрения: получается, что цивилизация развивалась очень медленно или даже вообще не развивалась. Встанет вопрос: почему?

- Хорошо. Сколько ты предлагаешь прибавить? - спросил Волос.

- Тысячу лет мало, три - много. Две. Прибавим две тысячи лет. Или даже лучше не полные две тысячи, а тысячу девятьсот, чтобы казалось, что идёт завершение второго тысячелетия. Этих лет достаточно и для того, чтобы сформировались народные традиции, и для того, чтобы народы разбежались по лику планеты, - пояснила Таруса.

- Так и будет, - подтвердила Мокошь. - Я посмотрела будущее. Оно уже сверсталось вослед тех слов.

которые озвучила Таруса. Мы уже живём в 1953-м году. Всё. Это - реальное начало планеты Земля и всего, что на ней есть. Поздравляю! Люди будут считать, опираясь на вложенную в них память, что идёт 1953-й год.

- Все варианты истории Земли сформированы с опорной датой «1953-й год», - доложила Матерь Сва. - Создано шестьдесят четыре варианта исторической процедуры - по тридцать два варианта каждого вида: с засыпанием красавицы и с заточением красавицы в бочку. В каждый вариант введена соответствующая народная окраска, адаптированы топонимы и имена героев, учтены особенности языка и культуры. Готовые варианты отправлены на Солнце. Ожидаемое время окончания загрузки выработанной версии истории чуть более восьми минут.

- Хорошо. Будущее сформировано. История создана и помещена в людей. Закрываем заседание, - произнёс Волос, выслушав синхронный доклад Матери Сва.

Все потянулись к выходу, а командир остался сидеть на своём прежнем месте. Пока Таруса разъясняла то, как надо подгонять вымышленные датировки под психологию человека, Волос поймал себя на мысли, что с ними, властелинами, никто так церемониться не стал. На «Алатыре» не оказалось ни одного упоминания какой-либо даты, которую можно было бы связать с началом их межгалактической миссии. Поэтому даже он, командир корабля, так и не узнал, когда начался их полёт и на какой стадии этого полёта пришлось его прервать и высадиться на Землю. Это было очень странным...

* * *

...Кома Посоорву тоже задумался над ситуацией: «Таруса оказалась права. Датировки процессов имеют значение. Прежде всего для тех, кто участвует в этом процессе в качестве элемента процесса. Поэтому люди это участники процесса под условным названием "Цивилизация планеты Земля". Вот властелины дали им историю и датировку исторических событий. Пусть даже вымышленную и полностью недостоверную. Но теперь люди смогут ориентироваться в этой исторической сетке, и такой ориентации им для их жизни будет достаточно».

«Что же касается властелинов, - продолжил рассуждать Кома Посоорву, - то тут я с Волосом согласен: упустил я этот момент. Не догадался до введения дат на "Алатыре". Хотя одну цифру Таруса всё-таки выцепила ей якобы пятьдесят два года. Да, может быть, и столько. Но это не земные годы. Как удивилась бы Таруса, если бы узнала, сколько составляют её "пятьдесят два года" в земных годах!»

Кома Посоорву мысленно улыбнулся. Его веселила ситуация. Пятьдесят второй раз проходя эту Игру, он уже и «руку» набил, и «глаз» наметал... И вдруг улыбка на его мысленном «лице» сменилась задумчивостью: «А ведь и я не знаю, сколько мне лет. Ни в земных годах, ни в летоисчислении властелинов...»

«Хорошо хоть после предыдущих сеансов Игры я не всё с планеты Земля удалял - остались какие-то постройки, здания, сооружения, мелкие вещи, кости всяких животных и некоторое другое. Надо бы мне заняться и поисследовать эти остатки, может, из них я смогу почерпнуть данные и о своём возрасте!» - мысленно вздохнул Кома Посоорву, получив себе ещё одну неразрешимую загадку...

Капустные Миры

Владимир счёл, что Виор просто не воспринимает всерьёз его слова о Серой Уточке и её роли в формировании Земли. Поэтому он надулся, немного помолчал и выдал:

- А как думаете вы? Как, по-вашему, появилась Земля? Как устроен окружающий мир? Я-то всё это видел. Сам... Но мне интересно узнать и вашу точку зрения.

После этих слов Владимир ухмыльнулся и надменно приготовился внимать.

- Мир устроен очень просто, - пожал плечами Виор. - Примерно так, как кочан капусты. Множество листов, вложенных один в другой, а в центре - кочерыжка.

Виор поднял руку и провёл ею в воздухе, там материализовался кочан капусты. Виор взял его и протянул Владимиру, который в запале решительно отказался от овоща. Он отодвинул кочан ладонью вбок и упрямо наклонил голову.

- И где же в этой схеме Земля? - недоверчиво произнёс Владимир, пока ничего не соображая по поводу только что состоявшейся материализации мысли.

Его идущее по инерции сознание не смогло своевременно зацепиться за неожиданный важнейший образ. Владимир полностью погрузился в спор. И только на дальних границах его мозжечка слабыми синими искорками нейроны принялись возбуждать свой интерес и обсуждать удивление.

- Земля - гиперболическая поверхность, - пояснил Виор.

- Не круглая? - уже с меньшим энтузиазмом задал вопрос Владимир.

Он вдруг чётко осознал, что его это уже не интересует, а то, что ему действительно сейчас интересно, так это...

- Нет! - жёстко произнёс Виор, и Владимиру показалось, что он ответил ему на незаданный ещё вопрос, который теперь задавать уже и не следовало. - Земля похожа на капустный лист. Вся планета - это один слой капустной обёртки. Он состоит из нескольких листов.

- Это материки? - с новым энтузиазмом включился в разговор Владимир, а синие искорки подозрительных нейронов сменились красными, чем переключили внимание Владимира с чуть, было, не пойманной материализации на пока ещё едва ощутимое чтение мыслей.

- Нет! - снова жёстко произнёс Виор, и Владимиру опять показалось, что он ответил на незаданный ещё вопрос. - Это тектонические плиты. Каждый лист-плита заходит под другой, соседний. А вместе они слагают один общий слой.

Владимиру вдруг стало всё глубоко не интересно.

- А мы, люди, где?

- Мы находимся на внутренней стороне такого листа. Как капли росы собираются на его поверхности.

- И что, лист Земли такой же тонкий?

- Да. Земля - это тонкая оболочка. Под нами другой мир. И над нами другой мир, - Виор поднял руку вверх и провёл ею по небу; оно расступилось, и в каком-то сказочном мареве проявилась некая многоэтажная структура, уходящая, как в зеркале, далеко вглубь пространства.

- А как это «над нами другой мир»? - мечтательно переспросил Владимир, мозг которого в очередной раз предательски не желал цепляться за то, что действительно представляло информационную ценность.

- Мы смотрим вверх и видим тыльную сторону следующего листа, следующей Земли. Если пройти сквозь эту следующую Землю, то там окажется ещё одна Земля. И так далее - до бесконечности.

- И что, это всё одна и та же Земля?

- Нет. Это разные планеты, - ответил Виор. - Можно так сказать. Каждая последующая планета меньше предыдущей. Пока все не сведутся к той самой кочерыжке.

- Тут я с тобой не согласна, - вклинилась в разговор до этого молчавшая Вреса. - Я думаю, то уменьшение размеров, о котором ты говоришь, является всего лишь следствием перспективы. То есть реально все слои - и все планы, и все планеты - одинаковы по своим размерам.

- Не буду с тобой спорить, Вреса, - поскольку этого ни ты, ни я наверняка не знаем, - дипломатично свернул зарождавшийся конфликт Виор. - Посмотрим. Будущее покажет...

- А как на Земле появились люди? И когда это произошло? - не обращая внимания на них, Владимир продолжал существовать в своей собственной парадигме диалога.

- Произошло это в 1592-м году, - ответила Вреса; она решила тоже покрасоваться перед непонятным существом своими богатыми знаниями. - Тогда из-под земли появился первый человек.

- Один?

- Нет. Сразу несколько подземных родов смогли найти проходы на нашу сторону Земли.

- Что это за «проходы»?

- Проход... - замялась Вреса; она некоторое время попыталась найти подходящий образ для примера, но,

так и не найдя, вернулась к модели типа «кочан». - Как поры у листа капусты, через которые лист дышит. Вот через такие поры и можно проникнуть внутрь листа У Земли есть свои собственные «поры», через них можно пройти сквозь «лист» Земли. Точнее, через план Земли. Она же - планета.

- То есть, вы хотите сказать, что какие-то подземные люди отыскали эти поры - «проходы в Земле» - и перешли сквозь них на нашу сторону Земли? - с выражением предельного удивления Владимир повернулся к Виору, явно намекая на какое-то подтверждение слов Вресы с его стороны.

- Да, - просто ответил Виор. - И случилось это в 1592-м году. Поэтому именно с этой даты и начинается григорианский календарь. А раньше на Земле людей не было. И, более того, была другая окружающая среда.

- О среде потом поговорим, - деловито отозвался Владимир. - Мне вот интересно, а поры эти сейчас сохранились?

- Конечно, сохранились. Иначе бы как Земля дышала? - удивился Виор, всем своим видом показывая явную нелепость заданного вопроса.

Владимир в ответ на его мимику как-то странно сощурился, демонстрируя откровенное недоверие. Виор понял это и добавил:

- Их нельзя уничтожить или каким-либо образом заложить, засыпать.

- И вы знаете, что это за «поры» и где они находятся?

- Конечно! Это пирамиды, - рассмеялась Вреса, всем своим видом демонстрируя то, что о такой ерунде знает каждый, и поэтому вопрос Владимира вызвал у неё смех.

- Какие пирамиды? - удивился он. - Те, которые построены фараонами?

- Пирамиды никто не строил, - в свою очередь рассмеялся Виор. - Их создали программисты. Те, которые программировали Землю. Терраформирование! Забыл, что ли?

- О программистах - потом, а о пирамидах - сейчас, - всё тем же безапелляционно деловитым тоном потребовал Владимир.

- Пирамиды расположены в пяти точках Земли, - снова пожал плечами Виор; он явно не понимал, что в этом может быть интересно, ситуация с пирамидами известна же всем. - Через китайские пирамиды пришли жёлтые. Через африканские - чёрные. Через русские пирамиды - русские. Через европейские - европейцы. А через американские - индейцы. С этих первопроходцев и начались роды. На латинский манер их называют - расы. Слово одно, но звучит по-разному.

- То есть расы - это разные виды людей? Или даже роды? - уцепился за ситуацию Владимир.

- Не просто разные. А вообще разные, - снова вклинилась Вреса. - Это, кстати, моя тема. И это, я говорю о родах-расах, совершенно разные программы. У каждой расы свой собственный код, свой уникальный алгоритм и своё предназначение. Как в компьютерной игре: одни герои хорошие, другие - плохие, а третьи - само олицетворение зла...

- Вы сказали про другую среду... - неожиданно перескочил Владимир.

- Да. До 1592-го года на Земле была другая среда - водная. Поверхность Мирового океана была выше примерно на 70 метров. По отношению к тому уровню, который зафиксирован сегодня, - пояснил Виор. - Для

тех, кто в этот период располагался на том уровне, на котором мыс находимся сегодня, давление было в 7 раз выше, чем в наши дни.

- И как это доказать? - недоверчиво отреагировал Владимир.

- Очень просто. Все леса на планете не старше 400 лет. Если точнее, то нет ни одного дерева старше 150 лет. Я, конечно, не говорю о немногих уникальных сохранившихся экземплярах, которые выжили в горах, на возвышенностях и в других местах. Ни у одного народа нет никакой настоящей истории древнее 1492-го года. Истории всех народов высосаны из одного и того же «пальца».

- Ну, допустим, - с некоторым сомнением согласился Владимир. - А откуда, по вашей версии, появилась сама Земля? В смысле, куда пропала эта... первородная вода?

- Ну, - явно пародируя Владимира, ответила Вреса. - Перепрограммировали её. Кома Посоорву решил, что на этот раз надо попробовать на Земле не аквариум с рыбами развести, а аэрариум.

- Аэрариум? Это что ещё такое?

- То же, что и аквариум, только вместо рыб - люди. А для нормального их обитания Кома Посоорву терраформировал Землю и убрал с неё часть воды. Мировой океан обмелел ровно настолько, чтобы суши стало достаточно для реализации программы «Человечество».

- Не знаю, кто вы такие, но всё, что вы мне тут порассказали, сильно смахивает на сказку, - скептически отреагировал Владимир. - Вспоминается русская сказка: мол, на поверхности мирового океана плавала Серая Уточка. Потом она принялась нырять и достала землю, на которой потом люди и поселились...

- Почему «сказка»? - в свою очередь, искренне удивилась Вреса. - Это вполне реальная история. Точнее, это именно история, а не то, что потом в книгах понаписали. И именно потому, что это история, у всех народов она дошла до нашего дня почти без искажений.

- Тогда можно предположить следующее. Люди, когда, по-вашему, они вылезали из земли, могли как бы рождаться из самой Земли. Так? - спросил Владимир и, не дожидаясь ответа, сам объявил: - Отсюда что ли миф об Адаме?

- Отсюда, - не понимая, в чём подвох, ответил Виор. - Те люди, которые первыми пролезли на Землю, видели, как лезут другие - следующие за ними. И, конечно же, им это казалось чем-то вроде образования Адама из земли. Или из глины.

- Интересно... вы тут повествуете... - протянул Владимир, показывая всем видом, что он раскусил их шутку, только пока никак не поймёт, в чём именно она состоит. - А проходы сохранились?

- Места сохранились, - ответил Виор. - Но их запечатали. Чтобы больше не лезли.

- И что, известно, где эти места?

- Известно. Одно - на Самарской Луке. Там и сегодня в скале осталась огромная гранитовая пробка, которой забит выход на поверхность Земли. Есть выход в Москве. На нём стоит памятник Петру Первому. Есть выход в Наровчате, там в горе более семи этажей подземелий. Есть выход в Сарове. Именно поэтому город сделали закрытым, а вовсе не потому, что в нём оружие делают... - охотно принялась перечислять Вреса.

- Вернёмся к строению мира, - снова прервал её Владимир, - Те листы, которые над нами, как мы их видим?

- В виде космоса. Луна - это одна из таких пор. Через неё можно попасть на другую сторону космоса. На следующую Землю.

- А звёзды?

- Звёзды - это наши души, - с каким-то неподдельным очень ярким теплом произнёс Виор. - То есть управляющие матрицы. Когда человек умирает, его душа превращается в своеобразный сперматозоид и устремляется вверх. Там она находит проход в небе и попадает на следующую Землю.

Родина мессианского рода

Родина настоящего мессианского рода - Старая Рязань. Именно за это сожгли город появившиеся христиане. Они сравняли его с землёй, чтобы только не допустить появления нового мессии. Но к моменту сожжения стало уже поздно. Божественный ребёнок был вывезен в неизвестном направлении.

...Белый мещёрский туман попыхтел-попыхтел и стал убираться восвояси. Он медленно вползал в укромные овраги, стремясь спрятаться от дневного воздействия. Чуть только прояснилось, на пригорке показался крест. Он мрачно возвещал прибытие в Рязань чужеродного войска.

Князь Рязани уже знал: каратели вырежут всех.

Княгиня быстро оделась, схватила мессианского сына и кинулась прямиком вниз по крутому склону к спасительной Оке^177. Там княгиня прыгнула в тяжёлый струг и скрылась под мощным дубовым навесом, соо-

ружейным в центре ладьи. Дружинники налегли на вёсла, и спасительный ковчег сорвался с места, словно берестяная корка, подхваченная ярым весенним ручьём.

Крестоносные христиане успели подбежать к краю берега. Они с неимоверной злобой на безумно обезображенных крестами рылах посылали тучи стрел вдогонку быстроходному стругу, но спасительная река уже несла его на своих мощных водах.

Всего через километр ладья примкнула к противоположному берегу. Здесь, в Спасске, городе, словно мифическая Атлантида, окружённом водным кольцом, мессианский младенец и его спасители нашли убежище. Они знали, что церберы с крестами не могут перейти воды Оки. Им было запрещено.

Мессианский ребёнок в мгновение ока прыгнул во временной тоннель и оказался на 900 лет в будущем - на острове Тула. Там он привычно вселился в только что родившегося младенца. История прервалась, но мессия остался жив.

Ещё через шесть лет он вернулся к берегам Старой Рязани и прожил там следующие шесть лет. Потом вернулся в Тулу, чтобы прийти в Москву и в Мир.

Провидцы, знавшие об этом, назвали сей город Спасск - в нём мессия спасся от христианских дикарей.

ГЛАВА 5. ЗОЛОТО

Подмосковные берега

Мало кому удавалось увидеть всю грандиозную конструкцию «Алатыря». Никто не замечал его пределов. Даже властелины ошибались, считая самим кораблём внутренний шлюп, предназначенный для перемещения по «Алатырю» и припаркованный в окрестностях Иваново. Да, и «Алатырь» был устроен совсем не так, как примитивная бочка с иллюминаторами.

Реальные движения не происходят в несуществующем космосе^178. Возможен только полёт мысли. А для такого перемещения вовсе не нужны механические конструкции, связанные «законами» Ньютона^179. Необходима фантазия. А ещё - умение материализовывать мысли. Свои и чужие.

- В Москве^180 на станции метро «Киевская» расположен проход в Тот мир. Он закрыт железной крышкой^181. Огромной, - сообщил Дифоор.

- В средние века крестоносцы^182 шли этим потоком из Европы^183 и хотели завоевать Москву, - добавил Ви- комп. - Но их остановили. Это и была битва на Калке^184. То есть на Куликовом поле^185.

- Чёрные - Кощеи - являются хранителями Москвы и Мира, - согласился с ним Дифоор. - Они могут выходить из-под земли. У них есть проход на Лубянку^186. На Лубянке есть отдел, который занимается исключительно ими. И он расположен под землёй. Несколькими этажами ниже уровня земли. Глубокосекретный.

- Сам центр находится под библиотекой Ленина, - кивнул в ответ Викомп. - Там расположен концентратор энергии.

- Так, товарищи! - вставил свою реплику Глате. - Вы меня-то так не игнорируйте! Я же всё-таки с вами в одной команде. Да? Или нет?

Но ни Викомп, ни Дифоор его не слышали. Они уже вошли в то состояние, в котором их возможности видеть сквозь время и пространство обострились максимально.

- Библиотеку ИНИОН сожгли специально, произнёс Дифоор. - В ней хранилась старинная книга. Она... в толстой коже... с железными бляхами.

Он немного помолчал, как бы всматриваясь в глубину иной реальности, а потом добавил:

- У книги не хватает одной страницы.

Дифоор снова прервался и напряг все свои силы, чтобы рассмотреть что-то там в ином пространстве. Наконец у него это получилось, и Дифоор с разочарованием выдохнул:

- Поэтому её нельзя использовать.

- Книга сейчас находится у Виктора Садовского^187^188, - согласился Викомп. - Поэтому у него сорвало «крышу». Он чувствует себя богом.

Повисла долгая тишина. Из только что состоявшегося диалога невозможно было понять, что это за книга и почему от обладания ею у Садовского сорвало «кры-

шу». Но в этом можно было разобраться потом, а сейчас самым главным было то, что пророки увидели сам предмет вожделения - книгу.

Если в ней заключается какая-то сила, то обладание книгой сродни обладанию неким оружием. Опасно и непредсказуемо.

- О книге знают мусульмане и крестоносцы Европы, - продолжил Дифоор. - Но если книга достанется мусульманам, начнётся тотальная резня.

Пророки посмотрели друг на друга и сразу же перешли к магии. Не дожидаясь воплощения такой реальности, которая могла бы вызвать резню, они перепрограммировали реальность таким образом, что с этого момента исламскому миру пришлось двигаться по замысловатому кругу. С точки зрения мусульман, теперь их путь представлялся им чрезвычайно важным, и его крайне необходимо было пройти. С точки зрения других конфессий мусульмане зашли в символический лабиринт, из которого им выхода не найти.

На этот турпоход тратились силы и время членов исламской «паствы», после чего они приходили к финишу в ту же саму точку, из которой стартовали в самом начале своей эпопеи. Поэтому никакого конкретного наказания или препятствия больше не требовалось. К концу жизни прошедший через всё возвращался к состоянию младенца. Его мозг отказывал, и цивилизация очищалась от агрессивной болезни.

- Вернёмся к Москве, - произнёс Глате. - Неспроста же она всегда манила к себе иностранных завоевателей и преступников всех мастей!

- Ты прав. Москва - непростой город. Как и любой магнит, она притягивает к себе. Тем - что скрыто в её недрах. Под Москвой есть судьбоносный поток^189, - почти металлическим голосом какого-то робота ответил Дифоор. - Он представляет собой именно то, что питает нашу Землю. Этот поток идёт через станцию метро «Киевская» на северо-восток, а где-то недалеко от Moсковской кольцевой автомобильной дороги поток заворачивает к югу.

Дифоор замолчал. Он напряжённо всматривался куда-то. Это продлилось несколько долгих секунд, после чего Дифоор закончил свой сеанс.

- Этот поток и нужен европейцам, - выдохнул он.

- Да, уж. Всё так понятно... - расстроился, было. Глате.

- Под землёй расположен Рог Изобилия^190, - заговорил Викомп. - Он в северо-восточной её стороне. Европейцам нужен этот Рог. Они надеются, что завладеют им.

- Зачем он им нужен? - удивился Глате.

- Частицы его вещества добавляют в бомбы - в те, которые принято называть «атомными», «ядерными», «водородными». Никакого ядерного оружия не существует. Взрывается частица, взятая из Рога Изобилия.

- А что это за такие волшебные частицы? - в очередной раз удивился Глате.

- Частицы магнитного однополюсника^191. Он находится на шлюпе «Алатыря», припаркованном близ Иваново, - ответил Дифоор. - А туда его привезли из Сибири. Это было секретное оружие Кощеев, из рода которых последним царём был Алексей Косыгин^192. Он отдал вещество Красным в обмен на то, что его, Сибирь и племя кощеев красные не тронут. Поэтому Сталин называл Косыгина «царевичем», а советская власть обеспечила эту «царевичу» фантастический карьерный взлёт.

- Бомбами из этого вещества в девятнадцатом веке властелины вели войну с восставшими клонами, - добавил Викомп. - Поэтому на лике Земли столько много отметин от «ядерных» взрывов. Эти взрывы перемалывают строения в труху, поэтому на Земле столько засыпанных городов. Когда клоны пошли войной на властелинов, те открыли по ним огонь. Но и клоны, отвоёвывая оружие у властелинов, применяли его против своих создателей...

Повисла долгая пауза. Глате показалось, что в воздухе возникли миражи, которые иллюстрировали сказанное пророками. Мировая война была столь страш-

Но и, что взрывами неизвестного оружия стирало с лица земли целые города. Глате смотрел на всё это, не моргая, а когда всё же на мгновение сомкнул глаза, от׳ марева не осталось и следа...

- А мирной функции это вещество не имеет? - удивился Глате, переводя дыхание.

- Есть и мирное применение. На этом веществе в советское время построен циклотрон. К северу от Москвы. Недалеко от «Алатыря». Революцию в СССР европейцы сделали для того, чтобы завладеть этим циклотроном. Они в начале 90-х демонтировали его и затем собрали заново у себя в Европе - под названием Большой адронный коллайдер^193.

- И что?

- Европейцы - глупые. Они украли не то, что нужно было красть. Сам по себе коллайдер никому не нужен. Важно не сталкивать частицы, как европейцы делали в своём коллайдере. Важно пускать частицы по параллельным орбитам, как было у нас в циклотроне. Тогда возникает колоссальная энергия, которую можно использовать разными способами, - ответил Дифоор.

Он хмыкнул и тут же перескочил на совершенно другую тему.

- Под мавзолеем находится главный морг Москвы. Через него хозяева того вещества - чёрные - могут про-

ходить в этот мир. Ленин лежит на границе Миров. Он - демонстратор одновременного присутствия и в Том, и в Нашем мире^194.

- Владимир Путин сначала договорился с Ротшильдами и Рокфеллерами, а потом к нему явились чёрные и поставили условие, - продолжил Викомп. - Либо он работает на сохранение Москвы и страны, либо они убирают его и ставят другого.

Глате сидел с раскрытым от удивления ртом. Он даже не мог сообразить, на что и как ему реагировать. Информации было слишком много. И пока он растерянно глотал воздух, Викомп и Дифоор встали со своих кресел и ушли в огромное старинное зеркало, занимающее почти половину стены.

Это окончательно добило Глате. Он медленно сполз со стула. Почти на четвереньках, боком подкрался к отражающему предмету и ткнулся в него лбом - голова в зеркало не влезала. Никакого прохода не было...

Поиграй со мной, звезда!

Глате простоял так долго. Минут двадцать. Его мозг отказывался генерировать команды телу, необходимые для того, чтобы встать и отойти от зеркала или хотя бы

отползти от него. Пока он, как не умеющий ходить младенец, раскачивался на четвереньках, Дифоор и Викомп вернулись из своего похода.

Они вышли из того же зеркала, в котором чуть ранее скрылись. Дифоор держал в руках старинную печатную машинку какого-то неизвестного типа. Стоя около ошалело взирающего на них Глате, они с интересом наблюдали за тем, как он старается побороть НЕВОЗМОЖНОСТЬ.

- Это - не портал, - произнёс Викомп, отвечая на немой вопрос, застывший в глазах Глате. - Настоящие порталы размером с город.

- Вам бы стоило подняться с четверенек, - без улыбки произнёс Дифоор. - Или вас не интересует ответ на вопрос «что такое портал»?

После этого приказа Глате словно ожил. Он, кряхтя, поднялся с колен и с трудом плюхнулся на стул. Чуть продышавшись, он уверенно кивнул головой, показывая, что, мол, готов к продолжению разговора.

- Города-звёзды устроены как телепортационные центры, - сказал Дифоор.

- В смысле? - хрипло спросил Глате, к нему постепенно стал возвращаться интерес.

- Когда властелины только создали «планету» Земля и она наконец-то стала пригодной для жизни, им потребовалось заселить получившийся «аквариум». В новый земной мир властелины стали помещать разных существ, иногда созданных искусственным путём, иногда трансформированных из местных видов аборигенов, а иногда и привезённых из других уголков Вселенной.

- Я не очень согласен с термином «из других уголков Вселенной», - принялся спорить Викомп. - Мы оба

знаем - не существует никаких «других уголков». Наша Игра - одна и единственная.

- Погодите, а причём тут города-звёзды? - вмешался в разгорающийся спор Глате, недовольный тем, что Викомп попытался увести внимание Дифоора от интересующей его темы.

Его давно мучил вопрос о таких городах. Их на лике Земли - сотни, а то и тысячи. И, что интересно, никто нигде ни одним словом не обмолвился о том, как они были созданы, кем они были созданы и для чего они были созданы? А также - почему их перестали создавать?

Было сложно даже представить: такие колоссальные сооружения, потребовавшие столь же колоссальных затрат труда, ресурсов и энергии, вообще никак не отражены ни в одной из версий истории...

- Каждый такой город представлял собой пункт телепортации, - ответил Дифоор. - Через него происходило заселение молодой Земли тем или иным видом биологических объектов.

- Странно это, конечно... Но даже если это так, то такое предназначение звёздных городов вовсе не объясняет их звёздную форму. Их звёздную геометрию. Она-то зачем была нужна? Это же самое непонятное! - в запале Глате постучал себя по лбу.

Заметив это движение, Дифоор молча встал, подошёл к Глате и смахнул с его лба невидимый объект.

- Так прибьёшь себе что-нибудь не то, - пояснил он, возвращаясь в кресло.

- Звёздная геометрия города - это уникальная форма, - произнёс Викомп. - А форма - это адрес. Он не зависит ни от времени, ни от пространства. Другими словами, форма города - это соответствующий тип

письма, на котором записаны координаты для телепортации.

С этими словами Викомп поставил странную печатную машинку на стол и жестом подозвал к себе Глате.

- А язык какой? - спросил он, нехотя поднимаясь о стула.

- Язык? - переспросил Викомп, указывая на машинку. - Сочетание углов, прямых, отрезков и других элементов формы. То есть текст или сообщение - это сама форма города-звезды. Она есть и описание координат, и описание спецификации телепортируемых объектов, и описание способа телепортации, и других важных параметров. Каждый такой звёздный город на заре обживания Земли получал от властелинов специальные координаты внутри сети телепортации. Те, кто строил этот город, делали его форму такой, как требовал его персональный идентификационный номер. А затем своей формой город подключался к глобальной сети телепортаций. Вот так всё и работало.

- И работает, - добавил Дифоор.

Викомп несколько раз ударил по клавишам странной печатной машинки, и на высветившемся над ней двумерном экране появилась композиция углов, линий и нескольких фигур. Викомп ещё раз стукнул по клавишам, и фрагменты формы сложились в незамысловатый звёздный город. Как только генерация формы подошла к концу, в узлах решётки города тут же открылись порталы с запросами-сообщениями того, что именно может быть телепортировано через город такой формы и в какое именно место планеты Земля.

- Получается, что звёздные города - это своего рода ковчеги, в которых прибывали люди на Землю? -

произнёс Глате, заворожено следя за процессом создания такой, не известной ему ранее, программы.

- Так и есть, - согласился Викомп. - Пока шла активная фаза терраформирования, звёздные города играли роль ковчегов. По своей конструкции они являлись единым целым и поэтому под воздействием инферио-метровых волн перемещались в пространстве как своеобразные корабли. Только обычные корабли плавают по жидкой воде, а эти корабли - города-звёзды - плавали по поверхности текущей Земли.

Напоминают споры, - на автомате произнёс Глате. - Города эти напоминают споры. Такие же колючие. Или вирусы. У них тоже такая же форма. Да, и молекулы имеют такую же пространственную структуру. Но больше всего города-звёзды похожи всё- таки на споры. Получается, с их помощью на Землю была занесена жизнь?! Вот откуда взялась теория панспермии!

Глате снова хотел, было, стукнуть себя по лбу, но вспомнил предыдущий раз и, глядя на Дифоора, остановил свою руку в паре сантиметров от головы.

- Естественно! Просто у нас разные языки общения и термины разные. Но описываемые явления - одинаковые, - согласился Дифоор, подмигнув Глате. - С точки зрения властелинов, форма городов-звёзд - это так называемая Звезда Марии, то есть Звезда Смерти. Это вовсе не значит, что процесс умирания окончательный, и на нём всё останавливается. Мария - она же Богородица. Спора, или Звезда Марии, - это своеобразная капсула, в которую помещается частица неживой ещё программы. Она в подходящем месте и при необходимых условиях даёт всходы и превращается в настоящую жизнь! Это

своего рода идея воскрешения. Но только не в том же самом «теле», а в новой копии аналогичной программы.

- То есть в детях?! - сообразил Глате.

- Да. В «детях», - подтвердил Дифоор. - А Звезду Марии Богородицы ты мог видеть на старых географических картах. На них в таких звёздах сидит Мария и её ребёнок. Во времена терраформирования она в обязательном порядке помещалась на карты.

- Но она же родила без мужика! - удивился Глате.

- В том-то и дело, - безэмоционально отреагировал Дифоор, - Мария рождает клонов, а не людей. Ей не нужен мужчина. Она - матка. Плодится без оплодотворения. В каком-то смысле, как самка муравьёв или пчёл.

- Клонов? - Глате машинально огляделся.

- Ты не увидишь их. Они - серые. Обитают в подземных городах - подобных подземным структурам

громадных муравейников. Там они, как рабочие муравьи, занимаются обслуживанием своей матери - то есть Земли. Она же -- Мария.

Глате открыл рот от удивления, но ничего не произнёс.

- Здесь же всё устроено просто. Властелины создали Землю. Для себя - как место жительства. Для серых как Мать и Матку, - продолжил Викомп.

- А люди? - растеряно произнёс Глате.

- А люди - это продукт Отца. Они совершенно иные. Точнее, люди - это люди, а серые - это клоны. Они - не люди, а бесполые биороботы.

- Интересно. ..А в чём главное отличие?

- Поскольку серые клоны являются потомками Maрии, то они - смертны. А люди - бессмертны, - пояснил Дифоор.

- Вот и получается, что крепости-звёзды - это материнские заводы, на которых штампуется племя клонов,

- продолжил Викомп. - Они, клоны, смертны - потому что от матери Смерти. Ещё раз напомню, так переводится имя «Мария».

- Да, да... Клоны - как рабочие муравьи..., - поддакнул Глате.

- Клоны могут жить только отведённое им время. Это - как срок работы механизма.

- Механизмы?! - воскликнул Глате. - Точно! Но где их свалки? Для роботов всегда требуются свалки. Туда выбрасывают отслужившие свой срок механизмы.

- Для того чтобы утилизировать тела мёртвых клонов, требуются церкви, - ответил Викомп. - Их и ставят в центр крепости-звезды. Крепость-звезда рождает адамитов, а церковь возвращает умерших из них на конвейер, то есть под землю. Для переработки в

ПРАХ, из которого затем в том же городе-звезде снова создаются аналогичные существа.

- Интересно, и кто же управляет этим конвейером?- поинтересовался Глате.

- Им управляет клан Рамановых^195. Они живут под Землёй. Это они нарыли тоннелей и проложили метрополитены, - ответил Викомп. - Во время терраформирования Земли им было отпущено чуть более пяти- десяти отрицательных лет на то, чтобы они сформировали всю систему жизнеобеспечения планеты Земля.

- Как это «отрицательных лет»?

- Запуск Игры^196 «Планета Земля» состоялся в 1953-м году. С этой даты начался отсчёт реальных лет. А до 1953-го года шёл подготовительный период. Его время расположено в отрицательной части подсчёта времени. То есть этого времени никогда не существовало, но обратной экстраполяцией оно было продлено в отрицательном виртуальном направлении.

- Для чего?!

- Для того чтобы иметь историю, - пожал плечами Викомп. - Никто же не поверит в то, что Игра была запущена в 1953-м году. Все же «помнят» что «было» до этого.

-Ну,... да...

- Реально Игра «Планета Земля» создавалась на компьютерах «Алатыря». Там использовалось машинное время, длительность которого никак не соотносится

с земным временем. На компьютерах «Алатыря» терраформирование Земли заняло не более семи земных лет. За это время была создана вся система. А в размерности земного времени на весь этот процесс ушло более пяти миллиардов тех же земных лет. Это, конечно, якобы. Никаких миллиардов не было. В процессе подготовки Игры «Планета Земля» к старту Программа поручила серым создать всю систему подземных коммуникаций. Её назвали Метро, то есть Матерь. Имея в виду, конечно же, Мать Марию - Землю.

- За пятьдесят лет! Разве успеть? Всю Землю! - сбивчиво переспросил Глате.

- Успели. Теперь все крепости-звёзды связаны между собой подземными ходами. По ним перемещается сырьё, необходимое для выпуска клонов. Теми же ходами пользуются руководители стран, которые - все без исключения - происходят из рода Рамановых. Поэтому они с такой лёгкостью путешествуют из страны в страну. Не уставая и не показываясь в реальном наземном транспорте.

Глате молчал. Его даже тошнило. От того, что силы оставили его. Он был и ошарашен, и счастлив одновременно. На многие свои вопросы он получил ответ, и это казалось верхом блаженства. Так хотелось с кем-нибудь поделиться...

- Получается, клоны смертны?.. - мечтательно протянул Глате. - А настоящие люди бессмертны?.. Интересно, а в чём причина таких различий?

- Серые клоны состоят из материи, которую они получают от Матери Земли. А настоящие люди состоят из света, который они получают от Отца Света. То есть от управляющего Солнца и Звёзд.

-?..

- На вашем языке настоящие люди состоят из электромагнитного излучения. Так понятнее?

Глате кивнул в знак согласия.

- А серые клоны состоят из химических элементов. У них нет света. Им не нужен свет. Они без света существуют под Землёй, в толще Земли. Они не роют тоннели, а забирают материю для формирования своих копий. После такого процесса получаются выработки, которые и используются под строительство трансконтинентальных тоннелей и метро. Не нуждаясь в свете, клоны и Рамановы охотятся на настоящих людей и истребляют их.

Серый переполох и превосходящие знания

За три года до появления Третьего Солнца^197 в гости к Президенту России Владимиру Путину прибыл странный персонаж - Жискар Д’Эстен. Он представлял древний род протогенетов, у которых всё ещё остаётся право и существует обязанность передавать власть Франции следующему мессии.

Даже в своей фамилии этот гость всё ещё нёс странный синтаксис первоначальных адамитов - с тех давних времён, когда на корабль «Алатырь» с интересом ступила цепкая лапа первого неандертальца по имени А’Да’М. Тогда в имени этого существа апострофы не разделяли, а соединяли собой корни служебных слов, из которых Программа «Алатыря» складывала текущие ники.

Мессия - этот своеобразный трутень - рождается в колонии серых Рамановых один раз в 259 лет. Этими

персонажами Программа «Алатыря» - Матерь Сва - исправно вносит новые правила Игры, учитывая все тонкости формирующейся обратной связи.

Жискар Д’Эстен вынужден искать мессию, чтобы осуществить передачу власти. Никто не знает, где появится очередной «трутень». Приходится проверять каждого, кто по тем или иным критериям оказывается похожим на мессию. Но старость уже накрыла серого политика, а очередного пришествия всё нет.

- Неужели я пропустил, - сокрушался Д’Эстен. - Не может быть! Я не мог пропустить Его.

- Вам, Жискар, я не позволю быть клонированным ещё раз, - сурово произнесла королева Дании, которая в эти годы осуществляет верховную власть в клане Рамановых. - Или вы найдёте мне Его, или я отправлю вас прямиком в компост.

* * *

- Волос! Ты опять не узнаёшь своих? - улыбнулся Перун, обращаясь к Глате. - Стареешь. Твоё сознание уже не в силах разделять реальности?

- Вы кто? - удивился Глате. - Почему вы назвали меня «Волос»?

- Потому что ты и есть Волос. Командир корабля «Алатырь», - снова улыбнулся Перун. - Я пришёл к тебе, чтобы выяснить: ты всё ещё в войне? Или, может, ты потерял нить повествования?

В сознании Глате что-то замерцало, появились какие-то незнакомые картинки. Потом они стали всё более узнаваемыми. И, наконец, память полностью вернулась к нему.

- Перун! Здорово, дружище! - обрадовался Глате- Волос. - Признаться, я выпал из всех реальностей, кро

ме этой своей. Видимо, я слишком глубоко погрузился. Надо быть осторожней. Так, что привело тебя ко мне?

- В стане серых роботов переполох, - ответил Перун. - Они жалуются мне, что их уничтожается какая-то неизвестная им сила. Они называют её третьей. Серые жалуются Матери Сва, а она передаёт запросы мне. Я, как бортинженер «Алатыря», обеспокоен: не является ли эта третья сила сбоем Программы? Если так, то система нуждается в ремонте. Но я бы хотел спросить у тебя: известно ли тебе что-либо об этой третьей силе?

Глате-Волос сделал несколько шагов и подождал, пока помять вернётся во всех деталях. Затем он обнял Перуна за плечи и произнёс:

- Третья сила - это я. Не удивляйся, Перун, я помню, что являюсь командиром корабля «Алатырь». Я знаю, что наш корабль сел на Землю белее миллиарда лет тому назад. Я вижу, что Матерь Сва генерирует прекрасную Программу. Но... Знаешь, почему я так глубоко погрузился в реальность Глате?

- Почему? - заинтересовался Перун.

- Потому что у него есть удивительные собеседники. Их имена - Викомп и Дифоор, - ответил Глате- Волос. - Так, вот, они обладают знаниями, превосходящими мои. То есть знаниями, превосходящими наши знания! Ты понимаешь, что это значит?!

- Этого не может быть! - в полу-ужасе в полувопросе воскликнул Перун. - Мы же сами создавали эту планету! Здесь до нас не было никого. И сюда никто не прилетал. Иначе мы заметили бы инородное вторжение.

- Вот и я об этом, - согласился Волос. - А они сушествуют. И ещё, они называют нашу Землю Игрой.

- Игрой?! - удивился Перун. - Почему игрой?

- Я не знаю, - ответил Волос.

- Погоди, может, ты всё ещё не вернулся в реальность? Помнишь, где припаркован «Алатырь»?

- Помню, конечно! Наш корабль «Алатырь» припаркован близ современного города Иваново, - чётко отрапортовал Волос. - Да, всё нормально. Я вернулся в состояние полной памяти.

- А зачем ты зачищаешь серых? Они же, вроде, обычные роботы и ничем для нас не опасны. Матерь Сва чётко контролирует выполнение ими программы, - поинтересовался Перун.

- Нет. Они вышли из подчинения Программы. Они массово метисируются с людьми и готовятся вообще снести всё человечество и нас заодно, - ответил Волос.

- Бунт?! - удивился Перун. - Бунт роботов? И насколько они продвинулись?

- Людей на Земле уже почти не осталось. Сплошь - метисы людей с серыми. Их уже никогда не удастся разделить. Придётся создавать новое человечество. И это ещё хорошо, что я вовремя узнал об этом, - ответил Перун. - Кстати, всё от тех же непонятных персонажей, которых не должно существовать... на нашей Земле.

Изгой

Изначально планета Земля проросла жизнью в одном месте. Так случается на каждой планете, где возникает жизнь. Эта точка называется Пуп Земли. У Земли он находится в районе Москвы. Отсюда пошёл род человека, здесь он зародился и стал распространяться по всей Земле. А поскольку человек не является стабильной структурой, то дальше происходит вот что.

В любом здоровом человеческом обществе отношения выстраиваются на взаимопомощи. Это изначальное условие правильного существования. Мать всегда поможет ребёнку, и ребёнок всегда поможет матери.

Но иногда возникает изверг - это ментальный преступник, преступление изначально сидит в его натуре. В силу этого он имеет иную, противоположную, конфигурацию сознания. Он не хочет вписываться в общую социальную систему. Он идёт против неё. И тогда система отторгает его, и изверг становится изгоем - изгнанником. Он и делает шаг в неизвестность и обживает новые, доселе не известные территории.

Все такие изгнанники в том самом изгнании закладывают свой новый город - Новгород и вокруг него постепенно формируют своё собственное сообщество. Принцип устройства этого города всегда противоположен социальному и законопослушному. Изгои объединяются на принципе единоначалия. Царь горы - кто сильнее, тот и прав. Кто на вершине горы, тот и царь. Кто богаче, тот и лучше. Кто платит, тот и заказывает музыку. Остальные становятся «братьями» и «друзьями», формируя демократическое беззаконие, рычащее языком дикой толпы.

В результате создаётся двойственная социальная система. На одном её полюсе социальное законопослушное общество, составленное на основе взаимопомощи. На другом полюсе - противозаконный демократический эгоизм изверга, ставшего изгоем. Так Мир расщепляется на Старый Свет и Новый Свет.

Ментальные принципы деятельности этих двух полюсов - кардинально различные. Общинники Старого Света самоорганизуются для производственного процесса, результаты которого делят на участников - по

вкладу каждого. И объектом производства всегда является создание НОВОГО из окружающего хаоса. Это может быть изготовление машин или механизмов путём производства непосредственных работ по их созданию. Это может быть и сельское хозяйство, когда обрабатывается земля и выращивается урожай.

Демократические индивидуалисты Нового Света самоорганизуются для отъёма уже собранного и уже накопленного. Это может быть охота, когда забивается животное, которое потом съедают всей охотившейся бандой. Это может быть обычный грабёж тех, кто получил плату за работу на заводе. Это может быть война, когда изверги нападают на законопослушное государство и беззастенчиво грабят его.

В результате мир приобретает ту самую тройственность, троичность. В центре нормальный человек, у которого всего одна цель - отдать свой труд социальной системе, чтобы она вознаградила его за этот труд. А с двух сторон этого человека облагают данью две банды изгоев.

Первая - хорошая банда - это правоохранительные органы и государство, которые берут мзду в виде налогов, и часть собранных налогов они пускают на создание инфраструктуры - чтобы увеличить сбор налогов. Остальную часть в виде коррупции переводят на свои собственные счета, кладут в свои собственные карманы.

Вторая часть - плохая банда - это обычные преступники, которые не хотят жить по правилам, установленным хорошей бандой. Они устанавливают свои правила. Выдумают науку, изобретают религию, сочиняют музыку и стихи, рисуют картины, воруют, крадут, вымогают. То есть делают всё, что позволяет им, не работая, обогащаться за счёт разорения другого.

Может, направления у банд различные, но и та, и другая банда - это, прежде всего, банда. Обе они отнимают имущество у народа, который его производит САМ. Но отнимают под разными предлогами.

В социальном обществе каждый человек обретает лучшее существование, если он занимает ту же самую позицию, что и другие: так же одевается, блюдёт ту же моду, слушает ту же музыку, поёт те же песни, ест те же продукты. Поэтому социальный человек стремится к среднему варианту человека - быть как все.

В обществе изгоев ситуация другая. Каждый человек видит, что хорошо живёт только тот, кто стоит на вершине горы. Остальным достаются пинки, тычки и объедки с его барского стола. Поэтому стремление любого изгоя - скинуть предводителя и занять его место - понятно. Самому стать изгоем: старый Кук умер, новый Сокол уселся на вершину Дерева Мира.198

По этому принципу построено всё во Вселенной. Каждая планета имеет среднее тело, где любая песчинка одинаково хорошо чувствует себя в составе планеты. Но планета имеет ещё и два полюса. На них вращение происходит в разные стороны. Если одна сторона будет названа хорошей Гипербореей, то вторая сторона в правилах, установленных первой, автоматически окажется плохой Атлантидой.

Если же совместить оба эти полюса, то произойдёт аннигиляция - разносторонние вращения уничтожат

друг друга. Это двойственное вращение и есть пара электрических зарядов.

В Белом мире^199, то есть в мире социального человека, соблюдаются условия, необходимые для традиций. Человек должен быть как все. А для того, чтобы пополнять, как все, сообщество, человек должен иметь детей. И каждый человек должен сохранять традиционную культуру брака и интимных отношений. Только при условии исполнения традиций человек реализует свою функцию полезности обществу, и тогда общество отвечает ему признанием - материальным и менталъным.

В Чёрном мире изгоев всё наоборот. Человек поставлен во главу социальной пирамиды. Он обязан играть по другим правилам: на вершине горы есть только одно место, и это место моё; все остальные - враги принципиально; я, находясь на вершине социальной пирамиды, обязан сделать всё, чтобы никто снизу не смог подняться и скинуть меня с моей вершины! Давление верхнего слоя на нижний является условием существования иерархической цепочки изгоев.

Такая иерархия формируется в любом демократическом обществе. В основе неё лежит понятие градиента. Любое превышение одного члена общества над другим по любому показателю создаёт условия для формирования социального градиента.

Поэтому у общества изгоев другие приоритеты. Ты должен оттолкнуть каждого и завладеть заветным ключом, призом, рубежом. Тогда герой - ты и только ты. И только ты станешь царём ситуации. Это стремление к первенству воплощается уже на уровне сперматозоида, когда из миллионов себе подобных до яйцеклетки добирается всего один. Он и воплощается в виде новой жизни.

Но точно такие же тенденции происходят и традиционном обществе. Один мужчина добивается одной женщины. Из всего множества мужчин и женщин складывается только одна пара. Она и становится зачинательницей новой жизни. Поэтому в традиции и мужчину, и женщину при свадьбе именуют теми же названиями, которыми всегда называют хороших бандитов - князь и княгиня.

После смерти существа ничем друг от друга не отличаются. Ни одно качество посмертно проявиться уже не может. Поэтому, чтобы ни происходило, никто в этом не выиграет. И поэтому в кощеевой Чёрной зоне пропадает тяга к традициям. Ни одна традиция не может обеспечить равенства существования, ибо социальная система уже не отвечает на запросы изгоя.

Поэтому и в традиционном обществе, когда человек стареет, независимо от того, мужчина он или женщина, он превращается в старика, который постепенно оказывается на краю социальной системы. Оба старика воспринимаются как однополые аморфные создания. И именно такая кощеева Чёрная логика лежит в основе общества изгоев: гомосексуализм и несоблюдение традиционного понятия «любовь» - это обязательное условие общества изгоев. Здесь выживает

только один. Он может быть любым - и мальчиком, и девочкой.

Всё во имя места на вершине горы.

Атмосферные усилители

После того, как академику Адамову удалось побеседовать с девушкой, имевшей самые настоящие крылья, он потерял покой и сон. Это можно назвать вдохновением. Адамову нестерпимо хотелось кому-нибудь всё рассказать, но трезвый ум благоразумно советовал ему не делать этого. Единственным, кому, пожалуй, можно было бы всё поведать, оставался старинный друг Адамова профессор Свейн. Поэтому этой встречи академик ждал с особым нетерпением.

- Вы верите, что существуют такие люди, у которых есть крылья? - осторожно начал академик Адамов.

Профессор Свейн подозрительно посмотрел на академика. И понял, что Адамов шутит. Поэтому не стал отвечать на глупый вопрос, а сразу же перешёл к делу.

- Если мы заходим в море по колено, то видим, что часть наших ног, которая оказалась в воде, становится визуально короче. Так? - без предисловия спросил Свейн и сам же ответил: - Так! Затем, если мы в таком положении будем находиться всегда, то и знать не будем, что нижняя часть наших ног значительно длиннее, а то, что мы всё время наблюдаем, лишь визуальный обман, искажение действительности.

- Ну, я бы не стал это называть обманом или искажением, - по-своему понял слова Свейна академик Адамов. - Может быть всё же то, что пришлось увидеть, является более правильной реальностью, чем любые домыслы.

Свейн снова подозрительно посмотрел на Адамова. Он тоже понял ответ собеседника по-своему, и теперь получилось, что они спорят.

- Вы считаете, что ноги, вынутые из воды, становятся длиннее оттого, что нам это кажется? - удивился он. - То есть реальность в воде, а вне неё - кажущаяся действительность?

- Так вы про ноги?.. - выдохнул Адамов.

- Про ноги. И хотел бы понять, почему так происходит?

- Потому что свет преломляется на границе двух сред - когда он проходит из менее плотного воздуха н более плотную воду, - лениво ответил Адамов. - В ней, в более плотной среде, всё становится ближе. Так близко мы видим и морское дно, но, погружаясь в воду, реально понимаем, что до него придётся грести куда больше.

- Получается, глазам верить нельзя, - зацепился за мысль Свейн. - Они показывают мозгу только то, что могут зафиксировать с помощью света. А свет может быть изменён многочисленными разнообразными вариантами искажений. Взять хотя бы вместо моря известное гравитационное линзирование, о котором говорил ещё Эйнштейн.

Адамов многозначительно промолчал. Он думал о своём. Каким образом он увидел эти крылья? Может, тоже вмешалось какое-нибудь линзирование?

- Теперь перевернём эксперимент, - тем временем продолжил Свейн. - Сами погрузимся в воду и уже из неё будем смотреть на окружающий мир. Что мы увидим?

Он специально обратился к Адамову и теперь ждал, что тот ответит. Но Адамов смотрел на него пустыми

глазами, свободными от управления - поскольку мозг был полностью занят размышлениями о загадочной девушке.

- Посмотрим на вытянутую в воде руку, - не унимался Свейн. - Она для нас станет привычной длины. Но мы не будем знать (если всегда находились в воде), что на самом деле рука длиннее только визуально. Вытянутая рука искажается сильнее - из-за толщи воды. А, приближая руку к лицу, мы будем нивелировать это искажение длины, поскольку толщина воды между глазами и рукой уменьшается, то есть искажения, вызванные этой толщей, уменьшаются.

«И что? - мысленно спросил Адамов. - И что из этого? Причём здесь искажения? Я видел крылья своими глазами и без всякой воды. Мне ничто не мешало их разглядеть. Какие тут искажения?»

- А если мы теперь проведём другой эксперимент, - не стал дожидаться ответа профессор. - Подплывём к поверхности, находясь в толще воды, и поднимем над поверхностью свою руку. Рука станет значительно длиннее. За счёт чего? За счёт того, что теперь мы смотрим из воды в воздух, а плотность воздуха значительно ниже плотности воды.

Свейн торжественно поднял руку вверх и растопырил пальцы. Он повращал своей конечностью и продемонстрировал все её пальцы, которые от напряжения даже побелели.

- Получается: чем ниже плотность среды, тем длиннее будет казаться рука, вытянутая в такой среде. Получается, что плотность среды является основным параметром, отвечающим за скорость распространения света, - профессор выдержал паузу, словно напрашиваясь на аплодисменты; но их не последовало,

хотя Адамов уже начал понимать, что профессор в очередной раз напал на что-то очень интересное.

- Поэтому в вакууме скорость распространения света должна быть самая низкая, - произнёс академик. - Собственно, так же как и у звука. В вакууме звук не распространяется. Почти. А по мере увеличения плотности материала звук в нём распространяется всё быстрее! Это очень интересно!

- Интересно?! - переспросил академика Свейн. - Тогда давайте ещё вспомним, что собой представляет атмосфера Земли. Это область определённой протяжённости, плотность которой по мере удаления от поверхности планеты падает до нуля.

- До условного нуля, - поправил коллегу внимательно слушавший академик.

- Да. До условного нуля, - согласился Свейн. - У поверхности планеты, где давление равно одной атмосфере, где оно максимально, преломление будет тоже максимальным, то есть удлинение света, если смотреть с поверхности Земли в небо, будет максимальным. А на внешней части области, где находится вакуум, преломление будет нулевым, и расстояние до объекта, от которого поступает свет, будет казаться очень большим.

- Собственно, это мы и видим в бинокль, - согласился Адамов. - Этот аппарат не увеличивает сам объект. Он просто ускоряет скорость света, идущего в веществе линзы. Причём ускоряет в то количество раз. которое отвечает материалу линзы. Здесь так же, как со звуком: чем больше плотность материала, тем выше скорость волн в нём, а это, в свою очередь, выглядит так, что расстояние, преодолеваемое волнами, кажется меньшим.

- Вот и получается, что один и тот же объект видится нам по-разному, - Свейн понял, что наконец-то расшевелил интеллект Адамова. - Если на него смотреть через плотное стекло, то объект кажется расположенным ближе; а если через менее плотный воздух, то тот же самый объект кажется значительно более удалённым. Через вакуум мы увидим тот же самый объект очень и очень далеко. Бесконечно далеко.

- Ну, уж не бесконечно. Вакуум тоже имеет свою плотность, - возразил Адамов. - Но ход мыслей у вас правильный и, признаюсь, снова очень интересный.

- Вот и хорошо! А теперь идём дальше. Вспомним опыт, который проделывал каждый из нас. Одним глазом будем смотреть на Луну через подзорную трубу, а другим просто так. Открыв оба глаза, мы обнаружим, что видим две луны. Одна - дальше, другая - ближе, - профессор сделал паузу. - Какая из них истинная?

- Хм, - хмыкнул Адамов. - Ответ интересен тем, что обе они - ложные. Просто та Луна, которая видна нам невооружённым глазом, более привычная, а та, которую мы видим через подзорную лупу, менее привычна для нас.

- А если сделать линзу с переменной плотностью? - Свейн окончательно зажёгся. - С левого края меньше, а к правому - плотность увеличивается. И смотреть в неё тем глазом, которым мы смотрели в подзорную трубу, то по мере перемещения участка плотности этой линзы перед глазом, мы будем видеть перемещение созерцаемого объекта. Это своего рода оптический переменный усилитель или резистор.

- Интересно, интересно! - потребовал продолжения рассуждений академик.

- Вернёмся к преломлению атмосферы. Получается такая картина. Находясь на «дне» атмосферной линзы, то есть на поверхности Земли, где плотность воздуха максимальна, мы видим объекты, находящиеся непосредственно над нами, максимально приближёнными. То есть мы видим изображение последующего (в высоту) слоя воздуха чуть более удалённым, чем оно есть на самом деле (потому что плотность последующего слоя ниже, чем слоя, находящегося непосредственно над нами).

- А последующий слой удаляет от нас изображение, передаваемое следующим слоем, - принял эстафету Адамов. - И так каждый слой удаляет изображение того слоя, из которого оно поступает. В итоге приходим к вакууму, который удаляет изображение источника света максимально. И при этом каждый слой плотности отклоняет луч передаваемого изображения на своё собственное количество градусов. Очень интересно! И что же мы имеем в итоге?

- В итоге, если мы включаем в пространстве источник света и помещаем между ним и наблюдателем среду переменной плотности, уменьшающейся к источнику света и достигающую максимума у наблюдателя, то наблюдатель будет видеть источник света очень удалённым от себя. Если же систему перевернуть, то напротив, наблюдатель будет видеть приближённый источник света. Всё в точности, как в подзорной трубе, только роль линзы играет переменная плотность среды. - Свейн победно подпёр правой рукой бок, а левую величественно положил на спинку стула.

- Да, уж! - восторженно произнёс Адамов. - Получается следующее! Если мы с поверхности Земли смотрим на звёзды, то видим их искусственно удалёнными

от нас слоями воздуха переменной плотности. Если же мы смотрим на Землю с высоты «птичьего полёта», то видим объекты на земле приближенными. А ведь многие лётчики и парашютисты наблюдали этот эффект!

- Но помимо уменьшения и увеличения важна и другая сторона проблемы, - торжественно согласился Свейн. - Это - искривление траектории видимости изображения слоями переменной плотности. Каждый слой отклоняет луч света от первоначальной его траектории: вакуум «выпрямляет» луч света и поэтому удаляет источник, а более плотные слои воздуха закручивают луч света, зрительно увеличивая наблюдаемый объект.

- Хорошо, - Адамов решил идти до конца. - Но это в плоской линзе переменной плотности. С плотного конца мы будем видеть очень удалённую точку, а с менее плотного конца - огромный приближенный объект. Поэтому мы и видим «залипание» света у планет или звёзд, обладающих атмосферами!?

- Да! Важно понять суть опыта с подзорной трубой. Когда одним глазом мы смотрим через неё, а другим - прямо на объект. Что происходит с изображением? Мы ведь видим два разных изображения одного и того же тела. Какое из них истинное? И что физически происходит в видимом нами «приближении» объекта? Смотря на эту картину двумя глазами одновременно, мы видим объект в двух разных местах пространства.

- Это проблема для наблюдателя, - согласился академик. - И проблема для физики. Ведь физика построена на наблюдении. А как можно полагаться на наблюдение, если в одном и том же акте наблюдения мы имеем два разных варианта изображения?

- Но, всё же, каков механизм приближения? Может, мы сам объект перемещаем? Ведь видим-то мы именно это. Или, может, мы искажаем пространство? Нет. Мы просто изменяем скорость света в пределах конкретной зоны вполне определённой плотности!

- Получается, - Адамов сделал глубокий вдох от неожиданности, — что увеличителем скорости света является плотность среды. Чем выше плотность, тем выше скорость света в среде этой плотности. А все наши научные наблюдения идут насмарку или, лучше, коту под хвост...

Душевный симбиоз

Владимир обдумывал сказанное Виором и Вресой. Он смотрел на этих существ с интересом и подозрительностью и никак не мог понять, что именно его так настораживает. Конечно, было видно, что эти господа не нашенского племени. Но, с другой стороны, они вели себя так, как будто были бесконечно родными.

Капустные миры, земли в виде перехлёстывавшихся листов и даже воображаемая кочерыжка, - всё это, конечно, выглядело как замысловатый образ смачно. Но поры в этих капустных листах, через которые на поверхность Земли вылезают из её недр какие-то люди, - в них Владимир никак не хотел верить. А тут ещё эти звёзды. Которые якобы наши души...

- Если, по-вашему, управляющая матрица - душа - покидает тело и устремляется вверх, на следующую Землю, то тогда становится понятен принцип религии, - с некоторым бравированием произнёс Владимир. - Это обратная связь? Она обеспечивает круговорот души в природе?

- Да. И дело здесь в том, что душа, как управляющая матрица, бессмертна. Точнее, она находится вне времени и вне пространства. Не зависит от них, - Виор посмотрел на Владимира, чтобы убедиться, что тот понял, о чём он говорит. - Душа - это антиматерия. Пока человек живёт, материя - то есть тело - и антиматерия - то есть душа - находятся в нём в симбиозе.

- В симбиозе?! - удивлённо повторил Владимир.

- Да. В симбиозе, то есть во взаимовыгодном сосуществовании, - пояснил Виор. - Душе выгодно, что она имеет материальный носитель и может с его помощью путешествовать, меняться, ощущать, чувствовать. А телу выгодно, что, заимев душу, оно приобретает способность осуществлять осмысленное существование.

- Да. Это понятно, - закивал Владимир. - Тело плюс душа равно человек. Но тогда между ними должны существовать какие-то связи. Душа должна быть чем-то привязана к телу.

- Связи, конечно, есть, - согласился Виор. - Ведь одушевлённое тело - это прежде всего структура. А структура - это и есть запись информации. Как, например, старинная запись звука на граммофонную пластинку или ещё более древняя скульптура.

- Если так, то, когда человек умирает, его душа отделяется от тела? И получается, что правду говорят религии?

- Правду-то правду, - снова согласился Виор. - Но вот что они не договаривают. Когда покойника сжигают, то есть придают его стихии огня, то душа отрывается от тела сразу и почти мгновенно вселяется в другое тело. То же самое происходит в случае с водой. Вода быстро разлагает тело, и оно продолжает свой путь.

- И что из этого? - не понял Владимир.

- Именно поэтому в странах, где развит обряд кремации или утопления в реке, такое большое население. Души не простаивают, а сразу же включаются в оборот жизни в виде нового тела.

- Интересно... - протянул Владимир; он на минуту задумался, а потом вдруг спросил: - А если хоронить в Землю?

- Это самое ужасное! - воскликнула молчавшая до этого Вреса. - В этом случае душу запирают в покойнике, и она находится в мертвеце до тех пор, пока черви и мокрицы не разберут тело на фрагменты. Это происходит очень долго. Всё это время душа мучается и отходит от тела кусками и частями. Это и называется адом и муками ада.

- Друзья! - в замешательстве произнёс Владимир. - Вы меня всё больше удивляете! Получается, христианство, ислам и иудаизм - это религии. Они - связь с потусторонним светом. Библия называет его «Эдем»... Да, звучит, как «ад», но... Получается, посмертные муки людям причиняются намеренно?

- Да, это так, - не понимая удивления собеседника, ответил Виор. - А самые большие муки предназначены для тех, кого мумифицируют. Пока тело не разложится, душа будет находиться привязанной к нему и не сможет переродиться в другом теле^200. Мумия - это бесконечно долгая могила и для души, и для тела. Мумифицирование - это наказание для человека. Столь серьёзное, что покойник навсегда погружается в муки ада.

Письмо

- О, Всевышний! Пишу тебе мольбу человеческую, сынов и дочерей твоих: остановись, не изводи нас! Прислушайся к моему слову - слову настоящему, слову человеческому.

- Во глубине подземной устроились три писаря чёрных. Наделили себя они властью неслыханной - подменить тебя решили, о, Всевышний! И днём, и ночью, меняя друг друга и не покладая стала неугомонного, высекают писари свои формулы на кожах человеческих. И задумали они поставить под один гребень всё живое в Твоём саду.

- Их доводы маслом смазаны - поэтому они скользкие и пролазят в каждую душу. Но Ты, о, Всевышний, вовсе не обязан быть лазом для изречений этих писарей. Сладки и жирны их обещания о тотальном контроле. И Твой разум привлечён такими посулами. Но послушай сердце своё, о, Всевышний! Разве хочет оно пульсировать замурованным в стене из одинаковых кирпичей?

- Послушай мою песнь! И тогда уже прими своё безусловное и мудрое решение!

- Мелкие монеты гремят в дырявых карманах медяками. Сколько их ни считай, всё равно меди не хватит даже на один новый карман. Но всего одна золотая, пусть даже почти полностью истёртая, монета способна обеспечить тебе новое платье. Посмотри на свою руку. Сожми свой кулак. Сильно! Ты видишь, как соединились волокна твоих мышц и напряглись! И мощь твоего кулака тем более ощутима, чем больше мощи в неё вложит каждая из тоненьких нитей.

- Каждая живая душа точно так же упирается в великом порыве сделать кулак цивилизации более мощным.

- Тебе же предлагают заменить уникальные души танцами пчелиной семьи. Тебя убеждают, что пчёлы берут своим множеством. Они должны быть одинаковы. И им не нужно ничего понимать. Простые инстинкты - всё, что им нужно вложить в их отсутствующие души. Тебе преподносят матку, утверждая, что её воли хватит, чтобы обеспечить выполнение твоих приказов.

- Сегодня от Тебя идут лучи. Они вещают нелёгкую весть. Склонился Ты в сторону жужжащего улья. И готов Ты заменить настоящих людей одинаковыми бездушными клонами.

- Но задумайся, о, Всевышний! Разве тебе нужен только мёд? Ведь только его умеют добывать пчёлы. Ради нескончаемой сладости ты готов отказаться от горечи, пряности, солёности, кислости? Ты готов отказаться от хлеба? От молока? От вкуса поцелуя? Ты готов променять всё за один только мёд?

- Я знаю, Ты понял, что это обман. Никто не станет отказываться от ночи, выбирая только день. Никто не высушит все моря, оставив только лысую сушу. Никто не оставит себе только вдох, отказавшись от выдоха. Никто не оставит только жизнь или только смерть.

- Причины могут быть разными. Но ребёнок всегда родится от двоих. И эти двое тоже должны быть разными. Пчёлы все одинаковые. Они могут танцевать и трудиться. Но они не дают детей.

- Матка - это её ложь скользит по твоим ушам. Она хочет заполонить твой организм своими одинаковыми

отпрысками. И заставить Тебя убить всё живое, отличное от её пчёл.

- О, Всевышний! Не меняй на мёд все прелести живого человека. Сладость не самая безопасная пища.

- Стражи Щели^201 не справились со своей ношей. Они обманули Тебя - стали продавать право прохода за выдуманные ими деньги. Пустив в человеческий мир зло, стражи Щели наполнили Твой цветущий сад паршой. И Твой сад загнил. Красоту сменило гниение.

- Твой сад нужно лечить. А стражей Щели нужно учить. Не справившихся - разбирать на атомы: даже они теперь не достойны последующих возрождений. Выбери новых стражей. Пусть они заткнут зло навеки и строго блюдут такой хрупкий человеческий мир.

- Услышь меня, о, Всевышний! Я - рупор, посланный человеком. И я прошу Тебя.

Третье величие Диаспоры

Кома Посоорву удивился - что-то кольнуло его интеллект в самой глубине необъятной структуры. Посланный в район возбуждения проверочный импульс тут же вернулся с ответом: пришло письмо.

«Надо же, - подумал Кома Посоорву. - Не часто такое случается. И что же там такое, в этом послании?»

Он своим внутренним оком воспринял пафосный текст. Стиль удивил всемогущего бога. И даже немного повеселил. Но, главное, Кома Посоорву понял, что на его Поле, на том, куда он только вчера высеял Семя цивилизации, кто-то затеял глобальную войну.

«Не для того я сеял, чтобы всякая парша пыталась выйти из-под моего контроля. Не для того работает моя мысль, чтобы гадости всякие создавать. Грязная мысль мне не нужна. Те кластеры моего интеллекта, которые не могут обеспечивать нормальный мыслительный процесс, я перестрою, обнулю, переформатирую».

Однако по мере того, как первая волна возмущения спадала, Кома Посоорву всё отчётливее понимал, что механизмов воздействия на систему, устроившую войну, у него нет. Из-за того, что материальности событий и процессов были различными, Средствами своей материальности он не мог воздействовать на происходящее на Земле.

Это являлось проблемой. Но в итоге выход был найден. Кома Посоорву обнаружил нить управления. Она тянулась от великанши третьего уровня. Её имя - Диаспора202. Она состояла из многочисленных великанов второго уровня, которые были очень мелкими по сравнению с другими типичными великанами второго уровня, поэтому вели незаметный образ жизни, паразитируя на телах типичных великанов.

Если бы не письмо, то Кома Посоорву никогда бы и не догадался, что даже у великанов существуют паразиты и что этих паразитов так много.

Диаспора была маткой-великаншей, паучихой. Её дети-великаны не теряли с ней связи и держались на тонких, длинных и очень крепких пуповинах. Они, как

метастазы, проникали в тело каждого великана и cocaли из него соки.

«Это каннибализм! - возмутился Кома Посоорву, получив результаты сканирования. - Великан жрёт великана! Это против правил нормального существования вида. Великаны-каннибалы - этого мне только не хватало!»

Решение как уничтожить Диаспору пришло сразу и бесповоротно. Кома Посоорву не испытывал к ней жалости.

Практически молниеносно был сформирован организм, несущий и осуществляющий суд. Это был Канцер^203 - существо, пожирающее жертву с изнанки.

От первого укуса Канцера ничего не подозревающая и ничего не понимающая великанша взвыла, как раненый зверь, и Канцер принялся её пожирать. Он отгрызал одного структурного великана за другим. Отрезанные от матки, они недолго болтались в небытие, а затем доедались мелкими канцерами.

Теряя структурные элементы, Диаспора на глазах сохла, уменьшалась и превращалась в труху. Прошло совсем немного времени, и Канцер догрыз великаншу Диаспору.

Преображение Орпа

В грудной клетке Орпа^204, там, где после смены двадцати двух забилось мощное сердце вершителя, появился несветящийся светло-коричневый шар. Он был

похож на сферу, выполненную из гранита или мрамора. Шар вращался в трёх степенях свободы и напоминал гироскоп.

- Это вернулась душа, - с улыбкой прокомментировал старец Исимоки начавшийся процесс преображения.

- А где она была до этого? Что значит «вернулась»? - удивился Орп, с интересом рассматривая своим внутренним оком появившуюся душу.

- Видимо, кто-то украл. Похитил твою душу, - пожал плечами старец Исимоки. - У тебя, наверное, был какой-то срыв. И тогда, незаметно для тебя, душу твою и похитили.

- Срыв?.. Был... - кивнул Орп. - Мне тогда пришлось расстаться с... не буду произносить её имя. Дал себе обещание не вспоминать. Но было очень тяжело. Как будто что-то оторвали от меня. Я тогда не понимал, что именно от меня оторвали.

- Вот. В это время и украли твою душу. Но сейчас не переживай. Преображение началось. Следуй дальше!

Шар восемнадцатью сантиметрами в диаметре свободно вращался в грудной клетке нового вершителя. Сделав несколько поворотов вокруг собственной оси, он покрылся какой-то светоносной жидкостью.

Вдруг снизу, со стороны паха, двумя резкими извивами к шару метнулся какой-то змей. Он был пёстрым. Тело тонкое. Большая голова. Змей подскочил к шару, взял его в пасть, несколько раз окунул его в светоносную жидкость, а потом поднял над ней. Шар изменился. Он сам стал излучать свет - голубой, плотный, не обжигающий.

Изнутри в центре лба Орпа появилась область размером с яйцо. Её прикрывала шторка, через которую

ничего не просматривалось. Постепенно шторка истлела и пропала. И Орп увидел величественный замок. Он стоял на огромном острове. Сложенный из девственно белого камня. Утопая в зелени жирных садов.

Пока Орп любовался замком и думал, к чему бы это ему привиделось, налетела круглая упругая волна. Она легко подхватила шар из его груди. Пару раз его крутанула по водам бесконечного океана. После чего «отрыгнула» на берег увиденного острова - как отрыгивает удав не переваренные кости недавно съеденной добычи.

Орп и сам тут же оказался на этом острове. А шар быстрым движением светящейся молнии по-хозяйски вернулся ему в грудную клетку.

- Двигайся дальше! - голос старца Исимоки, окутанный толщами разнообразного эха, звучал необычно и откуда-то издалека.

Свет, излучаемый шаром, плотным слоем покрыл рёбра изнутри и вырвался наружу - стал струиться сквозь них. Он мощным потоком выскочил из грудной клетки Орпа, сделал в пространстве колоссальный оборот и ещё более мощным потоком вернулся в неё со стороны спины. Шар закрепился в таком положении, успокоился и стал спокойно барражировать по поверхности светоносной жидкости, слегка вращаясь в трёх степенях свободы.

За спиной уже крепли два белых крыла. Они появились быстро, почти мгновенно. По форме напоминали ангельские. Орп похлопал ими и попытался взмахнуть. Крылья послушались. В них ощущалась необычайная сила.

После этого половой член Орпа стал мощным и неимоверно длинным, а в каждой руке появилось по

световому мечу. Меч не лежал в руке, а продолжал её. Два меча были готовы к бою.

- Двигайся дальше!

В этот момент в голенях, внутри икроножных мышц, появилось ещё по одной световой сфере. Каждая из них - всего около пяти сантиметров в диаметре, но иногда пульсациями увеличивалась до восьми. На задней поверхности голени каждой ноги появились по два небольших крыла - такие, как в своё время были у Гермеса на его летающих сандалиях. Только эти крылья, которые обрёл Орп, «росли» не из обуви, а прямо из мышц его ног.

Тем временем половой член Орпа вырос ещё больше. Он увеличился примерно до полуметра и стоял, как третий меч, готовый к схватке на своём специфическом поле битвы. Из темени далеко вверх уходил плотный, туго свитый жгут. За спиной хлопали мощные крылья.

Поверхности ног и рук покрылись бронёй, которая отливала серо-синим цветом и по структуре напоминала чешую. Ноги надёжно прикрылись латами из этого же материала.

Последним преобразилось сознание Орпа: теперь это был я.

* * *

Через секунду я оказался полностью закованным в латы. После этого вокруг меня образовалась мощная трёхслойная сфера. Каждый её слой достигал толщины 57 миллиметров. Эти слои были сделаны из какого-то не жидкого, а волокнистого светового вещества. Они полностью защищали меня от всех внешних воздей

ствий и одновременно никак не препятствовали любым моим движениям.

- Двигайся дальше! - снова услышал я голос старца Исимоки.

Невдалеке впереди стала медленно материализовываться тяжёлая гора. Её плоские грани прилежно отражали ниспадающий белый свет, а острая вершина надёжно подпирала нависающее синее небо. Подобно меховому воротнику, на горе белым пушистым змеем пригрелся искрящийся снег. И поэтому гора казалась белой целиком.

Под горой, на широком скальном уступе, в полной боевой готовности расположились два неисчислимых легиона закалённых в бесконечных сражениях воинов. Я с интересом и уверенностью взирал на них, пытаясь определить своих. Слева - в чёрных одеждах. Справа - в белых.

Моё раздумье длилось меньше мгновения: искрящейся молнией метнулся я к белым легионерам. Они узнали меня, издали приветственный клич, и мы принялись радостно обниматься. Мы - старые добрые друзья. Участвовавшие не в одном бою. И не в одном сражении. Взявшие столько тяжёлых побед.

Тем временем, чёрный легион, замерев в ожидании, с тихим шёпотом смотрел на наши действия. А рядом со мной появился хоругвеносец с хоругвями. Это были хоругви^205 моего легиона.

Рис. 13. Хоругвь, стяг «Всемилостивейшего Спаса», с кото-

рым войска Ивана IV ходили на Казань в 1552-м году.

Я сделал несколько стремительных и уверенных шагов навстречу противному чёрному войску и оказался впереди своего легиона. Поднял вверх два светоносных меча и расправил огромные белые крылья.

Чёрный легион напряжённо замолк. Даже копья перестали покачиваться на ветрах ожидания. Даже мечи убрали свои лязгающие зубы, нервно шамкая в ножнах.

Появившийся подо мной конь в мгновение ока превратился в огромного светового дракона, пламенами дышащего в сторону тьмы.

Они боялись меня. Они ждали милосердия. Но, не оправдав ожиданий притихшего чёрного легиона, я встал на стременах, чётко и коротко приказав: «Сдуть!»

В то же мгновение мой белый легион превратился в мощный поток жёсткого света. Подобно плазменной резке, в одно мгновение он буквально сдул весь чёрный легион с места ожидаемого ими сражения. Это и был бой. Весь бой.

Некоторое время освобождённое место пустовало, оставаясь серым, скалистым и по структуре напо

минающим какой-то кофр для размещения ячеек памяти. Но вот мои легионеры, обернувшиеся грозными фотонами, стали возвращаться и занимать свои места в рядах моего войска. Вокруг были только свои. Никакой черноты.

- Ты вернулся в свой легион, - пояснил старец Исимоки. - Теперь вспоминай своё имя!

Я медленно обвёл взглядом уже успокоившееся поле сражения. Передо мной в белых одеждах появился Иисус Христос и напряжённо спросил меня код доступа. Я назвал его имя, и он исчез.

Я снова обвёл пространство своим взором и на этот раз заметил, что невдалеке сверху расположилось комфортное белое облако. В нём восседал Бог. Он без опаски приблизился ко мне вместе с облаком, но меня насторожила его странная лукавая улыбка. Бог слез с облака, как будто вышел из автомобиля, медленно обошёл меня сзади и легко коснулся моей спины. Я тут же превратился в чечевичное зернышко^206 .

Несомое лёгким ветром, оно упало в океан. Оттуда мягкая волна вынесла его на новый берег. И на нём в одно мгновение выросли тучные сады, в которых разрослась тяжеленная зелень.

За ней проявился прекрасный город, округлые здания которого не напоминали ни один из известных мне городов.

Это был мой город.

Ещё мгновение, и я вышел из города в полном боевом облачении - в воронёных доспехах, с двумя световыми мечами и двумя огромными крыльями за спиной.

- А ты спросил его имя? - вдруг раздался голос старца Исимоки. - Пока ты не спросишь и не узнаешь его имя, помни, все кому не лень могут принимать любые образы и дурачить тебя.

Не мешкая, я мысленно задал вопрос тому Богу, который превратил меня в зерно. И он, продолжая восседать на белоснежной туче, тут же обернулся рогатым чёртом^207. А затем, по-прежнему лукаво улыбаясь, еще сильней расхохотался.

- Вспомни номер своего легиона! Вспомни своё имя! - продолжал настаивать старец Исимоки.

- Зачем? - не выдержал я.

- По твоему имени узнаем твой послужной список... - старец Исимоки не договорил; он увидел, что моё внимание переключилось. - Что ты думаешь о Кайласе?

- Это бесполезная местность, - брезгливо ответил я. - Там нет людей. Там появляется ложь. Там выпускают на поверхность Земли роботов и клонов. Там формируется чёрное войско.

- А внутри?

- Там сидят восемь хранителей, - всё так же брезгливо ответил я. - Они - не люди. Это прототипы^208 - гиперроботы и гиперклоны. С их образов штампуют все

остальные клонированные массы. Это матки чёрного войска. Каждый ростом примерно метров по пять. Восседают внутри зала. Но не в позе лотоса, а так, как на стуле с прямой спинкой. Они считают себя важными. И действительно зачем-то нужны. Но не нам, не людям 209. Нам они не нужны. Кайлас - рассадник лжи.

- Ты разозлил их! Смотри - они очнулись, - ухмыльнулся старец Исимоки.

- Разозлились? - успел я удивиться.

А затем, видимо, подчиняясь моему подсознанию, огромная струя светоносного вещества, подобная многожильной молнии, вырвалась из ваджры^210, возникшей в моей правой руке. И, уже не спрашивая моего разрешения, ожесточённое копьё света метнулось в сторону Кайласа. Через секунду состоялся удар, и вся злость прототипов улетучилась вместе с огромными кусками горы.

В материальном мире конструкция Кайласа не изменилась. Гора осталась на своём прежнем месте. Но на информационном плане последствия удара оказались крайне разрушительными. Внутри Кайласа всё пространство было разорвано и разворочено, а хранители ложных начал беспомощно на четвереньках ползали по щебёнке, оставшейся от «священной» горы.

Они не погибли. Это был удар хлыста, которым обычно пастух приводит в чувство своё оборзевшее стадо.

- Вспомни своё имя и номер легиона! - настаивал старец Исимоки.

***

В глубине мрачных подземелий появился тонкий луч света. Он уверенно врезался в герметичное^211 помещение и властно ощупал каждого из трёх чёрных писарей, находящихся там.

По мере освещения каждого на нём выступали чёткие буквы его имени: первый - Лета Сип; второй - Ки Меда-Ка; третий - Тсилан Руж.

Как только идентификация завершилась, тот же самый световой луч превратился в вихрь, который легко подхватил всех трёх писарей вместе с их письменными принадлежностями, и уже через секунду вся троица оказалась в голове Орпа.

Это были уже не чёрные монахоподобные существа, кровоточащие старославянскими образами. Освободившись от вонючих наполовину истлевших чёрных материй, они облачились в чистые новые белые рубахи и превратились в белых ангелов - носителей чистого света и мощных крыльев.

Оказавшись на новом месте службы, три писаря не обратили никакого внимания на кардинально изменившуюся обстановку. Их по-прежнему занимал только вопрос творения.

Повинуясь неизбежной и неумолимой программе сначала Лета Сип описывал очередное предстоящее событие истории, наполняя красками бытия каждую крупицу сочинённого им повествования. Затем составленное им описание проверял Ки Меда-Ка. Он делал тщательную и всестороннюю экспертизу написанного. И только после этого Тсилан Руж транслировал новое

событие в реальность, встраивая его в сверкающий поток несущихся новостей.

Они ваяли, сменяя друг друга. Не останавливаясь ни на миг. Ни на что не отвлекаясь. Каждый цикл созданного порождал новые кластеры ближайшего будущего, которое тут же засевалось реальностью, тщательно обживалось людьми, другими существами и через мгновение становилось их настоящей историей.

Усилиями такого сочинительства мир продолжает движение вдоль оси времени^212, и никогда у него не случалось ни сбоя, ни остановки, ни безвременья, ни пустоты.

Глиняные люди

- Китайцы не являются людьми. В нашем понимании. Они сделаны из глины. У них есть оболочка, но нет ничего внутри, - произнёс старец Исимоки, похлопывая преображённого Орпа по спине меж его роскошных крыльев.

- А терракотовая армия? - убирая крылья в невидимость, удивлённо отозвался Орп.

- Это заготовки, - улыбнулся старец Исимоки и пожал плечами, словно желая показать, что ему не совсем понятна эта странная инициатива высших сил. - Таков процесс их изготовления. Вот уже более сотни лет тела китайцев отливают в формах. А затем оживляют. Этим

занимаются хранители Кайласа. Которых ты сейчас так мощно побеспокоил.

Орп довольно улыбнулся. Он вспомнил, как эти самые хранители ползали по щебёнке и злобно шипели, обратив свои нечеловеческие лица в его сторону.

- Почему же остались эти заготовки? - сказал он.

- В какое-то время назад. Очень давно. Может, лет сто пятьдесят тому назад. Был нанесён удар. Он был не ядерным. И не подобный ему. Я не знаю, какое оружие было применено и кем. Но в результате почти все китайцы рассыпались в труху. А часть их засыпало землёй. Так некоторые китайцы спаслись. Эти остатки и есть терракотовая армия. Это почти живые роботы, которых не успели оживить.

- Не успели?!.. - ухмыльнулся Орп и, словно рассуждая сам с собой, произнёс: - А сейчас снова начали откапывать и оживлять?.. Почему тогда не добили?..

Старец Исимоки поднял на него свои странные глаза и добавил:

- Это был твой удар, Орп!

Серые гости

Глате не помнил, как он здесь оказался. Возможно, это был гипноз. Или его могли чем-то опоить. Но сейчас не было времени вспоминать. Он реально стоял на полу какой-то подземной базы. Откровенно чужой. И не важно, какая сила его сюда перенесла, она же явно позаботилась о том, чтобы Глате выжил. Для этого и преобразила его. Кто-то напялил на Глате не очень удобный защитный комбинезон, и специальная маска, герметично прикрепленная к комбинезону, плотно закрывала лицо.

Было очень страшно. А вот понимания того, чего именно следует бояться, не было. Но он боялся. Может, того, что его обнаружат и раскроют?

Однако серые существа, не способные заглянуть под защитную маску, хотя и смотрели на него с плохо скрываемым напряжением, всё равно проявляли предельную дружелюбность. По всем параметрам комбеза и маски Глате был одним из них, и им ничего не оставалось, как только принять его в своё сообщество.

Немного отдышавшись и придя в себя, Глате решил осмотреться. Оказалось, что он, естественно, здесь не один такой. Теперь и он увидел других. И у всех обитателей подземной базы, или, может быть, даже города, были такие же, но разные по цвету и символике, защитные комбинезоны. На них размещались странного вида опознавательные знаки. Очевидно, они каким-то образом определяли уровень руководства или подчинённости, а также глубину возможного доступа в помещения и к каким-нибудь секретам или тайнам.

Присматриваясь к окружению, Глате постепенно заметил, что серые существа вообще не стояли на одном месте. Они всё время находились в движении. Конечно, не очень интенсивном, но никогда не прекращающемся.

Глате присмотрелся к окружающему пространству. Странным представлялось то, что все помещения имели круглые формы. А в самом центральном помещении никаких острых углов найти принципиально было невозможно.

Но больше всего Глате поразило то, что нигде не было видно источников электрического тока - ни розеток, ни вилок, ни каких-либо иных механизмов передачи электромагнитной энергии. Не было даже ламп! Хотя

электричество явно было основой всего вокруг, потому что серые очень сильно смахивали на каких-то роботов.

Главный вывод напрашивался сам собой: цивилизация этих серых существ была явно технократической. Вокруг всё буквально кишело какой-то странной и очень непонятной техникой. Глате с интересом принялся её рассматривать. Эта техника и непонимание того, как она действует, буквально завораживали его.

Глате привлёк внимание серых «коллег» тем, что на мгновение остановился. Искра диссонанса тут же пронзила серое сообщество. Глате продолжил провокацию: некоторое время оставался без движения: такое поведение явно выбилось из общего алгоритма.

«Понятно», - подумал Глате и, ощутив на себе множество вопросительных подозрительных пристальных взглядов, двинулся к странному лифту. Тоже удивительному и не такому, как у землян: его двери раскрывались не в боковые стороны, а сдвигались вверх.

Вокруг мягко и тотально растекался ровный белый свет. Он забирался в самые отдалённые углы и самые глубокие щели. Казалось, что свет затекает всюду, где только он требуется. Не было ни одного участка, где бы доминировала тень.

Встроившись в какое-то движение, Глате, а также ещё пара подвизавшихся к нему к нему серых существ пошли по коридору. Дойдя до его конца, они всем своим потоком перегнулись через «порог» и... продолжили движение вниз. Они именно перегнулись! Глате сжался в ужасе, но за маской этого было не разглядеть. Через мгновение он пришёл в себя и снова осторожно огляделся вкруг.

Пешеходная процессия оказалась в просторном огромном зале, а по коридорам и эскалаторам, входящим в его структуру, двигались группы и колонны се-

рых существ. В одной из таких колонн оказался и Глате. Всё было стройно и предельно расчётливо. Картина казалась настолько идиллической, что Глате чуть было не рассмеялся, увидев, как забавно эти серые шаркают своими тонкими и немного кривенькими ножками.

Но, вовремя спохватившись, он посмеялся над ними лишь мысленно. А когда присмотрелся к странной обуви, которая была у всех на ногах, то понял, почему ему всё время казалось, что он невесомый. На ногах Глате, как и у всех серых, красовались какие-то странные ботинки. Видимо, они были как-то связаны с притяжением. Если бы их прошлось снять или хотя бы поднять ногу, понял он, то полёт был бы неминуем. Ботинки обеспечивали сцепление с поверхностью базы, и поэтому все существа так странно шаркали.

* * *

Глате не мог знать, что база, на которой он каким- то образом оказался, находилась на Аляске^213. Здесь, под верхним слоем земной породы, находились огромные металлические ворота. Они время от времени раскрывались, и что-то поступало внутрь планеты, а что-то выводилось наружу. В глубину грунта база уходила бесчисленным количеством этажей. Самые дальние из них достигали центра Земли, а остальные уходили ещё дальше.

Глате уже освоился среди «своих». Он «профессионально» шаркал ногами и синхронно выполнял какие- то несложные движения. Поэтому пока ничего в нём совершенно не выдавало чужака. И серые постепенно перестали за ним подсматривать.

Заметив снятие слежки, Глате решился на очередной шаг. Он направился к соседней двери, за которую никто пока не проходил, и хотел, было, проникнуть сквозь неё, возможно, на какой-то другой уровень. Однако Система сработала чётко. После первой же попытки появился летающий транспортёр. Он остановился в метре от Глате. Чуть помедлив, принялся сканировать «шпиона» тонким искрящимся синим лучом.

Глате почувствовал, как его знатные боты утратили возможность сцепляться с полом. Он повис под транспортёром, который тут же немедленно отбуксировал Глате на его рабочее место. После завершения буксировки синий луч отвязался, а ботинки Глате снова прилипли к полу.

«Во как!» - только и смог подумать Глате.

Оказалось, по крайней мере, так определил его место работы транспортёр, он был не «шпионом», а на- пальником лаборатории. Скорее, даже начальником биологической лаборатории, потому что в ней выращивались обычные пчёлы и разнообразные растения. Стены помещения, обвешанные графическими изображениями пчёл и связанными с ними разнообразных схем, использовались на полную.

Каким-то образом Глате понял, даже, лучше сказать, он точно знал, что именно пчёлы являлись тем самым изначальным механизмом, который поддерживал биосферу Земли в рабочем или, скорее, в здоровом состоянии.

Такая уверенность в том, что он знает неведомые ему вещи, случилась с ним опять. Уже не в первый раз Глате показалось, что он получает какие-то очень ненавязчивые подсказки от какого-то невидимого суфлёра. Именно поэтому его интегрирование в серую массу

проходило без проблем и осталось не замеченным с её стороны.

В многочисленных пробирках его лаборатория производила этих самых пчёл. Потом небольшие транспортные корабли^214 забирали на борт новые партии произведённых насекомых, вылетали через раскрывающуюся крышу Аляски, устремлялись в обозначенный в бортовой карте район и в нужном месте планеты сбрасывали новоиспечённых опылителей.

Цель такого гиперпроизводства осталась для Глате непонятной. Возможно, рабочие пчёлы не успевали пополнятъ свои количества природным путём - от маток.

Поэтому приходилось выпускать клонов, которые не обладали способностями воспроизводства, но отрабатывали свою сторону бытия исправно, вплоть до разрушения крылышек.

Ещё в лаборатории Глате производили растения. Их здесь тоже выращивали в таких же огромных количествах, а затем аналогичными транспортами отвозили в те районы планеты, где им и приходилось жить дальше. Глате впервые увидел такое обилие видов, но по-настоящему поразило его просто огромное количество ядовитых растений. Их тоже выращивала его лаборатория!

* * *

В лаборатории режим работы не был таким уж строгим. Иногда серые переставали работать и принимались играть в какую-то игру. Они делали это какими- то кристаллами.

Глате подошёл к игрокам и стал посматривать за ходом игры. Подчинённые заметили интерес начальника и тут же протянули ему серебристую коробку. Глате взял её. В коробке находились разноцветные кристаллы. Пока он рассматривал их, делая вид, что выбирает, серый, протянувший ему коробку, взял синий и малиновый кристаллы. Синий тут же проглотил сам, а малиновый протянул ему.

Глате тоже, не мешкая, проглотил кристалл и приготовился ждать какого-то действия. Возможно, опьяняющего. Но ждать не пришлось. Сразу же непонятная энергия разлилась по всем его органам, и Глате понял: это просто питание, а вовсе никакая не игра.

Через некоторое продолжительное время серые стали двигаться медленней. Глате понял, что надвигается

какая-то перемена действительности. Видимо, это была очередная подсказка того самого «Кого-то», кто поместил Глате на эту базу и наблюдал за ним.

Снова поступил какой-то сигнал, и серые синхронно разошлись по каютам. Или, лучше сказать, по комнатам. Глате тоже пришёл в свою комнату. Он нашёл её по подсказке. Каюта была, как яйцо, круглая и без углов. Глате машинально снял комбинезон и обомлел...

* * *

Сбросив комбинезон, Глате с удивлением обнаружил, что он и сам серый. То есть не человек, а такой же клон, как и все остальные, которые окружали его на этой базе.

«Так вот почему эти серые меня считали своим! - в панике подумал он. - Я и есть свой. Самый настоящий свой. А подсказки мне давала общая машина управления. А я-то думал, что я здесь шпионю».

Глате нашёл какую-то отражающую поверхность и, наконец, увидел себя со стороны. Маленький нос, небольшие ноздри. Миндалевидные раскосые глаза с почти чёрными зрачками. Но самое поразительное - это кожа. Она была покрыта мелкими и мягкими волосами. Создавалось впечатление, что это велюр. Серый мягкий велюр.

Пока Глате раздумывал над тем, каково это оказаться серым, он машинально перешёл к водным процедурам. И тут же понял, что серые не моются, они не принимают душ так, как это происходит у людей.

Глате взял специальную влажную салфетку и тщательно обтёр ей всё своё мохнатое тело. Затем феном также тщательно высушил его. Было весьма приятно: фен нежно ласкал волосики на теле.

И тут взгляд Глате остановился на том самом месте, где должен располагаться его половой член.

«Этого не может быть! - рука Глате остановилась, и фен начал сильно припекать. - Этого не может быть!»

Там ничего не было. Просто - гладкое место. Глате оказался без всего. Ни мальчик. Ни девочка. Он, как и все серые, оказался бесполым.

* * *

- Всё, возвращаем! - послышался голос Дифоора. и Глате постепенно начал приходить в себя.

Он огляделся и, увидев знакомые лица, испуганно потрогал себя в паху, а затем проговорил:

- Это было жёстко! Я чуть было не обделался. Надо же, остаться без яиц. Предупреждайте в следующий раз.

Немного посмеявшись над понятными эмоциями, собравшиеся всё же решили кое-что уточнить.

- Серые - это не люди и не человеки, - пояснил Глате. - Это некие механические структуры. Они создали технократическую цивилизацию, а затем и сами превратились в неё. Это происходило за счёт управляемых мутаций и достигалось путём контролируемой замены нужных генов.

- То есть серые - это клоны? - спросил Дифоор.

- Это не просто клоны в нашем понимании. Серые - это предел технологий клонирования. Они - точные копии многократно усовершенствованной программы. Вот! Они именно копии, а не клоны! Копирование обеспечивает максимальное сходство с прототипом, а клонирование допускает какие-то вариации. Серые это копии. Никаких вариаций.

Глате на секунду умолк. Затем снова запустил руку в пах и, убедившись, что всё по-прежнему на месте, продолжил:

- Друг к другу они предельно дружелюбны. Это стоит отметить. Одинаково дружелюбны. Но каждый знает своё место и не лезет туда, куда ему доступа нет. Каждому ненавязчиво подсказывает какая-то внешняя программа. Она всё держит под контролем и управляет каждым шагом серого клона. А между ними самими общение тоже есть, но оно не идёт по каналу речи, как у нас. Оно осуществляется телепатически.

Глате снова ненадолго прервался.

- Цивилизация у них стоит на очень высоком уровне. Я, будучи там, захватил по телепатическому каналу образ какой-то другой лаборатории. Там ведётся наблюдение за населением Земли. Картинка такая - обширная. Много экранов - целые этажи. Серые наблюдают за нами на огромных мониторах. Они смеются над нами. Показывают друг другу на жалкие попытки человека создать паровоз или автомобиль. По сравнению с их технологиями человеческие произведения техники - это телеги, - вздохнул Глате.

Он помолчал и добавил:

- Людей серые считают... ниже животных.

Судный день

Он увидел реку - состоящую не из воды. Субстанция, которая текла, оказалась иной.

- Это царство вершительницы Нави. Бывшей вершительницы. Теперь её место занимает новая вершительница - Консупори, - находясь в одиночестве, задумчиво и даже с некоторой грустью произнёс Мена-

вор. - Из такой субстанции в своё время вышла красавица - река Нева.

Менавор поднял глаза. Во все стороны, куда только доставал его взгляд, река покрылась ковчегами, выполненными в виде гроба. Из каждого вверх тянула рука.

- Они тянут руки к Богу. Чтобы он спас их, - с какой-то неподдельной тоской прокомментировал Менавор. - Это время Страшного суда.

Он перевёл взгляд к горизонту. Бесконечные поля плавающих гробов, словно в какой-то двумерной очереди, в сквозящей надежде натужно упёрлись в эфемерную линию, разделяющую «небо» и «воды».

- И для них это время пришло.

Менавор коснулся пальца одной из протянутых из ковчега рук. В тот же миг покойник, лежащий там. превратился в виток света и сиганул в сторону верха. А гроб медленно растворился в окружающей его влаге.

- Мне нужен только один. Остальным приказано ждать...

Бог Земли

«Только фрагментированный разум не страшится дефрагментации», - подумал Волос, в очередной раз возвращаясь к своей команде на «Алатырь».

- Я понимаю, что время возвращения запланировано, и нельзя пропускать сеанс, - обратился Волос к Ладону. - Но прошу тебя, сделай все процедуры предельно быстро, поскольку там, в будущем, назревает нешуточная ситуация, и мне необходимо довести её до логического завершения. Нельзя в столь ответственный час оставлять Систему в неуправляемом режиме.

- Хорошо, командир, - ответил Ладон. - Я только проверю тебя на наличие вредных мутаций, а исправлять их не буду. В следующий раз устраним. Не думаю, что это скажется как-то критически.

Вся процедура заняла не больше пяти минут в обычном счислении земного времени. Сканеры показали наличие многочисленных мутаций, которые закрепились в геноме новых клеток. Но всё это можно было выправить потом.

- Спасибо, Ладон, - командир поблагодарил генетика за оперативность. - Передай привет команде. А я возвращаюсь обратно...

* * *

Темнота обладает давлением. Особенно когда она кромешная. Мягкая и очень тяжёлая.

Посреди этой чёрной темноты я оказался в такой же чёрной мантии. Моё одеяние с кровавым подбоем отбрасывает тёмно-красные блики на этот странный, нарисованный многими молитвами космос^215. И я наблюдаю за ним.

Ожидание тянется вечно. Но есть то, чего всё же стоит дождаться.

И вот из очень далёкой, совсем недостижимой точки показалась одинокая белёсая волна.

«Вот оно - Управление! Оно движется из центра эклиптики», - пояснил я себе, словно успокаивая перед какой-то волнительной процедурой.

Я нервно и спокойно взираю на то, как волна движется в мою сторону. Она вращается спиралью, но лучше сказать - шнеком. Одинокой змейкой раскручивается и уходит в область чёрного пространства, расположенную слева от меня.

Там, чуть ниже себя и чуть в стороне, я замечаю четыре светильника. Это огромные шары, расставленные квадратом. Три из них горят ровным белым светом. Четвёртый - мерцает так, как будто ему пришло время погаснуть.

- Это Запад, - услышал я голос справа от себя. - Его время ушло. Его свеча догорает. Мы видим агонию.

Странное это ощущение. Оно точно такое же, как и в тот день, когда я родился. Не совсем понятно то, что именно мне приходится чувствовать. Но я уже совершенно привычно одновременно нахожусь в нескольких точках и наблюдаю за происходящим из них.

Первая точка моего взгляда - это мой же собственный разум. Я смотрю своими глазами и вижу всё так, как и положено видеть. Вижу обычными глазами обычного человека. Вторая точка взгляда находится где-то

над ситуацией. Как будто бы я - зритель. Но зритель не сторонний, а я же сам им и являюсь. Третья точка взгляда охватывает всю ситуацию целиком. Четвёртая - позволяет мне смотреть внутрь себя.

Отреагировав на сказанное, я посмотрел на того, чей голос только что услыхал. Он стоит справа от меня. Это высокий ангел вполне себе человеческого облика. Он белый и одет во всё белое. Это длинная тяжёлая мантия с едва различимыми письменами, кажущимися замысловатыми украшениями. Крылья у него тоже белые.

Своим удалённым взглядом, одним из тех четырёх названных, я смотрю на себя и вижу, что теперь и я такой же - белый. Но моя мантия всё ещё остаётся чёрной. А подбой у неё - красно-малиновый. Он кажется кровавым. Хотя никакой крови нет. Это лишь цветная одежда.

И мои крылья тоже белые. Я пошевелил ими: они свободно проникают сквозь мантию. Это я и продемонстрировал незнакомцу: расправил во всю ширину и похлопал по невидимому воздуху. В ответ незнакомец только слабо улыбнулся. Потом он поднял руку и показал мне в сторону четырёх светильников, оставленных мной без внимания.

А там картинка развивалась. Она изменилась, и теперь между этими светильниками показалась плоскость - круглая и ровная, она поблёскивала небесно-голубым светом. А те четыре светильника теперь стояли на высоких цилиндрических столбах, расположенных по четырём сторонам этого мерцающего круга.

«Интересно, - подумал я и, всматриваясь в происходящее, постепенно стал различать на круге какие-то узоры. - Нет! Это не узоры! Это... континенты... Это - Земля! Да!»

Мерцающий круг действительно покоился на каком-то механизме. Он был очень похож на компьютерную инсталляцию поверхности Земли. Но я всем своим разумом чувствовал, что это и есть сама Земля - реальная, самая настоящая, безусловно, живая.

Через мгновение едва уловимым движением её поверхность приблизилась ко мне, и я стал различать контуры континентов. В центре Земли стояла Москва. По четырём сторонам от неё крест-накрест располагались на одной линии Северный и Южный полюса, на другой - Восток и Запад. Шар, светивший над Западом, мерцал, словно находился на последнем издыхании.

Я повернулся к моему новому товарищу и приветливо улыбнулся ему в ответ. Этим я как бы попросил пояснений, но вместо них вдруг ощущал себя очень странно.

Мне вдруг стало отчётливо ясно, что именно я и есть хозяин ЭТОГО...

Не знаю, как сказать... Чего-то важного. Самого важного здесь. Но что это было такое - пока не понимал. Земля, хотя и смотрелась очень реалистично, всё же казалась больше моделью.

Пока я осматривал окружение, в «небе», недалеко от центра, из которого на Землю шла первородная волна, разверзся тоннель. В сторону Земли он зиял расширяющейся горловиной, а противоположным концом уходил куда-то в неизвестность. Тоннель казался большим. Его размеры были сопоставимы с размерами Земли. То есть её ...модели. Если это была модель.

Вдруг из тоннеля вылетела стая агелов^216, они с шумом понеслись в сторону Земли, а когда добрались до

неё, то стали буквально всё крушить на планете. И этот поток зла и смерти с каждой минутой только усиливался.

- Нет, «вороньё», так не пойдёт! - крикнул я, занёс меч и отрубил злобный поток, как повар отрезает ножом фарш, выползающий из мясорубки.

После этого, те агелы, которые уже оказались на Земле, сделались мёртвыми.

И я отпустил свой меч - погулять^217. И он, вращаясь, посвистывая ветром и поблёскивая светом, нашинковал оставшуюся и всё ещё пытающуюся влететь часть потока, догнал её до горловины тоннеля и, превратившись в щит, собой заделал дыру. Края щита тут же срослись с горловиной, и уже через несколько мгновений даже место сварки было невозможно разглядеть. Атака агелов захлебнулась.

Раздумывая над тем, откуда взялся этот рой и что такое эта горловина, я подошёл ближе к краю окружающей нас черноты. Осторожно протянул руку вперёд и нащупал что-то мягкое и податливое. Сделал несколько усилий и, чуть погодя, приподнял какую-то «тряпицу». Оказалось, я снял какую-то оболочку. А под ней виднелись самые обыкновенные мышцы - открытые красные мышцы. Только это были мышцы гиганта, хотя по ним пульсировала самая обыкновенная красная кровь.

Неуверенно раздвинув волокна мышц, я обнаружил за ними костные стенки черепа.

Я находился в чьей-то голове.

* * *

В этот момент какая-то бесконечная вселенская грусть улеглась на мои плечи. Я вдруг понял, что являюсь только мыслью в этой чужой голове. И весь этот мир, и Земля - всё это только мысли. Всё это - только образы, которые сформированы чьим-то сознанием, теснящимся внутри какого-то черепа.

Мой новоявленный друг, тот самый молчаливый белый ангел, бесшумно подлетел ко мне и принялся успокаивать. Всё проистекало в полной тишине. Общение шло бессловесно. Не было произнесено ни одного слова. Но я понял: раз уж нахожусь здесь, то надо бы, точнее, придётся мне заняться обустройством этого странного замурованного мира.

Как только я это осознал, картинка изменилась. Не там, где чуть раньше сверкала горловина смертоносной трубы, а отчётливо в другом месте теперь загорелся мощный источник света. Золотого света. Свет из него лился, как краска из огромной нескончаемой ёмкости, и постепенно заполнил собой всё пространство. Оно тоже стало золотым. Не сделанным из золота, а освещённым золотым светом.

«Для Земли наступает новый Золотой век», - прозвучал мой собственный голос в моей собственной голове.

Удовлетворённый содеянным, я успокоился блаженным созерцанием. Голубая планета теперь испускала не только небесный свет, но и искрилась золотыми блёстками. Все четыре светильника горели ярко и ровно. И даже тот, ранее почти погасший светильник теперь по яркости и равномерности струящегося света ничем не отличался от других. Они по-прежнему стояли на четырёх, теперь уже золотых, столбах, ставших резными и расписными колоннами.

Мой белокрылый товарищ тоже удовлетворился содеянным. Он одобрительно похлопал меня по плечу, прощально улыбнулся и улетел.

Я опять остался в одиночестве. Довольный. Кипельно-белый, с белоснежными крыльями, в искрящейся белой мантии с золотым подбоем, на котором золотыми буквами были вышиты только мне известные имена.

Я - бог этого мира. Я - бог этой Земли. Новый бог. Пришло моё время, и планета отдана мне в управление. Настал мой Золотой век. Теперь я решаю всё, что происходит на этой Земле. Теперь я вершу все судьбы этого Мира.

* * *

«...A всё же интересно: что там, за пределами моего прекрасного мира?» - подумалось мне, после того как я уже несколько насытился несказанной удачей.

На этот раз никаких препятствий не оказалось. Я свободно вылетел за пределы и оказался снаружи того, через что раньше проникнуть не мог. Да, действительно, это была чья-то голова^218. А я только что выбрался из неё.

Поднимаясь всё выше и выше, я увидел множество таких голов. Они были повсюду. Подо мной простирались поля голов, и постепенно это множество настолько удалилось от меня, что сложилось в какой-то новый рисунок. И я с удивлением осознал, что вижу другой Мир, очень напоминающий мою родную Землю.

Сделав ещё пару глубоких взмахов, я оказался и вне этого Мира. И снова тем, из чего только что я вылетел, оказалась такая же голова. Я летел дальше и выше, матрёшка образов - голов и миров - не прекращалась...

...Через мгновение я вернулся в свою голову, на свою Землю. Ведь это был мой Мир!

* * ־1־

- Давай посмотрим, есть ли у тебя душа? - сказал Дифоор хрупкой беленькой девушке, открывая ей внутреннее видение.

- Нет. У меня её нет, - ответила Настя, так звали это чудо.

- Значит, кто-то её похитил, - констатировал Дифоор.

- В том месте, где должна быть душа, какой-то странный цветок. Он едва распустился, процвёл и стал каменным, - ответила она.

- Это твоя душа достигла уровня перерождения, - пояснил Дифоор. - Но давай вернём её на место.

Я слушал их диалог, уже переродившись и став богом своей планеты. Внешне я остался прежним. Но внутренне... Дослушав их, я взял часть своей души и вложил её в грудь девушки. Сделал несколько вращательных движений, чтобы душа запустилась.

-Я чувствую какой-то пропеллер! Но он не настоящий. Не мой, - отреагировала Настя.

Я ещё раз попытался закрутить вложенную в неё душу. И вот, наконец, Настя произнесла:

- Получилось! Мерцает! Она - как шар! Горит белым светом, золотым!

«Это моя Земля! Я здесь бог!» - улыбнулся я.

Перезагрузка

В тесном тоннеле, всего метра два высотой, неглубоким ручейком струилась светоносная жидкость. Времени разбираться, как я здесь оказался, уже не было. Посмотрел в обе стороны вдоль ручья - и по течению, и против него только тоннель. С непрозрачными чёрными зияниями глубины.

Но вдруг оказалось, что чудесные свойства мне всё ещё по плечу. Я легко преодолел сопротивление земной материи и вылетел из толщи Земли - свободно, как её дыханье. Зависнув над планетой, я принялся деловито осматривать территорию.

Молочная река той самой светоносной жидкости текла себе спокойно на небольшой, но в то же время недосягаемой глубине - 250 - 360 метров. Под поверхностью Москвы она пересекала город с запада на восток.

В районе метро «Парк культуры» Молочная река упиралась в развилку. Здесь располагался главный раздаточный узел - белый шар, диаметром достигавший 360 метров.

Я посмотрел на него, шар вращается и перераспределяет поток светоносной жидкости двумя неравными рукавами. Первый, большой, направляется чуть вверх - в сторону станции метро «Библиотека имени Ленина». Второй рукав, поменьше, идёт вправо - по Водоотводному каналу, вдоль старицы^219 реки Москва. Дальше эта часть Молочной реки уходит далеко на северо- восток - в сторону Обской губы. А там она омывает древний памятник Золотой Майе.

Тем временем я взлетел ещё выше и завис над вечно бурлящей Москвой. Сверху стала отчётливо видна Красная площадь и Молочная река, мерно текущая в недрах столицы. Нельзя было допустить, чтобы такая красота погибла в метаморфозах, которые постигнут Землю. И я, не мешкая, соорудил над Москвой защитный купол.

Сначала он охватил только столицу в пределах её окружной автомобильной дороги. Затем я растянул его по периметру до Тулы, Брянска и Смоленска. Ткань купола податливо тянулась и в западном направлении легко накрывала самые удалённые земли. А на востоке такой свободы не было. Долго не получалось накрыть куполом Нижний Новгород. Ткань не хотела растягиваться, как будто капризничала и сопротивлялась. Но после нескольких попыток удалось решить и эту проблему.

Ещё дальше - Казань. Она осталась за границей купола. С севера купол накрыл Кострому и Великий Новгород. А Санкт-Петербург тоже остался вне защитного слоя.

Затем я сделал над куполом вихрь. Одним своим концом он укоренился в самом центре Москвы, а другим протянулся к самому Богу.

На этом превращения Земли были закончены, и она стала вращаться. Очень быстро. Вращалась та её часть, которая находилась за пределами купола. На периферии перемололось всё, и все обитатели Иверий^220 и Индий^221 погибли в этом сюжете.

Это продолжалось нестерпимо долго. Но после того как вращение всё-таки прекратилось, порушенные земли сформировались вновь. Они собрались из новых песков, глин и минералов. И новые люди на них стали селиться. Всё обновилось.

И лишь внутри купола Старый Свет остался нетронутым.

Мне нравилось моё творение. Я вытер рукавом выступившие капли пота и встал на вековую стражу. Мой пост - Пулковский меридиан. Мой вид - огромный ангел величиной в три четверти диаметра Москвы.

Я - белый и состоящий полностью из света, с золотым копьём Судьбы в правой руке.

Третье Солнце

Спокойствие оказалось недолгим. Не прошло и мгновения. Стража на то и поставлена, чтобы всегда быть наготове.

Сначала никакого света и не было. Я тщетно всматривался в темноту, пытаясь зацепить взглядом хотя бы один отставший фотон. Ничего не получалось, и темнота оставалась непроглядной. Ничего, вроде бы, не происходило, но ощущение тревоги не оставляло меня. Неизвестное по счёту чувство сообщало мне о том, что в непосредственной близости от меня находится что-то, и оно движется очень быстро.

Ещё через несколько мгновений темнота стала чуть более серой. Я понял это по тому, что на её фоне прямо перед собой увидел какую-то невнятную и едва различимую гораздо более чёрную тень. Сначала я подумал, что мне показалось. Но затем всмотрелся, и тень стала отчётливой. Уже в следующий момент я увидел его силуэт. Это было какое-то человекоподобное существо. Оно маячило передо мной и делало какие-то непонятные движения.

Очевидно, существо находилось за пределами внешнего купола и изо всех сил стремилось прорваться в моё пространство. От существа мой Мир отделяло то серое вещество, которое застилает весь обзор.

Всмотревшись в него, я понял, что это вещество очень быстро вращается вокруг меня и этим создаёт тот самый защитный экран. Пока я разглядывал его, тёмное существо на секунду прорвалось головой сквозь защиту, и я увидел лик демона^222.

* * *

Пока я раздумывал над чертами его лица, мой аппарат прибыл по назначению. Створки капсулы раскрылись, и я вышел из неё.

Вышел не в форме человека или какого-либо аналогичного существа.

Я вышел в мир в виде воды.

- Это твой дух! - прокомментировал Менавор. - Ты проявился в виде духа. Поэтому демон ничего не смог тебе сделать.

Я вышел в виде воды. Словно белок из разбитого яйца. Просто вылился из капсулы. И потёк по планете. Формируя потоп. Воды всё увеличивались, и вот уже вся планета окружена ими.

Вода толстым слоем окружала сферическую Землю, а я наблюдал за этой инсталляцией откуда-то со стороны.

После этого где-то на одном из полюсов вода несколько раз приподнялась и опустилась. Затем она откатилась с полюса, а в том месте, где была географическая точка полюса, образовался фонтан. Из его центра поднялся белый огненный столб, на вершине которого стоял я.

На этот раз я предстал в образе высокого не древнего старца с белой бородой и белыми волосами, в белых длинных одеждах.

На растущем столбе я поднялся ввысь. Столб, словно лифт, доставил меня в небо. Я сошёл со столба и уселся на мягкую тучу, появившуюся рядом. С неё оказалось удобней наблюдать за происходящим.

Я принялся творить. Сначала разделил воды на те, которые остались на поверхности планеты, и на те, которые стали облаками и слоем воздуха. А затем занялся созиданием Мира. Всё получалось, и после трудной работы я уселся на ту же тучу - чтобы отдохнуть. Мне нравилось то, что я создал. Мир становился таким занятным, что вызывал у меня откровенный творческий восторг и возбуждал интерес.

А время пошло.

Я любовался Миром, и он развивался в своём незамысловатом ритме...

***

...Видимо, я уснул ненадолго. Очнувшись через некоторое время, я с удивлением заметил: окраска моего Мира изменилась. Он неприятно вымазался в чём-то багряно-коричневом.

И, более того, всю мою планету опутала какая-то странная сеть. Она была сделана почти из железа. Ячейки этой сети были правильной шестиугольной формы. Сеть заинтересовала меня. Непонятно, откуда она появилась на моей Земле. Я её не создавал. И, понял я, это значит, в моём доме хозяйничает какой-то гость, которого я не звал.

Внимательно присмотревшись к планете и к сети, проследив взглядом то место, куда она простиралась, я обнаружил в небе, рядом с планетой, красную дыру.

- Это - Солнце, - пояснил Менавор.

Да. Я это сразу и понял. Это Солнце^223 - паразит^224. Оно - дыра в небе. В нём располагается какой-то портал, в который стягивается сеть. А за дырой сидит красно-коричневое чудище, похожее на паука. В своих^225 лапах оно держит эту самую сеть, накинутую на всю планету, и хищнически скалится. Видно, что оно питается страхом^226, который сеть собирает с планеты.

- Это человеческий страх, - пояснил Менавор и прекрасно поставленным дикторским голосом процитировал: - Благо будет боящимся Бога^227. Благословляет

боящихся Господа^228. Блаженны плачущие ныне, ибо воссмеетесь !229

Я, недолго раздумывая, взял свой огненный меч и легко распорол им эту чужеродную сеть. Она разлетелась. Из места разрыва брызнул яркий голубой свет. Сеть сгинула в дыру - к тому чудищу.

Я снова взял свой меч и раскрутил его. Он превратился во вращающийся щит. Им я и замуровал вредоносный проход в своём небе.

Так на небесах появилась вторая Луна^230.

* * *

А моя планета после этого освобождения стала светиться лазурным небом. На ней образовались поистине райские условия.

Я опять уселся на своё пушистое облако и принялся рассматривать плоды своего творения, обдумывая наиболее яркие моменты спасательной операции. Мне нравилась эта забава.

Но что-то следовало поменять. Видимо, пришло время для этого.

Я сошёл с облака и подлетел к планете ближе. Она, словно новогодняя ёлочная игрушка, в виде аккуратненькой симпатичной сферы неподвижно висела в пустом пространстве.

Я смело взял планету и, как заправский гончар, стал лепить из неё чашу. Сначала сделал углубление в центре, а затем оформил края. Земля стала чашей.

В эту чашу я протянул пучок волн, который взял из далёких небес. Они пали на центр чаши и стали его разогревать.

Пока я рассматривал то, что получилось, в центре чаши стала вскипать^231 земля. Она выбрасывала вверх фрагменты вещества, которые сначала активно выплясывали какие-то хаотические танцы, а затем из этого хаоса появился человек. Сначала один. Мужчина. А затем другой. Это была женщина.

- Ты создал первую пару, - словно информация справочного бюро прозвучал голос Менавора.

Ещё мгновение и на новой Земле появилось человечество. После - реки, земли, леса и деревни, города, государства. Земля вновь ожила. Но форма её стала другой и осталась другой.

Я снова уселся на облаке и принялся рассматривать сотворённое. И, видимо, опять ненадолго уснул...

* * *

Проснулся оттого, что услышал вой своего собственного меча. Я открыл глаза и увидел, что меч мой рубает с огромной частотой, он буквально шинкует новоиспечённую планету.

Странно, но это не вызвало у меня беспокойства, и я не стал останавливать клинок. Но, продолжая за ним наблюдать, лишь удивился: «Зачем это? Ведь он просто разберёт планету на атомы, и все мои усилия по её обустройству окажутся брошенными насмарку».

Меч всё не уставал. Он шинковал планету вдоль, менял позицию и шинковал поперёк. Затем снова менял

позицию и снова шинковал вдоль. И так длилось какое- то время. Наблюдая за этим процессом, я с удивлением обнаружил, что от такого вмешательства созданная мной планета не страдала. Но тогда зачем были нужны эти действия меча?

Я подождал, и всё разъяснилось само.

Оказывается, меч выгонял из планеты нечисть. Она в виде чёрных и коричневых человекоподобных существ с крестами на разных частях тела буквально выбивалась из тела планеты, ползла к краям чаши и падала, перегибаясь через них. Под чашей собралось несколько куч этой гадости.

И я своими огромными коваными сапогами раздавил эту тлю, которая сосала соки из моего детища всё то время, пока на него была накинута шестиугольная сеть второго Солнца.

Тем временем, меч мой унялся и отошёл в ножны. Очищенная планета стала светиться ровным лазоревым светом.

Я присмотрелся - нигде не было Солнца.

Небосклон - синий и чистый. Две прежних дыры слабо выделялись двумя заплатками - Луна 1 и Луна 2.

На Новой Земле после чистки осталось немного людей. Посреди бескрайних просторов они стояли одиноко. Но они светились белым ровным светом. Как ангелы.

Я спустился к одному, к другому, к третьему. Они были счастливы, что освободились от нечисти. Белый Свет снова стал Белым, от Цветной заразы отмывшись водами потопа, отбившись взмахами клинка.

Русоволосая маленькая девочка, лет четырёх, смотрела на меня своими синими глазами. Она - новый человек, которому теперь принадлежит этот Мир.

* * *

Мне понравился Новый Мир. Но, памятуя прежний опыт, я не стал сразу ложиться на облако и засыпать очередным праведным сном.

Прежде я решил создать защиту своей планете. Для этого взял специальное вещество - смесь стекла, хрусталя, алмаза и сахара - и сделал из него прозрачный колпак. Такой, каким обычно накрывают сверху что-нибудь очень ценное. Этим колпаком я накрыл свою планету. Она для меня была самым ценным, что только существовало в этом мире.

Поверх колпака я проложил свою родовую охранную решётку: одна линия - вдоль, другая - поперёк. Образовался четырёхконечный крест. Крест Перуна.

Как только он лёг на купол, решётка сразу же раскалилась докрасна. И успокоился Мир под охраной моей. Теперь никто не сможет на него повлиять.

- Теперь нужен хакер. Он должен найти выход из того мира в наш, - сказал Менавор и с нескрываемым сожалением посетовал: - А ты успокоился. Ты не специалист.

***

«Да, пожалуй, что так, - мысленно согласился я. Но я справлюсь!»

Через некоторое время снова обнаружил себя в том самом пространстве. С молниеносной скоростью я носился по нему, стараясь отыскать выход. Я обследовал каждый миллиметр внутренней поверхности купола, и это длилось долго.

Выхода не было.

И вдруг я понял! Это именно я должен сделать Солнце! Своё Солнце! И тогда через него я же смогу выйти в наш мир!

Я сделал это и вышел в наш мир. А за собой в виде ярко-красной^232 сети протянул нити той самой решётки^233, которую на Мир накинул я. Накинул, чтобы его оберегать.

* * *

- Теперь я нахожусь в нашем мире, - закончил свой рассказ Волос. - А через свою собственную сеть контролирую Новую Землю и всю жизнедеятельность на ней.

- Мы видели, Солнце погасло всего на шесть дней, - сказал Ладон и неуверенно спросил: - Это ты его погасил?

- Я, - твёрдо ответил командир Волос и, показывая рукой на сияющее в небе Солнце, добавил: - А вот моё, новое Солнце. Оно - другое!..

20 марта 2012 года -20 марта 2017 года

ОГЛАВЛЕНИЕ

От автора      3

Пролог      5

Глава 1. Власть над Властью      22

Посев      22

За стеной отчуждения      29

В пирамиде      31

Идущий в пяти мирах      40

Без сердца      47

Конструируя интеллект      49

Три бойца штрафа      54

Ипостаси      60

Гений тегосина Вихаи      66

Юша      69

Облик планет      74

Изготовители звёзд      76

Путешествие внутрь Солнца      80

Магический кристалл      90

Структура Земл      95

Терраформация      98

Глава 2. Во владениях Власти      113

Блохастый      113

Курсы бессердечности      116

Сновидения Ли-Ли-Т      120

Серые лаборатории «Египта»      122

Мнимые сказки      140

Попытка медитации      141

Внутри кристалла Вселенной      144

Альтернативность Рамы      151

Заселение Земли      155

Рождение людей      158

Писание дивердегов      161

Люди и человеки      163

Глава 3. Новый властитель      167

Возрождение Орпа      167

Первый людь      169

Внук главного считаря      170

Касты      172

Пять кругов жизни      173

Рождение Эгрегора      175

Перерождаемость      180

Клонирование адамитов      183

Вселение души      186

Лена из мессианской касты      188

Глава 4. Во власти потопа      189

Просветление Шета      189

Души как зараза      190

Беспокойство Борза      192

Эпоха второго Солнца      197

Тайна зачатия      200

Пожирая золото      201

В семи кругах      212

Источник Мировых войн      215

Смена двадцати двух      218

Обнуление Менавора      222

Голубоглазая принцесса из тайги      225

Третья альтернатива      226

В сердце алгоритмов      232

Шаблон истории      235

Капустные Миры      241

Родина мессианского рода      248

Глава 5. Золото      250

Подмосковные берега      250

Поиграй со мной, звезда!      257

Серый переполох и превосходящие знания 266

Серый переполох и превосходящие знания 269

Атмосферные усилители      275

Душевный симбиоз      282

Письмо      285

Третье величие Диаспоры      287

Преображение Орпа      289

Глиняные люди      299

Серые гости      300

Судный день      309

Бог Земли      310

Перезагрузка      319

Третье Солнце      321

Заметки

[

←1

]

Мария - букв. «Смерть».

[

←2

]

Дмитриевна - букв. «Являющаяся матерью».

[

←3

]

Глате - букв. «Главные течения».

[

←4

]

Например, «Исаак Ньютон» (букв. «Новый бог»), «братья Люмьер» (букв. «Кино»), «Николай II» (букв. «Двуликий дух золота»; второй лик - «Георг V»), «Пётр I» (букв. «Первая власть»), «Рене Декарт» (букв. «Чертёжник»), «Николай Коперник» (букв. «Закоперщик»), «Пифагор» (букв. Носитель предсказаний»), «Ленин» (букв. «Учитель»), «Гитлер» (букв. «Библия»), «Сталин» (букв. «Столяр», то есть строитель ковчега) и т.д., и т.п.

[

←5

]

Дифоор - букв. «Динамическая формула организма».

[

←6

]

Викомп - букв. «Виды коммуникативных потоков».

[

←7

]

Виднет - система трёхмерной материалистической коммуникации; разработана в 2025-м году.

[

←8

]

Транспортёры - вид общественного транспорта.

[

←9

]

Синары – жители Сины, Южный Китай

[

←10

]

Русь - букв. «Голова», или «Душа» цивилизации.

[

←11

]

Сварогов Вал - стена, цепь укреплений, построенных Сварогом и Змеем Волосом, протянувшаяся от Англии через Германию и Польшу, Молдавию и Украину, Грузию, Центральную Азию, Китай и вплоть до Северной Кореи. Стана защищала людей от клонов и роботов.

[

←12

]

Диабиотическое состояние - состояние разделения биоты (тела) и управления (души).

[

←13

]

Абсолютные даты - пространство времени, привязанное к 6-ричной системе счисления пространства времени во Вселенной.

[

←14

]

Осуществление - действие, совершаемое Существом, или Сущим.

[

←15

]

Трансцендентность - букв, «превосходящее, выходящее за пределы», то, что принципиально недоступно опытному познанию или не основано на опыте; «потустороннее» в отличие от имманентного как «посюстороннего»; место реальности, которую мы не можем ни осмыслить, ни понять.

[

←16

]

Лена - букв. «Льнущая» (прислоняющаяся, ласковая).

[

←17

]

Алатырь - букв. «Крылатый».

[

←18

]

Главная панель - имя бортовой системы управления «Алатыря».

[

←19

]

Босиска - букв. «Бортовая система сканирования».

[

←20

]

Волос - букв. «Великий», или «Властелин».

[

←21

]

Перун-букв. «Первопроходец».

[

←22

]

Власть - имя материнской планеты властелинов.

[

←23

]

Планета - букв. «Площадь» (пригодная для жизни).

[

←24

]

Барма - букв. «Собранный» (синоним - Боровицкий, барон).

[

←25

]

Корфандр - действующая модель скафандра. Внешняя оболочка корфандра - кора - является предельно жёсткой конструкцией, управляемой интеллектом того, кто находится внутри корфандра. Такое управление позволяет оболочке сохранять общую жёсткость, а в нужных местах беспрепятственно трансформироваться - сгибаться, разгибаться, поворачиваться и т.д.

[

←26

]

Ладон - букв. «Ладный» (заряд, порядок).

[

←27

]

55-й год новой эры - 2057-й год по современному летоисчислению.

[

←28

]

Новая эра - отсчёт от 2002-го года, окончания «старой» христианской эры.

[

←29

]

Стена Отчуждения - пограничная стена, защищающая цивилизацию от нецивилизации (преступников, метисов, зверо-людей и химер).

[

←30

]

Нижний город - обозначение периферийных земель, расположенных за Стеной Отчуждения (другие названия - Новгород, Неаполь, Ньютон, Нью-Йорк и т.д.).

[

←31

]

Рама - букв. «Пространство» (пространство книги, диска, флешки, то есть виртуальное пространство).

[

←32

]

Сва - букв. «Святая».

[

←33

]

Pop - букв. «Разумный организм».

[

←34

]

Интена - букв. «Интервал наблюдателя».

[

←35

]

” Свейн - букв. «Сверхсовокупный интеллект».

[

←36

]

Адамов - букв. «Созданный из праха», «Адский».

[

←37

]

Белая дыра - физическое название центральной зоны звезды или планеты, в которой протекает протон-протонный цикл, то есть синтез вещества.

[

←38

]

Нейтринное испарение - физический процесс: остывание звезды или планеты за счёт излучения нейтрино.

[

←39

]

«Люди» - букв, «подобие человека»: др.-русск., лудъ, болг. луд, чеш. lud - «дурак»; сербохорв. - луд, словен. lud - «сумасшедший, слабоумный, глупый», отсюда «лужу, лудить» - «обманывать вводить в заблуждение», словен. lud iti - «одурачивать, заманивать» и т.д.

[

←40

]

На Земле первых людей (клонов, биороботов) властелины стали массово изготавливать в начале XIX века.

[

←41

]

Вихаи - букв. «Виды хаотической информации».

[

←42

]

Глорвой - букв. «Глобальные организмические войны».

[

←43

]

Инфарктер - прибор, отключающий сердце путём искусственного инфаркта.

[

←44

]

Метаморфоза - букв. «Изменение формы».

[

←45

]

Периферийный интеллект, аналогичный, например, интеллекту спинного мозга.

[

←46

]

Безвещественные образы - образы, не имеющие вещественного наполнения, то есть наполнения атомами и молекулами.

[

←47

]

Неродственный ген является самым мощным мутагеном.

[

←48

]

Нормогенетика - наука, изучающая структуру, поведение и процессы, идущие в нормальных (не мутированных) генах, а также методы перевода мутированных генов в нормальное состояние.

[

←49

]

Термин, аналогичный современному слову «гражданин». Применяется по отношению к жителям Нижнего города. Тегосин - букв. «Теория государства и надгосударства».

[

←50

]

Демократия - букв. «Кратер демона», то есть преисподняя, ад.

[

←51

]

Эсток - шпага тореадора.

[

←52

]

Боец - название денежной единицы Нижнего города. На лицевой стороне изображён человек с автоматическим оружием наперевес. На обратной стороне изображена в разрезе двойная чаша - модель Земли, близ широкого «горла» отчеканены две буквы - «Н» и «Г», то есть «Нижний город».

[

←53

]

Земун - букв. «Сад», потом - «Земля».

[

←54

]

Седунь - букв. «Основа», «Право».

[

←55

]

Сатана, Света - букв. «Свет».

[

←56

]

Майя - букв. «Поле» (подобное электромагнитному), «Магия».

[

←57

]

Сва - букв. «Святость» (душа).

[

←58

]

Ра - букв. «Родник» (источник).

[

←59

]

Радуга - букв. «Ра Дюжий», то есть Ра Сильный».

[

←60

]

Река Силы - Молочная река, река Смородина, река Ра. На Земле - река Волга.

[

←61

]

Стрибог - букв. «Бог пространства».

[

←62

]

Двигатель - механизм, в котором рождается усилие.

[

←63

]

Движитель - механизм, превращающий усилие двигателя в движение: винт, колесо, гусеница, лопасть и др.

[

←64

]

Превращение вакуума в вещество - реакции протон-протонного цикла (они идут внутри звёзд и планет).

[

←65

]

Речь идёт об a-, ß-, у-излучениях, а также о реактивной тяге, формируемой выбросом образовавшегося при разложении вакуума вещества.

[

←66

]

Таруса - букв. «Болтовня».

[

←67

]

Юша - букв. «Иго» (то есть Управляющая система), в русской истории запомнилась под именем Яга.

[

←68

]

Мнимые подпространства - пространства массы, электрического заряды, силы, энергии, температуры и т.д.

[

←69

]

Комплексное пространство - организмическое пространство, полностью описывающее живой организм.

[

←70

]

Луна - букв. «Заслонка» (которой заслонено Первое Солнце, светившее во времена Первого Рима).

[

←71

]

Исаак - букв. «Насмешка Бога».

[

←72

]

Эпициклоида - форма траектории предполагаемого движения Луны в ложной гелиоцентрической концепции.

[

←73

]

Отформатирован, выровнен.

[

←74

]

Метавещество - вещество, сформированное электрон- позитронными парами в состоянии вакуума при нуле градусов Кельвина.

[

←75

]

Резон - квант вакуума, элементарная частица, обладающая нулевой массой, нулевым электрическим зарядом и нулевым спином; состоит из куперовской пары электрон + позитрон.

[

←76

]

-  График тройной точки - диаграмма, в которой показано для конкретного вещества расположение зон, в которых это вещество является твёрдым, жидким и газообразным.

[

←77

]

Белый цвет света - это результат наличия в свечении всех цветов спектра. Аналогично для звука понятие «белый шум», в который входят колебания всех частот.

[

←78

]

Земля - уменьшительное от Земуля, которое, в свою очередь, образовано от имени Земун.

[

←79

]

«Длиной Вселенной я называю расстояние между полюсами... Полюс, видимый над нами, есть нижняя часть Вселенной, невидимый нам - верхняя», - Аристотель. О небе. Книга И.

[

←80

]

Обозначение стороны Света «южная» образовано от имени Юти, Яги. На средневековых географических картах дракон Волос и змея Яга (Юша) изображались в обязательном порядке.

[

←81

]

От имени Волос обозначение севера сохранилось, например, в языке эналь: ѵоulе - «север». В начальные времена границей севера являлась Волга.

[

←82

]

От имени Волоса образованы названия Вологды, Волоколамска, Владимира и др.

[

←83

]

Корабль «Алатырь» и в настоящее время находится на парковке в указанном районе.

[

←84

]

Гидроним Волга образован от имени русского бога Волоса.

[

←85

]

56°59'42" с. ш. 40°5849׳" в. д.

[

←86

]

Урал.

[

←87

]

Топоним Купало парный к топониму Кострома. Это брат и сестра русских народных волшебных сказок. Христиане заменили имя Купало своим именем Иван. Аналогично русский праздник Купало христиане называют Иван Купало или просто Иван. Поэтому сегодня город Купало неправильно называется христианским прозвищем Иваново.

[

←88

]

Имя Иван семитского происхождения, буквально обозначает «(Потомок) Евы», то есть Евин. Примеры чередования гласных в начале слова: [Европа - Иверия - евреи - иврит], всё от имени Ева.

[

←89

]

Планета Земля вместе со всеми своими обитателями была создана в ночь на 1 марта 1953 года - в последний день 1952 года (по дохристианскому календарю очередной год начинался 1 марта) и в момент «убийства» «Сталина». Сам процесс терраформирования Земли занял семь дней: с 1 по 7 марта. Отсюда праздник 8 марта - День Рождения Земли.

[

←90

]

А’Да-М - букв. «Прах» (пепел Ада).

[

←91

]

Ли-Ли-Т - букв. «Чёрная» (как «чернь», в смысле «низкая разумом»),

[

←92

]

Га’Да-Са - букв. «Пасха» (праздники Масленица, Рождество; имена Эсфирь, Руфь и т.д.).

[

←93

]

Мерячение - отключение сознания у клонов (этноспеци- фическое психическое расстройство, разновидность истерии, характерная для ряда сибирских народов - якуты, юкагиры, эвенки; англ, «polar hysteria»).

[

←94

]

Возуу - букв. «Возможности уровней управления».

[

←95

]

Прозвище «шабаны» возникло от обозначения ада - Шамбола, Шаболовская и т.д. С тех времён, когда проводился эксперимент с альтернативной планетой Рама, сохранилась фамилия Шабанов.

[

←96

]

Падения таких светильников отмечены во Вьетнаме, в Африке, в Бразилии и во многих других регионах планеты.

[

←97

]

Клон - искусственно выращенное существо, в том числе и клон человека.

[

←98

]

Химера - организм, геном которого создан из смеси геномов разных существ, в том числе человека с животным или с растением.

[

←99

]

Египет - название подземных лабораторий, в которых серые роботы выращивают некоторые биологические виды земной биосферы. Известную страну назвали Египтом потому, что под ней, в Северной Африке, находится крупней- !пая такая лаборатория. Ещё одна - в Индии и Китае. Есть и другие.

[

←100

]

Бунд - букв. «Союз»; в современном летоисчислении создан клонами в 1897-м году.

[

←101

]

Название лабораторий по обслуживанию биосферы Земли. Буквально означает «Яга-птица», то есть «Яга-дракон». Образовано от имени Юши и «Пта» (обозначение летающего бога) аналогично «пте-ро-дактиль» («летающий дракон»).

[

←102

]

ЭВМ - электронно-вычислительные машины. Сегодня - компьютеры.

[

←103

]

В частности, 7 января 1954-го года в Нью-Йорке, совместно с Джорджтаунским университетом, в штаб квартире корпорации IBM, состоялась демонстрация возможностей машинного перевода на IBM 701. С февраля 1955-го года в СССР создан первый Вычислительный центр Академии наук СССР. В июне 1956-го года БЭСМ (марка ЭВМ) оказалась лучшей машиной в Европе.

[

←104

]

В сентябре 1955-го года президент США Дуайт Эйзенхауэр предпринял поездку в район своих баз, возводимых для инопланетян - в Денвер, северо-восточный угол инопланетного квадрата, а в 1957-м году началось строительство баз для инопланетян, Американское государство выделило огромные суммы. Подробнее см. в книге: Андрей Тюняев «Кувырок Луны» (2016).

[

←105

]

Во всём мире серые похищают ЕЖЕГОДНО по 5 - 10 миллионов человек (половина населения Москвы, или всё население Белоруссии). С 1953-го года похищено 350 - 650 миллионов человек. В России ежегодно исчезают по 120 тысяч человек, и каждый год эта цифра увеличивается на 15 процентов. Статистика пропавших: каждый второй - трудоспособный мужчина или женщина, каждый четвёртый - ребёнок, каждый десятый - пенсионер. В США в 2001 -м году официально (по данным ФБР) исчезло более 840 тысяч человек американцев, или 2000 человек в день, или 1 из каждых 300 жителей США, а в 2013-м году в США пропал без следа 1 миллион человек, то есть 2700 в день. В Австралии исчезает каждый сотый! В Великобритании пропадает без вести по 250 тысяч человек в год, то есть каждые 2 минуты. В Канаде - только детей более 60 тысяч пропало без следа в 2007-м году. Каждый год в Германии исчезает более 100 тысяч детей и молодых людей. Пытаясь объяснить пропажу людей, профессор университета из Калифорнии Джейн Линд предлагает считать виновником исчезновения людей «чёрные дыры». В 1986 году английский журнал UFO Magazine сообщил: на берегу бразильской реки Гуапиранга нашли останки мужчины со следами хирургической операции, выполненной способом, неизвестным современным хирургам.

[

←106

]

На этом фоне статистика 1,5-миллиардного Китая выглядит странной: за первую половину 2011 года в стране пропало без вести всего 26 человек, 23 из них нашлись.

[

←107

]

От рус. «инди» - «иной», «вывернутый наизнанку».

[

←108

]

Туземец - коренной житель какой-либо территории. Название происходит от обозначения карты самого низшего достоинства в 1 очко - рус. Туз, нем. As, англ. Асе. фр. «1».

[

←109

]

От рус. инди - «иной».

[

←110

]

Дегенерат - от лат. degeneratus: человек с признаками физического или психического вырождения.

[

←111

]

Рама - букв. «Различные материальности».

[

←112

]

От «худо» - «беда, зло», от «хуже».

[

←113

]

Солнце - букв. «(Источник) сигнала».

[

←114

]

Эта немощь Бога положена в основу теоремы Гёделя.

[

←115

]

Фильм «Сердце собаки» снят на Раме как альтернативная версия земного фильма «Собачье сердце».

[

←116

]

В теле человека насчитывается от пяти миллионов до двухсот триллионов клеток, и в каждой одна и та же генетическая ошибка - в один или несколько нуклеотидов - повторяется.

[

←117

]

Например, голл. Hebreeër, нем. Hebräer, фр. Hébreu, исп. hebreo, каталан. hebreu, порт, hebreu, н.-греч. sßpaioc;, груз, cbraeli, эст. heebrealane, венг. héber, арм. hrea- «еврей».

[

←118

]

Земля - название образовано от имени коровы Земун 'зем' и суффикса 'ла' (как в адамла), который обозначает множественное число. Затем из «земля» + суфф. 'не' - «земляне».

[

←119

]

От имени Юша - азерб. yähudi, тур. Yahudi, эст. juut, фин. juutalainen, ивр. егуди (еврей).

[

←120

]

Человек - от 'чел' (стадо, толпа, род, клан) + 'век' (сила).

[

←121

]

Орп - букв. «Организмический процесс».

[

←122

]

Исимоки - букв. «Источники и модуляторы коммуникативной информации».

[

←123

]

Консупори - букв. «Контекстная сущность понятий «организм» и «информация».

[

←124

]

Эгрегор - др.-греч. еурцуорос - «бодрствующий» - душа вещи, ангел, «ментальный конденсат», порождаемый мыслями и эмоциями людей и обретающий самостоятельное бытие. Сила и долговечность эгрегора зависит от согласованности и численности группы. Древне-греческим словом иногда обозначали библейских ангелов или ангелоподобных духов. Французский оккультист Элифас Леви отождествлял эгрегоров с традицией, касающейся «бодрствующих», отцов исполинов. Леви описывал эгрегоров как ужасных существ, которые «давят нас без жалости».

[

←125

]

Отсчёт от 1 марта 1953-го года - от момента создания Земли.

[

←126

]

Сварог - от «свара» - «Спорящий, наказующий».

[

←127

]

Лада - от «лад» - «Порядок, согласие».

[

←128

]

Болван - букв, «смесь», «метис».

[

←129

]

Антиматерия - субстанция, не зависящая от пространства расстояний и от пространства времени, то есть форма.

[

←130

]

Шет, Сиф - букв. «Положение, основание, утверждение», в Библии упомянут как греч. ЕрѲ, араб. Шис - третий сын Адама и Евы.

[

←131

]

Вара - букв, «город», древнее название северных земель, тех, которые сегодня заняты белой цивилизацией; отсюда «варвары».

[

←132

]

Юшебеда - букв. «Бог моя слава», «Победа Юши» - в Пятикнижии упомянута как жена Амрама, мать Моисея, Аарона и Мириам.

[

←133

]

Борз - др.-рус. Бъръз (упомянут в новгородской берестяной грамоте № 850, 1140 г.); его именем названа деревня Борзынь и аналогичные ей.

[

←134

]

Боян - др.-рус. Боан (Нов. № 509, 1160 г.): с. Бояновичи.

[

←135

]

Винила - др.-рус. Винила (Ст. Р. № 30, 1180 г.): р. Винела.

[

←136

]

Дробила - др.-рус. Дъбрила (Нов. № 889, 1120 г.): д. Дробылёво.

[

←137

]

Волдырь - метис русского с монголоидом.

[

←138

]

Афанасий Никитин, мифический персонаж собирательного плана; якобы тверской купец.

[

←139

]

Название женского полового органа.

[

←140

]

Менавор - букв. «Место наук в Организмике»; представитель Существа; устраивает Потоп, имеет крылья.

[

←141

]

Владимир - букв. «Владеющий Миром» (поскольку Мир - имя собственное нашей «планеты», то Владимир символически обозначает Мировые органы власти); император предпотопного Мира.

[

←142

]

Существо - табуированное название Комы Посоорву; от «сущий», то есть «существующий» и «осуществляющий».

[

←143

]

Золото - материальная основа христианства (Христос - букв. «Золото»). Началом золотодобычи в России считают 21 мая (1 июня) 1745-го году, когда Ерофей Марков нашёл золото на Урале и объявил об этом в Канцелярии Главного правления заводов в Екатеринбурге. До этого все «исторические» события, связанные с золотом, являются вымышленными.

[

←144

]

Первое открытие запасов золота сделано в 1732-м году в Архангельской губернии (разработки начались в 1745-м году; всего до 1794-го года рудник дал 65 кг золота). В этом же, 1732-м, году открыта Аляска (русской экспедицией М. С. Гвоздева и И. Фёдорова), которая с 1799-го года контролировалась Русско-американской компанией, а в 1867-м году Рамановы отдали золотоносную Аляску американскому колониальному правительству - под строительство лабораторий для серых.

[

←145

]

В 2015-м году произошёл случай. На вечеринке олигархов в подмосковных Горках внезапно погас свет, и музыканты с ужасом увидели, что у половины публики в темноте святятся глаза.

[

←146

]

Такая система реализуется с помощью эумеланина - полимера, внедрённого в кожный покров, в радужку глаз и др. в виде гранул.

[

←147

]

В 2017-м году в США.

[

←148

]

Аляска - букв. «Любимая (серыми)» (от шв. älska - «любить»).

[

←149

]

Первоначально на Филиппинах и в Африке выпуск происходил по единым образцам: коренное население Филиппинских островов (негритосы и др.) родственны с африканским коренным населением (пигмеи и др.).

[

←150

]

Исконное название Испании.

[

←151

]

Râmà- букв. «тёмный, чёрный», «тьма», «темнота»; слово произошло от праиндоевропейского (H)rehl-mo-, одно- корневого с древневерхненемецким rämac - «грязный», в том смысле, что планета Рама была создана, как альтернативный Земле «черновик», «грязновик».

[

←152

]

Например, в фильме «Аватар» (2009) режиссёра Джеймса Кэмерона белый «герой»-калека за новые ноги предаёт белую цивилизацию и переходит на сторону синих клонов. Они световодами подключены к дереву-матери под названием Ева, а также к различным животным. Первоначально Джеймс Камерон описал клонов на’ви реально в виде химер с плавниками, жабрами и различными отростками. -

[

←153

]

Библия.

[

←154

]

Сумерки - в наши дни искажено до «Шумер».

[

←155

]

Сумеры - в наши дни искажено до «шумеры».

[

←156

]

Шум. Нибиру, Неберу - букв. шор. нубуртка, ныбыртка - «пасха».

[

←157

]

Ра-диация.

[

←158

]

Речь идёт о возведении Змиевых валов, которые построили Сварог и Волос (Змей Горыныч).

[

←159

]

А современном исполнении Андрей.

[

←160

]

Волна - русск. шерсть - основа для пряжи, получаемой в результате сучения.

[

←161

]

Рамеи - букв. Романовы. Азиатский и африканский заводы по производству клонов принадлежат им.

[

←162

]

Отправная точка в хронологии Первой Мировой войны - франко-прусская война 1870 - 1871 годов, в ходе которой немцы (букв, «не люди») рамеи (евреи, татары и др.) разгромили Францию. За это 19 июня 1870-го года наследный немецкий принц Фридрих III Гогенцоллерн (Раманов) был удостоен российского ордена святого Георгия 2-й степени с формулировкой «За участие в войне с французами в 1870 году». По итогам этой войны в 1871-м году образована Гер- майская империя рамеев и клонов - Второй Рейх. Одновременно клоны немцы развязали «Гражданскую» войну в США - для контроля заводов по производству клонов, расположенных на Аляске. В 1870 году немцы-клоны проложили кабель в Африку (Египет, Мальта) к своим африканским заводам, а также установили прямую телеграфную связь через Бомбей (Индия) со своими азиатскими заводами. С 1 мая 1876-го года королева Виктория (Раманова) стала императрицей Индии. В этом же, 1876-м, году немец- клон Александр II Раманов вывез в Иберию (Испанию) 47,8 тонн русского золота - для африканских заводов по выпуску клонов. И в этом же, 1876-м, году, в результате работы І-й орфографической конференции, созванной по инициативе немецкого министра культуры Альдаберка Фалька, был создан немецкий язык клонов. И в этом же, 1876-м, году вышла из печати первая Библия - так называемая «синодальная» (от «сино» - «китайцы», или «клоны», отсюда «синагога»). Ещё через 20 лет, с 1896-го года началась золотая лихорадка на Аляске - близ Фэрбэнкса, в междуречье Клондайка (Klondike - букв. «Вода клонов») и Юкона (букв. «(Центр) всех (клонов)», например, Yuk'al-tan... - «Все, кто говорит...»). На следующий же год, 29-31 августа 1897-го года, клоны провели в Базеле (букв. «База»), в Швейцарии (букв. «Чёрный Свет») 1-й Сионистский конгресс. В 1900-м году в Кашмире (Индия) клоны основали могилу Иисуса Христа. В 1902-м году клоны присудили Нобелевскую премию по литературе немцу-клону Теодору Моммзену - «За монументальный труд "Римская история"», то есть за сочинение рамейской «истории». Затем последовала череда Мировых войн и захват клонами Мира.

[

←163

]

Романовым.

[

←164

]

Чаша = ковш = ковчег.

[

←165

]

Эта смена означает, что время материального мира закончилось, началось время организованной информации, и это отразится на облике Земли.

[

←166

]

Об этом спасении говорится в начале книги.

[

←167

]

Хоре - древний праобраз Христа.

[

←168

]

Дифоор живёт в Москве.

[

←169

]

Зодиакальный круг.

[

←170

]

Менавор - букв. «Место наук в Организмике».

[

←171

]

Навь - стихия воды.

[

←172

]

Устройство в виде небольшой чёрной коробочки предназначено для возвращения властелина из вечности.

[

←173

]

Мариинская тайга названа по имени девы Марии, которая является христианской калькой Нави; близ города Тисуль, Кемеровской области.

[

←174

]

Виор - букв. «Виды организмов».

[

←175

]

Вреса - букв. «Время структурной автономии».

[

←176

]

Процедура - обособленная программа, которая записывается один раз и навсегда, а затем при необходимости вызывается текущим алгоритмом при решении текущей задачи или воплощении текущей модели.

[

←177

]

Ока - старинное название реки Океан, в которой плыл мессия.

[

←178

]

Изначально «Космос» - это название самой Земли. После вымышленной христианской гелиоцентрической системы космосом стало несуществующее пространство вокруг Земли.

[

←179

]

Ньютон - букв. «Новый закон»; сказочный персонаж, выдуманный христианами для искажения истинной картины Мира.

[

←180

]

Москва - корабль «Алатырь»; букв. «Столица, Алтарь»; от лат. mensa - «стол, блюдо, лоток, алтарь». Форма корабля - блюдо, то есть неглубокая чаша, внутри которой и происходят все события.

[

←181

]

Вход в машинное отделение «Алатыря».

[

←182

]

Христиане.

[

←183

]

Европа в XIV веке, то есть в то время, когда была Куликовская битва, располагалась в землях Тамбова и Астрахани (а Рай располагался в Индии). Об этом свидетельствуют географические карты того времени. Поэтому христиане-крестоносцы двигались на Москву с востока. Позже Европа переместилась в район Архангельска (Рай в это время переместился на Северный полюс), и в последнее время она перешла в те земли, на которых находится в наши дни (Рай сегодня располагается в Центральной Америке).

[

←184

]

Калка - букв. «Кельвин» или «Цельсий»; название моторного отсека «Алатыря». Из-за того, что он охраняется в особом режиме, его называют Крепостью: крым.-тат. qale, тур. каіа - «крепость», карач.-балкар. къала, крым.-тат. kilit - «замок (устройство)», - «крепость», нем. Quelle - «исток».

[

←185

]

Кулишки - историческая местность Москвы в восточной части Белого города.

[

←186

]

Дифоор имеет в виду известное здание спецслужб.

[

←187

]

Ректора одного из московских университетов.

[

←188

]

Садовский - фамилия-регалия, обозначает того, кто контролирует Райский сад. Напомним, в Райском саду растёт Дерево Знаний (поэтому он - ректор МГУ). Франкоязычная параллель - фамилия-регалия Гарднер, Гардер и т.д.

[

←189

]

Вычислительная машина, формирующая энергетический поток. Находится в одном из отсеков «Алатыря».

[

←190

]

Генератор материи, расположенный в одном из отсеков «Алатыря».

[

←191

]

Это вещество на Земле не известно. «Прилетело» в виде «метеорита», то есть поднято чёрными из глубины Земли. Его свойства такие: все магнитные линии сходятся в этом «камне», что обеспечивает мгновенную аннигиляцию магнитных полей с выходом колоссальной взрывной энергии. Такой взрыв власти и преподносят нам в качестве «ядерного».

[

←192

]

Фамилия «Косыгин» происходит от старинного обозначения Кощея - Кос. От этого имени образованы названия Казани (на её древнем гербе красуется змей с именем Кос), Каширы, Касимова и многих других городов. Кощей - царь Чёрного, то есть внутриземного мира.

[

←193

]

Большой адронный коллайдер - бессмысленное и бесполезное сооружение, которое не знавшие принципа действия циклотронов европейцы построили для того, чтобы «распилить» огромные деньги из бюджетов многих европейских стран. На ВАКе не было сделано ни одного открытия и, прежде всего, потому, что на этом бессмысленном сооружении и не могло быть сделано никаких открытий.

[

←194

]

Ленин, лежащий без захоронения в мавзолее, - воплощение магического мифа о Спящей Красавице: придёт время, и её, всего лишь усопшую, то есть уснувшую, расколдует и оживит специально рождённый для этого Принц. На теле Ленина богиня жизни Жива и богиня смерти Мара смыкаются своими владениями. Эту границу олицетворяет центральная корона на Двуглавом Орле.

[

←195

]

После Революции 1917-го года в России этот клан взял «фамилию» Романовы.

[

←196

]

Значение слова «игра»: «утром солнце играет», «на мелководье рыба играет», «играет всеми красками» и др., то есть «играет» = «живёт».

[

←197

]

Ноябрь 2018-го года.

[

←198

]

Имеется в виду древнейший миф о призвании Сокола Рюрика править птичьим царством: старый царь птиц Кук умер, птицы посовещались и решили позвать нового царя - Рюрика (Сокола). На основе этого мифа создана «история» «о призвании Рюрика на Русь».

[

←199

]

Имеется в виду трёхчастная система устройства Мира: Белый Мир - мир социальных людей, тружеников; Чёрный (Синий) Мир - мир преступников, учёных и музыкантов, поэтов, певцов; Красный Мир - мир военных, государственных чиновников, полиции.

[

←200

]

По этой причине Ленина не хоронят: пока он лежит в мавзолее, он не переродится в другом человеке и не наделает снова того же зла или добра - с какой точки посмотреть.

[

←201

]

Рамановы

[

←202

]

Диаспора - греч. Зіаопора, «рассеяние спор» - народ, проживающий вне страны своего происхождения, образующий спорадические этнические группы в стране проживания, и имеющий социальные институты для поддержания и развития своей идентичности и общности. То же, что и рак.

[

←203

]

Канцер - рак. Он пожирает только смешанных особей.

[

←204

]

В круге вершителей Орп сменил Земун. Символически это означает изменение конфигурации Земли.

[

←205

]

Хоругвь - религиозное знамя, используемое во время военных (боевых) действий с иноверцами. Не только христианское. Здесь - знамя новой религии.

[

←206

]

Чечевица, или сочиво, - наиболее древний традиционный символ, обозначающий начало преображения (воз-рождения, пере-рождения). Отсюда в календарных праздниках сочельник накануне Рождества.

[

←207

]

207      Чёрт - хозяин Черты, то есть границы преображения. Настоящее имя - рус. Волос, Велес, лит. Velnias, лит. Velnias; латыш. Veins и др.

[

←208

]

Относятся к протогенетам, к числу которых принадлежит, в частности, род Жискара Д’Эстена.

[

←209

]

Это матки серых роботов, обслуживающих Землю.

[

←210

]

Ваджра - древнее оружие властелинов (богов), мечущее молнии.

[

←211

]

Недоступное.

[

←212

]

Отсюда название реального направления - «положительное»: для того чтобы сделать очередной шаг в будущее, сначала нужно положить новый кластер будущей истории, в который будут записаны описывающие этот шаг события.

[

←213

]

Близ Фербенкса, Аляска США.

[

←214

]

Пример. 1986 год. Маршрут Боинга 747 японских авиалиний JAL, выполнявшего грузовой рейс «1628», пролегал из Парижа до Рейкьявика (Исландия), через Северную Атлантику и Гренландию, затем через Канаду в Анкоридж (Аляска) и, наконец, через Тихий океан в Токио. Пилотировал самолёт японский экипаж: капитан Кенджу Терочи, второй пилот Таконори Тамефуджи и бортинженер Йошио Цукуба. 17 ноября, в 5:11 вечера по местному времени, когда полёт проходил в небе над Аляской, близ Фербенкса, капитан Терочи заметил огни на 30 градусов левее перед ними. Затем прямо перед ними зависли два летающих объекта и направили в кабину Боинга 747 яркий свет. Ощущалось тепло в лицо. Объекты двигались, выпуская из двух рядов сопел пламя янтарного и белёсого цвета. Были видны искры огня, как при использовании бензина или углеродного топлива. В 5:25 военный радар Регионального Центра оперативного управления в Элмендорфе и Центр управления воздушными маршрутами (RCC) в Анкоридже на Аляске зафиксировали объекты. Федеральное управление гражданской авиации (FAA) инициировало официальное расследование.

[

←215

]

Космос - религиозное сооружение XIX - XX вв. В реальности его никогда не было. Космос существует только в среде верующих в него людей. Философ Н. Ф. Фёдоров (1829 - 1903) путём синтеза христианской православной ре- литии и теоретических идей естествознания сформулировал парадигму космизма: Мир есть закономерно эволюционирующая система; смысл христианства заключается в воскрешении предков; воскрешение осуществит Бог нашими руками. Воскрешённые будут заселять другие планеты, куда доставят их ковчеги - космические корабли и ракеты. К. Э. Циолковский (1857 - 1935) стал основоположником космонавтики. Развивая древнее учение о том, что Земля - это живой организм, В. И. Вернадский (1863 - 1945) разработал учение о биосфере («живая сфера»), в рамках которого Земля проявляет себя как единый организм.

[

←216

]

Агел - злой дух.

[

←217

]

Погулять - букв, «порубать».

[

←218

]

Отсюда берёт своё начало миф о голове Бога, захоронен- ной, например, в горе Голгофа.

[

←219

]

Старица - старое русло реки.

[

←220

]

Иверия - земли, расположенные за границей купола кольцом вокруг Руси. Исторически их названия образованы от корня ИВ/ИБ: Европа, Иверния (Ирландия), Иверия (Испания), Аравия (читать справа налево), Иверия (Грузия), Сибирь, Север.

[

←221

]

Индия - земли, расположенные за пределами Иверий, то есть на противоположной по отношению к Руси стороне: Япония, Китай, Индия, Австралия, обе Америки, Африка, Антарктида и др.

[

←222

]

От др.-греч. ôciipûjv - даймон, «дух, божество», собирательное название сверхъестественных существ.

[

←223

]

Это христианское Солнце. Его зажёг маг Мартин Лютер и Николай Коперник в 1500-м году.

[

←224

]

״Христианская религия устанавливает: адамит - раб божий (Быт. 2:4-7).

[

←225

]

Христианство.

[

←226

]

Основа христианства - боязнь «бога».

[

←227

]

Еккл. 8:12.

[

←228

]

Пс. 113:21.

[

←229

]

Лук. 6:21.

[

←230

]

Луна - это заслонка, которая заслоняет старое Солнце, чтобы его управляющий сигнал не поступал на Землю.

[

←231

]

Кипение земли - киматический процесс, протекающий под действием гравитационных (звуковых) волн.

[

←232

]

Красный цвет Солнца обусловлен тем, что, глядя на Солнце, мы смотрим вслед улетающим в него фотонам. В результате формируется доплеровское красное смещение.

[

←233

]

Решётка - это управляющая матрица. И наоборот: любое управление формируется в виде соответствующей решётки.

Content

Тюняев Андрей Александрович Власть во власти Власти