Дора Коуст

ЗДРАВСТВУЙТЕ, Я ВАША ФЕЯ, ИЛИ НЯНЯМ ВХОД ЗАПРЕЩЕН!

В каждой женщине живет нежная, добрая девочка

И ведьма, желающая завоевать если не мир,

То одного конкретного его представителя.

(Из заметок начинающей ведьмы)

Глава 1: Птица обломинго

Шум, гам, крики, топот!

Меня искали вот уже полчаса, а я и вовсе не пряталась. Спокойно переодевалась себе в комнате, натягивая свистнутое платье служанки, и ехидно подхихикивала. Повязав косынку, чтобы спрятать светлые волосы, забрала со стола мешочек монет и длинный список, который сама же составила.

Точно такой же список и точно такой же мешочек не далее как полчаса назад были вручены настоящей служанке. Отослав ее за покупками, я дождалась, пока она покинет двор особняка, и забралась под кровать, здраво пологая, что уж там-то меня точно искать не будут.

Немыслимое дело! Да чтобы герцогиня и под кровать!

Первой тревогу забила компаньонка, приставленная ко мне в качестве надзирательницы. Заглянув ко мне в спальню после настойчивого стука, дабы пригласить на урок рисования, достопочтенная дама подняла вопль и умчалась звать помощников для моего поиска. Поиски успехами пока не увенчались, а я приступила к колдовству.

У меня не было волшебной пыльцы фей. Я не владела их знаниями, не имела книг по магии, да и вообще лишь немного знала теорию из тех уроков, что преподавали Ангилии. Единственное, что я могла и умела на деле, — это менять внешность. Этим и занялась, стараясь в мельчайших подробностях вспомнить образ служанки.

Не скажу, что получилось великолепно, но если слишком не приглядываться… Да при условии, что даже герцог не знает об этой особенности фей, не говоря уже о нанятых им слугах…

В общем, я рискнула и почти тут же на первом этаже нос к носу столкнулась с управляющим.

— Риагра, ты уже вернулась? — требовательно спросил Гасий, резко останавливаясь у лестницы, по которой я спустилась.

— Нет, господин, — залилась я краской стыда, старательно пряча взгляд. — Я список забыла, пришлось вернуться. Может, помощь моя нужна?

— Иди уже, бестолочь, — махнул мужчина на меня рукой, взлетая по лестнице.

Ну, я и поспешила. Со всех ног бросилась, вылетая на дорожку, а оттуда за ворота. Охраны-то вокруг особняка не было, только надзиратели.

Улица, на которой находился особняк, представляла собой что-то вроде пригорода. Шум торгового района досюда почти и не доносился, а в воздухе витал аромат цветов, что непременно украшали сады на каждом участке.

Все менялось буквально через сотню метров. На большой центральной улице находились десятки разномастных заведений. Здесь всегда было шумно, с раннего утра и до поздней ночи кипела жизнь, но чего не отнять, так это того, что найти здесь можно было все, что душе угодно.

Завернув в первый же проулок между домами, я сменила внешность. Была у меня школьная подруга, отличающаяся огненно-рыжими локонами и большими зелеными глазами. Ее облик я на себя и примерила, отчего уворованное платье мне стало великовато, но разве меня могло смутить подобное?

Я и сама, честно говоря, не знала, где именно искать необходимое, но проблема решилась сама собой, едва я вернулась на центральную улицу. Грузные мужчины в количестве двух штук куда-то волокли достаточно крепкую деревянную лестницу. Прикинув высоту забора с длиной изделия, я пошла торговаться.

Продавать мне ее не хотели ни в коем разе, но один золотой и слезная история о вздорной хозяйке разрешили мою проблему. Правда, родилась и новая. Мужики во что бы то ни стало желали помочь мне дотащить покупку до адреса. Никак еще подзаработать хотели, но тут уж к месту пришелся старик-извозчик на скрипучей телеге. Мне оставалось только указать направление и высадиться недалеко от ворот, чтобы гвардейцы меня не сразу заметили.

А вот там пришлось попотеть, волоча свою тяжелую ношу через кусты. Замок решено было обойти по кругу, чтобы найти ту самую калитку для слуг, которая охранялась не так рьяно, как центральные ворота. Я прокляла все и всех, пока до нее добралась. Встав недалеко от тропинки, что вела в лес, неосознанно передернула плечами.

И вот с виду же приятнейшее место. Деревья там, кустики, травка. Солнышко светит, в конце концов, а чуть зазеваешься, так сразу живые лианы нападут, намереваясь лишить сил. Нет, в этот жуткий лес я определенно больше не ногой. Не факт, что герцог меня снова понесется спасать.

При мыслях о синеглазом герцоге де Зентье я тяжело вздохнула. И чего, спрашивается, упрямится? Не хочет больше видеть — ну и не надо, но поговорить-то можно один-единственный раз? Вот хоть бы про особенность фей узнать, что они облик любой могут принять.

А вообще, конечно, я за эти дни о многом пожалела. И о том, что в этот мир попала, так глупо доверившись своему месяц как супругу. И о том, что с феями связалась, погнавшись за желанием вернуться обратно в свой мир и отомстить своему убийце. И о том, что к герцогу поперлась участвовать в отборе.

Пожалела, но, с другой стороны, будь все по-другому, я бы и не встретила Себастьяна де Зентье, в чьих глазах запросто можно утонуть. Не познакомилась бы с его дочерью Анги, которая всеми силами пытается получить внимание отца. И уж точно не было бы в моей жизни мохнатой Тучки — поющего ауха, помощника фей.

И герцога де Зентье, возможно, так никто бы и не спас, загадав желание древнему артефакту. Только хотя бы ради этого мне стоило появиться в этом мире. Только хотя бы затем, чтобы Анги не осталась без отца. Правда, жениться самым подлым образом Себастьяну на мне было не обязательно.

Собрав волю в кулак, я прислонила лестницу к высокому забору. До края не хватало примерно полметра, но забраться и перелезть было можно. Этим и занялась, но, увы, хорошая мысля, как известно, приходит опосля. Уже сидя на не предназначенном для этого заборе, я вдруг подумала, что могла бы и через калитку пройти, если бы сменила внешность на облик одной из служанок. Теперь же пути назад уже не было.

Повиснув на заборе, я как раз пыталась перетянуть лестницу на эту сторону, когда где-то позади меня раздалось деликатное покашливание:

— Кхм-кхм… — повторили вновь. — Уже и среди бела дня через забор лезут.

— Стыдоба… Где ж это видано, чтобы девка сама к мужику напрашивалась?

— Да… Вот в наше время…

Мне, конечно, было очень интересно, что там происходило в их время, но задранная для удобства до самого не могу юбка платья к разговорам не располагала. Да и я сама не то чтобы находилась в хорошем положении, чтобы вести светские беседы. Попа тянула вниз, предлагая встретиться с землей, а пальцы отчаянно цеплялись за лестницу.

Собственно, до лестницы я все-таки дотянулась да так вместе с нею и свалилась, поминая добрым словом и обидчивого герцога, и его безучастных гвардейцев, которые вместо того, чтобы помочь даме в беде, продолжали разглагольствовать на отвлеченные темы. К слову, это была та же парочка, что не далее как неделю назад играла в карты, когда я сбегала в лес.

— Вы бы хоть подняться помогли, — кряхтела я, понимая, что синяки не просто будут, а станут частью меня на длительное время.

— Сама забралась, сама и поднимешься. И это, повертай обратно. Только через калитку. Нечего забор казенный портить.

Гвардейцы смеялись, гвардейцы смотрели на меня как на еще одну охотницу за богатством и титулом, гвардейцы…

В общем, пути назад у меня действительно не было — вот так легко сдаваться я не желала, а потому вдохнула полной грудью и как закричала:

— Помогите!!! Спасите!!! Убива-а-аю-ют!!! Чести девичьей лиша-а-ают!!! — И все это с широченной улыбкой на губах.

Через минуту в небольшой дворик высыпались все, кто услышал вопли бедной и несчастной меня. Гвардейцы же все это время смотрели на меня как на дьявола, который неожиданно превратился в обольстительную русалку.

— Что здесь происходит?! — раздался злой окрик того, кого я уже и не надеялась увидеть.

Но радость момента испортили слуги и сбежавшиеся гвардейцы. Почти что одновременно все присутствующие посмотрели на меня, а я…

А я не я. Я служанка, сидящая в клумбе в обнимку с лестницей.

— Алдрид! Вы-то мне и нужны! — внезапно засобиралась я, выползая из пышного куста. Лестница мгновенно была вручена обескураженным от моей наглости гвардейцам. — Где мой муж? Мне необходимо срочно с ним переговорить.

— Мисс Алдийская? — В глазах камердинера герцога, а по совместительству и управляющего его замком появилось отчетливо читаемое удивление, но мужчина быстро взял себя в руки.

Несколько отрывистых команд, и прислуги след простыл, а я была окинута внимательным взглядом.

— Магия фей? — вопросили у меня с пытливым прищуром.

— Магия Матушки Природы, — исправила я, не желая причислять себя к этим ведьмам.

Протянув мужчине руку, позволила ощупать свое запястье. Браслет, который герцог надел мне на церемонии бракосочетания, вот так просто обнаружить нельзя было, но тот, кто знал, как его обнаружить, найти его мог без проблем.

Стоило лишь прошептать что-то витиеватое и коснуться запястья в определенном месте, как рисунок тут же выступал на поверхность. И самое обидное, если бы не феи, то вряд ли бы герцог так поспешно на мне женился.

И вот что любовь к власти и деньгам с людьми-то делает. В моем воображении феи всегда были чем-то радостным, легким, воздушным и волшебным, а на деле же оказались кровожадными, властолюбивыми и мстительными тварями. И ладно герцог — у них история вражды давняя, а меня-то за что было в подземелье бросать? Лишь за то, что посмела перечить?

Так я и не их послушница, чтобы в ножки Матушке Тез кланяться. Собрала вокруг себя секту и радуется. Не представляю, что будет теперь, когда этой стерве все же удалось завладеть «Чашей Желаний» — артефактом, исполняющим желания. Если Себастьян говорил правду, то ждет нас разгул преступности, где в выигрыше останется тот, кто заплатил больше.

Интересно, и куда они сбежали? Лишь бы подальше отсюда, а желательно бы и вовсе в другое королевство. Нынешний король за столько лет почему-то не озаботился вопросом отлова правонарушительниц. Хотя… В том, что сделал один человек, не так-то и просто обвинить другого. Например, та же леди Обилия, которая оказалась наемницей. Причастность Матушки Тез и других фей к этому инциденту еще необходимо доказать.

— Итак, я хочу видеть герцога. И пока я его не увижу, я из замка не уйду, — предупредила я, без приглашения направляясь к черному входу в замок.

По этой лестнице преимущественно ходили только слуги, да и в хозяйственные помещения, такие как кухня, быстрее всего было попасть именно отсюда, но имелся выход и в коридоры второго и третьего этажа. Лично я поднималась на третий.

— Боюсь, что это невозможно, Ваша Милость… — скупо ответил камердинер, следующий за мной по пятам.

— Вы опять за свое? Я же сказала: я не уйду и насильно вы меня не выгоните. В конце концов, я герцогиня де Зентье, а значит, хоть какие-то права должна иметь в этом замке и…

— Я понял, — перебили мою пылкую речь. — Но дело в том, что Его Милости нет в замке.

— Совсем? — отчего-то уточнила я, резко останавливаясь на ступеньках.

— Вообще, — величественно кивнули мне, обходя меня и открывая передо мной дверь. — Впрочем, вы, если это действительно вы, явились вовремя.

— В каком это смысле? — то, что я насторожилась, было очень даже объяснимо. Необъяснимой оставалась торжествующая улыбка, окрасившая губы мужчины.

Сделав осторожный шаг в коридор третьего этажа, я тут же была снесена ударной волной. Не сразу даже поняла, что стало причиной моего падения, а уж когда вслушалась, всмотрелась, ощупала…

— Ангилия? — неверяще всматривалась я в волосатый разноцветный копошащийся комок.

— Уруру! Ру-ру! — поведали мне со всех сторон, щекоча руки и лицо волосками. Большие несчастные глазенки жалобно вглядывались в мои, пока из кучи выбиралась леди.

— Мать моя женщина… — тихо охнула я, рассмотрев изодранное, испачканное в краске платье с оторванными кружевами.

— Ты кто? — насупилась Анги, переведя вопросительный взгляд на Алдрида.

Он же и ответил, сохраняя благожелательный вид:

— Помощь, моя леди. Та самая помощь, которая нам нужна.

В первое мгновение я подумала, что этому зверинцу на выгуле снова нужна няня, потому что Алдрид не справляется в отсутствии герцога, но все оказалось настолько непредсказуемо, что я долго не могла поверить в услышанное. Однако, прежде чем огорошить, меня отправили привести себя в порядок.

Слишком уж отличалась моя внешность от привычной, да еще и простое платье служанки уже успела замызгать. В общем, в столовую, расположенную на первом этаже, я заявилась при всем параде, и встречали меня тоже при всем параде. С накрытым столом, с помпезной роскошью и даже с целым штатом слуг, возглавлял которых Алдрил.

И вот что интересно. За то, что камердинер впустил меня в замок, ему влетит от Себастьяна?

Не влетит. Это я поняла уже спустя полчаса, когда обед завершился, стол снова сервировали, а к чаю подали великолепные пирожные с нежной ореховой начинкой. Просто… Да некому было ругать слуг, Алдрида, Анги и меня. Еще рано утром герцог покинул замок, забрав с собой и часть гвардии, так что через забор я могла бы и не перелезать.

Больше того, Анги в сопровождении камердинера отца намеревалась сегодня навестить меня в моем новом пристанище, дабы слезно молить о помощи. На вопрос, почему они не обратились раньше, раз помощь так сильно необходима, я получила самый странный в моей жизни ответ:

— Все встречи, согласно этикету, назначаются на послеобеденное время.

И вот явно эти слова принадлежали не самой девочке, а новому учителю по этикету. Анги даже выражение лица скопировала, на мгновение став скучающе-отстраненной.

— Так какая помощь вам необходима? — уточнила я, понимая, что и камердинер, и герцогская дочка ходят вокруг да около.

— О, сущий пустяк, — мило улыбнулся Алдрид. — Вам необходимо догнать герцога и доставить ему… — покосившись на слуг, мужчина одним взглядом заставил их выйти прочь. Дождавшись, пока мы останемся втроем, он продолжил: — Очень важно доставить ему сундук с редкими травами. Их привезли уже после отъезда Его Милости. Я должен был передать их порталом, но магический фон того места, где сейчас он находится, слишком искажен. Боюсь, что такой способ не годится. Доставить их самостоятельно я не могу, потому как поклялся оставаться подле леди. Отправить в путь гвардейцев — тоже не лучший вариант. Травы действительно ценные. Настолько ценные, что, продав сундук, можно купить не один замок и даже не два…

— А я-то тут при чем? — спросила я, все больше недоумевая.

— Вы же хотели побеседовать с герцогом? — тонко намекнули мне на толстые обстоятельства.

— Не вижу связи.

— Сундук доставите именно вы, Ваша Милость. От этих трав зависит жизнь Себастьяна и успех всего плана.

— Он ищет «Чашу Желаний», — с огромным сожалением осознала я.

— Сандра, — взяла меня Анги за руку, заглядывая в мои глаза. — Пожалуйста…

Соглашаясь на это поистине сомнительное мероприятие, я до конца не понимала, чем оно обернется в итоге.

Любовь — это то, что приходит к нам тогда, когда мы ее совсем не ждем. Была ли я влюблена в герцога де Зентье? Сейчас уже и не знала. Тот, кто ищет любовь, жаждет этого светлого чувства, часто ошибается, столкнувшись с симпатией.

Вполне возможно, что и я ошиблась. Оглядываясь назад, я вдруг поняла, что действительно хотела любви, но получила что-то совсем иное. Предательство прошлого супруга заставило меня усомниться в себе, в собственной значимости, в том, что кто-то вообще может меня полюбить, и я желала вернуть веру в себя.

Были ли какие-то чувства у герцога? Ответ и на этот вопрос я не знала, потому что его поступки говорили о чем угодно, но только не о любви. Одно я знала точно: Себастьян симпатичен мне. Симпатичен настолько, что мое сердце бьется чаще рядом с ним, а глядя в его глаза, я забываю о том, что нужно дышать.

У каждого из нас были свои причины поступить так, как мы поступили, но несмотря на это мне хотелось узнать этого мужчину. Узнать по-настоящему и раскрыться перед ним, позволяя заглянуть в свою душу. Я хотела бы, но…

Второй шанс дается не каждому. Для начала было бы правильно расставить все точки над и, чтобы между нами не осталось тайн и недомолвок. Кто знает, может быть, это будет точка. А может быть, та самая запятая, за которой последует новая жизнь. Увы, дороги назад для меня больше не существует.

— У меня появилось несколько условий, — поднялась я из-за стола, чтобы выйти на балкон.

Камердинер герцога последовал за мной, а Анги так и осталась в столовой. Я не хотела, чтобы девочка меня слышала.

— Первое — вы расскажете мне все, что на данный момент знает обо мне Себастьян. И второе — если наша беседа не увенчается успехом, лично вы, Алдрид, поможете мне скрыться от герцога. Только на этих условиях я готова оказать вам помощь. Слово за вами.

Глава 2: Большое путешествие

Карета медленно тронулась с места, а я продолжала тепло улыбаться Анги, помахивая ладонью на прощание. Девочка стояла на крыльце вместе с Алдридом, и в ее взгляде читалось волнение. Я тоже волновалась, даже больше, чем кто-либо, потому что отправлялась в неизвестность.

И дело было совсем не в том, что я не знала этот мир, названия городов и фактически представляла собой слепого котенка. Я не могла даже предположить, как примет меня Себастьян, когда увидит, кто доставил ему столь ценный груз. Может, и испепелит на месте, а может, попытается снова отправить под замок.

В любом случае попытка не пытка.

Груз был действительно ценным. Как рассказал камердинер герцога, настой из высушенной синь-травы был единственным средством, которое начисто перекрывало магические каналы, фактически лишая фей возможности черпать силу Матери Природы.

Чем меньше сил оставалось у феи, тем слабее она была, тем хуже себя чувствовала. Варианта в этом случае всегда было два. Первый — перестать пользоваться магией, иссушая себя, и жить обычной человеческой жизнью. Второй — исчерпать себя до дна и умереть.

Настой из синь-травы являлся ядом, у которого не было противоядий, как не было и аналогов. Оттого и цена у этой травки была запредельная, а еще потому, что свойствами своими настой обладал только в первые сутки после изготовления.

В любом случае открывать сундук мне было строго-настрого запрещено. Да и не смогла бы я — вместо замка висел артефакт, отпереть который можно было исключительно магией. Как это сделать, я не знала, а даже если бы знала… Не настолько во мне играло любопытство.

Переложив небольшой сундук на противоположную скамейку наемного экипажа, я зажгла свечу, стоящую в лампе, и достала из корзины книги, которые мне с собой передала Ангилия. Эти книги для нее раздобыл Себастьян, когда стало понятно, что девочка фея. Первая являлась пособием для практических занятий, а вторая — теорией, которую необходимо знать, прежде чем приступать непосредственно к чуду. С нее-то я и начала, погружаясь в чтение.

Если верить общей истории, то со дня сотворения мира прошло немало времени, прежде чем в человеческих королевствах появились первые наделенные силой. Их разделяли на фей и ведьм, ведьмаков и магов. Считалось, будто маги и феи пользовались лишь светлыми чарами, а ведьмы и ведьмаки прибегали исключительно к темной силе, отрекаясь от всего светлого.

Так и было на самом деле, отчего и принято считать, будто феи и маги творят добро, а ведьмы и ведьмаки лишь зло, но это мнение ошибочно. Все зависит от самого наделенного силой и того, во зло или ради добра пользуется он своим даром. Магия не может быть ни злой, ни доброй. Злым или добрым может быть ее носитель.

Оторвавшись на мгновение от страниц, я взглянула в окно. Рядом с каретой скакали двое гвардейцев — те самые, которые охраняли калитку. Уж не знаю, в наказание их вместе со мной послали или в награду, но под стук копыт я как-то успокаивалась. Одной бы ехать было в разы страшнее, а порталом, увы, из-за искажения магического поля до места не добраться.

Перелистнув страницу, я прочла о различиях в использовании магии. По факту ведьмы и ведьмаки являлись природными магами. Хотя даже не столько магами, сколько носителями знаний.

Они разбирались в травах, почти безгранично могли пользоваться магией природы и черпали силу буквально отовсюду, но являлись все же людьми, смертными. А еще силу имели их слова.

Правильно подобранные слова при условии соблюдения обрядов могли даже исцелить при должном желании. От желания зависело очень многое — принудить их помочь было невозможно, но пленить пытались постоянно.

Феи тоже взаимодействовали с Матерью Природой, оттого и считались приверженцами светлого культа, но различие было весомым. Феям для того, чтобы сотворить даже самые простые чары, было необходимо пропускать силу через себя. Фактически они являлись живыми проводниками, и если магию взять было неоткуда, то и волшебства не получалось.

Пользовались они не только правильными словами, но и волшебной пыльцой, которую умели собирать с цветов. Также в магическом деле было никак не обойтись без помощников. Издревле ими являлись поющие ахи — волшебные существа, рожденные из цветов дерева «Аха». Что примечательно, в дальнейшем эти милые существа получили другое название — «аухи», которое являлось символом их вечного поиска.

Считалось, будто с рождением новой феи появлялся на свет и ее аух, который отправлялся на поиски своей подопечной. Призывал он ее при этом символичным «Ау».

Поющие аухи выполняли одновременно и роль няньки, и друга, и помощника, и учителя. Они впитывали в себя непроизвольно вырвавшиеся чары, снимали неправильное волшебство и даже могли защитить жизнь своей подопечной. Когда умирала фея, умирал и ее аух, но наоборот эта связь не действовала, так что этих существ берегли.

Совсем другой вид чар применяли маги. Их волшебство не бралось снаружи, а рождалась изнутри. Сила росла вместе с магом при должной практике, а знания в основном сводились к заклинаниям, которых в арсенале среднего мага имелось не меньше ста. Пополнялся их внутренний резерв сном и едой, однако сами маги предпочитали практиковаться только в одной области. Например, в артефакторике, целительстве или некромантии.

Зевнув, я закрыла книжку и убрала ее обратно в корзину, прикрывая полотенцем. Глаза слипались, спать хотелось жутко, так что, забравшись на лавку с ногами, я опустила прямоугольную деревяшку, чтобы получить подобие кровати.

Встав на ноги, полезла в небольшие полки. В одной лежали одеяла, а в другой, над моей головой, подушки и… Безбилетный пассажир.

— Ну? — с напускной строгостью спросила я. — И что это мы здесь делаем?

— Уруру? — сделал Тучка невинные глаза, а его слова можно было перевести как: «Не завалялось ли у нас там где-нибудь яблочка?»

— Эх ты. Не Тучка ты, а самый настоящий заяц, — спустила я мохнатого друга вниз. — И как только на такую-то высоту забрался?

Расстелив одно одеяло, я прямо вместе с Тучкой завернулась в другое и достала из корзины яблоко для этой заразы. Сама есть не хотела — перед поездкой мы с Анги плотно поужинали, хотя в дорогу мне тоже много всего собрали. Путь предстоял неблизкий. Если повезет, то я застигну Себастьяна там, где он должен был остановиться на несколько дней.

А вот если не повезет…

Алдрид не знал, куда дальше поедет герцог. Честно говоря, лично мне в это верилось с трудом, но именно такую информацию мне предоставили, а точнее, ее отсутствие, так что в случае чего выкручиваться мне придется самой. Ну… Не впервой. Что-нибудь придумаю.

Задернув легкий тюль, смотрела сквозь его рисунок на синее небо. Яркие звезды будто подмигивали, появляясь на небосклоне, а легкий ветерок заглядывал внутрь дормеза, лаская лицо. Зевнув еще разок, я перевернулась на бок, крепче прижимая к себе ауха, и закрыла глаза, мысленно вспоминая наш с камердинером разговор.

Мне было непросто выслушать длинный скупой монолог, но я должна была понять, с какими мыслями уехал герцог. Думал ли он обо мне в предыдущие дни, старался ли понять или, быть может, навсегда вычеркнул из своей жизни. Я должна была это услышать. У меня ведь тоже есть гордость, и категоричных высказываний на свой счет я не стерпела бы, но все было не настолько ужасно, как мне представлялось.

Себастьян был поражен тем, что я не из этого мира. Для него действительно стала ударом новость о том, что я фея. Но гораздо сильнее его ранила моя причастность к этим чертовым сектантам. То, что я скрыла первые два пункта, он бы, может, и простил, но то, что я подвергла опасности его дочь, и было тем самым камнем преткновения, причиной, из-за которой он игнорировал любую мою попытку встретиться и поговорить.

Кольцо. То самое кольцо, которое он с меня самолично снял, являлось одновременно и следящим, и контролирующим артефактом, и точкой, которая позволяла открыть портал там, где находилось кольцо. Я была самонадеянной дурой, пытаясь играть на равных с акулой. Именно я позволила воспользоваться своей наивностью. Увы, жизнь меня ничему так и не научила.

Сон пришел нехотя, словно не желая. Открыв глаза, я насторожено осмотрелась по сторонам, даже не предполагая, что еще когда-нибудь смогу попасть на эту поляну. Серые ветви деревьев опасно шумели под натиском штормового ветра. Свинцовое небо будто давило на плечи, вынуждая пригибаться к земле.

Снег больше не блестел, не переливался под светом луны. Пушистые белоснежные хлопья не оседали невесомым покрывалом. Они били по лицу, скрывали обзор, жалили, словно осы.

— Ты ведь здесь! — закричала я снегопаду, ветру, пытаясь разглядеть знакомое лицо. Да хотя бы силуэт! — Ты же здесь… — прошептала, закрывая лицо ладонями.

Сон растворился так же неожиданно, как и пришел.

В темени ночи испуганно ржали кони и кричали гвардейцы.

В первое мгновение я даже не сразу поняла, что происходит что-то странное. Мыслями я все еще пребывала на поляне, пытаясь осознать произошедшее, и в реальность меня вернул писк ауха. Тучка жалобно пищал, щекоча меня тонкими волосками, и старался заглянуть в глаза.

— Что там? — спросила я у него, будто он мог знать.

Но ответа не ждала ни от кого. Не хотелось верить, что на нас напали, но отрицать очевидное было глупо. Лязг мечей сопровождал какофонию звуков. Карета неслась все быстрее — в окошке так и мелькали объятые лунным светом кроны деревьев.

С трудом поднявшись на ноги, пригибалась, пытаясь добраться до неприметной створки, но меня то и дело бросало из стороны в сторону. Звуки вокруг стихали, словно бы мы отдалялись от места сражения. Что, черт возьми, происходит?

— Эй! На нас напали? — стукнула я по стене. Карета вновь вильнула, но мне удалось открыть окошко. — Вы там оглохли?..

Наверное, если бы кучер был на месте, он бы обязательно мне ответил, а так мне лишь с ужасом оставалось наблюдать за тем, как кони несутся вперед, не разбирая дороги, а ими абсолютно никто не управляет. Там никого не было, а внутри кареты находились мы.

— Мамочки… — прошептала я, намертво вцепившись пальцами в полку.

Впереди был слишком крутой поворот. Настолько резкий, что карету занесло, а я не смогла устоять на ногах и упала на стену.

Дальнейшее от меня уже не зависело. Дормез перевернулся несколько раз, прежде чем я от боли потеряла сознание.

* * *

— Чтоб вас всех! — простонала я, ощущая, как прилипло к телу мокрое платье.

Целый кусок кареты был вырван спереди — там, где должен на козлах сидеть возница. Не слышала лошадей. Слышала лягушек, журчание воды, в которой находилась едва ли не по пояс, и свист травы на ветру, но никак не лошадей.

— Уру-ру! — прыгнули на меня с радостным писком, прижимаясь лохматым боком к лицу, но аух тут же спрятался, потому что я закричала.

Плечо не болело, нет. Его будто пронзили ножом, настолько выворачивающими казались ощущения. Слезы брызнули из глаз, скользнули по щекам, обжигая.

— Все хорошо, малыш, — попыталась я улыбнуться трясущемуся Тучке, забравшемуся на полку над моей головой. Оттуда он выглядывал с осторожностью. — Давай-ка выбираться отсюда, пока нас не нагнали те, кто напал на гвардейцев.

Сказать было гораздо легче, чем сделать. В первую очередь я постаралась определить, есть ли у меня еще повреждения, но, кроме общей тупой боли, ничего не почувствовала. Беглый осмотр показал несколько царапин и ссадины, но в целом беспокоиться стоило только о плече.

Выбраться самой и вытащить Тучку на самом деле оказалось нетрудно. Сложности возникли, когда я попыталась вернуться за вещами. Мешочек с монетами, пристегнутый к платью, так и оставался на месте, а вот все остальное пришлось спасать. Самым важным было достать книги и сундук, который так и норовил опуститься под воду.

Хлеб и вяленое мясо однозначно пропали, только несколько яблок плавали на поверхности. Одеяла и подушки вымокли настолько, что вытаскивала я их до самого утра. То же касалось сменной одежды. К рассвету я просто выбилась из сил и где упала в траву, там и заснула, но долго не проспала.

Тучка щекотал мое лицо, перебирая волосками и заслоняя собой палящее солнце.

— Ру, — произнес он нетерпеливо, что переводилось как: «Смотри».

И я посмотрела. Присела, невольно охнув от боли, прострелившей плечо, и обратила внимание на целую стопку цветов. Розовые лепестки играли на солнце капельками росы.

— Цветы? Спасибо, Тучка, — умилилась я неожиданному, но несколько несвоевременному сюрпризу.

И вот честное слово, он просто взял и закатил глаза. Еще и вздохнул так, будто ему досталась самая глупая в мире фея. Наверное, так и было. Не зря же именно он прибился ко мне. Только я сомневалась, что Тучка был моим личным аухом, а не волшебным существом Айи. Все-таки я до сих пор занимала ее тело, вместо того чтобы обзавестись своим. Еще бы знать, как это сделать.

— Я не понимаю, чего ты хочешь, — покачала я головой, осматриваясь по сторонам.

Впереди была даже не река — котлован, а то и вовсе яма с дождевой водой, в которую и угодила скатившаяся по склону карета. Далеко за ней — поле, за которым непреступной стеной стоял темно-зеленый лес.

— У-руру! — возмутился Тучка тем, что я на него не смотрю.

— Прости. Очень красивые цветы. Цветы!

От осознания я даже голос повысила. Так вот оно что! Аух приволок мне цветы, из которых феи собирают волшебную пыльцу.

— Я должна собрать пыльцу? — уточнила я и, получив в ответ энергичные кивки, взяла один из бутонов.

Осторожно потянувшись, притащила поближе книги. В той, что отвечала за теорию, необходимая информация не нашлась, так что я открыла вторую. Что удивительно, книги от воды совершенно не пострадали — ни страницы, ни кожаные обложки.

— Итак, — пробормотала я вслух, несколько нервничая оттого, что собираюсь совершить колдовство. — Волшебную пыльцу можно получить абсолютно из каждого цветка, но свойства ее будут зависеть от самого растения. Использование пыльцы называется простейшим колдовством, потому что фея не прибегает к силам Матери Природы. Получение пыльцы из цветка для феи такое же обычное умение, как и дышать. Чтобы цветок отдал свою пыльцу, его нужно просто попросить. Вроде бы звучит несложно. Осталось понять, что это за цветок… Ауч! — взвыла я, когда аух прыгнул мне на плечо. — Ты чего дерешься?

— Ри-ру.

— Лечить? Этой пыльцой можно лечить?

К исполнению я приступила тут же. Честно говоря, мне еще не приходилось разговаривать с растениями, но к этому важному делу я отнеслась со всей ответственностью, прекрасно понимая, что от этих милых цветочков фактически зависит мое здоровье.

Я ведь не могла здесь сидеть до тех пор, пока меня кто-нибудь не обнаружит. Уже то, что гвардейцы, отправленные вместе со мной, меня до сих пор не нашли, говорило о многом. Видимо, ни найти, ни спасти меня никому не суждено, так что оставался лишь вариант брать все в свои руки. При таком раскладе хотелось бы быть здоровой.

Нежно-розовая пыльца была похожа не мелкие блестки. Словно невесомая пыль, она переливалась на солнце — чарующе, завораживающе. В душе рождалось что-то теплое, легкое, словно тонкая ажурная паутинка. Я точно знала, как ей пользоваться — однажды я бросила в герцога де Зентье целый мешок с пыльцой другого цвета, — так что просто посыпала порошком свое плечо.

Боль истончалась, припухлость спадала прямо на глазах. Неуверенно пошевелив рукой, я улыбнулась и потянулась к остальным цветам, чтобы получить еще немного пыльцы для своих царапин и для Тучки — исключительно на всякий случай.

Мало ли, может, он тоже сильно ударился?

— Отлично, а теперь давай-ка разберемся с остальным. Предлагаю начать с завтрака.

Два яблока никак нельзя назвать полноценным завтраком, но выбирать было не из чего. Пока ели, я листала учебник по магии, отыскивая то, что могло бы пригодиться прямо сейчас.

Так мы смогли высушить одеяла, подушки и вещи и уменьшить их, чтобы они занимали меньше места. Сумки у меня не было, а тащить за собой сундук с вещами возможным не представлялось, так что одна из подушек пошла на подобие наплечного мешка.

Пока Тучка барахтался в перьях, я переоделась в штаны и рубашку и сложила все наши скромные пожитки. Единственное, что уложила без изменений, это сундучок с травами. В книге было написано, что предметы, так или иначе связанные с магией, чаровать нежелательно, потому что эффект может быть непредсказуемым, а мне очень не хотелось все испортить. Неизвестно, как поведет себя запирающий артефакт на сундуке.

— Ну что, Тучка, попробуем сходить за помощью? — взяла я ауха на руки, ныряя пальцами в поясной мешочек с монетами.

На ощупь отыскав небольшую коробочку, которая была выдана мне на крайний случай, я достала из нее синюю горошину диаметром не больше сантиметра. Сопроводительная записка лежала на дне — в ней были указаны слова, активирующие портал, настроенный на герцогский замок. Собственно, именно из-за ее наличия я до сих пор и не ударилась в панику, однако мои надежды были преждевременны.

В отличие от книг, бумага не была зачарованной, и от воды чернила неизбежно вымылись, оставляя лишь темные разводы.

— Ру? — погладили меня по руке.

— Капец, — подтвердила я, обращаясь к Тучке.

Дальнейшие десять минут я провела за перелистыванием страниц, но в книгах ничего о порталах не было сказано. Видимо, эта информация не была предназначена для маленьких фей, но нам с аухом легче от этого не стало.

— Придется искать гвардейцев самим, — вздохнула я, поглядывая на склон, на который нам предстояло забраться. Только для начала…

Представив в мельчайших деталях свою рыжую подругу, я сменила внешность — исключительно на всякий случай. Не то чтобы я подозревала гвардейцев в неверности герцогу, но на этот раз решила перестраховаться. Главное — не заработать себе паранойю и не бояться каждого куста.

Поднявшись по склону, я пошла в обратную сторону. Понимала, что фактически возвращаюсь, лишь увеличивая путь, но судьба возницы и гвардейцев меня действительно волновала. Первые предвестники проблем повстречались нам с Тучкой уже через полчаса, хотя ночью казалось, что от места сражения мы отъехали совсем недалеко.

— Кровь, — произнесла я очевидное, глядя на темные пятна, занимающие дорогу. Оглянувшись по сторонам, попыталась отыскать следы, но следопыт из меня был так себе. Кроме сломанной ветки у ближайшего дерева, мы с аухом ничего не нашли.

И вот тут варианта было два. Или гвардейцы сумели спастись и ушли за подмогой, или… О втором «или» лучше не думать.

— Ри-ру, — пробурчал мой мохнатый друг.

— Ты прав, лучше здесь не задерживаться. Неизвестно, как далеко ушли нападавшие и ушли ли вообще.

Чем больше я шла дальше по дороге, тем сильнее палило солнце. Вернувшись к месту крушения дормеза, мы едва нос к носу не столкнулись с разбойниками. По крайней мере, непрезентабельный вид двоих мужчин, шныряющих у кареты, тонко намекал именно на их принадлежность к людям не очень хорошим. И как мы с ними разминулись?

Я-то шла по главной дороге, а они? Или по низу, или по верху, прячась среди деревьев, — другого я не придумала. И да, это была хорошая идея. Понятно, что далеко от дороги мне отходить нельзя, — все-таки пешком я навряд ли быстро смогу добраться до места, а значит, нужно кого-то поймать, но и открыто светиться после увиденного мне не хотелось, так что за крутым поворотом я свернула в ближайшие кусты.

Там и шла, пугаясь треска ломаемых под ногами веточек и криков обитателей леса. Еще помнила те лианоподобные растения, так что дальше, чем на три шага, не отходила. И наверное, я бы даже смогла пройти весь день с периодическими остановками, если бы окрестности вдруг не огласило громкое: «Помогите!»

Замерев на мгновение, мы с Тучкой переглянулись. Я пыталась понять, с какой стороны кричат, но пока еще не решила, спешить на помощь или быстренько уносить ноги в другом направлении.

— Помогите! — продолжали кричать откуда-то из глубины леса, но явно уже из последних сил. Голос был даже не мужской, скорее мальчишеский.

— И не смотри на меня так, — обратилась я к ауху, который всем своим видом показывал, что надо бы пойти и помочь. — А если это ловушка?

Покрепче обняв Тучку, я успела сделать целых три шага, прежде чем раздалось очередное: «Помогите!» И вот скажите мне, какого черта ноги понесли меня в лес? Вот и я не знала, но упрямо шла на голос.

Глава 3: Трудные решения

Лес казался мне самым обычным. Я вертела головой из стороны в сторону, отмечая мельчайшие шорохи. Смотрела и под ноги, и по сторонам, и даже задирала голову, чтобы ветки деревьев и кроны оставались в поле моего зрения.

Мало ли, может, тут белки-людоеды затесались или птички-вампиры?

Встречаться с кровожадными тварями не хотелось совершенно, так что и на «Помогите!» я тоже раньше времени не отзывалась. Решила сначала посмотреть издалека, а уже потом действовать, но Тучка был непреклонен. Он вырывался из моих рук и настойчиво требовал бежать.

— Если еще не сожрали, то и пять минут потерпит, — пробурчала я, пробираясь через колючие заросли.

— Ири-ру! — возмутился аух, что переводилось как что-то вроде бессердечная.

— Знаешь что? Я и без того уже дров наломала как раз потому, что неслась сломя голову, зная лишь общую картину. Не хочу! Мне, между прочим, тоже жить хочется. Еще и долго и счастливо.

Все это я проговаривала громким шепотом, но как-то не рассчитывала, что в ответ услышу страшное рычание. Оно не принадлежало Тучке. Этот звук исходил от огромного волка, что скалясь сидел под деревом на небольшой поляне. У меня волосы дыбом встали от вида его пасти, а точнее, от размера клыков.

— Помогите! — в очередной раз обессиленно произнес молодой парень, глядя вниз на волка.

В длинном черном плаще, он неловко стоял в сетке, в которую неизвестно как попал. То, что ловушка являлась далеко не простой, было сразу понятно по тому, как искрились веревки, из которых была связана сетка.

Первой мыслью было бежать. Я в принципе волков нигде, кроме как в зоопарке, не видела, а уж такого размера и подавно. Понимала, что меня догонят, сожрут и не подавятся, но и оставить парня в беде совесть не позволяла.

Ветка под моими ногами хрустнула, и волк тут же обратил внимание на кусты, в которых мы с Тучкой стояли. Разгон от просто зверушки до разъяренной твари занял какие-то секунды, а у меня…

У меня не было ничего, кроме остатков пыльцы, распиханной по карманам. Больше ее некуда было положить, а так просто цветы оставлять стало жалко. Пыльцу можно было собрать только или с живых, или с недавно сорванных бутонов.

Скинув ауха и свой импровизированный мешок на землю, я молниеносно сгребла из карманов пыльцу и бросила ее в волка, что с каждой секундой был все ближе. Его скалящаяся пасть уже открылась навстречу завтраку. Еще мгновение, и я зажмурилась, прощаясь с жизнью, но вокруг вдруг установилась тишина.

Такая, будто весь мир замер. Казалось, даже сердце перестало биться.

— Так и будешь стоять? Или, может, поможешь выбраться? — раздался взволнованный голос, и я открыла глаза, чтобы потерять дар речи.

Прямо передо мной в нескольких сантиметрах от кустов на поляне лежала белокурая девушка. Даже не девушка, девочка лет пятнадцати. Глаза ее были закрыты, бледное лицо наливалось цветом, а под красным сарафаном пряталась белая рубашка. Это она была волком?

— Она-она, — ответил мне узник ловушки. Видимо, последний вопрос я произнесла вслух. — Только не волком, а волкодлаком. Я ее уже неделю ловлю. Весь скот в ближайшей деревне поела.

— А людей? — спросила я, переведя взгляд на дерево. Взяв радостного Тучку на руки, стороной обошла девушку, чтобы подойти поближе.

— Людей не трогала, только скот.

— А на тебя тогда чего скалилась?

— Так говорю же, ловил я ее. Люди-то жалуются. Поможешь выбраться?

— Еще пока не знаю, — покачала я головой, думая над тем, верить ли в эту историю. Может, этот парень девушку и заколдовал по какой-то причине.

— Что значит не знаю? А до деревни ты ее сама потащишь? И кстати, как тебе удалось снять чары феи?

— Феи? — уточнила я.

— Это фея на нее чары наложила. Была здесь одна, желания всем предлагала загадать, только народ наученный, знают, что феи давно во зло души продали. А эта… Хотела суженного своего найти. Да так, чтобы наверняка. Вот и превратили ее в волкодлака. Только поцелуй любимого чары мог снять, — рассказывал узник, пытаясь что-то сделать с сеткой. Раз, и его голос стал подозрительным. — А ты, случаем, не фея?

— Случаем нет, — ответила я, спуская Тучку на землю. Аух ринулся к бессознательной девушке, а я пошла обратно в кусты за своим мешком.

— А чем магию-то сняла?

— Секрет. Говоришь, деревня здесь есть недалеко? Отвести сможешь?

— Мигом доставлю. Только выбраться помоги. Сетка магическая, сам я из нее не выберусь, — жалобно глянули на меня.

— Сам в свою ловушку попал? — по-доброму усмехнулась я, рассматривая плетение. — И как же ее распутать?

— Вон там, видишь, узлы? Нужно потянуть за нижнюю и за верхнюю петлю. Только одновременно, иначе не получится.

Сетка свалилась вниз вместе с добычей, но не раскрылась, так что еще некоторое время мы потратили на то, чтобы распутать ее. За эти полчаса я узнала имя паренька, а также то, что он и сам живет неподалеку. Только не сказал где, мастерски уходя от вопросов о том, маг ли он и кто его сюда одного послал.

— Ну, давай, Сент, взваливай на себя нашу ношу. Что-то не желает она приходить в себя.

— Так и не придет пока, обессилена. А твой друг, он кто?

— Секрет, — мило улыбаясь, ответила я, поднимая Тучку на руки вместе с мешком. — Далеко от той деревни до школы некромантов?

— А зачем тебе в школу некромантов? Погоди-погоди, дай догадаюсь: тоже секрет?

— Ты определенно понимаешь меня с полуслова. Так далеко?

— Сейчас доставим.

Если бы я знала! Если бы я только знала, что у этого черноволосого охламона есть портальная капсула и он понимает, как ею пользоваться, я бы ни за что не пошла вместе с ним. Я бы вернулась обратно в герцогский замок и потребовала дать мне нормальные координаты, карту человеческих королевств и снаряжение, чтобы пройти весь путь от и до.

Школа некромантов была тем самым местом, куда отправился Себастьян, но магический фон этих земель был сильно искажен как раз за счет черной магии. Там, где находились некроманты, имелись и зачарованные кладбища, которые в свою очередь тянули любую чистую магию. Потому и портал мог выбросить где угодно и пользоваться им было небезопасно.

Небезопасно для кого угодно, но только не для Сента.

— Мы не в деревне, — ошеломленно выдала я, снизу вверх глядя на высокие кованые ворота.

— Это школа некромантов. Пойдем. Тебе ведь сюда надо было?

Перехватив поудобнее свою ношу, парень толкнул незапертые створки и пошел вперед по вымощенной камнем дороге, что вела к величественному мрачному замку. Шпили башен уходили высоко в серое небо, а на стенах кое-где сидели каменные горгульи.

Как стояла, так и осталась стоять за воротами, потому что совсем не думала, что доберусь так быстро. Я просто была не готова встретиться с Себастьяном вот прямо сейчас.

— Сандра, ты идешь? — оглянулся Сент, а на меня уже недобро поглядывали прохожие. За моей спиной расстилался город с двухэтажными каменными домами и спешащими по делам горожанами. Странное соседство.

— Я… э…

— У, — ткнулся мне в грудь Тучка, заглядывая в глаза.

— Я вечером зайду. Мне с дороги надо привести себя в порядок, — нашлась я с ответом и, развернувшись, быстро зашагала по дороге.

Вот вообще не знала, куда идти, пряча ауха под плащом, но читала деревянные вывески, стараясь сориентироваться по названиям. Постоялый двор «Клык Грифона» нашелся через две улицы от школы некромантов, но еще до того я увидела лавку, в которой продавались наплечные сумки. Нормальные наплечные мешки, а не то подобие, что я за собой таскала.

На виду у всех мешочек с монетами доставать было страшно, так что я просто достала одну монетку наугад. Она оказалась золотой. Проверив ее на зуб, продавец дал мне сдачу в восемьдесят пять серебряных монет и десять медных. При условии, что наплечная сумка стоила четырнадцать серебрушек, можно было понять, что один золотой — это сто серебрушек, а один серебряный — десять медных монет. Так я и познакомилась с местной валютой, а еще поняла сразу две вещи.

Первая — наплечный мешок я выбрала не из дешевых, если судить по взглядам других покупателей, но продавец обещал, что в нем можно носить все что угодно, а вес его едва ли будет чувствоваться. Кроме того, если кто-то чужой в него заглянет, то ничего не увидит. Достать необходимые вещи могу только я.

Вторая — у меня при себе было очень-очень много денег, не меньше тридцати золотых монет, и от осознания этого факта мне делалось страшно. Не желая никому показывать мешок с монетами, я за пять серебряных купила еще один мешочек — зачарованный от кражи — и уже туда сгрузила всю сдачу. Была мысль купить еще и одежду — та, что находилась при мне и на мне, моей рыжей личине была великовата, но вместе с аухом я побоялась соваться в лавку. И без того любопытный народ так и норовил заглянуть мне под плащ.

Так с легкой паранойей я и добралась до постоялого двора, который встретил нас с Тучкой аппетитными запахами. Мой желудок среагировал мгновенно, а аух даже завертелся под плащом.

— Госпожа желает отобедать? — оценивающим взглядом прошелся по мне старик, и вот оценивал он явно не мою красоту, а то, смогу ли я заплатить.

— Мне бы комнату на сутки, помыться и обед, — откровенно ответила я, занимая место у стойки.

— Комнату с удобствами?

И вот я хотела спросить: «А что, бывает и без удобств?» — но вовремя прикусила язык, сделав вид, что засмотрелась на бутылки за его спиной.

— А какая цена?

Комната, по заверению хозяина постоялого двора, мне досталась самая лучшая. За нее мне пришлось отдать восемь серебряных, но в эту сумму входила лохань с горячей водой, чистые простыни и личное ведро за ширмой, предназначенное для нужд. Обед оплачивался отдельно — один серебряный, а еще за три медяка мне принесли корзину яблок, на которую, едва дверь за служанкой закрылась, набросился аух.

Я же с едой повременила. Сначала помылась, обсушилась, завернувшись в простыню, а уже потом накинулась на поднос. Ничего примечательного там не было — суп овощной, без мяса, но на бульоне; пирог мясной и целый чайник чая из каких-то трав. По вкусу могла предположить ромашку, на большее моих знаний не хватило.

— Ру. Ру. Ру. Ру, — веселился Тучка, метеором носясь по комнате. От корзины с яблоками осталась только сама корзина, зато аух был поистине счастлив.

— И что же мне с тобой делать… — задумчиво протянула я, глядя на этого лохмача.

Получив вопросительный взор, пояснила:

— Нельзя тебе в таком виде по улицам города разгуливать. Тем, кто никогда не видел аухов, будет просто любопытно, а те, кто видел, сразу по тебе поймут, что я фея, и, возможно, или захотят тебя украсть — ради вечной молодости, — или со мной что-нибудь сделают. Все-таки феи здесь совсем не в почете. Давай-ка поищем, что можно сделать.

Забравшись с ногами на постель, я первым делом вытрясла из наволочки все свои пожитки. Сундучок с травами сразу же отправился в новую сумку. За ним последовал мешочек с золотыми монетами — я только одну монетку переложила к серебряным и медным, — а следом, завернутые в наволочку, грязные вещи и платье, что еще оставалось чистым.

На то, чтобы найти все необходимое для дальнейшего путешествия, я потратила больше часа. В книге по теории нашлись описания цветов, а точнее, описания свойств пыльцы, что эти цветы давали. Пришлось просить у служанки лист и… перо, чтобы выписать для себя названия растений.

Листы мне принесли чуть желтоватые, но мягкие. К ним шла баночка с чернилами и перо, которым писать у меня получилось далеко не с первого раза. У Себастьяна ручки с чернилами были гораздо удобнее.

Еще к покупкам я внесла десять пустых мешочков, чтобы хранить пыльцу, — карманы — это, конечно, хорошо, но свойства у разной пыльцы были, соответственно, разные; сменную одежду — не платья, а штаны, сапоги, странные корсеты, рубашки и плащи; еду, которая долго не портилась, и… Карту и горошины с порталами. Путешествовать — это, конечно, замечательно, но если придется улепетывать, порталом это сделать значительно легче.

И да, для себя я уже все решила. Я обязательно передам Себастьяну сундук с травами, но отправить себя обратно не позволю. Если Алдрид не может связаться с герцогом из-за искажения магии, то, значит, и о том, что я следую за ним, Себастьян не знает. И не узнает, если я прикинусь кем-то другим. Например, наемницей, которой его камердинер поручил доставить столь ценный груз.

А дальше… Я исправлю то, что сделала. Еще не знала как, но выясню, куда отправились феи, и пойду следом. Ведь это так просто — попасть в логово злодеев, притворившись кем-то из них. Просто для феи, которая умеет менять облик по щелчку пальцев. При желании я могла бы притвориться даже Матушкой Тез. Притвориться и вынести Чашу Желаний, чтобы спрятать так далеко, как только смогу.

Конечно, в моем плане имелся целый миллион пробелов, но в этом мире я ни в чем не была уверена. Ни в чем и ни в ком. Даже в себе. В конце концов, Себастьян в любой момент мог найти меня по нашей брачной связи или через навеянные сны, и тогда все будет закончено, даже не начавшись.

Как полностью скрыться от него, я пока не знала — единственное, что сказал Алдрид, если мне все же придется бежать, так это не давать никому прикоснуться к моему запястью. В остальном камердинер герцога оказался помощником не ахти.

Что касается ауха, тут все было просто и одновременно сложно. Первая же глава о практической магии описывала ритуал, который рассказывал, как правильно установить связь между аухом и феей. Эта связь имела как минусы, так и плюсы.

Погибнет фея, погибнет и аух — это я уже знала. Пожалуй, это был самый главный минус, учитывая, что связь устанавливалась не с телом, а с душой. Я понимала, что когда-нибудь мне придется покинуть это тело: совесть не позволяла махнуть рукой на Айю даже несмотря на то, что глупая девчонка была на стороне сектантов. Как в таком случае поведет себя магия?

Шанс загадать желание чаше я уже утратила, а забрать чье-то другое тело, даже при наличии необходимых знаний, мне не позволит та же совесть. Что тогда станет с аухом? Я знала: он умрет вместе со мной. С другой стороны, наша связь позволила бы мне влиять на его облик так, как феи делают это с собой. Я могла бы превратить его в мышку или ящерицу, но и это еще не все.

После того как связь будет установлена, только я одна смогу понимать Тучку, что немаловажно. Причем понимать в прямом смысле этого слова, а не так, как сейчас, когда я улавливаю лишь общий смысл. Принять это решение я одна не могла, а потому честно все рассказала ауху, оставляя решение за ним.

— Ур-уру, — закивал мой лохматый друг, перебирая своими синими волосками.

— Ты уверен? Назад дороги не будет.

Еще раз получив утвердительный кивок, я приступила к обряду. Посадив ауха напротив себя, положила ему на макушку свои ладони и закрыла глаза, стараясь прочувствовать магию, что, как говорила книга, витала буквально везде. Мне нужно было открыться, пропустить потоки через себя и на выдохе произнести:

— Аркунамурра! Бехай!

Второе слово должно было изменить облик ауха на тот, который я себе представляла. Я пыталась представить мышку, но мне в голову упорно лезла белка, так что, когда я открыла глаза, передо мной сидела белочка, чья шубка была ярко-голубой.

— Ну наконец-то! — сказала белочка мужским басом. — Чего сидим? Мы герцога искать будем?

Дар речи снова покинул меня. И на этот раз надолго.

Глава 4: Летят утки

Из комнаты мы вышли еще через час. Я все никак не могла привыкнуть к тому, что мой миленький, маленький, большеглазый Тучка — голубая белка, разговаривающая как мужик. Собственно, мужиком он и являлся, а я в его глазах была нерадивой феей, которую еще учить и учить.

— И последнее! Если я говорю, что кого-то надо спасать, значит, его надо спасать! Это же прямая обязанность фей — помогать сирым и убогим.

— Помедленнее, пожалуйста. У меня своих проблем хватает, — спускалась я по лестнице вниз, в таверну, что располагалась на первом этаже постоялого двора.

Кивнув хозяину, я вышла на улицу. Городок, в котором мы находились, не казался грязным или серым, но и цветущим его вид я не могла назвать. Чисто, сухо и, что самое главное, многолюдно.

— Свои проблемы ты себе создала сама. Нет, герцог тоже, конечно, виноват, но… — Дальнейшее я постаралась пропустить мимо ушей, сосредоточившись на поиске лавки с готовой одеждой. Мне нужна была неброская, обычная одежда, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание. Хотя… На меня и без того смотрели все, кто только мог, а точнее, не на меня, а на голубую белку, что сидела у меня на плечах, обвивая пушистым хвостом мою шею. И вот я, кажется, начинала понимать, почему феи не рвались забрать у Себастьяна своих аухов. — А люди… Люди для фей — это самый ценный ресурс. Чем больше фея помогает несчастным, тем сильнее люди в нее верят и тем сильнее она становится. Ты все запомнила?

— Все, — кивнула я, открывая дверь лавки. Колокольчик над дверью брякнул, когда мы вошли. — А теперь, будь добр, помолчи.

Мне потребовалось совсем немного времени, чтобы купить все необходимое. Проблема состояла в том, что все наряды, подошедшие мне по размеру, были мне слегка длинноваты, потому пришлось оставить их в лавке до вечера, чтобы за отдельную плату мне их подшили.

В остальном мои покупки, можно сказать, удались. Кроме небольших мешочков я купила карту человеческих королевств, чернила, ручку, бумагу и большую тетрадь для записей — по настоянию Тучки. В магической лавке мне пришлось раскошелиться на кругленькую сумму — за два уже настроенных портала я отдала десять золотых, но о покупке не жалела. Мало ли что может произойти?

Тем более что к горошинам прилагалась четкая инструкция, какие слова говорить, как использовать и как остановить уже начинающий раскрываться портал. Больше того, продавец — явно некромант, судя по схожести с давно почившими, — дал мне важное предостережение.

В этом городе порталы открывать было никак нельзя. Чтобы воспользоваться переходом, нужно было отойти далеко от этого места, иначе координаты обязательно исказятся. И вот что интересно: как Сент смог открыть портал прямо к воротам школы? Значит ли это, что у них есть свои — особые порталы?

Последними пунктами в нашем забеге являлись вода, еда и цветы. Воды я с собой брала много — благо сумка теперь позволяла, — потому как искать питьевую воду я не умела. Из еды удалось найти вяленое мясо, засушенные фрукты, крупы, травы для чая — и, собственно, все. Все остальные продукты без надлежащего хранения портились, но Тучка уговорил меня на две корзины яблок, взамен напомнив, что в лесах огонь из ниоткуда не берется.

Цветы мы покупали уже перед тем, как вернуться на постоялый двор, но нашли из списка только некоторые. Точнее, нашли живыми, еще не срезанными, тогда как остальные пользы нам бы не принесли. Добыванием пыльцы мы и занялись перед ужином, привязывая к каждому из мешочков этикетку с указанием, для чего она нужна.

— Мне кажется или ты специально тянешь время? Не забыла, что это очень важно — передать герцогу травы? — нравоучительным тоном поинтересовался аух, заглядывая в мои записи.

— Я все помню, — сухо ответила ему, укладывая два мешочка в бездонную сумку, а третий — привязывая к поясу.

Это была та самая пыльца, что когда-то обездвижила герцога де Зентье. В общем, проверенное средство, которое совершенно точно даст мне время на побег. Хоть Себастьян теперь и знал, что впервые мы с ним встретились именно в парке, наверняка не думает, что я еще когда-нибудь применю к нему чары. Впрочем, я и не применю. Без веской причины.

— Пора, — скомандовала я, обуваясь.

— Да неужели! Я думал, мы тут до моей старости сидеть будем!

— Будешь бурчать — оставлю на постоялом дворе.

Готовилась как на казнь, честное слово. С одной стороны, мне бы хотелось увидеть его еще хоть раз, а с другой — я боялась реакции Себастьяна. Теперь понимала: он злился совсем не на обман, а на его последствия, в которых моя вина была неоспорима.

Прежде чем дойти до школы некромантов, мы заглянули в лавку для того, чтобы забрать подшитую одежду. Тучка развлекал меня беседами о добре и зле, а я сама себя — разглядываем жилых домов и разного рода заведений.

Из примечательного попалась вывеска, рекламирующая услуги некроманта. Специалист уверял, что он поднимет кого угодно в два счета и достанет должников, даже если те уже давно в могиле. Гарантию давал стопроцентную, но о том, что долги будут возвращены, не говорил ни слова. Реклама — двигатель торговли.

— И? Чего мы встали? — раздалось мне прямо в ухо, пока я любовалась воротами.

Любовалась я ими с целью понять, нужно ли стучаться или нет. За коваными створками никаких сторожей не имелось, и спросить даже было не у кого. Все будто вымерли — вместе и разом.

Толкнув железную створку, я беспрепятственно прошла по дорожке, с интересом оглядываясь по сторонам. Парковая зона перед замком была небольшой. Один-единственный квадратный фонтан занимал место по правую сторону от дорожки. Там же словно хаотично разбросали каменные лавочки, на которые днем наверняка падала тень деревьев, заслоняя от солнца.

По левую сторону от дорожки стояли могильные плиты с различного вида памятниками. Что примечательно, отсюда я не видела никаких надписей, а подойти ближе боялась. Трусом оказался и Тучка, неожиданно заоравший так, что я подскочила на полметра.

Глядя на несшихся к нам двух горгулий, я скорее машинально потянулась к мешочку. Сработал даже не рефлекс, просто знание о том, что так я спасусь. Да только вместо пыльцы в морды страшным статуям я бросила монеты. Могла на что угодно поспорить, что аух сейчас закатил глаза. Я и сама закрыла веки, прикрывая лицо руками. За руки меня и схватили.

— Кто?

— Куда?

— Зачем?

Горгульи спрашивали поочередно и как-то отрывисто, а я была не способна на приятные беседы и уж тем более не готова к допросу. Зато вместо меня решил пооткровенничать белк.

— Она. Туда. Секрет, — проорал Тучка мне в ухо, но его, к сожалению, не понимали.

Оторвав от земли, каменные статуи забросили меня на балкон четвертого этажа. Этот балкон был прикреплен к башне, что находилась ближе остальных. Больно ударившись рукой, я, не теряя времени, вскочила на ноги, но запульнуть пыльцой в каменные морды все равно не успела.

Двери балкона раскрылись, а вокруг нас с Тучкой появился тесный шар, что на ощупь напоминал стекло. Нет, быть рыбкой в аквариуме мне еще не доводилось!

Шар медленно вплыл в помещение, что на первый взгляд казалось рабочим кабинетом. Шкафы, полки, рабочий стол, два кресла и куча бумаг, что были разложены буквально повсюду. Даже пол отчасти был занят исписанными листами.

— Добрый вечер, — поздоровался со мной, видимо, хозяин кабинета, но смотрела я совсем не на него.

Взгляд мой прикипел к Себастьяну. Герцог де Зентье занимал одно из кресел — дальнее — и со скупым интересом смотрел на меня.

— Сандра, ты здороваться-то будешь? — куснул меня аух за ухо.

— Еще раз укусишь, я тебя тоже укушу! — возмутилась я, спихивая наглеца ниже, потому как его хвост так и норовил залезть мне в рот. — Не сказала бы, что добрый.

— Все может быть. Это будет зависеть от того, кто вы и зачем явились. Перепао! — уверенно произнес мужчина, и стеклянный шар мигом заполнился Тьмой.

Она лезла и в рот, и в нос. Прикасалась к коже, тяжелым коконом оседала на волосах и не давала дышать. Воздействие длилось всего с десяток секунд, но по ощущениям прошла целая вечность, прежде чем темнота рассеялась.

— Это что сейчас было? — откашлялась я, упираясь руками в сферу.

— Простейшая проверка на наличие иллюзий. Поздравляю, вы ее прошли, — с улыбкой ответил мужчина, подходя ближе.

Теперь я могла его рассмотреть. Темные волосы на висках искрили сединой, в черных как смоль глазах было не разглядеть зрачков. Острые скулы, бледная кожа, темные круги под глазами и тонкие губы, что слегка отдавали синевой. Пожалуй, именно так я представляла себе вампиров. Ну, или умертвий, к которым этот маг явно не относился.

Услышав его пояснение, я на миг похолодела, однако тут же пришла в себя. Мой облик — это не иллюзия, а чары, которые делают меня такой же настоящей, как и тот человек, которого я копирую. Вот если бы эта тьма развеивала любые чары…

— Сандра, предлагаю его отделать, как только выберемся, — совершенно серьезно предложил аух, глядя на некроманта, как на злейшего врага.

— Полагаю, это означает, что нас уже можно выпустить? — спросила я совершенно иное, в упор глядя на некроманта.

— Не торопитесь. Вы еще не ответили на вопросы. Кто вы и…

Именно в этот момент дверь кабинета без стука открылась, а внутрь влетел взъерошенный Сент. Увидев меня, паренек скинул стопку с листами прямо на пол и произнес то, чего я совсем не предвидела, когда так глупо называла ему свое имя.

— О, Сандра! Это о ней я вам рассказывал, мастер.

— Сандра? — переспросил герцог де Зентье, рассматривая меня гораздо внимательнее.

— Сайра, — исправила я, в панике заменив буквы наобум. — Мое имя Сайра, и я приехала сюда вслед за герцогом де Зентье. Мне было поручено доставить ценный груз, но я вам его не отдам…

— Почему? — заинтересовался Себастьян, поднимаясь на ноги. В три шага он оказался у сферы, глядя на меня то ли задумчиво, то ли неверяще. Отдельного взора был удостоен аух.

Так и хотелось сказать: «Потому что у вас документов нету!» — но сказала я совершенно иное:

— Потому что среди вас явно нет герцога де Зентье. Заказчик описывал мне господина как благородного и честного мужчину.

Господи, какая чушь! Щеки не пылали от вранья, но я была к этому очень сильно близка. Хотя бы потому, что приходилось смотреть твердо, не отводя взгляда, будто я была готова настаивать на своем.

Сфера лопнула с громким щелчком, а порыв ветра, принесшийся с балкона, мягко поставил меня на ноги.

— Кто заказчик? — спросил Себастьян.

— Где я могу найти герцога де Зентье? — одновременно с ним и я задала вопрос.

— Я Себастьян, герцог де Зентье.

— Чем докажете?

Мне хотелось провалиться сквозь землю. Тучка снизу смотрел на меня как на полоумную — разве что у виска лапой не крутил. Сент торопливо собирал по полу разбросанные бумаги и явно грел уши, а некромант просто сел в кресло, теперь наблюдая издалека.

— Если письмо для меня, открыть его смогу только я. Кто заказчик?

— Мне известно лишь имя. Алдрид — выкрутилась я, потому как полного имени камердинера знать не знала. — Одну минутку.

Когда я сняла наплечную сумку, присутствующие заметно напряглись, но попыток прибить меня на месте не делали. Приободрившись, я передала в руки супругу небольшой сундучок, и тот тут же неярко засветился белесым дымом. Открыв его, герцог некоторое время смотрел на то, что находилось внутри, после чего резко закрыл и перевел взгляд на меня.

— Это все?

— Почти, — рвано выдохнула я, решившись на безумие. — Заказчик оплатил лишь половину гонорара. Вторую половину мне обещали после выполнения заказа. Вы должны мне пятнадцать золотых.

Сент снова уронил бумаги на пол, заходясь кашлем. Глаза у парнишки при этом были настолько огромные, будто он горгулью за моей спиной увидел. Обернувшись на всякий случай, я снова посмотрела на герцога. Герцог ответил мне удивленно приподнятой бровью.

— Очень ценный груз, — напомнила я и решила немного приукрасить: — По дороге сюда я лишилась возницы, кареты, четырех лошадей и двоих своих ребят. Тридцать золотых — ничтожно малая сумма за…

Договорить я не успела. Отстегнув с пояса мешочек, герцог де Зентье бросил мне его прямо в руки, но поймала его не я, а мой наглый белк, мигом юркнувший мордой в недра кошелька.

— Ничего себе! — присвистнул он, перебираясь к наплечной сумке.

— Полагаю, этого достаточно. — Холод чувствовался и в словах, и во взгляде. Насколько трудно мне было решиться сюда прийти, настолько же трудно сейчас приходило понимание, что мне уже пора.

— Спасибо. Всего доброго, — кивнула я, вновь закидывая сумку на плечо.

— И что? Это все? Ты даже ему ничего не скажешь? — заволновался Тучка. Вскарабкавшись по корсету, аух зацепился лапками за рубашку и пытался заглянуть мне в глаза.

И вот я успела сделать только шаг по направлению к двери, когда лед такого знакомого, такого уже родного голоса взорвал тишину:

— Разве мы вас отпускали? Вы все еще не ответили, кто вы.

— А еще нас интересует, каким именно образом вам в лесу удалось снять чары с деревенской девушки, — добавил некромант, поднимаясь.

Сент же добавил просто:

— Да!

— Знаешь, а мы все еще можем набить ему морду, — предложил Тучка.

«Кому именно?» — хотелось спросить лично мне, но с тяжелым вздохом я обернулась к мужчинам, прекрасно осознавая, что я им не противник. Даже если я успею дотянуться до пыльцы, кто гарантирует, что они не сотворят со мной что-нибудь раньше?

Увы, этого гарантировать не мог никто.

— Я наемница, — ответила я гордо, изо всех сил стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Выполняю разные заказы — найти, раздобыть, перекупить, доставить, сопроводить. Не убиваю, не калечу, не ворую. Честно зарабатываю себе на жизнь. Думаю, на этом все.

— Но вы не ответили на вопрос, — раскусил меня некромант.

— А разве я обязана на него отвечать? Я помогла девушке, я помогла Сенту, между прочим, ничего с этого не получив. А сейчас простите, меня ждет следующий заказ, — развернулась я, мысленно проклиная этот день, Алдрида с его травами, Сента, волкодлака, герцога и некроманта в придачу. А еще горгулий, потому что рука до сих пор неприятно побаливала.

И да, я бы ушла, если бы ко мне вновь не обратился Себастьян. Без льда в голосе и как-то устало и по-доброму:

— Если вы действительно можете развеять чары, наложенные феями, то мы будем благодарны вам за помощь. Феи отметились на ближайшем кладбище.

— Мы хорошо заплатим, — добавил некромант.

Лично я о деньгах думала в последнюю очередь. Я бы и без тех денег за доставку прекрасно прожила, просто захотелось задержаться рядом с Себастьяном чуть подольше, а теперь не знала, что делать. Я ведь не наемница и даже не полноценная фея. Я недоучка, которая толком ничего не знает. Спасти девушку я смогла просто случайно, и не факт, что смогу помочь с чем-то другим.

— Феи денег за помощь не берут, — как бы между прочим напомнил мне Тучка, а я продолжала молчать. — Феи обязаны помогать нуждающимся…

— Я попробую вам помочь, но не ручаюсь, что у меня получится. И да, деньги мне нужны. В качестве оплаты подойдет услуга, — все-таки ответила я, пока аух опять не начал читать нотации.

— Какая услуга? — уточнил Себастьян.

— Я еще не решила. Так что там с кладбищем?

И да, я снова солгала.

Я знала, что попросить.

Глава 5: А кладбища здесь тихие

Старое городское кладбище находилось за лесом, что располагался за забором академии. Честно говоря, идти туда в сгущающихся сумерках у меня не было никакого желания, но отделаться от мужчин мне хотелось как можно скорее.

Я уже действительно придумала, какую услугу попрошу взамен, если все же сумею разобраться с проблемой. Что-то мне подсказывало, что Себастьян уже знает, где именно обосновались феи, так что мне нужна была подробная карта.

Если мне не суждено загадать желание и надолго задержаться в этом мире, то пусть я хотя бы исправлю то, что натворила по незнанию. По крайней мере, попробовать пробраться в логово к феям мне никто не мешал. И уж в последнюю очередь я собиралась спрашивать разрешения на это у герцога де Зентье.

Пока мы шли, а шли мы пешком, выбравшись через задние ворота академии, мои эмоции поутихли и я смогла взять себя в руки. Старалась смотреть на Себастьяна как на незнакомца, с которым меня никогда ничего не связывало. Было бы гораздо проще, если бы я к нему ничего не испытывала, но воспоминания накатывали словно волны.

Не было в наших отношениях моря романтики. Не имелось и моментов, которые сделали бы нас хоть чуточку ближе, но сердцу я этого объяснить не могла. Оно изнывало, тянуло, сжималось, едва мужчина переводил свой взор на меня. И все же его поступки я тоже забыть не могла.

Почему-то плохое помнилось ярче, отчетливее, чем наши сны или беседы. Нет, простить такое я была все же не в силах, хотя и свою вину признавала. Наверное, так просто бывает. Случись все иначе, кто знает, какими бы стали наши отношения, но произошло то, что произошло, и изменить прошлое никто не способен.

— Ты сейчас дырку в нем просверлишь! — громко произнес аух, мордой загораживая обзор. — Гордость в тебе есть или нет?

— В том-то и дело, что есть, — шепотом ответила я, пробираясь вслед за магами по вытоптанной тропинке. Было видно, что на кладбище здесь ходят часто, но бесстрашия это не прибавляло. — Если бы не было, я бы уже призналась в том, кто я.

— А ты не собираешься признаваться? — удивился белк, повиснув на моем плаще.

— Еще чего! Знаешь, как говорят? Момент ушел.

— Тогда какого лешего мы в такую даль перлись?! — громко возмутился Тучка, недоумевая.

— За приключениями? — грустно предположила я. — И это, еще раз на меня закричишь — превращу в таракана. Намек понят?

— Вы что-то сказали? — окликнул меня некромант. Я от них немного отстала, но теперь ясно слышала, как поет целый хор голосов где-то совсем неподалеку.

— Я говорю, что поет кто-то на кладбище. Печально так поет. С душой.

— В этом-то и проблема, мисс Сайра.

— Госпожа, — поправила я, не собираясь причислять себя к аристократам. Хватит уже, один раз получила вместе с именем долги.

— Госпожа Сайра, вам доводилось когда-нибудь встречаться с живыми мертвецами? — уточнил некромант, пропуская меня вперед через открытую калитку.

— Н-н-нет, — робко ответила я, чувствуя, как Тучка прячется под плащ.

— А с зомби?

— А это разные понятия?

Меня все больше оплетал холодок вполне оправданного страха, но чем ближе мы подходили к костру, разведенному прямо посреди могильных плит и памятников, тем больше я успокаивалась, потому что жрать нас явно никто не собирался.

— Шо? Ешо одну ведьму-то притащили? — наполовину беззубым ртом прошамкал получеловек-полускелет, жующий, кажется, куриную ножку. Причем откусанное мясо очень красноречиво выскальзывало из него, приземляясь или на камень, или на землю.

Остальные присутствующие тоже смотрели на нас с любопытством — я насчитала не меньше двадцати мертвяков, но никто из них не заговаривал, продолжая трапезничать. Пожалуй, после увиденного я еще долго не засну. И не поем.

— Знакомьтесь, госпожа Сайра, живые мертвецы. Основное отличие от зомби — это наличие мозгов и души. Причем последнюю в каждое поднятое тело с особой жестокостью вернули, — пояснили для меня, пока я стояла с открытым ртом. Выглянувший наружу белк и вовсе решил полежать в обмороке, так что я его едва успела словить. — Это, уважаемые господа, высококвалифицированный специалист. Госпожа Сайра попробует вам помочь.

— А что произошло-то? — подобрала я свою челюсть с земли, для удобства закидывая тушку ауха на плечо.

— Так феи тут волшбу наводили, будь они неладны, — пробормотал все тот же старик, а мне было безумно любопытно, каким это образом у него голосовые связки сохранились. — Намагичили чего-то — и вот. Сидим, ужинаем. Отвару будете?

— Я поела, — предупредила я, стараясь не рассматривать сидящих внимательно. Так близко человеческий внутренний мир мне еще ни разу не представлялось разглядывать. — Чего колдовали-то?

— А кто его знает? Знали бы, так, может, уже давно бы на своих местах лежали. А так и в город не пойдешь — визгу будет, и тут сидеть как-то несподручно. Даже поесть-то толком не получается, — сплюнул старик мясо в костер, бросая туда же и кость. — Покоя нам хочется, госпожа ведьма.

— Дайте мне пару минут.

От костра я отошла. Вот вообще не представляла, что это за чары и как с ними бороться. Больше того, я не понимала причину, по которой кому-то понадобилось так по-дурацки воскрешать людей, а точнее, воскрешать частично, но разбираться-то нужно было.

Я уже настроилась на получение услуги. Самой найти фей будет гораздо дольше и проблематичнее.

— Ты там живой? — потыкала я ауха пальцем, отчего животина посмотрела на меня как на врага народа.

— Да уж живее, чем эти, — пробурчал он, усаживаясь мне на плечо, пока я ходила вдоль могил, рассматривая те, что были раскопаны.

— А чего тогда притворялся?

— Так зомби мертвых не едят, дурында. Им живых подавай, так что я на твоем месте тоже бы того.

— Ты же сам мне вещал про доброе и вечное? — усмехнулась я, невольно пересчитывая потревоженные могилы.

— Так это про доброе, но не настолько же вечное! И потом, феи с мертвецами не работают. Это все к некромантам.

— Значит, придется побыть некромантом, — пожала я плечами, возвращаясь к костру. — Простите, а вы не подскажете, вы именно в таком виде были… Ну… До оживления? — бегло окинула я взглядом собравшихся, стараясь ни на ком не задерживаться.

— Не знаю, — почесав лысый череп, ответил за всех старик.

— Я точно таким и был, — подали голос справа от меня. Совершенно живой мужчина смотрел прямо и открыто. Не знай я, что он фактически житель кладбища, поверила бы, что он по-настоящему живой. — Меня, считайте, перед самым оживлением захоронили.

— А меня за неделю до того, — поднялась относительно свеженькая дама в длинном платье и чепчике.

— А вас? — спросила я у старика. Видимо, он среди них был главным, раз отвечал преимущественно за всех.

— А меня лет уж пятьдесят назад. Я ужо и не помню.

— Все захоронения разного возраста, — взял слово герцог, который каким-то чудом оказался за моей спиной. Я едва не подпрыгнула, делая шаг в сторону.

— Имеет значение только место, — добавил некромант. — Все могилы находятся рядом, а это означает, что был эпицентр, от которого магия разошлась по определенному периметру.

— Хорошо, с этим разобрались, — покивала я, мысленно согласившись с этой теорией. — Но где еще один восставший? Могил я насчитала двадцать четыре, а здесь только двадцать три… Эм… Человека.

Некромант посмотрел на меня удивленно. Нахмурив брови, он вслух начал пересчитывать собравшихся, пока герцог де Зентье то же самое делал с могилами. Через несколько минут всем стало понятно, что я очень даже права. Я прямо-таки была горда за себя, а еще нами гордился белк, который все никак не затыкался, повторяя:

— Вот! Знай наших! Фея некроманту нос утерла! — Но услышать его, слава богу, никто не мог.

— Хорошо, только это никак не отменяет нашей проблемы, — напомнил мастер, возвращаясь к костру.

Отойдя на пару метров, он посылал весточку в академию, чтобы преподаватели и ученики разыскали недостающего господина.

Благодаря памятнику мы даже имя его узнали, когда провели перекличку присутствующих. Только это действительно мало что давало.

— Если его нет, — начала я рассуждать вслух, потому что так было гораздо проще, — то вполне вероятно, что именно его воскрешение и было целью, а значит, всех остальных просто зацепило ударной дозой чар. Такое ведь могло быть?

— Вполне, — задумчиво согласился Себастьян, расстилая на каменной скамейке свой плащ. Взглядом намекнув мне на то, что можно присаживаться, мужчина остался стоять. Я его тонкий намек тоже проигнорировала.

— Простите, мне нужно подумать, — решила я ретироваться, чтобы посоветоваться с Тучкой.

— Я могу помолчать, — скупо произнес герцог, отворачиваясь.

— Да нет. Боюсь, что этого будет маловато, — выдохнула я и только потом поняла, что сказала это вслух.

Одарив меня нечитаемым взглядом, Себастьян резко зашагал прочь, а я взглянула на звездное небо в поисках благоразумия.

— Вот совсем не подозрительно, — усмехнулся аух. — Прям вообще мужика не зацепила.

— Ты давай лучше думай, что с ними сделать могли, — вздохнула я, укладываясь на скамейку почти во весь рост. Тучка тут же запрыгнул мне на живот.

— А чего тут думать? Я пыльцы с такими свойствами не знаю. Разве что целебную с чем-то объединили, но я такого раньше не встречал. Правда, можно попробовать исправить. Есть такой цветок — Балгурия.

— Это же болеутоляющее! — вспомнила я выдержку из книжки, где описывались свойства цветов.

— Так-то оно так, но все зависит от количества и от формы. Пыльца — болеутоляющее, а отвар вытягивает любые чары, ослабляя и мага, и ведьму, и… Хотя ведьма-то, конечно, его не выпьет. Сразу распознает. Да и фея тоже — пахнет он нестиранными носками…

— Погоди-погоди, — перебила я. — То есть из живого он чары вытягивает, фактически ослабляя, но человек магию может себе вернуть.

— Магу достаточно пополнить резерв, а ведьмаку призвать Мать Природу.

— Но эти-то неживые. И не маги, — размышляла я вслух. — А чары на них наложены… Ты прав, может получиться. Если магия растворится, то пойдет обратный процесс. Только это, наверное, будет больно.

— Пыльца тебе в помощь, Сандра, — развеселился аух. — И вот что бы ты без меня делала?

— Успевала бы есть яблоки, — пожала я плечами. Мое настроение тоже заметно улучшилось. — Господа, я, кажется, нашла способ. Мне потребуется…

В короткий список вошла не только свежая и засушенная Балгурия, но и парочка букетов, которые лично я свежими в городе не нашла, а для дальней дороги их пыльца мне была просто необходима. Например, Кикироза придавала бодрости, а Лятая Ука, если верить книжке, позволяла ненадолго стать невидимкой. Прелестная вещь, если путешествуешь одна и боишься всего на свете.

Цветы мне доставляли на постоялый двор в несколько этапов. Вместе с первыми притащили внушительный котел, который нагревался с помощью положенного внутрь зачарованного камня. Еще я попросила найти пустую бочку, а вот воду для меня таскали сыновья хозяина таверны, но первым делом я занялась свежими цветами. Собрав пыльцу, расфасовала ее по мешочкам, не забывая подписывать.

Что именно я собираюсь делать с растениями, мужчинам я не говорила, чтобы ненароком не сболтнуть ничего лишнего. Пусть думают, что зелье варю, — целее буду. Правда, повозиться все же пришлось. Это был мой первый в жизни отвар, и я боялась его испортить, потому что Балгурия оказалась хоть и не сильно дорогой, но редкой. Да и помочь хотелось. Я помнила, для чего я это делала, и надеялась, что в случае победы мужчины на попятную не пойдут.

— Ну и вонь, — простонал Тучка, на глазах превращаясь из голубого в зеленого зверька.

Я и сама, честно говоря, едва сдерживалась. Спасало то, что ела я уже давно — ночь за окном стояла такая, что хоть глаз выколи. Правда, проветрить комнату однозначно требовалось, да и я была рада прогуляться, а потому спустилась вниз на первый этаж, чтобы заказать себе перекусить и попросить о помощи. Поднять котел сама я не смогу, а перелить его содержимое в бочку было необходимо.

Да только, как оказалось, посторонняя помощь мне не потребовалась. На первом этаже таверны за одним из столов сидел Себастьян. Увидев меня, он поднялся и галантно отодвинул для меня соседний стул, видимо предлагая присесть.

К столу я подошла, а вот место за столом не заняла.

— Поможете? Нужно зелье в бочку перелить, — кивнула я на лестницу, что уходила ступеньками на второй этаж.

— Может быть, сначала поужинаем? — вдруг предложили мне, подзывая официантку.

— Конечно, — осмотрела я юную девушку, что несколько нервно поправила передник. — Мне пирог и отвар, — произнесла я с улыбкой. — Вон за тот стол, — указала я на самый дальний столик у лестницы. — Я буду там.

Собственно, туда я и пошла. И даже не обернулась ни разу, отчего-то ликуя в душе. Оказывается, гордость — это очень приятно, а утирать кому-то нос — приятно вдвойне.

Правда, некоторые толстых намеков все же не понимали. Через пару минут на стол передо мной приземлился поднос, а на соседний стул — невозмутимый герцог де Зентье.

— Поговорим? — произнес он то, что я так сильно жаждала от него услышать. Раньше, но не теперь.

— Я за едой не разговариваю, — мило улыбнулась я, принимая от подавальщицы свои тарелки.

И вот скажите, чего это Себастьяна так перекосило? И главное, почему от этого вида так широко улыбаюсь я?

Пирог с ягодами, между прочим, был очень даже неплох. Самое то, чтобы подсластить себе пилюлю и сладко спать весь остаток ночи, но впереди было самое трудное. Мне предстояло вместе с Себастьяном подняться наверх и какое-то время оставаться наедине. Честно говоря, я уже пожалела, что попросила его о помощи.

Лучше бы действительно обратилась к хозяину постоялого двора. Если я себя чем-нибудь выдам, будет очень плохо. Обратно под замок возвращаться не хотелось совершенно, да и что это за жизнь? Нет, свое ближайшее будущее я уже распланировала.

— Вы закончили? — поинтересовались у меня, едва опустевшая кружка опустилась на стол.

Что-то во мне так и порывалось сказать: «Нет!» — но факты были налицо. С едой я уже разобралась, с отваром тоже, а Себастьян все это время выжидал, буравя меня пристальным взглядом. И я бы даже подавилась, если бы мне было хоть чуточку стыдно за свое поведение за столом.

— Вы хотели что-то спросить?

— Что за зелье вы сварили? И почему считаете, что оно поможет?

— Знаете, а я ведь не обязана вам отвечать. Вы просили помочь — я помогаю. На этом все, — поднялась я из-за стола, выкладывая монеты за поздний ужин.

— То есть не скажете? — усмехнулся Себастьян, оставляя на столе горку монет вдвое больше моей.

— Секрет фирмы, — весело кивнула я. — Так что? Поможете с котлом?

Когда мы вошли в комнату вместе с герцогом де Зентье, Тучка как раз доедал последние яблоки из корзины, но при виде нас жевать резко перестал. Морда его вытянулась от удивления, а пасть открылась.

— Это что это такое? — спросил он с укором. — Никак мириться собралась! Женщины! Сами не знают, чего хотят!

Его бурчание я напрочь проигнорировала, хотя к басу, что слышался мне, все еще привыкала. В комнате уже проветрилось, так что дышать можно было свободно. Правда, некий зловонный аромат из котла все же исходил. Себастьян поморщился, но содержимое в бочку перелил.

— Я могу забрать бочку к себе, — видимо, сжалился надо мной мужчина.

— Не стоит, — ответила я, и мы оба замолчали. Не молчал только аух. Он хрустел проклятыми яблоками. — Вам, наверное, уже спать пора.

— Я не устал, — нагло улыбнулся герцог одним уголком губ.

— Зато я устала, — прошла я к двери, уверенно распахивая ее. — Доброй ночи, герцог де Зентье.

— Доброй ночи, госпожа Сайра, — после паузы попрощался Себастьян, но нехорошие мысли витали в воздухе даже после того, как я заперла за мужчиной дверь.

— М-да-а-а… — протянул Тучка, выражая наше общее мнение.

Спать этой ночью я так и не легла.

Глава 6: Две ноги хорошо, а четыре еще лучше

До самого утра я размышляла над тем, что делать дальше. Не понравилось мне, вот совсем не понравилось выражение лица Себастьяна, когда мы с ним вчера разговаривали. Паникер во мне отчаянно призывал к бегству, потому что под замок я возвращаться категорически отказывалась.

Хватит! Действительно хватит слепо следовать за мужчинами, отдавая им в распоряжение свою жизнь. Честно говоря, я уже и не помнила, как это — быть самостоятельной. За несколько месяцев я так привыкла к Роме, к тому, что считала заботой, что и от герцога де Зентье неосознанно ждала того же контроля моей жизни, а теперь вкус свободы пьянил.

Постепенно я возвращала себе ту себя, которая точно знала, чего хочет и что будет делать, не завися от чьего-то мнения. Мне нравилось. Нравилось снова чувствовать себя человеком, хоть и в теле феи в этом странном сумасшедшем мире.

— Что? Бежим? — правильно понял мой настрой аух, видя, как я закидываю вещи в сумку. Уменьшенный в размере котел я тоже себе присвоила. Смешно зевнув в лапку, он перевел свой взгляд за окно, где занимался рассвет. — А как же феи и возмездие?

— Обойдемся без их подсказок, — пробурчала я, присаживаясь за стол, чтобы оставить послание. — Думается мне, что феи не только здесь наследили, так что найдем.

— Молодец! Моя девочка! Ну их к лешему, всех этих герцогов. Нам с тобой сейчас влюбляться никак нельзя. Еще учиться и учиться…

И нет, я не собиралась писать о том, что уезжаю или как-то оправдываться. Мое послание касалось исключительно бочки, а точнее ее содержимого. Отвар, если верить ауху, вытянет магию из восставших мертвецов, но для того, чтобы все прошло хорошо, сначала их нужно было как-то обезболить. Об этом и писала. Раз меня не будет, то способ обезболить бедолаг они должны придумать сами.

— Пойдем, — кивнула я, поднимаясь из-за стола, и Тучка мигом проскакал по полу, запрыгивая мне на плащ.

Дверь открывала уверенно, ни капли не сомневаясь в своем решении. Вот оставлю записку через хозяина постоялого двора — и в путь, но в мои планы снова вмешался герцог де Зентье. Я чуть не столкнулась с ним в дверях, тогда как мужчина стоял с занесенной для удара рукой. Никак стучать собирался.

— Вы уже встали? Отлично. Я заказал нам завтрак, — произнес Себастьян, пропуская меня вперед.

— М-да… Вчера надо было линять, — прошептал аух мне на ухо и юркнул под плащ. — Чувствую, что это надолго. Если что, я спать.

— Вы останавливались здесь? — уточнила я, спускаясь по ступенькам.

— Пришлось. Здесь гораздо спокойнее, чем в академии. А вы… Путешествуете одна?

— Приходится. Я же говорила, на меня и моих людей напали в дороге.

— И вам совсем не страшно?

— Путешествовать? Это интересно. Каждый день что-нибудь новое.

На этом наша беседа ненадолго угасла. Завтрак уже стоял на столе, когда мы спустились, так что, не теряя времени, я к нему приступила. Пока ела кашу со свежими булочками, размышляла над тем, как незаметно скрыться от герцога, но оставлять меня одну он явно не желал.

Безотлагательно поднявшись за бочкой, повел через город в академию. Утро встретило нас ярким солнцем и свежестью, ароматами сдобы и спешащими по своим делам горожанами. Пожалуй, я бы запросто могла здесь жить, если бы не одно но…

— О чем думаете, госпожа Сайра?

— О том, не тяжело ли вам тащить бочку. Может, извозчика поймаем? — покосилась я на мужчину.

— Беспокоитесь обо мне? Приятно, — улыбнулся Себастьян.

— Не льстите себе. Я за отвар переживаю.

Ускорив шаг, я попыталась увеличить расстояние между нами, но герцог легко догнал меня. Шел как ни в чем не бывало, а к его губам так и приклеилась странная усмешка. Снисходительная, я бы сказала, но что я знала о герцоге де Зентье?

Так в каком-то уютном молчании мы и дошли до академии, где нас уже ждал мастер. При свете солнца идти на кладбище было совсем не страшно. Даже вчерашний лес мне показался красивым, живым, а вот вчерашние мертвецы наоборот. В свете костра они выглядели не так ужасно.

— Мама… — прошептала я, глядя на серые лица и живописные внутренности.

— Поздно без чувств-то падать, госпожа специалист, — усмехнулся старик половинкой рта. — Шо делать-то нам?

— По своим местам ложитесь, — придушенно пискнула я, неимоверно злясь на потешающихся мужчин.

Мастер и герцог стояли в двух шагах от меня и откровенно смеялись над моей реакцией. Даже Сент, вызвавшийся в помощники, улыбался.

— А вы, пожалуйста, пока не подходите, — обратилась я к шутникам. Не хватало еще, чтобы они увидели, как я пыльцой пользоваться буду.

— Колдовать будете? — поинтересовался герцог.

— Не без этого, — важно кивнула я, направляясь к могилам.

Я останавливалась у каждой ямы. Осторожно приседала на корточки и посыпала живых мертвецов чуть зеленоватой пыльцой. Опадая, блестки неизменно впитывались в их тела и кости. Лица разглаживались, становились умиротворенными. Я догадывалась, что они испытывали боль от этого подобия жизни, и, к сожалению, нашла подтверждение своим мыслям.

Жестокость фей поражала.

— Все готово. Теперь ваша очередь, — вернулась я к мужчинам. — Смотрите, чтобы отвара хватило на всех.

Черпая отвар ковшом, герцог и мастер ходили по кладбищу. Бочку за ними носил Сент, вызвавшийся именно для этого. Парень так смешно пыжился и краснел, что невооруженным взглядом было видно, насколько ему тяжело, но желание поучаствовать в таком интересном деле, наверное, было сильнее.

Себастьян, конечно, когда бочку нес, лицо держал.

— Если мы собираемся сваливать, то сейчас самое время, — вылезла из-под плаща Тучкина голова, упорно намекая мне подмигивающим взглядом в сторону тропинки.

Заметив, что на меня действительно никто не смотрит, я, не оборачиваясь, сделала шаг. Потом еще один и еще, пока кладбище окончательно не скрылось за деревьями. Через двор академии некромантов не бежала, чтобы не привлекать лишнего внимания, но шла при этом быстро, уверенно.

У меня был план. Очень хороший план, к воплощению которого я и приступила.

Кто лучше всех в таких городках знает о проблемах и последних новостях? Правильно, правоохранительные органы. Ну или высшая власть. В общем, я пошла искать стражу, а точнее, здание, в котором они находились.

Поплутав по улочкам и разорившись на еще одну корзину яблок, потому что «Растущий организм кормить нужно», мы таки вышли на стражников. Встретили их у торговых рядов, где отчего-то собралась тьма-тьмущая народу. Протолкнуться было нереально, так что на разведку я отправила ауха, а сама встала в стороне, высматривая, к кому бы прицепиться с вопросами.

И я уже даже нашла одиноко стоящего стражника. Даже приветливо махнула ему рукой и улыбнулась, подключая все имеющееся обаяние, когда…

— Госпожа ведьма, а вы почему ушли? — раздалось аккурат за моей спиной.

А я… Как от яблока откусила, так и подавилась. Слезы брызнули из глаз. Я закашлялась. Тяжелая ладонь опустилась мне на спину настолько неожиданно, что я согнулась пополам, но зато от яблока избавилась.

— Водички? — учтиво предложили мне, протягивая флягу.

— Спасибо, — задушено пискнула я, опираясь рукой о стену ближайшего дома.

— На две минуты тебя оставить нельзя! Он что? Пристает к тебе? — взобрался Тучка по моему плащу, усаживаясь мне на плечо.

— Нет, — ответила я ауху.

— Что, простите? — переспросил Себастьян, подавая мне руку, чтобы помочь выпрямиться, но этот жест доброй воли я проигнорировала, помня, что нельзя никому давать касаться запястья.

— Говорю, что ушла, потому что мне уже пора. Вы же помните, у меня есть еще один заказ.

— Но вы так и не потребовали плату. Разговор был об услуге.

— Все, что меня интересует, я уже нашла сама… — обернулась я, чтобы убедиться, что выбранный мною стражник стоит на том же месте. И каково же было мое удивление, когда я увидела рядом с мужчиной некроманта. — А о чем ваш друг разговаривает со стражей?

— А о какой услуге шла речь? — не желал сдаваться Себастьян, сверкая своими синими очами.

Странно было видеть его не в камзоле и без всей этой мишуры вроде колец и цепочки, что пряталась под белой рубашкой. Нет, рубашка сейчас на нем тоже имелась, но какая-то простая, что ли, под стать неприметным черным штанам и высоким сапогам. Даже темный плащ был максимально простым, без отделки и вышивки. Так и не скажешь, что передо мной стоит герцог.

Смерив мужчину красноречивым взглядом, я обошла его по дуге и направилась к парочке стражник-некромант.

— О, госпожа специалист, и вы здесь, — обрадовался мастер мне как родной. — Спасибо, Скат. Мы обязательно разберемся в этом деле. Феи получат по заслугам.

— Надеюсь, мастер Алеро. Девчонок жалко, совсем же молодые, — торопливо кивнул стражник и направился в толпу, унося вместе с собой и мой шанс узнать что-либо.

Смерив красноречивым взглядом и некроманта, я поспешила догнать свой шанс. Судя по тому, что я успела услышать, про фей этот стражник кое-что знал.

— Госпожа ведьма, куда же вы? — окликнул меня Себастьян, но я уже просачивалась через толпу, чувствуя, как медленно, но верно мне оттаптывают ноги.

— И вот чего их принесло? — прошипела я сквозь зубы, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Так за лошадьми, наверное, пришли. Тут аукцион сейчас будет. Посмотри, какие красавцы! Говорят, эльфийской породы.

— Кто говорит?

— Торговцы.

— А люди что говорят?

— А люди таких в глаза не видели, но вот что я тебе скажу, недоучка моя. Брешут торговцы, полукровки это.

— А ты откуда знаешь? Откуда ты вообще все знаешь?

— Так я же аух, — пожал белк плечами, но мне это абсолютно ничего не дало. — На одном и том же дереве все мы рождаемся и навсегда с этим деревом связаны. Что видит один, то узнают все, кто потом рождается. А иначе какие из нас помощники, если нас самих учить нужно? Эх, ты. Неуч, как есть неуч.

— Попрошу до оскорблений не…

Я не договорила. Добравшись до невысокого забора, которым была огорожена небольшая территория, я так и замерла с открытым ртом, безвозвратно влюбившись в черного красавца. Это была любовь с первого взгляда… В коня.

И уже как-то было совсем наплевать, что полезла я в толпу вслед за стражником, который должен был указать мне путь. И не волновало меня, что с лошадьми у меня взаимная нелюбовь, а доверить свое тельце я могу разве что пони. Все оказалось неважным.

— Я его хочу, — выдохнула я, во все глаза разглядывая черногривого красавца.

Конь в принципе весь был черным. Черные бока лоснились на солнце, шикарная грива даже с виду казалась мягкой на ощупь, а густой хвост так и требовал, чтобы его расчесали. А морда какая… Умная, но в то же время видно, что с характером. Свой характер конь сейчас и показывал, то и дело вставая на дыбы.

— Госпожа ведьма, я бы вам не советовал. Не каждый мужчина способен усмирить пыл полукровки. А уж учитывая, что без стремянки вы на него даже не заберетесь… Зачем он вам? — спросил Себастьян, но я на него даже не взглянула.

— О женщина! Твои мозги съели мертвяки? — заорал Тучка мне на ухо.

— Госпожа Сайра, вы куда? — попытался Алеро ухватить меня за плащ, но я уже подтянулась на руках, перекинула ноги через забор и спрыгнула вниз в импровизированный загон.

Я и сама не могла объяснить, куда я. Меня вел какой-то детский восторг, желание, противостоять которому не хотелось совершенно.

— Госпожа, не подходите! Он у нас буйный! — окрикнул меня мужик, что пытался угомонить коня.

— Опомнись, мать! Нам еще учиться и учиться! — орал аух, тряся меня за плечо, на котором висел.

Но нет. Остановить меня сейчас мог разве что бульдозер. Он, к слову, попытался. Не бульдозер, конечно, а герцог де Зентье, возникший передо мной словно черт из табакерки, но было уже поздно. Я уже встретилась взглядом с черным глазом коня.

— Сайра!

— Тихо, тихо, мальчик, — счастливо улыбнулась я, глядя очень сильно снизу очень сильно вверх. — Никто тебя тут не обидит. Какой красавец, какая у тебя грива, — выдохнула я восторженно, огибая Себастьяна по кругу.

Услышав мои слова, конь насторожено замер, прекратив вырывать поводья. Уши его подрагивали, будто он действительно прислушивался ко мне. Это же сколько в нем силы, раз торговец тянет кожаный ремень, а этому хоть бы хны.

— Здравствуй, — поздоровалась я, не зная, что еще сказать.

Больше конь не стоял. Мотнув огромной головой, он в два шага оказался рядом со мной, утаскивая вслед за собой и упирающегося торговца. Силы явно были неравны.

— Если о себе не переживаешь, то хоть обо мне побеспокойся! У меня сердце сейчас остановится! — самым натуральным образом заверещал белк, когда огромная морда с любопытством склонилась надо мной.

— А у меня яблочко есть. Хочешь? — очень медленно потянулась я к сумке, чтобы так же медленно достать остатки роскоши, до которой еще не добрался аух.

— Мои яблочки! — горестно пискнул аух и таки скрылся под плащом. Только трясущийся хвост и остался.

— Возьми, — протянула я фрукт на раскрытой ладони, но сразу конь к трапезе не приступил.

Постоял, подумал, то на меня покосился, то на яблоко, которое ему было только на один зуб. Хрум — и нет яблочка. Лишь влажный след на ладони остался.

— Сколько он стоит? — поинтересовалась я у торговца, не сводя взгляда с коняхи.

— Так аукцион, госпожа. Кто больше предложит, — широко улыбнулся торговец, судя по всему уже подсчитывая прибыль.

— А если без аукциона? — спросил Себастьян, о котором я уже забыла. Оказывается, все это время он стоял совсем рядом. Буквально плечо к плечу, если бы я была повыше.

— Сто золотых! — не раздумывая ответил мужчина, а я…

А я очень сильно расстроилась, потому что таких денег у меня не водилось. Были бы — я бы купила. Последнее бы отдала, но… Подленькая мысль украсть скакуна появилась и тут же исчезла, потому что неправильно это, даже если очень сильно хочется.

И вот я смотрела на торговца. Себастьян, тоже, видимо смотрел на торговца. А торговец, в свою очередь, на нас, так что пропустил тот момент, когда зубы коняхи оказались на его плече, тогда как в руках повисли пожеванные и погрызенные поводья с остатками удила и уздечки на земле.

— Так сколько, вы говорите, стоимость? — усмехнулся Себастьян, а я просто была поражена.

— Сто… Ы… девяносто? А… Восемьдесят? — скидывал цену торговец, в ужасе глядя на лошадиную морду. Морда, к слову, явно торговаться умел, потому что зубы не размыкал. — Да это же грабеж среди бела дня! Люди добрые! — попытался мужчина призвать к помощи хоть кого-нибудь, но собравшиеся смеялись не меньше нашего. — Да это же чистокровный эльфийский жеребец!

— Он полукровка, — вякнула я как бы между прочим.

— Пятьдесят золотых, и мы его забираем, — отойдя от хохота, подошел к нам мастер Алеро.

— У меня нет пятидесяти золотых! — шепотом поведала я. — Я наберу от силы сорок!

— А это и будет наша плата за вашу услугу, госпожа ведьма, — совершенно серьезно отметил герцог де Зентье. — Половина коня за уже оказанную, а вторая половина за помощь, которую мы у вас попросим.

— Опять? — громко воскликнула я.

— Не кричите, — улыбнулся мастер. — Для вас это будет легче легкого.

И вот я бы, возможно, и отказалась. Раз половина за уже оказанную помощь, то вторую я вполне могла бы оплатить монетами, но тут из-под плаща подал голос аух:

— Соглашайся, дура. Чистокровные эльфийские кони на дорогах не валяются! Даже за пятьдесят золотых!

— Что от меня требуется?

Рядом с загоном мы все же задержались. Дождавшись, когда начнется аукцион, мужчины купили себе двух коней, которые от моего совсем немного, но отличались. Ростом были поменьше, хвост и грива казались не такими густыми, но масть красивая. Герцог выбрал себе чисто-белого жеребца, а некромант отдал предпочтение черному.

Пока они расплачивались, я все думала над тем, что торговца мы все же фактически ограбили, но совесть мою подлечил Тучка, догрызающий последнее яблоко.

— Ты это не того, поняла? — хрустела эта голубая зараза, набивая щеки. — Считай, доброе дело сделала. Если бы герцог его не купил, его бы никто сегодня не купил. Ты же видела, какой он своенравный? То-то и оно, что никому мучиться не захотелось бы. А значит, таскали бы его торговцы за собой еще неизвестно сколько, пока такую же ненормальную не нашли. Что? — выпучил Тучка глаза, будто совсем не понимал, чего это я на него смотрю в упор.

— Все-таки быть тебе тараканом, — медленно произнесла я, давая ауху прочувствовать надвигающуюся угрозу.

— Да что я-то? Что я? Я же о тебе беспокоюсь! А если бы он тебя копытом того? Хоронили бы нас с тобой сейчас на том самом кладбище. И вообще, я тебе боевой дух поднимаю.

— Совесть ты мою заткнуть пытаешься, — улыбнулась я. — Неправильное только у тебя добро какое-то получается.

— Очень даже правильное, — нырнул белк мне под плащ и высунул морду, чихнув от рыжей кудряшки, попавшей ему по носу. — Просто иногда добро должно быть с кулаками. Ну или с зубами.

— Госпожа Сайра, — окликнул меня Себастьян, и я обернулась, готовая внимать, но вместо объяснений мне вручили небольшой пакетик, в котором лежали орешки.

— Я не просила, — решила отвергнуть я неожиданный презент.

— А это и не вам, а вашей белке. — Кулек тут же был сцапан пронырливой лапкой и запрятан под плащ. — Вот это вам. С мясом, — вложил он мне в руку булочку, обернутую промасленной бумагой.

— Спасибо, — кивнула я, и рот тут же наполнился слюной, так что отказываться было глупо. От завтрака давно одни воспоминания и остались. — Так вы расскажете, какая именно помощь вам нужна?

— Лично мне никакой, но недалеко отсюда, на подходе к Айзену, есть деревенька, в которой феи тоже отметились. Нам с Алеро в любом случае мимо проезжать, так что было бы неплохо заехать.

— Снова кладбище?

— Увы, нет, госпожа ведьма. На этот раз пострадали живые люди. Но обо всем по порядку. Разве вам неинтересно, кого воскресили феи на кладбище?

— И кого же?

— Не здесь. Предлагаю обо всем поговорить за обедом в академии. Вы же не будете против пообедать с нами?

Упрямство во мне с удовольствием бы отказалось, но мне действительно стало любопытно узнать, из-за чего произошел весь сыр-бор. Да и побольше о новом задании разузнать было бы неплохо. У стражника-то я так ничего и не выведала, так что вариантов других не видела. Если они за обедом еще и проболтаются, куда направляются, будет вообще идеально.

— Мне тоже нужно в Айзен, — проговорила я как бы между прочим. — Мы коней забирать будем?

Коняшек мы все-таки забрали, но до самой академии вели их под уздцы. Я вдруг вспомнила о том, что в седле держаться для меня мука, а мужчины уповали на необходимость сначала проверить все крепления и как следует затянуть подпруги. То, что седла шли к коням в подарок, конечно, хорошо, но лучше, как говорится, перебдеть.

Академия в свете дня казалась все такой же страшной, серой и пустой, несмотря на то, что по дорожкам перед зданием ходили ученики, а у памятников под руководством седовласого старца некроманты кого-то пытались поднять.

Не без настороженности я смотрела и на горгулий. Каменные статуи хоть и не подавали признаков жизни, но об их возможностях я еще помнила. Рука моментально заныла, стоило мне вспомнить мое фееричное здесь появление.

Внутреннее убранство тоже мало чем отличалось. Помещениям явно не хватало света, и даже настенные канделябры дело не спасали. Стены оставались серыми, мрачными и холодными, но антураж все же разбавляли бордовые ковровые дорожки и прямоугольные гобелены с разного рода изображениями. Больше по дороге в столовую, что находилась на первом этаже, ничего примечательного мне не встретилось, если не считать примечательными бледных учеников.

Правда, прежде чем войти в учебное заведение, мне пришлось серьезно поговорить со своим скакуном. Черногривый ни в какую не хотел идти за конюхом, но обещанная корзина яблок сделала свое дело. Если так дальше пойдет, скоро во всех человеческих королевствах благодаря двум троглодитам яблок не останется.

— Сюда, пожалуйста, госпожа Сайра, — отодвинул Себастьян для меня стул, пока некромант отправился на кухню, откуда просто невообразимо тянуло жареным мясом.

— Теперь-то расскажете?

— О чем именно? — сделал мужчина вид, будто меня совсем не понимает, но, коротко улыбнувшись одним уголком губ, все же сдался: — Местный торговец умер с неделю назад. Все его имущество досталось жене и дочери, но самые главные свои ценности он хранил в сейфе, и как открыть его, дамы не знали. Ни магией его не брало, ни плавка никаких результатов не дала. Так и стоял запечатанный, пока феи в городе не появились. Вы знаете что-нибудь об артефакте «Чаша Желаний»?

— Кажется, что-то слышала, но сейчас уже не вспомню, — задумчиво проговорила я, водя пальцами по белоснежной салфетке, что лежала на столе.

— Этот артефакт позволяет исполнить любое желание, но только один раз. Использовать его может лишь фея, однако феи предпочитают, прикрываясь могущественным артефактом, исполнять желания заказчиков самостоятельно, чтобы иметь возможность зарабатывать на этом. Собственно, вы уже видели, к чему это приводит. Воскресив торговца, феи забрали свою плату и скрылись, а счастливые мать и дочь получили наконец-то информацию о том, как открыть сейф, но от воскресшего мертвеца как избавиться — не знали. Так и прятали его в доме до прихода некромантов и стражи.

— А сейчас с ним что? — уточнила я, потому как любопытно же, каким именно образом феям удалось невозможное.

— Находится здесь, в академии, в качестве подопытного по своему согласию. Разлагаться он не разлагается, сердце работает, голова тоже, но пациент скорее мертв, чем жив — крайне низкий метаболизм. Некроманты должны знать, что и такое может встретиться на их пути. Они должны быть к этому готовы, хотя, конечно, благодаря вам мы знаем, что без ведьмы в такой ситуации не обойтись.

«Без феи», — хотела поправить я, но вовремя прикусила язык. Считают ведьмой? Мне же на руку. Я с ними уж точно спорить не собираюсь. Я же не вру — они сами так решили и в свои слова поверили, а я просто не отрицала, но и не соглашалась с этим сомнительным фактом.

— И что же дальше? Я имею в виду, как добираться будем до деревни?

— Верхом, — ответил некромант, подсаживаясь к нам. Бледнолицый юноша расставил перед нами тарелки и приборы и снова умчался на кухню. — Путь неблизкий, придется ночевать в лесу, если отправимся в ближайший час, но лучше так, чем терять половину дня. Обряды проведут завтра днем, и к этому времени мы уже будем в деревне.

— Какие обряды? — прожевав хлеб, поинтересовалась я.

— Брачные, — угрюмо пояснил Себастьян, отрезая кусок от прожаренного стейка. — Местный староста своим сыновьям невест купил.

— В каком смысле купил? — не сообразила я.

— К сожалению, в самом прямом. Информацию, конечно, еще нужно проверить, но матеря говорят, что девушек словно заколдовали, одурманили. Ничего не слышат, ничего не видят, кроме женихов своих, хотя раньше совсем на них не смотрели. Под силу вам такое исправить, госпожа ведьма?

— Пока не знаю, — пожала я плечами. — Будем разбираться на месте. А теперь извините, за едой я не разговариваю.

И я приступила к поглощению стейка, нападая на него так, будто сто лет в глаза мяса не видела. Овощи тушеные тоже ела — понимала, что в дороге мы навряд ли нормально поедим, так что отъедаться нужно было впрок.

Только вот как я верхом-то поеду? Да что там поеду! Где взять стремянку, чтобы забраться на коня? Не с собой же ее возить!

Ответ на этот вопрос я получила очень даже скоро. Моей стремянкой стал герцог де Зентье, на плечо к которому мне пришлось забраться. И вот кто бы знал, чего он в этот момент так улыбался?

— Знаешь, Сандра, а по-моему, он на тебя запал, — задумчиво прокомментировал мой резкий взлет белк, едва не грохнувшийся вниз с моего плеча.

— Тогда это обидно вдвойне. При живой-то жене, — прошептала я, поправляя плащ. Глянув вниз, я вдруг поняла, что смотреть буду исключительно вперед — от греха подальше.

— А давай ему отомстим? — оживился Тучка, заползая под плащ. — Влюбим в себя и бросим. Вы же, женщины, это умеете.

— Плохая идея, — ответила я, осторожно трогаясь с места.

И да, это была самая ужасная идея. В этом я убедилась уже этой же ночью.

Глава 7: И в горе, и в радости

Путь действительно оказался неблизким. К вечеру я уже проклинала все на свете и была готова идти пешком, лишь бы хоть ненадолго изменить позу. Попа горела нещадно. Ноги…

Чувствовала, что колесом они так на всю жизнь и останутся. И даже примерное поведение коняхи меня нисколько не радовало. Впрочем, примерным он был исключительно тогда, когда получал в награду яблоки, которые приходилось делить на двоих. Я хоть и купила два мешка — их пристегнули прямо к седлу, — но запасы истощались очень быстро.

И ведь не спросишь же, когда уже привал. Выглядеть перед мужчинами вечно ноющим созданием не хотелось совершенно, так что, сцепив зубы, я упрямо держалась в седле. Чаще всего молчала. За весь путь я с мужчинами обменялась разве что парочкой фраз, а они, заметив, что я не горю желанием отвечать на вопросы, приставать перестали. Только время от времени между собой переговаривались, но подслушать удалось немного.

То, что они едут в Айзек, новостью для меня не стало. Заинтересовало другое. Например, что порталом в этот город точно так же попасть нельзя, потому что и здесь установлено какое-то защитное магическое поле, искажающее переход, а точнее конечную точку. Сделано это было в целях обороны, чтобы не подпустить врага близко к городу. Но вот какого врага?

На этот вопрос я ответа так и не услышала. Только поняла, что пешком или верхом в такие места попасть трудности не составляло. А еще, что немаловажно, я узнала истинную цель их путешествия. Мужчины направлялись к кому-то, чтобы попросить его о помощи. Большего, к сожалению, услышать не удалось.

Но шанс представился.

— Все. Здесь остановимся на ночлег, — скомандовал Себастьян, спешиваясь.

Я от радости чуть в ладоши не захлопала, но невозмутимую мину удержала. Даже бровью не повела, глядя вниз в сгущающихся сумерках. Думала над тем, как буду спускаться с коня. Хоть действительно лестницу с собой вози.

— Ты уверен, Ян? До деревни час-два пути. Может, все-таки продолжим путь? — засомневался некромант, осматривая небольшую поляну, огороженную деревьями-исполинами.

В этот момент я была бы совсем не прочь натравить на мастера своего коня. Нет, еще час-два пути я точно не выдержу. Да у меня весь тыл огнем горел! Еще как-то лечить себя незаметно для остальных предстояло.

— Уверен, останавливаемся здесь, — тоже что-то прикидывал герцог, глядя на деревья. — Если явимся сейчас, то помочь по темноте навряд ли сможем. Только всю деревню перебудим, а нам бы лучше выспаться. Госпожа ведьма, посидите минутку.

— Это еще зачем? — вскинулась я, потихоньку сползая с коня вниз.

Собственно, вскинулась очень даже зря, мигом теряя хрупкое равновесие. Полет был фееричным, но встретиться с травой лицом мне не дали. Чужая магия подхватила незримо и мягко, давая мне возможность славировать на ноги.

— Спасибо, — вынужденно произнесла я, старательно отводя взгляд. — Ну что? Спокойной ночи? Чур, вот эти кусты мои.

— Кусты? — изумился некромант на мгновение, но на его бледном лице тут же появилось понимание. — А-а-а… Вы идите, госпожа ведьма, а мы пока шатер установим. Только далеко не отходите. Местность здесь болотистая.

Теперь сомнение явно поселилось в моих глазах, но ни уточнить, ни объяснить своих намерений я не успела. Так как поляна находилась буквально в десяти шагах от дороги, то звук копыт все мы расслышали отчетливо и одновременно.

— Фу-у-ух! Хорошо, что успел, мастер! — радостно спрыгнул на землю Сент, чтобы ухватить свою лошадку под уздцы. Молочного цвета кобыла явно перла во весь опор, потому что выглядела сейчас как на последнем издыхании.

— Ты что здесь делаешь, Сент? Я разве не ясно сказал? Тебе с нами нельзя! — разозлился некромант, мигом забывая о коне, которого собирался привязать к дереву.

— Но я же не просто так, Алеро! Я вспомнил, что шатры твои походные прачке отдавал, и вот…

— Я для тебя мастер! — взбеленился некромант и… — Что ты сделал с шатрами?

— Прачке отдал. Но я привез тебе один, который уже успел высохнуть. А иначе бы на земле тебе спать, братишка.

Накрыв глаза ладонью, некромант тихонько взвыл. Тоненько так, заунывно, что совершенно не понравилось ни белку, ни коняхе. Мои животинки разом засобирались в ближайшие кусты, а так как я держала коня за поводья, то и меня за собой потащили.

Но мне-то было интересно дослушать! Так что кожаный ремешок я отпустила, оставаясь на краю поляны.

— Отлично, всего один шатер на троих. Ты гений, Сент!

— Почему это на троих? На четверых, — излишне жизнерадостно исправил парнишка.

— Ты с нами только до утра, — не повелся некромант, недовольно качая головой.

— Но почему?! Чем я хуже этой? — неожиданно махнул мальчишка на меня рукой. — Я, между прочим, тоже ведьмак! Я…

Мужчины как-то резко замолчали и настороженно уставились на меня. Оглянувшись по сторонам, я ничего такого страшного за своей спиной не нашла, так что вернула им взгляд. А что? Ну подумаешь, ведьмаки. Кому-то феей повезло родиться, а кому-то…

— Стоп, — произнесла я вслух. — Вы же некромант?

— Ну, Сент. С-с-спасибо… — прошипел Алеро, отбирая сумку, судя по всему, у своего младшего брата. — Три десятилетия конспирации впустую!

— Да ладно вам расстраиваться, — решила я приободрить мастера. — Я никому не расскажу.

— Вот и хорошо. Вот и замечательно, — обрадовался Сент. — Так что? Я за хворостом?

Мальчишку отправили не только за хворостом, но и в такие далекие дали, что я все-таки решила тоже ретироваться, чтобы поискать свою живность. Когда я уходила, мужчины расправляли шатер, о котором лично я не подумала. Из спальных принадлежностей у меня остались подушка и одеяло, а об остальном, будучи городской жительницей, я и не помыслила.

А ведь мне нужен такой шатер. Ну или палатка на крайний случай, потому что в поисках фей неизвестно, где мне еще придется ночевать. Конечно, одна я в лес навряд ли решусь зайти после встречи с теми лианами, но чем черт не шутит? Вдруг вариантов других не останется?

То, что Себастьян ведьмак, я уже знала раньше. Слышала от Матушки Тез, когда она ворвалась в его замок через портал. Конечно, ведьма по имени Сайра этого знать не могла, но я себя и не выдала. А то, что удивилась, так это некромант виноват. Я ведь читала, что ты можешь быть или магом, или ведьмаком. Так как так получилось, что ведьмак стал некромантом?

Еще и конспирация эта. Выходит, ведьмакам нужно прятаться? Но герцог же не прятался.

В общем, это было странно.

Свою живность я нашла буквально в нескольких метрах от поляны. Вы когда-нибудь видели, как белка выгуливает коня? А голубая белка эльфийского коня? Вот и я никогда не видела, но лицезреть посчастливилось. При этом мой аух еще и нотации коняхе читал!

— Вот я тебе и говорю: яблоки нужно жевать с толком, с расстановкой, а иначе какой в этом смысл? Вот ты яблоко проглотил, вкуса не почувствовал. С таким отношением ты и камни глотать можешь…

— С такой прожорливостью вам обоим скоро камни глотать придется, — рассмеялась я, глядя на свою живность, но тут же застонала, потому что болело все, что только могло болеть. — Вы меня не посторожите? Мне полечиться нужно.

— Если вы обращались ко мне, то конечно, — вдруг раздалось за моей спиной, и аух с коняхой резко превратились в просто животных, которые просто слоняются по лесу.

Оборачиваться не хотелось совершенно, но вариантов не было. Если я разговаривала не с герцогом де Зентье, то с кем? Не хотелось выдавать тот факт, что я могу общаться с аухом, потому что Себастьян о магических животных наверняка знал куда больше меня. Если он поймет, что Тучка аух, то и во мне фею распознает тут же.

— А к кому же еще я могла обращаться? — спросила я невозмутимо, на мгновенье обернувшись. Сделав вид, что задумалась, продолжила: — Вы не могли бы… Хотя нет, не нужно. Лучше я отойду подальше.

— Что у вас болит? Я мог бы вас вылечить, — сложив руки на груди, мужчина оперся спиной о ствол дерева.

— Да я сама в состоянии.

— Вам не придется раздеваться, — правильно понял мои сомнения Себастьян. — Что вас беспокоит?

Я невероятно стеснялась, когда пыталась объяснить свою проблему, но, слава богу, герцог понял меня с полуслова. Мне впервые довелось увидеть, как мужчина использует магию, и, честно говоря, так и не поняла, как ему удалось вылечить меня, при этом не прикасаясь ко мне даже пальцем, не произнеся ни слова. Наверное, вопросы так и читались в моих глазах, потому что ответы я получила.

— Впервые видите, как работают ведьмаки?

— Впервые, — кивнула я, ощущая, что от ноющей боли и дискомфорта ничего не осталось. Хотя нет, дискомфорт все же был, потому что в этой темноте стояла я к мужчине слишком близко. — Я даже не почувствовала вашей магии.

— Потому что магия Матери Природы везде и так или иначе все мы привыкаем сосуществовать рядом с ней. Ведьмаки используют ее силы в чистом виде, лишь направляя, не пропуская их через себя, а потому и влияние оказывают едва ощутимое. Только погода может испортиться.

Вскинув голову, я смотрела на то, как в сиянии луны раскачиваются кроны деревьев. Ветер усилился, откуда-то сбоку появилась темная туча. Погода явно портилась и вот-вот грозилась разлиться дождем.

— Это из-за вас? — спросила я почему-то шепотом.

— Скорее из-за вас, — ответил герцог, вынуждая с непониманием посмотреть ему в глаза. — Я ведь вас лечил. — Всего на миг на его губах появилась мягкая улыбка, но лицо мгновенно стало серьезным, поражая синевой, что сверкнула в глазах. — Сайра, я пошел за вами не просто так.

— Это я уже поняла, — проговорила тихо, чувствуя, как внутри все заледенело. И вот к испортившейся погоде мое состояние сейчас не имело абсолютно никакого отношения.

Ну нет. Он не мог меня раскусить. Себастьян не касался моего запястья. Да и я свое фейское происхождение никак не выдавала. Только сердцу этого не объяснишь. От страха оно колотилось, словно сумасшедшее.

— Вы ведь понимаете, что не можете распространяться о том, что сегодня услышали? Ведьмаки десятилетиями скрываются совсем не просто так. До сих пор на нас ведется охота.

— Но кто на вас охотится? Феи? — подалась я вперед, увлекаемая жаждой информации, мгновенно забывая о страхе.

— Не феи, госпожа ведьма. Люди. Те, кто желает получить раба с почти безграничными возможностями.

— Но разве это так легко — пленить ведьмака?

— Всегда найдется слабость, на которую можно надавить. Вам ли не знать? Охота на ведьм прекратилась не так давно. Потому мы и не встречаемся толком, тщательно скрывая свое происхождение и свою силу.

— Поэтому Алеро притворяется некромантом?

— И Алеро, и его младший брат, — кивнул Себастьян, а вокруг нас стало совсем темно.

— А вы? Кем притворяетесь вы?

— Магом воздуха, — ответил мужчина после некоторой паузы, будто раздумывал: говорить или не стоит?

Сильный порыв ветра ударил мне в спину, вынуждая покачнуться. Упершись ладонями в грудь Себастьяна, я устояла на ногах, но оказалась слишком близко к мужчине. Его руки поддержали меня за талию, и я ощутила их тепло даже сквозь ткань рубашки и плаща.

Опасная близость.

Рвано выдохнув, я попыталась отстраниться, но меня удержали на месте. Смотрели глаза в глаза. Всего какие-то сантиметры между нашими лицами, между нашими губами. Я даже дыхание его ощущала. Запах пота, лошади. Должно быть, и от меня пахло совсем не цветами.

Если он меня сейчас поцелует, я его ударю.

Эта мысль пришла в голову совершенно внезапно. Оказалось, что мне было не все равно. Далеко не все равно. Сейчас самая настоящая обида всколыхнулась в моей душе. Вот так люди и женятся, придерживаясь не своих желаний, не чувств, а пресловутого «потому что так надо».

Впрочем, так же внезапно этот странный миг и рассеялся не без участия Сента.

— А что это вы тут делаете? — нахмурился парнишка, а до нас долетел небольшой светлячок.

Этот светлячок вырвал из темноты не только нас с Себастьяном, но и осветил все ближайшие кусты и деревья. Вновь попытавшись отойти, сделать этого не смогла. Зато смогла повернуться боком, скрывая полыхающие щеки и обнаруживая интереснейшую картину. В двух шагах от нас прямо на траве лежали мой конь и мой аух. Причем второй нагло трескал яблоки, не забывая подкармливать первого.

— Вы продолжайте, продолжайте, — милостиво разрешил мне Тучка, поближе подтягивая лапой опустевший мешок. — Такие откровения! Такой накал!

— Таракан, — произнесла я одними губами, но белк меня понял.

— А мы что? Мы ничего. Мы вообще на поляну собирались…

— Я не вовремя, да? — между тем раздалось за моей спиной, и именно этот вопрос напомнил мне о насущном. Сделав шаг вперед, я избавилась от удушающих объятий, подняла на руки ауха, забрала коня и прошествовала мимо парнишки. — Если что, меня Алеро послал.

На поляне уже действительно было все готово. В центре ярко полыхал костер, рядом с которым расставили найденные где-то неподалеку бревна. Над костром прямо в воздухе висели котлы, в которых, судя по запахам, варилось что-то вкусное. Чуть сбоку от костра стоял шатер — небольшой, но спать нам в нем предстояло вчетвером.

Алеро устанавливал тент для коней недалеко от шатра.

— Ну как прогулялись? — насторожено спросил некромант, закрепляя ткань.

— Если вы о том, чтобы я никому не рассказывала о вашем секрете, то удачно, — съязвила я, заводя своего коняху под тент.

Привязав ремень к широкой ветке, ни на кого не глядя пошла к костру. На поляне воцарилось молчание, прерываемое лишь шумом ветвей и треском костра. Честное слово, не хотела срываться на кого бы то ни было. Мастер просто попался под руку, тогда как злилась я исключительно на Себастьяна.

Поскорее бы добраться до деревни. Вот выполню задание и отправлюсь на все четыре стороны. Такая близость к герцогу уже становилась опасной. Опасной в первую очередь для него, потому что за себя я не ручалась.

Ужин был простым, но сытным. Сент приготовил неплохое жаркое из продуктов, что приволок с собой. К своей поездке он приготовился основательно, собираясь и дальше продолжить путешествие вместе с братом, но некромант был непоколебим, так что спать мальчишка отправился раздосадованным.

Достав из наплечной сумки одеяло и подушку, я под изумленными взглядами расположилась в самом дальнем углу шатра. Учитывая, что шатер вполне можно было прировнять к просторной палатке, улеглись мы буквально нос к носу. Причем Себастьян лег рядом со мной.

— Госпожа ведьма, вы подумали, как девиц спасать будем? — обратился ко мне Алеро несколько минут погодя.

— Подумала, — отозвалась я, едва сдержав тяжелый вздох. Максимально отодвинувшись от герцога, прижималась к самому краю шатра, чувствуя себя несколько неудобно. Хорошо, что Тучка был тут как тут, примостившись между мной и мужчиной. — Мы их замуж отдадим.

— Зачем? — удивился герцог, накрываясь тонким одеялом.

— Неправильный вопрос. Не зачем, а за кого. За вас троих, разумеется. Раз — и проблема решена.

Молчание затягивалось. Мужчины явно переваривали услышанное, а Тучка просто тихо смеялся, уткнувшись мордой в мою подушку. Я тоже злорадствовала, старательно пряча улыбку. Нет, ну а что? Они же просили помочь решить проблему? Чем не решение?

— Госпожа Сайра, а не могли бы вы… — старательно подбирал Себастьян слова.

— …Придумать что-нибудь менее экстравагантное? — закончил за него некромант, усевшись в темноте шатра. — Я, конечно, понимаю, что ведьмы вредные от природы, но…

— …Но жениться я не буду! — ворвался в разговор Сент.

— Ты утром вернешься обратно в академию, — напомнил Алеро.

— Так на ком там, говорите, жениться надо?

Мне оставалось только тихо посмеиваться над мальчишкой. Конечно, по дороге сюда мы с Тучкой думали над тем, как решить вопрос. Вариантов было несколько.

Первый: если девушки не владеют никакими чарами, то снова воспользоваться отваром из балгурии, просто вытянув из них чужое волшебство, но балгурии могло и не оказаться в деревне, так что был и запасной план — просто посыпать их пыльцой, что залечивала любые раны.

Так как феи повлияли на их сознание, то вмешательство в рассудок вполне можно было бы назвать болезнью, которая, по идее, лечилась как раз пыльцой.

Ничего третьего придумать пока не удалось, потому что под взглядами мужчин книги я достать так и не решилась. Наверняка герцог их сразу узнает, а этого я допустить не могла. Вот и приходилось искать уединения, но в него раз за разом вмешивались окружающие. Например, как сейчас.

Только я собиралась выйти из шатра, как за мной следом поднялся и Себастьян.

— Я до кустов, — шепотом произнесла я, стараясь никого больше не разбудить.

— Я провожу, — невозмутимо ответили мне.

Естественно, идти в кусты я не собиралась. Хотела под покровом ночи тихонько полистать книжки, но этой радости меня лишили, так что пришлось немного пошуршать. И вот только я пристроилась…

— Я хотел извиниться перед вами.

— Вы вот прямо здесь и сейчас об этом вспомнили? — зло отозвалась я, отгоняя от себя комаров. Комары, к слову, были не меньше, чем с кулак. Удивительно, что раньше я их не видела.

— Я понимаю, что вы злитесь на меня.

— Какой вы понимающий!

— Вы напоминаете мне одну женщину…

Тут-то я и прекратила шуршать. Даже замерла, прислушиваясь, что же там последует дальше. Назойливый комар со своим «Бз-з» был беспощадно прихлопнут, но дальнейшего откровения не последовало. Видимо, герцог решил, что эта фраза должна была его как-то оправдать.

Зря. Очень-очень зря.

— А вы напоминаете мне бесчестного человека, — вылезла я из кустов и прошла мимо Себастьяна.

В шатер мы вернулись по отдельности, но уснуть я смогла нескоро. Все вертелась с боку на бок, пытаясь успокоить собственную злость. Да только она не исчезла даже тогда, когда я забылась сном.

Хотя нет, неправильно. Когда я снова оказалась в чужом сновидении.

Снежная поляна пребывала в какой-то своей особенной тишине. Крупные белые хлопья тихо оседали на землю, а темные ветви почти не двигались, закрывая собою часть неба. Я сидела прямо на снегу, закутавшись в темно-синюю дубленку с мехом, но больше эти пейзажи меня не радовали.

— Привет, — ожидаемо раздалось за моей спиной.

Я не ответила. Так и сидела, глядя на зиму, что бушевала и в моей душе.

— Мне передали, что ты хотела со мной поговорить, — произнес Себастьян, что сидел где-то рядом, но меня не касался.

— Вам соврали, — буркнула я без особого энтузиазма. — Если это все, то верните меня обратно.

— А если не все?

— То все равно верните. Мне не о чем с вами разговаривать.

— Обижаешься, — не спросил, констатировал факт. — Впрочем, тебе есть на что обижаться.

— Конечно, есть! — резко развернулась я, но никого не нашла. Обернувшись по сторонам, смотрела на бескрайнее поле и не видела никого вокруг. — Вы где?

— Здесь, — ответили за моей спиной. — Везде. Это мой сон и мои правила.

— Боитесь, что я на вас накинусь? — совсем невесело усмехнулась я.

— Скорее, наоборот, но сейчас это неважно. Я не буду спрашивать, почему ты ничего не рассказала мне с самого начала. Я знаю все твои ответы.

— Вы не можете отвечать за меня, — возразила я.

— Тогда расскажи. Расскажи, зачем ты пришла в мой дом?

— Зачем сейчас это обсуждать? Вы же уже все решили, — поднялась я на ноги, стряхивая снег с дубленки. — Не выслушали, не поговорили, но сделали выводы и вынесли приговор. Я заложница в купленном вами доме, где слуги являются надзирателями. А еще я ваша жена, потому что так решили тоже вы. Вам не кажется, что вы слишком многое на себя берете?

— Куда ты пошла? — прокомментировал мужчина мое шествие в сторону леса.

— Подальше от вас. А то, глядишь, еще что-нибудь нарешаете…

— Сандра, здесь тебе некуда бежать.

В голосе Себастьяна чувствовалась улыбка, но она была скорее грустной, чем веселой. Я прекрасно понимала, что бежать мне здесь фактически некуда. Это его сон, его магия и его правила, но и сидя на месте я чувствовала себя словно на допросе.

Не хотела с ним говорить. После стольких дней, стольких мыслей, вопросов, что остались без ответов, я просто не хотела что-либо обсуждать и уж тем более оправдываться. Пыталась выбраться отсюда, мысленно напоминая себе, что это всего лишь сон, но мужчина, видимо, на этот раз хорошо контролировал чары.

Вот и оставалось мне брести вперед, вытаптывая на снегу дорожку из следов. И брела я до тех пор, пока герцог де Зентье снова не заговорил, материализуясь прямо передо мной.

— Я признаю, что я был не прав. Знаешь, Сандра, говорят, чтобы получить что-то большее, нужно пожертвовать малым. Мне казалось, что это верный принцип.

— И чем же пожертвовали вы? Совестью? — обошла я его по дуге, направляясь дальше.

Пристроившись к моим шагам, Себастьян продолжил:

— Не только совестью. Я виноват перед тобой. Каждый свой поступок я считал оправданным. Шантажировать тебя старым долгом отца, чтобы ты не могла уйти? Отлично. Насильно заключить брак, чтобы в случае моей смерти Анги осталась с тем, кто ее не предаст и кто сможет о ней позаботиться? Прелестно. Наговорить тебе гадостей, чтобы ты возненавидела меня и не оплакивала, если я не вернусь? Чудесно. Ах да, я ведь еще распорядился выкрасть и сжечь все твои вещи, чтобы ты не выделялась среди других кандидаток явными проблемами с финансами. Признаю, и это сделал я. Только это была забота. Пусть эгоистичная, пусть о себе, об Анги, о тебе, но забота. Я мужчина, Сандра, я не умею заботиться по-другому.

— То, что вы заперли меня в особняке, это тоже ваша забота? — спросила я вместо того, чтобы объяснить ему, что он не мужчина, а идиот. С огромным трудом удержалась!

— Именно она. Я запер тебя, как ты выражаешься, лишь потому, что пока не могу до конца тебе доверять. От тебя же я частично знаю твою историю. Попаданка в чужом теле. Ты долгое время находилась под влиянием фей, и хоть чары были наложены на кольцо, я не знаю, чего еще можно ожидать. Ты должна понимать, что я забочусь в первую очередь о безопасности своей дочери. Я не могу рисковать Ангилией, даже учитывая то, что Чаша Желаний уже находится у фей. Поэтому тебя не пускали в замок.

— Но ты мог прийти сам! — на эмоциях перешла я на ты, останавливаясь.

— Мог. — Взяв меня за руки, Себастьян большими пальцами погладил мои ладони и взглянул мне в глаза. — Но зачем? Чтобы пообещать тебе то, чего может и не быть? Сандра, я уехал не в путешествие. Я ищу новое пристанище фей, и я найду его, потому что Чашу Желаний необходимо забрать. В лучшем случае найти способ ее уничтожить, в худшем — спрятать, но сначала забрать. Из этой прогулки я могу не вернуться.

— Зачем вы все это мне говорите? Мне не нужны ваши оправдания, — вырвала я свои руки, намереваясь пойти дальше, но меня остановили. Непреклонно развернув к себе лицом, мужчина обнял меня, крепко прижимая к своей груди.

— Нужны, а иначе бы ты до сих пор не злилась. И это не оправдания, а объяснения, которые я должен был дать гораздо раньше. Прости меня, Сандра. Я надеюсь, что ты еще будешь счастлива и сможешь найти в себе силы простить меня. В том, что произошло, нет твоей вины. Ты ни в чем не виновата, — прикоснулся он губами к моему виску, согревая лицо дыханием. — И исправлять тебе тоже нечего. Прости, Сандра, но тебе в этой войне точно не место.

В ужасе распахнув веки, я попыталась вырваться из объятий, но чернота уже прервала сновидение. Потолок шатра исчез над головой. Из-под щеки пропала подушка, а меня в обнимку с аухом и сумкой закидывали в портал.

— Себастьян! — закричала я, но поздно.

Приземлившись прямо на кровать в своем особняке-тюрьме, я бурно выругалась, но еще громче и заковыристее ругался аух.

— Что, недоучка моя, поймали нас? Еще и коня эльфийского сперли! — сокрушался Тучка.

— Это мы еще посмотрим, — решительно отбросила я одеяло, в которое была закутана. — В конце концов, фея я или где?

Глава 8: Приключения феи

Себастьян, Герцог де Зентье.

Ему было легко сделать этот выбор за них обоих. Закинув Сандру в портал вместе с ее преобразившимся аухом, герцог де Зентье даже вздохнул с облегчением, потому что теперь мог за эту взбалмошную фею не переживать. Сейчас она точно не улизнет из-под надзора слуг — он об этом обязательно позаботится. Перебесится, покричит, возможно разобьет что-нибудь, но рано или поздно успокоится.

Поймет, что это не ее война.

Себастьян ни в чем ее не винил, хотя первое время и был зол на то, что она не рассказала все с самого начала, подставляя под удар в первую очередь Ангилию. Просто невозможно злиться на человека за то, что он наивен. И уж тем более нет смысла чего-то требовать от той, что и законов этого мира не знает.

Она здесь даже хуже Анги. Его девятилетняя дочь наверняка не пропадет в этом мире, случись что с ним, а Сандра…

То, что добралась живой и невредимой до академии некромантов, он уже считал настоящим чудом.

Хотя нет. Совсем немного, но герцог все же злился. Не на Сандру, не на то, что Чаша Желаний была так глупо украдена у него прямо из-под носа, и даже не на фей, хоть к ним у мужчины за последние годы и накопились весомые претензии.

Себастьян был зол на своего камердинера — человека взрослого, опытного, но вдруг поступившего безрассудно.

Зачем он послал Сандру вслед за мужем? Зная о том, какие опасности могут подстерегать ее на этом пути, зная о том, насколько она беззащитна перед этим миром, Алдрид вручил ей сундук с синь-травой, которой у Себастьяна при себе имелось в достатке. Этот поступок в голове у мужчины никак не укладывался.

Кольцо портала схлопнулось перед герцогом, и мужчина тут же достал переговорный артефакт, намереваясь связаться с камердинером, несмотря на раннее утро. Рассвет только-только начал занимать небо. Где-то вдалеке ухала птица, а совсем рядом на болоте квакали драбы — мерзкие восьмиглазые существа, питающиеся насекомыми.

Алдрид ответил не сразу, проверяя на прочность терпение герцога.

— Что-то не так? — спросил он явно не спросонья. В ярком свете свечей Себастьян прекрасно мог разглядеть столовую, что находилась на первом этаже замка.

— Это ты мне скажи. Зачем ты отправил Сандру? Ты ведь все понимаешь.

— Понимаю, — согласился камердинер, ничуть не меняясь в лице.

За свой поступок Алдриду нисколько не было стыдно. Он прекрасно знал, что если жизнь герцогини де Зентье окажется под угрозой, то Себастьян тут же узнает об этом по брачной связи, а сам камердинер — через аухов, с которыми могла общаться Ангилия.

Потому и не переживал, отправляя молодую женщину в путешествие. Переживать он начал гораздо позже, когда гвардейцы герцога пропали из поля зрения и связаться с ними не получилось, а карета, перевернувшись несколько раз, упала со склона.

Рискованно, да, но Алдрид действовал из благих побуждений. И герцог де Зентье, и его супруга совершили немало глупостей, находя оправдания каждому своему промаху. И можно было бы все так и оставить, но камердинер видел то, что в упор не желали замечать они оба.

Эти двое что-то чувствовали друг к другу, а иначе не были бы столь эмоциональны, не стали бы оберегать друг друга от нелицеприятной действительности. В конце концов, Сандра могла бы и не тратить свое единственное желание на то, чтобы воскресить Себастьяна, а он действительно был мертв.

Сердце его не билось, когда Алдрид все же ворвался в спальню, успевая засечь лишь отголоски портала. Не билось, но застучало спустя несколько минут, за которые маг неминуемо поседел.

Никто другой не стал бы возвращать Себастьяна к жизни. Да и только Чаша Желаний — самый могущественный и одновременно самый опасный артефакт — могла сотворить такую магию, так что сложить два и два камердинеру не составило труда.

Что же касается самого герцога, то вслед за феями подопечный Алдрида ринулся, едва придя в себя, но не из-за артефакта он бежал, не гонимый желанием отомстить своим злейшим врагам. Что бы там Себастьян ни говорил, а в храм Матери Природы, обгоняя гвардейцев, он явился за Сандрой.

Что-то это да значило, так что камердинер просто не смог стоять в стороне, зная, что время потом, когда герцог вернется, будет просто упущено. Если эти двое и должны были поговорить, то прямо сейчас.

— Понимаю. Но также я отлично понимаю, что Ее Милость не станет сидеть взаперти, как вы на то рассчитывали. Она не желает быть содержанкой, ей претят заточение и контроль. А еще… Она хотела с вами поговорить.

— Она не желает со мной разговаривать, — тихо ответил Себастьян, поморщившись оттого, что старый друг вновь перешел на «вы». Он всегда так делал, когда хотел подчеркнуть значимость своих слов.

— О, нет, Ваша Милость. Леди де Зентье не желает слушать эгоиста, но поговорить с тем, кто дорог… Вы ведь, насколько мне известно, ни разу не пытались просто побеседовать с ней. Умение не только говорить, но и слушать — редкая черта, почти не присущая аристократам.

Алдрид замолчал, давая Себастьяну мгновения, чтобы обдумать услышанное, но, увы, сделанного не вернешь. Правда, исправить все еще было возможно.

— Я отправил ее обратно. Распорядись, чтобы контроль за ней усилили.

— Даже не подумаю, — заупрямился камердинер, что совсем не было в его духе. — Больше того, леди де Зентье попросила меня помочь ей скрыться от вас, если встреча с вами не даст результатов, и я склонен сделать это.

— Ты понимаешь, что говоришь? — вспылил Себастьян. Это был откровенный саботаж! — Она же ничего не знает об этом мире! Ей просто опасно быть одной!

— Тогда верните ее, — улыбнулся собеседник, сохраняя невозмутимое спокойствие. — Рядом с вами ей гораздо безопаснее, чем быть одной. Все в ваших руках.

Переговорный артефакт пошел рябью, намереваясь прервать разговор, но герцога это не устраивало:

— Подожди! — окликнул он Алдрида, и изображение вновь приобрело четкость, но лишь потому, что камердинер расщедрился на еще один совет.

— Кстати, как вы поняли, что это она?

— Благодаря брачным браслетам, когда обнял ее. Наведенное сновидение лишь подтвердило мою догадку, но сейчас это совсем неважно…

— Важно, — перебил маг. — Просто подумай, глупый мальчишка, что будет, когда я поставлю на нее свою защиту. Ты не сможешь втянуть ее в свой сон, ты не почувствуешь брачную связь. Сменив внешность, она может пройти мимо тебя, и ты даже не поймешь, что это она. Потому что тебе не знакомы ее привычки, ты не вспомнишь ее походку, ты не знаешь о ней ничего.

— Ты не сделаешь этого, — качнул герцог головой в отрицательном жесте.

— Сделаю, если не вернешь ее обратно.

Переговорный артефакт отключился, оставив Себастьяна в урагане из бессильной злости и едкого раздражения. Вспомнив образы темноволосой красавицы и рыжеволосой ведьмы, он вдруг действительно задумался над тем, что не узнал ее с самого начала. Неокрепшие, несформировавшиеся сомнения возникли, когда герцог услышал от Сента имя, но не придал этому должного значения.

Нет, он понял, что перед ним стоит Сандра, лишь тогда, когда в лесу ему хитростью удалось коснуться ее, воспользовавшись силами Матери Природы, фактически толкнув ее в свои объятия. Но даже тогда не поверил собственным ощущениям, магии, решив проверить наверняка, — потому и втянул ее в свой сон, а уже там принял решение объясниться.

Посчитал, что здесь она исключительно потому, что хочет искупить свою вину за украденный феями артефакт.

А ведь она пользовалась магией. Не так Сандра и беззащитна, учитывая, что с проблемами восставших мертвецов им помогла справиться именно она. И с девушками в деревне собиралась помочь, а теперь придется обходиться без нее. Зато Себастьян нашел объяснение тому, почему она смогла исправить колдовство фей, а другая ведьма нет. Просто она была феей, а аух, эта пронырливая белка, видимо, успел чему-то научить свою подопечную.

В конце концов, именно для этого они и были созданы природой, но Анги устанавливать связь с аухом герцог запрещал. Просто потому, что не знал, чему эти создания могут научить его дочь. Перед глазами до сих пор стоял образ ее матери. Герцог боялся, что Ангилия когда-нибудь тоже захочет власти и пойдет по стопам своей матери, примкнув к этим лживым подлым тварям.

Кони, что стояли под навесом, почти слаженно всхрапнули, привлекая внимание Себастьяна. Увидев эльфийского скакуна, герцог вспомнил не только о том, что его тоже было бы совсем неплохо перекинуть порталом, но и о его владелице, притворившейся ведьмой. О ней он обязательно еще раз поговорит с Алдридом — его камердинер должен понимать, что Себастьян здесь не на увеселительной прогулке, — но уже позже, когда вопрос с деревней будет решен.

Себастьяна царапала какая-то мысль, и мужчина наконец понял, с чем связано его беспокойство. Внешность Сандры была изменена — даже рост не соответствовал, если вспомнить, но Алеро проверял ее на иллюзии еще при первой их встрече в академии.

Так как же ей удалось сменить внешность? Больше того, а не могли ли и другие феи изменять свою внешность так, чтобы чары, снимающие иллюзии, не срабатывали?

Если это так, то феей фактически может оказаться любой человек.

— Себастьян, а где ведьма? — вышел из шатра Алеро, с беспокойством оглядывая поляну.

— Нет ведьмы. Сами справимся, — ответил герцог, одним лишь взглядом разжигая костер.

— Как? На кулачный бой старосту и его сыновей вызовем? — усмехнулся ведьмак, так похожий на некроманта, но друг ему не ответил, потому что и сам еще не знал, как именно они будут справляться.

Пора было завтракать и выдвигаться, но кое-что в речи камердинера Себастьян все же не подметил: Алдрид откуда-то знал, что Сандра меняла внешность.

В замке де Зентье в это время тоже проходил ранний завтрак. Ангилия и Алдрид в окружении притихших аухов сидели в столовой на первом этаже и с интересом следили за переговорным артефактом, который магу удалось перестроить, чтобы видеть через него все то, что видел своими глазами Тучка — аух, принадлежащий Сандре.

Впрочем, за приключениями герцогини с удовольствием наблюдали и слуги, заглядывающие в столовую как бы невзначай, чтобы утолить общее любопытство.

— К нам идет, — констатировал Алдрид, отставляя в сторону остывший отвар.

— Как думаешь, папа вернет себе Сандру? — спросила Анги, с волнением взглянув на мужчину.

— Мы ему в этом обязательно поможем.

Глава 9: Здравствуйте, я ваша няня

Первым делом я вернула себе свою внешность. Рыжие локоны — это, конечно, хорошо, но мой внешний вид мне нравился гораздо больше. Да и то, как герцог относился ко мне — рыжеволосой бестии, — оставило неприятный осадочек, так что своему привычному отражению в зеркале я кровожадно улыбалась во все тридцать два.

Ну вот как Себастьян меня узнал? Как раскусил?

Впрочем, сейчас это было совсем неважно. Важно было то, что там, на поляне, остался мой конь, в деревне — пострадавшие девушки, которые к обеду под чарами выйдут замуж, а где-то там, на просторах этого мира, были феи, вовсю устраивавшие бесчинства, чтобы заработать на человеческих пороках.

Я могла помочь.

Случай на кладбище показал мне, что я действительно могу помочь, так что сидеть взаперти не собиралась ни при каких условиях.

— Как мне нравится твой настрой! — вскочил белк мне на плечо.

Выйдя из спальни в коридор, я нос к носу столкнулась с управляющим особняка, что, скорее всего, был привлечен шумом нашего с Тучкой возвращения. Я оказалась быстрее. Зачерпнув из мешка горсть цветочной пыльцы, дунула на нее, и блестки тут же облепили мужчину, вынуждая замереть подобно статуе.

— Неплохо, — прокомментировал аух. — Дальше-то куда?

А дальше мы вышли из особняка, попутно накладывая чары еще и на встретившуюся на первом этаже служанку. Если верить книгам, магия истончится где-то через час. Время зависело от количества использованной пыльцы. Я потратила совсем немного, так что вскоре служанка и управляющий выберутся из плена и…

Наверняка кинутся в замок, чтобы доложить о возвращении беглянки.

Поймав на дороге свободный экипаж, почти что с ветерком доехала до замка. На этот раз гвардейцы любезно открыли ворота, так что вышла я уже у самых ступенек.

— Доброе утро, Ваша Милость, — поздоровался со мной камердинер герцога.

— Да не сказала бы, — нахмурилась я при виде мужчины. Слишком уж он широко улыбался, словно был рад нашей встрече. Даже перед проскакавшим мимо Тучкой дверь открыл. — Мне нужно, чтобы вы перенастроили мне координаты портала. Поможете?

— Смотря куда направляетесь, — пропустили внутрь и меня, любезно придерживая дверь.

— Деревня недалеко от Айзека.

— Вам известно, что там искажен магический фон?

Я это прекрасно помнила, а потому…

— Я рискну. Если что, оставшийся путь проделаю пешком.

Я была рада видеть Ангилию. Пока Алдрид перестраивал несколько из тех порталов, что я купила, девочка угощала меня завтраком, выспрашивая о том, удалось ли мне увидеться с ее отцом и что я дальше собираюсь делать.

— Для начала я вернусь к нему, а потом решу, что дальше. В одной деревне нескольким девушкам нужна помощь. Я попытаюсь им помочь.

— Ты сможешь, — с уверенностью произнесла Анги. Было приятно, что кто-то верит в меня. Даже гораздо сильнее, чем я сама.

— Спасибо, милая. А как у вас дела? Как аухи?

Истории об аухах скрасили мое ожидание. То, что они еще не разрушили замок изнутри, было настоящей удачей, учитывая, что Анги не держала их во внутреннем саду, как пообещала отцу, а разрешала свободно гулять по этажам. Они даже спали вместе с ней, под завязку забиваясь в спальню.

— Ммм… И еще яблочко! И еще яблочко! — тем временем таскал мой личный аух со стола фрукты, запихивая их в мою же сумку.

— Лопнешь, — по-доброму пожурила я его.

— Мне еще коня кормить! Эльфийского, между прочим! — обиделся на меня Тучка, но яблоки продолжал приносить. Пользовался тем, что его никто не гоняет.

Алдрид вернулся в столовую где-то через час, когда угощения в меня уже не лезли, а Анги убежала на занятия, которые даже в связи с отсутствием герцога никто не отменял. Я же потратила оставшееся время на то, чтобы изучить имеющиеся у меня книги.

Честно говоря, не воспринимала себя герцогиней де Зентье, так что услужливость слуг стала для меня настоящим сюрпризом. Изначально, когда у меня спросили, не угодно ли мне чего-нибудь, я лишь отмахнулась, перелистывая страницу. Думала над тем, где достать стратоцвет — цветок не то чтобы редкий, но цветущий исключительно в зиму.

Переноситься порталом туда, где сейчас зима? Искать вслепую? Нет, эти варианты мне не подходили, но цветок нужен был позарез. Его пыльца давала ясность ума, рассеивая любой дурман. А ведь именно одурманенными были девушки из деревни, если верить словам некроманта.

Помощь слуг пришлась как нельзя кстати. Из парка они принесли мне целый куст балгурии, а из столовой, что находилась на четвертом этаже, три цветка стратоцвета. Именно там в окружении беспрестанных снегов росли эти дивные растения. Благодарностям моим не было предела.

Быстро собрав пыльцу, я раскидала ее по мешочкам как раз перед приходом камердинера.

— Я настроил, но за точку выхода не ручаюсь. Вас может выбросить куда угодно. Может быть, передумаете?

На раскрытой ладони Алдрид передал мне две портальные горошины. Одна из них была настроена на деревню, а вторая в случае опасности приведет меня обратно в замок. Это была моя страховка, если я вдруг не смогу отыскать Себастьяна.

Но я смогу. Во мне сейчас было столько здоровой злости, что я могла бы и горы свернуть.

— Не передумаю. Я помню, что могу оказаться где угодно, но буду надеяться, что портал откроется в пределах деревни. Дуракам везет.

— А умным еще больше, — лукаво улыбнулся камердинер. — Будем прощаться?

Прежде чем прощаться, пришлось еще потратить время на поиски Тучки. Этот хитрющий аух обнаружился во внутреннем саду. Забравшись на толстую низкую ветку дерева, он втирал сидящим перед ним лохматикам о чем-то добром и вечном.

А нет. Хвастался своими приключениями.

— И тут на нас выскочил волкодлак! Пасть во! Глазища во! Я бросился наперерез, чтобы защитить Сандру…

— Кхм-кхм, — прокашлялась я от такой откровенной лжи.

— Но Сандра и сама была не промах. Все, остальное расскажу в следующий раз, — спрыгнул он вниз, в два скачка оказавшись рядом со мной. Забравшись по плащу, взгромоздился на плечо. — Так что? Идем возвращать нашего коня?

— Нашего? — наигранно удивилась я.

— Конечно, нашего. Не герцогу же его оставлять.

На этот раз не было долгих прощаний. Заглянув в учебный класс, я коротко обняла Анги и последовала на улицу за Алдридом. Портал открывали прямо перед центральной дверью, едва спустившись со ступенек вниз.

Сжав в кулаке горошину, я едва успела отдернуть руку. Яркое марево на секунду ослепило, вынуждая зажмуриться, прикрыться ладонью.

— Не прощаюсь, — кивнула я, нерешительно делая шаг.

Страшно было на самом деле ступать, не представляя, какой будет реальность по ту сторону портала, но я старалась храбриться.

— Главное, не в лес! Пожалуйста, не в лес! — шептала я, проваливаясь в вязкое марево вместе со вцепившимся в меня аухом.

— Да лучше бы в лес! — заорал Тучка, впиваясь в мое плечо коготками.

— Караул! — закричала я, привлекая внимание тех, кому не посчастливилось стоять внизу.

Да что там стоять! Прямо под нами дрались мужчины, и именно в этот невообразимый клубок мы с аухом летели. Летели метрах так в пяти над землей, но расстояние неминуемо сокращалось с каждой пройденной секундой. Когда до моего фееричного приземления оставалось всего ничего, время будто замерло.

Но замерло оно лично для меня.

— Сандра? — на мгновение обернувшись, с удивлением взглянул на меня Себастьян. — Убью Алдрида!

— Сзади! — заорала я, видя, как огромный детина замахивается на герцога деревянной дубиной.

Собственно, только этот миг у нас и был, потому что все вокруг снова завертелось. Магическое замедление дало мне время на то, чтобы сгруппироваться. Нас с аухом едва не затоптали, но я уже знала, что делать. Блестящая пыльца заполонила все вокруг.

— Апчхи! — пробасил Тучка, лапкой потирая нос.

— Будь здоров, — искренне пожелала я, осматривая ровно семь статуй.

Мы стояли в центре замершей композиции «Деревенская драка», а вокруг нарастала оглушающая тишина. Троих драчунов я прекрасно знала, а остальных могла определить благодаря простой логике. Пожилой — видимо, староста, который и натворил дел, заключив договор с феями, а другие — его сыновья, отличающиеся выдающейся мускулатурой.

Даже герцог с его высоким ростом уступал этим троим в габаритах.

Залюбовавшись разворотом плеч, чуть приподнятой головой, идеальной осанкой, я пропустила тот момент, когда пустующая улица начала заполняться любопытными. Тут и там над заборами высовывались макушки и настороженные взоры. Из-за угла ближайшего дома выглядывала ребятня.

— Итак, — произнесла я громко. — Где несчастные девушки?

Несчастными заколдованные красавицы выглядели в последнюю очередь. Нет, конечно, они стенали и плакали, рвались к своим «любимым», но при этом умудрялись прихорашиваться, едва ли не цапаясь за единственное зеркальце, что имелось в доме одной из пострадавших семей.

Девушек собрали в этом доме потому, что так за ними было легче следить. Мне тоже было удобнее работать сразу со всеми. Загнав их в одну комнату, мы с Тучкой приступили к магии.

— Балгурия или стратоцвет? — задумчиво спросила я, взглядом изучая подопытных. Девушки жались друг к дружке, испуганно сидя на односпальной кровати.

— Предлагаю попробовать второе и, если не поможет, использовать первое. Только, недоучка моя, что нужно узнать у дам?

— Владеете ли вы какого-нибудь рода магией? — как примерная ученица, уточнила я.

Получив отрицательный ответ, я потерпела поражение с первой попыткой. Пришлось доставать котел и варить отвар из остатков балгурии, но и он ничего не дал, будто магии в этих девушках не было ни на грамм. Пыльца, что излечивала любые раны, тоже не помогла, так что последние пять минут я сидела за столом и буравила взглядом книги, которые подкинуть ответ мне никак не решались.

— Думай, Сандра, думай. Все легко, — выхаживал по столу Тучка, заложив лапки за спину. При этом его хвост то и дело перелистывал страницы, но я смотрела сквозь них.

Думала.

Пропуская через себя магию Матери Природы, феи пользовались ею, а значит, влияние должно было рассеяться от балгурии. Действие пыльцы можно было бы снять противоположной по свойствам магией или снова той же балгурией, но оба эти варианта не подходили нашей ситуации.

Однако что, если брать фей не как фей, а как любое магическое существо? Кроме магии и пыльцы существовали еще и настои, зелья, порошки и прочее, чем пользовались ведьмы.

— Тучка, это любовное зелье, не так ли? — поинтересовалась я у своего хитрого друга.

Запертая снаружи дверь просто слетела с петель.

— Вот и пришел к нам грозный-грозный герцог… — ворвался голос Тучки в визг и крики, заполнившие комнату. — Но ты права. Это зелье, а значит, нам нужен антидот, который запросто может приготовить ведьмак. Кстати, герцог ведьмак.

— Ты! — со злостью выдохнул Себастьян, глядя на меня.

— Вы, — исправила я мужчину, поднимаясь из-за стола. — Или вы обращаетесь ко мне на вы, или…

Марево портала разрослось под моими ногами настолько быстро, что я и пикнуть не успела. Вывалилась уже в спальне особняка все на ту же кровать. Вслед за мной из дыры выпал ошалелый аух.

— Он невозможен! — воскликнула я, подбросив вверх подушку, но портал закрылся раньше, оставляя нас по эту сторону.

— А еще нам так и не отдали нашего коня! — согласился с моими возмущениями Тучка.

— И книги! Ну все!

В замке де Зентье на этот раз я появилась еще быстрее. Алдрид даже вопросов задавать не стал. Забрав у меня портальную горошину, удалился перенастраивать координаты, пока я рылась в библиотеке герцога не без помощи ауха.

Мы искали все о любовных зельях и антидотах к ним, и поиски наши увенчались успехом через четыре просмотренных книжных шкафа.

— Я закончил, — вошел к нам камердинер герцога, застав умилительную картину.

Мы с аухом лежали прямо на полу, обложившись десятками книг и… яблоками. Без яблок в нашей жизни вот вообще никуда.

— Мы тоже, — поставила я точку в своих записях. — Алдрид, а не подскажете ли вы, где я могу раздобыть вот эти ингредиенты?

— Хм… — Взяв у меня листок, мужчина пробежался по строчкам взглядом. — Думаю, в лаборатории Его Милости найдется все перечисленное. Я провожу.

Варка антидота заняла еще некоторое время, но дальше все прошло уже почти привычно. Единственное, что меня по-прежнему волновало, — это страх перед новым переходом. Входила я в марево портала с гораздо большей осторожностью. Входила, предполагая что угодно, но никак не ожидая, что окажусь в бочке с водой.

— И снова здравствуйте, — натянуто улыбнувшись, помахала я проезжающему мимо на телеге молодому парню.

— Ну хоть шерсть не намочил! — с облегчением выдохнул белк, а я…

А я ловко сняла его с плеча и мстительно окунула в воду. Теперь мокрой курицей была не только я. Правда, стыдно за свой поступок мне стало тут же.

— Да ты совсем сдурела?! — выпрыгнул Тучка, тряся лапами, а затем и всем телом.

— Прости, но зато теперь мне будет не стыдно идти по деревне в мокрых штанах. О, а вот и нужный дом. На этот раз еще ближе выкинуло.

И вот кто бы сомневался, что именно в этот момент Себастьян будет выходить из этого чертового дома. Злой, между прочим, как черт.

— Сандра!

— Себастьян! — воскликнула я тем же тоном, копируя его. — Вы сняли с девушек чары?

— Нет, — сквозь зубы был вынужден он признать.

— Вот и не пытайтесь от меня избавиться! В отличие от вас я знаю, как им помочь.

Я прошла мимо него с высоко поднятой головой. Впрочем, не только мимо него, но и мимо изумленных родителей девушек, мимо некроманта и даже Сента, оставляя за собой целые озера воды.

Запуганные девушки сидели все в той же комнате, где к стене была прислонена выломанная дверь. Наружу больше не рвались, но до моего прихода о чем-то тихо перешептывались.

— Выпейте. Сейчас же, — протянула я им поочередно три флакона, нависая словно ястреб. Разобиженный аух сидел на моем плече ко мне спиной, всем своим видом демонстрируя крайнюю степень огорчения.

Десять минут.

Через это время можно было давать оценку тому, подействовал антидот или нет, но на самом деле хватило и трех. Осознание, ужас, стыд — все это отчетливо читалось на девичьих лицах. Выполнив свою работу, я забрала со стола книги и молча вышла сначала из комнаты, а потом и из дома, представ перед ведьмаками.

— Феи воспользовались ведьмовским зельем, — ответила я на невысказанный вопрос, что так и читался в их взглядах. — Девушки получили антидот, так что стоимость эльфийского коня я отработала. Где мой конь, господа?

Внимательно следя за Себастьяном, я поняла, что он хочет сделать еще до того, как его рука полностью пропала в кармане брюк. На этот раз я оказалась проворнее. Портал, что вел обратно в замок, был раздавлен и брошен под ноги мужчинам за мгновение до того, как меня вновь бы отправили в особняк.

— А ты учишься на своих ошибках, — как бы между прочим заметил белк.

— Не то слово, — кивнула я. — Прости меня. Я поступила глупо и неправильно.

— Ну, знаешь, я тоже не белый и пушистый. Пойдем, что ли, ученица, искать нашего коня.

— О, меня повысили до ученицы? — улыбку сдержать не получалось.

— Не обольщайся, — прицыкнул Тучка.

— Нужно узнать, где ведьмаки остановились. Пойдем, спросим у деревенских.

— А дальше?

— А дальше снова ищем фей. С ведьмаками или без, эту проблему необходимо решать.

— Согласен. Хм… Кажется я слышал ржание коней.

Глава 10: Другие планы

— Не самое лучшее место для ночлега, — прокомментировал Тучка вид мрачного здания, что возвышалось над нами двумя этажами.

Покосившаяся деревянная вывеска, прибитая к таверне, слегка поскрипывала под порывами ветра. К вечеру погода сильно испортилась, и почему-то мне казалось, что в этом деле не обошлось без участия ведьмаков.

Черные тучи явились вслед за мной со стороны дороги, по которой я добиралась до Айзека. Вот уже час или два беспрестанно стеною лил дождь, а мы таскались по темным улочкам в поисках временного жилья, но все более менее подходящие варианты были заняты торговцами из-за ярмарки, что проходила в эти дни. Оставался последний вариант, перед которым мы сейчас и стояли, насквозь вымоченные дождем.

— Если и здесь нет свободных комнат, нам придется спать на улице. — Придерживая белку под плащом, я завела эльфийского коня под навес, передав с рук на руки проснувшемуся от моего появления мальчишке.

Парнишка спал прямо в стоге сена, и, честно говоря, я была бы совсем не прочь присоединиться к нему, если свободных комнат все-таки не окажется. За этот долгий день я устала настолько сильно, что уже просто засыпала на ходу.

А ведь все начиналось вполне себе благопристойно. Прогуливаясь по единственной в деревне улице, мы с Тучкой выискивали нашего коня, когда меня догнала пожилая женщина, что по проворности вполне могла бы дать фору молодым.

— Ведьма! — закричала она на всю улицу так, что мне невольно вспомнились инквизиторские костры.

— Где? — спросила я, не позволяя схватить себя за руку.

— Вы спасли мою старшую дочь! Помогите нам! Наш петух…

И вот если бы дело ограничилось только петухом. Все мои объяснения, все мои слова эти люди пропускали мимо ушей, все твердя и твердя о том, что я просто обязана им помочь. Когда меня притащили в чисто поле, где не взошли посевы, мое терпение лопнуло.

Сложив руки на груди, я потребовала сначала оплатить триста золотых за те услуги, которые уже оказала. На этом-то деревенские и сдулись, потому что таких денег отродясь в глаза не видели. Возможно, я бы могла и дальше помогать им просто так, но были целых три причины, почему я не собиралась этого делать.

Во-первых, всем не поможешь, как бы сильно того ни хотелось. Зато легко можно загнать себя до такой степени, что помогать уже будет некому. Во-вторых, мною бессовестно пользовались, и я видела это отчетливо. Не заикнись я про деньги, мне бы и спасибо даже не сказали. Кстати, так и не сказали ни за одну оказанную помощь.

Ну и третье — то, что было более важно. Мне хватало около двух часов, чтобы вернуться порталом обратно, а значит, Себастьян вскоре снова окажется здесь. Ну или где-то неподалеку, и это меня не устраивало. Я должна была добраться до Айзека гораздо раньше.

И добралась. Весь путь мы с Тучкой подбирали имя нашему коню. Причем конь принимал в этом самое активное участие, брыкаясь в те моменты, когда варианты приходились не по нраву.

— Его зовут Ветер. Он любит яблоки, — передала я заметно опустевший мешок с любимыми фруктами.

Получив монетку, мальчишка повел коня в свободное стойло, а мы с Тучкой отправились в таверну. Тяжелая дверь поддалась далеко не с первой попытки, но когда я все же сдвинула ее с места, то едва не отпрянула от жара, что полыхнул по лицу.

Внутри было натоплено, жарко, как летом, но совершенно пусто. В свете десятка свечей обрисовывались силуэты столов, высокая барная стойка и деревянные лавки. В качестве украшений в треугольном шкафу лежали бутылки с вином, а на стенах были развешаны связки высушенных пряностей.

— Эй, есть кто живой? — окликнула я, закрывая дверь.

В то же мгновение прямо посреди зала материализовались четверо мужчин. Это были Себастьян, Алеро, Сент и еще один — незнакомый для меня. Он-то первым и заговорил:

— Я же сказал, что ваша пропажа явится сюда. В других заведениях все комнаты давно заняты.

— Здравствуй, Сандра, — поднялся Себастьян из-за стола. — Ты голодна?

Мне хотелось сбежать. Первая мысль была именно такой, но, помня о том, с каким трудом открывается дверь, я подавила в себе этот детский порыв. Наоборот, сделала шаг вперед, смело расправив замерзшие плечи.

— Пожалуй, я бы поела.

— И я, — высунулся из-под плаща белк. — Но бедного ауха, как всегда, никто не спрашивал.

— Господа, разрешите представить вам мою супругу, герцогиню де Зентье. Сандра, Алеро и Сента ты уже знаешь, а этот господин — Ильтан Манс.

— Еще один ведьмак? — поинтересовалась я, слегка кивнув на приветствие. — Что вы замышляете, господа?

За накрытый стол я присела без чьей-либо помощи. К моему удивлению, на меня уже тоже расставили приборы, а значит, нас с Тучкой действительно ждали. Никакого шика, никакой роскоши. Простая еда, простые напитки, но я набросилась на них так, будто последний раз ела два дня назад.

Тучка говорил, что усталость и голод всегда сопровождают магию, а точнее, ее использование в больших количествах. Я же сегодня магичила направо и налево, а теперь расплачивалась за это, почти засыпая над пустой тарелкой.

Ждала, когда мужчины закончат поздний ужин.

На самом деле разговаривать с ними мне было не о чем. Раз они направлялись в Айзек, значит, что-то здесь было нечисто. Если феи отметились здесь, то об этом кто-то да знает, потому и информацию я могла найти сама. Другой вопрос: зачем они поджидали меня?

— Итак, — заговорила я. — Снова попытаетесь отправить меня в особняк?

— Упаси Матерь Природа, — усмехнулся герцог. — Нам вполне хватило вашей мести. Вы отправили нас прямиком в Сан-Тио. Зловещее местечко.

— Разве вы не отправились в герцогство? — удивилась я, поглаживая Тучку. — Хотя неважно. Вы меня не гоните — отлично, но и я с вами оставаться не желаю. У меня свой путь и…

— Леди де Зентье, мы можем предположить, где находятся феи. Вы ведь поэтому приехали сюда? — вмешался в беседу Алеро, отставляя деревянную кружку в сторону.

— Вас это не касается, — поднялась я из-за стола. — Если мне здесь не могут предоставить комнату, значит, я поищу ее в другом месте. Спасибо за ужин.

— Сандра, они знают, что ты фея, — поднялся вслед за мной и Себастьян. — У нас есть план. Если твоя цель — это «Чаша Желаний», то наши цели совпадают. Почему бы нам не объединиться? Тогда у нас будет больше шансов.

— Что с вами, герцог де Зентье? Я не узнаю вас, — ядовито выплюнула я.

— Может быть, я поумнел?

— А еще мы знаем, что вы Сайра, — неожиданно ляпнул Сент и получил подзатыльник от Алеро.

Я не знала, что сказать. Сомнения, сомнения, сомнения. Они не давали мне уйти и не давали мне остаться, но принять решение я должна была именно сейчас. Ощущала давление — на меня смотрели прямо. Не только герцог, но и его друзья. Осознавала…

Прекрасно осознавала, что если сейчас попытаюсь уйти, то меня наверняка остановят. Еще не понимала почему, зачем, но верила, что обязательно разберусь. Сбежать я могла в любой момент — порталов у меня было достаточно, — а вот узнать место, где прячутся феи…

Я могу потратить месяцы на поиски их нового пристанища. Если не воспользуюсь помощью, которую мне так любезно предлагают.

— Каков ваш план? — сложила я руки на груди, жестом подозвав к себе Тучку. Аух молча наблюдал за нашей пикировкой взглядами, что тоже ему было совсем несвойственно.

— Не сейчас. Сейчас все мы слишком устали, чтобы вести разговоры. Продолжим беседу утром, — ответил Себастьян.

— Хорошо, — согласилась я. — Где моя комната?

— Я провожу, — сделал герцог шаг ко мне, но я остановила его жестом руки.

— Не стоит. Так какую комнату я могу занять?

Наверх я поднималась в очень разрозненных чувствах. Тучка сохранял тяжелое молчание, и я не пыталась говорить с ним на виду у всех. Пусть Себастьян и остался внизу, провожая меня хмурым взглядом, но хозяин таверны шел позади, чтобы указать на свободную комнату.

Коротко кивнув на прощание, я вошла в небольшую спальню. Закрывая дверь, все еще не была уверена, правильно ли поступаю. Одно знала точно: я ненавидела контрасты, а поведение Себастьяна, что изменилось в единый миг, таковым и было.

— Что-то грядет, — задумчиво озвучил мои мысли аух.

— И что-то масштабное, раз герцог де Зентье не исключает моего участия. Что ему может быть нужно от меня? Хочет снова держать на привязи или…

— Или ему нужна фея, чтобы попасть в то место, где феи скрываются. Он пришел к тем же выводам, что и ты, ученица моя. Ты понимаешь, что это значит?

— Это означает, что мною снова хотят воспользоваться, — отошла я от двери и рухнула на кровать, закрывая веки.

— И? Что мы будем с этим делать? — прыгнул белк на подушку, размещаясь рядом.

— Думаю, подыграем. До тех пор, пока нам это удобно.

В эту ночь я видела сон. Не сразу поняла, что это всего лишь простой сон, а не наведенное сновидение. Лес, окружающий снежную поляну, совсем не шумел. Снежинки, что обычно вились хлопьями, не падали на белоснежный настил. И тучи. Тяжелые свинцовые тучи не занимали небо.

Но герцог де Зентье был здесь. Сидел на снегу, а я полулежала, согреваясь в его объятиях. Чувствовала его дыхание на своей шее. Млела от касаний, от таких простых прикосновений к плечам, предплечьям, запястьям, ладоням.

Почему?

Почему мы не можем просто сидеть вот так в реальности? Почему там нет такого спокойствия, такой умиротворённости, такой близости? Почему люди все время все усложняют, придумывая глупые условности, нелепые оправдания и целые сотни причин не быть счастливыми?

Это ведь так просто. Не обижать и не обижаться. Не лгать и слышать правду в ответ. Слушать и говорить. Любить и быть любимыми.

Это просто, но как же сложно, черт возьми!

Стук в дверь не стал для меня неожиданностью. Проснувшись, я просто лежала под одеялом и думала над тем, что здесь делаю. Зачем я здесь?

Я ведь могла уйти. Просто могла уйти. Пусть бы скрывалась от герцога всю свою жизнь. Пусть бы жила отшельницей, притворяясь той же ведьмой. Пусть бы, но…

Наверное, это странно — думать, что можешь что-то изменить. Да, по глупости, по незнанию я натворила немало, но отчего-то действительно верила, что могу все исправить. И не просто исправить, а сделать что-то значимое, весомое. Впервые в своей жизни.

Там, в другой жизни, после моей смерти меня никто и не вспомнит. Просто Саша, просто девушка, просто еще одна неудачница, которой не повезло. Здесь же я могла оставить весомый след в истории. Я могла заставить помнить меня, совершив нечто хорошее, правильное.

Я могла. Но самое главное — я хотела.

— Я уже встала. Сейчас спущусь, — откликнулась я, поднимаясь с постели.

— Сейчас? — усмехнулся Тучка, уминая яблоки, которые я в комнату совершенно точно не приносила.

И это была не единственная странность. Окно, что вчера оставалось открытым, наутро оказалось заперто на щеколду, которой я совершенно точно не касалась. Кроме того, уснула я в туго зашнурованном корсете, а проснулась со спущенной шнуровкой и под одеялом, но никаких доказательств того, что именно Себастьян побывал в этой спальне, у меня, естественно, не имелось.

Да и не нужны они.

Дел это не отменяло.

— Доброе утро, — спустилась я вниз, перекидывая плащ через руку.

— Доброе ли? — с укором спросил господин Ильтан.

— Итак, в чем наш план?

Присев за стол, я подвинула ближе тарелку с кашей, но отвечать мне никто не торопился. Эта тишина сначала удивила, а потом неприятно поразила. Поразила догадкой.

— Вы не собираетесь мне ничего рассказывать, не так ли?

— Я все еще подозреваю, что на вас, Сандра, может остаться влияние фей, — честно признался герцог, но моего возмущения его слова не отменяли.

Я понимала его опасения. В чем-то я даже была согласна. Наверное, поступила бы так же, если бы кто-то мог по незнанию навредить мне или моим друзьям, но возникал закономерный вопрос: зачем я тогда здесь?

Не проще ли нам разделиться и идти каждый своей дорогой?

Его я и озвучила, на что получила уклончивый ответ:

— Мы не можем отрицать, госпожа фея, что нам выгодно сотрудничество с вами, — осторожно подбирая слова, произнёс Алеро. — Ваши способности… Ни одна ведьма, ни один ведьмак или маг не могут того, что можете вы, а на нашем пути наверняка встретится немало испытаний.

— Феи словно болезнь. Там, где они появляются, находится достаточно пострадавших, и мы не всегда можем им помочь, — добавил Себастьян.

— Но это совсем не отменяет того, что у вас ко мне нет доверия, — возразила я. — Что вы придумали?

— Единственный вариант быть уверенными в вас — это связать вас с вашим супругом, — присел со мной рядом Ильтан. Вблизи его длинные волосы казались белее снега, а глаза — чернее ночи. Неправильные черты лица: острый подбородок, хищные скулы, длинный нос — не добавляли шарма. — Если ваш супруг будет иметь контроль над вашим телом, над вашим разумом, то нам станет нечего опасаться. Он сможет вовремя засечь чужеродное влияние.

— Полный контроль? Да вы шутите! Я не хочу, чтобы кто-то копался у меня в голове.

— Не только в голове, — высунулся из-под стола Тучка. — Он сможет влиять на тебя. На твои действия, на твои эмоции, на твои желания. Сандра, этот мужик хочет сделать тебя рабыней.

— Госпожа фея, в сложившейся ситуации это необходимость.

— Не давите на меня, господин Алеро, — поднялась я из-за стола. Аппетит безвозвратно пропал, а желание убраться отсюда поскорее зажглось с новой силой. — Неужели нет других вариантов?

— Нет, Сандра, — отрицательно покачал головой герцог де Зентье. — Других вариантов нет. Только так мы будем в вас уверены.

— Но это нужно вам, не мне. Я и без вас обойдусь.

— Конечно, — улыбнулся Себастьян. — Именно поэтому нам есть что вам предложить. За все годы, что «Чаша Желаний» находилась у меня, я так и не использовал свое желание. Я предлагаю его вам. Как только мы заберем артефакт, мое желание ваше. Вы ведь хотели вернуться домой?

Я села.

Вот как стояла, так и села, потому что на такой поворот событий даже не рассчитывала. За прошедшие дни ко мне пришло смирение. Я строила планы, думала над тем, как буду жить дальше, чем зарабатывать, где осяду.

В своих мечтах я видела небольшой домик в лесу, где мы с аухом станем жить и зарабатывать на услугах, которые я могла оказывать. Да, по идее, феи не могли брать деньги за свою магию, но никто не мешал мне получать продукты или те же услуги взамен. Все было решаемо, однако этот придуманный мною образ растворился, исчез в мгновение ока.

Я могу вернуться. Могу вернуться обратно в свой мир, в свою жизнь за несколько дней до величайшей глупости, которую совершила. Я могла все исправить.

— Сандра, проси клятву на магии, — посоветовал Тучка.

— Вы должны поклясться на магии, — послушно повторила я. — Не только в том, что отдаете свое желание мне, но и в том, что вы не перейдете границы, получив надо мной контроль. Я должна быть уверена, что вы не заставите делать меня что-то против моей воли.

— Последнее обещать не могу. Если феи попытаются повлиять на вас, то вашу волю я учитывать не буду. Но я вас понял. Приступим? — поднялся Себастьян, обходя стол.

— Что нужно делать?

— Ложитесь на любой свободный стол, леди де Зентье, — великодушно предложил Алеро.

— Только обувь снимите.

Последняя фраза принадлежала явно недовольному происходящим Ильтану. Мужчина вообще не выглядел радушным хозяином. Создавалось стойкое ощущение, что ему совсем не нравится то, что мы находимся в его таверне. Впрочем, мне это тоже мало нравилось.

— Если вы причините мне вред… — прошептала я герцогу, укладываясь на столешницу.

— Я никогда не сделаю вам больно, Сандра.

— Я и не говорю о боли.

Увидь нас сейчас кто, наверняка бы подумали, что мужчины приносят жертвоприношение. Судя по ошарашенному взгляду спустившегося по лестнице Сента, со стороны это так и выглядело. Ведьмаки окружили меня с трех сторон. Алеро и Ильтан держали за руки, а Себастьян сковывал голову.

— Будет легче, если вы закроете глаза и расслабитесь, — произнес герцог де Зентье.

— Сказали охотники на фей, — язвительно пробормотала я, прикрывая веки.

Все изменилось так быстро, что я едва успела сделать вдох. Казалось, что я падаю, лечу куда-то вниз на огромной скорости. У меня дух захватило. Страх, первобытный страх прошил сознание, но все закончилось так же резко. Я просто замерла в темноте, в тишине, оглушенная ими.

Замерла и понеслась вверх, навстречу ярко вспыхнувшему свету.

Облака. Я летела сквозь них над полями и лесами, над горами и городами, пока не начала снижаться. Солнечные лучи отражались от золотых куполов башен, от стрельчатых окон, слепили, но я все равно разглядела женщин, что выбирались из темного экипажа.

Спикировав вниз, я лишь на мгновение заметила свое отражение в одном из окон. Я была птицей! Желтоперой птичкой, которую уже видела, знала. Я не управляла этим телом, а иначе бы ни за что не села на плечо Матушки Тез. А Айя села.

На этом-то мое видение и закончилось.

— То, что я видела… Это правда?

Глава 11: Да будет бал

Поздний завтрак плавно перешел в ранний обед. Теперь, когда Себастьян имел надо мной полный контроль, они больше не таили свои планы. Наоборот, охотно делились тем, что придумали в мое отсутствие.

Я действительно была нужна им. Но нужна была не столько для того, чтобы исправлять содеянное феями, сколько для того, чтобы попробовать увидеть через меня то, что видела Айя. Мы до сих пор были связаны с этой девчонкой — на то и был их расчет, а это говорило сразу о двух вещах.

Первое — если они до этого додумаются, то точно так же Матушка Тез сможет увидеть то, что вижу я, и для этого Себастьяну и нужен был контроль надо мной. Теперь он сможет воспрепятствовать этой магии, а мы свободно сможем видеть все то, что видела Айя. Правда, имелись и ограничения — это как раз таки было второе.

Подглядывать за Айей мы могли не чаще одного раза в сутки из-за того, как много магии в этот момент проходило через меня. Я чувствовала просто дикую усталость, хотя прошло всего не больше получаса. Но и это было еще не все.

Видения приходили хаотично, и мы не могли контролировать их. Увиденное нами могло произойти и неделю, и две назад, а может, было именно сегодня. Нам оставалось только проверять их и наносить данные на карту, чтобы рано или поздно встретиться с феями лицом к лицу.

Однако нас все еще было мало для того, чтобы дать бой. Себастьян не зря собирал ведьмаков и намеревался делать это и дальше.

— То место, которое я видела. Где оно? — уточнила я, едва ли не распластавшись по столешнице.

Спать хотелось просто жутко. Веки закрывались сами собой, а голова не хотела мыслить ясно.

— Оно находится в двух днях от Айзека, но у нас есть еще дела здесь. На окраине города стоит торговый обоз, который пострадал от фей. Наших сил недостаточно, чтобы полностью снять магию. Чары сродни тем, что вы накладывали на нас в деревне, но их сила слишком велика. Там поработала не одна, а десятки фей. Вы сможете что-то сделать? — с надеждой спросил Алеро.

— Сколько они уже стоят, словно статуи?

— Чуть меньше недели, — ответил Ильтан. — Я ежедневно ездил туда и снимал чары слой за слоем, но их слишком много. Боюсь, даже работай мы вчетвером, это займет месяцы, так что надежда действительно только на вас.

— Я вам не нравлюсь, да? Почему? — обратилась я к хозяину таверны, остро чувствуя исходящее от него презрение.

— Сандра, тебе лучше сейчас отдохнуть, — вмешался Себастьян, предупреждающе глядя на Ильтана.

— Я ненавижу фей, — легко ответил хозяин таверны. — А теперь вам действительно лучше подняться наверх. Мы выезжаем через три часа.

Наверх я поднялась кое-как, напрочь отказываясь от помощи герцога де Зентье. Тучка обнаружился в комнате, расхаживающим по узкому подоконнику, но разговаривать с ним у меня не было сил. Я просто рухнула в постель и проснулась уже в сгущающихся сумерках. Прошло явно не три часа.

— Почему меня никто не разбудил? — терла я лицо ладонями, пытаясь проснуться.

— Да тебя и пушками не поднимешь, — с готовностью отозвался аух, забираясь на кровать. — Если что, они тебя ждут, но я бы не советовал. Мне не нравится этот Ильтан. Какой-то он…

— Страшный, — согласилась я. — Но Себастьян поклялся меня защищать.

— Только это меня и успокаивает. Ладно, ученица моя, пойдем посмотрим, что можно сделать. Только… Тебе придется облачиться в платье.

Оказывается, пока я спала, мне действительно принесли платье, и не только его. Нижняя сорочка, десятки юбок, пыточный корсет. Я бы не смогла надеть все это сама, но Тучка мне помог, притаскивая еще и украшения. Расшитый золотой нитью плащ стал последней деталью, однако накинуть его я должна была другой стороной — чисто черной.

Когда я спустилась вниз, мужчины уже тоже оказались собраны. Причем их внешний вид соответствовал придворным нормам. Все столы таверны были заполнены гвардией герцога де Зентье.

— Мы идем на кого-то войной? — остановилась я на ступеньках, не решаясь ступить в зал.

— Напротив. В наших планах дружественный визит во владения маркиза Савтийского, — подошел к лестнице Себастьян, подавая мне руку. — Но вначале мы посетим торговые обозы. Вы готовы, леди де Зентье?

— Более чем, мой дорогой супруг. Отправляемся?

Три дормеза для дальних путешествий, повозки с продуктами и утварью, сундуки с вещами, около полусотни гвардейцев. Все это было имитацией нашего свадебного путешествия, где Ильтан изображал нашего сопровождающего по этим местам, Алеро — секретаря моего супруга, а Сент — его помощника.

Единственное, чего нам не хватало, так это слуг, но и с этим разобрался Ильтан, пригласив девушек и повара, что работали в его таверне. Через улицы Айзека этим вечером мы проехали словно под конвоем. Это было так торжественно, так демонстративно, но мне понравилось. Я будто ощутила себя принцессой из сказки. Лишь бы карета не превратилась в тыкву после полуночи.

— Вы устроили все это за полдня? — обратилась я к герцогу.

В дормезе мы сидели только вдвоем, если не считать ауха. Все то время, пока я рассматривала ночной город, Себастьян под светом трех свечей работал, читая пришедшие на его имя этим утром послания. Даже удаленно он занимался делами герцогства, что не могло не вызывать уважения.

— Меньше чем за час. Гораздо дольше мы прождали ответ от маркиза. Я здесь неофициально, поэтому нам необходимы разрешения на посещения чужих владений. Это не касается городов или деревень, только частных владений. Да и наш статус предполагает некоторую подготовку к нашему появлению.

— Какую подготовку?

— Бал, моя милая супруга. Ты теперь герцогиня, а это означает очень многое.

— Например?

— Например, скучные балы, светские беседы, танцы, сплетни и интриги.

— Но я не готова к этому. Я ничего не знаю.

— Держись меня. Я всегда тебе помогу.

Это было странно, даже почти нормально. Себастьян, сидящий рядом, вдруг коснулся моей руки. Сжал мои пальцы в своей ладони, глядя так открыто, почти правильно, но меня его поведение привело в смятение.

Отдернув руку, я пересела на скамейку напротив и занялась изучением книг, напрочь игнорируя взгляд супруга. Запрыгнув мне на колени, Тучка заглянул мне в глаза, загораживая своей тушкой страницы.

— Ты ведь понимаешь, что происходит?

О да. Я понимала, что происходит, а потому…

— Скажите, герцог де Зентье, получив контроль надо мной, вы получили контроль и над моей памятью? Над моими мыслями, не так ли?

— Нужно помочь торговому обозу, — хищно улыбнулся Себастьян, игнорируя мои вопросы. — Приехали.

Экипаж остановился в тот же момент.

Себастьян учтиво помог мне выйти. Точнее, он попытался, подавая мне руку, но вышла я без его помощи, оглядывая пустующие обозы и закаменевших людей и лошадей. Вереница тянулась, наверное, на целую сотню метров. Увидеть такое я никак не ожидала.

— Итак, есть варианты? — подошел к нам Алеро, снимая перчатки.

— Нам понадобится очень много отвара балгурии. Моих запасов навряд ли хватит на такое количество пострадавших. Пока я варю первую порцию, вам стоит отыскать еще цветов.

— Я отправлю гвардейцев на поиски, — кивнул Себастьян, направляясь к начальнику своей стражи.

— А мы поможем вам. Что нужно делать? — спросил Алеро.

— Мне нужна моя сумка.

Мы задержались больше трех часов на дороге. Первый котел не дал никаких результатов, как и второй, и третий. Даже после десятка попыток ничего не изменилось, и я не знала, в чем дело.

Усевшись прямо на дорогу под светом факелов, я листала страницу за страницей, но не находила ничего похожего. Такое действие давала только пыльца, и снять эти чары мне было не по силам. Как, впрочем, и ведьмакам. Себастьян уже несколько раз просил меня продолжить путь, но я не могла оставить все как есть.

— Я не знаю, — все-таки сдалась я, закрывая книги. — Тучка?

— Это точно влияние пыльцы, но ее использовали слишком много. В мире существует магия, которой невозможно противостоять. Теперь ты знаешь, что не все подвластно нашим желаниям и не все волшебство можно обратить. Ответственность — это то, что несет вместе с собой любая магия. Каждый раз, когда ты станешь прибегать к чарам фей, ты должна помнить об этом, ученица моя, — нравоучительным тоном произнес аух, будто человек стоя на двух лапах.

— То, что я это понимаю, никак нам не поможет. Мы же не можем оставить их так. Должно быть какое-то решение.

— Решение есть. Только придется подождать.

Я продрогла. Замерзла на холодном ветру, поэтому была совсем не против, когда герцог накинул мне на плечи еще и свой плащ. Правда, ладони, что легли мне на талию, были явно лишними, так что я поспешила выбраться из этих объятий. На этом и отвлеклись.

К реальности нас вернул чужой возглас и торговец, что рухнул прямо на колени.

Найти взглядом Тучку в этой темноте было совсем не сложно. Яркий голубой клубок светился так ослепительно, что и факелы меркли на его фоне. Один за другим торговцы и лошади освобождались от сковывающих чар, а я только сейчас вспомнила о том, что читала про аухов.

Эти удивительные существа могли вытягивать магию фей, чтобы исправлять содеянное феями-недоучками. Они ведь для этого и были предназначены — чтобы помогать учиться, а я об этом совсем позабыла. Да только и Тучка мне об этом не напоминал, хотя все это время мог вместо меня справляться с проблемами. Не со всеми, но мог, однако я понимала, почему он этого не делал.

Он хотел научить меня, потому что аухи не вечны, а опасностей в этом мире слишком много.

— Мы можем дождаться вашего ауха в карете. Вам не обязательно стоять здесь, — вернулся ко мне герцог.

Я так и стояла рядом с экипажем, пока гвардейцы Себастьяна помогали торговцам. Стараниями Тучки были освобождены все пострадавшие, однако в себя они будут приходить еще долго. Шутка ли — неделю простоять статуями, все слыша и видя, но ничего не имея возможности сделать.

Не знаю, осталась бы я в своем уме, если бы такое сотворили со мной.

Тучку я все-таки дождалась. В карете отогревались отваром и магией. Точнее, магией нас отогревал герцог де Зентье, а аух рекомендовал мне посыпать себя исцеляющей пыльцой, чтобы ненароком не заболеть. Так и поступила перед сном.

Себастьян сказал, что ехать нам придется до самого утра и только потом мы сможем пройти порталом, так что остаток ночи нам предстояло провести в экипаже. Почти что наедине, и это являлось проблемой.

— Нам стоит расстелить постель. Ты засыпаешь прямо на ходу.

— Я могу спать и сидя. Мне вполне хватит скамейки, — отозвалась я, то и дело проваливаясь в дрему.

Спать на жестком сиденье было неудобно даже при наличии подушек, но я не хотела расстилать постель, понимая, что деваться нам друг от друга тут некуда. Потому и настаивала на своем удобстве, однако сон поборол меня раньше, чем наш спор закончился моей безоговорочной победой. Проснулась я оттого, что меня перекладывали на воздушные одеяла.

— А вы бессовестный, — пробормотала я, чувствуя, как ослабляется корсет.

Я даже вздохнула свободнее, не сдержав стона удовольствия. Какое это блаженство — просто нормально дышать.

— Он еще и бесстыдный, — добавил Тучка, складывая на меня свой хвост.

Да только это был совсем не хвост, но об этом я узнала только утром, когда обнаружила себя в объятиях Себастьяна. Он настолько крепко вжимал меня в себя, что проснулась я от удушающей жары.

— Спи, нам еще ехать около часа, — прошептал он мне в волосы, но я уже открыла глаза.

Только пошевелиться мне никто не дал. Как бы я ни пыталась даже просто сесть, держали меня накрепко.

— Герцог де Зентье!

— Да-да? — с готовностью отозвался мужчина.

— Герцог де Зентье, отпустите меня.

— Знаешь, когда я был маленьким, то очень любил гулять по яблоневому саду. Мне нравились ароматы, что разносились по округе. Сладкие, но в то же время свежие и нежные. А как красиво, когда этот сад цветет. Когда ветер — штормовой, порывистый — срывает белые лепестки и разносит их по миру. А ты стоишь. Под солнцем, под голубым небом или серыми тяжелыми тучами — и чувствуешь это.

— Что? — почему-то шепотом спросила я, прекратив вырываться.

— Свободу, счастье, то самое мгновение, когда все проблемы остаются за спиной. Ты пахнешь цветущими яблонями, Сандра. Для меня ты пахнешь свободой.

Из экипажа после таких признаний я попросту сбежала. Сердце трепыхалось в груди испуганной птицей, но за завтраком мне удалось прийти в себя. Лесная опушка, на которой мы остановились, совсем не располагала к одиночеству, а значит, и к глупым мыслям. Количество народа на квадратный метр зашкаливало, но при этом все выглядели занятыми.

Герцог де Зентье со своими товарищами что-то обсуждали, сидя у костра. Повар готовил, служанки помогали, а гвардейцы собирали хворост, прогуливались по опушке и, судя по всему, выискивали неприятелей. Последних, к слову, обнаружено не было, что совсем неудивительно. Будь я злодеем, и на сотню метров близко не подошла бы к такому вооруженному отряду.

Когда завтрак завершился, пришло время открывать портал.

— Не волнуйся. Просто делай вид, что ты выше всего происходящего, — напутствовал Себастьян, помогая мне забраться в карету.

— Вы тоже всегда так делаете? Поэтому невозмутимы?

— Это воспитание, Сандра. Умение держать лицо не дается с рождения. Необходимо работать над собой каждый день, каждую минуту. У тебя есть все шансы научиться.

— А зачем? Вы обещали мне желание, — напомнила я. — Я вернусь обратно в свою жизнь.

— Если ты этого хочешь.

Молчание не было долгим. Оно казалось натянутым, неуютным, и даже аух не спасал ситуацию. Со вчерашней ночи он почти все время спал, просыпаясь лишь для того, чтобы поесть. Снятие чар далось ему не так легко, как я себе это представляла. Беспокоилась о Тучке, но волноваться на самом деле было не о чем. Просто магию моему помощнику нужно было переварить.

Переход в дормезе даже не почувствовался. Только когда экипажи остановились, я поняла, что мы уже приехали. Нервничала. В замке герцога де Зентье я чувствовала себя гораздо комфортнее, а здесь…

Это был чужой дом, чужие люди, к которым мы вроде как приехали в гости. Только цели у нас были другие.

Мы должны были выяснить у маркиза, как давно у него останавливались феи, и по возможности узнать, куда они направились дальше. Несложная задача на первый взгляд, но выполнить ее было необходимо.

— Вашу руку, моя дорогая супруга, — протянул Себастьян мне ладонь, едва дверца открылась.

— Это обязательно? — осведомилась я.

— Обязательно. Вы моя молодая и крайне влюбленная супруга. Постарайтесь соответствовать.

Нас встречали чуть ли не с салютом. Дормезы встали перед центральным входом полукругом. На ступеньках стояли пожилой маркиз, его супруга, их дети и еще порядка десяти человек сопровождения. Не гвардейцы — слуги. Видимо, личная гвардия маркизу не полагалась.

— Мы рады приветствовать вас в своей скромной обители. Разрешите представить своих домочадцев. Моя супруга Нинэль, мой старший сын Гальян и мой младший сын Альтори. Располагайтесь, герцог де Зентье. Вечером в вашу честь будет бал.

Я молчала. Меня, в принципе, ни о чем не спрашивали. Только улыбнулась, когда меня представили, а все остальное время, как и супруга маркиза, просто стояла рядом. Слава богу, вежливые расшаркивания быстро подошли к концу и нас запустили внутрь.

Что примечательно, маркизат оказался не настолько роскошным, как я представляла. Не замок, не дворец. Всего лишь дом на четыре этажа, хотя и, несомненно, большой. Пока мы поднимались в гостевые покои, я отмечала мрачный антураж. Кое-где на стенах висели картины, но в основном все свободное место занимали чучела животных.

Ощущался неприятный холод, что буквально окутывал, проникал под одежду. Не могла объяснить своих опасений, но находиться в этом месте мне совсем не хотелось. Кожа покрывалась мурашками. А ведь впереди не только бал, но еще и обед.

— Мне здесь не нравится, — произнесла я, когда мы с Себастьяном остались наедине.

— Мне тоже, но выбора нет. Тебе лучше переодеться к обеду.

Комнаты, предоставленные нам, находились в гостевом крыле и особой роскошью не отличались. Одна спальня на двоих. Небольшой санузел, в который я отправилась первая. Одна гостиная, совмещающая в себе и кабинет. В этой комнате мы и собрались, когда переоделись, дожидаясь «экскурсовода», «секретаря» и «помощника». Но прежде в гостиной появился аух, что забрался к нам необычным способом — через окно.

Он-то и поведал нам тайну нашей нервозности:

— Уважаемые, здесь повсюду магия разрушения.

— Что такое магия разрушения? — уточнила я, впервые услышав о подобном, но ответил не Тучка, а герцог.

— Кажется, нас хотят убить.

Глава 12: Танец стихий

Нас хотят убить.

К этому же выводу пришли Алеро и Ильтан, что появились в наших покоях перед самым обедом. Мужчины не теряли время зря, а потратили его с умом, попытавшись защитить свои комнаты магией.

Герцог де Зентье тоже попытался установить защиту. Приступил к этому в тот самый миг, когда понял, что радушного приема нам ждать не стоит, но сделать этого не смог. Не потому, что это было сложно — мужчина управлялся и не с таким волшебством, — а потому, что любые сильные чары тут же запускали магию разрушения, которой были окутаны не только эти комнаты, не только дом целиком, но и вся территория, принадлежащая непосредственно маркизу.

Пользоваться какой-либо магией в чистом виде просто не представлялось возможным.

— Может быть, хозяин опасался не нас? Сколько времени нужно, чтобы подготовить такое? Быть может, магия была необходима, чтобы защититься от фей?

— Хотелось бы в это верить, но феи не используют магию в чистом виде, — ответил мне Себастьян. — Это делают ведьмаки, так что ждали именно нас.

— Он прав, Сандра. Единственная, кто может здесь колдовать, так это ты, — подтвердил аух. — Но лучше использовать только пыльцу.

— Что это вообще такое — магия разрушения? Может, попробуем рассеять чары?

— Быстро рассеять такое количество магии, не прибегая к магии, попросту невозможно, — взял на себя объяснения Ильтан. — Магия разрушения — это спонтанные стихийные чары, вышедшие из-под контроля. Вода, огонь, ветер, воздух, земля. Мы взлетим на воздух, как только сотворим даже мелкое волшебство.

— Но откуда они взяли столько магии? — впервые за все время подал голос Сент.

— Маркиз и его семья стихийники, но ты прав, Сент, — ответил герцог. — Такое количество чар они сами наложить бы не смогли.

— Феи их усилили, — подобрался ко мне ближе Тучка. — Но здесь их уже нет.

— Аух говорит, что феи их усилили. Значит, они были здесь не так давно. Что мешает нам допросить маркиза?

— Мы здесь неофициально, моя дорогая супруга.

— Тогда другой вопрос. Хотя нет, просто мысли вслух. Чтобы помочь маркизу усилить магию, феи должны были находиться здесь, когда вы отослали предупреждение о своем визите. По какой-то причине маркиз согласился расправиться с нами, но при этом устраивает бал. Не проще ли было нас просто пленить и убить?

— Не проще, Сандра. Во-первых, с нами гвардия, а во-вторых, им необходимо иметь алиби. Приглашенная знать подтвердит, что вся семья весь вечер находилась в центре внимания, а подозреваемым в убийстве может стать кто угодно. Алеро, что там? — обернулся Себастьян к дверям, рядом с которыми стоял некромант.

— За нами послали слугу. Пора идти на обед.

— Но что мы будем делать? — запаниковала я, спешно вспоминая, какая у меня при себе есть пыльца.

— Предлагаю не ждать бала, а припереть их к стенке прямо сейчас, — с характерным лязгом вытащил Ильтан шпагу, пугая меня еще больше тем, что смотрел при этом на меня. Кровожадно так смотрел, с неприятной усмешкой.

К Себастьяну я прильнула против своей воли. Исключительно со страху еще и решение предложила:

— А может, воспользуемся пыльцой, что делает невидимыми? Если мы не явимся на обед, а слуги доложат о том, что нас в комнатах нет, то семейство маркиза явно занервничает. Вдруг что-то скажут вслух? На этом и поймаем.

— А как снять эту невидимость? — заинтересовался Сент.

— Нам поможет Тучка. Он вытянет чары.

— Отлично, — как-то очень легко согласился герцог, и я тут же поняла почему. — Сандра и Сент остаются здесь под чарами, мы идем вниз вместе с аухом.

— Я с вами. Иначе не буду помогать.

Спорить больше времени не осталось, так что я выиграла этот раунд. Слуга, которого послали нас позвать, уже дошел до нашей двери, не получив ответа из покоев мужчин. Раздался характерный глухой стук, и у меня были лишь секунды на то, чтобы метнуться к мешочкам и посыпать всех нас пыльцой. Аух юркнул в окно.

Слуга оказался настойчивым. Он стучал минут пять, прежде чем все же заглянул в комнату и никого не обнаружил. Чары совершенно точно работали. Так как мы стояли вразнобой, то и друг друга вообще не видели. По крайней мере, я мужчин не видела точно, но едва не подпрыгнула, когда кто-то взял меня за руку.

— Это я, — шепнул Себастьян, переплетая наши пальцы.

Я в ответ тоже несильно сжала его руку. Просто в благодарность, потому что это было странно и даже неуютно — вдруг никого не видеть. Да и страшно, честно говоря. Кто знает, чем обернется этот поход в гости.

Слуги вернулись минуты через три. Когда мы выскальзывали в открытую дверь, они шуршали по комнатам, выискивая нас. Переговариваться не представлялось возможным, так что я даже не знала, идут ли за нами все остальные. Это мы с герцогом смогли выяснить только на лестнице, когда голос подал Алеро:

— Куда сейчас?

— Думаю, вниз, — отозвался Себастьян. — Как важных гостей нас должны принимать в большой столовой. Алеро и Ильтан идут в левый коридор, мы с Сандрой в правый.

— А я? — спросил Сент, едва не сбивая меня с ног.

— А ты идешь обратно в комнаты и сидишь там, — прошипел некромант.

— Смотрите, аух.

Тучка действительно выглянул из того коридора, в который мы собирались идти с герцогом. Поманив нас лапкой, он скрылся, а мы поспешили за ним. Правда, чуть не столкнулись со служанкой, что несла поднос с супницей. Зато вместе с ней смогли попасть в столовую.

Встали рядом с окнами, чтобы на нас никто не натолкнулся. Хотя… сделать это было бы проблематично. Эта столовая не уступала по размерам той, что находилась в герцогском замке. За длинным столом уже сидело все семейство, ну или почти все семейство. Маркиз нарезал круги вокруг стола, заметно нервничая. Его метания мы наблюдали до тех пор, пока в столовую после стука не вошел слуга в длинной ливрее.

— Ваши Сиятельства, их нигде нет. Вещи в комнатах. Мы весь особняк прочесали, весь парк.

— Куда они могли деться? — рявкнул маркиз. — Не сквозь землю же провалились!

— Может, ушли порталом? — робко предположила его супруга.

— Если бы они ушли порталом, у нас бы уже не было гостевого крыла! Ищите! Они не могли все бросить и уйти. Гвардия еще здесь, — махнул хозяин дома в нашу сторону, а точнее, в сторону окон, за которыми хорошо было видно наши кареты и расхаживающих гвардейцев.

Откланявшись, слуга вышел из столовой. Я даже дыхание задержала, чтобы лучше слышать разговор, что назревал.

— Отец… — окликнул мужчину старший сын.

— Не вздумай, — предупредил маркиз, резко оборачиваясь.

— Но отец. Вдруг они поняли, что их хотят убить? Феи никогда не отдадут нам Мали.

— Гальян! — повысила голос мать семейства.

— Что Гальян?! Что Гальян? — взбрыкнул молодой мужчина, бросая на стол салфетку. — Почему мы не можем их просто убить? Да я мог лишить их воздуха еще на подъезде! Ваша дочь, мама, в плену у этих ведьм, а вы играете в дружелюбие! Бал устраиваете!

— Молчать! — ударил по столу кулаком маркиз.

И в этот же момент в столовую ворвался аух. Его появление настолько ошеломило хозяев дома, что они застыли, с открытыми ртами глядя на Тучку. Мне ничего не оставалось, как отпустить руку герцога и достать пыльцу. Метнувшись к столу, посыпала совсем немного, но один за другим хозяева теперь застыли по-настоящему.

— Тучка, сними с нас, пожалуйста, невидимость, — попросила я и спустя мгновение сама замерла с открытым ртом, потому что мужчины, с которых спали чары, стояли со шпагами на изготовке.

— Сколько продлится их заточение? — грозно спросил Ильтан, недобро глядя на семейство.

— Не больше нескольких минут. Я использовала совсем чуть.

— Алеро, — окликнул друга Себастьян, — позови гвардейцев.

Через полчаса весь замок был взят под контроль герцога де Зентье. По причине того, что полновесную магию мы использовать не могли, все семейство сидело под остриями шпаг. Допрос вел Ильтан, и после увиденного и услышанного я стала опасаться этого ведьмака еще больше. Его жестокость не знала границ, но принесла свои плоды.

Феи действительно были здесь, но уехали в ночь, едва стало известно, что мы прибудем утром. Что примечательно, чары, пропитавшие и дом, и ближайшие территории, являлись всего лишь заготовкой на основе стихийной магии, которую активировали перед нашим приездом. Продержаться эти чары должны были до завтрашнего утра, так что времени расправиться с нами у семейства имелось достаточно.

И они бы расправились. На балу. Даже наемников нашли, которым оплатили наш тихий и внезапный уход в мир иной. А все потому, что вариантов им феи не оставили. Мали — самый младший ребенок маркиза — находилась в плену у Матушки Тез как залог того, что семейство устранит угрозу в виде герцога и его прихвостней.

— Они испугались, — задумчиво произнес герцог, отведя меня в сторону. — Нам просто повезло, что мы вышли на них так быстро. Они на это не рассчитывали, а потому испугались.

— Но мы ведь их упустили. Маркиз не знает, куда они подались дальше. Я вообще думала, что они уже где-то осели.

— Значит, не осели. Возможно, они держат путь куда-то максимально далеко, где об их мерзкой славе еще неизвестно. В любом случае нам снова нужна твоя помощь.

Опять чувствовать себя овощем мне не хотелось совершенно, но других перспектив не предвиделось. Нам нельзя терять время. У нас было преимущество, и этим преимуществом являлась я.

— Но мы же вернем девочку родителям?

— Сандра, я обещаю тебе, что мы сделаем все от нас возможное. Пойдем наверх. Тебе лучше прилечь.

— А эти? — кивнула я на семейство.

— Гвардейцы с них глаз не спустят.

Второй раз было уже не так страшно. Я знала, чего ждать, так что просто закрыла глаза и расслабилась. Сквозь холодную липкую тьму пробиралась с трудом. Создавалось впечатление, будто кто-то не дает мне увидеть, открыть глаза, но я все равно прилагала усилия, устремляясь вперед.

Раз! И будто первый вдох или первый шаг. Солнце на мгновение ослепило. Я видела рассвет. Яркий, живой, наполненный теплым оранжевым светом. Желтый диск только-только появлялся на горизонте, а я, точнее Айя, сидела на крыше одного из домов, оглядывая ничем не примечательную улицу.

Не деревня — дорога хоть и казалась разбитой, была выложена брусчаткой. У двухэтажного дома, что расположился напротив, стоял крытый экипаж, каких в каждом городе было в достатке. Название постоялого двора «Голодный дракон» мне ни о чем не говорило, но я надеялась, что мужчины узнали это место.

Увы, увиденная картинка им тоже ничем не помогла.

— Я не знаю, где это место. Таких постоялых дворов в каждом городе по три штуки. Они могли переместиться куда угодно, — отошел Себастьян от кровати, на которой я представляла собой умирающего лебедя.

Видимо, выглядела очень плохо, раз аух притащил мне яблочко вместо того, чтобы съесть его самому.

— Ты прав. Таких мест десятки на материке, — согласился Алеро. — Но это неважно. Попробуем завтра еще раз. Нам все равно необходимо навестить нашего общего друга.

— Еще один скрывающийся ведьмак? — уточнила я, прикрывая зевоту ладошкой.

Собственно, это было последнее, что я запомнила. Сон нашел на меня вязкой пеленой, окутал, словно воды теплого озера. Не знала, сколько проспала, но очнулась уже в карете. На коленях у Себастьяна.

— Я не поняла… — громко возмутилась я.

Только договорить мне не дали. Рот Себастьян мне заткнул самым надежным способом — поцелуем. Жаркая волна прокатилась по шее, спине. На мгновение я просто потерялась, не отвечая, не соображая, но и не отталкивая мужчину.

Он целовал не страстно, мягко, но с напором. Каждое касание было наполнено нежностью. Герцог словно боялся получить отпор, но одновременно с этим отступать был не намерен. Удерживал за талию, касался пальцами лица, волос.

Я не хотела отвечать. Разум кричал о том, что это неправильно. Я не достойна того отношения, каким мужчина наградил меня прежде, но правда в том, что глубоко в душе мне хотелось верить в хорошее.

Мне хотелось любить и быть любимой. И мне нравился герцог де Зентье, я замирала в его руках, хотя и не желала этого. Только сердце не обмануть. Оно тянулось к этому человеку. Я тянулась, осознавая всю глупость своего поступка.

Робкий ответный поцелуй стал для меня укором самой себе. Устыдившись, я попыталась спрятаться, закрыться, но, мягко поддев мой подбородок пальцами, Себастьян заставил меня посмотреть ему в глаза.

— Ответишь на один маленький вопрос? Почему Сайра? Только потому, что это слово созвучно с Сандрой?

— Почему ты вдруг об этом спросил? — удивилась я, мгновенно забыв о неловкости.

— Я видел, как ты улыбалась и хмурилась, когда тебя так называли. В твоем мире это слово что-то означает?

Мне так и хотелось спросить: «Ты серьезно?» — но вместо этого сказала я совсем другое:

— Отвечу, если и ты кое-что скажешь мне.

— Что именно?

Я хотела спросить о том, как он понял, что это я. Ведь было что-то, что меня выдало. Не верилось мне, что дело только в том наведенном сне, в котором Себастьян пытался поговорить со мной. И уж точно дело не в прикосновении — я всегда следила за своими руками, и брачные браслеты не появлялись на них, пока я притворялась ведьмой.

Нет, было что-то иное, но я вдруг испугалась услышать ответ. Потому что хотела услышать одну конкретную фразу: что он сразу понял, кто я, просто почуял сердцем. Я не желала в очередной раз разочароваться и поэтому спросила другое:

— Кто меня переодел?

Ответом мне стало многозначное молчание и лукавая улыбка, задержавшаяся на его губах. На коленях у мужчины я сидела, облаченная в брюки, высокие сапоги и рубашку. Только плащ оставался все тем же. А ведь я была в платье, когда засыпала.

— Если я скажу, что переодевал тебя с закрытыми глазами, ты мне поверишь?

— Не верь ему, безголовая моя, — неожиданно произнес аух, оказавшийся на противоположной лавке. — Ни на секунду этот бесстыдник не закрывал глаза. Это я могу тебе сказать точно. А теперь, если ты не против, я спать. У меня целая прорва магии еще не переварена.

От какого-либо ответа меня избавила неожиданная остановка. Экипаж затормозил, и кто-то стукнул по дверце, оповещая о прибытии. Когда мы выбрались, вокруг стояла темная ночь — хоть глаз выколи. На сотни метров вперед ничего не было видно.

— Мы вообще где? — спросила я шепотом, опасливо озираясь по сторонам.

— Здесь мы оставим экипажи и на время попрощаемся с гвардией. Гвардейцы снова рассредоточатся по ближайшим городам и деревням. Вдруг феи отметились где-то еще — это сэкономит нам время.

— А мы?

— А мы отправимся верхом в очень гостеприимное место, — подошел к нам Ильтан, передавая герцогу какие-то записи. — Лучше поторопиться.

Прозвучало это, скажем так… Словно это «очень гостеприимное» место столь же гостеприимно, как и дом маркиза, из которого меня транспортировали в бессознательном состоянии. Я даже не знала, чем дело в итоге закончилось, но у мужчин было время, чтобы все мне рассказать.

Мы ехали верхом уже около получаса, и я была безгранично рада тому, что мой конь снова со мной, а не плетется в самом конце нашей процессии.

— И все-таки я не понимаю, почему вы ничего не сделали. В нашем мире даже сговор о покушении строго карается. Мне тоже жаль их, жаль девочку, но они сделали свой выбор. Они ведь могли попросить нас о помощи, а не готовить наше убийство.

— Сандра, есть виновные, а есть виноватые, и эту разницу необходимо понимать, — ответил мне Себастьян. Его лошадь всю дорогу шла рядом с моим конем, тогда как Сент, Алеро и Ильтан умчались вперед. — Маркиз виноват, я согласен, но в том, что он хотел так поступить, виновны феи. Они играют на людских слабостях, и противостоять им очень сложно. Если не искусят, то получат свое шантажом.

— Прямо не феи, а кровожадные монстры.

— Именно так, Сандра. Не все, но те, что попали под влияние Матушки Тез, совершенно точно.

Громкий свист раздался настолько неожиданно, что даже мой коняха, испугавшись, встал на дыбы, едва не выкинув меня из седла. Мы с аухом удержались кое-как. Белк просто вцепился мне в плечи когтями, отчего я вскрикнула, но кричать стоило бы совсем из-за другого.

Мощные порывы ветра вдруг прокатились по лесу, что разросся по сторонам от дороги. Деревья пригибались, страшно трещали. Кони не слушались — так и норовили повернуть назад, но мужчины упрямо направляли их вперед.

Только впереди нас ждало еще большее потрясение. Говорят, первыми с тонущего корабля бегут крысы. У нас же первым пришел в себя Тучка.

— Сандра, быстро разворачивайся! Бегом! — заорал аух, перекрикивая команды герцога.

На нас неслась даже не волна — бушующая водная стихия, сметающая все на своем пути. Я никогда прежде такого не видела. Оторопела настолько, что не могла пошевелиться. Только смотрела, застыв, словно пораженная магией, и совершенно ничего не предпринимала.

— Сандра! — кричали в унисон и герцог, и аух.

— Да брось ты эту фею! — окликнул герцога Ильтан, но было поздно.

Вода захлестнула нас, снесла. Я потерялась в том, где небо, а где земля. Кувыркалась не раз и не два, наталкиваясь на деревья и ветки. Ни ауха, ни коня не оказалось рядом со мной. Воздух заканчивался, паника нарастала. Понимала, что проще всего просто поддаться течению, но инстинкт самосохранения не давал мне этого сделать. Я одна, и только я сама могу себе помочь.

— А вот и ты, — выдернули меня из воды за капюшон, словно нашкодившего котенка, но я и этому была рада. И объятиям Себастьяна была рада, из последних сил цепляясь за ветку, на которой он сидел. — Слава Матери Природе.

Мне понадобилось несколько минут, чтобы забраться к нему и откашляться. Казалось, что соленая вода стояла и в носу, и в горле. Мерзкое, неприятное ощущение, избавиться от которого не получалось.

— Что это было? — отдышавшись, спросила я, вглядываясь в безлунную ночь.

— Стихийная магия во всем ее проявлении, — ответил мне аух, ловко спускаясь по веткам. — Те трое тоже спаслись, но застряли несколько дальше, а вот коней унесло далеко.

— Магия воздуха и воды, — не слыша то, что говорил Тучка, произнес герцог. — Нам не слишком рады.

— Опять? — возмутилась я, но скорее от бессилия, чем от злости.

— Боюсь, что это еще не конец. Не сопротивляйся, Сандра.

— Чему?

В следующую минуту воплотился мой самый большой страх этого мира. Ползучие лианы оплели нас обоих, пощадив только ауха. Оплели настолько крепко, что я не могла пошевелиться, но мне и незачем было.

Вся пыльца, что нажита непосильным трудом, оказалась в воде вместе с наплечной сумкой и шпагой Себастьяна. Нам совершенно нечем было защищаться, если не считать силы Матери Природы, к которым я в полной мере прибегать так и не научилась, а герцог почему-то не торопился.

Ответ на этот вопрос я получила позднее, когда всех нас ползучая мерзость приволокла к разрушенному замку, до самого верха заросшему разнообразными растениями. Там-то нас и высвободили, оставляя на влажной земле среди пожухлых листьев и иссушенной травы.

— Кто? Кто забрался в мои владения? — прозвучал страшный голос в ночи, но его обладателя мне увидеть так и не удалось.

— Знакомься, Сандра, — со смешком произнес Себастьян. — Пальтер Вальч — местный сумасшедший, отшельник и… ведьмак.

Глава 13: Больше нет

Мне не доводилось раньше бывать в гостях у отшельников. Даже сумасшедшие ни разу не приглашали, но мой новый знакомый, к счастью, не был ни тем, ни другим. Пальтер Вальч очень умело притворялся, поддерживая свою легенду, а на самом деле и стариком не являлся.

Вполне молодой — не старше герцога. Приятный — гораздо приятнее, чем Ильтан. Гостеприимный — по крайней мере, в отличие от того же маркиза мужчина нас покормил поздним ужином.

Давно я с таким удовольствием не ела жаренное на костре мясо, и при этом меня совершенно не волновало, чье именно мясо это было. Да я быка целиком съесть была готова. К слову, о быках: коней нам тоже вернули. Они были привязаны недалеко от входа в руины. Сидеть вот так, под открытым небом, мне понравилось, однако наши проблемы никуда не ушли.

— Нет-нет, Себастьян. При всем моем уважении я не желаю бороться с феями. Я давно отошел от дел, и ты об этом прекрасно осведомлен, — шевелил рыжеволосый головешки в костре.

— Осведомлен, но неужели такая жизнь по тебе? Ты прячешься, притворяешься сумасшедшим, тогда как мог бы жить полной жизнью.

— Не понимаю, как одно связано с другим, — присел хозяин руин на сваленный ствол дерева.

— То, что феи украли у меня… — произнес Себастьян, взглянув на меня. — Это «Чаша Желаний». Ты знаешь возможности этого артефакта.

— Знаю, но также знаю, что для того, чтобы загадать желание артефакту, нужен проводник. Фея. У тебя есть на примете фея, не желающая тебя убить?

Взгляды мужчин обратились на меня, продолжающую невозмутимо жевать мясо.

— Что? — спросила я, отвлекаясь. — Он же сказал: «Не желающая тебя убить», а это точно не про меня.

— Ты всегда умел выбирать женщин, Себастьян, — едко усмехнулся Ильтан, вызывая у меня раздражение.

Ну а кому понравится сравнение с бывшей женой? Даже с учетом того, что я совсем не злодейка. Хотя… Одного вредного ведьмака я бы местами подпалила. Слишком уж напрягал меня этот беловолосый.

Спать пришлось укладываться тоже под открытым небом. Пальтер оказался неумолим, и никакие уговоры Себастьяна на него не действовали, но при этом мужчины оставались максимально спокойными, словно и не беспокоились по поводу его отказа.

Или знали то, чего не знала я.

В любом случае спать мне хотелось гораздо больше, чем проводить допрос, так что в шатер я отправилась первая, прихватив с собой ауха, но вскоре ко мне присоединился и Себастьян. Причем вел он себя показательно хорошо. Руки не распускал и чему-то загадочно улыбался.

Взглянув на него, я накрылась одеялом и отвернулась к стенке шатра.

— Ты не забыла?

— Что? — откликнулась я, словно нехотя.

— Ты обещала мне рассказать, почему Сайра. Помнишь? Я ведь ответил на твой…

— Это рыба. Так называется один из видов рыб в моем мире. И я не хотела так называться. Просто так получилось.

Завершив объяснение, я замолчала. Молчал и герцог де Зентье, что было подозрительно. Даже слишком подозрительно, так что я обернулась, чтобы увидеть, как мужчина беззвучно смеется, вытирая проступившие в уголках синих глаз слезы.

— Ты смеешься надо мной? — удивилась я, совсем не ожидая подобной реакции.

— Просто… Это забавно.

— Забавно? Ну все, — окончательно отвернулась я, намереваясь спать.

— Ты что, обиделась? — подвинулся Себастьян ближе, трогая меня за плечо, но я сбросила его руку. — Сандра, глупо обижаться на такую мелочь.

— То есть я еще и глупая?

— Сандра, я не это хотел сказать.

— Спасайся, мужик, пока можешь, — неожиданно пробормотал Тучка, выбираясь из-под одеяла. — Женская логика беспощадна.

— Беспощадна абсолютно ко всем. Даже к бессовестным аухам, — щелкнула я его по носу.

Если Себастьян и хотел еще что-то добавить, то вынужден был оставить слова при себе, потому что в шатер вошли остальные мужчины. Хорошо еще, что Пальтер спал у себя. Впятером мы в шатре едва размещались. Чувствовала, как герцог дышит мне в затылок, но поворачиваться к нему лицом было опасно.

Опасно в первую очередь для меня.

Меня смущал герцог де Зентье. Так или иначе он смущал меня и вызывал чувства, какие я не желала испытывать. Только и ругаться с ним мне больше не хотелось.

Ну или почти не хотелось. Этот невыносимый мужчина обнял меня, укладывая ладонь поверх моих пальцев. Правда, распахнув веки, оказалась я уже не в палатке, а на знакомой поляне среди необъятных снегов.

— Зачем мы здесь? Себастьян! — возмутилась я, когда его ладонь поднялась гораздо выше допустимого.

— Просто помолчи.

Я попыталась сесть, но сделать это мне не удалось. Герцог де Зентье просто повалил меня на снег, нависая сверху. Говорят, что лучший способ заткнуть женщину, это поцеловать ее. Наверное, Себастьян об этом тоже слышал, раз решил проверить эту теорию на практике.

— Нет, — постаралась я вырваться, однако мужчина оказался настойчивее.

При этом одна часть меня жаждала сделать больно герцогу, желала оттолкнуть, остановить, а вторая упивалась моментом, наслаждалась силой, властью, которой мужчина обладал. Я отчаянно хотела поцелуя и целовала в ответ. Целовала с жаром, страстью, теряя голову, теряясь в эмоциях, чувствах, которые испытывала.

— Я тебя ненавижу… — задыхалась, позволяя целовать шею, позволяя его рукам изучать мое тело. Изгибалась, извивалась в его объятиях, пьянея от жара.

— Лжешь, — улыбался, вновь и вновь находя мои губы. — Я чувствую все то, что чувствуешь ты. Знаю твои мысли, твои желания. Я знаю.

Уж лучше бы он молчал. Лучше бы ничего не говорил, потому что отрезвела я моментально. Даже рубашку с него прекратила стаскивать.

— Но я не знаю. Не знаю, о чем ты думаешь. Не знаю, что чувствуешь ко мне и чувствуешь ли вообще. Я не хочу быть развлечением. Я не хочу играть роль твоей жены.

— Я и не предлагаю играть тебе роль. Сандра…

— Правильно. Ты ничего мне не предлагаешь. В этом-то и проблема, — села я, отталкивая от себя мужчину.

— Я предлагаю тебе себя. Тебе этого мало?

— Не мало. Просто я не чувствую, что…

Разговор по душам прервался внезапно. Еще неожиданнее было то, что разом пропали и поляна, и герцог де Зентье. Просто в какой-то момент, открыв глаза, я очутилась в небе. Прямо посреди ночи в темном небе — в прямом смысле этого слова. Я летела. Летела то ли над морем, то ли над океаном, пересекая его на крыльях.

Точно! Это была не я. Я снова видела то, что видит Айя. Ветер то сносил ее, то, наоборот, подгонял. Вскоре среди бескрайних вод я смогла разглядеть большое судно. Корабль явно собирался пришвартоваться, заходя в порт.

Когда туман рассеялся, передо мной предстал огромный город с белокаменными домами и золотыми шапками куполов. Я такого никогда не видела. Под светом луны купола сияли, а стены отдавали каким-то потусторонним голубым свечением.

Засмотревшись на город, я едва не пропустила выход фей на берег. Их было однозначно больше десяти, и во главе процессии шествовала Матушка Тез, держащая на руках маленькую девочку лет четырех.

Но как я попала сюда? Герцог ведь не проводил ритуал. С этими мыслями я и вернулась обратно — в новое утро и к новым проблемам.

Проснулась я от ощущения, будто кто-то на меня пристально смотрит. Причем не просто смотрит, а бессовестно вперился взглядом, желая меня разбудить. Мне ничего не оставалось, как открыть глаза и…

Удивиться.

— У вас тут что? Консилиум? — приподнялась я на локтях, усаживаясь напротив Тучки и Себастьяна.

— Можно и так сказать, ученица. Ты где была? — накинулся на меня аух. Взяв лапками мое лицо, он вглядывался в мои глаза, пытаясь что-то в них найти.

— Я? Я была здесь и… Себастьян! Ты же говорил, что нельзя использовать ритуал чаще одного раза в сутки!

— Нельзя, — ответил герцог. — Но проблема в том, что я не проводил ритуал, а следовательно, не видел того, что видела ты. Что ты видела, Сандра? И как тебе это удалось?

— Я не знаю. Я была на поляне вместе с тобой, а потом…

Я старалась описать все, что видела, в мельчайших подробностях. Не понимала, как попала туда, раз Себастьян не проводил ритуал и не связывал меня с душой Айи. Больше того, герцог не смог вмешаться, когда почувствовал неладное, не смог остановить чары или перенаправить их. С ночи сидел рядом со мной, предпринимая попытку за попыткой, но успеха не возымел.

Однако за это время объяснения произошедшему появились у Тучки, но поведать о них герцогу аух не мог по причине того, что Себастьян сказанное моим помощником просто не понимал. Зато отлично понимала я.

— Тучка считает, что это наведенное послание от фей. Неизвестно, можно ли ему верить и с какой целью оно было послано. Возможно, я действительно видела то, что происходило на самом деле. Тогда феям зачем-то нужно, чтобы мы это увидели. Может, они подготовили ловушку и хотят, чтобы мы пришли?

— А с другой стороны, это мог быть ложный след, чтобы сбить нас с пути и увести в другую сторону. Сандра, нельзя доверять этим чарам до тех пор, пока мы не сможем их проверить. Сегодня проводить ритуал я не советую — это может плохо закончиться для тебя, но завтра утром — вполне.

— Но до этого времени нам ведь нужно куда-то двигаться? Мы не можем потерять целый день, — поднялась я на ноги, начиная складывать одеяло и подушку, чтобы уменьшить их.

Пыльца сохранилась не вся. Та, что была пристегнута к ремню брюк, бесследно растворилась в водном потоке, оставив только пустые мешочки. Зато та, что находилась в наплечной сумке, там и осталась, так что кое-что наколдовать я вполне могла.

— Мы уже потеряли день, — загадочно ответил Себастьян, отбирая у меня и подушку, и одеяло.

— Он прав, ученица. Ты продрыхла половину дня. И кстати, у нас пополнение.

Оказывается, выпускать меня из шатра герцог де Зентье не собирался. Опасался, что не сможет контролировать влияние фей точно так же, как не смог ночью, но переживать было не из-за чего.

Моими глазами совершенно точно никто не смотрел, а иначе бы Себастьян это почувствовал. Мы столкнулись с чарами другого рода, и этого мужчина отрицать не мог, так что на развалины замка я все же выбралась.

И вот как выбралась, так и замерла с открытым ртом. Хоть Тучка и говорил, что в наших рядах пополнение, я ожидала увидеть еще одного ведьмака, а не девушку. Да еще какую девушку!

Длинные иссиня-черные волосы мягкими волнами стекали по плечам, спине, колыхаясь от малейшего движения девушки. Огромные карие глаза в обрамлении пушистых темных ресниц казались просто невероятными. Этот взгляд… Томный, чарующий, очаровывающий. Неудивительно, что мужчины, собравшиеся у костра, смотрели на нее с обожанием, а кое-кто и вовсе с вожделением.

Наш отшельник явно был неравнодушен к новому члену команды. Я же вообще не понимала, зачем нам нужна эта девушка. Ведьмаком она точно быть не могла, потому что являлась женщиной, а значит…

— Знакомься, Сандра, это Астра. Она ведьма. — Взяв за руку, Себастьян подвел меня к костру, помогая присесть на поваленный ствол дерева. — Астра, это Сандра — моя жена.

— Очень… Приятно познакомиться, — улыбнулась девушка, но совсем не так, как улыбалась всего минуту назад.

Улыбка ее была натянутой, и даже больше. Она явно скрывала недовольство, но, кажется, заметила это только я. Остальные были слишком увлечены внушительным бюстом, что едва ли скрывался за кожаной кофточкой. Новая знакомая, судя по всему, вообще любила кожу, раз была облачена в кожаные штаны и высокие ботфорты.

А вот метлы я у нее не наблюдала, как и остроконечной шляпы. Стереотипы такие стереотипы.

— Ян, ты так и не сказал, зачем меня позвал, — обратилась ведьма к моему пока еще мужу. Очень своевольно обратилась. Даже я себе такого не позволяла.

— Как и всегда. Нам нужна твоя помощь, Астра. В этот раз без тебя никак.

Пока Себастьян объяснял ведьме наше положение и ближайшие планы, не особо углубляясь в подробности, что лично меня радовало, я то ли завтракала, то ли обедала, подъедая все то, что для меня положил Алеро.

На плоском блюде разместилась тарелка с супом, вяленое мясо, сыр и овощи. Имелось и подобие яичницы, но ее зеленый цвет доверия не внушал, так что есть ее я не стала. Наблюдала. Отмечала реакцию мужчин, подумывая над тем, а не приворожила ли ведьма моих попутчиков.

Ладно Сент. Он еще молодой, зеленый, и тот факт, что парень глаз от ведьмы отвести не может, вполне понятен. Лишь бы пальцы себе не отрубил, пока шпагу для Алеро чистит, не глядя, но остальные-то куда?

Будто женщину первый раз в жизни увидели. Даже Ильтан, этот феененавистник, и тот поддавался очарованию и будто становился мягче. Даже улыбнулся пару раз. Не широко, не открыто, но тем не менее.

А уж Пальтер и вовсе терял связь с реальностью, временами даже не отвечая, когда к нему обращались. Я же чувствовала себя здесь лишней. Настолько лишней, что замечать меня попросту перестали. Все, кроме Себастьяна.

Этот хитрый тип каким-то волшебным образом все время оказывался рядом со мной. Я от него, он ко мне. Я от него, он ко мне. У меня уже дерево, на котором я сидела, закончилось, а герцог де Зентье никак не отставал. Зато Тучку наша беготня повеселила.

Аух смеялся, уплетая яблоки, которые неизвестно где раздобыл. У меня-то яблоки давно закончились.

— Ну, раз мы до завтра все равно здесь, я пойду хоть цветов поищу, — проговорила я, поднимаясь, но кто бы на меня обратил внимание.

Если бы не одно но.

— Если ты не против, я с тобой прогуляюсь, — ослепительно улыбнулась ведьма, шествуя по развалинам, словно по подиуму. — Мне бы травы собрать.

— Куда прогуляюсь? — очнулся Пальтер.

— Все. Я ушла.

Сбежать хотелось просто нещадно. Не понимала своих чувств, не могла объяснить эту злость, что рождалась откуда-то из глубины души. Совладать сейчас с собой было очень трудно. Хотелось психануть, топнуть ногой, в конце концов, но, как цивилизованный человек, я просто ушла, прихватив с собою пустые мешочки для пыльцы и Тучку.

Честно говоря, аух сам решил увязаться за мной. Я его нотациями уже была сыта, так что просто искала тишины. Только тишина, похоже, мне сегодня совсем не светила, потому что следом за мной поплелась и ведьма.

— В какую сторону-то идем? — окликнула она меня, нагоняя.

— Туда, куда душа больше ляжет, — ответила я, высматривая цветы.

Зеленых кустов вокруг было немерено. Высокие деревья раскидывали свои объемные кроны, полностью закрывая руины замка от чужих глаз. Даже тропинок не было. Буйная трава росла так, будто тут никто и никогда не ходил. Приходилось пробираться через кусты, но мне так даже было лучше. Вся злость перенаправлялась в энергию, так что на дорогу я вышла почти что успокоившаяся.

— Я чувствую цветы в том направлении, — указал Тучка лапкой, забираясь мне на плечо.

— Значит, пойдем туда.

— Ты что-то сказала? — как ни в чем не бывало вышла Астра на дорогу.

К ней даже ни одна травинка не прилипла, не зацепилась за волосы или сапоги. Вот как можно быть такой идеальной? Я на себе насобирала целый букет.

— Я говорю, что мне туда, — махнула я рукой вперед, показывая направление.

— А это правда, что про тебя говорят? Ты действительно фея? — вдруг спросила Астра, поравнявшись со мной.

— Фея, — подтвердила я. — Это что-то меняет?

— Да нет, ничего. Просто удивляюсь тому, что Ян снова попался на эту уловку. Будто ему первой жены не хватило.

— На какую уловку?

— Ну как же? Ведь всем известно, что феи не умеют любить. Вы накладываете чары, чтобы привязать к себе мужчин. Не поделишься рецептом?

— Не поделюсь, — холодно ответила я, останавливаясь у знакомых кустов. Пыльца именно этого растения являлась исцеляющей, и я постаралась собрать ее как можно больше.

— Да брось. Я никому не расскажу. Это будет наш маленький секрет.

— Сандра, а хочешь я ее покусаю? — предложил Тучка, нехорошо поглядывая на эту стерву.

Я на нее тоже смотрела без лишней скромности, и чем дальше, тем больше мне не нравился наш разговор. Меня технично пытались вывести на эмоции, только я не понимала зачем. Неужели все дело в Себастьяне?

— Астра, чего ты добиваешься? — пошла я дальше, увидев еще один куст.

— Чего я добиваюсь? Да я столько лет потратила на то, чтобы быть с Яном! И вот он наконец-то позвал меня, а тут ты! Жена! Фея! Да он же ненавидит вас! — разъярилась ведьма.

— Ненавидит или нет, но замуж он меня выйти за себя принудил, так что все претензии к нему.

— Ты лжешь! — выкрикнула Астра, толкая меня в спину.

Такой подлянки я от нее совершенно точно не ожидала. Потеряв равновесие, я споткнулась и полетела вперед — прямо в те самые кусты, к которым направлялась. И вот все бы ничего. Я бы, наверное, даже сдачи дала, если бы поднялась на ноги, но сделать это было проблематично. Хотя бы потому, что прямо под моими ногами разверзлась огромная яма.

Тучка успел отпрыгнуть в сторону, а я нет, но сдаваться не собиралась. Цеплялась руками за тонкие корни, за влажную землю, что буквально рассыпалась под пальцами. Как бы я ни старалась, все равно оказалась на дне. К сожалению, в прямом смысле этого слова.

— И чего ты этим добилась? — выкрикнула я этой змее, сложив руки на груди. — Если ты вернешься без меня, у тебя спросят, где я. И даже если ты соврешь, рано или поздно Себастьян отправится на мои поиски. Своим поступком ты усложняешь жизнь в первую очере…

Договорить мне не дали. Махнув рукой, ведьма с премиленькой улыбочкой заставила все те же цветочные кусты разрастись до необъятных размеров и еще больше пустить корни. Эти корни не только связали меня, пригвождая к земле, но еще и рот заткнули так, что я могла только мычать.

— Пока-пока! — помахала она и ушла, оставляя меня вот так.

Дура. К счастью, в этот раз я ругала совсем не себя, а Астру, которая не знала того, что знала я. Если захочет, Себастьян сможет почувствовать меня на расстоянии и найти по брачной связи, что образовалась благодаря браслетам, так что мои поиски были лишь делом времени.

С другой стороны, вот так отсиживаться я тоже не могла, ожидая, когда меня спасут. Была настолько зла, что казалось, могла бы и руками разорвать корни, удерживающие меня, но, увы, так только казалось. Растения оказались крепкими.

— Вот сразу не понравилась мне эта ведьма! — появилась среди кустов голубая морда Тучки. — Слишком уж она…

— Ммм! — промычала я, взывая о помощи.

— Да, точно. Прости, — повинился аух, сползая до уровня моего лица. — Итак, как будешь выбираться?

Так и хотелось стукнуть его чем-нибудь, потому что для новых уроков сейчас точно было не то место и не то время. Он же запросто мог перегрызть эти чертовы корни, и я бы оказалась на свободе. Ну или почти на свободе, но половина дела уже точно была бы сделана.

Однако аух придерживался другого мнения.

— Давай-давай. Это отличный шанс испытать твои силы. Ты же не думаешь всю жизнь пользоваться только пыльцой? Необходимо научиться чувствовать силу Матери Природы. Просто закрой глаза, расслабься и почувствуй. Прикажи растениям отпустить тебя.

— М! М! — возмутилась я, мысленно обещая Тучке всевозможные муки.

— Нет-нет, я не стану тебя освобождать. Только сама.

Упрямства ауху было не занимать точно так же, как и мне, так что при всем желании спорить было бесполезно. И я это понимала. Только понимания для того, чтобы выбраться, оказалось маловато.

Легко сказать — закрой глаза и расслабься. Как вообще можно расслабиться, когда тебя в очередной раз оплетают растения? Слава богу, в этот раз не живые, но приятного тоже было немного.

Я пыталась расслабиться. Правда пыталась, но злости во мне было гораздо больше. После нескольких бесполезных попыток я просто отпустила себя и позволила эмоциям вырваться наружу. Не ожидала, но именно это и помогло.

Корни растения не только отпустили меня, резко отпрянув, словно от прокаженной. На мои эмоции откликнулось соседнее дерево, низко спуская одну из своих ветвей.

— Я, конечно, не такого ожидал, но тоже… — явно решил похвалить меня Тучка.

— Тихо! — резко зашипела я, замирая.

Не услышала, скорее почувствовала, как кто-то идет, потому что до сих пор была связана с Матерью Природой, используя ее силу. Не меньше десятка человек почти синхронно двигались недалеко от того места, где я застряла. От их взглядов теперь яму прикрывали не только цветы, но и крона дерева.

Буквально через несколько минут я еще и услышала незваных гостей.

— Все. Дальше не пойдем. Они точно здесь, — произнес мужской голос буквально в метре от ямы.

— Откуда такая уверенность? — спросил другой, более молодой, звонкий. — Я ничего не чувствую.

— Ты и не почувствуешь. Опыта маловато. Все, возвращаемся. Вернемся ночью.

— Не лучше ли напасть сейчас? Почему мы должны торчать тут до ночи?

— Потому что феи платят нам за чисто сделанную работу, а не за халтуру.

Пока они отходили, я, кажется, даже не дышала. Слушала не только ушами, но и всем телом, пытаясь выцепить из разговоров что-нибудь еще. Только больше мужчины ничего не произносили. Отходили молча и теми же тропами.

Когда они отошли достаточно далеко, я решилась выбраться из своего укрытия.

— Что будем делать, ученица? — пробасил аух, вскарабкиваясь мне на плечо.

— Сначала предупредим Себастьяна, — забралась я на предложенную деревом ветку, чтобы оно вынесло меня наверх.

— А потом?

— А потом надерем задницу ведьме.

— Моя девочка!

Обратно до развалин добираться было гораздо проще. Силы Матери Природы легко откликались. Трава пригибалась, кусты расступались, и даже деревья поднимали ветви, чтобы я не цеплялась за них волосами. Я давно не ощущала такого воодушевления, подъема.

Казалось, что мне все по плечу, но отрезвило меня так же быстро. Увидев, как Астра, опираясь спиной на шатер, мило беседует с Себастьяном, я резко сменила планы. Ветер поднялся, заиграл в зеленых кронах, зашумел, нагоняя темные тучи.

Ливень хлынул стеной. Все растения на десятки метров вокруг ожили, направляясь к одной-единственной цели.

— Сандра, что ты делаешь? — громко крикнул герцог, пытаясь перекричать стихию.

— Я же сказала! Она ненормальная! — услышала я голос ведьмы, и это стало последней каплей.

Ветви ближайшего дерева, словно щупальца, устремились к Астре, захватывая ее, оплетая с ног до головы, вздергивая над землей.

— Сандра, по-моему, это уже перебор, — дернул аух меня за прядь волос.

— Не перебор. Я контролирую и себя, и чары. Ты ведь хотел для меня практики?

— А ты опасная женщина, ученица!

— Сандра, что на тебя нашло? — прикрываясь от дождя капюшоном плаща, приблизился ко мне Себастьян.

— Что нашло? — переспросила, мгновенно отпуская все чары, кроме тех, что управляли деревом. Распогодилось молниеносно. Ветер стих, закатное солнце вновь появилось на горизонте, а ливень закончился. — Ваша ведьма скинула меня в яму, которую сделала прямо в земле. Еще и корнями растений меня сковала, чтобы я не то что пошевелиться — позвать на помощь не могла. И ты еще спрашиваешь, что на меня нашло?

— Астра не могла такого сделать, — появился Пальтер прямо из воздуха.

— Мне поверить твоим словам или собственным глазам? — съязвила я, не сводя взгляда с ведьмы.

Она пыталась освободиться, взывая к магии, но я успешно отбивала все ее попытки. Будет знать, как идти против феи. Такое с рук я спускать не собиралась.

— Ян, Астра не могла такого сделать, — повторил хозяин руин, обращаясь к герцогу, будто я тут была пустым местом.

— Я же сказала! Она напала на меня в лесу! Приревновала! — закричала ведьма, вынуждая меня залепить ей рот.

Не собиралась оправдываться. Я уже все сказала, так что добавить мне было нечего. Однако вопросы имелись у Себастьяна.

— Сандра, это правда? То, о чем ты рассказала.

— А есть ли смысл мне врать? — ответила я вопросом на вопрос, намереваясь уйти в палатку, чтобы собрать свои вещи.

— Сандра, отпусти Астру.

Резко обернувшись, я вперилась в герцога де Зентье тяжелым взглядом, но просьбу его выполнила. Пусть делают, что хотят. Мне, в отличие от них, нужно подготовиться к бою.

— Ян! Ты спас меня, Ян! — кинулась счастливая ведьма на шею к моему мужу, но не успела я сделать и двух шагов по направлению к шатру, как мужчина скинул руки девушки и ее саму отодвинул на приличное расстояние.

— Астра, тебе лучше уйти. Прямо сейчас.

— Ты что? Ты поверил этой? Этой фее? Ты же ненавидишь их! А как же наша дружба?

— Действительно, Себастьян, — подлил масла в огонь Ильтан. — Сколько ты знаешь свою жену? Меньше месяца? Мы знаем Астру десятилетия. Она не стала бы нам врать.

— Я все сказал. Все несогласные могут отправляться вслед за Астрой, — холодно произнес Себастьян, глядя на меня — замершую у шатра.

Я на какое-то время даже дар речи потеряла, совсем не ожидая, что мужчина поверит мне, заступится за меня. Он поставил наши недоотношения выше дружбы, и это заслуживало моего уважения.

И вот порадоваться бы мне, но…

— Боюсь, что уходить отсюда нужно всем нам, и как можно быстрее. Ночью сюда придут мужчины. Предположительно, наемники — не меньше десяти человек. Я слышала их разговор, пока сидела в яме. Один из них сказал, что феи платят им за хорошо выполненную работу. Думаю, ты, Себастьян, был прав. Я не просто так видела глазами Айи. Скорее всего, в этот момент феи устанавливали мое местоположение.

— Но все мои защитные заклинания молчат, — встрепенулся Пальтер.

— И это странно, — добавила я. — Они подошли достаточно близко. Как они смогли обойти чары, которые не смогли обойти мы?

— Им помогли. Вот дохлый зомби! — произнес вслух Алеро, сооружая в ладони смертоносный черный шар. — Астра!

— Это не я! Клянусь вам, это не я! — запаниковала девушка, но отчего-то отходила все дальше, явно намереваясь бежать.

Взмах руки, и вся трава, что росла вокруг, вымахала кверху на высоту парочки этажей, выстраиваясь преградой между нами всеми. Мне понадобилось лишь мгновение, чтобы все исправить, но было уже поздно.

Астры след простыл.

— Итак, господа, что будем делать с наемниками?

Глава 14: Любви все возрасты покорны

Времени на подготовку оставалось совсем мало. Если бы от меня зависело хоть что-то, то мы бы, конечно, ушли как можно дальше от этого места, чтобы избежать столкновения с наемниками, но мужчины принимали решение самостоятельно.

Впрочем, когда я услышала причины, то была вынуждена переменить свое мнение в их пользу. Если мы просто уйдем, наемники сообщат о своей неудаче феям, и тогда нам придется ждать нового нападения, которое обязательно последует. Если же дадим бой и выиграем, то у нас появится преимущество, и тогда утром мы не только проведем ритуал, чтобы понять, где находятся феи, но и отправимся следом, имея шанс застать их врасплох.

План боя составляли на коленке. Нам нужен был эффект неожиданности, и получить его мы могли только в случае использования пыльцы, что могла бы сделать нас невидимыми. Однако пыльцы этой у меня осталось совсем мало и на всех ее явно не хватало, чтобы эффект продержался хотя бы час.

Пришлось прибегать к логике. Мы с Сентом откровенно проигрывали мужчинам по опыту в бою, так что нас было решено оставить в самом центре развалин у костра, чтобы ведьмаки могли нас видеть и в случае нападения защитить. Правда, совсем без защиты сидеть не придется. Алеро поручил Сенту выстроить круговой щит, как только я вернусь к костру из шатра.

Здесь все было просто. По легенде мужчины оставили на ночь Сента в качестве наблюдателя, а сами отправились спать в палатку, куда я пошла вместе с ними, чтобы взять книгу и немного почитать у костра. По плану же я должна была посыпать ведьмаков пыльцой и вернуться под защитный купол, выпуская их из шатра. И вот вроде бы все легко и понятно, но сердце мое стучало с такой силой, что заглушало все остальные звуки.

Просто в нашем плане имелась одна огромная брешь.

Астра ушла, и догонять ее никто не спешил. Возможно, не хотели разочаровываться в собственной дружбе, если окажется, что ведьма действительно причастна к тому, что наемники легко прошли мимо ловушек Пальтера; возможно, просто давали ей шанс уйти тихо-мирно все по той же дружбе.

В любом случае настроение у мужчин было явно испорчено. Больше всех страдал хозяин руин, время от времени произнося вслух что-то вроде «Как же так?» или «Да нет, не может быть». Я тоже по части наемников на Астру не грешила. Она бы не навредила Себастьяну, коль пробиралась к нам с иными намерениями.

Мои подозрения даже не пали на Ильтана. Я вообще не считала, что с феями был связан кто-то из группы. Зачем кому-то из них сообщать про ловушки? Думалось мне, что, пока я смотрела глазами Айи прошедшей ночью, девица все-таки смотрела моими глазами и видела тот путь, что нам пришлось проделать до развалин.

И это была плохая новость. Ведь герцог связывал нас как раз для того, чтобы это предотвратить. По всему выходило, что чары почему-то не действовали. Или, например, Себастьян просто вовремя не успел их отразить. С этим вопросом нам предстояло разобраться утром.

— Доброй ночи, господа, — произнесла я вслух, заканчивая посыпать мужчин пыльцой.

Взяв книжку, я вышла из шатра, немного задержавшись у входа, чтобы дать возможность выйти им, оставаясь при этом незамеченными.

Прибегала к силе Матери Природы, пытаясь прочувствовать ее магию как можно дальше. То, что я делала, можно было бы сравнить с поисковой сетью, но на самом деле я просто ощущала каждое дерево, каждый камень, каждый куст и травинку, принимая в себя все изменения, что происходили вокруг них и с ними.

Не знаю, что было бы лучше лично для меня: почувствовать приход наемников или, наоборот, оставаться в неведении. Наверное, второе было бы предпочтительнее, потому что создавало иллюзию безопасности, но выбора как такового я себе не предоставила.

Ощущала их приход. Не владей я магией фей, для меня бы ничего не изменилось. Ночь у костра была все той же ночью, только два десятка ног медленно ступали по лесу, касаясь травы, кустов, земли.

Делать вид, что читаю, было непросто. Уже в пятый, а то и в шестой раз перечитывала один и тот же абзац, не понимая сути. Сент напряженно вглядывался то в кусты за нашими спинами, то в полуразрушенный проход, что зиял перед нами.

Вроде как обжаривал кусок мяса, но с одной стороны оно уже превращалось в угли, потому что переворачивать парень его забывал.

Метров тридцать — такое расстояние было между нашим лагерем и наемниками, что его окружали. Тридцать метров — ничтожно мало, когда так сильно хочется жить.

Я даже не сразу поняла, почему наемники вдруг резко начали останавливаться. Замирали в одной точке и будто переставали двигаться. Один за другим. В разных местах. И только позже до меня дошло, что мужчины не стали ждать нападения у руин, а пошли незваным гостям навстречу.

Ни крика, ни шума, ни писка. Тишина стояла оглушающая, когда в десяти метрах от нас двое неизвестных в черных платках, закрывающих лицо, набросились на шатер, фактически разрубая его на куски. Они были настолько уверены в том, что делают, что не осматривали поляну совершенно.

Не отвлекались на нас, не выискивали взглядами своих. Создавалось впечатление, что они еще не поняли плачевности всей ситуации.

Остальные наемники, судя по моим ощущениям, уже не двигались, а этих… Этих я чувствовала, оттого и вскочила на ноги, еще не зная, что предприму. Только что-либо сделать мне не дал Сент. Парнишка вдруг взял меня за руку и насильно усадил на бревно рядом с собой, что-то намагичивая.

То, что вокруг нас стояла защита, я знала, но буквально через несколько секунд мне удалось ее увидеть. Это было подобие шара, в который Алеро поместил меня при первой встрече, только стены его ярко отливали золотым, переливаясь в отсветах костра. Размеры он имел такие, чтобы точно закрывать нас со всех сторон, но при этом действительно лучше было не вставать.

— Если встанешь, щит растянется и станет тоньше. — пояснил мне Сент, с интересом наблюдая за тем, что творилось у шатра, а точнее у его останков.

— Я уже поняла, — нервно отозвалась я, рассматривая происходящее.

Голубой белк, спрыгнув с развалин прямо на голову одному из наемников, взял первый огонь на себя и таким образом разъединил нападавших. То, что Тучка помогает ведьмакам, новостью для меня не стало. Аух сам вызвался быть связным между мужчинами, чтобы облегчить им работу. Друг друга-то они тоже не видели.

— Вот и все, — раздался голос Себастьяна недалеко от нас, когда оба наемника уже лежали, не подавая признаков жизни.

В какой-то момент они просто упали. Их падение сопровождали бульканье и кряхтение, а еще лязг металла, но увидеть сам бой нам с Сентом так и не удалось.

— Шатер жалко, — вздохнул Алеро, а в воздух взмывала то одна часть палатки, то другая, чтобы снова опасть на землю.

— Мой герой! — снова вскочила я на ноги, раскрывая объятия.

— Это было легко, Сандра, — с некой самоуверенностью заметил герцог, судя по голосу направляясь к нам.

— А ты-то тут при чем? — с удовольствием съязвила я, подхватывая на руки тяжелого ауха, прискакавшего ко мне. Вся нервозность выходила через эти эмоции, отступая, давая наконец расслабиться. — Мой герой Тучка.

— Вот! — важно покивал аух головой, забираясь ко мне на плечо. — Запомни этот момент и в следующий раз покупай больше яблок! Герою нужно вовремя восполнять силы!

Мне до последнего не верилось, что все закончилось, даже толком не начавшись. Прибравшись на поляне, мужчины ненадолго покинули нас с Сентом, оставляя за главного разомлевшего Тучку.

Аух устроился на моих руках, чуть ли не мурча от поглаживаний и почесываний, но на самом деле занимался важным делом — переваривал остатки моих чар, которые вытянул из ведьмаков, чтобы мужчины снова стали видимыми.

У меня же после такого напряжения сна не виделось ни в одном глазу. Да и Сент был бодр — видно, что перенервничал, так что думать над тем, как будем ложиться спать, мы не торопились. И не зря.

— Есть идея отправиться в ближайший город прямо сейчас, — объявил Себастьян, едва мужчины вернулись к руинам. — Если перейдем порталом, то сможем снять комнаты на постоялом дворе, нормально поесть и выспаться.

— Я за! — сказали мы с Сентом почему-то хором и, переглянувшись, улыбнулись друг другу.

Даже Тучка в знак согласия подрыгал лапкой, но помогать собираться не спешил. Так и прибатонился у костра, обернувшись пушистым хвостом.

Сборы были совсем недолгими. Дольше мы ждали Пальтера, который не желал оставлять свои хоромы без защиты. Уж сильно его уязвило то, что наемники обошли его чары. Чего там только не понавешал мужчина на единственную комнату, которая сохранилась в руинах замка целой.

— Так, и от потопа! — припечатал он, потеряв всякую меру. — И от грызунов!

— Паль, — не выдержал первым Ильтан, отвязывая своего коня. — Прекрати тянуть время! Если решил идти, то пошли. А если нет, то поставь защиту от разгневанного меня.

— Не слишком любезно с вашей стороны торопить человека, — встряла я исключительно из вредности. И сама уже устала стоять на месте.

На меня так посмотрели, что я наверняка должна была испепелиться на месте, но рука Себастьяна, неожиданно обнявшая меня, охладила пыл беловолосого. И совсем неудивительно, что после такого в открытый Алеро портал я вошла в первых рядах.

Не сбежала. Совсем нет.

Просто мне не терпелось увидеть нормальную кровать. И хотя бы подобие ванны. И желательно разнообразие в еде. Жареное мясо — это, конечно, хорошо, но не на завтрак, обед и ужин.

Город спал, когда мы вышли, а точнее, вывалились у центральных ворот. Разбуженный нашим появлением постовой в сером мундире явно не обрадовался ночным гостям и желал поскорее от нас отделаться, принимая оплату за вход.

Наверное, как ночью все кошки серы, так и все города похожи друг на друга. Пустой в этот час торговый базар, разросшийся по сторонам от центральной дороги, плавно перетекал в главную улицу, которая сплошь состояла из двухэтажных домов.

На каждом из домов висели какие-то вывески, а вместо окон красовались большие и поменьше витрины. Сапожник, швея, кузнец, мясник… Чего только не попадалось на глаза, но не того, что искали.

Поиски подходящего, а в нашем случае любого постоялого двора продлились около получаса, но и там нам были не рады, хотя комнаты нашлись. Целых три, что нисколько не осчастливило привыкших к комфорту Алеро и Ильтана. Мне же было совершенно все равно. Я и так знала, что комнату мне придется делить с Себастьяном и аухом.

Только ширму попросила. Чтобы отгородиться и нормально сполоснуться в бочке с еле теплой водой, которую тут выдавали за «все условия». Натянув нижнее платье, что очутилось в моей сумке не по моей воле, я вышла к Себастьяну слегка продрогшей.

— Ты почему не ешь? — прикрыла я глаза, взывая к Матери Природе.

Увы, но фен в этом мире еще не придумали, зато чар — хоть отбавляй. Стоило лишь снова представить свои волосы сухими, как они преобразились, чуть подпрыгивая.

— Тебя жду, — ответил герцог, вольготно устроившийся на двуспальной кровати поверх покрывала.

Рядом с ним лежал поднос, на котором стояли две одинаковые тарелки с тушеным мясом и овощами. Увы, это все, что удалось хозяину найти на кухне помимо хлеба, кусочка сладкого пирога и отвара. Естественно, пирог тут же ушел в мои загребущие лапки.

На фразу да и на весь расслабленный вид мужчины я старалась не обращать внимания. Только слегка улыбнулась, когда он поднялся и зашел за ширму, намереваясь вымыть руки.

— Чистая вода в тазике на стуле, — предупредила я, поглядывая на ширму.

— А-то бы он сам не разобрался! — проворчал аух, поворачиваясь на другой бок, лежа у меня в ногах. — Честное слово, как дети малые! Не дают поспать бедному старому несчастному герою.

— Это ты-то старый? — поразилась я, сковырнув пальцем варенье из пирога.

— Я? — не меньше меня поразился Себастьян, выходя из-за ширмы.

Руки мужчина вытирал небольшим светлым полотенцем. Босые ноги с закатанными штанинами шлепали по дощатому полу. Плащ давно был скинут, а темная рубашка вдруг оказалась совершенно расстегнута. Вот совсем расстегнута, открывая любопытные виды.

— Это я Тучке, — поспешила ответить, продолжая ковырять пирог. — Устал, говорит, спокойствия хочет.

— Это мы ему живо можем устроить, — усмехнулся герцог де Зентье, занимая вторую половину кровати.

Отпрянуть я не успела. Сместиться подальше тоже. Усевшись рядом со мной, Себастьян перехватил мое запястье и нагло и бессовестно украл варенье, украшавшее кончик пальца. Ну как украл? Слизнул, довольно при этом жмурясь.

— Кисловато, — резюмировал он.

— «На чужой каравай роток не разевай». Знаете такую поговорку?

— Я другую знаю, — хитро улыбнулись мне. — «Все, что мое, мое. Все, что твое, тоже мое».

— Это еще почему?

— Потому что я тебя люблю?

Я могла только моргать. Услышав это даже не утверждение, а вопрос, я поддалась какому-то внутреннему ступору. Не понимала, это мы все еще шутим или уже нет, но нарушать тишину герцог де Зентье тоже не торопился.

Молчал, смотрел на меня и ждал ответа, дать который я была не в силах по причине того, что не знала, чего от меня ждут.

— Ой, да целуйтесь уже, — щедро разрешил нам аух, выбивая меня из ступора. — Сил моих больше нет.

— Приятного аппетита.

Собственно, только на эту короткую фразу меня и хватило. Я глаз от тарелки не поднимала, делая вид, что сильно увлечена то ли пережевыванием, то ли рассматриванием ингредиентов. Правда, несколько раз испытывала неловкость, потому что кругляш хлеба у нас был один на двоих, как и чайник с отваром. Терялась, когда мы одновременно протягивали руки то к одному, то к другому, но мне неизменно уступали.

Хотя нет, за мной просто ухаживали, то подавая хлеб, то наполняя глиняные кружки отваром.

Когда тарелки опустели, я взялась за кусочек пирога, но перед тем, как откусить, поймала себя на мысли, что неплохо было бы поделиться. Как смогла, так располовинила руками кусок, молча предлагая часть мужчине.

— Спасибо, — произнес он спокойно, свободно и как-то просто.

Без этих обольстительных ноток в голосе и вроде бы даже искренне, без шуток. Но я все равно на него не смотрела. Доев пирог, переставила поднос на стол и улеглась спать, надеясь, что все крошки ссыпались на пол. А если нет, то пусть ворочаться буду хотя бы не я.

— Эм… А бедному несчастному герцогу можно попросить одеяло? — уточнили у меня, дыханием щекоча вдруг ставшую чувствительной кожу на плече. Как все-таки мужики одинаково прибедняются!

— Попросить можно, — смилостивилась я, но во мне взыграла пресловутая вредность. — Получить — не факт. Накрывайтесь-ка вы покрывалом.

— Может, мне между нами еще и шпагу положить? — предложили мне.

— Хорошая идея. Доставайте.

Мои ответы мужчине по душе явно не пришлись. С тяжелым вздохом, а то и не с одним, он наконец улегся, изображая судьбой обиженного, но я не поддавалась. И после пятого несчастного вздоха, и после шестого продолжала лежать, закрыв глаза. Для полноты картины не хватало храпа. Моего. Но со звуковыми эффектами отлично справлялись наши соседи.

Когда герцог наконец-то заснул, я к нему все-таки повернулась.

И вот почему, спрашивается, он не может быть таким милым всегда? Все морщинки разгладились, лицо посветлело, а постоянно хмурые широкие брови перестали сходиться на переносице. Даже на губах проглядывалось подобие улыбки.

— Поцелуешь? — поинтересовался аух, заставляя меня вздрогнуть. Я про Тучку уже и забыла.

— Ага. И сказку на ночь расскажу, — покивала я, с независимым видом накрывая мужчину частью одеяла. — Спи давай, а то и тебе перепадет.

Спать хотелось, но я еще смотрела в потолок до тех пор, пока единственная свеча не потухла. Совсем немного, но боялась засыпать. Сейчас не хотела бы очутиться на снежной поляне. И уж тем более не желала бы вдруг снова увидеть что-то глазами Айи, однако сон поборол мое сопротивление.

Только в эту ночь мне ничего не снилось. Не было ни видений, ни наведенных снов, и, наверное, впервые за последние дни, проснувшись, я ощутила себя по-настоящему выспавшейся. Утро вообще оказалось добрым. Потому что в комнате, а следовательно, и в кровати я находилась одна.

Солнечный свет, проникающий сквозь заляпанное окно, помогал мне умываться и одеваться. Без хоть какого-нибудь источника света в комнате запросто можно было потеряться. Незамеченный вчера толстый слой пыли навевал романтическое настроение и желание поскорее убраться. То ли здесь убраться, то ли отсюда.

Выбрав второе, я вышла в коридор и нос к носу столкнулась с Себастьяном. Мужчина держал в руках поднос, видимо, с моим завтраком. Очень сильно надеялась, что на кухне этого заведения все же чище.

— Как спалось? — толкнул герцог дверь, пропуская меня внутрь.

— Было бы значительно лучше, если бы одеяло принадлежало только мне, — улыбнулась я, выжидающе поглядывая на мужчину. — А куда делся Тучка?

— Пошел за покупками вместе с Сентом и Алеро. Они ведь не знают, какие цветы покупать, а твои запасы необходимо пополнить. Они уже не раз нас выручали.

— А мы?

— А мы сейчас проведем ритуал. После того как позавтракаем, — поставил он поднос на грубо сколоченный деревянный стол.

— Не думаю, что завтракать здесь — это хорошая идея. Тут… грязненько.

— Не проблема. Я просто не хотел тебя будить.

Оказывается, магией можно убираться. Заляпанное окно распахнулось, ударяясь ставнями, а внутрь скользнул сильный порывистый ветер. Он закрутил из пыли и грязи настоящий вихрь, который просто выпрыгнул в окно.

Герцогу де Зентье даже руками махать не надо было. Хватало лишь одного его взгляда, чтобы все дерево, имеющееся в комнате, будто ожило, обновилось, стало ярче и сочнее, наливаясь цветом. Но и этого Себастьяну показалось мало.

Деревянная рама картины, что висела на стене, продолжила метаморфозы, неожиданно пустив ростки, которые слишком быстро превратились в зеленые ветки, расползающиеся по стене. Когда стена полностью скрылась за листьями, в некоторых местах начали появляться бутоны цветов. Они раскрывались один за другим, распространяя освежающий, чуть сладковатый аромат.

Но и на этом Себастьян не закончил. Спинка и изножье кровати вдруг тоже начали расти, но исключительно по бокам. Веточки переплетались, образуя высокие столбики, а те в свою очередь соединялись между собой, повторяя под потолком очертания кровати. Зеленые листья и цветы появились и там.

— Удивительные фокусы, — резюмировала я, не имея сил перестать улыбаться.

— Сандра, это не фокусы. Это сила Матери Природы. Ты тоже способна на подобное, тебе всего лишь необходимо немного научиться. Природа должна забирать свое. Ты ведь собираешь волшебную пыльцу с цветов? Они тебе дают. Вот и ты должна давать природе в ответ. Завтрак?

Я глаз не могла отвести. Даже ела не глядя, то любуясь буйной зеленью, то ловя на себе взгляды Себастьяна. Не пыталась их трактовать. Решила просто насладиться чем-то хорошим, ведь хорошего в последнее время случалось слишком мало.

— Знаешь, после того, как мы съедем, хозяин постоялого двора озолотится, — хмыкнула я, представляя наплыв любопытных конкретно на эту комнату.

— Только название ему придется поменять. «Драный клык» — это не то место, где растут цветы.

— Почему это драный?

— Не знаю, но предполагаю, что на вывеску просто не вместилось слово «драконий». Обычно такие заведения называют именно так.

Я посмеялась. Как бы ни было хорошо нам сидеть, как бы ни хотелось еще немного полюбоваться на красоту, время поджимало.

— Знаешь, эта кровать теперь очень похожа на ту, которую я представляла себе, когда читала одну сказку. Не очень хорошие ассоциации.

— И как же называлась эта сказка? — присел герцог рядом, когда я улеглась ровно посередине, сгребая обе жиденькие подушки.

— «Спящая красавица». Она очень много лет спала беспробудным сном, и никто не мог ее разбудить. Только поцелуй прекрасного принца снял с нее чары, возвращая к жизни.

— Если что, в ближайших городах и деревнях принцев не водится, — смешливо предупредил Себастьян, касаясь ладонями моей головы.

— Так суть была не в этом, а в том, что это был поцелуй истинной любви. То есть он ее увидел, и все. Мир померк, дыхание сперло, а его сердце забилось чаще.

— Сандра, я боюсь, что с такими симптомами лучше обращаться к целителю, — уже откровенно смеялся мужчина, глядя мне в глаза.

— Ничего ты не понимаешь, — вздохнула я, обижаясь. — Он ее полюбил с первого взгляда. Вот как увидел спящую, так и полюбил.

— Милая, мне не хочется тебя разочаровывать, но когда мужчина видит красивую девушку в кровати, любовью там совсем не пахнет. С первого взгляда у мужчины может появиться вожделение, интерес, любопытство, а любовь — она приходит позже, и чаще всего в те моменты, когда появляется желание защитить. Не потому, что так велит этикет, а потому, что этого требует сердце. Это понимание приходит лишь с опытом. Нет истинной любви, Сандра. Есть предназначенные друг другу души. В это я верю — мягко, по-доброму улыбнулся Себастьян. — Закрывай глаза.

Глаза я послушно закрыла. Хотя бы потому, что мне хотелось обдумать его слова, понять, но, наверное, мужчины и женщины действительно отличаются не только по половым признакам. Что мешает нам думать по-разному, чувствовать по-разному и воспринимать этот мир тоже по-разному? Мы ведь разные.

Глаза-то я закрыла, как и попросил мужчина, но отчего-то ничего не происходило. Не было ни ощущения борьбы, ни ощущения полета. Даже картинка не появилась. Как стояла чернота, так и продолжала стоять. И запахи все те же — цветов. И теплые ладони, согревающие волосы и щеки.

— Мы уже начали? Или ты примеряешься для поцелуя? — спросила я, приоткрывая один глаз.

— Хотелось бы второе, но сейчас не время. Странно. Импульсы проходят, магия течет, но будто нет обратной связи. Ничего не могу понять.

— Может, они тоже умеют отражать такие чары?

— Нет. Не похоже. Когда чары отражают, они проходят по другой траектории, словно вскользь. Это тонкая магия, и научиться видеть ее невероятно сложно. А если не видишь, то и не отразишь.

— Но вы не смогли отразить в прошлый раз, — вспомнила я о насущном.

— Не смог, потому что не видел. Мое сознание в этот момент находилось в наведенном сновидении — чтобы увидеть, необходимо быть в себе. Не-е-ет… Они не отражают, это что-то другое. Чары будто не находят носителя души.

— Мамочки… — разом похолодела я. — Они ее убили. Убили, чтобы мы не могли видеть ее глазами. Ее убили из-за нас!

— Прекрати истерику! — резко повысил голос Себастьян. — Не обязательно убили. Вариантов может быть много, но ясно одно. Этот способ нам больше не поможет. Хотя, несомненно, есть и плюсы. Теперь и они не смогут видеть твоими глазами, потому что связь всегда является двусторонней.

— И что теперь? Будем искать их по всему миру?

— Нет. Пойдем вниз, переговорим с остальными.

Глава 15: С попутным ветром

Когда мы спустились вниз в зал, оказалось, что Алеро и Сент уже вернулись с покупками. Ведьмак, продолжающий притворяться некромантом, как раз показывал новый шатер, растягивая его то вдоль, то поперек зала, что явно не нравилось остальным посетителям, занимающим столы.

Народу было немного — одна подавальщица легко справлялась, но вместе с нами казалось, что набился целый зал. Особенно этому ощущению лихо помогал Тучка. Два огромных мешка яблок занимали один из проходов, а он восседал на их вершине, хрумкая спелые плоды, словно семечки.

— Мы и тебе цветов накупили. С минуты на минуту должны привезти, — отчитался аух.

— Привезти? Вы что, скупили всю цветочную лавку?

— Почти, — ответил мне Алеро. — У вашего животного присутствует необъятная наглость и напрочь отсутствует чувство меры.

— Тучка не животное, а волшебное существо, — исправила я.

— Вот-вот. Волшебное существо, которое имеет коммерческую жилку. Я, между прочим, наши деньги экономил. Там пыльцы с этих цветов на целый месяц хватит.

Я могла только умиляться. Ну чудо, а не мужик, хоть и с вредным характером. Все в дом, все в дом. Еще бы белкой не был.

В обсуждения я не вмешивалась. Сидела себе тихонечко, наслаждаясь ягодным пирогом, который для меня заказал Себастьян, и чуть не пропустила момент, напрямую касающийся меня.

— Ну все, значит, решили. Сандра, собирайся, — скомандовал герцог де Зентье, поднимаясь со скамейки.

— Куда? — возмутилась я, подавившись пирогом.

Пришлось откашливаться и допивать отвар до дна, но слезы на глазах все равно выступили. От того, как Себастьян заботливо хлопнул меня по спине, едва не вышибив из меня дух. Тяжелая у него рука.

— Обратно в герцогство, — невозмутимо ответили мне. — Я думаю, что дальше мы вполне сможем справиться без тебя.

— Вот как? — очень спокойно поинтересовалась я, так же спокойно с грохотом отставляя кружку на стол.

— Сандра… — попытался герцог взять меня за руку, но руки я непримиримо спрятала под стол.

— То есть вот так, да? Раз через меня больше нельзя следить за феями, то и не нужна я, да? Снова под замок отправить хотите?

Себастьяну хватило лишь взгляда, чтобы мужчины освободили стулья и направились кто куда, забирая с собой не только покупки, но и ауха. Мой герой, естественно, упирался, потому как взгляд, не обещающий лично мне ничего хорошего, тоже видел, но Ильтан действовал наверняка. Схватил, в один из мешков сунул и наверх потащил.

Я даже возмутиться не успела. В первую очередь потому, что герцог присел со мной рядом и все-таки сцапал мои ладони, легонько сжимая их. Еще и посмотрел. Нет, не этим убивающим взором. По-другому — мягко, с легкой грустью и нескрываемой нежностью.

На мгновение я опешила, проглатывая ту бурю, что была готова сорваться с языка.

— Сандра, я не приказываю, хотя имею на это полное право. Потому что я твой муж. Я просто прошу тебя, взываю к твоему благоразумию. Мы собираемся переправиться на другой материк. Я не знаю, что нас там ждет. Не знаю, найдем ли мы там фей, а если найдем, чем наше столкновение закончится. Защита короля не будет действовать, там другая власть, другие законы. Я не хочу тебя потерять, ты понимаешь?

Сказать на это мне было откровенно нечего. Если бы Себастьян кричал, если бы угрожал, приказывал или ставил перед фактом, я бы нашла чем ответить, а так сдулась как воздушный шарик, отчего-то ощущая легкий стыд.

Будто была маленькой девочкой, которой объясняли понятные и даже логичные вещи, а она отказывалась слушать, глупо настаивая на своем. Только настаивать я собиралась и дальше.

— Я все понимаю, — вздохнула я, глядя на собственные ладони, так уютно расположившиеся в чужих руках. — Только и ты меня пойми. Для меня это важно, понимаешь? Важно помочь, важно исправить то, что произошло не без моего участия.

— Сандра, ты не виновата.

— Виновата, — припечатала я. — Знаешь, я всегда была наивной, и была наивной по своей воле. Наверное, мне было проще перекладывать ответственность на других, вверять свою жизнь в чужие руки и просто следовать тому, что мне говорят. Но больше я так не хочу. Я желаю сама решать, какой будет моя жизнь. И я хочу быть с тобой… — окончательно спрятала я взгляд за завесой волос, склонив голову. — Рядом. До последнего. Чем бы наше путешествие ни закончилось.

Герцог молчал. Молчала и я, сжавшись, ожидая его ответа. Когда ладони мои легонько погладили, рвано выдохнула, потому что боялась услышать категоричный отказ. Этот отказ стал бы настоящей точкой, последней каплей и ответом на совершенно другой вопрос: есть ли у нас шанс быть вместе.

Теплые пальцы коснулись щеки, подбородка, вызывая дрожь. Себастьян проявил настойчивость, вынуждая меня посмотреть на него. Улыбнулся. Легко и по-доброму, заправляя мне за ухо пряди, открывая лицо.

— Знаешь, что самое печальное? Головой я отлично осознаю, что должен отправить тебя в замок, запереть там, если потребуется, чтобы ты была в безопасности вместе с Анги, но так же я эгоистично, не меньше тебя желаю, чтобы ты отправилась со мной. Сандра, я наделал много ошибок в жизни и не хочу совершить еще одну.

— Не совершишь, — прошептала я сдавлено. — Честное слово, не совершишь. Я буду полезной и осторожной. Я смогу прикрыть и себя, и вас пыльцой. Я буду всегда держаться рядом и следовать приказам, если они не будут идти вразрез с моим мнением. В конце концов, я умею менять свой внешний вид, и если уж кто-то способен пробраться в новое пристанище фей незамеченным, так это я.

— Этого-то я и боюсь. Сандра, они не пощадят.

— Мы их тоже, — храбро произнесла я, но под насмешливым взором тут же сдулась. — В конце концов, я не собираюсь никого убивать и вступать в бой. Я только выкраду Чашу и сразу назад.

— Наш план состоит немного в другом, но это позже. Ты точно решила? — голос его стал серьезным, и я поняла, что от меня ждут твердого ответа.

— Да, — в подтверждение своих слов я кивнула, но тут же поспешила добавить: — Но если ты решишься хитростью отправить меня обратно, я все равно вернусь, так и знай!

— Знаю, моя головная боль.

И вот мне даже обидно не было. Потому что улыбался мужчина при этом беззлобно и смотрел так, что я начинала тут же непонятно чего стесняться, теряться и вообще едва ступеньки носом не пропахала, зацепившись мыском сапога. Но меня удержали. Бережно.

Очень при этом самоуверенно заявляя, что никогда не дадут мне упасть.

О плане Себастьян обещал мне рассказать несколько позже. Когда мы поднялись наверх, мужчины уже собирались, укладывая в наплечные сумки все, что было куплено и нажито непосильным трудом.

Меня от объяснений перед своими друзьями мужчина избавил, проводив в комнату. Пока я собиралась, а собирать мне было особо нечего, герцог отправился в комнаты к друзьям. Как бы я ни старалась вслушиваться в окружающие звуки, их голосов так и не услышала, но точно знала их отношение.

Сент наверняка обрадуется моей компании. Мы с этим малым сражались за лидерство по беспомощности по сравнению с остальными членами группы, так что отлично друг друга дополняли.

Алеро — этот псевдонекромант наверняка посчитает, что они вполне могли бы обойтись и без меня, но и в моем присутствии есть плюсы. В конце концов, я была не такой уж бесполезной. Тучка учил меня не только пользоваться пыльцой, но и обращаться к Матери Природе, а это реальная помощь. Природа-то — она везде.

Что касается Ильтана, то этот мрачный тип стопроцентно был против моей компании. Я даже будто видела, как он кривится и зло чеканит слова, считая, что мне рядом с ними точно не место. Да и Пальтер наверняка окажется на его стороне — ведь это из-за меня сбежала его обожаемая ведьма.

Вместе с Себастьяном противовес голосов играл в нашу сторону, так что я расслабилась и даже смогла встретить взъерошенного и злого Тучку с улыбкой.

— И вот чего ты лыбишься? Чего ты лыбишься? — возмущенно спросил он, передвигаясь на задних лапах. — Они у меня, между прочим, яблоки отобрали! И в мешок засунули!

— И я тебе очень сочувствую. Честно-честно, — попыталась я погладить ауха, но он не дался. — Мы Ильтану обязательно отомстим. Вот как возможность подвернется, так сразу его в мешок посадим.

Я говорила несерьезно. Просто хотела поддержать Тучку, понимая, как ему обидно. Я бы тоже очень сильно разозлилась, если бы со мной так поступили. В общем, говорила-то я несерьезно, но обиду на беловолосого затаила, точно зная, что за своего ауха еще отплачу.

Месть не обязательно должна быть большой. Хватит и легкой пакости, которая наверняка испортит ему настроение.

Тучка, услышав мои обещания, сдался на милость победителя, то есть мне, забираясь на мое плечо, но погладить все равно не позволил, щелкнув зубами в опасной близости от моих пальцев. Так нас и застал Себастьян.

— Там цветы привезли, — с порога заявил он, придерживая дверь нараспашку открытой.

— Отлично, — улыбнулась я, встречая взглядом первые охапки. — Сейчас быстренько пыльцу соберу, и можем отправляться.

Казалось бы, не так-то уж и тяжело сдержать это обещание, но, когда охапками цветов была заставлена вся комната и они все не заканчивались и не заканчивались, я поняла, что сбор пыльцы займет не так мало времени, как я рассчитывала. Больше того, я подозревала, что ни моих, ни купленных мужчинами мешочков не хватит.

Да этой пыльцой не месяц можно будет пользоваться, а год!

— Я не… Да я и к утру отсюда не выползу, — выдохнула я, оглядывая «богатства».

За охапками было не видно ни пола, ни кровати, ни стола.

— Мы поможем, — взял Себастьян меня за руку, переплетая наши пальцы. — Подожди минутку.

Оказывается, это безумно приятно, когда тебе помогают. Герцог де Зентье в считаные секунды распределил обязанности. Пока я собирала пыльцу с цветов, выкладывая ее прямо на примитивный лист газеты, Себастьян забирал у меня эти листы и высыпал их содержимое в индивидуальные мешочки — в большие, которые уменьшал магией Ильтан, и в маленькие, которые сразу передавал Алеро.

Ильтан в свою очередь уменьшенные мешочки передавал Сенту, который прикреплял к ним ярлыки с теми названиями, что я диктовала. Парнишка складывал эти мешочки в отдельный большой мешок.

Алеро же, прикрепляя ярлыки к маленьким мешочкам, распределял их по шести равным кучкам, которые в свою очередь все мы должны были прикрепить к своим ремешкам. Так я в любой момент могла получить доступ к их содержимому.

Управились мы часа за два, а то и меньше. Теперь для борьбы с феями у нас имелся целый арсенал, но на этом приготовления не закончились. Себастьяну пришлось порталом переправить в свой замок всех наших лошадей и большую часть стянувшихся к постоялому двору гвардейцев, потому что тащить их с собой было чистым безумием.

— Но почему? Не удобнее ли передвигаться верхом? — радела я за своего коняшку, который в портал влетел только после того, как туда же закинули целый мешок с яблоками.

— Кони в ближайшее время нам не понадобятся. Да и это лишний груз, чего мы себе позволить не можем.

— Груз? — На моем лице явно проступили сомнения.

— Увидишь, — щелкнул Себастьян меня по носу, а после поцеловал.

Тоже в кончик носа.

Не иначе, чтобы загладить свою вину.

Три крытых экипажа приехали за нами уже после обеда. Обедали быстро, но сытно, отъедаясь, видимо, на все последующие дни. И вот когда я оценила возможность ехать в карете, а не в седле. Верхом я бы и десяти метров не вытерпела.

Под полуденным солнцем рассматривать город было одно удовольствие. По центральной улице жители и гости города передвигались и в экипажах, и верхом, и даже на своих двоих. Кто-то явно спешил по делам, другие — просто гуляли, беседуя между собой.

Были и те, кто сидел под тентами прямо на улице, наслаждаясь солнечным днем и угощениями из булочной. Одна дама в пышном светло-желтом платье и легкой шали уплетала маленькие пирожные, выставленные перед ней на трехуровневом подносе, а пожилой мужчина с сединой на висках читал газету и время от времени отпивал из белоснежной чашки.

Мимо проносились деревянные вывески скромных лавок и стеклянные витрины салонов побогаче. Деревьев на пути почти не встречалось, но то и дело мелькали цветочные клумбы и зеленые участки. Только влажно было очень, чего совсем не чувствовалось, когда мы прибыли сюда ночью.

И вскоре я поняла почему.

— Это море? — восхитилась я, выглядывая из кареты, всматриваясь в берег и пристань.

— Это океан, — ответил Себастьян, наблюдая за мной с улыбкой.

— Он прекрасен.

— Нет, милая маленькая фея. Это ты прекрасна.

Мне никогда не приходилось видеть большие корабли так близко. Да что там близко! Я и издалека их никогда не видела — разве что на фотографиях или в фильмах, так что сейчас была не только восхищена, но и поражена.

Размерами.

А еще совсем немного, но напугана. Океан — это ведь не море. Там конца и края не видно.

— А нам точно нельзя перенестись порталом? — с надеждой уточнила я, хоть ответ уже и так слышала.

— Нет, Сандра, перенестись нельзя. Мы не только плывем на другой материк, но и в другое государство. Но если ты боишься…

— Совсем не боюсь! — поспешила я заверить, накрепко вцепившись в запястье Себастьяна. — Просто я еще никогда… Ну… Того… — мотнула головой в сторону корабля.

— Я постараюсь сделать так, чтобы тебе понравилось.

Герцог де Зентье умел интриговать. Я мигом забыла о своих переживаниях, думая о том, как именно Себастьян будет стараться и что для этого сделает. По трапу поднималась в приподнятом настроении, хоть и пахло в порту не слишком-то приятно.

Вслед за нами на палубу ступали портовые грузчики, перетаскивая наши вещи из экипажа в каюты. Здесь мы были совсем не герцогом и герцогиней, а играли роль незнатного торговца и его жены. Двое гвардейцев сопровождали нас как наемная охрана, а остальные взошли на борт в качестве разжалованных вояк, ищущих за океаном лучшей жизни.

Сент и Алеро не предавали себя и снова стали жуткими бледными немногословными некромантами, путешествующими по миру в поисках легкого заработка. Пальтер и Ильтан изображали отца и сына, что отправились на материк за редкими снадобьями для матушки последнего. В общем, у каждого из нас была своя роль, и мы их — эти роли — успешно играли.

Ровно до тех пор, пока судно не стало отплывать.

Это занимательное событие нам предложили отметить на палубе, чтобы насладиться видами берега перед тем, как сутки перед нашими глазами будет лишь водная гладь. С энтузиазмом оголодавшей львицы я потянула Себастьяна к столикам. Эти столы, ножки которых были вкручены прямо в доски, уже занимали другие пассажиры.

В любое время дня и ночи на этом судне можно было заказать чего-нибудь поесть, но, естественно, за отдельную плату, так что столики и жесткие стулья наверняка пользовались успехом. Только, видимо, не у меня и не у Сента.

Нет, мы вместе со всеми любовались просторами и следили за тем, как берег с крышами домов исчезает на горизонте, но едва корабль отплыл достаточно далеко, я почувствовала это. По зеленеющему лицу парня стало понятно, что «это» ощутила не только я.

Ничего сказать Себастьяну я не успела. Пулей метнулась к невысокой ограде палубы, но добежать до поручней так и не смогла. Дорогу мне преградил вдруг поднявшийся на ноги Ильтан. Его начищенные до блеска сапоги почти не пострадали, а вот гордость…

— Простите, — придушенно пискнула я, толком и не раскаиваясь.

— Так ему и надо, засран…

Что там хотел сказать довольный Тучка, я так и не дослушала. Побежала показывать океану все то, что видел мой желудок сегодня на обед. Ко мне присоседился Сент. Парнишка продержался дольше меня, но, видимо, качка ломала и не таких смельчаков.

Мне было безумно стыдно, но о стыде я думала в последнюю очередь. Даже когда рядом со мной оказался Себастьян, придерживая мне волосы и подавая платок, мои мысли были лишь о том, чтобы все это поскорее закончилось.

— Ученица… Ты бы это, пыльцу, что ли, использовала, — показался аух из-под моей руки, карабкаясь по плащу.

— Какую пыльцу? — измученно прошептала я, стараясь лишний раз даже не дышать.

— Так исцеляющую. И этому насыпь, что ли, — махнул аух хвостом на моего соседа по поручню. — Жалко парня. Он мне яблоки из семечек выращивал.

Мысль о том, что теперь мне ясно, где Тучка брал яблоки, появилась и исчезла. Запустив руку в мешочек с исцеляющей пыльцой, я сначала посыпала ею Сента, а потом щедро размазала по своему лбу.

— Ну что? Лучше?

Герцог де Зентье волновался, придерживая меня за талию. Я ему была очень благодарна, потому что легкие поглаживания успокаивали. Чувствовалось, что он применяет ко мне толику магии — так, чтобы этого не заметили другие.

— Лучше, — выдохнула я, наконец-то отцепляясь от поручня.

— Тогда пойдем до каюты. Думаю, тебе необходимо прилечь.

В противовес своим словам Себастьян не позволил мне идти самой, а бережно поднял на руки. Сентом занимался Алеро, так что за парня я была спокойна, но едва мы добрались до каюты, как все вернулось по новой.

До самого вечера герцог не отходил от меня ни на минуту. Я преимущественно спала, то проваливаясь в вязкое марево, то снова выплывая из его темных вод.

Пользоваться пыльцой откровенно была не в состоянии — да и хватало ее ненадолго, так что лечил меня Себастьян. Обнимал, расположившись на кровати у стены, а под моим боком грелся Тучка. Ну или я об него, что гораздо больше походило на правду.

Однако мое самочувствие все же вернулось в норму. Настолько резко, что я распахнула глаза и села на постели.

— Да чтоб вам всю жизнь вместе прожить! — пробасил Тучка, поднимаясь с пола.

Я его совершенно случайно скинула на пол, дезориентируемая темнотой и сном. Что примечательно, Себастьяна рядом не оказалось, а в открытый круглый люк щедро заглядывала луна, расцветшая в ночном небе среди миллиардов звезд.

И тут, словно в фильме ужасов, дверь в каюту без стука открылась, являя темный силуэт. За подушкой я потянулась на автопилоте, почему-то вспомнив сказку про «Красную Шапочку».

Только мой волк есть меня не спешил. Наоборот, принес с собой целый поднос разных вкусностей. Их аромат одуряюще ударил в нос, заставляя желудок сжаться в болезненном спазме.

— Я рад, что ты проснулась, — улыбнулся Себастьян, медленно выходя на свет. — Не хочешь полетать?

Глава 16: Надышаться

Я была рада выбраться на палубу и вдохнуть свежий ночной воздух полной грудью. Меня больше не мутило, и это было прекрасно, но моя болезнь, как оказалось, не прошла сама по себе. Пока Себастьян нянчился со мной, а Алеро ухаживал за Сентом, Пальтер и Ильтан познакомились с некоторыми пассажирами за кружкой горячительного и отыскали мага, который умел накладывать особые чары.

Он — этот маг — сам похвастался своим умением избавляться от морской болезни на длительное время, всего лишь один раз прибегая к заклятью. Тут-то ведьмаки и смекнули, что нам его помощь очень даже нужна. Но сами отвести его к нам не могли. Зато предложили ему заработать, презентовав свои услуги торговцу и некроманту.

Маг идеей загорелся, но имелся существенный минус. Заклятию требовалось время, чтобы слиться с аурой того, на кого его накладывали. В нашем случае этот минус оказался незначительным, так что через два часа после встречи мага и моего не подающего признаков жизни тельца я стояла на палубе, кутаясь в плащ, и смотрела на бескрайние черные воды.

— Мы плывем или стоим? — поинтересовалась я, наслаждаясь абсолютно каждым вдохом.

— Стоим, — остановился Себастьян за моей спиной, обнимая за плечи. — Мы прошли через первый портал и теперь ждем, когда команда закончит проверять целостность корабля. Это займет около часа. Может, чуть больше.

— А я-то думала, как можно пересечь океан за сутки. Даже предположила, что в этом мире просто океаны маленькие.

— Нет, не маленькие, — усмехнулся Себастьян. — Без порталов наше плаванье заняло бы недели. Просто порталы нельзя открывать где хочется. Есть определенные водные границы, где начинаются свободные территории. Тут перемещаться можно, но опять же лишь до следующей границы.

— Как все сложно, — проворчала я для порядка.

— На самом деле легко, когда ты знаешь это с детства. Тебе же всего лишь нужно подучиться. Походишь на занятия вместе с Анги.

— Интересно, как там она? — вздохнула я, ощущая умиротворение. Упиваясь им, нежась в нем.

— Думаю, у нее все хорошо. По крайней мере, Алдрид не жаловался. А вот за замок действительно страшно.

— Устоит, — махнула я рукой, вспоминая толпу аухов и их предводительницу.

Мы помолчали. В этом молчании было тепло и уютно под тихий шелест волн и далекие голоса, что врывались в наш маленький мирок время от времени. Я бы так могла и до самого утра простоять, но забытый в каюте поднос манил. Просто пройтись мне хотелось гораздо больше, чем есть.

— Так что? Полетаем?

Предложение Себастьяна было по меньшей мере странным. Приподняв подбородок, я с недоверием взглянула на него снизу вверх. Шутит или нет? От этого ведьмака можно чего угодно ожидать.

Словно прочитав мои мысли, мужчина тепло улыбнулся, но хитрости в его взгляде я отыскала воз и маленькую тележку.

— Я серьезно. Обещаю, тебе понравится.

За руку герцога я взяла сама, делая первый шаг. Не знала, что еще от меня требуется, так что решила полностью довериться ему, позволяя увести себя на нос корабля. Там Себастьян вновь обнял меня, но на этот раз крепко, удерживая двумя руками. А еще заставил встать прямо на мыски его сапог.

— А теперь закрой глаза. Не бойся ничего, ладно?

— Я и не боюсь. Тебя.

На мгновение наши взгляды встретились. Это было очень долгое, какое-то особое мгновение, когда все вокруг замерло, отключилось и остались только мы вдвоем. А потом пришел он.

Жуткий порывистый ветер налетел, пригоняя черные тучи. Если бы Себастьян меня не держал, я бы уже оказалась за бортом. Сомкнув пальцы у него за спиной, я вжималась крепко-крепко, слыша один за другим раскаты грома.

Сверкало то тут, то там. Дождь, самый настоящий ливень хлынул стеной, разрезая небо серой завесой, но на палубу не упало ни одной капли. Сверкающий шар, выстроенный вокруг судна, то и дело поблескивал от соприкосновения с потоком.

Воздух был будто наэлектризован. Казалось, что молнии могут ударить прямо в нас, но я верила в силу Себастьяна, верила в силу Матери Природы.

Когда ноги мужчины начали отрываться от палубы, я не поверила своим глазам. Мы медленно, но верно взмывали вверх, поднимаясь все выше и выше. Выше мачт, выше защитного купола, прямо под холодные капли, которых становилось все меньше.

Ливень редел. Темные тучи постепенно расступались, пока не показались звезды и луна. В воздухе пахло озоном, а вокруг нас на тысячи метров вокруг плескался океан с его непослушными, своевольными волнами. Ветер трепал мои волосы, я…

Я трепала Себастьяна, а точнее, теребила его плащ, цепляясь за широкие плечи.

Не верилось. Мне действительно не верилось, что мы летим. Словно я была во сне, только в очень реальном. Именно сейчас отчего-то я вспомнила о том, что герцог пообещал отдать мне свое желание, когда мы отберем у фей украденный артефакт.

Как можно покинуть этот мир? Как можно после всего того, что я увидела, узнала, делала своими руками, вернуться обратно в свой старый, совершенно безмагический мир?

А ведь впереди столько неизведанного, столько неувиденного.

В какой-то мере мне даже хотелось растянуть наше путешествие, но я понимала, что необходимо расправиться с этим делом как можно скорее. Не только потому, что феи за столь короткий срок уже успели натворить дел, но и потому, что Анги не должна была оставаться одна.

Ей нужен отец. Дома. Рядом с ней.

— Ты грустишь? Тебе не нравится? — озадаченно смотрел на меня Себастьян, вглядываясь в глаза.

— Нравится, даже очень, — улыбнулась я, опасливо косясь вниз. — Только кушать очень хочется. Как думаешь, аух оставил нам что-нибудь на подносе?

— Сдается мне, что придется снова идти на кухню. Как насчет совместного забега?

Я ничего не имела против. Впрочем, такое в последнее время происходило часто.

И поздний ужин, и ночь прошли просто замечательно. Мы много и долго говорили. Причем темы находились сами собой, и между нами не осталось молчания, переходящего в неловкость.

Впрочем, небольшую неловкость я иногда все же ощущала. За ауха, который время от времени вставлял едкие комментарии в нашу беседу. Все его фразочки в основном сводились к тому, какая милая мы пара и как у него при этом обратно просятся съеденные яблоки.

Перед тем как лечь спать, мы с Себастьяном снова поднялись на палубу. На этот раз для того, чтобы посмотреть, как судно будет проходить через портал. Светящееся марево, в принципе, ничем не отличалось от обычного перехода. Только размеры казались грандиозными. Да и дух перехватило сильнее.

— Странно. Мы же сейчас находимся совсем в другом месте, а такое ощущение, что все там же. Будто ничего не изменилось, — пожала я плечами, рассматривая всю ту же водную гладь, что распростерлась вокруг.

— Так только кажется. На самом деле воды здесь теплее. Мы сейчас находимся южнее, и жара — это то, что существует здесь бок о бок с государствами. Днем увидишь.

— Только днем?

— Нам еще плыть и плыть. Пойдем спать. Нужно набраться сил.

Утро наступило, но мы его бессовестно проспали. Себастьян разбудил меня только к обеду, незадолго до того, как судно вошло в порт. За это время мы успели привести себя в порядок и немного перекусить перед дорогой.

Ближайшие планы мало отличались от того, чем мы занимались до этого. Нам нужно было войти в город, найти временное жилье и обратиться в слух. Слухи — это то, что есть всегда, и нам это было на руку. Феи наверняка не станут тихушничать. Если они действительно осели в этом белокаменном городе, о них должны знать. В любом случае…

— Это тот порт, — выдохнула я, разглядывая золоченые крыши и купола. — Я его видела в последнем видении.

— Отлично. Значит, мы не ошиблись.

— Но что это за город?

— Это город-порт с красивым названием «Видалия». Единственный город-порт Ридальской Империи, — раздалось сбоку от нас. Пальтер подкрался к нам незаметно. — Так какой план?

— Предлагаю сначала зайти в ближайшую таверну, — негромко произнес Себастьян. — Капитан должен знать такие места. После найдем дом.

— Дом? — удивилась я. — Не постоялый двор?

— Для нашего дела лучше снять именно дом. Пойдемте за вещами, скоро пришвартуемся.

С корабля до экипажей наши мешки и сундуки несли наемные грузчики. Пока мы ждали своей очереди, чтобы спуститься по трапу, я рассматривала берег и людей. Удивляться было нечему. Учитывая удушающую жару, от которой я тут же покрылась потом, население города одевалось согласно погодным условиям.

Женщины носили яркие струящиеся платья из тончайших тканей или легкие комплекты, состоящие из топов с короткими рукавами и широких штанов. По сравнению с ними я в своем наглухо закрытом платье выглядела как монашка.

Мужчины тоже предпочитали штаны, но более консервативных цветов — белые, серые, коричневые, черные или темно-зеленые. Некоторые носили широкие рубахи, а другие — распашные жилеты прямо на голое тело.

На пристани было шумно, пахло рыбой и почему-то арбузами. В толпе снующих туда-сюда людей легко можно было потеряться, но Себастьян держал меня крепко. Меня и свой кошелек, пристегнутый к ремню.

Поездка в карете не доставила мне особого удовольствия. Сразу рядом с портом находился рынок, первые ряды которого были забиты рыбой и морепродуктами. Тут же продавали и ракушки, а чуть дальше — фрукты и прочие товары. Экипаж ехал медленно из-за непрерывного людского потока, так что к нам в карету нередко заглядывали неожиданные визитеры, предлагающие купить то сладости, то напитки, то сувениры.

Сладости я попробовала — то ли конфеты, то ли миниатюрные пирожные пришлись мне по душе. В основном они состояли из слоеного теста, мелко перемолотых сухофруктов и орехов.

Напитки мне тоже понравились. Их продавали в подобии небольших пакетов, так что содержимое было видно всем и сразу. В одном в темно-красной, рубиновой жидкости плавали черные ягоды, мелкие зеленые листья и коричневые палочки толщиной не более миллиметра. В другом, с прозрачным наполнением, все те же палочки, зеленые половинки странных фруктов с белой мякотью и веточки чего-то похожего на петрушку.

Оба напитка оказались сладкими, освежающими и прекрасно утоляющими жажду.

Извозчики остались на улице вместе с нашими вещами, когда мы все-таки отыскали приличное заведение. Капитан корабля сказал Себастьяну, что здесь, в принципе, все заведения приличные, потому что за порядком строго следят, но нам нужно было что-то особенное. Место, которое посещают горожане, а не приезжие.

В просторном светлом зале, отделанном деревом, на котором были выжжены незамысловатые завитки, мы расселись по разным столам. Алеро и Сент заняли место у самого входа, мы с Себастьяном пошли дальше, в самую гущу зала, а Пальтер и Ильтан нашли стулья у барной стойки.

Нашей задачей было не только пообедать, но и послушать то, о чем говорят вокруг. Сколько бы мы с Себастьяном ни тянули время, ничего путного нам услышать так и не удалось. Все гости заведения, как один, обсуждали новый гарем своего императора, а еще праздничные мероприятия, которые будут проходить в ближайшие три дня.

— Интересно, о каком празднике они говорят? — тихонько спросила я, осматривая зал.

В этой чайной, а именно чайной, а не таверной называлось это заведение, совсем не было женщин среди гостей, так что время от времени на мне скрещивались чужие взгляды, которые с легкостью прогоняли гвардейцы, занимающие соседний столик. С нами остались только двое, тогда как остальным было поручено пройтись по городу и разузнать, не творилось ли в последние дни чего необычного.

Впрочем, и среди персонала женщин тоже не было. Столики обслуживали молодые парни, которые умудрялись одновременно удерживать по четыре подноса в руках.

— Праздник специй, — ответил Себастьян, возвращая на стол салфетку. — В их культуре специи играют немаленькую роль, и не только в том, что касается еды. Они считают, что правильно использованные специи могут сделать жизнь человека счастливее.

— Магия специй?

— Нет, Сандра. Магии там нет. Всего лишь вера, но вера непоколебимая.

Первыми чайную покинули Пальтер и Ильтан. Таков был наш условный знак: если кому-то удается что-то узнать, то они первыми возвращаются к экипажам. Вслед за ними вышли и наши некроманты, а мы, в свою очередь, появились у карет последними, но между собой не говорили.

До тех пор пока не доехали до дома, который сдавался в аренду. И вот тут-то я и подвисла.

Раньше мне казалось, что воплощением роскоши является замок герцога де Зентье. В его доме было много картин, всевозможных статуй и всего того, что я могла бы причислить к музейным экспонатам. Золото щедро использовалось в рамах, в подвесных люстрах, канделябрах и прочих мелочах, придающих уюта. Но я ошибалась.

Настоящую роскошь я увидела только сейчас.

Это был не замок. Нет-нет, на язык так и напрашивалось слово «хоромы», ну или на крайний случай «палаты». В первую очередь меня привлекли размеры дома — в высоту этажей пять, не меньше, а уж в ширину и того больше. Сразу в глаза бросался еще и парк, от любопытных глаз огороженный высоким светлым каменным забором.

Белыми были и стены этого гиганта, а еще дорожки из мрамора, что, словно лабиринт, вели в разные стороны. Например, к овальному фонтану, к центральному входу или к тому одноэтажному зданию, что стояло словно особняком.

Яркий цветочный аромат заполнял все вокруг, что неудивительно. Все деревья и кустарники вокруг цвели, придавая парку яркости.

Белый мрамор дорожки сменялся на черные мраморные ступени. Высокие полукруглые двустворчатые двери отливали золотом, как и купола, что заменяли крыши. Мраморным был пол и внутри, но он терялся на фоне расписных стен, украшенных разноцветными фресками и мозаиками.

Вместо свечей использовались напольные подставки с факелами. Вместо привычных окон — открытые проемы. Потолки были настолько высокими, что я себе сразу начала казаться маленькой. А уж какими красивыми коврами местами был застелен пол. Я честно старалась держать рот закрытым, но он сам собою открывался от восхищения.

Мы держались обособлено. Пока ждали своей очереди, я не переставала крутить головой, чем заслужила насмешливую улыбку Себастьяна. Этот дом был что-то вроде гостиницы, но сдавались здесь не комнаты, а апартаменты. Как сказал Себастьян, они представляли собой тот же дом, имели отдельный вход, но при желании можно было обратиться к хозяину заведения и получить в аренду слуг или, например, повара.

Когда очередь дошла до нас, я уже изнемогала от нетерпения.

— Вам у нас обязательно понравится! — не переставая кланяться, щебетала молоденькая девушка в легком наряде.

Ее назначили нашей провожатой, вверяя ключ от двери, и ей же Себастьян передал увесистый кошель с деньгами. Чтобы попасть в арендованные апартаменты из центральной части дома, нужно было пройти по длинному пустынному коридору с множеством дверей и без единого окна.

Открыв предпоследнюю дверь, девушка передала ключ герцогу. Двое молодых парней внесли наши вещи.

Нас встретили простор, массивная мебель и множество ковров. Первое помещение наверняка выполняло роль гостиной. Из него еще одни высокие двери, что обнаружились ровно напротив, вели наружу.

Множество низких диванов, сотни подушек, цветы в вазах. Мое внимание привлекли две лестницы: одна уходила вверх, а вторая совершенно точно вела вниз, но была скрыта за первой.

— Здесь три этажа? — уточнила я, делая первые робкие шаги.

— Наверху должны быть расположены спальня и кабинет, а внизу кухня и комнаты для прислуги, — отозвался Себастьян, зачем-то разглядывая стену под лестницей.

— А удобства? — нашла я то, о чем мужчина умолчал или нарочно обошел стороной.

— А удобства здесь общественные. Умываются при помощи кувшина и тазика, что стоят в спальне. Моются в чадах — это отдельное здание, разделенное на женскую и мужскую половины. А туалет заменяет глиняный горшок и ширма.

— Неразвитые они какие-то, — вылез из моей сумки ворчливый аух. — О!

Удивляться было чему. Там, где только что стояла ровная стена, вдруг появился сквозной проход. По ту сторону прохода показалась голова веселого Сента, жующего что-то похожее на розовый виноград, а по эту замер Себастьян.

— Ну наконец-то, — заглянул к нам и Алеро, пока в моей голове вертелась подленькая мысль, что в случае чего бедность герцогу не грозит. Он так и в банк легко зайти может.

— Что вы узнали?

А узнали Сент и Алеро то же самое, что и мы. Народ яро обсуждал предстоящие празднества и новый гарем своего повелителя. Гораздо больше удалось выяснить Пальтеру и Ильтану, а точнее беловолосому. Это именно он разговорил хозяина чайной, и тот ему поведал о том, как несколько дней назад в Видалию без сопровождения мужчин небольшой группой прибыли одаренные женщины и девушки от мала до велика.

Шуму они здесь навели столько, что слухи об их удивительных способностях дошли и до владыки Ридальской Империи. По приказу императора всех их пригласили в столицу — погостить во дворце и показать свои умения повелителю. Падок он, этот повелитель, на все необычное. Больше эти женщины в Видалию не возвращались, а у императора появился второй гарем.

— Только навряд ли этот гарем — загаданное императором желание, которое феи выполнили. Гораздо больше мне хочется верить, что это и есть плененные повелителем феи, — усмехнулся Ильтан, не скрывая своего отличного настроения. — Так им и надо.

— Закон бумеранга, — поддакнула я, впервые хоть в чем-то будучи согласная с беловолосым. — Что? Закон такой есть. Если сделал зло, то оно к тебе обязательно вернется.

— Раз феи в столице, во дворце повелителя, значит, вместе с ними и артефакт, и дочь маркиза… — задумчиво размышлял вслух Себастьян, очень по-свойски поглаживая мое колено прямо поверх юбки.

— А значит, феи больше не представляют собой угрозы. — дополнил Пальтер, с надеждой глядя на друзей. — Может, и ну их? Пусть местный император с ними и разбирается.

— Паль, Чаша Желаний — это оружие, как ты не понимаешь? — вскипятился Алеро, подскакивая на ноги. Заходив по гостиной из стороны в сторону, он время от времени пинал подушки, чеканя слова: — Представь. Артефакт достался императору, у которого немало земель, большое войско и много золота. У этого человека, а он именно человек, есть все, но в то же время ему наверняка хочется большего. Да, он сам может загадать лишь одно желание, но стоит ему приказать — и все его подданные под страхом смерти загадают для него сотни, тысячи, миллионы желаний. Этот артефакт — уникальный. Можно загадать абсолютно все что угодно, и желание сбудется. Как долго, скажи мне, просуществуют наши королевства, прежде чем этот человек захочет стать повелителем мира? И как кто-то сможет его остановить, если, например, он пожелает стать бессмертным? А что будет, если про артефакт узнают? Сотни попыток выкрасть его рано или поздно закончатся успехом, и к власти придет новый тиран, а за ним еще один и еще. Мир, наш с тобой мир погрузится в хаос.

— Ну, может быть, все не так плохо? — Я поежилась, представляя себе эти картины. — Насколько я поняла, король, у которого на службе Себастьян, знал об этом артефакте и за столько лет ни разу не пытался его присвоить.

— Не пытался, Сандра, потому что своими глазами видел последствия. А еще понимал то, что сейчас сказал Алеро. Рано или поздно слухи об этом артефакте разойдутся и найдутся смельчаки, желающие любой ценой этот артефакт отобрать. Я не исключаю, что император, если феи и артефакт у него, решил таким образом запереть зло, что злом на первый взгляд не выглядит, но мы должны знать наверняка.

— Поедем в столицу сегодня? — предложил Ильтан.

— Предлагаю сначала отправить ко двору гонца с просьбой о встрече с императором, — поднялся на ноги Себастьян, кивая одному из двух гвардейцев, что притворялись исключительно вазами.

— И кто же с ним встретится? — ужаснулся Пальтер.

Гвардеец передал Себастьяну конверт, чистый лист и перо с чернильницей. Ответил другу он же:

— Герцог де Зентье.

— И герцогиня де Зентье, — вякнула я.

Глава 17: Четыре желания

К этому храму золота и света до самого вечера стекались те немногочисленные гвардейцы, которых Себастьян взял с собой. Все мы заметно нервничали, не зная, чем себя занять до возвращения гонца.

Занятыми были разве что только Сент и Алеро. Прямо в центре гостиной они варили какой-то отвар, накидав в него лишь один ингредиент — траву, которую Ильтан между делом назвал синь-травой. О ее свойствах Себастьян мне ничего не сказал, только попросил держаться подальше, а вот Тучка был щедр на эмоции. Я такой отборной ругани из его уст еще не слышала.

Пальтер и Ильтан играли в местный аналог карт, ни в чем себя не ограничивая, пока я переживала, что повелитель нам откажет во встрече и тогда нам придется придумывать что-то другое. Себастьян же злился на меня, потому что я поставила ему ультиматум. Или мы едем вместе, или я отправляюсь ко двору одна, без его на то разрешения.

Ох, как он ругался! И правильно, между прочим, ругался, потому что я отлично понимала, что фактически вью из него веревки, заставляя уступить мне, но и по-другому не могла. Да я бы с ума сошла, ожидая новостей!

А если его пленят? А если убьют, приняв его мирное обращение за дерзость? Нет, Себастьян умел за себя постоять — в этом я уже убедилась.

В нем я была уверена.

В императоре — нет.

Наш гонец вернулся из столицы только с закатом. Портальное кольцо открылось прямо перед нашей дверью, и я тут же поспешила в дом. Сидеть в четырех стенах мне быстро надоело, так что я прогуливалась вместе с охраной, но недалеко, чтобы ничего не пропустить.

— Ну? — влетела я, едва не запутавшись в юбках.

— Согласен, — улыбнулся Себастьян, подхватывая меня, не давая упасть.

Это была наша маленькая победа, но все самое трудное предстояло впереди. После ужина меня отправили спать, потому что подняться я должна была раньше мужчин, чтобы арендованные слуги привели меня в надлежащий по статусу вид. Остальные же, включая ауха, остались внизу, обсуждая, какие дары можно преподнести императору.

С пустыми руками идти было никак нельзя, вот они и решали да скребли по своим сундукам. Но о том, что они нарешали, я узнала только утром. Причем утро это совсем не было добрым, учитывая, что подняли меня, едва забрезжил рассвет.

Я откровенно досыпала, пока меня приводили в парадно-выгребной вид. Сначала молчаливые девушки отвели меня в те самые чады, где недолго держали в бане, а потом топили в большой купальне. Из всего того, что там приключилось, мне понравился легкий массаж и масла, которые втирали в мою кожу.

Потом для меня был организован завтрак, состоящий в основном из фруктов, орехов и странных оладий, по вкусу напоминающих сладкий хлеб. А затем был корсет. Это пыточное устройство стянуло меня так, что я лишний раз вдохнуть боялась.

Тучка, естественно, ржал. Я, естественно, злилась. Герцог давал последние наставления гвардии.

Когда карета наконец-то тронулась, унося нас в открытый кучером портал, я вспомнила о насущном:

— Так что мы дарим?

— Всего понемногу, — ответил Себастьян, поглаживая мою ладонь, нагло им сцапанную. — Мы не послы и не представляем интересы своего королевства. Едем по личному делу, а значит, можем рассчитывать только на свои ресурсы. А так как к такому визиту мы не были готовы, пришлось собирать у всех по чуть-чуть. Надеюсь, ты не расстроишься, что я взял немного твоих украшений?

— А у меня были украшения? — удивилась я.

— Были. Просто ты до них так и не добралась. Как и до нарядов, что до сих пор лежат в сундуке. Но не расстраивайся, я подарю тебе новые гарнитуры.

— Если что, я не расстроена, — улыбнулась я, нисколько не жалея о мифических побрякушках. — Но ты сказал, у всех по чуть-чуть.

— Моя шпага, кинжал Алеро. Сент пожертвовал своей книгой — волшебные народы мира, а Ильтан редкими ингредиентами для зелий, собранными в разных уголках королевств.

— А Пальтер?

— А Пальтер жадина, — весело ответил Себастьян, но я видела, что он просто хочет разрядить обстановку.

Мы подъезжали к высокой ограде, которую венчали несколько башен. Окруженные гвардией, словно конным конвоем, совсем недолго стояли у золотых ворот, прежде чем их распахнули для нашей процессии.

С этого момента мы молчали и никакие красоты не могли отвлечь меня хоть ненадолго. Я была насторожена и в любую секунду готова применить пыльцу, что ненадолго заставляла каменеть или делала невидимыми. Два мешочка идеально поместились в корсете.

В гости не принято приходить с охраной, поэтому гвардию пришлось оставить снаружи. Вместе с нами вошли только пятеро из двадцати. Им было поручено держать и представлять дары при встрече с императором.

Нас проводили то ли в гостиную, то ли в зал ожиданий, и время потянулось, словно заморозилось. Были бы здесь часы, я бы могла узнать точно, просидели ли мы два часа или пятнадцать минут, что превратились в вечность, но увы. Когда за нами пришли, у меня разве что глаз от нервов не дергался.

— Герцог де Зентье, герцогиня, простите за столь длительное ожидание. У повелителя много дел, но сейчас он готов вас принять, — монотонным голосом поведал нам довольно крупный мужчина в расписных одеждах.

Он был облачен во что-то вроде черного халата с широким красным поясом, поверх которого был накинут еще один разноцветный халат с абстрактным рисунком. Все ткани казались легкими и струящимися, но в такой жаре смотреть на мужчину все равно было больно.

— Мы все понимаем и благодарим повелителя за возможность встретиться с ним, — так же безэмоционально ответил Себастьян.

Под любопытными взглядами и зоркими взорами охраны, что была выставлена буквально на каждом шагу, нас проводили в соседнее помещение, оказавшееся тронным залом. Сам император, как ему и положено, занимал высокую золотую конструкцию, которую троном у меня язык назвать не поворачивался.

— А ему точно нужны мои украшения? — шепнула я между делом, пока мы подходили на…

Ну да, по залу нам разрешили сделать шагов десять, не больше, так что между нами и императором оставалась еще прорва места.

Что примечательно, сам император на императора нисколько не походил. Я ожидала увидеть умудренного годами старца, а на троне среди подушек сидел молодой черноволосый мужчина с жгучими, почти черными глазами.

— Мы рады приветствовать вас на наших землях, — произнес он с некоторой ленцой. — Что привело вас во дворец?

Ох, не слышала я раньше, как Себастьян умеет общаться согласно этикету. Пока он говорил, прибегая к витиеватым сравнениям и двусмысленным фразочкам, я думала что-то вроде «И это мой муж?» или «Откуда он так умеет?».

Да, по сравнению с ним мне отчаянно не хватало образования, так что рот я решительно держала на замке. Только ресничками хлопала, словно подтверждая каждое слово мужчины.

Когда с первой частью официальностей было покончено, а повелитель получил объяснение тому, кто мы такие и откуда, пришел черед дарить подарки. Гвардейцы, стоящие к нам боком, поочередно делали шаг вперед, пока герцог объяснял суть очередного подарка.

Спина начинала болеть, ноги — ныть, а попа отчаянно хотела куда-нибудь присесть, но желательно на что-нибудь мягкое.

Когда дары были переданы с рук на руки то ли слугам, то ли доверенным лицам императора, мы наконец подошли к тому, зачем, собственно, явились.

— Наш внезапный визит напрямую связан с феями, что теперь составляют второй гарем Вашего Величества, и с артефактом, который они привезли с собой.

— Откуда вам известно об артефакте? — жадно подался император вперед, едва не вскакивая со своего массивного и совершенно безвкусного трона.

— Этот артефакт они украли из моего замка, чуть не отправив меня на тот свет и подвергая жизнь моей супруги опасности. Мы с женой пересекли океан, преследуя фей, чтобы вернуть «Чашу Желаний» и навсегда похоронить там, где ее не найдут. Ни феи, ни маги, ни кто-либо другой.

Честно говоря, я не ожидала от Себастьяна такой всеобъемлющей откровенности. Думала, что не станет углубляться в подробности, но мужчина решил по-другому. Наверное, желая показать, что повод для визита у нас действительно веский.

Но чего еще я совсем не ожидала, так это того, что правитель этой самой империи вдруг резко поднимется, освобождая свой пьедестал, и без единого слова отправится восвояси, оставляя нас все так же стоять в центре зала.

— Наш повелитель примет вас в своем кабинете, — сделав шаг вперед, пояснил нам все тот же крупногабаритный мужчина. Но едва мы вместе с герцогом взяли низкий старт, добавил, чтобы совсем уж уточнить, кивая на меня: — Не вас. Только вы, герцог де Зентье, при всем моем почтении.

Мне хватило бы и взгляда, чтобы понять, что пора задействовать пыльцу, но Себастьян был спокоен. Даже пальцы мои легонько сжал, наверное желая передать свое спокойствие. Его спину я провожала крайне безрадостным и настороженным взглядом.

А мне-то теперь что делать?

Видимо, на мой счет никаких распоряжений не поступило, раз я продолжала и дальше стоять все на том же месте в окружении гвардейцев с одной стороны и прихвостней повелителя с другой. Только долго мне ждать не пришлось. По каменному выражению лица Себастьяна я сразу поняла, что артефакт так просто на одной честности нам вернуть не удастся.

Из тронного зала мы вышли чинно, молча и гордо. Точно так же покинули и весь дворец, усаживаясь в наемную карету, в которой приехали. Заговорил мужчина со мной лишь тогда, когда экипаж оказался за воротами, выезжая на оживленные улицы столицы.

— У меня две новости: хорошая и плохая. С какой начать?

— Предпочту сначала услышать плохую.

— Чаши нам не видать ни под каким предлогом.

— А хорошая?

— Меня пригласили на бал, что состоится этим вечером во дворце, в качестве гостя.

— Только вас?

— Только меня, и я прошу вас не являться туда ни под каким предлогом.

Я промолчала. Ну а что еще я должна была ответить? Нет, я верила Себастьяну. Верила в его силы и понимала то, что один он туда все равно не пойдет. Возьмет за компанию троих своих друзей — невидимыми или в качестве гвардейцев, но я-то…

Я-то тоже могла помочь! Да в моем арсенале была пыльца на все случаи жизни!

— То есть не ответишь, да? — правильно понял мое молчание Себастьян.

— Я просто не желаю вам врать.

Меня поцеловали. Герцог де Зентье с такой силой рванул меня на себя, что я вынужденно завалилась на него, в немом изумлении распахивая глаза. Этот поцелуй, что ложился на мои губы, пленял язык, отдавал болезненной страстью, злостью и…

Он был головокружительным. Мягким и нежным, но в то же время ярким и напористым. Таким, что бороться, сопротивляться совершенно не хотелось. Наоборот, я отдавала этому мужчине всю себя, открываясь перед ним, оголяя, обнажая свои чувства в ответ.

Поймав мой подбородок пальцами, он отстранился, заглянув мне в глаза. Короткий поцелуй в уголок губ. Еще один — в кончик носа — так по-детски, но я наслаждалась и им. Последний поцелуй достался моей макушке, в то время как Себастьян крепко прижал меня к груди.

— Слышишь сердце? Оно бьется для вас и из-за вас с Анги, и я готов поклясться чем угодно, что оно будет биться так же сильно и завтра, и через годы, десятилетия. Мне есть за что воевать, Сандра, и есть за что выигрывать, но ты… Ты просишь меня о невозможном. Как я могу подвергнуть тебя опасности? Не проси. Лучше ты будешь ненавидеть меня до конца жизни, но останешься живой и здоровой, чем я до конца жизни буду тебя оплакивать.

Против такого мне нечего было возразить. Наверное, Себастьян снова поступал эгоистично, не считаясь с моим мнением, но я понимала все то, о чем он говорил. Потому что чувствовала ровно то же самое.

Вернувшись обратно в город-порт, я сразу поднялась наверх, изображая сверх меры обиженную девицу, а сама послала вниз ауха, чтобы он доложил мне план мужчин. Как я и предполагала, со мной в качестве няньки оставляли Сента. Пальтер, Ильтан и Алеро собирались отправиться вместе с герцогом, но в качестве невидимых спутников.

Их план был прост: пока Себастьян будет зарабатывать себе алиби на этом празднике жизни, Алеро отыщет местоположение второго гарема и подольет им в напитки синь-траву для того, чтобы фактически навсегда лишить их возможности пользоваться силами Матери Природы. В это время Ильтан и Пальтер станут искать Чашу Желаний, а отыскав и забрав, вернутся обратно сюда.

Себастьяну же предстояло находиться на глазах у императора до самого завершения бала.

И вот я, честное слово, мешать не буду. Только подгляжу одним глазком…

— Ну и что ты задумала, ученица моя? — обратился ко мне аух, туда-сюда прогуливаясь по кровати под моим непроницаемым взглядом.

— Всего лишь шалость. И ничего больше.

Я вообще не хотела спускаться вниз. Предпочла бы отсидеться наверху, чтобы не выдать себя перед Себастьяном ни взглядом, ни жестом, но правда в том, что волшебной пыльцой могла воспользоваться только я.

Пришлось спускаться.

Да и не могла я отпустить герцога вот так — не попрощавшись, не пожелав ему удачи, не поцеловав. Мне бы совесть не позволила. Он на такое дело идет, а тут я со своими вымышленными капризами.

— Ложись спать, ладно? — посоветовал мне мужчина, целуя в висок.

— Я тебя дождусь. Постарайся освободиться быстрее.

Долгих прощаний не получилось, да и не нужны они были никому из нас. Зачем заранее нагнетать обстановку и настраиваться на плохой лад? Правильно, совсем незачем.

Махнув рукой отъезжающей от входа карете, я под острыми взглядами гвардейцев быстренько вошла внутрь и рванула по лестнице. Собиралась так быстро, будто где-то уже случился пожар и на него требуют явиться именно меня.

Всевозможные мешочки с пыльцой куда только не распихивала: и в сапоги, и в корсет, и к ремню брюк пристегивала, а пару штук так вообще к завязкам плаща привязала, прежде чем сверху донизу обсыпаться пыльцой, что давала невидимость.

Аух вскарабкался мне на плечо.

Я старалась не издавать ни звука, очень осторожно спускаясь вниз по лестнице и направляясь прямо мимо Сента. Паренек разместился на одном из диванов и что-то с упоением читал. Я двигалась настолько тихо, что мне все соседствующие мыши могли бы позавидовать, но…

— Сандра, вернись наверх, — не поворачивая головы, произнес мелкий некромант, перелистывая страницу.

— Ну? — уперла я руки в бока, точно зная, что меня совсем не видно. — Что меня выдало, злодей ты эдакий?

— Голубая белка, плывущая по воздуху, — усмехнулся паренек. — На аухов не действуют чары фей — это знаю даже я.

Мы с Тучкой переглянулись, а точнее это я вперилась в него взглядом.

— Что? Я, между прочим, старый больной аух. Кое-что уже могу и забывать.

— Как говорила моя первая учительница… А голову ты не забыл?!

— А что с моей головой? — откликнулся Сент, разворачиваясь к нам.

— Я не тебе. И кстати, я все равно уйду.

— Уйти-то ты, может, и уйдешь… — загадочно проговорил парнишка, хитро блеснув глазами. — Но только у меня есть портал, настроенный на дворец императора.

Будь моя воля, я бы его ни за что с собой не взяла, но этот хитрец уже все придумал и только и ждал, когда я намылюсь следом за мужчинами. Он точно знал, что я не останусь в стороне, и сам оставаться в стороне не собирался.

Однако, прежде чем все-таки взять его с собой, я озвучила несколько условий, как-то разом почувствовав себя курицей-наседкой:

— Первое — мы с тобой просто наблюдатели. Второе — ничего не трогать, никого не трогать и вести себя максимально осторожно. Третье – вмешиваемся мы только в том случае, если без нашей помощи совсем никак. Ты все понял?

— Так точно, миледи! — вытянулся Сент в струну, довольно улыбаясь.

— А теперь марш переодеваться. Даю две минуты.

Портал, как и в прошлый раз, открылся точно у ворот. Среди других прибывающих подобным образом наше яркое марево, казалось, никто и не заметил. Только мы чуть не угодили под копыта двойки лошадей, но Сент вовремя утянул меня в сторону, хватая за капюшон, что чуть не стало огромной ошибкой.

Чары фей на аухов не действовали совершенно, но мы с Сентом смогли найти лазейку, поместив Тучку под капюшон моего плаща. Парнишка сам предложил этот вариант, и он сработал, надежно укрывая ауха от чужих глаз.

— Пойдем, — взяла я парня за руку, переживая, что мы можем потеряться.

В открытые настежь ворота мы входили бочком, стараясь не задеть прогуливающуюся охрану в смешных широких штанах и чтобы не попасть под колеса экипажей. Я буром перла к центральному входу, но уже почти у самых дверей вынужденно остановилась, потому что Сент дернул меня за плечо.

Больно дернул, заставляя обернуться.

В следующую секунду я поняла, что план наш претерпит существенные изменения, потому что в десятках метров от нас полуобнаженные воители силком под обе рученьки тащили упирающихся Пальтера и Ильтана. Парочка оплеух живо усмирила первого, а второй все еще сопротивлялся.

И вот мы могли бы уйти. Фактически на этот раз дело было проиграно, но никто не мешал нам попробовать взять эту крепость вновь. Только голос разума твердил, что идеальнее момента, чем сейчас, уже не будет. Потому что сейчас повелитель не ждет второго удара.

— Сент, у меня к тебе важное дело. Проследи за ними, но держись на расстоянии — так, чтобы тебя никто не заметил. Когда узнаешь, куда именно их отвели, доложи об этом Себастьяну. И обо мне доложи.

— Что сказать?

— Что я пошла за Чашей Желаний, а он должен, как и прежде, играть роль гостя. Давай, Сент, ты справишься. Я в тебя верю.

Во дворец я заходила совсем не через центральный вход. Долго кружила у стен, пока не нашла черную лестницу для слуг. Пораскинув мозгами, я поняла, что могу искать место, где спрятан артефакт, очень долго, и тот факт, что я знаю, как он выглядит, мне совсем не поможет.

Зато помогут слухи, которыми наверняка уже щедро делятся слуги. Где? Где то место, где поймали двух невидимок? Ведь мужчины наверняка не сдавались без боя, а значит, это место сейчас прибирают слуги.

Мне неслыханно повезло с аухом. Пока я медленно пробиралась все выше, заглядывая во все коридоры и ниши, Тучка живо отыскал то самое место, где действительно спешно убирались двое слуг, тихо перешептываясь между собой, обсуждая свежую сплетню.

Мол, попытались злодеи в дверь особой сокровищницы повелителя вломиться, а только все во дворце знают, что открыть ее попросту нельзя. Не открывается она — муляж, но хорошо защищенный муляж, сразу сообщающий имперскому магу о правонарушителях.

Отступив на десяток шагов назад, я крепко призадумалась. Если дверь не открывается здесь, то как же попасть внутрь? Сбоку? Откуда-нибудь из другой комнаты, например. Или снизу? А может быть, и вовсе сверху?

Задумавшись над тем, где может быть этот злополучный вход, я не сразу расслышала голос ауха.

— И чего стоим, думы думаем? Ты фея или где?

— Фея, — согласилась я, продолжая мысленно строить предположения.

— Так и действуй как фея. Тебе пыльца на что?

— Предлагаешь все здесь взорвать? — усмехнулась я, припоминая, что и такая пыльца у меня при себе имеется. С надписью на мешочке «Порох».

— Эх ты, пустая голова. Пыльца невидимости тебе на что? Сделай стену невидимой и посмотри сквозь нее, где там вход.

Сказано — сделано. Дождавшись, когда слуги уйдут восвояси, я снова приблизилась к лжедвери и щедро обсыпала ее пыльцой, покрывая заодно и стену. Не прошло и мгновения, как передо мной открылось нутро небольшого помещения, в котором, видимо, хранились самые ценные сокровища.

Они стояли на специальных высоких подставках, и этих подставок я насчитала не больше десяти. Но самое главное — я видела «Чашу Желаний» среди различных корон, мечей и прочей лабуды.

А еще я не нашла дверей. Абсолютно ни одного входа в этом квадратном помещении. Только большое стрельчатое окно.

— Ты думаешь о том же, о чем и я? — вздохнула я, переваривая ближайшие перспективы.

— И вот жаль, что я не умею летать, — открестился аух, спрыгнув вниз. Через пару минут действие пыльцы прекратилось.

Далеко мы не ушли.

Если окно действительно является входом, то почему бы не попробовать добраться до него через смежные помещения? Вот где бы мне помог Себастьян с его волшебным умением делать проходы прямо в стенах, но, увы, приходилось обходиться своими силами, то есть в прямом смысле этого слова лезть в окно. Хорошо, хоть невидимой была!

Оказывается, здесь и правда имелся проход. Не такой широкий, чтобы я могла по нему спокойно прогуляться, но и не такой узкий, чтобы я тряслась от страха. Хотя высота, несомненно, действовала на нервы, но тот, кто упорно ползет к цели, врезаясь в серый камень пальцами, когда-нибудь обязательно доползет.

— Господи, как открыть-то его? — спросила я вслух, попеременно дергая то за одну ручку, то за другую.

— А ты попробуй двумя руками, — дал мне совет аух, совсем не собираясь при этом следовать за своей ученицей. — Если падать будешь, обязательно падай на спину.

— Зачем это? — удивилась я, осторожно прикасаясь к ручкам, стараясь при этом не потерять равновесие.

— А чтобы потом опознавать было проще.

Вот сколько во мне злости образовалось в этот момент, столько сил я и приложила, неожиданно отворяя створки. Просто открывались они, как оказалось, не наружу, а внутрь, так что ввалилась я в комнату во всем своем великолепии, сшибая с подставки «Чашу Желаний». Могущественный артефакт камнем упал мне в руки и…

По всему дворцу завыл такой хор голосов, что мне ненароком почудился за окном март.

— Сандра! — закричал аух где-то там. — Сейчас самое время бежать!

Сказать-то легче, чем сделать.

Я невидимая — это да, но чаша-то нет!

Пришлось спешно заворачивать артефакт в собственный плащ и уже с ним ползком добираться до следующего окна.

С испуганным Тучкой мы встретились уже в коридоре. Причем, когда я выходила из явно пустующей спальни, он со всех лап улепетывал, почти перелетая ковровые дорожки.

— Беги, дура! — заорал он дурниной, и мы понеслись.

По петляющим коридорам, что соединялись между собой и уводили к совершенно разным лестницам. По чужим спальням и кабинетам, в которых имелись сквозные уборные. Мы спускались все ниже и ниже, пока не достигли первого этажа и успели выскользнуть в служебную дверь.

А на улице был аншлаг. Вся территория, что относилась к дворцу, переливалась под искрящимся куполом, что сиял как солнце в ночном небе. Полуобнаженные мужики с огромными саблями наперевес бежали в разные стороны, но преимущественно или к высокому забору, или ко входу во дворец.

— Никого не впускать, никого не выпускать! — орал какой-то пузатый гражданин, скрывающий свой багаж за расписным халатом.

— Во вляпались-то, а… — ошарашенно выдал аух, прячась за объемной вазой, что украшала парк.

— Не паникуй, — вполне миролюбиво заметила я, стараясь не поддаваться общим тенденциям. — У них тут полный зал гостей. Они не смогут долго удерживать их здесь, а значит, рано или поздно защитный купол будет снят.

— И что это даст нам? Твой драгоценный в зале вместе с Сентом, с которого в любой момент может спасть невидимость. Некромантишка неизвестно где травит фей и вскоре тоже может оказаться видимым. Двое неудачников наверняка где-то в казематах, если их еще не казнили.

— Да не все так плохо, — чересчур оптимистично заявила я. — У меня при себе достаточно пыльцы невидимости, чтобы мы протянули и два, и даже три дня. А если закончится, мы что-нибудь придумаем. В конце концов, тут тоже есть сад. Нам всего лишь нужно переждать, пока люди императора никого не найдут, а для этого Себастьян должен по-прежнему оставаться вне подозрений, а значит, находиться в зале на виду у всех. И мы это устроим.

— Мы?

— Мы. За дело.

Нам пришлось возвращаться обратно во дворец. Пройдя все теми же коридорами для слуг, мы выбрались в центральный зал, где продолжался концерт по заявкам. Испуганные гости жались друг к другу и к стенам, сбиваясь в кучки, пока по залу шуршала охрана, проверяя каждого и сверяясь, видимо, со списками приглашенных. А народу было немало. Счет наверняка шел на сотни, учитывая, что в зал сгоняли всех, включая слуг.

— Герцог у колонны, — шепнул мне Тучка из-под капюшона.

Осторожно лавируя между волнами толпы, я неспешно приблизилась к колонне, не забывая под плащом придерживать артефакт, чтобы его никто не видел. Встав за колонной, тихонько прошептала:

— Чаша Желаний у меня. Алеро, Пальтер и Ильтан под невидимостью спрячутся в парке. Мне хватит пыльцы, чтобы скрывать нас всех не больше трех дней.

— Но Сент сказал, что Пальтера и Ильтана схватили, — невзначай повернувшись к колонне, произнес Себастьян, прикрывая губы бокалом.

— Я освободила их. Твоя задача — продержаться здесь на виду у всех до тех пор, пока гостей не отпустят. Где Сент?

— Я здесь, — тихо откликнулись прямо рядом со мной, а я едва не подпрыгнула от неожиданности.

— Отлично. Я забираю Сента. Встретимся уже в доме.

— Сандра! — прошипел мужчина сквозь зубы, видимо не найдя к чему прицепиться, но чувствуя, что все далеко не так лучезарно.

— Все будет нормально, правда. Нам только нужно дождаться, когда защитный купол снимут, и мы выйдем за пределы дворца вместе с остальными гостями. Ты же не хочешь, чтобы император объявил войну вашему королю? А так и будет, если ты вызовешь хоть какие-нибудь подозрения. Ты и сам это знаешь, а еще… Я тебя люблю. Ты обещал, что твое сердце будет биться для меня и через десятки лет.

Если Себастьян и хотел еще что-то сказать, услышав мою оптимистичную тираду, то сделать этого уже не смог. Люди императора постепенно дошли и до него, проверяя каким-то странным красным камнем на длинной веревочке.

Нащупав руку Сента, я потащила его вон из зала, направляясь все к тем же коридорам для слуг. Когда мы остались одни, парнишка спросил:

— Ты правда всех спасла?

— Я соврала. Нам с тобой предстоит всех спасать.

Глава 18: Четыре желания 2

Сент был шокирован. Даже порывался вернуться обратно к герцогу де Зентье, чтобы рассказать о том, что я сошла с ума, но хорошая пощечина привела его в чувство, вернув пригоршню самообладания.

— Сент, если бы мы были не способны на это, я бы никогда не взяла на себя такую ответственность. Я прекрасно оцениваю сложившуюся ситуацию и свои возможности. Сейчас Себастьяну нужно находиться в зале на глазах у разъяренного императора, а нам спасти твоего брата и его друзей. И мы можем это сделать, или я могу сделать это одна. Выбор за тобой.

Парнишка принял правильное решение. Выпустив Тучку вперед, мы снова обследовали коридоры, ниши и помещения, в которые можно было попасть без особого труда, но раньше нас искомое снова нашел аух. В этот раз мой пушистый друг пропадал дольше.

— Вы вообще не там ищете! — ворвался Тучка в коридор, в котором мы как раз отсиживались, пока в соседнем зале шелестели воины императора. — За мной!

Ему-то было легко. Эта сумасшедшая белка в три прыжка пересекала коридоры и лестницы, причем не столько по полу, сколько по стенам, а нам приходилось бежать, но при этом действовать максимально тихо. А ведь я одной рукой артефакт удерживала!

Коридоры, залы, снова коридоры. Во дворце оказалось невероятное количество охраны. Полуобнаженные воины попадались нам все чаще, а мы замедлялись, чтобы случайно на кого-нибудь не налететь. Потому что тогда это будет труба.

Навряд ли мы с Сентом сможем вступить с кем-то в бой и отбиться. Скорее, это нас прикопают, и исход в этом случае я себе представлять не желала.

Оказывается, оба гарема императора находились совсем в другом здании, которое соединялось с главным дворцом всего лишь двумя коридорами. Первый шел от крыла, где располагались покои императора, и лукаться туда было настоящим самоубийством. Второй — находился под ним и тоже охранялся, но гораздо меньше.

Нам всего лишь нужно было пройти мимо охранников…

Всего лишь около тридцати охранников…

— Алеро однозначно не смог пройти. Двери не открыть, чтобы не привлечь внимания, даже если ты невидимка.

— Пойдем назад? — шепнул Сент, крепко сжимая мою руку.

— Еще чего! Тучка, ты чувствуешь здесь Алеро?

— Я чувствую здесь твою магию и могу его найти, а точнее уже нашел. Он стоит прямо напротив этих дверей в конце коридора.

— Нам надо его забрать. Здесь мы точно не пройдем, — покачала я головой, будто Сент мог меня увидеть. — Стой здесь.

— А ты? — заволновался парнишка.

— А я вытащу твоего брата.

Пройти по коридору, который заполняла охрана, было тем еще приключением. Я даже дышала через раз и была напряжена настолько, что скулы сводило. Нащупав в воздухе то ли спину, то ли грудь мужчины, едва не вскрикнула, чуть не лишившись руки. Да он мне ее почти сломал!

Накричать хотелось просто зверски, но я всего лишь ослабила захват и снова сжала, потянув Алеро за собой. Так мы и дошли до конца коридора, где забрали Сента и скрылись под аркой, сворачивая к ближайшей лестнице. И все это в абсолютной тишине.

— Мы куда? Нужно вернуться и попробовать попасть внутрь, — остановил меня некромант, но так же, как и я его, видеть не мог, наверняка полагая, что за ним пришли его друзья.

— Мы туда не попадем через дверь, — ответила я, чувствуя, как сильнее сжимается мое плечо под напором чужих пальцев.

— Сандра? Постой, но… Как ты…

— А я тоже тут, — с наигранной веселостью заметил Сент.

— Стоп! — возразила я. — Ругаться на нас будешь потом. Пальтер и Ильтан попались. Кстати, Сент, ты выяснил, где их держат?

— В казематах под дворцом. Там вход с другой стороны. Сказали, что утром казнят за попытку проникновения и кражи.

— А Себастьян? — Алеро явно был поражен новостями.

— Герцог изображает гостя и будет и дальше его изображать. Мы уйдем сами, он сам, как только с территории дворца снимут защитный купол. Нам нужно вытащить ваших друзей.

— Нет, — неожиданно не согласился псевдонекромант. — Сначала мы должны напоить фей синь-травой.

— Да зачем? Они фактически в плену. Артефакт у нас, что еще нужно?

— Артефакт у вас? — еще больше поразился Алеро.

— Мы с Тучкой выкрали его, поэтому во дворце паника.

— Все равно нам нужно проникнуть к феям. Сандра, это феи. Даже если сейчас они в плену, что не может не радовать, то рано или поздно они смогут выбраться. И тогда они снова придут к Себастьяну, потому что поймут, что он причастен к исчезновению артефакта. Не нужно их недооценивать. Необходимо думать наперед. Пальтера и Ильтана казнят только утром. У нас еще есть время. Но ты права, через коридор нам не пройти.

— Значит, мы войдем через окно.

Алеро был полностью прав. Я не привыкла думать наперед — так масштабно, а они, скрываясь десятками лет, научились просчитывать каждый свой шаг. Да и как не просчитывать, если на ведьмаков до сих пор велась охота?

Если бы мне приходилось прятаться годами, я бы, наверное, тоже научилась. Хотя осторожнее они себя все равно не вели. Себастьян служил королю, некромант преподавал в академии, беловолосый держал таверну, а отшельник…

Нет ничего хорошего в том, чтобы быть отшельником.

— Итак, — спросила я, рассматривая окно второго этажа, на котором, в отличие от первого, решетки не было. — Кто полезет в окно?

В окно пришлось лезть нам с Алеро. Сента мы оставили внизу, чтобы в случае чего он мог сообщить нам о каких-либо изменениях.

Створки здесь тоже открывались внутрь, но, к нашему несчастью, сразу фей мы не нашли, а попали в зал, что предназначался, видимо, для досуга. Здесь были мольберты, какая-то вышивка, книги. В общем, ничего интересного для нас.

Покои же наложниц обнаружились лишь на третьем этаже. Две абсолютно одинаковые двери, расположенные друг напротив друга, охраняли… Женщины. Воины-женщины, с ног до головы обряженные в платки и вооруженные до зубов.

На этот раз придумывать велосипед я не стала. Просто тихо посыпала их пыльцой, что вынуждала застыть на месте без движения. Очень щедро посыпала. На много часов хватит.

— Не здесь, — заглянула я внутрь, рассматривая девушек в разноцветных закрытых нарядах.

На дверь, что открылась и закрылась сама по себе, они внимание обратили, но крик не подняли, так что мы перешли к следующей створке. А вот за ней уже и обнаружились феи, нервно расхаживающие по комнатам и о чем-то громко спорившие.

— Да мы не выберемся отсюда! — истерила одна из девушек. Наряды фей были не такими закрытыми. Я бы даже сказала, что они вообще ничего не закрывали.

— Молчать! — рявкнула Матушка Тез.

О-о-о, этот мерзкий голос я узнаю из тысячи!

Все взгляды тут же обратились к открывшимся дверям, в которых абсолютно никто не стоял. Я створки демонстративно закрыла.

— Тучка, снимай невидимость, — скомандовала я и по ошарашенным лицам поняла, что сюрприз удался. — Алеро, где там этот отвар? Быстро ловим, поим и пошли.

— Вы как сюда… — поднялась предводительница фей, растеряв весь свой пыл.

— Ножками, — съехидничала я и только сейчас поняла, что смотрят-то вовсе не на меня, а на Чашу Желаний, которая выглянула из-за моего плаща. Мигом перестав веселиться, сказала твердо: — И не надейтесь. Мы здесь чтобы лишить вас магии, а точнее, перекрыть вам те потоки, благодаря которым вы черпаете силу Матери Природы.

— Вы не посмеете… — рассерженной кошкой прошипела Матушка Тез.

— Спорим? — достала я два абсолютно одинаковых мешочка из сапог. — Ты убила Себастьяна на моих глазах. Твои наемники покушались на Ангилию, а меня вы все оставили подыхать в клетке в подвалах храма. Расплата приходит всегда.

— А ты заняла чужое тело! Когда к тебе придет расплата?

Алеро посмотрел на меня с изумлением, с непониманием, проступившим на бледном лице, но я не стала тратить время на объяснения, хотя слова феи меня, несомненно, пристыдили. Только напомнила себе, что оказалась в чужом теле не по своей воле, а она отдавала себе отчет в том, что творила.

Мешок с пыльцой полетел к потолку, вынуждая женщин застыть памятниками. Пыльцой из второго мешка я посыпала тех, до кого блестяшки не долетели. Таким образом, уже через час все феи, находившиеся в этой комнате, были напоены из одноразовых сосудов. Тучка вытягивал магию, освобождая от чар их головы, Алеро держал их, а я вливала синь-траву и зажимала носы, заставляя глотать.

Я никогда не была жестокой, но сейчас это была вынужденная мера. Чтобы защитить Себастьяна и Ангилию, которым пустышки без Чаши Желаний никакого вреда причинить не смогут. Потому что без Чаши Желаний они никто и никакого влияния не имеют.

Вливая синь-траву, я снова посыпала женщин остатками пыльцы, чтобы они не подняли шум. Только на шум в своем положении они и были способны. На окнах решетки, на ногах — браслеты, временно блокирующие возможность пользоваться чарами. Император держал свои новые игрушки в строгости, и помогать им я не собиралась. Захотят — выберутся сами, в этом Алеро был прав.

Единственное, что я спросила у Матушки Тез, так это что она сделала с Айей. Естественно, она ничего не ответила, зато рассказала другая, зря надеясь на помилование. Не знала, можно ли ей верить, но, как выяснилось, феи ничего с птицей не сделали. Это Айя отказалась бороться за себя, когда поняла, что Матушка Тез не собирается ей помогать вернуть тело, а просто в очередной раз использует, чтобы добраться до своего врага.

Глупая девчонка предпочла уступить птице и просто исчезла. Глупая девчонка оказалась храброй и самоотверженной.

Дочка маркиза нашлась в дальней комнате спящей. Спящей мы ее и забрали, чтобы не напугать, но колдовала уже не я, а ведьмак. Псевдонекромант наслал на нее глубокий сон, из которого обещал вытащить, как только мы сядем на обратный корабль.

Под пыльцой невидимости мы выбрались из дворца тем же ходом. Забрав Сента, направились прямиком ко входу в казематы дворца. Пусть шли молча, но я прекрасно понимала, что Алеро просто подбирает слова. Так и вышло.

— Себастьян знает?

— Знает, — ответила я.

— О чем знает? — тут же подал голос Сент.

— Тебя не касается, — вместо меня взял слово Алеро. К моему глубочайшему изумлению, тему он развивать не стал. Спросил о другом: — План-то у нас есть?

— Для начала попасть внутрь.

Больше я ничего не сказала, но план у меня был свой. Здесь не попасться шансов было гораздо меньше, так что я не собиралась подставлять братьев под удар. Как только мы подошли к охраняемой кованой решетке, за которой скрывалась внушительная дверь, я остановила их и легким движением руки, зачерпнув горсть пыльцы из мешочка, что был пристегнут к ремню, посыпала их блестками.

Не видела их, но знала, что оба застыли.

— Внутрь я иду одна. Если никто из нас не вернется через час, как только действие пыльцы спадет, идите в парк и прячьтесь там до тех пор, пока не снимут защитный купол. Дворец покидайте вместе с гостями, прицепившись к их каретам. Невидимости вам хватит надолго.

Щедро обсыпав их пыльцой невидимости, я двинулась дальше.

— А ты страшная женщина, Сандра, — произнес аух.

— Я же фея. Приходится соответствовать.

Я шла напролом. Раскидывала пыльцу направо и налево, заставляя охрану замирать статуями. Тучка отправился вперед меня, чтобы отыскать Пальтера и Ильтана, но и я смотрела в оба глаза, чтобы ничего и никого не пропустить.

Слава богу, долго по этим каким-то бесконечным лабиринтам петлять не пришлось. Тучка снова безошибочно учуял след моих чар. Открыть тюремную камеру было делом трех минут, а наблюдать за вытянувшимися лицами потрепанных ведьмаков — просто бесценно.

— Чего расселись? — усмехнулась я, за весельем скрывая жалость. На них даже смотреть было больно. К ногам были прикованы все те же браслеты, сковывающие магию. — Пора возвращаться в арендованный дом.

Для того чтобы все прошло правильно, я сначала заморозила их браслеты пыльцой. Так сломать их оказалось проще — идею мне подсказал Тучка, когда стало понятно, что ключами эти штуки не открываются, а как именно от них избавиться, выяснять у нас времени не было.

Потом, конечно же, пришлось лечить этих угрюмых ведьмаков. Они прекрасно понимали, что облажались, но почему-то добрых слов для них у меня не нашлось. У них для меня тоже, хотя Пальтер спасибо сказал. После чего заметил, что они и сами были способны выбраться.

Мужчины такие мужчины.

— И что теперь? Защитный купол невооруженным глазом видно, — пробурчал Ильтан, и как хорошо, что лица его я видеть из-за пыльцы не могла. Правда, почему-то точно знала, что на нем сейчас застыла маска скептика.

— А дальше вон у того куста вам нужно забрать Алеро и Сента. Они там невидимые статуи изображают.

— А дальше? — полюбопытствовал Пальтер.

— А дальше только ждать.

* * *

Целых три дня мы скрывались по кустам и деревьям, время от времени делая набеги на кухню. Запас пыльцы невидимости истончался прямо на глазах. Еще немного, и мы бы однозначно попались, но дольше император своих гостей без предъявления обвинений держать не мог.

Иначе бы в дело вступил совет семей, который, по-видимому, мужчина недолюбливал, а может, и наоборот. В любом случае абсолютной власти на своих территориях император не имел, и это было нам на руку.

Купол спал.

Вереница карет выстроилась напротив золотых ворот, покидая негостеприимный дворец. Отыскав среди сбегающей публики Себастьяна, мы дружно прицепились к его карете. Мы вместе с Сентом залезли на крышу, поднимая и спящую дочку маркиза. Остальные присоседились кто как.

При всем при этом экипажи осматривали перед тем, как выпустить за ворота. Но разве можно увидеть то, чего нет?

Вот и нас не видели. Как не видели и того, что мы входили в арендованный дом вместе с герцогом де Зентье, который, к слову, нас тоже не видел. Он был настолько поглощен своими мыслями, что даже, кажется, не моргал.

— Тучка, сними с нас невидимость, — попросила я, устало падая на диван.

— Сандра! — мигом обернулся Себастьян, что до этого момента стоял ко мне спиной.

— Не только Сандра, — проворчала я, закрывая веки. — Мы даже дочь маркиза спасли. А теперь можно я немного посплю? Три дня нормально не спала…

Кажется, меня обнимали. Кажется, покрывали быстрыми поцелуями мое лицо, но я была не в состоянии даже пошевелиться. Все те три дня, что мы провели на территории дворца, я спала урывками, переживая, что чары могут слететь с нас в любую минуту.

Зато развлекались мы знатно. Сначала придумывали, какие именно желания стоит загадать мужчинам, когда все это закончится, а потом делились вариантами того, как можно уничтожить артефакт.

От мысли о том, что артефакт нужно уничтожить как можно быстрее, я и проснулась. Вскочила, ища его в кровати, но под одеялом была только я одна. А ведь засыпала с ним в обнимку!

Быстро одевшись, я спустилась вниз, но остановилась прямо посреди лестницы, увидев, как поднимаются мужчины, заметившие меня. Мне улыбались. И, наверное, впервые улыбались искренне все до единого.

— Завтрак, любимая? — предложил Себастьян, подходя к лестнице и подавая мне руку.

— Сначала дело. Какие желания вы будете загадывать? Мы не сможем вывезти артефакт из империи, а значит, уничтожить его должны здесь и сейчас. Ты и сам это знаешь.

— Знаю, но мое желание принадлежит тебе.

— Хорошо, — улыбнулась я той нежности, с которой мужчина поцеловал уголок моих губ. — Что остальные?

Мы с артефактом и Тучкой принимали мужчин в спальне на втором этаже, чтобы никто не слышал чужих желаний.

Первым желание загадывал Пальтер. Как и хотел, мужчина загадал, чтобы ведьмаков перестали преследовать, гонясь за их силой, а сами ведьмаки смогли жить спокойно и свободно. Чаша Желаний легко откликнулась на его слова, а яркое, ослепительное свечение подтвердило исполнение этой мечты.

Он хотел перестать бояться — и перестал, поверив в магию, освобождая свою душу.

Вторым заветные слова произнес Ильтан. Этот всегда хмурый, вредный и даже злой ведьмак, ненавидящий фей всем сердцем и душой, попросил о том, чтобы забыть. Забыть женщину, фею, которую, в отличие от Себастьяна, любил всей душой и всем сердцем. Любил по-настоящему и позволял делать то, что ей хотелось, выполняя ее указания совсем не под дурманом, не под подавляющими волю чарами.

Он ошибся и все прошедшие годы винил себя в этом, а теперь просил о прощении. Просил у Чаши, но на самом деле прощал себя сам.

Чаша ударила светом и в этот раз.

Алеро долго не решался произнести вслух все то, о чем думал, но, собравшись с мыслями, мужчина пожелал стать магом, и не просто магом, а самым настоящим некромантом. Не псевдо, не притворяющимся, а настоящим, и получил то, что желал. Чаша Желаний услышала его, но на самом деле для исполнения его желания не сделала ничего.

Потому что Алеро уже давным-давно был некромантом. Он адаптировал свою магию, научился пользоваться силами Матери Природы так, чтобы делать все то, что умеют некроманты. Он потратил на это годы, десятилетия — и преуспел. Сам, своими силами.

Никому из них не помогла Чаша Желаний — в этом и был ее секрет. Философского камня никогда не существовало. Никто не изготавливал эликсир молодости. Никто не знал, как жить вечно, и уж тем более никто никогда в глаза не видел волшебную палочку.

Каждый из нас сам способен исполнять свои желания. Нужно в это просто верить. Верить в себя.

Поэтому феи и не использовали артефакт, выполняя все желания самостоятельно. Чаша Желаний была всего лишь символом, который не мог ничего. Только Матушке Тез, похоже, истинных причин такой странной работы ее подруга не рассказала.

— Тучка, ты ведь должен знать. Ты ведь был в замке, когда Себастьян вернулся к жизни, — неожиданно для самой себя обратилась я к ауху.

Алеро уже спустился вниз, а Сента я еще не звала в комнату, так что мы были только вдвоем.

— Был, — кивнул Тучка, подбираясь ко мне под бок.

— Это ведь не артефакт исполнил мое желание, правда? Это я сама каким-то образом смогла оживить его?

— Не оживить, Сандра. Исцелить. Ты настолько сильно желала этого, что Мать Природа откликнулась, забирая почти все твои силы. Поэтому тебе было так плохо, поэтому ты лежала в бреду, когда герцог тебя спас. Потому что ты отдала не силы Матери Природы, ты отдала часть себя, чтобы Себастьян не ушел за черту.

— Почему ты раньше не сказал, что Чаша Желаний — это всего лишь… чаша? Чаша, которую можно выбросить в урну.

— Потому что каждый должен понять это сам, но не всем это дано. Тебе дано. Я рад, что в тебе не ошибся. Расскажешь другим?

— Нет, — выдохнула я, покачав головой. — Нельзя забирать у людей веру, но от чаши лучше избавиться. Потому что пока она существует, будут те, кто станет гнаться за ней. Ты знаешь, как ее уничтожить?

— Я могу ее уничтожить, но спать потом буду долго. Тут такая многослойная защита…

К моему удивлению, Сент загадывать ничего не стал. Мальчишка сказал, что у него все есть и больше ему ничего не нужно, так что свое желание он тоже отдает мне.

Я была искренне рада за мальчишку.

Последним в спальню вошел Себастьян, но желание так и не было загадано. То самое желание, благодаря которому я должна была вернуться обратно домой. Я попросила его произнести совсем другие слова, потому что знала, как сильно он расстроится, если поймет, что все это время его дочь, его друзья, я и он сам подвергались опасности из-за пустышки. Это могло его сломать, а я этого не хотела.

Я любила его. Неправильно, невозможно, неидеально, но разве нормальные отношения могут быть идеальными? Странно, но, когда любишь человека, любишь в нем все: и плюсы, и минусы. Потому что и у тебя есть минусы, а минус на минус, как известно, дает плюс.

— Пусть Чаша Желаний навсегда исчезнет, — произнес Себастьян, зажмурившись.

— Пусть мы всегда будем вместе, — прошептала я, целуя его.

Потому что это было то, чего я действительно хотела, но это было не желание. Это было то, чего мы могли достичь.

Сами.

Эпилог

Десять лет спустя.

Снежная поляна казалась тихой, молчаливой, даже безмолвной.

Голые ветви деревьев не трещали под порывами ветра. Снежные хлопья больше не летели. Снег прекратился к утру. Над поляной светило яркое солнце. Снежный настил под ним блестел и переливался, словно цветочная пыльца.

На душе было радостно, вокруг — тепло.

Снежная поляна оставалась за окном, а здесь, в кабинете пансиона, ярко горел камин. Он же был в это утро единственным источником света. Теплом был пропитан каждый уголок. Ладони согревались о чашки с горячим отваром, а в воздухе пахло новым спором.

— Нет, папа. Ты должен мне сказать. Когда именно ты полюбил Сандру? — забравшись в кресло с ногами, молодая девушка сделала глоток из белоснежной чашки.

— Я влюбился с первого взгляда, — привлек меня к себе Себастьян, целуя в макушку. Мы сидели на диване напротив Анги.

— Вот врун! — несильно ударила я его кулачком по груди.

Мужчина рассмеялся, перехватывая мою руку, и поцеловал каждый пальчик.

— Папа, ну скажи честно! Сандра не обидится, — жалостливыми глазенками посмотрела на отца Ангилия. Этот способ до сих пор действовал, хотя девочка уже выросла и превратилась в прекрасную, но все такую же озорную девушку.

— Да не помню я, Анги. — наконец-то признался Себастьян. — Это понимание просто пришло. Разве это важно — знать когда именно, если мне кажется, что я люблю ее всю жизнь?

— Мне тоже так кажется, — улыбнулась я, ловя очередной поцелуй.

— Совсем вы мне не помогаете, — огорчилась девушка, но тут же встрепенулась. — Ладно, я пошла на занятия. Вы тоже тут не задерживайтесь. Папа, у тебя утром физподготовка первым уроком у первого курса, а у тебя, Сандра, ауховодство у второго.

— Да, директор де Зентье, — со смехом хором ответили мы, глядя на то, как закрывается за девушкой дверь. Тучка ускакал вместе с ней.

Но на самом деле это была совсем не шутка. Ангилия действительно пожелала открыть учебное заведение для фей два года назад, когда сама научилась всему, что только может уметь фея. Конечно, директором она значилась номинально. Мы с Себастьяном занимались большей частью вопросов, но во всем поддерживали девушку.

Она делала хорошее дело. Никто и никогда раньше не учил фей быть феями в подобных заведениях, поэтому и находились такие, как Матушка Тез, желающие использовать молоденьких наивных глупышек. Ангилия же давала им возможность построить свое будущее.

Пансион для воспитанниц-фей каждое утро просыпался строго по часам. Сейчас девочки завтракали, и до первого урока у нас было еще минут двадцать.

— Как ты думаешь, Анги снова пытается доказать Алдриду, что он ее любит? — спросила я, укладываясь Себастьяну на колени.

— Думаю, что она ему это уже доказала, — усмехнулся супруг, поглаживая мой округлившийся живот поверх строгого бежевого платья. — Он сказал, что вчера в саду она зажала его прямо в беседке и поцеловала. Сама.

— И? — с нетерпением потребовала я продолжения.

— И он поцеловал ее в ответ. А потом сбежал.

— И долго он от нее собирается бегать? Она его любит, он ее тоже. Ну и что, что он знает ее с рождения, а между ними… А кстати, сколько Алдриду лет? Он до сих пор выглядит лет на тридцать.

— Может, двести, а может, триста. Он и сам уже не помнит, — улыбнулся герцог. — Ну что? Пойдем на занятия?

Взявшись за руки, мы направились на выход из кабинета, но застряли буквально в дверях. Там в коридоре стояли Ангилия и Алдрид. И вот было совсем непонятно, кто кого целовал. Судя по тому, что Алдрид прижимал девушку к подоконнику, на этот раз инициатором был именно он.

Крепость сдалась.

Снежная поляна казалась тихой, молчаливой, даже безмолвной.

Голые ветви деревьев не трещали под порывами ветра. Снежные хлопья больше не летели. Снег прекратился к утру. Над поляной светило яркое солнце. Снежный настил под ним блестел и переливался, словно цветочная пыльца, но вдруг с одиноко стоящего дерева, что возвышалось в самом центре поляны, упало ярко-розовое пушистое нечто.

Это родился новый аух, а где-то родилась новая фея.

Content

Дора Коуст
ЗДРАВСТВУЙТЕ, Я ВАША ФЕЯ, ИЛИ НЯНЯМ ВХОД ЗАПРЕЩЕН!

Глава 1: Птица обломинго

Глава 2: Большое путешествие

Глава 3: Трудные решения

Глава 4: Летят утки

Глава 5: А кладбища здесь тихие

Глава 6: Две ноги хорошо, а четыре еще лучше

Глава 7: И в горе, и в радости

Глава 8: Приключения феи

Глава 9: Здравствуйте, я ваша няня

Глава 10: Другие планы

Глава 11: Да будет бал

Глава 12: Танец стихий

Глава 13: Больше нет

Глава 14: Любви все возрасты покорны

Глава 15: С попутным ветром

Глава 16: Надышаться

Глава 17: Четыре желания

Глава 18: Четыре желания 2

Эпилог