Анна Минаева

В ПОГОНЕ ЗА ДРАКОНОМ

— 1 —

Однокурсники шумели, сжимали в руках зачётки, улыбались.

О чем переживать, ведь баллы уже проставлены, а впереди два с половиной месяца свободы? Разве только о том, как веселее и беззаботнее провести это время.

Прохожие с удивлением поглядывали на толпу студентов, которые громко обсуждали планы на сегодня, а потом чуть тише говорили о том, чем хотят заняться этим жарким и таким долгожданным летом.

Я спрятала синюю прямоугольную книжечку в сумку и вздохнула.

Да, второй курс остался за спиной, это не могло не радовать. Не скажу, что моя будущая профессия была именно тем, чем я хотела бы заниматься, но учитывая то, как я выбирала место для поступления, это и не удивительно. Я сильно сомневалась, что в этом городе кому-то понадобится специалист по реконструкции и реставрации архитектурного наследия. Но это и не важно. Голодной я точно не останусь.

Да и в любом случае думать об этом пока рано. Впереди ждало жаркое лето, а прямо перед носом виднелся парк аттракционов, где мы всем потоком решили отдохнуть после последнего экзамена.

— Ирка, ты чего такая кислая? — Марина легонько толкнула меня локтем под ребра. — Закрылись же! Радоваться надо! Представляешь мне же предки тачку дадут на лето за все пятерки. Ух, оторвемся!

Девушка поправила длинные светлые волосы, достающие до поясницы, и подмигнула, пытаясь меня приободрить.

— Давай рванем в выходные на озеро, — предложила она. — У моего парня такой брат, — Марина закатила глаза. — Тебе понравится.

Я кивнула только для того, чтобы она замолчала. Не потому, что мне было неприятно с ней общаться, а потому, что что-то было не так.

Стоило выйти с территории университета, как чувство радости за еще один прожитый в спокойствии год сменилось на необъяснимый страх. Сердце забилось в груди, а ладони вмиг похолодели.

Обернувшись в очередной раз, я окинула взглядом шумную улицу, по которой сновали люди, но ничего подозрительного не заметила. Ничего такого, что должно было бы сломать тишину, продержавшуюся целые семь лет.

Мимо уже начали мелькать небольшие ларьки с мороженым, сладкой ватой, воздушными шариками и другой яркой чепухой, на которую тут же сбегались дети.

Хотя, глядя на то, как наши ребята сметают с прилавков малиновые колпаки с тонкими резиночками для фиксации на подбородке, я уже сомневалась в своем первом утверждении.

— Хочу на колесо обозрения, — вновь оживилась Маринка. — Идем?

Не горя желанием получить картонный головной убор, увенчанный несерьезной желтой звездой, я схватила за предложенную девушкой руку и побежала следом, лавируя в толпе зевак.

Вот только от чувства медленно нарастающей опасности сбежать не удалось. Но я по-прежнему ничего не предпринимала. Было еще слишком рано.

Очередь на аттракцион оказалась длинной и двигалась очень медленно. Застекленные яркие кабинки лениво ползли по кругу, показывая посетителям с высоты птичьего полета первый в городе развлекательный парк. Его построили не так давно на берегу небольшой речки, которая в такую жару должна была превратиться в ручей, если не высохнуть вовсе.

— Вот вы где! — очередь за нами пополнилась ребятами с потока и один из них все же напялил мне на голову яркий колпак. — Вот! Теперь мы вас не потеряем в толпе. Не снимать!

Мы с Мариной многозначительно переглянулись, но ничего не ответили. А уже зайдя в кабинку, закрыв за собой дверцу и опустившись на пластмассовые сиденья, сорвали их практически одновременно и рассмеялись.

— Потерять они нас боятся, ты посмотри, — девушка отправила свой колпак в сумку и выудила из ее недр телефон.

Пока она включала фронтальную камеру и выбирала наилучший ракурс для фотографии, я отвернулась и, прищурившись, окинула взглядом медленно уменьшающийся в размерах парк аттракционов.

Чем выше мы поднимались, тем сильнее нарастало чувство необъяснимого липкого страха. Но сколько бы я ни всматривалась в маленькие фигурки людей, которые медленно передвигались по зеленым аллеям, ничего подозрительного не замечала.

— Улыбнись! — кабинка качнулась, а девушка, оказалась возле меня и приложила палец к круглой кнопке на экране смартфона.

Из динамика раздался щелчок, картинка замерла.

— Дай посмотреть, — попросила я, протягивая руку, когда Маринка вернулась на место и через толщу стекла завороженно рассматривала миниатюрный зеленый парк.

Она, не задумываясь, протянула мне телефон и вернулась к прерванному занятию.

Я разблокировала его и нажала на ярлычок, изображающий фотоаппарат. Экран мигнул черным, а потом показал мне мои же ноги. Проведя пальцем в сторону, я открыла галерею фотографий и нажала на первый цветной квадратик.

Изображение на мгновение зависло, а потом показало мне двух улыбающихся девушек, которые были полными противоположностями друг друга. У той, что держала телефон были светлые волосы, темные карие глаза и лицо сердечком. Ее соседка по фотографии хоть и улыбалась, но в светлых голубых глазах, которые сейчас казались серыми, можно было разглядеть странные хищные отблески. На запечатленном кадре она поправляла темно-каштановую прядь, падающую на овальное белое лицо.

Бросив взгляд на Марину, я еще раз нажала на экран, а потом на небольшую кнопку внизу. Мигнуло черным, и в центре всплыло сообщение «изображение удалено».

Вернувшись в режим фотографирования, я подняла телефон, поднесла к толстому слегка мутному стеклу, сделала несколько снимков парка аттракционов, и только после этого отдала вещь хозяйке.

— Скинуть потом? — спросила она, отправляя смартфон в сумку.

— Как будет время.

Мне не хотелось, чтобы девушка в ближайшие несколько часов обнаружила пропажу фотографии. Пусть пройдет время. А через пару дней она забудет о том, что ее делала. Так было всегда. Наверное, единственные сохранившиеся фотографии с моим лицом были в документах.

Наша кабинка, покачиваясь, пошла на снижение, а я продолжала высматривать в людях, что сновали по аллеям, тех, от кого бежала практически всю жизнь.

— Твоя очередь выбирать следующий аттракцион? — проговорила Маринка, когда мы отошли от колеса обозрения и остановились возле большого шумного фонтана, на дне которого можно было заметить монетки мелкого номинала. Детвора плескалась в нем, стоя по щиколотку в воде, и дико визжала.

— Даже не знаю, — перекрикивая шум, отозвалась я. — Можно, я опять положусь на твой выбор?

Не хотелось сознаваться в том, что мне сейчас совершенно не интересно кататься на качелях и визжать на горках. Если бы я не дорожила связью с этой девушкой, то наверняка сорвалась бы в сторону общежития, заперлась в комнате и забилась под кровать.

Благо все мои соседки успели закрыться раньше и уже разъехались по домам. Моим же домом было студенческое общежитие, потому как документы на квартиру после выпуска из детдома я не подавала.

Нельзя было отсвечиваться.

— Тогда как ты смотришь на новый аттракцион, который открыли только на прошлых выходных?

Я пожала плечами, так как понятия не имела, о чем сейчас говорит Марина:

— Хорошо. Но учти, мне нужно через час убегать. Встреча.

Девушка понятливо кивнула, привыкла, что я часто сбегаю, не сильно вдаваясь в подробности к кому и по какому делу. Хотя сейчас по ее лицу было видно, что она не очень довольна моим быстрым уходом. Но я ее безумно ценила за то, что она никогда не задавала лишних вопросов.

Да, пожалуй, иногда хотелось назвать ее подругой, но привязываться к людям нельзя. Иначе я бы нарушила одно из правил.

— Тогда нужно поспешить, — улыбка вновь расцвела на лице вечно неунывающей Марины. — Идем, а то опять все время на очередь потратим.

Она свернула с главной аллеи и углубилась в прохладную зелень парка.

По обеим сторонам от дорожки росли высокие колючие кусты с большими розовыми цветами. Время от времени между ними появлялись кованные скамейки или яркие тележки, в которых можно было приобрести сладкую вату, горячие булки с сосисками и прохладную воду.

— Как вкусно пахнет, — Марина втянула носом воздух и зажмурилась. — Как ты смотришь на сосиску в тесте?

— Я пообедала.

Ложь была вынужденной. Желудок скручивало в тугой узел от дурного предчувствия. По-хорошему, сейчас не мешало бы уйти из парка, поймать маршрутку и отправиться в общежитие, но я упрямо продолжала следовать за Мариной, дожидаясь развязки. Которая вот-вот должна была наступить.

Чувство опасности, страха и паники не отпускало меня уже минут двадцать. А я не видела для них ни одной причины. Сейчас я должна быть в безопасности, ведь прошло столько лет…

Марина шла рядом, с удовольствием впиваясь зубами в горячую выпечку, и даже что-то подпевала себе под нос.

— А вот и тот аттракцион, о котором я тебе говорила? — девушка указала рукой вперед.

Я вынырнула из своих мыслей и подняла взгляд.

В конце дорожки находилось одноэтажное здание из белого кирпича. Если бы не яркая вывеска на покатой крыше, его можно было бы принять за сооружение для подсобных помещений. А так…

— Зеркальный лабиринт? — я удивленно приподняла брови.

На самом деле от «нового аттракциона» я ожидала чего-то большего, чего-то необычного. Но раз уже согласилась на посещение этого места, то отступать поздно.

— Лабиринт кривых зеркал, — поправила меня одногруппница. — Идем! Это должно быть весело.

Марина купила два билетика и, размахивая ими, потащила меня в сторону очереди, которая, к удивлению, была не так велика, как могла бы быть.

Видимо, разочарование новым аттракционом возникло не только у меня.

На входе стояла небольшая серая будка, в которой с печальным лицом сидела сухонькая старушка. Она отбирала у посетителей билеты, отрывала от них половину и с тихим вздохом возвращала вторую часть желающим посетить новый аттракцион.

От одного только взгляда на эту бабушку становилось не по себе.

Дверь за спиной тихо захлопнулась, запирая нас в огромном помещении с извилистыми стеклянными коридорами. И конечно же, чтобы выбраться нужно было отыскать верный путь.

— Догоняй! — Марина широко улыбнулась и побежала вперед, то и дело поглядывая по сторонам, где в длинных высоких зеркалах ее отражение менялось до неузнаваемости.

Я замерла, разглядывая вывеску, на которой значилось, что в помещении нельзя фотографировать и снимать видео, а также есть мороженое и заходить с животными. О скорости передвижения ничего не говорилось.

Правила. Даже тут они.

Мотнув головой, я направилась вслед за Мариной. Отражения, то и дело мелькающие на периферии зрения, раздражали. Казались чем-то враждебным. Преследующим.

Сердце уже стучало где-то под горлом. Необъяснимая паника достигала пика, а я все ждала развязки.

Бежать, не зная, от кого бежишь, — глупо.

Остановившись на развилке, осмотрелась. В том, что Марина пошла направо, я даже не сомневалась. Вот только там был тупик. Чтобы покинуть аттракцион, нужно свернуть трижды налево, а потом еще дважды направо.

Если бы дверь на выходе была закрыта, так просто решить эту задачу у меня бы не вышло. А так потоки воздуха подсказывали верное направление.

По полу с шелестом прокатился небольшой пожелтевший от времени лист и тихо врезался в одно из зеркал.

В отражении было видно, как высокая, словно шпала, девушка с непропорционально длинными руками и ногами сделала два шага вперед и присела на корточки.

Я старалась не обращать внимания на движение отражений, но они щекотали нервы.

Выдох.

В руках оказался пергаментный лист. Лет семь я не встречалась с похожей бумагой. Только в одном сувенирном магазинчике видела старинную выполненную на подобном материале египетскую картину, выцветшую от времени.

Но в моих руках был сжат свежий рисунок. Портрет. Мой.

Черт!

Я вскочила, осмотрелась.

Все казалось таким спокойным. Не было видно людей, которые вошли на аттракцион перед нами, не слышала я их шагов, разговоров, смеха.

Звенящая тишина, от которой нервы превращались в натянутые струны. Прикоснись — порвутся.

А потом… Вздох.

Я дернулась, отмечая легкий шелест ткани. И отражение плаща в одном из зеркал.

— Решили устроить игру? — одними губами прошептала я, затягивая волосы на затылке в хвост. — Не на ту мышь кошка напала.

Смяв в руке собственный потрет, нарисованный явно не на Земле, я шагнула к одному из зеркал и прикоснулась пальцами к холодной поверхности.

На улицу выйти не получится. Бежать на своих двоих равносильно самоубийству. Но выход есть всегда. Если они думали, что тут меня будет как просто поймать, то меня недооценили.

Зря.

Черпать силу из «грязной» и чужой стихии было сложно. Особенно в мире, где нет магии. Я ведь не так просто выбрала именно его, но, видимо, мое время на Земле вышло. Пора перемещаться дальше.

И пусть.

Через сутки обо мне тут забудут. А все фотографии и документы посчитают подделкой. И чем меньше я оставлю тут следов, тем проще миру будет уничтожить все воспоминания обо мне.

Я усмехнулась, проводя пальцами по предмету, что был создан с помощью стихии земли и «загрязнён» стихией огня. Стекло отвечало мне легким покалыванием на подушечках пальцев, которые скользили по поверхности, поглощая ту силу, что вложили в него элементы.

Те, кто ищут меня уже больше восьми лет, оцепили здание, увели или просто обезвредили обычных людей, подбираются ко мне, надеясь поймать врасплох. Но свой шанс они упустили.

Глупцы.

Сила медленно и неуверенно наполняла меня. Делала это так, словно пробовала мое тело на вкус, будто сталкивалась я с ней в первый раз. Но это не так. Просто время уничтожает все.

Позади послышались шаги.

Быстрее! Не дать себя поймать! Не сейчас! Не так глупо!

— Блуждающая, у тебя находится то, что принадлежит нам, — низкий голос прокатился по лабиринту, отразился от стен и зеркал.

А я видела искаженное отражение мужчины и мне он таким нравился многим больше.

— Тебе понадобилась восемь лет для того, чтобы ко мне приблизиться, ящерка, — бросила я, не оборачиваясь. Тянула время. — И это только в этом мире.

— В нашем прошло два десятка, если тебе это, конечно, интересно, Иро.

Я вздрогнула. Он назвал меня именем, что я получила на ритуале. Откуда…

Имя Сестры Тени знают только другие Сестры и доверенные заказчики. Но никак не такие, как он.

Но ни подумать, ни тем более спросить об этом у ящерки, времени не осталось. Сила напитала мое тело, воздух вокруг заполонило клубящимся голубоватым туманом, в котором проглядывались тонкие ветвистые искорки.

Сила Блуждающей. Моя сила.

Мне нужен мир. Мир с магией. Больше никаких «пустых», никаких слабостей из-за этого.

Скрыться на Земле полностью не удалось. Да, я пробыла тут дольше, чем в других мирах, но ничего не поменялось. Люди из Культа Дракона нашли меня.

— Тебе не скрыться, Блуждающая Сестра Иро.

Тот, чье искаженное изображение я видела в помутневшем стекле, коснулся рядом стоящего зеркала. Энергия из стихии хлынула у него с такой силой, что мне на мгновение стало не по себе.

А еще через секунду в меня полетела ветвистая яркая молний. Послышался звон разбитого зеркала, но ни звука падения осколков на каменный пол, ни слов, сказанных жрецом из Культа Дракона, я не услышала.

Все потому, что мир раскрыл свои врата, выпуская меня. Вот только почерпнутых сил было настолько мало, что я не смогла потянуть время вне времени и выбрать вселенную, в которую хочу перейти. Где хочу скрываться дальше и ожидать сообщения от заказчика или Сестры Рилин.

Сила Блуждающей сама выбрала первый попавшийся мирок с магией, где я смогу хотя бы за себя постоять. Хотя бы услышала мою просьбу, и на том спасибо.

Туман, сопровождающий меня все это время, объял тело в кокон и попытался оттащить от меня тканевую сумку на длинном кожаном ремне.

Мне стоило огромных усилий удержать ее рядом с собой.

Нельзя. Не отдам. Но и правил не нарушу!

Она словно услышала, приняла предмет, как часть меня и толкнула в спину.

Земля, покрытая травой, появилась перед лицом. Выставив руки, я рухнула на поляну, освещенную ярким белым ночным светилом.

Охнув, перекатилась на спину и прикрыла глаза, пытаясь прийти в себя. Дыхание восстанавливалось неохотно, сердце учащенно билось в груди, а сбитые через плотную ткань джинсов колени саднило от боли.

Открыв глаза, я подавила стон.

Прямо над головой висел яркий круглый объект. Такой же, как и в том мире, из которого я сейчас пришла.

Помнится, когда я только попала на Землю, переживала первые сутки адаптации, то сравнивала ее со своим родным миром. У них было очень много схожего, и столько же различного.

Вот только ни в каких других мирах я не видела таких небесных объектов. Только на Земле и там, где родилась. В мире Эврар.

— Нет-нет-нет, — я прикрыла глаза.

Язык был еще тот, на котором я говорила в мире под названием Земля. Пройдут целые сутки пока организм перестроится, пока я смогу понимать местный язык и отвечать на нем, пока воспоминания о другом мире превратятся в дымку, которую так легко смахнуть порывом ветра.

Обо всех своих путешествиях я помнила, как о снах. Нечеткие обрывки, выцветшие картинки. Но если поднапрячь память, сила Блуждающей все же выдавала ответы на некоторые вопросы. Но не на все, ведь это было для меня опасно.

Вот только изменить что-либо я сейчас не в силах. Те созвездия, что находились на небосводе, были мне когда-то известны. А память со скрипом намекала мне, что это не ошибка.

Я оказалась в том мире, из которого бежала восемь лет назад. Не знаю по меркам какого мира это можно считать, я считаю по своим внутренним часам, которые пока ни разу не дали сбой.

И сейчас я в западне. «Шаг Блуждающей» я смогу использовать только через сто дней, иначе это будет стоить мне жизни. А это значит, что я застряла там, где меня легче всего найти.

Родной мир стал для меня ловушкой.

— 2 —

Встать с земли я смогла не так скоро, как того хотелось бы. Сила, напитавшая тело, была потрачена на переход и единственным, чего я желала в это мгновение больше всего был сон.

Вот только спать сейчас никак нельзя. Первые минуты адаптации я должна быть в сознании. Лучше будет, если эти минуты превратятся в часы, но таких сил в себе я сейчас не чувствовала. Надо продержаться хотя бы полчаса перед тем, как я смогу без опасений за собственное здоровье отправиться в мягкий мир грез, надеясь, обрести там покой хотя бы на время.

А перед тем, надо выполнить обещание, которое я дала Силе.

Со вздохом приняв сидячее положение, я подтянула к себе серую тканевую сумку на кожаном ремне, стряхнула налипшие травинки и открыла. Света местной луны было недостаточно для того, чтобы разглядеть все вещи, уложенные в сумку, с которой я не пожелала расставаться.

Перевернув ее, я встряхнула, вываливая содержимое на землю.

Затем расположила сумку между ног и перешла к перебору вещей, которые перенесла с собой, нарушив одно из основных правил Блуждающих.

У меня есть сутки, чтобы вернуть равновесие иначе сила из союзника превратится в противника и уничтожит тело. Правила нельзя нарушать. Можно только найти лазейку, но и это срабатывает через раз.

Первой в сумку полетела зачетная книжка, баллы в которой не играли теперь совершенно никакой роли. За ней отправился паспорт, пропуск в общежитие и кошелек.

Подумав в секунду, я вытащила последний предмет обратно, щелкнула замочком и пробежала взглядом по содержимому. Пластиковые карточки, бумажные деньги. Все это тут было бесполезно. Выловив одну из монеток, я подняла ее к глазам и закусила губу.

Сплав и чеканка не подходили, выдать их за местные не удастся.

Мусор.

Кошелек со всем его содержимым отправился за зачеткой.

Следующей в руки попала косметичка. Открывать ее смысла не было, я и без того помнила, что там лежит, и с точностью могла сказать, что все это будет лишним, нарушающим правила.

Отправились в сторону сумки также тетради с конспектами, ручки и карандаши, листовки, взятые у промоутеров по пути в универ.

Предпоследним из предметов оказался мобильный телефон. Разблокировав его, я скользнула взглядом по заставке, на которой качали ветвями высокие розовые деревья, коих на самом деле не существовало в природе. В той природе, из того мира.

Задержав взгляд на них еще на мгновение, я выключила телефон и без сожалений отправила его в сторону того, что в скором времени перестанет существовать.

В густой зеленой траве остался лежать последний предмет, но я пока не смела к нему прикасаться. Должно пройти время, он должен «срастить» с этим миром, чтобы мог остаться, не нарушая правил.

А пока нужно заняться тем, что не ждет отлагательств.

Встав на ноги, я осмотрелась. По правую руку виднелись темные силуэты деревьев, превращающиеся в лес, по левую — высокий холм, за которым шумела река.

Сделав глубокий вдох, я бросила взгляд на то место, где оставила свои вещи и быстрым шагом направилась в сторону водоема.

На самом деле нельзя было так рисковать, бросать предметы из другого мира без присмотра. Соверши я ошибку, то лишилась бы силы. А, может, и жизни. Но выбора сейчас не было. Мне нужна магическая энергия для того, чтобы довершить начатое.

Радовало только то, что элемент, который выбрал меня в начале жизненного пути, нашелся так быстро.

Да, я могла почерпнуть силу и из земли, и из воздуха, и даже из опасного по своей природе огня. Но это потом сказывалось на мне не самым лучшим образом. И то, что я воспользовалась «грязными» чужими элементами на Земле скоро тоже сыграет со мной злую шутку, а пока надо поспешить.

Адаптация только начала действовать, но знания о магии вернулись практически в полной мере. В мире без Силы они были мне не очень-то и нужны, а сейчас проснулись одними из первых.

Вода. Мне необходимая была именно она, потому что я выбрала ее в детстве. Точнее, это она меня выбрала. На мои просьбы эта стихия отзывалась лучше всего.

И честно говоря, энергия, получаемая из этого Элемента, была очень чистой и сильной. Те же воздух и земля не шли с ней ни в какое сравнение.

А вот почему так было, я пока вспомнить не могла. Нужно еще немного времени. И тогда память вернется, вместе со знаниями и подсказками, которые скрывала от меня моя сила.

Впереди в лучах серебристого небесного светила шумела широкая полноводная река. Она делала крутой крюк и исчезала за холмом, на котором я сейчас стояла.

Соскользнув по склону вниз, я замерла у самой кромки, стала на колени и опустила правую руку. Волны омывали берег, на глубине плескалась рыба и били ключи, которые было видно невооруженным взглядом.

Протянув ладонь так, чтобы вода практически касалась ее, чтобы я кожей чувствовала прохладу, исходящую от элемента, закусила губу и обратилась к Силе, которая была скрыта в воде.

Сердце билось об ребра, отсчитывало время, которое я трачу на поглощение энергии, а я продолжала вести мысленный монолог.

Если стихия меня сейчас не услышит, то все пропало.

Удар сердца. Шум реки. Пение насекомых в высокой зеленой траве. И вкус разочарования.

— Давай. Ну же.

Мои слова звучат на чужом языке, никто не должен меня сейчас понимать. Но только не стихия. Ей все равно в каком порядке будут произноситься звуки, она слышит зов моей силы и моего сердца.

Энергия медленно, капля за каплей, наполняет тело, позволяет вдохнуть глубже, увидеть больше и услышать лучше. В эти мгновения мы с ней становимся единым целым и за это чувство я готова была продать душу демонам.

Как же я скучала по той элементарной магии, которой меня обучили Сестры Тени в Ордене. И пусть моих знаний в этой отрасли было не так много, я безумно скучала.

Прохладный ночной ветер гладил по лицу, трепал волосами, собранными в высокий хвост, шелестел травой, которая блестела в серебристом свете луны.

Я оторвалась от поглощения энергии спустя пятьдесят ударов сердца.

Сейчас мне нужно было взять все то, что мое тело могло себе позволить. Необходимым были силы на адаптацию и на то, что я обещала сделать при переходе.

На Земле было проще выполнить обещание и быстро уничтожить вещи, принадлежащие миру, из которого был совершен «Шаг Блуждающей». Всего лишь стоило пройти по частному сектору, возле которого меня выкинуло и бросить их в первый попавшийся костер.

Тут готовых костров нет, нужно разводить свои.

Выпрямившись, я потянулась и, прохрустев суставами, подняла взгляд на небо.

Ошибки быть не могло — это именно тот небесный объект, который я наблюдала с рождения и до двенадцати лет, пока не получила задание, перевернувшее мою привычную жизнь. Я дома. Вот только это меня совершенно не радовало.

Зажмурившись, я отсчитала до двадцати и опять посмотрела на мягкий темный бархат черного неба, усеянный мириадами ярких бусинок, которые собирались в узоры и фигуры.

Память понемногу начала возвращаться, и я могла с точностью сказать, что вот та самая яркая розовая звезда показывает на восток и входит в созвездие богини любви — Дилигити. А вот то скопление звезд на севере изображало пегаса, который, по одной из легенд, стал созданием, перенесшим человека с Первого материка на Третий.

Я с замирающим сердцем вглядывалась в блестящие яркие узоры на ночном полотне и узнавала их. Это чувство было незабываемым и непередаваемым.

Мне нравилось возвращаться в миры, в которых когда-то уже находилась, только для того, чтобы испытать этот немой восторг и перехватывающие дыхание эмоции. Вот только в родной мир мне пока было рано. Я ведь до сих пор не получила послание от Сестры Рилин о том, что могу возвращаться за наградой. То, что заказчик был в силах самостоятельно отыскать меня в другой вселенной, я сильно сомневалась. Но настоятельнице хватило бы знаний и мощи дозваться до меня в любой точке неизвестного ей мира.

Ахнув, я зажмурилась, не поверив тому, что увидела на небе.

— Нет, — шепот потонул в шуме реки, уносящей свои воды вдаль. — Не может быть.

Если я сейчас открою глаза и все окажется так, как мне показалось в первые мгновения, то я еще в большей заднице, чем могла предположить.

Нужно взять себя в руки.

Вдох. Выдох. Вдох.

Я открыла глаза и тихо застонала.

Теперь становилось понятно, почему жрецы из Культа Дракона нашли меня на Земле. У них просто не было другого выхода. Я и так скрывалась от них слишком долго.

Тот жрец сказал, что в этом мире прошло два десятилетия, а по моим внутренним часам всего восемь лет.

Наверное, только тем и плох дар Блуждающей, что по возвращении домой после часовой прогулки ты можешь обнаружить, что твои дети уже постарели, а мир изменился до неузнаваемости.

Слыли легенды, что самая первая Блуждающая умела и время замораживать, но я пока до таких высот не добралась. И вряд ли доберусь.

Но не это меня так расстроило, а то, что одно из созвездий прекратило свое существование.

Когда я последний раз видела звездное небо этого мира, на нем была фигура дракона, раскинувшего крылья и летящего на юг. Крайняя звезда на его морде загоралась на небосводе самой первой и потухала последней. Иногда ее отблеск казался ярко-алого цвета, то об этом я только слышала от других.

И вот теперь этого созвездия больше не было. Осталась лишь россыпь звезд, изображающая туловище зверя. Крылья отсутствовали.

Предзнаменование начало вступать в силу, и именно потому жрецы смогли выйти на меня. Им именно сейчас нужно то, что я так нагло украла два десятилетия назад.

Но тогда почему заказчик еще не вышел на меня? Точнее, не Сестру Рилин, которая должна была мне сообщить обо всем. Предзнаменование уже начало сбываться, а от них тишина. Надо понять где я нахожусь, и как можно быстрее отправляться в Орден. Не могла настоятельница забыть обо мне. Значит, что-то случилось.

Размышляя о том, что нужно сделать в первую очередь, я вернулась на поляну, отыскала свои вещи и замерла в шаге от них.

— Флэмма, — шепнула я, проводя рукой над тем, что было захвачено с Земли.

Энергия, полученная от Элемента, скопилась на ладони, а с пальцев сорвались тонкие искорки. С шипением преодолев расстояние, они упали на вещи, которые моментально вспыхнули.

Яркие оранжевые языки пламени ласкали пожертвование. Под действием высоких температур обугливалась ткань, комкались бумаги, трещал пластик.

Магический огонь справился с заданием быстро. Либо же я так устала, что не заметила скорость течения времени. Но в любом случае первый пункт плана был выполнен.

Разбросав еще горячий пепел по поляне, я отряхнула руки и подошла к тому месту, где осталась лежать вещица, за которую меня хотят лишит головы. За нее же я получу баснословные деньги, если найду заказчика раньше, чем жрецов из Культа Дракона.

Сделка того определенно стоит. А сейчас…

Подхватив с земли небольшой кожаный мешочек на длинном шнурке, накинула его себе на шею и спрятала в вырезе коричнево-зеленой клетчатой рубашки.

Опустившись на землю, я растянулась во весь рост, заложила руки за голову и закрыла глаза.

Все необходимое было сделано. Теперь нужно поспать, набраться сил и позволить телу и сознанию адаптироваться к новому миру.

Под шелест травы, песни сверчков и уханье ночных птиц я уснула.

Первые лучи яркого оранжевого солнца лизнули край холма, когда я почти дошла до его вершины. По небу лениво плыли белоснежные лепешки, мечтающие казаться облаками, а по реке стелился густой синеватый туман, за которым терялись очертания камышей, растущих у самого берега.

Адаптация проходила успешно, если не обращать внимания на жуткую головную боль, возникшую оттого, что я черпала энергию на Земле из чужой «грязной» стихии. Сейчас я уже думала на общепринятом языке мира Эврар и понимала многим больше, чем было ночью.

Если бы прошли ровно сутки, то я бы даже не стала задумываться о том, на каком языке вещает мой внутренний голос. Я бы даже разницы не заметила. Но пока она существовала. И я любила этот переход от старого к новому, было в нем что-то притягательное, необычное и завораживающее.

Растирая замерзшие от ночной прохлады ладони, я направилась к водоему. Трава скользила под ногами от росы, туман мягко касался кожи, а река неизменно шумела, неся воды к морю.

Энергии, заимствованной у стихии сразу после перемещения, мне хватило бы еще на несколько несложных заклинаний, и нужно израсходовать ее как можно быстрее. Мои знания магии были не так обширны, я не умела подолгу хранить в себе Силу и ее излишек мог сказаться на мне весьма плачевно.

Проведя рукой над водой, я проговорила несколько слов, делая ударения на последнее, а потом резко сжала кулак и дернула его на себя.

Из воды с плеском вынырнула небольшая рыба, в косых лучах света ее серебристая чешуя переливалась и бликовала. А потом мой будущий завтрак с глухим ударом приземлился на берег у ног.

Вот тут-то я и замерла, разглядывая свою обувь.

На мне сейчас были надеты темные джинсы, с разорванной после падения тканью на коленях, и широким ремнем из плотного серого материала, зелено-коричневая рубашка и черные балетки.

Не совсем так должны выглядеть дамы мира Эврар. Не хотелось бы попасться в руки властям или жрецам только из-за того, что я сглупила и не поменяла одежду.

— Хорошо, — я прикоснулась пальцами к вискам, пытаясь собраться с мыслями и придумать решение.

Найти новый наряд посреди леса практически нереально, а значит, нужно что-то сделать с тем, что у меня есть. Обувь относительно похожа на туфли без каблука, которые тут не то чтобы были в ходу, но встречались. Хоть что-то хорошо.

Выдернув полы рубашки из-за пояса, я расстегнула нижнюю пуговицу и покрутилась, пытаясь понять, прикрывает ли зелено-коричневая ткань широкие карманы джинсов.

Прикрывает.

Выдохнув, еще раз окинула себя взглядом, понимая, что даже без карманов штаны выглядят подозрительно особенно с дырками на коленях, а ткань рубашки странно окрашена.

Подумав еще с секунду, я вздохнула, сняла ремень и, надеясь, что без него не потеряю джинсы, затянула его под грудью на манер того, как ходили тут два десятилетия назад.

Оставалось надеяться только на то, что таким видом я не сделаю хуже.

Успокоив себя тем, что другого выхода у меня все равно нет, а издалека мало кто сможет сказать, что разодета я сейчас как пугало, занялась приготовлением завтрака.

Костер, сложенный из хвороста, догорал, трещал на ветру, плевался искрами. Обмазав рыбу глиной, я раздвинула серо-черные угли, которые от движения вновь заалели, и закопала ее в них.

Теперь оставалось только ждать.

Откинувшись на еще влажную от росы траву, я запрокинула голову и прикрыла глаза, наслаждаясь медленно протекающей адаптацией.

Воспоминания с Земли мелькали перед внутренним взором тускнеющими картинками. Вот меня находят городские охранники, которых там называют «полицией», вот я делаю вид, что потеряла память и без понятия кто я и где мои родители. Только имя.

«Ира».

Именно так я назвалась на Земле.

Сила Блуждающей адаптировало мое имя. И в мире, что стал для меня домом на целых семь спокойных лет, оно уж очень было похоже на то, которое я получила от Сестер Тени.

«Иро».

Тот жрец знал его. Вот только Сестры никогда не выдают таких тайн…

Понимая, что за два десятилетия в мире Эврар произошло намного больше, чем мне показалось с первого взгляда, я приняла сидячее положение и потыкала веточкой в угольки, от которых все еще исходил жар.

Ответы я смогу отыскать только в том случае, если сейчас утолю голод.

Обжигая пальцы, я вытащила рыбу из остатков костра, прокатила по траве и, шипя от боли, расколола глиняный кокон ударом камешка.

Мягкое белое мясо растекалось сладковатым соком во рту, позволяя не только насытиться, но и почувствовать наслаждение от вкусной пищи. Под шум реки, свист ветра и чириканье небольших серых птичек, что охотились на насекомых в камышах, я восстановила силы и, затоптав остатки костра, взошла на холм.

Солнце медленно ползло к центру неба, хотя для достижения цели ему потребуется еще не один час. Воздух прогрелся, дышать стало проще, и я напрягла память, стараясь восстановить в ней карту мира.

Еще не известно на какой из трех материков меня закинуло, но стоять на месте в любом случае не выход. Это упрощает поиск жрецам из Культа Дракона. Надо двигаться в сторону отделения Ордена, в котором я провела половину своей жизни, и встретится с той, кто была посредником между мной и заказчиком.

Вместо карты мира, в воспоминаниях всплыло овальное женское лицо: бронзовый загар, темные волосы, зеленые миндалевидные глаза.

Именно так выглядела настоятельница Ордена Сестер Тени на протяжении всех тех лет, что я провела там. Именно она обучила меня всему тому, что я знаю, подарила мне второе имя и приняла в «семью».

Это все полный вздор, когда говорят, что в тайной гильдии наемников и убийц состоят одни женщины. Красивая легенда и ничего более. Среди нас есть и мужчины. Реже, но есть. Им сложнее подобрать задания. Все же у нас ценятся хитрость и ловкость, а не сила и напор. Хотя и эти качества лишними никогда не будут. Во мне же разглядели необходимые черты. Ведь настоятельница при первой нашей встрече в квартале бедняков, не таясь, представилась Сестрой Рилин и спросила не нужна ли мне помощь.

Именно помощь мне тогда и нужна была.

В Орден я попала еще совсем ребенком и после первого выполненного заказа поучила имя, по которому меня и называли.

«Сестра Иро».

Я настолько явно услышала обращение, что вздрогнула. Восемь лет никто так не называл меня.

Первым стал жрец из Культа Дракона.

Поклявшись себе в том, что найду этому объяснение, я взглянула на небо. Солнце еще не успело сильно отдалиться от востока, ветер гнал лепешки облаков на север, а мне нужно было идти на юг.

Почти все большие города на всех трех материках находились на юге. Там же можно было найти и отделения Ордена Сестер Тени. Если, конечно, знать, где искать.

Ну что же, путь намечен, пора выдвигаться, Сестра Иро.

Я усмехнулась, вспоминая свое настоящее имя. Имя, которое, кроме меня и Сестры Рилин, никому известно не было.

Нет, я вовсе его не скрывала. Просто не было в моей жизни людей, которым я могла назвать его. Может быть, когда я закончу свое задание, то на вырученные деньги смогу купить себе домик в столице, обзавестись семьей и друзьями, а при знакомстве с новыми людьми без замираний сердца говорить: «Приветствую, меня зовут Айрин».

— 3 —

Прямые солнечные лучи разогревали широкую пыльную дорогу, до которой я добиралась часа два. За это время стало понятно, что продавец в обувном обманул меня и я зря потратила такие деньги на балетки, сделанные не из натуральной кожи. Обувь медленно расходилась по швам. И это за такой короткий промежуток времени!

Если только мои внутренние часы не сломались и не начали меня обманывать лет так на несколько.

Отсчитывать часы, минуты и даже секунды без песочных приборов и клепсидр, которые чаще всего использовались в этом мире, меня научила Сестра Рилин. Она говорила, что мне, как Блуждающей, это будет весьма кстати. И оказалась права. С того момента у меня были «внутренние часы», которые подстраивались под миры и еще ни разу меня не подвели.

Вот только я и по сей день задаюсь вопросом откуда она знала о моем даре и как смогла обучить тем вещам, которые ей, как человеку без подобной способности, должны были быть неизвестны.

Дар Блуждающей — был одним из трех мифов, что гуляли со скоростью ветра в самый страшный шторм по миру Эврар.

Считалось, что человек, рожденный с таким даром, будет силен как бог и сможет вершить людские судьбы. И, конечно же, все это было полнейшим вздором. Правдой было только то, что Блуждающие рождались нечасто. Если появлялся один на десять тысяч, то, считай, повезло. Но и до совершеннолетия доживали не все.

Ведь ходило второе поверье — смерть Блуждающего подарит его силу убийце.

Что тоже было ложью. Но проверить его удавалось лишь единицам. Ведь мало кто из Блуждающих так просто раскроет малознакомому человеку информацию о том, что он является мифом, и тем более подставится под удар.

А Сестра Рилин узнала во мне Блуждающую с первого взгляда.

Мне было девять лет от роду и встреча с настоятельницей Ордена спасла мою жизнь.

Я тряхнула головой, отгоняя от себя мрачные мысли, которое не несли сейчас абсолютно никакого смысла. А потом замерла и поднялась на носочки, прикладывая руку козырьком к глазам.

Вниз по дороге, уползающей желтой пыльной змеей на юг, виднелась деревня. В ярких солнечных лучах алым цветом горели черепичные крыши, а высокие зеленые деревья укрывали небольшие аккуратные дворики в тени.

Идти до нее было не более получаса.

Хорошо.

Перезавязав волосы, которые противно липли к шее, я направилась туда, откуда и начнется мой путь. В этой деревне я смогу раздобыть все самое необходимое, узнать где нахожусь и решить куда держать путь.

Осталось продержаться какие-то жалкие полчаса.

Если я изначально решила, что в этом мире тоже лето, то глубоко заблуждалась. Плодоносные деревья, изредка попадающиеся по обеим сторонам от дороги, красноречиво намекали на то, что еще немного и можно забыть о краснеющих, желтеющих или зеленеющих плодах, оттягивающих ветви своей тяжестью.

Осень уже хозяйничала тут, но пока не открывала своего лица, скрываясь за спиной сестры-подруги.

Меня сейчас радовало только то, что дорога, пролегала не через поля, которые виднелись невдалеке, а проходила сквозь деревню. Не хотелось бы применять магию для того, чтобы отвести взгляд всем рабочим. Это слишком затратно и опять пришлось бы обращаться к чужим стихиям.

А в том, что мой внешний вид оставлял желать лучшего, я даже не сомневалась. И пока нельзя было привлекать внимание.

Первые дома скрыли поля за своими широкими спинами-стенами, и я смогла свободно выдохнуть. Улицы деревушки пустовали. Вдалеке слышался визг ребятни, а со дворов кудахтали птицы и лаяли псы. Но я пока так никого и не встретила.

Пройдя около десятка домов, я остановилась и свернула к невысокой деревянной калитке. Она оцарапала пальцы шершавой поверхностью, тихо скрипнула давно несмазанными петлями и пропустила меня в небольшой аккуратный дворик.

Первым делом я подошла к бельевым веревкам, воровато оглянулась, и сняла длинное коричневое платье с короткими рукавами и небольшими карманами, которые мастерица вшила в швы на боках, что делало их практически незаметными. Следующим с веревок полетела посеревшая от времени скатерть и с тихим шелестом приземлилась на траву. Не совсем то, что надо, но пока сойдет.

Раздевшись до нижнего белья, от которого избавляться я не спешила, сбросила джинсы и рубашку на скатерть, а сама втиснулась в платье, которое оказалось слегка маловато.

Надеюсь, хозяйка этого добра не сильно будет ругать вора. А то я от таких воспоминаний о моей личности потом по ночам сплю плохо.

Стянув края скатерти, я обвязала их ремнем и закинула получившийся узелок на плечо. В идеале надо бы сейчас же избавиться от этой одежды, но костров поблизости я не наблюдала, а бросить прямо тут или в тот колодец, стало бы не самым лучшим решением.

Убедившись в том, что теперь я не вызываю подозрений своим внешним видом, направилась к колодцу.

В руки легла продолговатая ручка, колесо поддалось и медленно со скрипом начало движение, опуская ведро на длинной веревке к воде. Тихий плеск стал знаком тому, что пора вращать ручку в другую сторону. Веревка завибрировала, а ведро дернулось и медленно начало подниматься.

Колесо теперь крутилось в другом направлении, но скрипело ровно так же.

Все же хозяевам не помешало бы смазать петли калитки и механизм колодца, а то ведь так и ночью водички не попьешь да на звезды с милым не полюбуешься.

А судя по тому, что на бельевой веревке висело как минимум три пары мужских штанов на людей разной комплекции, то заняться этим точно есть кому.

Веревка натянулась, ведро ударилось о каменный борт колодца, разбрызгивая воду.

Поймав его за ручку, вытащила и с наслаждением припала губами к шершавой деревянной стенке. Ледяная жидкость струилась по подбородку, у меня перехватывало дыхание, сводило от холода скулы, но я не могла остановиться.

Оторвалась только тогда, когда начала захлебываться от собственной жадности.

Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы успокоить дыхание, я провела рукой над тем, что осталось в ведре, распрямила ладонь и аккуратно коснулась ледяной жидкости.

В этот раз стихия делилась со мной Силой намного охотнее. Может быть, чувствовала то, что я не так давно к ней уже обращалась, а, может быть, причиной тому была почти завершившаяся адаптация. Теперь я принадлежу этому миру больше, чем тому, из которого пришла.

Сжав ладонь в кулак, я прекратила поглощать Силу, от которой в больших количествах начинала кружиться голова, и тряхнула рукой, сбрасывая холодные капли.

Выпрямившись и огладив узкое платье на бедрах, я подняла правую руку и коснулась небольшого бархатного мешочка на длинном кожаном шнурке. Аккуратно сжала, проверяя, не потеряла ли ту вещь, за которую хотят снять с меня голову, и выдохнула, отмечая, что мешочек отнюдь не пуст.

Спрятав его в вырезе платья, я покинула двор гостеприимных хозяев и, стараясь не шуметь, прикрыла за собой калитку.

Мое небольшое преступление осталось незамеченным, если только не брать во внимание домашних птиц, что чинно выхаживали по соседнему участку и бросали на меня подозрительные взгляды.

Но за свои двадцать лет я еще ни разу не слышала истории, чтобы животное или птица сдало преступника, потому широко улыбнулась белым уткам и поспешила дальше по дороге.

Через эту немаленькую деревеньку проходил широкий тракт, а значит, тут должен быть по меньшей мере один постоялый двор или таверна. Осталось его только отыскать.

Вновь оправив подскакивающее на бедрах платье, я вытряхнула из балеток мелкие камушки и отправилась дальше по дороге, то и дело бросая взгляды на дома, тянущиеся вдоль тракта.

Миновав три перекрестка, и удостоверившись, что боковые улочки слишком малы для того, чтобы на них построили постоялый двор, я дошла до небольшой, но аккуратной площади. В центре возвышалась деревянная статуя женщины, указывающей пальцем в небо, а дорога вокруг изваяния была настолько сильно разбита, что сомневаться не приходилось — в свободное время жители этой деревеньки собираются тут.

Кого изображала эта статуя я не знала. Возможно, это был образ одной из богинь, которым поклонялись в отдаленных деревнях. Да что там! У каждой общины, у каждого сословия и у каждой гильдии было свое божество.

Так что о том, как зовут эту пышногрудую красавицу, которую искусный мастер создал из темного дерева, оставалось только догадываться.

Здания, находящиеся на площади, казались больше и дороже. А значит…

Криво усмехнувшись и поправив на плече ремень, я направилась в сторону двухэтажного светлого здания с темно-красной черепичной крышей. У стены с ноги на ногу переминалась запряжная в повозку гнедая кобыла и недобро на меня поглядывала, словно чуяла вора. Но откидывать полог с товаров посреди улицы было равно самоубийству, так же, как и пытаться найти в куче товаров то, что может пригодиться в будущем.

Над широкой дубовой дверью, что вела внутрь, висела деревянная вывеска, на которой выжжено было всего два слова.

— Косолапый единорог, — проговорила я, проверяя, вернулась ли способность читать символы одного из самых распространённых языков этого мира.

Способность-то вернулась, а вот понять высказывание я так и не смогла. Тут возникал вопрос, видел ли хозяин этого заведение единорогов и понимает ли различие между лапами и копытами. Или это такой тонкий юмор, который я просто не поняла?

В любом случае не хотела бы я встретить это существо с подобным дефектом. Чревато последствиями.

Толкнув одну из дверных створок, я переступила через порог и замерла на долю секунды.

Этого времени мне хватило чтобы адаптировать зрение к полумраку, оценить обстановку и отметить нескольких посетителей трактира, который занимал весь первый этаж.

То, что на втором этаже находились комнаты, которые можно снять за несколько медных монет, я даже не сомневалась. Но вот с монетами-то и были проблемы.

Рабочий день еще не подошел к концу и потому в трактире было пустынно. Всего трое мужчина. Один сидел в дальнем углу и спешно что-то писал на замызганном листе, второй находился у барной стойки и разговаривал с трактирщиком, а третий полулежал на столе у выхода. И был мертвецки пьян.

Меня заинтересовал последний посетитель, перед которым стоял опустевший кувшин с явно дорогим вином и несколько блюд с остатками его пиршества.

— Парцес, — прошептала я, отводя глаза двум оставшимся посетителям и трактирщику, который так увлекся беседой, что не заметил меня.

Спящий мужчина не выглядел пьяницей или скитальцем. Одежда чистая, лицо гладко выбритое. Потому-то я и решила сделать то, что у обычного человека вызвало бы сильную дрожь, а затем волну стыда.

Зайдя ему за спину, я проверила насколько он в сознании, а потом провела руками по его бокам и остановилась на бедрах.

Секунда. Другая.

Я выпрямилась, отступила на несколько шагов от перебывавшего в сильном алкогольном опьянении посетителя и направилась к стойке, где трактирщик зычным голосом что-то разъяснял второму мужчине.

Сжимая в руке небольшой кожаный мешочек с позвякивающими монетками, я еле сдерживала улыбку.

Пока все идет по моему плану.

— Пива, — небрежно бросила я, опускаясь на стул перед стойкой, тем самым разрушая заклинание. А потом прокатила небольшую медную монетку по столешнице.

Сейчас я не могла с точностью сказать какой стране она принадлежит, но вскоре память должна вернуться окончательно. Побыстрее бы адаптация завершилась, все же я сильно рискую.

Трактирщик забрал деньгу, смерил меня взглядом и, хмыкнув в усы, снял с полки деревянную кружку. Обтер ее тряпкой и, скрипнув половицами, направился к бочонкам, которые треугольником выстроились прямо напротив выхода.

Мужчина, который до этого момента вел с хозяином «Косолапого единорога» увлекательную беседу, уткнулся в свою чашу и задумчиво рассматривал лежащую перед ним карту.

За то время пока передо мной появился заказ, посетитель бросил в мою сторону два взгляда. Один удивленный, а второй заинтересованный.

Задвинув под стул импровизированный узелок с вещами, я обхватила руками кружку и, делая вид, что меня сейчас ничего не интересует, сделала большой глоток. То, что тут называли «пиво», я бы назвала «помои». Но выбирать не приходилось, а информация до сих пор получена не была.

И не такое за свою жизнь пила. Чего только стоит киселеобразный напиток черного цвета. Пробовала я его в одном из миров, где на улицах неон, а вместо неба стекло. Запомнила его я, наверное, только потому, что на вкус это было до безумия отвратительно.

Посетитель о чем-то тихо спросил у трактирщика, а тот, почесав затылок, звучно выдал:

— А успеешь ли?

— Так ярмарка до конца вступительных будет, — чуть тише отозвался мужчина. — Успею. Собери мне в дорогу еды.

— Вступительных? — заинтересовался хозяин заведения, так и не пошевелившись. А мне его любопытство было только на руку.

— Сотня лет уже минула, — посетитель оторвал взгляд от карты, в которую я со своего места заглянуть физически не могла. — Академия Галэйн опять объявила открытый набор.

— Кажись, слышал об этом, — хмуро отозвался трактирщик. — Это когда вместе с высокопоставленными особами и чернь всякую в маги берут? Дурость это все! В такое место и каких-то обормотов, которые потом во власть лезть начнут! Да зачем так делать-то?

Хозяин подбитого парнокопытного (или непарнокопытного?) рассуждал об этом так эмоционально, что у него нервно подрагивали кончики длинных усов, а брови то и дело подлетали вверх.

— Не всех же берут, — вступил в спор посетитель, чье лицо терялось в полумраке, — а только тех, кто испытания пройдет. Насколько я знаю, не так уж это и просто. Так что «всякая чернь» вряд ли в рядах студентов окажется, а вот способные маги могут вырасти и из низшего слоя населения.

Если бы я сейчас сидела в каком-нибудь ресторане в столице ближайшего королевства, то, наверное, не удивилась бы подобному разговору. Ну разве что самую малость. Но в деревушке на двести дворов это была последняя тема, которую мог обсудить посетитель с трактирщиком.

Но пока они спорили о том, насколько полезна магия для простолюдинов и что те могут привнести в великий мир, я напрягала свою память, пытаясь воспроизвести карту Эврара.

Вот передо мной три больших материка. Один, практически круглый, — на северо-западе, второй, длинный и узкий, — восточнее от соседа и тянется с севера на юг. Но мы сейчас на третьем, на том, который широким месяцем раскинулся на юго-западе.

Именно тут находилась та Академия, о которой сейчас так горячо спорили мужчины. О ней я знала не так много, как хотелось бы. Материк Асдон был мне известен только по картам и занятиям с Сестрой Рилин. Тут я никогда не была. Но если правильно помню слова настоятельницы, то именно отсюда началось распространение учения Магии и как раз на третьем материке построили первую школу, в которой самых смышленых и способных людей обучали управлять столь необычной силой.

О том, что раз в сто лет проходит «открытый набор» я тоже знала. Точнее, только что вспомнила.

Кажется, правило пошло из тех времен, когда Магия еще не была так распространена. На княжну из государства Фанхал участились покушения, никто не хотел видеть на престоле мага.

И тогда отец отослал ее вместе со служанкой в Академию Галэйн, которая считалась одним из самых защищенных и безопасных мест в мире.

В те времена не разрешалось брать с собой прислугу. Одним из правил было то, что дети вельмож обязаны прибыть в одиночестве, так как помимо силы в них еще будут развивать и самостоятельность.

Но в тот год ввели новое правило и княжну приняли в Академию вместе со служанкой. Обе девушки получили образование. И с тех пор раз в сотню лет вельможам разрешается привозить с собой слуг, которые будут помогать своим хозяевам, а также получать образование. Вместе с тем открывается набор для низших слоев населения, для тех, кто не имел титулов и родовых имен. Если они проходили вступительные испытания, то поступали на общих правах с принцами, графами и маркизами в лучшую Академию мира.

Но не это сейчас было важно.

Академия Галэйн находилась на территории, которая не принадлежала ни одному из государств. Пролегала она между королевством Йоз и княжеством Торкин. Если этот мужчина для временного ориентира выбрал именно вступительные испытания, то ярмарка, на которую он спешит, должна быть недалеко от Академии.

Осталось только понять в каком из двух государств я оказалась, отыскать путь к океану и отправиться на Первый материк. Хотелось бы встретиться с Сестрой Рилин и узнать у нее имя заказчика.

Путешествие, конечно, будет долгим и не самым приятным, но сидеть на одном месте мне нельзя. Если жрецы из Культа Дракона нападут на мой след, то можно смело прощаться с жизнью.

Не знаю на чем завершился спор купца, спешащего на ярмарку, и трактирщика, который с пеной у рта доказывал недееспособность магов, вышедших из низших слоев населения, вот только сейчас обоих у стойки не было.

Я настолько глубоко ушла в собственные мысли, что совершенно не заметила, как посетитель покинул заведение, а трактирщик удалился на кухню.

Теряю хватку.

Решение о том, в какую сторону стоит двинуться, пока не приходило. Попивая пиво и не чувствуя его вкуса, я подумывала дождаться возвращение трактирщика и напрямую попросить карту. Да, нельзя было привлекать внимание, но и бродить по кругу не хотелось.

Чувство опасности появилось настолько внезапно, что перехватило горло ледяным тонким жгутом.

Мысли о планах на ближайшее будущее испарились как туман в полдень. По спине поползли ледяные мурашки, кончики пальцев онемели, а на втором этаже хлопнула дверь.

Не может быть!

Жрец из Культа Дракона? Тут? Меня нашли!

В этот раз я не медлила. У меня не было возможности обратиться к «шагу Блуждающей». Еще девяносто девять дней.

Подхватив с пола узелок с вещами, я вылетела из таверны, отмечая боковым зрением движение на лестнице. Не знаю, заметили ли меня, или нет, но рисковать не стоит.

Яркое полуденное солнце больно резануло по глазам, выступили слезы, а чувство опасности и паника продолжали нарастать.

Они не отступят. Не отпустят. Не позволят.

Рука сама потянулась к мешочку, который висел на шее и сжалась в кулак.

Не верну. Это моя возможность отойти от дел и приобрести домик в столице любого из королевств или на берегу лесного озера вместе с огромным куском земли. Так просто эту возможность я не отдам!

— Подожди! — я бросилась за телегой, нагруженной товарами, которая уже давно покинула площадь и сейчас двигалась по тракту в противоположную сторону от той, с которой я пришла. — Стой!

Пыль поднималась с дороги, забивала нос. Бежать в платье было не так чтобы и очень удобно, а по спине скользили ледяные щупальца страха.

Успеть. Уйти.

— Да погоди же ты! Купец!

Лошадь недовольно заржала, ударила по земле копытом, но остановилась. А мужчина повернулся, сдвинул соломенную шляпу на затылок и кивнул.

— Чего хотела, девица?

— Подвези до Академии Галэйн, а? А то я на испытания не успею.

— 4 —

— Я так и подумал, что ты на испытания путь держишь, — проговорил мужчина, представившийся Тэйном.

Посматривая по сторонам и не находя за спиной погони, я немного расслабилась и, сейчас сидя рядом с купцом на козлах, исподтишка разглядывала его.

Спутник мне достался высокий темноволосый и темноглазый. Явный уроженец южных земель. Возраст сходу определить не удавалось из-за небольшой, но густой бороды. Хотя что-то подсказывало мне, что ему не больше тридцати. Слишком цепкий взгляд для юнца, и слишком безрассудный поступок для старика.

Да, его помощь мне была безрассудной и глупой, но, если бы не эта черта характера, валяться мне где-то в кустах без того, что ношу на шее. И речь сейчас не только о мешочке.

— Отчего так решил?

— Обычная девка по тавернам в одиночку бы не шлялась. Да и неместная ты, сразу видно, что издалека идешь. А вот откуда, ответь, если хочешь, сама.

— Из небольшой деревушки, что стоит на юге королевства Серафис, — солгала я и не моргнув.

Гнедая кобыла медленно переставляла копыта, отгоняла длинным хвостом насекомых и жевала удила. Поводья купец положил на ногу и придерживал одной рукой, солнце танцевало бликами на черных кудрях, которые тот собрал в небольшой хвост, а соломенная шляпа висела на шнурке за спиной.

Стоило отъехать на достаточное расстояние от той деревни, как мир, казалось, замер. Время потекло медленнее, а на душе стало спокойнее. Но расслабляться я не спешила. Сейчас нужно добраться до Академии Галэйн, а там я уже смогу найти дорогу до ближайшего порта и отправиться к Сестре Рилин. Надо заканчивать с заказом, на который у меня ушло восемь лет жизни.

— А как скоро мы доберемся? — нарушила я тишину, обмахиваясь стащенным с повозки тканевым веером.

— К завтрашнему утро довезу тебя, а сам на ярмарку отправлюсь, — незамедлительно отозвался Тэйн.

— Так тебе не по пути? — я удивилась такой щедрости. — Мне казалось, что ярмарка, на которую ты направляешься недалеко от Академии Галэйн.

— Недалеко, — согласился мужчина. — В нескольких часах пути. В этом году архимаги не разрешили занять территорию, что им принадлежит, и попросили разбить ярмарку «где-нибудь поблизости». В общем, королевство Йоз позволило провести Последний Торг на территории приграничной деревеньки.

Я все же не ошиблась с определением сезона. Последним Торгом называли огромную ярмарку, начинающуюся в начале осени и длящуюся дней десять. Она проводилась на всех трех материках, но каждый раз место проведения менялось, чем, собственно говоря, и отличалась она от всех других.

— Сколько ты попросишь за помощь? — я заглянула в темные глаза купца, пытаясь отыскать там ответ заранее, а сама сжала небольшой кошель, в кармане платья.

— Не очень много, — Тэйн улыбнулся и погладил черную бороду. — Всего лишь рассказ. Почему ты решила податься в Академию Галэйн? Ты обучалась магии? И я все еще не знаю твоего имени.

— Меня зовут… Дэлия.

Лгать об именах мне было не впервой, но почему-то именно сейчас захотелось назвать настоящее. И только в последний момент я передумала. Не знаю почему. Возможно, просто привыкла, что никто не знает, как звучит слово, которыми нарекла меня мать.

Когда-нибудь я смогу без заминок называть его. Представляться. Отзываться. А пока… Пока я побуду Дэлией, которая хочет стать студенткой Академии Галэйн.

— Я старшая дочь в семье, — начала рассказ, придуманный секундой ранее, и сама не заметила, как перешла на одно из наречий. — Помимо меня, в семье три брата и одна сестра. Матушка при смерти несколько годков лежала, ни маги, ни лекари на ноги ее поставить не могли. Видать, скосило неслыханной доселе хворью. Отправилась она к нашей богине не так давно, а отец засуетился — замуж меня отдать хотел.

Вздохнув, я на мгновение замолчала, нагоняя атмосферу, и даже глаза прикрыла, словно слезы невыплаканные сдерживала.

Кажется, я уже кому-то рассказывала эту историю, вот только, черт возьми, не помню кому. Зато ругательства из других миров моя память уничтожает редко. Вот только что подумала, а в следующий раз скажу. Вот же! Надо следить за языком, а то адаптация еще не завершилась, сейчас как перейду на незнакомый купцу язык, так и сбросит он меня со своей телеги.

Пауза сильно затянулась, я всхлипнула для приличия и продолжила.

— Да только немил мне тот парень. А отец ничего слыхать не хотел. Говорил, что пора мне место в доме освобождать, да своей семьей обзаводиться. Вот только не знал он, что все те годки, что жила под его крышей, к ведьме местной бегала, она-то меня и обучила кое-каким вещам.

— О, никогда не слышал, чтобы ведьмы так просто своими знаниями делились, — удивился Тэйн, даже не заметив диалектных слов, которые я специально вплетала в рассказ, и стегнул кобылу по боку, чтобы та не ленилась и быстрее копытами передвигала.

— Я не знаю почему она выбрала меня, — очень тихо проговорила, надеясь на то, что это будет похоже на правду. Но купец лишь хмыкнул и устремил свой взгляд на дорогу — поверил. — И так как мне была подвластна Сила, пусть и в малых размерах, я хотела попытать удачи в одной из пяти Академий.

— И выбрала лучшую из них, — хитро усмехнулся купец. — Уверенности тебе не занимать, Дэлия.

— Просто так встали звезды, — я развела руками, возвращаясь на чистый общепринятый. — Ведь именно в этом году туда можно поступить, не имея фамилии и титула. Как-то глупо упускать такой шанс, не находишь?

Тэйн не ответил, стегнул кобылу по боку, а я спокойно выдохнула. Ложь была принята за чистую монету, теперь можно не выкручиваться. Я простая девушка из забитой деревушки, мечтающая о силе.

Ох, Теневая, не могу поверить, все идет по моему плану. Надо будет только карту раздобыть, и можно считать, что до нужного мне отделения Ордена я уже добралась.

Нет, конечно, можно было отправиться в ближайшее, но мне не материальная поддержка нужна была и не новое задание. Я хотела встретиться с Сестрой Рилин, которая в последние годы редко покидала укрепленные стены. Она вышла всего раз на моей памяти, чтобы встретиться с тем таинственным заказчиком, имя которого мне не известно.

Мое задание заключалось в том, чтобы пробраться в один из храмов и похитить артефакт. Позже оказалось, что я должна его хранить до того момента, пока не придет в действие предсказание, в которое я, конечно же, слабо верила.

Если миф о Блуждающих был доказан, то два других на плаву поддерживались только за счет предсказаний, которые люди передавали из уст в уста.

Хотя, меня это касаться и не должно.

Жрецы прислали на Землю своих людей только потому, что у созвездия дракона «отпали» крылья. В предсказании это было первым шагом в приближении ко Второму Мифу. И Культ Дракона бросил все свои силы на то, чтобы отыскать воровку.

Не думаю, что все эти года они сидели сложа руки. Но теперь, когда дракон потерял крылья, все становилось с ног на голову.

— Смотри какой храм отстроили, — выдернул меня из размышлений купец.

Я повернулась в ту сторону, куда указывал мужчина, и вздрогнула.

На горизонте виднелся небольшой город, а над ним возвышалось огромное черно-красное здание со шпилем, пронизывающим небеса. На самом верху острия виднелась небольшая темная точка, но я точно знала, что там находится статуя алого дракона, расправившего крылья.

— Жрецы Дракона…

— Да, — в голосе Тэйна было столько радости, что мне стало не по себе. — Ты не представляешь сколько всего они сделали за последние двадцать лет. Сейчас в каждом городе есть их храм. Жрецы помогают людям. Ты представляешь они смогли искоренить одну из самых ужаснейших сект, которые существовали на Трех Материках.

Сердце пропустило удар, а потом учащенно забилось где-то в горле. Дурное предчувствие окатило ледяной волной. Но я все же смогла выдавить из себя вопрос, ответ на который мог выбить почву из-под ног.

— О какой секте ты говоришь?

— Орден Сестер Тени был стерт с лица мира.

Каждое слово было выплюнуто с пренебрежением и злостью. Каждое слово ударило по мне плетью. Каждое слово уничтожило мой мир.

Не может быть… Не может!

— Ты уверен? — я смогла сохранить спокойствие в голосе, а дрожащими руками вцепилась в платье. — Это ведь те самые, да? Лучшие наемницы и убийцы?

— Они самые, — купец хмурился, ему было неприятно слышать о Сестрах в таком ключе. Но это была правда. — И теперь никого из них нет. Их логова разорены и сожжены, а всех, кто опорочили свое имя вступлением в эту секту, сожгли. Я лично был на нескольких казнях. Они даже мужчин вербовали, представляешь?

Последняя фаза добила. Стала той каплей, после которой начинается буря. Ведь о том, что «Сестрой Тени» может стать мужчина знало не так много людей. Простые путешествующие купцы точно не были в их числе.

А это значит…

Орден пал. Нет! Не может быть!

Жрецы из Культа Дракона всегда прохладно относились к Сестрам Тени, но между ними не было вражды. Одни считались последователями Второго Мифа, а мы были простой гильдией наемников. Нам нечего делить.

«Зато теперь есть что», — подумала я, поднося руку к мешочку, который мягким бархатом прикасался к коже.

Неужели все произошедшее из-за задания, которое поручили мне?

Но если все то, что мне только что рассказал купец, правда, тогда я в большой темной заднице. Да, Драконы вполне могли разрушить здания Ордена, но уничтожить всех Сестер… Нет! В это я точно не поверю!

Настоятельница должна быть жива. Она бы так просто не отдалась в руки ящеркам и не взошла на костер. Но как теперь ее отыскать? Привычных защитных стен больше нет, а это значит, что она нашла себе новое убежище. Вот только где?

И что делать? Ждать пока заказчик сам выйдет на меня? А ищет ли он? И сколько шансов, что первыми на меня выйдут не жрецы?

Можно, конечно, отправиться на Первый Материк, добраться до Карноса и блуждать по местам, где чаще всего можно было встретить Сестер Тени. Вот только никто не дает гарантии, что там же не бродят и прихвостни ящерок.

Попасть к ним в лапы мне сейчас было нельзя.

Вначале передать артефакт, а потом уже вздохнуть полной грудью. А лучше и вовсе воспользоваться силой Блуждающей и отыскать себе мир, в котором захочется поселиться и провести жизнь.

Но это все потом. А сейчас…

Мысли вернулись к Сестре Рилин, а я с радостью нырнула в одно из самых счастливых своих воспоминаний, отрешаясь от реальности.

«За высоким витражным окном только занимался рассвет. Яркие красные и желтые стеклышки просвечивались ярче остальных, словно намекали, что сейчас их пора пришла, наступило их время.

В небольшом помещении все еще клубилась ночная тьма, рассеиваемая лишь пламенем одной свечи. Я сидела за невысоким столом и усердно переписывала сообщение из свитка в сшитую толстыми нитями тетрадь. Это было мое задание, полученное от Сестры Рилин, и за ночь я с ним не управилась.

Настоятельница будет ругаться, надо поспешить.

Рука дрогнула, ставя жирную кляксу на пожелтевшем пергаменте. Чернило медленно растеклось, пряча под собой выведенные с таким старанием символы.

Я выругалась настолько грязно, как это мог сделать девятилетний ребенок.

В коридоре, что соединял несколько помещений, которые Сестры использовали для обучения новеньких, послышались шаги. Дверь тихо отворилась, а на пороге, держа над головой зажжённую свечу, стояла Сестра Рилин.

— Вижу, что ты еще не управилась, Сестра Иро, — голос ее прозвучал ровно, не выдавая злость или раздражение, вызванные моей медлительностью. — А знаешь, в чем проблема?

Я покачала головой и отложила в сторону перо, чтобы еще больше не навредить почти готовой записи. Ждала.

Настоятельница притворила за собой двери, прошла по помещению и, остановившись перед столом, провела рукой над пергаментом, по которому расплылась большая черная клякса.

Пятно растворилось в то мгновение, как женщина проговорила несколько слов.

— Проблема в том, Сестра Иро, — она вновь обратилась ко мне, — что ты не знаешь насколько велика та сила, доступ к которой есть почти у всех. Хотела бы ты ей обучиться?

Я перевела взгляд с настоятельницы на то место, где всего секунду назад было пятно от чернил:

— Это тоже сила Блуждающей?

— Нет, — Сестра Рилин рассмеялась. — Блуждающая в Ордене ты в единственном числе. И нам несказанно повезло, что ты согласилась стать одной из Тени. А то, о чем я сейчас говорю, это Сила Стихий, которой Элементы щедро могут поделиться с желающим. Хочешь об этом узнать?

— Д-да.

— Хорошо. Тогда я приму это за согласие, — женщина установила свечу, с которой пришла, прямо на столешницу и, заложив руки за спину, заговорила.

— Существует четыре Элемента, Сестра Иро. Именно они лежат в основе миров, по которым ты можешь блуждать. Земля, что находится под нашими ногами. Воздух, что простилается над нашими головами. Вода, которая лежит в основе всего живого. Пламя, которое согревает нас и освещает путь.

Я слушала утреннюю лекцию Сестры Рилин с замирающим сердцем. Мне казалось, что все то, о чем она сейчас толкует нереально. Не может простой человек взять силы от огня, который с легкостью обжигает руки. Нельзя так просто с помощью нескольких слов сотворить из воздуха молнию.

А потом я вспоминала о той силе, с которой родилась, и старалась не отвлекаться и не упустить ничего из того, что рассказывала мне настоятельница.

— Черпая силу из стихии, ты не подчиняешь ее. Для того чтобы управлять воздухом или землей, которые тебя выберут, придется долго и упорно тренироваться. И, возможно, когда-нибудь ты сможешь обратиться к Элементу, и он подчинится тебе. Не снисходительно одолжит Силу, а именно подчинится. Но для этого нужно много упорства.

— А как Стихия выбирает?

— Объяснить на словах я это не могу, — мягко улыбнулась женщина, а ее зеленые глаза блеснули озорством в свете огарка свечи. — Но ты обязательно это почувствуешь, если постараешься. Если захочешь обучиться магии, Сестра Иро, то я тебя научу.

— Согласна, — без заминки отозвалась я, вскакивая со стула.

Вся усталость, которая накопилась за ночь, испарилась, как туман в полдень. Сейчас мне непременно хотелось обуздать одну из стихий. Стать самой сильной в этом мире. Во всех мирах. Чтобы отомстить.

— А можно ли владеть сразу несколькими стихиями? — спросила я и тут же заметила немой укор в глазах наставницы.

— Можно, — ответила она спустя мгновение молчания. — Но не сразу. На это потребуются годы обучения и старания. И до тех пор, пока один из Элементов не подчинится тебе полностью, про остальные можешь и не мечтать. И да, энергию ты сможешь черпать из любой, но только «родная» будет давать больше, охотнее и без последствий».

Яркая картинка воспоминания медленно потухла, позволяя вновь увидеть широкую пыльную дорогу, по которой мы ехали. Купец молчал и, кажется, дремал, солнце припекало, а ветра не было.

Вот только у меня внутри бушевала настоящая буря. Я пыталась убедить себя в том, что Сестра Рилин не могла погибнуть. И что я точно смогу ее отыскать и узнать, как найти заказчика. Вот только все это было если не полной, то частичной ложью.

Где искать настоятельницу, если она жива?

О том, что я вернулась в Галэйн она знать не может. Черт, как же в этом мире не хватает средств связи на расстоянии! Письма не в счет!

Стоп…

Ментальный канал!

Вот только… Моих сил недостаточно для того, чтобы наладить связь с человеком. Вот будь у меня ее вещь или знания о том, где скрывается настоятельница, все могло бы получиться. А так…

Остается только бежать и надеяться, что первыми меня отыщут не Драконы, а тот таинственный заказчик, о котором мне свершено ничего не известно.

Вопрос о том, как он должен отыскать меня, оставался открытым.

А телега продолжала тарахтеть колесами и уносила меня на юго-запад в сторону Академии Галэйн, которая должна стать для меня отправным пунктом. Но чем ближе становилось магическое учебное заведение, тем сильнее мне хотелось потянуть время и потратить его на поиск выхода из сложившейся ситуации.

По правую сторону тракта виднелся очередной город. Чтобы попасть в него, нужно было свернуть на север и проехать еще несколько километров. Но даже отсюда я видела высокий шпиль, пронизывающий небеса.

Очередной храм, построенный жрецами из Культа Дракона.

— О, и тут отстроили, — проследил за моим взглядом купец. — Давненько я в этой стороне не был. Кстати, если не пройдешь в Галэйн, то тут неподалеку новую Академию построили, я могу тебе на карте пометить.

Информация с картой меня заинтересовала. Все же по схеме плутать лучше, чем без нее, но тут же возник и вопрос.

— Еще одна Академия? — я связала две фразы Тэйна по смыслу и уточнила. — Жрецы из Культа Дракона построили?

— Да, они самые, — мужчина стегнул кобылу по боку, а мне ту уже стало жалко — удары не были легкими, они доставляли животному боль. — Принимают почти всех.

— А с каких пор они занялись обучением? — в моей голове не укладывалось то, что сейчас говорил купец.

Драконы никогда не делились своими секретами волшебства. Они ценили и соблюдали тайну колдовства, изученного без посторонней помощи.

— Дык как во власть пошли, так и начали обучением заниматься и свою веру распространять. Поговаривают, что вскоре всех тех богов, в коих мы с тобой, Дэлия, верим, не будет. Их всех поглотит Алый Дракон, сошедший с небес. Вот они и подготавливаются: академии открывают, денег городам выделили, храмы отстроили. Слыхал, — мужчина понизил голос, — что они теперь и в главенстве старых академий стоят. Ну кроме Галэйна, конечно.

Купец замолчал, очередной виднеющийся на горизонте город остался позади, а я оказалась в тупике. Может, стоит выкинуть этот артефакт? Пусть ищут его, находят и разбираются со своими делами, а я уйду в другой мир и попробую начать жизнь заново.

Пожалуй, я бы так и сделала, но репутация одной из Сестер Тени могла хорошенько подмокнуть.

И меня сейчас мало волновало, что Ордена больше не существует. Пока я жива, Сестры Тени не сдадутся и не позволят каким-то ящеркам мешать их заказам.

Тэйн потянул на себя поводья, кобыла свернула на обочину, прошла по высокой траве и остановилась возле нескольких тонкоствольных деревьев. Прямо за ними начинался огромный луг, в воздухе витал запах разнотравья и почему-то морской свежести.

— Время привала, — пояснил купец, хотя я ничего не спрашивала, и спрыгнул на землю.

Солнце медленно клонилось к западу, сутки, отведённые на адаптацию, скоро должны были завершиться. Каков шанс, что в тот момент, как этот мир полностью примет меня, я смогу найти ответ на свои вопросы и понять, что нужно делать?

Сейчас я походила на маленького слепого котенка и такое состояние меня отнюдь не радовало.

Купец вытащил из телеги небольшую корзину, откинул замызганную тканевую салфетку и грязно выругался.

— Что такое? — я разминала затекшие за время поездки мышцы.

— Да чтобы я еще раз с трактирщиками о чем-то спорил, — сплюнул он, вынимая из корзины нечто зеленое и источающее жуткий смрад, который до этого каким-то чудом блокировался тонкой тряпкой.

— А ты разве не проверил?

— Проверил, — вздохнул Тэйн. — Думаешь, он так просто о магах с таким фанатизмом спорил? Глаза мне, видимо, отвел. Ух, заеду я к нему на обратном пути!

Заплесневевший кусок мяса был отброшен в сторону, но запах еще долго витал в воздухе.

Вслед на испорченным продуктом отправились зачерствевшие до состояния камней лепешки. Сушеные травы для чая выглядели вроде бы не сверх плохо, но в целях безопасности тоже были выброшены.

— Сможешь костер соорудить? — поинтересовался со вздохом Тэйн, привязывая лошадь к дереву.

— Да.

— Хорошо, я скоро вернусь. Не голодать же из-за этого старого хрена.

Во второй раз откинув полог с телеги, мужчина достал короткий лук, небольшой колчан с десятком стрел и направился в сторону поля.

Раздумывать над тем, что в таких местах чаще всего водятся только змеи и ящерицы, я не стала. Все же желудок побаливал от голода, а портить себе заранее аппетит было глупо.

Собрав хворост, я уложила его кучей неподалеку от телеги, обложила камнями и провела рукой в метре от будущего костра:

— Флэмма.

С пальцев сорвались небольшие ярко-алые искорки. Это не был Элемент Пламени. Шар из огня я бы в жизни не создала. Но энергия, заимствованная у водной стихии, позволяла мне пользоваться самыми элементарными заклинаниями, которыми мог играться даже ребенок.

Искорки с треском преодолели расстояние и врезались в ветви. Сухие занялись сразу же, от влажных пошел пар, но вскоре и они поддались огню.

Вечер опускался медленно, обнимал прохладой за плечи, земля начинала остывать. Со стороны луга из высокой травы послышались песни сверчков, под низкими ветвями деревьев заплясали яркие белые светлячки.

Кобыла то и дело поглядывала в их сторону, словно пыталась понять, стоит ли поднимать панику или эти существа навредить ей не в состоянии.

Тэйн воротился к тому моменту, как часть ветвей уже прогорела, а солнце окончательно скрылось за горизонтом.

Мужчина вернул лук и полупустой колчан обратно в телегу, а сам принялся разделывать небольшого кролика.

— Я себя совершенно неловко чувствую, — усмехнулась, наблюдая за тем, как купец заостряет ветки на концах и нанизывает на них мясо. — За сопровождение денег не попросил, на охоту не отправил и даже готовкой занялся сам.

Спутник пожал плечами, разместил мясо над поутихшим огнем, который вскоре должен был и вовсе исчезнуть, уступив сцену тлеющим уголькам:

— Пусть наше путешествие будет мне оплатой.

Приподняв брови, я показала, что жду продолжения, а мужчина вздохнул, снял с пояса бурдюк, открутил крышку и сделал большой глоток. По его подбородку скатилась темно-красная капелька, в воздухе запахло спиртом.

— Сестру ты мне мою младшую напомнила, — спустя несколько минут проговорил Тэйн и отвел взгляд. — Погубили ее подонки. А я защитить не смог.

Я сцепила зубы и опустила глаза. Сказать ничего я ему не могла, но и всем видом выразила скорбь. Надеюсь, что купец это понял.

Больше ни один из нас не проронил ни слова. Мы молча сняли зажарившееся мясо и, обжигая пальцы, ели. Под конец трапезы спутник так же молча поделился со мной вином, а я не могла отказать ему выпить за ту, кого я ему напомнила.

Костер, накормленный новой порцией хвороста, вновь весело горел, плевался искрами в черное ночное небо, освещал место у телеги. Луна пряталась за кучерявыми тучами, лишь изредка выныривая на волю, а потом вновь скрывалась от мира. Кобыла лениво щипала траву, время от времени дергала ухом, прислушивалась, и обмахивалась длинным хвостом.

Тэйн уже довольно долго стоял у борта телеги, потом тихо хмыкнул и повернулся ко мне:

— Дэлия, какая стихия тебе дарит свою силу?

— Вода.

Спросить о том, зачем купцу эта информация, я не успела. Он перегнулся через борт телеги, грязно выругался, а потом вытащил в свет костра длинный магический посох из темного дерева. Навершие было изготовлено в форме двух переплетающихся драконьих голов, они раззявили свои пасти и поддерживали клыками небольшую голубую сферу.

А низ посоха украшало длинное черное лезвие, которое могло бы принадлежать одноручному мечу или большому кинжалу.

Предчувствуя то, что сейчас услышу, я подскочила с земли и, совершенно забыв о том, что замерзла, попятилась от костра:

— Нет!

— Возьми!

— Тэйн, ты понимаешь, что пытаешься подарить безумно дорогое оружие первой попавшейся тебе на пути девке?

— Понимаю.

— Нет! Ты, кажется, ни черта не понимаешь!

— Тебе оно нужнее!

Купец сейчас выглядел как абсолютно невменяемый человек и к тому же действовал наперекор торговому кодексу, который гласил: «Золото — жизнь». А я выругалась так же, как ругалась в прошлом мире. Кажется, это слово теперь останется тут со мной.

— Возьми! Я не прощу себе, если и ты не сможешь за себя постоять. Возьми, Дэлия!

— Я…, — «не могу»! — Я не Дэлия. Меня зовут Айрин.

— 5 —

Ночь перевалила за половину, костер медленно догорал, доедая подношение из сухих веток. Надо было бы встать и подбросить еще хвороста, но тело словно налилось свинцом, а в ушах стояли отголоски тех слов, которые не сотрет из моей памяти даже сила Блуждающей при следующем переходе.

«— Айрин, — мужчина пристально смотрит мне в глаза, пробует мое имя на вкус. — Приятно познакомиться, сестричка Айрин».

Я перевернулась на спину, провела рукой по мягкой ткани, которую выдал купец в качестве одеяла.

— Сестричка, — проговорила я одними губами и усмехнулась.

Обращение «Сестра Иро» стало для меня настолько привычным, что я даже не задумывалась о том, что это могло подразумевать какое-то родство с остальными наемниками. Это было обыденной фразой, не вызывающей никаких эмоций. Ко мне могли так обратиться Сестры Тени или проверенные временем заказчики, которым я, рискуя многим, доверяла это имя.

Но кто не рискует в нашем деле?

Да и таких людей, кто знал данное мне Орденом имя, было всего двое. Один из них погиб через полтора года после того, как я выполнила заказ. А второй ушел в закрытый монастырь, молиться одному из множества богов. Небось хотел откупиться от той тяжести, что повисла на его плечах после того, как я принесла ему доказательство выполненного поручения.

Потому никто из знакомых не мог поведать ящерке имя Сестры Тени.

Хотя после того как я узнала о гибели Ордена, меня больше не тревожила мысль, откуда жрецу известно мое ритуальное имя.

Они ведь искали меня. Точнее, то, что сейчас находится у меня. Логично было бы выпытать имя. С его помощью проще всего отыскать человека. Интересно сколько у меня есть времени до того момента, как они вновь проведут обряд и определят мое местоположение?

«Сестренка».

Черт!

Перекатившись на бок, я натолкнулась взглядом на посох, лежащий рядом в траве. На голубоватой сфере пламя костра танцевало яркими бликами.

Разряженный.

Но все равно это лучшее оружие, которое у меня когда-либо было.

Поверить не могу.

«Сестренка».

Я рывком села и зарылась пальцами в волосы.

Почему все идет совершенно не так, как мне бы того хотелось? Соглашаясь на это задание, я совершенно не это хотела получить. И пусть Сестры Ордена относились в те времена ко мне со здоровой долей скептицизма, ведь старше были раза в два. Но у меня не было ни одного проваленного заказа. И я никогда не отступалась от правил, в отличие от них.

Никогда.

Сейчас был первый раз, когда я нарушила один из законов Ордена. Привязалась к незнакомцу.

Ну не дура ли?

Всего за какие-то полдня, за несколько фраз и несколько взглядов я обрела названого брата. Возможно, это и есть то самое единство душ, о котором говорят люди. Которое возносят в песнях и легендах. Та самая связь между родными по духу, но чужим по крови. Мне правда не известна. Со мной такого никогда не происходило.

И да, я осознавала то, что поступаю глупо. Очень глупо. Но ничего не могла с собой поделать.

А адаптация медленно подходила к концу, знания, которые когда-то у меня были, возвращались. Те события, что происходили в мире Эврар во время моего отсутствия, серой кинолентой пролетали перед глазами.

Конечно, все рассмотреть было невозможно. Но Блуждающим хотя бы давался шанс.

Я видела, как горят города, как выходят из берегов реки и как сменяется поколение людей. Как на каждом из Трех Материков раскрываются черно-красные цветы, как покрывают они собой здания Орденов Сестер Тени. Как те горят на кострах.

Но не только боль позволяла увидеть мне Сила.

Видела я так же и то, как спасают маги людей, как бродят по нетронутым лугам единороги, и нет среди них существ с дефектами. Мне было показано и то, как через пустыню протекает река, как превращает человек горы в равнины и возводит на тех местах целые города.

Двадцать лет. Именно столько я отсутствовала. И сейчас пропускала через себя все происшествия из этого временного отрезка, чувствовала всю боль и радость, горечь и счастье. Это было побочным эффектом моей Силы.

Чужие эмоции били прямо в сердце, по щекам струились слезы, но ни одного всхлипа я не выпустила на волю. Ведь Тэйн спал неподалеку. Он не должен обо мне переживать.

Особенно теперь, когда я стала «сестричкой». Ему было необходимо мое плечо, хоть и не могла я заменить ему родного человека. Могла лишь на короткий промежуток времени стать ею.

Я сжала в ладони рукоять посоха, перетянутую кожаной обмоткой.

«Академия Галэйн», — шепнула интуиция. — «Тот выбор, который ты не можешь принять, ближе, чем кажется».

«Спасение и ответы. А еще сила», — вторил первому голосу дар, позволяющий путешествовать по мирам.

Сказать, звучали ли эти слова на самом деле в моей голове или нет, я не могла. Но в том, что они верны, даже не сомневалась. Ведь почти всегда при завершении адаптации к очередному миру я слышала и узнавала то, что мне было необходимо. Это могло быть имя, которым стоит назваться, место, в которое нужно пойти, или даже слово, что нужно произнести в сложной ситуации.

Меня спасала моя же Сила. Всегда. И сейчас она советовала отправиться туда, где Драконам меня пока достать не удастся. Академия Галэйн не сотрудничает со жрецами Культа и не выдает своих студентов тем, кто это может потребовать.

Одно из самых безопасных мест для детей вельмож, для будущих сильнейших магов.

С одной стороны, для меня это было тупиком и ловушкой, а с другой — единственным шансом научиться строить ментальные каналы и отыскать настоятельницу. Наш договор с неизвестным мне заказчиком не расторгнут, хотя время давно истекло. Мир поделился этой важной для меня, но не для него, информацией. Я спокойно могла расторгнуть подписанное кровью соглашение и потребовать компенсацию. Но не хотела. Единственное, чего я желала в этот момент, — это посмотреть в лицо заказчику и поинтересоваться стоило ли все, что сейчас происходит того, чтобы артефакт оказался в его руках. А потом бы вызвала на дуэль. Мстить за гибель Сестер Тени я бы начала с него.

Поддавшись внезапному желанию, я потянулась пальцами к мешочку, который ныне был скрыт в вырезе платья, и легонько сжала. Ткань примялась, вырисовывая круглый контур вещицы, которая фигурировала в легендах и предсказании. Вот только я не верила в то, что она сможет обратить в дракона простого человека.

В сказаниях, конечно, же говорится не «любого», а «достойного». Но судя по тому, что мой заказчик не сомневался в своей достойности, этот момент из рассказов можно выкинуть.

А что если применить его на себя? Обрету ли я крылья? Смогу ли взлететь к небу?

Я подняла взгляд и посмотрела на созвездие рептилии, лишившейся своих крыльев. Предзнаменование прихода «достойного» на виду у всех, и теперь люди только и ждут, когда Дракон покажется и сожжет все плохое, что есть на земле.

Тихо фыркнув, я спрятала мешочек и вновь коснулась посоха. Оружие дарило мне умиротворение.

Освоить бы его… Да и не только его.

На самом деле овладеть стихией я мечтала только первые несколько лет после того, как узнала о магии от Сестры Рилин. Потом же пыл поутих, времени на обучение было мало, а деньги, зарабатываемые в основном клинками и ядами, казались ближе.

Неужели придется вернуться к своей детской мечте?

Пожалуй, от этого никуда не деться. Если я хочу отыскать настоятельницу, которая не погибла (да, теперь я это точно знала), то мне нужно научиться магии, поднять ее на несколько уровней выше того, что имею сейчас.

Проведя пальцем по гладкой отполированной голове дракона, который находился ко мне затылком, я усмехнулась второй ощерившейся морде и опустила на землю посох. Поправила под головой узелок с вещами, вновь легла и натянула покрывало до самого носа.

Кажется, пора смириться с тем решением, которое я приняла давно, но никак не хотела в него поверить.

Сестра Тени в Академии Галэйн. Кто бы мог подумать? Хотя отчего-то мне казалось, что Сестра Рилин была бы рада такому исходу. Она питала какие-то слишком теплые чувства к силам, которыми с нами делились Элементы.

Под эти мысли да треск последних веток в костре я и уснула.

* * *

Колеса телеги громко тарахтели по расширившейся дороге, кобыла изредка пофыркивала, но сильно не упрямилась. Ветер игрался верхушками деревьев, что немыми стражами стояли вдоль тракта, солнце медленно приближалось к зениту, а мы — к академии.

В этих местах я никогда не была, но почему-то была уверена, что мы почти у цели. Галэйн должен находиться где-то поблизости. Еще немного. Совсем чуть-чуть.

— Почти приехали, — Тэйн заговорил впервые за несколько часов и подтвердил мои догадки. — Обещаешь, что пройдешь испытание, сестренка?

Это обращение до сих пор вызывало у меня мурашки по коже. И возникало странное чувство, что знаю я этого мужчину не день, а всю жизнь.

Нет, не любовь и не тяга. Просто родство. Но как этого «просто», на самом деле много. И как же тяжело осознавать, что это сейчас происходит со мной.

— Конечно, — я усмехнулась. — Другой исход даже рассматривать не стану.

Купец хмыкнул, а потом громко и заливисто рассмеялся. А мне почему-то показалось, что так он пытается просто потянуть время, продолжить наш разговор.

Но тот закончился еще толком и не начавшись. Слова были лишними, ведь мы уже оставили свои метки на судьбах друг друга. Хорошо это или плохо узнаем в будущем. А сейчас…

— Приехали.

Я проследила за тем, куда Тэйн указывал пальцем и лишь изогнула бровь. Дорога заделалась на две, моя была та, которая поворачивала на юг и обрывалась у стены высоких вечнозеленых деревьев. Растения, казалось, двигали ветвями так, как им того хотелось, а не так, как велел северный холодный ветер.

— Дальше я не поеду, — он остановил лошадь на перекрестке и повернулся ко мне. — Не подведи, Айрин.

Лишь короткий кивок. Это все, на что меня хватило.

— Возьми, — я не спешила спрыгивать на землю, а протянула Тэйну небольшой серый камешек.

Мужчина без лишних вопросов вытянул ладонь и только когда идеально круглый кусочек породы коснулся его кожи, ахнул.

Сейчас купец почувствовал обжигающее тепло, которое рассеялось за долю секунды и переросло в легкое покалывание.

— Раздави, когда потребуется моя помощь, — я заглянула ему в глаза. — Я трудилась над ним полночи. Не побрезгуй, позови меня, когда станет совсем туго.

— Хорошо, — он улыбнулся и спрятал мой подарок в нагрудный карман потертой кожаной куртки.

Обменявшись немыми взглядами, которые говорили больше слов, я спрыгнула на землю. По-хозяйски откинув полог, укрывающий телегу, достала посох, подаренный внезапным другом, аккуратно защелкнула на его рукояти захват из плотной темной кожи и, взявшись за приделанный к нему ремень, закинула оружие себе на левое плечо. Следующим в руках оказался узелок с вещами, которым больше нельзя было находиться в этом мире. Я уже сейчас чувствовала тонкую нить, связывающую меня с этими предметами, и она высасывала из тела жизненные силы.

Справившись с вещами, я отошла от телеги на два шага и обернулась:

— Помни о моих словах.

— А ты о моих, — Тэйн был серьезен. — Не позволь им.

Этой фразе не хватало продолжения, но купец не знал моей истории, а я и сама могла подставить то, что не должна позволить.

— Прощай, брат.

Лошадь переступила с ноги на ногу и тронулась дальше, туда где устраивали прощальную летнюю ярмарку.

И я была уверена, что больше никогда не увижу Тэйна, и что он никогда не воспользуется моим подарком. На этом наши пути должны разойтись, мы помогли друг другу в нужную минуту. Судьба так решила за нас или боги, мне неизвестно, но этот эпизод завершился. Останется только тонкая связывающая нас нить родства, которая со временем сама испарится.

Все же правила Ордена справедливы — привязываться ни к кому нельзя. Расставаться будет тяжело.

Тэйну нужно было попросить прощения у сестры, и он сделал это через меня. Надеюсь, что она его простила. А мой путь теперь лежит туда, где деревья ведут себя не так, как велят законы природы.

Дождавшись, пока стихнет перестук копыт, а на горизонте растает силуэт телеги, я сошла с дороги и, придерживая длинный посох, сбросила на землю узелок с вещами.

Энергии было мало. Всего на одно заклинание. Именно столько я смогла поглотить из фляги, которая лежала на козлах рядом со мной.

— Флэмма.

Ярко-оранжевые искорки соскочили с пальцев, коснулись посеревшей от времени скатерти, прожгли в ней дыру. Пламя лизнуло зелено-коричневую ткань рубашки, добралось до джинсов. Толстый тканевый ремень местами почернел. Через несколько минут вещи превратились в кучку пепла.

Чувствуя, как жизненная энергия перестает покидать мое тело, я мысленно поблагодарила Силу за то, что та позволила оставить обувь, и отправилась дальше по тропе, которая вскоре должна была закончиться.

Деревья, стоящие на границе земель Академии Галэйн, по-прежнему игнорировали порывы ветра и подчинялись каким-то своим законам, которые остальному миру известны не были. По ту сторону невидимой черты даже облака двигались по-другому, а перед пересечением линии, что отделяла территорию королевства Йоз от территории учебного заведения, они замирали, дергались, и, меняя направление, продолжали плыть по ярко-голубому небу.

Посох непривычно оттягивал плечо, платье то и дело подпрыгивало на бедрах, намекая на то, что размер одежды поменьше моего будет, а шнурок мешочка неприятно прикасался к коже на шее.

Словом, сейчас меня раздражало абсолютно все, хотя видимых на то причин не было. А с каждым шагом я все больше сомневалась в своем решении.

Может быть, стоило продолжить игру в догонялки? Не загонять себя в тупик. Может, я бы смогла отыскать настоятельницу без магии и узнать у нее имя заказчика?

Может! Но отступать было уже поздно, особенно учитывая то, что до невидимой границы мне оставался всего шаг.

Деревья расступились, показали узкую тропку, петляющую меж кустами и уходящую вдаль. Туда, где виднелись шпили трех светло-серых башен.

Я могла поклясться, что всего секунду назад никакого замка впереди не было. Но теперь, когда я пересекла границу между королевством Йоз и Академией Галэйн, стало видно все то, что скрывала магия. Теперь ветер и движение растений совпадали, облака плыли не на юг, а на запад, да и температура стала выше.

Поправив ремешок, на котором висел посох, я направилась по тропинке в сторону замка, что полностью виден пока не был. Из-за высоких деревьев выглядывали только шпили и крыши трех толстых башен, сложенных из светло-серого камня.

Если бы я не знала, что впереди находится Академия Галэйн, то приняла бы постройку за поместье какого-нибудь герцога или князя.

А тропинка виляла, терялась между колючими цветущими кустами, петляла в высокой зелено-желтой траве, огибала толстые черные стволы деревьев, покрытые колониями мелких красных жучков.

Мои внутренние часы говорили, что блуждаю я так уже довольно долго, но солнце недвижимо продолжало висеть на небе, словно приколотое тонким стилетом. Ветер утих, впереди послышалось журчание небольшого ручейка.

Я ускорилась. Вода сейчас была бы как никогда кстати.

Деревья разошлись в стороны, тропинка оборвалась, а передо мной оказалась небольшая поляна, через которую пробегал тонкой змейкой ручей. Поток подпрыгивал на гладких блестящих в лучах солнца камнях, брызги летели в разные стороны, а зеленая трава на обоих берегах лоснилась от влаги.

По другую сторону от ручья кто-то разбил большой темно-синий шатер. Полог был опущен, а вблизи никого не наблюдалось.

Заведя руку себе за спину, я расстегнула кнопки на кожаных «ножнах» для посоха и вытащила оружие. Навершие блеснуло в лучах солнца, клинок со свистом прочертил воздух передо мной, а я впервые задумалась о том, что за спиной носить его нужно очень аккуратно как раз-таки из-за того, что низ посоха превращался в небольшой острозаточенный меч.

Крутанув оружие в руках, я опустила навершие вниз и поднесла к ручью. Брызги долетали до драконьих морд, покрывали их мелкими каплями, а сфера медленно напитывалась энергией Элемента.

Каких сил мне это стоило, пожалуй, опущу. Все же я не так часто имела дела с магическим оружием, особенно, таким. Но напитать сферу силой получилось. Теперь у меня был свой резерв, теперь не придется переживать по поводу того, что на какое-то заклинание не хватит энергии.

Вернув за спину посох, навершие которого теперь мягко светилось изнутри, я присела перед ручьем и протянула ладонь над поверхностью воды. Пусть посох теперь заряжен, но и себя без энергии сейчас оставлять глупо.

Закончив с подпиткой, я выпрямилась, поправила за спиной оружие и, переступив через ручей, устремилась в сторону шатра.

— Эй! Есть кто?

Не дожидаясь ответа, я отодвинула полог в сторону и шагнула внутрь.

Под высоким тканевым потолком плясали крупные светляки, позволяющие не потонуть во мраке четырем подставкам с чашами и большому письменному столу, за которым дремал седовласый мужчина.

Беззвучно шагнув вперед, я тихо отпустила полог, отрезая путь дневному свету.

Меня привлекли странные каменные чаши, исписанные рунами и завитками, которые мне знакомы не были. В одной танцевало небольшой торнадо, не смея нарушить границы. В другой лежал раскаленный огненный шар, от которого исходило тепло и мягкий свет. В третьей рос огромный фиолетовый цветок, его лепестки трепетали на невидимом ветру, а листья обнимали спиралями стебель, словно защищали его. В четвертой плескалась вода, огромные волны поднимались вверх, тихо разбивались об бортики, разбрызгивая капли.

— Приветствую, — мужчина проснулся всего секунду назад и сейчас с интересом смотрел в мою сторону. — Что-то ты запоздала.

— Путь неблизкий, — сказала практически правду и бросила взгляд на колдуна, который перебирал какие-то листы на столешнице.

— Магией владеешь?

— Да.

— То есть, Стихия тебя уже выбрала?

— Да.

— Оружие вижу. Заряжено?

— Да.

— Фамилия?

— Отсутствует.

Последний вопрос был задан скорее для приличия, ведь и так видно, что прибыла я без кареты и свиты, не обмахивают меня веерами слуги и не предлагают испить эликсира, повышающего силы.

Не спросив имя, он пометил что-то у себя на листке.

— Испытания продлятся еще четыре дня. Ты сильно запоздала. Возьми.

Обогнув чашу с плавящимся шаром из огня, я подошла к столу. Колдун придвинул ко мне запечатанный конверт с красной сургучной печатью и деревянный кругляш, через который была протянула самая обыкновенна бечевка.

— Сто девяносто четыре? — спросила я, поднимая последнюю вещь и рассматривая выжженное число.

— Твой номер.

— Номер?

— Да, — в темных глазах колдуна заплескалось раздражение, ведь одна из двухсот простолюдинок посмела задать лишний вопрос. — Если выполнишь все поручения, которые написаны тут, — он ткнул пальцем в конверт, — то по принятии в Академию Галэйн, предъявишь его. Если, конечно, читать умеешь, — добавил он с усмешкой.

Надев жесткую колючую нитку на шею, я спрятала деревянный кругляш в вырез платья и приподняла брови в немом вопросе.

Колдун кивнул в сторону выхода и сгреб разбросанные бумаги. В его взгляде читалась надежда на то, что я была последней кто потревожил его сегодня.

После полумрака яркие солнечные лучи больно резанули по глазам. Проморгавшись, я сломала печать и вытащила из конверта лист плотной белоснежной бумаги.

Академия Галэйн не экономила на своих возможных учениках, даже если они не имели имени рода и титула.

А на листе широким почерком было написано всего несколько строк, в которых говорилось о том, что мне нужно сделать. Чуть ниже была небольшая приписка «После выполнения первого поручения, вы получите следующее».

— А сколько всего заданий уточнить, конечно же, забыли, — хмыкнула я, сворачивая лист и пряча его обратно в конверт.

— 6 —

Отсутствие сумки раздражало меня сейчас даже больше того, что тропинок в этом лесу не наблюдалось. Продираться через колючие кусты мне надоело уже минут через пять, где-то после того момента, как я оставила на одном из них клок своих волос. Высокие заросли переплетённых между собой трав, то и дело норовили сорвать с ног балетки, а деревья острыми сучьями выбить глаза.

На самом деле обувь уже давно превратилась не пойми во что, а мне начинало казаться, что это мир не желает принимать «чужие» вещи. И пусть на мне никак не сказывалось недовольство Силы небольшим нарушением, на которое спокойно можно было закрыть глаза, чувство того, что балетки не доживут до конца моего сегодняшнего путешествия, никуда не исчезло.

Уже несколько раз зацепившись оружием за поваленные деревья, через которые приходилось перелазить, я плюнула на удобство и, вытащив посох из полуфутляра, что шел в комплекте, обхватила рукоять ладонью. Теперь, когда я несла оружие в руках, оно цеплялось клинком и навершием за стволы стоящих деревьев, но хотя бы не пыталось отбросить меня назад или уронить на землю.

Зато теперь необходимость в сумке или рюкзаке чувствовалась еще острее. Кошель с монетами оттягивал карман платья, в правой ладони был зажат посох, а в левой — конверт с заданием.

Ненавижу, когда заняты руки. Чувствую себя в такие моменты беззащитной, даже несмотря на то, что сжимаю в ладонях оружие.

Увернувшись от очередной гибкой ветки, которая пыталась лишить меня глаза, я выругалась и постаралась убедить себя в том, что не удобство сейчас стоит на первом месте, а выполнение глупейшей задачи, которая в послании от Академии значилась под номером "один".

Охарактеризовать задание, в котором требовали собрать десять солнечных кристаллов в пасмурный день, я могла бы и другими словами. Но в последние время что-то слишком много от меня исходит брани, и от этого самой становится противно. Но суть происходящего не менялась. Для быстрого выполнения поставленной задачи нужно было разогнать набежавшие свинцовые тучи или ждать момента, пока солнца само явит свой лик. На первое у меня на это не было ни сил, ни желания. Приходилось надеяться только на второй исход. Хоть и было это слишком смело. Причем «смело» находилось ближе всего к слову «глупо».

Но выбирать не приходилось.

По словам того колдуна из шатра, до конца вступительных испытаний осталось всего четыре дня. Признаться, мне совершенно не хотелось тратить все это время на ожидание того, пока солнце соизволит и покажется из-за набежавших туч. О том, что погода тут, скорее всего, создана магией, я даже думать не желала.

— Да чтоб тебя! — прошипела я, возвращаясь назад и освобождая потерянную в траве обувь.

С каждым ударом сердца все сильнее хотелось отказаться от этой затеи, вернуться на тракт, ведущий к югу материка и, прикупив карту, отправиться на «слепые» поиски Сестры Рилин. Но здравый смысл твердил что это глупо и шансы попасть в лапы ящерок больше, чем без магии отыскать скрывающуюся настоятельницу Ордена.

Мысли о том, что найти Сестру Рилин не могу не только я, а и заказчик, то и дело появлялись в голове. А перед внутренним взором встало яркое воспоминание — тот самый день, когда я взялась за это проклятое задание.

Сестра Рилин тогда впервые за многие года покинула обитель, что говорило только об одном: заказчик весьма богат и влиятелен. Вернулась она спустя несколько часов и отдала мне свиток, в котором уже стояла одна из подписей. Кровью.

Помню тогда несколько Сестер затаили на меня обиду. Как же двенадцатилетней девчонке доверили задание наивысшего ранга.

И пусть к тому моменту я уже не была ребенком в силу всего, что пришлось пережить. Никого это особо не интересовало. Потом еще долго мне в спину летели смешки, а под подушкой находились иглы и битое стекло. В такие моменты детьми мне казались те, кто опускался до подобных шалостей. Ведь если хочешь устранить конкурента, то делать это нужно быстро, точным ударом в сердце или сонную артерию. Но Сестры знали, что настоятельница взяла меня под крыло и потому никто дальше безобидных шалостей пойти не посмел.

Но и это длилось не так долго, ровно до того момента, пока не стало понятно, что задание, которое поручили мне, не так и просто. Да, за него обещали горы золота и каменьев, но взамен я должна была проникнуть в самое охраняемое здание Трех Материков. В Главный Храм Дракона.

Мне, как Блуждающей, это было сделать не так уж и сложно. Вот только приходилось выбирать, как именно я хочу воспользоваться даром: для проникновения или для побега.

Я выбрала второе и не прогадала.

Да, пробраться в Главный Храм было сложно. Нет, не «сложно», а «практически нереально». А вот уйти без дара у меня бы не вышло вовсе.

Я впервые использовала свой дар для того, чтобы выйти не за пределы мира, а за пределы материка. На родной земле после похищения артефакта я скрывалась сто дней, пока «Шаг Блуждающей» не стал вновь безопасен. Ровно столько времени Сестрам удавалось сбивать ящерок со следа. А потом я ушла, распрощавшись с настоятельницей и наставницей, которая заменила мне мать.

Я тряхнула головой, отгоняя последнее воспоминание, что наносило раны словно керамбит.

В документе, который я подписала своей кровью, говорилось, что я должна хранить украденный артефакт на протяжении десяти лет. Конечно же, в договоре была небольшая приписка, что забрать заказ могут и раньше. Но…

В этом мире прошло в два раза больше времени, чем было указано в пакте, а за артефактом никто не пришел. Да, я совершила ошибку ведь не учла, что временной разрыв между Землей и Эвраром будет настолько велик. Но в любом случае, даже будь я за сотни миров отсюда, Сестра Рилин могла сообщить мне, если бы заказчик явился. Но она на связь не вышла.

Решив не забивать себе голову вопросами, на которые пока не могу найти ответ, я перелезла через очередное поваленное бревно и не поверила своим глазам.

За широкими темно-коричневыми стволами высоченных деревьев виднелась небольшая поляна, укрытая изумрудно-зеленым ковром разнотравья. С первого взгляда могло показаться, что среди тонких травинок и колосков блестят каплями росы мелкие цветы, но это был лишь обман зрения. Отвод глаз для тех, кто не мог смотреть глубже оболочки.

Покинув защитную тень, которую создавали густые кроны, я подняла взгляд к небу и усмехнулась.

Через кучерявые серые облака то тут, то там пробивались тонкие солнечные лучики. Они спускались к земле и точечно подсвечивали острые многогранные кристаллы. Блики солнца танцевали по траве, создавая иллюзию капель росы.

Стараясь не наступать на минералы, я прошла к центру поляны и присела на корточки. Уложив посох на землю, достала конверт, в котором получила задания, и раскрыла его.

Первый кристаллик тихо щелкнул, стоило его наклонить в сторону. Нижняя часть прозрачной светящейся изнутри породы потонула в изумрудно-зеленой траве и скоро должна была исчезнуть. Без солнечной подпитки долго ему не прожить.

Именно потому я сжала кристалл в руке и, вспоминая те немногие занятия магии с Сестрой Рилин, прошептала:

— Щипиат.

Пальцы на секунду больно ужалило колдовством, но я не знала, как по-другому можно сохранить эти минералы. Потому выбирать не приходилось.

Завершив с первым кристаллом, я вкинула его в конверт и потянулась к следующему, надеясь, что удача меня сейчас не подведет и солнце не уйдет за тучи. Без его лучей найти минералы, которые мгновение назад были видны, будет не так просто.

На десять заклинаний ушла почти вся энергия, которую я вобрала в себя. А вот навершие посоха все также переливалось всеми оттенками синего, но, как пользоваться им для небоевых заклинаний, я не знала.

Когда конверт, казалось, лопнет от содержимого, я развернула лист с заданиями и поджала губы, наблюдая за тем, как проступают новые символы.

— Снабдить светом водных жителей, — прочитала я вслух, а потом перевела взгляд на сияющие в конверте кристаллы.

Теперь становилось понятно почему задания появлялись по очереди. Испытания, придуманные архимагами Академии Галэйн были связаны друг с другом и без выполнения одного к другому перейти было невозможно.

Ну что же, в таком случае «свет» для водных жителей у меня есть, осталось отыскать последних.

Пока я раздумывала над тем, с чего начинать поиск нужного водоема и его обитателей, на листе проступил рисунок карты. Масштаб оставлял желать лучшего, но выбирать опять-таки не приходилось.

Жирная черная линия очерчивала территорию, принадлежащую Академии Галэйн. И судя по схеме, в лесу, который окружал замок, было порядка двадцати небольших озер и около двух параллельно текущих рек, которые ручьями назвать язык не поворачивался.

— Еще бы на болоте академию построили, — пробурчала я, поднимаясь с земли и перехватывая поудобнее посох.

Вскоре я всерьез задумалась о том, чтобы не бросаться словами на ветер. Почва под подошвами балеток начала проседать и сочиться водой. Влажные травинки прилипали к ногам, а я начинала подумывать о том, защищено ли лезвие, приделанное к посоху снизу, от ржавчины. Было бы крайне глупо создавать настолько универсальное оружие и не усовершенствовать его с помощью магии. От влаги там защитить, и от короеда.

Шум воды появился внезапно. Вот еще секунду назад ничего кроме шелеста зеленой листвы и тихого пения птиц не было, а сейчас грохотал на каменных порогах речной поток.

На берег я вышла спустя две минуты и замерла на каменистой почве, не в силах отвести взгляд.

В лучах выглянувшего из-за туч солнца блестела яркая голубая вода, подпрыгивала на камнях, разлеталась брызгами. По ту сторону реки стройным рядом клонились к воде плакучие ивы, опускали гибкие ветви вниз, ограждали темный лес. Небольшие косяки темно-бурых рыб то и дело проплывали вверх по реке, сражаясь с потоком, огибая каменные выступы.

Решив, что в столь бурном и неглубоком водоеме свет его возможным жителям без надобности, я вновь достала уже помявшийся лист и сверилась с картой.

Судя по всему, нужно искать озеро, и чем глубже оно будет, тем лучше.

Взяв за ориентир светло-серые башни, которые все еще маячили впереди, я повернулась и двинулась вверх по берегу, следуя за рыбами, которых видела недавно.

Карта меня не обманула. Вскоре река стала шире и спокойнее, исчезли пороги, пропал грохот воды. А еще через метров триста появилось неширокое ответвление от основного русла. Рукав уносил воды в сторону леса. Судя по схеме там и должно было находиться одно из озер.

Понадеявшись, что оно-то мне и нужно, поспешила в ту сторону.

Почва противно чавкала под подошвами балеток, посох помогал разгонять тучи мошкары, обитающей у водоемов, а кристаллы то и дело норовили разорвать острыми гранями конверт.

Честно говоря, я совершенно не так себе представляла испытания для поступления в лучшую академию Трех Материков. Думала, что мне придётся решать сложнейшие задачи по прикладной магии, выпутываться из опаснейших передряг с помощью заклинаний и отстаивать свое право на поступление и жизнь.

Ведь чисто теоретически все, кто пришел сюда и знал хотя бы азы магии, мог отыскать солнечные кристаллы, сохранить их способности и скинуть в одно из озер.

Если, конечно, в следующем задании не нужно будет отыскать логово волколаков и выкрасть у самки десяток новорожденных «щенков», то я не изменю свое мнение по поводу сложности поступления в Галэйн.

По сути, большинство слухов о том, что простолюдинам в тот везучий год, который выпадает раз в сто лет, поступить не так просто, полнейший вздор. Или я прошла достаточную закалку в Ордене Сестер Тени и теперь все, что напрямую не угрожает моей жизни я воспринимаю как плевое дело?

Рукав реки сужался, преграждался небольшой плотиной, которую возвели бобры или их дальние родственники. А уже за ней виднелось небольшое озеро, которое темно-синим пятном растекалось по зеленой поляне. Несмотря на срывающийся ветер, волн не было, поверхность оставалась зеркальной.

Определенно, магия.

Обойдя водоем так, чтобы плотина оказалась ровно напротив моих глаз, я присела на корточки, подхватила с земли небольшой камешек и, размахнувшись, бросила в центр озера.

Он ушел под воду тихо, без всплеска, что подтвердило мои догадки про магическую защиту. А значит, я нашла одно из озер, в котором обитали не только рыбы. Осталось только…

Брызги разлетелись веером, нарушая зеркальное спокойствие поверхности. Отплевываясь, с глубины вынырнуло нечто, отдаленно напоминающее человека. Вот только кожа создания была бледно-голубой, волосы больше походили на водоросли, а клыки, нависающие над нижней губой, довершали образ водника.

Оскалившись, он прорычал глубоким надломанным сыростью голосом:

— На бой вызвать хочешь?

Камешек сорвался с его перепончатой лапы и, со свистом рассекая воздух, полетел в мою сторону.

— Ишь че удумали! Мусор мне в дом несут! — бурчал он, сверкая темными зелеными глазами в мою сторону.

Увернувшись от снаряда, я широко улыбнулась и нараспев протянула:

— Перепутала малость. Не тот камешек кинула.

Водник замолчал, прищурился и тихо хмыкнул, как бы намекая, что ждет продолжения моей речи.

— Да вот тут написано, — начала я издалека, — что тут кому-то источники света требуются. Не знаешь таких?

— Допустим, знаю, — недоверчиво покосился в мою сторону водный житель. — И что теперь? Огненным шаром в меня запустишь, идиотка?

— Я бы так не бросалась оскорблениями в сторону человека, у которого с собой целых десять солнечных кристаллов.

Не сказать, что минералы, ждущие своего часа в конверте из-под заданий, были такими уж и редкими. Но водник моим заявлением впечатлялся и даже как-то неловко хлопнул перепончатой рукой-лапой по поверхности озера.

— Так отдавай!

— Э, не, — я чувствовала какой-то подвох в этом всем. — Что ты мне сможешь за них предложить?

Создание пучин оскалилось и радостно кувыркнулось в воде, демонстрируя мне куцый рыбий хвост с серой тусклой чешуей.

— Хороша ведьма, — прошипел он себе под нос. — Умна. Догадлива.

Я ждала пока водник сам с собой наговориться и вытащила один из кристаллов. Он тут же засиял в моих пальцах, больно резанул белым светом по глазам, озарил поляну с озером. А властитель глубин так и замер на полуслове и, забыв закрыть пасть, завороженно уставился на предмет в моих руках.

— Глубинную лилию дам, — проговорил он, облизывая пересохшие губы длинным темно-зеленым языком, — приведет она тебя к гроту, где следующее задание выполнить надо будет.

Не подвела меня интуиция. Не все так просто со вторым заданием было. Вот и первая недосказанность, на которой могли провалиться поступающие. Видимо, рано я со счетов хитрость архимагов сбросила.

— Покажи ее для начала, — проговорила я, не отводя взгляда от сверкающего кристалла. Надежда на то, что он поторопится и я не лишусь зрения, все еще теплилась.

— Не уходи никуда, — бросил водник перед тем, как развернуться и нырнуть обратно в озеро.

Выдохнув, я убрала осколок магического минерала от лица и потерла глаза тыльной стороной ладони.

И минуты не прошло, как в центре озера послышался всплеск, а из глубин появился водник. В его руках был зажат толстый стебель огромной белоснежной кувшинки. Оказавшись под лучами солнца, цветок расправил свои лепестки и, кажется, начал светиться.

— Вот. Теперь давай кристаллы.

В глазах этого существа промелькнуло что-то такое, что заставило меня напрячься. Ожили забытые инстинкты.

— Оставь его на том берегу у плотины, — распорядилась я. — А сам ко мне.

— Ты чагой-то тут раскомандовалась?!

А интуиция сегодня спасает.

— Выполняй.

Я постаралась сделать так, чтобы в голосе не промелькнула ни одна из эмоций. Только так он послушается и не постарается обмануть.

Водник не шевелился, гипнотизировал меня взглядом, а потом грязно выругался, сплюнул и поплыл к плотине. Уложив цветок на землю, он вновь помянул мою родню до десятого колена и только после этого устремился к противоположному берегу.

— Хорошо, — я улыбнулась. — Готов ловить свое сокровище?

— Что…

Он не успел сформулировать вопрос, а один из кристаллов уже подлетел в воздух. Водник заметался из стороны в сторону, пытаясь поймать осколок породы, будто это была самая огромная драгоценность в его жизни.

А пока это происходило, я успела сделать три шага в сторону глубинной лилии, что дожидалась меня в траве.

Поймав первый кристалл, житель озера вновь выругался и злобно зыркнул в мою сторону. Но ничего сказать не посмел, понимал, что находится в не самом выгодном положении.

Второй снаряд был брошен в воздух. И пока он летел к цели, я вновь успела сделать три шага в сторону цветка.

Так я себя и развлекала до того момента, пока в конверте не осталось ничего кроме пустоты, на лице водника — злобного выражения, а до глубинной лилии — двух шагов.

— Хорошая сделка, — крикнула я, поднимая с земли цветок и запихивая опустевший конверт в карман. — Если будет что нужно, знаешь к кому обратиться.

— Да пошла ты!

Наслаждаясь бранью, летящей мне в спину, я направилась обратно к реке, с берега которой и начался мой путь. Расправив лист с заданиями, не без удовлетворения прочитала проявившиеся строчки.

— Следуйте за лилией, — проговорила я, пряча список в тот же карман, что и конверт. — Хорошо, архимаги, я вас и впрямь недооценила. Отличные испытания. Что же там дальше?

Цветок ожил в моих руках, шевелил нежными лепестками на неощутимом ветру, светился и источал сладкий пряный аромат. Но стоило только сделать шаг в сторону, обойти куст, к примеру, как лилия чахла и красноречиво намекала на то, что еще чуть-чуть и она издохнет. Шаг в правильном направлении возвращал растение к жизни.

Проводник вывел меня обратно к реке и указал, что двигаться надо дальше, вверх по течению. Перебравшись по скользким камням на другой берег ответвленной речушки, которая через какие-то восемьсот метров превращалась в озеро, я направилась туда, куда настойчиво посылала меня глубинная лилия.

Река с шумом проносила мимо меня галлоны воды, а впереди уже виднелся невысокий, но очень шумный водопад. Тугие струи скатывались по острым камням, разлетались брызгами и, в конце концов, становились частью реки.

Стоило лишь сделать шаг в сторону водопада, как лилия в моих руках поникла, ее лепестки обмякли и безвольно повисли вдоль стебля. Цветок красноречиво намекал на то, что мне срочно нужно свернуть с намеченного пути и искать грот, упомянутый водником, в другом месте.

Вот только то, что происходило у небольшого озера, прямо под водопадом, меня привлекло больше, чем помирающее в руках растение.

Под тугими струями воды образовался небольшой водоем. В сравнении с течением реки, которая брала свой исток из него, озеро было самим спокойствием. Очередным магическим местом.

Из воды выглядывало несколько водников. На берегу стояло двое людей: парень и девушка. Слова, которые они кричали, тонули в грохоте водопада, который взбивал пену на краю спокойного недвижимого озера.

О том, что что-то у ребят идет не по плану, было понятно с первого взгляда.

А моя интуиция вопила о том, что я там сейчас нужна как никогда.

— Еще четыре дня до конца испытаний, — прошипела я, успокаивая здравый смысл, который намекал на то, что мое вмешательство будет сейчас одним из самых нерациональных поступков за всю жизнь.

Хотя о каком рационализме можно говорить после решения загнать себя в тупик, поступив в Академию Галэйн?

— Я вам сейчас жабры на жопу натяну, — перекрывая шум водопада, пообещала миниатюрная блондинка, закатывая рукава приталенного алого жакета. — Надуть нас решили? Я вас сейчас сама через соломинку надую!

Перехватив посох поудобнее, я припустилась к тому месту, где сейчас должно было развернуться целое шоу. И что-то мне подсказывало, что этим ребятам оно не очень-то и понравится.

Парень, который казался на две головы выше девушки, что обещала скалящимся водникам веселую расправу, уже положил ей руки на плечи, словно пытался успокоить. Но она не отреагировала, нервно дернулась, сбрасывая с себя мужские ладони и подняла руки.

— Последний раз спрашиваю, — рыкнула она, — проводник выдадите или вас больше прельщает превращение в жаб?

Вода у берега вспенилась, поднялась огромной ледяной волной и окатила парочку. Девушка устояла на ногах, отфыркнулась, сложила ладони лодочкой и выкрикнула несколько слов, формируя небольшой огненный шар. Незнающий мог бы его спутать с чистой Стихией, но я видела, что это всего лишь подделка.

Но выбор был сделан верно. Водная живность не переносила жар и яркий свет. Исключением были только солнечные кристаллы, которые они получили от этих незадачливых магов, а взамен ничего не дали.

Водники оскалились и нырнули в озеро. А уже в следующее мгновение гладь пошла рябью, запенилась, а в центре водоема поднялся огромный пузырь. Лопнув, он окатил округу брызгами и явил взору большую змеиную голову, держащуюся на тонкой черной шее.

Чешуя, покрывающая узкую вытянутую морду, блестела в лучах солнца, из двух огромных ноздрей вылетело несколько колечек пара, а тонкие веки дрогнули и открыты гигантские алые глаза водного дракона.

— Вот так зверушка, — прошептала я, по-прежнему оставаясь незамеченной.

И дело было даже не в магии отвода глаз, которую я и не собиралась применять, а в том, что люди и жители водоема были настолько увлечены происходящим, что даже не глянули по сторонам.

А это было уже мне на руку.

Приняв решение, о котором, скорее всего, пожалею, я остановилась возле разлапистого колючего куста, уложила под одну из его веток завядшую глубинную лилию, кошель и конверт с заданиями. Ничего из этого в ходе битвы потерять не хотелось.

Задумавшись на мгновение и отметив краем глаза, как тонкий, словно хлыст, хвост врезается в невидимое препятствие перед магами, я сбросила с ног балетки и, перехватив посох двумя руками, кинулась на выручку ребятам, которых смело очередной огромной волной.

В тот миг я не думала о том, что, пытаюсь вытащить из задницы конкурентов, магов, которые тоже хотят попасть в Академию Галэйн. Сейчас я видела перед собой задание. Заказ. За который отплачу себе сама чистой совестью.

Парень подскочил с земли первым, заслонил широкой спиной девушку, которая откашливалась и убирала мокрые волосы с лица. Откинув в сторону влажную светлую челку, маг выставил перед собой руки и прошептал формулу. Хвост водного змея врезался в невидимую преграду, которая выдержала удар, а затем с тихим хлопком лопнула и разлетелась на тонкие светящиеся осколки.

— В сторону, — рявкнула я, пролетая мимо и отвлекая внимание монстра на себя.

Один раз я уже сражалась с похожим созданием, бой был недолгим. И пусть тогда рядом со мной стояло четыре Сестры. Сейчас полагаться можно только на себя. Никто не сможет отвлечь внимание, чтобы союзник прочитал нужное заклинание, никто не поддержит и не поделится энергией.

Одна…

Водный дракон тряхнул мордой, выпустил из ноздрей струйки дыма и проследил взглядом за моим передвижением.

Стараясь держаться подальше от воды, я крутанула перед собой посохом, мысленно обращаясь к нему как к живому, как к соратнику, союзнику. Только так нужно общаться с магически оружием. Просить, а не приказывать. По крайней мере до тех пор, пока ты не станешь сильнее его.

Посох отозвался мелкой вибрацией. Со сферы сорвалось несколько желтых искр. Они преодолели расстояние до монстра с треском и врезались тому в морду, не нанеся урона.

Но я и не пыталась его поранить. Мне нужно немного времени. Отвлечь его. Приковать внимание к себе.

И судя по тому, как огромные алые глаза наливаются яростью, а морда фиктивного дракона двигается вслед за мной, то все идет по плану.

Убедившись в том, что незнакомые мне маги целы, я замерла, сделала шаг к водоему и всадила посох острием клинка во влажную почву. Крутанув оружие вокруг своей оси, я отыскала взглядом глаза водного змея и хитро усмехнулась.

Хорошая попытка, водники. Но я вижу правду.

Надо время. Совсем чуть-чуть.

Сконцентрировавшись и не отводя взгляд от змея, который гипнотизировал меня, раскачивался из стороны в сторону, я влила больше половины энергии из посоха в заклинание.

— Верум…

Удар хвостом сбил с ног и откинул к водопаду.

Холод обжог кожу, грохот оглушил, а одежда моментально облепила тело. Вскочив на ноги, я откинула с лица волосы и взмахнула посохом, отражая следующий удар водного дракона.

Лезвие черного клинка прошлось по чешуе, совершенно не нанося урона. И я уже как несколько минут знала причину, но времени не хватало. Если бы только…

Маги, оставшиеся на земной тверди, словно услышали меня. Объединив два несложных заклинания, они выстрелили в создание, зависшее над уровнем озера, тонким зеленым лучом.

Колдовство достигло цели и растеклось по блестящей чешуе отблесками силы.

А мне наконец удалось выпрямиться и установить посох перед собой. Положив правую ладонь на навершие, а левой обхватив рукоять, прошептала одно несложное заклинание, которое должно было поставить все на свои места.

— Верум монстрант.

Резкий порыв ветра ударила в лицо, прошелся по коже, вызывая мурашки. Разорвавшийся во время падения на острые камни подол платья неприятно облепил ноги, ссадины нещадно щипали, но все мое внимание была обращено к черному змею, который медленно таял в воздухе.

Девушка, стоящая на берегу, отступила на шаг и вскинула обе руки, готовясь к продолжению сражения, ее спутник, наоборот, загородил колдунью, стараясь оттеснить ее подальше от реки. А иллюзия водного дракона медленно растворялась в воздухе, позволяя увидеть тех, кто ее создал.

Пятеро водников сидели на небольших черных камнях, река скрывала их короткие рыбьи хвосты, а на широких пастях играли настоящие клыкастые улыбочки.

Взгляды жителей озера под водопадом были обращены на меня.

— 7 —

— Ну и какого зубастого ты сюда влезла, сто девяносто четвертая?

Спросивший это водник недовольно ударил перепончатой рукой по камню и недобро прищурился. Его собратья молчали, скалились, поглядывали на магов, из-за которых я оказалась по колено в ледяной воде.

Холодные капли с волос падали на руки, заставляя каждый раз вздрагивать.

— Только не говори мне, что это было одним из испытаний? — перекрикивая грохот водопада, находящегося за спиной, отозвалась я. — Иллюзия была наполовину боевой. Она запросто могла ранить или даже убить.

Водник оскалился:

— Ты вмешалась в испытания, сто девяносто четвертая. Мы подписали пакт, а ты его нарушила. И что делать теперь будем?

— Пакт? А можно ли взглянуть на тот пункт, в котором говорится, что после того, как испытуемые проваливают задание, на них можно натравить боевую иллюзию?

На лицах жителей водоема промелькнули странные эмоции, а я перехватила посох, опуская клинок в озеро и направляя навершие на водников.

В целом я сейчас хитрила и давила на них. Иллюзия, которую удалось рассеять не была опасна для жизни. Она могла напугать, откинуть, поцарапать. Не больше.

Но даже этого хватало на нарушение пакта, подписанного с архимагами из Академии Галэйн.

— Хорошо, — водник, выступивший представителем от группы, спрыгнул с камня, выбил хвостом ледяные брызги. — Что ты хочешь за молчание?

Так-так. А вот это уже интересно. Взятки мне предлагали не в первый раз, осталось понять стоит ли оно того.

Бросив взгляд на стоящих у берега магов, я хмыкнула и уточнила:

— Что ждет их?

— Печешься о судьбе противников? — оскалился водник.

— Нисколечко, — я повела плечами. — Мне плевать на то, пройдут они испытание или нет. Мне интересно, почему на них была натравлена иллюзия и что вы планировали делать дальше.

Девушка дёрнулась, словно намеревалась кинуться ко мне и выцарапать глаза. Но парень удержал ее за плечо и громким шёпотом пообещал надрать уши, если она еще раз ввяжется во что-нибудь, не подумав.

— Да ничего их не ждет, — лениво махнул перепончатой рукой представитель озера, — отправятся домой. Дорога в Галэйн им закрыта, так как думать не имеют. Магию творить — не только руками махать. В этом занятии еще и извилинами шевелить надо.

Я дернула посохом, рассекая клинком воду, и тем самым прервала водника, которого понесло в сторону философских рассуждений.

— И с какой целью была создана боевая иллюзия?

— Наполовину боевая, — поправил меня житель озера и дернул себя за некое подобие зеленой бороды. — Да и запрета на преподнесение уроков глупцам и наглецам в пакте не было, так что все по законам.

— Но в пакте был запрет на нанесение увечий тем, кто проходит испытания.

— И откуда тебе это известно, сто девяносто четвертая? — прищурил водянистые глазки говоривший со мной. — Неужто проверку нам архимаги устроили? И ты вовсе не простолюдинка, желающая стать магом?

— Если бы я была проверкой, то не разговаривала бы с тобой сейчас, а уже докладывала начальству обо всем, — хмыкнула в ответ. — Да и наличие подобного пункта в пакте весьма логично. При всем уважении к водникам, вы, ребята, не самые миролюбивые создания. Но раз уж решили жить на территории, которая принадлежит Академии, то должны были согласиться с общими правилами.

— Все-все, — взмахнул руками один из молчавших до сего момента водников. — Жарко тут. Кожа ссыхается. Говори уже чего хочешь, сто девяносто четвертая, и ступай по своим делам. Проводник у тебя есть, а значит ты не так глупа, как эти двое. Так что говори, чем мы можем отплатить тебе за то, чтобы никто не узнал о нашей небольшой шалости, и разойдемся с миром.

Остальные жители озера под водопадом согласно закивали головами и с нетерпением вперились в меня взглядами.

— Чего я хочу за молчание? — я наигранно задумалась и поднесла палец к губам. — Что же такого попросить? Ведь нарушение пакта с архимагами это не пустой звук. Вообще, удивительно, что какое-нибудь страшное заклинание не обрушилось на ваши головы, ведь вряд ли такие важные люди, как создатели Академии, могли поверить вашему народу на слово.

Водники испугано вздрогнули и как по команде подняли головы к небу, словно ожидали увидеть там то самое страшное заклинание, которое вот-вот должно на них рухнуть.

— Хорошо, — я дернула посохом, нарушая водную гладь и привлекая внимание всех собравшихся, — хочу получить еще две глубинные лилии.

— Этих выручаешь? — пренебрежительно фыркнул водник с редкими темно-зелеными волосами и кивнул в сторону людей на берегу.

— Нет, — качнув головой, я улыбнулась. — Венок себе их них сплету.

Тот, что заговорил со мной первым, отчаянно вздохнул. А потом без слов скрылся под водой, и только короткий серый хвост хлопнул по спокойной глади озера.

С берега послышалось злобное женское шипение. Я обернулась ровно к тому моменту, как парень отвесил девушке легкий подзатыльник. Поймав мой взгляд, он улыбнулся и закатил рукава кожаной темной куртки.

«И не жарко ему?» — промелькнула мысль и тут же исчезла.

Девушка встретилась со мной взглядом и брезгливо поджала губы.

Кажется, ее спутник что-то такое прочитал на моем лицу и с тихим хлопком положил руку на плечо колдунье. Она поморщилась и злобно зыркнула на мага.

Но наблюдать за этой немой, но от того не менее интересной сценой, помешала поднявшаяся в центре озера волна, на гребне которой балансировали два больших сияющих цветка. Их лепестки выглядели настолько тонкими, что, казалось, еще немного и от движения воды они рассыплются на искорки света.

Волна подкатилась к берегу и разбилась в белую пену об камни, на которых сидели водники.

Глубинные лилии остались лежать на узкой линии мокрого песка, украшенного россыпью битого ракушника.

— Надеюсь на твою порядочность, сто девяносто четвертая, — бросил на прощание водник и скрылся под толщей озера.

За ним последовали его собратья. Ушли под воду без звука и всплеска.

На порядочность он мою надеется? Довольно странное заявление для существа, которое так легко предложило взятку за нарушение одно из пунктов пакта.

Хотя кто я такая, чтобы его упрекать?

Борясь с тяжестью воды, которая не желала меня выпускать из своих владений, я вышла на берег, откинула влажные волосы в сторону и направилась к кусту, под которым оставила все свои вещи.

Посох тянул вниз, его сфера больше не сияла. Слабо переливалась.

Все же не умею я таким оружием пользоваться. Окажись оно в руках более опытного мага, то энергии, накопленной в сфере, хватило бы не на один день активного использования. Я же спустила больше половины все за два заклинания.

Одно.

Ведь первое мне прервали, а энергию, что выделила на него, я просто-напросто не удержала.

Вздрагивая от холодных порывов ветра, которые проходились по мне ледяными плетями, остановилась у куста и одной рукой выжала мокрые волосы. Надев на ноги балетки, которые доживали свои последние часы в этом мире, я закинула посох за спину и защелкнула зажимы, которые были очень похожи на кнопки. Освободив руки, спрятала кошель в карман мокрого платья, подхватила с земли глубинную лилию и лист с заданиями.

Цветок тут же расцвел в моих руках и потянулся лепестками в нужном направлении.

Оставив озеро за спиной, я поспешила в сторону леса. Грохот водопада еще слышался вдали, когда я привычно дернулась, уловив звук шагов за спиной, и хитро усмехнулась. Все шло по плану.

Преследующие не скрывались, а я, сделав еще три шага, повернулась.

Возле невысокого покореженного ветрами и временем граба остановились те двое, из-за которых я ввязалась в стычку с водниками и, по сути, никакой выгоды для себя не извлекла. Только испортила платье, за которое меня уже несколько раз прокляла его бывшая хозяйка, и израсходовала почти всю энергию посоха.

Мне тогда не показалось, парень на самом деле был выше девушки на две головы. И если она выглядела миниатюрной и хрупкой, то он наоборот широкоплечим и скалообразным.

Хотя со вторым определением я поторопилась. Магия или одежда вполне могли обмануть зрение.

Но то, что эти двое состоят в каком-то родстве, даже не вызывало у меня сомнения. Похожие заострённые черты лица, светлые легкие волосы, зеленые глаза. Вот только если у девушки они были ближе к оттенку молодой травы, то у парня казались темно-зелеными, болотными.

Оба сжимали в руках стебли глубинных лилий. Цветки раскрылись и трепетали лепестками на ветру, которого на самом деле не было.

— Мы хотели бы тебя поблагодарить, — без приветствия первым заговорил парень. — Спасибо тебе за то, что не прошла мимо и рисковала собой. Меня зовут Джамас, и я в долгу перед тобой.

Я приподняла брови, ожидая продолжения. Обычно люди так просто не обрывают фразы о том, что добровольно становятся чьими-то должниками. Они дополняют ее всякими «но» и «иначе».

Парень, представившийся Джамасом, замолчал, а потом легонько толкнул в плечо девушку, сильно смахивающую на его сестру. Она в ответ прожгла спутника взглядом, скрипнула зубами и выдавила из себя:

— Я тоже твоя должница. Зовут меня Фриза. И чем быстрее ты скажешь, чего хочешь от нас за свою помощь, тем больше вероятность, что я…

Договорить ей не дал очередной подзатыльник от брата.

— Да что ты себе позволяешь? — она подпрыгнула на месте и, позабыв обо мне, повернулась к родственнику. — Сколько можно меня унижать, Джамс?! Между прочим, если бы не я, то…

После этого «то» прозвучало слишком много того, что выложило мне историю этих двух как на блюде. Сейчас я даже пожалела о том, что никто не нанял меня за звонкую монету, дабы разнюхать тайны этой весьма колоритной парочки. Будь я сейчас шпионом, жаждущим узнать всю подноготную семейства некого графа Казера, то справилась бы с заданием блестяще.

Надо сказать, что их история была как две капли воды похожа на жизни многих аристократичных семей, но с небольшим и очень интересным отличием. Которым стала Фриза.

Был граф, была у него и жена, которую он любил до одури. Родила она ему сына-наследника, затем через два года дочь. И, подарив второго ребенка, вскоре отправилась к богам, что покровительствовали их род.

Потужив годик-другой, женился граф еще раз. Но новая графиня была не рада тому, что место отца в будущем займет сын от другой женщины, и отослала пацаненка в дальнюю деревушку, а мужу приказала о нем забыть.

Видимо, и эту жену граф любил до одури, потому как слишком легко отказался от наследника и согласился дожидаться пока жена подарить ему нового. Но и ждать пришлось недолго, через год у него уже был второй сын.

Дочь графа росла в неведении. И о том, что у нее есть старший брат узнала в день совершеннолетия от какой-то служанки. Именно тогда, ни о чем не жалея, она отказалась от всех привилегий семьи я отправилась на поиски родственника.

Надо сказать, по дочери граф убивался сильнее. Обещал горы золота и каменьев, но девушка проявила характер и не отступилась от задуманного.

Вот на этом моменте история детей графа Казера отличается ото всех остальных похожих ситуаций, что происходят в семьях аристократов.

Брата она все же отыскала, долго доказывала, что он не сын рыбака, а наследник рода Казер. Именно Фриза убедила Джамаса в том, что вельможи не должны гнуть спины на солнцепеке, чтобы заработать себе на кусок хлеба. Она же и настояла на попытке поступить в Академию Галэйн.

Фриза могла бы попасть сюда и безо всяких проверок, если бы вернулась к отцу и, упав ему в ноги, попросила прощения за свое поспешное решение.

Именно об этом втолковывал ей брат, когда я нарушила перепалку, из-за которой все лесные птицы улетели в ведомые только им укрытия. Тихим покашливанием, я напомнила им о себя, а сама не понимала, как они дожили до своих лет, не умея держать языки за зубами.

Вот честно, будь я шпионом, то это могло оказаться моим самым легким заданием!

— Прошу прощения, что прерываю столь душещипательную семейную сцену, но уже темнее, — я кивнула на небо. — Если хотим добраться до грота к ночи, то нужно поторопиться.

— Думаешь, нам в одно и то же место? — Джамас первым смог заговорить ровным голосом и, кажется, первым понял, что они выдали историю семьи совершенно незнакомому человеку.

Я молча приподняла руку с зажатой в ней глубинной лилией, которая тянулась лепестками в ту же сторону, что и два других цветка.

— Ну да. Логично, — хлопнул себя свободной рукой по лбу бывший наследник рода. — Тогда ты права, поспешим.

— Заодно по пути сможешь сказать, чего хочешь? — бросила Фриза, стряхивая пыль с ярко-алого жакета, на рукава которого налипло несколько речных водорослей. — Не люблю быть должной.

Пожав плечами, я повернулась к ним спиной и направилась в сторону, куда влек меня волшебный цветок. О том, что можно получить удар под лопатку, я даже не переживала. Что-то было в этих ребятах такое, что располагало к себе. И было это не обманчивое чувство, которое на свою добычу насылают хищники.

Уж я-то знаю, о чем говорю.

Они были слишком простыми. По крайней мере, парень.

— Подожди, — окликнула графская дочка. — Замерзнешь ведь и заболеешь.

Она нагнала меня, забежала на шаг вперед и бесцеремонно положила руки на плечи.

— Да, вид у тебя потрёпанный, — широко улыбнулась девушка, а от ее рук по телу заструилось тепло.

Первым желанием было оттолкнуть ту, что не поинтересовалась нужна ли мне ее магия. Но потом я расслабилась и ответила такой же улыбкой:

— Можешь не надеется, это не покроет твой долг.

— Да я и не собиралась, — тут же фыркнула она, отдергивая от меня руки. — Вот так помогай людям.

— И не говори…

— А что не говорить, — тут же взбунтовалась она. — Ты, между прочим, получишь от нас то, что попросишь. И тут благодари Джамса, за то, что он не поставил никаких условий!

В последней фразе прозвучали нотки обвинения и обиды, а я обратила внимание на то, что Фриза специально сокращает имя брата на одну руну, словно это существенно упрощает ей жизнь.

Но все же она была права, я и впрямь получу награду за то, что вмешалась в происходящее под водопадом. Задание, выданное самой себе, окупится. Неплохо.

— Не уверена, что смогу получить от тебя хоть что-то полезное, — поддела я ее. Специально.

Пыл этой девчонки раздражал меня. Она заводилась в полупинка. И в том, что Стихией, которая выбрала ее, был Огонь, даже сомнения не оставалась.

До повеления Элементом ей было еще очень и очень далеко, но все же заклинания, связанные с теплом и светом, давались ей проще, чем кому-либо другому.

Когда-нибудь, если ее, конечно, не погубит собственный характер, она сможет стать единым целым с Пламенем и повелевать им. Создавать шары раскаленного огня, вызывать град комет и тушить пожары одним щелчком пальцев.

Но для этого ей потребуется терпение, которого, к сожалению, у Фризы не наблюдалось.

— Пойдемте, — Джамас подхватил сестру под локоть. — Скоро стемнеет и даже глубинные лилии не помогут нам отыскать путь.

— Я смогу создать светляков, — сбросив с себя его руки, проговорила девушка, прожигая во мне взглядом дыру.

— До конца испытания меньше четырех дней, — не отступал от своего парень. — Нужно поспешить.

Его попытки присмирить пыл родственницы вызвали у меня улыбку. Но все же он в чем-то прав. Нам всем нужно поспешить.

Следуя по невидимой тропке, которую прокладывали нам магические цветы, я подумывала над тем, что могу попросить у этих двух. Деньги? Зачем они мне в Академии? Помощь с построением ментальных каналов? Вряд ли они вдвоем были настолько сильны. Информацию о мире? Ее я могла получить и без чужой помощи.

Легким движением я вытащила из-за ворота платья деревянный кругляш с выжженным на нем номерком. Мои спутники этого не заметили, но я именно в этот момент проверила на месте ли мешочек с артефактом.

Облегченно выдохнув, убрала руку от шеи и поправила посох, который то и дело цеплялся лезвием за корни.

— Спасибо, — повернувшись, бросила я через плечо. — Если бы не твоя магия, я бы сейчас замерзла.

Фриза удивленно приподняла брови, но ничего не ответила. Лишь пожала плечами.

— Но впредь спрашивай о том, нужна ли твоя магическая помощь, — продолжила я.

Сейчас не было необходимости смотреть ей в глаза. Я спиной чувствовала, как начинает злиться дочка графа Казера. Джамас шикнул на нее, давая понять, что в этой ситуации права уж точно не она.

В косых солнечных лучах силуэты деревьев казались страшнее, тени — длиннее, а наш путь — бесконечным.

Фриза уже не бурчала под нос, не выказывала свое недовольство. Она просто молчала. И это было настолько необычно, впервые за несколько часов идти в тишине, что я даже пару раз обернулась на родственников, которые не спешили меня обгонять, а следовали в пяти шагах, словно преследовали.

Во второй раз мой взгляд поймал Джамас и легко улыбнулся, показывая, что все в порядке, его сестра и впрямь время от времени умеет молчать.

Солнце скрылось за верхушками деревьев, башни замка я потеряла из виду и сколько бы ни крутила головой, не могла их отыскать, хотя точно помнила, что они были южнее от озера под водопадом. Теперь закрадывалась мысль, что те башни, которые я видела, были лишь иллюзией, созданной для того, чтобы проходящие испытание студенты не думали, что заблудились.

Глубинная лилия с наступлением темноты засияла в моих руках еще ярче, позволяя видеть дорогу и не спотыкаться об торчащие из-под земли корни растений.

— Когда мы уже придем? — отчаянно вздохнула Фриза.

Сейчас в ее голосе не было злости или упрёка. Только усталость.

И мне даже на мгновение стало ее жаль. Девушка, не обладающая никакими особо выдающимися способностями, пожертвовала почти всем ради того, чтобы отыскать брата, отправилась проходить испытания в самую престижную Академию на Трех Материках и, ко всему прочему, делала это как простолюдинка.

Думаю, что у нее есть все права на то, чтобы устать от той жизни, к которой ее никто не готовил.

Лес расступился, раздвинул деревья, выпуская блуждающих по нему путников на небольшую каменную площадку. В свете первых звезд она казалась пастью древнего монстра с затупившимися резцами. А впереди возвышалась небольшая гора, которую за высокими деревьями даже видно не было.

Лепестки глубинной лилии тянулись в ее сторону. А через мгновение я разглядела небольшое чёрное пятно на сером камне. Пещеру.

— Кажется, пришли, — выдохнул Джамас, впервые за время нашего путешествия, поравнявшись со мной.

И теперь я могла сказать, что он выше меня на целую голову.

— Думаешь, что на этом испытания закончатся? — спросила Фриза, вцепившись пальцами в рукав его куртки. Девушка стояла на ногах из последних сил.

— Не знаю, — честно проговорил он. — А ты как думаешь?

Я усмехнулась и пожала плечами. Но что-то мне подсказывало, что архимаги решат добить будущих студентов. Но детям графа об этом говорить не стала.

— Как тебя зовут? — Фриза повернулась в мою сторону.

— Сто девяносто четвертая, — бросила я, сделав первый шаг в сторону горы.

Каменное крошево хрустело под истончившейся подошвой балеток, родственники вновь отстали от меня шагов на пять, а я злилась на девчонку.

За что? Я и сама себе это объяснить не могла.

Возможно, за то, что она так легко спросила о моем имени, которое я не привыкла называть незнакомцам.

Но это ведь самый обычный вопрос, люди не должны реагировать на него так, как реагирую я. Я все еще соблюдала законы Сестер Тени. Сейчас можно было бы солгать ей, так как я лгала всем, назваться другим именем. Но это было лишним. Многое изменилось в моей жизни, я перестала быть одной из Ордена.

Я стала последней из Ордена.

Да, не все Сестры погибли. Но они сдались. А я — нет.

Я отойду от дел только после того, как выполню последнее задание. Не позволю испортить репутации Сестре Иро.

Хотя, если говорить на тему имен честно, то запрещалось называть лишь имя, полученное на ритуале Тени. Оно было чем-то вроде оберега. Чем-то таким, что связывало всех Сестер. Разрешалось называть его только самым проверенным заказчикам, чтобы те смогли вновь выйти на нужную Сестру, вновь сделать заказ.

От мирского имени отрекались. Оно становилось чем-то чужим. Но некоторые продолжали им пользоваться, словно отдавали дань прошлому.

Мое прошлое было мертво. И все, что у меня от него осталось, это имя.

Айрин.

Я не привыкла так представляться. Для незнакомых людей у меня были заготовлено несколько ненастоящих имен, а потенциальные заказчики выходили на меня через Сестру Рилин. В будущем я бы могла стать известной под именем Иро, но это будущее так и не наступило.

А мирское имя хранило в себе частичку той счастливой жизни, которую у меня отобрали.

Но если я поступлю в Академию Галэйн, то у меня не останется другого выхода. Надо только перебороть себя и принять его, как часть себя в настоящем времени.

— Аккуратнее!

Меня дернули назад, а из-под ног посыпались мелкие камешки в неглубокий, но довольно опасный обрыв.

— Ты вообще на дорогу смотришь? — Джамас навис надо мной темной скалой, свет трех волшебных цветков выхватывали из мрака только его лицо.

Серьезное с нотками злобы.

— Виновата. Задумалась.

Я даже не стала лгать. И говорить о том, что падание с такой высоты для меня не смертельно, а лишь унизительно, — тоже.

Я и впрямь настолько глубоко ушла в свои мысли, что не замечала ничего из того, что происходило вокруг.

Джамас лишь устало вздохнул, но больше не сказав ни слова, отпустил меня и отошел на шаг.

Пещера, в которую мы вошли минут десять назад, петляла так, будто была проложена огромной змеей. Лепестки глубинных лилий то и дело меняли направление, показывая, куда нам следует идти.

Каменные коридоры сменялись каменными ступенями, которые вели то вверх, то вниз. Фриза уже даже не стонала, а тихо попискивала, когда бело-желтый свет волшебных растений выхватывал новую лестницу, вытесанную из серого с черными прожилками камня.

Я все еще плавала в мыслях и размышлениях, но теперь смотрела под ноги, чтобы не пугать впечатлительных спутников. Потом ведь не объяснишь, что нас с детства тренировали так, будто мы и не были людьми. Вот только врождённую рассеянность Сестрам не удалось из меня выбить.

Прочистив горло, я замерла и, дождавшись, пока Фриза и Джамас поравняются со мной, проговорила:

— Господа должники, меня зовут Айрин. И я надеюсь, что вы не посмеете провалиться на поступлениях. Не хотелось бы потом бегать за вами по всем Трем Материкам, чтобы получить награду за помощь.

Девушка тихо хмыкнула, а ее брат широко улыбнулся.

— Приятно познакомиться, Айрин. Надеюсь, что со своими долгами мы расплатимся как можно быстрее, не хотелось бы ждать несколько лет, пока ты придумаешь то, чего пожелает твоя душа, — в тон отозвался Джамас.

Его сестра криво усмехнулась.

А в следующее мгновение волшебные цветки уронили свои лепестки и померкли, оставляя нас в кромешной темноте.

— 8 —

— Приплыли, — констатировал будущий студент Академии Галэйн.

Точнее, он может стать студентом, если нас тут сейчас не прибьют втихую, а тела не скинут в одно из озер. Водникам на забаву.

— Это очередное испытание? — устало спросила Фриза и прошептав несколько слов, создала с помощью магии небольшой синий шарик, светящийся изнутри.

А я сцепила зубы, ведь не могла так просто обратиться ко второй ступени магии. К первой — пожалуйста. Но все, что было выше, я не изучала. А «выше» было много, если не сказать «очень много».

Мои умения заканчивались на тепловых искрах, отводе глаз, легких иллюзиях и еще некоторых мелочах, взятых из разных областей магических наук.

И где-то в момент, когда над головой будущей студентки Академии вспыхнуло заклинание второй ступени, я решила, что не зря сюда пришла. И вообще, что все с обучением в Галэйне складывается, как никогда, удачно. Ведь я умудрилась попасть сюда именно в год, когда поступить могли не одни лишь вельможи. Только удача могла посодействовать тому, что восемь лет, которые я скиталась по мирам, превратились на Эвраре в два десятилетия.

Восемь лет. Семь из них были самым спокойным временем в моей жизни. Мир, который называют Землей, дал мне года отдыха. А теперь пора этот отдых отрабатывать.

— Если бы это было испытанием, то тут об этом бы написали, — ответила я, разворачивая лист с заданиями. — Но, кроме того, что стоит следовать в грот, ничего не сказано.

— У меня тоже пусто, — зачем-то проверил свой список Джамас.

Фриза уже открыла рот, чтобы задать очередной вопрос, как синий магический свет потонул в более ярком — белом.

Сфера появилась над нашей головой в мгновение ока. Прищурившись, я отступила на шаг, и постаралась увидеть мага, способного сотворить такое волшебство.

— Приветствую вас! — по пещере прокатился звонкий женский голос. Он коснулся каменных стен, отразился от низкого свода и вернулся обратно. — Номер сто пятьдесят, номер сто пятьдесят один и номер сто девяносто четыре, приветствую вас и поздравляю. Два испытания остались позади. Следуйте за мной.

«Если бы еще было видно куда и за кем следовать», — подумала я, а через мгновение свет перестал так бить по глазам, одна из стен пещеры пришла в движение и разошлась, показывая уходящую ввысь крутую лестницу из темного металла.

На нижней ступеньке стояла высокая женщина с собранными в причудливую прическу черными волосами. Она откинула с глаз завившуюся в локон тонкую прядь и приветливо улыбнулась.

— Смелее. Ведете себя как дети, которые водного змея в волнах родной речки углядели, — проговорила она, хитро прищурившись, а потом подхватила юбки темно-зеленого с алой вышивкой платья и поспешила наверх.

Вскоре о том, что женщина нам не привиделась, свидетельствовал только перестук каблучков об металл.

Переглянувшись, Джамас с Фризой первыми шагнули к нише, в которой скрывалась лестница. А я не спешила.

Еще раз взглянув на лист с заданиями и не заметив никаких изменений, я прислушалась к Силе Блуждающей и к своей интуиции. Но ответа не получила. Если все происходящее тут было ловушкой, очередной проверкой архимагов, то очень хорошо выполненной.

«Должно быть еще одно испытание», — подумала я, не сдвинувшись с места.

Шар света, созданный спустившейся за нами чародейкой, медленно исчезал, погружая пещеру во мрак.

— Айрин! Идешь? — Джамас повернулся на лестнице, а я вздрогнула от звучания собственного имени.

— Будто бы есть выбор, — буркнула в ответ, делая шаг вперед.

Посох неприятно чиркал навершием по низкому каменному потолку, на стенах время от времени появлялись светящиеся наросты мха, и только металлическая лестница казалась новой, словно вчера поставленной.

Время от времени я напрягала слух, пытаясь уловить перестук каблучков, но пещера отзывалась тишиной. Не было слышно движения пород, не капала вдали вода. И все это казалось мне странным.

Во-первых, гору, к которой привели нас проводники, назвать высокой не поворачивался язык. А мы уже пятнадцать минут поднимаемся по лестнице. Фриза несколько раз просила передышку. Да что там говорить, я и сама уже была готова ее попросить.

Все же стоит вновь заняться своей физической подготовкой. Видимо, пробежки, на которые я тратила время в мире Земля, не принесли должного результата.

Во-вторых, в обычной, не магической пещере, не могут отсутствовать звуки. А это значит, что третье испытание началось.

— Богиня, — воскликнула Фриза, не уточняя, к какой из множества возможных божеств она обращается, — да сколько еще идти?

— Мне кажется, что мы идем уже целую вечность, — поддержал ее брат. — Не могла же та дама просто взлететь по ступеням?

— Не вечность, — выдохнула я, приваливаясь плечом к холодной шершавой стене, — а всего семнадцать минут.

В свете синего шарика, который все это время следовал за Фризой, было видно, как промелькнуло удивление на лицах детей графа Казера.

— Но это ведь не испытание, — с нотками обвинения в голосе воскликнула девушка. — Нам бы об этом сообщили через то письмо.

— Правда думаешь, что архимаги не могут нарушить правило, которое сами же и создали? — хмыкнула я, отлипая от стены и готовясь продолжать подъем.

— Они нас на выдержку так, что ли, проверяют? — хмыкнул Джамас, подталкивая вперед сестру, которая шла первой и освещала нам дорогу.

У него у единственного не сбивалось дыхание. И я себе поклялась, что если в Галэйне есть предмет по физической подготовке, то я не пропущу ни одного занятия. А если нет, то устрою его себе как факультатив.

— Даже если и проверяют, то это не испытание для поступления, — я уже жалела, что пропустила Фризу вперед. Ее темп был слишком медленным, и мне приходилось ползти за родственниками со скоростью подбитой черепахи, что существенно лишало сил. — В последнем задании говорилось, что мы должны следовали за лилией. Она привела нас к этой лестнице.

На эту реплику ответа я не получила. Фриза, словно услышав мои мысли, ускорилась или, может быть, надеялась быстрее миновать лестницу, которая вела нас непонятно куда и непонятно за кем.

Двадцать две минуты.

Двадцать четыре.

Двадцать семь.

Тридцать одна.

Тридцать три.

Яркая вспышка ослепила. Дезориентировала.

Вздрогнув, я прищурилась и приставила ладонь козырьком ко лбу. Только так удалось разглядеть то, что творилось впереди. Вот если бы еще Фриза не мельтешила…

Яркий свет исходил из распахнувшихся двустворчатых дверей. За границей тьмы стояла та самая женщина, которая обеспечила нам радушный прием. Она скрестила руки на груди, затянутой в обшитый зеленым шелком корсет, и, кажется, хмурилась.

Джамас подтолкнул вперед сестру, которая отчаянно терла кулаками глаза. Девушка, словно почувствовала поддержку, поднялась на одну ступень вверх. Потом на еще одну. И уже через тридцать секунд была на границе света и тьмы.

— Добро пожаловать, сто пятидесятая. Проходите. Ожидайте.

Лестница вывела нас в светлый просторный холл. Высокие бледно-желтые стены украшены лепниной, на полу белый паркет, за овальными окнами сгущается тьма, но в помещении светло из-за множества небольших светлячков, рассеянных по всему помещению. В первые мгновения даже может показаться, что сияет сам воздух, но присмотревшись, замечаешь сферы света, размером не превышающие вишневую косточку.

Фриза выпрямила спину, прошлась надменным взглядом на даме, которая ей в матери годилась и, виляя бедрами, отошла в сторону, позволяя нам с ее братом появиться перед глазами чародейки.

— Сто пятьдесят первый, сто девяносто четвертая, — она коротко кивнула, приветствуя нас. — Два испытания пройдено. Я вас поздравляю. Осталось еще одно и уточнение некоторых деталей.

Все же я не ошиблась, заданий должно было быть три. Так же, как и архимагов, создавших эту Академию, и материков, из которых состоит наш мир. Интересно, сколько еще раз я встречу тут число три?

Джамас бросил взгляд на сестру, потом повернулся ко мне, словно ждал от нас подтверждения происходящего.

— Благодарим за теплый прием, — взяла слово Фриза. — Хотелось бы узнать, почему третье задание было сообщено нам не полностью?

— Вас не устраивает формулировка, леди Казер? — усмехнулась чародейка, которая до сих пор не назвала своего имени, хотя я ее в чем-то понимала.

— Меня не устраивает то, что мы торчим тут уже целых пять минут, вместо того, чтобы перейти к третьему испытанию.

Брат бросил на нее взгляд, который не обещал вспыльчивой девчонке ничего хорошего, а встретившая нас женщина усмехнулась:

— Ваша правда, сто пятидесятая. Но вам придется подождать еще немного. К сожалению, мы только что приняли новое правило и третье испытание проходят первыми те, чьи номера находятся ближе к концу списка.

Я поймала на себе злой взгляд Фризы и не смогла сдержать улыбку. Вот и первый щелчок по носу слишком вспыльчивой и нетерпеливой барышне. Чувствую, что если она пройдет третье испытание, то таких уроков тут она получит ой как много.

— Сто девяносто четвертая, следуйте за мной, — чародейка встретилась со мной взглядом, от которого сделалось не по себе. — А вы ожидайте тут, — бросила она детям графа Казера.

Джамас проследил взглядом за взмахом руки чародейки и быстро кивнул.

В дальнем углу расположилась небольшая светлая софа. Перед ней стоял низкий круглый столик, на котором лежало несколько книг в потрепанных обложках. Мне это все настолько сильно напомнило залы ожидания в салонах красоты на Земле, что от волны ностальгии отмахнуться удалось только с третьей попытки.

— Меня зовут Местед, я помощница Второго Архимага, — не оборачиваясь, бросила чародейка. — Это пока все, что вам нужно знать, сто девяносто четвертая. Потерпите, мы скоро придем.

Последняя фраза должна была быть адресована не мне, а Фризе. Все же чему, а терпению меня хотя бы пытались обучить.

Холл мы покинули минуты три назад и сейчас двигались вглубь замка по узкому коридору. По правую руку тянулись высокие узкие окна с небольшими каменными подоконниками, а по левую — магические светильники, представляющие из себя небольшие прикрученные к стене медные чаши, на которых возлежали шарики Истинного Пламени.

Архимаги не жалели своих сил на такую мелочь, как освещение темных коридоров, обращаясь при этом к высшей ступени колдовства. Хотя, с другой стороны, этим могли заняться преподаватели или специально нанятые маги, отвечающие за обустройство замка. Совсем необязательно пользоваться самой Стихией, ведь можно взять заменяющее колдовство на несколько ступеней ниже.

Но судя по тому, что я тут уже успела повидать, экономить архимаги не привыкли.

— Пришли.

Местед остановилась слишком резко, юбка платья с недовольным шорохом дернулась в сторону, а затем скользнула обратно. А сама чародейка повернулась лицом к глухой стене и провела пальцами по гладким серым камням.

Во второй раз за этот вечер стена передо мной разошлась, являя спрятанную нишу. Вот только теперь вместо металлической лестницы, появилась темная дверь с блестящей в свете огней медной ручкой, выполненной в форме цветка — глубинной лилии.

Чародейка щелкнула по одному из лепестков длинным ногтем и прошептала несколько слов неизвестного мне заклинания.

Петли тихо скрипнули, дверь медленно открылась внутрь, словно неохотно давая разрешение на посещение скрывающегося за ней помещения.

Шагнув вперед, Местед обернулась:

— Проходи, сто девяносто четвертая. Третье испытание ждет.

Последняя фраза не обещала легкого завершения сегодняшнего дня. А я не к месту вспомнила, что выгляжу не лучше чучела: платье разорвано и покрыто сухими водорослями, которые снимать у меня просто не было времени и сил, а растрепанные волосы, после купания в ледяном озере, высохли как попало и теперь висят темными сосульками. О том, что я проехалась коленями по ракушнику, даже думать не хотелось. Я и сейчас чувствовала мелкие глубокие порезы, которые вызывали не боль, а раздражение.

Но Местед даже взглядом не показала, что выгляжу я хуже некуда. В светло-серых глазах плескались лишь холод и спокойствие.

Я шагнула вслед за чародейкой.

Комната, скрытая магией, оказалась чуть меньше холла, с которого началось мое знакомство с Академией Галэйн. Окна отсутствовали, вдоль стен тянулись столы, усыпанные бумагами и пергаментными свитками, а освещение вновь дарили тысячи полупрозрачных желтых капелек магии, что зависли в воздухе. Через них спокойно и беспрепятственно можно было проходить. Ощущений при соприкосновении с колдовством не возникало, что говорило лишь о высокой ступени подобного чародейства.

От двери до единственного окна тянулась широкая коричневая дорожка, разделяя ее на две относительно равные части, стоял невысокий каменный пьедестал. А из камня росло настоящее дерево, касающееся своей верхушкой темного потолка.

Но внимание привлекало не то, что маги избрали именно это лучшим украшением залы, а то, что четыре ветви дерева, отличались ото всех остальных.

На самой нижней, той, что находилась справа от ствола, вместо зеленых овальных листков росли яркие изумрудные цветы, светящиеся изнутри. Над ними, жужжа, летали пчелы, медленно опускались вниз, забирались внутрь, а потом взлетали к потолку и проходили сквозь камень. Куда именно насекомые носили нектар с необычных цветов, я сказать не могла.

Скользнув взглядом по стволу вверх, я отыскала вторую ветвь, которая тоже бросалась в глаза. Она находилась почти у самой макушки дерева. Кора сияла россыпью серебряной крошки, а вместо листков на ней возлежали небольшие белые облака, мягкие и такие уютные с первого взгляда.

Напротив этой ветки, по другую сторону ствола, находилась еще одна, отличающаяся от всех других. Кора тут потрескалась, а внутри, казалось, течет лава, пульсирует. Словно живо дерево по-настоящему, словно показывает свои вены, по которым бежит горячая кровь. На тонких веточках и сучках танцевали язычки пламени. Но не наносили вреда, не пытались уничтожить древесину.

Четвертую отыскать не составила никакого труда. Она была ниже третьей, и кора ее была насыщена влагой настолько сильно, что казалась не коричневой, а темно-синей. Вместо листков, на ней висели тяжелые ярко-голубые капли воды. В них можно было разглядеть танцующие зеленые водоросли, косяки красочных рыбок и затонувшие, покрытые мхом, корабли.

— Сто девяносто четвертая, — обратилась ко мне Местед, когда я вволю насладилась открывшимся зрелищем. — Готова перейти к третьему испытанию?

— Да, — не задумываясь, отозвалась я.

— Хорошо, — она победно улыбнулась, сверкнув идеальными белыми зубами.

В мире Земли любая бы удавилась от зависти, глядя на такую «голливудскую» улыбку. А вот на Розрине большинство скривилось бы, ведь неокрашенные в зеленый цвет зубы признак безденежья.

— Испытания показали, что ты, сто девяносто четвертая, уверена в своих силах. Вынослива, умеешь думать наперед и можешь отыскать выгоду там, где ее, в принципе, быть и не должно. Осталось проверить только твою магию. Подойти к Иггдрасилю и преклони перед ним свою голову.

Как она только что назвала это дерево?!

Похоже, Эврар и Земля связаны друг с другом сильнее, чем я думала. Хотелось бы услышать историю Иггдрасиля в этом мире и сравнить с той, что только что всплыла в моей памяти, услужливо подброшенная Силой Блуждающей.

Шагнув к дереву, растущему на трех корнях, я сняла с левого плеча ремень, опустилась вниз и уложила посох перед собой.

Заклепками вверх.

На всякий случай.

Стоя на одном колене, подняла взгляд к Иггдрасилю в ожидании того, что сейчас произойдет.

— Какая Стихия стала тебе родной? — спросила чародейка.

— Вода.

Ветвь, на которой блестели капли влаги, дрогнула. Словно невиданная сила встряхнула ее, разрушая все колдовство. Жидкость, держащаяся на тонких веточках, колыхнулась, ломая видения, а потом целым водопадом рухнула вниз, орошая ковер, становясь на нем темными пятнами.

Посох под моей рукой завибрировал, будто отозвался на призыв, готовясь плести защитную и разрушительную магию.

Заклепки разлетелись в мгновение, выпуская оружие из кожаной хватки, позволяя взять его.

Я уже стояла на ногах, когда перед деревом выросло три полупрозрачных духа: саламандра, сильф и каменный голем.

Дух Огня зашипел, раззявив полную тонких зубов пасть, капюшон на его шее вздыбился, а сам Элементаль начал увеличиваться в размерах.

Сильф, сотканный из прозрачных воздушных потоков, взмахнул длинными волосами и звонко рассмеялся. Его тонкие пальцы пробежались по спине огненной рептилии, которая замедлила свой рост и уже достигла высокому Духу Воздуха пояса.

Лишь голем остался спокоен и непоколебим. Он не пытался увеличиться, ведь и так, касался головой потолка, не пытался устрашить, ведь с такими размерами этого делать и не нужно было.

— Покажи, насколько ты сильна, сто девяносто четвертая, — проговорила Местед, отступая к одному из столов и хитро улыбаясь. — Третье испытание объявляю начавшимся!

— 9 —

— Черт, — прошипела я, отступая на шаг, но взгляда с противников не свела.

Элементали, ждали отмашки от Местед. И получив ее, зашевелились.

Саламандра высунула длинный скользкий язык, он прошелся между тонкими и острыми, как иглы зубами, а в следующее мгновение с него сорвалась струя жидкого ярко-алого огня.

Тело среагировало быстрее, чем я успела о чем-либо подумать.

Отпрыгнув в сторону и сгруппировавшись, прокатилась по полу и вскочила, опираясь на посох.

Места для маневров было не так много. Стены зажимали в тиски, Иггдрасиль покачивал ветвями, словно направляя своих детищ, указывая им на цель, и только Местед сидела на одном из столов и расправляла складки на пышной юбке платья.

Сильф рассмеялся, взвился юлой вверх, коснулся спиной потолка и игриво указал на меня пальцем.

Воздух сгустился прямо передо мной и с силой толкнул в грудь.

Устоять на ногах не вышло, сгруппироваться не успела, а стол, усыпанный пергаментными свитками, принял удар на себя. Что-то тихо скрипнуло, а я очень надеялась, что это сделала столешница под моей спиной, а не позвоночник.

Посох второй раз за последние несколько секунд выполнил роль трости, помог подняться и устоять на ногах.

Огненный и Воздушный Духи резвились: один выпускал языки пламени, а другой раздувал его ветром и формировал из них огромную сеть. И только голем по-прежнему стоял в стороне, словно чего-то ждал.

Пол под ногами дрогнул, камни пришли в движение, попытались обхватить лодыжки в кандалы.

Подпрыгнув и использовав посох как шест, я взлетела на стол, дернула на себя оружие и прижалась к стене.

Каменной.

Крошево посыпалось мелким дождем на голову, плечи. Превратившись в мягкий тягучий песок, под взором недвижимого голема, стена попыталась меня проглотить.

— Щипиат, — прошептала я, сжимая обеими руками посох, напитанный энергией.

Это было единственное заклинание из защитного раздела, которое я знала. Применяла его всего несколько раз за жизнь, в том числе и на солнечных кристаллах.

Рукоять посоха мелко завибрировала, отзываясь на мой мысленный зов, сфера засияла и выпустила белоснежный луч, который окутал меня в свое свечение, как в кокон.

Обнаженные участки кожи нестерпимо покалывали от прикосновения колдовства, но голем отступил, перестал воздействовать на камни стен и пола.

Иметь дело с чистыми Элементами было самым последним, чего я могла пожелать. Но и в том, что я, как испытуемая, должна победить их в честном бою, сильно сомневалась. Не того от меня хотят.

Совсем не того.

«Проверим силу», — всплыли слова Местед в памяти, а я усмехнулась.

— Водный Элемементаль! — позвала я, бесстрашно спускаясь на пол.

Уверенности придавали мысли, к которым я пришла, и заклинание защиты, что тянуло энергию из посоха, но пока справлялось со своей задачей.

— Ундина!

Сильф пошел рябью, саламандра зашипела, высовывая язык, на котором танцевало пламя, а голем шагнул вперед, сотрясая этим движением половину замка.

Поймав хитрую усмешку чародейки, я позвала еще раз. Но теперь мысленно.

«Элементаль Воды, я прошу тебя прийти на помощь».

Мир пошатнулся, но в этот раз виной тому был не голем. Тьма накатила огромной волной, ударила в грудь и утащила за собой.

Мне потребовалось несколько секунд на то, чтобы осознать — я не ослепла, тут просто темно.

— Ты звала меня? — звонкий голос, похожий на пение вечерних птиц, прокатился по месту, в которое меня закинуло магией.

— Покажись, — попросила я, помня, что с такими созданиями нельзя говорить иначе.

Вмиг посветлело. Тонкие лучи, исходящие откуда-то сверху, очертили фигуру разлегшейся на огромном камне девушки. Она взмахнула длинным серебристым хвостом, и улыбнулась, накручивая на палец темно-зеленую прядь волос.

— Так ты звала меня?

— Да. Мне нужна твоя помощь, Дух Воды.

Ундина сморщила маленький нос и спрыгнула с камня прямо в воду, что появилась мгновение назад. Я отшатнулась, а потом осадила себя.

Все что я вижу, происходит в моей голове. Если не обращать внимания на раскинувшееся подо мной море, то я и ног не промочу.

— И чего ты хочешь от меня, Айрин? — хищно усмехнулась русалка, балансируя на гребне небольшой волны.

— Помоги в битве.

Она фыркнула, ударила хвостом по воде, а я невольно залюбовалась танцем лучей света на крупной чешуе.

— Ты даже не помнишь тот день, когда мы стали с тобой едины, — злобно прошипела ундина. — Я выбрала тебя, а ты забыла, как это было.

— Я не забыла…

— Правда?! Ну-ка давай! Покажи!

— Как я должна это показать?

— Просто вспомни, — нараспев протянула она. — Покажи мне, что помнишь тот день, когда я поделилась с тобой Силой!

Чувствуя себя тут с каждой секундой все увереннее, я взмахнула рукой:

— Смотри.

За спиной ундины прямо на голубом небе появилась черная точка. Она медленно росла, увеличивая дыру в пространстве, создавая что-то похожее на полотно, на котором через мгновение появилась картинка.

Я видела саму себя, только была тогда еще ребенком. Напуганным, не знающим, что делать, вцепившимся в первую попавшуюся возможность выжить — в настоятельницу Ордена Тени.

День, когда Стихия Воды приняла меня, наступил через сто шестьдесят восемь дней после того, как я узнала от Сестры Рилин о Магии.

И сейчас ундина смотрела на то, как девчонка подходит к огромной каменной чаше, находящейся в подвале здания Ордена.

Малышка с растрепанными темно-каштановыми волосами проигнорировала остальные емкости, стоящие рядом на столе. Она сразу двинулась к той, в которой плескалась вода. Не был ей интересен язычок огня, щепотка земли и зачарованный поток воздуха, который то и дело закручивался вихрем.

Это все, на что хватило сил Сестры Рилин, но она смогла создать для нее… для меня условия выбора Силы.

Девочка, которую мы сейчас видели, опустила руки в ледяную воду, а у меня по коже поползли мурашки. Будто не она сейчас там, а я.

В этот день я пыталась впервые сама набрать энергии, не получить переработанную силу от наставницы, а стать на путь мага. И Вода отозвалась, лизнула руки, подарила надежду, а потом затопила все.

Воспоминание потухло до того, как мы увидели падение девчонки на холодные камни.

— Тогда горячка держалась трое суток, — сказала ундина, поворачиваясь ко мне. — Ты и правда помнишь. Но тогда скажи мне, Айрин, почему ты отказалась от моей Силы? Почему перестала ею пользоваться?

— Потому что она была мне не нужна, — призналась я, не утаивая от Духа Воды ни капли истины.

— А теперь?

— А теперь это все, что у меня есть, — вскинув подбородок, я встретилась взглядом с сине-зелеными смеющимися глазами.

— Хорошо, — ундина широко улыбалась. — Давай же покажем им, насколько силен Элементаль, если его сила течет через мага.

Возвращение было быстрым, как вспышка. Время замерло в миг, когда я встретилась с Духом, а сейчас возобновило свой ход.

Вот только что-то незримо поменялось.

Местед больше не улыбалась, сильф стоял тонкими босыми ногами на каменном полу, саламандра уменьшилась в размерах, а по голему прошли трещины.

— Хорошо, — чародейка медленно встала со стола, вновь огладила юбку и взмахнула рукой.

Элементали мгновенно испарились, словно их и не было никогда. А все четыре стихийные ветви Иггдрасиля вновь стали такими же, как и до начала третьего испытания.

— Поздравляю, сто девяносто четвертая, — с серьезным лицом проговорила помощница Второго Архимага. — Ты прошла три испытания. И с этого дня становишься студенткой первого курса. Факультет Стихии Воды теперь твой второй дом.

Я выдохнула и оперлась на посох, борясь с желанием опуститься на холодные камни и принять горизонтальное положение.

— Осталось только заполнить кое-какие документы. Позволь твой номер?

Сняв с шеи деревянный кругляш, я протянула его Местед.

Перед колдуньей из воздуха появился белоснежный развернутый свиток и длинное синее перо.

— Имя?

— Айрин.

В этот раз я произнесла его без запинки. И все же лгать и отзываться на чужие имена многим проще.

— Вода, — пробормотала себе под нос Местед, заполняя размашистым почерком документ. — Ступень умений первая, до второй не дотягиваешь.

Сцепив зубы, я промолчала. Не оправдываться же мне перед этой женщиной, что я много лет игнорировала Силу и потому к своим годам ничего приличного наколдовать не могу.

И только то, что Элементаль принял меня и позволил пройти третье испытание, дарило уверенность. Если Дух в меня поверил, то я смогу обучиться магии, построить ментальный канал и отыскать Сестру Рилин, а с ней и ответы на вопросы.

— До комнаты, в которой будешь жить четыре года, тебя сопроводит моя магия. Постарайся запомнить путь. Но на случай чего, к расписанию предметов приколота небольшая карта замка и прилегающей территории, — все еще что-то чиркая в документе, проговорила колдунья. — Подпиши тут.

Она повернула ко мне левитирующий свиток и указала на небольшое место в самом низу.

— Я бы хотела для начала с ним ознакомиться.

— Да что с ним ознакамливаться, — фыркнула Местед. — В твои обязанности входит только посещение обязательных предметов, практика после каждого года обучения, а после — пять лет работы в месте по распределению.

— А вот с этого места, пожалуйста, поподробнее, — я оторвала взгляд от свитка, исписанного широким почерком, и подняла его на помощницу Второго Архимага. — Что за обязательные предметы, в чем заключается практика и что будет, если я брошу учебу до ее завершения?

— Ого, — усмехнулась чародейка, — в первый день я таких вопросов еще ни от кого не слышала. Ты меня удивляешь.

Видимо, она ожидала от меня какой-то реакции на это заявление, но я молча ждала ответа.

— В обязательные предметы для простолюдинов входят: придворный этикет, бальные танцы, чтение и письмо на общепринятом языке, простая арифметика, геральдика. История мира и три иностранных языка входят в программу и тех, кто пришел сюда без предварительных испытаний, но тебе эти предметы категорически запрещается пропускать.

— Чтение, письмо и арифметику исключаем, — отозвалась я через мгновение. — Тут мне ничья помощь не требуется. И вообще, зачем нужны эти предметы простолюдинам.

— Затем, что распределяют студентов на практики и работу после завершения обучения, чаще всего в столицы и большие города. Выслушивать сплетни о том, что маги из Академии Галэйн, поголовно деревенщина, совершенно не хочется, — с каким-то грустным вздохом ответила женщина. — А для того чтобы отказаться от предмета, нужно сдать досрочный экзамен преподавателям. Можешь заняться этим в те три дня, которые остались до начала обучения. В договор никаких изменений вносить я не буду, — сурово добавила Местед.

А я мысленно поставила точку напротив задания «Отказаться от ненужных предметов».

— В случае разрыва договора тебе придется выплатить неустойку в размере ста тысяч золотых. Деньгами какой страны будешь расплачиваться решать тебе самой. Я ответила на все вопросы?

— Да.

— Хорошо, — улыбка вышла кривой и хищной. — Значит, дослушай меня. В библиотеке получишь учебники по тем предметам, на которые будешь ходить. Точно! — она хлопнула себя ладонью по бедру. — В твое расписание будут включены абсолютно все предметы. Ты сама выбираешь какие будешь посещать, и сама составляешь свое расписание, это одно из преимуществ обучения в нашей Академии. Естественно, вычеркнуть обязательные предметы без сданных по ним досрочно экзаменов ты не можешь. Это понятно?

— Да.

— Хорошо, — Местед протянула звук «о», словно пытаясь вспомнить, что забыла сказать. — На первом этаже в жилом корпусе отыщешь мадам Рози, у нее получишь форму. Если тебя увидят преподаватели в одежде, которая не соответствует уставу Академии, ты будешь исключена.

— После исключения я ведь не обязана буду платить неустойку? — уточнила я, отмечая, как расширяются от удивления глаза помощницы Второго Архимага.

— Нет. Не должна будешь.

— Спасибо, — я широко улыбнулась. — Если у меня возникнут вопросы, к кому я могу обратиться?

— Ко мне. На карте будет отмечен мой кабинет.

— Спасибо. И… а нет, ничего. Буду благодарна, если поможете отыскать комнату.

Чародейка кивнула и щелкнула пальцами.

Перед моим носом вспыхнул небольшой зеленый светлячок. Он подпрыгнул, сделал кульбит, а потом просочился сквозь дверь, которая открылась спустя мгновение.

— Исключение, ишь…, — тихо удивилась Местед.

Но я не видела смысла реагировать на это. Сейчас нужно было нагнать светлячок, который летел с бешеной скоростью по пустым полутёмным коридорам и резко вилял из стороны в сторону.

А о том, кто из преподавателей обучает построениям ментальных каналов и какая ступень для этого нужна, я узнаю в библиотеке. Не будем смущать помощницу Второго Архимага столькими странными вопросами от простолюдинки.

Светляк петлял по коридорам, взлетал по ступеням вверх и стремительно падал по крутым лестницам вниз. А мне только и оставалось, что следовать за ним, вцепившись в посох.

На очередном крутом повороте одна из балеток слетела с ноги, перевернулась в воздухе, шлепнулась на пол и рассыпалась в пыль. Через мгновение развалилась и вторая.

— Как же вовремя ты решил их уничтожить, — буркнула я, обращаясь к Миру.

Но ответа, конечно же, не получила, зато потеряла из виду светляк.

— Отлично. Просто отлично, — шипела я, передвигаясь босиком по холодным камням и стараясь разглядеть что за фигура мельтешит в конце коридора.

Фигурой оказались пустые рыцарские доспехи, украшенные алебардой. А эффект мельтешения был из-за скачущего по воздуху зеленого светлячка.

Стоило приблизиться к нему, как магия чародейки Местед вновь пришла в движение и скользнула дальше, показывая дорогу.

Когда наконец шарик света замер перед одной из множества дверей на втором этаже, а потом с тихим писком лопнул, я была готова кричать от счастья. Ноги горели болью, от усталости ломило все тело. Жутко хотелось открыть дверь, упасть возле порожка и отключится.

Тут я в безопасности. В Академии Галэйн мне не страшны даже ящерки.

В темноте рассмотреть номерок, который наверняка должен был находиться на двери, не удалось.

Коснувшись округлой прохладной ручки, повернула ее и толкнула дверь. Глухо лязгнул замок.

Закрыто.

За секунду в моей голове пролетело сразу несколько мыслей, начиная от «ключи-то мне не выдали» и заканчиваясь «дорогу обратно я не найду».

— Имя? — громыхнул голос откуда-то спереди.

Признаюсь, я дернулась и даже отскочила назад. Руки уже сжимали посох, а рукоять оружия мелко вибрировала.

— Имя? — уже мягче уточнил голос.

— Айрин.

— Айрин, — задумчиво протянул голос, словно искал имя в записях. — Да. Все верно, это твои комнаты, но я не впущу тебя, — задумавшись на мгновение, он добавил. — Пропустил бы, но одета ты не по уставу. А нарушать правила я никому не позволю. Иди-ка ты к мадам Рози, она тебя обеспечит всем необходимым.

Подавляя негодования от происходящего, я через зубы выдохнула:

— Кто выдвигает такие правила?

— Хранитель тридцать шестой комнаты, — уже менее дружелюбно отозвался голос. — Не пропущу, пока не сменишь наряд, Айрин.

Закатив глаза, я крутанулась вокруг своей оси, чувствуя, как усталость и злость смешиваются в разрушительный коктейль. Мечты о сне пришлось отодвинуть куда подальше.

— Где мне искать эту мадам Рози?

— Первый этаж. Не промахнешься, — с хохотом отозвался Хранитель.

Не понимая, что так развеселило любителя устава Академии Галэйн, я повернулась на сто восемьдесят градусов и отправилась обратно к лестнице. Высокие светло-серые ступени освещались большими факелами, которые горели настолько ярко, что сомнения не оставалось — и за этим стояла магия.

Преодолев путь со второго этажа на первый, я свернула направо и оказалась в идеально круглом коридоре. От него лучами исходили небольшие ниши, в которых прятались двери.

Шагнув в ближайшую нишу, я осмотрелась.

По правую руку на стене висела большая медная чаша, в которой источая жар лежал сгусток чистой Стихии Огня. А по левую — прямо на гладком сером камне была выбито изображение открой книги.

Библиотека.

Хорошо, значит, надо искать символ, связанный с одеждой.

Следующие несколько минут я была занята изучением изображений, что находились рядом с дверями, которые были похожи друг на друга чуть больше, чем полностью.

Метла, колба, цветок, изогнутый кристалл, древняя руна и наконец игла, торчащая из клубка ниток.

Я замерла перед черной дверью в нерешительности.

С одно стороны, зачем Хранителю комнаты отправлять меня ночью туда, откуда точно погонят? А с другой, ну кто будет ночевать в помещениях, которые, скорее всего, были складами с книгами, ингредиентами и вещами?

Поправив посох, тяжесть которого я уже не ощущала, постучала, готовясь услышать тишину в ответ.

— Какого лешего?! — приглушенно воскликнули по ту сторону двери. Крик дополнился грохотом от падения чего-то тяжелого.

Затем что-то шлепнулось об пол, зазвенело и рассыпалось на куски.

Я зажмурилась, вслушиваясь в тяжелые шаги и отборную брань.

По-хорошему, надо было бежать отсюда и надеяться на то, что мадам Рози с помощью нескольких заклинаний не сможет отыскать нарушителя сонных грез, но и ночевать в холодном коридоре совершенно не хотелось.

Дверь открылась вовнутрь, яркий свет ударил в лицо. Я открыла глаза и встретилась взглядом с высокой худощавой женщиной в белой сорочке по пятки и ночном колпаке.

За ее спиной виднелось большое светлое помещение, по которому прокатился самый настоящий ураган, разнесший по полу россыпь бусин и каменьев, сорвавший с резного карниза тяжелые шторы и поваливший на пол несколько манекенов.

— Доброй ночи, — проговорила я, пытаясь отыскать в желтых глазах мадам Рози хоть какую-то эмоцию кроме усталости.

— Доброй, — на удивление, она произнесла это спокойно. — Проходи. Представься.

— Айрин, факультет Стихии Воды.

— Первый курс, как я понимаю, — вздохнула она, прикрывая за мной дверь и стягивая с головы колпак. — Хранитель не пустил?

— Угу.

Я все ждала, когда ее нервы сдадут и женщина вновь разразится бранью, которую можно с лёгкостью растягивать на цитаты. Но мадам Рози лишь переложила блестящие серебристые локоны на одно плечо и кивком указала мне в сторону невысокого дивана, возле которого валялась подушка.

Это же как надо любить свою работу, чтобы ночевать на ней?

Злить вспыльчивую модистку (или как называется ее профессия в стенах учебного заведения?) мне не хотелось, и потому, пройдя к софе, я присела на самый краешек.

Причмокнув, мадам Рози скользнула по мне взглядом:

— Сейчас мы тебя приоденем, Айрин с факультета Стихии Воды. А пока расскажи мне как прошли твои испытания.

Отделавшись несколькими общими фразами, я замолчала, наблюдая за тем, как женщина выносит из-за ширмы, за которой скрывалась большая часть помещения, свертки, перевязанные шелковыми лентами синего цвета.

Поймав мой взгляд, она пожала плечами:

— Сегодня придется обойтись без магии. Видишь, что тут произошло? А это я только световые шары запустить в воздух попыталась.

Я вновь окинула взглядом беспорядок, царивший в мастерской мадам Рози:

— Луна не в той фазе?

Женщина совершенно по-девичьи хихикнула и отмахнулась:

— Если бы. Не с той ноги встала.

Уточнять, как это могло повлиять на колдовство, я не стала. Все же чародейка уже сгрузила рядом со мной несколько свертков и кивком головы попросила встать.

Усталость нахлынула с новой силой, когда мы перешли к примерке формы. Мадам Рози причмокивала каждый раз, когда ее что-то не устраивало и, нарушая свои же обещания, она начинала колдовать.

Не знаю какая взаимосвязь была между ногами мадам Рози и ее магией, но каждый раз, когда она пыталась убрать несколько сантиметров на рабочей накидке для практических занятий по зельеварению и травничеству, в комнате возникали метровые смерчи. Они подрывали с пола разбросанные ткани, закручивали их в хороводе с бусинами, а потом закидывали туда, где я бы даже не догадалась искать.

Когда на софе уже лежала форма для занятий по физической подготовке, накидка с защитой от ожогов и несколько нарядов в синих тонах, которые можно было использовать как форму, мадам Рози перешла к тому, что назвала парадными вещами.

По ее словам, Хранитель тридцать шестой комнаты самый вредный из всех возможных и в первый раз явиться к нему лучше всего в парадном наряде.

— Готово, — известила меня женщина, поправляя волосы, растрепанные очередным ураганом. — Как ты и просила, с брюками, а не юбкой.

Я шагнула к покачивающемуся от недавнего порыва ветра зеркалу и помимо воли улыбнулась.

На мне была надета туника из плотной темно-синей ткани со стоячим воротником, защищающим шею. По узким рукавам и груди стелился узор из черных кожаных полосок. Кое-где блестели позолотой заклепки, но взгляд приковывал огромный синий камень в золотистой оправе на шее. Такие же, но поменьше, украшали низ рукавов, и что-то мне подсказывало, что не так просты они, как кажется с первого взгляда.

Сколько шансов, что в парадную форму студентов Академии Галэйн вживлялись камни-накопители?

Но задавать этот вопрос мадам Рози не стала.

Покрутившись вокруг себя, я отметила еще и мягкую обтягивающую ткань черных штанов, и легкость сапожек на небольшом квадратном каблучке. Для того чтобы они не сливались с брюками, по контуру шла золотистая вышивка.

В такой обуви на занятия по замку не побегаешь, но это ведь и не одежда на каждый день.

— Спасибо большое, — я подхватила свертки с вещами и низко поклонилась мадам Рози.

Все же не каждая женщина подорвется среди ночи, чтобы снабдить нарядами очередную поступившую в Академию простолюдинку.

— Не за что, Айрин, — тепло улыбнулась она. — Иди уже, вижу, как глаза у тебя от усталости закрываются.

Еще раз поблагодарив чародейку, я потянула на себя дверь, шагнула в круглый коридор и налетела на девушку.

Тихо пискнув, она отскочила назад и откинула светлые волосы за спину. А потом в глазах Фризы промелькнуло узнавание.

— Тебя, тоже не пропустил Хранитель тридцать шестой комнаты? — с усмешкой поинтересовалась моя соседка.

— 10 —

С вечера рассмотреть комнаты, доставшиеся мне и Фризе, не удалось. Миновав двери, услужливо распахнутые Хранителем, я прошла в гостиную, в которой находился мягкий диван с высокой спинкой, сбросила на него вещи и, сев рядом, просто выключилась.

Это сейчас, открыв глаза, когда комнату заливает яркий солнечный свет, я понимала, как сглупила и насколько легкомысленно поступила. Будь поблизости враг, он бы не упустил такой шанс и спокойно перерезал бы мне глотку. А потом я осадила себя, ведь безопаснее, чем в Академии Галэйн не может быть нигде.

Резко подняв руку, коснулась мешочка, который до сих пор висел на шее и теперь скрывался под плотной тканью туники. Вздох облегчения сорвался с губ, а в следующее мгновение, одна из трех дверей распахнулась.

Поправляя большое светлое полотенце на волосах, из комнаты вышла Фриза. На девушке красовалось короткое темно-алое платье с золотистыми вставками на рукавах. Юбка в складочку на двадцать сантиметров возвышалась над коленями.

Думаю, что ее отец был бы не в восторге, если бы узнал, что его дочь выбрала из всех возможных вариантов формы Академии Галэйн самый фривольный.

— О, ты уже проснулась, соседушка, — слишком дружелюбно улыбнулась Фриза. — Твоя комната там, — она указала на светлую дверь, расположившуюся по правую руку от входа.

Судя по тому, что дальше с этой же стороны находилась дверь в купальню, то мои апартаменты по сравнению с «соседушкиными» были значительно меньше.

Поймав мой взгляд и истолковав его верно, девушка развела руками:

— Да, я заняла большую спальню. А что поделаешь, если все комнаты тут рассчитаны на ребенка вельможи и его слугу. Прости, но я успела быстрее. Но ты можешь использовать свое желание, и я уступлю тебе ее.

Тихо фыркнув, я встала с дивана, подхватила свертки с вещами и, разминая затекшую шею, направилась к своей комнате.

— Так что, не хочешь? — долетел мне в спину вопрос Фризы.

— Не надейся, — улыбнулась я, не поворачиваясь. — Так просто свой долг передо мной ты не покроешь.

На удивление, она промолчала. И даже когда за моей спиной захлопнулась дверь, брани от дочки графа Казера я не дождалась. Наверное, она и сама не верила в то, что я так просто расстанусь с возможностью иметь на нее рычаг.

Если гостиная была большой светлой и необременённой мебелью, то моя комната была ее противоположностью.

Нет, тут не блуждал мрак, не спускались с низкого потолка жирные пауки и не обосновались приведения. Но то, что тут давно никто не жил, было видно невооруженным взглядом.

В дальнем углу стояла узкая односпальная кровать, засланная тонким пестрым покрывалом. Рядом с ней возвышался платяной шкаф с распахнутыми дверцами, на одной из них висело зеркало практически в человеческий рост. К окну с узким подоконником был придвинут письменный стол из светлого дерева, по правую сторону от него стоял высокий книжный шкаф. Пустой.

Пол покрывал бежевый ковер с коротким ворсом, стены выкрашены в светло-синий цвет, а под потолком висела небольшая железная люстра с тремя магическими свечами, которые разгорались от простого заклинания и должны были освещать собой всю комнату.

В целом, лучше, чем то общежитие, в котором я жила до этого. Даже переживу то, что большая комната досталась не мне.

Сгрузив сверки на кровать, я подошла к столу и раздвинула несколько листов, сложенных стопкой. Расписание занятий, карта, список литературы и список кабинетов, где нужно искать преподавателей.

Остановившись на расписании, я оценила масштабы катастрофы и потянулась к чернильнице и перу, которые лежали у самого окна. Больше пятидесяти предметов, разбросанных на все дни месяца, начиная с самого утра и заканчивая чуть ли не полуночными занятиями.

Макнув перо в чернила, зачеркнула первый предмет, который оказался любовной магией. Занятия по этому нему испарились из расписания. А на соседнем листе, где значились учебники, которые необходимо взять в библиотеке, пропало несколько наименований.

Удобно.

Следующие минут десять я была занята вычеркиванием предметов, которые изучать не хотела. В целом, это было весьма удобно. Если бы не обязательные предметы. Помимо тех, что перечисляла Местед, в обязательные входила гидромантия, на которой я должна была научиться управлять энергией Стихии Воды, и три языка: веадонский, монский и демонический, который уже лет так пятьсот считается мертвым. И если по первым двум я могла спокойно сдать досрочные экзамены и вычеркнуть их из списка предметов, то демонический язык мне выучить не довелось.

Итого список дисциплин, которые я стану посещать, уменьшился раза в три от изначального. Помимо обязательных, в расписание входили: боевая и защитная магии, владение магическим оружием, физическая подготовка, демонология, элексироведение, иллюзорная магия и телепатия. На последней я надеялась обучиться построению ментальных каналов.

Разобравшись с предметами и положив список необходимых учебников на край стола, я вернулась к кровати и взяла один из трех нарядов, считавшихся формой.

Мадам Рози настояла на том, чтобы я не брала все одинаковые. Пришлось подчиниться. Потому сейчас у меня был выбор из темно-синего облегающего платья, доходящего до середины колена, двух блуз, узких брюк и юбки, наподобие той, в которой была Фриза, но длиннее сантиметров на десять.

Помимо верхней одежды, она выдала мне свертки с нижним бельем, обувью и тканевую сумку для походов на занятия. Причем последняя мне уж очень напоминала ту, с которой я не хотела расставаться совсем недавно и перетащила ее с собой в мир Эврар. Обещала чародейка и то, что как только похолодает, студентам выдадут теплую верхнюю одежду, а пока надо немного потерпеть, потому как материалы пока не завезли.

Выбрав платье и вытащив из другого свертка черные туфли на невысоком каблуке, я покинула комнату и поспешила в купальню.

Отправляя мысленные благодарности Теневой за то, что в гостиной я не встретилась с соседкой, толкнула дверь и вошла в помещение, которое по размерам было равно моей комнате.

Пол и стены выложены яркой голубой мозаикой, освещение идет от ярких сфер, вживленных в потолок. У входа к стене прибито несколько полок, на которых лежат пушистые белые полотенца, по центру комнаты разбит небольшой бассейн с каменными бортиками, а в дальнем углу из стены под самым потолком торчит вылепленный из глины маленький водопад.

Раздевшись и бережно сложив вещи на полку, направилась к душу.

Вода потекла из «водопада» стоило только оказаться под ним. Теплые струи били по телу, смывали пыль, дарили второе дыхание. Волосы тут же облепили лицо, плечи. По мозаике заструилась вода, направляясь к стене, к сливу.

Душ в мире Эврар был редкостью, но как я уже заметила — Архимаги не экономили на своих студентах.

Через несколько минут я уже выжимала волосы и втискивалась в узкое платье, мысленно составляя план на сегодня. Задерживаться надолго в Академии Галэйн в мои планы не входило.

Нет, я, конечно же, хотела познать магию как можно лучше, но обстоятельства складывались так, что чем быстрее я научусь строить ментальные каналы и управляться с посохом, тем лучше.

Все остальное будет фоном, знаниями, которые могут пригодиться.

Обувшись, я вышла в гостиную и встретилась взглядом с Фризой, которая забралась с ногами на диван и с интересом листала потрёпанную книжку.

— Не придумала желание?

— Нет.

Вздохнув, она вернулась к чтению. А я поспешила к себе в комнату за списком литературы. Чем быстрее я справлюсь с получением учебников и методичек, тем быстрее смогу попасть к преподавателям по обязательным предметам и сдать досрочно экзамены. Вычеркнуть ту же арифметику или чтение с письмом на общепринятом языке у меня не получилось. Чернила впитывались в бумагу, стоило капнуть ими на один из предметов в перечне обязательных.

Захватив список, я вышла из комнаты и повернула в сторону лестницы.

Где находится книгохранилище я нашла еще вчера ночью.

В этот раз круглый коридор ярко освещался пульсарам, лениво левитирующими под самым потолком, факелы в нишах не горели.

Толкнув дверь, возле которой был выбито изображение открытой книги, я шагнула вперед и задохнулась от величества библиотеки Академии Галэйн.

Высокие шкафы тянулись вдоль стен и толстых рельефных колонн, занимали столько места, что и подумать было страшно о количестве книг, хранимых тут. Вдалеке виднелись высокие узкие столы, за которыми могли располагаться студенты для ознакомления с единичными экземплярами, которые выносить за пределы библиотеки запрещалось. А в воздухе, словно пылинки, зависли мириады светлячков, от которых книгохранилище казалось волшебным и притягательным.

По левую сторону от двери находилась длинная узкая стойка, за которой дремал, положив лысую голову на руки, мужчина. Если бы освещением служила не рассеянная магия, а, скажем, яркие солнечные лучи, проникающие через небольшие окна, то лысина библиотекаря блестела бы в них.

— Здравствуйте, — чуть громче, чем оно того требовало, проговорила я, останавливаясь возле стойки.

Мужчина дернулся, из-под его руки вылетела книга и громко шлепнулась на пол.

Да что такое? Почему я всех в этой Академии застаю спящими? Еще два-три таких случая, и я решу, что меня прокляли.

— Добрый день, — сухо бросил мне библиотекарь и исчез под стойкой, тихо ругаясь себе под нос.

Но по сравнению с мадам Рози, выражался он крайне культурно.

— Чем могу вам помочь? — уточнил он, выныривая из-под стойки и возвращая упавшую книгу на место.

— Мне бы получить учебники по этому списку, — я протянула мужчине с желтоватым лицом и белоснежными шикарными усами лист.

У него ушло не больше мгновения на то, чтобы ознакомиться с перечнем книг, недовольно хмыкнуть в усы и выйти из-за стойки.

— Пройдемте за мной, госпожа…

— Айрин.

— Госпожа Айрин.

Библиотекарь ускорился, подошел к одному из шкафов и щелкнул пальцами. Толстый пыльный учебник в черном переплете медленно двинулся по воздуху и опустился в мои руки. За ним последовала тонкая красная книжка, затем такая же синяя. А потом…

После четвертого шкафа я сбилась со счета, а стопка все росла, ноги шли все медленнее, а хранитель знаний не останавливался.

— Скажите, — сбиваясь на бег, окрикнула я мужчину, который уже не следил за тем, поспеваю я за ним или нет, — мне бы еще учебник, по которому можно научиться строить ментальные каналы, ничего не подскажите?

— Все книги только по выпискам от преподавателей, — насупив кустистые серые брови, проговорил он. — По крайней мере, пока не окончите первый курс, госпожа Айрин.

Я тихо скрипнула зубами, но мысль о проникновении сюда ночью и самостоятельном поиске нужного тома отмела сразу же. С такими масштабами библиотеки у меня это займет непростительно много времени. Пока есть пути обхода, в гору я не полезу.

— Ваш список, — хранитель книг магией уложил лист с перечнем учебников мне на самый верх стопки. — Приходите еще.

— Спасибо, — прошипела я, подумывая над тем, как подняться на второй этаж с этой кипой, достигающей чуть ли не потолка, и не помереть.

Но библиотекарь меня уже не слышал, он спешил в сторону стойки, у которой его ждал одетый в черную рубашку и такие же штаны парень. Темные слегка вьющиеся волосы парень собрал в короткий хвост на затылке, а сейчас нетерпеливо барабанил пальцами по столешнице.

На преподавателя он не тянул, а для студента слишком легко нарушал уставы Академии Галэйн. Вот бы его хранителю тридцать шестой комнаты представить, тот его быстро научит в форме ходить.

Пожав плечами и решив, что это не мое дело, я направилась к выходу, балансируя и стараясь не уронить ни одну из книг.

— Господин Норисдан, вы опять игнорируете уставы Академии? — сурово вопросил библиотекарь. — Я ведь могу прямо сейчас доложить об этом вашему декану.

— Томарт, сколько раз мне говорить, что форма придумана для первогодок и тех, кто боится смотреть в глаза собеседнику, — небрежно бросил студент.

— И кто вам такое сказал? — не отступал от своего хранитель знаний.

— Да посмотри туда. Вот один из примеров.

Я дернулась и медленно повернулась к нахалу, который в открытую указал на меня рукой.

— Подтверждение чего? — приподняла я брови, глядя прямо в темно-серые с черной окантовкой глаза. — Того, что кое-кто не получил должного воспитания?

Да, я погорячилась. Выплескивать злость и усталость на незнакомом человеке было не самым лучшим моим решением. Но сейчас я говорила быстрее, чем успевала подумать. Да и, пожалуй, в этом парне собралось все, что я ненавидела больше всего — высокомерие и желание нарушать правила.

В ответ он усмехнулся и взмахнул рукой. От легкого порыва ветра лист с перечнем учебников сорвался с последней книги и медленно спланировал в руки наглецу, который не сводил с меня холодного взгляда.

— Того, что форма для простолюдинов, — усмехнулся он кончиками губ, а затем тряхнул списком учебников, — что и требовалось доказать.

— Господин Норисдан, — с металлическим лязгом в голосе обратился к нему библиотекарь. — Вы обязаны принести извинения госпоже Айрин за нанесение обиды.

— Я не собираюсь извиняться перед тем, у кого даже имени рода нет, — скривился парень. — Выдай мне учебники на третий курс. Список я отправлял к тебе со слугой.

— Фенрир!

— Нет!

— В таком случае, — сложив руки на груди, проговорил библиотекарь, — ты получишь книги только после того, как поможешь донести госпоже Айрин ее учебники до комнаты.

— Нет! — а вот это уже была я. — Благодарю за заботу, господин Томарт, но с этой задачей я справлюсь как-нибудь сама.

— Тогда не ждите, что я помогу отыскать вам нужную книгу, — бросил на меня взгляд библиотекарь, а я скрипнула зубами, понимая, что медленно влипаю в чужую игру.

— Ты еще пожалеешь об этом, Томарт, — бросил Фенрир и, выхватил у меня стопку книг, вышел из библиотеки.

— Если он не донесет их до вашей комнаты, дайте мне знать, госпожа Айрин, — подмигнул мне библиотекарь.

Ответить ему я ничего не успела, стоило поторопиться за парнем, пока он не избавился от книг.

Но Фенрир ждал меня в круглом коридоре и нетерпеливо поглядывал по сторонам, словно боялся быть кем-то замеченным.

— Куда нести? — грубо бросил он.

— Можешь отдать и погулять минут пять. Стучать на тебя я не буду.

— С чего такая щедрость? — фыркнул Фенрир.

— Не хочу, чтобы меня потом совесть всю жизнь мучила, — пожала я плечами, стараясь не выказать, что меня трясет от эмоций.

— Куда нести? — более дружелюбно уточнил парень, а потом добавил. — Ты-то может и не настучишь, а вот Томарт проследит за тем, чтобы я выполнил его поручение.

— Тридцать шестая.

— У-у-у-у, — протянул он. — Повезло тебе с хранителем.

До второго этажа добрались молча. Сгрузив книги у двери моей комнаты, Фенрир отступил на шаг.

— Полагаю, задание выполнено, Томарт?

— Выполнено, — прогремел откуда-то сверху голос библиотекаря, а я сцепила зубы, чтобы не охнуть от неожиданности. — Можешь возвращаться.

— Спасибо, — поблагодарила я парня, обходя стопку учебников. — Ввек не забуду твою доброту.

Фыркнув и ничего не ответив на это, он быстрым шагом направился в сторону лестницы.

А дверь передо мной распахнулась сама. Перелетев через порог и сбив по пути книги, в коридор вывалился Джамас.

— Правило пятнадцатое из раздела третьего устава Академии Галэйн, — противно и гнусаво протянул хранитель тридцать шестой комнаты, — представители противоположного пола не должны находиться в чужих комнатах без письменного разрешения деканов или ректора.

— Я ее брат! — вскочив на ноги, крикнул парень, подняв голову куда-то вверх.

— Без письменного разрешения деканов или ректора не пропущу, — буркнул он, а потом еще тише пожаловался. — Стоило на минуту отлучиться, как уже мужики в комнату набились.

Фриза стояла в дверях и, поджав губы, слушала эту тираду.

— А вам, юная леди, — обратился к ней хранитель, — должно быть стыдно за то, что в первый день пребывания тут вы уже умудрились нарушить одно из ста восьмидесяти правил.

Понимая, что этот разговор может затянуться надолго, я начала собирать разбросанные по коридору книги и подумывать над тем, как бы быстрее занести их в комнату.

— Давай я помогу, — Джамас отмер и кинулся собирать разбросанные учебники. — Прости, это моя вина.

— Спасибо, — я приняла из рук парня несколько пухлых томиков.

— Ну хорошо, — скрипучим старческим голосом проговорил хранитель, — помоги занести ей книги. Сделаю поблажку. С сестрой пять минут на поговорить. Но в следующий раз только по письменному разрешению пропущу. Понял?

— Да! — Джамас подпрыгнул, сгреб оставшиеся учебники. — Спасибо!

Что мешало Фризе выйти из комнаты чтобы поговорить с братом, я так и не поняла. Но, если честно, не сильно и вдавалась в подробности. Книги Джамас донес мне до комнаты и попросил не злиться на него, но войти в личные помещения девушки, которая не является его родственницей или будущей женой, он не может. Так его воспитали.

До шкафа было какие-то жалкие три метра и потому я сердечно поблагодарила своего должника и с «донести и расставить по местам» справилась сама.

Закрыв дверь в комнату на небольшую металлическую щеколду, я разделась до нижнего белья, и захватив бумаги со стола, упала на кровать.

Покрывало впивалось тонкими мелкими иголочками в обнажённую кожу живота и ног, но я старалась не обращать на это внимание. Мысленно составляя план на два свободных перед учебой дня, я окинула взглядом список обязательных предметов, которые совершенно не видела смысла посещать, и сама себе кивнула.

Надо будет завтра отыскать преподавателей и сдать им досрочные экзамены по чтению, письму, арифметике и двум языкам. С остальным придется смириться.

Вздохнув, я перекатилась на спину и прикрыла глаза.

— Надо справиться с этим как можно быстрее, — прошептала я, касаясь пальцами бархатного мешочка.

Тонкий шнурок легко разошёлся под моими прикосновениями, а через мгновение в руке уже был зажат артефакт, из-за которого мне грозила не самая быстра и легкая смерть. Именно этот предмет может подарить силы, о которых говорится во Втором Мифе, самому достойному.

Вот только этот достойный до сих пор не вышел на связь.

Жалела ли я о том, что ввязалась в это задание? Нет. Не жалела. Сестра Рилин знала, что только я смогу украсть и уберечь его. Вот только могла ли эта мудрая женщина предусмотреть, что все закончится так?

Скорее всего, могла.

Понимая, что большая часть происходящего проплывает мимо меня, я перевела взгляд на артефакт.

В моих руках было зажато кольцо из черного неизвестного металла. Выполнено украшение было в форме двух драконьих пальцев, соединённых блестящими черными когтями. С первого взгляда даже не понятно было, что когти «дракона» инкрустированы матовыми черными камнями. Вот так сразу и не скажешь, что это тот самый артефакт, который был получен от последнего Истинного Дракона. Который хранит частичку его души.

Культ оберегал его, надеясь, что когда-нибудь придет в действие предсказание, рухнут крылья звездного и обретет силу достойный.

В том, что достойным должен оказаться один из их ордена, никто даже не сомневался. Вот только мой заказчик был другого мнения.

Бросив последний завороженный взгляд на кольцо, я вернула его в мешочек. И в который раз отмела мысль о том, что же произойдет, если на свой палец его надену я.

— 11 —

Руки слегка дрожали, как и всегда перед любым важными мероприятиями. Не сказать, что досрочные экзамены по предметам для простолюдинов, казались мне сложными, просто в силу вступила привычка.

Выдохнув несколько раз, чтобы восстановить сбившееся от быстрой ходьбы и налета переживаний дыхание, я протянула руку и постучала по темной лакированной двери.

Если верить карте, то именно тут проводил свое свободное время преподаватель, который должен был обучать простой арифметике, чтению и письму на общепринятом языке.

Скрипнув петлями, дверь открылась вовнутрь сама. По ту сторону виднелась небольшая, но очень уютная аудитория: стены обшиты темно-бордовым бархатом, с потолка спускаются тяжелые люстры, у широкой черной доски стоит массивный стол из темного дерева, а за ним сидит высокий худощавый мужчина с тонкими черными усиками над верхней губой.

С сожалением отложив в сторону книгу, которую он до этого читал, преподаватель поправил на переносице узкие очки в золотистой оправе и повернулся ко мне:

— Добрый день, проходите. По какому вопросу?

— Здравствуйте, — я переступила через высокий порожек, рассматривая мужчину в белом камзоле, — меня зовут Айрин. Первый курс, факультет Стихии Воды. Я должна в этом семестре посещать занятия по арифметике, чтению и письму. Не хотелось бы отбирать время ни у вас, ни у себя, потому я пришла сейчас, чтобы сдать досрочный экзамен по этим предметам.

— Проходите, студентка Айрин, — мужчина пригласительным жестом указал на первый стол прямо перед кафедрой. — Присаживайтесь. С чего начнем?

— С чего вам будет удобно, — дружелюбно улыбнулась я, раскладывая на парте блокнот в картонной темной обложке, чернильницу и перо. Все это я нашла в верхнем ящике своего письменного стола.

— Тогда начнем с чтения, — преподаватель, чье имя у меня начисто стёрлось из памяти, передал книгу, которую до этого листал. — Если вас не затруднит, озвучьте мне восемнадцатую главу.

Я ожидала чего угодно, кроме того, что мужчина в летах будет читать любовные романы, а потом попросит меня прочитать кусок с довольно пикантными сценами.

Заняло у меня это не больше пятнадцати минут. Выразительно зачитав о том, как главный герой признавался в любви какой-то герцогине, а потом они вместе принимали горячую ванну, я подняла взгляд на преподавателя, ожидая его оценки.

Но мужчина молчал, смотрел куда-то вдаль и, кажется, представлял себя на месте одного из героев. Я прождала ровно семь минут прежде, чем тактично напомнить о себе тихим кашлем.

Преподаватель дернулся и посмотрел на меня таким взглядом, будто бы до этого никогда не видел. А через мгновение выдохнул:

— Хорошо. Высший балл за чтение. Перейдем к письму.

Книга вернулась к его владельцу и теперь мне пришлось под диктовку записывать сцену о том, как вернулся законный супруг главной героини и как схлестнулись они с ее любовником в смертельной схватке.

Я выводила символы один за другим и очень надеялась на то, что для экзамена по арифметике мне не придется листать книгу и считать, скажем, сцены с поцелуями. А потом искать сцены интимного характера и вычитать их сумму из суммы первых.

Где-то за этими размышлениями я и поставила кляксу. А потом мысленно дала себе подзатыльника и, стараясь не отвлекаться, дописала последнее предложение, в котором любовник побеждает законного супруга, а героиня в слезах соглашается стать его на века.

Отдав блокнот преподавателю, я повернулась к окну, ожидая, что проверка займет по меньшей мере минут десять. Но колдун провел рукой над несколькими исписанными листами и вернул мне тетрадь.

— Высший балл. Перейдем к арифметике.

В какой-то степени мне повезло, примеры не были связаны с книгой. Но с другой стороны, умение складывать, вычитать, делить и умножать, преподаватель проверял доскональнее, чем умение читать.

Было такое чувство, что все математики из всех миров договорились и теперь считают, что именно этот предмет важнее всех остальных.

Задвинув всплывшие воспоминания с Земли, где мне довелось несколько лет отзаниматься в школе, а потом в университете, я вывела последний символ и передала блокнот мужчине.

— Хорошо, — спустя секунду, отозвался он. — Вы сдали три экзамена, студентка Айрин. — Можете вычеркнуть их из списка обязательных предметов. Поздравляю.

— Спасибо, — я широко улыбнулась и загнала пробку в чернильницу. — Не подскажете, к кому стоит подойти, чтобы сдать экзамены по вэадонскому и монскому языкам? А то в списке преподавателей стоит прочерк и аудитория тоже не указана.

— Я вам лучше нарисую как туда пройти, — отчего-то вздрогнул колдун. — Но мой вам совет, студентка Айрин, не будите его до обеда. А лучше и вовсе придите глубокой ночью.

Нахмурившись, я наблюдала, как мужчина выводит на небольшом клочке бумаги какую-то схему, рисует на ней стрелочки с пояснениями, а потом проводит рукой над чернилами, чтобы те поскорее высохли.

— Вот, — он передал мне карту. — Вам туда, где стоит жирная клякса. На самом деле я поставил ее случайно, но разве пристало в таком признаваться преподавателям?

Я усмехнулась:

— Спасибо вам большое.

— Не за что, — отмахнулся мужчина, и от этого движения темный парик слегка съехал в сторону. — Скажите только, откуда у вас все эти знания? Ведь насколько я понимаю…

Он замолчал, стараясь как можно аккуратнее указать на мое происхождение.

— Я из обнищавшего рода, — мягко улыбнулась я, придумывая на ходу очередную правдивую ложь. — Потому воспитание я получила, а вот поступить сюда смогла только как простолюдинка.

— Прошу прощения, — колдун в то же мгновение посерьёзнел. — Надеюсь, что не нанес вам оскорбления, студентка Айрин.

— Вовсе нет, — я продолжала улыбаться, ужа сама понимая, насколько это фальшиво выглядит. — Еще раз спасибо.

Распрощавшись с преподавателем, я выдохнула и прислонилась к стене в коридоре.

С каких это пор мне стало так сложно лгать, глядя в глаза собеседнику? Раньше никогда не замечала за собой подобных реакций организма. Меня хоть магией проверяй — никто бы не сказала, что я где-то что-то утаила.

Сверившись с картой и той схемой, которую выдал мне сердобольный маг, вспомнила о его наставлениях и решила, что перед очередным экзаменом стоит вначале подкрепиться.

Столовая находилась на верхнем этаже жилого крыла и отсюда идти до него было прилично. Но следуя наставлениям колдуна, который мне только что поставил три «отлично», спешить к преподавателю иностранных языков не стоило.

Петляя по длинным коридорам, я добралась до восьмого этажа спустя полчаса. К этому моменту пустой желудок уже свернулся в маленький клубочек и ненавязчиво урчал, напоминая о себе.

Толкнув полностью стеклянную дверь, я оказалась в огромном — занимающем весь последний этаж — помещении. Через прозрачные стены виднелся густой лиственный лес, среди зелени пробивалась голубизной одна из рек. Над головой плыли тяжелые серые облака, которые вот-вот готовы были разрыдаться монотонным осенним дождем.

Но от холодных порывов ветра и редких ледяных капелек спасал литой потолок из тонкого прозрачного стекла.

В первый раз, когда я сюда попала, у меня перехватило дыхание от того, что даже та стена, на которой виднелось слабое очертание двери, была прозрачной. Конечно, это было сделано с помощью мощнейшей иллюзии, но чувство, что ты стоишь на открытой площадке, никуда не исчезало.

Белоснежные каменные столы, расставленные в хаотичном порядке, занимали практически все место. А там, где их не было, стояли огромные вазоны с высокими зелеными растениями. Деревца распускали в своих кронах большие яркие цветы, плющи ползли вверх по прозрачным стенам, создавая очередную иллюзию нереальности, а небольшие шарообразные кустики отгораживали часть столовой с преподавательскими столами на одного-двух человек.

Обосновавшись в углу и откинувшись на высокую спинку стула из светлого дерева, я улыбнулась, явственно чувствуя позади себя огромную пропасть. В солнечную погоду тут, наверное, будет жарко. Но сейчас именно то, чего хочется после напряженного утра.

— Приятного аппетита, — тихо пожелал невидимый хранитель столовой, материализуя передо мной глубокую миску с тушёными овощами и картофельным пюре. Через мгновение рядом появился глиняный стакан с объемным цветком на боку.

— Спасибо.

Я только сейчас поняла насколько проголодалась. Схватившись за серебряную ложку с ручкой, украшенной витиеватыми узорами, зачерпнула овощей и отправила в рот. Пряности ударили в нос, жар опалил нёбо, а на глаза невольно навернулись слезы.

Но просохли они настолько же быстро, как и появились. А все потому, что в пустой столовой появилась парочка, направляющаяся к столу, за которым сидела я.

Высокий светловолосый парень в зелено-коричневой форме выглядел еще больше, чем при нашей первой встрече. Зачесав волосы назад, он стал походить на высокородного: узкий нос, брови вразлет, тонкие губы. Единственное, что отличало Джамаса от «голубой крови», загар.

Он подталкивал в спину сестру, одетую сегодня в узкие темно-алые брюки и легкую золотистую блузу с глубоким декольте.

Фриза упиралась, но под натиском брата шла вперед и, кажется, шипела проклятия.

— Доброе утро, — парень отодвинул один из стульев и подтолкнул к нему сестру, а когда та заупрямилась, надавил на плечо, заставляя сесть.

— Доброе, — коротко бросила я, стараясь показать, что не намерена вести долгие беседы о погоде.

Перед родственниками появились миски с обедом, но Джамас не спешил приступать к трапезе:

— Айрин, ты ведь уже сдала экзамены по каким-то из обязательных предметов?

— Да, — я потянулась за стаканом и сделала глоток.

Прохладный травяной чай с нотками ягод дополнял вкусный и сытный обед. Пожалуй, повара тут самые настоящие волшебники.

— А что сдала? — настаивал на своем парень. — А то Фриза-то тоже кое-чему научилась в детстве, какой смысл-то посещать эти занятия?

— Я ведь уже сказала, — буркнула девушка, сложив руки на груди и игнорируя исходящие паром овощи. — На эти занятия я похожу с тобой!

— Немаленький. В няньке не нуждаюсь, — а потом уже обратился ко мне. — Айрин, нарисуй мне, пожалуйста, как добраться до преподавателей по обязательным предметам.

— Ладно, — я потянулась за сумкой, лежащей на соседнем стуле, и вытащила блокнот.

Фриза все это время прожигала меня злобным взглядом, хотя было понятно, что ее эмоции направлены не на меня, а на старшего братца, который пытался отказаться от ее помощи.

— Держи, — я выдрала лист и передала Джамасу. — Правда имя его я не помню, в расписании надо посмотреть. И да, к преподавателю по языкам лучше в первой половине дня не ходить.

— Спасибо, — парень широко улыбнулся, отчего на щеках проступили ямочки.

— Не за что, — допив чай, я встала из-за стола, бросила взгляд назад и, вновь почувствовав, как перехватывает дыхание от чувства обрыва, направилась к выходу.

Если вчера в это время в столовой людей практически не было, то теперь кое-где за столами сидели студенты, одетые в цвета факультетов. От яркости рябило в глазах и потому единственное черное пятно за столом, придвинутым одной из сторон к прозрачной стене, привлекло мое внимание.

Парень отставил глиняный стакан и, словно почувствовав мой взгляд, повернулся.

Серые. Холодные. Цепкие.

Я дернулась, разрывая зрительный контакт, и быстрым шагом направилась к двери. Уже на ходу, доставая из сумки схему, нарисованную преподавателем, который вел слишком много предметов для простолюдинов, я услышала за спиной шаги.

Вздохнув, я повернулась.

Честно говоря, ожидала увидеть того парня. Кажется, библиотекарь назвал его Фенриром. Но меня нагонял Джамас, загораживая плечами практически весь свет, проходящий через стеклянную дверь.

Сейчас он у меня ассоциировался с медведем.

— Айрин, я хотел с тобой поговорить, — заговорщицки прошептал он, а потом обернулся, словно ожидал, что за его спиной стоит сестра. — У тебя будет несколько минут?

— Да, — согласилась я, понимая, что отделаться от этой парочки мне теперь не удастся, главное держаться на расстоянии.

— Спустимся? — Джамас вновь воровато обернулся.

Узкая лестница с резными тонкими перилами вывела нас на пролет между этажом-столовой и последним жилым. Серые тучи пропустили несколько солнечных лучей, которые подсветили яркие стеклышки витражного окна.

— Я хотел поговорить о Фризе, — признался парень, опираясь спиной о высокий каменный подоконник. — Думаю, что ты уже заметила, что у нее весьма непростой характер. Но могу сказать с точностью, она очень добрый и отзывчивый человек. Просто не умеет доверять людям. Хочет, но не может.

— Давай ближе к сути.

— Подружись с ней, прошу.

— Что? — кажется, я спросила это громче, чем стоило. Но и просьба парня показалась мне не самой адекватной, если не сказать «дикой».

Джамас молчал, собирался с мыслями, а потом выдохнул:

— Прости, Айрин, но я вижу, что тебе трудно быть одной. Веет от тебя каким-то холодом. Если бы ты подружилась с Фризой, то она бы научилась доверять людям, а ты перестала бы закрываться в себе.

Я приподняла одну бровь, а парень взмахнул руками:

— Не хотел тебя обидеть, не подумай! Просто… Я не знаю к кому еще обратиться за помощью. Фриза искала меня полтора года. Что с ней происходило за это время, она никогда не рассказывала. Да что там, она и сейчас запрещает касаться этой темы… Пожалуйста, хотя бы подумай над мой просьбой, Айрин.

Собравшись с силами, я выдавила из себя улыбку и кивнула.

— Это можно считать обещанием? — Джамас ожил, дернулся, а в болотно-зеленых глазах промелькнул лучик надежды.

— Я подумаю, — кивнула я второй раз. — Но пока ничего обещать не буду.

— Спасибо!

За следующую секунду произошло сразу несколько вещей.

Джамас шагнул ко мне и попытался обнять в знак благодарности. Мои рефлексы сработали быстрее, чем я успела подумать — выпустив легкое шоковое заклинание, я отскочила в сторону, уходя от возможной опасности. А на пролете появился свидетель.

— Как интересно нынче простолюдинки от ухажеров отбиваются, — усмехнулся Фенрир.

Я тихо выругалась, понимая, что моя выходка может стоить места в Академии Галэйн.

— Жив? — человек, носящий фамилию Норисдан, помог подняться Джамасу с пола.

— Да, спасибо, — тот тряхнул головой, отгоняя звон в ушах. — Что это только что было?

— Кажется, тебе отказали в ухаживаниях, — продолжал потешаться над ситуацией Фенрир. — Сам до комнаты дойдешь?

— Да, спасибо, — повторил сын графа Казера. — Джамас.

— Фенрир.

Они пожали руки, кивнули друг другу так, будто были знакомы не первый год. После чего Джамас бросил на меня острожный взгляд и, ничего не сказав, направился к лестнице.

— Черт, — выругалась я во второй раз. Вот так и теряют доверие. Хотя с другой стороны — ко мне больше никто не будет приставать с просьбами подружиться с его сестрой.

— Что это за заклинание было? — повернулся в мою сторону нарушитель законов Академии.

— Шоковое. Первая ступень. Ничего особенного.

— Ну как тебе сказать, — Фенрир усмехнулся, — большинство поступивших сюда студентов даже со Стихией не всегда определились, ни то, что заклинания могут направо и налево использовать.

— А как тогда…? — я прикусила язык, ведь и так стало понятно, как они сюда попадают.

— Деньги и влиятельность родов, — словно озвучил мои мысли парень. — Так что сильно не красуйся на публике тем, что умеешь.

— И в мыслях не было.

Фенрир небрежно пожал плечами и, повернувшись ко мне спиной, направился к лестнице. А затем замер и добавил:

— И предупреждай парней в следующий раз, что обниматься с тобой опасно для жизни.

Ничего не ответив, я обогнала его и, перепрыгивая через одну ступеньку, побежала на первый этаж. Благо, аудитория преподавателя иностранных языков находится чуть ли не в другом конце замка, так еще и в полуподвальном помещении. Хоть остыну.

Нет, с эмоциями явно что-то надо делать. Я, как только почувствовала себя в относительной безопасности, расслабилась и позволила себе вести себя так, как того хочет сердце.

Нельзя никого подпускать. Нельзя ни с кем сближаться. Нельзя нарушать правила Ордена Сестер Тени.

Я отмахнулась от сцены, которая произошла какие-то три минуты назад, и пуще прежнего припустилась по узким виляющим коридорам.

Лишь когда до нужной аудитории оставалась одна лестница, ведущая вниз, я остановилась, привалилась к стене и несколько раз глубоко вдохнула, пытаясь восстановить дыхание.

Легкая физическая нагрузка временно поставила мне мозг на место и помогла сосредоточиться на самом основном — на учебе. Сейчас нужно было оживить в памяти два иностранных языка. На одном говорили жители огромного архипелага, что насчитывал свыше трехсот островов, а на другом — жители севера со Второго Материка. Учитывая, что именно они поставляли снежные кристаллы, звездный порошок и чешую некоторых магических рыб в большой мир, знание их языка было нужно людям из высшего света для выгодных сделок.

Я же в нем не видела никакого смысла.

Собравшись с духом и еще раз сделав глубокий вдох, я медленно спустилась по темной лестнице на один этаж вниз. На стенах висели факелы, но не горели. После использования шокового заклинания у меня осталось совсем немного энергии и тратить ее на освещение пути совершенно не хотелось.

Хотелось, как можно скорее разобраться с досрочными экзаменами, обучиться владению посохом, управлению магией хотя бы до третьей ступени и построению ментальных каналов. Мне бы этого хватило и для спокойной жизни, и для выполнения всех планов.

Где-то на этой мысли костяшки ударили в железную дверь, извлекая звонкий громкий звук.

— Войдите, — прошелестело, казалось, у меня за плечом.

Борясь с иррациональным страхом, я нажала на узкую, заостренную к концу, ручку и сделала шаг вперед.

Вопреки всем ожиданиям в аудитории, оказавшейся по ту сторону двери, было светло. Я бы даже сказала, очень светло, по сравнению с коридором. В практически пустом помещении под самым полком зависло темное пятно и медленно перетекало по воздуху, словно балансировало на нем.

Из мебели тут было несколько стульев без спинок, придвинутых к стенам.

— Зачем пожаловала? — прошелестело то самое пятно и дернулось, обретая формы, похожие на человеческие.

— Здравствуйте, — пискнула я, понимая, что к такому меня жизнь в Ордене не готовила. Да даже «прыгая» по мирам я всегда сталкивалась только с живыми существами. — Я бы хотела досрочно сдать экзамены по языкам.

— Первокурсница? — уточнило приведение, медленно направляясь ко мне.

— Д-да. Айрин. Факультет Стихии Воды.

— И что, Айрин, ты знаешь монский язык?

— Беалтеакид, — подтвердила я, без особых проблем переходя на другую речь.

— И вэадонский?

— Индуви.

— А что насчет демонического?

— Вот его не знаю, — честно призналась я тому, кому лгать совершенно не хотелось. — Но, если можно, я бы хотела не посещать этот предмет.

— Неужели преподавателя испугалась? — призрак дернулся и через миг появился у меня перед лицом, демонстрируя набор тонких острых зубов.

— Нет, — у меня даже голос не дрогнул. — Просто то, чем я планирую заниматься, никоим образом не будет пересекаться с демонами и остатками их цивилизации. Не вижу смысла тратить ваше и свое время.

— Мое время безгранично, дитя, — взмахнул рукой тот, кто при жизни наверняка был красивым мужчиной. — Но ты ни разу не солгала, что достойно уважения и награды.

Он вновь вспорхнул и завис под самым потолком. Шли секунды, минуты. Я, конечно, понимала, что ему время неважно, а мне бы не помешало сегодня еще много чего успеть.

— Хорошо, — наконец проговорило приведение. — Я освобождаю тебя от всех трех предметов, Айрин с факультета Стихии Воды. По первым двум поставлю тебе «отлично». За демонический больше «удовлетворительно» не могу. Но этого будет достаточно.

— Спасибо, — я широко улыбнулась, на какое-то мгновение забывая, что разговариваю с не совсем живым собеседником. — Огромное вам спасибо.

— Не за что, дитя. Не за что.

Я выскочила за дверь, не забыв попрощаться, и только тогда поняла насколько бешено стучит сердце, ломая ребра изнутри.

Теневая, я тут всего несколько дней, а уже столько всего произошло. Подари мне сил и уверенности в них. Это мне уж ой как пригодится.

Послав эту короткую, но емкую мысль богине, в которую верили в Ордене, я взяла курс на комнаты. После сегодняшних происшествий хотелось отодвинуть все планы подальше, понежится в горячей ванне, а затем, закутавшись в пуховое полотенце, забраться с ногами на кровать и погрузиться в чтение какой-нибудь интересной книжки.

Уже предвкушая все это, я приближалась к двери, которую защищал самый вредный хранитель в жилом корпусе, когда в мои мечты вторгся образ соседки. Наверное, Джамас уже рассказал ей о том, что произошло и теперь меня ждет душераздирающая беседа о том, как нехорошо обижать чужих братьев.

Толкнув дверь, я встретилась взглядом с Фризой, которая все также сидела на диване и листала какую-то книжку. Честно говоря, я уже была готова вступить в словесную перепалку, но соседка лишь приветственно мне кивнула и вернулась к чтению.

Тихо выдохнув, я направилась в сторону купальни.

Неужели, он ей ничего не сказал? Или просто не успел?

— 12 —

До библиотеки в свободные от учебы дни я так и не дошла. Пришлось побегать за преподавателем геральдики, умоляя его избавить меня от скучного и ненужного предмета. Но, кроме презрительных взглядов и тихого фырканья, ничего получить не удалось.

На что я надеялась со своими знаниями гербов, родов и их историй? Вернее, с их полным незнанием? Даже не знаю. Возможно, на то, что заносчивый преподаватель, годящийся мне в прапрадеды, смилостивится, и поставит хотя бы «удовлетворительно». Почему-то в эти моменты я с теплотой вспоминала о жутком подвальном призраке, говорящем на нескольких языках. Почему-то именно он отнесся ко мне по-человечески, хотя никогда и не был человеком.

Если я правильно поняла, то это был дух демона. Что весьма и весьма необычно. Но не стоит на этом зацикливаться.

А сегодня наступил первый день учебы. Все аристократы уже приехали, все простолюдины поступили, а все преподаватели приготовились к очередному году обучений.

Почему-то не шли из головы слова Фенрира о том, что большинство высокородных не умеют управлять даром. Да что там — Стихией не признаны. И это настораживало. Как тогда Академия Галэйн умудрялась быть одной из лучших? Выпускать стольких важных и сильных магов?

Или за отведенные четыре года с неумехами тут сотворяли настоящие чудеса?

Пожалуй, пока сама не увижу — не поверю.

И вот сейчас, ранним утром в первый учебный день, я сидела на краю кровати, борясь с ленью, которая проснулась совсем не вовремя.

Пересилив себя, оттолкнулась руками от жесткого матраса и выпрямилась. Первым занятием на сегодня была физическая подготовка.

Бросив взгляд на хмурое пасмурное небо за окном, я вздохнула и вытащила из платяного шкафа то, что тут считалось спортивной формой. Да, пожалуй, я бы не отказалась от «второй кожи», которую постоянно носила в мире Желюгар. Это была очень удобная и совершенно не весомая вещь, повторяющая все контуры тела. Но тут приходилось довольствоваться тем, что выдала мадам Рози.

А с ее легкой руки на мне сейчас были надеты обтягивающие черные штаны из тянущейся тонкой ткани, темно-синяя рубаха свободного кроя и мягкие кожаные тапочки на плоской подошве с несколькими шнурками, затягивающими обувь по ноге.

В принципе, неплохо.

Бесшумно открыв дверь, я вышла в гостиную и, конечно же, ни на кого не натолкнулась. Моя соседка свободное от ссор время любила тратить на сон.

Черт! Кажется, после просьбы Джамаса я стала относиться к ней еще хуже, а ведь неплохая девчонка, по сути. Со своими тараканами, но и они не так страшны.

Спустившись на первый этаж, я покинула жилое крыло и выскользнула через небольшую дверь во внутренний дворик замка. Если верить карте, то тут я смогу найти фруктовый сад, небольшой прудик и территорию, выделенную для занятий по физической подготовке.

На самом же деле я обнаружила тут лишь выложенную камнями широкую беговую дорожку, охватывающую кольцом внутренний дворик Академии, и несколько деревянных манекенов. Вот возле одного из них уже кто-то находился и с остервенением лупил по куклам мечом.

Покрутившись на месте и не найдя преподавателя, я махнула рукой и, наскоро размяв мышцы, перешла на беговую дорожку. Семь кругов для начала.

Медленно входя в темп, я вдыхала воздух носом и выдыхала его ртом. Прохладно. Физические упражнения помогают собраться с мыслями, позволяют сосредоточиться на самом главном.

А для той, у кого главным недостатком является рассеянность, это самый лучший исход.

— Айрин!

Сделав еще два шага вперед, я остановилась и повернулась. У деревянных манекенов с тренировочным мечом стоял Джамас и выжидательно на меня смотрел. Настолько выжидательно, что в первые моменты у меня промелькнула только одна мысль: «Сейчас как на дуэль вызовет за подпорченную репутацию и поминай как звали».

— Доброе утро, Джамс.

Парень дернулся, словно не ожидал услышать от меня сокращенную форму своего имени.

— Я хотел с тобой поговорить.

— Опять? — улыбка вышла непроизвольной.

Парень закинул деревянный клинок себе на плечо и шагнул вперед:

— Надеюсь, ты не рассказала Фризе о том, что произошло?

То есть они не виделись с того дня? Моя соседка избегает своего брата? Интересно.

— А что, должна была?

— Я не знаю… Просто хотел тебя попросить — не говори ей.

— Почему? — я отлынивала от пробежки, но пока не сильно из-за этого переживала.

— Не хочу, чтобы она беспокоилась.

— Так-так! В шеренгу быстро! — от входа в замок к нам спешил невысокий коренастый мужчина с рыжими волосами, собранными в тугой хвост. — За болтовню лишний круг накину!

Вслед за тем, кто оказался преподавателем, спешило два студента. Хрупкая худощавая девушка и широкоплечий смуглый парень.

М-да, не густо.

— Не говори ей. Хорошо? — рискуя заработать очередной круг, попросил Джамас.

Я коротко кивнула и поспешила выполнить приказ преподавателя.

О том, как над нами измывался мужчина, представившийся Исандом, даже вспоминать не хотелось. После всех пробежек, упражнений, спаррингов и растяжек мышцы болели так, что я мечтала на мгновение оказаться в теле волка в полнолуние. Но с другой стороны, это было как раз то, чего мне не хватало все эти восемь лет. Кто бы что ни говорил, а самостоятельно заниматься довольно лениво.

Зато сейчас тренировки обещают быть подобными тем, что были в Ордене Теневых. Это точно лишним не будет.

Именно такими мыслями я себя подбадривала после завершения занятия. Вот только действовали они до того момента пока, я не дошла до лестницы и не попыталась поднять ногу.

До комнаты добиралась долго и с до того нецензурными выражениями, что мадам Рози могла бы мною гордиться. Под удивленным взглядом Фризы, я ввалилась в гостиную и, захлопнув дверь, прижалась к ней спиной.

— Все хорошо? — девушка выгнула левую бровь. — Выглядишь паршиво.

— Спасибо, — выдохнула я, понимая, что недооценила преподавателя по физической подготовке. Ну или же переоценила себя.

Отложив в сторону очередную книжку, девушка встала с софы и подошла ко мне. Присев на корточки, она коснулась руками моих ног и что-то прошептала.

Магическое тепло медленно перетекало из ее пальцев в мое тело, усиливало кровоток, разгоняло молочную кислоту.

Я охнула от неожиданности и совсем другими глазами посмотрела на свою соседку. Пусть она и вредная, как демон, но все же сострадание в высокородной Фризе есть. И это качество может перевесить большую часть ее недостатков.

— А сейчас в купальню. Прими горячую ванну, — командным тоном распорядилась девушка.

Спорить с ней совершенно не хотелось. И напоминать о том, что помощь магией без согласия второй стороны не есть хорошо, — тоже.

Собрав себя в кучу и отмечая, что передвигаться сейчас стало значительно легче, я направилась в сторону купальни. Краем глаза заметила, как соседка без спросу прошмыгнула в мою комнату, но сил, как я уже говорила, ни на что не было.

Оказавшись в купальне, вжала в пол небольшой ярко-алый камешек, который отвечал за температуру воды, и, не дожидаясь, пока бассейн полностью наполнится, разделась и аккуратно спустилась.

Вода исходила паром, который, в свою очередь, щекотал нос. От жара раскраснелась кожа, слезились глаза. И только холодный каменный бортик, упирающийся мне под лопатки, хоть немного снижал температуру тела.

Дверь робко приоткрылась:

— Айрин, я вещи принесла. Оставлю на полках.

— Спасибо.

Запустив свежего прохладного воздуха, Фриза через секунду вновь хлопнула дверью.

Но долго отлеживаться тоже было непозволительной роскошью. Через какие-то жалкие полчаса должно начаться занятие по гидромантии, которую пропускать категорически запрещено. И не только потому, что это обязательный предмет моего факультета, но и потому что без азов я ничего не смогу.

Вода ласкала кожу, согревала. Так и хотелось прикрыть глаза и на какое-то мгновение выпасть из реальности. Вот только знала я, что закончится это, скорее всего, глубоким сном и пропуском важного занятия.

В который раз за полчаса сделав над собой усилие, я уперлась ладонями об бортик и подтянулась.

— Как себя чувствуешь? — Фриза ждала меня в гостиной с сумкой наперевес.

— Лучше. Спасибо.

— Не за что, — махнула рукой она. — Ладно я побегу, у меня сейчас пиромантия.

Недождавшись ответа и оборвав диалог на его середине, соседка хлопнула дверь. А я в который раз напомнила себе одно из главных правил Ордена Теневых.

Нельзя ни с кем сближаться.

Повторяя эту мысль про себя, я поспешила на занятие.

Потянув на себя дверную ручку нужной аудитории, которая находилась (слава Теневой!) на первом этаже учебного крыла, я замерла. У входа столпилось человек двадцать. Они смотрели куда-то в сторону и, кажется, не дышали.

— Чего стоим? — раздался недовольный женский голос из глубины помещения. — Проходим. Каждый занимает свое место. Быстро-быстро!

Легкое шевеление. Самый смелый из собравшихся сделал первый шаг, подталкивая к действиям и остальных. А я наконец смогла рассмотреть аудиторию.

Длинная, узкая, с холодным серым полом и низкими потолками. Но все неудобства меркли на фоне больших прямоугольных аквариумов, которые тянулись вдоль стен. Возле каждого стоял стул с высокой спинкой.

А за прозрачными стенками творилось что-то невероятное.

Огромные яркие рыбы переплывали из одного аквариума в другой, беспрепятственно преодолевая барьеры из стекла. Покачивали листиками длинные водоросли, кремовые кораллы росли прямо на глазах, открывались огромные ребристые ракушки и показывали всем собравшимся большие блестящие жемчужины. В одном из «вольеров» я заметила развалины замка. Вода вымыла породу, создав множество мелких дырочек, из которых то и дело вырывались небольшие воздушные пузыри.

— Рассаживайтесь, — устало вздохнула невысокая пухленькая женщина с короткими светлыми волосами. — Меня зовут Лаура Дил. На наших занятиях можете называть меня по имени, подставляя традиционное обращения к преподавателям.

— Это какое? — сморщила носик сидящая от меня по правую сторону блондинка. Судя по тому как она держалась — высокородная. — Мастер?

— Верно. Но думаю, что сегодня вопросов у вас ко мне не будет. Потому давайте приступим к нашему занятию.

Я повернулась лицом к доставшемуся аквариуму, в котором резвилась стайка небольших пестрых рыбок, и настроилось на длинную лекцию.

— Как всем вам известно, вода есть почти во всем, что нас окружает. Будь то земля или воздух. В этом преимущество нашей силы и в том же слабость.

— А слабость-то почему? — дернулась все так же блондинка.

— Представьтесь, пожалуйста, перед тем как задавать вопросы и перебивать меня, — замерла за ее спиной мастер Лаура.

— Живилия Роношель, — бросила через плечо студентка, не сильно заботясь о том, чтобы оторвать свою пятую точку от стула и продемонстрировать этим свое уважение.

— Так вот, студентка Живилия, скажите нам, насколько далеко вы продвинулись по ступеням Магии?

— Сейчас на первой, — с такой гордостью отозвалась девушка, будто бы достигла звания Архимага, подчинив и объединив все четыре стихии.

— Поглощать энергию умеете?

— Нет, конечно! — теперь девушка обернулась и смерила преподавателя удивленным взглядом. — Зачем, если можно купить несколько артефактов?

На ее шее блестела небольшая белая бусинка. Тонкий темный шнурок перетягивал шею студентки, словно удавка.

— Изымаю, — шевельнула пальцами мастер Лаура. — Сегодня же сдайте мне или госпоже Местед все «перерабатывающие» артефакты. Если завтра у кого-то будет обнаружен хотя бы один даже самый слабый — его исключат.

— Вы не имеете права! — Живилия попыталась поймать сорвавшееся с шеи украшение. — Я нажалуюсь отцу!

— Жалуйся, — пожала плечами педагог. — Но тогда можешь забыть об образовании мага.

Через несколько минут на преподавательском столе, что стоял у двери, появилась блестящая куча из ожерелий, колец, сережек и браслетов. А студенты выглядели настолько хмуро, что их эмоций хватило бы на дополнительную осень в мире Эврар.

А, может быть, даже и не на одну.

— Теперь продолжим, — с каким-то неявным удовлетворением в голосе проговорила мастер Лаура. — Поднимите руку те, кто могут извлекать энергию из воды через прикосновение?

Я задумалась всего не мгновение. Если я могу извлекать энергию, оставляя между кожей и влагой небольшое расстояние, это можно считать прикосновением? Не найдя ответа на вопрос, я подняла руку и осмотрелась.

Из двадцати трех человек мой жест повторили пятеро.

Негусто.

— Тогда заданием для вас сегодня будет научиться делать это без касаний. К стеклу можете прикладываться, только по неопытности не поглотите энергию из него. Потом голова болеть будет, — добавила женщина. — А остальным сегодня придется научится извлекать энергию из Стихии, что их приняла. Чаши с водой можете взять на том столе. Вам пока рано работать с аквариумами.

Дружный стон прокатился по помещению, отражая эмоции всех тех, кто привык пользоваться переработанной энергией. И я их в чем-то даже понимала.

Когда только Сестра Рилин начала мое обучение, она делилась со мной энергией для того, чтобы я поняла каково это — чувствовать магические нити, плести из них заклинания с помощью формул, слов и жестов.

Настоятельница дала мне глоток свободы для того, чтобы потом отобрать. Я могла вновь стать такой же, но в этот раз без посторонней помощи. И у меня получилось. Пусть не сразу, но я заслужила похвалы настоятельницы, когда впервые самостоятельно поглотила Силу, окунув руки в ведро с водой.

Но воспоминания отбирают время, которое течет сейчас. Это непозволительная роскошь. Занятие по гидромантии началось уже давно, а значит, если я хочу успеть на обед перед занятием по телепатии, то нужно поспешить.

Приложив ладони к холодному гладкому стеклу, я всмотрелась в подводные течения, которые шевелили широкими темно-бордовыми листьями глубоководного растения.

Как и всегда, я мысленно обратилась к Стихии, попросила наделить меня Силой, поделиться энергией и признать частью себя.

Но в этот раз что-то было не так. Вода отзывалась, но как-то слабо. Словно ее что-то сдерживало. Глушило.

— Пришло время для ответа на вопрос студентки Роношель, — преподаватель остановилась у меня за спиной и, кажется, улыбалась. — Да, воду можно извлечь из других стихий, но сделать это сложнее. А тем, кто не смог приручить себе Силу, а лишь научился извлекать из нее энергию — сложнее вдвойне.

Студенты оторвались от аквариумов и чаш, повернулись к мастеру Лауре, а та продолжила пояснять.

— Сейчас вы пытаетесь получить энергию из своей Стихии. Те, кто до сего момента ничего без артефактов не умел, видят только сложность в том, чтобы найти с Водой общий язык. Остальные же столкнулись с другой проблемой. «Грязная» Стихия Земли блокирует возможность почерпнуть Силу. А теперь представьте насколько сильно будет сопротивляться «чистая» Стихия, когда вы попытаетесь проигнорировать ее и извлечь энергию из той, что находится в меньших пропорциях.

Лаура говорила о том, насколько важно правильно оценивать силы, увеличить внутренний резерв и наполнять его правильной энергией. Уметь ее там удерживать без вреда для тела.

Всему этому она обещала нас обучить, и студенты слушали ее с таким благоговением, что я начинала понимать, как именно из таких бестолочей вырастают сильные и способные колдуны.

— Не хитростью, — шепнула мне чародейка, завершая небольшую речь и наклоняясь к аквариуму. — А силой. Земля любит силу. Запомни это.

Я встретилась со светлыми голубыми глазами и коротко кивнула.

Сила никогда не была моим основным оружием. Видимо, пора что-то в этой жизни менять.

Обратившись к Воде, я вновь натолкнулась на преграду. Но в этот раз не пыталась обойти ее или отыскать брешь. Я нанесла удар. Один. За ним еще один.

На лбу выступили бисеринки пота, руки дрожали, я тратила энергию тела на доступ к Силе. Еще немного и я не смогу и головы поднять. Но если я не выполню первое задание, то о чем может идти речь? Как я смогу обуздать Стихию, если сдамся в самом начале?

Очередное обращение к Стихии.

На удары уже нет сил.

И Вода отзывается.

Тонким легким прикосновением, мягким потом хлынула энергия, охватывая в объятие мое тело, пополняя затраченное на пробивание бреши и наполняя до краев внутренний резерв.

— Хорошо, — мастер Лаура, расхаживающая до этого вдаль аквариумов, вновь остановилась за моей спиной. — Как себя чувствуете? Зелье восстановления нужно?

Я прислушалась к своим ощущениям и мотнула головой:

— Нет. Спасибо.

— Как ваше имя?

Поднявшись со стула, я повернулась лицом к чародейке:

— Айрин.

— Вы можете быть свободны, студентка Айрин, — улыбнулась мне мастер Лаура. — Прочитайте пятый параграф книги, написанной Голугдом Була, и будьте готовы на следующем занятии продемонстрировать студентам свои успехи. Они у вас, определенно, есть.

Пообещав сделать все, что от меня требуется, покинула аудиторию. Слова Фенрира о том, чтобы я не сильно демонстрировала свои умения, в очередной раз всплыли в памяти, но я от них отмахнулась. Ведь если я не буду стараться, то ничего не выйдет.

Да и, вообще, кто этот парень? Простой студент! Кто он такой чтобы указывать мне что стоит делать, а что нет?

В стенах Галэйна угрозы для меня быть не может. Сокурсники? Они даже магией толком не владеют, какая от них может исходить угроза? А ящерки сюда не проберутся, я в этом уверена. Все же они теперь конкуренты с Тройкой Архимагов. И последние проследят чтобы люди из Культа Дракона не пересекли границу их территории.

До следующей аудитории я добралась через пятнадцать минут. Все это время мысленно благодарила Фризу за то, что в купальню она мне принесла черную юбку в крупную складочку и легкую синюю блузу. Если бы она притащила штаны, то я бы умерла от жары, бегая по коридорам и лестницам замка.

На удивление, к началу занятия я не опоздала, хотя за длинными столами уже сидело несколько человек, желающих обуздать дар телепатии.

Я заняла одно из мест в последнем ряду, выгрузила из сумки письменные принадлежности и блокнот в плотной светло-сиреневой обложке, положила на него руки и приготовилась ожидать.

На самом деле не мешало бы обсудить с преподавателем вопрос о ментальных каналах до начала занятия. Но я понятия не имела как выглядит учитель, где его или ее искать и как начинать разговор. Все же человек может настолько любить свой предмет, что на вопрос о том, как можно обучиться всего одному ритуалу из всего курса, пошлет в такой мир, из которого я выхода и с «Шагом Блуждающей» не отыщу.

Когда дверь отворилась, пропуская внутрь высокую сероволосую женщину в узком бесцветном платье, за столами сидело не больше двенадцати студентов.

Интересно, а что выбрали для изучения все остальные? Травознавство и любовную магию?

Признаюсь, лекцию, которую читала эта женщина, я не слушала. Да что там — я даже не запомнила, как зовут преподавателя, хотя представлялась она раза два точно. Мои мысли то и дело расползались в стороны, освещали то одну, то другую мысль. А я не могла побороть свою рассеянность и вслушаться в унылый бубнеж преподавателя.

С надеждой, что на мой вопрос ответ все же несколько минут назад не прозвучал, я подошла к чародейке после окончания занятия.

Студенты медленно выползали из аудитории. Кто-то молча, кто-то листая лекции и хмурясь, а кто-то с улыбкой надежды. У них, наверное, это была последняя пара на сегодня.

Я остановилась перед столом, за которым сидела преподаватель и, тихонько откашлявшись, проговорила:

— Прошу прощения, я бы хотела у вас кое-что спросить.

— Да, конечно, — женщина повернулась ко мне. — Представьтесь, пожалуйста.

— Студентка Айрин. Факультет Стихии Воды.

Последнее можно было бы и не говорить, ведь цвет формы выдавал эту информацию задолго до того, как я открывала рот и произносила ее. Но одно имя звучало как-то голо, неприятно. Даже на Земле у меня была выдуманная фамилия, а тут приходилось играть роль простолюдинки.

— Чем могу вам помочь? — колдунья приподняла тонкие еле заметные брови.

— Насколько я поняла из вашей занимательной лекции, — широкая улыбка должна была притупить бдительность собеседника, — то, если буду прилежно заниматься, то смогу выстраивать ментальные каналы на большие расстояния. Вот только, кажется, я настолько погрузилась в мечты, что совершенно прослушала — как скоро по программе мы будем это проходить?

— На третьем курсе, — скучающим голосом отозвалась преподаватель и вернулась к заполнению какой-то тетрадки.

— А можно получить по вашему разрешению какую-нибудь литературу на эту тему?

— Нет.

— Просто… Нет? Почему?

Кажется, день как не задался с самого начала, так и продолжал плыть по накатанной куда-то вниз, утаптывая мое настроение в густую липкую грязь.

— Потому что по программе построение ментальных каналов на третьем курсе, студентка Айрин, — скучающим голосом отозвалась преподаватель.

— Но…

— На третьем курсе.

— Спасибо, — процедила я сквозь зубы и, плотно сжав челюсти, чтобы не ляпнуть чего-то лишнего, вышла в светлый овальный коридор.

Надо взять себя в руки. Эмоции — это удел Фризы, мне же надо сохранять холодный рассудок, чтобы не совершить непоправимую ошибку. Остался еще один шанс — библиотека.

Хранитель знаний не последний козел, как я могла уже в этом убедиться, ко всему прочему, он намекнул на то, что поможет с поиском нужной книги, если я помогу ему преподать урок заносчивому Фенриру. По идее, если надавить на нужные рычаги, все может сработать.

Разрабатывая план и подумывая о том, к кому я могла бы обратиться за помощью с получением дополнительной литературы, направилась к жилому крылу.

А что если к тому приведению? Или оно вряд ли сможет выдать мне письменное разрешение для библиотеки? С преподавателем по гидромантии я пока не так сблизилась, чтобы просить ее об одолжениях, но если хорошо подготовлюсь к следующему занятию, то все можно будет сделать.

Пока не представляешь, что ты в тупике, стены могут иметь брешь.

Толкнула дверь в гостиную я с мыслью о том, что надо бы поскорее закончить этот унылый и невезучий день. Если сейчас принять душ и лечь в кровать с книгой по гидромантии, то может быть и будет толк.

— Мы опаздываем! — Фриза выскочила из своей комнаты, расчесывая длинные светлые локоны на ходу.

— Опаздываем?

— Да. У нас изменение в расписании. Через пятнадцать минут занятие по придворному этикету.

Вместо ответа, я тихо застонала, а еще не пришедшие в норму мышцы отозвались тупой болью.

— 13 —

Сжимая в руках посох, я шла на занятие по освоению магического оружия. Сегодня утром, когда нужно было решить, нести его на плече или в руках, я выбрала второй вариант.

Ведь гладкое теплое дерево приятно касалось кожи, наполненная энергией сфера меж голов двух драконов переливалась синевой, а темное лезвие поблескивало в свете настенных ламп и факелов.

Встреча с преподавателем была назначена на третьем этаже учебного крыла.

За четыре дня горячих ванн и утренних пробежек мои мышцы перестали болеть и пришли в норму. И теперь лестницы не внушали мне такого ужаса, как после первого занятия по физической подготовке.

Взлетев по ступеням, я оказалась в широком светлом коридоре. По левую сторону тянулись двустворчатые двери, коих я насчитала восемь, по правую — прозрачные тонкие окна в пол, через которые просачивался свет яркого, но уже холодного солнца.

Не заметив никого из студентов или преподавателей в коридоре, прошла к нужной двери и толкнула одну из створок. Она тихо отворилась, пропуская меня внутрь просторного зала, истыканного колоннами.

Такие же окна, как и в коридоре, белые квадратные плитки, устилающие и пол, и потолок, а с рельефных колонн кое-где свисают кружева паутин.

— Проходите, — раздалось за спиной. — Не стойте на пороге.

Юркнув внутрь, я обернулась и встретилась с насмешливыми темными глазами. Передо мной стоял высокий подтянутый мужчина со смуглой кожей. С первого взгляда я могла бы сказать, что ему не больше сорока, но глубокие морщины в уголках глаз и седые пряди, пробивавшие себе путь среди густых каштановых волос, накидывали еще лет пятнадцать.

— Доброе утро. Мое имя Айрин, я с факультета Стихии Воды.

— Очень приятно, — преподаватель кивнул. — Ранняя вы пташка, Айрин. Я думал, что опять придется все занятие дремать на матах, а вы решили развеять мою скуку. Барри Кобейр. Можно просто по имени без всяких приставок. Если вы записались на защитную и боевую магию, то мы встретимся и там.

— Тут так скучно, что взяли два предмета? — усмехнулась я, поддерживая беседу с болтливым колдуном.

— Именно, — он ткнул в мою сторону пальцем. — У меня тут с магическим оружием если человек тридцать на весь Галэйн есть, то хорошо. Но пока никто из них в такую рань ко мне не приходил.

— Все бывает в первый раз, — произнесла я фразу, которую часто повторяла моя знакомая из универа на Земле. Как же ее звали? Кажется, Марина. — А почему тогда не перенести пару на другое время?

Барри хохотнул:

— Увы, об этом нужно было думать раньше, а я пекся только об удобном времени на основной предмет.

Я пожала плечами, а колдун кивнул на мой посох:

— Хорош. Давно с ним?

— Нет. Потому и решила походить на ваши занятия. Это мое первое магическое оружие и пока я сносно могу только энергию им накапливать.

— Не хорохоришься. Уже хорошо, — колдун перестал мне «выкать», а у меня появилось чувство, что я заслужила его доверие. — Можно?

Мужчина протянул руку к моему посоху. Я задумалась всего на мгновение, а потом почувствовала легкое тепло, исходящее от рукояти — одобрение.

— Да.

Барри принял оружие из моих рук с каким-то почтением, словно я делала ему одолжение. Крутанув его вокруг кисти, перевернул клинком вверх, потом с помощью такого же движения вернул все на место.

Синяя сфера засияла, заискрилась, а в следующее мгновение из нее выстрелила яркая ветвистая молния. С треском преодолев расстояние, она врезалась в одну из колонн, выбивая мелкое крошево.

Секунда. И уже ничего не напоминает о том, что магией был отколот кусок мрамора.

— Помещение зачаровано, — пояснил преподаватель на мой удивленный взгляд. — Ты ничего не сможешь тут сломать, сколько бы ни старалась.

— Звучит неплохо.

— А у тебя очень хороший посох. Давно таких не видел, обычно приходят с какими-то швабрами и гордо именуют их оружием, — похвалил Барри.

Я получила свое сокровище обратно и улыбнулась. Названый брат не мог подарить мне плохого защитника.

— Ну что, приступим? — в руках преподавателя появилась толстая изогнутая трость из темно-коричневого дерева. Книзу она сужалась, а наверху завершалась огромным набалдашником, выполненным в форме нескольких, тянущихся друг к другу, корней.

Отойдя от двери и обосновавшись между двух колонн, Барри показал несколько стандартных движений с посохом, а потом попросил повторить.

Я крутанулась вокруг своей оси, закрутив оружие перед собой мельницей. Синяя сфера, чувствуя мои намерения, засияла, выплюнула несколько искр. Замерев, я завела правую руку за спину, впилась пальцами в рукоять, а затем повернулась на пятках, чтобы упереть навершие в грудь невидимому противнику.

— Хорошо двигаешься, — колдун наблюдал за мной, привалившись к колонне. — Как у тебя с боевыми и защитными заклинаниями?

— Арсенал небольшой, но кое-что могу.

— Покажи.

Выставив перед собой посох и слегка наклонив его вперед, я послала сигнал оружию, а сама прошептала:

— Саджитта.

Всего мгновение потребовалось боевой стреле из чистой энергии на формирование. А потом она сорвалась с мигнувшего навершия и с треском влетела в колонну, выбивая из нее несколько огромных кусков.

— Неправильно, — покачал головой колдун. — Кто тебя учил этому заклинанию?

— Кое-кто, — расплывчато отозвалась я.

Ну не говорить же в самом деле, что с Сестрой Рилин до боевых заклинаний я не дошла, потому что настоятельница считала меня не готовой к этому разделу. И потому я по ночам пробиралась в библиотеку, взламывала заколкой замок в запретную секцию и в свете луны изучала защитную и боевую магию.

— Он неправильно тебя обучил, — покачал головой Барри. — Ты колдуешь боевые проклятия так же, как наколдовала бы, скажем, иллюзию золотого блеска в сережках-подделках. В такого типа заклинания у тебя должны быть вложены эмоции. Чем сильнее эмоция, тем разрушительное заклинание. Даже если оно первой ступени. Смотри. — Он вскинул свой посох, выпрямил руку, сделал оружие ее продолжением и со злостью прошипел. — Саджитта!

Меж переплетённых темно-коричневых корней зародилась яркая точка, превратилась в тонкую острую стрелу и сорвалась, метя точно в цель.

Громыхнуло так, что мне на секунду показалось будто я оглохла. От взлетевшей вверх мраморной крошки защипало в носу, заслезились глаза. А когда она опала, я с удивлением отметила огромную дыру на месте толстой колонны. Сверху и снизу торчали ее остатки, словно сталактиты и сталагмиты. А потом заработало восстанавливающее заклинание, и колонна медленно, как живая, начала заделывать дыру, тянуться верхней частью к нижней.

— А я всего лишь вспомнил случай, когда мне наступил на ногу один из студентов.

— Впечатляет.

— Не бойся пользоваться эмоциями, Айрин. Они зачастую и есть та самая сила, которая помогает перейти магам с одной ступени на другую. Но мы отвлеклись от нашего занятия. О заклинаниях поговорим через два дня, я прав?

Возобновив в памяти расписание, я кивнула.

— Хорошо. Теперь что тебе стоит знать о своем оружии, — мужчина вновь протянул руку, а я подала ему свой посох. — Ты не должна наполнять его до краев энергией при каждой зарядке. Недодавай ему вначале каплю силы, потом две, затем три. И ты сама заметишь, как увеличивается резерв, как ты сама начинаешь потреблять меньше Силы на заклинания. Первое время будет сложно, магическое оружие живое, оно оживает рядом с хозяином. Первое время твой посох будет возмущаться, не сразу отзываться на приказы, но это пройдет.

— Посадить на диету, — проговорила я, поглядывая на блестящую в лучах солнца сферу. — Поняла.

— Тогда на этом можем наше занятие завершать, — усмехнулся Барри. — К следующей встрече сделай как я сказал — не напитывай его полностью. Вот увидишь, результат не заставит себя долго ждать.

Забирая у колдуна свое оружие, я кивнула в знак того, что все поняла. А потом спохватилась, понимая, что упускать такой шанс крайне глупо:

— Я кое о чем спросить хотела. Мы тут с одним преподавателем недопоняли друг друга немного, и я осталась без письменного разрешения для получения некоторых книг в библиотеке. Скажите, а не могли бы вы за этого преподавателя разрешение мне черкануть.

— Сожалею, — мужчина пожал плечами. — Я могу выписать тебе литературу по магическому оружию, боевой и защитной магии. К остальному не имею доступа.

Я вздохнула:

— Спасибо за разъяснения.

— Не за что, Айрин.

Аудиторию я покинула первой.

Сейчас наступило время в очередной раз заглянуть в библиотеку, в которую я хожу, наверное, чаще, чем к себе в комнату. И каждый раз у Томарта появляется новая отговорка, чтобы не разговаривать со мной.

То пришла свежая партия книг, которые нужно срочно перебрать. То Первый Архимаг вызвал хранителя знаний к себе и у того совершенно нет времени на то, чтобы выслушать какую-то первокурсницу. А вчера библиотекарь и вовсе не появился на посту. Библиотека была открыта, но место за стойкой пустовало.

Тогда-то я и попыталась отыскать нужный учебник сама. Вот только вор в моем лице полностью провалился с заданием.

Знай я хотя бы названия или внешний вид книги, все могло бы быть не так плачевно, но у меня было только желание и цель. А этого было очень мало, чтобы добраться до нужных знаний.

Приближаясь к жилому крылу, я мысленно перебирала оставшиеся предлоги, по которым Томарт может спокойно повесить прямо перед моим носом табличку «закрыто».

В коридоре «Ниш» было как всегда просторно и светло. Двери библиотеки оказались открыты.

Удивительно.

Натянув самую обворожительную улыбку, на которую я была способна, переступила через порожек, обвела взглядом обширные владения книг и наткнулась на их хранителя. Томарт сидел за стойкой и что-то усердно записывал в свиток.

— Здравствуйте!

— Добрый день, — не отрываясь от записей, бросил мужчина. — Чем могу помочь?

— А мне бы книгу одну получить. Название не вспомню, но вы обещали мне помочь ее отыскать в том случае, если я помогу проучить одного наглого студентика.

Томарт медленно поднял голову, встретился со мной взглядом и поджал губы.

— Неужели не помните меня? — наигранно удивилась я, понимая, что последний шанс вот-вот ускользнет из рук.

— Помню, — каким-то странным тоном отозвался Томарт. — Но разве я вам что-то обещал, студентка Айрин?

— Конечно, — я выпучила глаза. — Обещали помочь отыскать книжку.

— Это входит в мои обязанности, потому не вижу смысла в таких обещаниях. Давайте разрешение от преподавателя и…

— Понима-а-аете, в том-то и дело, что разрешение я потеряла. А преподаватель очень серьезный и я боюсь подходить к ней еще раз.

— Без разрешения ничем помочь не могу, — пожал плечами колдун.

— Ну, господин Томарт, пожалуйста.

Да, я унижалась. Но у меня выскальзывал из рук последний шанс в ближайшее время обучиться построениям ментальных каналов. Было яснее ясного, что с дисциплиной в Галэйне все хорошо, и никто из преподавателей просто так мне не поможет. О студентах я и вовсе молчу. А сама я не справлюсь.

— Простите, госпожа Айрин, — библиотекарь пожал плечами, — но я ничем не могу вам помочь.

— Но вы ведь…, — «обещали».

— И я ничего вам не обещал, — хищно улыбнулся колдун. — Возвращайтесь, как отыщите потерянное разрешение или получите новое. Желаю с этим удачи.

— Спасибо, — прошипела я сквозь зубы.

Окинув библиотеку последним взглядом, я вышла из помещения. Возможно, я потрачу не одну ночь на то, чтобы перебрать все книги, но пожертвую своим сном и буду пробираться сюда после каждого захода солнца, пока не найду то, что мне нужно.

Размышляя над тем, с чего стоило бы начать поиски в библиотеке, которая была поистине огромна, я добралась до комнаты. Посох время от времени посылал мне успокаивающие вибрации, не знал еще, что злая хозяйка вознамерилась посадить его на диету.

В гостиной, на удивление, было пусто. Обычно каждый раз, когда я возвращалась с утренних занятий, Фриза перебиралась из уютной большой спальни на узкую софу и зачитывалась очередной книгой.

Я даже как-то раз уточнила у нее, откуда столько учебников. На что соседка с улыбкой ответила, что на занятиях по любовной магии заставляют читать амурные романы и истории. Якобы таким образом студенты научатся понимать психологию людей, их чувства в той или иной ситуации и то, как воздействует на человека такое сильное чувство — любовь.

Но сегодня она не погружалась в очередную сказку, где все жили долго и счастливо. Поймав себя на странной мысли, я тихо фыркнула и свернула к себе в комнату.

Поставив посох в угол, захватила со стола лист с расписанием и беззаботно упала на заправленную кровать.

— Студентка Айрин, — с укоризной в голосе проговорил Хранитель тридцать шестой комнаты. — Неужели вам не известно, что нельзя в одежде ложиться на заправленную кровать.

Я закатила глаза, но духа это не смутило.

— Айрин, да встань же ты с кровати! — не выдержала его тонкая душевная организация, когда я пропустила мимо ушей реплики три или четыре. — Смотри, какой удобный стул у тебя тут для этих целей есть!

Обсуждаемый предмет скрипнул ножками и отъехал в сторону, будто приглашая опуститься на него. Что-то похожее мы проходили на последнем занятии по придворному этикету. Тогда парней заставляли двигать стулья, а девушек грациозно на них опускаться.

В общем, будь моя воля, я бы там больше не появилась. Но обязательные предметы такие обязательные.

От ужасной расправы за нарушение негласных правил меня спас стук.

— Входи!

Фриза аккуратно приоткрыла дверь и, ступив на порожек, отыскала меня взглядом:

— Хотела напомнить, что скоро занятие по бальным танцам.

Я повернула голову к соседке, которая за последние несколько дней сильно изменилась. Нет, она все так же реагировала на подколы и время от времени рычала. Но при обращении ко мне старалась говорить тише и спокойнее, словно стоял за ее спиной Джамас и уже размахивался для очередного подзатыльника.

Сверившись с расписанием и тихо вздохнув, я встала с кровати, чем заслужила одобрительное похмыкивание Хранителя тридцать шестой комнаты.

— А тебя разве не освободили?

— Освободили, — Фриза пожала плечами, — но я уже жалею. Все же со временем все движения забываются, надо было походить ради тренировок.

— Не забываются, — я качнула головой, думая о том, что помню абсолютно все приемы, которым меня обучили в Ордене. — Когда потребуется, ты все вспомнишь.

— Переоденься в платье, — с привычной резкостью в голосе бросила она, а потом уже мягче добавила: — И обувь поудобнее выбери. А то несладко придется.

Раздав то ли советы, то ли указания, Фриза отступила на шаг и прикрыла дверь.

Еще раз вздохнув, я сменила брюки на платье, окинула взглядом слегка скользящие по полу туфли и направилась на очередное занятие, знания с которого мне вряд ли когда пригодятся в жизни.

Обучение бальным танцам проходило в соседней аудитории от той, где я сегодня крушила колонны под чутким руководством Барри. Насколько я поняла, весь третий этаж учебного корпуса был выделен на большие аудитории для практических занятий.

Я замерла всего на мгновение перед тем, как толкнуть дверь и сделать шаг внутрь.

Помещение и впрямь было большим и пустынным. Но в отличие от того, в котором я занималась сегодня утром, тут колонны шли строго по периметру, освобождая центр комнаты. Высокие разделенные на секции окна обрамляли тяжелые золотистые шторы, пол устилала все та же светлая большая плитка, а студенты, собравшиеся тут, стояли вдоль стен и тихо что-то обсуждали.

Я юркнула внутрь за секунду до того, как в центр помещения вышла высокая стройная женщина в длинном светло-сиреневом платье. Поправив светлые собранные в причудливую прическу волосы, она широко улыбнулась и проговорила:

— Приятно познакомиться, мои дорогие новые студенты. Зовут меня мадам Влиса, и я обучу вас тому, как нужно слышать музыку и сливаться с ней воедино. Сегодня утром я получила приказ от ректора, в котором говорилось, что в этом году нам помогут с обучением бальных танцев пожелавшие оказать милость старшекурсники.

Я бросила взгляд в сторону парней и девушек, которые держались обособленно. Даже если не знать, что они на курс или два старше, сразу видно, что они высокородные: осанка, взгляды, манера держать себя во время разговора.

Не хотела бы я быть как они.

— Прошу, разбейтесь на пары. Один старшекурсник и один первокурсник. Постарайтесь выбрать пару противоположного пола, — противно хихикнула мадам Влиса, посчитав эту шутку до безумия смешной.

Парни из старших курсов первыми двинулись к простолюдинкам, которые хоть и старались держаться достойно, были напуганы. Первокурсники, собрав волю в кулак, отправились приглашать девушек, вышедших из знати.

— Норисдан!

Я вздрогнула, услышав знакомую фамилию. Почему-то я сомневалась, что у «наглого студентика» Фенрира есть тут братья или сестры, которые горят желанием подставить простолюдинам свои ноги для обтаптывания.

— Иду, — буркнул парень, которого я сразу и не узнала.

Черный наряд сменился на белую просторную рубаху с серебряными вставками на рукавах. Темно-серые штаны поддерживал на узких бедрах белый ремень с серебристой бляхой. И только ботинки оставались черного цвета.

— Сейчас же выбери себе пару, — прошипела мадам Влиса, когда студент проходил мимо. — Или я доложу ректору, что ты отказался.

Парень закатил глаза и повернулся в мою сторону. Боковым зрением я отметила, что у стены осталась одна, остальные уже шагнули к центру помещения, разбившись на пары.

— О нет, — с усмешкой протянул Фенрир. — Я отказываюсь с ней танцевать. Уж я-то видел, как заканчивают те, кто пытался ее обнять.

— 14 —

Он усмехался настолько нагло, что я на какое-то мгновение даже забыла где нахожусь. А потом суровый голос мадам Влисы сработал как ведро ледяной воды, окатив меня с головы до пят.

— Норисдан!

— Я само внимание, — повернулся к ней парень.

— Вы ведь не хотите вылететь из Академии? — тихо, но с нажимом произнесла она, оказываясь рядом с нами. — Так вот будьте добры помогите этой первокурснице освоить несколько бальных танцев. Большего я от вас не требую.

Вздохнув, он шагнул ко мне и протянул руку:

— Надеюсь, ты пришла с пустым резервом. Не горю желанием испытывать на себе твои шоковые приемы.

Я ответила улыбкой, вкладывая свою ладонь в его и отмечая, что он выше меня на целую голову:

— Можешь не надеяться, я за себя постоять смогу и с пустым резервом.

— Даже не буду ставить это утверждение под сомнение, — хмыкнул он, увлекая за собой к центру комнаты.

Мадам Влиса что-то громко рассказывала собравшимся в зале, активно жестикулировала, вышагивала от пары к паре, показывая девушкам как нужно стоять и держаться за партнера, а парням хлопала по ладоням, которые оказывались чуть ниже положенного места.

Остановившись позади Фенрира, она громко хмыкнула:

— У тебя в руках теплая живая девушка, а не хрустальная ваза. Обними ты ее нормально, руку на талию. Ниже!

Вздохнув, парень выполнил ее требования, сокращая между нами дистанцию.

— Ваше имя?

— Айрин, — уже привычно отозвалась я, стараясь не думать о том, что совсем недавно не могла себе даже представить подобный исход.

— Айрин, — чуть мягче, чем к моему партнеру обратилась мадам Влиса, — руку на плечо. Вы должны подчиниться, позволить вести вас в танце через музыку, держаться за Фенрира. Он, думаю, знает основы и не наступит вам на ногу. А если наступит…, — сердито сверкнула глазами преподаватель.

— Не наступлю, — с усмешкой уверил Норисдан, а когда она отошла, буркнул, — а если наступлю, то ноги лишусь и без вас.

Я тихо хохотнула, а в зале заиграла музыка.

Мужская рука на талии затвердела, моя ладонь оказалась в живых тисках, а тело словно перестало слушаться. Фенрир шагнул назад, увлекая меня за собой, потом шагнул в сторону и вперед.

— Вальс? — узнала я.

— О, ты знаешь этот танец? — удивился партнер. — Тогда почему у меня такое чувство, что я танцую с тряпичной куклой.

— Потому что я его знаю, но не танцую, — огрызнулась я, стараясь попадать в музыку, и не наступить парню на ноги. — Или забыл, что я простолюдинка?

— О, такое забудешь. Но что-то с каждым днем ты мне кажется не той, за кого себя выдаешь.

— Это еще почему? — фыркнула я, не сильно придавая значения его словам. Ощущения были сейчас такими же, как при ссорах с Фризой — приятными и слегка дразнящими.

— Не разговаривают простолюдины так с высокородными. И не смотрят так.

— Так?

— Да у меня чувство, что ты мне сейчас зубами в глотку вцепишься и перегрызешь.

В ответ я лишь закатила глаза.

— Стоп, — хлопнула в ладоши преподаватель. — Стоп!

Музыка затихла, пары замерли. Фенрир дернулся в сторону, а потом резко замер, но из объятий меня не выпустил. Зато хватку ослабил, позволяя повернуться к мадам Влисе.

— Ужасно! Просто ужасно! — приложив платок ко лбу, в полной тишине проговорила женщина. — Будет сложнее, чем я думала. Три пары останьтесь в центре, остальные разойдитесь и попробуйте отрепетировать шаг.

Фенрир развернул меня и потащил к стене. Я поддерживала его решение — совершенно не было никакого желания топтаться по кругу под взглядами остальных студентов. Уж лучше сделать вид, что мы разучиваем шаги сами, а потом улизнуть, как только завершится занятие.

— Раз! Два! Три! — принялась считать мадам Влиса.

Я бросила взгляд на смельчаков, которые не побоялись остаться в центре, и порадовалась тому, что среди них нет меня.

— Раз, — шепнул Фенрир, притягивая меня к себе и делая шаг вперед.

— Что даже не попытаешься сбежать? Ты не похож на прилежного студента, — фыркнула я, чувствуя, как его рука на моей талии становится похожей на металлическую.

— А ты не похожа на дуру, — не остался в долгу Норисдан. — Потому шевелись и делай вид, что сейчас ты сильно увлечена занятием.

— Ты так говоришь, как будто в ближайшие несколько минут что-то изменится.

— Может и изменится, — он скользнул по моему лицу взглядом. — Все будет зависеть только от того, насколько из тебя хорошая актриса.

Я приподняла в немом вопросе брови, но мне никто так ничего и не ответил. Вместо разговоров, мы опять танцевали. И надо признаться, в этот раз все было лучше, чем в центре зала.

— Раз! Два! Три! — мадам Влиса продолжала измываться над тремя парами, которые вальсировали по кругу и, кажется, держались из последних сил.

Я и сама уже чувствовала, как начинает кружиться голова от однотипных движений. Но Фенрир полностью погрузился в обучение меня вальсу. Он выглядел настолько сосредоточенным, что я даже на какое-то мгновение поверила, что ему и в самом деле важно выполнить поручение преподавателя. Но этот парень явно был не из тех, кто за дополнительный балл готов расшибиться в лепешку. Или что там сказала мадам Влиса? Ему грозит исключение? Да даже из-за такой причины он вряд ли пойдет на уступки своей гордости.

Признаюсь, я с нетерпением ждала развязки всей этой ситуации.

— Хорошо! Достаточно, — мадам Влиса остановила вальсирующих в центре зала студентов. — Можете отдохнуть немного. Следующая тройка.

В этот момент мы как раз меняли направление, а я мысленно проклинала Фенрира.

— Обморок. Быстро.

Шепот был тихим и еле различимым. Но сказанное дошло до меня почти моментально.

Стараясь стереть с лица проступившую усмешку, я неловко подвернула ногу и легко сползла в руках парня на пол.

— Айрин! — его голос показался в тишине зала оглушающим. — О боги! Мадам Влиса, я отнесу ее в лазарет!

— Что произошло? — в голосе преподавателя прозвучали нотки испуга. — Демоны! Да-да, конечно, Фенрир!

Вот только за кого она больше всего сейчас переживала, понятно не было. Сомневаюсь, что за меня. Скорее всего, боялась получить выговор за то, что студенты на ее занятиях падают без сознания от изнеможения.

Сильные руки подхватили меня, подняли с холодного пола. Фенрир шел медленно, словно боялся навредить потерявшей сознание студентке. Но мы-то оба знали, что все это чистой воды спектакль.

Толкнув ногой дверь, парень вышел в коридор и направился к лестнице.

— Поставь меня, — шепотом попросила я, открывая глаза.

— Рано, — так же тихо отозвался он. — На лестнице.

Закатив глаза и мысленно обвинив Фенрира в чрезмерной осторожности, я постаралась составить список дел на сегодня. Занятия закончились, а с последнего я и вовсе сбежала, значит, можно зайти в столовую, а потом попробовать опять заглянуть в библиотеку.

На последней мысли всплыли все воспоминания о неудачах, и настроение покатилось по наклонной. И что я смогу в этот раз сказать Томарту? Что нашла разрешение, но забыла его в комнате?

— Вот теперь можно.

Меня аккуратно, как хрустальную вазу, опустили на пол. А на ехидный взгляд фыркнули:

— А то еще заклинанием в меня плюнешь. Лететь буду дальше, чем вижу.

Тихо рассмеявшись, я оправила платье и впервые за последние минут двадцать поймала себя на мысли о том, что как-то уж слишком просто выходит мое общение с этим высокородным. Общение, которое совершенно не планировалось.

— Что же, спасибо, что вытащил с занятия, — стерла я с лица улыбку. — Я что-то тебе за это должна?

Фенрир неопределенно пожал плечами, бросил взгляд назад и никого не заметив, щелкнул пальцами. Иллюзия спала, и на парне вместо цветов его факультета вновь был черный наряд.

— А тебя разве не за подобное своеволие исключить хотят? — бросила я и тут же прикусила язык.

Это меня совершенно не касается.

— Переживаешь, что больше никто не согласится вытащить тебя из лап Влисы? — хохотнул студент, затягивая темные слегка вьющиеся волосы в короткий хвост.

— Всего лишь праздное любопытство, — бросила я, стараясь на этом завершить наш разговор. — Спасибо.

— Да не за что, — Фенрир легко дернул плечами, а потом бросил взгляд в сторону аудитории. — Но отсюда все же лучше уйти поскорее, а то почувствуют и обратно утащат.

Сделав над собой усилие, я повернулась спиной к Норисдану и первая спустилась по ступеням вначале на второй, а затем и на первый этаж. Шагов за спиной не было.

До жилого корпуса я добралась минут за пятнадцать, еще пять потратила на то, чтобы взлететь по лестнице на последний этаж.

В столовой было пустынно, большинство студентов находилось на занятиях или штудировали учебники в библиотеке. Учеба началась не так давно, а уже на каждом углу шептались про исключенных, тех, кто не справился с количеством знаний.

Хотя мне казалось, что все эти слухи были распущены самими преподавателями, для того, чтобы первокурсники не расслаблялись, а начинали втягиваться в тяжелые учебные будни, постигая тайны магических наук.

Если быть откровенной, то мне тут даже нравилось. В Галэйне щедро делились знаниями. Вот только не всегда теми, которые были необходимы.

Мысли вновь прыгнули к неудачам, полностью лишая боевого духа.

Опустившись за полюбившийся мне стол, я прикрыла глаза, дожидаясь пока духи, обслуживающие столовую, материализуют передо мной то ли поздний обед, то ли ранний ужин.

Стоило только подумать об этом, как на светлой столешнице появилась неглубокая тарелка с зажаренной ножкой индейки, легкий салат и глиняный стакан с горячим ароматным напитком. Что-то мне подсказывало, что это опять чай, вот только заваренный из нового букета трав.

— Приятного аппетита, — прозвенел голос над головой.

— Спасибо.

Я потянулась за вилкой, мысленно отмечая, что, по всей видимости, это уже ужин, когда дверь в столовую распахнулась.

На фоне светлой мебели и серости осени за прозрачными стенами Фенрир казался мрачным черным пятном, привлекающим внимание. Даже мне с трудом удалось оторвать от него взгляд и уткнуться им в миску.

Да что такое?!

— Норисдан! — зычный мужской голос прокатился по пустому помещению, заставив меня вздрогнуть.

— Чего? — не слишком-то и дружелюбно отозвался мой партнер по бальным танцам.

— Падай. Разговор есть, — студент в «красных» цветах указал на соседний стул.

— Прости, друг. Но я уже обещал этот ужин одной леди.

«Друг» и «леди» из его уст прозвучали как плевки. А я уже поняла к чему все идет.

Ножки соседнего стула противно скрипнули по полу, парень сел напротив и еле различимым шёпотом попросил:

— Подыграй. Ты ведь должна мне за побег с занятия.

Я подняла голову и скептически изогнула бровь. Но на лице Фенрира играла непробиваемая ехидная усмешка, которая определенно могла быть как искренностью, так и маской.

— Когда я тебя спросила о том, должна ли что-то, ты лишь плечами пожал.

— Я был не уверен, что ты на что-то сгодишься, — признался этот наглец, — но теперь, как видишь, у меня для тебя есть жизненно важная миссия.

— Будешь должен, — проговорила я, широко улыбаясь.

— Но-но, это ты мне долг возвращаешь.

Перед ним появилась ровно такая же тарелка, как передо мной, а в воздухе вновь прозвенело пожелание приятного аппетита.

— Спасибо, — буркнул Норисдан, принимаясь за еду.

Решив, что на этом моя миссия завершена, я наколола на зубья вилки дольку темно-фиолетового овоща и отправила в рот.

— Где ты научилась магии? — оторвавшись от трапезы через несколько минут, спросил Фенрир. — Ты ведь не из богатой семьи, оплатить мастера не могла. Так как?

— Раз ты смог дойти до этой мысли сам, то может и на вопрос сам ответишь, — буркнула я, делая глоток ароматного напитка с корицей.

— Могу предположить, что с таким характером ты могла упорно сидеть над украденной у кого-то книгой, даже научилась читать из-за упрямства.

Я промолчала в ответ и уделила все внимание мясу, которое остывало на моей тарелке.

— В любом случай, Айрин, — он понизил голос, — где бы ты ни освоила Силу, не сильно это демонстрируй. Я вроде бы уже говорил.

— Говорил, — я вскинула подбородок. — Но у меня пока первая ступень — это самое начало, какими надо быть глупцами, чтобы не постичь ее, особенно если обучением занимался нанятый за золото родителей маг.

— О, ты коснулась очень интересной темы, — Фенрир усмехнулся. — Если хочешь об этом поговорить, то не здесь. Да и к тому же ты такая хмурая, что не помешало бы на свежем воздухе прогуляться. Что скажешь?

Природное любопытство взяло верх и, допив остатки чая, я кивнула.

Парень, которого проигнорировал Норисдан, оторвался от еды и следил за нами взглядом до тех пор, пока дверь не закрылась за спинами.

— Кто это был? — если уж наглеть и любопытствовать, то до конца.

А еще я кажется начала догадываться, почему мне было так легко рядом с этим парнем. То же самое я чувствовала поблизости Тэйна. Родство душ.

Спасибо, мир. Теперь ты решил подкинуть мне еще одного человека? А ничего, что мне нельзя нарушать правил Ордена Сестер Тени?

— Знакомый, — неопределенно повел плечами Фенрир. — Не обращай внимания.

Вот после таких слов внимание точно стоило обратить.

Из замка мы вышли во внутренний двор, туда, где каждое мое утро начиналось с пробежки, растяжки и нагрузки на мышцы. Сейчас на парк, расположившейся в центре, медленно опускался вечер. Птицы тихо щебетали, плескалась вода в небольшом пруду. Но никого из студентов тут не было.

Все же мало кому хочется покидать теплые стены замка и выходить под плети промозглого осеннего ветра.

Насколько я помнила, на Эвраре осени как таковой нет. Одно название. Буквально несколько холодных дней, а потом снег. Но сейчас мы находились на юге Третьего Материка, тут осень решила продержаться дольше.

— Присядем? — Фенрир указал на деревянную скамейку в окружении колючих кустов. В метре от нее исходил холодом пруд.

Я опустилась на твердое сидение и сделала вид, что сейчас меня совершенно ничего не интересует.

— Ты спросила почему студенты не способны творить магию, — мягко начал он, сев рядом и раскинув руки на спинке скамейки. — Все дело в том, что родители боятся и не обучают своих детей даже азам.

— Политика? — полувопрос-полуответ сорвался с моих губ.

— Именно. Эти студенты имеют братьев и сестер. Если только один из них окажется способнее в магических науках, остальные постараются его устранить как можно быстрее. Потому главы семейств и родов действуют по другой схеме — они приводят в дом мага и говорят, что он будет обучать сыновей и дочерей наукам. А сам чародей проводит ритуал, выявляя, кто из подрастающего поколения будет способнее в колдовстве. Именно его отправляют в Галэйн, а уже через день после этого провозглашают будущей главой рода. До сюда не доберутся наемники и убийцы, а через четыре года они новому главе семейства страшны не будут.

— Лучшая Академия Трех Материков на самом деле школа азов для начинающих магов. Как интересно.

— Только поначалу, — усмехнулся Фенрир. — Под конец обучения из этих недоучек вырастут чуть ли не Архимаги, если, конечно, захотят того.

— И всего за четыре года?

— Ты пробыла тут около десяти дней и до сих пор не поняла насколько хороши наши преподаватели?

В его вопросе промелькнуло что-то наподобие «а я-то тебя умной считал».

— Допустим. Но почему мне стоит скрывать то, что я уже достигла первой ступени и стою на пороге второй? Думаешь, что меня смогут прирезать тут из-за зависти?

Норисдан закатил глаза:

— Сомневаюсь, что кто-то из высокородных кинжал держать правильно умеет.

Я услышала недосказанность в его словах, но не торопила. Что-то мне подсказывало, что тема, к которой мы приблизились не понравится ни мне, ни ему.

Тишина затянулась на минуту, а потом Фенрир выдохнул и смог проговорить то, что мне не понравилось. Но это были совершенно не те слова, которые он собирался сказать с самого начала.

— Ты не похожа на человека, который привык кичиться своими достижениями, Айрин. Чем больше ты привлекаешь к себе внимание, тем больше шансов, что те, от кого ты скрываешься, найдут тебя тут.

— С чего ты взял, что я от кого-то скрываюсь? — спокойно спросила я, чувствуя, как холодеют пальцы рук.

— Почувствовал, — опять это пожимание плечами, которое начинало действовать мне на нервы.

— Тебе показалось.

С учащенным сердцебиением мне удалось справиться почти сразу, похолодевшие пальцы все еще обжигали ладони, но разжимать кулаки я не спешила. Мысли о том, что он о чем-то умолчал, уже выветрились из головы.

«Почувствовал, — билось в голове. — Почувствовал».

Магия? Но я бы ощутила, если бы кто-то попытался вторгнуться в мои мысли и воспоминания с помощью колдовства. Если только этот парень не Архимаг, то он не мог повлиять на меня ментальной магией, да еще так, чтобы я этого не почувствовала.

Неужели мир и впрямь решил объединить наши души родством? Да ну не второй же человек за несколько дней! Глупости это все! Тэйну, который и впрямь стал мне названым братом, я не могла отказать, нагрубить и сделать больно.

Тут же совершенно другие чувства. Хоть я и знала Фенрира всего несколько дней, он вызывал целый букет эмоций. Временами раздражал, временами радовал, а сейчас мне и вовсе хотелось его убить за произнесенное вслух.

По-настоящему убить.

Вдохнув и выдохнув, я взяла себя в руки, убеждая, что опасностью от третьекурсника не сквозит, а значит и переживать не о чем.

— И все же, — нарушая вечернюю тишь, заговорил Фенрир, — где ты обучилась магии?

— Украла книгу, из-за вредности научилась читать и ознакомилась с азами колдовства, — совершенно без интонации ответила я и встала. — Благодарю за занимательную беседу и освежающую прогулку, но мне пора.

— Неужели все простолюдинки такие? — бросил мне в спину парень, заставляя вздрогнуть.

— А ты эксперименты над нами ставишь? Не забудь записать результат, чтобы потом статистику посмотреть.

— Кого посмотреть? — я спиной почувствовала, как он напрягся. — Ты точно на общепринятом сейчас говорила?

Повторить такой любимый жест Фенрира — неопределенное пожимание плечами, я направилась к выходу из парка, отмечая, что уже успело стемнеть. Когда это произошло я, конечно же, не заметила.

Чертова рассеянность! Когда-нибудь я смогу побороть этот недостаток, но явно не сегодня.

— Эй, колючка! — Фенрир нагнал меня у входа в замок. — Ответишь на один вопрос?

— Ничего не обещаю, — я повернулась к парню и сложила руки на груди.

И чего он ко мне прицепился? Совсем недавно высказывался в сторону первогодок и простолюдинов не очень-то и лицеприятно, а теперь донимает разговорами и расспросами. Вроде бы даже пытается выразить заботу и о чем-то предупредить. Но зачем ему это? Какой прок?

И самое ужасное было в том, что меня это совершенно не раздражало. Мне нравилось такое общение.

Черт!

— Что такого ты хочешь получить в библиотеке без письменного разрешения преподавателя?

— А это откуда ты знаешь? — я легко улыбнулась.

Если он сейчас скажет «почувствовал», то я точно кого-то сегодня придушу.

— Видел тебя сегодня в библиотеке, когда ты с Томартом разговаривала, — улыбка стала еще шире и нахальнее. — Услышал, как ты отзываешься о наказании одного наглого студентика и заинтересовался разговором. Так что тебе там нужно?

— Хорошего вечера, — бросила я, разворачиваясь спиной к Фенриру.

— Подожди, — его рука легла мне на предплечье и легонько дернула назад.

— Ты сейчас мог спокойно остаться без конечности.

— Это я знаю. А вот ответ на вопрос все еще жду.

— Тебе-то какое дело? — я вывернулась из хватки и встретилась с ледяными серыми глазами. — Неужели у сынка высокопоставленных особо нет больше дел, как приставать с расспросами к простолюдинке?

Последнее слово я выделила интонацией, ожидая увидеть отклик эмоций на лице Норисдана. Но парень даже бровью не повел.

— А может я хочу тебе помочь? Об этом ты не подумала?

— Помочь? — Фенрир с каждым словом удивлял меня все больше и больше. — А с чего это вдруг?

— Ты говоришь слишком много, но не по делу, — хмыкнул он. — Как политический посол или шпион. Я просто хочу тебе помочь достать книгу у вредного Томарта.

Он замолчал, смотрел мне прямо в глаза и не моргал. А на небе уже расцвели белыми точками первые звезды, засиял во флере облаков тонкий месяц, запели ночные насекомые.

От резкого порыва ветра стало слишком холодно, и я понадеялась, что мадам Рози уже завезли все необходимые материалы для теплых нарядов.

— Мне нужен учебник по телепатии. Я хочу научится строить ментальные каналы, — медленно, проговорила я. — Ты получил ответ на вопрос? Теперь я могу идти?

— Можешь, — Фенрир больше не улыбался. — Через несколько дней книга будет у тебя.

Я фыркнула в ответ и юркнула в коридор.

Тепло медленно расходилось по телу, расслабляло. А я не верила этому человеку, хотя на то совершенно не было причин. Не видела поводов помогать мне. Не понимала его.

Ну да пусть! Я дам ему три дня. Если ничего не произойдет, то приступлю к своему первоначальному плану.

Я найду способ связаться с Сестрой Рилин.

— 15 —

С той вечерней беседы прошло два дня. Фенрир зашел к себе в комнату, хлопнул дверью, не желая пересекаться с соседом, и упал на кровать. Он не был против, когда парень напросился с ним в академию, все же хороший слуга, который умеет чуть больше остальных, не помешает. Но и становиться с ним друзьями Норисдан не спешил.

Отец с самого детства вложил ему в голову одну простую истину: «Сердце или Мир подскажут, кто из окружения должен быть ближе остальных».

Но никак не ожидал Фенрир, что отцовская мудрость придет в действие с простой первогодкой. Девушка, с которой они пересеклись за несколько дней до начала обучения в библиотеке, не шла у него из головы.

Словно одержимый, Фенрир несколько раз следовал за Айрин по коридорам, раз даже встал на физическую подготовку в такую рань, в которую никогда в жизни не вставал.

Вначале он думал, что это приворот. Любовная магия. Но легкий ритуал ничего не выявил. Эта девчонка не пользовалась чародейством в его сторону.

«Тогда что происходит? — думал Фенрир, закладывая руки за голову. — Если это именно тот знак от мира, то он слишком навязчив. У меня должен быть выбор! А если от сердца…»

Фыркнув, он взял в руки книгу, которую только что принес из библиотеки. Томарт долго возмущался, когда услышал, что именно ему потребовалось сверх необходимых учебников. Распинался о том, что нельзя выносить такие редкие экземпляры за границы книгохранилища, но Фенрир был непреклонен.

К сожалению, книжка, в которой просто и доступно объясняют о том, как общаться телепатически, настраивать ментальные каналы, определять местоположение нужного человека и протягивать к нему нить через телепортацию, была одна. Именно ее сейчас сжимал в руках третьекурсник и с интересом листал.

До сего момента ему не были любопытны эти аспекты магических наук. Фенрир считал, что достаточно изучить иллюзорную и боевую магии для достижения своих целей. Хотя под хмурым взглядом взрослого не по годам соседа разнообразил свое расписание артефакторикой, рунической магией и демонологией.

Но теперь же информация о ментальных каналах и построении на их основе телепортов увлекла парня. Он даже не заметил, как за окном потемнело, как опоздал на ужин. Но что там, он сейчас и голода не чувствовал.

Впервые за несколько дней он на самом деле был увлечен обучением. И несколько раз поймал себя на мысли о том, что жалеет о выборе предметов на этот год. Вполне можно было выбрать телепатию для изучения на третьем курсе, и тогда ему не потребовалось бы торговаться и спорить с Томартом, он сам смог бы все объяснить и рассказать Айрин.

Завтра утром у него по расписанию стояло занятие по рунической, но Норисдан совершенно забыл о том, что ему нужно подготовить целый свиток древних рун, которые с помощью легкого заклинания приходили в действие и позволяли менять погоду.

И пусть такое заклинание работало всего несколько мгновений, оно считалось одним из сильнейших, доступных на пятой ступени.

Фенрир вынырнул из информации, которая щедро струилась из слов и предложений, написанных в учебнике, и вновь устремился мыслями к Айрин, которая игнорировала его предупреждения и не сильно скрывала среди однокурсников тот факт, что практически достигла второй ступени своей Стихии.

А ведь он не просто так запугивал девушку, пытался найти хоть какие-то рычаги, способные донести его мысль правильно.

Он и сам пришел в Галэйн со второй ступенью и уже к началу третьего курса достиг пятой. И все это время ему докучали вызовами на запрещенные в этих стенах магические дуэли. Первое время он соглашался, рискуя всем, укладывал на лопатки противников, которые надеялись на то, что все это простые слухи и не может быть их сокурсник настолько сильным. Потом пошли вызовы от ребят старше и опытнее, но все еще ниже по ступеням. Когда и они были побеждены, на Фенрира обратил внимание Первый Архимаг, вызвал к себе в кабинет и долго доносил мысль, что нарушение правил он ни от кого не потерпит. Даже от Норисдана.

Именно тогда парню пришлось отказаться от скрашивающих свободное время дуэлей. Но и видеть, как Айрин ввязывается в эти опасные игры, ему совершенно не хотелось.

Пять дней назад он услышал об открытии очередного тотализатора. И сомнений не оставалось — именно первокурсница стала новой мишенью.

* * *

Стук в дверь отвлек меня от чтения учебника по гидромантии. Все же не только практика важна для мага, но и теория. И сейчас я в этом убеждалась все сильнее, хотя сама себе не могла ответить на один простой вопрос.

Хочу ли я быть магом?

— Входи, — крикнула я, так и не дав на него ответ.

Дверь тихо приотворилась, Фриза неуверенно заглянула и замерла на пороге.

— Я поговорить хотела, — произнесла она, делая заминки в словах.

За то время, которое мы пробыли соседками, я поняла одну простую вещь — если она ведет себя так, значит, разговор будет сложным.

Простыми были ссоры и подколы, игры на нервах и прочие развлечения, которые я позволяла себе со вспыльчивой девушкой. Но вот такой, какой была сейчас, мне она нравилась больше. Словно Фризе на какие-то минуты удавалось сдержать бушующее внутри пламя.

— Проходи, — я указала рукой на кровать, а сама повернула стул «лицом» к спальному месту.

Она тихо прикрыла за собой дверь, прошла по комнате и медленно опустилась на покрывало. Осмотрев комнату так, как будто была тут впервые, улыбнулась:

— У тебя уютно.

— Спасибо.

Я ждала, не торопила. Все же пусть ее брату я ничего не пообещала, но и Фриза сейчас вошла ко мне, не открыв дверь с ноги.

— Айрин, — она почти шепотом произнесла мое имя, на мгновение замялась, а потом продолжила: — Скажи, я и впрямь выгляжу со стороны как зазнавшаяся обнищавшая аристократка?

— Кто тебе такое сказал? — приподняла я брови, подпирая кулаками подбородок.

— Да там, — соседка неопределенно взмахнула рукой. — Так что, это правда?

— Ты и в самом деле готова выслушать правду от меня? — еще раз уточнила я, припоминая нашу последнюю стычку, случившуюся вчера.

Не поделить купальню… С кем еще такое могло произойти?

Она задумалась всего на миг, а потом утвердительно кивнула.

— Иногда, — отозвалась я, наблюдая за реакцией Фризы. — Вот сейчас нет, а вчера уж очень подходила под описание.

Соседка вздохнула, опустила голову и зарылась в волосы пальцами. Голос ее прозвучал глухо:

— Я не могу справляться с эмоциями. Они, бывает, как нахлынут, так пока не спущу пар, то…

— Эмоции говоришь, — задумалась я на секунду. — Скажи, ты в свои занятия включала боевую и защитную магии?

— Да, вроде бы, — Фриза подняла голову. — Но не была еще ни разу. Как-то не сложилось.

Я потянулась за расписанием:

— Смотри, следующая пара будет через пять дней. Предлагаю сходить вместе.

— А зачем?

— Понимаешь ли, — я широко улыбнулась, вспоминая Барри, с которым мы раз в три дня тренировали мои умения сражения с магическим оружием, — для таких заклинаний как раз таки нужен хороший запал. Чем сильнее твои эмоции, тем разрушительнее магия из раздела боевой. Вот туда-то ты и можешь сбросить свой пыл, пока сама не научишься контролировать чувства.

В светлых зеленых глазах блеснула надежда.

— А я ничего из боевого не знаю, — тут же поникла Фриза.

— Преподаватель просто душечка, — я подмигнула соседке. — Он всему тебя научит. Потому не вешай нос, а копи эмоции для занятия. Я прямо предвкушаю, как ты разнесешь аудиторию одной искрой.

Щеки девушки заалели от такой неприкрытой похвалы, она вспорхнула с кровати и закружилась:

— Спасибо, Айрин. Спасибо!

Она подлетела, ровно как ее брат, и обвила руками мою шею.

Признаюсь, мне стоило огромных усилий, чтобы не отправить в ее сторону шоковое заклинание.

— Не за что, — разжав пальцы Фризы, я кивком указала ей на дверь. — Было приятно поболтать.

Она добро рассмеялась мне в ответ и, окрыленная словами о боевой магии, выпорхнула за дверь.

Вздохнув и мысленно убедив себя в том, что лучше иметь сильного союзника, чем истеричную соседку, закинула письменные принадлежности в сумку и поспешила к выходу.

В расписании стояло занятие по обязательной геральдике. Обещало оно быть скучным, а преподаватель, с которым я уже была знакома, вредным и заносчивым.

Но выбирать не приходилось.

Бросив последний взгляд на учебник по гидромантии, я подхватила сумку и вышла из комнаты.

— Боевые заклинания в комнате студентов запрещены! — громыхнул голос откуда-то сверху, а я так и присела со страху.

— Может, ты хоть предупреждать будешь? — буркнула я, нервно поправляя волосы и пытаясь скрыть кратковременный испуг, от которого подрагивали руки и хотелось запустить шоковым заклинанием в невидимого негодяя.

— Напугал? — участливо поинтересовался Хранитель тридцать шестой. — Прости, Айрин. Тут твоя соседка устав Академии Галэйн нарушает.

Дверь, ведущая в спальню Фризы, отворилась, и что-то невидимое вытолкнуло девушку в гостиную.

— Первый и последний раз повторяю, — громыхнул с новой силой голос. — Еще одно нарушение правил, и вы у меня по струнке ходить будете! Все понятно?

— Так, может, для начала ты нам зачитаешь эти правила? — бросила Фриза, а я тихо застонала, понимая, на что она нас только что обрекла.

— О, это с удовольствием! — воскликнул Хранитель. — Присядьте.

Магия мягко подхватила под руки и перенесла к дивану. Так же бережно усадила и отхлынула.

— У меня занятие скоро начнется, — постаралась вразумить я любителя правил.

Но куда там. Голос звучал громко, разлетался по комнате. Я бы даже не сказала, что Хранитель бубнит, ведь повествовал он с интонацией и расстановкой.

— Ну спасибо, — бросила я Фризе.

— Прости, — пискнула она. — Я не думала, что он согласится.

— Будто бы не успела понять, кто нам тут вместе с жилплощадью достался, — прошипела я сквозь зубы, понимая, что пока не выслушаю все сто восемьдесят правил, что были записаны Архимагами в устав Академии Галэйн, на занятие по геральдике не попаду.

Не скажу, что меня прям тянуло на пару и я до безумия хотела отсидеть там свое время. Вот только этот предмет был обязательным, и за его пропуск я могла хорошенько получить по голове.

Вот только разве фанатику, зачитывавшему информацию о том, что студентам запрещается выносить из столовой еду и посуду, это докажешь?

Правиле на сотом я отключилась от реальности и погрузилась в собственные мысли. Если до этого я не нашла ничего интересного в словах Хранителя, то и дальше вряд ли что смогла бы почерпнуть. Потому, отрешившись от его интереснейшего выразительного зачитывания, нырнула в мир, который хотела бы сделать реальным.

Лишь когда Фриза толкнула меня в бок, я поймала себя на мысли, что не слышу надоедливого голоса.

— Закончилось? — одними губами спросила я, боясь получить порцию гнева на темную головушку.

Соседка аккуратно кивнула, а потом шепотом добавила:

— Прости дважды. Я не знала, что нельзя боевую магию в комнатах использовать.

О том, что это было весьма логично, я благоразумно промолчала. А затем, чертыхнувшись, подхватила свалившуюся на пол сумку и выскочила из комнаты.

С какой скоростью летела по коридорам, к сожалению, не скажу, спидометры в этом мире не водились, и, наверное, это к лучшему. Но даже с ежедневными физическими нагрузками и пробежками, к концу пути я запыхалась.

Дверь в аудиторию была закрыта.

Вдохнув и выдохнув, я потянула на себя ручку и заглянула в образовавшуюся щель.

В помещении тут же повисла тишина.

— Студентка Айрин, — проявил чудеса сообразительности и показал величину своей памяти преподаватель. — Опаздываете. Но на первый раз прощу. Проходите.

Бросив сухое «спасибо», я прикрыла за собой дверь и опустилась на первое свободное место.

У исписанной мелом огромной доски стоял высокий худощавый мужчина, годящийся мне в прапрадеды. Отряхнув белую крошку с рукава черного пиджака, он улыбнулся и заговорил:

— Так как вы, студентка Айрин, сегодня запоздали и пропустили вступительную речь, прочитаете третий и четвертый параграфы. Будьте готовы, что я по ним вас буду спрашивать.

Вздохнув, я сделала себе пометку на полях в блокноте и вновь подняла глаза на мастера.

— Для опоздавших, — все с той же усмешкой продолжал говорить мужчина, — напомню: меня зовут Морнс Жавли. Постарайтесь не забыть.

Последнее было сказано, глядя в мою сторону.

На всякий случай черканула его имя рядом с заданием и приготовилась внимать лекции.

Но как такового повествования и углубления в историю на сегодняшнем занятии не было. Мастер Морнс обзавелся длинной тонкой указкой и, указывая на доску, рассказывал нам, какому семейству принадлежит тот или иной герб. Иногда, конечно, он позволял себе углубиться в историю рода и рассказать, как именно они выбрали себе в гербы голову кабана или орла, но было это крайне редко.

— Зарисуйте, — скомандовал мужчина. — Мы с вами познакомились со всеми древними родами, которых ныне уже нет в живых.

— И зачем мы это делали? — фыркнул курчавый парнишка, сидящий от меня по правую руку.

— Затем, чтобы знать всё, что не знали до этого, — елейно протянул преподаватель. — Еще вопросы будут? Нет? Хорошо, тогда идем дальше.

Он взмахнул рукой, к доске подлетел кусочек мела и несколькими быстрыми штрихами изобразил полуовал с головой лошади, украшенной павлиньими перьями.

— Во время пятой по счету войны с демонами командование на себя взял Родрих Шорель…

Дальше я практически не слушала. Лишь зарисовывала в блокнот гербы и указывала имена родов рядом. Кто, как и при каких обстоятельствах выбрал себе именно такой символ, я пропускала мимо ушей.

Что-то подсказывало, что и без этих знаний я смогу сдать экзамен по обязательному предмету на «удовлетворительно», если, конечно, не разберусь со своими делами раньше и не постараюсь добиться исключения.

Слова Местед о том, что, всего лишь одевшись не по уставу, можно вылететь из Академии, не шли у меня из головы. А потом в мысли ворвался черным вихрем Фенрир Норисдан.

Его не исключили, а только наказали. Хотя, чего еще можно ожидать в сторону высокородного. Это мне, наверное, хватит такой шалости для того, чтобы вылететь отсюда со свистом. Но это и хорошо.

Свое платье, в котором прибыла сюда, я бережно хранила в шкафу и ждала, когда оно мне пригодится.

Фенрир…

Я мотнула головой и зарисовала следующий герб, на котором красовался олень с ветвистыми рогами. Животное стояло на задних ногах, а передними рассекало воздух перед собой.

Нельзя. Никого. Подпускать.

И пусть я начинаю чувствовать что-то странное к этому человеку, нужно держать себя в руках. Пресечь всё возможное общение. Я не могу нарушить правила Ордена.

Не могу!

Перо с треском преломилось в моих руках.

Я перевела удивленный взгляд на сломанную письменную принадлежность и тихо выдохнула.

— Возьми, — курчавый парень передал мне тонкое белое перо, такое же, как только что было у меня.

— Спасибо, — я легко улыбнулась. — После занятия верну.

Но сосед по столу меня уже не слышал, он что-то усердно зарисовывал в своем блокноте.

Стараясь хоть как-то вникать в унылые повествования преподавателя, я набросала герб с огромной огненной птицей, раскинувшей свои крылья в полете, и подперла кулаком щеку.

— Мишель Норисдан Смелый взошел на престол не так давно, всего лишь пятьсот восемьдесят три года назад, — заговорил преподаватель, тыкая указкой в герб с огненной птицей, которую с первого взгляда можно было принять на феникса. Вот только крылья были кожистыми. — Двести лет под их гербом и флагом шли завоевательные войны. Это притом, что Норисданы не сдавались и под напором демонов, оттесняя их к северу. Королевство Меркулион, находящееся на юге и граничащее с королевством Йоз и герцогством Фанхаш, ныне занимает пятую часть Третьего Материка и за глаза именуется империей. Хотя последний король, который почил не так давно, во всех документах подписывался королем.

Норисдан…

Норисдан!

Я рисковала сломать второе перо и потому отложила его в сторону.

Черт!

Мысли роились в голове, как потревоженные пчелы. Больно жалили.

Окончания занятия я все же дождалась и, вернув сострадательному сокурснику перо, схватила сумку и вылетела из аудитории. Думать о том, что вторую половину лекции я попросту прослушала, сейчас не хотелось. С этой проблемой буду разбираться позже.

А сейчас…

Сейчас мне жутко хотелось набить лицо одному принцу, который вначале воротит нос от простолюдинов, а потом пытается зачем-то сблизиться. Сбивал меня с толку своим поведением, делал вид, что хочет помочь.

Помочь простолюдинке. Предупредить.

Зачем?

Ответа на этот вопрос у меня не было.

Я не понимала до конца свои эмоции, и от этого еще сильнее колотило.

Какое мне, по сути, дело, принц он, герцог или барон? Фенрир просто студент Академии Галэйн. Такой же, как и все остальные. Почему меня так разозлило то, что он ничего мне не сказал?

О Теневая, да что со мной происходит?!

За этими мыслями я обнаружила себя в столовой, куда обычно приходила после первых двух утренних занятий.

Опустившись за свой любимый стол у самого обрыва, откинулась на спинку стула, прикрыла глаза и постаралась успокоиться.

— Приятного аппетита, — мелодичный голос прозвучал, как обычно после материализации завтрака, обеда или ужина.

— Спасибо, — шепнула я, открывая глаза и переводя взгляд на кусок ароматного мясного пирога.

Есть совершенно не хотелось. Потянувшись за стаканом с горячим неизменным чаем, повернулась лицом к «пропасти».

Деревья сбрасывали разноцветные листья, устилали ими землю. Трава желтела и обрамляла берега широкой виляющей реки. Вода в ней потемнела, рыбы больше не выпрыгивали, не грели бока в теплых лучах солнца. Ведь светило спряталось за тяжелыми серыми облаками, которые плыли под действием сильного ветра на запад.

— Вот ты где, — рядом раздался голос, который я бы слышать сейчас совершенно не хотела.

Не хотела бы ровно до тех пор, пока не разобралась в себе и не смогла решить, что на этого человека мне все равно.

— Чем могу помочь, ваше высочество? — я елейно улыбнулась и повернулась к принцу Меркулионского королевства лицом.

Фенрир сжал руку, которая лежала на столе, в кулак.

— Когда собирался мне об этом сказать?

— Как только бы ты спросила.

— Спрашиваю.

— Но ты ведь уже и так все знаешь.

— Знаю.

Повисла тишина. Студенты в столовой спокойно доедали свои порции, некоторые бросали в нашу сторону заинтересованные взгляды, но никто напрямую не смел наблюдать за разворачивающейся ситуацией.

— Приятного аппетита, — зазвенел голос, а перед Норисданом появились тарелка с куском пирога и стакан с чаем.

— Айрин, я…

— Не думал, что эта информация важна? — фыркнула я, впиваясь ногтями себе в ладони. — Конечно, ведь если пытаешься с кем-то подружиться, то лучше начинать это со лжи! Или это была не попытка подружиться? Чего ты добиваешься, принц?!

— Я не лгал тебе!

— Да, просто не сказал. Умолчал. Это тоже ложь!

Где-то на границе разума промелькнула мысль, что я не имею никакого права требовать от него быть со мной честным. Не имею права разговаривать в таком тоне.

Но к такой мысли, кажется, пришла только я.

— Можно подумать, ты много рассказываешь о себе, — в этот раз Фенрир нагло усмехнулся. — Но я не требую от тебя душещипательной истории, потому что не хочу доставлять неприятные чувства.

Тихо скрипнув зубами, я встала из-за стола. В это мгновение я ненавидела свою эмоциональность, его скрытность и студентов, собравшихся в столовой.

— Надеюсь, что на этом со всеми недоразумениями мы с вами, ваше высочество, разобрались. Благодарю за внимание, которое вы мне уделили. Но, увы, простолюдинка не имеет права общаться с принцами, как с равными. Засим, откланиваюсь.

И я впрямь легко поклонилась и, отодвинув стул, сделала первый шаг к выходу.

— Почти, — голос Фенрира звучал глухо. — Я не просто так к тебе подошел. Возьми.

Парень протянул мне книгу со странной серебристой руной на обложке.

— Я достал ее. Вернешь Томарту, как изучишь все, что тебе нужно.

— Спасибо, — наступив на глотку гордости, я забрала книгу и вылетела из столовой.

— 16 —

Фриза на протяжении всех пяти дней, которые тянулись слишком медленно, раз за разом заводила тему о занятиях по боевой и защитной магии. Настолько «раз за разом», что я была уже готова ее придушить, как только соседка начинала открывать рот.

Хотя надо отдать ей должное, за все это время она ни разу не сорвалась, ни на кого не накричала и не устроила скандала.

Меня даже перед этим самым знаменательным занятием Джамас вытащил в коридор поговорить. Как он так хорошо погадал время, пока его сестра была в купальне, для меня до сих пор оставалось загадкой.

— Ты все же выполнила мою просьбу? — спросил он, когда я вышла в коридор, а Хранитель тридцать шестой комнаты в спину пробурчал что-то о мужиках и письменных разрешениях.

— О какой просьбе…? А, нет. Я не пыталась подружиться с твоей сестрой.

— Но она так изменилась, — шепотом поведал мне Джамас, с опаской поглядывая на дверь за моей спиной. — На занятии по демоническому языку она впервые вела себя спокойно и даже не огрызалась преподавателю.

Я приподняла брови:

— Она до этого огрызалась тому призраку?

У нее или чувства самосохранения нет или мозга. Иногда я склоняюсь ко второй версии, но все же первая более реальна, как мне кажется.

— Мастер Дархшарах тоже удивился, — пожал плечами парень. — Даже предположил, что Фриза влюбилась. Вот тогда-то она ему и рассказа все что думает по этому поводу, — со смехом добавил он. — И все же, ты разве не имеешь к этому никакого отношения?

Я лишь покачала головой, стараясь сама себя убедит в том, что не привязалась к этой несносной и немного ненормальной графской дочке.

— Айрин! Ты что без меня на боевую ушла?! — послышалось из гостиной.

Джамас подпрыгнул, крутанулся вокруг своей оси, буркнул что-то на прощание и исчез.

Если бы я не знала, что этот парень не владеет магией настолько искусно, а просто не пропускает ни одно из занятий по физической подготовке, то решила бы, что он за ночь успел стать Архимагом.

— Никуда я без тебя не ушла, — я со вздохом вернулась в комнату.

Девушка уже переоделась в темно-алые брюки и светло-золотистую рубашку, а теперь сушила волосы с помощью магии. Завидев меня, она улыбнулась:

— А я уже разрабатывала план мести.

Ответом послужил мой укоризненный взгляд.

— Прости, что доставала все эти дни. Просто так не терпится попробовать все то, что ты рассказывала, — в светлых зеленых глазах блеснуло предвкушение.

Я лишь несколько раз кивнула в знак того, что прекрасно понимаю ее чувства. Надеясь тем самым остановить поток слов, которые уже порядком поднадоели за эти пять дней.

— Ну раз ты готова, — Фриза окинула меня взглядом, — то, может, уже пойдем?

— Пойдем-пойдем, — я распахнула дверь, поправила сумку на плече и шагнула в коридор.

Интересно, что скажет Барри студентке, которая пропустила около пяти первых занятий? Чую ей придется ой как несладко. Ну да это уже не мои проблемы.

На мои вопросы о том, почему Фриза пропустила столько пар, она лишь пожимала плечами и каждый раз придумывала новую причину. Но вот только в светлых зеленых глазах каждый раз вспыхивал огонек страха, который не давал мне покоя.

— Может, уже расскажешь? — тихо спросила я у соседки, пока мы медленно двигались к нужной аудитории на третьем этаже в учебном крыле.

— Да нечего рассказывать.

— Врешь.

Она вздохнула, нервно заправила светлую прядь за ухо:

— Я ни с кем об этом не говорила, даже Джамс не знает. Потому прошу, сохрани все в тайне.

— Хорошо.

Я не знала, зачем лезу ей в душу, но сделанного не воротишь. Особенно теперь, когда она была готова поделиться со мной тем, что тяготило и пугало ее.

— Когда я покинула поместье отца, то даже и представить не могла какой на самом деле жестокий окружающий мир. Не думала, что на дороге можно встретить столько ублюдков, которые даже хуже демонов. Но не они преследуют меня в кошмарах. — Фриза сделала глубокий вдох и продолжила. — Когда я отправилась на поиски Джамса, у меня с собой была карта, деньги и лошадь. Все то, без чего я бы не выжила. Часто приходилось останавливаться на ночлег в тавернах и постоялых дворах. Иногда ютилась на сеновалах, редко — пускали в дом.

Мимо нас пробежало две девушки в зелено-коричневых платьях — студентки с факультета Стихии Земли. Фриза затихла, дождалась пока они скроются за поворотом и только после этого продолжила обнажать душу.

— В ту ночь я ночевала на очередном сеновале, куда сердобольные хозяева пустили меня за так. Сон не шел, и я только теперь понимаю почему. Я чувствовала магов, но тогда еще не понимала, как это. У тебя было когда-нибудь такое? Что ты вот не видишь человека, но знаешь, что через мгновение он выйдет из-за угла.

Я отрицательно покачала головой. А о том, что чаще всего просто услышу шаги или замечу тень, говорить не стала.

— Вот и я не знала, что так можно. Сейчас я почти всегда знаю стоит ли кто за дверью комнаты и чем он там занимается. Сегодня, например, вы с Джамсом болтали в коридоре, пока я была в купальне.

Заявление соседки меня удивило, но я не показала этого. Рассказанное Фризой уж очень напоминало мне Третий Миф — Зрение Истины. Это, наверное, единственный из мифов, который более или менее приближен к реальности.

Если Блуждающих мало и все верят, что при их смерти дар переходит убийце, то предсказателей столько, что ими можно забить замок Академии Галэйн и всю подлежащую ей территорию. Вот только кто на самом деле может видеть истину, а кто лжет — отличить довольно сложно.

То, что рассказывала Фриза было похоже на пробуждающейся дар.

Если верить легендам эта сила просыпалась у людей в самый важный момент их жизни. Переломный. Решающий.

— Почувствовала, как в конце деревушки, в которой я остановилась на ночлег, появилось трое, — еще тише, чем до этого, проговорила Фриза. — Они были магами. Тогда я думала, что просто схожу с ума. Что все это путешествие убивает меня. Я теряла веру в то, что отыщу родного брата, — девушка остановилась, подняла на меня огромные перепуганные глаза. — Они сожгли всех. Убили. Уничтожили. Это была боевая магия. Стихия Огня. Моя подчиненная Стихия. А я ничего не смогла сделать. Не смогла их защитить.

Я просто шагнула вперед и обняла ее, понимая, что словами тут не поможешь. Фриза тихо всхлипнула и уткнулась мне лбом в плечо.

— Я сбежала, как последняя трусиха, — призналась девушка. — Я боюсь магии. Боюсь не защитить близких. И боюсь не справиться с Силой.

— Не боятся ее надо, а приручить, — проговорила я, пытаясь подобрать нужную фразу. — Ты молодец, что решила поступить в Галэйн. И умница, что обучалась магии до Академии. Все получится, если ты будешь стараться.

— Мачеха была против того, чтобы отец учил меня колдовству, — Фриза отстранилась и утерла вступившие слезы. — Но он обучал меня вопреки всему.

Я вспомнила слова Фенрира о том, как вельможи относятся к магии и дернулась. Не должна я о нем думать. Наемница не чета принцу.

Нужно просто продолжить делать вид, что я не замечаю его в коридорах, не вижу в столовой. Не встречаться с ним взглядом. На словах это проще. Но и я не слабачка.

Сестры Тени всегда были самыми сильными и выносливыми женщинами. Я не поддамся этому странному наваждению.

Но чем больше я думала о том, что нужно избегать его, тем больше погрязала в этих мыслях. Как в болоте. Зыбучих песках.

— А Джамаса ты научила? — я постаралась вернуться к разговору.

Кто бы мог подумать, что я буду спасаться от своего сумасшествия с помощью студентов-должников?

— Кое-что он умел и до меня, его местная ведьма обучала. Кое-что я объяснила, — кивнула девушка. — Но он старается. И я буду. Спасибо, что выслушала, Айрин.

— Да не за что, — я пожала плечами и тут же прокляла себя за это перенятое у Норисдана движение.

— И не рассказывай об этом, пожалуйста, Джамсу, — с умоляющими нотками в голосе попросила Фриза. — Хорошо? Он не сможет перенести мою боль.

— Хорошо, не буду, — я отступила на шаг. — А теперь пойдем, а то опоздаем на занятие.

Барри встретил меня широкой улыбкой, а Фризу удивленным взглядом. Как только преподаватель услышал о том, что она пропустила несколько первых занятий, а сейчас хочет наверстать упущенное, расцвел и решил во что бы то ни стало произвести впечатление на новенькую.

Сегодня на паре по боевой и защитной магии было около восемнадцати студентов. Большинство с факультета Стихии Огня. Именно потому Фриза уже через несколько минут почувствовала себя в своей тарелке. А Барри вместо наказания за пропуски, решил провести для новой студентки показательное занятие, чтобы она понимала, как много упустила.

Разбив нас на пары и рассказав, какие именно заклинания мы должны продемонстрировать сегодня, он отошел к моей соседке и подозвал первых двух студентов.

Две девушки прошептали по заклинанию и отступили назад. На их пальцах затанцевали шары, сплетенные из тонких белых молний. Заклинания искрились, шипели, но не причиняли вреда чародейкам, которые перебрасывались им и ловили их как небольшие мячики.

Через несколько минут их в центре зала, который ориентировочно был назначен между трех колонн, заменили двое парней в красно-золотой форме. У одного в руке появился светящийся хлыст.

Рассекая воздух, он ударил, метя в противника. Вот только воздух между парнями завибрировал, напрягся. Хлыст встретил сопротивление и разлетелся на искорки.

— Мастер Барри, — девушка, которую я видела первый раз, подняла дрожащую руку, привлекая внимание преподавателя. — Сейчас мой черед выходить, но я пока не достигла успехов с извлечением энергии из Стихии и потому не могу ничего продемонстрировать.

— Зачем же тогда вы ходите на мои пары? — нахмурился мужчина. — В расписании даже написано, что я провожу не лекции, а практики.

— Я хотела выучить все, чтобы потом, как научусь получать Силу из Стихии, быть наравне с ребятами, — тихо проговорила она.

Барри вздохнул, видимо, проклиная свою мягкотелость, и жестом подозвал студентку с факультета Стихии Огня к себе.

— И сколько у нас таких первокурсников, которые пропускают мои занятия только потому, что еще не смогли «подружиться» со Стихией?

Девушка опустила взгляд и ничего не ответила.

— Хорошо, я договорюсь с преподавателем по пиромантии про дополнительные занятия с тобой, Мальва, — во второй раз вздохнул Барри. — А пока посиди вот там на матах. Наблюдай за сокурсниками, скоро я спрошу с тебя абсолютно все заклинания, которые мы прошли.

Высокородная, которую в детстве даже не пытались обучить чародейству, кивнула, широко улыбнулась и поспешила занять место в углу зала.

— Ну тогда замена. Айрин, Жоль ваша очередь!

Я бросила взгляд на парня, который достался мне в пару. Высокий худощавый шатен с бесцветными, практически белыми глазами. На его губах играла усмешка, от которой мне на самом деле стало не по себе. Так улыбались мужчины, принятые в Орден Сестер Тени. Они ожидали от нового статуса денег, власти и всего того, в чем им до этого отказывала жизнь.

Насколько же они потом разочаровывались, попадая в сеть правил и приказов от Сестер, выше их по чину, словами передать сложно.

Выйдя на центр против этого студента, я уже знала, чего ждать.

Подлости.

Видимо, он хотел отличиться, стать любимчиком преподавателя или покрасоваться перед девушкой. Или что еще. Вот только все пошло не по плану мастера.

Барри назвал нам заклинание рикошета и стрелы. Я должна была нападать, а парень, которого, звали Жоль, защищаться.

— Саджитта!

Стрела чистой энергии сорвалась с пальцев противника.

Инстинкты сработали быстрее, чем умение чаровать. Отскочив в сторону, я затормозила, хватаясь рукой за шершавый бок колонны.

Барри нахмурился, но, видимо, пока не понял, что произошло.

— Саджитта!

Стрела угодила в колонну, выбивая камни и крошево.

— Студент Авалин! Немедленно прекратите! — преподаватель наконец среагировал, шагнул вперед.

— Флэмма омниа.

С пальцев парня слетел град искр, отсекая остальных студентов и преподавателя от арены.

— Так это ты та девка, которая достигла второй ступени? — кривя губы, усмехнулся он. — Так покажи на что ты способна.

Рык вырвался из глотки помимо воли, но я не собиралась идти на поводу у этого ненормального. Не собиралась играть по его правилам.

— Аугуэ!

Шаровая молния, выпущенная в мою сторону, погасла через долю секунды после того, как успела взлететь в воздух.

— Ах ты ублюдок! — Барри уже стоял возле моего противника.

Мощный удар в лицо свалил студента на пол.

— Решил самоутвердиться таким способом? — тихим зловещим шепотом уточнил преподаватель, методично сплетая какое-то неизвестное мне заклинание. — Знаешь, что тебе грозит за такую выходку? Исключение!

— Я нажалуюсь отцу, — фыркнул Авалин, не в силах подняться с пола.

— И что мне сделает опальный? — небрежно бросил Барри, довершая магию.

Серебристые путы оплели руки и ноги обездвиженного студента. — Тебя ждет встреча с ректором, подумай над тем, что будешь говорить.

Воздух нагрелся, а через мгновение провинившийся студент просто исчез.

Барри повернулся ко мне, окинул взглядом:

— Цела?

Я коротко кивнула, а в голове звучал голос Фенрира.

«Не сильно красуйся тем, что можешь».

— Молодец, что не повелась на провокацию, — преподаватель провел ладонью по лицу, а потом повернулся к сбившимся в группу студентам. — Значит так, на сегодня все. Продолжим в следующий раз. И на всякий случай для тех, кто не в курсе, поясню — дуэли без разрешения и судейства преподавателей запрещены. Их могу устраивать только я и только на своих занятиях. Все, кто ослушаются этого правила будут немедленно исключены. Это всем ясно?

Нестройный хор «да» и студенты неторопливо покидают аудиторию.

Опершись рукой об колонну, я впервые задумалась о том, что не готова к подобным прямым нападениям с помощью магии. Будь в его руках кинжал, то я бы не оставила и шанса, а магия…

Да, на занятиях с Барри я многому научилась, но этого мало.

— И что это было?

Преподаватель дернулся, словно забыл обо мне, а потом вздохнул:

— Небольшие непорядки с дисциплиной у высокородных. Иногда случается. Скоро все решим.

Непорядки с дисциплиной? Ну-ну, конечно. Можно подумать я в это поверю. А Барри не помешало бы научиться лгать. Потому что ему даже доверчивый Джамас вряд ли бы поверил.

Слишком все странно. Вызов на дуэль на глазах преподавателя выглядит уж слишком странно, если только…

— Барри, что было бы, если бы я приняла вызов? Повелась на провокацию?

Мужчина вздрогнул:

— Тогда я бы не смог вмешаться. Пришлось бы обращаться к Архимагам или ждать пока один из вас…

— Умрет?

— Упадет без сил! Айрин! В этих стенах не было еще ни одной смерти! Как ты вообще могла подумать о таком?

Опять лжет. Ладно, Барри, пусть будет так. Допустим, тебе запрещено об этом говорить. Это я понять могу.

— Я могу попросить о дополнительных занятиях?

— Конечно, Айрин, — преподаватель свободно выдохнул, радуясь смене темы. — Надо только согласовать расписание.

— Я бы тоже хотела, — в это мгновение я зауважала Фризу, которая при всем страхе к боевой магии, не сбежала от всего увиденного. — Могу ли и я походить на них?

— Да у меня целая группа набирается, — рассмеялся Барри, хлопая себя ладонью по бедру. — Буду рад вас видеть, студентка Фриза.

Меня все еще слегка тряслось от пережитого. Нет, я не струсила и не испугалась. Более того, даже сориентироваться успела и не вступила в схватку. Если бы я начала колдовать, это означало бы, что я приняла правила дуэли. И сейчас не расписание бы с Барри и Фризой согласовывала, а отчитывалась перед ректором — Первым Архимагом — как посмела нарушить одно из ста восьмидесяти правил устава Академии Галэйн.

Лишь когда дверь, ведущая в аудиторию, захлопнулась за спиной, смогла выдохнуть.

— Он же сможет научить нас тому, как нейтрализовать магию? — тихо спросила Фриза.

— Наверное, сможет.

Сейчас разговаривать ни с кем не хотелось, в ушах раз за разом звучало предупреждение Фенрира о том, чтобы я не высовывалась и не сильно показушничала. Но сколько бы раз ни прокручивала в памяти время, проведённое в Академии, не могла понять, когда успела нажить врагов. Не понимала мотивов.

Смысл завидовать студенту магической школы, если ты такой же по статусу?

Хотелось обсудить это с человеком, который пережил нечто подобное. Хотелось встретиться с Фенриром и расспросить обо всем. Прижать к стене и выбить ответы.

Тряхнув головой и в который раз убедив себя в том, что ничего хорошего из этой затеи не выйдет, я вернулась к Фризе. Девушка проявила нереальную стойкость, несмотря на свои страхи. Она даже смогла сделать первый шаг к борьбе с ними.

И я ее уважала. Она менялась прямо на глазах. И пусть я не чувствовала того, что хоть как-то этому посодействовала, меня распирала гордость за соседку по комнате.

— Тебе не кажется, что уже похолодало настолько, что пора заглянуть к мадам Рози и взять у нее теплых вещей? — спросила я, меняя намеченный маршрут.

— Славная идея, — улыбнулась Фриза.

Но разговор не поддержала. А я даже не знала хорошо это или плохо.

До помещений, выделенных женщине, чья магия была напрямую связана с ногами, мы добрались минут за тридцать. Если бы не медленный шаг Фризы, я бы добежала и за половину этого времени, ведь в коридорах замка и впрямь стало прохладно.

Штаны штанами, а вот тонкая полупрозрачная рубашка, совершенно не была рассчитана на такую температуру воздуха. Непонятно было как это еще облака пара не вырывались изо рта каждый раз, как я выдыхала.

От мыслей про занятие по физической подготовке, проходящих на улице, стало еще холоднее.

Мадам Рози, на удивление, встретила нас без отборной брани, которой я заслушивалась прошлый раз и пыталась растянуть ее на цитаты для личного использования. Женщина пропустила нас в теплую комнату, улыбнулась и предложила ароматного чаю, а мы просто не могли отказаться.

— Да, не может быть? — прижала руки ко рту модистка, когда мы сидели за большим столом из светлого дерева, пили горячий чай из миниатюрных фарфоровых чашек, а Фриза рассказывала о произошедшем на паре по боевой и защитной магии. — Напал на Айрин? Вот же…

Дальнейшие фразы можно было опять записывать в блокнот и использовать в личных целях, надеясь, что они не сильно ранят чувство прекрасного у окружения.

— Но почему? — высказав все, что она думает о студенте, которого наверняка уже отчислили, мадам Рози повернулась ко мне. — Почему именно на тебя?

— Думаю, совпадение, — легко улыбнулась я. — Поставь Барри… мастер Барри с ним в пару кого-то другого, то все было точно так же, но только без моего участия.

Говоря это, я вспоминала, как решивший покрасоваться своей силой парень, каждый раз, как Барри выбирал кто с кем будет «выступать», выдыхал и делал небольшой шаг в мою сторону.

Тогда я просто не придала этому значения. Подумала, что у этого парня могут быть проблемы с кем-то из сокурсников и он надеялся не попасть в пару с ними. Но все оказалось куда проще.

Он хотел попробовать свои силы против простолюдинки, которая в первой половине первого курса достигал второй ступени. И ведь не докажешь, что случилось это какие-то два дня назад, а до этого я спокойно себе куковала на первой.

Но почему на глазах преподавателя? Думал, что ему за это ничего не будет? Какие глупости! Нет! Мне точно нужно поговорить об этом с Фенриром. Просто поговорить о том, о чем он меня предупреждал. Но не более.

Меня пугала собственная реакция на третьекурсника, но и с этим я разберусь. Любые отношения для Сестры Тени табу.

Я допивала чай, слушая, как Фриза беззаботно щебечет с мадам Рози на отдаленные темы. Они обсуждали погоду, моду, последние сплети двора королевства Йоз, а я мечтала поскорее получить вещи и закрыться в своей комнате.

Но всем этим мечтам суждено было сбыться только через минут двадцать. Когда уже тем для разговоров не осталось, а мадам Рози вспомнила, что мы сюда не просто так забежали. Причитая на безалаберность Архимагов, которые по какой-то причине не могут утеплить Академию, женщина вынесла несколько объемных свертков. Первая половина из них была перевязана ярко-алыми лентами, вторая — темно-синими.

День уже перевалил за половину, когда мы примерили теплые отделанные мехом мантии с глубокими капюшонами, высокие сапожки на низкой подошве и огромные вязанные шарфы.

Вместе с тем сердобольная мадам Рози выдала нам по мешковатому свитеру крупной вязки и длинные теплые юбки. От последней я старательно пыталась отказаться, но оказалось, что проще было артефакт из-под носа у Культа Дракона украсть, чем отказаться от щедрости модистки.

— Ты ведь солгала ей, — сказала Фриза, стоило распрощаться с женщиной и подняться на второй этаж.

— О чем ты?

— О том, что это была случайность. Тот парень хотел сразиться именно с тобой. У него была цель.

— Правда? И какая же? — я привалилась к двери, ведущей в тридцать шестую комнату и повернулась к соседке.

— Он хотел тебе что-то доказать, — меж светлых бровей залегла морщина. — Большего я не почувствовала.

— А знаешь, что я тебе скажу? — усмехнулась я, открывая дверь и пропуская Фризу в гостиную. — У тебя проснулся дар. Третий Миф. Не смей потерять эту особенность.

Девушка охнула, а свертки, которые она до этого прижимала к груди, с шорохом упали к ногам:

— Я думала, что мне все это кажется. То есть…, — она замялась. — Я списывала это все на интуицию. Думала, что…

— Что ты думала, Зрящая Истину?

— Да не может быть! — она ударила себя ладонями по бедрам. — Это ведь просто легенда! И только глупцы верят в нее.

— Можешь не верить, — я пожала плечами и открыла дверь к себе в комнату, — мое дело предупредить. Ведь тыкаться в темноте хуже, чем знать, что имеешь реальную силу.

Она не ответила.

Пройдя к платяному шкафу, я сгрузила рядом с ним свертки с одеждой, вынула свитер и накинула поверх блузы. От окна, за которым голым частоколом виднелся лес, немного сквозило.

Взгляд упал на письменный стол. На его углу лежала книжка с серебристой руной на обложке. К ней я так и не прикоснулась. Не смогла себя заставить.

Да, это было безумно глупо, ведь в этом учебнике хранились знания, за которыми я охотилась с самого поступления сюда, но стоило посмотреть на нее, как мысли вновь прыгали к принцу Норисдану.

Черт! Ну почему именно принц? Будь он бароном или графом общение еще можно было продолжить. А так я ставлю его в невыгодное положение, а к себе привлекаю внимание!

Стук в дверь отвлек меня от мыслей, а я поймала себя на том, что так и стою посреди комнаты и пялюсь на книгу.

— Входи.

Фриза уже увереннее толкнула дверь и шагнула вперед:

— Расскажи мне историю Третьего Мифа, — попросила она, сразу переходя к делу. — Я что-то давно слышала от отца, но уже и не вспомню подробностей. А раз ты сказала, что я обрела дар из Третьего Мифа, то расскажи мне все, что теперь со мной связано.

Я прошла к кровати, опустилась на покрывало и вздохнула:

— А что рассказывать? В Третьем Мифе говорится о людях, которые отличают правду ото лжи, чувствуют людей, которых не видят и понимают мотивы тех, кто попал им в поле зрения. Обычно это происходит спонтанно, но если тренироваться, то можно силой воли вызывать эти способности. В отличие от тех же Блуждающих, за твоей головой не будет охоты, ведь твой дар приобретенный, а не врожденный. Он появляется тогда, когда без него человек не может выжить. Считается, что каждый может в себе развить эту способность, но пока не заметно, чтобы каждый первый мог все то, что с тренировками сможешь делать ты.

Возможно, мои объяснения были сейчас сумбурными и не совсем понятными, но Фриза только кивнула и опустилась на стул:

— Ты уверена, что тебе не показалось?

— А ты как думаешь? — хмыкнула я. — Хватит в себе сомневаться, Фриза! Ты отыскала брата, поступила в Академию, получила согласие самой капризной Стихии. Ты сильнее, чем думаешь. Нужно просто поверить. Ну и тренироваться, конечно.

Соседка по комнате мягко улыбнулась:

— Спасибо. Мне безумно приятно, что ты в меня веришь.

— А должна поверить ты, — буркнула я, падая на спину и подкладывая под голову подушку. — Толку от моей веры, если только твоя сможет дать тебе необходимые силы?

— Телепатия? — Фриза провела кончиком пальца по корешку книги, которую я так и не открыла. — Всегда хотела попробовать себя в роли телепата, но, судя по всему, теперь и без нее мне хватит забот. И спасибо. Опять.

— Да не за что, — хотелось добавить, что теперь она мне должна еще одно желание, но я заставила себя промолчать.

— Я пойду тогда, не буду тебя отвлекать, — соседка вспорхнула со стула. — Тебе ведь, наверное, нужно заниматься. Завтра столько пар, что и мне не помешало бы что-нибудь прочитать по пиромантии и иллюзорной.

— Удачи, — крикнула я ей в спину, когда дверь почти закрылась.

Не знаю сколько прошло времени после звука захлопнувшейся двери, я опять провалилась в не самые радужные мысли. Побороть рассеянность у меня так и не получалось.

А потом резко вскочила с кровати, подошла к столу и взяла в руки книгу. Мягкая шелковистая обложка с объемной ледяной руной открылась, позволяя увидеть слова, написанные на первой странице.

Принцы принцами, а ментальные каналы научится строить все же придется. Хватит глупить и тянуть время. То, что мне нравится в Академии Галэйн, отрицать глупо. Как и то, что мне нравится один наглый вельможа, с которым мне даже говорить по статусу запрещено.

* * *

— Где тебя носило? — светловолосый молодой человек сидел на диване. Спина напряжена, руки сжаты в кулаки и лежат на коленях, губы превратились в тонкую полоску.

Фенрир на мгновение опешил от такой наглости. Раньше Лекс себе не мог позволить подобного тона с наследным принцем, но стоило лишь подумать о том, с кем ему пришлось жить в одной комнате почти два с половиной года, и все становилось на свои места.

— Были кое-какие дела, — бросил Норисдан, направляясь к купальне.

— Твои дела, ваше высочество, посещать занятия, а не пропускать их. Кажется, именно это было предсмертным желанием вашего отца.

Следующее действие вышло смазанным.

Парень в темных одеждах шагнул в сторону, просвистел кулак, а голова Лекса дернулась назад.

— Хороший удар, — слуга, а ныне студент Академии Галэйн, выпрямился и сплюнул кровь прямо на ковер. — Что с тобой происходит, Фенр? Ты сам на себя не похож.

— Ничего не происходит. Тебе кажется, — тряхнул рукой Норисдан, а сам мысленно отчитывал себя за то, что потерял на какую-то долю секунды контроль.

К счастью, Лекс замолчал, позволил ему дойти до купальни и даже открыть дверь, а потом как бы невзначай проговорил:

— Новости последние слышал? Говорят, одного из высокородных сегодня исключили. Он якобы прямо на занятии по боевой напал на студентку. Официальная версия звучит, как помешательство рассудка на почве обучения. Студенты же поговаривают, то он проиграл кому-то спор, и чтобы не платить около трехсот золотых, должен был вызвать на дуэль студентку первого курса, которая по слухам уже достигла второй ступени. Неужели опять тотализатор?

— На глазах у Барри? — Фенрир повернулся. — Истинный глупец!

— Видимо, надеялся, что преподаватель его защитит и оправдает. Ты ведь знаешь насколько Барри человеколюбив.

— А что со студенткой? — как можно небрежнее уточнил Норисдан.

— Да что ей будет? — фыркнул Лекс, наблюдая за реакцией принца. — Говорят, что она даже не вступила в схватку. То ли испугалась, то ли растерялась. Словом, ей ничего, а тот придурок до конца жизни будет носить татуировку блока.

Фенрир пожал плечами и вошел в купальню. Лишь закрыв за собой дверь с помощью магии, он тихо выругался.

Айрин поступила правильно, но это не значит, что на этом количество желающих проверить ее силу уменьшится. А того студента ему даже жалко не стало. За свою выходку он заплатил сполна — Архимаги заблокировали ему доступ к Силе Стихий. И только те, кто нанес блок, в силах его снять.

Мысли о девушке вызвали злость.

Злость к себе.

Она игнорировала его. Делала вид, что не замечает в коридорах и столовой. Успевала уйти за мгновение до того, как он собирался подойти и заговорить.

И это его злило.

Злило настолько сильно, что он терял над собой контроль.

Зайдя под душ, Норисдан подставил лицо ледяным струям, старясь привести мысли в порядок. Он никогда еще не чувствовал себя таким глупцом.

Беспомощным глупцом.

— 17 —

Сегодняшнее занятие по придворному этикету вымотало меня настолько сильно, что я еле передвигала ноги, когда возвращалась в комнату. Фриза следовала за мной по пятам и молчала. На этой паре соседка старалась принять весь удар от преподавателя на себя. Отвечала на вопросы до того, как мастер успевала выбрать отвечающего, вызывалась на каждое задание. Словом, спасала всех простолюдинов, которые не посмели сегодня пропустить обязательный предмет.

Надо сказать, что справлялась она со всем на «отлично». А на мой вопрос о том, почему она не сдала досрочный экзамен, девушка только отмахнулась и буркнула что-то о несмышленых старших братьях, за которыми нужен глаз да глаз.

К слову, Джамас сегодня справлялся с каверзными вопросами и заданиями лучше, чем до этого. Ну, когда они до него доходили, или когда Фриза не подходила для того, чтобы целовать дамам ручки и отодвигать перед ними стульчики. А вот когда она вызвалась одарить одну из студенток виртуозным комплиментом, Джамас прожег в сестре взглядом дыру, явно что-то заподозрив.

— Что у тебя сейчас? — спросила соседка на подходе к комнате.

— Магическое оружие. На улице, — со вздохом добавила я, уже предчувствуя веселую пару.

— Это еще почему? Там как бы уже совсем не лето, — возмутилась она, проходя в комнату и кивая подбородком в сторону окна, за которым перепархивали жирные белые снежинки. — Барри с ума, что ли, сошел?

— Сегодня не обязательное занятие, — пояснила я, прикрывая за собой дверь. — Что-то наподобие тренировочных спаррингов.

— Опять дуэли! — Фриза резко повернулась и уперла руки в бока. — Мне это совершенно не нравится! Знаешь же, какие слухи ходят?

— То, что кто-то устроил тотализатор и теперь на дуэлях со мной хотят заработать золота? — фыркнула я. — Глупости это все. Кто будет ставить за или против первокурсницы.

— Ты проявляешь хорошие способности в магии, — указала на меня пальцем соседка. — С такими темпами к концу обучения вполне можешь получить третью или даже четвертую ступень. А там и пятая не за горами.

— Ага, а потом обращусь к другой Стихии и медленно двинусь в сторону Архимагов, — я фыркнула. — И все это до конца первого курса. Не глупи, я хоть бы таких высот до конца обучения достигла. Да и ты ведь как Зрящая Истину должна понимать, что мне совершенно не интересны участия в запрещенных дуэлях. За это можно вылететь.

А это пока в мои планы не входило. Надо еще немного знаний и практики с ментальными каналами, и тогда уже можно заработать себе исключение.

Вот только Фризе я этого говорить не стала.

— Ладно, иди уже. А то опоздаешь, и на дополнительных мы завтра будем слушать не новые формулы, а то, какая ты не пунктуальная.

Я усмехнулась и зашла к себе в комнату. Стоило только одеться потеплее и захватить посох.

Времени это заняло немного, и уже через пять минут я была на половине пути к выходу из дворца во внутренний двор. Почему-то грела мысль о том, что я смогу продемонстрировать все то, чему научилась за это время. Я впервые чувствовала не только холод стали за пазухой, но и Силу, бегущую по венам. И это было такое сладкое опьяняющее чувство, которое сложно передать словами.

Снег большими белыми бабочками скользил по воздуху, медленно оседал на пожелтевшие травинки, старался укрыть собранные в кучи листья, но пока сил ему на это не хватало. Таяли снежинки так же быстро, как и появлялись. Но что-то мне подсказывало, что к ночи зиме удастся выполнить свою задумку.

В центре парка у пруда, покрытого тонкой коркой полупрозрачного льда, стояло несколько студентов. Пятеро в темно-алых с золотистым орнаментом мантиях, двое в зелено-коричневых и один в бело-серебристой.

Последние цвета были настолько зимние, что в первое мгновение хотелось улыбнуться, порадоваться смене сезона года, но потом я себя одернула. С одним из этих парней, а может, и не с одним, мне сегодня придется сразиться под надзором Барри.

На что я надеялась? На то, что тем, о ком ходят слухи, хватит и подобного спарринга, я даже была готова нарочно им проиграть, лишь бы отстали. Мне совершенно не хотелось привлекать внимание к себе, но это вышло мимо воли и против всех ожиданий.

— Айрин! Опаздываешь! — Барри натянул на голову капюшон и пританцовывал.

Я-то, может, и опоздала, но не на два часа, чтобы преподаватель успел замерзнуть.

— Прошу у всех извинения, задержали на занятии по придворному этикету.

Двое в темно-алых одеждах переглянулись и как-то странно ухмыльнулись.

— Так, хорошо, — Барри повернулся лицом к студентам. — Все в сборе. К сожалению, получилось нас нечетное количество. Кому-то придется выступить дважды.

— Давайте я, как опоздавшая.

— Айрин, ты уверена? — в голосе преподавателя промелькнули странные нотки, словно он предупреждал меня, пытался помочь, заставить одуматься. — В принципе, ты можешь и вовсе пропустить сегодняшнюю тренировку. Что скажешь?

Ах ты хитрый жук!

Но я уже приняла решение. Эти двое с факультета Стихии Огня явно не просто так сюда пришли. Очередные жертвы запретного тотализатора. Если я смогу выиграть у одного, а второму поддамся, то все будет нормально. Это должно исчерпать конфликт. Должно!

Черт! Да почему слова этого проклятого принца сбываются с такой дьявольской точностью? Я не привлекала к себе внимание! Я не кичилась силой! Даже силой это не считаю!

— Уверена. Я ведь не посмотреть сюда пришла, так что участие приму.

— Ладно, — Барри как-то странно на меня глянул. — Но тогда я сам выберу, с кем тебе сражаться. Спарринг должен быть честным с обеих сторон, надеюсь, правила вы все помните.

Вот этот момент мне не понравился. Если преподаватель не поставит со мной тех, кто сюда только ради официальной дуэли и пришли, то быть беде.

— Ты и ты, — палец Барри указал на «зеленого» и «белого», — ваша дуэль первая. — Ты и ты. Вторыми пойдете, — сказал он двум «красным», один из которых пришел сюда только из-за тотализатора.

Откуда я это знаю? Да потому что вижу. Барри тоже это видит, и потому пытается защитить меня.

Глупо!

Если не сейчас под его присмотром, то завтра в одном из пустующих кабинетов.

— Айрин, ты третья с ним, — моим первым противником оказался худощавый мальчишка в зелено-коричневой мантии.

Встретившись со мной взглядом, он приветственно кивнул. Я ответила на молчаливое проявление дружелюбия аккуратной улыбкой.

— Потом вы. А там Айрин и ты, Хемель.

Последним оказался один из «красных». Один из тех, кто пришел сюда только за тем, чтобы сразиться со мной.

— А поменять противника можно? — заикнулся было кто-то из парней.

— Нет! Нельзя! — громче, чем того требовалось, отозвался Барри. — Приступим. Вас немало, а занятие, увы, не резиновое.

Когда у пруда сошлась в схватке первая пара, преподаватель подошел ко мне и тихо, так чтобы шум заклинаний заглушал его голос, проговорил:

— Откажись.

— Не могу, — я даже глазами не показала, что сейчас веду беседу. — Если не сейчас, то они найдут меня потом. Это ведь не первый случай.

Барри вздохнул, но больше ничего не сказал. Он знал, что я права. Раз на два-три года попадался студент, который быстрее остальных находил общий язык со Стихией, которому проще давались заклинания и на которого потом объявлялась своеобразная охота.

Звенели монеты, делались ставки. Первый, кто победит такого студента в дуэли, получал куш. Заканчивались ли на этом преследования и попытки атаковать в спину, я не знала. Фенрир не успел этого рассказать. Но что-то мне подсказывало, что парень сам был на этом месте. И за время своего тотализатора ни разу не проиграл. Возможно, в этом кроется причина нескольких довольно грубых разговоров с сокурсниками, свидетелем которых я стала.

Они хотели реванша.

О Теневая, да во что я ввязалась? Хотела же как можно быстрее разобраться с делами, временно переждать активность ящерок и отыскать настоятельницу. А теперь весь Галэйн только и судачит о том, кто первым сможет поставить меня в сражении на колени.

Это надо пресечь как можно быстрее.

Первая дуэль закончилась слишком быстро. Победителем вышел из нее «белый». Отряхнув налипший снег с рукавов, он улыбнулся преподавателю и отошел в сторону.

К пруду вышла следующая пара.

Я отстраненно наблюдала за тем, как они безостановочно сыплют заклинаниями, как пытаются победить грубой силой и насколько важна им эта победа.

Закончилась вторая схватка, когда у одного из ребят в тонком металлическом жезле с навершием из трех разных камней закончилась энергия. Победил «красный», который пришел с моим вторым противником.

— Следующие! — Барри оглушительно хлопнул в ладоши.

Я привычным жестом расстегнула заклепки, освободила из кожаной хватки свой посох и скинула с плеч неудобную мантию, оставаясь в свитере поверх блузки.

Заиндевевшая трава хрустела под подошвами теплых сапог, когда я выходила к пруду. От водоема веяло холодом, и мне захотелось поскорее разобраться с первым парнишкой, чтобы быстрее проиграть второму «красному».

Студент с факультета Стихии Земли вышел вслед за мной, сжимая в руках толстую небольшую книжку.

Гримуар! Надо же!

Благодаря коротким лекциям Барри, которые он успевал зачитывать между объяснениями очередного заклинания, я уяснила то, что гримуары реже всего бывают магическим оружием. Заклинания они усиливают значительнее посохов, жезлов и сфер. Вот только создать посох проще, чем написать пропитанный магией гримуар.

Парень, видимо, прочитал удивление на моем лице и легко улыбнулся:

— Попробуем же его в бою.

Простое заклинание. Как дуновение ветра. Даже не из разряда боевых. Никто не успел отреагировать.

Толчок в грудь, подошва ботинок скользит по траве, и мой противник падает вниз, ломая спиной корку льда.

С тихим вздохом он ушел под воду с головой. Несколько пузырей воздуха лопнуло на поверхности, прежде чем все поняли, что произошло.

Барри сообразил быстрее меня. Кинулся к берегу, взмахнул руками.

Через мгновение ледяная вода нехотя выпустила побледневшего студента. Кажется, он не дышал. Хотя времени прошло слишком мало. Если только с заклинанием толчка не было какой-то другой магии — выводящей из строя.

— Занятие завершено! — крикнул преподаватель, плетя заклинание переноса. — Продолжим в следующий раз. Расходитесь. А того, кто это сделал, ждет наказание.

Я могу поклясться, что Барри перед исчезновением сверкнул глазами в сторону «красного», который через мгновение выступил вперед.

— Ну нет, я сюда пришел, чтобы сразиться с первокурсницей, которая уже достигла второй ступени. А раз она сейчас стоит на арене, а противника нет, то наступил мой черед.

Скинув мантию, подтянутый шатен оказался напротив меня. В руках он сжимал посох из светлого дерева. Рукоять и навершие, выполненное в виде раскинувшей крылья птицы, позолочены и инкрустированы мелкими драгоценными камнями.

Никто из студентов не спешил останавливать парня, направившего на меня оружие, никто не заикнулся о том, что преподаватель завершил занятие.

А я разозлилась.

Эта мразь позволила себе напасть на ничего не подозревающего парня, столкнуть в ледяной водоем, а потом так нагло занять его место. Ну уж нет, теперь я точно не поддамся. Он будет землю грызть, урод!

Перехватив посох, я отвела одну ногу назад:

— Покажи, на что способен, крыса.

Оскалившись, «красный» крутанул в руках оружие, сплетая одно из самых легких заклинаний. Яркая вспышка сорвалась с навершия его посоха, мелькнула в воздухе и потухла, не достигнув меня.

Простое рассеивание — одно из самых несложных блоков, срабатывает на самых незначительных проклятиях, но и жрет много энергии.

Могу только сказать, что первая защита, на которую я спустила чуть больше Силы, чем стоило бы, сильно ударила по самомнению моего противника.

Он и не думал останавливаться. Заклинания лились нескончаемым потоком. Я только и успевала, что ставить блоки, отражать стрелы и уклоняться от шаровых молний. Мысленно гладила себя по голове, ведь не поленилась проштудировать раздел защитных заклинаний вплоть до четвертой ступени. И пусть большинство из тех заклинаний мне были пока недоступны, но я их знала, а это уже огромный плюс.

— Я тебя уделаю, сука! — сплюнул «красный» и отступил на шаг.

— И сколько на кону? — усмехнулась я, стараясь не обращать внимания на зрителей.

Им я потом выскажу все, что думаю о нарушении правил. Похоже, с Хранителем тридцать шестой комнаты я все же найду общий язык.

— Больше, чем ты видела за всю свою жизнь, чернь!

Сетка оплела ноги, конец магической веревки тянулся к навершию чужого посоха. Ухмыльнувшись, парень дернул ее на себя, намереваясь свалить меня на землю. Столкнуть в ледяную воду.

Вот только не учел любитель тотализаторов одну простую вещь: моя физическая подготовка получше будет, чем у предыдущей его жертвы.

Удержать равновесие не составило труда.

Крутанув посохом, ударила лезвием по веревке. Магия разрушилась, рассыпаясь на тысячи светящихся пылинок.

Шагнув вперед, перенесла вес на другую ногу и, размахнувшись, нанесла удар по чужому оружию.

Видимо, парень не был готов к контактному бою. Он лишь тихо вскрикнул, когда лезвие царапнуло его по руке, и выронил свой посох.

А тот, в свою очередь, с позорным бульканьем скрылся под слоем ледяной воды. Уходя вслед за гримуаром.

— Пшел вон, — процедила я, чувствуя, как гнев заполняет рассудок, как хочется сделать еще одно быстрое движение клинком, показать, что значит связываться со мной.

«Красный» прожег меня взглядом, прошипел что-то себе под нос и начал медленно отступать.

Нет, он не собирался продолжать драку. Он просто боялся, что я нападу в спину. А боялся потому, что, окажись на моем месте, он бы напал.

Крыса!

Хотелось еще добавить пару ласковых студентам, которые позволили случиться дуэли. Которые наблюдали за всем этим. Но, кроме цитат из речи мадам Рози, на язык ничего не шло.

Но парням хватило всего одного взгляда, чтобы все понять.

Через несколько секунд в парке я осталась одна.

Подхватив с земли мантию, впервые поняла, как продрогла. Меня трясло не только от злости, но и от холода: пальцы занемели, щеки пощипывало, а ноги плохо слушались.

Ускорившись, я направилась в сторону одного из входов в замок, подумывая над тем, как было бы неплохо забраться в бассейн, наполненный горячей водой.

Подняв голову, на мгновение замерла.

А в одном из окон, выходящих во внутренний двор, был виден силуэт человека. Мужчины. Он поймал мой взгляд, а затем отвернулся и скрылся.

— Ты забыл пожать плечами, — прошипела я, переходя на бег.

Настроение испортилось окончательно. Хотелось уничтожать все, что попадалось на пути, превращать в пыль, сравнивать с землей.

Толкнув массивную дверь, я шагнула в коридор и вздрогнула от резкого перепада температуры. По коже поползли мурашки.

— Студентка Айрин?

Я обернулась, уже не зная, чего ожидать. Но за спиной стоял невысокий мальчишка и сжимал в руках какой-то лист.

— Да.

— Вас хочет видеть Первый Архимаг.

Он передал мне лист и поспешил по своим делам. А в моих руках оказалась карта замка. Кабинет Первого Архимига обозначался на ней жирной точкой.

Вот ты и допрыгалась, Айрин.

Тянуть время было глупо. И потому, накинув на плечи мантию и поправив посох, я поспешила на первый этаж учебного крыла. Карта намекала на то, что за огромной женской статуей, которая, наверное, была одной из множества богинь мира Эврар, есть еще одно помещение, которое до этого момента я не замечала.

За ней и впрямь оказалась гладкая дверь без табличек и ручек, но я могла поклясться, что еще утром ее тут не было.

Стараясь не забивать голову ерундой, быстро постучала, мысленно готовясь к выговору. Думать о более серьезном наказании не хотелось, все же я не успела сделать все то, что планировала.

Дверь медленно отъехала в сторону, позволяя шагнуть внутрь и рассмотреть небольшой светлый кабинет с рассеянными в воздухе пылинками света. Это несложное колдовство завораживало, заставляло поверить в чудо.

Тряхнув головой, я сделала еще один шаг, чувствуя спиной, как закрывается за мной дверь.

Если не считать большого письменного стола у окна, двух глубоких кресел и книжных шкафов по периметру, то в помещении было пусто.

— Добрый день, — на всякий случай проговорила я, еще раз осмотрев комнату, в которой спрятаться было негде.

— Добрый.

Признаться, я дернулась. Хотя пора было бы уже привыкнуть к тому, что иногда из воздуха звучат голоса.

Но в этот раз говорил со мной не очередной дух-хранитель, а самый настоящий мужчина, появившийся в одном из кресел. На кончике его носа держались узкие очки в темной оправе, черные волосы зачесаны назад и закреплены то ли магией, то ли гелем. Если долго всматриваться, то можно заметить тонкие нити серебра, пробившиеся в шевелюру. Но если и было Первому Архимагу много лет, он это умело маскировал.

— Проходите, студентка Айрин, присаживайтесь, — мужчина указал на одно из кресел. — Травяного бодрящего или расслабляющего отвара?

— Согревающего, — я сняла с плеча посох и, оперев его об спинку кресла, села напротив одного из основателей Академии Галэйн.

На столе между нами в мгновение ока появились два высоких прозрачных стакана с темно-малиновым отваром. Над напитком поднимался пар, стенки запотевали, а рукам так и хотелось обхватить сосуд и согреться.

В этом желании я себе не отказала.

— Думаю, вы знаете, почему я пригласил вас сюда, студентка Айрин, — на тонких губах Архимага играла легкая улыбка.

А я поймала себя на мысли, что понятия не имею, как к нему обращаться. Не господин Первый Архимаг же?

— Все же хотелось услышать это от вас, — я ответила ему такой же улыбкой и впилась пальцами в обжигающие стеклянные стенки стакана.

— В таком случае начнем с происшествия, что нашло место для случая три дня назад на занятии по боевой и защитной магиях, которое у первого курса проводил преподаватель по имени Барри Кобейр. Тогда у вас, госпожа Айрин, произошла стычка со студентом Жолем Аруаном. Кажется, что-то пошло не по плану преподавателя и парень напал на вас, так?

— Допустим.

Я не понимала, почему мы начали обсуждать мои провинности с того, что было три дня назад. Да и там я не сильно демонстрировала силу, скорее, наоборот, просто убегала и уклонялась от атак, пока не вмешался Барри.

— Допустим? — Архимаг насмешливо приподнял брови. — Вы знаете, студентка Айрин, что студент, напавший на вас, исключен из Академии и запечатан до конца жизни?

— Это очень строгое наказание, — небрежно бросила я, глядя в темные глаза Одного из Трех.

— Возможно, но такое решение было принято нами.

Слишком большая власть в руках трех людей. Земли, выделенные Академии Галэйн, не подчиняются ни одному из королевств и княжеств. Архимаги тут чуть ли не боги, со своими правилами и мерами наказаний. И, кажется, иногда они перегибают палку.

— Не переживайте, студентка Айрин, — жестко усмехнулся колдун, — Жоль Аруан подписывал соглашение с Академией, в котором говорилось о том, что он согласен со всеми правилами и исключениями из них. Все прописано в пакте, никто ничего не нарушил.

Я тихо скрипнула зубами.

Да меня же сейчас запугать пытаются! Я ведь тоже подписала этот пакт. Не зря же первым желанием при получении договора от Местед я хотела его прочитать. Интуиция меня еще ни разу не подводила.

Насколько я помню, там был пункт о том, что главы Академии сами назначают наказания для провинившихся и нарушавших устав Галэйна студентов. Но я и предположить не могла, что в своих действиях и решениях они смогут перешагнуть такую черту.

— Полагаю, что с инцидентом трехдневной давности мы разобрались, студентка Айрин. Или вам есть что добавить?

— Нет.

— Хорошо. Тогда хотелось бы обсудить то, что только что произошло во внутреннем дворе замка. Что можете рассказать?

— Там несколько минут назад было практическое занятие по магическому оружию, — медленно и без эмоций отозвалась я.

— И как проходило ваше занятие? — Архимаг поставив локти на столешницу, перепел пальцы и устроил на них подбородок.

— Мастер Барри разбил нас на пары, и мы сражались друг с другом. Конечно, в учебных целях и под присмотром преподавателя.

— Тогда почему один из студентов сейчас в лазарете, мастер Барри у Второго Архимага, а вы с опустевшим резервом пытаетесь кого-то выгородить?

Сделав глоток согревающего отвара, я поставила стакан на стол:

— Давайте перейдем ближе к делу. Что вы хотите услышать от меня?

— Имена тех, кто участвует в тотализаторе, студентка Айрин, — легко улыбнулся колдун.

— Увы, тут я ничем помочь не могу, — я развела руками, — в тотализаторе не участвую и его создателей не знаю.

— В таком случае я надеюсь на вашу сознательность, — на столешнице передо мной появился небольшой сияющий изнутри камушек. — Я закрою глаза на то, что вы приняли участие в одной дуэли, но как только начнется следующая… А она будет, не сомневайтесь. Раздавите этот камешек.

Я с сомнением покосилась на самый простой артефакт. Такой даже я могла сделать. То есть уже сделала, и он сейчас у названого брата. Если он его, конечно, не выбросил.

Но предложение Первого Архимага звучало уж слишком заманчиво. Глупо было отказываться, разве что стучать я ни на кого не хотела. Но сейчас пришло понимание, что своими силами я с ними не разберусь и стоит принять помощь, когда ее предлагают.

— Хорошо, — я сгребла камешек и запихнула в карман брюк. — Что-то еще?

— Нет, студентка Айрин, — на губах Одного из Трех вновь играла легкая ничего не значащая усмешка. — Вы можете идти. Рад, что мы с вами нашли общий язык.

Я вылетела из кабинета в мгновение ока, посох в ладони вибрировал, словно чувствовал, что со мной что-то не в порядке. Мое оружие поддерживало меня, готовясь вступить в схватку с несуществующим врагом, и, кажется, совершенно перестало обижаться на то, что я снизила порцию энергии, которой напитывала навершие.

Успокаивая его и себя, я добралась до комнаты, отмахнулась от Фризы и отправилась в купальню. Контрастный душ вернул способность мыслить здраво. А после, закутавшись в теплое полотенце, я дошла до спальни и забралась под тяжелое одеяло вместе с учебником по телепатии.

Нужно было отвлечься на то, что важнее всего прочего. На ментальные каналы.

Кое-какие продвижения в этом направлении у меня были, не хватало только успешной практики. Я уже несколько раз пыталась связаться с Фризой, но ничего путного не выходило. Насколько я знала, для передачи мысли получателю совершенно не обязательно быть магом. Он может не уметь строить ментальные каналы и удерживать их, он просто получит голосовое сообщение прямо к себе в голову. И увидит образ мага, который послание отправлял.

Я вновь вернулась к вопросу о том, почему Сестра Рилин не связалась со мной на протяжении столь долгого времени, а потом мотнула головой и плотнее завернулась в одеяло.

Формулы, потоки, вязи. Я разберусь со всем этим. Я найду ответы и избавлюсь, наконец, от этого чертового артефакта, который висит на шее балластом.

Голова разболелась от потока информации. Оторвавшись от книги, я подняла взгляд и тихо ахнула: за окном сгущались сумерки. Это сколько же времени я потратила на изучение телепатии? Пропустила и обед, и ужин!

Желудок хоть и был пуст, но еды не требовал.

Сев, я отложила от себя книгу и встала. По вискам били огромными воображаемыми молотами, железный обруч стискивал голову тисками, хотелось глотнуть свежего воздуха, почувствовать ветер в волосах.

Быстро одевшись, я выскользнула из спальни.

— Куда собралась? — тихим, но грозным голосом поинтересовался Хранитель тридцать шестой комнаты. — Знаешь же, что я не потерплю нарушений правил от своих подопечных?

— Знаю. Я свежим воздухом выйти подышать хочу. Или это тоже нарушение?

— Не нарушение. Но если не вернешься к полуночи, не пущу. Поняла?

— Да как уж тут не понять? — толкая дверь, прошипела я.

В злополучный внутренний двор я шагнула через несколько минут.

На голых ветках деревьев, окружающих зону у пруда, висели небольшие магические светляки. С неба, кружась, спускались огромные снежинки, укрывали белым ковром землю, а холодный ветер игрался распущенными волосами.

Сделав несколько глубоких вдохов, я шагнула вперед. Головная боль медленно отступала, но до идеального состояния было еще далеко.

Свежий снег хрустел под подошвой теплых сапог, капюшон спасал от ветра. Скамейка уже виднелась впереди, когда я замерла.

В парке я была не одна.

Повернувшись, парень поймал мой взгляд, а потом откинулся на спинку скамейки и запрокинул голову.

Опять уйти? Сделать вид, что не заметила? Что не хочу видеть?

Резко выдохнув, я подошла к скамейке, стряхнула с деревянного сидения снег и села.

— Не спится? — Фенрир заговорил первым.

— Пока не собиралась спать.

Мы сидели на разных концах скамейки, а между нами, кажется, было намного больше расстояния, чем с первого взгляда.

— Я ведь говорил тебе…

— А я и не кичилась тем, что уже достигла второй ступени, — буркнула я, уже жалея о том, что не развернулась и не ушла.

Говорить о том, что это произошло незаметно даже для меня, не стала. Если бы не преподаватель по гидромантии, которая обратила внимание на мою силу, то я бы так и продолжала думать, что стою на самой нижней ступени.

И узнала бы о том, что моя магия выросла, лишь когда прошла выпускные экзамены и позволила кому-то из старших магов исследовать мою Силу для выдвижения «диагноза».

— Знаю, — парень вздохнул, оперся локтями об колени и зарылся пальцами в волосы. — Они теперь от тебя не отстанут.

— Как и от тебя?

Этот вопрос не требовал ответа. Но я и не видела в этом всем особой опасности. Может быть, просто сравнивала с ящерками и понимала, что все эти тотализаторы и запрещенные магические дуэли — детский сад.

Настораживали только методы наказания Архимагов.

— Как твои успехи с ментальными каналами? — внезапно спросил Фенрир.

— Пока не очень, — я не видела смысла скрывать это. — Но уже есть продвижения. Спасибо за книгу.

— Не за что. И все же, — Норисдан повернулся ко мне, — зачем тебе это прямо сейчас? Ведь вы бы все равно этому обучились на третьем курсе, если бы ты, конечно, продолжила изучать телепатию.

— Ты хочешь услышать правду взамен на тишину и ложь? — я фыркнула, отмечая, как изменился в лице наследный принц одного из королевств Третьего Материка.

— Я никогда не собирался тебе лгать. Если бы ты спросила, я бы ответил.

— Правда? — я дернулась, поворачиваясь лицом к Норисдану. Капюшон слетел с головы. — Так расскажи! Черт тебя дери, расскажи, если хочешь, чтобы…

— Чтобы что? — он нагло усмехался, волосы рассыпались по плечам и в свете магии отливали теплым каштаном.

Я захлопнула рот, чтобы не сказать ничего лишнего. Эмоции выплескивались через край, а я не могла ничего сделать с этим. Меня тянуло к Фенриру и одновременно отталкивало. И оба чувства мне были понятны, вот только, какую из сторон выбрать, решить не могла.

— Я родился в королевстве Меркулион в семье правителя. Мать скончалась, когда мне было четыре, отец ушел вслед за ней через шесть лет. Сейчас мне двадцать три, если это важно, — он вздохнул. — С десяти лет с помощью советников и приближенных отца я правил страной, пытался это делать. На смертном одре он просил меня поступить в Галэйн, плюнуть на страну и потратить четыре года на себя.

Слова давались Норисдану все сложнее, а у меня болезненно сжалось сердце.

— Я не видел смысла тратить на это годы, боялся потерять власть и влияние. Но слово отца было законом не только для меня. Сейчас на престоле сидит мой заместитель и ждет, пока принц выполнит волю короля и выйдет из-за стен Академии Галэйн сильным магом.

— Так ты все же не принц, — усмехнулась я. — А король.

— Нет. Возможно, в Йозе было бы так, но у нас королем может стать только женатый мужчина. Это правило ввел еще мой сколько-то раз прадед, он считал, что только женщина может сделать из принца короля.

— Какая глупость, — фыркнула я, чувствуя, как необъяснимая обида на Фенрира отступает.

— Возможно, — третьекурсник пожал плечами, а мне за это движение захотелось его придушить. — Как видишь, все это ты могла узнать из простых сплетен или новостей. Я от тебя ничего не скрывал.

Скрипнув зубами, я отвернулась:

— Полагаю, теперь ты хочешь моей истории?

— Я ни к чему тебя не принуждаю. И если не хочешь…

Хотела ли я? Наверное, да. Я никому никогда не рассказывала всей правды. Мне это запрещали правила и чувство самосохранения. Но теперь… Теперь что-то поменялось.

Наемница, которая поверила королю не из-за денег. Ничего глупее не слышала. Но раз уж я начала нарушать все правила и рушить возведенные стены…

— Я — Блуждающая, — проговорила и выдохнула. Никогда не думала, что произнести это вслух будет настолько сложно. — Когда-то давно, когда я даже представления не имела о Первом Мифе, у меня было все: семья, друзья, счастье и высокий статус в обществе. Все это рухнуло в один миг, когда кто-то пронюхал о моем даре. Я не знаю, как это произошло, не знаю, кто проговорился. Они пришли убить меня. Мне было всего девять, когда эти мрази вырезали всю мою семью, — горло пережало липким щупальцем, и я замолчала.

— Мне… жаль, — Фенрир проговорил это тихо, еще немного, и его слова затерялись бы в шуме ветра. — Ты отомстила?

— Да, — перед глазами замелькали картины одной из моих первых вылазок. Только это был не заказ. — Я убила их всех, одного за другим. Наслаждаясь криками и мольбами о пощаде, я никого не пощадила. Но месть не залечила рану. Не смогла вернуть то, что я потеряла в ту ночь.

— Так ты прячешься от тех, кто хочет получить твой дар? — Норисдан расспрашивал меня аккуратно, словно боялся спугнуть.

Но это не было попыткой шпиона вытянуть сведения. Он переживал.

Я видела это в его глазах.

— Нет, — я усмехнулась. — Но моя правда получается больше твоей, не кажется ли тебе это несправедливым?

— Если хочешь, можешь дальше не говорить, — Фенрир придвинулся, сдвигая пласт снега. — Все, что услышал тут, я унесу в могилу.

— Звучит довольно странно после того, что я рассказала, — попытка перевести все в шутку не увенчалась успехом. И я продолжила: — Выжила я только благодаря тому, что смогла впервые воспользоваться силой Блуждающей. Только переместилась не в другой мир, а перенеслась на несколько кварталов в сторону.

Фенрир открыл было рот и тут же его захлопнул.

— Что ты хотел спросить?

— Так это правда? Про другие миры… Они существуют?

— Существуют, — я усмехнулась. — Их несметное множество.

— Кажется, я тебя перебил.

Я небрежно передернула плечами:

— Спасла меня настоятельница Ордена Теневых. Дала кров, защиту и работу. Да, я наемница. Убийца. Воровка. Что, неужели не противно?

— А должно быть? — хмыкнул он.

— Обычно люди нос воротят от таких, как я.

— Предположим, что наш случай не обычный.

Я прикусила язык, чтобы не съязвить, и договорила:

— Одно из заданий потребовало моего исчезновения из этого мира надолго. Очень надолго. А когда я смогла вернуться, то узнала, что лучшие наемники и убийцы пали от лап ящерок.

— Я ожидал услышать что-то странное, — признался Норисдан. — Может быть, даже дикое или глупое. Но чтобы настолько… И кого ты все же ищешь? Ту самую настоятельницу, что спасла тебя и подарила вторую жизнь?

— Да. Мое задание не завершено, мне нужно ее найти.

— Очень хитро, — усмехнулся Фенрир. — Поступить в Галэйн, чтобы обезопасить себя и получить нужную информацию. Видимо, не лгали легенды и твой Орден включал в себя лучших из лучших.

В ответ я лишь пожала плечами, а третьекурсник внезапно и совершенно не свойственно для себя выдал:

— Спасибо, что доверилась.

— Даже не спросишь, что за задание потребовало у меня столько сил и времени? — приподняла я брови, поворачиваясь и отмечая, что принц сидит ко мне уже практически вплотную.

— Что-то мне подсказывает, что если я это узнаю, то из этого парка уже не уйду.

Его улыбка подкупала, завораживала.

— Да и нельзя тебе, наверное, о таком говорить, — вновь пожимание плечами. — Но если бы у тебя был заказ на меня, вряд ли бы ты так долго блуждала по другим мирам, а потом мне все это рассказывала. Разве что только для того, чтобы очистить совесть.

— Откуда совесть у наемницы? — я приподняла бровь.

— О, даже не знаю, — Фенрир аккуратно обнял меня за талию и легонько притянул к себе. — Если сейчас запустишь в меня шоковым заклинанием, я обижусь.

— И рассерчал злой король, — рассмеялась я.

Но договорить пафосную фразу с доброй долей шпилек мне никто не дал. Норисдан воспользовался своим положением и, подцепив мой подбородок пальцами, впился в губы.

В первое мгновение мне и впрямь захотелось огреть этого наглеца хорошим таким шоковым заклинанием. Но потом лишь пришло осознание того, что я сама не против. Более того, это я своим рассказом подтолкнула его на такой шаг. Доверилась.

Последней мыслью, перед тем как ответить на поцелуй, была:

«И все же я подпустила его ближе, чем позволяли правила Ордена. Интересно, как скоро придется об этом пожалеть?»

Обхватив руками шею Фенрира и позабыв о головной боли, я позволила себе окунуться в чувства, которые раньше мне были запрещены правилами, отвечая на горячий и настойчивый поцелуй.

Ломая стены.

— 18 —

За окном беспрерывно валил снег. По глазам било ярким светом, отражающимся от белоснежного покрывала, образовавшегося на деревьях и земле за несколько дней. А солнце словно специально подливало масло в огонь — не пряталось за облаками и разбрасывало свои лучи, делая пытку еще невыносимее.

Отвернувшись от окна, я вернулась к заданию, что получила от преподавателя по эликсироведенею. Сегодня мы готовили зелье бодрости из подручных материалов. В принципе это было не такое уж и сложное задание, если вместе с курсом эликсиров посещать занятия травознавства.

Когда знаешь особенности того или иного корешка и цветка, то сварить правильное снадобье не составит труда. Вот только я как-то упустила из своего расписания предмет по травам и растениям и теперь мучилась, перебирая корешки, насыпанные передо мной на столе небольшой кучкой.

— Возьми вот тот фиолетовый, — Джамс остановился чуть позади. — Нарежь его кольцами, выдави сок и смешай с вот теми цветами. Вари до закипания, а потом добавь тот синий порошок. Нет, не тот. Вот этот. Угу.

— Спасибо, — в очередной раз поблагодарила я парня, который с головой ушел в науку зелий, трав и целительства.

Фриза первое время очень паниковала, что ее брат выбрал не совсем боевое направление, твердила, что так он не сможет достичь высоких чинов. Но Джамас отмахивался от сестры, как от надоедливой мухи, и продолжал учить то, к чему у него лежала душа.

Я уже и не вспомню, сколько раз он мне помогал на эликсироведении. И вот опять пришел на выручку. В такие моменты я жалела только о том, что на экзаменах он мне помочь не сможет. Но до этого еще было ой как много времени и не факт, что сдавать экзамены мне все же придется.

Выполнив указания Джамаса, вкинула все ингредиенты в выделенный мне котелок и бросила на несколько сухих веточек искру. Зачарованный хворост вспыхнул, начал гореть, но из-за такого-то бытового заклинания сгорал очень медленно. А я, накрыв котел крышкой, снова повернулась к окну.

— Не люблю зиму, — проговорил сын графа Казера, вновь оказываясь рядом.

— Почему? — не скажу, что мне хотелось сейчас вести разговоры о природе, но время нужно было как-то скоротать.

— Все умирает, замирает в развитии. Не люблю такое.

— Любишь все горячее и вспыльчивое? — усмехнулась я. — Фриза бы тебя в этом поддержала.

— Тоже нет. Лето мне тоже не нравится, — не обратив внимания на подколку, ответил парень. — Весну люблю. Когда все, что было мертво, начинает расцветать. Когда можно найти место дружбе и доверию.

Его последние слова прозвучали несколько странно в контексте времен года, но я не придала этому значения.

Но ни спросить, ни продолжить эту пустую болтовню не удалось. Вода в котелке закипела, крышечка начала подпрыгивать, а ко мне уже спешил преподаватель.

Время, выделенное на занятие, закончилось в тот момент, когда педагог попробовал мое варево и, тихо охнув, подпрыгнул чуть ли не до самого потолка.

Получив свое «хорошо» за зелье бодрости и поблагодарив Джамаса, я выбежала из аудитории и поспешила в сторону жилого крыла. Думать о том, что я все же напутала порошки и мастеру, чтобы не наматывать круги по Академии, придется пить антидот, не стала. Не яд, и пусть радуется. Или перестает проверять на себе зелья, приготовленные студентами. До сих пор не понимаю, как он еще жив.

По-хорошему надо было бы подождать Джамаса, но последнее время я старалась избегать всех, с кем сблизилась за время учебы в Галэйне. Накатила очередная волна мыслей о нарушениях правил и вреде самой себе. Нужно было оставить их на уровне знакомых и не подпускать ближе.

Фриза обижалась, не понимая, что происходит, несколько раз пыталась вытащить меня на разговор, но я только отнекивалась и убегала по выдуманным неотложным делам.

Сложнее всего было, конечно, с Фенриром. Я не знала, как вести себя после того поцелуя в зимнем парке. Нет, я не прекратила общение, не делала вид, что не замечаю его. Возможно, то, что я ему рассказала, все же связало наши судьбы. Но я не была готова к таким резким переменам. Хотела, но не была.

За этими мыслями я не заметила, как немного отклонилась от курса. От учебного крыла до жилого вело несколько дорог, и я сейчас промахнулась на повороте, свернув раньше.

Возвращаться было лень. Осмотревшись и узнав местность, я поспешила дальше, убеждая себя в том, что если сейчас пройду до лестницы и поднимусь на второй этаж, то доберусь даже быстрее, чем в первом случае.

Свернув по коридору направо, дошла до того места, где должна была быть лестница.

Но оказался тупик.

— Я же говорил, что путающие чары сработают, — фыркнули сзади.

Прикрыв на мгновение глаза и вдохнув воздух через нос, я повернулась. В узком полутемном коридоре стояло пятеро: двое «красных», двое «белых» и один «синий». На лицах похабные улыбки, в руках посохи и жезлы.

— Пора отбить свои деньги, — проговорил мой сокурсник, делая шаг вперед.

Я ему мило улыбнулась, ломая в кармане штанов камешек-артефакт:

— Когда самое большое в жизни развлечение — это деньги папочки, то только по темным коридорам и ловить соперников. Угадала?

— Я тебе вырву твой длинный язык, простолюдинка!

— Но-но, сколько злости. Ребята, это же просто игра, а вы нервы портите.

Я тянула время, как могла. Вступать в схватку совершенно не хотелось. Но секунды бежали, а подмоги все не было. Первый Архимаг или не услышал моего призыва, или эти игроманы умудрились как-то заблокировать сигнал.

Напрягало и то, с какой злостью смотрели на меня студенты. Словно не понимали, что их тотализатор — лишь игра для богатеньких, когда в центр колеса попадает фигура самого сильного студента на потоке и все делают ставки на то, кто первым его победит в магическом сражении.

Пустышка.

Помощью и не пахло, атмосфера накалялась, а в воздухе зашипело первое заклинание.

Я не спешила прибегать к магии. Нельзя ввязнуть в это дело, нельзя подставиться. И потому от яркого синего луча я отскочила в сторону.

Магия до пятой ступени не была особо прицельной. Попасть в стоячую мишень — легко. А вот сделать так, чтобы колдовство навелось само, нереально. По крайней мере до того, пока не поднимешься на пятую ступень.

Но и места для маневров тут было немного.

— Дерись, слабачка! — взвыл студент, а его подельники заозирались, словно боялись, что шумом их друг привлечет внимание преподавателей.

— А не то что? — я ухмыльнулась, уходя от стрелы чистой энергии. — Будешь визжать, как истеричка?

— Ах ты дрянь! — с пальцев «синего» полилась тьма, очерчивая круг, беря меня в тиски.

Я отскочила, на правой руке вздувался алый ожог от прикосновения капли тьмы. Злость и боль на мгновение затмили рассудок.

Этого хватило, чтобы сработали инстинкты.

— Домедис! — расставив руки в стороны, выкрикнула я.

Энергия хлынула из меня, переплетаясь со словами, сотворяя формулу, уничтожая тьму.

Противник нагло усмехнулся, а я поняла, что проиграла.

Не ему.

А себе.

Я прибегла к силе, приняла правила игры. Магическая дуэль началась.

— Саджитта! — на моих пальцах появились сразу три стрелы. Они сияли, излучали энергию, вибрировали.

— …!

Я не расслышала заклинание, зато почувствовала его действие на себе.

Ноги подогнулись, мир дрогнул, стены поплыли.

Прежде чем снимать иллюзию, нужно было избавиться от магических снарядов. Использовать сразу несколько заклинаний я еще не научилась, и сейчас очень об этом жалела.

Стрелы сорвались с моих пальцев сами. Я не видела противника, не знала, куда целиться. И просто доверилась своей интуиции.

А после этого прошептала:

— Верум Монстрант.

Всего мгновение, и мир приобретает свои истинные черты. Позади все такой же тупик, а впереди студенты, жаждущие выиграть в глупом тотализаторе и нарушающие правила одной из лучших Академий магии Трех Материков.

Мой противник полусидит и зажимает рукой кровоточащую рану на ноге. Остальные смотрят на это с огромным удивлением на лицах, даже не пытаются кинуться своему другу на выручку.

— Сквозь иллюзию, — долетает до меня шепот одного из «красных».

А потом приходит помощь.

Первый Архимаг явился сам. Не прислал преподавателей или людей, которые должны были отвечать за безопасность. Не вызвал духов-хранителей, которыми кишели эти стены. Нет.

Он пришел сам.

Если бы я не знала, что не виновата, то от этого ледяного пронизывающего насквозь взгляда вжалась бы в стену, надеясь стать с ней единым целым.

— Пятеро, — его голос прозвучал оглушающе.

Студенты, стоящие напротив меня, дернулись. Обернулись. И тут же взмыли в воздух, поднятые магией. Их руки и ноги оплели серебристые путы.

— Главы ваших родов уже на пути в Галэйн, — говоря это, Архимаг смотрел мне в глаза. — В ваших же интересах озвучить имена зачинщиков.

Поднятые в воздух студенты хрипели, не в силах ответить.

— Благодарю, студентка Айрин, — наконец проговорил колдун. — На этом все завершилось. Вас больше не потревожат.

У меня хватило сил только на то, чтобы коротко кивнуть. А когда Первый Архимаг исчез, я выдохнула и привалилась к стене, пытаясь отдышаться.

Ожог на руке болезненно пощипывал, но это было меньшее из того, что меня сейчас беспокоило.

Завершилось? Посмотрим.

Последующие два часа прошли как в тумане. Я пошла не в столовую, куда собиралась отправиться после элексироведения, а к себе в комнату. Вначале приняла отрезвляющий контрастный душ, потом забралась в кровать с книгой по телепатии, пытаясь миновать тот барьер, который не хотел пускать меня в этой науке дальше. А потом и вовсе задремала.

Глаза открыла, когда за окном уже стемнело. Хотя это ни о чем не говорило, последнее время темнело очень рано и только снег хоть как-то развеивал нагнетающий мрак.

Собравшись с силами, я выползла из-под теплого одеяла, накинула мантию и вышла в гостиную. Фризы, которая по вечерам чаще всего проводила время на диване с книгой, не было. Припоминая расписание соседки, я вышла в коридор и направилась в столовую. Желудок красноречивым урчанием напоминал о том, что о нем тоже забывать не стоит.

В столовой было пустынно. Слишком пустынно для ужина, на котором собирались почти все курсы и факультеты. Те, кто сидели за столами, как-то странно оглядывались, слишком быстро ели и тихо переговаривались с соседями.

Фенрир вальяжно развалился на стуле за моим любимым столом и лениво ковырял ложкой в супе странного ярко-желтого цвета.

— Привет, — я тихо опустилась на стул, понимая, что дальше бегать от Норисдана у меня не получится.

Надо все обсудить, дорисовать все закорючки у символов и понять, наконец, что между нами происходит.

— Ты сильно пострадала? — спросил он, когда передо мной материализовалась порция супа.

— Все уже знают? — вздохнула я, рассматривая кусочки цыпленка, плавающие в блюде.

— Да. Прибыло свыше семнадцати представителей родов. Троих студентов запечатали, они были со старших курсов, остальных просто исключили. Я искал тебя, но твой хранитель не пустил в комнаты, даже несмотря на то, что я обещал дальше гостиной никуда не ходить. Он сказал, что ты спишь.

— Так и было, — я сама удивилась тому, как успела проспать такие перемены в Академии Галэйн. — Это все? Больше не будет тотализатора, дуэлей, идиотов, которые хотят выставить себя сильнейшими?

— Я не знаю, — Норисдан привычно пожал плечами, и мне впервые не хотелось придушить его за это движение. — Надеюсь, что да. А теперь ответь на мой вопрос. Ты не пострадала?

— Что мне сделается? — фыркнула я, а ожог на руке в этот момент болезненно запульсировал.

— И почему это я тебе не верю, а? Ранили? Показывай!

В голосе Фенрира прозвучали металлические нотки, которые до этого я ни разу не слышала. Впервые захотелось беспрекословно подчиниться, но не потому, что прозвучало это почти приказом. А потому что повеяло от парня чувством безопасности. Словно он готов был прямо сейчас встать и заслонить меня от опасностей и невзгод.

Задрав рукав, я протянула ему правую руку.

Норисдан тихо присвистнул:

— Ничего себе. Ты кому-то показывала?

— Нет.

— Зря. За такое чародейство того студента точно бы лишили магии.

— А что за заклинание? — я кивнула на свою руку. — Выглядело оно как жидкий черный огонь. Я бы даже сказала, жидкая тьма.

— Она самая, — скривился Норисдан. — Это демоническая магия. Одна из самых опасных и непредсказуемых. Я наложу сейчас лечебное плетение, сразу оно тебе не поможет, но дня через два отметка пропадет. Старайся не сильно этой рукой двигать, тогда магия быстрее сработает.

— Угу. Спасибо.

Фенрир ничего не сказал, он лишь взял мою руку в свои, провел пальцем по ожогу и нажал на него.

Из глаз посыпались искры, боль достигла пика. Казалось, что кожу сдирают наживую.

И все это от простого прикосновения!

Но болевые ощущения схлынули так же быстро, как и появились. А предплечье объяло мягкое убаюкивающее тепло. Норисдан накрыл мою руку своей большой теплой ладонью и усмехнулся:

— Вот и все. Прости, что не предупредил.

— Не страшно, — я разжала зубы, которыми клацнула, чтобы не вскрикнуть от неожиданности и боли. — Спасибо еще раз.

— Приятно быть полезным.

Кажется, он запутал все еще сильнее. О Теневая, да почему у меня пульс учащается, когда он так на меня смотрит? Это ведь ненормально! Неправильно, что я ловлю каждое его слово, не могу обойти стороной и хочу видеть улыбку. Да даже это чертово пожимание плечами у меня больше не вызывает раздражения.

Если это приворот, то я отрежу Фенриру все самое ценное. А если нет, то я последняя идиотка, нарушившая основное правило Ордена Теневых.

Подпустила.

Влюбилась.

— Айрин! — в серых глазах появилась требовательность вперемешку с беспокойством. — Ты куда уплываешь? Я тут с тобой поговорить пытаюсь, если что.

— Да?

— Третий раз спрашиваю, как у тебя обстоят дела с построением ментальных каналов?

— Да как, — я вздохнула, высвобождая руку из его пальцев, — читаю, и кажется, что все понимаю. Но на практике ничего не выходит. Я уже и на Фризу пыталась переключиться, построить с ней связь. Но такое чувство, что мои заклинания что-то глушит. Я даже к Хранителю тридцать шестой комнаты с расспросами приставала, он сказал, что ничего такого нет. И заклинания должны работать, если они только не запрещены уставом. Не знаю, правда, как Архимаги не боятся, что студенты разнесут Академию по камешку, пока колдуют без надзора.

— А им-то чего бояться? — хохотнул Фенрир. — Им починить все удастся взмахом руки.

Голод, который гнал меня в столовую, испарился. К супу, стоящему перед носом, прикасаться не хотелось. Я отчего-то была уверена, что и ложки в себя влить не смогу.

Но теплый ягодный чай все же выпила, время от времени бросая взгляды на студентов, которые слишком тихо и незаметно передвигались по помещению.

— Вот что, — подал голос Норисдан, когда я уже любовалась снежными сугробами, что светились белизной на фоне темных деревьев. — У меня для тебя есть сюрприз. Сможешь завтра после обеда выйти на улицу? Только не во внутренний двор, а из главного входа.

— Что за сюрприз в лесу? — нахмурилась я, изучая лицо сидящего напротив парня.

— Если я скажу, то это будет уже не сюрприз, — не отступал от своего Фенрир. — Думаю, что все получится. Так что скажешь, придешь?

— Как я пойму, куда идти? Или ты встретишь меня у выхода?

Он на мгновение задумался, а потом мотнул головой:

— Нет, встретить, наверное, не получится. Как выйдешь, поворачивай налево и иди к реке. У нее будет огромный серый булыжник, даже если снег опять пойдет, ты не пропустишь. Я буду ждать тебя у него. Договорились?

Я с сомнением посмотрела на принца, который явно втягивал меня в очередную авантюру. Но желание верить в лучшие его качества и простое любопытство взяли надо мной верх.

— Договорились.

— 19 —

Музыка медленно лилась по залу, создавала видимые только танцующим иллюзии. Но я не обращала внимания на расцветающие прямо в воздухе огромные полупрозрачные розы, не замечала порхающих над головой птичек, которые, совершив круг над тремя вальсирующими парами, исчезали.

Я видела только слегка насмешливые темно-серые глаза моего партнера, который так по-свойски обнимал меня за талию, прижимал к себе и уверенно вел через музыку.

Возможно, совсем недавно я бы совершенно по-другому реагировала на подобного рода прикосновения. Но сейчас мне не хотелось выскользнуть из этих объятий.

— Не сбивайся, — шикнул Фенрир, когда я чуть не наступила ему на ногу.

Не скажу, что это нанесло бы ему серьезное увечье, ну разве что самолюбие немного пострадало бы.

— А ты ответь уже наконец, что там за сюрприз такой? — я мучила его этим вопросом с начала занятия по бальным танцам.

Но вместо длинного рассказа о задумке, принц королевства Меркулион лишь хитро улыбался и продолжал выполнять задание мадам Влисы.

Не сказать, что мне прям не терпелось в сию же секунду узнать всю правду, но я не могла подобрать другой темы для разговора. Не о заданиях же Сестер Тени трепаться и не о политике его родного государства.

А молчать было сложно. В голову лезли мысли о том, что я творю какую-то непростительную глупость.

С каждым шагом в танце я все больше понимала, какая между нами с Фенриром на самом деле пропасть, и не представляла, из какого материала нужно строить мост, чтобы он не проломился в середине.

Жалела ли я о том, что подпустила его к себе так близко, как никого до этого? Наверное, нет. Но и представления не имела о том, что делать дальше.

И только Норисдана это, кажется, не волновало. Он совершенно не выказывал напряжения или переживания, на его губах играла легкая довольная улыбка, рука, лежащая на талии, обжигала кожу через ткань платья, а музыка звучала уже целую вечность.

— Достаточно! — наконец раздался голос преподавателя, разрушая волшебные иллюзии. — Хорошо. Можно считать, что этот танец вы выучили. Следующие три пары.

— Мадам Влиса, мы хотели бы сейчас уйти, если вы не против. Не успели позавтракать, так спешили на ваше занятие.

Женщина недоверчиво покосилась на Норисдана, который врал с такой убедительностью, что даже я поверила, что не была сегодня в столовой. Убедительность у будущего короля была развита на все сто процентов. Иначе и быть не должно было.

Заминка длилась всего мгновение, мадам Влиса перевела взгляд с третьекурсника на меня, а потом обратно.

— Хорошо, — наконец выдохнула она. — Но только сделайте так, чтобы мне впоследствии не пришлось в кабинете у Архимагов краснеть за то, что вы где-то начудили во время моего занятия!

— Тарелки постараемся не бить, — с серьезным лицом проговорил парень. — И едой разбрасываться не будет. Спасибо.

Пока женщина не успела ничего сказать, Фенрир схватил меня за руку, подхватил наши вещи, сиротливо лежащие у стены, и открыл дверь, которая через мгновение за нашими спинами и захлопнулась.

— Тебе так не нравятся бальные танцы, что мы уже третий раз уходим с них раньше назначенного? — усмехнулась я, поворачиваясь к Норисдану.

— Зато каждый раз новый метод ухода, — рассмеялся он.

— Это уж точно, — буркнула я, вспоминая вначале разыгранный обморок, а после него красочную историю о том, что хранитель комнаты взбесился и обещал отшлепать нерадивую студентку, если та не явится ко времени срочной уборки, которое было назначено как раз на середину занятия по бальным танцам. И ведь поверила же тогда мадам Влиса Фенриру. И даже разрешила ему сопроводить меня, боясь, что злой дух-хранитель на кусочки разорвет студентку за опоздание.

Словом, отпрашиваться с обязательного предмета стало уже небольшой традицией.

— А тебе так хочется находиться там? — Норисдан сделал шаг ко мне, его глаза потемнели.

— Ты освободил мне целый час, в столовой я уже была, а значит — самое время доставать тебя вопросами о сюрпризе.

— Ну уж нет, — хохотнул он. — Никаких разговоров.

Поцелуй вышел настолько неожиданным, что шоковое заклинание все же сорвалось с моих пальцев. Но рассеялось, так и не причинив вреда Фенриру. А он перехватил мое запястье, прижимая к себе и углубляя поцелуй.

«Теневая, что же я делаю?» — успела только удивиться, а потом все мысли выветрились из головы.

На пару по гидромантии я опоздала. Голова все еще кружилась от долгих и горячих поцелуев, губы припухли, а мысли путались. И только сердце билось ровно. За долгие годы в Ордене Теневых я научилась успокаивать пульс, чтобы не попасться на лжи.

Но это было единственным моим успехом за сегодняшний день.

Мастер Лаура встретила студентов с грозным выражением лица и поджатыми губами. На опоздавшую меня она посмотрела так, что захотелось провалиться сквозь землю.

Вот с кем, а с ней мне совершенно не хотелось ругаться. С ней и с Барри.

О судьбе последнего я переживала ровно до сегодняшнего утра, пока не столкнулась с ним в коридоре. Долго расспрашивать мужчину о том, грозят ли ему какие-то наказания за произошедшее на занятиях, не пришлось. Он сам обрадовался, когда увидел меня в форме студента, да еще и живую.

По словам Барри выходило, что его лишили жалования за это полугодие, но это не то, что могло бы расстроить мужчину. Он был рад тому, что виновные, учинившие тотализатор, найдены и наказаны. А после обнял меня и попросил не вылезать сильно на рожон, потому что относится ко мне как к дочери и не переживет, если со мной что-то случится.

Почему-то от этого признания у меня перехватило дыхание, и, кроме как кивнуть, я больше ничего сделать не смогла.

Но если с Барри мы решили все вопросы, то мастер Лаура все еще смотрела на меня довольно странным и подозрительным взглядом.

— Студентка Айрин, проходите. Надеюсь, это ваше последнее опоздание.

— Конечно. Прошу прощения, — я прошмыгнула к своему аквариуму и опустилась на стул.

Сегодня студентов было мало, если не сказать «очень мало». Того парня, с которым я схлестнулась в коридоре, взглядом не нашла. А это значит, что Первый Архимаг мухлевал. Его слова о том, что пойманных студентов спасут от наказания их свидетельства против подельников, были пустым звуком.

— Ну раз все в сборе, — мастер Лаура обвела аудиторию взглядом, — я бы хотела потратить несколько минут нашего занятия на кое-что важное. Никто не против?

Тишина в помещении, нарушаемая лишь журчанием воды, стала ей ответом.

— Хорошо, — женщина нервно провела руками по темному платью, — как всем вам уже известно, часть студентов покинула Академию Галэйн из-за нарушения сразу нескольких правил. Магические дуэли, — она загнула палец на правой руке, — денежные ставки и нападение на сокурсников. Могу сказать, что зачинщики найдены и наказаны. А теперь хотелось бы задать вопрос вам, мои дорогие и горячо любимые ученики, с какого ляда вы сидели молча и не рассказывали о происходящем преподавателям? Я ведь прекрасно знаю, что почти все сидящие тут знали о тотализаторе и о ставках, которые делались против вашей сокурсницы. Разве этому я вас учила? Разве для того я делилась с вами знаниями и умениями, чтобы вы оборачивали их против той, которая добилась больших успехов?

Я втянула голову в плечи. Сейчас большинство взглядов было устремлено в сторону мадам Лауры, но я чувствовала, как некоторые «синие» поглядывают и на меня, прожигают дыры в спине.

— Скажу это всего единожды, — голос преподавателя посуровел, — если хоть один из вас попробует устроить очередной тотализатор, нарушить хотя бы одно правило из ста восьмидесяти, что входят в устав Академии Галэйн, я лично буду ходатайствовать о запечатывании вашего резерва. Буду настаивать на том, чтобы вам запечатали доступ к энергии навсегда. Все понятно?

Ответом вновь стала тишина, но в этот раз она казалась зловещей, звенящей.

— Тогда перейдем к сегодняшнему занятию, — уже более миролюбивым тоном проговорила мастер Лаура. — Сегодня я хотела бы обучить вас взаимодействию с другими магами. Помимо того, что вы можете извлекать Силу из Стихии, можете и передавать ее. Быть как те самые артефакты, которые я в самом начале отобрала у половины студентов. Прошу, разбейтесь на пары.

Первые несколько секунд никто не двигался, а потом зашуршали одежды, послышались тихие шаги и скрип ножек стула по полу.

Рядом со мной оказалась Живилия Роношель, та самая студентка, которая в самом начале нашего обучения первой сказала про наличие у нее артефакта, «перерабатывающего» энергию. Она мне коротко улыбнулась.

— Надеюсь, ты не против?

— Нет, — я ответила ей на улыбку. — Будешь передавать энергию или получать?

— Хотелось бы попробовать передавать, с получением у меня пока проблем не было. Не против?

Высокородная настолько искренне интересовалась моим мнением, что стало немного не по себе. А потом в памяти всплыли недавние слова Фенрира. Он предупреждал, что некоторые захотят со мной подружиться, надеясь, что с моей помощью смогут подтянуться в магии.

Не знаю, как это должно быть взаимосвязано, особенно если учитывать, что я не считала себя сильной чародейкой. Да, Сила давалась и подчинялась мне легко. Но в том, как я так быстро получила вторую ступень, никакого страшного секрета не было. Мне просто повезло.

Но разве это кому докажешь? Особенно после того, как виновные в ставках против меня были пойманы и исключены.

Не удивлюсь, если вскоре поползут легенды о том, что со мной лучше и вовсе не связываться. Хотя этому я была бы даже рада. Меньше мороки.

Мастер Лаура быстро и доступно объяснила, кто что должен делать, и опустилась за преподавательский стол, пристально наблюдая за студентами, которые пытались выполнить задание.

— Готова?

Я кивнула и взяла Живилию за протянутую руку. В первые мгновения ничего не происходило. Я ощущала лишь мягкую прохладу женской кожи, слегка кололось острым камнем ее кольцо, а потом студентка коротко выдохнула, а в меня хлынула энергия.

Она шла неиссякаемым потоком, наполняя внутренний резерв, заставляя сердце стучать громче, а кровь приливать к вискам.

Я разорвала наше рукопожатие в момент, когда мест для Силы больше не было.

Девушка все еще прижимала вторую ладонь к стеклу моего аквариума, выкачивая из Стихии энергию и перенаправляя ее мне.

— Все, — проговорила я, ощущая себя в это мгновение всесильной. — Надо еще научиться чувствовать чужой резерв.

Живилия понятливо кивнула и отняла руку от стекла:

— Твоя очередь.

Передача энергии от одного к другому заняла все занятие. Мы старались больше не обращаться к Стихии, передавать лишь ту Силу, что была во внутреннем резерве. Но под конец пары у обеих осталось не больше половины.

— Как вы могли заметить, — заговорила мастер Лаура, поднимаясь со своего места и привычно двигаясь по проходу меж аквариумами. — Энергия имеет свойство рассеиваться. Если не контролировать поток, то во время перехода часть исчезнет, испарится. Сейчас для вас это не существенно, но могут быть такие случаи, когда каждая капля на вес золота. Потому на следующем занятии мы с вами будем практиковаться в удержании канала, по которому переливаем Силу, а также, как правильно заметила студентка Айрин, научимся чувствовать внутренний резерв мага, с которым делимся энергией. Постарайтесь к тому времени ознакомиться с двадцатым и двадцать первым параграфами. Чем больше теории вы знаете, тем проще будет применять эти знания на практике. Занятие окончено!

Я встала со стула, подняла с пола упавшую сумку и столкнулась взглядом с Живилией. Она никуда не спешила и, казалось, ждала, пока я справлюсь.

— Да?

— Ты не будешь против, если мы и на следующей практике сядем вместе? — аккуратно спросила девушка. — Мне понравилось с тобой работать.

— Почему нет? — я пожала плечами, отмечая, что украла эту привычку у другого человека. — Буду рада вновь с тобой попрактиковаться.

Сокурсница широко улыбнулась:

— Спасибо. Тогда до следующего занятия.

— До следующего занятия, — усмехнулась я.

И когда это сходиться с людьми мне стало так легко?

На обед идти не хотелось, ровный счетом как и на занятие по иллюзорной магии. Добравшись до комнаты и выслушав длинную лекцию от Хранителя тридцать шестой о том, насколько нехорошо пропускать занятия, я забралась в бассейн с горячей водой и расслабленно выдохнула.

Не терпелось сорваться с места и сбежать в лес. Любопытство подталкивало, нашептывало бредовые идеи о сюрпризе от Фенрира. Я сдерживалась из последних сил, чтобы не отправиться туда раньше времени.

Все же Норисдан четко дал понять, что будет ждать меня там после обеда. А до конца принятия пищи еще около часа.

За время нахождения в купальне Фриза несколько раз уточнила, не утонула ли я и не нужна ли мне в чем ее помощь, а потом еще долго бурчала за дверью что-то о нелюдимости и том, насколько это пагубно влияет на людей.

Через полчаса к ней присоединился Хранитель, который в первое мгновение уверил меня, что совершенно не подглядывает.

— Ты так скоро сама в водицу превратишься, — буркнул он, когда я злобно прошипела, что уже выхожу.

— Да что за беспредел, — возмущалась я, втискиваясь в штаны и наматывая полотенце на волосы, — уже и погреться нельзя. Каждый норовит свою важность показать. Из купальни меня выгнать. Да что такое?

— Мы просто не уверены, что ты плавать умеешь, — усмехнулась Фриза, расположившись все на том же диване. Изо дня в день менялась только книга в ее руках.

Честно говоря, мне уже было любопытно, где она хранит всю эту макулатуру и кто ей ее тягает из библиотеки и обратно. Или она Джамаса припрягает каждый раз, как нужно обновить учебники по любовной магии?

«Учебники» эти были весьма условны, ведь так Фриза называла любовные романы, которые выписывал им преподаватель для «домашнего ознакомления».

— Можно тебя попросить об одолжении? — обратилась я к соседке.

— Для подруги все что угодно, — широко улыбнулась Фриза, откладывая книгу в сторону.

Подруги?

Кажется, я дернулась.

Совершенно не ожидала услышать такого от слегка заносчивой и уже в меру вспыльчивой дочки графа Казера. А вот Джамас был бы рад, узнав, что его сестрица обзавелась подругой.

Не задавая лишних вопросов, Фриза сдёрнула с меня полотенце и принялась высушивать волосы. Знала она, что с тепловой магией я дружу только на уровне искр, а поджигать себя у меня желания пока не возникало. Именно потому время от времени я обращалась к соседке для того, чтобы она поработала феном.

Темная волна волос легко рассыпалась по плечам, защекотала кожу теплом, вызывая мурашки.

Я коротко поблагодарила Фризу за помощь и шмыгнула в комнату. Разговаривать сейчас с соседкой на тему того, что дружить я не умею, да и друзей никогда толком не имела, не хотелось. Да что там, мне вообще на такую тему говорить ни с кем не хотелось.

А хотя, чего это я? Пусть считает меня кем угодно, мне-то это точно никак не навредит.

Одевшись потеплее, я бросила скептический взгляд на посох, который стоял в углу.

Брать или не брать?

Одно дело, если бы Фенрир назначил встречу в парке, другое — идти ближе к ночи в лес.

Поколебавшись несколько секунд, я все же защелкнула зажимы и закинула ремень себе на плечо.

В коридор вылетела быстрее, чем Фриза или Хранитель успели вновь прочитать мне лекцию о дружелюбии и взаимопомощи. В последнее время эти двое так спелись, что мне временами было страшно возвращаться в комнату.

И только когда ледяной промозглый ветер ударил в лицо, я замедлила шаг. Впереди виднелся черно-белый частокол леса. Ветви громко скрипели, солнце спряталось за серым слоем облаков, а сугробы, казалось, скрывают под собой чудовищ и ловушки.

Взяв себя в руки, я вздохнула, поправила посох и, свернув налево, поспешила скрыться в тени деревьев.

Насколько я помню зачитанный Хранителем тридцать шестой комнаты устав Академии Галэйн, покидать стены замка не запрещалось. Но все равно чувство того, что я что-то нарушаю, не отпускало.

Снег скрипел под подошвой, иногда проседал, и я ныряла в хватку льда практически по колено. Радовало только то, что сапоги не промокали, а вот в мантии вскоре стало жарко.

Скинув капюшон, я осмотрелась. Река должна быть где-то поблизости, а там уже и до камня, у которого меня должен ждать Фенрир, недалеко. Наверное.

Ну, если верить словам Норисдана.

Берег показался минут через семь. Снег возлежал на нем нетронутым рыхлым ковром, а чуть дальше виднелся толстый мутный лед, сковавший русло реки. Почему-то мне казалось, что с таким быстрым течением, какое было у этого водоема, она не должна была замерзнуть. Но природе виднее. Если это только ее выходки, а не тройка Архимагов развлекается.

Нужный камень я заметила еще минуты через три. Точнее, и не заметила бы, если б на нем ни сидел Фенрир Норисдан собственной персоной. Взгляд парня был устремлен в сторону противоположного берега. Словно он совершенно забыл о том, зачем сюда пришел. Между нами было около ста метров, когда я затормозила и окинула округу подозрительным взглядом.

Руки у него были пусты, а у камня не лежало никаких вещей.

Вопрос о том, что за сюрприз можно было устроить в лесу на ночь глядя, всплыл вновь.

— Фенрир!

Парень вздрогнул, повернулся и широко мне улыбнулся.

— Привет.

Позади скрипнул снег. Но не так, как обычно от мороза, а под чьим-то весом.

Инстинкты сработали быстрее, чем я успела подумать. Развернулась. Заклепки разлетелись, позволяя мне взять в руки оружие. Посох мелко вибрировал, отзываясь на мое прикосновение.

Из-за деревьев шагнули люди.

Их было около десяти. Темные одежды, лица прячутся под капюшонами, за спинами посохи и эфесы мечей. На лицах ухмылки.

Я узнала только одного из них.

— Ящерка, — с губ сорвался звериный рык.

Я настолько расслабилась, что не почувствовала их. Или была другая причина?

— Вот мы и встретились, Сестричка Иро, — нахально улыбнулся Блуждающий из Культа Дракона. — Теперь ты не сбежишь. Твой «шаг» еще не активен.

— А я и не собираюсь бежать, — оскалилась, направляя навершие посоха мужчине в грудь. — Отличный сюрприз, Норисдан. Я оценила!

— 20 —

Ветер завывал раненым волком, бил по лицу, пытался растрепать волосы, собранные в короткий хвост.

Фенрир потёр замерзшие ладони друг об друга, жалея, что сейчас нельзя обратиться к магии. Если только он попытается согреться с помощью колдовства, то испортит все то, что делал на протяжении часа. А этого никак нельзя было допустить.

Руническое чародейство являлось его одним из самых любимых разделов в магических науках, но и одним из самых сложных. Норисдан считал, что ее многие недооценивают. Не понимают, какая мощь скрыта в тайном забытом языке, что родился еще задолго до появления мира.

Тонкий алый луч срывался с мужских пальцев, вырисовывал на белоснежном нетронутом полотне изогнутые символы. Они впитывались в снег, освобождая место следующему плетению, которое накладывалось поверх предыдущего.

Виток за витком Фенрир создавал колдовство, за которое всего несколько дней назад и не подумал бы взяться. Решил бы, что все это слишком сложно. Невыполнимо.

Но теперь…

Теперь у него была цель. У него наконец-то появилась в этой жизни цель, к которой хотелось идти, ломая все преграды.

Согрев ладони дыханием, парень отвлекся на мгновение, бросил взгляд в сторону замка, виднеющегося вдалеке, и тихо выругался. Обед подходил к завершению, у него осталось очень мало времени. Айрин уже скоро будет тут.

Надо торопиться. Спешить.

Если он не успеет довершить начатое, то сюрприз не удастся.

Руны мерцали на серебристом нетронутом снегу, ветер поднимал пургу, которая острыми иглами впивалась в замерзшую кожу лица и рук, заставляла вспоминать самые изощренные слова, услышанные из уст модистки академии Галэйн.

Но Фенрир не собирался сдаваться.

Что может быть позорнее, чем остановиться в шаге от цели?

Он уже и не помнил, когда в последний раз зима начиналась с таких холодов. Чаще всего на юге она была снежной, но теплой. А сейчас с природой творилось что-то странное. Даже река, которая, по рассказам Архимагов, никогда не замерзала, покрылась толстой коркой льда.

— Последний штрих, — Норисдан проколол палец об шип на бляхе ремня и уронил несколько капель крови на снег.

От холода он даже боли не почувствовал.

А руническое плетение, которое теперь можно было активировать всего одним действием, было готово.

Сил практически не осталось. Все они были потрачены на сильнейшее колдовство, которое можно было отнести к седьмой или даже восьмой ступени. Если бы кто узнал, что Фенриру с его пятой удалась такая магия, никто бы не поверил. Его бы сочли лгуном.

Подумав об этом, Норисдан усмехнулся и прошептал посиневшими губами:

— Вы просто недооцениваете руническую магию.

Сейчас ему нужно было согреться и позаимствовать у Стихии Воздуха сил.

Не боясь испортить созданное всего несколько минут назад колдовство, Фенрир прошел прямо по снегу к камню, который обозначил Айрин как ориентир.

Запрыгнув на него, парень бросил еще один взгляд в сторону Академии Галэйн и усмехнулся. А после медленно погрузился в состояние, которое мастер по аэромантии называл «вознесением».

Отрешившись от мира, холода и мыслей, Фенрир начал медленное слияние со своей Стихией, позволяя той наполнять его до краев.

Он должен был управиться с этим до прихода Айрин.

* * *

Он выглядел точно так же, как и в первую нашу встречу. И пусть тогда кривые зеркала искажали внешность — искривляли тонкий нос и выпучивали черные глаза — я не перепутала его бы ни с кем. Тем более что тонкий шрам, тянущийся от правого уха до уголка рта, ни зеркала, ни длинные смоляные волосы спрятать были не в силах.

— Сестричка Иро, — низким хриплым голосом просмаковал мое имя мужчина и хищно усмехнулся. — Теперь-то мы и поиграем. Или ты готова наконец отдать то, что принадлежит мне по праву?

Люди из Культа Дракона стояли за его спиной, прятали свои лица в тени капюшонов, ждали приказа. А я постаралась повернуться так, чтобы видеть и ящерок, и Фенрира, который медленно поднимался с камня.

Чертов предатель!

Посох мелко вибрировал в руке, вселяя уверенность.

— Тебе? — бросила я и усмехнулась. — По какому такому праву?

— По праву главы Культа, — как несмышленому ребенку объяснил мужчина и наклонил голову в сторону. — Так что, Иро, мы договоримся, или ты опять попытаешься сбежать?

— Саджитта!

Оружие в моих руках вздрогнуло, выпуская яркую стрелу. Она мигнула и растворилась в метре от колдуна.

— Ну раз не хочешь по-хорошему…

Он тихо щелкнул пальцами, капюшоны слетели с ящерок. В руках мужчин появились посохи и мечи.

— Убить.

— Инжененс Темпестас! — Фенрир оказался рядом со мной и направил заклинание на людей из Клана Дракона.

Что он делает? Это же он их призвал!

Или нет?

Воздушная волна откинула мужчин назад, впечатала в стволы деревьев, засыпала снежной крошкой, вырвала из рук оружие.

Устоял только один.

Он лишь щелкнул пальцами, и нас с Норисданом самих раскидало в разные стороны, как тряпичных кукол.

Между мной и Фенриром встал глава ящерок.

— Жаль, что будет больше трупов, чем я планировал, — растягивая слова, он медленно шел ко мне. Снег скрипел под подошвой ботинок. — А нет. Не жаль.

Опираясь на посох, я встала.

— Но оно того стоит, Иро, — мое имя прозвучало как плевок. — Ведь только достойные имеют право на жизнь. Вот твои родители, например, его не имели. Раз смогли умереть от рук простых головорезов.

Злость, раздражение, ненависть.

Я вложила все эти эмоции в следующее заклинание, позволяя Силе овладеть мной полностью:

— Эксосолведи долоре!

Шоковый разряд, усиленный эмоциями, с треском вырвался из навершия посоха. Ледяной воздух зашипел, пропуская через себя магию. Запахло озоном.

А колдун усмехнулся и провел перед собой рукой.

Развеивая магию второго уровня.

— Ты так слаба, Иро, — проговорил он, сжимая руку в кулак.

Воздух с хрипом вырвался из легких, покидая их.

Схватившись за горло, я отступила на шаг, не в силах сделать вдох.

— Так слаба и так беспомощна.

Удар пришел сбоку. Вогнул ребра и откинул к дереву.

— Отдай артефакт, — он протягивал руку, как нищий у храма. — И я, возможно, сохраню тебе жизнь.

— Поди-ка ты туда, куда бабы гулящие ходят, — просипела я, ломая его колдовство так, как учил Барри. Силой воли.

— Надо же, — удивление на его лице было кратковременной вспышкой. — Неужели и впрямь Галэйн может чему-то обучить?

— Аугуэ!

Шаровая молния сорвалась с моих пальцев и врезалась в снег у самых ног мага. Вверх взлетели комья земли, заслонили меня от противника всего на миг.

Но этого времени хватило на перегруппировку.

За эту долю секунды я успела подняться, направить оружие на ящерку и бросить взгляд ему за спину.

Там, у самого берега реки, отчаянно сражался Фенрир. Он уклонялся от заклинаний, не подпускал к себе мечников и раз за разом высвобождал Силу, формируя ее в заклинания.

У дерева лежал один из Культа, снег под ним окрасился в красный цвет.

Но напирающих на Норисдана людей было еще слишком много.

Предатель ли?

— Конпедибус!

Из-под земли вырвались тонкие травяные корни, обвили мужские ноги и дернули вниз.

— А нет, — усмехнулся маг, проводя рукой перед собой и уничтожая помеху, — ничему Галэйн не учит. Неужели ты не смогла продвинуться дальше второй ступени, Сестра Иро? Или зачем ты поступала сюда? Сбежать от меня хотела?

Он сильнее. Намного сильнее. А я не привыкла действовать напрямую.

Боялась ли я?

Да.

И эта эмоция давала мне сил.

— Саджитта!

Стрелы зависли перед моим носом на какое-то мгновение, взлетели вверх и дождем рухнули на главу Культа. Одна за одной они разрушались на яркие искры, разбивались об невидимую защиту. Не наносили урона.

— Я благодарен тебе, что ты сохранила для меня артефакт, — тонкие губы растянулись в усмешке. — Кто знает, что стало бы с ним, останься кольцо в Храме. А ты проносила его двадцать лет, не позволив никому приблизиться. Это заслуживает награды.

Магия прошла сквозь меня, впилась острыми когтями в легкие, обхватила ледяной хваткой сердце, надавила на ребра.

— Но ты ведь не хочешь награды, да, Иро? Не хочешь быстрой и безболезненной смерти?

Колдун медленно сжимал кулак, усиливая неизвестное мне заклинание. Играл со мной вместо того, чтобы сделать все быстро. Дарил иллюзию того, что я могу победить.

«Шаг Блуждающей». Он мог бы спасти меня, если бы был доступен. Если я сейчас постараюсь обратиться к этой силе, то на входе в другой мир, скорее всего, умру.

Такая магия не прощает ошибок.

Умереть тут или там? Разве есть разница?

Воздух вокруг меня похолодел, начал наполняться голубоватым туманом.

Еще немного. Еще чуть-чуть. И я смогу уйти отсюда.

— Хорошая попытка, — перекрикивая поднявшийся ветер, фыркнул мужчина. — Вот только ты забыла спросить у меня разрешения.

Когти впились в сердце. На мгновение орган перестал биться, меня тряхануло конвульсией, а потом отбросило магией назад.

Как игрушку.

Слишком слаба. Слишком беспомощна.

Моих умений тут не хватит, а Архимаги делают вид, что не замечают происходящего на их территории.

Положиться не на кого.

Я сама по себе.

Не знаю, откуда взялись силы на то, чтобы встать. На то, чтобы поставить защитный купол, который засиял сиреневыми искорками, отгородил меня от противника. Я даже не знаю, как моя защита выдержала три первых удара извне.

Но того времени, что я выиграла, хватило.

Шнурок лопнул, расцарапав кожу на шее, ветер подхватил небольшой черный мешочек и беззвучно уложил его на сугроб.

А в моих руках было зажато кольцо, из-за которого все и началось.

Началось двадцать лет назад. По исчислению мира Эврар.

Пора положить всему этому конец.

Проверить легенду.

Кольцо льдом опалило кожу на среднем пальце правой руки. Оказалось чуточку велико. Но разве это важно сейчас?

Сжав руку в кулак, прижала артефакт к груди и встретилась взглядом с ящеркой.

Именно в это мгновение лопнул защитный купол, а главный жрец рассмеялся.

— Неужели за все эти года ты ни разу не посмела надеть его? Легенды ведь не зря говорят только о самых достойных.

Магия обхватила горло огненным жгутом и вздернула вверх. Приложила спиной об ствол ели. Снег тяжелыми пластами рухнул с веток вниз, проламывая наст.

— Не знаю, что было у тебя за задание, последняя из Тени. Но разве теперь это важно?

Темные круги плыли перед глазами. Я видела силуэт Норисдана, который медленно оседал на снег. Магия хлестала из него во все стороны, пронзая заклинаниями жрецов из Культа Дракона.

Но этого было мало.

Очень мало.

Все же не предатель.

Именно с этой мыслью я потеряла сознание. Последнее, что почувствовала перед тем, как нырнуть в липкую мерзкую тьму, — то как с моего пальца слетает артефакт, способный пробудить в человеке силу Истинного Дракона.

* * *

Ундина сидела на огромном камне, об который разбивались на капли огромные волны. Они шипели, распадались белой пеной и возвращались к истокам. Русалка расчесывала длинные волосы костяным гребнем и напевала какую-то до боли знакомую мелодию.

Повернувшись ко мне, она приподняла зеленые брови в немом вопросе. А потом вздохнула, ударила хвостом по волне и проговорила:

— Как твои дела, Айрин? Как проходит обучение в Галэйне? Мне кажется, или что-то пошло не по плану?

В ее голосе звучала издевка, но если поддамся, то проиграю.

— И что ты хочешь, чтобы я тебе ответила? — фыркнула я, прикрываясь ладонью от противных холодных капель. — Я сделала все, что было в моих силах, но этого мало. Победить Архимага со второй ступенью нереально.

Информация о том, что главный жрец Культа Дракона обуздал все четыре Стихии, пришла откуда-то свыше. Словно я всегда знала это.

Довольно странное чувство.

— Идти к цели двадцать лет и сдаться в шаге от выхода? — ундина тряхнула голой грудью. — Я тебя не узнаю. Неужели это ты та девчонка, которой я открыла доступ к Силе? Ты изменилась, Айрин.

Правда в словах Элементаля все же была, но какой от этого прок, если все закончилось именно так.

Она молчала, смотрела на меня с какой-то странной усмешкой и неизменно тормозила огромным хвостом накатывающие волны. Брызги летели во все стороны, расходились кругами по воде, что успокоилась у моих ног.

— И что ты теперь от меня хочешь? — голос звучал ровно, но слова царапали горло. — Уже все закончилось. Я потеряла артефакт, веру и… жизнь.

— Жизнь? — брови ундины вновь взлетели вверх. — Ты думаешь, что умерла?

Пазл медленно складывался в одну простую, но очень красочную картину. Если бы я умерла, то не встретилась бы со своим Элементалем, не стояла посреди водной глади и не чувствовала себя так, будто все идет своим чередом.

Прошлый раз ундина явилась ко мне тогда, когда мне нужна была ее помощь. Сила. Поддержка.

— Когда ты получила вторую ступень, — шепнула мне хвостатая и звонко рассмеялась.

— Но Местед сказала…

— Не верь людям! — она злобно ударила ладонью по волне. — Никогда не верь людям!

— Значит ли это, что ты открыла мне доступ к Силе дальше? — спросила я, наблюдая за тем, как расцветает довольная улыбка на лице Элементаля. — Третья ступень? Сейчас?

— Верно, — шепнула она. — Теперь ты готова сражаться дальше.

— И какой в этом смысл, если там меня ждет Архимаг? — сейчас я могла тратить время на расспросы сколько угодно, ведь знала, что в реальности не прошло и мгновения. — Ты лишь отсрочила мою смерть.

Русалка рассмеялась, а за ее спиной прямо в небе начала увеличиваться черная точка.

Изображение проступило в момент, когда овал затмил большую часть морского пейзажа.

Дерево. К нему магией прижата темноволосая девушка. Ноги дергаются в конвульсиях. Кулаки сжаты, шею обхватывает колдовская удавка.

Она дергается последний раз и затихает. Правая рука разжимается, с пальца соскальзывает черное блестящее кольцо и падает в снег.

Мужчина со шрамом через половину лица что-то шепчет. Магия отпускает девушку, отшвыривает ее тело в сугроб.

Глава Культа Дракона бережно поднимает артефакт, очищает его от снега и вздрагивает.

Произошло что-то такое, что требует его личного вмешательства. Времени больше нет. Игры закончились. Началась война.

Он даже не взглянул на своих людей. Даже не проверил, живы ли они.

Мгновение.

И на его месте пусто. Колдовство перенесло своего хозяина через пространство. Туда, где он был необходим.

Оторвав взгляд от медленно потухающей картины, я повернулась к ундине. На языке вертелось с десяток вопросов, вот только задать их Элементалю мне было не суждено.

— Пора! — усмехнулась она. — Не подведи, Айрин.

Удар хвостом был несколько неожиданным. Он выбил воздух из легких, откинул назад, а правая щека, которой досталось самым кончиком плавника, горела огнем.

Вода приняла меня в свои объятия, потянула вниз, заполнила собой легкие.

Последним, что я увидела, были пузыри воздуха, вырвавшиеся изо рта.

* * *

Я вскрикнула. Вдох опалил и оцарапал горло.

Закашлявшись, перевернулась со спины на бок и зарылась пальцами в утрамбованный снег. Правая щека и впрямь горела огнем, словно к ней истинное пламя приложили. Меня трясло от пережитого, а в голове билась всего одна мысль.

«Я потеряла артефакт».

— Живая, — вздохнули рядом. — Стихии смилостивились.

Вздрогнув от неожиданности, я резко села и тут же об этом пожалела. Голова закружилась, а перед глазами заплясали искры.

Стараясь двигаться медленно, я повернулась и недоверчиво выдохнула:

— Фриза?

— Живая! — девушка утерла струящиеся по щекам слезы и повалила меня обратно на снег, придавливая весом своего тела. — Я так испугалась!

Левую руку прострелило короткой острой болью.

— Слезь, пожалуйста, — просипела я, а перед глазами запульсировали темные круги.

Девушка отскочила и подала мне руку, помогая подняться.

— Что ты здесь делаешь?

Да, как и показала ундина, колдун с кольцом исчез. А на его месте почему-то появилась Фриза. И, судя по тому как горит щека, она приводила меня в чувство самым распространенным способом.

Я окинула взглядом поляну и еле подавила стон.

Снег изрыт так, будто по лесу пронеслось стадо диких кабанов. У реки лежат тела. Живых среди них нет никого.

А у камня сидел…

— … Фенрир.

Если соседка и пыталась мне что-то ответить, то я не услышала.

Припадая на правую ногу и отмечая, что левая рука висит плетью вдоль туловища, я направилась в сторону злополучного камня, который должен был послужить ориентиром.

А теперь служил опорой третьекурснику. Который не был предателем.

— Фенрир, — я упала перед ним на колени, не в силах опуститься аккуратно.

Правое колено прострелило болью, я вновь зацепила поломанную руку и зашипела от боли.

Рядом появилась Фриза, она вздрогнула, заметив количество трупов в радиусе метра, но не струсила.

— Что здесь произошло? — спросила она, опуская ладонь Норисдану на лоб.

— Он жив?

— Жив. Только истощен, — она смутилась, пожала плечами. — Я втайне от Джамса записалась на факультатив по целительству. Знала бы ты, чего мне это стоило. Да и занятия были назначены чаще всего на вечер.

Она опять пыталась оберегать брата и разделять с ним увлечения. Но меня это сейчас совершенно не заботило. Волновало только то, как скоро он сможет прийти в себя.

Надо срочно отправиться в замок. Найти Архимагов. Предупредить их о том, что ящерки проникли на территорию.

Черт! Да как эта троица, вообще, могла допустить проникновение на земли Галэйна?!

— Как ты тут оказалась? — повторила я, наблюдая за тем, как от руки Фризы, лежащей на лбу парня, исходит слабое желтоватое свечение.

— Ты сбежала непонятно куда, да еще и с оружием, — в голосе прозвучали нотки обвинения. — Конечно, я запереживала и отправилась следом. Думала, заблужусь в этом демоновом лесу! А потом смогла обратиться к дару и почувствовала тебя… И их. Что тут произошло?

— Позже. Я тебе позже все объясню. Хорошо?

Фриза кивнула:

— Хорошо. Ты сможешь перелить ему немного энергии?

— Посох? — я крутанулась вокруг своей оси, вновь зацепившись поломанной рукой об землю. — В нем оставалась Сила.

«Просто позови его», — шепнул внутренний голос.

А в памяти всплыли все тренировки с Барри. Мужчина приходил всегда с пустыми руками, но в самый нужный момент посох оказывался при нем.

В учебнике было сказано, что, начиная с третьей ступени, маг в силах призывать оружие, с которым успел стать единым целым. Чем выше ступень, тем дальше расстояние, на которое срабатывает призыв.

Вытянув вперед здоровую руку, я зажмурилась, представляя свой посох. Своего защитника, подаренного названым братом.

Знания, полученные на занятиях по телепатии, всплыли в памяти.

Прошло всего какое-то мгновение между мыслью и действием. А потом мне в ладонь легла теплая рукоять появившегося прямо из воздуха посоха.

Моего посоха.

Перехватив его поудобнее, я направила навершие Фенриру в грудь и возобновила в памяти недавнее занятие по гидромантии. В этот момент радовало только то, что Норисдан не почувствует разницы между полученной от меня энергией и той, которую он мог поглотить из Воздуха. В таких случаях грань между чистой и грязной, родной и чужой Стихиями стиралась.

Секунда.

Другая.

Оружие завибрировало, сигнализируя о том, что передача энергии началась.

А Фенрир распахнул глаза, осмысленным взглядом скользнул по нашим лицам, а потом перевел его на навершие, упершееся ему в грудь.

— Может, для начала поговорим? — со смехом поинтересовался он.

Спросил это так, будто ничего не произошло. Будто не напали на нас в лесу люди из Культа Дракона. Будто не потратил он все свои силы на то, чтобы убить их всех. Будто бы я не потеряла артефакт.

Будто бы не провалила задание.

Но дело было даже не в том, что я не оправдала звание Сестры Тени, а в том, что кольцо попало в те руки, в которые попасть никак не должно.

В это мгновение я совершенно не думала о том, что могла умереть. Вполне логично, что при таком исходе меня бы уже ничего не волновало.

А теперь…

— Поговорим, — я убрала посох, положила его на снег рядом с собой. — Ты имеешь какое-то отношение к тому, что здесь произошло?

Фриза напряглась. Я так и видела, как подмывает девушку взять меня за грудки, тряхануть хорошенько и вытрясти всю правду.

Но то ли ее смущало мое состояние, то ли она ждала, пока я сама расколюсь, но пока никаких серьезных шагов не совершала.

— Имею, — кивнул Норисдан и попытался встать. Получилось у него это со второго раза. — Я перебил кучу людей. Чую, так просто Архимаги это не оставят.

— То есть это не твой сюрприз? — на всякий случай уточнила я, игнорируя его руку и поднимаясь самостоятельно. С помощью посоха, опять переквалифицировавшегося в трость.

— Конечно, мой, — фыркнул третьекурсник. — Всегда мечтал сразиться с пачкой магов, которые так и хотят меня убить.

— Это были ящерки, — тихо отозвалась я, переводя взгляд на Фризу. — В замке все в порядке?

Девушка обернулась туда, где должна была находиться Академия. Но в быстро сгущавшемся мраке что-либо разглядеть было крайне сложно.

— Когда я уходила, все было нормально, — ее голос предательски задрожал. — А что? Что-то не должно быть в порядке? Айрин, скажи мне уже наконец, что тут произошло!

Ответить я не успела. С той стороны, куда смотрела Фриза, прогремел взрыв.

Землю ощутимо тряхнуло, с деревьев посыпался снег, птицы взлетели в темное небо с криками.

— Джамс! — Фриза вскочила со снега, на котором до этого сидела, и метнулась к замку.

— Стой!

Не знаю, как я нагнала ее с вывихнутым тазобедренным суставом.

Отбросив посох, поймала подругу за предплечье здоровой рукой. А там вдали прогремел второй взрыв.

— Что происходит?! — она повернулась ко мне, в глазах плескался страх. — Айрин!

— На нас напали. Напали на Академию Галэйн, — коротко бросила я, готовясь подставлять ей подножку.

— Там мой брат! — она дернулась. — Пусти!

— Помнишь, что ты должна была мне желание за поступление сюда? — слова оцарапывали горло. — Я использую его. Я хочу, чтобы ты в ближайшие сутки не приближалась к этому замку.

Тонкий укол магии коснулся сердца, словно подтверждая, что я озвучила свою часть сделки.

— Нет, — Фриза вырвалась, отступила на шаг, а в ее огромных светло-зеленых глазах было столько боли. — Почему? Айрин, почему ты говоришь это?

— Потому что твой брат не маленький. Он справится, — я лгала настолько убедительно, насколько могла сейчас это делать. — Но если туда пойдешь ты, то попадешь в руки к тем, кто напал на Галэйн.

— Кто напал? — она всхлипнула. — Ведь это самая защищенная школа магии. Самая лучшая!

Была… Пока Культ Дракона не начал открывать свои учебные учреждения. Они убили одним выстрелом двух зайцев: вернули артефакт и уничтожили конкурентов.

Но об этом я вслух говорить не стала.

А потом прозвучал еще один взрыв.

— Если ты нарушишь договор, то пострадаешь. Магия не потерпит нарушения даже таких мелких договоров, — как можно небрежнее бросила я, вкладывая все силы в то, чтобы вновь призвать к себе посох. — А Джамас не переживет, если с тобой что-то случится.

Это был удар ниже пояса.

Но я не хотела, чтобы эта взбалмошная девчонка погибла так глупо. Я бы не пережила этого.

Все же привязалась.

«Подруга», — прозвучали ее слова в моей голове.

— Надо уходить, — я даже не сразу узнала свой голос. — Фриза, идем.

Я понимала, что не оставляю ей выбора. Но и вступать в схватку сейчас было глупо.

— Куда идем? — она всхлипнула. — Если все так, как ты говоришь, то нападавшие должны были захватить всю территорию Академии. Мы не сможем уйти!

— Кажется, самое время прибегнуть к моему сюрпризу, — хмыкнул Фенрир, который все это время молча наблюдал за нашей перепалкой.

Я повернулась как раз в тот момент, когда Норисдан капнул своей кровью на снег перед камнем. По глазам резанул яркий свет, вырывающийся прямо из-под земли. На белом взрыхленном полотне проступили рунические символы, они хаотично передвигались, меняя свое месторасположение.

— Ты так хотела встретиться со своей настоятельницей, что я решил тебе помочь, — перекрикивая странный гул, продолжил говорить Фенрир. — Это телепорт, который перенесет к человеку, с которым ты настроишь ментальный канал. Со второй частью я тебе помогу, но нужно, чтобы ты как следует представила эту женщину.

Слова застряли где-то на полпути, я с удивлением смотрела на покачивающегося от бессилия парня и чувствовала себя полной дурой.

Неужели я и впрямь на какое-то мгновение поверила в то, что он предатель?

Фриза первая шагнула к нему, обернулась, посмотрела мне в глаза, но так ничего и не сказала.

Простит ли она меня? Поймет? Уже и не важно. Главное, что мне удалось сохранить ей жизнь.

И Фенриру.

Хотя в последнем моей заслуги не было.

Но он тут, живой и здоровый. Насколько это, конечно, возможно после всего произошедшего. И, на самом деле, этого вполне хватит для счастья.

Осталось только выбраться.

Думать о том, что сейчас происходит в Галэйне, мне не хотелось.

— Говори, что нужно делать.

Норисдан встретился со мной взглядом, улыбнулся и протянул левую руку. Я подошла к камню, зажала посох между колен и вложила свою ладонь в его.

— Фриза? — Норисдан протянул девушке правую руку. — Приятно познакомиться.

Дочка графа Казера лишь коротко кивнула, словно борясь сама с собой, а потом сделала несколько быстрых шагов и оказалась рядом с нами.

— Вспомни ту, к которой хочешь попасть. Возроди в памяти какое-нибудь сильное воспоминание. Но не строй ментальный канал, этим займусь я. Фриза, тебя попрошу пока ни о чем не думать. Это займет совсем немного времени.

Я зажмурилась, возрождая в памяти нашу первую встречу.

Темно. Холодно. Страшно.

Оборачиваюсь, потому что жду преследования. Жду кинжал в спину от тех, кто посмел пробраться в дом. Тех. Кто убил на моих глазах всех родных.

В ушах звенит мамин крик.

— Малышка, а что ты тут делаешь? — за спиной стоит невысокая женщина, лицо ее скрыто под капюшоном. Но она тут же его отбрасывает. — От кого ты бежишь?

Я чувствую исходящую от нее силу, уверенность. Защиту.

И тянусь к ней.

Руны под ногами засияли еще ярче, закружились в хороводе, мигнули.

Я могла поклясться, что за мгновение до того, как портал сработал, меж деревьев появились темные фигуры.

Но вот, кто это был, мне разглядеть не удалось.

Магия накинула на нас полог тьмы, перемещая в пространстве. Унося из места, которое оказалось таким же незащищенным, как и все остальные.

Открыв глаза, я осмотрелась. Мы стояли в просторном зале с высокими потолками и тонкими черными колоннами. Блестящий мрамор, разбитый на клетки, устилал пол. На стенах висели в массивных медных рамах картины, а окна прятались за тяжелыми темными шторами.

— Тут? — удивился Фенрир. — Кажется, мы оказались в каком-то заброшенном поместье. Фриза, я точно не твои мысли поймал?

— Не ее, — усмехнулась я, замечая за одной из колонн легкое шевеление. — Теневые, примите Сестру Иро в свою обитель. Я прошу у вас защиты и крова.

Кто-то коротко выдохнул, а потом из-за колонн появились три тонкие фигурки. Совсем еще молоденькие девчонки, видимо, принятые в Орден несколько лет назад. Они смотрели на меня с недоверием и подозрением.

— Здравствуй, Сестра Иро, — прошелестела одна из них. — С какой целью ты явилась сюда?

— Мне нужно встретиться с Сестрой Рилин. Эти двое со мной, им бы не помешала помощь целителя.

— Тебе бы она тоже не помешала, — прозвучал мягкий мелодичный голос.

Я дернулась, чувствуя, как сердце заходится в бешеном танце. А в холл из коридора шагнула невысокая женщина. Она практически не изменилась, если не брать во внимание морщины у глаз и рта. Такой же хитрый взгляд, такая же таинственная усмешка.

— Сестра Рилин, — я кинулась к ней, не отдавая себе отчета. Обвила шею настоятельницы руками.

И она не оттолкнула меня, хотя и не приветствовала подобных проявлений чувств.

Обняла.

— Рада тебя видеть, — шепнула она, а через мгновение сделала шаг назад. И обратилась к застывшим Сестрам: — Вы плохо расслышали? Найти целителя и расположить гостей! Быстро!

Фенрира и Фризу подхватили под руки и повели в один из коридоров. И если парень выглядел практически спокойным, то в глазах девушки я поймала непонимание, растерянность и обиду.

Хорошо хоть не злость. Значит, у меня еще есть шанс на ее прощение.

О Джамасе я старалась не думать.

— Тебе бы тоже не помешал целитель, Иро, — настоятельница кивнула на мою левую руку, которая висела вдоль туловища и двигаться в ближайшее время не собиралась. — Но что-то мне подсказывает, что ты вначале захочешь со мной поговорить.

И, не дожидаясь ответа, женщина свернула в коридор, направляясь к одной из множества комнат.

— Подумать только, два десятилетия прошло с нашей последней встречи, — проговорила Сестра Рилин, толкая дверь и пропуская меня вперед. — Расскажи мне, как проходили твои дела.

— Для меня прошло всего восемь лет, — ответила, осматривая небольшую комнатку, в которой, кроме двух кресел, узкого стола и лежанки, ничего и не было. — И об этом я хотела бы поговорить чуть позже. Сейчас надо обсудить более важные дела.

Женщина прошла к одному из кресел, поправила подол темного платья и села. Проковыляв к лежанке, я опустилась на самый край, встретилась взглядом с настоятельницей и задала вопрос, который пожирал меня все это время:

— Почему ты не связалась со мной?

— Для построения ментальных каналов нужна магия, Иро, — одними губами улыбнулась она. — А у меня ее больше нет.

— Что? — я дернулась от неожиданности, посох упал на пол, а бедро прострелило болью. — Что значит нет магии?

— Я отказалась от нее, — проговорила Рилин, словно лишение Силы ее вовсе не заботило. — Нам нужно было скрыться от Культа, и это был единственный выход. Надеюсь, ты это понимаешь.

— Понимаю, — прошептала я, отводя взгляд. — Они меня нашли. Я потеряла артефакт. Несколько часов назад.

— Я ожидала чего-то подобного, — призналась Сестра Рилин, откидываясь на высокую выгнутую спинку кресла. — И удивлена, что ты выжила.

— Чистая случайность.

— Нет, девочка, — женщина улыбнулась. — Случайности не спасают жизни. Спасают магия и судьба. У тебя очень сильные хранители. А какой элементаль, — улыбка стала еще шире. — Вы ведь уже познакомились?

Рассмеявшись, я всего на мгновение забыла обо всем, что произошло. О том, что провалила задание.

О чем и произнесла вслух.

— Задание? — Сестра Рилин так и не стерла с губ усмешку. — Не сказала бы, что ты его провалила. В какой-то степени да, ведь артефакт утерян. И его придется обязательно вернуть. Как бы там ни было, но он нужен тому, кто достоин обрести единение с Душой Огня.

Опять Второй Миф. Вновь эти Мифы, которые вмешиваются в мою жизнь, рушат ее, ломают все планы.

Сейчас я ненавидела и свой дар, ненавидела все то, во что верят люди.

— Достоин, — я выплюнула это слово, вымещая всю злость. — И как определить достойного? Мне сила не открылась. Да, я пыталась спасти с ее помощью свою жизнь, — я подняла глаза на настоятельницу. — Но это мне не помогло. Как тогда определить достойного? Что за глупая формулировка!

— Все просто, — Сестра Рилин усмехнулась. — Ты слышала лживую версию легенды. Правдивую я расскажу тебе чуть позже. А пока можешь успокоиться, половину своего задания ты уже выполнила. Сделала это без моей помощи и поддержки. За это прости.

— О чем ты говоришь?

— Ты нашла того, кому должно достаться кольцо.

Эти слова ударили по мне плетью.

— О ком ты…

— Документ, что я принесла тебе двадцать лет назад, был подписан кровью. Такая же кровь течет в венах мальчика, которого ты привела с собой.

Тихо охнув, я мимо воли прошептала:

— Фенрир…

Content

Анна Минаева
В ПОГОНЕ ЗА ДРАКОНОМ

— 1 —

— 2 —

— 3 —

— 4 —

— 5 —

— 6 —

— 7 —

— 8 —

— 9 —

— 10 —

— 11 —

— 12 —

— 13 —

— 14 —

— 15 —

— 16 —

— 17 —

— 18 —

— 19 —

— 20 —